Алая Королева. Симфония

Глава 1. Победы и поражения. Часть 1

Дождь перестал, но капельки нет-нет да и упадут на козырёк панамы цвета хаки. Впрочем, Вейрон уже давно не обращал на это внимания: головной убор, как и волосы под ним уже давно промокли. Шутка ли, два с половиной часа идти под проливным дождём, а потом ещё час пробираться по лесу сквозь мокрые кусты. Одежда прилипла к телу и уже почти ощущалась, как его часть. Всё бы не так плохо, да только ночи ранней осени в этих местах были уже холодные, особенно под утро. Пока двигался, Вейрон не замечал этого, но как только они с ребятами дошли до места и заняли позицию, холодный воздух и влага за несколько минут остудили разгорячённое после марш-броска тело. Конечно, диссонеров готовили к разным, даже самым экстремальным ситуациям, в том числе и тяжёлым климатическим условиям, но ощущение дискомфорта игнорировать порой попросту невозможно.

Юноша поёжился, стараясь расслабить челюсть, чтобы не стучать зубами, и посмотрел на предрассветное небо, которое тяжёлыми серыми с сиреневым отливом облаками, жалось к земле. Скоро начнёт светлеть, а Фиры до сих пор не было.

Вейрон приподнял голову, выглядывая из-за кустов, и посмотрел в бинокль. Лесопилка, переделанная в военную базу, молчала. Постовые на вышках скучали у прожекторов. Охрана у ворот резалась в карты, покрикивая на изредка подававших голос собак. Никаких признаков волнения. Но Фиры всё не было.

Ребята выполняли крайне сложное и ответственное задание. В Сире после смены власти, некоторые диссонеры отказались принимать новый режим, многие из них покинули страну, воспользовавшись неразберихой. Те же, кто не успел, так просто уже уйти не могли: внутренний и внешний контроль Гармонии был колоссальным. Приходилось очень сильно рисковать. Либо самостоятельно, либо, если выпадала возможность, при помощи товарищей из других академий.

Одна из групп опальных студентов неделю назад связалась с Ортой. Крипелин, недолго думая, организовал спасательную операцию. Под присмотром ортовских разведчиков, действующих на территории врага, студенты Сиры миновали патрули и блокпосты, но у самого подхода к побережью всё-таки попались. Так что команде Вейрона нужно было менять план эвакуации, на задание по вызволению из плена. И действовать приходилось быстро, потому как с отступниками не церемонились, смертные казни в военное время проходили без суда.

Разведчики при помощи вспомогательных этюдов смогли выяснить, что пленных доставили в военный лагерь, недалеко от которого сейчас дежурили Райкос и Вейрон. Затем студентов перевезут или в столицу, или назад, в академию. Когда и куда было не известно, поэтому устроить засаду – не вариант, приходилось ждать здесь и по возможности выяснить детали.

Как раз за этим в тыл врага и отправилась Фира.

Вейрон взглянул на часы, затем на сидящего неподалёку Райкоса. Лицо напарника словно окаменело, глаза напряжённо всматривались в даль. Мраморное изваяние, символ стойкости, мужественности и непоколебимости. Но Вейрон-то знал, что за всем этим кроется очень ранимое сердце. Райкос безумно переживал за своих товарищей, не задумываясь, рискнул бы жизнью, выручая кого-то из них из беды. Всегда найдёт время выслушать, поддержать. Лучшего товарища и вообразить сложно.

Вейрон вдруг преисполнился огромной благодарности к другу, вспоминая, сколько раз тот приходил на помощь, ему захотелось что-то сказать, чтобы поддержать Райкоса, снизить его тревогу. Но тут в стороне послышался едва уловимый шорох и тут же из-за кустов, словно из ниоткуда появилась Фира. Щёки её раскраснелись, дыхание было частым и порывистым, глаза излучали нездоровый блеск. Вейрон знал, причина такого состояния – частое использование девушкой своих этюдов. Это была ещё лёгкая форма, бывало, Фира страдала эмоциональными вспышками, не могла успокоиться. Дважды Вейрону и Райкосу пришлось несколько минут удерживать её силой, чтобы она в состоянии аффекта, сопровождаемого галлюцинациями, не натворила бед.

- Ну что, мальчики, - улыбнувшись, сказала Фира. – Заждались?

- Ещё бы, - облегчённо выдохнул Райкос. – Я уж думал, случилось что. Ты как, не переусердствовала, - юноша явно намекал на состояние Фиры.

- А, - беззаботно отмахнулась она. – Ерунда.

- Удалось что-нибудь выяснить? - вмешался в разговор Вейрон.

Девушка игриво улыбнулась, смахнула со лба чёлку и, поманив за собой, стала спускаться на дно лощины. Дождавшись напарников, Фира вытащила из сумки ламинированную карту, разложила её прямо на земле и нетерпеливо замахала рукой, приглашая ребят подойти ближе.

Диссонеры сгрудились над картой, Райкос включил маленький карманный фонарик: всё же в лесу ещё было темно, и Фира торопливо заговорила:

- Значит так, наших ребяток скоро повезут в Астаб, вот этим маршрутом, насколько я поняла, - девушка провела пальцем по карте и ткнула в какую-то точку. – Во всяком случае, до этого места они поедут лесной просекой, севернее лагеря. Предлагаю там их и перехватить, дождёмся только, чтоб подальше отъехали и накроем.

- Угу, - задумчиво пробурчал Вейрон, потирая подбородок. – Удалось что-нибудь выяснить о группе сопровождения?

- Да, - неохотно ответила Фира, убирая карту в сумку. – Взвод пятнадцать человек, грузовик и внедорожник с пулемётом.

- Так мало? – удивился Вейрон.

- Да, меня тоже это смутило, но есть здесь ещё одна проблемка. Искажающее поле.

- Ну, этого стоило ожидать, - тяжело вздохнул Клифф.

- Похоже, они усовершенствовали технологию, сделали приборы более эффективными и компактными, но подробностей не знаю.

Речь шла о военной разработке, направленной на подавление этюдов. В её основу входил принцип действия нуминиевого ротора, используемого в оружиях диссонеров. По сложной электрической схеме, встроенной в высококонцентрированные сплавы нуминия, работа ротора замыкалась на саму себя, генерируя и во много раз увеличивая излучение кристалла. Эффект достигался почти такой же, как на полях испытаний: этюды было сложно контролировать, они были или очень слабы, или слишком сильны, неточны и прочее. Да, полностью способности диссонеров эти приборы не блокировали, но в разы ухудшали их эффективность.

- Ладно, - кивнул Вейрон. – Мне всё это не нравится, но делать нечего… Э-э, Райкос? – Клифф кивнул на нагрудный карман напарника, там тускло, через ткань, мигала зелёная лампочка.

Райкос достал рацию, вытащил антенну и коротко сказал:

- Синоптики.

- На северо-востоке, - хрипло отвечала рация. – Появился циклон, пока не движется, но будьте готовы, - речь шла о вражеском подразделении.

- Расстояние?

- Четыре километра.

- Понял. Конец связи.

- Наверное, им передадут заложников, - неуверенно предположил Райкос, убирая рацию.

- Или нас на живца ловят, - мрачно прокомментировал Вейрон.

- Что будем делать?

- Что и планировали. Километра через два готовим засаду, забираем ребят и мчим к лодке. Согласны? – ребята кивнули. – Тогда двигаем, а то грузовик нас опередит.

Засаду устроили под небольшим холмиком, в низине, там, где просека пролегала через канаву. При помощи этюдов Райкос размыл жижей дорогу, причём сделал так, что со стороны она выглядела вполне преодолимой. Ребята расселись по местам, образовав треугольник, в таком соотношении, чтобы каждый добрался до своей точки максимально быстро, нужно было не просто нейтрализовать конвой, но и не дать охранникам связаться со второй группой или штабом.

Через полчаса из-за поворота появилась колонна.

Вейрон нахмурился, увидев машины. Во внедорожнике находилось четыре солдата, пятый – за пулемётом, в кабине грузовика двое, итого семь, значит, ещё восемь в кузове, но там же должны находиться шестнадцать студентов Сиры, как бы они все туда поместились?

Но все эти мысли пришлось отложить на потом: конвой неожиданно остановился, сначала грузовик, потом, отъехав чуть подальше, внедорожник.

Из высокой травы под холмом появилась голова Райкоса, юноша кивнул в безмолвном вопросе: «что будем делать?». У Вейрона ответа не было.

У машин, тем временем началась какая-то возня, несколько солдат выпрыгнули из грузовика и начали выволакивать пленных. Из внедорожника вышло двое в офицерской форме, они начали перекрикиваться с людьми из грузовика, из обрывков фраз стало ясно, что пленные пытались устроить что-то вроде бунта.

Вейрон досадливо закусил губу, всё сыпалось на глазах. Один из офицеров вернулся к внедорожнику и жестом попросил у подчинённого рацию. Ждать было больше нечего, и, тяжело вздохнув, Вейрон дал сигнал к атаке.

Чтобы не запутать друг друга, действовали, как и планировали: каждый направился к своей цели. Задачей Вейрона, после того как Фира обезвредит пулемётчика и направится к грузовику, уничтожить экипаж внедорожника.

Солдаты заметили группу диссонеров слишком поздно. Пулемётчик только начал разворачивать дуло оружия в сторону Вейрона, как возле его головы что-то блеснуло, солдат схватился за шею, а, появившаяся, словно из воздуха Фира, спрыгнула с машины и побежала дальше.

Вейрон вспышкой пламени дезориентировал вылезших из внедорожника солдат, блокировал выстрел из дробовика своим уже разобранным мечом и тут же тыльной стороной клинка отправил ближайшего противника в нокаут. Диссонер перекатился через бампер, уходя от очередного выстрела дробовика, ударил ногой замешкавшегося солдата, который всё никак не мог вытащить пистолет из кобуры. Но как только оружие оказалось у него в руках, незадачливый вояка тут же получил мечом в грудь. Третьего солдата, который стрелял в Вейрона из дробовика, диссонер сразил этюдом - огненным диском.

Клифф поспешил к грузовику, на помощь ребятам, но дорогу ему преградил один из офицеров. Он наотмашь ударил клинком, заставляя Вейрона отступить. Возле плеча противника возникла червоточина, Клифф, еле удержавшись на ногах, блокировал воздушное копьё мечом. Офицер тут же ринулся в новую атаку, нанося серию коротких колющих ударов. Вейрон отбился, хотел тут же контратаковать этюдом, но не успел, подготовка отняла больше времени, чем он рассчитывал. Клифф обратил внимание, что противник оттеснил его ближе к грузовику, в котором, видимо, находился прибор, излучающий нуминиевое поле. Вот почему с этюдом не вышло. Что ж, у Вейрона всё равно оставался козырь. Офицер слишком увлёкся атаками, сильно сократив дистанцию, так что неожиданно быстрый для такого массивного меча удар он хоть в последний момент и отбил, но отступил на три шага назад, пытаясь удержать равновесие. Справился и даже выбрал манёвр для новой атаки, но широкий взмах тяжёлого меча и огненный росчерк вмиг смяли жалкую попытку защититься, отбросив противника на добрых пять метров и впечатав в землю так, что офицер уже не подавал признаков жизни.

В этот момент за спиной что-то глухо ухнуло. Грузовик сильно накренился, брезент сорвало с кузова, словно лепесток одуванчика. Несколько людей, в том числе и пленных, вывалилось наружу. По всей видимости, причиной такого взрыва явилось неудачное использование Райкосом этюда.

Впрочем, этот неприятный момент мало что менял, ход битвы уже был предрешён.

Покончив с оставшимися солдатами, Вейрон подошёл к группе студентов Сиры, всего их было пятеро.

- Какого чёрта? – нахмурился Клифф. – Где остальные?

- Все, кто есть, - мрачно ответил долговязый юноша с тёмно-лиловым кровоподтёком под глазом.

Пояснения были излишни. Вейрон сочувствующе кивнул, взглянув на наручники заключённых. Странные это были браслеты, широкие, массивные, со сложным орнаментом, напоминающим микросхему.

- Это, что за хрень? – неприязненно спросил Вейрон, присаживаясь на корточки, чтобы рассмотреть получше.

- Новое изобретение римирийцев, - презрительно ответил парень. – Наручники с подавляющим полем.

- Ох ты! – поморщился Вейрон, отодвинувшись в сторону, чтобы мог рассмотреть подошедший Райкос.

- Вообще зазора нет, не разрубишь, - задумчиво проговорил юноша.

- Ага, - кивнул Вейрон. – И сломать не получится, высок риск, что руки повредим, да и прочные наверняка заразы.

- Что же делать?

Вейрон взглянул на изнеможённое лицо пленника и, вздохнув, поднялся.

- Сможете передвигаться с этим?

- Выбора-то всё равно нет, - пожал плечами парень. – Сможем, только толка от нас никакого, да и вам с этюдами тяжело будет.

- Ничего, надеюсь, до них не дойдёт…

Вейрон осёкся, глядя на мигающую лампочку в нагрудном кармане Райкоса. Напарник проследил за его взглядом, достал рацию и нажал кнопку.

- Синоптики, срочно уходите… - шипение. – Циклон… А, к чёрту! Валите оттуда! Взвод на северо-востоке полным ходом движется к вам! У них Паук!

***

Тэя глубоко вздохнула и устало откинулась на спинку сидения. Первое задание за почти три недели. Первое задание с тех самых событий в Дельге. С момента, когда весь мир окончательно обезумел, рухнул и тут же встал на дыбы.

Театр боли, ненависти и отчаянья. Тэя видела самое зарождение представления, была в первых рядах. Через стекло оптического прицела и маленький динамик рации видела и слышала начало краха цивилизации.

Видела и слышала трагедию своего товарища, близкого друга, напарника.

Нейт.

Они отправили его в самое пекло, на съедение волкам. На что они надеялись? На что надеялся он сам? Он принёс жертву, но это ничего не изменило, никого не спасло, даже, наоборот, подтолкнуло к нынешним событиям, новой войне, разрушениям, боли и смерти.

Тэя помнила всё в мельчайших подробностях, как будто это было вчера. Разговор Нейта и Шарль-Гира, впрочем – слова президента лишь обрывочно, но и этого было достаточно, чтобы сложить картину целиком. Тайна, связанная с мрачным беспокойством напарника, с причиной, по которой Королева, пусть и устами Шарль-Гира, призналась именно Ривзу, была раскрыта. Нейт – эпигон.

Можно только представить, какие чувства он испытывал в свои последние часы. С каким ужасом боролся. И всё это в одиночестве, принимая непростые решения. Конечно, Тэя не винила его в том, что он не признался им. Как такое скажешь? Она бы точно не смогла…

Он не хотел принимать свою судьбу, боролся до конца. И победил, хоть победа и стоила ему жизни.

Сейчас у Тэи не было никаких сомнений в его стойкости, в его преданности идеалам Гармонии, в его способности справиться с любыми трудностями. В тот же знаковый для всего мира вечер всё было не так однозначно. Тэя чувствовала, как тяжело Нейту сопротивляться, девушка не знала, чем вызваны его сомнения и неуверенность: природой его личности или магией Королевы. Вернее, она была уверена, что его против воли перетягивают на другую сторону, но не могла сказать точно, насколько сильно было принуждение. Тэя боялась: Нейт вот-вот скажет, что готов принять своё предназначение и служить Королеве…

Но этого не случилось. Он выстоял. Шарль-Гир сделал два шага вперёд, свои последние шаги. Тэя не сомневалась ни секунды. Глубокий вдох, задержать дыхание, мягкий нажим на курок…

Дальше Тэя не видела происходящего. Белый луч света. Помехи в наушнике, связь с Нейтом прервалась. Четверть часа ровным счётом ничего не происходило. Время будто замерло. Потом белое марево развеялось. В Усыпальнице явно что-то творилось, но понять, что именно, не было возможности: обзор закрывали не до конца открывшиеся стены.

Через какое-то время Нейт вступил с кем-то в бой и тоже исчез из зоны видимости. В этот момент силы сопротивления Беруны под прикрытием полка Лас-Аттина подошли наконец к городу, завязался бой. На связь с Тэей вышел Кейси.

- Что там происходит? Все как сума посходили.

- Сама толком не знаю. Ты где?

- Только вышел из Здания Правительства. Что с Нейтом?

- Не знаю, - почти в отчаянье прошептала Тэя, предчувствуя что-то нехорошее. Напарник так и не появлялся в зоне видимости.

- Я попробую выяснить, но здесь очень много военных, - обеспокоенно проговорил Кейси и прервал связь, видимо, снял наушник, чтобы не привлекать внимание.

Через минуту (пожалуй, самую долгую минуту в жизни Тэи) Усыпальница Героя пришла в движение. «Бутон» приподнялся, одновременно с этим «лепестки» стен начали раскрываться. В розово-жёлтой подсветке, на фоне вечернего тёмного неба зрелище было воистину сказочным. Однако Тэя видела во всём этом что-то тревожное.

«Бутон» раскрылся, в его середине обозначилось какое-то движение: круглая платформа поднялась на несколько метров вверх. На ней стояло два человека: женщина в красном платье и мужчина, опиравшийся двумя руками на меч, направленный остриём в пол.

По городу, заглушая звуки боя на окраине, прошёлся гул и свист из динамиков. Затем послышался голос:

- Уважаемые жители Дельга и его гости, в том числе и незваные, - колонки были развешаны по всему городу, поэтому слышно всё было чётко и ясно. – Впрочем, я приветствую всех жителей планеты. Приветствую и прошу прощения, что являюсь так, в окружении хаоса, невольно приумножая его. Не так всё планировалось, но, увы. Обстоятельства сложились определённым образом.

Повисла пауза, во время которой с Тэи прошло оцепенение, страшная догадка посетила девушку, уж больно знакомым оказался голос женщины в красном, даже искажение звука динамиками не могли скрыть этого. Тэя поспешно схватила винтовку и заглянула в оптический прицел.

Всё было настолько нереально и невозможно, что почти не вызывало эмоций, лишь холод в груди и чувство всепоглощающей безнадёжности, словно весь мир замер и перестал быть тем, чем являлся, стал злым, чужим и опасным.

- Мы должны были выступать вместе с Шарль-Гиром. Он должен был представить меня вам и всё разъяснить. Но недоброжелатели узнали о наших планах и организовали покушение на нашего президента, - она особенно выделила слово «нашего». – Я с великим прискорбием вынуждена объявить, что талантливейший человек своей эпохи, гениальный стратег, умнейший политик, гуманист, который, как никто ценил человеческую жизнь и мир во всём мире, погиб, - пауза. – Перед самым своим выступлением вероломно был застрелен здесь, в самом сердце человеческой отваги, свободы и доблести, в Усыпальнице Героя!

К моему глубокому сожалению, я мало знала президента, у нас не было времени познакомиться ближе, нужно было срочно решать другие вопросы, о них позже, но я всегда восхищалась и вдохновлялась этим блистательным человеком, он всегда был моим кумиром, героем моего сердца, и остаётся им до сих пор, - снова трагичная пауза. – Я не прощу тех, кто подло убил его, тех, кто разжигает в нас ненависть и страх, только для того, чтобы было легче управлять нами. Хватит с нас этих монстров! Хватит с нас страданий!

Агата, а это, несомненно, была она, хоть поведение, внешний вид и даже голос отличались от привычного образа, прикрыла глаза и легонько провела пальцами по лбу, как бы успокаиваясь, затем продолжила дружелюбно и слегка застенчиво:

- Но всё это тоже после. Для начала я должна как следует представиться. Меня зовут Агата Эйрейт, я дочь министра военных дел Акселя Эйрейта. А ещё, - она вздохнула и внимательно посмотрела в камеру, очевидно, девушка не лгала: выступление транслировалось по всему миру, в Дельге же висело несколько больших экранов, на которых показывалось происходящее в Усыпальнице. – А ещё я - Девятая Королева!

Тэя могла только догадываться, что происходило сейчас в мире, как взорвались сейчас эмоциями квартиры, площади, кафешки, как на лицах людей отпечатывается изумление, недоверие, страх, шок. В Дельге же стало тише: звуки боя на окраине умолкли. В этой тишине неожиданно громко завибрировал наушник рации. Тэя вздрогнула и машинально нажала приём.

- Надо убираться отсюда немедленно! – запыхавшимся голосом говорил Кейси.

- Но не спешите хвататься за оружие, - продолжала, меж тем, Агата. – Дайте мне возможность… как это когда-то сделал Шарль-Гир. Я родилась в этом мире, прожила с вами всю жизнь, любила, ненавидела, горевала и была счастлива. Дайте мне возможность. Я полагаю, право взять слово у меня есть, а большего я не прошу.

- Тэя! – тревожно позвал Кейси. – Ты меня слышишь?

- Да, - тихо, не своим голосом, ответила девушка.

- Нам немедленно нужно уходить. Военные оцепляют город, но самое плохое, мне удалось выяснить, что у специальных групп есть особый приказ поймать или уничтожить нас. Конкретно тебя и меня!

- Где Нейт? – безэмоционально спросила Тэя.

- Я… - Кейси замешкался. – Я не знаю, он остался там…

- Я не уйду без него.

- Нет никакой возможности вытащить его, здесь всё кишит солдатами. Лучшее, что мы можем сделать – объединиться с силами нападения на город и перейти к плану «Б»! Так у нас больше шансов вытащить Нейта…

В радиосвязь вдруг вклинился другой голос, незнакомый:

- Пр… приём. Это полковник Грейв. Снайпер, приём!

- Да, - холодно ответила Тэя.

- Ну, наконец-то, до вас не пробиться. Вы на позиции?

- Да.

- Так чего же вы, чёрт возьми, медлите?! Прикончите ведьму, пока не стало поздно!

- Что? – лицо Тэи наконец ожило, на нём появилось удивление, а затем страх. – Убить?

- Да, стреляйте, пока она у вас на мушке!

- Н-но, я не могу… не могу, - слабо отвечала девушка.

- Давайте… шипение… лучшего момента не предвидится… шипение… не медлите!

Связь с полковником оборвалась.

- Кейси, - дрожащим голосом позвала Тэя. – Что же мне делать?

Наушник какое-то время молчал, девушка даже подумала, что связь оборвалась и с напарником, но Кейси ответил:

- Мне жаль, что так вышло, - тихо сказал он.

- Но, - жалобно сказал Тэя. – Это же Агата…

- Это… Алая королева – наш враг… - Кейси помолчал, будто собираясь с мыслями, затем заговорил чуть увереннее:

- Подумай, что будет, если мы не воспользуемся шансом… если… если оставим её в живых, - твёрдо закончил он.

Тэя приняла сидячее положение, поднесла винтовку к лицу - обычную, огнестрельную, для большей надежности, - по щекам девушки текли слёзы, мир вокруг перестал существовать, превратился в стеклянную игрушку. Тэя взглянула в прицел. Внутри пустота. Навела его на Ага… Алую Королеву. Эмоций больше нет, всё мертво. Закрыла глаз, высушив слезу. Звуки исчезли. Только речь Королевы, продолжавшей говорить о мире, надеждах, милосердии и желании жить в согласии.

Тэя распахнула глаз – взгляд сосредоточенный и холодный. Палец ложится на курок.

Выстрел.

Тэя неслась, разрезая воздух. Она - пуля. Она – смерть. До жертвы оставалось несколько сотен метров. Скоро Тэя испьет крови. Того, кого любила, кого считала своим другом.

Королева поднимает руку, и пуля сгорает в сиреневом сиянии.

- Они всё ещё здесь! – торжественно воскликнула Агата. – Не успокоятся, пока не убьют меня. Пока не обезопасят себя, своё незаконное право на власть! Но я не дам им сделать этого, я остановлю их тиранию! Вы со мной?!

Тэя видела коварную усмешку Королевы, взгляд, обращённый в самое сердце, как будто она видела своего несостоявшегося палача. В ухе закричал наушник:

- Всё уходи! Мы сделали что могли! Встречаемся внизу, у церкви, я на подходе!

План «Б»: уничтожить Королеву силами остатков беруновской армии и полка Лас-Аттина, если миссия диссонеров провалится. Далее попытаться захватить контроль над Дельгом и дождаться подмоги из Стратары. Для Кейси и Тэи план «Б» был возможностью вытащить Нейта из лап врага. Тогда они ещё не знали, что с ним случилось.

Катер резво подпрыгивал на волнах. Тэя открыла глаза и взглянула на Кейси. Юноша устроился за столиком у иллюминатора и заполнял бумаги по миссии.

План «Б»… До него, по сути, так и не дошло.

Тэя тяжело вздохнула. Воспоминания давались нелегко, но тут её размышления прервал ворвавшийся в каюту Римп – напарник по заданию. Он взволнованно осмотрел товарищей и тревожно проговорил:

- Мы поймали сигнал с материка, вам стоит послушать.

Глава 2. Победы и поражения. Часть 2

«- Элвин… нас… шипение… зажали. Вынуждены дать бой… шипение… Если через пятнадцать — двадцать минут не выйдем на связь, уходите.

- Мы сейчас же выдвигаемся на помощь, ждите!

- Нет!.. Их слишком много, не обижайся, но с вашими способностями, от вас всё равно толку не будет… ждите… шипение… если… мы…»

Сигнал оборвался.

В рубке собралось семь человек – вся группа Тэи, возвращавшаяся с задания.

- Похоже на голос Вейрона, - неуверенно проговорил один из диссонеров.

- Да, я слышал, его группа выполняла задание по эвакуации ребят из Сиры.

- А разве Элвин с ними? Они с ребятами на разведке у столицы были…

- Да, но голос вроде Арка…

- Нет, - твёрдо сказала Тэя, перебивая разговор напарников. – Это точно Вейрон, - лицо её было задумчиво и напряжено.

- Что будем делать?

- Как что?! – в негодовании воскликнула девушка. – Будем выручать их, разумеется. Есть идеи, где их катер.

- Да, - ответил связист. – В начале переговоров они сказали о точке рандеву.

- Сколько до неё?

- Минут пятнадцать, если поторопимся.

- Надо поторопиться, - строго сказала Тэя и вышла из рубки.

Никто возражать не стал: слишком тяжелы для каждого из ребят стали потери за последний год, и сейчас каждый при любых раскладах постарается отдать приоритет спасению попавшего в беду товарища.

Тэя вошла в пустую теперь каюту, закрыла за собой дверь, прислонилась к ней спиной и закрыла глаза, пытаясь унять дрожь.

Только бы успеть. Только бы не как тогда…

…Они бежали по Дельгу, преследуемые элитным специально-тактическим подразделением, ныне оно называется: элитный специально-тактический отряд Королевы (ЭСТОК) – настоящая головная боль для диссонеров. Солдаты, натренированные и оснащённые специально для борьбы против людей, умеющих изменять резонанс. Тогда они ещё, правда, не владели своим знаменитым арсеналом: различными девайсами, защищающими от этюдов, но всё равно доставляли массу хлопот.

На небольшой площади ближе к предместьям города Тэя резко остановилась, почувствовав это, Кейси тоже затормозил и обернулся, пытаясь понять причину задержки. Девушка смотрела на экран, прикреплённый к фасаду дома. Там показывали последние секунды жизни Шарль-Гира. Смонтировано было всё так (Тэя ещё после пересматривала это видео, которое бесконечно крутили по всем каналам), будто Нейт застрелил президента из пистолета.

Закадровый голос Агаты тем временем вещал:

- Мы выяснили личность убийцы – Нейт Ривз, диссонер, студент Орты. Он действовал по приказу, согласованному руководством трёх академий. Этот человек был выбран не случайно. Шарль-Гир симпатизировал юноше, они вместе прошли через многое. Не знаю, было ли задание у Ривза сблизиться с генералом или это получилось случайно, но это не отменяет того факта, что удар был предательски нанесён в спину. Есть ли понятия о принципах чести у Гармоний? Брать деньги, и немалые, за убийство монстров у людей, которые сами не могут справиться с этой напастью, которые, если не заплатят, попросту погибнут…

- Ладно, - вздохнула Королева. – Сейчас не об этом, - кадр на экране сменился: Нейт дрался с каким-то юношей, противник уверенно теснил Ривза наверх, к фонтану. – Наёмник хотел убить и меня, но подоспела помощь – мой личный защитник, достойный рыцарь Сиры. Пусть это и слабое утешение…

- Нет, нет, нет, - запричитала Тэя, прикрыв ладонями рот.

-…Шарль-Гир отомщён, хотя бы тем, что его подлый убийца…

- Нет, - совсем слабо повторила Тэя.

- Уничтожен.

На экране незнакомец протыкает Нейта мечом и скидывает юношу в жёлоб.

Тэя разворачивается и бежит назад, но её тут же хватает за руку Кейси.

- Пусти! – не оборачиваясь, вырывается девушка. – Пусти!

- Нам надо уходить…

- Пусти!

- Чего ты добьёшься, нас просто убьют!

- Я сказала…

Тэя обернулась и осеклась. Никогда она ещё не видела такого выражения лица у напарника. Злость, страх, обида, растерянность, и всё это у вечно невозмутимого Кейси. Удивительно, но Тэю внешний вид юноши привёл в чувство, она медленно кивнула и направилась за напарником.

Они удачно вышли к окраинам и присоединились к временным союзникам. Впрочем, это мало что изменило. Из-за бестолковых действий Лас-Аттина его подразделение чуть было не попало в окружение, и он, не раздумывая, позорно бежал с поля боя, оставив союзников без поддержки и без прикрытия. Атака на город была обречена, остатки беруновской армии, те, кто ещё сохранил верность старому режиму, неся большие потери, отступили. Многие из солдат впоследствии, сохраняя свои жизни и карьеру, присоединились к Королеве.

Римирия и Беруна удивительно легко приняли у власти Королеву, первая видела в ней продолжателя идей Шарль-Гира, своего национального героя, предательски убитого Гармониями, вторым Королева подарила надежду и вернула гордость за свою страну, ведь Агата — потомок элиты власти, голубая кровь, она поведёт Беруну за собой, вернёт ей прежнее величие. Истерзанный Ватан тоже без колебаний принял власть сильной руки.

Конечно, были и те, кто остался против Королевы, кто продолжал видеть в ней зло и опасность, но таких было меньшинство, и они либо предпочитали помалкивать, либо поспешили убраться с континента подальше.

Не могли события того вечера в Дельге не вызвать резонанс во всём мире. Стратара незамедлительно объявила войну Союзу Трёх Республик (объединившиеся Римирия, Беруна и Ватан), Кильвея в открытую конфронтацию вступать пока не торопилась, но активно помогала союзнику поставками оружия, медикаментов и продовольствия. Адалия никакой видимой активности не проявляла, но Совет учёных наконец-то вышел на связь с миром, обращение их, правда, было не слишком содержательным, они лишь сказали о том, что в скором времени готовы будут «внести собственную лепту в спасение мира». Как-то все разом подумали о разрабатываемом учёными новом оружии или ином средстве защиты от Королевы и успокоились, хотя власти Адалии не о чём таком не сообщали.

А тем временем новая война шла полным ходом, пока в основном на море, но Союз Трёх Республик, имеющий в составе закалённую в боях армию, теснил противника, и, если бы не поддержка Кильвеи, Стратаре бы пришлось совсем худо. При этом президент Мерк-Сельт постоянно призывал союзников, положить конец сомнениям и, наконец, выступить против Королевы напрямую. Но власти Кильвеи пока этот шаг откладывали.

Чего не скажешь о Гармониях. Они с самого начала войны активно сражались на передовой. Хоть Королева в первом своём выступлении, несмотря на негативный тон, прямых угроз академиям не выдвинула, всем было ясно, что первым делом она постарается уничтожить самую большую для себя опасность – диссонеров Гармоний. Впрочем, ребята сражались не только поэтому. Это был их долг, к этому их готовили всю жизнь.

Но не каждому это давалось легко. Страх, боль утрат, сомнения…

Почти три недели Тэя с трудом находила в себе силы выйти из комнаты. Каждый раз, когда она видела, как в академию доставляют очередной гроб или покалеченного студента, в её душе что-то умирало. Их всех готовили к подобному, в конце концов, Гармонии – это военные академии, но кому-то это даётся легче, кому-то сложнее. Тэя, очевидно, относилась ко вторым. Смерть друга, предательство Агаты, ложь которой зашла так далеко, что она даже зачем-то запутала Нейта, выставив Шарль-Гира в роли Королевы, война, новые потери, всё это умножало в её душе тревогу и депрессию. Поддержка близких людей, товарищей только злила. Тэю раздражало то, как легко все вокруг принимают трагедию, забывают о погибших, идут дальше.

Фух, даже вспоминать стыдно, вела себя, как истеричка, кисейная барышня. Носилась со своими переживаниями, словно подросток.

Поняла она это далеко не сразу, помог случай. Однажды Тэя, слоняясь по Гармонии, забрела в библиотеку. Там она застала инструктора Ост. Нира сидела за одним из столов, низко склонив голову. Заметив бывшую ученицу, она быстро встала, спешно утирая слёзы с лица. Тэя заметила групповую фотографию, которую рассматривала инструктор. Обе сделали вид, что ничего не произошло. Тэя пошла к библиотекарю, якобы намереваясь взять книгу, а Нира быстро покинула помещение.

Каждый носил свою боль в сердце, но кто-то находил в себе силы двигаться вперёд, несмотря ни на что, а кто-то раскисал, убиваясь переживаниями.

Многое передумала про себя в тот вечер Тэя, сгорая от стыда за своё недавнее поведение. А на следующее утро, ни свет ни заря, бросилась к директору с просьбой отправить её на задание. Крипелин долго сопротивлялся, уверяя, что она ещё не готова, но в итоге согласился.

И вот она возвращается со своего первого, с момента кризиса, задания, которое, в общем-то, прошло бестолково. Они с ребятами должны были поддержать силы Стратары при обороне южного побережья Пустынного залива, где высадился десант Союза, но из-за большого наличия вражеских кораблей прибыть на место вовремя не получилось, и всё было решено без их участия.

Сложно в таких условиях поддерживать боевой дух…

- Тэя, - послышался за дверью голос Кейси. – Мы обнаружили катер.

Что ж, хоть бы здесь всё прошло хорошо.

***

Выравнивая дыхание, Вейрон обвёл взглядом ребят, в хаотичном порядке расположившихся на поляне. Вид у всех был крайне изнурённый. И не удивительно, час пробираться по лесу с десятикилограммовыми наручниками, сковавших кисти в неудобном для бега положении. Да и неизвестно, когда ребята, находясь в плену, последний раз ели и спали.

Напарники тоже выглядели не лучше. Райкос, привалившись к дереву, сидел с закрытыми глазами, обнимая своё копьё, которое он уже не собирал. Рядом расположилась Фира, она глуповато, неизвестно чему улыбалась, взгляд её был направлен, как бы в себя. Вейрон хорошо знал это состояние: девушка была на пределе, в бою её больше использовать нельзя.

Клифф кивнул сам себе, выпрямился во весь рост и громко заговорил:

- Значит так. До побережья ещё километров семь. Очевидно, от преследования нам не уйти, солдаты ещё ладно, но Паук нас точно скоро настигнет. Укрыться тоже вряд ли получится, нас слишком много – найдут по следам.

- Драться? – полуутвердительно, полувопросительно пробасил Райкос.

- Да, - кивнул Вейрон и повернулся к лидеру группы студентов Сиры. – Веди своих людей строго на юг. На берегу увидите расколотую надвое скалу, лодка ждёт в ущелье.

- Наша помощь – не вариант? – грустно усмехнулся юноша.

- Без обид, но вреда от вас больше, чем помощи, - Вейрон кивнул на наручники. – Наверняка на Пауке тоже глушилка будет, но ещё и с вашими браслетами мы вообще ни одного этюда не создадим.

- Ну да, - тихо ответил собеседник, пряча взгляд. – Вы там, это, не помирайте, а то меня всю жизнь совесть грызть будет.

- Постараемся, - без обиды кивнул Вейрон, уже привыкший к несколько грубой манере общения коллеги из Сиры. – Давайте! Времени нет, идите.

Ребята тяжело поднялись с земли и трусцой засеменили вниз по склону холма, продираясь через кустарник.

Вейрон подошёл к напарникам и тяжело взглянул на Фиру.

- Ты с ними, - кивнул за спину юноша.

- Ну да, конечно, - рассеянно улыбнулась Фира.

- Я серьёзно. Ты уже на грани. Сама знаешь, что бывает, когда ты злоупотребляешь своими этюдами.

По лицу девушки скользнула тень обиды, Вейрону было жаль, но времени на сантименты и деликатности не было.

- Что ты говоришь? – глухо произнесла Фира, глядя перед собой. – Как же я вас здесь…

- Прошу тебя, не спорь! Времени осталось мало. Ты полезнее будешь там, - Вейрон указал в спины студентов Сиры. – Доведёшь их до катера, а если мы не справимся, будешь последним рубежом обороны.

Девушка растерянно посмотрела на Райкоса, с трудом фокусируя на нём взгляд.

- Он прав, - строго сказал юноша. – Иди. Оставь это нам.

Плечи Фиры поникли, она развернулась и медленно побрела прочь. Подошла к спуску с холма, не оборачиваясь, пробубнила: «Не задерживайтесь», и побежала вниз.

- Ну что, - Вейрон ударил Райкоса по спине. – Готов размозжить пару черепов?

- Боюсь, на паре я не остановлюсь, - усмехнулся напарник.

- Ладно. Я возьму левый фланг. Вон до того оврага и, давай, от этой большой сосны. А ты тогда направо.

- Добро, - серьёзно кивнул Райкос и полез в сумку. – Возьми, - он протянул Вейрону две дымовые шашки. – В открытом бою они мне ни к чему, с моими-то способностями, - юноша имел связь с Брумом, духом воздуха и воды.

- Ну, погнали.

Ребята стали расходиться в разные стороны. Вейрон на ходу разбирал свой меч. Недалеко уже слышались перекрикивания солдат, и в большем отдалении – рёв циркулярной пилы.

Клифф спрятался за деревом и стал ждать. Римирийцы шли широкой цепью. Много, несколько десятков. Но в принципе на пересеченной местности можно было бы попробовать и справиться. Если бы не паук…

Вейрон бросил дымовую шашку, как бы разделив поле боя пополам, и кинулся к противнику, маневрируя между кустами и деревьями так, чтобы как можно дольше оставаться незамеченным. На «половине» Райкоса загремели выстрелы. Началось.

Вейрон вынырнул из кустов и сшиб мечом первого солдата, тот даже понять ничего не успел. Юноша прикрылся клинком от автоматной очереди. Огненный шар не попал в стрелка, угодил в землю рядом, противника отбросило взрывом. Огненная стрела получилась слишком слабой, последовавший за ней порыв ветра, напротив, слишком сильным. Видимо, у солдат были глушилки, или, ещё хуже, здесь действовал ЭСТОК.

Клифф всё время находился в движении, чтобы не угодить под пули противника, этюдами старался больше не пользоваться, отдавая предпочтение способности оружия: огненная дуга поражала противника на значительно большем расстоянии, чем позволяло лезвие меча. Да и глушилки на этюды оружия действовали слабо.

Носиться по лесу, периодически размахивая семикилограммовым мечом – дело нелёгкое. Всё-таки специализация боя Вейрона к подобной тактике не располагала. Пока юноша справлялся. Но насколько ещё хватит сил? Противники зажимали в кольцо, всё чаще приходилось прибегать к помощи собственных этюдов: оружие не всегда поспевало, благо получаться они стали чуть лучше, видимо, в запале боя несколько глушилок удалось случайно уничтожить.

И всё-таки ситуация осложнялась, усталость давала о себе знать, всё больше неточных движений, всё больше пропущенных ударов, всё меньше успешных атак.

Взрывом гранаты Вейрона откинуло в сторону, он кубарем скатился с холма, больно ударившись головой о дерево, по затылку за шиворот потекло что-то горячее. Послышался смутно знакомый низкий свист. Юноша машинально махнул мечом, призывая огненный росчерк, и отпрыгнул в сторону. Оглянувшись, увидел разрубленную, проволочную сеть – одно из оружий ЭСТОКа. Проклятье.

Мельком Вейрон увидел на вершине холма человека, который заряжал ружьё, похожее на миномёт, новой сетью.

Клифф, хоть сил уже не осталось, быстро обогнул холм и забрался наверх под прикрытием россыпи булыжников, затем использовал простенький огненный этюд как можно дальше от себя, чтобы сбить противника с толку, залез, обдирая руки в кровь, на один из булыжников и, ориентируясь на звук голосов, побежал к противнику.

Их было трое. Тёмно-синяя форма с бронзовыми эполетами и чёрные береты. Личная элита Шарль-Гира, а теперь – Королевы. ЭСТОК. Вооружённые по последнему слову техники, подготовленные бойцы, профессионалы-убийцы.

Вейрон напрыгнул на противников прямо с камня, широко махнув по кругу мечом. Двое в последний момент увернулись от огненного всполоха, третий подставил щиток из лёгкого, но очень прочного материала. Защита погнулась, но удар выдержала, правда, сам обладатель щита потерял равновесие и начал заваливаться назад. Устоял, но тут же получил ногой в живот, затем рукоятью меча в висок, отлетел в сторону и, ударившись головой о камень, так и остался лежать в траве.

Двое других солдата бросились в атаку, в руках пистолет и электрическая дубинка. Выстрелы Вейрон блокировал мечом, от дубинок увернулся. Один солдат слишком сильно нырнул вперёд, Клифф плавным движением сместился в сторону, вытащил у противника из-за плеча ружьё с сетью и пнул эстоковца в спину. Его напарник уже развернулся и поднимал для выстрела пистолет, Вейрон оказался быстрее: пальнул сетью из ружья. Попал по касательной, но враг всё равно свалился и запутался.

Сзади послышалось движение, Клифф, не раздумывая, рубанул мечом. Солдат пригнулся и, извернувшись, ударил диссонера дубинкой по ноге. Бедро обожгла острая боль, конечность онемела. Противник Вейрона хотел закрепить успех и поторопился. Следующий удар Клифф отбил рукоятью меча, пропустил солдата вперёд, развернулся и рубанул эстоковца по спине.

Вейрон повернулся на свирепый рык и выставил, защищаясь, меч. Однако противник легко нырнул под удар, дубинку и пистолет он, видимо, потерял, пока боролся с сетью, но в его руках уже был нож, которым он незамедлительно воспользовался, проткнув Вейрону плечо. Юноша вскрикнул, выронив меч, оттолкнул противника, но тот кинулся в атаку снова. Вейрон перехватил сгибом локтя руку с ножом, но солдат успел неглубоко разрезать диссонеру бок. Клифф два раза ударил противника лбом в переносицу и отпустил его. Солдат, покачиваясь, отошёл на пару метров. Вейрон отвесил ему два увесистых хука и ногой столкнул с холма. Противник прокувыркался вниз и так и остался лежать в овраге.

Вейрон тяжело выдохнул и пошёл подбирать свой меч. Вдруг за выстрелами, которые звучали уже не так часто и не так плотно, отчётливо послышался визг циркулярной пилы и шелест падающего дерева. На сцену наконец-то вышел Паук.

Или, говоря техническим языком: СБУ-ОД-6, самоходная боевая установка особого действия. Пауком машину назвали неспроста. Передвигалась техника на четырёх массивных двухсоставных семиметровых ногах. Сверху находилась вытянутая пятиугольная кабина на одного пилота, за ней отсеки с двигателем, электроникой, системой охлаждения и прочим, под носом кабины крепился двенадцатимиллиметровый пулемёт. Также к передней части корпуса были приделаны ещё две конечности-манипулятора, к ним цеплялись разные обвесы: огнемёты, ракетницы, ковши - в зависимости от применения. В данном случае – две циркулярные пилы. Конечно, Паук уступал в скорости и манёвренности колёсной и гусеничной техники, зато во много раз превосходил её в проходимости. Леса, болота, пески, городские условия – для паука почти не было препятствий.

Машина вышла на середину поляны, покрутила головой-кабиной, зафиксировалась на Вейроне и подняла пулемёт. Юноша, что есть сил, побежал вниз с холма, за спиной земля вставала дыбом, разрываемая двенадцатимиллиметровыми пулями.

Клифф упал в овраг и закрыл голову руками, понял, что вне досягаемости пулемёта, присел и осторожно выглянул из укрытия. Паук потоптался на месте, сделал пару шагов в сторону Вейрона и чуть повернулся налево, туда, где сражался Райкос. Солдаты Союза, видимо, решили, что Паук справится здесь один, и перебросили всю живую силу ко второму диссонеру.

Вейрон снова спрятался за укрытие, достал из сумки оставшуюся дымовую шашку, выдернул чеку и, не глядя, бросил снаряд в сторону Паука. Досчитал до десяти, сделал три глубоких вдоха, выдохнул и, выпрыгнув из оврага, помчался к противнику.

Паук короткими очередями простреливал дымовую завесу, Вейрону приходилось смещаться сильно вправо, чтобы не угодить под случайный выстрел. Юноша выпрыгнул из облака дыма, до врага было метров двадцать – немного, но нужно торопиться, пилот уже заметил диссонера. Махина начала медленно разворачиваться, переставляя ноги. Вейрон было уже близок, пулемёт не поспевал, но гибкая рука-манипулятор с пилой была проворнее. Юноша пригнулся в последний момент, затем при помощи этюда - огненным булыжником отбил другой удар. Пила врезалась в переднюю ногу Паука, нанеся некоторые повреждения. Вейрон сместился ближе к машине, подпрыгнул и со всего размаха рубанул по манипулятору. Пила остановилась, а конечность безвольно повисла, держась на проводах и покорёженной железяке.

Вейрон спешно увернулся от второй пилы, но не рассчитал манёвр и угодил под удар ноги. В глазах потемнело, тело отлетело на несколько метров и упало во что-то мягкое и мокрое, какой-то болотистый мох. Юноша попытался пошевелиться, каждая клетка тела отозвалась болью, всё же он перевернулся на спину и приподнялся на локте. Первое, что бросилось в глаза – небольшой отряд солдат, бегущий к нему. Но это уже не было проблемой. Паук в два шага развернулся, пулемёт нацелился на юношу.

- Нейт, приятель, - тихо прошептал Вейрон. – Похоже, я тоже всё, скоро увидимся…

Тут на периферии зрения, мелькнуло какое-то движение. Волк или собака, иссиня-чёрного цвета с изумрудными вкраплениями. Существо прыгнуло в толпу солдат и взорвалось облаком дыма, люди бестолково стали крутить головой, нетвёрдо переступая ногами.

Вейрон видел, как пилот Паука отвлёкся на эту картину, и в этот момент в пулемёт угодил небольшой снаряд, окружённый электрическим сиянием. Затем ещё один в сустав левой передней лапы. Выстрел в баллон системы охлаждения выпустил облако быстро рассеивающегося пара.

Пулемёт Паука покорёжило, нога подогнулась, сильно накренив машину на правый бок. Однако техника была ещё на ходу, хоть движения её стали медленнее и тяжелее. Паук всё равно передвигал ноги и мог попросту раздавить безвольно лежащего Вейрона.

Она появилась, словно из воздуха, лёгкая, гибкая, но свирепая и смертельно опасная. Проворно, по ногам Паука, забралась на крышу кабины, в руках электричеством сверкнули топорики. Взмах и что-то взорвалось. Девушка наклонилась, вырывая из техники какие-то внутренности. Машина закачалась, пытаясь удержать равновесие. Ещё один взмах и стекло кабины лопается, пилот пытается защититься, но получает ногой в лицо и безвольно повисает на ремнях.

Механический монстр со скрипом валится на брюхо, испуская из сопел пар, и так и замирает на земле грудой железа.

Она стоит наверху. Взъерошенная, перемазанная машинным маслом, но гордая и недоступная.

«Богиня», - пронеслось у Вейрона в голове.

Девушка тем временем убрала топорики, тревожно взглянула на Вейрона и, спрыгнув с Паука, поспешила к нему.

- Ты как? – обеспокоенно спросила она, помогая юноше занять сидячее положение.

- Тэя, скажи, - прохрипел он, прочищая горло, – есть ли в какой-нибудь мифологии богиня любви и войны одновременно?

- О-о, солидно тебя приложило, - саркастично заметила девушка и, перекинув руку парня через своё плечо, помогла ему подняться. К ним подошёл Кейси, расправившийся недавно с группой солдат Союза.

- Как там ребята? - спросил Вейрон.

- Нормально, направляются к лодкам.

- Ой, погоди! – спохватился Клифф и посмотрел по сторонам. – Райкос он…

- Всё хорошо, не дёргайся, ты и так тяжеленный. Вон он идёт.

Райкос в компании диссонеров Орты двигался им навстречу. Выглядел напарник паршиво, впрочем, Вейрон был уверен, что его собственный вид не лучше. Ничего, главное - живы остались, выдержали.

- Прости, - Клифф осторожно отстранился от Тэи, качнулся, но на ногах устоял. – Вроде нормально.

- Точно? – неуверенно спросила Тэя, то приближая, то удаляя руки от Вейрона.

- Да, чуть голова кружится. Сейчас буду в норме.

- Твоё? – спросил Кейси, протягивая Вейрону меч.

- Да, спасибо.

- Ну, - Тэя бодро хлопнула по бедру ладонью, – надо побыстрее сваливать отсюда, пока не явилась их подмога.

***

Ребята погрузились в катера и спешно отчалили. Первые несколько минут Тэя просидела на пулемётной башне, прикрывая отступление, но на берегу так никто и не показался, и девушка спустилась к ребятам в каюту. Здесь царило весёлое возбуждение, юноши и девушки шутили, делились впечатлениями, кто-то, в основном студенты Сиры, спали, примостив у живота свои тяжёлые наручники, которые так пока и не удалось снять, кто-то обедал.

Вейрон с перемотанной головой и рукой сидел чуть в отдалении от всех, что было для него не характерно и, счастливо улыбаясь, наблюдал за товарищами.

- Ну как ты? – спросила Тэя, усаживаясь рядом.

- А? – растерялся Вейрон. – О, привет… да… нормально, скоро заживёт, ничего серьёзного.

- Хорошо, - кивнула Тэя.

Дальше сидели молча, но каждый по-своему: Тэя всегда была спокойна и расслаблена рядом с юношей, Вейрон же нервничал и напрягался, когда оставался наедине с девушкой. Но всё же он был счастлив находиться рядом с ней, чувствовать её тепло, слышать её приятный цветочный аромат, украдкой поглядывать на выражение её лица. Он уж и не помнил, когда они сидели вот так рядом, вдвоём.

- Тэя, - вдруг сказал он и прочистил горло, потому как голос неожиданно осип. – Я… это… Спасибо! – девушка вопросительно взглянула на собеседника. – За мной должок… Ты ведь мне жизнь спасла.

- Что ж, - улыбнулась она. – Тогда береги её, иначе не сможешь вернуть долг.

Она положила свою ладонь на ладонь Вейрона, не обращая внимания на то, как замерло его дыхание, и, улыбаясь, посмотрела на смеющихся ребят.

Сколько поражений они понесли за последнее время, сколько потерь. Оттого победы, даже казалось бы, такие маленькие, были особенно ценны, именно они помогали двигаться вперёд и дарили надежду.

Глава 3. Ещё один шанс

Капли лениво отбивали свой такт, гулко падая в воду или звонко разбиваясь о металл. Других звуков не было. Хотя если сильно прислушаться, то можно было в отдалении уловить шум города: крики людей, гудки машин и, кажется, выстрелы. Похоже, в Дельге ещё шёл бой. Интересно, кто побеждает? Хотя имеет ли это уже какое-то значение.

Вокруг царил мрак, впрочем, лучше сказать: абсолютная темнота. Хоть держи глаза закрытыми, хоть открой их: разницы никакой. Со временем, правда, благодаря слабому источнику света где-то за спиной, и тому, что глаза постепенно адаптировались к темноте, Нейт стал различать очертания помещения. Большая цистерна, вокруг неё бассейн воды, расчерченный металлическими мостиками, вот, собственно, и всё, что здесь было. Ну, или – всё, что удалось разглядеть. А вертеть головой не хотелось, вообще шевелиться не было желания. Холод и боль сковывали движения.

Неизвестно, сколько юноша пролежал здесь с такой потерей крови. Впрочем, потеря крови была не единственной его проблемой.

Нейт перевёл взгляд на левую руку. Хоть зрение уже и достаточно привыкло к темноте, чтобы разглядеть мелкие детали, по крайней мере, вблизи, Нейт не поверил глазам. Он точно помнил, в конце боя с Эйзом его кисть покрылась кристаллом. Юноша присмотрелся, корка всё же осталась между большим и указательным пальцем, но было её намного меньше и - совсем уж чудеса – она испарялась прямо на глазах, оставляя за собой лёгкий серебристый шлейф.

Это был не кристалл. Нейт вздохнул и прикрыл глаза. Лёд. Лёд от этюдов. Под конец боя юноша уже плохо контролировал способности и, видимо, поэтому рука обмёрзла.

Что ж, от кристаллизации ему погибнуть не суждено, его убьёт кровопотеря.

Нейт с момента ранения понимал, что не выживет, но всё равно цеплялся за жизнь. Удивительное существо - человек, до последнего будет бороться. Казалось бы, падение с пятнадцатиметровой высоты положило бы конец всем мучениям, быстро и безболезненно. Но, нет, Нейт зачем-то всеми силами откладывал неизбежное.

Во время падения юноша увидел, что жёлоб слегка загибается. При помощи этюда Ривз сделал изгиб более пологим и пусть и болезненно, но без риска для жизни, скатился по ледяной горке на дно коллектора.

Честно говоря, было немного обидно заканчивать жизнь в таком месте. Нейт всегда думал, что когда придёт время, ему будет всё равно, но оказалось, это не так.

Юноша несколько раз терял сознание, находился в полубредовом состоянии, а сейчас ему стало вдруг полегче, сознание прояснилось, тело хоть и онемело от холода, всё же не болело как раньше, рана так и вообще не чувствовалась. Это было странно. Конечно, Нейт не знал точно, сколько времени здесь провёл, но даже по самым оптимистичным подсчётам, после такого ранения он должен был уже умереть.

Ривз попробовал шевельнуться, мышцы отозвались, но с трудом: всё тело затекло. Юноша двинул рукой. Ещё и ещё, получалось всё лучше. Он потрогал пол возле живота, крови было не так уж много. Удивительно.

Нейт напрягся и со стоном перевернулся на спину. В этот момент что-то с ворчанием спрыгнуло с его бока, и нежно-жёлтый слабый свет сместился куда-то в сторону. Юноша осторожно потрогал рану, всё тело пронзила боль, в этот момент где-то возле уха снова послышалось недовольное ворчание. Только Нейт хотел повернуть голову, чтобы найти источник звука, как слабое сияние снова сместилось, и к юноше на живот забралось удивительное нечто.

Толстенькое небольшое существо, передвигающееся на двух лапках. Его бело-жёлтая шёрстка слабо светилась в темноте. Короткие в пропорциях тела конечности заканчивались четырьмя коготками, на голове расположилось два полукруглых мохнатых уха. Усатая мордочка имела две пухлые, под самые глаза, щёки и загнутый кверху рот с опущенными уголками, отчего вид существа был, как будто вечно чем-то недовольным. В руках монстрик держал веточку в свой рост с листком наверху.

Нейт, конечно же, узнал существо, ведь неоднократно видел его изображение, это был Люн, Малый дух света.

- Что, приятель, - хрипло произнёс юноша. – Решил найти брата по несчастью? Ладно я, - вздохнул Нейт, - но ты-то… Как ты мог позволить так обвести себя вокруг пальца?

Люн что-то проворчал, фыркнул и, усевшись Нейту на живот, стал тихонько размахивать веткой над раной, с листика как будто стали сыпаться еле заметные искринки.

- Ты что, лечишь меня? Ну и ну…

Удивление Нейта объяснялось тем, что Малые духи крайне редко вступали с людьми в контакт вне резонансной связи, то есть, сами по себе. Так редко, что это уже стало легендой. Высшие духи, кстати говоря, этого не делали никогда.

Нейт устало положил голову на пол и уставился в потолок. Интересно, что там в городе? Стрельба прекратилась, но кто победил, удалось ли устранить Королеву?.. Агату. Юноша сглотнул и отогнал мысли о ней.

Две Королевы. Разве такое возможно? Если и да, Нейт о таких случаях не слышал…

Эйз стал эпигоном Королевы, но кто его инициировал Шарль-Гир или Агата? Для Нейта теперь всё казалось неестественным, ненастоящим, как воспоминания о давно забытом сне.

Агата. Королева. Столько лжи… Но зачем? Чтобы прийти к власти, запутать противника, всё понятно. Но зачем всё остальное? Её страхи, её сомнения, её радость. Многое из этого было адресовано ему одному. Для чего? Чтобы легче потом было убедить стать эпигоном? Слишком сложно, тем более когда были другие варианты. Эйз почти не колебался, даже когда считал себя непримиримым врагом, когда в отчаянной и самоубийственной попытке напал на Шарль-Гира… Впрочем, тогда он ещё не знал, что это Королева…

Зачем нужно было так притворяться в Орте, а её испытание, а задание в Пичуте?.. Как это всё странно. Невозможно было воспринимать Агату, которую он знал до сегодняшнего дня и ту надменную, холодную женщину, какой она явилась недавно, как одного человека.

И всё же это было так. Нейт старался никогда себя не обманывать и смотреть фактам в лицо…

Под путаные мысли и ворчание Люна юноша заснул или вновь потерял сознание, сложно сказать, когда находишься в таком слабом состоянии.

Его разбудили человеческие голоса. Нейт открыл глаза и осмотрелся. Люна нигде не было. Превозмогая боль, юноша принял сидячее положение и как мог, осмотрел рану: засохшая кровь, синяк, но разрез исчез. Интересно, затянулись ли так же внутренние органы. Видимо, да, иначе Нейт уже скончался бы от геморрагии.

Надо бы как-то выбираться отсюда. Юноша осмотрелся: широкий жёлоб для отвода воды, рядом с которым он сидел, под уклон вёл к полукруглой арке, за ней струился слабый свет утреннего солнца. Что ж, с выходом понятно, да и определилось, сколько времени Нейт провёл здесь, выходит, всю ночь. Теперь понять бы, что происходит в городе, и удалось ли Тэе, Кейси и армии союзников разобраться с Королевой.

- Сюда? – прервал размышления Нейта голос на улице.

- Чё, не видишь, это для воды выход! Здесь дверь где-то должна быть… Ща, погоди… где-то…

- Ой, да ладно тебе, пошли здесь, не хочется возиться. В полдень чествование Королевы, я тоже погулять хочу, а не по канализациям за трупом лазать.

Что ж, вот и ответ на последний вопрос. Королева всё же взошла на трон. Гармонии потерпели неудачу.

- Мочиться не хочется…

- Не растаешь. Да тут сухо вроде, давай.

Нейт быстро осмотрелся: прятаться было негде. Драться в таком состоянии, такая себе идея, да и нечем, оружие Нейт потерял: дубинку выронил ещё там, наверху, когда пропустил роковую атаку Эйза, а пистолет, судя по порванному ремню кобуры, выпал при падении, но искать его времени не было. Остался, правда, револьвер Агаты, но даже если бы Нейт умел им пользоваться, вряд ли оружие оказалось бы эффективным в такой ситуации.

Под аркой заплясали человеческие тени. Юноша обернулся, в голову пришла идея. Он осторожно, превозмогая боль, поднялся и поковылял к резервуару с водой.

- Осторожно, не поскользнись, - прозвучало за спиной. Нейт замер, но фраза предназначалась не ему.

- Да-а, неудобно. Может, по жёлобу?

- А вдруг воду сольют.

- Так фонтаны же не работают.

- Они с резервуаров иногда сливают.

- А-а, ну да… Да фиг с ним, услышу, если пойдёт. Здесь вообще не пролезть…

Под эту болтовню Нейт осторожно перелез через ограждение и медленно, чтобы не издавать звуков, погрузился в воду.

- Та-ак, ну, где оно?

По стенам коллектора скользнули лучи фонариков.

- Не знаю. Вон смотри труба. Оттуда он должен был упасть. Посмотри там.

- А что смотреть, и так видно, что нет там ничего. Хотя, нет…

- Нашёл что-то?

- Да, пистолет. А у тебя?

- Следы крови.

- А тело?

- Может, его водой смыло в реку?

- Может…

Нейт услышал, как к резервуару приближаются шаги. Луч фонаря лизнул цистерну и водную гладь.

- Брось, там-то ему откуда взяться.

Ответа Нейт дожидаться не стал: шаги уже были над самой головой. Глубоко вдохнув, насколько это позволяла боль под рёбрами, юноша медленно погрузился под воду, нашёл на дне какое-то металлическое кольцо и схватился за него, чтобы не всплыть.

Наверху гудели голоса, но слов уже разобрать было невозможно. Луч фонаря доставал до самого дна, но к счастью для Нейта, не касался зоны рядом с бортиком. Но была другая проблема – недостаток воздуха. В своём обычном состоянии юноша мог не дышать под водой до трёх минут, сейчас же не прошло и двадцати секунд, а лёгкие уже требовали новую порцию воздуха.

Нейт зажмурился, лёгкие горели. Фонарь пробежался по поверхности воды ещё несколько раз и исчез из зоны видимости. Хоть разум в агонии требовал вынырнуть, юноша выждал какое-то время и медленно поднялся на поверхность, затем тихонько выдохнул и вдохнул. Кажется, не услышали.

- Похоже, и правда в реку смыло…

Шаги удалялись.

- И что?

- Что-что, идём искать.

- Да ладно! Представляешь, сколько времени это займёт?

- Представляю… А какие варианты. Попросим взвод Дайры помочь, может, к полудню и отыщем.

- Ладно, идём.

Нейт подождал, пока стихнут шаги и голоса, схватился за края бортика, подтянулся, попытался закинуть ногу, но не удержался, снова упал в воду. Тогда, используя тонкую трубу, протянутую вдоль перегородки, Нейт доплыл до небольшой лесенки и уже с помощью неё выбрался из резервуара.

Юноша сел на пол, уперевшись спиной в перегородку. Тело буквально трясло от холода. Сосредоточиться на чём-либо было попросту невозможно, даже боль ушла на второй план и почти не ощущалась. Нейт попытался согреться при помощи дыхания, растирал тело, но всё тщетно. Почувствовав, что может потерять сознание из-за гипотермии, Нейт кое-как поднялся и побрёл к арке.

На улице уже совсем рассвело. Юноша зажмурился, прикрывая рукой глаза, и, привыкнув к свету, осторожно высунулся наружу. Жёлоб коллектора в трёх метрах завис над речушкой, вдоль которой брели два солдата, видимо, те, кто искал тело Нейта. Берег канала был вымощен камнями, он полого тянулся вверх к одной из центральных улиц города.

Юноша убедился, что солдаты ушли достаточно далеко, осторожно ступил на камни и не спеша стал карабкаться наверх. Это заняло гораздо больше времени, чем он рассчитывал, зато удалось согреться, правда, усталость валила с ног.

На улице почти не оказалось людей, но где-то справа шумели голоса. Нейт припомнил, что в той стороне находится небольшая площадь, и дворами, стараясь быть незаметным, он двинулся туда.

Присутствующие на площади люди, а их собралось здесь немало, были невероятно возбуждены: спорили, громко делились впечатлениями, активно жестикулируя. Кто-то смотрел на телеэкран, прикреплённый к стене дома, но таких было немного, видимо, для большинства транслируемая с экрана картинка была не нова. А вот Нейта она заинтересовала, оно и понятно, ведь подробно освещалось то, что случилось вчера вечером в Усыпальнице, только несколько под другим углом. Затем на экране появилась Агата, она говорила что-то о предательстве, справедливости, мире и заботе о будущем. Было не очень хорошо слышно, да Нейт и не пытался вникать, он вернулся в подворотню, сел в проём между стеной и мусорным баком, прислонившись к нему спиной и устало положив на него голову.

Дыхание было тяжёлым, боль в боку сковывала движения, сил двигаться не осталось. Конечно, Нейт понимал, что ни один лечебный этюд, даже созданный напрямую духом, не поставит в секунду человека на ноги, что в зависимости от тяжести ранения нужен восстановительный отдых и реабилитация. Увы, у юноши такой возможности не было. Его лицо теперь известно всему миру, какая там больница - даже на глаза случайным прохожим попадаться нельзя.

Выбраться из города в таких условиях было очень непросто. Да и это ещё половина задачи. Что делать дальше, как покинуть страну, как вернуться к своим?..

Музыка блаженной волной окутывала разум, успокаивала, дарила надежду. Казалось, сквозь неё пытается пробиться чей-то голос, мягкий и мелодичный, но при этом настойчивый, требующий, чтобы его услышали. Вдруг перед глазами возникло лицо Шарль-Гира, искажённое неестественными чертами: высокие, острые скулы, большой рот, фасетчатые глаза. Что-то больно бьёт в грудь, тело срывается куда-то вниз, Шарль-Гир исчезает в пятне тьмы, которая обволакивает всё вокруг, цепляется за Нейта, заползает ему под одежду, затекает в глаза, рот. Невозможно дышать, боль под рёбрами пламенем растекается по всему телу.

Нейт резко открывает глаза. Он всё ещё в подворотне, между баком с мусором и стеной. Жутко холодно, хотя одежда уже почти высохла. Солнце добралось уже до зенита. Похоже, Нейт проспал часа три. Нехорошо.

Юноша тяжело поднялся, подавляя приступ тошноты и головокружения. Отдышался и побрёл к выходу из переулка.

В городе шли празднования, ну, или что-то в этом роде. Играла музыка, на площадях выступали какие-то люди, воспевавшие доблесть Шарль-Гира и мудрость Королевы, почти все общественные заведения были закрыты. Последнее было весьма некстати, Нейт так проголодался, что рискнул бы даже выдать своё присутствие в городе.

До окраин он добрался без приключений, хоть это и заняло очень много времени: избегать больших скоплений людей во время праздника не составляло труда, но вот военные патрули никто не отменял, и попасться им на глаза было очень просто. Хорошо хоть его не искали, никто не верил, что диссонер мог выжить.

В захолустном бедном квартале Нейт обнаружил открытую забегаловку и решил рискнуть, нужно было поесть, иначе далеко он не уйдёт.

Кафе с милым названием «Чтоб я сдох» было тёмным, не слишком чистым и не слишком дружелюбным заведением, рассчитанным на завсегдатаев. Бармен недовольно посмотрел на потрёпанный и бледный вид юноши, очевидно, не узнавая в нём героя бесконечных телесеансов, и, набычившись, упёрся руками в стойку, прерывая разговор с двумя мужчинами-посетителями. Нейт занял один из столиков и как бы невзначай положил перед собой пару мятых купюр. Бармен расслабился, хоть и не перестал хмуриться, и кивнул официантке. Та с готовностью подбежала к столику.

Нейт заказал какой-то суп, хлеб и чай. Заказ принесли почти сразу. Как только юноша приступил к еде, разговор за стойкой продолжился, диссонер прислушался.

- Нет, попомните мои слова, - ворчал пожилой, не совсем трезвый мужчина. – Это всё плохо кончится.

- Да не гунди ты, - мрачно сказал бармен, протирая стойку. – Может, и ничего…

- Ничего, - презрительно усмехнулся старик, отпивая из стакана. – Быстро вы забыли, что случилось семьдесят лет назад! Празднуют они, мозгов с птичью какашку!

- И что предлагаешь? – поинтересовался второй посетитель – молодой парень с копной нечёсаных волос. – Бунтовать? За сколько Грэйва со стратарским полком разгромили? Часа за три? А там тысяч пять было!

- Да уж хотя бы не с идиотскими улыбками по городу ходить! – огрызнулся старик. – Веселятся они! Празднуют! Свою смерть празднуют, уж поверьте, эта ведьма…

- Том! – резко перебил бармен. – Ты б с такими разговорами поосторожней.

- А я не боюсь, - с вызовом ответил старик.

- Ну тогда, не в моём заведении, - с угрозой процедил бармен.

Посетитель презрительно усмехнулся и, бросив на стойку пару монет, нетвёрдой походкой отправился к выходу. Дверь в этот момент открылась, и появившийся в проёме крепкий, загорелый мужчина прокричал, обращаясь к молодому парню за стойкой:

- Клайв, мы почти всё, закругляйся!

Он пропустил мимо себя старика и, убедившись, что его услышали, удалился.

- В Эгон едешь? – без интереса спросил бармен.

- Да, зерно везу, - легкомысленно ответил Клайв, допивая кофе.

- В порт? Думаешь, суда выпустят?

- Не знаю, - пожал плечами юноша. – Мой заказчик стратарец наверняка постарается свалить как можно раньше, а война-то пока не объявлена, значит, шанс есть.

Нейт не стал дослушивать разговор, заплатил за обед и вышел на улицу.

Итак, война ещё не объявлена, но, очевидно, скоро будет. Стратара и Кильвея точно останутся союзниками. Напрямую до Орты не добраться: в Римирии и Беруне Нейта схватят в два счёта. А вот через Стратару... Дольше, конечно, зато гораздо безопаснее. Только бы успеть до закрытия границ.

Юноша обвёл улицу взглядом: пусто. Зашёл за кафешку. Ага, крытый грузовичок, нагруженный мешками с зерном. Рядом курят два грузчика, незамеченным не пробраться. Нейт прикинул маршрут следования грузовика и стал ждать.

Через пару минут водитель подошёл к грузчикам, они выкурили ещё по сигарете и стали прощаться. Нейт подождал, когда мужчины скроются за домом, и вышел из укрытия, грузовик к этому моменту уже тронулся с места. Дал задний ход, развернулся и медленно покатил из подворотни. Нейт, морщась от боли, побежал следом, выгадал момент, когда водитель, выезжая на улицу, вряд ли будет смотреть в зеркала заднего вида, разбежался, запрыгнул на ящики, стоявшие вдоль дома, и с них запрыгнул в кузов.

В глазах потемнело от боли, но Нейт старался не обращать на неё внимания, прислушиваясь к тому, что происходит снаружи. Водитель, почувствовав неестественную тряску, мог остановиться и проверить, что случилось. Грузовик действительно стал притормаживать, затем его накренило чуть вправо и началось ускорение.

Вздохнув и превозмогая боль, Нейт потихонечку стал пробираться вглубь кузова. Уместившись между мешками так, чтобы его незаметно было с улицы, и заняв наиболее удобное положение, насколько это было возможно, Нейт замер, прислушиваясь к своим ощущениям. Тело ныло от боли: ушибы от падения - не так сильно, рана же в подреберье горела огнём. Но всё же терпимо, особенно в лежачем положении, видимо, Люн неплохо его подлатал.

Согревшись, пообедав и немного отдохнув, Нейт стал чувствовать себя значительно лучше, сознание прояснилось, теперь всё вокруг не воспринималось, как часть страшного сна. Однако думать ни о чём не хотелось, особенно о событиях последних дней, и юноша сосредоточился на планах, связанных с ближайшим будущим.

На выезде из города машину толком и не досматривали, откинули брезент, взглянули на мешки, изучили документы и, махнув рукой, лениво сказали: «Проезжайте!»

Что ж, из столицы выбраться удалось, оставалось надеяться, что дальше всё пройдёт так же гладко. Самое сложное, пожалуй, будет незамеченным пробраться на нужный корабль, если, конечно, судно вообще выпустят из порта. Если же всё сложится как надо, дальше будет проще, в дружественной Стратаре попроситься на корабль до Кильвеи, а там уже до Орты. И всё бы ничего, да только на краю сознания постоянно грызлась мысль о том, как примут его дома. Эпигон, пусть и бывший, самый близкий соратник Королевы…

Шарль-Гир говорил, что, отказавшись от своего предназначения, Нейт будет чувствовать себя примерно так же, как люди, не прошедшие испытание диссонеров. Юноша прислушался к себе, действительно, как будто что-то изменилось, но ни депрессии, ни ощущения пустоты не было и подавно. Что-то другое. Мир словно стал мелодичнее, насыщеннее. В нём появились новые звуки и созвучья, под их умиротворённое пение Нейт незаметно погрузился в сон.

Он стоял посреди равнины, устланной телами людей: голыми, грязными, безобразно изувеченными. Их предсмертный крик стоял в ушах, сводил с ума. С неба капали густые чёрные капли. Покойники, лежащие рядом с Нейтом, зашевелились, схватили юношу за ноги, их тела стали чернеть и растягиваться, превращаясь в густое месиво. Тьма засасывала, забирала к себе. Вот она уже подступила к самому горлу, стала затекать в рот и глаза, всё тело горело огнём, крики покойников слились в один страшный, истошный вой. А над всем этим стояла кроваво-алая Фуксия…

Нейт распахнул глаза и попытался вскочить, не получилось. Тогда, не обращая внимания на боль, разрывающую тело, юноша начал биться в припадке ужаса, бить мешки, отталкивать их от себя. Он бы закричал, если бы были силы, но вместо крика, из горла вырывалось только яростное сопение.

Наконец юноша начал успокаиваться, сознание прояснялось. Он в грузовике, едет в Эгон, чтобы сесть на корабль до Стратары. Нейт начал глубоко дышать, пытаясь успокоиться, тело била крупная дрожь, лоб и спину покрыла холодная испарина.

Он пролежал так с четверть часа, прежде чем окончательно прийти в себя. Только юноша поблагодарил духов, что его истерику не услышали из кабины, как машина остановилась, за бортом послышались голоса:

- Что везёшь?

- Пшеницу, сэр. Вот накладная.

- Угу, открой, посмотрю.

Через какое-то время бортик со ржавым скрипом открылся, брезент был откинут наверх. Послышались глухие удары. Всё ближе. Пихнули два мешка рядом с Нейтом, остановились. Юноша медленно потянулся за несуществующей дубинкой. Ближайший мешок ударили ещё раз и безэмоционально доложили:

- Порядок!

- Ладно, езжай.

Перед заездом в порт была ещё одна проверка, но там посмотрели только документы.

Нейт осторожно вылез из-под мешков и выглянул наружу. На улице уже стемнело, шёл мелкий дождик. Машина медленно покачивалась по брусчатке порта, вокруг сновали люди: грузчики, моряки, военные. Нейт выждал момент, когда грузовик приостановится, и выпрыгнул наружу, тут же засунул руки в карманы, лицо в воротник и смешался с людьми, стараясь не терять «свой» грузовичок из виду, благо это было несложно, так как машина двигалась медленно.

Наконец водитель затормозил и начал парковаться возле пирса, к которому был пришвартован крупный катер с флагом Стратары. К грузовику поспешили люди. Нейт, воспользовавшись неразберихой, как ни в чём не бывало присоединился к ним. Грузчикам было не до появления в их команде лишнего человека, а капитан не обратил внимания, так как общался уже с водителем, подписывая документы.

Нейт выгадал момент, чтобы в первый заход остаться в трюме последним, и спрятался там, куда мешки, по всей видимости, таскать не будут: за старый, ржавый шкафчик в дальнем углу трюма.

Через час-полтора последний мешок был доставлен, и дверь с противным скрипом закрылась. Дальше пошли минуты, а затем и часы томительного ожидания. Ничего не происходило, судно медленно покачивалось на волнах, но, очевидно, оставалось пришвартованным. Нейт вспомнил слова водителя, что капитан стратарец, и постарается убраться из Беруны как можно быстрее, значит, с его стороны проволочек быть не должно. Может, порт уже закрыли? В таком случае Нейт попал в крайне неприятное положение.

Только Нейт подумал об этом, как катер качнуло раз-другой и, издав пронзительный гудок, он начал набирать скорость.

Подумать только, сколько всего произошло за одни сутки! Вчера вечером Нейт попрощался с жизнью, причём смерть имела сразу несколько вариантов: ранение, кристаллизация, падение с большой высоты. Полночи пролежал в тёмном, холодном коллекторе. Но вдруг самым неожиданным образом юноше был дарован второй шанс, но его ещё нужно было удержать. И вопреки всему у Нейта получилось.

Утром он умирал в коллекторе, а вечером уже плыл на другой континент, так много всего случилось, что казалось, прошло несколько дней. Ну что ж, главное - всё самое сложное позади.

Катер вдруг стал замедлять ход. Нейт услышал строгий голос, говорящий в рупор.

Или не позади?

Глава 4. Забытые Земли

Слова через обшивку корабля слышались неразборчиво, но, судя по всему, приказывали остановиться для досмотра. Это плохо. Очевидно, что катер ещё был далёк от стратарских вод, значит, остановка была по требованию Беруны, и если уж патрульная команда спровоцировала досмотр, то ни о какой формальности не могло быть и речи, всё будут проверять основательно. Разве только военные не решили воспользоваться ситуацией и заработать лёгких денег на взятках, потому как спешно покидающие порты корабли Стратары наверняка могли иметь проблемы с документами, не говоря уже о контрабанде.

Нейт обнаружил в нижних рядах мешков прямо у стены проём. Он кое-как протиснулся туда, развернулся, сдержав стон боли, закрыл проход и, притаившись, стал ждать.

Минут через двадцать дверь в трюм натужно заскрипела. Тут же до ушей донёсся строгий, по-военному чеканный голос:

- Только зерно?

- Так точно, - несколько заискивающий ответ.

- Угу, проверить.

По металлическому полу катера застучали армейские сапоги. Зашелестели перекладываемые мешки, послышались глухие удары.

Нейт взялся за рукоять бесполезного в его руках пистолета Агаты. Судя по всему, в трюме было всего три солдата, справиться с ними в таком состоянии и без оружия будет очень нелегко, при условии ещё, что моряки, испугавшись расправы, не придут патрульным на помощь. Но и это не всё. Допустим, с этими тремя справиться удастся, но что делать с остальными? Их в команде не меньше пятнадцати плюс корабельная пушка и пулемёт, это, если стандартный патрульный катер.

Удивительно, но за всё это время Нейт ни разу не думал об использовании этюдов, он, как будто подсознательно решил и смирился с тем, что больше не может использовать способности диссонера.

Во время одного из ударов верхние мешки потеряли устойчивость и разъехались, сдвинув нижние ряды и раскрыв, таким образом, положение Нейта. Солдаты в этот момент не смотрели в его сторону, разве что капитан, как будто бросил взгляд, но и он в полумраке, видимо, ничего не увидел. Нейт поспешно сдвинулся в сторону, прячась за развалившиеся мешки, теперь, конечно, обнаружить его труда не составляло, достаточно было обойти груз с зерном с другой стороны.

Нейт приготовился к худшему развитию событий, но тут капитан заговорщицки произнёс:

- Господин лейтенант, мне, право, неудобно отнимать у вас время столь ненужной проверкой. Если вам будет удобно, может, мы бы с вами поднялись в рубку, и я бы предоставил все исчерпывающие документы.

Повисло минутное молчание. Решалась судьба Нейта, зависящая в данный момент от истинных намерений командира патруля, которые оказались до банального меркантильны.

- Хорошо, - ответил лейтенант. - Заканчиваем здесь.

Свет в трюме выключился, хлопнула дверь, лязгнул замок. Нейт облегчённо выдохнул и вылез из-под завала. Вот тебе и доблестная армия Шарль-Гира. Чем больше и сложнее система, тем больше коррупции.

Нейт потихоньку разминал затёкшее тело. Добираться до Рив-Шаля, а именно туда направлялся катер, предстояло примерно трое суток. Нужно было подумать, как выжить за эти три-четыре дня - обеспечить себя, если уж не едой, то, хотя бы водой. Но долго размышлять не пришлось: замок на двери снова заскрежетал. Нейт поспешил в укрытие. Свет в трюме загорелся, и раздался голос капитана:

- Выходи, безбилетник, я знаю, что ты здесь.

Нейт вышел из укрытия, одну руку он держал за спиной. Перед ним стояло трое: коренастый, немолодой, лысеющий мужчина с обманчиво добродушным лицом и двое парней в матросских тельняшках.

- Поверить не могу! – воскликнул старик, Нейт вспомнил, что как раз он говорил с водителем грузовика и заполнял бумаги – капитан, стало быть. – Я думал, мне померещилось, но это и вправду он! Диссонер, Нейт… Нейт, как там? – попросил он помощи у подчинённых.

- Ривз, - подсказал тот, что слева.

- Точно! Нейт Ривз – убийца Шарль-Гира, что б меня! Ты, знаешь ли, большая знаменитость теперь.

- Догадываюсь, - процедил Нейт, показывая из-за спины руку с револьвером.

- Эй-эй, спокойно, я знаю, на что способен ваш брат. Но в драку я ввязываться не собираюсь не только по этой причине. Иначе, зачем мне было скрывать тебя от патруля. Мне, знаешь ли, это круглой суммы стоило.

- Может, ты боялся, что военные посчитают тебя соучастником, который перевозил убийцу президента в Стратару? – мрачно предположил Нейт. – А теперь, когда патруль удалился, неплохо бы избавиться и от меня.

- Хе-хе, - капитан, хитро прищурившись, почесал бороду. – Ну, может, отчасти ты прав, но лишь отчасти. Давай поднимемся в рубку, что в трюме разговаривать, угощу тебя чаем с коньяком.

Нейт отказываться не стал, терять ему было нечего.

В рубке никого, кроме них, не осталось. Капитан разлил по чашкам крепкий чай, плеснул туда из коричневой бутылки и, передав одну чашку Нейту, плюхнулся в видавшие виды потёртое и ободранное кресло.

- Ух, хорошо, - смачно причмокнул он, отпивая из чашки.

- Ну и? – недовольно спросил Нейт, пристраиваясь к какой-то панели и скрещивая руки на груди. – Что будет дальше?

- В каком смысле? – удивился капитан. – Дойдём до Рив-Шаля, а там ты, должно быть, до Балима пересядешь, я тебе подсоблю, если что.

- Не понимаю,- устало сказал Нейт после длительной паузы, отпил из чашки и сел на свободный стул. – Зачем тебе помогать мне?

- Зачем? Как это? Вы, диссонеры – наш единственный шанс победить Королеву, и наша задача — оказать вам любую посильную помощь.

- Ну-ну, - саркастично заметил Нейт.

- Эх, тебе надо больше верить в людей. Ну, если тебе так будет лучше, я ставлю на тебя. Представь, я помог диссонеру, который убил Королеву. А? Моя популярность улетит в космос! – капитан хитро подмигнул, Нейт невольно улыбнулся, и мужчина, посчитав, что лёд растоплен, протянул руку. – Капитан Амон Гриз.

- Диссонер Орты Нейт Ривз, - юноша ответил на рукопожатие.

Так началось его недолгое путешествие на судне «Ария». Днём Нейт бо́льшую часть времени отдыхал в каюте, которую он делил с молодым жутко застенчивым юнгой, или изредка, если ему находилось дело, помогал на палубе. Вечером они по несколько часов болтали с капитаном в рубке. Старик юноше определённо нравился, он много говорил, шутил, задавал мало вопросов, рассказывал действительно интересные истории, в общем, всячески помогал Нейту отвлечься от ненужных сейчас дум о доме, товарищах, об Агате. Вечером третьего дня, они засиделись в рубке особенно долго. Допив чай, капитан раскурил трубку и задумчиво произнёс:

- Я искренне желаю тебе удачи и исполнения твоего плана, но, скорее всего, границы уже закрыты. Радио два дня молчит. Вероятнее всего, война уже началась, просто её ещё не объявили, - Нейт кивнул, о чём-то подобном он уже думал. – М-да, - как бы говоря сам с собой продолжил Амон. – Слишком мы со всем затянули, опять просчитались. Старики должны быть опорой новых поколений, кладезем опыта, источником мудрости. Должны уберечь, направить. Но… Но мы опять облажались, - вздохнул капитал и плеснул себе в пустую чашку коньяка, он иногда позволял себе расслабиться перед сном. – Помнится, Анджелус постоянно об этом говорил: «не повторять ошибки отцов», - похоже, парадируя Крипелина, закончил Амон. – Эх…

Повисло молчание, но тут до Нейта неожиданно дошло:

- Анджелуса? В смысле Крипелина?

- Ну да, - думая о своём, ответил капитан.

- Вы знаете директора?!

- А, - будто очнулся Амон. – Знаю? Да, конечно, а разве я не говорил? Знаю… - тихо закончил он, и лицо его помрачнело, очевидно, говорить об этом старик не хотел, и Нейт не стал продолжать эту тему.

Война была объявлена в день, когда «Ария» вошла в порт Рив-Шаля. Всё транспортное сообщение между континентами было остановлено. Более того, бо́льшая часть гражданских кораблей была взята в аренду правительством для укрепления флота. Ко всему и связаться с Кильвеей не было возможности: телефонная и телеграфная сеть между континентами была повреждена. Конечно, можно было попробовать через защищённые правительственные линии, но кто допустит до них Нейта, сейчас было не до него.

Всех представителей диссонеров Орты два дня назад отозвали в Гармонию, то же сделала и Эо: академии готовились к нападению Королевы. Так что и на своих товарищей, находящихся в Стратаре, выйти не было возможности. На самом деле первые десанты диссонеров Орты прибудут сюда уже через неделю, но Нейт об этом, разумеется, не знал.

Амон обещал чем-нибудь помочь, но за два дня приносил лишь неутешительные новости, а на третий, когда старик вечером пришёл в номер Нейта и рассказал о выводе трёх флотов: берунского, римирийского и ватанского в воды океана Бурь, юноша кивнул и твёрдо сказал:

- Ладно, очевидно, здесь ждать смысла нет. Надо отправляться на юг. Может, Эо переправит через Центральный океан. Его-то Союз контролировать не в состоянии.

- Да, - задумчиво кивнул Амон. – Я ожидал, что ты решишь действовать так. Однако туда судоходство тоже пока остановлено.

- Пойду по суше.

- Через Забытые Земли? – тоном вопроса, не требующего ответа, проговорил капитан. – М-да… ну, я догадывался, что всё так повернётся, - он вытащил из внутреннего кармана конверт. – Недалеко от Делисии-Вин в небольшой деревеньке живёт мой давний приятель, точный адрес на конверте. Я оставил ему на хранение свой старенький фургон. Не бог весть что, но всё-таки транспорт, с ним доберёшься быстрее.

- Вы уверены? – с сомнением произнёс Нейт, принимая конверт.

- Да, бери, пусть старичок ещё послужит, мне-то он уже вряд ли понадобится.

- Что ж, после победы над Королевой, в своих мемуарах мне придётся упомянуть вас уже раза два.

- Ха-ха-ха! – искренне рассмеялся Амон. – Всего два?! Я думал, это тянет на большее! – капитан встал с места и хлопнул юношу по плечу. – Удачи тебе, парень, рад был познакомиться.

- Я тоже был рад. И… спасибо за всё, - Нейт пожал мужчине руку.

- Да, и ещё, передавай привет Анджелусу, скажи, чтоб не кис, как баба, а то у него это в привычке, чуть сложности навалятся, - Амон задумался, отвёл взгляд и добавил неуверенно:

- И… это… скажи, что я не против встретиться… как-нибудь… когда всё… а-а, забудь! Бывай, парень, береги себя!

До Делисии-Вин Нейт добрался на поезде. В деревню решил идти пешком: денег оставалось совсем немного, а ещё нужно было закупиться провиантом на столь долгое и опасное путешествие через Забытые Земли. Благо пять километров - не слишком большое расстояние, и до места юноша добрался всего за час. Указанный дом тоже нашёл быстро. А вот дальше возникли некоторые проблемы.

Сначала пришлось долго ждать хозяина дома, потом долго выслушивать его ворчание по поводу незваных гостей. Это был желчный, страшно сквернословящий старик с невыносимым характером. Ничего слышать и знать он не хотел, письмо не то что читать – брать в руки отказывался и чуть было не закрыл перед носом юноши дверь. Нейту пришлось проявить настойчивость, граничащую с хамством. Как ни странно, это подействовало: старик сдался, прочёл письмо, устроил допрос с пристрастием, проверяя, точно ли Нейт знает Амона, потом махнул рукой, раздражённо сказал: «Старый дурак (там было другое слово) совсем из ума выжил, ну да чёрт с ним!», и скрылся в доме. Через минуту он вышел, сунул Нейту в руки ключи и с грохотом захлопнул дверь.

- А где машина-то? – растерянно спросил юноша, ответа, разумеется, не последовало, пришлось разбираться самому.

Нейт обошёл дом и увидел старый, но прочный сарай без фронтальной стены. Там и стоял искомый транспорт – древний военный внедорожник. Похоже, ворчливый старик исправно заботился о машине, потому как, несмотря на потрёпанный и обветшалый вид, завёлся внедорожник легко.

Нейт осторожно выехал со двора, стараясь не замечать испепеляющий взгляд старика из окна первого этажа, и первым делом направился к местной заправке с магазином. На оставшиеся деньги купил провизии и бензина про запас. Неплохо бы прикупить ещё оружие, но оно в магазине, понятное дело, не продавалось, а выяснять у местных – жалко было времени, да и денег всё равно, скорее всего, не хватило бы.

Закончив со своими нехитрыми приготовлениями, Нейт отправился в одно из самых опасных мест планеты – Забытые Земли.

Двести лет назад здесь располагался центр цивилизации Анея, технически и научно высокоразвитого государства, которое первая Королева практически смела с лица земли, почти ничего не оставив даже для истории. Впрочем, война со столь могучим противником сильно ослабила силы Королевы, и, во многом благодаря этому, отчаянная попытка объединённых сил остальных стран дать последний бой войску колдуньи, окончилась успехом.

Анея двести с лишним лет назад так далеко ушла в своём развитии от соседей и так сильно отличалась от них, что страну и начали называть не иначе как цивилизация, как бы подчёркивая её особый путь и влияние.

Это было общество людей очень трудолюбивых, любознательных, но крайне закрытых, чопорных. Анейцы были недружелюбным народом, старающимся не лезть во внешние дела и не допускать чужаков в свои. Мало кто мог в то время похвастаться, что погостил в Тиртуме – столице Анеи, а если и мог, то рассказывал в основном о внешнем лоске, так как чужака никогда не посвящали ни в свои устои, ни в принципы работы механизмов и техники, ни в какие-либо социальные функции. Так и сохранились в истории смутные рассказы об удивительных постройках, чудесах техники и странных нравах, без вразумительной конкретики. Всё это являлось одной из причин, почему Королеве удалось уничтожить наследие некогда великой цивилизации. Не просто разгромить – вычеркнуть из истории.

Неизвестно, какое оружие использовалось в той страшной войне, но земли Анеи много лет после тех боёв были непригодны для жизни. Ядовитые испарения и нуминиевые бури, обиталища самых опасных монстров, всё это отвадило от посещения руин не только простых людей, но и искателей приключений и охотников за наживой.

Со временем, примерно через сто лет, климатические условия в тех местах стабилизировались, ядовитые испарения утекли под землю. Началась волна экспедиций. Однако территория Анеи не стала безопасной. Монстры, для которых испарения и бури не являлись препятствием к существованию, а скорее способствовали эволюции, установили здесь безраздельную власть. С незваными гостями они расправлялись жестоко и безжалостно. Экспедиции несли большие потери. Было принято решение провести массовую чистку территории.

Количество вооружённых отрядов, отправленных в Забытые Земли, можно было бы назвать небольшой армией. И всё-таки этого было недостаточно, слишком много монстров здесь развелось, слишком они были опасны. Потери были не меньше, чем во времена экспансии экспедиций. Дело осложнялось ещё и тем, что главное оружие против монстров – способности диссонеров, здесь почти не работали. Забытые Земли – самое сильное место нуминиевых искажений, и вместе с тем самое специфическое: этюд здесь мог получиться какой угодно и как угодно, а мог не получиться вовсе.

Далее ни одно государство не захотело вкладываться в исследование и колонизацию Забытых Земель: слишком это было затратно. В уничтожении монстров тоже большой необходимости не было: довольно скоро выяснилось, что свой ареал чудовища покидать не хотят и особой угрозы для людей не представляют, если те к ним не лезут.

С тех пор массовое изучение Забытых Земель закончилось так, по сути, и не успев начаться. Конечно, оставались энтузиасты, которые на свой страх и риск продолжали опасные вылазки, но и они со временем иссякли: не было в разрушенной Анее ничего интересного и полезного, только монстры, смерть и безмолвные руины.

Построенная примерно через полвека Эо очертила свою зону испытаний на самой границе Забытых Земель, но мало кто рисковал нарушить, внушаемые с детства запреты, пересечь опасную черту, и сунуться в проклятые места, а если и решался, то, как правило, пропадал без вести.

Вот такое опасное и таинственное место, руины некогда могущественной цивилизации Анея, а ныне – Забытые Земли.

Нейт по почти полному бездорожью добрался до обители монстров за два дня, далее необходимо было пересечь её с севера на юг-юго-запад, а дальше, через зону испытаний попасть в Эо.

Машина катила по полуразрушенной, грунтовой дороге, освещая себе путь прыгающими на кочках лучами фар. До ночи ещё было далеко, но как только Нейт пересёк ущелье Пасть Льва, условный рубеж, за которым начинались Забытые Земли, всё вокруг погрузилось в царство вечных сумерек. Тяжёлые, свинцовые тучи гордыми гигантами нависли с неба и ни за что не желали пропускать к израненной и измученной земле лучи солнца.

В общем-то, пока это единственное отличие Забытых Земель от того, что Нейт наблюдал последние несколько часов. Ни каких тебе леденящих кровь ужасов, ни чего-то, что поражало воображение – скучный, серый пейзаж: чахлые деревья, жёсткий, колючий кустарник, камни да скалы. Даже искажающее поле толком не ощущалось. В зоне испытаний Орты, во всяком случае, оно было гораздо сильнее.

Последняя мысль заставила Нейта остановить машину. Он пару минут просидел, не шевелясь и глядя перед собой в одну точку, затем вздохнул и медленно вышел из внедорожника. Пора решить один важный вопрос.

Юноша слегка размялся, отмечая про себя, что бок в подреберье уже почти не болел, и встал напротив большого валуна.

Соваться без оружия в самое, пожалуй, опасное место на планете, мягко говоря, неразумная затея, но не мечи, винтовки и пистолеты делают диссонера искусным воином. Не в первую очередь, во всяком случае. Способность разрывать резонанс, создавая этюды – вот главное оружие диссонера.

После того как очнулся в коллекторе под Усыпальницей Героя, Нейт стал слышать мировую гармонию иначе. Она стала более глубокой, сложной и, как будто чужой. Словно манила юношу, а потом отталкивала, намекая, что он больше не её часть.

Вот Нейт и решил, что теперь не в состоянии изменять резонанс. Впрочем, может, это всё воображение, ведь других поводов думать так у юноши не было. Настала пора проверить, выяснить всё наверняка. Нейт боялся взглянуть правде в глаза и до последнего оттягивал этот момент.

В детстве ему приснился сон о том, что он может передвигать предметы на расстоянии. Это оказалось очень просто и естественно. Мальчик так радовался этой открывшейся способности. Ему не терпелось поделиться этим открытием, но, когда он проснулся, чудеса исчезли. Мальчик ещё долго лежал, не открывая глаз, пытаясь вспомнить, почувствовать то состояние, веря, что способность можно вернуть, но всё тщетно.

Нейт боялся, что сейчас выйдет так же: то, что когда-то было простым и естественным, сейчас окажется недоступным.

Он поднял руку и прищурил глаза. Начал с азов - неоформленный этюд, чтобы просто открыть червоточину. Перед Нейтом оранжевая змейка послушно замкнулась в круг. Юноша усложнил задачу. Из чёрного пятна вылетела ромбовидная метровая сосулька. Она врезалась в камень и разлетелась мириадам искрящихся снежинок.

Нейт нахмурился. Этюды, очевидно, работали, но что-то было не так. Он решил попробовать одну из самых сложных из известных ему ледяных техник. В бою юноша её никогда не использовал, потому что получалась она у него через раз.

Юноша глубоко вздохнул и закрыл глаза, развернулся к камню боком, выставив перед собой руку тыльной стороной ладони вперёд. Над головой Нейта возникло сразу шесть небольших червоточин, они образовали круг радиусом три метра. Серебристое свечение, сотканное из кристалликов льда, сформировало в центре круга приплюснутый шар, в него из каждого портала врезались ледяные лезвия, похожие на загнутые мечи из детских сказок. Полученная конструкция с шипением начала раскручиваться. Через миг уже нельзя было различить движение отдельных лезвий. Диск метнулся вперёд, разрубил пополам булыжник, спилил несколько деревьев за ним и врезался в скалу, взрываясь осколками льда в пересмешку с битым камнем.

Создание этюда заняло не больше пяти секунд и не потребовало и половины тех усилий, которые Нейту приходилось затрачивать раньше.

Юноша нахмурился и задумчиво взглянул на свою ладонь. Только сейчас он понял, что чувствовал резонанс значительно лучше, чем раньше, вот почему всё вокруг казалось другим, вот почему музыка мира изменилась. Вернее сказать, она, конечно же, не менялась, просто Нейт стал слышать её лучше.

И всё же открывшиеся способности юношу не радовали, напротив, внушали опасение. Он принял решение прибегать к этюдам только в крайнем случае. Во всяком случае, пока не разберётся, в чём тут дело.

Нейт сел в машину и продолжил свой путь.

Пейзаж постепенно начал меняться. Растительность исчезла, остались лишь пролески высохших деревьев, стали появляться признаки цивилизации: покорёженные дорожные ограждения, столбы, один раз Нейт встретил пятиметровую башенку неизвестного назначения, от которой остался в основном металлический остов и какие-то наросты, похожие на антенны.

Через несколько часов каменные завалы, вынуждавшие Нейта не раз менять направление, сделались вовсе не проходимыми. Юноша пару часов пропетлял, пытаясь найти дорогу, но в итоге плюнул и заглушил мотор. Он подозревал, что рано или поздно подобное произойдёт.

На улице уже совсем стемнело, хотя часы уверяли, что ночь ещё не наступила.

Нейт достал фонарик и отправился к кузову, разбирать запасы. Еда, вода, пистолет с тремя сигнальными ракетами, компас. Вот, в общем, и всё. Юноша упаковал припасы в рюкзак, надел военный плащ (последние два предмета, как и фонарик, были оставлены в кузове прежним владельцем) и дальше отправился пешком.

Двигаться приходилось медленно: в темноте толком ничего не разобрать, а фонарём Нейт старался не пользоваться, чтобы не привлекать лишнего внимания местной живности. Впрочем, через некоторое время у юноши всё же появился спутник.

Пробираясь через очередной завал, по всей видимости, рукотворный, Нейт вдруг услышал тяжёлое дыхание. Сначала подумал – показалось, но тут в стороне случился каменный обвал, послышался тяжёлый шаг и недовольное фырканье.

Юноша замер, до боли в глазах всматриваясь в темноту: ничего. Простояв минуту, Нейт принял решение осторожно двигаться дальше. Всё было спокойно, даже когда юноша оступался, и камни с грохотом катились вниз, никто из темноты на него не выпрыгнул, более того, посторонних звуков больше не было слышно.

Нейт преодолел преграду, спрыгнув на какое-то подобие полуразрушенного виадука над неглубоким ущельем с высохшей рекой. Вдалеке, где-то за лесом высохших деревьев, горело, отражаясь в низких тучах, зеленоватое сияние. Юноша сверился с компасом: свечение находилось на юго-западе, в принципе по пути.

Наметив неизвестный феномен ориентиром, Нейт двинулся дальше. Но только он пересёк виадук, как вдруг, за спиной, послышался утробный рокот, волосы дыбом встали от этого звука. Нейт медленно обернулся. В темноте он различил свечение двух жёлто-зелёных глаз, похожих на кошачьи, разве только размером с тарелку. Рокот на секунду затих, но тут же возобновился, послышались тяжёлые шаги.

На середину виадука слабо освещаемое зелёным сиянием вышло чудище. Таких Нейт не встречал даже в книгах. Размером с локомотив, если не больше. Мощное тело, покрытое иссиня-чёрной кожей, при каждом шаге когтистых лап, поигрывало внушительными мышцами. Морда чем-то напоминала медвежью, только с более вытянутой пастью, усеянной мелкими острыми зубами. От макушки головы и по всей спине тянулся алый гребень, состоящий из ромбовидных пластин разного размера: более крупными на голове и шее, поменьше – на спине. Ко всему, тварь имела длинный, чуть не длиннее всего тела хвост, заканчивающийся двумя стрелками, похожими на плавники рыбы.

Монстр изогнулся, оскалился и с кошачьей грацией и проворностью кинулся на Нейта.

- Вот чёрт! – воскликнул юноша и бросился бежать.

Нейт мчался, не разбирая дороги, виадук закончился, под ногами захрустела земля. Ветки больно хлестали по лицу и цеплялись за одежду, тормозя движение, но сзади подгонял грозный рык. В какой-то момент бежать стало легче: земля пошла под уклон, который становился всё круче. Нейт споткнулся и покатился вниз, больно ударился о камень, обернулся. Тварь стояла наверху, на камне, крутила головой в поисках места для спуска, в темноте она, очевидно, ориентировалась лучше Нейта. Ловко и точно прыгая по камням, монстр быстро начал спускаться вниз.

Юноша поднялся на ноги и осмотрелся, пытаясь найти убежище. Бесполезно, всё равно ничего не видно. Из темноты выпрыгнул монстр. Нейт перемахнул через бревно и побежал по склону вниз. Но тварь была быстрее. Расстояние между ними сократилось за считаные секунды. Юноша увидел впереди тёмный силуэт: две каменные плиты подпирали друг друга, образовав между собой зазор. Нейт, не раздумывая, нырнул туда, где-то за спиной громким щелчком лязгнула пасть. Непрочное укрытие тут же развалилось, юноша в последний момент успел выкатиться из него с другой стороны, а дальше снова пришлось спешить: монстр был рядом.

Откуда ни возьмись появились какие-то строения и полузавалившийся сетчатый забор. Нейт нырнул в интуитивно найденную брешь, монстр же сшиб преграду, не обратив на неё внимания. Юноша забежал в ближайший домик, тварь лёгким движением запрыгнула на крышу, проломив её и чуть не свалившись Нейту на голову. Диссонер в последний момент увернулся, выскочил из здания и практически сразу наткнулся на ржавую, вертикальную лестницу. Не задумываясь, выдержит ли, Нейт запрыгнул не неё и стал быстро карабкаться наверх.

Монстр выскочил на улицу, осмотрелся, принюхался и поднял голову, вперев свои изумрудно-жёлтые глаза в Нейта. Тварь вся подобралась, разбежалась и прыгнула на жертву. Не достала, но покорёжила лестницу, затем повторила попытку ещё раз. Нейт услышал, как заскрипел металл, несколько заклёпок вырвало из стены, лестница накренилась. Юноша начал карабкаться быстрее, хотя, казалось бы, это невозможно. Он подумал было призвать на помощь этюды, но тварь выглядела крепкой, а действовать нужно было быстро, да ещё с неудобного положения, вряд ли получится что-нибудь достойное.

Ещё прыжок и удар о стену. Лестница с пронзительным стоном стала заваливаться набок. Однако Нейт успел ухватиться за перекладину ограждения. Он подтянулся и забрался наверх. Здесь оказалась дорога, идущая вдоль горы. Юноша отдышался, перевернулся на живот, подполз к обрыву и посмотрел вниз. Монстр расхаживал взад-вперёд, недовольно рыча, ударил стену передней лапой, отколов приличный булыжник. Сильная тварь, видимо, избежать с ней схватки было правильным решением.

Монстр заметил, что за ним наблюдают, медленно, задом, отошёл от стены, вытянул передние лапы, подгибая задние, словно потянулся. У пасти его возникло оранжевое сияние, оформившееся в шар. Сгусток становился всё плотнее, вокруг засверкали змейки зеленоватых молний. Миг, и снаряд на бешеной скорости полетел к Нейту. Юноша откатился в сторону, сбоку раздался взрыв, вокруг зазвенела каменная крошка.

Крайне редко, но случалось людям встречаться с монстрами, обладающими способностью изменять резонанс, они владели всего одним-двумя этюдами, но всё же являлись очень опасными. Очевидно, этот монстр относился к их числу. Что ж, повезло...

Нейт снова осторожно высунулся через край. Твари нигде видно не было. Юноша, недолго думая, тоже поспешил убраться отсюда.

Миновав поворот, юноша вышел на что-то вроде смотровой площадки, гора больше не закрывала обзор, и перед диссонером открылась удивительная, фантастическая и одновременно пугающая картина.

Нейт мало интересовался Анеей и всем, что с ней связано, он полагал: могущество цивилизации слишком преувеличено людьми, склонным к экзальтации. Иначе бы Королева вряд ли могла стереть великую страну с лица земли. Однако теперь юноша понял, как ошибался.

Перед ним раскинулось бескрайнее и грандиозное кладбище древних исполинов. Останки зданий, достигавших до ста метров высотой, а иные и гораздо выше. Даже покорёженные, завалившиеся набок, с разбитыми стенами и стёклами, они выглядели величественно. Дорожная развязка окутывала весь город и имела несколько уровней, сейчас почти вся она разрушена, но по останкам можно было предположить, как это всё выглядело. Несмотря на плотную застройку, хватало в городе и открытых пространств, видимо, когда-то, это были площади, парки и скверы. Даже сейчас на некоторых из них сохранились высохшие фонтаны и различные статуи. Примерно в центре города, во всяком случае, той его части, которая раскинулась перед Нейтом, стояла тонкая башня с овальными набалдашниками в центре и наверху. Даже среди зданий-гигантов она выглядела огромной – метров пятьсот, не меньше.

Всё это слабо освещалось зелёным светом, пробивающимся через многочисленные каверны, природа которых Нейту была неизвестна.

Юноша спустился вниз, используя спиралевидный тоннель, обнаруженный неподалёку. Там к потолку при помощи многочисленных слизистых щупалец были прикреплены твари размером не больше метра, их круглые головы, покрытые чёрной шерстью, были лишены органов чувств, имели только широкий рот, усеянный маленькими треугольными зубками. Твари, видимо, спали, на свет фонарика они не реагировали, так что Нейт смог тихо пройти мимо них.

Дальше юноше предстояло преодолеть улицы, забытого города. Это оказалось очень непросто. И дело здесь не только в опасных монстрах, кишащих в округе, завалы, разрушенные дома, трещины и разломы, превращали руины в непроходимый лабиринт.

Уже глубоко перевалило за полночь, а Нейт всё метался по улицам, избегая встреч с мерзкими порождениями этих земель. Он уже подумывал найти место для ночлега: усталость валила с ног, но узкая улочка, заваленная остовами автомобилей, вывела его к тупику – рухнувшему зданию. Возвращаться в поисках другого прохода сил уже не было, а оставаться на ночлег в таком открытом месте – опасно.

Нейт подошёл к завалу. Перелезть - не вариант, слишком отвесная и неустойчивая поверхность. Зато внизу нашлась широкая бетонная труба. Юноша заглянул внутрь и посветил фонариком. Наверху какие-то жёлто-коричневые сосульки, покрытые слизью, снизу мутная студенистая жидкость, но пройти вроде можно. Нейт вздохнул и, пытаясь не обращать внимания на кислый запах, пригнувшись, полез внутрь.

Через несколько метров труба расширилась, разделяясь на два пути, не считая того, откуда вышел Нейт. Справа что-то зашелестело и влажно зачмокало, появились и замигали маленькие жёлтые огоньки. Юноша сглотнул и навёл туда фонарик.

Сначала он даже не понял, что увидел, какое-то желто-серо-зеленое бесформенное месиво, оно начало распадаться на отдельные фрагменты – странных, уродливых существ размером с собаку. Они медленно поползли к Нейту, подтягивая свою червеобразную тушу двумя тонкими костяными конечностями с суставами, загнутыми кверху. Располагались лапы рядом с непропорционально крупной по отношению к телу головой, похожей на голову сформировавшегося эмбриона птицы, вся она была покрыта язвами и образованиями, перетянутыми сосудами. Помимо маленьких жёлтых глазок на морде был ещё клюв, что тоже придавало некоторое сходство с птицей.

Нейт попятился назад, не только из-за брезгливости к мерзким созданиям, он почувствовал, что каждая тварь, а было их здесь восемь, вносит изменения в резонанс. Ещё один монстр, владеющий этюдами, впрочем, может быть, в Забытых Землях все такие.

Раньше, кстати говоря, Нейт не чувствовал чужого вмешательства в резонанс, хотя многие диссонеры это умеют. Что ж, видимо, эта способность открылась вместе с другими, и всё это наверняка было связано с тем, что Нейт отказался от пути эпигона.

Воздух вокруг голов монстров слабо искрился, но больше ничего не происходило. Постояв с минуту, Нейт потихоньку направился ко второму ответвлению, которое через десять метров выводило на улицу. Одна из тварей подползла слишком близко, приподнялась на своих тонких конечностях и бросилась на Нейта. Не так чтобы резко и быстро, но юноша, отвлёкшись на остальных монстров, пропустил этот момент. Клюв вцепился в край плаща и начал его рвать. Несмотря на медлительность и неуклюжесть, тварь оказалась на редкость агрессивной: голова металась из стороны в сторону, силясь оторвать кусок от добычи. Нейт поморщился и сильно пнул монстра ногой. Существо отлетело к своим собратьям, которые остановились и попятились назад. Одно из них стало кивать головой и издавать противные щёлкающие, скрипучие звуки. Через миг неприятную песню подхватили его собратья.

Нейт бочком, стараясь не спускать с монстров глаз, двинулся к выходу, без приключений выбрался на улицу и поспешил поскорее убраться подальше от проклятой трубы и её жутких обитателей.

Переулок вывел его на небольшую площадь. Здесь стояло здание, почти не тронутое разрушением. Оно было не очень большим, по крайней мере, по здешним меркам, но выглядело помпезно и торжественно, наверное, какой-нибудь театр или дорогая гостиница.

Нейт вдруг почувствовал непомерную тяжесть и головокружение. Усталость разом навалилась на плечи, как будто только и ждала удобного момента, чтобы вмиг высосать оставшиеся силы.

Оно, пожалуй, и неудивительно. Последние двое суток Нейт толком и не спал, прибавить к этому трудную дорогу и ещё не до конца восстановившееся здоровье, и результат налицо.

Юноша мрачно посмотрел на недавно обнаруженное здание и медленно направился к нему. Лучшее место для ночлега он вряд ли найдёт.

Главный вход был завален, пришлось войти через запасной, благо он оказался недалеко. Первый же коридор, стены которого были покрыты какой-то тёмной, вязкой субстанцией, вывел его к узкой лестнице, она зигзагом, от пролёта к пролёту, вела на самый верх здания. Здесь тоже местами было это желе на стенах. Нейту показалось, оно шевелится. Юноша отыскал камень и бросил в субстанцию, он намертво прилип к стене, слизь вздыбилась десятком мелких щупалец и моментально затянула камень в себя.

Что тут скажешь - милое местечко.

Нейт, еле передвигая ногами, поднимался наверх. В голове разливалась боль, очень хотелось спать, а бдительность в этом месте нельзя ослаблять ни на минуту. Пройдя три пролёта, юноша споткнулся о ступеньку и повалился на пол. В глазах на миг потемнело, Нейт даже подумал, что потеряет сознание, но в голове вдруг зазвучали знакомые аккорды, это помогло прийти в себя.

Юноша поднялся и осмотрелся: на площадке был выход на этаж. Музыка вселяла в сердце страх и тревогу, но вместе с тем сладко манила. Затуманенный разум не мог понять, в чём дело, и Нейту оставалось лишь идти на звук. Череда коридоров вывела диссонера в просторный зал, Нейт обернулся, осколки сознания подсказывали, что путь до этого места он не запомнил, вернуться будет проблематично. Впрочем, а нужно ли возвращаться?

Зал оказался знакомым, он был почти вточь таким же, как в театре, в Рильте. Нейт вдруг вспомнил, как год назад они с Тэей зачищали это место от солдат Беруны, казалось, это было в прошлой жизни.

Музыка усилилась, теперь можно было чётко различить мелодию.

- Не может быть, - одними губами произнёс Нейт.

Кантата достигла своего апогея и вмиг оборвалась. Послышался шелест платья. На балкончике, где соединялись две полукруглые лестницы, появилась она. То же красное платье, та же надменная улыбка, тот же холодный взгляд. Совсем не та Агата, к которой привык Нейт.

- Но как? – в ужасе прошептал юноша.

- А ты думал, - усмехнулась Королева, - что можешь уйти от меня? Сможешь спрятаться на краю света? Я чувствую тебя и найду где угодно.

- Как? Я ведь больше не твой эпигон.

- Это не имеет значения. Я слышу твоё сердце, - Королева хищно улыбнулась. – Что ты чувствуешь ко мне? Что-то непривычное для тебя. Что-то пугающее и дарующее эфемерное, непонятное, но всё же счастье. Что ты чувствуешь ко мне? – требовательно повторила она.

Нейт тряхнул головой, словно отгоняя наваждение, и твёрдо сказал:

- Зачем ты пришла ко мне?! Зачем я тебе?! Я ведь отказался, я выбрал путь.

- От Королевы никто не уходит, - прошипела Агата. – Ты предал меня, и я тебя покараю!

Она подняла правую руку вверх. Розовая вспышка волной разошлась по залу, откинув Нейта к выходу. Юноша проморгался, отгоняя боль, и поднял голову. Королев держала руки перед собой, сложив ладони домиком, возле них скапливалось фиолетовое сияние. Юноша вскочил на ноги и бросился в коридор, за спиной загрохотало, сквозь шум послышался голос:

- Тебе не уйти! Я твоя судьба, твоя погибель!

Нейт петлял по коридорам в поисках выхода. На одном из поворотов не успел затормозить, врезался в стену, рванулся, но не смог сдвинуться с места. Юноша с удивлением посмотрел на левую руку, её почти по самое плечо засосала слизь. Нейт дёрнулся раз-другой – бесполезно, его засасывало всё больше. Жгутики-щупальца уже касались лица. Тело упёрлось в стену, но руку с немыслимой силой тянуло дальше. Захрустели кости и сухожилья. По подмышке и левому боку потекло что-то горячее. Кровь. Видимо, лопалась кожа. Дикая боль охватила сознание. Последнее, что промелькнуло у Нейта в голове – грустная мысль: как же глупо всё закончилось.

Глава 5. Чистилище

Жизнь – это вихрь ужаса. Она несётся, сшибая всё на своём пути, не имея ни цели, ни смысла. Она полна разочарований и боли, она слепа и безумна.

Жизнь – это блуждание в пустоте. Абсолютное одиночество, скромно прикрываемое связями с другими людьми. Любовь, дружба, ненависть – всё это фильтр, который не даёт увидеть всю бездну отчаянья.

Жизнь – это испытание без результата. Она гонит тебя, закаляет, не даёт покоя. Она, как будто готовит тебя к чему-то большому, важному. Но в конечном итоге ты остаёшься ни с чем.

Жизнь – это череда бестолковых случайностей, в которых несчастные люди тщетно пытаются увидеть провиденье.

Разум Нейта плавал во вспышках боли, глухой, далёкой, как будто ненастоящей. Зачем? Зачем это всё? Получить способности диссонера вопреки всем прогнозам. При помощи изнуряющих тренировок развивать навыки-этюды, которые давались очень тяжело. Быть совершенно разбитым, узнав о своём предначертании быть эпигоном, найти в себе силы противостоять этой судьбе, суметь отказаться от неё, поплатившись при этом жизнью, но получив второй шанс. И зачем?..

Образы из жизни мелькали расплывчатыми силуэтами. Что-то из детства, что-то из юношества, но больше всего – события последнего года. Как он проснулся с музыкой в голове, как был взволнован и рад этому, хоть и не показывал виду. Испытание с Нирой. Инструктор… Она, как будто чувствовала, что они не увидятся, как будто провожала его в последний путь.

Инструктор Нира Ост – одна из немногих, кто тепло относился к нему.

Много было образов, связанных с времяпрепровождением с ребятами. Тэя и Кейси – его команда. С ними было спокойно, на них можно было положиться. Выполнение миссий, тренировки, разговоры ни о чём, чтобы скоротать время в пути… Было весело. Вейрон. Наверное, первый его друг. Чуткий, надёжный, ранимый Вейрон, которой всё время неуклюже прятал эти качества за развязной и дурашливой манерой весельчака. Он с самого знакомства принимал Нейта таким, какой он есть.

Тэя, Кейси, Вейрон – его товарищи, его друзья…

Но всё это ширма, через которую не так страшно смотреть в пустоту.

Агата. Что-то дрогнуло вокруг, словно беззвучный всплеск воды, потревоживший гладь озера. «Что ты чувствуешь ко мне?», - звучало в голове. Действительно, что? Как менялось настроение, когда она была рядом. Как хотелось улыбаться, видя её улыбку. Как неистово билось сердце, когда она поцеловала его там, на водонапорной башне. Или это всё причуды связи эпигона и Королевы, и нет ничего кроме лжи… Впрочем, какая теперь разница…

Агата. Красное платье, холодные глаза, мраморное лицо. Алая королева. Чёрный проём, боль в боку.

К Нейту частично вернулось ощущение тела. Дыхание стало частым и тяжёлым.

Тьма наступает со всех сторон, обволакивает его.

Тело напрягается, его начинает бить мелкая дрожь. Левая рука больше не болит, зато почувствовалась боль в ногах.

Его засасывает всё глубже. Перед глазами ухмыляющееся лицо статуи Кайры. Нет, нет, нет…

Сознание рывками возвращается в реальность. В голове прозвучал отчаянный женский голос: «Очнись!». Последний толчок. Нейт открывает глаза.

Место он узнал сразу. Та самая лестничная площадка, на которой Нейт на секунду потерял сознание, а потом услышал музыку. Юноша сразу же посмотрел налево: рука на месте и вроде бы без повреждений, затекла разве что от неудобной позы. А вот боль в левой ноге никуда не делась, поступая импульсно, будто кто-то молотком под колено бил.

Нейт взглянул вниз и поморщился от отвращения. В ногах сидело две твари, которые юноша видел в трубе. Одна из них методично клевала его в ногу, пытаясь разорвать одежду, другая ползла выше, к незащищённым участкам кожи. Нейта охватила ярость, над его головой раскрылась червоточина, из неё появился ледяной диск, похожий на снежинку, он начал вращаться с бешеной скоростью, двигаясь вперёд, словно циркулярная пила. Раздался противный хруст и мокрые шлепки, плоть разлетелась в стороны, твари хрипели и выли.

Через несколько секунд диск тающими льдинками разлетелся на части, а Нейт скинул с себя останки монстров и тяжело поднялся. Где-то в стороне послышался противный клёкот и щёлканье. В голове опять замутило, начало клонить в сон. Юноша посмотрел вниз: по лестнице ползли ещё существа, у их голов искрился воздух. Их было шесть, то есть всего восемь. Похоже, это те самые, из трубы. Они всё это время медленно ползли к жертве. Обладая, по всей видимости, телепатическими способностями, монстры, вводили жертву в транс или лишали её сознания, погружая в мир грёз, а затем приступали к своей мерзкой трапезе. Чувствовать жертву и воздействовать на её мозг твари могли, похоже, на большом расстоянии: Нейт удалился от их гнезда уже метров на двести, да ещё и в здание зашёл, поднялся на третий этаж.

Юношу охватила новая волна ярости, которая напрочь смела ошеломление, наводимое монстрами. В воздухе появился ещё один диск, в два раза крупнее предыдущего. Визг, мокрые шлепки плоти об стены, предсмертный хрип монстров. Через четверть минуты всё было кончено.

Нейт устало привалился к стене и тихо прошептал:

- Чтоб вас…

Даже думать не хотелось, что бы с ним стало, не очнись он.

Нейт вдруг вздрогнул и вскинул голову. Как он мог забыть – Королева! Юноша взглянул в проём коридора. Так, стоп. Он помотал головой и потёр лоб. Нет же никакой Королевы, это морок, насланный теми тварями. Надо срочно отдохнуть, мозг уже слабо соображает.

Нейт оторвался от стены и пошёл по коридору. Здание внутри оказалось совсем не таким, каким юноша видел его в бреду. Абсолютно голые стены, никакой мебели, никакого дерева, только бетон, потрескавшийся от времени, да слизь, от которой Нейт старался держаться как можно дальше, хотя никакой опасности она, вроде не несла: юноша один раз по невнимательности коснулся её, но без труда отодрал от щупалец прилипшую одежду.

Наконец диссонер нашёл маленькую комнату, стены здесь были чистыми, никакой живности. Полукруглым куском бетона Нейт забаррикадировал проход – защита слабая, скорее только от посторонних глаз, но юноше уже было всё равно, он устало сел на пол, зажавшись в угол, прислонился головой к стене и сразу заснул.

Его разбудил знакомый рокот. Юноша резко открыл глаза и замер прислушиваясь. Звук повторился, но где-то далеко. Нейт осторожно, стараясь не шуметь, отодвинул плиту и покинул своё убежище. Недалеко впереди по коридору, стены полностью обвалились, через брешь юноша осторожно выглянул на улицу.

Небо окрасилось в бледно-оранжевый цвет. И хотя вокруг всё равно царил полумрак, днём было значительно светлее, можно было разглядеть город лучше. Впрочем, Нейту сейчас было не до достопримечательностей. В двухстах метрах от него, внизу, по небольшой площади, разгуливал монстр, которого юноша встретил в начале своего пути по Забытым Землям. Нейт почему-то был уверен, что это не тварь того же вида, а именно тот самый.

Из-за угла показался ещё один монстр – гигантская сороконожка, метров двадцать в длину, у её головы был крупный, полукруглый хитиновый нарост, на хвосте – два жала, словно лезвия ножниц.

Сороконожка, изогнувшись и встав на задние лапы, бросилась в атаку на первого монстра, Нейт незатейливо назвал его Дьяволом. Противники начали кружить друг напротив друга. Из-за угла тем временем появилась ещё одна сороконожка. Первая бросилась на Дьявола, тот вцепился в неё всеми лапами, повалил на землю и стал яростно раздирать на части, ломая хитиновый панцирь. Сороконожка стала извиваться, нарост у головы раскрылся, из него появилось оранжевое пятиметровое щупальце, на конце которого красовалась игла. Щупальце бросилось на Дьявола, но тот по-кошачьи извернулся, прижал лапой иглу к телу сороконожки, вцепился зубами в мякоть под жалом и стал свирепо вгрызаться в неё, пока не оторвал щупальце от тела.

Сороконожка тут же обмякла и повалилась на землю. Но в бой вступила другая. Дьявол уклонился от нескольких её атак, отскочил назад, у пасти его уже зарождалось знакомое Нейту оранжевое сияние. Выстрел отрывает голову с наростом от тела и, брызгая фонтанами ярко-жёлтой жидкости, сороконожка валится рядом со своим собратом. Дьявол же медленно подошёл к первому поверженному врагу и стал не спеша поедать мясо возле щупальца.

Нейт спрятался за укрытие и устало сполз на пол.

- Явиться сюда, - горько прошептал он, - самая тупая идея в моей жизни.

Однако всё было не так плохо. Вернувшись в своё временное укрытие, Нейт позавтракал, сделал ревизию продуктов, по подсчётам еды должно хватить дня на три-четыре, с водой хуже, но если он не будет слишком долго плутать по городу и ввязываться в драки, и её должно хватить.

После сна, а юноша, сверившись с часами, прикинул, что проспал где-то часов десять, и завтрака, самочувствие стало значительно лучше. Разум прояснился, головная боль отступила, тело восстановило силы. Можно двигаться в путь.

Даже в лучших условиях видимости путешествовать по городу было нелегко. Направление приходилось выбирать интуитивно, потому как никогда не знаешь, что ждёт за углом: гнездо монстров, завал или обрыв.

Ближе к вечеру, когда оранжевое свечение склонилось к горизонту, Нейт набрёл на одну из каверн, излучающих зелёный свет. Это была большая, метров сорок в диаметре, яма. Нейт осторожно подошёл к краю и заглянул внутрь. Внизу, глубоко в недрах, пылало пламя, оно, преломляясь через густые испарения метрах в пятнадцати от поверхности, создавало то самое зелёное свечение.

Яд и ядовитый газ часто упоминались вместе с деяниями Королевы, но всегда как-то туманно, чаще всего просто говорили, что это одно из её смертельных оружий, и самая первая Королева активно применяла его в войне с Анеей, отравляя воздух, почву и воду. За два столетия отрава спустилась в недра: расщелины, ямы и каньоны, но так и не выветрилась с проклятых земель.

Нейт нечаянно задел камень, который со стуком сорвался вниз, исчезая в зелёном тумане. Стены ямы в этот момент ожили, зашевелились. То очнулись ото сна монстры – такие же, что юноша видел утром – гигантские сороконожки. Здесь их было несколько десятков. Нейт разумно решил, что делать ему здесь нечего, и решил побыстрее убраться.

Дальнейшее путешествие по Забытым Землям проходило для Нейта без особых приключений. Быстро поняв некоторые правила этого мира, юноша успешно избегал контакта с местной флорой и фауной. Зачастую это сильно тормозило его, ведь иногда до часа приходилось сидеть в укрытии, пока какая-нибудь очередная злобная тварь не скроется из виду. Это обстоятельство и ещё тот факт, что постоянно приходилось петлять по городу, обходя завалы и опасные места, неумолимо увеличивали время нахождения в Забытых Землях, а припасы постепенно заканчивались, еда-то ещё ладно, а вот с водой было совсем плохо.

Вторая проблема – это усталость. Видимо, Нейт ещё не восстановился после ранения, впрочем, юноша был уверен, что всё дело в этом месте. Оно высасывало силы, затуманивало разум. К концу второго дня Нейт опять начал терять связь с реальностью.

Забравшись по заваленным набок зданиям на кусок автострады, юноша решил сделать привал и перекусить. Отсюда открывался отличный вид на затянутый в темноту город. Серое, чёрное и зелёное. Смотря на этот угнетающий пейзаж, слушая звуки чужого мира, Нейт вдруг подумал, а что, если всего этого нет? Что, если он умер там, в Усыпальнице Героя? Ведь насколько возможно с точки зрения здравого смысла его чудесное спасение?

И его душа блуждает в поисках покоя, в поисках приюта…

Нейт зажмурился и потряс головой, отгоняя неприятные мысли. «Так и сойти с ума недолго», - мрачно подумал он и продолжил путь.

Через пару часов, найдя сравнительно безопасное место, юноша устроился на ночлег.

Проснулся разбитым, усталость, как будто никуда и не делась, но надо было идти дальше.

Если предыдущий день прошёл удачно: Нейт покрыл приличное в данных условиях расстояние, действовал осторожно, избежал множество неприятностей, то сегодня всё складывалось не в пользу юноши. Дважды по рассеянности и невнимательности он чуть не столкнулся с монстрами, оба раза выручила случайность. Затем, по неосторожности ступив на неустойчивую поверхность, Нейт чуть не сорвался в пропасть.

В голове творилась сумятица, словно два человека спорили друг с другом. Один утверждал, что надо бороться и идти до конца, другой говорил: надо сдаться, всё нереально, всё бессмысленно.

Сознание ещё нередко пробивалось сквозь завесу смятения, и в один из таких моментов Нейт решил, что нужно отдохнуть. Он впервые за время пребывания здесь развёл костёр. На нём он приготовил нехитрое блюдо из макарон и тушёнки. Горячая еда придала бодрости. Нейт ещё раз проверил запасы: две банки консервов и миллилитров сто воды – не слишком обнадёживает, и немного посидев с закрытыми глазами, устало прислонившись спиной к ржавому остову автомобиля, юноша решил, что пора идти.

Стемнело. Нейт посмотрел наверх. Столбы зелёного света безучастно тянулись к облакам. Странно, по его подсчётам они давно уже должны были остаться позади. Юноша взглянул на компас, затем посмотрел по сторонам, попытался сосредоточиться, и хоть получалось с трудом, вывод сделать удалось: он шёл не в ту сторону. Знать бы, как давно это случилось. Надо подумать. Та широкая улица… нет… после того заваленного здания… или сразу после привала.

Нейт устало вздохнул и плюхнулся на землю прямо там, где стоял. Всё - нереально.

Никаких Забытых Земель нет. Никакой цивилизации Анея не существовало. Вдалеке послышался низкий рык. Это всё нереально.

Нейт потянулся за спину, к рюкзаку. Его там не оказалось. Юноша порыскал по сторонам: сумки нигде не было. На сей раз память услужливо подсказала, что рюкзак он забыл забрать после последнего привала.

Юноша навзничь повалился на землю. «Это всё нереально. Это моя тюрьма. Я умер…»

- «Нет, не сдавайся!», - отчётливо послышалось в голове, и на сей раз это было не его альтер эго. Голос был женским, тот же, что он слышал во время морока, созданного теми мерзкими монстрами.

- А какой смысл драться? – тихо спросил Нейт, ответа не последовало.

Всё же Нейт поднялся и побрёл, уже, впрочем, не разбирая направления.

Туман, мрак. Шорохи, шорохи, шорохи. Копошение монстров, шелест ветра, его собственные шаги. Никакой музыки уже давно не было. В этих местах она умерла. Её не существовало, как и не существовало всего мира. Лишь шорохи и мрак.

Нейт брёл, еле переставляя ноги, спотыкался, падал, вставал и шёл дальше, оглядывался, с неприятным удивлением обнаруживая, что за целую вечность прошёл лишь несколько десятков метров. На краю сознания блуждала мысль: надо бы отдохнуть, но тут же возникал вопрос: зачем?

Юноша посмотрел на компас: направление правильное, только он не дойдёт, это абсолютно очевидно.

Где-то вдалеке послышался яростный рык и пронзительный вопль. Кто-то кого-то сожрал. Скоро придёт и его час…

Через какое-то время Нейт упал на землю и даже не попытался подняться, решив, хватит, пусть будет как будет.

Юноша с горечью смотрел на низкое, чёрное небо. Очень хотелось увидеть звёзды. Он любил смотреть на них когда-то… в другой жизни. Скопление Путь Домой, пять лун, чёрная, бескрайняя бездна. Но не такая, как эта, мёртвая и пустая, а полная надежд, мечтаний, глубины. Нейт закрыл глаза.

Просторный каменный зал с куполообразным потолком. Неприятный, вязкий розовый свет. Двухметровый обелиск кристалла нуминия, но необычного, этот был абсолютно прозрачный. Внутри металась человеческая фигура. Ненастоящая, в смысле – не из плоти и крови, а как будто изображение, блики, отражаемые кристаллом. Это была черноволосая девушка в голубом платье, лёгкая, хрупкая, словно мерцание света в морской волне. Она, как будто почувствовала чей-то взгляд, остановилась и повернулась. Глаза её, полные ужаса, вдруг округлились от удивления, затем в них появилась надежда и мольба. Силуэт девушки метнулся вперёд, словно намереваясь вырваться из кристалла. Разумеется, ничего не получилось. Она в отчаянье несколько раз ударила по гладкой поверхности кристалла изнутри, что-то крикнула и замерла. Губы её шевелились, но слов было неслышно, в глазах стояли слёзы. Девушка потянулась навстречу, судя по движению рта, она повторяла одно и то же слово, казалось, вот-вот и можно будет услышать, ещё мгновение…

- Агата!

Нейт пришёл в сознание от звука собственного голоса. Над ним всё то же тёмно-серое, мёртвое небо Забытых Земель, рука тянется вверх, словно пытается схватить что-то. Юноша устало кладёт её на лоб, поворачивая голову в сторону. Взгляд цепляется за какой-то чужеродный для этих мест предмет. За три дня Нейт привык к здешним условиям: камни, жёсткий сорняк, покорёженный металл и стёкла – больше ничего. Здесь же что-то явно другое. Нейт тяжело приподнялся и на корочках подполз к находке, лежащей у остова автомобиля.

Юноша хрипло рассмеялся. В этом смехе было многое: удивление, отчаянье, смирение и, пожалуй, надежда. Перед ним лежал его рюкзак, рядом с не до конца сгоревшими прутиками кустарника. Нейт вернулся к своему последнему месту стоянки.

- Похоже, вы меня так просто не ставите, - неизвестно кого имея в виду, сказал юноша.

Он достал из рюкзака пластиковую бутылку, грустно взглянул на содержимое, откупорил и допил остатки.

Только сейчас Нейт осознал, как бесконечно устал: глаза слипались, ноги одеревенели. Он вздохнул, залез под остов автомобиля и, взяв рюкзак в обнимку, крепко заснул.

Утром долго не мог понять, где находится, но, придя в себя, выбрался из укрытия и осмотрелся. Монстров поблизости не было. Юноша вскрыл предпоследнюю банку консервов, позавтракал и отправился в путь, на сей раз, внимательно сверившись с компасом.

Через час Нейт вышел к сравнительно неплохо сохранившейся дороге. Она долгое время вела на юго-запад. Городского ландшафта становилось всё меньше. Исчезли в серо-оранжевой мгле здания-гиганты, строения становились всё меньше и скромнее, хотя при этом выглядели более сохранно. Но самое главное, когда Нейт сошёл с дороги и перебрался через небольшие водоочистные сооружения, он снова услышал резонанс. Не то чтобы музыка природы в Забытых Землях отсутствовала, но ощущалась крайне слабо, витала на краю сознания. Сейчас же она снова набирала силу.

Нейт что-то читал об особенностях искажающего поля в Забытых Землях, о том, что его способность уникальна, но в чём заключается эта уникальность, описывалось крайне пространно. Речь шла, видимо, об этом феномене. Интересно, можно ли было использовать там этюды. Дважды у Нейта получилось: во время практики с этюдами и когда он уничтожил тех монстров-телепатов. Но в первом случае юноша был на окраине Забытых Земель, а во втором находился в состоянии, похожем на аффект.

Юноша обернулся. Возвращаться, чтобы проверить специфику работы с резонансом абсолютно не хотелось, даже мысль об этом вызывала в сознании панику.

Постепенно настроение Нейта улучшалось. Голова стала работать лучше, вчерашнее наваждение и бредовое состояние казались дурным сном. Пить, разве что очень хотелось, но это не беда, возможно, на пути скоро попадутся родники, по правую руку показались горы, с них наверняка стекают ручьи воды, годной для питья.

В общем, всё постепенно налаживалось. Выход из проклятого города ознаменовался для Нейта возвращением в реальность, оттого так неприятно было услышать за спиной знакомое утробное рычание.

Казалось, один только этот звук может вернуть юношу назад в царство сомнений, безумия и беспомощности. Доказать Нейту, что единственная реальность для него теперь – эти проклятые земли, и выбраться отсюда юноша уже не может.

- Нет, - твёрдо произнёс Ривз и обернулся, в руке его был зажат револьвер, когда-то принадлежавший Агате. – Хватит с меня, пожалуй.

Из клочков рваного тумана, застрявшего среди сухих деревьев, появилась морда Дьявола.

Юноша осмотрел место предстоящей битвы: слева холм из нагромождения булыжников, если монстра удастся заманить туда, у Нейта было бы преимущество, так как размеры и способ передвижения Дьявола ограничивали бы манёвры существа. Одна проблема – холм слишком далеко, не успеть. С других сторон поляну, на которой находились Нейт и Дьявол, окружал лес высохших деревьев. Что ж, условия местности использовать в свою пользу не получится.

Второе и самое главное – этюды. Тут всё прошло хорошо: резонанс отозвался легко. Более того, пистолет, который Нейт опять выхватил машинально, тоже среагировал на его силу. Это странно, но разбираться не было времени: Дьявол упёрся передними лапами в землю, у его пасти концентрировалось оранжевое свечение.

Выстрел. Луч столкнулся с барьером и срикошетил в сторону, земля в нескольких метрах от противников встала дыбом, загремели каменные осколки.

Револьвер действительно сработал, правда, пользоваться Нейту им было нелегко, приходилось применять усилие, чувствовалось, что оружие настроено не под него.

Дьявол оскалился и без подготовки бросился на Нейта. Началась круговерть драки. Взрытая лапами земля, ледяные осколки, вспышки разбиваемых щитов револьвера – всё смешалось. Сил истощённому Нейту прибавляла ярость, он как будто дрался за право жить дальше, конечно, в каком-то, самом конкретном смысле так и было, но для него причины носили философский характер.

Нейт ещё дважды отразил этюд Дьявола и заметил, что после этой атаки монстр пару секунд не двигается, ещё юноше наконец-то удалось пробить его прочную кожу ледяным копьём. Рана не слишком серьёзная, но повесомее, чем слабые царапины до этого.

Примерно рассчитав углы отражения луча от щита, Нейт придумал план, но для его реализации нужно, чтобы монстр использовал свой этюд ещё раз. Дождаться этого было не так-то легко: Дьявол был ловок и силён. Манёвренность для таких размеров была немыслимая, а удар когтистой лапы, даже не прямой и несильный, закончил бы бой в секунду.

Пока Нейту удавалось уклоняться и отбиваться, но сил оставалось всё меньше, всё-таки голод, жажда и изнурительное путешествие давали о себе знать. Впрочем, Нейт не был уверен, справился бы он лучше, если был бы в хорошей форме.

Наконец Дьявол отпрыгнул назад и вздыбился, у его рта появился оранжевый шар. Нейт досчитал до трёх и выстрелил из револьвера. Он хотел сделать так, чтобы луч отразился прямо в пасть монстра, но немного просчитался, этюд опалил левую часть морды.

Дьявол встал на дыбы и взревел. Нейт побежал в атаку. Под головой монстра выросла массивная глыба льда. Второй этюд - метровая ледяная игла, ударил Дьяволу в живот. Монстр снова взвыл и повалился передними лапами на землю. Ледяная глыба вонзилась под шею, но недостаточно глубоко. Нейт с разбега запрыгнул на изгиб лапы противника, следующий прыжок - на созданный револьвером этюд. Щит лопается, подбрасывая диссонера выше. Нейт развернулся в воздухе, вскидывая вверх руку, над его головой появилась червоточина. Она выплюнула из себя ледяной булыжник, который со всего маха ударил Дьявола по затылку, ещё сильнее нанизывая его на пику льда. Можно было проделать это всё на расстоянии, но юноша хотел, чтоб наверняка.

Нейт поторопился спрыгнуть со спины монстра, потому как тот несколько раз сильно взбрыкнулся, пытаясь избавиться от инородного предмета в пасти. Движения его становились всё медленнее, утрачивая координацию, он валился то влево, то вправо. И наконец, издав глухой рык, Дьявол окончательно повалился на землю.

Нейт улыбнулся, кивнул сам себе и убрал пистолет за пазуху. Но тут случилась совсем уж удивительная и неожиданная вещь: за спиной послышался человеческий голос:

- Неплохо для чужестранца. Крон – один из самых сильных монстров пустоши.

Глава 6. Эо

Вейрон быстрым, стремительным шагом шёл через кампус академии в сторону лифта, ведущего на третий этаж в кабинет Крипелина. С недавнего времени Вейрон отчитывался только непосредственно перед директором. Лицо юноши было сосредоточенным, если не сказать суровым. Встреченные на пути товарищи не то что заговорить, даже поздороваться не решались. Многие знали, что, если весельчак и душа компании Вейрон Клифф в таком состоянии – лучше его не трогать. А в последнее время его часто видели удручённым и сосредоточенным.

Впрочем, подобное состояние стало свойственно для большинства членов академии: война на Центральном континенте переросла в мировую и напрямую грозила уничтожением Гармоний. За неделю Стратара потерпела ряд крупных поражений в море и Союз был близок к высадке и укреплению позиций на западных берегах Восточного континента.

Что же касается долга самих академий, то они не просто проворонили появление и приход к власти Королевы, но и были сейчас бесконечно далеки от того, чтобы подобраться к ней.

А дитя Фуксии меж тем успешно укрепляло свои позиции в Союзе, постепенно становясь для своих последователей предметом слепого обожания. Ни затянувшаяся война, ни нашествие монстров, с которыми теперь толком некому было бороться, не могли бросить тень на величие Королевы. Внешней же политике Агата Эйрейт не уделяла практически никакого внимания, ни с какими странами на контакт не шла, даже косвенно, через подчинённых.

Вейрон вошёл в приёмную, направился было к первому заму, который о чём-то беседовал с секретарём, но тот, увидев юношу, замахал рукой на дверь директора со словами: «Иди-иди, он ждёт!». Вейрон без лишних церемоний вошёл в кабинет.

Оказывается, у Крипелина уже были посетители – Кейси и Тэя, видимо, тоже докладывались после задания. Однако появление Вейрона ничуть не смутило директора, он спокойно поприветствовал воспитанника и предложил сесть, вид у Анджелуса был очень измученным, всё-таки за последние несколько месяцев старик сильно сдал.

- Да некогда сидеть! - порывисто ответил Вейрон. – У меня срочное донесение!

Крипелин устало кивнул, усаживаясь в кресло, и жестом пригласил продолжить.

- Мы с ребятами добыли неопровержимые данные о готовящейся атаке на Эо! – одним духом выпалил Вейрон и посмотрел на присутствующих. К его огромному удивлению, новость не произвела на них должного эффекта, вернее сказать, вообще никакого эффекта не произвела.

- Э-э, - растерялся юноша, мигом утратив свой пыл. – Вы уже знали об этом?

- Нет, - ответил Крипелин, потерев лоб. – Но этот шаг был очевиден.

- Ясно… так… так что мы будем делать?

- Что делать? – растерянно переспросил директор и вопросительно взглянул на Клиффа.

- Ну да, надо ведь организовать поддержку. Если не возражаете, я готов отправиться… ну, не один, конечно… в смысле, в числе прочих, - Вейрон совсем растерялся, и причиной тому было абсолютное отсутствие энтузиазма у присутствующих.

- В этом нет необходимости, мой друг, - сняв очки и протерев пальцами глаза, спокойно ответил Крипелин.

- Что это значит?

- Мы не отправимся на помощь к Эо.

- Что?! При всём уважении, сэр, но это же наши товарищи! – Вейрон всплеснул от возмущения руками. – И пока мы здесь будем сидеть и морщить лбы, их там будут убивать!

- Боюсь, сидеть и морщить лбы нам не придётся, - вздохнул Крипелин.

- Я этого не понимаю! – будто и не слышал Вейрон, он нервно начал расхаживать по кабинету. – Я всегда поддержу вас, сэр, но здесь, здесь!.. Я не понимаю!..

- Заткнись уже, сядь и успокойся! – раздражённо гаркнула на юношу потерявшая терпение Тэя.

Вейрон в недоумении посмотрел на девушку. Набрав пару раз воздуха в грудь, он так и не решился что-либо сказать. Юноша сел на рядом стоящий стул, затем резко встал с него в качестве протеста, понял, что это глупо и снова сел, но уже на другое место.

- Директор пытается сказать тебе, - терпеливо и строго начала объяснять Тэя. – Что у нас, к сожалению, свои проблемы. На Орту тоже готовится нападение.

- Что?.. – Вейрон так и застыл с открытым ртом.

- Да, - кивнула Тэя. – Нам с Кейси удалось выяснить: сюда направляется флот с десантными кораблями. Завтра утром они будут в Балиме, затем - сюда.

- Но… но, как же Кильвея?! Они просто так дадут врагу пройти?! А что президент? Что правительство?

- Они напуганы, - вставая, заговорил Крипелин. – Королева впервые за время своего открытого правления вышла с ними на связь. Просила разрешить с миротворческой целью присутствие своей небольшой армии на территории Кильвеи.

- И они согласились?! – воскликнул Вейрон.

- Они напуганы, - повторил директор, отходя к окну. – Согласие – вопрос времени. Это мирная страна, здесь и армии-то почти нет, в военных делах они во многом полагались на нас. И сейчас, когда последний фронт обороны терпит поражение за поражением, власти Кильвеи боятся вступить в конфронтацию с Союзом.

- Что же нам делать? – неуверенно нарушил затянувшееся молчание Вейрон.

Крипелин повернулся, осмотрел присутствующих и, стараясь говорить бодро, ответил:

- Как что, готовиться к обороне, разумеется.

***

Их было пятеро, трое мужчин и две женщины. Одеты в походную старую одежду, носили при себе оружие. Выделить другие примечательные признаки было сложно, разве что выглядели люди своеобразно. Сказать конкретнее трудно, просто с первого взгляда, по жестам, манере поведения, вышедшей много лёд назад из моды одежде, приходила в голову лаконичная мысль: не от мира сего.

Незнакомцы спускались по узкой тропе среди камней. Нейт и не заметил, как во время битвы близко сместился к каменистому холму.

Говорил высокий, статный человек в летах с военной выправкой. Он и ближайшая к нему спутница – единственные, кто не имел при себе оружия, во всяком случае, не носили его на виду. Остальные держали винтовки и пистолеты на изготовку, не скрывая подозрительного и враждебного отношения.

- Ты не с Эо, - полуутвердительно полувопросительно сказал лидер. – Да ещё и идёшь, похоже, с севера. Необычно.

- Да, - осторожно ответил Нейт. – Я путешествую, как раз направляюсь в Эо, может, вы…

- Альм, точно тебе говорю, это он! – прошипел один из спутников собеседника Нейта, коренастый лысый мужчина с желчным выражением лица. – Это ловушка! Давай его просто…

- Подожди, Рингольд, - поднял руку лидер. – Давай сначала… - концовку фразы Нейт не расслышал.

- Так вот, - медленно проговорил юноша, поставив правую руку на пояс, чтобы можно было быстрее дотянуться до кобуры. – Может, окажете любезность…

- Чёрт возьми, Альм, это ловушка!

- Не знаю, о чём вы там, - так же осторожно продолжал Нейт. – Но я…

- Не заговаривай нам зубы! – прошипел тот, кого называли Рингольдом. Угрожая Нейту пистолетом, он быстро стал приближаться к юноше. – Я вижу тебя на…

Договорить мужчина не успел: молниеносным движением Нейт перехватил руку с пистолетом, выкрутил её кверху, вынуждая Рингольда развернуться и отпустить оружие, затем толчком плеча повалил агрессора на землю.

Всё это не заняло даже двух секунд. Рингольд повернулся к Нейту, намереваясь выкрикнуть что-то злобное, но, столкнувшись с дулом своего же пистолета в нескольких сантиметрах от лица, как-то сразу скис.

- Спокойно, - поспешил вмешаться Альм. – Мы не желаем тебе зла!

- Это я заметил, - усмехнулся Нейт.

- Пойми нас, всё это очень странно. Ты ведь Нейт Ривз, так? Убийца президента и эпигон Королевы.

- Моя слава идёт впереди меня, подумать только, даже до Забытых Земель докатилась. О том, что я эпигон тоже по новостям рассказывали?

- Нет, об этом мы знаем по своим каналам.

- Кто вы?

- Хранители Хтольна.

- Что? Секта, что ли, какая?

Нейт ещё раз недоверчиво осмотрел незнакомцев, всё, в общем-то, сходится: одежда, странная манера говорить и вести себя, ещё и живут в Забытых Землях, точно чудаки-сектанты.

- Называй как хочешь, - миролюбиво ответил Альм. – Мы же предпочитаем – братство.

- Ну, разумеется, - саркастично прокомментировал Нейт.

- Я прошу прощения за своего друга, - собеседник кивком указал на Рингольда, который не шевелясь, лежал в ногах Нейта. – Он вышел из себя, это недопустимо, но я всё же прошу убрать оружие.

- Где гарантии, что, если я сделаю это, кто-нибудь ещё из твоих друзей не выйдет из себя?

Нейт многозначительно посмотрел на двух спутников Альма, которые целили в юношу винтовками.

- Уберите! – несколько раздражённо приказал лидер.

Люди неохотно опустили оружие, Нейт не спешил следовать их примеру.

- Что вам от меня надо? – нелюбезно поинтересовался он.

- Ничего, - пожал плечами Альм. – Мы ещё в деревне почувствовали чужое присутствие. Наши интонеры уловили колебания, - он кивком указал на свою спутницу – женщину с гривой густых каштановых волос и хитрым прищуром глаз. – Мы пошли проверить и встретили тебя.

- Интонеры?

- Да, люди, которые в том числе могут чувствовать резонанс других людей.

- Никогда о таком…

- В Гармониях это направление никогда не развивалось.

- Ты сказал где-то рядом ваша деревня, - Нейт опустил наконец пистолет. Рингольт осторожно поднялся, отошёл на два шага от Ривза и застыл на месте, недоверчиво поглядывая на обидчика.

- Да, - спокойно кивнул Альм. – Однако пригласить тебя мы, к сожалению, не можем. Это запрещено.

- Потому что я чужак?

- Потому что ты порченый.

- А?

- Погоди, Альм, здесь всё не так просто, - вмешалась в разговор женщина с каштановыми волосами.

Она стремительно и по-кошачьи плавно приблизилась к Нейту и стала внимательно его осматривать. Юноша уловил приятный цветочный аромат. Серо-зелёные глаза незнакомки будто что-то искали, при этом смотрели не на Нейта, а как будто хотели заглянуть внутрь. Тонкие пальцы скользнули, едва касаясь одежды, к груди, нырнули за пазуху, коснувшись револьвера. Нейт отстранился и отвёл руку незнакомки в сторону.

- Спокойно, - улыбнулась она, взглянув на сей раз Нейту в глаза. – Я не кусаюсь.

- Все вы так говорите, - напряжённо сказал Нейт.

- Хе-хе, молодец, хороший ответ. Интересный юноша, – задумчиво промурлыкала она. – К тому же ещё и симпатичный. Эх, будь я на несколько лет моложе… - мечтательно закончила женщина.

- Да у нас не такая уж большая разница в возрасте, - машинально сказал Нейт, зачарованный её игривым поведением.

- Что?! – незнакомка в притворном смущении прикрыла рот. – Ты что, заигрываешь со мной? Надо же, экий сердцеед!

- Что… сердцеед? Да нет, я просто… - растерянно забормотал Нейт, чувствуя, как горят щёки, но, заметив, что над ним просто потешаются, нахмурился и угрюмо спросил:

- И что же во мне интересного?

Незнакомка хитро улыбнулась, Нейт был уверен, что она не ответит, но приблизившись к нему, женщина томно заговорила:

- Получил благословение малыша Люна, уже имея связь с духом. Такое встречается нечасто. Интересно, что же такого он в тебе увидел.

- Лина, - строго позвал Альм. – Ты помнишь, правила есть правила.

- Да я не настаиваю, - поморщившись, ответила женщина не поворачиваясь. – Прости, солнце, здесь я сделать ничего не могу, в захолустье наше тебе дороги нет.

- Я уж понял, - буркнул Нейт и, повернувшись к лидеру, мрачно спросил:

- Дорогу до Эо хоть покажете?

Альм кивнул и указал на юг.

- Видишь, горная цепь обрывается, а потом снова вырастает пиком. Тебе надо держаться этой скалы, слева от неё, возле реки, будет проход в зону испытаний Эо, там всегда дежурит патруль.

- И на том спасибо, - проворчал Нейт, кинув пистолет прежнему владельцу. Рингольт растерялся и чуть не уронил оружие на землю.

- Жаль, что так вышло, – чуть виновато сказала Лина. – Даже проводить тебя не могу – дела, но, надеюсь, ещё увидимся.

Женщина лукаво подмигнула Нейту и направилась к своим, юноша же, не оборачиваясь, направился на юг.

До пика, указанного Альмом, было километров пятнадцать - немного, особенно если учесть, что не придётся больше петлять по разрушенному городу.

Через пару часов Нейт нашёл первый родник. Вымыл лицо, голову, долго всматривался в воду, затем наконец, слегка зачерпнув рукой, попробовал, пожал плечами, попробовал ещё, какое-то время просидел, прислушиваясь к себе, и полез в рюкзак за бутылкой.

Идти стало легче, усталость как рукой сняло, и дело было не только в утолении жажды. Искажающее поле Забытых Земель слабело, и вместе с этим разум всё больше прояснялся. Недавние мысли о нереальности происходящего всё больше казались нелепыми и бредовыми. Впрочем, некое новое чувство от всего пережитого поселилось в сердце Нейта, но пока он решил с этим не разбираться.

До прохода возле горной реки юноша добрался ближе к вечеру. Через час отыскал пост академии Эо. Но, что было странно: он оказался пуст. Причём покинут не так давно – день-два назад.

Пост состоял из двух вышек и бревенчатого домика в несколько помещений: кухня, туалет, две комнаты. Припасы на месте, генератор, горючее к нему, постельное бельё, одежда – всё здесь, как будто пост покинули в срочном порядке, на это указывала ещё недоигранная партия в каты. Странно.

Нейт несколько минут побродил по периметру в надежде отыскать дежурных, хотя и понимал, что все они пост покинуть не могли. Никаких следов присутствия не нашёл и вернулся в лагерь. Завёл генератор в сарае и отправился в дом.

Нейт, немного подумал и решил остаться на ночлег здесь, хоть самая сложная часть пути пройдена, зоны испытаний – не место для лёгкой прогулки, нужно восстановить силы. Он помылся, поужинал и сразу лёг спать, а наутро без проволочек отправился в путь.

Поля испытаний Эо, на вкус Нейта, были самыми красивыми и необычными из всех. Древние как мир деревья превратились в окаменелости, а на их ветвях много веков копилась нуминиевая пыль, формируясь в причудливые наросты. Словно сказочный осенний лес.

Однако в этот раз любоваться красотами было некогда. Но как бы Нейт не спешил, стараясь достичь академии до наступления ночи, преодолеть больше ста километров за такое время – задача, всё же, невыполнимая, и академия Эо открылась перед взглядом юноши только ближе к вечеру следующего дня.

Академия была построена на берегу живописнейшей бухты и была как бы её частью. Наверху скалистого берега стояло основное здание – лёгкое голубое строение с большим количеством террас, переходов, балконов и веранд. Здесь расположились: общежитие, учебные классы и администрация. А так называемая нижняя часть академии была встроена прямо в изрытый гротами берег моря. Здесь находились тренировочные площадки, технические помещения и порт.

Впрочем, сейчас Эо предстала перед глазами Нейта совсем не такой, какой он её запомнил. Стены здания, там, где они не были разрушены, покрывала грязь и копоть, земля вокруг была изрыта воронками от взрывов. Но самое страшное Нейт увидел в стороне от академии. На ровном зелёном поле трудилось несколько десятков человек. Они выкапывали ямы. Много, несколько сотен. Нейт досадливо отвернулся и, до боли сжав челюсти, направился к зданию.

Его давно заметили, но никаких действий не предпринимали, только в своеобразном кампусе, который соединял основное здание с гротами и различными пристройками, кто-то позвал человека по имени Айм, и через минуту к Ривзу подошёл щуплый молодой парень в форме диссонера Эо второго ранга, компанию ему составляли две строгие девушки.

- О, и правда, Нейт Ривз! – весело удивился юноша. – Я был уверен, дозорные напутали.

Нейт ответил на рукопожатие, гадая, почему на встречу с ним отправили диссонера второго ранга, а не кого-то из администрации, тем более, если установили его личность.

- Что у вас случилось? – спросил Ривз.

Айм посмотрел вокруг, симпатичное лицо его, по-видимому, часто улыбающееся и потому кажущееся беззаботным, вдруг омрачилось, но тут же как будто насильно вновь приняло весёлое выражение.

- Три дня назад на нас напал Союз. Эм, - Айм тревожно посмотрел куда-то в сторону. – Мне нужно делать обход, если не против, можешь присоединиться, я расскажу подробнее.

Нейт, разумеется, согласился.

Айм проводил осмотр раненых. Иногда просто беседовал, ощупывал, проверял раны, в некоторых случаях призывал на помощь этюды: он был «белым» диссонером. Бывало, серьёзно смотрел на своих спутниц и тихонечко что-то им диктовал, те записывали. В перерывах между всеми этими действиями Айм поведал Нейту подробности недавней битвы.

Рано утром рядом с бухтой появилось четыре корабля Союза: два линкора, один эсминец и одно десантное судно. Никто не ожидал, что враг заберётся так далеко на юг, тем более Стратара, несмотря ни на что, всё ещё навязывала серьёзные бои на севере. И всё же это случилось.

Корабли начали обстрел Гармонии с дальней дистанции. Этюды в отличие от пушек на таком расстоянии были малоэффективны. Пока академия организовывала хоть сколько-нибудь внушительное сопротивление, многое уже было потеряно.

Основной удар пришёлся по порту, и в первые часы боя Эо лишилась многих своих кораблей, которые даже в бой вступить не успели. Завязалась морская битва, но фактор неожиданности сыграл свою весомую роль: на воде всё складывалось не в пользу Эо. Неся большие потери, диссонерам удалось потопить эсминец, но успех закрепить возможности не было, обстреливаемые пушками и торпедами, остатки флота академии не могли организовать достойное сопротивление, даже поддержка береговых пушек не помогла.

Через несколько часов в порт ворвался десантный корабль Союза. После нескольких предложений сдаться, завязался бой уже на территории Гармонии.

Неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы не появившиеся на горизонте корабли Стратары.

Враг отступил, оставив после себя непоправимые разрушения и огромное количество смертей. Эо потеряла почти три четверти людей. Это была ужасная бойня.

- Айм, - осторожно начал Нейт, когда они переходили к очередному пункту размещения раненых. – Не обижайся, но почему ты всем этим занят? - Ривз говорил не только об уходе за пострадавшими: за время обхода Айму приходилось решать и многие другие вопросы.

- Ты о чём? – на лице юноши отразилось несколько наивное удивление.

- Ну, - смутился Нейт. – Где начальство? Чем они заняты?

- А-а. Боюсь, приятель, я и есть начальство.

Он сел на корточки рядом с белокурой симпатичной девочкой лет десяти, стал говорить ей что-то ободряющее, попутно интересуясь её самочувствием. Нейт повнимательнее пригляделся к юноше. Белые, растрёпанные волосы, слегка женственное лицо, худощавое телосложение. Не самый внушительный вид. Но именно он взял на себя ответственность вести этих измученных, израненных, напуганных людей, потрясённых недавними ужасными событиями. И делал это с улыбкой, не теряя чувства духа. Это ли не истинное мужество.

К Айму подбежал парень лет пятнадцати в разодранной форме.

- Ещё одного нашли, нужна твоя помощь! – выпалил он.

- Жив? – тут же спросил Айм.

- Да, вроде ничего опасного, но без тебя решили не вытаскивать.

- Правильно. Идём.

Сделав несколько шагов, Айм вдруг вспомнил о Нейте, обернулся и быстро сказал:

- Подожди меня немного, я постараюсь быстро.

Ривз вздохнул и растерянно осмотрелся, решая, как быть дальше, остаться или прогуляться по округе. Взгляд его вдруг упал на девочку, с которой только что болтал Айм. Вырастет красавицей, невольно подумал Нейт, разглядывая раненую. У девочки на щеках появился лёгкий румянец. Ривз вдруг понял, в каком дурацком положении находится и как странно выглядит: рассматривает незнакомого ребёнка и молчит. Но, как назло, на ум, чтобы завести беседу, ничего не шло. Выручила вазочка, стоявшая у спального мешка, в ней красовался букет полевых цветов.

- От поклонников? – улыбнулся Нейт, кивая на вазу.

Девочка вздрогнула, машинально потянулась к цветам, но неаккуратное движение уронило вазу. Нейт нагнулся, чтобы помочь, и замер: что-то было не так, мозг даже не сразу разобрался, что именно. Ваза упала на одеяло, прикрывающее ноги девочки, и смяло его так, что было абсолютно очевидно – под одеялом ничего нет. Нейт испуганно перевёл взгляд на девочку, она покраснела ещё больше, не зная, куда девать взгляд.

В ушах зазвенело, что-то липкое стало обволакивать тело. Юноша посмотрел по сторонам: десятки покалеченных, измученных людей, совсем ещё недавно весёлых, жизнерадостных, полных надежд. Теперь их жизнь разрушена, им никогда не стать прежними, не вернуться, не излечиться. Их своей липкой, холодной рукой коснулась война.

Нейт внезапно вспомнил, как стоял на крыше во время битвы за Уст, год назад. Он смотрел на пылающий город и восхищался мрачной красотой боя. Для него война была приключением, и вот он увидел другую её сторону, пожалуй – истинное нутро, безобразное и отталкивающее, пахнущее гнилью и отчаянием.

Сколько лежало здесь, под самодельными навесами, прямо на земле, человек двадцать? И таких пунктов в лагере было пять или шесть. Никто не вернёт этим детям руки и ноги, никто не вернёт им тех, кого они потеряли. Они никогда не забудут, они никогда не станут прежними…

Сколько лежало там, в поле? Несколько сотен. У этих уже вообще ничего не будет. Их миры погасли, исчезли навсегда. Только память в сердцах оплакивающих…

Нейт почувствовал, как вспотел его лоб, как начали трястись руки. Он поймал тревожный взгляд девочки, как мог ободряюще улыбнулся и на негнущихся ногах отошёл в сторону. Нашёл укромное место, где никого не было, присел на ступеньку и сжал руками виски. Тело била мелкая дрожь, сердце, казалось, застряло где-то в горле и мешало дышать, спина была мокрая от пота.

Его снова поглощала тьма, высасывала из него всё живое, оставляя только липкий страх. Он падает в эту пропасть, и полет его бесконечен. Только насмешливое лицо Кайры выделяется на фоне бездны.

Он просидел так с четверть часа, пока его не вернул в реальность голос, звучавший, словно из другого мира:

- О, вот ты где!

Видения с противным звоном рассеивались, дыхание восстанавливалось.

- Ты в порядке?

- Да, всё нормально, - прохрипел Нейт, но поворачиваться к Айму не спешил. – Голова слегка закружилась, наверное, устал с дороги, - юноша перевёл дух и поднялся. – Что вы планируете делать дальше?

- Завтра вечером прибудет корабль из Стратары, нас заберут, а потом, - Айм отвёл взгляд, лицо его погрустнело. – Кто знает…

Повисло молчание. Нейт глубоко вздохнул, повернулся к собеседнику и чуть резко, хотя не хотел этого, спросил:

- Вы меня ненавидите?

- А? – Айм приоткрыл от удивления рот. – Что… п-почему мы должны ненавидеть тебя?

- Потому что не смог остановить, - Нейт неопределённо кивнул в сторону. – Более того, стал причиной…

- А-а, ха-ха… причиной. Да уж, неужели ты думаешь, она не нашла бы причины?

- Да, - кивнул Нейт. – Но этой причиной стали мои действия.

- Ни для кого из нас это не имеет значения. И касательно того, что ты не смог убить Королеву… да кто бы из нас смог? Это задача не для одного человека. Нет, приятель, не обижайся, но всё это твои душевные метания, твои проблемы, у нас своих в избытке.

- Понимаю, - кивнул Нейт и снова сел на ступеньку, Айм присел рядом.

- Слушай, а как ты вообще добрался до нас? По побережью?

- Нет, через Забытые Земли.

- Забытые Земли?! – искренне изумился Айм. – Ну ты даёшь! – он мечтательно посмотрел на небо. – А зачем ты вообще сюда пришёл? Искать убежища?

- Нет, - грустно ответил Ривз, помотав головой. – Думал, вы поможете мне добраться до Орты, ну, или хотя бы связаться с ней.

- Нет, брат, со связью сейчас совсем худо, нам даже с соседней Стратарой по секретным каналам связаться тяжело, чего уж говорить о других континентах. А вот с дорогой домой… - Айм задумался, потирая подбородок. – Есть идейка, пойдём.

Он повёл Нейта в нижнюю часть академии, а дальше, по сложной системе переходов и тоннелей, их путь лежал к самому морю.

Шли молча, видно было, что Айм очень торопился, очевидно – дел невпроворот. Нейту было даже совестно, что на него тратят время в таких обстоятельствах.

Они подошли к широкому квадратному причалу, рядом с которым располагалось что-то вроде мастерской, там трудился мужчина лет сорока, крепкого телосложения, хотя видно было, что фигура знала лучшие времена, загорелый, бородатый, улыбчивый, этакий местный мастер-добряк.

- Ого! – протянул мужчина, отрываясь от своей работы. – Надо же, какие знаменитости к нам пожаловали! Хотя по телеку передавали, что тебя прикончили, я даже сам видел.

- Не всё что передают по телеку – правда, - кисло ответил Нейт.

- Это точно! – неизвестно чему обрадовался мужчина. – Чё пожаловали? Чё надо?

- Мы по поводу лодки, Прон, - легкомысленно ответил Айм.

- Да какой лодки, Айм? Ты ж не хуже меня знаешь, всё поломано.

- Наши, да, - кивнул парень и многозначительно посмотрел в сторону, Нейт проследил за его взглядом: у соседнего причала стоял малый штурмовой беруновский катер.

- А-а, - почесал за ухом Прон. – Кое-что залатать, движок поправить, так, по мелочи. А тебе зачем?

- Нашему товарищу из Орты, - Айм кивнул в сторону Нейта. – Позарез нужно домой.

- В Орту? – задумчиво протянул Прон и посмотрел на катер. – Далековато, конечно. Но штормов в это время года нет, океан спокоен… А, чёрт знает, может, и дойдёт! Ладно, поможем «товарищу из Орты», в такое время своих бросать – последнее дело!

- Спасибо, - кивнул Нейт.

- Пойдём, займусь твоей посудиной, заодно покажу тебе, что к чему.

С этими словами Прон отправился к катеру. Нейт же повернулся к Айму, слегка поклонился и сказал:

- Я у тебя в долгу, спасибо за помощь.

- А, ерунда, - Айм смущённо почесал затылок.

- Как доберусь, сообщу о вашем положении начальству, уверен, Крипелин придумает, что делать дальше.

- Ага, не сомневаюсь, - улыбнулся Айм.

На этом можно было и попрощаться, но Нейт медлил, ему хотелось внести хоть какой-то вклад, хоть как-то помочь, поддержать. Но на ум ничего не шло, а пауза уже прилично затянулась, и ничего не сказать было бы уже странно.

- Ты молодец, даже завидую тебе, - наконец произнёс Нейт.

- Мне, - по-детски удивился Айм. – Почему?

- Даже в такой ситуации, после всего пережитого, после того как на тебя свалилась вся эта ответственность, ты не теряешь бодрости духа. Это дорогого стоит, я бы так не смог.

- Хе-хе, - смутился Айм. – Да уж… - лицо его стало серьёзным, он посмотрел куда-то в сторону. – Ребята сейчас раздавлены, убиты горем. Всё, что я могу – постараться показать своим примером: надо жить дальше, как бы больно ни было…

- Прощай, Айм, рад был познакомиться, - после некоторого молчания произнёс Нейт.

- А? – на лице собеседника опять появилось изумление. – Познакомиться? Как? Мы же знакомы уже, два года назад вместе задание выполняли. Морское чудище, которое терроризировало рыбацкие поселения на юге Кильвеи. Помнишь? Мы тогда курсантами были…

- А, э… - растерялся Нейт. – Что-то такое было, да…

- Ха-ха-ха, ну, в этом весь ты! Я-то думал, ты меня сразу узнал! Ладно, дружище, побегу, дела. Бывай, береги себя.

Юноши пожали друг другу руки и разошлись.

Прон закончил с ремонтом судна ближе к ночи. Попутно он подробно объяснял Нейту, на что нужно обращать внимание в путешествии, как действовать при тех или иных поломках и прочее. После ужина Нейт по совету Прона решил ночью в море не выходить, выспаться и на рассвете отправиться в путь.

Рано утром, только солнце обозначилось на горизонте, беруновский военный катер покинул порт Эо.

Конечно, в такое раннее время в академии всё ещё спали, разве только кроме тех, у кого были особые обязанности: дозор, уход за ранеными и прочее. Но был ещё один человек, который не спал, но при этом и не был занят чем-то важным.

Айм Клейм диссонер второго ранга Гармонии Эо сидел на парапете стены, отделяющей внутренний двор академии от скалистого обрыва, и не спеша пил кофе. Если бы кто-то из знакомых увидел его сейчас, то, наверное, и не узнал бы: бледное мраморное лицо, не просто не выражало эмоций, но, казалось, никогда и неумело этого делать, покрасневшие, воспалённые глаза безучастно смотрели вдаль, в них тоже ничего не отражалось, так, пожалуй, выглядят глаза покойника. Айм несколько раз дёрнул уголками губ, будто в попытке улыбнуться и что есть силы, зажмурился. Через несколько секунд он расслабился, встал с места и отправился выполнять свои обязанности, стараясь не смотреть в сторону, где посреди поля выросло несколько сотен свежих насыпей, словно памятник немому упрёку злой силе человечества, которая так жестоко и безответственно распоряжается жизнью и смертью.

Глава 7. Битва за Орту

Крипелин оказался прав, Кильвея пропустила военные силы Союза на свою территорию. Сопротивлялась недолго, выставили какие-то смешные и тривиальные условия: о запрете ведения боевых действий, об ограничении манёвров и времени пребывания на территории Кильвеи, и поспешили уйти в сторону. Конечно, всё и всем было понятно, зачем бы союзу вводить на территорию Кильвеи свои войска? Радовало только то, что пока Королеве необходимо соблюдать некоторые формальности, значит, её власть и сила не безграничны.

На улаживание всех вопросов, высадку и путь до Орты у армии Союза ушло всего два дня. Это время Гармония использовала для подготовки к бою. Работали не покладая рук: рыли траншеи, устанавливали оборонительные сооружения, пулемётные и миномётные гнёзда, тщательно продумывали план обороны и ведения боя. Времени было мало, многое не успели: враг уже был у ворот.

Командовал двухтысячным полком сам эпигон Королевы Эйз Эствуд. Он лично вышел на связь с руководством Орты и предложил мирное разрешение вопроса. Сдаться, короче говоря. После отказа Союз начал психологическую атаку: через рупоры студентам академии обещались всяческие блага, если они добровольно перейдут под знамёна Королевы.

Продолжалось это почти два часа, затем затишье, после которого первые выстрелы орудий прогремели особенно страшно.

Две тысячи солдат и полсотни единиц боевой техники: танки, Пауки, гаубицы, бронетранспортёры и прочее – это серьёзно, против, от силы, восьми сотен боеспособных студентов Орты. Но диссонеры – грозное оружие Гармоний, которое могло переломить ход даже самой безнадёжной битвы. Так что, несмотря на боевой опыт, поддержку военной техники и численное преимущество, армия Союза действовала серьёзно, жестоко и решительно, никто не смел недооценивать силы Гармоний, тем более многие из солдат лично видели диссонеров в действии.

Бой начался с плотного артиллерийского огня. Над академией и предместьями начали вспыхивать щиты самых разных форм, расцветок и размеров. Какие-то из них полностью блокировали удары снарядов, другие отклоняли или ослабляли их, но были и те, что не справлялись со своей задачей, и тогда группам поддержки приходилось спешить на помощь раненым, восстанавливать или оценивать разрушения, ликвидировать пожары.

Было решено разделить силы Орты на три группы. Первая – команда атаки, укрывалась в рвах и траншеях перед академией и выжидала удобного момента нанести удар или, если такого шанса не выпадет, обороняться на подступах к академии. Вторая – команда защиты. Во время первого этапа наступления она должна была поддерживать первую группу и в случае чего, либо выдвинуться с ней в атаку, либо обеспечить отступление и организовать оборону внутри Орты. Третья, самая малочисленная – команда поддержки. Сюда входили медики и диссонеры, специализирующие на модернизирующих и защитных этюдах. Их задача – оказывать помощь первым двум группам.

Кстати говоря, второй командой командовал Вейрон. Это было весьма необычно, чтобы диссонер второго ранга получил такое ответственное задание. Но, во-первых, Вейрон очень хорошо проявил себя не только за время обучения, но и в качестве диссонера-оперативника. А, во-вторых, его идеи и решения по обороне Орты были очень высоко оценены руководством. Так что роль командира второй группы военным советом была единогласно отдана ему, несмотря на не самый богатый опыт. Тем более это обстоятельство нивелировали старшие помощники юноши, среди которых была и инструктор Ост.

Через полчаса интенсивного артобстрела, полк под командованием Эствуда, двинулся в атаку. Диссонеры ответили этюдами, первоочередной их задачей было нейтрализовать технику противника. Силы Союза разделились, отправив два отряда в наступление с флангов. Командование Орты ожидало такой поворот, планом было не обращать на этот ход внимания, чтобы вызвать у противника смятение и подозрения. А подкрепит этот эффект минное поле на левом фланге. К сожалению, правый фланг укрепить и защитить не удалось: не хватило времени и ресурсов, но противник-то об этом не знал, и когда в одном месте начнут взрываться мины, враг будет сомневаться в безопасности любой территории. Это поможет выиграть время и снизить уверенность противника.

Но ни град этюдов, ни разрывающиеся мины не смогли остановить натиск армии Королевы. И через час яростной битвы силы Эствуда начали теснить первую группу Орты из траншей, пока не вынудили диссонеров отступать к академии.

***

- Вейрон! Наконец-то, всюду тебя ищу. Враг прорвался на левом фланге!

- Как?! – неприятно удивился Клифф. Защита Гармонии в этой части была самой слабой, как-то не рассчитывал Вейрон, что враг так легко прорвётся под обстрелом, да ещё через минное поле. – Проклятье! – юноша растерянно посмотрел по сторонам. Он спешил к центральной части сражения, чтобы помочь первой группе отступить к академии, и не мог отвлечься на что-то другое, но, с другой стороны, прорыв на левом фланге – очень серьёзная проблема. На помощь в решении вопроса пришла Тэя. Она положила руку на плечо Вейрона, строго взглянула ему в глаза и сказала:

- Сосредоточься на центре битвы, ты там нужнее, а я со своей группой прикрою слева, нам там со спецификой наших способностей есть где разгуляться.

Вейрон несколько секунд задумчиво смотрел на Тэю, затем медленно кивнул и громко, для всех, сказал:

- Группа Алнор – поддержать прорыв, остальные за мной! Продержитесь там, - добавил он уже только Тэе. – Если что – на связи.

В центре дела обстояли очень плохо. Первую группу выбили со своих позиций и теснили назад, буквально стреляя в незащищённые спины. Такими темпами ударный отряд полностью уничтожат.

Появление группы Вейрона было эффектным: из центрального входа, ломая ограждения, вылетело шесть фургонов, обшитых стальными листами, на двух из них были установлены пулемёты, за машинами двигалась группа людей. Техника влетела в самую гущу сражения, отделяя своих от противника и прикрывая их от стрельбы, диссонеры рассредоточились: одна группа расстреливала противника этюдами и из оружия издалека, вторая вступила в схватку на передовой, третья поддерживала первые две.

Никогда ещё Вейрон не сражался столь яростно, враги разлетались в стороны, словно листья на ветру. Пламя его клинка сверкало и разило неумолимо и неистово. Враг попятился назад, обескураженный таким напором. Вейрон разогнался, запрыгнул на подбитый бронетранспортёр, сбил оттуда пулемётчика и со словами: «Сейчас я покажу вам, каково это — драться с Гармонией!», обрушился, широко взмахнув мечом, на проезжающий мимо танк. Ослепительная вспышка озарила поле боя, сталь взвыла, корпус прогнулся и расплавился, из гусеничной ленты выдавило два колеса, танк сильно осел на левый бок.

Ближайшие к Вейрону солдаты замерли, с ужасом глядя на юношу, который сгорблено стоял рядом с повреждённым танком, держа свой огромный меч одной рукой. Чтобы усилить впечатление, Вейрон хищно улыбнулся, хотя в голове уже гремела тяжёлая музыка, а разум охватывало чувство эйфории: слишком многое он вложил в последние атаки, использовать сейчас этюды было бы не очень разумно, и кроме грозного вида, предложить Вейрону пока было нечего. Положение спас один из товарищей Клиффа, который тревожно прокричал за его спиной:

- Вейрон, поторопись, мы отходим!

На землю посыпались дымовые шашки, тёмно-серое облако поползло по полю боя.

Вейрон, под прикрытием этюдов товарищей, смог добраться до четырёх оставленных фургонов (автомобили с пулемётами возвращались к академии), дальше нужно было как можно быстрее добраться до укреплений в академии. Юноша убрал меч за спину и, не чувствуя под собой ног, нёсся, пытаясь нагнать товарищей. Райкос, который был уже у стены из мешков с песком, защищающих главный вход в академию, развернулся и, поймав взгляд напарника, вопросительно кивнул на радиопередатчик в своей правой руке.

Вейрон обернулся, через рассеивающийся дым было видно, как передовые отряды противника под прикрытием танка и двух бронетранспортёров достигли оставленных диссонерами машин. Клифф махнул рукой Райкосу, тот нажал на кнопку. Фургоны взлетели на воздух, раскидывая вокруг себя фонтаны пламени и дыма. В стане противника произошло замешательство, чем и воспользовались диссонеры, благополучно добравшись до академии и заняв свои позиции для дальнейшей обороны.

- Как у нас дела? – спросил Вейрон у раздававшей указания Ниры.

- О, с возвращением! Вы молодцы! – радостно махнула рукой инструктор. – Дела, честно сказать, не очень. Ребята сражаются отлично, но враг сильно превосходит нас числом. Нас зажимают в тиски. Столовая, библиотека и складские помещения заняты противником, он опасно продвигается ко второму этажу. Левую часть Тэя пока держит, но и там ситуация тяжёлая. Я как раз планировала перераспределить силы.

- Думаете, здесь ситуация будет лучше? – Вейрон кивнул в сторону центрального входа.

- Не знаю, - вздохнула Нира. – Но здесь сосредоточены самые опытные и способные диссонеры, придётся положиться на них, другого выхода не вижу, фланги отдавать нельзя.

- Согласен, - кивнул Вейрон. – Тогда я… - он осёкся, взглянув, на подбежавшего к ним студента.

- Инструктор, - запыхавшись проговорил юноша. – А, Вейрон, и ты здесь… У нас беда! Враг пробился на второй этаж и продвигается к классным комнатам!

Нира и Вейрон мрачно переглянулись: там были размещены все младшие кадеты, не способные принимать участия в сражении. Тут, как назло, запиликала рация на столе, рядом с инструктором.

- Слушаю! – строго ответила Нира.

В динамики, пробиваясь через звуки выстрелов и криков, послышался голос Тэи:

- Не хочу на вас давить, инструктор, но у нас здесь совсем жарко, подмогу бы, боюсь, не удержим…

- Надо удержать, Тэя! Вопрос с подмогой решаем.

Нира нажала отбой и посмотрела на Вейрона.

- Вы с шестой и четвёртой группой идите к кадетам, - он посмотрел на стоящего рядом Райкоса. – Дружище, ты тоже. Я с третьей группой поддержу правый фланг.

- А я? – подняла руку вверх Фира.

- Ты со мной.

***

Райкос был спокойным и уравновешенным человеком. Он всегда старался подходить к любому вопросу и проблеме рассудительно. Своей непоколебимой невозмутимостью диссонер часто заражал и своих эмоциональных напарников. Но не только близкие товарищи, а в принципе все люди Орты знали и ценили в нём это качество. Редко кто мог увидеть его взволнованным, раздражённым, сметённым или злым. Да Райкос и сам нечасто чувствовал в себе эти переживания.

Но так было не сегодня. Уже дважды юноша потерял самообладание. Первый раз, когда смотрел на жестокое наступление противника после артобстрела. Всё казалось невозможным, нереальным. Орта – непобедимая твердыня, которая, несмотря на то что принимала участие в мировой политике, конфликтах и прочем, сама по себе всегда была, как бы вне системы, неприкосновенной. Это оказалось не так.

Второй же раз Райкос растерял свою всегдашнюю невозмутимость, когда они с Нирой и отрядом ребят дошли до атакованного врагом, правого крыла здания. Эти места, знакомые с детства, было не узнать. Всё здесь покорёжила, поломала и изуродовала война. Злость закипала в Райкосе.

Когда же их отряд своими путями, стараясь свести встречи с врагами к минимуму, поднялся на второй этаж, злости стало ещё больше.

Здесь шла жестокая битва, множество потерь с обеих сторон. Сражение уже сместилось к залу для практических занятий – широкой, просторной комнате с расставленными меж перегородок столами. Даже беглого взгляда хватило, чтобы понять: перевес на стороне противника. С десяток диссонеров были буквально зажаты в угол, пути к отступлению были отрезаны, да и отступать-то, в общем, было некуда, позади классные комнаты, где находилось больше сотни детей под присмотром нескольких инструкторов. Отряд врага почти полностью состоял из людей в тёмно-синей форме и в чёрных беретах – ЭСТОК.

Воспитанники Орты гибли от пуль, падали, поражённые мечом или штыком, этюды уже не использовали, видимо, были на пределе, пытались защищаться при помощи оружия. Посреди всего этого ужаса, в своём безупречно белом кожаном плаще, лишь в нескольких местах запачканном чужой кровью, властвовал Эйз Эствуд. Он упивался битвой, наслаждался убийством. Его лицо по телевизору всегда надменное и холодное, сейчас кривилось злым оскалом, глаза горели пьяным азартом боя.

Райкос сжал зубы, что-то сильное и страшное рвалось наружу. Непривычное чувство. Разум отрезвил чёткий и уверенный голос Ниры:

- Так, рассредоточиться! Шестая группа – оттеснить противника слева, не дать им пройти комнату. Остальные – обеспечить безопасность нашим. За мной!

Как только они вступили в бой, ещё одной части группы пришлось отделиться, отойти назад, в коридор, чтобы отрезать появившееся подкрепление противника.

Битва была нелёгкой. Противник не отступал. Один только эпигон стоил чуть не целого отряда, и если диссонеры Орты старались ограничивать использование этюдов, чтобы в пылу драки в ограниченном пространстве не задеть своих, то Эствуд в методах не стеснялся. Похоже, его солдаты знали об этой особенности и старались держаться от своего командира подальше, чтобы не попасть под горячую руку.

В какой-то момент Эйза перехватила Нира, между ними завязалась яростная драка, но зато остальным ребятам стало полегче. Эпигон был опасным соперником, за несколько минут от начала сражения он уже убил или ранил четверых.

Беспокоясь за инструктора, Райкос всё пытался сместиться к ней поближе, чтобы в случае чего подстраховать, но его каждый раз оттесняли.

Вообще, ситуация всё больше складывалась не в пользу диссонеров. Неся потери, они толком не смогли выбить противника из помещения, и группа солдат прорвалась-таки к проходу, ведущему в учебные классы.

В этот момент помещение озарила ярко-оранжевая вспышка света: трёхметровый огненный гребень пересёк комнату, ломая и раскидывая мебель. Он на мгновение расчистил для Райкоса проход к двери, оттеснив солдат к стене.

- Поторопись! – прохрипела Нира.

Инструктор всё это время достойно сражалась с Эйзом: её огненный диск то ловко порхал, отбивая атаки в ближнем бою, то отгонял эпигона на расстояние, и тогда Нира с сумасшедшей скоростью метала оружие, которое каждый раз возвращалось к ней, а Эствуду приходилось отбиваться, используя всё своё мастерство. Но только у эпигона появлялась возможность, как в ход шли этюды, и тут Нира сильно уступала противнику, который разрывал резонанс с потрясающей скоростью и лёгкостью, и эйфория, казалось, его вообще не беспокоила.

Со временем инструктор начала сдавать, усталость давала о себе знать, пропускала всё больше атак, почти перестала нападать сама. Лицо бледное, сосредоточенное и… отчаянное.

- А вы? – не зная, как сформулировать вопрос, сказал Райкос.

- Живо! – гаркнула Нира. – Не дай им добраться до детей!

Райкос за секунду осмотрелся: ребят, способных сражаться осталось совсем мало, за спиной враг тоже успешно теснил отряд прикрытия. Плохо дело. Но Нира права, если солдаты доберутся до цели, то всё это бессмысленно. Райкос прорычал и что есть силы помчался к выходу. Над ухом свистели пули, один солдат кинулся наперерез, диссонер отвёл его штык копьём, со всей силы ударил лбом в переносицу и оттолкнул ногой. Сделав два больших шага, Райкос прыгнул вперёд, уклоняясь от пуль, и кувырком влетел в коридор.

Так, полдела сделано, теперь к классам. Помещения были забаррикадированы так, чтобы пройти туда можно было одним путём, был ещё второй, с другой стороны – для эвакуации, но к нему отсюда не попасть.

У нужной двери стоит солдат. Замечает Райкоса, вскидывает автомат, но юноша быстрее: копьё, ускоренное этюдом ветра, со свистом разрывает воздух и вонзается в грудь противника. Из проёма появляется ещё солдат, он вскидывает пистолет и успевает выстрелить, бок Райкоса обжигает боль, но вроде ничего серьёзного - царапина. Диссонер хватает солдата за руку, отводит в сторону, ещё выстрел, но уже в потолок. Юноша бьёт противника ногой в живот, затем коленом в голову, отталкивает обмякшее тело в сторону, вырывает своё копьё из груди другого солдата и врывается в комнату.

Большое помещение, служившее буфером между коридором и забаррикадированным железной дверью входом в один из классов, раньше было лаборантской и чем-то вроде склада, сейчас отсюда всё было вынесено – только белые стены, потолок и выложенный коричневой плиткой пол.

В комнате было пять человек, двое из них минировали дверь, судя по задымлённости и чёрным пятнам гари на стене и потолке, это была их вторая попытка.

Райкос времени тратить не стал, не то чтобы воспользовался неожиданностью, всё же солдаты слышали и видели бой у дверей, но стремительность и напористость сделали своё дело. Двоих солдат Райкос поразил почти сразу. Далее этюдом ветра он слегка дезориентировал остальных, приблизился вплотную и в битве старался занимать такую позицию, чтобы мешать противнику пользоваться огнестрельным оружием. Впрочем, солдаты к нему и не прибегали, били штыками, а у одного, в форме ЭСТОКа, был меч.

Копьё Райкоса крутилось, словно пропеллер, противнику было не подступиться. Юноша выбил ружьё у одного из солдат и следующим движением рассёк ему шею. Офицер истока применил распространённое в их подразделении оружие – мини-огнемёт. К поясу мужчины был присоединён небольшой баллон с топливом, от него шла трубка к брандспойту и зажигателю, прикреплённым к внешней части предплечья.

Огонь застал Райкоса врасплох, опалил правую руку, бок и шею, но юноша быстро затушил себя потоком воды: ожоги будут не слишком серьёзные.

Второй солдат хотел закрепить успех, бросился в атаку, не рассчитав, что диссонер так быстро придёт в себя. Древко копья угодило ему в челюсть, полностью дезориентировав, а второй удар, остриём, попал в живот.

Офицер ЭСТОКа снова применил огнемёт, но на этот раз Райкос был готов, он крутанул копьё, активируя его способность. Плотный поток воздуха сбил пламя, перенаправив струю в другую сторону. Огонь прошёл недалеко от лица эстоковца и лизнул рукав его формы. Офицер поспешил отступить, но на секунду замешкался, и этого хватило Райкосу, чтобы поразить противника копьём.

Бой окончился. Диссонер поспешил к металлической двери, снять заряды. Справился меньше, чем за минуту, но только развернулся к выходу, как в дверном проёме появилась фигура Эйза в сопровождении двух солдат, которые тут же хотели вступить в схватку, но командир властно проговорил:

- Оставьте его мне, прикройте тыл.

Райкос собственными глазами видел, как Эствуд сражался с ребятами, а потом с инструктором, как двигался, сколько этюдов использовал, как его вымотала Нира, но, как будто этого ничего не было: атаки сыпались одна за другой. Его клинок был быстр и грозен, но гораздо опаснее – этюды. Они возникали неожиданно, с разных сторон, эпигон применял их без усилий, почти мгновенно. Райкос не сталкивался ни с чем подобным, даже удивительно, что Нира продержалась так долго. Кстати говоря, что там с инструктором и ребятами, почему Эйз здесь? Неужели… Нет, сейчас надо сосредоточиться на драке.

Противник был повсюду, вот он, казалось бы, заходит с левого бока, но только Райкос на секунду отвлёкся, отбивая каменный диск, как Эствуд уже бьёт со спины. И так раз за разом. От напряжения болели плечи и кисти, дыхание стало тяжёлым. Всё чаще приходила навязчивая мысль: этого противника ему не победить. На собственные этюды не хватало времени, этюды оружия не помогали. Противник был слишком быстр и это притом, что оружие и техники Райкоса тоже не отличались медлительностью, несмотря на габариты здоровяка.

Эйз обманным движением меча дезориентировал противника.

Что там с ребятами, где Нира?..

Зашёл ему за спину, но Райкос ожидал подобного и контратаковал выпадом древка, мимо.

Как там Вейрон и Фира?..

Райкос потерял противника из виду, сделал широкий круговой удар, в ногу что-то больно ударилось. Булыжник.

Сколько смертей. Зачем? Хоть бы они выжили…

Пульс стучал в ушах, его пыталось заглушить дыхание. Нога, кажется, сломана. Райкос разворачивается.

Хоть бы больше никто не умер, это так больно. Гораздо больнее, чем…

Эйз вонзает меч между рёбер и отталкивает противника. Райкос бьётся спиной о металлическую дверь и оседает на пол.

Кто же защитит детей?

В дверном проёме возникает ещё один солдат, он что-то говорит Эйзу, но Райкос не может разобрать: голова кружится и невыносимо пищит в ушах. Юноша тряхнул головой, пытаясь сосредоточиться.

- …И много их? – раздражённо спросил Эйз.

- Пару десятков, они смяли роту Бойла и вот-вот будут здесь.

- Проклятье. Откуда они? Почему оставили, отдали позиции?

- Они отбили там атаку, сэр.

- Что?! Но как?!

- Подробностей не знаю, сэр. Попахивает предательством.

Лицо эпигона исказилось от гнева, несмотря ни на что, он был ещё мальчишкой. Райкос поначалу зауважал его: Эствуд не стал прятаться за спинами солдат, повёл их в атаку, оставаясь в авангарде. Но в этом не было ничего героического, он просто упивался насилием, своей властью над чужими жизнями, и, самое главное, Эйз верил в свою неуязвимость. Поэтому он здесь, и вот когда ему доложили, что не всё идёт по плану, что противник достойно сопротивляется и даже угрожает его жизни, на лице эпигона отразился не только гнев, но и страх.

- Разберёмся, - злобно пробурчал он. – Идём, эту позицию терять нельзя. А вы, - он обратился к двум другим солдатам, - закончите здесь.

С этими словами Эйз покинул помещение, а внутрь забежало ещё четверо его подчинённых.

У ребят что-то получилось. Значит, всё было не зря.

Ракос из последних сил поднялся и покрепче перехватил копьё. Эх, если бы голова посвежее, да не этот шум в ушах… Так, стоп, до юноши вдруг дошло, это писк радиопередатчика. Райкос усмехнулся и нажал кнопку приёма. Из динамика донёсся встревоженный голос Вейрона…

***

Лейтенант Дориен Дарум был человеком амбициозным, хитрым и в определённой степени жестоким. Он готов был на всё для продвижения по служебной лестнице. Одна беда, был он не слишком умён, да и перспективы его были весьма туманны, особенно когда Беруна начала терпеть поражение за поражением. В то время не то что карьера офицера, даже свобода была под большим вопросом. Но вот Шарль-Гир занял столицу, и у Дарума появился шанс. Он один из первых проявил лояльность к захватчикам, всячески сотрудничал и помогал, в том числе, сдавая и выслеживая ячейки сопротивления своих бывших товарищей.

Карьера лейтенанта, тогда ещё сержанта, поползла вверх, а когда к власти пришла Королева, он наконец получил офицерское звание. И вот первое серьёзное задание в этом качестве – нападение на Гармонию Орта.

Дарум видел в этом отличную возможность подняться ещё на ступеньку. Он не думал, что это задание будет лёгким и безопасным, нет, лейтенант видел диссонеров в деле и знал, на что они способны. Просто он всё равно считал их неопытными юнцами, неискушёнными в военном деле, незнающими хитростей и коварства войны. А при таком раскладе не спасёт даже их могущественный резонанс. Смущало только, что командиром операции поставили такого же неопытного юнца, но не беда, старшие товарищи не дадут ему облажаться.

Начало сражения полностью складывалось в пользу Союза, несмотря на большие потери. Но чем дальше продвигался полк, тем серьёзнее было сопротивление, тем больше потерь. Наконец, всё же удалось дойти до академии и даже закрепиться там. Но тут враг отбивался ещё более ожесточённо. Дарум уже начинал сомневаться в своей теории о военной неопытности противника.

Тут лейтенант получил свой первый самостоятельный приказ: принять участие в захвате технических помещений и гаража-парковки академии. Отряд Дарума, в частности, должен был захватить оружейную. На первый взгляд - опаснейшее задание, наверняка такое место хорошо охранялось. Так оно в принципе и было, но совместными усилиями нескольких отрядов, удалось рассредоточить оборону противника. И в итоге самым сложным было добраться до места. Даруму пришлось пожертвовать большей частью своей группы: кто-то погиб в боях, кого-то пришлось оставить на позициях, чтобы прикрыть тылы. Так что до приёмной перед мастерской-оружейной добралась всего малая часть отряда – шесть человек.

Но на удивление это не оказалось проблемой. Оружейную охранял всего один щуплый паренёк лет двадцати. Он скучающе стоял у стойки и читал книгу. Юноша поднял на ворвавшихся в его обитель солдат слегка удивлённый взгляд и тихо сказал:

- Надо же, посетители…

Дарум внимательно обвёл помещение взглядом и недоверчиво спросил:

- Ты что, один здесь?

- А вы ведите кого-то ещё? – развёл руками парень. – Ну, вообще-то, у меня есть помощник, но он сейчас… А вы, собственно, зачем спрашиваете?

«Чудак какой-то», - подумал Дарум, вслух же сказал:

- Мы занимаем это место, в твоих интересах – сдаться по-хорошему. Проведи нас на склад оружия.

- Склад оружия? – удивился юноша, говорил он медленно, как будто спросонья, что сильно раздражало Дарума, ведь это впустую тратило время. – Зачем оно вам? В руках обычного человека оно бесполезно и даже опасно.

- Не твоего ума дела! Велено – веди, - офицер для острастки вскинул автомат.

- Велено? – прищурился парень. – Вынужден отказать. Видите ли, туда даже многим студентам Орты проход закрыт, что уж говорить о чужаках.

- Уберите его! – раздражённо рявкнул Дарум.

Двое солдат поспешили выполнять приказ, но только они сделали пару шагов, как мимо их голов что-то со свистом пролетело, ударилось пару раз о стены и вернулось к пареньку за стойкой. Это оказался обычный с виду металлический шарик размером с небольшое яблоко, он, казалось, прилип к светящемуся браслету юноши, который оканчивался пластинкой, помещающейся в ладони.

- Надо же, какое рвение! – притворно воскликнул юноша. – Ну, хорошо, поощрю вашу настойчивость и продемонстрирую некоторые виды нашего оружия. Итак, - юноша вытащил из ящика и положил на стол несколько предметов. – Начнём?

- Уберите отсюда этого клоуна! – злобно приказал Дарум.

Солдаты вскинули автоматы, и в этот момент комнату озарила яркая вспышка. Забарабанили выстрелы, что-то зашипело, засвистело. Когда Дарум проморгался, двое его солдат уже лежали на полу. Двое других отмахивались и уворачивались от чего-то метавшегося по воздуху. Пятый солдат сражался с юношей, у которого в руках сверкал серебряный то ли нож, то ли пистолет, то ли всё вместе.

Металлический шарик, метавшийся по комнате, вернулся в руку диссонера, этим воспользовался один из солдат, попытавшись зайти со спины, но юноша, отбив очередной удар противника, в прыжке ударил его ногой, ловко извернулся и выстрелил в неприятеля, подкрадывающегося сзади.

Дарум вскинул автомат. В этот момент диссонер схватил со столика палку, похожую на боевой посох, что-то щёлкнуло, и оружие раскрылось, словно зонт, очередь ударила в щит, не причинив вреда носителю.

Дарум слышал, что каждый диссонер пользуется одним-двумя видами оружия, это как-то связано с настройкой под их резонанс, но этот парень, видимо, был исключением. Он кинул «зонтик» в лейтенанта, затем развернулся и метнул нож-пистолет в наступающего солдата, лезвие угодило грудь.

Следующим в ход снова пошёл шарик, он бешено заметался по комнате, отскакивая от пола, потолка и стен, один раз больно ударил Дарума в плечо, так что офицер чуть не выронил автомат. Оставшегося в живых подчинённого лейтенанта шарик ударил дважды, и только солдат пришёл в себя и нацелил в диссонера пистолет, юноша взмахнул неизвестно когда оказавшейся в руках плетью с загнутым лезвием на конце и рассёк противнику шею.

Свист рассекаемого воздуха, и Дарум почувствовал сильную боль в ноге. Мир перевернулся, лейтенант больно ударился головой об пол. Он быстро поднялся на колени, в ужасе оборачиваясь. В голове мелькнула отчаянная мысль: «Соваться сюда было большой ошибкой».

Щелчок плети. Последнее, что увидел лейтенант Дориен Дарум – стремительно приближающееся к лицу лезвие.

***

Ситуация становилась всё хуже и хуже. Но Вейрон категорически не хотел сдавать позиции. Особенно сейчас, когда ребята в центре достигли успехов и начали теснить противника. Если сейчас фланги рухнут, это не просто сделает их достижения напрасными, но и, скорее всего, приведут к поражению в битве.

Повезло ещё, что позицию удалось сохранить в начале боя. Вейрон с благодарностью посмотрел на сидящую рядом Тэю, сосредоточенную, строгую и слегка уставшую. Она со своей командой сделала почти невозможное – удержала левый фланг при таком раскладе сил.

Группа Вейрона пришла в последний момент и поддержала оборону, но и к врагу в скором времени прибыло подкрепление. И опять ситуация с балансом сил была сильно не на стороне диссонеров, и чем дальше, тем хуже. Враг всё основательнее закреплялся на позициях, продвигаясь вперёд. Он занял уже несколько помещений тренировочной зоны. Хорошо ещё, что Союз лишился большей части техники в бою и, когда прорывался через минное поле.

После нескольких часов битва в Орте вошла в решающую стадию, обе стороны были на пределе, и любой перевес мог моментально привести к краху одних и к победе других.

Сейчас, к сожалению, Орта была ближе к поражению, и многое решалось на левом фланге.

Вейрон решился на отчаянный ход – неожиданной контратаке, которая должна помочь выбить основные силы противника из тренировочной зоны, закрепиться там самим диссонерам, и сдерживать натиск в более удобной позиции, под прикрытием зданий, в то время как враг тогда окажется на почти открытой местности, под защитой лишь немногочисленной техники и наспех возведённых сооружений. Риск в том, что если атака захлебнётся, то и направление будет проиграно. Но делать нечего, иначе почти в три раза превосходящий численностью противник просто додавит сопротивление, возьмёт измором.

- Ну что, - прошептал Вейрон, глядя на Тэю. – Погнали?

Девушка кивнула и достала гранату, её примеру последовало ещё несколько диссонеров.

- Да помогут нам духи, - Вейрон ухватился покрепче за меч и глубоко вздохнул. – Давай!

Завертелось, закружилось и загремело. Светошумовые и осколочные гранаты сделали своё дело – внесли в стан противника неразбериху. Теперь, если действовать очень быстро и агрессивно, можно закрепить этот успех.

В голове Вейрона всё было разложено по полочкам, только холодный расчёт, только слаженный механизм. Вот укрепление – мешки с песком и пулемёт с дюжиной солдат за ними. Позиция не только перекрывает проход в следующее помещение на севере, так ещё и обстреливает весь левый фланг. Устранить срочно.

Огненный диск врезается в колонну рядом с укреплением, фонтан огня вперемешку с крошкой камня накрывает противника. Позицию прикрывает справа группа солдат, но пока всё по плану: Тэя и Фира берут их на себя, немыслимый танец вакидзаси и электрический блеск топориков начали свою смертельную жатву. Похоже, девочки поймали кураж. Это хорошо, так как подогреет других.

Вейрон с двумя напарниками влетел во вражеское укрепление, перепрыгнув через мешки. Пламя и сталь – огромный меч Клиффа отогнал ближайших противников, внеся в их ряды суматоху.

Краем глаза Вейрон заметил приближение небольшого отряда, но к солдатам стремительной тенью прыгнул Ютта – дух Кейси, они остановились и стали озадаченно смотреть по сторонам, будто забыли, куда и зачем бежали. Очухались, когда рядом засвистели нунчаки, но было уже поздно.

«Отличное начало операции! - радовался Вейрон. - Так бы и дальше».

В принципе и дальше дело шло хоть и не идеально, но вполне успешно. Диссонерам сравнительно быстро удалось выбить противника с тренировочной зоны. Часть из них осталась у разрушенных внешних стен и пыталась быстро укрепить позиции для дальнейшей обороны. Отряды Вейрона и Тэи погнали противника дальше, чтобы дать ребятам время.

В других, менее значимых местах фланга, всё ещё шли бои, но, несмотря на это, ударная группа, как только вышла на улицу, получила огневую поддержку со второго этажа. И всё бы хорошо, но здесь случилось неожиданное.

Враг, видимо, перераспределил силы и, поняв, что через центральный вход не пробиться, решил прорваться на менее защищённых участках. К тренировочной зоне он направил два танка, прикрывавших роту солдат. Но самое плохое – с противоположной стороны двигалось ещё одно подразделение. Откуда оно там взялось можно было только гадать, но судя по внешнему виду солдат, в бою они ещё не были, значит - резерв для подобного манёвра, удар в спину.

Нет, в такой ситуации не выстоять, но хуже всего – группа Вейрона и Тэи была отрезана, отступать в академию пришлось бы под огнём с двух сторон, а это верная смерть.

Ребята укрылись в воронках от взрывов. Вейрон виновато посмотрел на Тэю, как будто всё это случилось из-за него, девушка ободряюще кивнула, мол, прорвёмся, хотя сама, конечно, в это не верила. А зря, ведь дальше стали твориться совсем уж странные дела.

Резервная рота противника, распределившись по позициям, стала обстреливать танки из гранатомётов, несколько ударных отрядов, стараясь держаться от диссонеров подальше, разместились севернее и тоже стали обстреливать нападающих на академию.

- Что, чёрт возьми, происходит? – в недоумении проговорил Вейрон.

- Понятия не имею, - удивление Тэи было не меньшим.

С неожиданной во всех отношениях подмогой удалось быстро стабилизировать ситуацию. Полностью разбить врага, конечно же, не вышло, все же силы его были велики, но получилось отбросить от академии, вынудив отступить на свои крайние позиции. Обороняться в таких обстоятельствах было значительно проще и эффективнее.

Осталось только выяснить, кто эти таинственные спасители. Но ответ, похоже, сам шёл в руки: к Вейрону и Тэе, которые укрывались за подбитым броневиком, подбежало трое солдат, один из них, видимо, командир, мужчина лет тридцатипяти с поседевшими висками, уставшими серыми глазами и, как будто слегка вечно чем-то недовольным лицом. Вейрону он показался знакомым, но вспомнить, где его видел, юноша не смог. А вот Тэя точно знала мужчину.

- Кайл? – порядочно удивилась девушка.

- Тэя, - кивнул военный.

- Э-эм, может, объяснишь, что происходит, - тихо попросил Тэю Вейрон.

- Ах да, - отошла от шока девушка. – Это полковник Кайл Ёра, правая рука… - она замялась, и офицер закончил за неё:

- Когда-то правая рука генерала Айры Шарль-Гира.

- О, - неопределённо произнёс Вейрон, уставившись на полковника. – И как же вы объясните свой поступок? – юноша обвёл руками поле боя.

- В двух словах не получится, а для долгих разговоров не место и не время. Но, если вы позволите, господин Клифф, я и мои люди к вашим услугам.

- Вы знаете, кто я? – удивился Вейрон.

- Вы личность довольно известная, не знали? Особенно в определённых кругах.

Вейрон на секунду замер, обдумывая информацию, щёки его слегка порозовели, Тэя, увидев это, незаметно улыбнулась. Юноша же, придя в себя, извинился и, легонько взяв Тэю под локоть, отвёл в сторону.

- Что скажешь? – прошептал он. – Вы вроде знакомы. Можно ему доверять?

- Не знаю, - помедлив, ответила девушка. – Ёра всегда казался мне хорошим и порядочным человеком. Но в данных обстоятельствах, сам понимаешь…

- М-да, - задумчиво протянул себе под нос Вейрон, взглянув на полковника. – Ну, выбора у нас особо нет. И если это ловушка, то очень бессмысленная.

- Не буду врать, полковник, - громко обратился юноша к Ёре. – Ваша помощь весьма кстати, но довериться вам полностью, особенно в такой ситуации, несколько…

- Проблематично, - спокойно кивнул Ёра. – Я понимаю.

- Поэтому в академию я вас пустить не могу, но было бы неплохо, если бы вы разместили своих ребят здесь, - Вейрон провёл рукой вокруг себя, указывая на недавние позиции неприятеля. Мешки с песком, подбитая техника, воронки от снарядов – всё это служило неплохим прикрытием.

- Хорошо, так и поступлю. Могу я рассчитывать на поддержку ваших товарищей.

- Разумеется. Я отдам все необходимые распоряжения.

Мужчины кивнули друг другу и разошлись. Вейрон направился к академии, Тэя за ним.

- Что планируешь делать?

- Связисты сообщили, что вроде как на правом фланге дела совсем плохи, ребята даже на контакт не выходят, но бои там ещё продолжаются. Пойду с двумя отрядами на подмогу, нельзя дать врагу занять второй этаж.

- Да, ты прав.

Вейрон резко остановился и повернулся к Тэи.

- Справишься здесь без нас? – с тревогой спросил он и взглянул на солдат Ёры.

- Справлюсь, не переживай. Сам же сказал, что если это ловушка, то довольно глупая. Какой смысл втираться к нам в доверие ради предательства таким способом. Если бы не он, враг выбил бы нас отсюда и исход битвы был бы предрешён.

- Знаю, - неохотно согласился Вейрон. – Но всё равно глаз с него не спускай.

- Будет сделано, - шутливо ответила Тэя. – Давай, поторопись.

Добраться до западного крыла не составило труда: вражеских сил на территории академии почти не осталось. Всюду разруха, множество убитых. Но восстанавливать повреждения и оплакивать потери время ещё не пришло, сначала нужно победить в битве.

На втором этаже всё выглядело значительно хуже. Команда Вейрона подоспела в последний момент. Всего с десяток диссонеров и курсантов противостояли вчетверо превосходящему по численности противнику. Измотанные, израненные, они сражались из последних сил, всё вокруг было устлано трупами.

Группа Вейрона с ходу вступила в бой и почти сразу оттеснила противника. В этот момент из коридора, ведущего к классным комнатам, появился Эйз Эствуд с группой солдат. Плохой знак. Вейрон в очередной раз попробовал выйти с Райкосом на связь. Опять бесполезно, он уже хотел нажать «отбой», но напарник наконец ответил.

- Чёрт возьми, слава духам! – облегчённо выдохнул Вейрон. – Как обстановка, ты где?

- Я у двери в классы, - прохрипел Райкос. – Обстановка так себе, вам надо поторопиться… они скоро пробьются… к детям.

- Мы рядом, держись там!

- На меня, - грустный смешок, - пожалуй, не рассчитывайте…

- Чёрт! Фира! – Вейрон посмотрел по сторонам.

- Я здесь, - девушка, как всегда, неуловимо оказалась рядом.

- Попробуй пробраться к классам, - он кивнул на дверь, из которой минутой ранее показался Эствуд. – Разведай, что там. Но, если дело плохо, в бой не лезь, сразу доложи мне.

- Есть! – Фира шутливо отдала честь.

- Давай, мы прикроем. Ну что, ребятки?! – обратился он к товарищам. – Не пора ли показать, кто здесь хозяин?! В атаку!

Диссонеры и курсанты Орты выскочили из укрытий с громогласным криком, в ход пошли последние резервы: заплясали молнии, вспыхнуло пламя, радужно замелькали щиты. Враг попятился.

Вейрон налетел на Эйза, тот еле отбил его мощный удар.

- Что ж, - спокойно сказал Клифф. – Отличная возможность поквитаться за Нейта.

- А, - злобно и надменно ответил эпигон. – Ещё один дружок этого неудачника. Поквитаться? Не смеши, скоро ты сам присоединишься к нему. Благодаря таким, как ты меня будут звать убийцей диссонеров.

В Вейрона полетел дождь каменных сосулек. Он укрылся мечом. Затем уклонился от огненного шара и быстро сблизился с противником, пытаясь достать его широким горизонтальным ударом. Эйз увернулся и ударил сам.

Эпигон плясал вокруг Вейрона, нанося стремительные одиночные удары мечом, поддерживая их этюдами. Клифф отбивался и уклонялся, стараясь не обращать внимания на пропущенные атаки: порезы, ушибы от камней. Было нелегко, усталость и недавнее ранение в плечо мешали двигаться и быстро реагировать на выпады.

- Очередная посредственность, - прошипел эпигон в лицо Вейрона, когда их клинки скрестились. – Как и твой дружок.

- Он смог то, - ядовито усмехнулся Клифф, - чего не смог ты, слизняк. Он отказался встать на сторону зла!

Эйз со свирепым рыком оттолкнул противника, применил три яростных выпада и этюд – гребень сталагмитов, вынуждая Вейрона отступить. Но отпрыгнув, Клифф тут же ринулся в атаку, не давая сопернику перевести дух. Юноша заметил коварную улыбку эпигона и затормозил. Снизу, от пола, поднялся шар, сотканный из камней, между которыми виднелось яркое оранжевое свечение.

Вейрон прыгнул в сторону. Взрыв откинул его ещё дальше, в спину больно ударила каменная крошка.

Юноша бьётся об пол подбородком. В ушах звенит, голова кружится, тело, как будто под грузовик попало. Все звуки, словно под водой, в глазах двоится. Вейрон повёл головой, вокруг кипел бой, яростные, уставшие, напуганные лица. Вдруг взгляд его упал на одинокую фигуру, безвольно сидящую на полу, прислонившись спиной к стене. Его бывший инструктор Нира Ост. Рыжие волосы растрёпаны, пустой, стеклянный взгляд был обращён в одну точку, левая рука лежала на окровавленном животе.

Что-то щёлкнуло в голове. Вейрон резко поднялся на ноги и обернулся. Эйз попятился назад, Клифф налетел на него, как коршун. Первый удар чуть не сбил эпигона с ног. Дальше началось что-то невообразимое. Ну не мог такой массивный меч совершать настолько быстрые и сложные удары. Эйз еле успевал парировать, рискуя каждый раз потерять равновесие.

В какой-то момент на помощь командиру пришло двое солдат. Вейрон раскидал их, как щепки, разбежался и в прыжке с разворота нанес удар огненным клинком. Эйза откинуло метров на пять в офисную стойку, он телом поломал её и стол, стоящий за ней, его меч отлетел в другую сторону.

Еле поднявшегося на ноги эпигона тут же оттащили подчинённые и повели к коридору. Вейрон хотел пуститься в преследование, но понял – слишком опасно лезть так в тыл врага, да и к тому же были дела куда более важные: Фира до сих пор не вышла на связь. Клифф попробовал связать сам, бесполезно: ни девушка, ни Райкос не отвечали.

Со временем студентам Орты удалось выбить врага со второго этажа и заставить его отступать дальше. Вейрон не участвовал в этом натиске. Как только юноша увидел, что противник отходит, он тут же бросился в коридор, ведущий к классам, влетел в бывшую лаборантскую и замер.

Страшное и отталкивающее зрелище. Пол, стены, потолок – всё в крови, вокруг изувеченные тела солдат. У противоположной стены на коленях, упёршись лбом в пол, сидит Фира. Она издаёт страшные нечленораздельные звуки, то ли хрип, то ли смех, то ли рыдания. Перед ней у стены сидит окровавленный Райкос, глаза такие же, как у Ниры – пустые, ничего не отражающие.

Сердце Вейрона застучало, как бешенное, руки сжались в кулаки, в глазах стоял страх и обречённая тоска. Сколько ребят… Нейт, Нира, Райкос… Будь оно всё проклято!

Юноша простоял так минуту, потом взгляд его опустился на напарницу. Она сорвалась, это очевидно, и жуткая мясорубка в комнате – её рук дело, нужно быть осторожным. Вейрон уже дважды видел Фиру в таком состоянии, правда, тогда она не была убита горем. Юноша осторожно подошёл к ней справа, приготовился и тихо позвал:

- Фира.

Послышалось нечеловеческое рычание. Девушка с молниеносной скоростью бросилась на Вейрона. Если бы юноша не был готов и не знал особенностей боевых движений напарницы, увечий было бы не избежать. А так Клифф в последний момент перехватил руку Фиры, в которой она держала вакидзаси, то же сделал с безоружной рукой, встряхнул девушку и мягко сказал:

- Фира, это я, Вейрон.

Девушка рвалась из захвата, глаза были дикими, лицо в слезах и крови. Очки она, видимо, потеряла в бою, и Вейрон не искал её взгляда, делал ставку на голос, всё повторяя:

- Это я, Вейрон, успокойся.

Со временем подействовало. Фира перестала вырываться, вымученно посмотрела на напарника, пытаясь сфокусировать взгляд, и, обняв юношу, уткнулась ему в грудь, разрыдавшись, как маленький ребёнок.

***

Силы Гармонии Орты одержали верх в этой битве. Войска Союза, понеся большие потери, вынуждены были отступить. Сражение по современным меркам длилось недолго, всего четыре часа. Но некогда прекрасная академия теперь была изувечена: обгорелые и испещрённые следами от пуль стены, здания в брешах от снарядов, некоторые постройки и вовсе разрушены. Но всё это не самое главное, гораздо страшнее - потери среди людей. Погибло двести двадцать четыре человека, среди них курсанты, диссонеры, преподаватели и инструкторы. Это была самая страшная трагедия Гармонии со времён её основания.

И все понимали, что это всего лишь одна битва, война не окончена, а враг силён и неотступен.

Нелёгкая это была победа и радости она никому не принесла.

Глава 8. Путь домой

Куда ни посмотри – всюду звёздное небо. Глубокое, далёкое, бесконечное. Океан сегодня был спокоен, он бесстрастно отражал ночное небо, и, казалось, катер плывёт где-то в космосе, дрейфует меж звёзд и лун, без цели и направления, пойманный разноцветным скоплением Пути Домой.

Но единственному пассажиру, а по совместительству штурману и капитану, было сейчас не до чудных ночных красот.

Нейт вцепился руками в бортик, сильно согнувшись, тело его била мелкая дрожь, дыхание было тяжёлым и вырывалось из горла с лёгким хрипом.

Юноша чувствовал, что бездна засасывает его, забирает то, что её по праву. Нейт любил по ночам смотреть на звёздное небо и был очень огорчён, поняв, что оно вызывает в нём теперь. За своё пятидневное путешествие Нейт пару раз предпринял попытку посидеть на палубе ночью, любуясь звёздами, оба раза безуспешно, но приступы всё же были не такими сильными, как сейчас.

Со временем Нейт кое-как пришёл в себя и осторожно, стараясь не смотреть по сторонам, вернулся в каюту, повалился на койку и устало закрыл глаза.

Опытный мореплаватель пересёк бы расстояние от Эо до берегов Кильвеи на таком катере и при такой погоде дня за четыре. Нейт, разумеется, опытным моряком не был, он старался точно следовать указаниям Прона, но в море может произойти что угодно. С погодой-то юноше повезло, но то ли течения сбивали катер с курса, то ли Нейт задавал направление с ошибками, но Западный континент на исходе четвёртых суток так и не появился на горизонте.

Были и плюсы от затянувшегося путешествия. У юноши было много времени для того, чтобы как следует обдумать всё, что происходило вокруг. В особенности – то, что случилось в Усыпальнице Героя. Две Королевы, может ли такое быть? Странное белое свечение в момент, когда Тэя убила Шарль-Гира. Шансы напарников спастись из той заварушки. Что теперь будет с Ортой? Как его встретят товарищи?

За время морского путешествия Нейту трижды снился сон о мрачной пещере с нуминиевыми кристаллами, в одном из которых юноша обнаружил Агату. Теперь он увидел больше: крупных, прозрачных кристаллов было десять, и в каждом находились неясные очертания людей, ещё в пещере на круглом каменном постаменте стоял старый каменный трон. Во сне юноше то казалось, что он пуст, то мерещилось, что там кто-то сидит и пристально наблюдает за ним.

Раньше Нейт не стал бы придавать значения таким мелочам: какая разница, это всего лишь сны. Сейчас же Ривз относился к этому серьёзно. Он имел связь с Королевой, её силой, он должен был стать эпигоном, и повторяющиеся сны могут быть отголоском этой связи, нести в себе что-то важное. Впрочем, пока Нейт понятия не имел, что именно.

Было и ещё одно странное обстоятельство. Эти сны что-то пробуждали в юноше, дарили какую-то неясную надежду. Хрупкую, блеклую, невозможную, но даже это помогало ему сохранить что-то важное в сердце. Что именно он бы и сам затруднился сказать, потому как боялся копаться в этих чувствах, но твёрдо знал, что рано или поздно это сделать придётся.

Помимо размышлений, которые, пусть и не приводили к каким-то выводам, но всё же облегчали психологическое напряжение Нейта, юноша получил возможность, как следует отдохнуть и восстановить силы. При этом Ривз не забывал и о тренировках. Особое внимание он уделял взаимодействию с резонансом. Много открытий его ждало в этой области. Он чувствовал силу духов иначе, полнее. Этюды давались легче, ощущения эйфории притупилось, пределы были расширены. Почему так происходит, Нейт точно не знал, но догадывался, что, скорее всего, это связано с его отказом быть эпигоном. Хотя у Эйза вроде бы таких проблем не было, в этюдах он был искуснее Нейта и до того, как стал служить Королеве. Может, у него просто потенциал больше? Смысла думать над этим не было: ответ сейчас всё равно не отыскать, и Ривзу, приняв новые способности, как данность, оставалось только оттачивать их.

Также Нейт продолжил практиковаться с револьвером Агаты. Поначалу он подумал, что стрессовое состояние после путешествия по Забытым Землям, и нападение Дьявола, или как его называли те чудаки – крона, спровоцировали контакт с белым видом резонанса, но нет, причина, видимо, крылась в другом. Лина, та женщина из секты, сказала, что он получил благословение Люна. Наверное, это случилось, когда дух лечил его. Полноценной связи, конечно же, не случилось, так не бывает, человек не может резонировать с двумя духами, однако каким-то образом Нейт освоил частичку сил Люна, самую малость, но этого хватило, чтобы взаимодействовать с ротором «белого» оружия. Однако это было не просто и тоже требовало практики.

В общем, дни во время морского путешествия текли спокойно и размеренно. Конечно, разум Нейта был полон забот и тревог, множество нерешённых вопросов тяготило, и хотелось обрести ясность хоть в чём-то. И всё же возможность перевести дух, находясь в безопасности, положительно влияла на юношу. Тем более что ни пагода, ни морские монстры путешествие не осложняли.

Опасение начала вызывать только задержка в пути: горючего оставалось дня на два. Пройти мимо континента было сложно, но вполне реально.

Впрочем, вечером следующего дня Нейту повезло, он увидел землю. Правда, со временем выяснилось, что это не континент, а остров на юго-востоке от него, но не беда, главное юноше стало понятно, где он, да и до цели было, в общем-то, недалеко.

Путешествие подходило к концу, находясь рядом с родными берегами, Нейт вдруг подумал, как давно не был дома, по факту – меньше месяца, но по ощущениям - гораздо больше.

Утро следующего дня выдалось туманным. Нейт боялся сбиться с курса, но идти близко к берегу до поры до времени нежелательно и даже опасно: Ривз плыл на военном катере Союза, и в лучшем случае юноша потеряет массу времени при выяснении обстоятельств и установлении личности, в худшем – его просто подстрелят. Однако, чем ближе к столице перехватят катер, тем быстрее информация дойдёт до Крипелина, и Нейта доставят в Орту.

Где-то за Сойлистом Нейт разминулся со странной эскадрой кораблей Кильвеи. Там были в основном быстроходные пассажирские катера, которые двигались на юг в сопровождении нескольких эсминцев, на Нейта они не обратили внимания. Больше никаких судов юноша не встретил, ни патрулей, ни катеров береговой охраны – ничего. Конечно, можно было это приписать к удачному для Нейта стечению обстоятельств, но в душе юноши поселилась тревога. Он выпал из новостного поля на две недели, попробуй угадай, что происходит.

К полудню туман начал рассеиваться, рваными клоками поднимаясь к небу и уходя на восток, порождая замысловатые образы. То скалистый берег мерещился, то неведанное чудище. Как раз за монстра поначалу Нейт и принял выползшую из облака махину.

Словно плавающая гора, не то линкор, не то платформа по добыче нефти, сразу и не поймёшь, что видишь, хотя что-то знакомое мерещилось Нейту в этой громадине. Но только когда конструкция полностью появилась из-за облака тумана, юноша понял, что она ему напоминает. «Копьё Осмонда». Да, по сути, это оно и было, та же ракетная установка, только крупнее: гнёзд для ракет больше, те же устройства запуска, кабина. Всё это было водружено на широкую палубу крупного линкора.

- Что б меня… - прошептал Нейт.

Тут за спиной что-то запищало и зашелестело, юноша не сразу понял, что это корабельная рация. Он зашёл в рубку, тяжело вздохнул и нажал на кнопку приёма.

- …Судно С-300 М. Повторяю запрос: почему вы в водах Кильвеи?

Нейт на секунду задумался и нажал ответ:

- Это судно С-300 М, приём. У нас особое задание от адмирала.

Какое-то время было тихо, потом динамик зашелестел:

- По нашим данным, вы должны были быть откомандированы на фронт после операции «Закат». От кого исходил приказ?

Нейт недовольно поморщился и посмотрел по сторонам, прекрасно, впрочем, зная, что никаких подсказок не найдёт: за пять дней он изучил рубку вдоль и поперёк.

- Это секретная информация, - рискнул Нейт. – Я не уполномочен…

- Кто у микрофона? - перебил другой, более властный голос.

- Сержант Миль... Мильтс.

- Говорит адмирал Куорзо, позовите вашего командира.

- Так точно, сэр, - Нейт изобразил испуг. – Сию минуту!

Ривз развернул свой катер к материку и стал медленно набирать скорость.

- С-300! – послышалось в динамике рации. – Заглушить мотор и ждать патруль. Это приказ! Повторяю…

Нейт выключил рацию. Притворяться больше нет смысла, нужно как можно скорее добраться до берега: в море у него нет шансов. Судно его хоть и было довольно скороходным, но всё же уступало штурмовым катерам, которые отчалили он линкора. Оставалось лишь надеяться, что до берега Нейт доплывёт быстрее, чем его настигнут или подстрелят.

Два катера вышли на огневую дистанцию, когда до берега оставалось километров десять. Пришлось защищаться при помощи этюдов и щитов револьвера. От выстрелов семидесятимиллиметровых пушек это более или менее помогало: ослабевало снаряды, сбивало их с цели, или даже останавливало, но когда катера подошли ещё ближе, они начали палить из пулемётов, и вот здесь защититься было гораздо сложнее.

Катер Нейта изрешетили пули, корпус пробило несколько снарядов, скорость падала. Но до берега совсем чуть-чуть.

Двигатель вышел из строя. По создаваемым этюдами льдинам, Нейт, под прикрытием судна, помчался к берегу, преодолевая последние сто метров до суши. Сзади послышалось несколько взрывов.

Когда вражеские катера заметили Нейта, он уже добрался до берега. Песок вставал дыбом от пуль. Юноша создавал перед собой ледяные блоки и, прячась за ними, бежал к лесу возле пляжа.

Ему повезло: он укрылся за поросшей мхом скалой. Из-за неё его уже было не достать.

Нейт поспешил вглубь леса: маловероятно, что его будут преследовать, но рисковать не стоит, да и медлить незачем.

Поначалу Нейту нужно было точно установить своё местонахождение. Через несколько часов он вышел на дорогу, а ещё через час встретил на пути небольшой промышленный городок. Юноша знал это место, оно находилось в двухстах километрах к северу от Сойлиста. Нейт осторожно разведал в городе обстановку. Худшие его опасения не оправдались: Кильвея не была захвачена Союзом, просто то ли какая-то делегация, то ли небольшая армия прибыла в Балим. Зачем, никому известно не было. О гигантской махине, дрейфующей в водах Изорского моря, тоже никто не знал.

На все восклицания, связанные с узнаванием Нейта, ему приходилось мрачно отвечать, что его часто путают с убийцей Шарль-Гира, и люди с недоверием отступались.

Ривз сел на ночной поезд до Лативира, утром пересел на скорый до Рейверга. Поезда до Балима по какой-то причине не ходили, поэтому пришлось добираться другим путём, через северо-запад.

Конечная станция в этом направлении – маленький шахтёрский городок. Дальше предстояло идти пешком.

Чем ближе Нейт был к академии, тем больше в нём росло волнение. Может, он и вовсе зря идёт туда, никто его уже не ждёт, или хуже того – считают врагом. Однако, когда утром следующего дня за холмом наконец-то показались родные места, переживания эти ушли на второй план.

Перед юношей открылась ужасающая картина, то, чего он боялся, но не слишком верил. Следы войны. Всё-таки её рука дотянулась и до Орты.

Ситуация была не так катастрофична, как в Эо, и победа, видимо, досталась академии, однако разрушения всё равно были значительны. Но на них Нейт толком и не обратил внимания, взгляд его был прикован к полю, где трудилось несколько десятков студентов, нечто подобное Ривз уже видел в Эо. Ребята рыли ямы.

Другая группа людей осторожно грузили мешки в человеческий рост в грузовик с двумя длинными прицепами: должно быть, тела солдат Союза.

Появление Нейта вызвало совсем не ту реакцию, которую он ожидал. Ребята отрывались от своих дел и направляли свой взгляд на него. На уставших, измученных лицах появлялось удивление, неуверенность и даже тревога. Кто-то, придя в себя, неуверенно кивал или махал рукой, но никто не решался подойти. Всё это происходило в полной тишине.

Нейт тяжело вздохнул и на секунду прикрыл глаза. Кого он не встретит в академии? Кого не увидит больше никогда? Кто навеки останется лежать в этой земле? В голове начал нарастать знакомый гул.

Нейт так же неуверенно отвечал на кивки, но старался особо по сторонам не смотреть: сильно нервировал и смущал этот почётный караул.

У центрального входа в академию, за вестибюлем, ведущим в кампус, Нейт остановился, потому что дальше было не пройти. Перед входом собралось не меньше сотни человек, все они удивлённо смотрели на юношу, осуждения, злобы или презрения в глазах не было.

Вдруг в толпе возникло волнение, люди в центре начали расходиться. На площадку между толпой и Нейтом выскочила Тэя. Увидев юношу, она резко остановилась. Вид у неё был уставший, взъерошенный и напуганный. Девушка почти безумными глазами смотрела на Нейта, а тот лишь неуверенно развёл руками. Он не знал, что нужно сделать, что можно сказать. Но Тэя и не стала ждать, она сорвалась с места и буквально влетела в напарника, пряча лицо в его груди.

Нейт неуверенно обнял девушку, в душе что-то оттаяло, стало легче дышать. Плечи Тэи подрагивали, она плакала. Юноша осторожно поглаживал её по спине. Вдруг он почувствовал, как его сжимают стальные объятья. Вейрон. Лицо тоже в слезах. Чудила… Рядом Нейт заметил Кейси, юноша похлопал напарника по плечу, Ривз благодарно кивнул. После этого напряжение лопнуло, будто мыльный пузырь. Ребята подходили к Ривзу и радостно приветствовали его, говорили ободряющие слова или просто касались, хлопали по спине. Даже те, кто его не слишком хорошо знал. Возвращение Нейта, первого диссонера, вставшего на пути девятой Королевы, стало для всех хрупким лучиком надежды.

А сам Нейт почувствовал, как оковы, сжимающие его грудь, рассыпались в пыль. Он дома. Он вернулся туда, где его ждали.

После всех приветствий и кратких разъяснений Нейт отправился к Крипелину и настоял, чтобы ребята составили ему компанию. Так, вчетвером, они и ввалились в кабинет директора.

- О-о, Нейт! – обрадовался Анджелус, направляясь к юноше. – Мне уже сообщили! – он пожал Ривзу руку. – Не передать, как я рад!

Директор сильно сдал, это было видно с первого взгляда: глаза воспалённые и покрасневшие, лицо высохшее, движения нервные и резкие. Хотя эмоция радости от встречи с Нейтом вроде бы была искренней.

- Представляю, через что тебе пришлось пройти…

- Да, - мягко перебил юноша. – Я обо всём расскажу, и… у меня много вопросов. Но об этом потом, мне нужно в первую очередь рассказать…

В дверь постучали, и в проёме появилось взволнованное лицо первого заместителя директора.

- Сэр, прошу прощения, что отвлекаю, - виновато проговорил он. – Но прибыл очередной грузовик из Балима… ну… за телами солдат…

- И что? – раздражённо спросил Крипелин. – Без меня разобраться не можете? Грузите и отправляйте.

- Нет… это, - растерялся зам. – На нём приехал…

Тут его кто-то бесцеремонно подвинул. В кабинет вошёл пожилой, но крепкий и энергичный мужчина в форме рабочего.

- Здравствуй, Анджелус, это я приехал, - твёрдо и несколько вальяжно произнёс гость, быстро осмотрев всех присутствующих.

- А-а, Орфен, - устало сказал Крипелин. – Что тебе надо?

- Министр Орфен Крейв? – удивлённо воскликнул Вейрон.

- Надо поговорить, - ответил мужчина Крипелину. – Наедине.

- Говори так или убирайся к чёрту.

В кабинете повисла напряжённая тишина. Ребята никогда ещё не видели столь резкого отношения со стороны директора, да и к кому! Премьер-министру, второму лицу государства. Видно было, что и Крейв с явным усилием проглотил эту ситуацию, но лица не потерял, лишь несколько раздражённо взглянул на присутствующих и заговорил, стараясь поддерживать мирный тон:

- Я понимаю, Анджелус, у тебя есть основания злиться…

- Основания злиться? – сдерживая ярость, проговорил Крипелин и поднял взгляд на министра. – Чёрт возьми, Орфен! – он ударил кулаком по столу. – Вы нас бросили! Если не сказать: продали.

- Да, но у нас не было выбора! – министр тоже повысил голос. – За этим я как раз и пришёл. На нас давили… Нам угрожали!

- О, давили и угрожали? – притворно удивился Крипелин. – Прости, знал бы, прислал бы к вам психологов.

Министр закрыл глаза, тяжело вздохнул и продолжил в спокойном тоне:

- Они вывели к нашим берегам оружие класса «Копьё Осмонда», они назвали его «Длань Королевы».

- Что за бред? – нахмурился Крипелин. – Ни у Римирии, ни у Беруны нет ресурсов и не было времени, чтобы создать подобную установку. Я лично проверял.

- По отдельности, может, и нет, - кивнул министр, усаживаясь в одно из кресел. – Но теперь они в союзе, да не просто в союзе, а, по сути – одна страна. Королева создала одну установку, что ей помешает сделать вторую, да к тому же ещё и модернизировать её?

- Королева создала «Копьё Осмонда»? – недоверчиво спросил Вейрон.

- У моей разведки это сомнений не вызывает, - отмахнулся министр, даже не посмотрев на юношу.

- Но зачем ей тогда нужно было уничтожать установку? – не унимался с расспросом Клифф.

- Ну, во-первых, чтобы вызвать у людей доверие, вспомни, в каких условиях «Копьё» было взорвано, и какой резонанс последовал. Во-вторых, я уверен, тогда уже был готов прототип новой модели… Так, - раздражённо тряхнул головой министр. – Я, вообще-то, не об интригах Королевы разговаривать пришёл! Союз ясно дал нам понять, что если мы откажемся сотрудничать и не пустим их полк на свою территорию, то они могут ударить по столице. Мы оказались не готовы к такому повороту…

- Оказались не готовы! – горестно воскликнул Крипелин. – Королева пришла к власти месяц назад, а вы до сих пор в войну не вступили! – министр досадливо промолчал, видно было, что это давняя тема их разговора. – И что же, - спокойнее продолжил директор, – вы боитесь, что они ударят по вам? Как бы она ни усовершенствовала ракеты, пролететь шестьсот километров, или сколько там от крайней точки материка, они не смогут, а перевести такую громадину на остров Возрождения – нереально.

- Не надо ничего никуда перевозить! – в раздражении воскликнул Крейв. – Это корабль! Линкор с системой запуска.

- Что?! Ты хоть представляешь, что это должен быть за корабль. Водоизмещение, размеры… И мы пропустили такую махину?!

- Выходит, пропустили, - грустно кивнул Орфен.

- Или вас взяли на испуг…

- Сэр, позвольте, - внезапно взял слово Нейт. – Та вещь, о которой я хотел вам срочно доложить… Я добирался до вас по воде, и в Изорском море я встретил этот линкор. Судя по внешнему виду, министр прав, это установка очень похожая на «Копьё»…

- Вот! – обрадовался Крейв, указав на Нейта, потом сразу посерьёзнел и быстро спросил:

- Где и когда ты его видел, парень?

- Два дня назад в сотне километрах севернее Сойлиста. Несколькими часами ранее я встретил странную эскадру ваших кораблей…

- Так, что с ними?! – всполошился вдруг министр.

- Да ничего…

- Их преследовали?!

- Нет, я…

- Ты уверен? Их не обнаружили?

- Они двигались в разных направлениях, был туман… нет, думаю, их не обнаружили.

- Хорошо, - облегчённо выдохнул министр и откинулся на спинку кресла.

- Может, объяснишь наконец, что происходит? – несколько раздражённо попросил Крипелин.

- Они угрожали ударить по нам, но Орта для них гораздо более важная цель. Два дня назад Королева лично связалась с президентом с просьбой пропустить небольшой флот через воды Балима, с целью якобы каких-то учений – чушь собачья – хотят выйти на огневую позицию. После поражения в битве они ударят по вам ракетами.

- Проклятье! – директор встал с кресла. – А что вы?

- А что мы? – недовольно пробурчал Крейв. – Тянем, сколько можем, но терпение Королевы не безгранично. Понимаешь, почти все военные резервы мы направили в Стратару. Оставшихся сил нам хватало сдерживать их маленький флот во главе с «Дланью Королевы», но сегодня ночью стало известно, что к ним идёт подмога. Мы дадим им пройти, у нас нет выбора… Но мы можем вынудить их ударить впустую. У нас есть план.

- Слушаю.

- Флот, который попался на глаза мистеру Ривзу, если не ошибаюсь, - он взглянул на Нейта, юноша не удивился, после произошедшего в Усыпальнице Героя, его теперь многие знают, -должен завтра вечером причалить на западном побережье, в бухте возле полей испытаний. Через северную часть континента было бы, конечно, втрое быстрее, но там слишком много кораблей Союза, пройти незамеченными сложно. А в этом вся суть: противник не должен догадаться о вашей эвакуации, иначе ракеты найдут другую цель, да и вас попытаются перехватить, а корабли в вашем временном флоте в основном пассажирские, на них много не навоюешь. Переправим вас в Стратару и будем готовить ответный удар. Ну, что скажешь?

- Что тут скажешь? - печально вздохнул Крипелин и, встав с места, отошёл к окну. – Выбора у нас всё равно нет.

- Хорошо, - министр ударил в ладоши и тоже поднялся. – Мы постараемся не допустить утечки и сделать так, чтобы враг ничего не заподозрил, но и вы со своей стороны будьте аккуратны. Перевозки в основном ночью, небольшими группами…

- Я справлюсь, Орфен, - устало перебил Крипелин.

- Да-да, конечно. Мы сделаем всё возможное, чтобы враг вышел на огневые позиции следующей ночью. Если что-то пойдёт не так, пришлю тебе человека, он доложит. Тогда к чёрту их ракеты, главное — вас спасти.

Крейв замолчал, внимательно глядя на Крипелина, в ожидании, что он что-то скажет, но директор молчал, даже не повернулся к собеседнику, тогда министр ударил по бёдрам руками и сказал:

- Что ж, мне, пожалуй, пора. Я тут, как вы понимаете, - он посмотрел на свою одежду, - инкогнито. Всё, до связи.

Министр стремительно покинул кабинет.

- Вы ему доверяете? – тихо спросил Вейрон, после некоторого молчания.

- Орфену? – Крипелин повернулся к ребятам, видно было, что он всё это время напряжённо над чем-то размышлял, а сейчас, будто вернулся с небес на землю. – Он политик. Разумеется, нет. Но если ты ожидаешь подвоха в этом вопросе, то вряд ли. Теперь правительство Кильвеи поняло, что война никого не обойдёт стороной, Королева ни с кем свою власть делить не будет. И мы сейчас чуть ли не единственная их надежда.

- Но как же академия?

- Что академия – здание! Главное — победить Королеву. Ребята, вы одни из талантливейших и способных диссонеров поколения, на вас равняются, на вас смотрят, я очень рассчитываю на вашу помощь!

- Разумеется! – горячо ответил Вейрон, остальные кивнули.

- Тогда начинаем эвакуацию. Пусть это и отступление, но не всё ещё потеряно, есть шанс дать достойный ответ. Но сначала нужно уйти из-под удара. Давайте, друзья, пару часов на подготовку, я объясню ситуацию замам и инструкторам, и приступим. Свободны.

- Так, ладно, - сказал Нейт, когда все вышли из кабинета. – Я понимаю, нам много чего есть рассказать друг другу, но мне сначала нужно привести себя с дороги в порядок, а потом…

Юноша слегка смутился, раньше он бы не стал говорить что-то подобное, просто молча ушёл бы. Похоже, это заметили и напарники, они смотрели на него тёплыми взглядами и с глупыми улыбками на губах. Чтобы скрыть неловкость, Нейт поспешил к лифту, но на полпути вспомнил о чём-то и снова повернулся к ребятам.

- Слушайте, а я во всей этой суматохе не заметил инструктора Ост, вы не знаете, где её найти, хотел поговорить с ней.

Ребята застыли, отвечать никто не торопился, даже избегали смотреть Нейту в глаза.

И тогда он всё понял. Чего он ожидал?..

… Кого он не встретит в академии? Кого не увидит больше никогда? Кто навеки останется лежать в земле? В голове начал нарастать знакомый гул…

Глава 9. Слезы и ответные меры

Нейт смотрел на себя в зеркало. Сколько раз он надевал форму диссонера? Нечасто, раза три-четыре. Как-то не было поводов, да и задания почти всегда требовали скрытности. Носить форму в академии строго не требовали: некоторые курсанты и диссонеры предпочитали мундиры, но большая часть одевалась в повседневную одежду. Нейт принадлежал ко второй группе, но сегодня он решил, что по форме будет правильнее.

В залах собралось много людей, по сути – все, кроме раненых и тех, кто находился на дежурстве. Было тихо, только шелест одежды и тихий шёпот.

Для церемонии выбрали два смежных спортзала, сняли разделяющую их сетку, и получилось просторное помещение, которое могло вместить всех, кто пришёл попрощаться и… гробы.

Это была вторая церемония, первая прошла рано утром.

Нейт вошёл в зал и, растерявшись в таком количестве народа, встал в сторонку, лишь когда большая часть покинула зал, юноша пошёл к гробам. Все они были закрыты, на крышке стояла фотография и табличка с именем.

Он знал всех, кто здесь лежал. Правда, мало хоть кого-то по-настоящему близко. Хорошие парни и девушки. Весёлые, жизнерадостные, неуклюжие, застенчивые, замкнутые, вспыльчивые, рассудительные. Со своими причудами, с тем, что Нейт часто относил к глупостям… их больше нет, они все мертвы…

Вот гроб Райкоса. Доброго, надёжного, верного парня. Вернее, когда-то доброго, надёжного и верного. Его больше нет. Никого нет…

Никто из них больше не улыбнётся, не заплачет, не скажет и слова… Никогда…

Рядом с гробом Райкоса Вейрон, тихонько обнимающий рукой за плечо Фиру.

Мёртвые никогда не вернутся. Но вернутся ли живые? Что после всего пережитого будет с теми, кто остался? Беззаботная, никогда не унывающая чудачка Фира. Станет ли она прежней?

Нейт осторожно погладил девушку по спине. Фира вздрогнула, невидящим взглядом заплаканных глаз посмотрела на юношу, узнала, слабо улыбнулась и кивнула в знак благодарности.

Последний в ряду гроб. Нира Ост. Фотография улыбающейся красивой женщины, ей было всего-то двадцать девять.

- Что ж, - совсем тихо, так, чтобы никто не слышал, заговорил Нейт. – Вы прощались со мной, как будто навсегда, думая, что я уже не вернусь… Я вернулся… Но мы действительно тогда виделись в последний раз… Простите, я… Я пришёл слишком поздно… Я не сумел остановить зло там, в Усыпальнице… Я вообще ничего не сделал… - Нейт сделал паузу, дыхание становилось тяжёлым, глаза щипало так, что трудно было держать их открытыми. – Мне кажется, я занимаю чьё-то место… это я должен лежать где-то здесь…

Нейт не заметил, как подкралось то самое состояние. Он стоял, до боли вцепившись руками в ручку гроба, зубы стиснуты, лицо побелело. Все звуки слились в монотонный гул, сердце застряло в глотке, мир поплыл, тьма медленно подбиралась со всех сторон, будто только и ждала возможности…

«Нет, - твёрдо сказал про себя юноша. – Нет!». Он вложил в это слово последние силы: обиду, ярость, печаль, страх. «Нет!!!»

Сознание приходило в норму, мышцы расслабились, дыхание восстанавливалось. Звуки возвращались, мир оживал.

Он не виноват, и он не имеет права жалеть себя. Ещё многое предстоит сделать, и раз уж ему дан ещё шанс, он воспользуется им в полной мере! В голове прозвучал голос, который Нейт слышал в Забытых Землях: «Молодец, я в тебя верю…»

Ривз заметил на себе несколько тревожных взглядов. Вздохнув и отпустив гроб, он ободряюще улыбнулся Тэи, мол, всё в порядке и направился к выходу.

Нейт полчаса просидел на скамейке в парке, приводя мысли в порядок. Он уже собирался уходить, но рядом с ним кто-то присел.

- Мне сказали, что ты в академии, - взглянув на соседа, сказал Нейт. – Но всё равно видеть тебя здесь странно.

- Понимаю.

- Итак, Кайл, какие планы?

- Мы останемся с вами.

Повисло молчание. Нейт взглянул на полковника, лицо его было задумчивым, взгляд обращён в одну точку.

- Не думаю, что ребята вас легко примут, - покачал головой юноша. – Особенно после недавнего…

- Так тому и быть.

- Хм, - задумался Нейт. – Но, почему?

- Как? – слегка удивился Ёра. – Разве мы не должны победить Королеву?

- Да, но многие видят сейчас в ней спасение, тем более Шарль-Гир…

- Да, - перебил полковник. – Тем более Шарль-Гир… Я упустил, не заметил. И тоже виноват в том, как всё сложилось, хотя, оглядываясь назад: предпосылок было много, но… Теперь я хочу сделать всё, чтобы помочь исправить ситуацию, победить Королеву. Не время жалеть о случившемся, нужно действовать.

Нейт странно посмотрел на Ёру, и тот тихонько рассмеялся:

- Нет, жертвовать собой я не собираюсь и понимаю, что мир вряд ли спасу. Но я хочу сделать всё возможное, чтобы помочь человечеству победить.

- Да нет, - покачал головой Ривз. – Я просто подумал, что, похоже, мы одновременно пришли к одним и тем же мыслям.

- Я почему-то не сомневался, - кивнул полковник. – Слушай, Нейт, - помолчав, продолжил он. – Ты ведь давно был знаком с Королевой?

- С Агатой? Не то чтобы. Мы познакомились год назад, тогда же, когда и с тобой, во время битвы за Рильт.

- Да. Но я имел в виду, вы были достаточно близки, - Кайл не заметил, как вздрогнул и спрятал взгляд собеседник. – Тебе не показалось, что они с Шарль-Гиром несколько похожи?

- Что ты имеешь в виду? – нахмурился Нейт.

- Ну, поведение, некоторые обороты в речи, привычки… Не знаю как сказать, - он смутился и замолчал, но почти сразу возобновил разговор:

- Вообще, в их связи много странного.

- Например? – осторожно спросил юноша.

- Ну вот, смотри, - оживился Ёра, видно было, что мысли эти он обдумывает давно, да поделиться не с кем. – Взять хоть бы уничтожение «Копья». В момент взрыва Королева была здесь, в Орте, я специально всё проверил. Могла она так далеко применить магию? Насколько я знаю, это невозможно! И ещё…

- Погоди, полковник, мне кажется, ты упускаешь…

- Зачем именно Шарль-Гир тратил время и силы на твою вербовку, да ещё и делал это в последний момент? Ведь Королева всё это время была рядом с тобой и успела войти в доверие. Зачем ей для этого понадобился генерал?..

- Так ведь Шарль-Гир и сам был…

- О, Нейт, вот ты где, - к скамейке подошла Тэя. – Директор отдал приказы, пора приступать.

- Какие приказы? - разом напрягся Ёра.

Нейт и Тэя переглянулись, раздумывая, можно ли говорить об этом офицеру Римирии. Ривз вздохнул, поднялся и, взглянув на полковника прямо, произнёс:

- Союз хочет ударить по Гармонии «Дланью Королевы», мы эвакуируемся.

- «Дланью Королевы»? Что это за чёрт?

Диссонеры снова переглянулись, но, похоже, Ёра говорил искренне.

- Новое оружие Союза, класса «Копьё Осмонда». Не слышал?

Полковник помрачнел и отвёл взгляд.

- Не слышал. Мой статус в армии сильно упал за последнее время, - пробурчал мужчина. – Впрочем, был ли он когда-то высок? - совсем тихо закончил он.

Операция проходила размеренно и спокойно. После пережитых событий сил на эмоции уже ни у кого не осталось, а вот работы было много. Сначала надо было подготовить оставшиеся на ходу или хоть сколько-нибудь доступные починке транспортные средства для перевозки раненых, снаряжения и припасов. На всё это ушёл целый день и большая часть ночи.

На следующий день было чуть проще. От техники уже зависели мало: небольшие группы пешком отправлялись на побережье. И хоть забот хватало, у ребят стало появляться свободное время, Нейт, например, после обеда смог зайти в мастерскую.

- О, здоров! – обрадованно воскликнул Тониш. Он метался по мастерской и складывал что-то в коробки. – Я всё ждал, когда зайдёшь. И ты, надо сказать, вовремя. Меня, как видишь, - он кивнул на коробки, - скоро переправляют. Итак, - юноша подошёл к стойке и выжидательно уставился на Нейта.

- А, эм, - растерялся Ривз. – Да, я хотел спросить… по поводу оружия.

- Есть какие-то предпочтения?

- Ну-у, я понимаю, сделать ты уже ничего не успеешь, поэтому, если у тебя есть что-то похожее на моё прежнее оружие…

- Хе-хе, - загадочно усмехнулся Тониш и полез под стойку. Через секунду на столешнице лежала точь-в-точь такая же дубинка, как и та, которую Нейт потерял в усыпальнице, только не чёрная, а тёмно-серая.

- Но как? – Ривз удивлённо посмотрел на Тониша.

- О, - слегка растерялся инженер, почёсывая пальцем щеку. – Считай, я верил, что ты выжил…

- А на самом деле? – подозрительно взглянул Нейт.

- Я знал, что ты вернёшься и сконструировал ещё одну дубинку…

Повисло молчание. Нейт испытывающе смотрел на Тониша, тот не знал, куда деть взгляд. Так продолжалось полминуты, затем инженер не выдержал и сокрушённо сказал:

- Ладно, я сразу сделал две, потому что… был уверен, что ты сломаешь первую, недели через три.

- Тониш.

- Мм?

- Ты настоящий профессионал.

- А то! Пистолет-то нужен?

- Нет, - подумав, ответил Нейт, затем взял дубинку и направился к выходу, перед самой дверью его остановил голос Тониша:

- Эй!

- А?

- Я рад, что ты вернулся.

Нейт на секунду задумался, кивнул и вышел из мастерской.

Ближе к вечеру приехал последний грузовик за телами, а в нём, вместе с водителем и грузчиками, агент премьер-министра. Он сообщил, что «Длань Королевы» подойдёт на ударную позицию после полуночи.

Ночью вернулись фургоны, чтобы забрать последних людей. В Гармонии оставили включённым свет, при помощи различных механизмов заставили двигаться прожекторы, даже записи голосов и различных звуков включили. В общем, разыграли, то, что в своё время сделал Шарль-Гир, уходя из-под огня «Копья Осмонда».

Когда машины отъехали километров на семь, в небе на западе появились огни, они двигались в сторону Орты.

- Остановите, - уставшим голосом попросил Крипелин.

Директор выбрался из машины и стал наблюдать, Нейт встал рядом. Остальные люди тоже начали выбираться из автомобилей. Все молча, затаив дыхание, смотрели на запад.

Земля дрогнула. Вдалеке начали вырастать огненные грибы, ветер донёс звуки грохота.

Вот так, то, что строилась несколько лет, было домом для десятка тысяч воспитанников, являлось выдающимся творением человечества, не столько с технической точки зрения, сколько с идеалистической, за минуту превратилось в ничто. В огненное марево.

Каждому, кто смотрел сейчас на этот ураган огня, чудился его свирепый гул, звон бьющегося стекла, грохот обваливаемых стен, стон зданий, хотя на самом деле, ничего слышно не было: слишком далеко.

Кто-то тихонько плакал, кто-то стиснул зубы и кулаки, кто-то смотрел ошалело, будто не верил тому, что увидел. Минут пять стояли в полной тишине, потом Крипелин каким-то не своим, осипшим голосом сказал:

- Поехали, нельзя задерживаться.

Оставшаяся часть плана прошла гладко: жители Орты погрузились на корабли, и начался их долгий путь к Восточному континенту, чуть больше семи тысяч километров по Дальнему океану, к Белому заливу и дальше, по крутобережной реке Разлом, к самому северному городу Стратары Ким-Ру. Преследования, вроде как не было, ушли чисто.

Проспав в общей каюте несколько часов, Нейт отправился на поиски Крипелина: у юноши накопилось масса вопросов, ответить на бо́льшую часть которых мог только директор.

На палубе Нейт заметил Тэю, она, уместив голову на ладони, которые лежали на бортике, лениво смотрела на море, вид у неё был печальный.

- Привет, - Нейт встал рядом и облокотился на ограждение. – Как дела?

Тэя перевела на него грустный взгляд и, тяжело вздохнув, тихо ответила:

- Так себе.

- М-да…

Минуту простояли молча, смотря на воду и думая каждый о своём. Затем Тэя поднялась, повернулась к Нейту и тепло улыбнулась.

- До сих пор не могу поверить, что ты вернулся.

- О-о, уверяю тебя, я тоже. Вернуться с того света оказалось проще, чем принять этот факт.

Тэя грустно улыбнулась и повернула голову к морю.

- Я ведь видела, как тебя убили, всё казалось вполне настоящим.

- Таким оно и было, - вздохнул Нейт потянувшись. – Тут они всё без монтажа показали.

- Но тогда как? – Тэя осторожно коснулась того места, где Эйз ранил Нейта.

- Меня исцелил Люн.

- Люн?! Сам?! – изумлённо воскликнула девушка.

- Ага, - улыбаясь, кивнул Нейт. – Моя история спасения, вообще, полна удивительных событий, я тебе как-нибудь обязательно всё расскажу.

- Жду с нетерпением!

Улыбки на их лицах тут же погасли: рядом кто-то всхлипнул. У спасательной шлюпки сидели две девушки. Одна в состоянии близкому к истерике, лицо всё в слезах, другая осторожно гладит по спине первую и тоже тихо плачет. Нейт и Тэя тактично отвернулись к морю.

- Что ты чувствуешь? – спросила через некоторое время девушка.

- Ты о чём?

- О том, что с нами происходит. Об Агате. Ведь… - Тэя тяжело сглотнула. – Ведь за этим всем стоит она. До сих пор не могу свыкнуться… Агата… наша Агата – Королева.

- Да уж, - как-то неопределённо прокомментировал Нейт, отвернувшись в сторону.

- А ведь у меня была возможность остановить это…

- А?

- Да, я могла убить её, - вздохнула Тэя и положила руки на перегородку. – Если бы совладала с собой, сохранила холодный разум. Нужно было всего-то собраться, действовать быстро, выбрать подходящий момент и… Но я не смогла…

Нейт понял примерно, о чём говорит Тэя, и, тоже облокотившись на перегородку, сказал:

- Ладно тебе. Не требуй от себя слишком многого. А что касается мнения других: ты уже герой, ты убила Королеву!

- Что? – Тэя, нахмурившись, посмотрела на Нейта. – О чём ты говоришь?

Юноша вздохнул, после разговора с полковником Ёрой у него уже закрались сомнения, теперь же они подтверждались.

- Это ведь благодаря тебе, - холодно сказал Ривз, глядя куда-то вдаль, - мы расправились с Шарль-Гиром. Ты убила первую Королеву.

- Нейт, - печально сказала девушка. – Но… теперь уже всё известно: Агата нас всех перехитрила…

- Ну вот, - покачал головой Ривз. – Ладно другие, но вы-то с Кейси. Я же вам уже всё объяснял: Шарль-Гир – Королева. Вспомни, магия…

- Да, но Агата могла её использовать, она была тогда в Здании Правительства…

- Но в самой Усыпальнице её не было. И к тому же вспомни наш разговор с Шарль-Гиром, ты ведь всё слышала!

- Да… да, - растерялась Тэя. – Не знаю, две Королевы… Так ведь никогда не случалось…

- Не только это странно, - задумчиво проговорил Нейт, понижая голос. – Например, слышала ли ты когда-нибудь, чтобы Королева устанавливала связь с духом? То-то, - заключил он, глядя на растерянный вид напарницы. – Вообще говоря, я как раз искал Крипелина, чтобы поговорить с ним об этом. Ты со мной?

Тэя бодро кивнула, но только они сделали пару шагов, как их окликнул голос Кейси:

- О, вот вы где, я как раз вас ищу. Директор вызывает нас к себе, идёмте, я покажу дорогу.

- Вот так, - улыбнулся Нейт Тэе. – На ловца…

- Привет, ребята! – весело поприветствовал Крипелин вошедших.

Он занял просторную каюту прямо под рубкой. Всё здесь было завалено коробками, бумагами и книгами. В центре комнаты стояла большая военная рация. Такой модели Нейт ещё не видел.

- Последняя разработка, - проследил за взглядом юноши директор. – Подарок из Адалии. Ну, как у вас дела? – участливо спросил он после паузы.

- Держимся, - ответила Тэя. – Как вы, директор?

- А, - махнул рукой Анджелус, видно было, что он хотел придать этому жесту, да и, вообще, своему поведению непринуждённости, получилось плохо. – Нормально. Уже думаю над проектом новой Гармонии, хе-хе…

- Сначала неплохо бы разобраться с Королевой, - попытался поддержать тон начальства Нейт.

- Да! – спохватился Крипелин. - Да, за этим я вас и вызвал. Вы уж меня простите, недавний бой… Нейту, вообще, духи знают, через что пришлось пройти, а я вас опять на задание…

- Идёт война, сэр, - деловым тоном, но по возможности мягко, сказал Ривз. – Мы всё понимаем. Что нужно сделать?

- В Адалии уже год ведутся разработки какого-то проекта, - сразу перешёл к делу директор. - Какой-то способ противостояния Королеве.

- Оружие? – вступил в разговор Кейси.

- Э-э, не знаю. Всё очень засекречено. С месяц назад со мной на связь вышел доктор Кай-Си…

- Ого! Профессор Нэл Тай-Си! – непонятно почему восхитился Кейси и, увидев вопросительные взгляды ребят, пояснил:

- Он является чуть не главным специалистом по изучению Королев, почти все открытия, связанные с закономерностями их появления, магии, монстров, влияния Фуксии принадлежат ему. Самые передовые технологии в области!..

- Понятно, - поднял руку Нейт. – Очень умный и важный парень.

- Ну,- смутился Кейси, - да.

Директор деликатно прочистил горло, возвращая к себе внимание.

- Ну так вот. Нэл сообщал мне некоторые детали хода проекта, не вдаваясь, впрочем, в подробности. Но последние его сообщения, были несколько… тревожного свойства. Он, как будто опасался, что разработки учёных Адалии не только не помогут в войне, но будут даже на руку Королеве.

- Что же это за разработки такие? – подозрительно пробурчала Тэя, директор лишь пожал плечами и продолжил:

- Когда враг оказался у берегов Кильвеи, я временно прекратил контакты с Нэлом: даже самые засекреченные каналы могут перехватить, да и не до этого было. Теперь он не выходит на связь, и я не знаю, в чём дело.

- И вы хотите, чтобы мы выяснили, - кивнул Нейт.

- Да. Я связался с Учёным Советом. Ваша поездка будет официальной: иначе вас бы просто не пустили. Вы очень формально и осторожно побеседуете с руководством, ну, мол, война и всё такое, Орту разрушили, неплохо бы принять какое-то участие, помощь оказать. Можно намёками разузнать о проекте, но я думаю, вряд ли что-то получится. Постарайтесь пробыть там два-три дня, может, что-то удастся выяснить о Тай-Си, а, может, он сам выйдет с вами на связь. Вот, - Крипелин протянул Нейту папку. – Здесь брифинг по миссии с инструкциями и пояснениями.

- Какова главная задача? – принимая документы, спросил Нейт.

- Выяснить, что планируют учёные, поможет ли их секретный проект в борьбе против Королевы, или, наоборот, усугубит ситуацию. Мы должны быть готовы ко всему, я чувствую, скоро этот конфликт ожидает развязка.

- Да, - кивнул Нейт и, чуть-чуть замявшись, продолжил:

- Я тут выяснил общее мнение, по поводу произошедшего в Усыпальнице… Сэр, - твёрдо продолжил Ривз, взглянув Крипелину в глаза. – Я убеждён, что Шарль-Гир тоже был Королевой. Была Королевой, - чуть неуверенней добавил он.

- Две Королевы? – задумчиво пробормотал Крипелин. – Да, ребята докладывали мне об этом, - он кивнул на Кейси и Тэю. – Но ты уверен, что Агата не обманула тебя.

- Абсолютно.

- Что ж, значит, есть над чем задуматься… - Крипелин медленно опустился в своё кресло.

- Такое уже бывало?

- Нет, - отрезал Анджелус, затем задумался и добавил:

- Не совсем… Не знаю.

Ребята вопросительно уставились на директора, и тот, вздохнув и откинувшись на спинку кресла, заговорил:

- Что мы о них знаем? Детях Фуксии… Седьмая Королева. Её схватили, когда она была ещё подростком. Девочку доставили в Адалию, учёные хотели изучить её природу и установить контакт, но она, лишь на секунду исхитрившись выпасть из внимания повышенной охраны, покончила с собой. Но каково же было наше удивление, когда в Беруне, через три года мы вышли на ещё одну девочку-Королеву, и ей уже было тринадцать! Узнать толком ничего не удалось, её убили при попытке сбежать, а сам случай решили не афишировать, чтобы избежать волнений, поэтому-то о восьмой Королеве миру известно так мало, что породило массу легенд.

- Так что, вполне допускаю, - продолжил после паузы директор, - что в поколение может родиться и две Королевы. Хотя до этого ученые были уверены, что следующая рождается сразу после смерти предыдущей, в течение от трёх до десяти лет. Даже доказательную базу построили… Кстати, что говорил тебе по этому поводу Шарль-Гир, предлагая стать эпигоном?

- Он говорил про нашу с ним… с ней связь, - вспоминая, ответил Нейт. – Хотя, когда умирал, сказал про второй шанс, явно намекая на Агату.

- Значит, ему было всё равно, чьим эпигоном ты станешь… или… - Крипелин задумчиво потёр подбородок. – Нет, слишком много неизвестных, будем решать эту задачу потом, когда победим в войне. Да, и раз уж мы заговорили об этом. Как ты себя чувствуешь?

- Вы о чём?

- Говорят, отказ от способностей эпигона влечёт за собой некоторые… психологические нарушения.

- А, - Нейт смущённо потёр висок, он знал, что эти разговоры рано или поздно состоятся, но всё равно оказался не готов. – Да вроде бы – ничего.

Юноша вспомнил о том, что было в Забытых Землях и о его приступах, но рассказывать об этом не стал, он был уверен, что связи с отказом от роли эпигона здесь не было. Вместо этого Нейт заговорил о другом:

- Я, признаться, гораздо больше беспокоился, как примут меня здесь.

- А? – не понял Крипелин, да и ребята посмотрели вопросительно.

- Ну, я же всё-таки имею связь с Королевой и тоже могу… или, в какой-то степени… - Нейт растерялся, не зная, как закончить, но Крипелин всё понял.

- А! – воскликнул он. – По этому поводу можешь не переживать. Я тебе только что поручил наисекретнейшую миссию, уж если это не доказывает моё доверие, тогда не знаю что, - он развёл руками.

- Да уж, дружище, - облегчённо выдохнул Кейси. – Я об этом даже и не думал.

Тэя лишь улыбнулась и одобрительно кивнула.

- Ага, ну а так вроде ничего, - смущённо пробормотал Нейт, пряча взгляд. – О, единственное! – спохватился он. – Мои способности диссонера стали сильнее, я лучше чувствую резонанс, легче его разрываю и почти не чувствую эйфории.

- О! – удивился Крипелин. – Интересно. Но, извини, ничего об этом не знаю. Примем, как данность.

- Ну что, если вопросов больше нет, - после паузы продолжил Крипелин. – В путь! В вашем распоряжении один из штурмовых катеров нашего маленького флота я уже распорядился, в документах, - он кивнул на папку, – всё указанно. После Адалии отправляйтесь в Рас-Садад, я буду ждать там.

Ребята вышли из каюты директора, прошли по коридору к выходу на палубу, но тут Нейт неожиданно остановился, лицо его было задумчивым.

- Мне здесь кое-что… - медленно проговорил юноша. – Вы идите, я догоню.

Напарники пожали плечами, но спрашивать ни о чём не стали.

- Что такое? - Крипелин оторвался от бумаг и усталым взглядом посмотрел на Нейта. – Забыл что-то?

- Да, - Нейт чуть замешкался, подбирая слова, но в итоге плюнул и заговорил прямо:

- Сэр, я хочу знать… правду, какой бы она ни была. Королевы… Так ли всё однозначно, как нас учили? Это действительно непримиримое зло, в котором нет ничего людского?

Крипелин снял очки и устало потёр переносицу.

- Это из-за Агаты?

- Не только, - на секунду смутился юноша.

- Поверь мне, - тяжело вздохнув, заговорил директор. – Человечество несколько раз пыталось установить с Королевами дружеские отношения, мне это доподлинно известно, да что там, я сам лично дважды принимал участие в попытках наладить мирное взаимодействие. Но…

Крипелин задумался, предаваясь воспоминаниям.

- Я видел их, общался с ними. Седьмая и восьмая Королевы. Не знаю, как объяснить. Они неуловимо другие. Коварные, хитрые, непредсказуемые. Но это ерунда, главное – они были очень жестокими и озлобленными, на всё готовые пойти для достижения цели. Лесть, нежность, жалость, сочувствие, угрозы – всё шло в ход. И владели они этим виртуозно. Девочкам перед смертью было пятнадцать и тринадцать, но меня не покидало стойкое ощущение, что я общаюсь с испытанной жизнью и долгими годами женщиной.

Так что, я с большим сожалением вынужден сказать: всё однозначно. Как ты сказал? Непримиримое зло? Это очень точное определение. Они холодны, расчётливы, умны. Но самое главное - невероятно жестоки и эгоистичны.

- Как и многие люди.

- Не многие, - возразил Крипелин, поднимая палец. – Подавляющее меньшинство. Если бы было иначе, цивилизация давно бы рухнула.

- Хотя, - продолжил директор помолчав. – Я не говорю, что они сильно отличаются от людей. Но сходство их, пожалуй, с худшими представителями человечества. И каждая из них повторяет судьбу предыдущей. Видимо, правду говорят, такова их природа.

- Я представляю, каково тебе сейчас, - тяжело взглянув на Нейта, продолжил Крипелин. – Я ведь знал Агату с детства. И не то что подумать не мог, даже сейчас содрогаюсь, вспоминая, какой она была и кем оказалась…

- Может, у них нет выбора? – мрачно проговорил Нейт.

- О чём ты? – нахмурился директор.

- А если они считают, что им иначе не выжить.

- Если так, то для этого у них довольно мало оснований.

- Деятельность «Ордена Хранителей», являлась таким основанием?

- Их деятельность – тёмное пятно в истории человечества, и таких пятен немало, но это лишь часть истории, существуют и другие примеры. Мы не в ответе за поступки наших предков. Ордена не существует уже сто лет, и человечество многое пересмотрело в своих ценностях и идеалах, и не раз пыталось поменять отношение к Королевам, но с их стороны изменений не произошло…

- Так ли уж сильно поменялись ценности и идеалы?

- Говори прямо.

- Проект «Ангел».

- А-а, Шарль-Гир… - Крипелин вздохнул, откинулся на спинку стула и устало прикрыл глаза, Нейт думал, что директор не станет отвечать, но, пожевав губами, Анджелус медленно, будто предаваясь воспоминаниям, заговорил:

- Ещё одно тёмное пятно. Не такое тёмное, как Орден, разумеется, но всё же. Да ещё и мой отец замешан. Что ты знаешь или хочешь знать?

- Был ли этот проект предназначен для насильственного внедрения способностей диссонера, насколько жестоки были его методы, выявлялись ли силы Королевы тем же путём, что использовал Орден?

- Насильственного внедрения? – задумался Крипелин. – Да, в какой-то степени, да. Только прошу, не нужно рисовать в воображении злобных учёных, страшных лабораторий и отвратительных экспериментов. Но палку мы, конечно, перегнули. То было послевоенное время, все были напуганы, обескровлены. Какое там с Королевой, нам с кризисом продовольствия было не справиться. И всё же в первую очередь мы думали о появлении нового порождения Фуксии. Успеет ли вырасти смена диссонеров до прихода следующей Королевы? Выявить её заранее мы уже не надеялись (это тебе сразу ответ на последний вопрос).

И вот учёными, которые тогда только начали укреплять своё государство на острове Краб, был предложен проект «Ангел» - предтеча современных Гармоний. С многочисленных исследовательских полигонов, построенных по всему миру, отбирались дети с потенциалом чувствительности к резонансу. Затем они отправлялись в два научных центра: один располагался в Адалии, второй в Кильвее, впоследствии он стал Гармонией Ортой. В Кильвее содержались сироты, после войны их было много, в Адалии – дети из семей.

Мы пытались выяснить закономерности появления способностей диссонера. На тот момент - впрочем, до сего дня не многое изменилось - было известно, что чувствовать резонанс могут только дети с родительской депривацией. Однако это не единственное условие: многие люди, лишённые родительской заботы, не имели способностей диссонера. Вот мы и пытались выяснить, как это работает, а по возможности контролировать этот процесс.

Да, много дров наломали, - досадливо махнул рукой Крипелин. – Вот что бывает, когда научными проектами руководят военные, да ещё и после войны. Оправдываться не буду. Никаких ужасов там не было, но всё вышло некрасиво, особенно с «семейными» детьми, которые были вынуждены, подолгу находиться без родителей. Хорошо, что проект с ними быстро завернули. А вот сиротам в лабораториях даже понравилось, никто не хотел возвращаться на улицы…

Мы совершили много ошибок, но не надо делать из нас монстров, Нейт. Я помню, сколько крови на моих руках, может, не напрямую, косвенно, из-за моей глупости, но это ещё страшнее и печальнее. Дважды я встречался с Королевами, и дважды они меня обманули, оба раза за мои ошибки расплатились другие.

Силена, - возвышенно продолжил директор. – Славная, умная, симпатичная девочка – дитя Фуксии, седьмая Королева.

Крипелин протянул Нейту папку, юноша открыл и не смог скрыть удивления. Это было досье. Досье… на студента Орты: личные данные, табель, а дальше шло описание какого-то дела.

- Покончила с собой, когда охрана на секунду отвлеклась, - грустно проговорил директор. – В лаборатории Адалии… Всё это ложь!

Я тогда официально только вступил в должность директора Орты. Меня оповестили одним из первых, когда обнаружили Королеву, тогда они ещё не были уверены, что это дитя Фуксии. Я ожидал увидеть чудовище, какой мне запомнилась шестая Королева. Под конец её правления, от человека у неё мало, что осталось. Но передо мной оказалась худая, нервная, напуганная, не понимающая, что происходит, тринадцатилетняя девочка. Она мне напомнила тех детей, которых забирали из семей в ходе проекта «Ангел», мне тогда было всего пятнадцать, в смысле – во времена проекта, и происходящее оказало на меня неизгладимое впечатление. В общем, мне стало жалко девочку, я не хотел для неё участи лабораторного подопытного и взял её воспитанником в Орту.

Нейт листал дело, девочка была отличницей не только по академическим предметам, но и в спорте.

- Ох, сколько мне пришлось биться за неё, - продолжал Крипелин. – Но все же политики и учёные сдались и позволили взять девочку, при условии постоянного наблюдения. Пришлось мне в штат взять трёх специалистов из Адалии. Она проучилась в Гармонии два года, всё шло хорошо… до поры до времени.

Нейт как раз дошёл до происшествия, которое описывалось после карточки студента. Текст читать не стал, понимая, что директор сам сейчас всё расскажет, внимание его привлекла чёрно-белая фотография, там была девочка в форме академии, она ничком лежала на полу, у головы темнело чёрное пятно.

- Силена становилась всё более замкнутой, ожесточённой. Даже со мной разговаривала неохотно и пренебрежительно. Но и тогда я давал ей шанс за шансом. Пока… - Крипелин шумно сглотнул. – Пока она не попыталась сбежать.

Нейт дошёл до ещё одной фотографии. Тоже девочка, примерно ровесница первой, навзничь лежит на траве, на шее колотая рана.

- Её заметила соседка по комнате, припозднившаяся в библиотеке… Силена перерезала ей горло. Королеве удалось покинуть академию, но мы настигли её в трёх километрах к востоку, у самого леса, - Нейт кивнул, давая понять, что понимает, где это. – Нам повезло: один из дежурных по Севу пришёл на пост раньше положенного времени и увидел фигуру, покидающую академию.

Когда мы прижали Силену, и она поняла, что ей не уйти, девочка, хладнокровно воткнула нож себе в горло… Она при этом с вызовом смотрела на меня… и ухмылялась…

Крипелин надолго замолчал, а когда заговорил вновь, голос его был более живым:

- Расследование показало, что Силена за всё время пребывания в Орте очень интересовалась разработкой оружия для диссонеров, у неё даже нашли несколько чертежей. Я думаю, это изначально было её целью, она всё спланировала заранее…

Нейт положил папку на стол, на душе скреблись кошки, он даже в лицо директора заглянуть не решался, а Крипелин продолжал:

- И вот спустя столько лет новая Королева вновь обвела меня вокруг пальца. Только… только жертв теперь гораздо больше.

Нейт взглянул-таки в лицо Крипелина: в глазах директора стояли слёзы.

- Я мечтал сделать так, чтобы у нового поколения была спокойная, счастливая жизнь. Я хотел исправить и уж точно не повторять ошибки отцов. А в итоге… - Анджелус устало потёр лоб.

- Всё, как он сказал, - грустно улыбаясь, проговорил Нейт.

- Что, прости?

- Когда я сбегал из Беруны, я встретил одного человека. Капитана судна, он помог мне добраться до Стратары, а потом ещё и до Забытых Земель. Его звали Амон Гриз.

Анджелус поднял на собеседника полный изумления взгляд, он, казалось, даже пошевелиться боялся, чтобы не спугнуть момент.

- Амон? – одними губами прошептал Крипелин.

- Да. Он предсказал, что вы можете начать… хандрить, и просил передать вам, чтобы вы не кисли, как… - Нейт запнулся, не зная, как закончить.

- Как баба! – рассмеялся Крипелин. – Да, это в его стиле. Чёрт возьми! Амон Гриз, - мечтательно воскликнул Анджелус. – Я думал, он уже давно… Спасибо, Нейт, - директор поднялся с места. – Это чертовски приятная и нужная новость.

Ривз кивнул и направился к выходу, у двери его остановил голос Крипелина:

- Нейт, я… мне жаль, что всё так обернулось… с Агатой и вообще… Но нет ничего хуже, чем следовать ложной надежде.

- Да, сэр, я знаю.

Глава 10. Страна ученых

Это было долгое путешествие, пожалуй, самое долгое в жизни Вейрона. Девять дней безбрежного моря и неустойчивой поверхности под ногами. Юноша не страдал морской болезнью, но даже без неё эти условия начинали нервировать.

К тому же нельзя было сказать, что поездка была спокойной и мирной. На эскадру неоднократно нападали монстры. Твари настолько рассвирепели, что их не пугало даже большое количество кораблей и людей.

Но в итоге все трудности остались позади, флот успешно добрался до Ким-Ру, а оттуда, на поезде до столицы Рас-Садада. Там ортовцев радушно приняли власти Стратары, разместив в чуть-чуть недостроенном пригородном жилом комплексе, по соседству с беженцами из Эо.

Первые несколько дней курсантов и диссонеров не трогали. Конечно, политики и военные Стратары понимали, что с таким могучим союзником дела на фронте пойдут гораздо успешнее, но всё же ребятам дали вначале передохнуть, хотя многие из них рвались в бой, мечтая отомстить за свою Гармонию и погибших товарищей.

Через пять дней пребывания в столице Крипелин собрал совещание, куда были приглашены некоторые диссонеры третьего ранга, пара человек с Эо, инструкторы и Вейрон. Статус юноши, пожалуй, не подразумевал присутствия на подобных встречах, но к нему давно уже относились как к лидеру, и вопрос о его повышении был отсрочен исключительно из-за обстоятельств войны.

- Так, всем привет, - заговорил Крипелин, когда все расселись. – Я только что был на встрече с президентом и главнокомандующим. Дела такие: по данным разведки Союз готовит крупномасштабное наступление, причём на два направления.

- Ого, - присвистнул кто-то из присутствующих. – Откуда у них такие силы?

- Второе направление – Кильвея? – поинтересовался другой.

- Они точно не уверены, - поморщился директор. – Но по всей видимости, нет, второе направление – Адалия.

По залу прошёлся робкий шёпот. Уже много месяцев все думали, что в стране учёных готовится какое-то супероружие для борьбы с Королевой. И вот когда главные соперники – Кильвея и Стратара ещё не побеждены и могут потягаться с непобедимой армией Союза, особенно объединившись, Королева бьёт по Адалии. Неужели слухи правдивы, и там действительно что-то готовится. В глазах присутствующих на собрании появился огонёк надежды.

- Ситуация с Адалией нам недоступна, - продолжал тем временем Крипелин. – Вроде как Кильвея собирается присоединиться к обороне острова, но вы все знаете, сколько они уже собираются, - по залу прошёл презрительный смешок. – В общем, наша с вами задача, помочь в обороне здесь. Ситуация тяжёлая, - помрачнел вдруг директор. – Враг подгоняет к континенту почти весь свой флот, непонятно какими силами они будут атаковать Адалию, но факт остаётся фактом.

- Может, Адалия – обманный манёвр? - предположил кто-то.

- Всякое может быть, - вздохнул Крипелин. – Хоть я и не вижу в этом смысла. Какой может быть обманный манёвр, когда сотня кораблей, не скрываясь, чёрным облаком мчится к Восточному континенту. Но не это сейчас важно. Власти Стратары уверены, такую атаку им не отбить, и просят о помощи нас, и оставшихся ребят с Эо, которые временно попадают в моё распоряжение, - люди в зале одобрительно закивали. – Наша задача — организовать грамотную тактическую оборону, - директор развернул на стене карту. – Мы встретим врага на подходах к столице, прямо на границе оккупированной им территории. Наши силы будут располагаться преимущественно на юге здесь и здесь, - он ткнул в карту указкой. – Сейчас мы распределим отряды и командующих, а потом отправимся на точки разрабатывать план обороны…

- Сэр, - поднял руку Вейрон. – А какими силами сейчас располагает Стратара?

- В обороне могут быть задействовано около семи тысяч, - неохотно ответил Крипелин. – Остальные сражаются на других направлениях.

- А какова предварительная оценка сил врага? – не успокаивался Вейрон.

Крипелин вздохнул и, сняв очки, медленно стал их протирать. Все, затаив дыхание, смотрели на директора.

- По предварительным данным, - наконец сказал он. – Около десяти тысяч, плюс возможны подкрепления с других направлений.

По залу прокатился ропот.

- А что с «Дланью Королевы»? – всё расспрашивал Клифф.

- Кильвея и Стратара пошли на отчаянные меры, они настраивают свои спутники на то, чтобы сбить спутники врага. При таком раскладе у противника останется ещё три модели, но это всё равно сильно сузит зоны покрытия. Впрочем, «Длань», со счетов сбрасывать не стоит.

Растерянность, недоумение и даже что-то вроде обиды читались в глазах присутствующих.

- Да, ребята, понимаю, - вздохнул Крипелин, снова надевая очки. – Расклад совсем не в нашу пользу. Но что делать, сдаться? Я не согласен, лучше уж проиграть в бою. Но мы сделаем всё, чтобы победить.

В зале повисло молчание, люди поглядывали друг на друга, стараясь подбодрить и увидеть в глазах товарищей решительность и готовность драться. И в этой тишине голос вновь подал Вейрон:

- Сэр, а вам не кажется, что для победы нам необходимо задействовать все ресурсы?

- Предложения?

- Гармония Фимма.

Все опять выжидательно уставились на директора.

- А, - раздражённо махнул рукой Крипелин. – Упрямый болван Озворд и слышать ничего не хочет. У них, видите ли, «великая цель»! Что мы им, с нашей-то вознёй?

- Но враг теперь и у их порога! – возмутился Вейрон.

- Бесполезно, они будут воевать только лично с Королевой и монстрами, они думают, что эта война создана исключительно правителями стран и имеет чисто политический оттенок.

- Но это же глупо, после того как Королева раскрылась!

- Вот, поди, скажи ему это, - опять махнул рукой Крипелин, но вдруг замер и посмотрел на Вейрона. – Меня-то он уже и слушать не хочет, а что, если… - задумчиво прошептал он, разглядывая Вейрона. Затем директор кивнул сам себе и бодро спросил:

- А не хочешь ли, дружок, и впрямь, прокатиться до Фиммы?

***

Это морское путешествие для Нейта было гораздо легче и приятнее, чем предыдущее. Во-первых, оно было намного короче, всего двое суток. Во-вторых, юноша в этот раз был не один, с ребятами было веселее и спокойнее. И даже несмотря на то, что их катер дважды подвергся атаке морских монстров, путешествие выдалось несложным и напряжения не вызывало.

Нейт рассказал ребятам обо всём, что с ним случилось после Усыпальницы, умолчав, правда, о некоторых моментах, о снах, например, и его посттравматических припадках, которые, впрочем, с момента прощания с Нирой не повторялись.

Часть рассказа о Забытых Землях вызвала страстный интерес у Кейси, юноша не отставал с расспросами почти всю ночь.

К вечеру второго дня небо и вода начали обретать всё больший розовый оттенок: ребята входили в зону самого большого, но самого слабого нуминиевого поля – Море Дюн.

Наутро в уже почти красной воде ребята обнаружили странные объекты: тёмно-серые пластиковые шарики, размером с яблоко. Поначалу их было немного, но чем ближе катер подплывал к Адалии, тем больше попадалось шариков, иногда они организовывали целые колонии тёмно-серых островов, которые, словно тучи плыли по красному небу. Этот загадочный феномен никто из ребят объяснить не смог.

Особенно плотно этим вопросом заинтересовался Кейси, он всё высматривал в бинокль тёмно-серые острова, делал какие-то заметки, чертил графики, вылавливал шарики из воды и изучал их.

Именно за последним занятием Нейт и обнаружил напарника, когда до порта Адалии оставалось несколько часов пути.

- Ну что? - спросил Ривз. – Появились какие-то идеи?

- Нет, - поморщился Кейси, выкидывая шарик в воду. – Такое ощущение, что это просто чья-то дурацкая шутка.

- Да уж. Ладно, разберёмся, в крайнем случае спросим, - Нейт кивнул в сторону обозначившейся на горизонте бухты.

- Ага, - Кейси проследил за взглядом напарника. – Подумать только, скоро будем в столице полёта человеческой мысли, торжества интеллекта и знаний! Оплот развития науки и инженерии.

- О, как поэтично.

- Извини, - порядком смутился Кейси, почесав затылок.

- Да нет, давно хотел спросить тебя, откуда такая тяга к науке и восхищение ею?

- Не знаю, - пожал плечами Кейси и несколько удивлённо посмотрел на Нейта. – С детства испытывал к этому интерес. Только подумать, чего может достичь человеческий разум, голова кругом идёт!

- Почему не пошёл в учителя?

- У меня был хороший боевой потенциал. Да и к тому же очень хотелось попутешествовать по миру, - Кейси мечтательно посмотрел вдаль.

- Что ж, ну, пожалуй, после службы в академии у тебя не будет трудностей в выборе, чем заниматься дальше, - улыбнулся Нейт, облокачиваясь на перегородку.

- Ха-ха, не думаю, что у меня есть способности. Восхищаться — это одно, заниматься – совсем другое.

- Пожалуй, - согласился Нейт. – Ну а чего бы ты хотел?

Кейси вновь удивлённо посмотрел на напарника и растерянно заговорил:

- После службы? Не знаю, может, историком…

- Мм, это…

- Нейт! – перебила их разговор Тэя. – Они вышли на связь!

- Хорошо, иду.

Ривз направился в рубку, а девушка заняла его место. Она подозрительно посмотрела на Кейси.

- О чём говорили?

- О пустяках, - задумчиво ответил тот. – Он спрашивал о моих интересах. Любопытствовал, чем я хочу заниматься в будущем.

- Код: двести три, м-шесть, - послышалось из рубки. – Мы диссонеры из Орты. Нет. Нет. По специальному поручению… Нет.

- Он, пожалуй, изменился, - так же задумчиво продолжал Кейси.

- Да, - кивнула Тэя. – Видимо, то, что случилось в Усыпальнице и после, сильно повлияло на него.

- Он стал общительнее.

- Добрее.

- Внимательнее.

Напарники посмотрели друг на друга и весело улыбнулись.

- О-ой, вы издеваетесь? – доносилось тем временем из рубки. – Ну так позовите того, кто оповещён! Ещё было бы неплохо, чтобы он умел читать, считать и понимал человеческую речь! Ага, до связи, благодарю за проявленный профессионализм, - ядовито закончил Нейт.

- Ну, пожалуй, не всё сразу, - обречённо проговорила Тэя, и они с Кейси тихонько рассмеялись, впрочем, тут же прекратили, как только Нейт вышел из рубки.

Несмотря на некоторые перипетии, катер диссонеров впустили все же в порт. Там ребята увидели несколько танкеров, гружёных серыми шариками, диссонеры переглянулись, но с расспросами пока лезть не стали. В доке их ждала группа сопровождающих, которые тут же повели ребят в здание Учёного Совета.

Аскетичная Адалия - город-государство, не любила гостей. Всё здесь было уныло и однообразно. Напрасно Кейси жадно смотрел по сторонам, никаких чудес, и вообще, хоть чего-то интересного Адалия предложить не могла. Бело-серые здания разных размеров, но одинаковых, неинтересных форм тянулись вдоль улиц и неуклюже ползли по холмам и скалам. Собственно неровность поверхности, сильно гористая местность – единственное, что придавало городу хоть какой-то колорит. Впрочем, горы здесь были невысокими.

Второе, что выделяло Адалию – большое количество башен: антенны, ветряки, системы СЗОТС, обсерватории. А по периметру города стояли высокие столбы с десятком отверстий в форме воронок, это были своеобразные воздуховоды. Создаваемые ими потоки ветра отгоняли от города нуминиевую пыль, которой здесь было в избытке, защита, конечно, не абсолютная: розовый налёт всё равно сверкал на поверхности улиц и зданий, но без воздуховодов дело было бы совсем плохо.

Третьей же и самой значимой достопримечательностью служила Башня Света, или, как её называют здешние учёные - Канал. Чёрное жуткое строение стояло на вершине скалистого холма. Высотой сто сорок метров, у основания диаметром семьдесят метров, сооружение напоминало сильно изъеденный временем наконечник древнего копья. Окон в башне не было, вместо них стены испещряли дыры разного размера и формы. Внутри строение было практически полым: несколько пустых залов, винтовых лестниц и смотровая площадка наверху. Вся башня была построена из хитрого переплетения железных труб разного диаметра.

Грандиозное сооружение было построено примерно полторы тысячи лет назад какой-то неизвестной цивилизацией. Оно было связано с Фуксией. Когда луна занимала своё место в определённой точке над башней, строение начинало гудеть, вибрировать и еле заметно излучать голубоватый свет. Очевидно, проектировка здания преследовала цель резонировать с Фуксией. Но зачем, учёным так и не удалось выяснить. Это величайшая загадка, над которой до сих пор бьются лучшие умы современности.

Башня Света – одна из причин, по которой семьдесят лет назад на остров Краб, стали съезжаться учёные и исследователи со всего мира. Вторая причина – самое большое в мире нуминиевое поле, представляющее собой целое море. По сути, оно являлось главным источником нуминиевых облаков.

После войны община учёных стала сильно разрастаться и за год превратилась в небольшой городок. Власти как таковой здесь тогда не было, а научными проектами руководили и спонсировали правительства или частные лица разных стран. Но со временем община обретала всё больший авторитет, особенно когда тесно начала сотрудничать с Гармониями, по примеру академий Адалия как раз и решила объявить о независимости с собственной структурой власти.

Странное положение у страны установилось с тех пор: ни сельского хозяйства, ни армии, ни экономики. Только производство (исключительно связанное с научной деятельностью) и спонсорская поддержка (как правило, немалая).

Адалия напоминала, да и, по сути, являлась большим институтом, со всеми необходимыми атрибутами: факультетами, деканатами. Верховную же власть представлял Учёный Совет. Заседал он в большом круглом здании, у подножья холма, на котором стояла Башня Света. Туда-то и повели недавно прибывших диссонеров.

Нейт обратил внимание, что возле Канала построили три странные конструкции, как будто технологические фермы для ракеты. А ещё они чем-то напоминали зубы гигантского животного. Конструкции светились разными лампочками, повсюду были провода и антенны.

Нейт ни разу не был в Адалии, но по фотографиям и видеоматериалам видел и город, и Башню, а вот этих сооружений здесь точно не было.

Ребят по коридорам здания привели в большой, просторный кабинет, правда, явно – не зал заседаний Совета. Диссонеры расселись по стульям и стали ждать.

Ожидание явно затягивалось, прошёл уже почти час, а в кабинет даже никто не заглянул. Нейт, чувствуя зарождающееся раздражение, решил узнать, в чём там дело. Он уже начал вставать со стула, как дверь в кабинет открылась и внутрь зашли двое, мужчина и женщина, оба в лабораторных халатах.

- Прошу прощения за задержку, - неискренне извинилась темнокожая женщина с собранными в большой пучок кудрявыми волосами. – У нас здесь аврал, знаете ли, - а эта фраза уже была произнесена с ноткой раздражения, дескать, не до вас сейчас, зачем отвлекаете? – Меня зовут Рама Тоуз, я старший заместитель ректора, а это Бланк Энкс – декан факультета естествознания. Как мы поняли из зашифрованного послания господина Крипелина, у вас к нам какие-то вопросы?

Насколько знал Нейт, всего в Учёный Совет входило тринадцать человек, считая самого председателя, ректора. Конечно, юноша понимал, что ради группы диссонеров весь состав собираться не будет, но, чтобы только двое… Впрочем, отношения к этому Ривз никак не выразил.

- Да. Руководство Гармонии очень обеспокоено вашим бездействием, - начал с ходу нападение Нейт. – Война, как вы понимаете, перетекает в завершающую стадию, и директор, чтобы как можно лучше спланировать дальнейшие действия, хотел бы понимать, что у вас здесь происходит, готовы ли вы чем-то помочь?..

- Мы не обязаны отчитываться перед директором Гармонии, - раздражённо прервала заместитель ректора.

- Так же, как мы не обязаны помогать кому-либо, - холодно прокомментировал Нейт. – Как думаете, через сколько дней войска Королевы явятся сюда?

Очевидно, юноша шёл ва-банк, и, скорее всего, в обычных обстоятельствах его дерзость обошлась бы диссонерам плохо, их бы просто выставили вон. Однако сейчас это сработало: видно было, как госпожа Тоуз боролась с собой, как сузились её зрачки, напряглись скулы, впрочем, длилось это недолго, заместитель успокоилась и ровно сказала:

- Заверяю вас, и передайте это господину Крипелину, учёные делают всё возможное, чтобы приблизить победу и сделать её абсолютной.

- Хотелось бы чего-то менее обтекаемого, - развёл Нейт руками. – Не поймите неправильно, мы не выпытываем, просто, как вы уже наверняка знаете, на Орту, а ранее на Эо были совершены нападения, и мы хотели бы быть уверены или, хотя бы надеяться, что вы что-то предпринимаете.

- Да, я сочувствую вашим потерям, - кивнула Тоуз. – Насколько мы слышали, они крайне велики, - осторожно закинула удочку заместитель.

- Нет, слава духам, - соврал, не моргнув глазом Нейт. – Больших потерь удалось избежать, разве что само здание академии было разрушено.

- Мне жаль…

- Да, вы уже говорили. Но давайте о ваших планах.

Рама Тоуз несколько секунд недовольно смотрела на Нейта, затем вздохнула и нехотя заговорила:

- Многого я сказать не могу: если случится утечка, всему делу конец. Да и вообще наш план невероятно хрупок и зависит от огромного количества переменных. Возможно, мы нашли способ лишить Королеву сил, может даже – убить. И для этого не нужен прямой контакт, мы достанем её с любой точки планеты. И это касается не только Королевы Эйрейт, но и последующие поколения.

- Но каким образом? – изумлённо спросила Тэя.

- Как я уже сказала, деталей я не раскрою.

- Когда вы будете готовы? - вопрос на сей раз от Нейта.

- Мы на завершающей стадии. Если всё пройдёт хорошо, недели через три проект будет завершён.

- Но трёх недель у вас может не быть, - задумчиво проговорил Нейт.

- Это напрямую зависит от вас, - горячо ответила Тоуз. – Выиграйте нам это время, отвлеките Королеву, и мы её остановим!

Повисло молчание. Пока Нейт думал, как бы выудить ещё информации, заместитель ректора взглянула на часы и, поднимаясь, сказала:

- Что ж, к сожалению, я не располагаю больше временем, да и всё, что могли, мы обсудили, полагаю, - она фальшиво улыбнулась.

- Дадите нам переночевать и пополнить запасы или выставите сейчас же? - вернул ненастоящую улыбку Нейт.

Заместитель на секунду растерялась, затем кивнула и спокойно ответила:

- Конечно, вы можете остаться. На деньги вы здесь ничего не купите, у нас действует система карточек, но я распоряжусь, чтобы вам помогли. Что ж, всего хорошего.

Тоуз коротко кивнула и быстрым шагом направилась к выходу, за ней, спохватившись, поспешил декан Бланк Энкс, зачем он вообще присутствовал на встрече, осталось загадкой.

- Итак, - устало заговорила Тэя, когда их наконец разместили в гостинице. – Ничего мы толком и не узнали.

- Это было ожидаемо, - спокойно ответил Нейт. – Главное - у нас получилось остаться на денёк, есть шанс, что этот профессор, как его…

- Профессор Тай-Си, - подсказал Кейси.

- Да. Есть шанс, что он выйдет с нами на связь.

- Только вот с нас ни на секунду не спускают глаз, - покачала головой Тэя и кивнула на дверь.

- Да, это проблема. Попробуем завтра пошататься по людным местам, может, так у него появится шанс…

Однако и на следующий день гостям из Орты никакой свободы не предоставили. Встретили у входа в гостиницу и «любезно» провели по местам, где ребята могли пополнить запасы. Перед отъездом диссонеры попросили пообедать, и их отвели в ближайшую столовую.

Ожидая заказ, Нейт смотрел по сторонам, невольно вспоминая Видор. Столица науки чопорной Беруны выглядела как курорт с глянцевой обложки по сравнению с этим местом. Никаких увеселительных учреждений, ни магазинов, ни парков, ни ресторанов. Даже то место, где они сейчас находились, больше походило на столовую в тюрьме, чем на кафе.

«Интересный народ», - отстранённо подумал Нейт и принялся за принесённую еду.

- Меня зовут профессор Тай-Си, - послышался за спиной тихий голос. Нейт на секунду замер, но тут же продолжил есть как ни в чём не бывало. – Я приду к катеру перед вашим отплытием, в качестве механика, подыграйте мне.

Нейт еле заметно кивнул. Стул за спиной противно скрипнул, и послышались удаляющиеся шаги. Ривз оборачиваться не стал.

После обеда диссонеры любезно поблагодарили за всё своих проводников, хотя лучше, наверное, сказать, конвоиров, и попросили отвести в порт.

К отплытию готовились искусственно долго, ожидая Тай-Си. Тянуть больше было бы уже подозрительно, но профессор всё не появлялся.

- Только мне надоели эти шпионские игры? – ворчала Тэя, делая вид, что проверяет двигатель. – На нас будто проклятие какое.

- Не знаю, - пожал плечами Кейси. – По-моему, забавно.

- Что там, кстати говоря, с твоими шариками? Удалось выяснить что-то?

Кейси тяжело вздохнул и неохотно ответил:

- Да-а. Ничего супертаинственного здесь не оказалось. Просто учёные придумали способ снизить процент испарения нуминия в Море Дюн. Засыпав поверхность воды шариками, - юноша ещё раз вздохнул. – Всё гениальное просто…

- Это сколько ж шариков надо? – задумчиво проговорил Нейт.

- Много, - кивнул Кейси. – Но, похоже, учёные всерьёз обеспокоены массивной атакой монстров, и пытаются всячески оттянуть этот момент. Хотя кто знает, может, когда война закончится, эта идея принесёт свои результаты. Испарений нуминия станет меньше, а значит, и семян будет меньше, и работы у нас поубавится… О! -оживился Кейси. – И не только. Ещё и воздухоплаваньем можно будет всерьёз заняться. Представьте себе…

Мысль юноша не закончил, на причале началась какая-то возня, послышались недовольные крики:

- Куда лезешь? Ничего не перепутал?

- Не знаю, это корабль диссонеров?

- Да.

- Тогда – ничего не перепутал. Мне приказали явиться и осмотреть.

- Кто приказал?

Нейт выглянул за корму. Недавние провожатые спорили с маленьким, щуплым мужичком в рабочей робе. И одежда, и лицо механика были перемазаны техническим маслом.

- Да-да, ребят! – закричал Ривз. – Я забыл сказать, вчера мы попросили первого заместителя прислать кого-нибудь осмотреть двигатель, что-то он стучит.

- Нам об этом не сообщали, - недовольно сказал один из конвоиров.

- Ну пошлите кого-нибудь выяснить, - пробурчал Нейт, вспоминая о том, что вся верхушка Адалии сейчас безумно занята. – Нам долгий путь предстоит, со сломанным двигателем я не поплыву.

Конвоир впал в замешательство, посмотрел на своих напарников, скривился в недовольном оскале и махнул рукой, мол, проходи.

Поддельный механик для вида поковырялся на палубе, потом нарочито громко сказал:

- Дело не в двигателе, пойдёмте, покажу, это в трюме, под рубкой!

Как только все вчетвером спустились в трюм, Тай-Си поспешно заговорил:

- У меня мало времени, я очень рискую. С господином Крипелином на связь больше не выхожу, у нас здесь очень жёсткая блокада, - тараторил он. – Это связано со страхом утечки информации. Проект по уничтожению Королевы вошёл в финальную стадию, многое поставлено на кон… Но я… я сомневаюсь насчёт этого плана. Как бы не стало ещё хуже…

- Подождите, не так быстро, - выставил перед собой руки Нейт. – Объясните толком, что это за проект и чем он может быть опасен.

- Пятнадцать лет назад я открыл некоторую конкретную закономерность между Фуксией и Королевой. Каждый раз, когда ведьма использовала свою магию, одно место на луне, как бы резонировало, излучало низкочастотный звук. Данные моих пятилетних исследований показали, что есть прямая связь между Королевой и Алтарём (так я назвал это место на Фуксии). Но потом я полностью заморозил эту работу.

- Почему? - нахмурился Нейт.

- Почему? – Тай-Си как-то странно посмотрел на собеседника, затем часто закивал и продолжил:

- Да-да, это, пожалуй, самое главное. За несколько лет до моего открытия. Со мной связался странный человек. Он называл себя Изгнанником и предлагал встретиться в крайне необычном месте – в Забытых Землях. В общем-то, понятно, что поначалу я принял его за чудака или даже психа. Но в своих письмах он делился очень любопытными научными идеями и теориями, сильно опережающими наши открытия, особенно в области изучения духов. В конце концов, я согласился на встречу с ним. И не пожалел.

Многие мои открытия и успехи в науке совершились благодаря ему, с тех пор я называл его наставником. Этот загадочный и странный человек обладает удивительным интеллектом и интуицией. Он словно не из этого мира!

- К сути, профессор, - попросил Нейт.

- Да, простите. После знакомства и нескольких встреч с Изгнанником, я как раз и начал тот проект с исследованием Алтаря. Через несколько месяцев я рассказал своему наставнику об успехах, и каково же было моё удивление, когда я обнаружил в его глазах ужас. Он настойчиво требовал не только прекратить все исследования в этой области, но и уничтожить все текущие наработки. Ничего толком объяснять он не стал, уверял, что пока я не пойму, сказал лишь: мои открытия будут на руку Королеве. Я забыл упомянуть, он жутко её боялся. Не знаю причин, но, по-моему, он и из убежища своего никогда не выходил из-за этого слепого страха.

В общем, исследования я свернул, но разработки уничтожать не стал, жалко было, убрал их в архив. А два года назад кто-то заинтересовался ими, и проект вновь увидел свет. Позже я выяснил, что группе учёных под предводительством знакомой вам уже Рамой Тоуз, поступала информация со стороны, источник я проследить так и не смог. Благодаря этим данным, они сильно продвинулись в изучении Алтаря, и год назад начал разрабатываться план по его уничтожению. Они хотят при помощи резонанса Канала, открыть гипертуннель, соединяющий Башню и Фуксию, и через него ударить ракетой по Алтарю.

- План в духе военных, а не учёных, - саркастично прокомментировал Кейси.

- Пожалуй, - согласился Тай-Си. – Но речь сейчас не о том. Я боюсь, наставник оказался прав, план не только провалится, но и каким-то образом поможет Королеве. Неопровержимых доказательств у меня нет, только слова Изгнанника и ещё один тревожный факт. Дело в том, ни для кого не секрет, что связь между Фуксией и Королевой изучали с незапамятных времён, но я проследил - самые большие прорывы в этой области совершались в период активности Королевы!

- И что это значит? – нахмурился Нейт, понимая, впрочем, куда клонит учёный.

- Что, если Королевы сами продвигают исследования в этой области, преследуя свои цели?

- Эй! – послышалось сверху. – Вы там скоро?

- Да, - Тай-Си голосом изобразил напряжённо работающего человека. – Щас закончим! Ребят, - тише, обращаясь к диссонерам, продолжил учёный, – у меня к вам просьба, найдите Изгнанника. Он единственный, кто может ответить на волнующие нас вопросы. Пока не стало поздно, пока мы не наломали дров.

- Где нам его искать?

- Точного местоположения его убежища я не знаю. Меня встречали в Забытых Землях и приводили к нему с завязанными глазами.

- Кто встречал?

- Они, - Тай-Си замялся, – что-то вроде культа. Называют себя Хранителями Хтольна.

В памяти Нейта тут же всплыла группа странных людей, которых он встретил в Забытых Землях, женщина с густыми каштановыми волосами Лина и их предводитель, мужчина с военной выправкой Альм.

- Погодите, - продолжал Тай-Си, вытаскивая из кармана блокнот. – Я вкратце опишу вам места, где меня встречали.

- Не надо, - задумчиво проговорил Нейт. – Я знаю, где искать.

Глава 11. Академия наивных героев

Вейрон жил в Фиме уже третий день. Безделье сводило его с ума. Где-то там, на востоке, его товарищи готовятся к битве с превосходящим по силе врагом, который должен напасть со дня на день, а он торчит здесь и… наблюдает.

Руководство Фиммы и, в частности, её директор Алан Озворд, вопреки ожиданиям, приняли Вейрона хорошо. Однако никто здесь и слышать не хотел о войне. Только разговоры о кодексе, об истинных целях, о долге и прочая философия, каждый отдельный пункт которой, на вкус Вейрона был до неприличия банален.

Как бы юноша ни старался, убеждая вступить в бой с армией Союза, так как ведёт её Королева – «истинный враг диссонеров», достучаться до Озворда не получалось. Называя его упрямым болваном, Крипелин не преувеличивал.

Директор Фиммы был человеком в возрасте, немногим младше Крипелина. Но выглядел мужчина для своих лет неплохо, был крепок, подтянут, коренаст. О его характере и умственных способностях судить было сложно, потому как вёл себя Озворд несколько… неординарно. Взять хоть его внешний вид, бог с ними с широкими шароварами и фантазийными золотыми тапочками, директор никогда не носил верхнюю одежду. В смысле, на верхнюю часть тела. Его торс всегда был голым. И это притом, что в горах было прохладно. Не говоря уж о нереспектабельности такого стиля в принципе. Первое время Вейрон был в шоке, сейчас уже попривык.

Бо́льшую часть времени Озворд вёл себя, как слишком активный подросток. Его суждения, реакции, умозаключения – всё несколько вычурно, импульсивно и инфантильно.

Под стать директору были и его студенты. Энергичные, весёлые, открытые, но с узким кругозором, наивные и тоже несколько незрелые.

Всё в академии подчинялось этому духу. Как будто это была фэнтезийная игра собравшихся вместе энтузиастов.

Да и архитектура Фиммы усиливала это ощущение. Академия была построена на вершине горной гряды, на пяти её пиках. Канатного городка здесь, впрочем, не было, лишь с десяток подвесных мостов. Плоская и широкая поверхность вершин позволяла строить удобно и безопасно. Но и здесь создатели и жители Гармонии умудрились отличиться: помимо привычных строений – учебных классов, тренировочных площадок, лазарета, столовой и прочее, было здесь и два необычных и весьма примечательных здания. Помпезные и нелепые башни, каждая из которых единолично занимала свой собственный пик. То были храмы, посвящённые Высшим и Малым духам. Зачем и для чего, история умалчивает, но студенты иногда даже заходили туда, медитировали или молились. Нигде в мире таких храмов больше не было.

Вот в таком странном, вычурном, в каком-то смысле даже гротескном месте, третий день прибывал Вейрон. Фимма крайне редко сотрудничала с другими академиями, и мало кто мог похвастаться, что гостил в горной Гармонии, связано это было не с закрытостью Фиммы от чужих, напротив, гостям здесь были рады, а с неудобным местоположением. Может, отчасти потому здесь сложилась особая атмосфера.

В общем, Вейрон насмотрелся и наслушался достаточно, и у него уже голова кружилась от происходящего.

Впервые Клифф поговорил с Озвордом сразу по приезде в академию. Первые впечатления были тягостными. Вейрону казалось, что его то ли разыгрывают, то ли издеваются. Высокопарный, вычурный слог, странные выражения и сентенции, спектакль, одним словом. Сейчас юноша уже привык, но в первый раз это его сильно выбило из колеи.

Помимо всего прочего, на той встрече Озворд ясно дал понять, что Фимма своим идеалам не изменит и в войну ввязываться не будет, а чтобы «достойнейший юноша, понял особый дух горных диссонеров, и причины его возвышенности», директор предложил пару дней пожить в академии и понаблюдать.

Вейрон жил и наблюдал. Что ему оставалось? Ведь Озворд пообещал, что по истечении этого времени он снова поговорит с гостем, чтобы «расставить все точки и растворить все сомнения». Встреча должна была случиться сегодня вечером, но директор срочно отбыл на охоту на какого-то опасного монстра, но обещал, что завтра утром непременно найдёт время на разговор с гостем.

Вейрон выбил разрешение воспользоваться рацией (несмотря на аскетичный образ жизни и отказ от благ цивилизации, некоторые технические изобретения в академии были разрешены) и отправился в мастерскую, где находилось древнее военное устройство, чтобы связаться с Крипелином.

- Ну, как дела, дружок? – сквозь хрип помех прогудел голос Анджелуса. – Совсем беда?

- Да признаться, порадовать вас пока нечем, - неохотно ответил Вейрон.

- Когда этот псих назначил тебе встречу?

- Завтра утром.

- Вейрон, я прекрасно знаю, с чем тебе приходится иметь дело, не взваливай на себя больше необходимого. Некоторых людей даже смерть переубедить не в состоянии. Если завтра ничего не получится, возвращайся, что поделать, мы попытались. А ты нужен здесь, враг уже продвигается к столице, первые рубежи обороны прорваны.

Вейрон даже думать не хотел о провале задания, тем более после того, как он потратил на него столько времени и сил, но если вначале юноша был полон энтузиазма и решительности, то сейчас его уверенность в успехе сильно ослабла. Вейрон безнадёжным голосом ответил: «Да, сэр», и прекратил связь.

Наутро, чуть свет, Вейрон отправился к директору. Войти к нему можно было по-простому: никаких секретарей, впрочем, как и кабинета у него не было. Озворд принимал гостей прямо там, где жил, в просторном бунгало, построенном рядом со столовой.

Как и ожидалось, директор уже не спал, разливал по чашкам чай. Как всегда бодрый, активный, раздетый по пояс… Вейрон невольно вздохнул.

- О, мой юный, но уже достойный друг! – невесть чему восхитился Озворд. – Рано вставать – прожить день счастливо! Чаю?

- Да, спасибо, - Вейрон знал, отказываться бесполезно, тем более, когда уже всё было разлито, и вопрос являлся формальным. Впрочем, чай у директора Фиммы был отменный, вот и сейчас его терпкие нотки игриво блуждали под сводами бунгало, добавляя в это бедно обставленное: кровать, ковёр, два столика, три кресла и шкаф, жилище уюта, а его обитателям бодрости.

- Итак, - начал Озворд, усевшись в кресло и с удовольствием отпив из кружки. – Что скажешь?

- О чём? – не понял Вейрон.

- Как тебе наша академия?

- О, эм… отлично, меня впечатлило… - Вейрон несколько растерялся, так как думал, что разговор зайдёт о другом.

- Что именно, - подобрался Озворд, - тебя впечатлило?

- Ну-у… преданность делу, и…

- Да! – неожиданно воскликнул директор Фиммы. – Я знал, что ты поймёшь, друг мой! Да, да, да! Преданность делу, идеалам, убеждениям! Вот сердце Фиммы, её сила, побуждение идти вперёд!

- Да, я… собственно, в этом не сомневался, - сконфуженно ответил Вейрон. – Но, признаться, я думал, мы будем говорить о другом.

- А? – не понял Озворд.

- Ну, ваш ответ…

- Какой ответ?

- По поводу принятия участия в битве за Стратару, - терпеливо пояснил Вейрон.

- А! – обрадованно воскликнул Озворд, но тут же растерянно добавил:

- А о чём тут говорить? Я же уже всё сказал. Фимма никогда не будет участвовать в мирских дрязгах, потерявших понятие о чести политиков. Так было, есть и будет.

- Н-но, - растерялся от такого резкого и бескомпромиссного ответа Вейрон. – Война…

- Войны начинаются и заканчиваются, - беспечно махнул рукой Озворд. – Мы выше этого, наша цель – борьба с Королевой и её отродьями - монстрами Фуксии.

- Подождите, - начал горячиться Вейрон. – Но мы же с вами уже обсуждали, войну начала Королева, это её армия, если её не остановить… если не помочь Стратаре…

- Ерунда. Это всё игры мелочных и жадных политиков. Не спорю, Королева ловко пользуется ими, но это всё не то. Мы вступим только тогда, когда ведьма покажет свою истинную сущность…

- Но она уже показала! – всплеснул руками Вейрон. – Простите, директор, при всём уважении, но это просто глупо, - Озворд недовольно сдвинул брови. - Враг давно уже во всеоружии, он громит и уничтожает нас. Сира захвачена, Орта и Эо уничтожены. Как вы думаете, когда настанет ваш черёд?

- А, может, - злобно прищурил глаза Озворд, - остальные академии пали, потому что предали сами себя? Стали наёмниками вместо того, чтобы служить свету. И потому их боевая мощь упала.

- В отличие от Фиммы в Эо и Орте насчитывается…

- При чём тут количество?! – грубо перебил Озворд. – Я говорю о качестве. Вы стали слабее, уязвимее, вы растеряли навыки.

- Это не так! – в отчаянии воскликнул Вейрон. – Я видел ваших ребят в деле, - он указал в сторону двери. – Это не так!..

- Это вызов? – сквозь зубы процедил директор Фиммы.

- Что?!

- Это вызов? Ты желаешь испытать нашу силу?

- Какого?.. – Вейрон приоткрыл от изумления рот и расширил глаза, затем почувствовал, как в груди закипает раздражение, перерастающее в ярость, и злобно сказал:

- А знаете что, давайте! Вызов!

- Отлично, - Озворд вальяжно откинулся на спинку кресла. – Тогда сегодня вечером…

- Нет, - резко прервал Вейрон, поднимаясь с места. – У меня нет времени, я должен ехать, драться с Королевой, - мстительно сказал он. – Сейчас. Я жду на тренировочной площадке.

С этими словами юноша покинул бунгало.

На открытой тренировочной площадке, круглой зоне, посыпанной песком и окружённой тремя рядами скамеек разного уровня, собралась почти вся Фимма. Вокруг царило невероятное возбуждение: слыханное ли дело, чужак будет драться с любимчиком академии! Ребята побросали свои дела, чтобы стать свидетелями этого необычного зрелища, администрация же Гармонии смотрела на это сквозь пальцы.

Вейрон без пиджака, только в футболке и брюках, стоял недалеко от центра площадки, руки скрещены на груди, взгляд устремлён вдаль, рядом в песок воткнут его внушительных размеров меч. Привычка юноши покрасоваться (особенно перед женским полом, а девушек здесь хватало) была для Фиммы весьма уместна, на студентов это производило внушительный эффект.

Наконец в круг вышел соперник Вейрона - жилистый, высокий парень с зачёсанными назад тёмными волосами. Он был по пояс голым, в левой руке юноша держал двустороннюю глефу со слегка загнутыми лезвиями. Вид у парня был самоуверенный, он смотрел на противника чуть свысока.

- Меня зовут Оск, - бодро начал юноша. - Оговорим правила? Будут какие ограничения, по этюдам, по технике?

- Без ограничений, - спокойно ответил Вейрон. – Хочу посмотреть, на что ты способен.

В толпе послышался то ли удивлённый, то ли одобрительный ропот.

- Хе-хе, - усмехнулся Оск, крутанув над головой глефой и встав в боевую стойку. – Боюсь, у тебя даже не будет возможности узнать мой элемент.

- Тоже мне, великий секрет, - пробурчал Вейрон, посмотрев на движения и стойку противника. – Вода.

- Э! – на секунду опешил Оск, но Клифф не дал ему времени, крикнув: «Нападай или защищайся!», он вырвал свой меч из земли, и сам пошёл в атаку.

Оск был ловок и селён. Очень искусный и талантливый воин. Но было одно «но».

Вейрон обратил внимание на эту особенность с первого дня пребывания здесь. Не только Оск, но и все остальные студенты Фиммы были превосходными бойцами, которые почти всё своё время посвящали тренировкам. Но их стиль боя, движения, приёмы, будто сошли со страниц учебника… тридцатилетней давности. Многое уже давно устарело и от него отказались в пользу более эффективных стилей, что-то осталось, но как база для новичков.

Это как смотреть старый и когда-то отличный боевик: забавно, местами даже эффектно, но так уже не делают.

Глефа мелькает перед глазами, словно лопасти винта. Вейрон уклоняется и отбивается, делая вид, что ему нелегко.

Клифф блокировал боковой удар, увернулся от вертушки, с неожиданной для противника прытью ударил сам, да так, что Оск едва на ногах устоял.

Быструю контратаку Вейрон пресёк огненным вихрем. Противник же этюдами принципиально не пользовался, и это была его последняя ошибка.

От одного лезвия глефы Клифф отбился, от другого уклонился, и так три раза подряд, противник слегка увлёкся, и Вейрон, улучив момент, сильным ударом откинул его от себя, не дав опомниться, прыгнул на него с мечом наперевес. От клинка Оск увернулся, от огненной волны уже не сумел. Его закрутило в воздухе, ударило о землю, юноша быстро вскочил на ноги, но тут же получил тяжёлый удар по глефе, вторая атака выбивает из его рук оружие, третья – ногой в грудь - валит на землю. Оск порывается встать, но видит перед лицом лезвие меча противника и замирает. Весь бой не продлился и минуты.

Вокруг тренировочной площадки воцарилась тишина, на фоне которой чётко прозвучал спокойный голос Вейрона:

- В настоящем бою тебя бы только что убили. Глупо и бесславно. Тебя убила твоя самоуверенность, бахвальство. Любой солдат из армии, которая идёт с запада, из армии Королевы, убил бы тебя, не задумываясь, он использовал бы любую возможность, любой шанс, - Вейрон начал повышать голос. – Хотел победить меня по-быстрому, даже не прибегая к этюдам? И вот ты мёртв. Стоила эта бравада того?! – почти прокричал он и, обернувшись ко всем присутствующим, так же громко продолжил:

- Вы все превосходные войны, не отрицаю. Многое из того, что я видел здесь, меня впечатлило. Но все ваши техники безнадёжно устарели. Ваши взгляды безнадёжно устарели, как и ваше мировоззрение. Вы не готовы встретиться со злом, которое мечтаете искоренить, никто из вас не готов! – Вейрон медленно повернулся вокруг своей оси, осматривая присутствующих. – Сейчас я отправлюсь на запад и буду с товарищами отбиваться от врага. Мы приложим все усилия, чтобы защитить наш мир. Защитить вас. Но, если у нас не выйдет, армия Королевы явится сюда, и, к сожалению, у вас не будет и шанса. Так что помолитесь за нашу победу духам, - юноша кивнул на один из храмов. Затем повернулся к Озворду. – Вы всё носитесь со своим кодексом, но я тоже давал присягу и точно помню, что первый пункт в нём: защищать слабых и угнетённых. Так скажите мне, где была Фимма, когда армия Королевы крушила Стратару? Где была Фимма, когда Орта и Эо, как сумасшедшие мотались по миру, уничтожая чудовищ, ведь сев за последний год возрос вдвое, а за последние три месяца – вчетверо. Я отвечу на этот вопрос. Фимма игралась в созданном ею мирке подростковых иллюзий и инфантильных суждений!

- Прощайте, - продолжил Вейрон после паузы, вновь обращаясь ко всем, — не только к директору. – Несмотря ни на что, мне приятно было познакомиться с вами. Надеюсь, мы ещё увидимся.

С этими словами юноша пошёл с площади. Но его почти тут же остановил директор. Его тихий голос звучал без привычного бравурного пафоса. Озворд заговорил сдержанно и серьёзно:

- Постой… мастер Вейрон…

***

Второе морское путешествие в компании напарников тоже прошло для Нейта спокойно, если не считать нескольких нападений монстров и последней ночи. От чудовищ, впрочем, труда отбиться не составило, а вот сновидения — совсем другое дело.

Первые четыре дня после отбытия из Адалии они не доставляли проблем, витая неясными образами пещеры и кристаллов. На пятую же ночь, когда судно диссонеров почти достигло берегов Восточного континента, сон был таким ясным и чётким, что его с трудом можно было отличить от реальности даже после пробуждения.

Нейт снова был в той пещере, вокруг десять крупных кристаллов, внутри которых плавают тени людей. Юноша стоит рядом с заключённой в обелиск Агатой. Девушка что-то говорит, затем кричит. Через какое-то время Нейту кажется, что он понимает её. Юноша протягивает руки, касается обжигающе холодной поверхности кристалла. Агата радостно улыбается, тянется навстречу, но вдруг лицо её искажает гримаса тревоги, а затем и ужаса. Нейт резко оборачивается. Пустой зал, трон, а над ним… Монстр, гигантское насекомое с подобием человеческого лица. Чудовище застрекотало крыльями, подобралось и бросилось на Нейта…

Собственно, на этом сон оборвался, оставив после себя липкий тревожный осадок, который не проходил весь следующий день.

Ребята, ориентируясь на маяк Эо, причалили к разрушенной Гармонии, там их встретил небольшой отряд военных Стратары, но проблем не возникло, и уже через час диссонеры двинулись в путь. Поздним вечером добрались до дежурного пункта академии на полях испытаний, того самого, где Нейт останавливался, когда покинул Забытые Земли. Переночевали и продолжили путешествие.

Чем дальше команда продвигалась на северо-восток, тем мрачнее становилось настроение. Кейси, хоть и пытался делать вид, что внимательно изучает местность, хмурился, осторожно озираясь по сторонам, и был несколько рассеян. Тэя нервничала ещё больше: вздрагивала от каждого шороха, постоянно хваталась за оружие и тоже была рассеяна и замкнута.

Нейт, помня, как сам себя чувствовал, когда впервые попал в Забытые Земли, ребят не отвлекал, давая им возможность привыкнуть к чуждой, удручающей и мрачной природе империи монстров.

Ближе к полуночи ребята дошли до подножья скалистого холма. Издалека Нейту показалось, что это то самое место, где он встречался с Хранителями Хтольна, но это оказалось не так.

- Встанем на ночлег здесь? – деловито поинтересовался Кейси.

Нейт посмотрел по сторонам, задрал голову вверх и медленно проговорил:

- Нет, здесь небезопасно, предлагаю подняться наверх, - он указал на вершину холма.

Подъём был медленным и занял больше времени, чем рассчитывали ребята. Всё потому, что они, не сговариваясь, решили не пользоваться фонариками, а восхождение в темноте по острым, кривым булыжникам – дело непростое.

Вершина представляла собой скошенный плоский камень, прикрытый с запада скалой. С востока же с холма открывался захватывающий вид на Забытые Земли. Полуразрушенные исполины снизу освещались зелёным светом из разломов, а сверху, блеклым сиреневым сиянием Фуксии, еле-еле пробивающимся из-за туч. Кладбище титанов, тень некогда великой цивилизации, страна обречённых…

Нейт видел всё это не впервые, и всё равно зрелище захватывало. Чего уж говорить о ребятах, они, наверное, вообще…

Ривз повернулся к напарникам и удивился: если Кейси широко раскрытыми глазами, не отрываясь, смотрел на руины, то Тэю местный пейзаж, по всей видимости, не слишком интересовал. Она с испугом в глазах смотрела на Нейта. Когда Ривз состроил вопросительную гримасу, девушка еле слышно произнесла:

- Ты один прошёл через это место?

Нейт не очень понял вопроса, но всё же ответил:

- Не через всё. Полагаю, я пересёк его к западу, - юноша указал рукой влево.

- Три дня ты пробыл здесь один, - будто не услышала ответа Тэя. Она с отвращением и ужасом посмотрела на руины и снова повернулась к напарнику. – Прости…

- Какая-то ты странная, - Нейт склонил голову набок. – О чём ты говоришь? За что просишь прощения?

- За то, что оставила тебя там, - севшим голосом ответила Тэя. – В Дельге.

- О-о, приплыли, - Нейт заметил, что и Кейси заинтересовался их разговором. – Значит так, никто никого не оставлял. Меня как бы убили, помнишь? А если бы даже и не убили, что вы могли сделать? Перестань говорить глупости, - раздражённо отвернулся Нейт. - Да, у меня было нелёгкое путешествие, но в этом нет вашей вины. Самое главное, мы все живы. А если вы думаете, что я обижен или расстроен из-за вашего побега из Дельга, хорошего же вы обо мне мнения!

Ребята отвели взгляд и ничего не ответили. Только Кейси через минуту неловкого молчания, прочистив горло, заговорил, стараясь выглядеть непринуждённо:

- Так что, ночуем здесь, а утром в путь?

- Нет.

- А? Зачем же мы сюда лезли, - Ваилс в недоумении посмотрел по сторонам.

- В смысле переночуем, но дальше не пойдём.

- Как так?

- Будем ждать здесь. Кажется, в прошлый раз я встретил тех культистов где-то в этой области.

- Кажется? – удивление Кейси объяснялось тем, что каждого кадета и курсанта Гармонии очень серьёзно учат ориентироваться на местности, ведь охота на монстров чаще всего проходит в диких условиях.

- Понимаешь, - спокойно объяснял Нейт. – Тогда я был, как бы сказать, не совсем в себе, Забытые Земли изрядно потрепали психику, да ещё и в свете тех событий… - юноша вдруг увидел смущённые взгляды напарников и осёкся. Он нечаянно вернулся к недавнему разговору и снова вызвал у них чувство вины. – Ну, короче говоря, слегка я здесь заплутал. Но это не важно. У Хранителей есть люди, особый вид диссонеров, как я понял. Их называют интонерами. Они могут чувствовать резонанс других людей.

- Ого, - удивилась Тэя.

- Да. Так они меня и нашли. В общем, где бы они ни находились, они нас уже почувствовали и выслали людей. Наверное…

- Звучит не слишком обнадёживающе, - заметил Кейси.

- Ну, по крайней мере, это лучше, чем мотаться по Забытым Землям, в поисках тех, кого никто никогда не обнаруживал.

Возражений не последовало, ребята стали разбивать лагерь.

Весь следующий день прошёл без происшествий. Хранители так и не объявились. Диссонеры дважды обошли территорию радиусом в полкилометра, но никаких следов не нашли, зато слышали вой и рык монстров поблизости, так что решили не рисковать, и вернулись в лагерь. Там всё же было безопаснее, да и отбиваться в случае чего легче, серьёзную опасность могли представлять летающие монстры, но таковых, по счастью, пока не наблюдалось.

- Это место меня иссушает, - жаловалась Тэя, когда наступила ночь, и она с ребятами сидела у маленького костерка, глядя на очертания древнего города.

- Да, жуткое местечко, - безэмоционально согласился Нейт.

- Может, и жуткое, - пробормотал Кейси. – Но безумно интересное! Представляете, какой была цивилизация Анея. Вот бы изучить там всё как следует. О! Может, когда всё закончится, рванём сюда в отпуск?

- Ну уж нет, - с отвращением фыркнула Тэя. – Мне даже от вида этого места плохо становится…

- Не уверен, что там что-то есть, - задумчиво проговорил Нейт. – За двести лет там остался только камень и металл. Во всяком случае, я иного не видел.

Надолго замолчали, глядя на серо-зелёные громадины руин. Затем Нейт устало сказал:

- Ладно, давайте спать, надо экономить силы. Я первый подежурю.

- Нейт, - тихо позвала Тэя, укрываясь одеялом. – Что, если они не придут.

- Не знаю, - поморщившись, ответил Ривз. – Подождём ещё день и отправимся в Стратару.

Следующий день тоже прошёл безрезультатно, как и дальнейшая ночь. Наутро ребята с тяжёлым сердцем - всё-таки жаль было впустую потраченного времени - приняли решение отправляться в путь.

Когда Тэя и Нейт сворачивали пледы, Кейси тихо сказал:

- Кто-то идёт.

Ребята спрятались за камнями и долго вглядывались в утренний вязкий сумрак, силясь увидеть какое-нибудь движение. Наконец, вдалеке показались силуэты, через какое-то время в них стали угадываться очертания людей.

Нейт переглянулся с напарниками, вздохнул и, встав во весь рост, крикнул:

- Эй, мы здесь, сюда!

Их было шестеро. Та же старая, давно вышедшая из моды одежда: плащи, пончо, под которыми руки нервно сжимали оружие. Те же хмурые, подозрительные лица. Ну, разве что кроме одного.

- А! Я же говорила, что это мой принц! Привет, Нейтик, - Лина весело помахала рукой.

- Мой принц? – спросила Тэя, в недоумении взглянув на напарника.

- Не обращай внимания, - скривившись, ответил Нейт.

- Знаешь, при всей моей любви к тебе, - продолжала ёрничать Лина. – Вынуждена заключить, что у тебя какой-то нездоровый интерес к Забытым Землям. Ещё и друзей сюда привёл…

- На этот раз я по делу…

- А в первый раз просто так? Гулял?

- Нет, - растерялся юноша. – В первый раз тоже… - тут Нейт понял, что опять попал в ловушку, поморщился и заговорил увереннее:

- Мне надо встретиться с Изгнанником.

Вся насмешливость мигом слетела с лица Лины.

- Хм, - нахмурилась она. – Не знаю, откуда вы знаете об Изгнаннике, но раз уж вы в курсе, то вам точно должно быть известно, что это невозможно. Он почти никого не принимает, даже среди нас только один человек допущен к нему.

- Уверен, он сделает исключение.

- Ого, - к Лине снова вернулась игривость. – Знать бы, откуда такая уверенность. Не буду скрывать, солнышко, я высокого о тебе мнения, но…

- Передайте ему, - перебил Нейт, - что нас прислал Тай-Си. У нас есть важная информация о Королеве и о Фуксии.

- Ну так, скажи мне, а я передам Изгнаннику, - хитро прищурилась Лина.

- Нет, - Ривз на секунду замешкался. – Я должен увидеться с ним лично… у меня есть некоторые вопросы.

- Да, как и у всех… - проговорила Лина, задумчиво рассматривая Нейта. – Ладно, я передам. Ждите, мы...

- Нет-нет, - раздражённо покачал головой Ривз. – Так дело не пойдёт, пока вы дойдёте туда, потом сюда, потом снова туда, но уже с нами, мы здесь до старости проторчим. У нас нет времени, Королева сейчас захватывает мир, если вы не в курсе.

- В курсе, - медленно ответила женщина, о чём-то раздумывая.

- Лина, - тревожно заговорил один из её напарников. – Мы не можем…

- Проводим их до долины, пусть ждут там.

- Но это священное место. Его ещё может быть, - собеседник Лины ткнул пальцем в Кейси. – Но эти порченные.

- Порченные? – недовольно прошептала Тэя Нейту, юноша лишь пожал плечами.

- Но он прав, мы не можем терять времени, - не отрывая глаз от Нейта, проговорила Лина.

- И ты ему веришь? Веришь, что у него действительно что-то важное для…

- Да, - сухо отрезала женщина.

- Альм нас убьёт.

- Под мою ответственность.

Видимо, Лина была в группе старшей, спорить с ней перестали, и она, помахав рукой, весело сказала:

- Ну что же, мой герой, спускайся. Провожу вас поближе к нашему поселению, чтобы не тратить ваше драгоценное время.

Глава 12. Эхо забытого прошлого

Война, начавшаяся из-за тривиального конфликта большого и маленького соседей, и, благодаря укреплению у власти тирана, который, как выяснилось позже, был отравлен влиянием Алой Королевы, по меркам истории длилась недолго, всего чуть больше года. И всё же она смогла принести ужасающие разрушения, забрать жизни десятков тысяч людей, а покалечить ещё больше.

За последние несколько месяцев война охватила весь мир. Королева победоносно шествовала по планете. Жестокая, властная, прекрасная и ужасная, она не прощала неподчинения и сурово карала всех несогласных. Имя Агаты Эйрейт враги произносили с ужасом, союзники с раболепным обожанием. Казалось, ничто не способно сокрушить мощь её Союза Трёх Республик. Многие потеряли надежду.

В парламенте Кильвеи всё чаще поднимали вопрос о заключении союза с Королевой, некоторые политики думали, что если не затягивать с этим вопросом, и начать вести переговоры до тотального господства Союза, то можно выторговать себе хоть какое-то подобие автономности. Благо таких людей в администрации страны было не большинство.

И всё же единственной реальной силой, противостоящей тирании Королевы, осталась Стратара. Слишком свежа была рана прошлой войны, где в качестве агрессора и единственным государством, подчинившимся воле Королевы, была именно она. Вся страна стыдилась этого тёмного пятна в своей истории и всячески пыталась искупить ошибки своих предков.

Стратарцы сражались героически, но отсутствие военного опыта и более слабая и малочисленная армия, вынуждали их терпеть поражение за поражением и отступать. За пару месяцев было почти полностью отдано превосходство в море, флот Стратары разгромлен. Враг закрепился на западных берегах страны, но дальше пройти не смог: силы Союза хоть и были могучи, но всё же не безграничны.

Несколько недель удачной обороны и прибытие подмоги с Орты вселило в жителей Стратары надежду, которой в скором времени суждено было разбиться.

Огромная армада кораблей появилась у берегов Восточного континента. К оккупантам, которые почти месяц сражались в западной части Стратары, пришло могучее подкрепление. Если бы не поддержка бойцов Орты и Эо последнему рубежу сопротивления против Королевы было бы не устоять.

Но даже с диссонерами положение было плачевным: многочисленно превосходящий силами враг уверенно теснил армию Стратары. Первые дни многие рассчитывали на поддержку Кильвеи, но время шло, а западного союзника всё не было. Политики разносили слухи о том, что бои сейчас идут повсеместно, и силы Кильвеи сражаются у своих границ и защищают берега Адалии, но всё меньше людей в это верили.

Сами же власти Стратары и не знали точно, что происходило на западе. Проблемы со связью всё усиливались. Союз тратил много сил и ресурсов, чтобы глушить и перехватывать сообщения противников. А четыре дня назад к его стараниям присоединились и погодные условия: плотный нуминиевый циклон накрыл бо́льшую часть планеты.

Низкие, сиреневые облака, через которые чуть не градом прорывались семена Фуксии, как будто предвещали гибель человеческой цивилизации, но даже так, люди, принявшие сторону Королевы, фанатично шли вперёд, веря, что если их предводительница и уничтожит старый порядок полностью, то на его обломках, они построят обетованную.

***

Два отряда: диссонеры Орты и группа Дины, объединившись, двинулись строго на запад. Поход вышел бодрым, почти без привалов, видимо, Хранители были людьми натренированными. Шли молча, даже Лина. Она шла впереди отряда, иногда замирала, после указывала рукой направление. Пару раз в такие моменты Нейт слышал подозрительное копошение, рычание или вой. Женщина всегда указывала в противоположную сторону от подобных звуков. Похоже, интонеры могли чувствовать резонанс не только людей, но и вообще любых живых существ. Удобный навык, особенно если живёшь в местах, где полно чудовищ.

Ближе к вечеру отряд вошёл в небольшую долину, укрытую невысокими зубчатыми горами. Здесь уже чувствовалось отдаление от Забытых Земель: небо хоть и было пасмурным, но не таким тяжёлым, как в обители монстров, и с привычным сиреневым оттенком. Природа ещё оставалась суровой, но всё же стала богаче, веселее и разнообразнее, чем в окрестностях Забытых Земель.

- Так, - запыхавшись, проговорила Лина, все же люди устали, переход был длинным. – Ждите здесь, к утру вернёмся. Вода чистая, - она указала на серенькое озеро, окружённое с трёх сторон карликовыми соснами, – пригодная для питья. Монстры сюда захаживают редко, но всё же не теряйте бдительности, - Нейт кивнул. – Ну всё, не скучайте.

- Кто они вообще такие? – обескураженно проговорила Тэя, когда отряд Хранителей скрылся за холмом.

- Я знаю не больше твоего, - тихо ответил Нейт.

- И почему это мы порченные?! – снова возмутилась девушка. – При этом Кейси – нет.

Ответа у напарников не было.

- Ладно, - сокрушённо вздохнула Тэя. – Спасибо хоть не вглубь Забытых Земель привели, а то я боялась, что они где-нибудь там живут.

Остаток дня и ночь прошли без происшествий. Ребята, выбравшись из-под гнёта непривычного резонанса и мрачной ауры Забытых Земель, смогли выспаться и как следует отдохнуть. Наутро же, как и обещала, явилась Лина, на этот раз её сопровождало всего два человека.

- Ну что, мой герой, - бодро начала женщина, не утруждаясь приветствием. – Похоже, я в тебе не ошибалась, ты и впрямь особенный. Изгнанник хочет встретиться с тобой. Идёмте.

Двое мужчин, сопровождающих Лину, достали из-за пазухи мешочки из чёрной ткани и направились к диссонерам.

- Серьёзно, - раздражённо сказал Нейт подошедшему мужчине. – Ты хочешь надеть на меня это?

Хранитель растерянно посмотрел на Лину, но та лишь весело улыбалась, тогда он снова повернулся к Нейту и неуверенно протянул мешок.

- Видимо, с первого раза не дошло, - вздохнул Ривз. – Ты серьёзно планируешь надеть на меня это? - с расстановкой и нотками угрозы повторил он.

- А я предупреждала, - сквозь смех проговорила Лина. – Ладно, я передам Альму, что вы пытались, - обнадёжила она напарников. – Идёмте.

Через пару часов они добрались до узкого ущелья в горах. Дальше им предстоял долгий путь по запутанным, ветвистым проходам между скалами. Нейт ещё какое-то время пытался запомнить направление, но всё же сдался: мало того, что лабиринт был слишком запутанным, так ещё Лина, похоже, водила ребят кругами.

Через какое-то время тропы пошли на подъём. Группа вышла к просторной развилке, и Лина, обращаясь к Нейту, отстранённо произнесла:

- Нам с тобой сюда.

- А ребята? - возмутился Ривз. – Я не…

- Слушай, - устало перебила Лина. – То, что Изгнанник пригласил тебя - уже большая удача, но он не примет вас всех. Это совершенно точно, - она пристально посмотрела на юношу. – Настаивая, ты делаешь ваш путь бессмысленным, поверь. Ребят отведут в наше поселение, здесь недалеко, ты потом присоединишься к ним.

Нейт посмотрел на напарников, Тэя и Кейси едва заметно кивнули.

- Ладно, - сдался Ривз. – Веди.

Четверть часа провели в молчании. Нейт подумал, что, может, эти места для Хранителей какие-то особенно священные, и разговаривать здесь нельзя. Ну, мало ли, где-то здесь ведь живёт их мудрец, гуру, и чужие речи оскверняют его думу, или что-то в этом роде. Но, нет, через какое-то время Лина всё же заговорила:

- Как там, на большой земле, совсем плохо?

- Плохо, - после паузы ответил Нейт.

- Каковы шансы… на победу.

- Незначительные, к сожалению. Королева собрала внушительную армию, а мир не смог объединиться даже перед лицом самой страшной опасности.

- И что же вы будете делать?

- Сражаться. А какие у нас варианты?

- Присоединиться.

- Ого.

Лина услышала, что Нейт остановился, и обернулась.

- А что? – улыбнулась женщина, глядя в изумлённое лицо Ривза. – Насколько я знаю, полмира симпатизирует Королеве, и многие уже присоединились к ней.

- Может, и так, но это не диссонеры, наши принципы никогда не позволят нам…

- Ты хочешь рассказать мне о Гармонии Сира? – насмешливо перебила Лина, возобновляя путь.

- Что ты хочешь услышать от меня? – раздражённо отозвался Нейт. - Мы стараемся, как можем, но никто не знает, чем всё обернётся, и уж тем более мы не в ответе за других.

- Прости, - после минутного молчания сказала Лина, ни сарказма, ни весёлости в её голосе не было. – Это всё от напряжения, мы тоже очень переживаем за то, как всё обернётся. Королева слишком близка к победе…

Дальше шли молча. Через час они встретили Альма. Он сидел на одном из утёсов и грыз семечки. Увидев Нейта и Дину, мужчина встал, отряхнулся и спустился к тропе.

- Дальше ты с ним, - тихо сказала спутница Ривза.

- Это он, тот единственный из ваших, кого Изгнанник допускает к себе?

- Угу. Ну, удачи, надеюсь, ты найдёшь ответы на свои вопросы. Увидимся в деревне.

- Здравствуй, Нейт, - поприветствовал Альм, когда юноша подошёл ближе. – Следуй, пожалуйста, за мной.

На сей раз переход был не слишком долгим, через четверть часа Нейт и Альм достигли вершины одной из гор, не самой высокой и примечательной, надо сказать. Здесь, в тени булыжника, покоился проржавевший купол обсерватории, а рядом, в скале, был вход в пещеру.

- Так, Нейт, - с волнением заговорил Альм. – Тебе в пещеру. Там сориентируешься. Пожалуйста, когда встретишься с Изгнанником, сохраняй почтительность, это умнейший и мудрейший человек во всём мире, верь мне. Но он обладает слегка тяжёлым и раздражительным характером.

- А почему он называет себя Изгнанником? – Нейт ожидал увидеть что-то другое, не развалины древней цивилизации, что-то таинственнее и загадочнее, так что его трепет и зачарованность перед фигурой отшельника несколько поубавились.

- Он сам тебе расскажет всё, что посчитает нужным. Ну всё, иди, удачи.

Альм слегка похлопал Нейта по плечу, и юноша, не спеша, направился к пещере.

Длинный, без ответвлений тоннель привёл его к массивной железной двери, которая, когда юноша подошёл, с противным скрежетом отъехала в сторону. Трепета и зачарованности оставалось всё меньше…

Внутри юношу ждало довольно просторное, но тёмное помещение с низким каменным потолком. Всюду стояли столы, лежала бумага, мигали мониторы, даже компьютер был, маленький и компактный, совсем не такой, как в некоторых университетах или администрации городов. В одну из стен была вмонтирована доска для маркеров, светящаяся изнутри.

В общем, помещение скорее напоминало научный офис, невесть по чьей прихоти устроенный в пещере, чем на жилище отшельника-мудреца. Трепета и зачарованности не осталось.

В углу помещения Нейт уловил движение. Глаза уже привыкли к полумраку, и юноша рассмотрел сидящего на старом потёртом диване человека. Мужчина в возрасте, но не слишком старый, хотя голова была абсолютно белой, тонкие губы, высокий лоб, уставшие глаза, которые при этом смотрели несколько насмешливо и надменно. Незнакомец был одет в брюки, коричневый шерстяной свитер, поверх которого мужчина натянул лабораторный халат, грязный и мятый.

- Надо же, какие у меня сегодня гости, за это надо выпить, вставая, произнёс Изгнанник и пошёл к столу. – Знаменитый Нейт Ривз, диссонер, который не выполнил свой долг, не смог убить Королеву, - мужчина отыскал среди микроскопов, пробирок и бумаг стакан и плеснул в него из почти пустой бутылки.

- Ну, вообще-то, - неприязненно ответил Нейт. – Первую Королеву мы убили, ей оказался Шарль-Гир…

- Что?! – рассмеялся Изгнанник. – Шарль-Гир – мужчина, если мне память не изменяет.

- При ближайшем рассмотрении оказалось, что нет, - Нейт подозрительно посмотрел на собеседника. – Он… она скрывала пол.

Изгнанник с минуту всматривался в юношу, будто пытаясь переварить услышанное, потом догадка блеснула в его глазах, и он весело рассмеялся:

- Ха-ха-ха, да, похоже на неё. Она опять всех обвела вокруг пальца!

- Странно, вас удивил пол Шарль-Гира, но вы никак не отреагировали на тот факт, что Королевы было две.

- Королева всегда одна, - небрежно махнул рукой Изгнанник, отпивая из стакана. – Но об этом позже, зачем тебя прислал Нэл? Что там с Фуксией?

- В Адалии два года работают над неким проектом, который сейчас, насколько я понимаю, находится в завершающей стадии. Они хотят создать гипертоннель до Фуксии…

- Нет-нет-нет, - замотал головой Изгнанник, лицо его исказилось от ужаса.

- Через него, - продолжал Нейт, нахмурившись, - они хотят отправить ракету, чтобы уничтожить какой-то алтарь, якобы…

- Нет! – Изгнанник швырнул в стену бутылку, в стороны хлынул дождь из стекла. – Я же предупреждал его! Я же говорил! Проклятье!!!

- Насколько я знаю, Тай-Си к проекту непричастен, - попытался заступиться за профессора Нейт.

- Как же! Я рассказал ему многое о моих исследованиях, а без них эти болваны никогда бы не приблизились к Алтарю. Чёрт!

Нейт спорить не стал, тем более, вспомнив, что Тай-Си не уничтожил свои записи, благодаря которым проект стартовал, так что в каком-то смысле Изгнанник был прав.

- Объясните толком, - попросил юноша. – Почему вы так реагируете? Что не так с проектом?

- Что?! – бешено округлив глаза, воскликнул Изгнанник. – Да всё! Это последний гвоздь в крышку гроба человечества! Рейна непременно воспользуется этой ситуацией. Да о чём я, она же и стоит за всем этим!.. Ах, столько лет прятаться, чтобы так глупо просчитаться! – он упёрся руками в стол и низко опустил голову, затем вздрогнул и тихо сказал:

- Хотя… - Изгнанник медленно повернулся к Нейту, и через секунду бросился к юноше, хватая его за руки. – Послушай, - горячо заговорил он, - мы должны остановить их! Ты должен! Я расскажу как! Это единственный шанс! Единственный!

- Сначала, - спокойно сказал Нейт, отстраняя Изгнанника от себя. – Объясните всё толком.

- Хе-хе, - весь как-то обмяк мужчина, взгляд его стал стеклянным. – Бывший эпигон и последний анеец… Как в старые добрые времена…

- Я не говорил, что я эпигон, - тихо проговорил Нейт, с подозрением посмотрев на собеседника.

- Этого и не нужно, я чувствую.

- Кто вы такой?

- Последний анеец, - повторил Изгнанник.

- В смысле, потомок?

- Хе-хе, нет, я ещё застал величие нашей страны.

- Сколько же вам тогда лет? – с неуверенной улыбкой спросил Нейт.

- Люди столько не живут…

Нейт внимательнее пригляделся к собеседнику. Действительно, раскосые глаза с узким разрезом, маленький, но широкий нос, тонкие губы – все приметы анейцев. Юноша тряхнул головой. Не может быть, ну не двести же ему лет, наверняка всё же потомок.

- Так вы объясните, почему уничтожение Алтаря так опасно? – попытался вернуться к старому разговору Нейт, параллельно он решил пройтись по помещению и получше всё рассмотреть.

- Дело не в уничтожении, - устало ответил Изгнанник. – Рейна воспользуется тоннелем, чтобы воссоединиться со своим Источником, и тогда всему конец…

- Рейна? Вы имеете в виду, Королева? Почему вы её так называете?

- Потому что это её имя, очевидно, - недовольно проворчал мужчина. – Эй, можешь ничего здесь не трогать?!

Нейт взял со стола какую-то пирамидку, как только он дотронулся до неё, верхняя часть раскрылась и пред лицом юноши появилась объёмная лазерная проекция их звёздной системы. Причём ощущения от активации механизма были такими же, как от использования оружия диссонеров.

Изгнанник подошёл к Нейту, раздражённо выхватил пирамидку, но вдруг замер и, нахмурившись, взглянул на юношу.

- У тебя же вроде связь с Лареей?

- Да.

- Тогда как ты открыл её? – Изгнанник подозрительно посмотрел на пирамидку, потом лицо озарила какая-то догадка. – Погади-ка, Альм говорил, что ты каким-то образом получил слабую связь с Люном, расскажи-ка поподробнее.

- Я не знаю, как это получилось, - пожал плечами Нейт. – Он вылечил меня, и после этого я стал слабо чувствовать белый резонанс.

- Вылечил? – удивился изгнанник. – По своей инициативе. Интересно. Ларея, Рейна, Люн, а теперь ещё, - он взглянул на пирамидку, - и Ария… Любопытно. А когда ты прошёл инициацию.

- Недавно. Год назад.

- Да, да, - покивал сам себе Изгнанник, вид его становился всё более довольным. – Всё сходится. Расскажи-ка мне поподробнее.

- Нет, - твёрдо сказал юноша, он уже начал терять терпение. – Больше я ни на какие вопросы отвечать не буду и ничего рассказывать не намерен. Во всяком случае, пока вы не ответите на мои вопросы. Что такое Алтарь? Почему операция Адалии опасна? И что стоит за вашими разговорами о Королеве?

Изгнанник тяжело вздохнул, покивал и направился к своему дивану:

- Времени у нас мало, - неохотно протянул он усаживаясь. – Но, полагаю, чтобы ты был максимально полезен, нужно всё же ввести тебя в курс дела. Итак, - торжественно произнёс он, – меня зовут профессор Анарт Хтольн!

- Угу… так, погодите, то есть эта группа сектантов, названа так в честь вас? - Нейт не смог скрыть презрения в голосе.

- А, э, - слегка смутился профессор. – Это не важно! Между прочим, ты третий человек, кому я раскрыл свою истинную личность, мог бы и оценить момент.

- Я ценю, - бесцветно ответил Нейт. – Только это имя мне ни о чём не говорит.

- Разумеется, - раздражённо проворчал Хтольн, - я ведь тебе ещё ничего не рассказал. Так что, будь любезен, заткнись и слушай.

Нейт покорно кивнул и присел на свободный от бумаг стул.

- Рассказ будет долгим. Начну я с самого начала, с проекта Симфония. Его основатели, величайшие умы Анеи трудились над ним почти двадцать лет. Огромные силы и ресурсы ушли на эти исследования, ведь цель была поистине грандиозной: соединить резонанс человека и духа.

- Зачем? – нахмурившись, спросил Нейт, но, вспомнив, что обещал молчать, был готов к очередному взрыву раздражительности собеседника, однако профессор спокойно ответил:

- Как зачем? Это подарило бы человечеству массу возможностей: напрямую использовать силу духов, как это делаешь теперь ты, новые каналы чувств и даже – бессмертие! Да… - речь Хтольна становилась более напыщенной, а выражение лица мечтательным. – Это история грандиозного открытия и величайшего провала. Это история рождения Высших духов и Алой Королевы!

- Рождения духов и Королевы?! – изумился Нейт. – Но откуда вы это знаете?

Хтольн удивлённо посмотрел на собеседника и торжественно произнёс:

- Как же?! Ведь я их создатель! – и помрачнев, тихо добавил:

- И, как они считают сами - их палач…

Глава 13. Восемь королев

964 дня до вознесения.

Её никто не любил, но это не беда, можно привыкнуть. Гораздо хуже - вечные нападки, по любой мелочи, как будто многие считали своим долгом унизить, оскорбить, ударить. Она понимала, в этом виноваты её внешность и характер. Худенькая, нескладная, с жиденькими бесцветными волосами, чуть кривыми зубами и кротким не запоминающимся лицом, она представляла собой несколько жалкое зрелище. Под стать характер и поведение: скромная, застенчивая, необщительная, неуклюжая, но при этом вспыльчивая и агрессивно реагирующая на издёвки – идеальная мишень для травли. А ко всему - никому не интересная и всех раздражающая.

Девушка посмотрела в зеркало и устало вздохнула. Предстояла одна из самых неприятных процедур – поход в столовую, хуже только душевая.

Профессор говорил, что через неделю всю группу девочек распределят по другим лабораториям, так как первый этап испытаний пройден, и дальше будет каждый двигаться по своим способностям, а кто-то и вовсе отправится домой, если он есть, разумеется.

В столовой, как всегда, встретили недобро: злые ухмылки, тычки, оскорбления. Опять проблема найти куда сесть: даже свободные места девочки блокировали. Наконец удалось устроиться в уголок, но только приступила к еде, как проходящая мимо девочка, вылила стакан компота прямо в суп.

…Она незаметно вздохнула и принялась за еду. Переезд на новое место… Но разве он на что-то повлияет…

Она даже не догадывалась, какие перемены её ждут.

834 дня до вознесения.

- Ничего себе! Посмотрите на неё – причёска, и… и помада?! – изумлялась рыжеволосая девушка, крепкая, поджарая, с крупными волевыми чертами лица. – Принцессой, что ли, себя возомнила?! Ха-ха-ха!.. – только она начала заливисто смеяться, как тут же получила горбушкой хлеба в грудь. – Эй!

- Не смей обижать Рейну, - строго сказала сидящая напротив стройная, высокая блондинка с властным острым взглядом и красивым, чуть заострённым лицом.

- Да, Ария, - обвиняюще заговорила черноволосая красавица с голубыми выразительными глазами и внешностью, словно модели, сошедшей с глянцевого журнала. – Ты вообще не имеешь права говорить такое, мало того, что ведёшь себя и выглядишь как пацанка, так ещё за собой не следишь! Посмотри только на свои ногти! – рыжеволосая, слегка покраснев, поспешно убрала руки со стола. – Замарашка!

- Следи за языком, Вира, - строго сказал последний участник разговора, тоже красавица, как и предыдущая, у них вообще было много общего, что не удивительно, ведь они являлись сёстрами. Однако сходство можно было уловить только во внешнем виде. Преисполненная достоинства, холодная, меланхоличная девушка, которая сделала замечание младшей сестре, была полной противоположностью чуть капризной, легкомысленной и порывистой Виры.

- Прости, - протянула девушка, она во всём подчинялась сестре.

- И всё же, - лаково заговорила блондинка, взглянув на Рейну. – В чём-то грубиянка Ария права. Ты сегодня выглядишь необычно. В чём причина?

- Да ни в чём. Риза… - промямлила девушка, покраснев до корней волос.

Она готова была сквозь землю провалиться от внимательного взгляда четырёх пар глаз. Даже, как правило, ко всему безразличная сестра Виры, с любопытством косилась на неё, забыв, кажется, что поднесла ко рту чашку.

- Вот как, - блондинка приподняла бровь. Рейна знала, от её лучшей подруги ничего не утаить и несколько срывающимся голосом произнесла:

- П-просто… просто у меня… сегодня день рождения… и я…

Повисла гробовая тишина, никто ничего не сказал, Рейна смотрела в пол, оцепенев от страха. Вдруг Риза резко воскликнула:

- Что?!

Рейна вздрогнула и подняла голову, её тут же заключили в объятья тонкие, но крепкие руки.

- Облачко (Риза всегда её так называла). Ну что же ты не предупредила?! Я бы… мы бы… - в голосе подруги было мало упрёка, в основном растерянность и вина.

В этом вся Риза. Резкая, строгая, обстоятельная, она была бесконечно верная и преданная, безумно беспокоилась и всегда заботилась о своих подругах. Именно она, когда Рейна прибыла в эту лабораторию четыре месяца назад, предложила девушке свою дружбу и стала всячески её опекать. Как это случилось и почему, Рейна затруднилась бы сказать, хоть и неоднократно задумывалась над этим. Может, она напоминала кого-то Ризе, может, какая другая причина, но факт остаётся фактом, они очень быстро подружились.

Подумать только, всего четыре месяца назад Рейна застыла бы, как вкопанная, парализованная ужасом, а то и вовсе бы, шарахаясь, отпрянула, а сейчас лишь глубже закапывалась в объятья своей Ризы.

- Ну ты даёшь, подруга, - пробормотала Ария, смущённо почёсывая затылок. – Ну, это… с днём рождения, что ли… - грубая, прямолинейная, иногда неистовая, стесняющаяся своих эмоций девушка тоже была очень преданной подругой и по-своему проявляла заботу. Пусть всячески, правда, не очень искусно, пытаясь скрыть это, она всегда очень переживала за Рейну и других, когда видела, что кто-то обижал или говорил что-то плохое о её подругах, девушка буквально с цепи срывалась, парой её могла остановить только Риза.

- Ларея! – воскликнула Вира. – Ты слышала, наша крошка повзрослела! – пропищала она и буквально ворвалась в объятья Рейны и Ризы.

- Разумеется, слышала, - холодно проговорила Ларея, вставая с места. – Я же была тут, рядом. Что ж, - улыбнулась она, подойдя к остальным девушкам, – тоже шестнадцать, да? Добро пожаловать во взрослую жизнь.

Две красавицы-принцессы, фарфоровые куклы. Вира и Ларея. Первая — плюшевая, добрая, пусть слегка капризная и эгоцентричная, вторая — размеренная, спокойная, рациональная – скрытый лидер команды.

Всего четыре месяца назад Рейна и подумать не могла, что будет кому-то нужна, с кем-то так сблизится, ведь за шестнадцать лет она ни разу не испытала ни любви, ни ласки. Родители – пьяницы, только били и оскорбляли, да и сюда ради денег сплавили. Друзей никогда не было, всегда изгой, всегда одна. А теперь…

Рейна со слезами на глазах посмотрела на девочек: за любую из них она жизнь была готова отдать.

В течение следующего месяца их команда сформировалась окончательно. С новыми поступлениями к ним присоединились: добродушная, простая, и очень миролюбивая Мидена, кроткая, хрупкая и бесконечно милая Амадея и вздорная, хулиганистая, циничная, но обаятельная Кайра.

В лабораториях редко кто-то объединялся друг с другом, тем более в такую большую группу. Девочки являлись исключением, они были настоящей грозой местных устоев и поэтому решили как-то назвать свою команду. Профессор Хтольн, которого Рейна слегка недолюбливала, всё время называл их принцессами, и девочки в отместку, желая утвердить себя в качестве взрослых и зрелых личностей, а также слегка обозначить превосходство над другими, наименовали себя королевами.

702 дня до вознесения.

Они сидели в комнате у Ризы. Подруга увлечённо читала глянцевый журнал, который, очевидно, достала контрабандой, а Рейна задумчиво разглядывала график на стене, такой был в комнате у каждой девочки, различий между собой расписания почти не имели.

Девушка в тысячный раз задумалась, зачем всё это нужно. Больше года назад её привезли в первую лабораторию, как и других мальчиков и девочек её возраста. Как позже она узнала, подростков набирали из социально неблагополучных семей, детских домов, а иные вообще вели бродячий образ жизни, и их вырывали прямо с улиц. В результате участия в эксперименте родителям или самим подросткам обещались приличные суммы денег, и чем дольше испытуемый продержится в условиях исследований, тем больше получит.

Мальчики выбывали на первых этапах. Девочек отсеивать начали позже, месяца через три после начала эксперимента.

Несмотря на длительное пребывание в закрытых помещениях (по правилам, покидать научные центры во время экспериментов запрещалось), для многих ребят здешние условия были гораздо лучше, чем в их обыденной жизни: неплохая еда, спальное место, а позже, при переходе к следующим уровням испытаний, и своя комната, душ, туалет, всё прибрано и чисто – сказка. А взамен нужно было в течение дня пройти ряд экспериментов: то какие-то сканирования, то забор анализов, то тесты, позже добавились физические упражнения. Раз в два дня обязательно проходили учебные занятия, на которых очень много говорили о резонансе и о мире духов. В общем, невысокая цена за еду, тепло и крышу над головой, то есть - условия гораздо лучшие, чем на улице, в приюте и в некоторых семьях. И зачастую единственное, что омрачало здешнюю жизнь, это совершенно непонятные условия и результаты экспериментов. Сложно было предположить, зачем всё это нужно, учёные же даже не делали попыток что-либо объяснить.

К тому же испытания со временем усложнялись и дополнялись. Недавно, например, девочек начали сажать в специально обустроенную комнату, и на пару часов они погружались в неприятную какофонию звуков и красок. У Рейны после таких сеансов часто болела голова, а Вира впадала в прострацию и слабо реагировала на окружающие события. И вообще, подруги за последние две недели стали мрачнее, часто на их лицах отражалась усталость, рассеянность и раздражительность. Да Рейна и сама чувствовала какое-то необъяснимое нарастающее давление на психику, но близость и поддержка девочек помогали пережить любые трудности.

Дверь открылась, и в комнату, по обыкновению без стука, вошла Ария, за ней Вира. Девушки плюхнулись на кровать рядом с Ризой и заглянули в журнал.

- О-о! – восхитилась Ария. – Праздник Парада Лун, неделю назад! Обожаю его!

- Ты что когда-то была на нём? – недоверчиво спросила Риза.

- Нет, разумеется. Откуда у меня костюм. Но я по телеку видела и на фото. Ох, как же там красиво! – мечтательно хлопнула в ладоши Ария.

Девочки изумлённо посмотрели на неё, а Риза, приподняв бровь, сказала:

- Как-то не замечено было за тобой тяги к красивому.

- Ну вот, всегда вы так, - надулась Ария. – За кого вы меня вообще принимаете? Меня тоже иногда привлекают красивые вещи… Я тоже девушка!

- Прости-прости, - улыбнулась Риза. – О, у меня идея! Тут дальше каталог платьев, которые были модны на этом празднике, давайте выберем, в каких бы хотели пойти сами!

- О, давайте-давайте, - обрадовалась Вира.

Девушки стали перелистовать страницы и весело обсуждать наряды, иногда споря о чём-то, иногда подшучивая друг над другом. Рейна с удовольствием смотрела на подруг и улыбалась, в такие беззаботные минуты у неё на душе становилось легко.

Через какое-то время Риза заметила её взгляд и, кинув ей на колени журнал, весело сказала:

- Чего притихла, Облачко? Давай-ка, выбери и себе платье.

Рейна кивнула и без интереса стала перелистовать страницы, она совсем не разбиралась в моде и не испытывала интереса к одежде.

- Эх, - вздохнула, потягиваясь, Ария. – Было бы круто сходить на праздник в следующем году.

- В чём проблема, пойдём, - уверенно сказала Вира. – На вырученные деньги купим платья и билет!

- Закончится ли эксперимент к тому времени.

- Я слышала, как один из лаборантов говорил родителям Евы из третьего корпуса, что исследования на финальной стадии, и через несколько месяцев закончатся.

- Пра-авда! – обрадовалась Ария. – Тогда решено – в следующем году идём на Парад Лун! Все вместе!

- Я - за! – воскликнула Вира, победоносно вскинув кулак.

- Что ж я не против, - улыбнулась Риза. – Облачко, а ты? Облачко?

Но Рейна уже какое-то время не слушала подруг, всё её внимание поглотил журнал. Девочкам стало любопытно, что она там такого увидела, они медленно окружили её и заглянули в страницу. Рейна рассматривала красивое приталенное красное платье с длинной юбкой.

- О-о, - удивлённо выдохнула Вира. – Неплохо, тебе бы пошло.

Рйна в ужасе захлопнула журнал и растерянно проговорила:

- Э-э, да что вы… это я так… задумалась…

- Да ладно тебе, - Риза забрала журнал и снова открыла на странице с красным платьем. – Очень даже ничего, я бы с удовольствием посмотрела на тебя в нём.

- Н-но, - пролепетала, заливаясь краской, Рейна. – Моя фигура… и вообще…

Риза закатила глаза и, вздохнув, сказала:

- Облачко, поверь мне, ты ещё созреешь. У меня, знаешь ли, тут тоже почти ничего нет, - она сжала свои груди. – Ничего, если надо, подошьём, подтянем, к тому же я слышала, есть вкладки специальные. Короче, ты будешь неотразима, поверь мне!

- Ну так что? – бодро поддержала Ария. – Решено, через год идём на праздник вместе?

655 дней до вознесения.

Испытания становились сложнее и интенсивнее, всё больше девочек покидало проект, за месяц из сотни их осталось двадцать шесть. Королевы пока оставались в полном составе, Хтольн был доволен их результатами, но что это были за результаты, девочки до сих пор не знали.

Атмосфера в лаборатории была всё более угнетающей, напряжение росло не только среди испытуемых, но и среди персонала. Коснулись эти изменения Рейну и команду королев. Девочки часто замыкались в себе, меньше времени проводили вместе, старались веселиться и дурачиться, как и прежде, но получалось это натужно, неестественно.

Хтольн, находившийся в последнее время в возбуждённом состоянии, уверял, что девочки почти готовы и скоро эксперимент завершится. Но для этого нужно пройти самое сложное и ответственное испытание.

И вот день настал. Девушек чуть свет подняли с постелей и повели в ту часть лаборатории, где они ни разу не были. Следующей и, пожалуй, самой главной странностью оказалось то, что девочки проходили это испытание вместе, именно их группа, восемь человек.

Почему-то Рейне виделось в этом что-то неприятное, зловещее.

Девочек ввели в просторный круглый зал, вдоль стен которого было расставлено множество различных приборов. Отовсюду к восьми массивным капсулам, стоящим в центре комнаты, тянулись кабели и провода. Учёных было немного, двенадцать человек, все сосредоточены, молчаливы, на девушек стараются не смотреть. Кроме профессора Хтольна, тот, увидев своих подопечных, довольно потёр руки и с преувеличенным энтузиазмом заговорил:

- О, а вот и мои принцессы! Девочки, вас сегодня ждёт великий день. Решающая стадия эксперимента! Вы воочию увидите мир духов!

- Мир духов? – испуганно переспросила Вира.

- Именно! Как я вам завидую... Но не переживайте, всё абсолютно безопасно. От вас ничего не требуется, просто расслабьтесь и наблюдайте. Звуки и образы могут показаться поначалу несколько тревожными, не пугайтесь, это нормально, к тому же вы много раз проходили испытание в комнате погружения, и каждая из вас отлично справилась, так что, уверен, всё пройдёт без проблем. Ну что же, начнём!

Он подал знак ассистентам, те подвели девушек к капсулам, осторожно уложили внутрь, подключили к головам какие-то датчики, надели на лицо кислородную маску.

- Ни о чём не переживайте, - повторил Хтольн откуда-то издалека.

Рейна перевела взгляд на Ризу, чья капсула стояла напротив, подруга взглядом попыталась поддержать девушку, но всё же в глазах читался страх.

Послышался обратный отчёт, с каждой цифрой он звучал всё отдалённее, а на ноль сознание Рейны будто вырвалось из тела и провалилось в мир тревожных видений, иллюзий и абстракций…

#@% дней до вознесения.

Рейна падала вниз, затем её, как будто засасывало куда-то, кругом, в сером мареве – чёрные блики. Вихрь уносил девушку всё дальше и дальше, в ушах гремела безобразная музыка. Рейна боялась, что сойдёт с ума. Она в панике вспоминала все свои тренировки, особенно в проклятой комнате.

С огромным трудом ей удалось сосредоточиться. Первое открытие Рейны после этого – она никуда не летела, лежала на земле, точнее, на камне. Девушка находилась в тускло освещённой сиреневым светом пещере.

Странные ощущения завладели Рейной, как будто она вернулась в свой давно забытый дом, но дом этот – её тюрьма. Высасывающая силы, сводящая с ума, забирающая все мечты и надежды.

Выла и стонала пещера, словно предвещая страдания своей обитательнице.

Видение длилось бесконечно долго и закончилось неожиданно: Рейна моргнула, а когда открыла глаза, обнаружила себя на кровати в своей комнате

Далее три дня она проходила реабилитацию: после погружения в капсулу у Рейны начались проблемы с «идентификацией окружения», как это называли учёные. А проще говоря: она не могла определить, что реально, а что нет. Как позже выяснилось, все девушки испытывали подобные трудности, кто-то дольше, кто-то меньше.

Погружение повторилось ещё дважды. С каждым разом приходить в норму становилось всё труднее. Рейна заметила, что иногда она, будто впадает в транс и видит реальность чужими глазами, это длилось несколько секунд, но очень сбивало с толку. Девушка стала беспокоиться о своём рассудке.

Каждую ночь ей снилась пещера, и порой отличить сон от яви было очень сложно.

Видимо, подобное испытывали все девушки, они стали мрачнее, более замкнутыми, тоже иногда впадали в прострацию. В лаборатории они остались ввосьмером, но даже не сразу это заметили.

При этом каждая из них пыталась держаться, делать вид, что ничего не происходит. Лучше всех справлялась Риза. Как-то, одеваясь после душевой, она долго рассматривала свою грудь и наконец задумчиво проговорила:

- Мне кажется или они стали больше?

- О-о! – тут же поддержала Вира. – А мне показалось, я чуть-чуть подросла! Может это последствие погружения? Мы растём!

- Лучше б в голове у тебя что-то подросло, - проворчала Ларея.

- Ох, сестрица, - закатила глаза Вира. – У настоящей леди в голове ничего не должно расти, это даже мешает. Главное здесь, - она потрогала себя за попу, - здесь, - провела по талии, - и здесь, - сжала груди. – А остальное будет у моего богатого мужа.

- Боже, - сокрушённо вздохнула Ларея, убирая вещи в шкаф. – И это моя сестра!

- Хе-хе.

Со временем начали происходить странные вещи. Персонал практически перестал вступать в контакт с девочками, был введён комендантский час, во время которого, испытуемым было запрещено покидать комнаты. Любые контакты с внешним миром, что и до этого были крайне ограничены, теперь были запрещены вовсе. Возмущения со стороны девочек жёстко пресекались. С ними вообще стали обходиться гораздо строже, как с заключёнными, а не добровольцами на эксперимент.

Однажды за обедом Ария наклонилась к подругам и заговорщицким шёпотом заговорила:

- Девочки, это не то место!

- Что? – нахмурилась Риза.

- Да, да, - закивала Ария, глаза её блестели безумным огоньком. – Я давно подозревала, но теперь абсолютно уверена. Это не та лаборатория - точная копия, но не та.

- Что ты такое говоришь?

- Точно-точно, - кивала Ария, в столовую зашёл человек из персонала, и девушка резко замолчала, принявшись за еду.

Рейна не признавалась, но она тоже чувствовала что-то неладное, однако не была уверена, последствия ли это экспериментов, или действительно что-то поменялось. Обсудить было не с кем, теперь девочкам было запрещено посещать комнаты друг друга. Хтольн объяснил: для чистоты эксперимента. Ещё он постоянно уверял, что всё скоро закончиться. Рейна чувствовала – профессор лжёт, в ней всё больше росла неприязнь к нему.

Через два дня после четвёртого погружения, Рейна испытала самый яркий «перенос сознания» (так она называла своё состояние выпадения из реальности). Девушка мыла полы в месте, очень похожем на туалет возле столовой. Не просто похож, это он и был! Вот трещина на плитке, вот дверь в кабинку со сломанным замком. Рейна закончила уборку и достала из кармана халата блокнот, внести заметку, но вот беда, из него выпала закладка, да так неудачно: забилась под щель между полом и стеной, там, где плитка была приклеена неровно. Рейна нагнулась (всё это, конечно, делала не она, девушка лишь наблюдала), попыталась вытащить закладку, но толстые пальца не пролезали в щель, тогда, махнув рукой, она пошла к выходу из туалета. Ведение погасло.

Рейна, как ошпаренная подскочила на кровати. Она снова находилась в своей комнате, но увиденное недавно было настолько реалистично, что осознать себя здесь было тяжелее, чем признать за реальность уборку в туалете.

Девушка посмотрела на часы: комендантский час, но скоро ужин. Что ж, есть время прийти в себя и сконцентрироваться, это очень важно.

Прозвенел звонок, дверь в комнату открылась. Рейна тут же поспешила в столовую, но заходить туда не стала, свернула в туалет. Так, где же это? Девушка проверила кабинки. Ага, вот та щель. Ну-ка… Рейна с ужасом извлекла оттуда закладку и уселась на унитаз. Выходит, то, что она для удобства назвала «перенесением сознания», действительно являлась таковым. Девушка видела глазами местной уборщицы!

Но это были не последние шокирующие новости. Пока Рейна размышляла над новым открытием, руки её нервно теребили закладку, и тут кое-что привлекло внимание девушки. Она раскрыла бумажку, это оказалась страница из журнала, вроде бы того же, что два месяца назад читала Риза, и заголовок похожий: «В этот раз праздник Парада Лун побил все рекорды…». Всё бы ничего, но глаза Рейны в ужасе уставились на одну строчку: в дате был указан не текущий год, а следующий.

251 день до вознесения.

На следующий день Рейне удалось рассказать Ризе обо всех своих страшных открытиях. Подруга на удивление отреагировала спокойно, может, сказывалась усталость, может, она сама подозревала что-то подобное.

Во время обеда девочки незаметно обсудили, что будут делать дальше, пришли к единому выводу: нужно убираться отсюда. Сбежать – не вариант, они понятия не имели, куда идти, как открыть некоторые двери, какая здесь охрана, и вообще, где находится здание, если Ария оказалась права, их могли перевезти куда угодно. Так что девочки решили поступить иначе.

Они попросили у персонала встретиться с руководителями проекта. Пришли Хтольн и ещё двое учёных. Сославшись на состояние здоровья, девушки потребовали вывести их из эксперимента, напомнив, что их участие в нём было добровольным. Они даже от всех положенных денег готовы были отказаться.

В ответ на их требования последовал категоричный отказ.

Хтольн объяснял, что на этом этапе эксперимент прервать уже невозможно, это будет опасно для здоровья девочек, прежде всего психического. Он всячески уверял, что вскоре их самочувствие улучшится и к тому времени им ответят на все интересующие их вопросы, да и вообще, скоро всё закончится.

Встреча проходила почти два часа. Хтольн был доброжелателен, терпелив и заботлив. Кажется, некоторых девочек его объяснения несколько успокоили. У Рейны же в голове засела страшная мысль: никто из них отсюда не уйдёт. Да и защитить их некому, из всех девочек родители были только у Рейны, но девушка была уверена, что они о ней уже забыли.

182 дня до вознесения.

Голова уже почти не прояснялась. Всё казалось сном. Тело слабело, пропал аппетит. Единственное, что укрепляло силу воли - это подруги. Но они тоже таяли, и Рейне было невыносимо больно видеть это.

Вечером, после стандартных тестов, которые девочки часто теперь проходили вместе, Ария и Кайра устроили скандал. Они требовали освободить их от дурацких экспериментов, девушки так разошлись, что успокаивать их пришлось силой.

102 дней до вознесения.

Первой не выдержала Ария. Девушка не явилась на завтрак, а после утренних процедур королевам сообщили, что их подруга выбыла. Её отправили на восстановительное лечение в психиатрическую больницу. Хтольн прочитал девушкам лекцию о том, как важно следовать рекомендациям сотрудников, о том, что всё это не шутки, и он их об этом предупреждал. Впрочем, профессор заверил, что с Арией будет всё в порядке, и они смогут увидеться через пару месяцев.

89 дней до вознесения.

Рейне стало казаться, что она научилась ориентироваться во времени в момент погружения. Конечно, далеко не точно, но всё же могла сказать, что теперь процедура гораздо короче, чем в начале. Это вселяло надежду, что время за окнами лаборатории не тает так быстро, как в начале. Но точно сказать было сложно. Девушки были так изнеможены, что по внешним признакам изменения определить было невозможно.

Процесс реабилитации тоже проходил намного быстрее. Впрочем, в норму сознание уже не возвращалось. Восприятие окружающего и внутреннего мира становилось всё болезненнее.

Во время завтрака объявили, что Кайра покинула лабораторию.

62 дня до вознесения.

Из эксперимента выбыла Мидена.

48 дней до вознесения.

Эксперимент покидает Амадея.

Рейна заметила, что о выбывании девочек сообщают, сразу после того, как оставшиеся приходили в себя после погружения. В этом был какой-то зловещий знак, но расколотое, подавленное сознание не могло развить эту мысль.

33 дня до вознесения.

Рейна уже привыкла к постоянным «переносам сознания». Часто она видела образы откуда-то из внешнего мира, они были всегда обрывочны и туманны. Переносы в стенах лаборатории случались реже, но были намного чётче. Девушка пришла к выводу, что ощущения и восприятие тем точнее, чем ближе к ней объект, в которого она «вселилась».

Иногда перенос случался во сне, как сегодня, после погружения.

Рейна катила по коридорам лаборатории медицинскую каталку.

- Когда уже это закончится? – говорил мужчина в халате, идущий впереди.

- Не знаю, - отвечала «Рейна». – Меня самого уже от всего тошнит. Хтольна видеть не могу.

- Тише, - шикнул первый.

- А что? – возмутился собеседник, но продолжать не стал, опустил взгляд вниз, и Рейна отчётливо разглядела под простынёй на каталке очертания человеческого тела.

После пробуждения Рейна проплакала несколько часов. На обед пришла совершенно разбитой. В столовой уже обедали девочки: Ларея и Риза. Вид у обеих был необыкновенно напряжённый, словно они боялись и ожидали чего-то страшного и неожиданного.

Как только Рейна села за стол, в столовую вошёл Хтольн. Он медленно подошёл к девочкам, протёр очки, украдкой взглянув на Ларею и виновато начал:

- К моему большому сожалению, Вира…

Ларея замерла и опустила ложку, а Рейна неожиданно для всех вскочила с места, швырнула в сторону профессора тарелку, забрызгав его халат кашей, и в отчаянье закричала:

- Чего вы от нас хотите?! Что вам надо?! Вы просто убиваете нас здесь! – она яростно взглянула на профессора. - Что ты сделал с нами?!

В столовую вбежали люди в халатах и вкололи Рейне успокоительное.

23 дней до вознесения.

На обед не явилась Ларея. Никаких объявлений уже не было.

15 дней до вознесения.

Рейна пыталась уснуть. Она знала, это очень важно, без сна, пусть беспокойного и прерывистого, она не выдержит. А держаться всё ещё была причина – Риза.

Девушке почудилось, что дверь в её комнату приоткрылась.

Через секунду босые ноги с характерным звуком приблизились к Рейне, и кто-то залез к ней на кровать. Шелковистые волосы, нежная кожа, приятный запах.

- Риза? – изумилась Рейна, принимая сидячее положение. – Но как?

- Я давно заметила, что ночью они перезагружают систему замков, и полчаса наши комнаты открыты. Как ты, Облачко? – прошептала она после паузы, обнимая подругу.

- Нормально, - солгала Рейна, прижимаясь к Ризе.

- Боишься?

- Угу.

- Чего больше всего?

Это была их традиция, если возникает проблема, нужно в первую очередь подробно описать её, чтобы найти способ справиться.

- Остаться одной, - всхлипнула Рейна.

- Я ни за что тебя не оставлю, - Риза поцеловала подругу в макушку.

Долгое время просидели в тишине, потом Рейна робко спросила:

- Мне повезло, что я встретила тебя. Сильная, бесстрашная, ты всегда вселяла в меня уверенность. Когда ты рядом, мне кажется, я справлюсь со всем, как и ты, ничего не буду бояться.

- Все чего-то бояться, Облачко, - тихо посмеялась Риза.

- И чего же боишься ты? - после некоторого молчания спросила Рейна.

- Мм… насекомых. Ос.

- Ос?

- Ага, в детстве одна меня укусила, так я чуть не померла… А ещё они такие мерзкие, ну знаешь, особенно те, которые в земле живут.

- Да уж, тебе повезло, здесь ты таких точно не встретишь.

- Ага, ну хоть, какие-то плюсы.

Девочки тихонько посмеялись.

- Спасибо, - прошептала Рейна.

- Не переживай, Облачко, скоро всё закончится, мы увидим девчат и ещё посмеёмся над всем этим, - ободряюще сказала Риза, но Рейна чувствовала, подруга и сама не верит в эти слова.

12 дней до вознесения.

Очередное погружение прошло привычно, разве что сил становилось всё меньше. Рейну в полубредовом состоянии отвезли в комнату, помогли перелечь на кровать, и девушка почти сразу забылось крепким, но болезненным сном.

Перед самым пробуждением в сознании начали появляться какие-то неясные образы: горный утёс, одинокая сосна, безбрежное небо. Вдруг в голове прозвучал голос:

- Не дай себя сломать, Облачко. Борись. Прости меня и… прощай.

Рейна распахнула глаза, лицо было мокрым от слёз. Девушка вскочила с кровати, и в этот момент дверь в комнату открылась. На пороге стоял Хтольн и два ассистента.

- Нет, - замотала головой Рейна. – Нет, - повторила она громче. – Нет! Нет!!! – рыдания рвались из груди, голос срывался, её схватили под руки и прижали к кровати, перед глазами мелькнул шприц. – Нет, твари! Будьте вы прокляты!!! Риза…

11 дней до вознесения.

Вокруг всё плавно раскачивалось. Рейна с трудом разлепила глаза. Помещение с кожаными креслами, прикрученными к полу, стены, обшитые деревянными панелями, круглые оконца, за которыми слышался плеск воды.

Напротив сидел Хтольн, он читал газету, Рейна дёрнулась, но не сдвинулась с места: руки были привязаны ремнями к креслу. Профессор заметил движение, посмотрел на девушку и, отложив газету в сторону, улыбнулся.

- С пробуждением, принцесса, - доброжелательно произнёс он. – Как себя чувствуешь?

- Куда вы меня везёте? – прохрипела Рейна, глядя исподлобья.

- На остров Полумесяца, - с готовностью ответил Хтольн. – Там пройдёт последний этап эксперимента. Там…

- Вы меня убьёте, - закончила за него Рейна, устало уронив голову на грудь. – Как убили девочек.

Хтольн глубоко вздохнул и в несколько напыщенной манере заговорил:

- Что есть смерть, моя дорогая. Завершение функционирования тела? Ну, тогда плевать на такую смерть. Твои подруги переродились, стали чем-то бо́льшим! Обрели, в каком-то смысле, бессмертие. И не только! Они принесут человечеству новые, немыслимые возможности, сделают мир лучше. И ты станешь во главе этих перемен! Вы будете чтимы, словно богини, вы станете Высшими духами!

- Вот как, - злобно усмехнулась Рейна. – Значит, жертва во славу человечества? Богини? А мы-то дуры мелочные пожить мечтали, на Парад Лун сходить…

- Послушай, я понимаю…

- Сколько длился эксперимент? – резко перебели Рейна.

- А? – растерялся Хтольн. – Ну, как же… э-э… сколько ж? Три года полу…

- Хоть раз в жизни! – почти крикнула Рейна. – Скажи правду. Сохрани частичку человечности. Прошу, - девушка тяжело вздохнула и подняла голову, внимательно взглянув на Хтольна. – Сколько лет?

- Почти восемь, - мрачно сказал профессор.

Девушка снова уронила голову на грудь, казалось, последние силы покинули хрупкое тело. Хтольн поднялся с кресла и ласково сказал:

- Тебе нужно отдохнуть. Путь займёт ещё три дня. Выспись как следует. Я пришлю санитаров, они тебя уложат.

3 дня до вознесения.

Бо́льшую часть времени Рейна проводила в своей новой комнате, обитой мягкими розовыми подушками, от которых девушку тошнило. Никаких тестов и экспериментов уже не было. Раз в день её выводили прогуляться. Под присмотром, разумеется.

Рейне не нравилось это место. Вокруг горы, камни и холмы. Мёртвая пустыня, обильно осыпанная сиреневой пылью нуминия. Научный посёлок - несколько пластиковых зданий и палаток - расположился на сравнительно ровной поверхности, площадке между холмами. Над ним возвышалось страшное и уродливое сооружение, по какому-то нелепому недоразумению названное Башней Света.

Дни текли скучно и однообразно. Рейна почти ничего вокруг себя не замечала, погруженная в себя. Разум всё чаще отказывал ей, уступая место галлюцинациям и «перенесением сознания». Даже сон не спасал от нарастающего безумия. Там всё время являлись образы.

Кратер внутри скалы, покрытый золотым мерцающим песком. Голубое озеро с круглым островком посередине. Ущелье, ощетинившееся ледяными пиками. Каменная площадка, над жерлом активного вулкана. Покрытый зеленью и цветами луг. Чёрная базальтовая лагуна. И тот самый утёс, который Рейна неясно видела перед отъездом на остров Полумесяца. Высоко в горах, с одинокой сосной.

Везде она видела тёмно-фиолетовые обелиски. Иногда ей чудилось присутствие девушек, мерещились их голоса, но стоило только напрячь внимание, прислушаться, сосредоточиться, как видение таяло, словно дым.

Сны же всегда заканчивались тёмной пещерой, тускло освещённой сиреневым светом.

День вознесения.

Рейна сразу поняла, что время пришло. К ней утром пришли трое в белых халатах. Они молча повели её к Башне Света.

По бесконечным пустым переходам и крутым лестницам без перил её привели в круглый зал с высоким потолком. Здесь уже было установлено оборудование из лаборатории и две капсулы. Над всем этим под потолком дрожал чёрный овал с синей светящейся кромкой, метров пять в диаметре. Рейна знала, что такие порталы способны открывать люди, имеющие прочную связь с духом. Однако вживую она этого чуда никогда не видела. Портал как бы поддерживали семь башенок, заканчивающихся антенной с металлическим искрящимся электричеством шариком.

Рейну подвели к капсуле. Напротив стоял Хтольн. Он был не в привычном белом халате, а в одежде, похожей на костюм подводного ныряльщика.

- Привет, принцесса, - весело поприветствовал он. – Готова вознестись? Стать богиней?

- Меня никто не спрашивал, - злобно ответила девушка.

- Брось, Облачко…

- Не смей меня так звать! Ты отнял у нас всё, но этого я тебе не позволю!

Профессор примеряющее поднял руки, мол, всё понял, не горячись.

- Знаешь, Хтольн, - злобно усмехнулась Рейна. – Я тут много думала, готовясь к, - она ядовито скривила губы, - вознесению. Все эти высокие цели и мотивы, благо для человечества, новые перспективы. Плевать мне на всё. Но у меня появилась цель, - девушка ни на секунду не сводила взгляда с профессора. – Своя мечта. Я не знаю, что ты сделаешь со мной, кем я стану. Живым ли существом или сгустком энергии. Но, если мне предстанет хоть малый шанс, если у меня останется хоть крупица разума и воли. Я сделаю всё, чтобы разрушить твою жизнь и твоё наследие, а затем убью тебя.

Во взгляде Рейны было столько ненависти, животной злобы, что Хтоль не выдержал и, нервно усмехнувшись, отвёл глаза, затем, разозлившись на себя за это, взглянул на часы и раздражённо скомандовал:

- Давайте, начинаем, луна почти в пике.

Рейну поместили в капсулу, пристегнули ремнями, ввели какое-то лекарство. Разум стал меркнуть. Девушка подняла голову и стала разглядывать чёрное пятно портала. Чуждое и прекрасное, манящее и отталкивающее. Рейна закрыла глаза, а когда открыла их…

Пещера, залитая тусклым сиреневым светом. Пустая и тёмная, она теперь казалась могилой, саркофагом. Так, по сути, и было. Где-то далеко, смешиваясь с заунывным плачем ветра, слышались вой, рычание, стрекотание и лай тысячи яростных, голодных глоток. Однако монстры боялись заходить в пещеру, даже преследуемые более крупными хищниками, они предпочитали пасть от когтей и зубов врага, чем искать здесь убежища.

Пещера навеки оставалась мертва и пуста. И теперь Рейна стала её частью. Бесплотный пленник, прикованный к тёмно-фиолетовому кристаллу, похожему на развалившийся трон.

Разум редкими тусклыми вспышками помогал осознавать окружающее, но лишь на секунду, а потом снова - образы и несвязные ощущения. Одно всегда было с ней – злоба. Ярость, всепожирающая ненависть, она тлела и копилась, она удерживала от падения в пропасть, но вместе с тем, сама подталкивала туда. Танец на острие лезвия. Страх и боль, дающие силы существовать.

Именно злость со временем породила волю. Концентрируя силу непонятной природы, Рейна смогла научиться сплавлять частички нуминия друг с другом. Она не знала, зачем ей это, но инстинкты подсказывали продолжать.

Не существовало усталости, терпения. Не было времени. Только долгий, казалось, бессмысленный труд. Песчинка за песчинкой, камешек за камешком.

И ярость. Она всё больше обретала форму, в сознании всплывали образы: мужчина с хитрым внимательным взглядом и тонкими губами, сжатыми в ехидной усмешке, люди в белых халатах, белые комнаты…

Кристалл становился всё больше. Ровный, гладкий, словно зеркало. Только он достиг размера в человеческий рост, как его поверхность дрогнула, задрожала.

Рейна увидела пятилетнюю девочку, она казалась ей такой близкой, такой знакомой, словно была ей сестрой… или, нет, словно это была она сама. Стоило подумать об этом, как сознание потянулась к ребёнку. Исчезли очертания пещеры, всё померкло…

Рейна открыла глаза…

Глава 14. Высшие духи

- …Их звали шаманами. Они могли взаимодействовать с духами, даже открывать червоточины. Конечно, их способности сильно отличались от того, что может сейчас даже самый заурядный диссонер, но все же они положили начало нашим исследованиям, помогли открыть феномен резонанса. И в конечном счёте привели к проекту «Симфония».

Анарт Хтольн, осколок забытой эпохи, великий, но вместе с тем, страшный гений, которого открыл резонанс и создал Алую Королеву, сидел на своём диванчике с давно уже пустым стаканом в руках и степенно рассказывал о восьми девушках и их вкладе в великое открытие человечества. Профессор дал Нейту целую стопку бумаг с описанием хода исследований и экспериментов. Без рассказа Хтольна, юноша вряд ли бы что-то понял, дело даже не в языке: анейский – родоначальник современного языка, и люди двести лет назад говорили и писали приблизительно так же, но огромное количество формул и неизвестных Нейту научных терминов зачастую превращали описание в шифровку. К тому же многое в бумагах от износа временем уже было не различить.

- Мы даже смогли доказать существование источника резонанса, - лениво продолжал Хтольн, интересная для него часть повествования, связанная с его работой в лабораториях, закончилась, и рассказ, как и сам рассказчик, несколько поскучнели. – Обнаружить его ни нам, ни современной науке не удалось, мы лишь знаем, что он находится где-то в недрах планеты.

- И эти алтари связаны с ним, - мрачно сказал Нейт, изучая бумаги.

Профессор с удивлением посмотрел на собеседника и одобрительно произнёс:

- Молодец, схватываешь на лету. Да, только тогда мы называли их Истоками. Нам даже удалось установить количество. Одна проблема – обнаружить их. Они могли быть где угодно: в горах, под водой, в пустынях. Мы случайно обнаружили один на вершине горы, на самой юго-западной точке центрального континента, он, собственно, и помог положить начало исследованиям в этом направлении. Нам удалось лишь выяснить, что это жилы кристаллов нуминия древние, как сама планета. Ну и то, что они создают сеть резонанса. А дальше тупик. Как разыскать их всё? Как использовать?

Опять помог случай. Одна из наших новых сотрудниц, которую как раз командировали изучать Исток, жаловалась на головные боли и слуховые галлюцинации, которые случались, если она долго находилась рядом с кристаллом. Её уже хотели списать и отправить на другую работу, но я заинтересовался этим феноменом, и его изучение привело меня к открытию, что некоторые люди могут чувствовать Исток, и даже соединиться с ним. Ну, это я тебе уже всё рассказал, - небрежно махнул рукой профессор. – Набор испытуемых, невосприимчивость мальчиков и так далее.

- М-да, - мечтательно продолжил профессор после длительной паузы. – Их было почти тысяча, но до конца дошли лишь мои принцессы. Они помогли найти остальные Истоки, впрочем, это оказалось бесполезно, на некоторые из них я даже не выезжал, не было смысла. Но процесс, который мы незатейливо назвали погружением, дал много интересных результатов, там это всё подробно описано, - профессор махнул рукой на бумаги, которые по-прежнему изучал Нейт. – Перейду к сути. Я наконец понял, как управлять резонансом. Для этого нужно было «вознестись» - соединить резонанс девочек с резонансом истоков. И всё шло по плану… кроме Рейны. Она установила связь со своим кристаллом сразу и даже сделала это легче, чем другие, но вот беда, мы никак не могли понять, где он. Почти все девочки уже вознеслись, но всё это было бы впустую, если бы мы не нашли последний исток, ключевой, он контролировал остальные семь. В самый последний момент до меня дошло…

- Фуксия… да, - Хтольн мечтательно уставился в потолок, Нейт всё больше испытывал раздражение к этому человеку, профессору было абсолютно плевать на людей, он всё рассматривал с точки зрения пользы для своих открытий. Вот она гениальность, лишённая всяческой этики и эмпатии. – Как туда попал Исток, бес его знает. Может, в результате метеоритной бомбардировки?.. В общем, пришлось помучиться. Хорошо, что у коллег, изучающих луну, уже была практически готовая разработка гипертоннеля через Башню Света на острове Полумесяца, сейчас вы этот остров Крабом называете. Древние использовали постройку как раз для связи с Фуксией, правда, зачем, неизвестно.

В общем, преодолев все мыслимые и немыслимые трудности, мы, наконец, замкнули цепь. Восемь алтарей, Истоков. Восемь резонансов, у каждого своя мелодия, или, лучше сказать, своё звучание, и все вместе – Симфония! Мы открыли дверь в мир духов. Я был первым подопытным, - гордо заявил Хтольн. – Претендент на дар моих девочек.

Всё прошло не слишком гладко, - профессор помрачнел и слегка поморщился вспоминая. – Мы глубже поняли принцип работы резонанса, поняли, что его разрыв открывает брешь в мир духов, а это даёт возможность манипулировать энергией и создавать этюды (моя терминология, кстати). Но выяснилось, что делать это могут не все, должен быть ряд условий, например, угнетение некоторых участков мозга… Ну да ты это и сам худо-бедно знаешь. С пониманием физики мира духов тоже было сложно, заглянуть туда в прямом смысле мы так и не смогли. Для этого нужно было бы слиться с Симфонией, а это имеет для человеческого разума ряд весьма плачевных последствий, - профессор опять поморщился. – Короче говоря, это было только начало! Многое нужно было дорабатывать и изучать дальше. Что мы и собирались сделать. Но тут пришла Королева.

Хтольн как будто озадаченно потёр лоб, попытался отпить из пустого стакана и даже, кажется, не заметил, что там ничего нет.

- Рейна сильно изменилась. Ярость переполняла её. Ничего злее в жизни своей не видел. Хотя при жиз… то есть, до вознесения она была доброй девочкой.

- И вы не понимаете, почему так произошло? – Нейт оторвался от бумаг и взглянул на профессора.

- О! Много думал над этим. Наша последняя встреча прошла не слишком доброжелательно. Рейна затаила на меня обиду, и, возможно, при вознесении это сыграло какую-то роль… Плюс сама по себе природа Фуксии могла сформировать… Не знаю, - раздражённо замахал руками Хтольн. – Слишком много неизвестных!

Нейт не смог сдержать презрительной ухмылки, но профессор этого не заметил.

- М-да… первая Королева была необычайно сильна, она расколола нас изнутри, начала войну и за четыре года стёрла с лица земли Анею.

Хтольн на минуту замолчал, глядя перед собой широко раскрытыми пустыми глазами.

- Когда же я понял, как она попала назад, - продолжил как ни в чём не бывало он, – мне не то чтобы продолжать исследования и собирать всё по крупицам назад, даже на улицу выходить было опасно! И со времён второй Королевы я нашёл эту уютную пещерку, в месте, где у неё даже мысли не будет искать меня. При помощи этого всего, - он указал на многочисленные приборы, - слежу за новостями и даже поддерживаю связь с внешним миром. Вот орден даже небольшой основал, хе-хе. И кстати говоря, за большей частью ваших исследований в области резонанса стоит ваш скромный слуга. Ну и Рейна, - добавил Хтольн неохотно.

- Вы живете здесь со времён второй Королевы? – удивлённо спросил Нейт.

- Угу.

- Сколько вам лет?

- Так… э-э. Двести тридцать два.

- Получается, из них сто пятьдесят лет вы живете здесь?

- Сто пятьдесят четыре, - кивнул Хтольн и нахмурился, он никак не понимал, к чему ведёт Нейт. – Ладно, хватит обо мне и истории, перейдём к тебе, это сейчас важнее. Я ответил на все твои вопросы?

- Кроме первого, - кивнул Нейт. – Чем опасен гипертоннель?

- А, - махнул рукой Хтольн, - тут-то всё просто. Рейна уже много лет пытается, находясь здесь, в теле человека, попасть на Фуксию, мне стоит многих трудов, чтобы подчищать за ней, останавливая каких-нибудь особо ретивых учёных, прежде чем они откроют путь к луне, использовав «чудом» попавшие к ним знания. Если Рейна в телесной оболочке коснётся своего Истока, она познаёт структуру Симфонии, не всю, конечно, это не под силу даже Королеве, но её часть, одну восьмую. Однако и этого будет достаточно, чтобы наделить Рейну невероятной силой, я, признаться, даже не могу предположить, как это будет выглядеть. Но что я знаю наверняка – система резонанса сильно изменится, деформируется, вероятнее всего, многие диссонеры, если не всё, не смогут его больше почувствовать, а значит, мы ещё и лишимся главного оружия в борьбе с Королевой!

После многозначительной паузы профессор подался вперёд и бодро сказал:

- Итак, напоминаю тебе, ты обещал ответить на вопросы.

- Спрашивайте, - кивнул Нейт, раздумывая о недавно услышанном.

- Расскажи мне о своей инициации, как ты получил и осваивал силу Лареи. И о своей роли в качестве эпигона, как ты почувствовал связь с Королевой, как отказался от неё.

- Ладно… - вздохнул Нейт.

Он подробно рассказал о прохождении испытания (казалось, прошёл не год, а целая жизнь), о странном поведении Лареи, которая будто сомневалась в заключении связи, о трудностях в освоении силы диссонера, о вербовке Шарль-Гиром, о пробуждении новых сил после отказа от роли эпигона. Профессор внимательно слушал, изредка хмурясь, а когда Нейт закончил, он кивнул и уверенно сказал:

- Что ж, всё сходится…

- Что сходится?

- Скажи-ка, - проигнорировал вопрос Хтольн, - ты вроде не слишком удивился моему рассказу, любой другой был бы в шоке, или попросту счёл меня безумцем, но ты отреагировал спокойно. Ты уже знал, кто такая Королева, она рассказала тебе?

- Нет.

- Тогда почему? – чуть надавил Хтольн, видя, что Нейт продолжать не собирается.

- Я уже догадывался о чём-то подобном, - неохотно заговорил юноша. – Сны и…

- Сны! Вот оно!

- Это так важно?

- Разумеется! Резонанс порождает образы, и когда сознание не контролирует мозг, видения эти могут показывать истинную суть. Ну, что ты видел?

- Видимо, ту самую пещеру, где заточена Рейна. Трон, думаю, это и есть Алтарь. И… обелиски… в них находятся образы людей… тех, кого поглотила Королева.

- Да-а, - зачарованно протянул Хтольн. – Я так и знал, она создавала кристаллы, пользуясь силой Истока, и через них, как через каналы связи, чувствовала свою новую жертву, девочку с той же резонансной системой. И, похоже, за последние пятьдесят лет она научилась делать это быстрее, а в случае с последними двумя появлениями – почти моментально… нет, это не возможно, скорее всего, она создала два кристалла одновременно и переключилась между ними во время смерти. Невероятно… она стала намного сильнее!

- К делу, профессор, - Нейт вывел Хтольна из транса.

- Да-да, прости. Это сейчас не так важно. Гораздо важнее твой дар! Похоже, само провидение привело тебя ко мне!

- Я думал, учёные в подобные вещи не верят, - саркастично заметил Нейт. – Что за дар?

- Не цепляйся к словам, - проворчал профессор. – Много ты знаешь. Ладно, слушай внимательно, от этого зависит наша жизнь. Диссонеры отличаются друг от друга.

- Хм.

- Не хмыкай, я говорю не о приверженности духам, а о специфике ощущения и контроля резонанса. Есть те, кто способен «слышать» резонанс природы, открывать червоточины и, меняя законы мира духов и нашего мира, создавать этюды. Многие студенты Гармоний обладают этой способностью. Реже встречаются диссонеры, которые могут чувствовать резонанс живых существ, многие из них живут здесь, в посёлке, недалеко от меня. Существуют и такие, кто может чувствовать силу Истоков, как мои девочки. И много ещё тонкостей, не буду заострять на них внимания. Нам сейчас важнее другая особенность – способность «слышать» сразу несколько резонансных систем. До появления Высших духов заметить этот феномен было крайне сложно, да и после, в общем-то. Если бы не моё слияние с Симфонией, мы бы так и не узнали о нём, потому что как раз я и получил такую способность.

Мы начали активно исследовать этот феномен, так как думали в нём ключ к пониманию Симфонии, но довольно быстро выяснили, что способность эта присуща людям без таланта диссонера, долгое время считалось, что одно исключает другое. И как ты понимаешь, такой дар в руках обычного человека – вещь бесполезная. Исследования заморозили. Пока не явился старина Риборг, первый эпигон.

- Вы знали Осмонда Риборга? – удивился Нейт.

- О-о, знал ли? Да, это был мой ассистент, талантливейший человек. Однако когда он выяснил подробности нашего эксперимента с девочками, у него, как бы это сказать, слегка поехала крыша. Его начало грызть чувство вины, не знаю, что случилось…

«Это называется совесть, старый болван», - раздражённо подумал Нейт, но вслух ничего не сказал.

- В общем, когда Рейна вернулась, - продолжал меж тем Хтольн, – Осмонд почти сразу присоединился к ней. И как назло, у него проявилась та самая связь с Королевой, через которую он мог подпитываться её силами. Много позже Риборг осознал, с чем имеет дело и повернулся против своей госпожи, но было уже поздно, ему пришлось пожертвовать собой, чтобы остановить Рейну. А я так и не смог изучить его дар… Позже, когда я гораздо больше узнал о резонансе, Симфонии и способностях Рейны, мне стало известно о существовании ещё нескольких диссонеров, обладающих способностью чувствовать все восемь резонансов Высших духов, но встретиться с ними напрямую я не смог. И вот ты здесь.

- Не понимаю, - нахмурился Нейт. – То есть я могу заключить связь со всеми Высшими духами?

- О, нет-нет, на это не способен ни один из людей. Это невозможно. Помнишь, я говорил, что для человеческого разума звучание Симфонии имеет последствия. Когда я слился с Истоком, я был под её влиянием четыре минуты, четыре двадцать одну, если быть точным, после этого я провёл два месяца в больнице. Я превратился в почти что идиота. Меня смогли поставить на ноги, но думаю, если бы я был там дольше, - профессор неопределённо указал наверх. – То, скорее всего, не вернулся бы.

- Ладно, я понял, моя способность так же полезна, как ваше бессмертие, - саркастично заметил Нейт.

- При чём здесь моё бессмертие? – не понял профессор, но юноша проигнорировал вопрос.

- Каков ваш план? – спросил он.

- У нас есть возможность уничтожить Королеву! – торжественно произнёс Хтольн. – Не её очередную оболочку, а суть. Саму Рейну.

- Я слушаю, - Нейт отложил листы в сторону и чуть нагнулся к собеседнику.

- Понимаешь, Симфония чужда законам мира, она не выдерживает даже сама себя. Если мы создадим её, ну или, лучше сказать, призовём, соединив силу Истоков, вся система резонанса, созданная мной, рухнет. Высшие духи и их сила исчезнут. И Рейна тоже, понимаешь?

- Так, - задумчиво проговорил Нейт. – Соединить силу Истоков?

- Да.

- И сделать это должен я, как обладающий способностью связаться со всеми Высшими духами?

- Угу.

- Но есть один нюанс. Я либо умру, либо останусь идиотом…

- О-о, - спохватился профессор, - совсем необязательно. Для того чтобы система рухнула достаточно двух-трёх секунд, за такое время с тобой, кроме лёгкого психического потрясения, ничего не случится.

- Ага, хорошо, - кивнул Нейт, думая о чём-то другом. – А что будет с Агатой?

- С кем? – не понял Хтольн. – А-а, с дочерью министра, да не знаю, умрёт, вероятно. Ты лучше на другом сосредоточься. Для того чтобы понять, сможешь ли ты соединить истоки, ты должен встретиться с девочками.

Нейт так глубоко задумался, нахмурившись глядя в пол, что не сразу понял слова профессора.

- С девочками? В смысле с духами? Я должен пройти шесть испытаний?

- Нет, к счастью. Недалеко отсюда есть место концентрации резонанса, как Башня Света, только с обратным значением. Оно направлено вглубь планеты. Таких точек, вообще-то, несколько… но это не важно. Тебе нужно посетить это место, там ты пройдёшь ритуал, что-то вроде испытания в ваших академиях, если всё пройдёт гладко, девочки выйдут с тобой на связь и поделятся силой.

- А если нет?

- Тогда план «Б», - пожал плечами профессор. – Нужно будет уничтожить гипертоннель, это архиважная задача, нельзя допустить до него Королеву, - Хтольн наклонился в сторону Нейта, лицо мужчины было напряжённым. – Я серьёзно, это очень важно, и если потребуется…

- Я понял, - раздражённо перебил Нейт, вставая с места. – Это очень важно, - он хотел было уходить, но вдруг лицо его осенила мысль. – Скажите, профессор, а эти ваши… интонеры. Они… на что вообще способны?

- В смысле? – Хтольн в недоумении посмотрел на Нейта. – Кроме того, что могут чувствовать резонанс живых существ? Да на то же, что и вы. Каждый закреплён за Малым духом, обладает способностью создавать этюды.

- А… сколько их здесь у вас живёт?

- Да я, если честно, даже не… А-а, - наконец догадался профессор, - хочешь взять их с собой. Не уверен, что получится. Они… - он слегка замешкался, - как бы сильно преданы… этому месту.

- И вам, - закончил недосказанное Нейт.

- Да. Но я для них что-то вроде божества. Кроме Альма, меня и не видел никто. И так в каждом поколении…

- Поколении? – удивился Нейт.

- Да, я создал культ почти сразу, как поселился здесь, набирал потихонечку людей, способных к взаимодействию с резонансом…

- Не оставляли исследований даже в таких условиях, - кивнул Нейт, но в глазах вдруг отразилась догадка. – Или нет, это ваша личная охрана. Если Королева вас обнаружит, они будут вашим залогом, выиграют время, чтобы вы сбежали.

- И что? – с вызовом сказал профессор, безошибочно уловив в голосе собеседника нотки презрения. – Отчаянные времена и отчаянные меры! Мои знания, таланты и мой опыт слишком важны. Как, по-твоему, человечество восстанавливалось после войн с Королевами. Во многом благодаря моей помощи.

- Так ведь причины этих войн – вы.

- Человечество и без меня найдёт повод подраться, - раздражённо махнул рукой Хтольн.

Нейт презрительно хмыкнул и направился к выходу, но его тут же остановил голос профессора. Хтольн старался говорить спокойно и даже вальяжно, но прорывающиеся в голосе нотки раздражения и нетерпения, его выдавали:

- Ты только что узнал о секрете появления диссонеров и Высших духов, о величайшем достижении науки и познакомился с его автором. И это всё, что ты можешь сказать? Все твои выводы?

Нейт с грустной усмешкой взглянул на профессора. Пожалуй, единственное, что могло у Хтольна посоперничать с чёрствостью, цинизмом и отсутствием даже намёка на эмпатию – его честолюбие.

- Вам интересно моё мнение? Человека далёкого от науки?

- За сто пятьдесят лет, - профессор повелительно взмахнул рукой, - ты третий человек, которому я рассказываю правду, так что говори, мне интересно.

- Что ж, - Нейт пожал плечами и как бы виновато улыбнулся. – Мне всего двадцать, и я не могу похвастаться богатым жизненным опытом. Но на сегодняшний день, - лицо юноши утратило следы улыбки, - вы и ваш эксперимент – самое мерзкое из того, что я видел и знал.

Нейт прямо, не отводя взгляда, смотрел на профессора, тот неловко поёрзал на месте и, прочистив горло, сказал:

- Ну, как ты сам и сказал: что бы ты понимал в жизни, - Хтольн надменно улыбнулся, но в голосе слышались нотки обиды. – Я всего лишь подарил человечеству возможность взаимодействовать с резонансом…

- Вы всего лишь, - перебил Нейт, - дали человечеству новое оружие. Способность чувствовать и управлять резонансом дана не многим, да и цена ей достаточно высока. Перефразирую недавнее ваше высказывание: человечество и без вашей помощи найдёт чем стрелять. Я уж не говорю о том, что призвание носителей этой особенности – сражение с другим вашим оружием.

Профессор смотрел злобно, но молчал, и тогда Нейт продолжил, спокойно, но в голосе была сталь:

- Поправьте, если я ошибаюсь, но ничего, кроме разрушений и страданий, ваши исследования и открытия не принесли. Стоит ли это жизни восьми невинных девушек и ста пятидесяти лет существования в этой пещере? Надеюсь, хотя бы вы видите во всём этом хоть каплю смысла.

Нейт развернулся и, не оборачиваясь, вышел из комнаты. Хтольн пожевал губами, сдерживая гнев, схватил стакан, но в последний момент передумал швырять его – поставил на место. Профессор откинулся на спинку дивана, зажмурился и устало потёр лоб.

Альм с улыбкой облегчения встретил Нейта, и когда тот сказал, что ему нужно попасть в то место, о котором говорил Хтольн, лидер Хранителей кивнул и велел следовать за ним.

Шли в полной тишине. Нейту нужно было многое обдумать, на него свалилось уйма информации. Альм же, правильно поняв ситуацию, ему не мешал.

Через час вышли к неглубокому кратеру, вдоль стен которого, были построены небольшие домики. Они по спирали спускались вниз к большой круглой площадке с трибуной, сидениями и колоколом. В деревню, вопреки ожиданиям Нейта, не пошли, миновали её по кромке кратера.

По крутой, еле заметной среди колючих кустов тропе, спустились в густую ореховую рощу с тёмно-синим круглым озерцом. Там у аккуратненького деревянного мостика их ждала Лина.

- Приветики! – весело помахала она рукой.

Нейт изумленно посмотрел на Альма, тот кивнул и тихо сказал:

- Дальше поведёт она. Лина лучше всех контролирует резонанс и не создаст тебе «помех». Здесь всё работает намного тоньше, чем при ваших испытаниях, поэтому и меры должны соблюдаться строже.

- Вы знали, что он скажет мне прийти сюда?

Альм вздохнул и посмотрел по сторонам, видно было, что он нервничает. На вопрос отвечать не стал, вместо этого сказал:

- Нейт. Я знаю, раз Изгнанник тебя выбрал, значит, от тебя многое зависит. Удачи тебе.

Альм обеими руками похлопал юношу по плечам и направился назад, к деревне. Нейт в недоумении смотрел ему вслед, затем повернулся к Лине.

- Готов? – бодро спросила она.

Только они чуть отошли от озера, как Нейта осенило.

- Вы что, умеете общаться на расстоянии?! – изумлённо спросил он.

- С чего ты взял? – хитро спросила Лина.

- Иначе как объяснить твоё присутствие здесь? Откуда ты могла знать, что изгнанник направит меня в вашу зону испытаний?

- Мы называем её Священная Земля…

- Или ты, что же, умеешь предсказывать будущее?! – после всего недавно услышанного Нейт поверил бы во что угодно.

- Ха-ха-ха, - звонко рассмеялась Лина. - Нет, этого никто не умеет. Наверное, - задумчиво прибавила она. - Что же касается телепатии – невелика способность, чуть-чуть практики и… Резонанс и не на такое способен.

- Почему же вы прибегаете к обычной речи?

- Ну, ладно, может, я немного упростила объяснение. Телепатия требует большой сосредоточенности и глубокого понимания резонанса, но даже так, общаться при помощи телепатии крайне неудобно, можно передать только очень незначительную информацию. Да чёрт с ним! – тряхнула головой Лина. – Скажи лучше, как прошла встреча? Как тебе наше божество? Если тебе, конечно, не запрещено говорить, - зловеще добавила она.

- Ваше «божество», - мстительно проговорил Нейт. – На редкость раздражающий и гадкий старик.

- Хе-хе, как я и думала.

- Вот как? – слегка удивился Нейт, с любопытством покосившись на собеседницу.

- Да, мне с детства казалась странной вся эта суета вокруг Изгнанника. Если он человек, зачем прячется даже от своих последователей? Я одно время думала, может, уродец какой. А если не человек, тогда кто? Он ничего нам не являл, ничему не учил, просто сидел в своей пещере. Мне даже никак не удавалось подобраться поближе и «посмотреть» на его резонанс. Честно говоря, до твоего прихода я не до конца верила, существует ли Изгнанник.

- Существует, - мрачно подтвердил Нейт.

- Ну и? - Лина искоса взглянула на собеседника. – Что он тебе сказал?

- Попросил спасти его. Ну и заодно – мир.

- Хе-хе, ну, а как иначе, - дурашливо заговорила Лина. – Вещий старец завещает герою спасти мир…

- Слушай, - перебил Нейт. – Если ты пребывала в таких сомнениях и не видела во всём этом смысл, зачем оставалась в деревне?

- А куда я могла пойти? - после длительного молчания грустно ответила Лина. – Я ведь ничего, кроме этих пустошей, не видела.

- Ты не похожа на робкую девушку, способную испугаться чего-то нового и неизведанного.

- Ого, опять флиртуешь со мной?! – неловко попыталась скрыть смущение Лина, Нейт уже привык к её поведению и никак не отреагировал. – Видимо, не было нужной мотивации, - тихо добавила она.

- А сейчас?

- А что сейчас?

- Ты сама недавно спрашивала, что мы будем делать, готовы ли сражаться. А ты?

- Вербуешь меня?

- Всё лучше, чем сидеть в этой дыре, поклоняясь безумному старику, и надеяться, что в большом мире как-нибудь всё решится само, а если нет, трястись от страха и ожидать прихода Королевы. Она ищет его, - после паузы продолжил юноша. – И не успокоится, пока не убьёт. Вы лишь щит, ресурс, который позволит Изгнаннику выиграть время, чтобы сбежать, пока вы сражаетесь.

Лина остановилась, повернулась к Нейту и долго молчала, смотря ему в глаза, затем вздохнула и указала рукой в сторону.

- Тебе туда, по тропинке. Я должна вернуться в деревню, чтобы не мешать тебе. Помнишь дорогу назад?

- Помню, - чуть раздражённо ответил Нейт и, ни слова больше не говоря, направился по пути, указанному Линой.

Через четверть часа юноша вышел на заросшую высокой травой поляну, в середине которой громоздились неуклюжие и неуместные здесь чёрные плиты какого-то древнего сооружения. В руинах ещё можно было угадать очертания стены, неровным полукругом образующей что-то вроде чаши.

Музыка в этом месте гремела, мешая сосредоточиться. Мажорная пылкая рапсодия, сложная, ритмичная, побуждающая к действию. Находясь рядом с Башней Света, Нейт ничего не чувствовал, тут же его закружил вихрь ощущений.

Понадеявшись, что это хороший знак, юноша отправился искать вход в «чашу». Преодолев крупные обломки и груды камней, Нейт влез на стену, выбирая самую низкую её часть, затем осторожно, всматриваясь в темноту, по плитам спрыгнул вниз.

Когда глаза привыкли к мраку, юноша разглядел в дальнем углу комнаты полуразвалившийся, но всё равно поражающий своими размерами нуминиевый обелиск. Нейт осторожно подошёл к нему. Рапсодия вмиг превратилась в невыносимый грохот и лязг. Юноша зажмурился и схватился за голову, шум становился всё сильнее. Нейт упал на колени и нагнулся вперёд. В голове, перекрывая громовые раскаты звуков, прозвучало:

- Потерпи, Нейт, сосредоточься. Ты должен слиться с резонансом, стать его частью, как во время испытания, - голос был тот же, что юноша слышал в Забытых Землях и когда прощался с Нирой.

Нейт попытался вспомнить своё состояние тогда и сравнить с тем, что происходило сейчас. Схожего было мало. И всё же… что-то есть. Во всём этом грохоте и хаос едва угадывалась знакомая мелодия. Тихая, спокойная соната, словно убаюкивание ветра, гуляющего в просторах снежных степей, скользящего по вздыбленным льдинам северного моря, тревожащего покой тёмных замёрзших пещер…

Шум утихал, оставалась только соната.

Нейт осторожно открыл глаза. Увиденное его не слишком удивило, он ожидал чего-то подобного. Юноша находился на уже знакомой семипалой руке, посреди бескрайней серой равнины, с плывущими над ней сиреневыми облаками. Те же башни, тот же трон, который сейчас пустовал. Странно было видеть это место наяву… ну или почти наяву.

Напротив Нейта стояла Ларея, она нежно улыбнулась, поймав его взгляд. Рядом с ней статная, высокая девушка, Ривз узнал её благодаря рисункам, созданных по описанию диссонеров. Это Риза, дух электричества. Были здесь и остальные духи, они находились возле башен со своими рунами.

Маленькая, чуть пухленькая Мидена, улыбнувшись, кивнула Нейту. Вира весело помахала рукой, Ария показала большой палец, поднятый вверх, Амадея, смутившись, потупила взгляд, а Кайра, стоявшая со скрещенными на груди руками и прислонившись плечом к башне, изучающе смотрела на юношу, не подав знаков приветствия.

- Наконец ты пришёл к нам, - с облегчением проговорила Ларея. – Как ты себя чувствуешь?

Нейт кивнул, говорить было тяжело.

- Хорошо. Долго ты здесь продержаться не сможешь, поэтому перейду сразу к делу, - Ларея была строга и собрана, но во взгляде угадывалась лёгкая тревога, Нейту неуместно подумалось, что, наверное, так тревожится мать за своего сына. – Ты уже виделся с Хтольном?

- Д-да, он всё рассказал мне о вас, - прохрипел юноша.

- Отлично, это сэкономит нам время. Нейт, если мы поделимся своей силой, то при помощи Симфонии наша связь с миром разрушится, каждой из нас, включая Рейну.

- Хтольн говорил, - кивнул юноша. – Что с вами будет, вы исчезнете?

- Не знаю, - грустно улыбнулась Ларея. – Кто знает, что бывает после смерти? Но что бы нас ни ждало, мы устали быть пленниками этого места, спать и видеть разрозненные осколки, образы вашего мира, каждый раз, когда кто-то из вас заключает с нами связь или использует сильные этюды. Мы должны уйти, наше существование чуждо природе. Не печалься о нас, мы давно готовы.

Нейт поморщился, пытаясь сконцентрироваться, и тяжело кивнул. Ларея с вновь появившейся строгостью и сосредоточенностью на лице, продолжила:

- Долго силу каждой из нас ты выдержать не сможешь, поэтому придётся действовать быстро. Для того чтобы вызвать Симфонию, ты должен соединить наши резонансы. Мы придём, когда ты позовёшь.

- Имея нашу силу, тебе нужно будет хотя бы коснуться Рейны, остальное мы сделаем сами, - вмешалась в разговор Риза.

- Хотя бы коснуться, - невесело усмехнулся Нейт.

- Понимаю, - медленно кивнула Ларея, мимика и окрас голоса давались ей тяжело, после долгих лет заточения в этом пространстве, поэтому иногда сложно было понять, что она вкладывает в слова. – Но ты многое смог преодолеть, я верю, у тебя получится.

- Если всё сложится, что будет с Агатой?

Повисло молчание, Ларея украдкой взглянула на Ризу и виновато ответила:

- Энергия её разума находится в кристалле, на Фуксии. Многие из нас уверены, что её можно вернуть, но как, не знает никто. Здесь должна образоваться мощная связь, что-то вроде слияния наших резонансов и даже больше, но другой природы. В общем, мы не знаем… - виновато закончила Ларея, но тут же добавила:

- Если шанс и есть, то он полностью зависит от вас с девочкой. Ищи путь, тебе не привыкать решать сложные задачи.

- Как мне позвать вас?

- После того как ты отказался от силы Рейны, наша с тобой связь стала очень крепкой, иногда я могу видеть твоими глазами. Просто позови, я пойму.

Нейт кивнул. Голова кружилась, в груди зарождалось знакомое чувство эйфории.

- Тебе пора, - улыбнулась Ларея, коснувшись рукой лица юноши. – Рада была повидать тебя. Удачи.

Девушка развернулась и медленно пошла к своей башне. Нейт тряхнул головой, призывая остатки сил.

- Ещё одно! – еле выдавил он, Ларея удивлённо обернулась, но взгляд Нейта был направлен в другую сторону. – Амадея, сможешь хотя бы раз дать мне свою силу, когда я попрошу?

Девушка растерялась, беспомощно крутя головой, не зная, куда деть взгляд, затем собралась, сжала в кулачки свои маленькие ручки, лежащие на коленях и, зажмурившись, кивнула.

Нейта стало засасывать обратно, в свой мир. Краски поблекли и смазались, звуки стали тягучими и гулкими. Вдруг юноша заметил движение. Его кто-то схватил за руку. Нейт с трудом сфокусировал зрение. Это была Риза.

- Помни, - с мольбой в голосе заговорила девушка. – Она не плохая, не злая, её просто сломили, но она всё ещё надеется, всё ещё ждёт… поверь…

- Знаю, - еле выдавил из себя Нейт. – Верю…

Сознание взорвалось вспышкой размером со вселенную, каждая клетка тела, частица разума стали едиными с бесконечностью, с чем-то непостижимо огромным и немыслимым. Страх, боль, восторг, трепет. Что там эйфория резонанса по сравнению с этим! Нейта больше не существовало, ничего больше не существовало. Только Храм величайшей музыки жизни, музыки природы. В это мгновение, которое, как показалось Нейту, растянулось в вечность, юноша услышал Симфонию. Хтольн ошибался, она не чужда миру, она и есть мир, его основа.

Он очнулся на полу тех самых развалин с обелиском внутри. В голове играла знакомая рапсодия. Нейт лежал на спине и смотрел в ночное небо. Он вдруг вспомнил свои панические состояния, которые посещали его после того, как он упал в тот коллектор. Теперь юноша был уверен, что больше не будет бояться чего-то подобного, ведь теперь он точно знал: во вселенной есть вещи куда более страшные и могучие, чем смерть.

Глава 15. Последние защитники

Бои в Стратаре были яростными и жестокими. Всего за два дня силы Союза под командованием небезызвестного генерала Дена Вии продвинулись вплотную к столице, чуть было не прорвав фронт. После серии сокрушительных поражений и отступлений, войска Стратары наконец организовали грамотную оборону и остановили натиск врага. Однако положение их по-прежнему оставалось плачевным.

Сражения сконцентрировались в трёх точках: на юге, в лесах по направлению на Делисию-Вин, на севере у невысоких гор с перевалом, ведущим к Фимме и Ким-Ру и в центральной части, на полях в нескольких километрах от Рас-Садада.

Хуже всего ситуация складывалась на севере. Там командовал генерал Катар-Шаати, это был первый его настоящий бой, что было заметно с самого начала сражения. Несколько неудачных приказов, неграмотное построение войск, бестолковые манёвры – всё это чуть не привело к катастрофе в самом начале битвы. Растеряв всяческую уверенность в себе, генерал и вовсе ушёл в тень, оставив свою воинскую часть в хаосе и неразберихе. Так что, когда командование взял на себя другой офицер, никто не был против, даже несмотря на то, что новый командир был чужаком.

Полковник Кайл Ёра со своим взводом тоже сражался на севере. Поначалу офицер не лез в дела командования, зная, как болезненно может отреагировать руководство, но когда ситуация стала совсем тяжёлой, Ёра был вынужден вмешаться. После того как он навёл порядок в своём подразделении, обстоятельства заставили его взять командование всей частью.

Поначалу стратарские офицеры были недовольны и даже сопротивлялись, но увидев быстрые успехи при грамотном и уверенном руководстве, стали всячески поддерживать и помогать полковнику.

Противник точечно усиливал атаку, попеременно на всех направлениях и, почувствовав слабое звено на севере, стал стягивать резервные силы туда. И казалось бы, не самое важное направление, но, если этот фланг будет прорван, тогда центральные силы, обороняющие столицу, попадут в окружение, и шансов на победу почти не останется.

Стратарские солдаты под командованием беруновского офицера сражались как могли, отбивая бесчисленные волны атак, но продолжаться так вечно не могло: силы были на исходе. Ёра несколько раз запрашивал подкрепление, но генеральный штаб отвечал отказами.

Ближе к вечеру подразделению полковника удалось отбиться от очередной, но на этот раз самой массированной атаки. Настал долгожданный перерыв. Ёра ворвался в штаб – палатку в тылу оборонительной линии.

- Ну что там? – в какой уже раз за последние несколько часов спросил он.

- Всё то же, - виновато ответил Катар-Шаати. Даже генерал как-то незаметно стал подчиняться полковнику, признав, что успех общего дела гораздо важнее личных амбиций.

- Проклятье, - процедил сквозь зубы Ёра. – Так, ладно… - начал было он отдавать приказы, но тут в палатку влетел один из его заместителей.

- Сэр, боюсь, у меня плохие новости.

- Что там ещё? – обречённо вздохнул полковник.

Позже, осмотрев через бинокль позиции врага, Ёра снова вернулся в штаб и раздражённо велел:

- Соедините меня с командованием!

Со связью на самом деле были большие трудности, глушилки Союза стали блокировать не только дальние передачи, из-за чего, например, до сих пор не удалось выяснить, что там, на западе, но и вообще любые радиопередачи. Это сильно осложняло эффективность ведения боя. Приходилось пользоваться посыльными, как в давние времена, что было, конечно, не очень удобно. Связь не отсутствовала вообще, но настроить её было очень сложно, постоянные помехи, перебои.

Однако Ёре повезло, в его подразделении находился инженер с Орты Тониш Алвис. Он руководил небольшим отрядом диссонеров. Хотя в последнее время юноша и находился постоянно на передовой, боевые способности не были его сильной стороной, однако Тониш и без этого оказал массу помощи. Починка и модернизация оружия и брони, наладка и ремонт техники. До начала битвы в его палатку стояла огромная очередь. Когда же начался бой, первое, чем занялся Тониш – попытался наладить связь. И пошаманив с рацией пару часов, он сумел настроить сигнал. Связь, конечно, была не идеальной, и только с генштабом, но это гораздо лучше, чем ничего. Во всяком случае, у Ёры была возможность докладывать о ситуации на поле боя и запрашивать помощь, получая, правда, от дежуривших за рацией офицеров постоянные отказы.

На этот раз на связь вышел сам главнокомандующий, после запроса полковника генерал измученным голосом ответил:

- Ну, нет у меня никого, Кайл, нет.

- Сэр, если они прорвут нашу линию, мы проиграем…

- Значит, не должны прорвать, - настойчивым голосом перебил генерал.

- На подходе целый полк врага, а у меня тут пять сотен, измученных и уставших. Нам просто не выдержать…

- Должны выдержать! – рявкнул главнокомандующий, но тут же сменил тон и мягко добавил:

- Сейчас везде так, полковник, поверь. Надо выдержать. Как будет возможность, я пришлю помощь. Отбой.

Ёра стоял возле рации, вцепившись в столешницу, на лице его играли желваки.

- Что будем делать? – робко поинтересовался один из офицеров.

Полковник отстранённо посмотрел на него, затем собрался, выпрямился и строго сказал:

- Как что? По позициям!

Это был бесконечно долгий и тяжёлый бой. Подразделение Ёры сдерживало натиск несколько часов. Противник, в конце концов, избрал иную тактику, солдаты Союза отступили, спрятавшись за укрытия, подъехавшая к этому времени техника врага начала артобстрел по позициям обороняющихся.

Ёра сидел в окопе и мрачно взирал на происходящее. Он знал, что будет дальше. После плотного обстрела, уничтожив оборонительную инфраструктуру и психологически подавив соперника, силы Союза бросятся в массовую атаку. И противопоставить здесь нечего. Полковник в досаде сжал зубы.

Обстрел прекратился. Солдаты робко, с надеждой, стали выглядывать из укрытий. Только Ёра и несколько офицеров оставались хмурыми и напряжёнными. Полковник поднял винтовку и резко передёрнул затвор. В этот момент на позициях противника наметилось движение. Техника двинулась вперёд, а под её прикрытием в атаку ринулось почти десять сотен солдат.

- Сэр, - робко проговорил один из заместителей. – Нам не отбиться, давать команду к отступлению?

- Отступлению куда? – раздражённо сплюнул Ёра. – Нет уж, будем стоять до конца, - полковник встал во весь рост и громко, даже как-то торжественно, продолжил:

- Покажем напоследок, что мы можем! Готовсь…

Ёра осёкся. Мозг даже не сразу смог понять происходящее, слишком всё произошло неожиданно. Поле боя в секунду превратилось в ярмарочный балаган. Искры, всполохи, разноцветные образы. Но, присмотревшись, становилось очевидно, что всё это бесконечно далеко от развлечений.

Взрывы, вспышки молний, падающие с неба булыжники и ледяные пики, огненные росчерки, диковинные призрачные существа. Лёд, вода, огонь, электричество – всё рвало, бросало, калечило и убивало, не щадя ни технику, ни людей.

Ёра в изумлении повернулся назад. Со стороны тыла навстречу противнику бежали люди в странных одеяниях, сотни две-три – не меньше. Вокруг них синими и оранжевыми росчерками появлялись круги разных размеров. Неожиданная и необычная подмога лихо пронеслась мимо переднего края обороны Стратары, заставляя противника отступать к своим позициям.

Ёра в недоумении выбрался из траншеи, его примеру последовали остальные офицеры.

- Что это, чёрт возьми, было? – ошалело спросил один из замов.

- Понятия не имею, - бодро заговорил полковник, который уже отошёл от шока. – Но это наш шанс закрепиться. Мой взвод – на передовую, поддержать атаку, остальные – навести порядок: убрать раненых, восстановить укрепления, если ещё можно что-то восстановить. Выполнять!

Сам же Ёра, заметив группу людей, которые о чём-то говорили с Тонишем, направился к ним. Из группы выделялся высокий, широкоплечий мужчина со светлыми волосами. Даже со спины узнать его не составляло труда.

- Вейрон?

- О, полковник, а тебя повсюду ищу! – юноша развернулся и приветливо ударил Кайла по плечу. За несколько недель, проведённых вместе, Вейрон не только стал доверять и проявлять симпатию к полковнику, но они даже, как будто подружились. – Ну как, вовремя мы?

- Ты даже не представляешь насколько!

- Да, жарко у вас тут было, - Вейрон обвёл взглядом поле боя. – Прости, что так долго. Идём в штаб, нужно кое-что обсудить.

Ёра кивнул, но, прежде чем пойти за юношей, обернулся. Атака закончилась, маленькая армия Вейрона и взвод полковника, заняли позиции возле уничтоженной техники. Всё было спокойно. Хвала духам снова отбились.

В палатке-штабе почти никого не было, только связист и по пояс голый мужчина в возрасте. Ёра уже зарёкся удивляться чему-либо.

- Знакомьтесь, это Алан Озворд, директор Фиммы, - быстро проговорил Вейрон, направляясь к карте.

- Польщён честью, - чуть склонил голову полуголый старик, - познакомиться с командиром столь отважной армии, которая, несмотря на превосходящего силами противника, так отважно сражалась и выстояла!

- А-а… эм… - растерялся Ёра. – Да, я… тоже польщён… в смысле… приятно познакомиться.

- Кайл, - позвал Вейрон. - Я хочу с диссонерами Фиммы и с парой сотней твоих людей ударить по центральной группировке врага, - он ткнул пальцем в карту.

Ёра неуверенно улыбнулся Озворду и как-то потихонечку, бочком, подошёл к Вейрону.

- Так, - кивнул полковник.

- С этой стороны они почти не защищены. Там с холмов отлично простреливаемая зона. Они никак не могут ждать удара отсюда. Но действовать надо быстро, пока мы не потеряли эффект неожиданности.

- Отлично, - кивнул Ёра. – Ты согласовал с командованием?

- Нет, - Вейрон слегка поморщился. – Вообще-то, меня тут не должно быть, они отправили меня на юг. Но я убеждён, что здесь буду полезнее. Ну так как, ты со мной?

Кайл глубоко вздохнул и кивнул:

- С тобой.

- Я тоже пойду, - неожиданно произнёс Тониш. – Хочу поближе взглянуть на их глушилки, может, пойму, как нейтрализовать.

Они ещё с четверть часа корпели над картой, обсуждая манёвры и расстановку сил, а потом был дан приказ выдвигаться.

План Вейрона прошёл как по маслу. Неожиданная атака привела противника в смятение. Выгодная позиция помогла наносить врагу урон, почти не неся потерь. Когда же силы Союза пришли в себя и предприняли контратаку, в бой вступили солдаты Ёры, они отрезали противнику проход, не давая обойти диссонеров с фланга. Враг, боясь окружения, стал отступать. Успех подкрепила обороняющаяся армия Стратары, перейдя к активным атакующим действиям.

За три часа сражение окончилось. Силы Союза отступили со всех трёх направлений. Войска ушли аж к самой прибрежной зоне, зализывать раны и готовиться к новому сражению.

Тоже делала и армия Стратары. Все понимали, что победа – лишь передышка. Враг не разбит и даже не слишком ослаблен, до полного триумфа ещё очень далеко.

В генеральном штабе, несмотря на позднее время - почти два часа ночи, было людно. Здесь присутствовало всё высшее руководство армии, директора двух академий: Фиммы и Орты, представитель Эо – совсем молодой ещё парень и недавно пришедшие полковник Кайл Ёра и Вейрон Клифф. Второго уже минуту отчитывал один из генералов:

- Это вам не цацки, чёрт возьми! Это армия! – надрывался он. – Идёт война! Вам был дан чёткий приказ. Как посмели ослушаться? Как?!

Вейрон молчал, опустив голову, впрочем, несмотря на позу, вид у него был не слишком виноватый, и генерал это чувствовал, распаляясь всё больше.

- Мы ценим ваше сотрудничество и вклад Гармоний в общее дело. Но произвол! Да ещё на поле боя!

- Ладно, Эрик, - спокойно проговорил генерал Лим-Нокс – главнокомандующий группировкой, пожилой коренастый мужчина с пышными усами и бородой. – Юноша всё понял, - он медленно подошёл к Вейрону. – За то, что ослушался приказа, осуждаю, - строго проговорил Лим-Нокс. – За то, - мягче продолжил он, - что спас наши задницы – спасибо.

Генерал, который минутой ранее отчитывал Вейрона, сокрушённо покачал головой и отошёл в сторону. В этот момент в зал ворвался офицер-связист.

- Сэр, нам удалось связаться с Кильвеей!

Это была заслуга Тониша, он смог изучить одну из глушилок во время боя и придумал способ обходить помехи, пусть не идеально, но хоть какой-то результат.

- Давай сюда, - требовательно протянул руку Лим-Нокс.

Офицер поспешно приблизился и передал бумаги. Генерал какое-то время внимательно читал, потом нахмурился и передал стенограмму подошедшему Крипелину, со словами:

- Чёрт бы её побрал!

- Что там? – нетерпеливо спросил Вейрон, выждав минуту.

- Силы Кильвеи сражаются сейчас у берегов Адалии, - задумчиво сказал Анджелус, не отрываясь от бумаг. - И не имеют возможности прийти на помощь.

- Как? – обречённо спросил Вейрон. – Но откуда у Королевы столько войск, даже совместными усилиями Римирии, Беруны и Ватана не набрать столько техники и людей…

- О людях речь и не ведётся, - тихо ответил Крипелин, поднимая глаза на собеседника. – Королева призвала на помощь Сев. Кильвея сейчас сражается с полчищами монстров.

В зале повисла мёртвая тишина.

- Значит, она близка к последней форме, - еле слышно прошептал Вейрон.

- Что мы будем делать? – несколько истерично спросил премьер-министр, который представлял здесь интересы правительства и президента. – Каков план?!

Отвечать никто не торопился.

- Что у тебя там ещё? - нарушил тишину Лим-Нокс, кивая на ещё одну папку, которую держал в руках побелевший от тревоги офицер связи.

- О, д-да, - спохватился мужчина. – Это сведения от разведки, сэр.

- Ну, так давай сюда! – чуть раздражённо проговорил генерал, взял конверт, распечатал, пробежался глазами и недовольно проворчал:

- Эт-того ещё не хватало.

- Что? - нахмурившись, спросил Крипелин.

- К нам движется «Длань Королевы», через день-два будет у берегов.

- Но мы же сбили спутники, - премьер-министр был близок к панике. – К тому же нуминиевый циклон… Значит, она нам не страшна?

- Два спутника ещё осталось и через облака они пробить могут, пусть и неточно, - недовольно ответил генерал. – Каково расчётное время их мониторинга нашей территории? – спросил он у одного из офицеров.

- Примерно две минуты, два раза в сутки, сэр.

- Две минуты, - задумчиво повторил Лим-Нокс. – Если бить с близкого расстояния и попасть в это окно, можно запросто раздолбать и столицу, и наши позиции.

Снова воцарилась тишина.

- Тогда, - сдерживая гнев, сказал премьер-министр, - я повторяю вопрос. Что делать? Какой у вас план?!

- Надо атаковать, - неожиданно проговорил Вейрон, все присутствующие удивлённо посмотрели на него. – Враг ожидает этого меньше всего, это наш единственный шанс.

- Что за бред… - начал было один из генералов, тот, что отчитывал Клиффа, но его тут же перебил Лим-Нокс:

- Согласен с парнем. Прости, как тебя?

- Вейрон, сэр.

- Ага. Надо идти в атаку. Какие ещё варианты. Нас перебьют ракетами, а потом задавят натиском техники и пехоты. Надо бить самим, - уверенно закончил он.

В глазах многих присутствующих читалось сомнение, тогда слово взял полковник Ёра:

- Позволите? – приподнял он руку, глядя на Лим-Нокса, тот кивнул. – Я с небольшим отрядом своих людей могу пробраться к береговым укреплениям и попробовать уничтожить «Длань», я примерно знаю, как там всё устроено, и, если основные силы отвлекут врага, думаю, у меня получится.

В зале начались активные обсуждения. Генерал Лим-Нокс несколько минут с улыбкой наблюдал за происходящим, а потом громко произнёс:

- Значит так, объявляю старт операции «Свобода»! Даю сутки на составление плана и приведение в порядок войск, затем начинаем атаку!

Присутствующие медленно потянулись к выходу. Озворд подошёл к задумчивому Крипелину и, ударив его по плечу, весело сказал:

- Ну что, мой давний соратник, вот и настало время нам снова встать бок о бок на ратном пути и принести в мир покой и процветание!

- Ой, Алан, - презрительно поморщился директор Орты, - я тебя умоляю.

- Что? – удивился Озворд, догоняя коллегу. – Что?

Вейрон понял, что от избытка событий просто не сможет сейчас заснуть, и отправился подежурить в управление связи. Однако, просидев напротив раций час, он почувствовал, что переоценил свои силы: глаза слипались, мысли путались, а голова, всё время норовила свалиться на грудь. Вейрон уже хотел звать дежурного и просить, чтобы его подменили, как вдруг лампочка на одной из раций замигала. Юноша нахмурился, этот засекреченный канал обычно использовался Ортой. Вейрон нажал кнопку приёма, из хрипящего динамика послышалось:

- Повторяю, на связи Нейт Ривз, диссонер второго ранга, у меня срочные сведения для директора Орты Анджелуса Крипелина. Повторяю…

***

Нейт вернулся в деревню глубоко за полночь. У входа его встретил Альм, без лишних слов и, не задавая никаких вопросов, глава культа проводил юношу в дом, выделенный диссонерам Орты. Ребята уже спали, их примеру решил последовать и Нейт, всё-таки первоначально необходимо было восстановить силы.

Утром команда собралась на просторной террасе второго этажа. Нейт кратко, но по возможности подробно рассказал обо всём, что услышал и увидел вчера. Сказать, что напарники были шокированы – ничего не сказать. Сложно принять что-то настолько противоречащее тому, чему тебя учили всю жизнь, и не только тебя, многие предшествующие поколения накапливали эти знания и формировали нынешнее мировоззрение. И тут выясняется, что всё это ложь. Ну, может, не ложь, просто заблуждения, но заблуждения такие, что ставят истинную картину мира с ног на голову.

Ребята крепко задумались, Нейт их не отвлекал. Сам он перенёс услышанное вчера спокойно, но юноша уже устал удивляться.

- Итак, - наконец, нарушила тишину Тэя.

- Итак, - кивнул Нейт, не улавливая пока, к чему она клонит.

- Что будем делать?

Нейт помедлил с ответом, тяжело поднялся со стула и подошёл к перилам веранды.

- Я не могу игнорировать возможность уничтожить Королеву, - задумчиво проговорил он. – Так уж вышло, возможность эта напрямую связана со мной, так что я отправляюсь на встречу с Рейной. Вам же, думаю, надо отправиться в Стратару, там скоро начнётся, или уже началась решающая битва с Союзом.

- Явишься к Королеве в Беруну? – скептично приподняла бровь Тэя.

- Нет, буду ждать её у Канала.

- А, ну да, логично. Если только она не опередит тебя.

- Да, это осложнит дело…

- Так, погодите! – не выдержал Кейси. – Какого черта происходит? Ты собираешься идти к Королеве один? – юноша осуждающе посмотрел на напарника. – Знаешь, Нейт, это просто свинство. Мы в одной команде работаем уже год, хотя кажется, что прошла целая жизнь. Вы стали мне не просто друзьями, а самыми близкими для меня людьми. Вам я доверюсь в любой ситуации и сам готов, не задумываясь, рискнуть жизнью, защищая вас. Но, когда кажется, что мы стали настоящей командой, ты заявляешь какую-нибудь нелепую и дичайшую хрень! – Кейси гневно махнул рукой. – Я должен пойти один, - он смешно изменил голос, как бы парадируя Нейта, хоть получилось совсем не похоже. – Это моя судьба, моя ноша, - всё гримасничал Кейси. – Знаешь что, иди ты на хрен! – с яростью продолжил юноша, но уже своим голосом. – Это наша судьба, наша ноша, всех нас. Диссонеров с детства готовят к сражению с Королевой! Каждого из нас. Я уж молчу, что мы команда, друзья. Чёрт! И тебе всё равно ничего не стоит сморозить эту чушь…

Тэя и Нейт какое-то время стояли как парализованные, в изумлении глядя на напарника, когда же Кейси замолчал, смутившись неожиданного и совсем не свойственного ему эмоционального порыва, напарники переглянулись, еле сдерживая улыбку. Но тут Кейси вспомнил о чём-то и строго посмотрел на Тэю.

- А ты? Ведёшь с ним диалог. То есть тебя всё устраивает? Это нормально? Мы едем в Стратару, он один в Адалию.

- Разумеется, этого не будет, - спокойно ответила Тэя с тёплой улыбкой. – Ты чуть меньше и хуже знаешь нашего отчаянного героя. Просто ему нужно дать немного времени насладиться ролью и повыпендриваться.

- Что?! – возмутился Нейт. – Ничего такого мне не надо. Я…

- Сначала его нужно выслушать, подыграть, а потом спустить с небес на землю, - проигнорировала Нейта Тэя.

- То есть, ты с самого начала планировала ехать с ним? – хмуро спросил Кейси, чувствуя, как щёки заливает румянец.

- Естественно.

Повисло недолгая пауза.

- Знаете, ребята, - бодро заговорил Нейт. – Я рад, что вы со мной!

Они направились к выходу с веранды, но тут Тэя грустно сказала:

- Значит, отправляемся убить Агату…

- Вообще-то, - не оборачиваясь, ответил Нейт. – Я собираюсь её спасти.

Тэя изумлённо посмотрела напарнику в спину, но спустя пару секунд радостно кивнула.

Странно, но никто отряд диссонеров не провожал, люди были заняты своими делами и лишь изредка с любопытством поглядывали на чужаков. Главы культа нигде не было видно, а вот Лина обнаружилась у самого выхода из деревни. Она стояла там в окружении шести человек.

- Привет, мой герой. Привет, ребята! – как всегда бодро, воскликнула женщина.

- Эм, - несколько растерялся Нейт. – Ты в дозор?

- Нет, мы идём с вами, - легкомысленно ответила Лина.

Нейт переглянулся с товарищами и недоверчиво посмотрел на женщину.

- С чего бы?

- Ну, - уклончиво ответила та, – считай, твоя вдохновляющая речь произвела на меня эффект. И я решилась. Хватит отсиживаться, буду драться. А это те, - она указала на шестерых товарищей, - кто согласен с моим решением и тоже хочет внести свой вклад, а не торчать в этой яме. Да и вообще, мы решили, пора двигаться дальше.

- И как на это отреагировал Альм?

- Ха-ха-ха, чуть не обделался от ярости, до сих пор дуется, даже, по-моему, из дома не выходил.

- Что ж, - вздохнул Нейт, почесав лоб. – Не буду скрывать, ваша помощь нам не будет лишней, но вы даже не знаете о наших планах.

- Расскажешь по дороге, - беспечно махнула рукой Лина.

- Так, - задумчиво протянул Нейт и взглянул на Кейси. – Я вот только не уверен насчёт мест на катере…

- Мест хватит, - серьёзно кивнул напарник. – Правда, провизия…

- О-о, не волнуйтесь, мы подготовились, - Лина кивнула себе за спину, где висел пухленький рюкзак, такие же были у каждого члена её команды. – Ну что, долго ещё стоять будем? – недовольно пробурчала она.

Так, неожиданно увеличившийся втрое отряд, покинул странную, негостеприимную деревню людей, которые посвятили свою жизнь служению беспринципному, жестокому учёному, подарившему человечеству массу удивительных открытий, но также обрёкшего людей на жестокие испытания.

- Ты что, умеешь произносить вдохновляющие речи? – скептично шепнула Тэя.

- Разумеется, - с достоинством проворчал Нейт. – Разве я не вдохновлял вас всё это время?

Тэя состроила непонятную гримасу, но отвечать не стала.

За два дня добрались до Эо, погрузились на катер и без задержек отправились в морской путь снова до Адалии.

Первые два дня прошли спокойно. Диссонеры Хтольна, впрочем, лучше называть их интонерами, успешно помогали избегать стычек с монстрами, хотя отмечали, что тварей с Фуксии стало очень много, и вели они себя агрессивнее, чем обычно. На это обратили внимание ещё на границе Забытых Земель, здесь же, в море, подтверждение этого тревожного феномена можно было разглядеть, просто посмотрев наверх. Небо, затянутое нежно-розовыми облаками, постоянно сверкало яркими росчерками. Причём Сев уже не подчинялся своим же законам и шёл круглые сутки, в свои часы, лишь становясь плотнее.

Однако команда катера старалась не поддаваться отчаянию и унынию, тем более, учитывая, что ждёт их впереди. Ребята старались проводить время расслабленно: играли в настольные игры, читали, рыбачили, слушали музыку, в общем, отдыхали. Никаких разговоров о предстоящей миссии, никаких обсуждений планов, даже тренировок не было (последнее – к большому неудовольствию Нейта, у которого был пунктик касательно этого вопроса). Единственное, что было обязательно: наблюдение за появлением монстров и дежурство у рации.

Со связью были проблемы. В смысле, она вообще отсутствовала, только белый шум, вне зависимости от частоты и канала. И все же ребята не теряли надежды. Это было очень важно: во-первых, предупредить своих о предстоящей миссии, может, даже заручиться поддержкой. Во-вторых, узнать о событиях в мире.

Нейт, то ли поддавшись общему настроению, то ли обретя надежду и точную цель, чувствовал, как в сердце поселился покой, впервые за последний месяц. Хотя ночью третьего дня путешествия его всё же посетил сон со знакомыми образами.

Тёмная пещера, залитая ровным тусклым сиреневым светом. Десять кристаллов с людьми внутри. Теперь Нейт мог внимательно рассмотреть их лица. Незнакомые женщины и девочки разных возрастов, бледная кожа, мирно закрытые глаза, тела, словно в невесомости качаются за зеркальной гладью кристалла, чёрные волосы развиваются над головой. Нейт узнал Шарль-Гира, безвольно качающегося в одном из обелисков. Впрочем, здесь мужской род никак не подходил. Лицо было мягким, даже по-своему привлекательным и уж точно женским. Глаза Шарль-Гира были тоже закрыты.

Взгляд Нейта привлекло движение. Единственный кристалл с живой душой. Агата упёрлась руками в прозрачную преграду и что-то кричала. Юноша подошёл ближе, хотел что-то сказать, но голос не слушался. Девушка приблизила лицо к границе кристалла, губы её шевелились, но слов разобрать было невозможно. В глазах Агаты появился страх, она смотрела Нейту за спину. Юноша обернулся. Гигантская оса сидела над троном и злобно смотрела на пришельца.

Нейт до боли стиснул зубы и, приложив все мыслимые усилия, снова повернулся к Агате, коснулся кристалла и прокричал:

- Я вытащу тебя отсюда! – он был уверен, что голос не послушается, но слова звучали чётко и ясно. Они ураганом пронеслись по пещере, тревожа вековое молчание, приводя в движение невидимые струны, вдыхая в мёртвое, замёрзшее окружение, капельку жизни, волнуя, вызывая тревогу, но даря надежду. – Я спасу тебя!

Агата вдруг успокоилась, глаза её заблестели, она сложила руки перед грудью, нежно улыбнулась и кивнула.

Пещеру сотряс низкий противный вой, к нему добавилось стрекотание крыльев, реальность сна стала разваливаться, покрываться моросью, как при помехах в телевизоре. Шум становился всё невыносимее. Нейт упал на колени, закрыл глаза, а когда открыл их, обнаружил себя в общей каюте катера.

Пролежав несколько минут, вспоминая и обдумывая увиденное, Нейт понял, что сон как рукой сняло, и медленно поднялся. Тихо, чтобы никого не разбудить, вышел на палубу.

Ночь, как и все последние, была черно-сиреневой, беззвёздной. Постояв на холодном морском воздухе с минуту, юноша отправился в рубку.

- Доброй ночи, - кивнул ему дежуривший у рации мужчина, один из напарников Лины.

- Доброй, - кивнул Нейт. – Иди поспи, я подежурю.

- Но…

- Иди-иди, всё равно не спится.

- Хорошо, спасибо.

Нейт подождал, когда за мужчиной закроется дверь, сделал себе кофе и уселся к рации. Минут десять бестолково смотрел на прибор, потом решил попробовать: нажал на вызов.

- На связи Нейт Ривз, - монотонно заговорил юноша, - диссонер второго ранга, у меня срочные сведения для директора Орты Анджелуса Крипелина.

Кнопка приёма, десять секунд помех, и снова:

- Повторяю: на связи Нейт Ривз, диссонер второго ранга, у меня срочные сведения для директора Орты Анджелуса Крипелина…

И так минут пятнадцать. Нейт на рацию: установлены военные частоты Стратары. Юноша настроил на секретный канал Орты. И опять:

- Повторяю: на связи Нейт Ривз, диссонер второго ранга, - дверь в рубку открылась и внутрь вошла сонная Тэя. - У меня срочные сведения для директора Орты Анджелуса Крипелина.

- Не спится? – зевая, спросила она, пока Нейт ждал ответа.

- Угу, - пробурчал он, хмурясь на рацию. – Твоя смена?

- Да, - вяло ответила девушка и отправилась готовить кофе.

Нейт же снова нажал вызов и, вздохнув, продолжил:

- Повторяю: на связи Нейт Ривз, диссонер второго ранга, у меня срочные сведения для директора Орты Анджелуса Крипелина…

- Бесполезно, - безэмоционально прокомментировала Тэя.

- Повторяю: на связи…

- Нейт… - рация затрещала. – Эт… я… Не…

- Да-да-да, - всполошился Ривз, к нему тут же подбежала Тэя, тряся рукой оттого, что ошпарилась горячей водой. – Слышу! Сейчас, секунду! – Нейт крутил тумблеры.

- Неээ… (шипение)… Я… я… Нейт, приём! Это… я, Вейрон, - послышалось наконец в динамике.

- Вейрон, как слышишь, приём!

- Сл-лышу. Прив-вет. Вы где там застряли?

- Вейрон, со связью проблемы, еле достучались, поэтому буду краток, слушай внимательно. Мы отправляемся в Адалию…

- В Адалию? Так вы же там…

- Нет, мы, - Нейт несколько замешкался. – Неважно, не отвлекайся. У нас есть план, как уничтожить Королеву.

- О… (шипение)… это отлично… (шипение)… а то мы тут… (шипение)…

Нейт снова подкрутил тумблеры, настраивая сигнал.

- Только будьте осторож-жны. Королева напала на Адалию. Воз-зможно, уже захватила.

- Проклятье, - пробурчал Нейт и дальше заговорил в рацию:

- Есть возможность поддержать нас, отвлечь внимание Союза?

- Прости, приятель, сами еле справляемся. Что же касается армии Союза, так она вся здесь, в Стратаре.

- Что же тогда в Адалии? – растерянно спросил Нейт.

- Монстры. Она науч-ч-чилась призывать… (шипение)… монстров. Королева близка к последней стадии.

Нейт болезненно поморщился и взглянул на Тэю, глаза девушки были наполнены ужасом. Повисло напряжённое молчание.

- Приём, как слыш-ш-шно, приём, - забеспокоился в динамике Вейрон.

- Слышу. Принято – в Адалии монстры, - бесцветно ответил Нейт. – Вы там как, держитесь?

- Держимся, - после небольшой паузы ответил Вейрон. – Но пока под большим давлением, я не шутил, говоря, что Королева бросила на нас всю армию. Ею командует, кстати говоря, Вии, помнишь того деда, которого мы якобы похитить хотели в Аздаре, - попытался разрядить напряжение юноша, вышло несколько натужно, видать, ситуация действительно была не очень.

- Ладно, дружище, держитесь, - проговорил Нейт, когда в динамике опять появился шум: сигнал уходил. – Мы постараемся справиться быстро: устраним Королеву – избавимся от нашествия монстров, и тогда Кильвея присоединится к вам.

- Добро… - без энтузиазма ответил Вейрон.

- Знаешь что, Клифф? – неожиданно вмешалась в разговор Тэя. – Не смей киснуть!

- А… о… Тэ… привет, - неуверенно промямлил Вейрон через помехи.

- И не смей, - спокойно продолжила девушка, – рисковать там понапрасну. Я… я… - девушка смутилась, щёки её пылали. – У меня, знаешь ли, на тебя кое-какие планы! Так что постарайся, во что бы то ни стало выжить! – одним духом выпалила она.

- А… Что?! – Нейт мог только представить, какое же глупое выражение лица было сейчас у Вейрона. – Я… Я! Понял. Обязательно выживу, - по-солдатски рапортовал Вейрон. – Я… Т-тэя… (шипение)… обязательно… (шипение)…

Сигнал пропал, уступив место надоевшему белому шуму. Нейт выключил рацию. Несколько секунд просидели в тишине, юноша даже не рискнул повернуться в сторону напарницы.

- Скажешь хоть слово, и я тебя убью, - строго проговорила Тэя.

- Да я даже не думал, - уверил девушку Нейт.

Третий день прошёл без происшествий, а вот поздним вечером четвёртого дня, когда до берегов Адалии оставалось не больше суток, случилось неожиданное.

Вся команда, кроме дежурных, по обыкновению, собралась в общей каюте: кто играл в карты, кто разгадывал кроссворд или читал, а некоторые просто мирно беседовали. Вдруг в каюту влетела Лина, она посмотрела на Нейта и серьёзно сказала:

- Судно прямо по курсу.

- Враги, - нахмурился Ривз.

- Не знаю, но на борту я чувствую только одного человека.

Через четверть часа корабельный прожектор выхватил из темноты небольшой катерок с напуганным мужчиной на борту.

- Прошу вас, не стреляйте! – жалобно прокричал он. – Я безоружен.

- Профессор, Тай-Си?! – изумился Нейт.

- Они появились внезапно, - рассказывал профессор в каюте, когда диссонеры взяли его на свой корабль, накрыли пледом и дали горячий чай: мужчина был не только напуган, но и очень замёрз, на его катере несколько часов назад закончилось топливо, и он без энергии дрейфовал в открытом море.

- Три дня назад, - стараясь унять дрожащую челюсть, продолжал Тай-Си. – У берегов появился корабль. Всего один. На нём была Королева в сопровождении группы людей, человек сто, среди них её эпигон, как его, Эствуд…

- Сотня человек захватили страну? – изумилась Тэя.

- Этюды Королевы, - виновато ответил профессор. - Её магия… мы ничего не смогли противопоставить, у нас и армии-то толком нет, расчёт был на поддержку со стороны Кильвеи, но никто не ожидал, что Королева явится так рано. Потом появились монстры. Их было так много. В городе начался хаос.

Через несколько часов прибыли первые корабли Кильвеи, но монстров становилось всё больше, бухта кишела ими. Флот даже не смог толком к острову приблизиться, принял бой в открытом море. Нас к тому времени уже почти дожали. Я не стал ждать неизбежного и сбежал. Теперь уже и без ответов Изгнанника стало понятно, что мы совершили большую ошибку: нельзя было открывать проход к Фуксии. Появление Королевы в Адалии – прямое тому доказательство. Хотя многие из наших до последнего уверены, что она напала, потому что боится нового оружия…

Тай-Си замолчал, грустно уставившись в пол. Нейт какое-то время задумчиво наблюдал за учёным, затем осторожно спросил:

- Но как вам удалось сбежать?

- О! – оживился профессор. – Десять лет назад я руководил проектом по изучению газов с концентрацией нуминия не только в водороде и кислороде, но и в других, более тяжёлых. Даже ездить никуда не надо было: Краб – идеальное место. Мы проложили тоннели, которые выводили в каверны под землёй. Через недолгое время проект свернули за неактуальностью, а проходы запечатали, тут же забыв о них. А я помнил, и вот один из них спас мне жизнь – довёл из главной лаборатории до побережья, а там, на метеорологической станции, я взял катер. Только с топливом не повезло…

- Тоннель от побережья до главной лаборатории, - задумчиво проговорил Нейт, глядя на напарников.

- А от неё до Канала две сотни метров, - поддержал Кейси.

- Что ж, это наш шанс, - кивнула Тэя.

- Вы о чём? - робко вмешался в разговор Тай-Си.

- Похоже, профессор, - ответил Нейт, задумчиво глядя на учёного. – Ваш побег с Адалии, хоть и стал для нас судьбоносным, для вас же оказался не совсем удачным.

- Придётся вернуться? – сокрушённо спросил Тай-Си.

- Да.

- Но зачем?!

- У нас есть план, как остановить Королеву.

- Вдесятером?!

- Нет, зайчик, - Лина незаметно приблизилась к Тай-Си, так, что профессор отпрянул от неожиданности. – Нас теперь одиннадцать. Команда, уничтожившая Королеву! Как тебе? Да о нашем сражении легенды слагать будут! Памятник поставят! А?

- Только я не очень по сражениям, - затравленно пролепетал Тай Си.

- Не переживай, - энергично отмахнулась Лина. – Просто держись рядом с нами. Мы в обиду не дадим.

Профессор кивнул, но было видно, что слова интонера его не убедили.

- Ладно, - кивнул Нейт. – С этого момента готовимся к вторжению в Адалию. Нужно всё тщательно спланировать. Второго шанса добраться до Башни Света у нас не будет.

Глава 16. Два берега

- Здесь, здесь и здесь расположена артиллерия, - ровно говорила Фира, одетая в своё излюбленное пончо, правда, цвета хаки, на голове такого же окраса шапка с полями. Они с Вейроном склонились над картой, развёрнутой прямо на камне. – Пробиваться к ним – себе дороже: неудобная простреливаемая местность, да и охрана приличная. Лучше где-нибудь здесь и здесь. Тут лощина прикроет, а тут не сильно защищённые холмы вдоль гор.

Вейрон кивнул и взглянул на напарницу: ни намёка на былую дурашливость и лёгкость, лицо серьёзное, напряжённое, между бровями хмурая складка. К сожалению, перемены были вызваны не настоящими событиями: тяжёлый бой, усталость, приближение предстоящей развязки, которая пока складывалась не в их пользу. Нет. Такой девушка стала после событий в Орте. Тихой, слегка замкнутой, отстранённой. Конечно, раньше со своим непредсказуемым, непосредственным, нередко навязчивым поведением Фира была не подарок, но Вейрон всё же очень хотел, чтобы она стала прежней, жизнерадостной, открытой девушкой, с лица которой не сползала игривая улыбка.

Однако печать тоски была свойственна теперь почти всем однокашникам Клиффа, слишком быстро и жестоко им пришлось повзрослеть. Да, они выпускники военной академии, и их всю жизнь готовили к чему-то подобному. Но одно дело - читать о войне, и совсем другое - воевать. Убивать, калечить, терять близких, рисковать своей жизнью…

Станут ли они прежними, когда всё закончится? Нет. Но есть надежда, что получится жить со всем этим и при этом уметь радоваться жизни.

Королева ещё не победила, но уже смогла нанести рану каждому.

Вейрон невольно коснулся своей щеки. Интересно, как изменился он сам. Юноша тряхнул головой: сейчас не время думать об этом. Он выпрямился и громко сказал:

- Пойдём через лощину. Нужно отрезать вражеские подкрепления с запада.

Операция с громким, и на вкус Вейрона, слегка нелепым названием «Свобода» началась вчера поздним вечером. Застав противника врасплох, армии Стратары удалось продвинуться вглубь вражеских позиций, и даже нанести противнику существенный урон. Однако успех прорыва вскоре встал под большое сомнение. Катастрофически не хватало ресурсов: техники, боеприпасов, живой силы. И потому появился риск не просто захлебнуться в атаке, но и попасть в окружение.

Как только ажиотаж после того самого собрания, когда генерал Лим-Нокс предложил атаковать противника, прошёл, руководство страны подкорректировало план. Атаке, решило оно, быть, но не всеми силами, и целью было, в первую очередь – уничтожить «Длань Королевы». Пока основные силы теснят врага на восточной части побережья, группа полковника Ёры проникнет на позиции противника и при помощи захваченной береговой артиллерии (стратарской, силы Союза захватили её, когда высадились на берег) ударят по «Длани». После этого нужно было отступить на свои позиции и продолжать держать оборону, надеясь на помощь Кильвеи и Адалии: отчего-то, после доклада Вейрона о связи с группой Нейта, все решили, что секретное оружие против Королевы готово и непременно достигнет цели. Сам Клифф относился к этому скептически. Конечно, он верил в ребят, но что может маленькая группа против набравшей силы Королевы.

И ещё Вейрону казалось, хоть никто не хотел его слушать, что Нейт говорил вовсе не о пресловутом секретном оружии Адалии. И команда всего из трёх человек, следуя какому-то плану, попытается в одиночку противостоять величайшему злу человечества. А тут расклад не слишком оптимистичный, и козырь в рукаве должен быть очень весомым.

Однако Вейрон всеми силами пытался гнать упаднические мысли и отчаянно желал ребятам удачи.

Самому же юноше было чем заняться и о чём беспокоиться в первую очередь. Вейрон не просто участвовал в операции, но ещё руководил тремя ротами диссонеров, состоящими почти полностью из студентов Фиммы. Поначалу Клифф не слишком обрадовался положению дел. Как-то не хотелось руководить компанией чудиков, толком-то и в бою не проверенных: первая их битва не в счёт, там нужно-то было на кураже оттеснить противника. Тут другое дело, здесь нужно было действовать собранно и аккуратно, горячие головы только вреда делу нанесут.

Но Вейрон напрасно опасался. С дисциплиной, выдержкой и субординацией у ребят было всё в порядке. Хотя они по-прежнему оставались чудиками, и Вейрон был уверен, что их безропотное подчинение, по сути, чужаку, было во многом продиктовано победой Клиффа в той самой дуэли в Фимме. Ну да и ладно, главное – ребята выполняли поставленные задачи и не занимались геройской самодеятельностью.

Была ещё в этом отряде одна особенность, которая отличала его от других подразделений. Боевой дух. Ребята были бодры и решительны, они оптимистично смотрели на происходящее и были уверены в своей победе. Чего не скажешь о других.

Длительные боевые действия, потери, усталость – всё это сказывалось не только на солдатах Стратары, но и на диссонерах Орты и Эо. Еще больше деморализации добавляло и то, что враг как раз никакой слабости не проявлял: шёл буквально по головам своих павших товарищей, был жесток и беспощаден. Вейрон знал, этот феномен называется «сиреневое неистовство» - когда служение Королеве становится манией. Отмечалось, что у некоторых особенно преданных адептов, в основном эпигонов, даже глаза обретали сиреневый оттенок (отсюда и название). И всё же одно дело знать, другое – видеть воочию. Уверенность в своей правоте, фанатизм и готовность безропотно отдать свою жизнь на алтарь величия Королевы пугали.

Ко всему, серо-сиреневые низкие тучи уже два дня закрывали собой весь небосвод, не давая толком пробиться солнечному свету, часто можно было увидеть, как их рассекают бело-голубые полоски - падающие с Фуксии семена.

Кругом смерть, война и отчаяние, чем не конец света?

Нет уж! Они будут драться, будут защищать то, что им дорого. Победа не достанется легко, но, если не терять духа и действовать грамотно, они добьются её. Сейчас же нужно отвлечь на себя противника и отрезать подкрепления, чтобы группа полковника Ёры смогла уничтожить «Длань».

***

Пещера была прямая и широкая, будто созданная людьми, но Тай-Си уверял, что рукотворные тоннели значительно дальше.

Команда двигалась по дорожке вдоль стены, по левую руку тянулся желоб, по которому в море бежала вода. Речка была небольшая, не речка – ручей скорее, воды по щиколотку. И всё же идти там было невозможно: слишком уж скользко. Вот и приходилось вместо широкого, ровного прохода, пользоваться неудобной узкой дорожкой.

Диссонеры, направляемые профессором Тай-Си, смогли почти без помех причалить к метеорологической станции, и это несмотря на то, что вокруг кипела битва. Чудовищное зрелище: гигантские монстры неистово кидались на корабли, пытаясь утопить их, твари поменьше, выпрыгивали из воды или нападали на людей с воздуха. Ничего подобного Нейт в жизни своей не видел, хотя в силу своей работы неоднократно сталкивался с монстрами. Вот тебе и пластиковые шарики, препятствующие испарению нуминия. Нет, против истинной силы Королевы, это детские шалости.

В темно-сиреневых водах моря плавало бесчисленное множество трупов чудовищных левиафанов, но монстров это не останавливало, они продолжали бросаться на флот Кильвеи. Корабли выстроились в небольшие группы и старались приблизиться к берегу, оттесняя чудовищ. Битва шла уже давно, и сложно было оценить потери Кильвеи, сказать, сколько кораблей уже потоплено. Однако на воде ещё оставалось несколько десятков судов, люди ещё держались в этой страшной схватке с порождениями Фуксии, коими кишело всё Море Дюн.

Но несмотря на обилие монстров, маленькому катеру с одиннадцатью людьми на борту всё же удалось добраться до земли. У самого берега, правда, на них напала змеевидная тварь, имеющая слизистое упругое тело, покрытое шипами. Однако команде из десяти диссонеров не составило труда отбиться. Избавившись от мелких монстров на берегу, отряд поспешил в пещеру.

И вот уже почти час они двигались по тоннелю, освещаемому синими призрачными светлячками – этюдом Лины, стараясь не разговаривать, ребята напряжённо вслушивались в каждый звук. Пол пещеры полого поднимался вверх.

Что-то звякнуло впереди. Нейт, идущий во главе отряда, замедлился и стал всматриваться в темноту. Ему всё казалось, что вот-вот оттуда покажутся те мерзкие твари, которых он видел в Забытых Землях, вроде бы он уже угадывал очертания их неуклюжих тел и свечение возле голов. Вдруг локтя юноши кто-то осторожно коснулся. Иллюзия рассыпалась.

- Нам туда, - тихо проговорил Тай-Си, указывая в сторону. Там, в темноте, Нейт не заметил входа в другой тоннель, судя по ровным каменным плитам с металлической окантовкой, явно человеческого происхождения.

Нейт еле заметно кивнул и свернул в новый проход. Ещё через полчаса они дошли до массивной железной двери.

- Так, - нервно пробурчал Тай-Си. – Сейчас… - он понажимал кнопки, ничего не произошло. – Похоже, у нас проблемы, - он виновато посмотрел на ребят. – Электричества нет. Н-но вы не переживайте! Здесь, в пещере, должен быть запасной генератор. Если мы переподключим провода… перераспределим энергию… сейчас… дайте подумать…

Тэя закатила глаза, вздохнула, взмахнула рукой. В темноте ослепительно сверкнуло. Росчерк молнии ударил в панель двери. Во все стороны полетели искры. Дверь с грохотом отодвинулась и стала тихонько стучать о створку, туда-сюда, туда-сюда.

- Это было не слишком обдуманно, - с упрёком сказал Тай-Си.

- Главное сработало, - отмахнулась Тэя и зашла в проход.

Нейт пошёл за ней, подозрительно поглядывая на трясущуюся дверь: как бы не передумала и не захлопнулось, расплющив юношу.

Отряд оказался в каком-то техническом помещении: ведра, старые микроскопы, тележки, лопаты и прочее. Здесь тоже было темно.

- Отсутствие электричества – плохой признак, - задумчиво прошептал Тай-Си.

- Почему? – нахмурился Нейт.

- Открытие тоннеля требует невероятного количества энергии. Похоже, они все перенаправили на Канал, а значит, Королева скоро откроет проход. Если уже не открыла, - тихо закончил профессор.

- Значит, надо торопиться, - напряжённо кивнул Нейт. – Лина, что с людьми в здании?

- Секунду, - женщина закрыла глаза и с минуту простояла в оцепенении. – Около сотни, основная часть – чуть выше и севернее, - она, не размыкая век, указала рукой в сторону.

- Да-да, - нервно закивал Тай-Си. – Когда убегал, я слышал, они собирали там учёных, в конференц-зале…

- Ладно, - медленно проговорил Нейт. – Сделаем так. Кейси, ты с людьми Лины останешься в здании, ваша задача: устранить оставшихся солдат, чтобы они не ударили нам в спину. Постарайтесь не рисковать, действовать скрытно, думаю, со способностями интонеров это будет несложно. Как закончите, направляйтесь к нам.

Кейси кивнул.

- Ч-что делать мне? – робко поинтересовался Тай-Си.

- Вы, - Нейт задумался, посмотрел по сторонам. – Переждите здесь. Как только учёных освободят, присоединитесь к ним. Ну, всё, давайте!

Команды разделились. Нейт, Тэя и Лина двинулись в левое крыло здания. Ривз смутно помнил, что где-то там должен быть выход к дорожке, ведущей к Башне Света. Однако напрямую пройти, разумеется, не вышло. Мало того что ребята не знали плана здания, так ещё постоянно приходилось маневрировать, избегая подчинённых Королевы, благо способности Лины это позволяли делать легко. В итоге до нужного места добраться не получилось, команда по стечению обстоятельств дошла до центрального вестибюля.

- Там одиннадцать человек, - шептала Лина, глаза её были закрыты. – Сейчас ещё посмотрю… Налево, метрах в двадцати, ещё трое, снизу… так, так. Эх, вот бы план здания, было бы проще… Направо пятеро, но если ниже…

- Нет, - вздохнул, наконец, Ривз. – Больше петлять не будем, и так столько времени потеряли.

- Прорываемся? – согласно кивнула Тэя.

- Угу. И быстро к башне. Заодно отвлечём на себя внимание, чтобы Кейси справился быстрее.

- Хорошо, ты направо, я налево. Лина – поддержка.

- А? – растерялась девушка, глядя в удаляющиеся спины. – Поддержка? Что это значит? Что я должна делать?! – она неуверенно побежала за Нейтом и Тэей. – Эй!

Ребята ворвались в вестибюль. Противник находился в боевой готовности, но атаки со стороны тыла никак не ожидал. Тэя и Нейт продрались через их оборону, как нож сквозь масло. Используя этюды, - нуминиевое излучение в городе было не очень сильным - они перебили половину охранников. Солдаты не успели сделать и выстрела, прежде чем начался ближний бой.

Нейту даже не пришлось прибегать к револьверу с барьерами, хватило дубинки. Тэя же с двумя своими топориками справилась ещё быстрее, несмотря на то что у неё было на одного противника больше.

Вся битва заняла не больше двадцати секунд.

- Ух ты! – изумилась Лина, выглядывая из укрытия. – Стало быть, вот каковы диссонеры Орты в деле! Впечатляет.

Тэя показала большой палец вверх. Нейт же никак не отреагировал, он зачарованно смотрел на одного из поверженных солдат.

Он слышал этот миг. Теперь, избавившись от влияния Королевы, когда его способности изменились, когда он стал чувствительнее к резонансу, он слышал…

Последний миг, последняя мелодия. В ней было всё, боль, отчаянье, страх, сожаление. Но больше всего – бесконечное одиночество. Так погибают миры, так звучит смерть.

Нейт взглянул на Тэю, вспоминая о том, как она говорила, что не хочет и боится убивать людей. Чувствовала ли она то же самое? Слышит ли она последний отзвук погибшего резонанса? Должно быть - да. Об этом она и пыталась сказать когда-то.

Ребята научились жить с этим, наверное, научится и сам Нейт, но одно он знал теперь совершенно точно, после всего пережитого, после возвращения с того света, после соприкосновения с бесконечной Симфонией, после мелодии умирающего резонанса, он меньше всего бы хотел теперь отнимать чью-то жизнь.

И всё же это придётся сделать. Идёт война, и он обязан защищать близких, друзей и товарищей. К сожалению, для этого придётся убивать.

Что ж, чем быстрее он остановит Королеву, тем быстрее закончится война, и тогда никому из них не нужно будет…

- Ну что? – вопросительно улыбнулась Тэя, не зная, как относиться к странному взгляду Нейта. – Идём?

В коридоре, из которого пришли ребята, послышался топот ног. Лина поспешила выбежать на улицу, Тэя за ней. Нейт ещё раз окинул взглядом поле боя и присоединился к девушкам.

***

«Офицер без чести, что собака без хозяина». Так часто говорил один из преподавателей военной академии, где учился Кайл Ёра. Капитан Рёист Горд, так его звали, хотя курсанты говорили: капитан Гроб, за крупные, угловатые габариты и грубое поведение. Немногое капитан дал молодым соискателям в офицеры, предметы он вёл скучно и бессодержательно, полезнее учебник было прочитать, но эта фраза глубоко засела в памяти Кайла.

Совсем юный тогда ещё курсант дал себе слово никогда не отступать от этого правила. Правда, сам себе он смутно представлял, хоть никогда бы в этом не признался, что такое честь, и что значит, лишиться её. Конечно, в общих представлениях, описанных в книгах, о совести, о честности, о нравственности, смелости и прочем, всё понятно, но это несколько абстрактно, даже романтично. А что в жизни? Разумеется, Ёра точно знал, что никогда не струсит, не предаст, сделает всё, чтобы защитить свою страну и её жителей. Но как быть с совестью и нравственностью? Что есть хорошо, а что плохо? В книгах, опять-таки, всё понятно. Но в жизни.

Предположим, его отряд (Кайл часто проигрывал в воображении подобные ситуации) накрыл вражеских диверсантов. Приказ был пленных не брать: законы военного времени плюс ситуация вышла такая, неважно, надо расстрелять. И вот две страны, у каждой свой кодекс законов, своя политика, своё мировоззрение, но что-то случилось, землю не поделили, обиду друг другу нанесли или ещё что, и началась война. И там, и там люди. И там, и там хотят жить в мире, честно трудиться, защищать свои границы, любить, дружить, радоваться, и не так уж они друг от друга отличаются. Но во время войны каждая страна видит во враге зло. Враг хочет нас уничтожить, он аморален и бесчестен, мы должны бить его, чтобы защитить себя.

И так думают с каждой стороны. Где же тогда правда? Где мораль? Вот стоят пред ним такие же солдаты, как и он сам, с приказом бить врага, защищать свою страну, оберегать её жителей. В чём же противник не прав? Но Кайл даёт приказ «пли»…

Все эти нелёгкие философские размышления не сломили Ёру и не испортили ему карьеру. Он выполнял свою работу, исполнял долг честно и достойно. А харизма командира и острый ум помогли ускорить продвижение по службе. Через десять лет после окончания академии Кайл получает майора. Молодого и очень перспективного офицера замечает легендарный генерал и приглашает к себе на службу. О чём тут думать? С неописуемой гордостью Ёра поступает в распоряжение генерала Шарль-Гира.

Через четыре года начинается война.

Но и во время нелёгких испытаний в бою Кайл никогда не изменял своим принципам и убеждениям. Честь и порядочность офицера превыше всего, он должен оберегать своих солдат, свой народ, свою страну. Его нравственный образ должен быть безупречен.

Кайла нельзя назвать святым человеком. Бывало, дебоширил, был замечен в некоторых не совсем благочестивых интрижках с противоположным полом, в общем, джентльменский набор каждого уважающего себя молодого офицера. Но всё, что касалось службы, никогда не было запятнано. За этим Кайл следил до фанатизма строго.

Вдобавок ему повезло с начальством, которое отстаивало такие же убеждения. Для Ёры Шарль-Гир был эталоном офицера.

Но вот его амбициозный начальник идёт выше, так высоко, насколько это возможно. Становится руководителем страны, президентом. Государство в глубоком кризисе, решение вызвано острой необходимостью спасти положение, и всё в таком духе, и всё понятно, но…

Ёра точно знал, что военный человек не должен руководить страной. Из этого не получится ничего хорошего. Так оно и вышло, даже гораздо страшнее…

Поначалу решения и действия генерала в новой должности не слишком беспокоили Ёру. Но, чем дальше, тем больше. Многое бы простил Кайл любому другому, но не безупречному в его глазах Шарль-Гиру.

Однако всё это были цветочки. О том, что всё плохо, и близка какая-то развязка, Ёра в отчаянии подозревал ещё за месяц до знаковых для всего мира событий в Дельге. Однако когда приехал Нейт с ребятами, у полковника почему-то появилась надежда. Вдруг они, принеся мудрые заветы от Крипелина или напомнив о правильных вещах, оставленных Шарль-Гиром во временах его молодости или хотя бы в бытности его генералом, напомнят о… направят на… Завершить мысль Ёра затруднялся.

Надежда его была иррациональна и, как выяснилась позже, пуста. Шарль-Гир служил Королеве…

Кому же тогда служил сам Ёра? Что бы сказал покойный ныне капитан Горд?

Страх, тоска, но самое главное – стыд, тяжёлым грузом легли на сердце, всему миру теперь грозила опасность, но личная трагедия какое-то время затмевала собой всё. Даже на прощание с генералом он не пошёл, потом, правда, выяснилось, что на церемонию никого и не пускали, кроме избранных, ими оказались сама Королева и несколько её приближённых.

Первая мысль – подать в отставку и сбежать, но оставались ещё ребята, с которыми он много лет служил вместе, с которыми воевал. Пришлось остаться и осторожно выжидать момент, выяснив попутно, кто не согласен с перспективой служить Королеве.

К великому сожалению Ёры, таких оказалось немного. Люди, как с ума посходили. Все без сомнений клялись в верности Королеве, будто она для них святыней была. Тех, кто сомневался, быстро переубеждали примером Шарль-Гира, который, оказывается, много лет «дружил» с Королевой, облачая лживых, продажных политиков, доведших свои страны до кризиса и войн.

В общем, Ёра смог собрать всего шестьдесят два человека. Тех, кому доверял, кто полностью разделял его убеждения, тех, кто, как и он, были опозорены и обесчещены.

Дальше нужно было ждать подходящего момента. Он подвернулся довольно скоро – атака на Орту.

С тех пор для полковника (пожалуй, теперь уже бывшего) и его подопечных началась новая служба. Они получили возможность искупить ошибки, восстановить свою честь. Ёра знал, такое в жизни бывает нечасто, и намертво вцепился в эту возможность.

И вот он со своими людьми оказался здесь, в гуще событий, почти в самом тылу противника.

Небольшой отряд полковника расположился в небольшой ложбинке между двух невысоких скал. Сзади вёлся ожесточённый бой, а перед ними, у самого обрыва, ведущему к морю, расположилось два дота с четырёхсот шестимиллиметровыми пушками.

Маленькому, всего из пятнадцати человек, отряду удалось почти невозможное: посреди военных действий, пересечь линию фронта, дойти до самого тыла противника и при этом остаться незамеченным. Но тут, на самом финише, возникла значительная трудность: доты хорошо охранялись, и даже если бы удалось захватить их, подоспела бы помощь с левого фланга обороны, там внизу, под крутыми склонами холма, в резерве ожидал целый полк, расположившийся на точке базирования артиллерийских орудий калибром поменьше, чем те, что стояли здесь.

Прикинув все возможные варианты, всё-таки Ёра многое знал о принципах структуры берунской армии, и знания эти помогли пробраться так далеко, полковник понял, напрямую не подойти. Он послал двух людей разведать западный склон скалы и прилегающих территорий. Может, оттуда удастся пробраться к дотам.

Ёра сидел на другой стороне лощины и наблюдал за ходом сражения. Вдруг его тихонько постучали по плечу. Это был лейтенант Кант, его заместитель.

- У нас проблемы, сэр, - мрачно сказал он и кивком головы попросил следовать за ним.

Они прошли к противоположной стороне лощины и осторожно высунулись в проём, выходящий на берег.

Громоздкое, неуклюжее, ещё более уродливое, чем «Копьё Осмонда», оружие с невероятно прицельным огнём даже на дальних дистанциях - «Длань Королевы». Наличие всего двух спутников вынудило корабль подойти почти вплотную к берегу: окно наблюдения будет маленьким, а бить противник собирается наверняка. И раз «Длань» после длительной стоянки на самой границе рейда начала двигаться к берегу, значит, спутники почти на месте, и скоро будет произведён запуск ракет.

Конечно, всю армию орудие не уничтожит, едва ли произведёт больше двух-трёх запусков, навряд ли Союз смог наштамповать больше ракет, и всё же даже этого хватит, чтобы окончательно деморализовать противника.

Войны выигрывают не те, у кого армия больше, а те, чей дух выше. Ёра это отлично помнил. А ещё он помнил, какое впечатление вызывает удар ракетной установки. Нельзя допустить запуска, это будет губительно для Стратары и Гармоний.

- Проклятье, - процедил Ёра.

Через минуту вернулись разведчики.

- Сэр, там узкая дорожка вдоль обрыва, ведёт прямо к башне с дозорным, ещё и спрятаться негде. Короче, лучше уж здесь пробираться.

Ёра задумчиво кивнул, уставившись себе под ноги. Нужно было что-то решать, ждать больше нельзя. Вдруг где-то в стороне послышались взрывы и выстрелы, причём рядом, в тылу противника.

Кайл осторожно высунулся из укрытия. В это сложно было поверить, но левый фланг обороны противника был атакован. Как Стратара пробилась так далеко, оставалось только гадать. Ёра взглянул в бинокль. Ну, конечно! Кто же ещё? Вейрон Клифф, со своими тремя сотнями сорвиголов с Фиммы. Ох, не зря по сводкам Союза он проходит как «особо опасен», под личиной простака скрывался острый, хитрый ум и небывалая отвага.

Часом ранее Вейрон занял позицию, разрывающую фланг противника и перекрывающую поддержку основным силам врага. Теперь решил идти дальше, не иначе для того, чтобы дать возможность диверсионной группе действовать, оттянув резервные силы противника на себя. Рискованный и отчаянный ход, но пока он работал: полк, стоящий внизу, двинулся навстречу диссонерам.

- Лучшего момента не будет, - бодро сказал Ёра. – За мной!

Враг, обеспокоенный прорывом на правом фланге, пропустил атаку группы полковника. Дальний дот в секунду забросали дымовыми шашками и осколочными гранатами. Отряд Ёры, разделившись на две группы, атаковал ближайшее укрепление. Нужно было действовать быстро, чтобы противник не успел забаррикадироваться в орудийных башнях, потому-то и было решено напасть сразу с двух сторон, так было больше шансов прорваться в один из входов, и самим запереться в башне, вступив в бой с персоналом внутри.

Успели. Причём в обоих местах. Но возникла другая проблема: противник не успел забаррикадироваться, потому что двери попросту не работали, их зачем-то отключили. Видимо, никак не ожидали такого поворота событий: возможности захвата орудий. Пришлось вести бой в трёх точках, защищая проходы и зачищая помещение.

Грохот стрельбы и звон пуль в закрытом металлическом помещении оглушали, до боли раздражая барабанные перепонки. Всё звенело, мелькало, гремело. Люди кричали, кто-то от боли, кто-то, отдавая приказы, третьи просто от злости.

Через несколько минут всё утихло, слышен был только бой снаружи.

- Подать энергию на двери! - прогремел командный голос Ёры. – Потери?

- Подключаю двери, - послышалось из-за угла.

- Потери – пятеро, - голос с другой стороны. – Где Томас? Нет, шестеро. Двое ранены. Не тяжело.

- Состояние оружия.

- Веду диагностику. Включаю системы.

- Сэр, «Длань» готовит орудия! – прокричал солдат, стоявший у одного из визиров.

- Чёрт! Поторопимся!

- Системы в норме! Снаряды есть!

- Наконец-то, - пробурчал Ёра и направился к основному визиру.

Полковник имел военную специальность наводчик, и несколько лет служил как раз в береговой обороне. Всё ему здесь было знакомо и понятно, отчасти, поэтому Ёра и вызвался на эту миссию. Какое-то весёлое возбуждение захлестнуло полковника.

- Готовность?

- Есть снаряд!

Он в своей стихии, он знает, что делать, знает с кем, почему и зачем борется.

- Наводка на движущую цель!

Он выполнит свой воинский долг перед обществом. Перед теми, кого должен защищать.

- Есть цель!

Он внесёт свой вклад в победу.

- Четыре, три, два, один…

Всё просто и ясно, что есть правильно и неверно, что есть достоинство и что бесчестие.

- Огонь!

Земля содрогнулась, в ушах зазвенело. Ёра стиснул зубы: в визир было видно, как снаряд всколыхнул дыбом воду рядом с кораблём.

- Вправо – шесть, - доложил солдат у второго визира.

- Подать снаряд! – командовал Кайл. – Правее ноль-ноль-один.

- Сэр! – крикнули за спиной. – Они разворачивают орудия снизу в нашу сторону!

Ёра поморщился. Но ничего не ответил. Броня дота не рассчитана на удар сзади и, может, одно прямое попадание выдержит, но не больше, да ещё с такого расстояния.

Внизу глухо щёлкнуло, заскрежетало. Секунды текли, словно в густом месиве, как во сне. Ещё щелчок. «Давай же, давай же», — шептал про себя Кайл. Щелчок погромче.

- Снаряд на месте!

- Четыре, три, два, один. Огонь!

Снаряд ударил в борт у носа и рикошетом отлетел в воду. Корабль качнуло, но и только. Кайл тяжело вздохнул и прикрыл глаза.

- По касательной, - доложили сбоку. – Вправо-чет…

- Слушай команду! – перебил полковник. – Уходите через лощину, к группе Клиффа! Выполнять!

Ёра отдавал приказ, не отрываясь от визира и внося поправки.

- А вы?

- Я доделаю. Снаряд!

Внизу щёлкнуло. На протяжении нескольких секунд ничего не происходило: ни звуков шагов, ни выстрелов, ни визга открывающихся дверей. Ёра удивлённо обернулся. Вся его команда занималась приборами, уходить никто не собирался.

- Я сказал отступать! – рассвирепел Кайл, это было впервые, когда его команды ослушались. Никто с места не сдвинулся, - Это приказ! – отчаянно прокричал Ёра.

- Снаряд в барабане! – равнодушно, но с напряжением в голосе отозвался лейтенант.

- Чёртовы упрямцы, - проворчал Кайл и повернулся к визиру, пряча грустную улыбку.

- «Длань», активирует установку.

- Хрен вам,- злобно прошептал Ёра, заканчивая с поправками.

- Снаряд готов!

- Четыре, три, два, один. Огонь!

Кайл прищурился, в голове стало пусто, всё решится сейчас, четвёртой попытки уже не дадут. Полковник сам стал снарядом, он мчался, со свистом рассекая воздух, вдыхая аромат моря, любуясь этой бесконечной синью, которая не потускнела даже под тяжёлым сиреневым небом. Да, он несёт смерть и разрушение, таким его создали. Но сейчас с ним ещё надежда и, может быть - спасение.

Снаряд ударил в борт прямо под ракетной установкой. Корабль неестественно выгнулся и почти исчез за вспышкой пламени и дымом.

- Да! Есть! Съел?! – разнеслось с разных сторон.

Полковник развернулся к своей команде и с тёплой улыбкой проговорил:

- Ребята, для меня было чес…

***

Вейрон с небольшой командой занял пулемётную точку на вершине холма за лощиной, отсюда открывался неплохой обзор на позиции врага, море и крупнокалиберное орудие у скал.

Клифф совершил опасный манёвр, рискуя завязнуть на фланге, попасть в окружение и под огонь орудий береговой обороны, ведь некоторые пушки могли вращаться на триста шестьдесят градусов. Но решение было вынужденное, нужно было оттянуть резервные силы противника на себя.

План сработал даже лучше, чем ожидал Вейрон: противник, например, не торопился разворачивать орудия в их сторону.

Первый выстрел из крупнокалиберной Клифф пропустил, он как раз сражался за пулемётную точку. Позже он увидел, что снаряд прошёл мимо.

Шесть пушек под пологим склоном скалы стали медленно разворачиваться в сторону позиции полковника.

- Проклятье, - прошептал Вйрон. Остановить орудия он не мог: слишком далеко, да и в любом случае их броню этюдами пробить будет непросто.

Прогремел второй выстрел. Клиффу показалось, что попали: корабль скрылся на мгновенье за фонтаном брызг. Опять мимо. Пушки нацелились на дот.

- Ну же, ну же, - приговаривал Вейрон, глядя в бинокль.

Звуки боя, как будто притихли, словно люди на берегу сосредоточили своё внимание на артиллерийской дуэли. Попадёт ли пушка, успеет ли поразить «Длань», или быстрее окажутся орудия снизу.

Секунды таяли. Стучали пульсом в висках и горле. Залп! Кто выстрелил, куда? Море! Вейрон повернул бинокль, одновременно с криками ура. «Длань Королевы» распустилась красно-серым цветком. Однако Клифф общей радости пока не разделял, он снова посмотрел на дот.

- Ну, давайте, сваливайте уже! Они ведь…

Шесть выстрелов слились в один общий грохот. Пыль и дым быстро поглотили языки пламени, которое через несколько секунд всё равно расцвело на месте, где был дот с четырёхсот шестимиллиметровой пушкой.

Вейрон зажмурился, плотно сжав челюсти.

- Чтоб вас всех!.. – непонятно к кому обращаясь, пробурчал юноша.

- Вейрон, - послышался за спиной обеспокоенный голос Фиры. – Задание выполнено, надо уходить, долго нам здесь не продержаться!

Клифф кивнул, развернулся и громко, обращаясь в первую очередь к командирам подразделений, прокричал:

- Слушай команду! Отходим в том же порядке, через лощину, диссонеры поддержки, а также земли и льда обеспечить прикрытие. Главная задача – минимизировать наши потери, а не нанести урон врагу. Отступаем к главным силам!

Вейрон повернулся к пылающему доту и шёпотом сказал:

- Спасибо Кайл, - затем посмотрел на юго-восток и так же тихо добавил:

- Теперь дело за вами, ребята…

***

Первое, на что обратил внимание Нейт, когда выбежал из лаборатории: несколько кораблей Килвеи подобрались к берегу, и бой уже шёл на суше. Это хорошо, значит, способности Королевы и силы монстров не безграничны.

Ребята побежали вверх по холму, маневрируя между различными постройками и отбиваясь от существ с Фуксии. Кого здесь только не было: больших, маленьких, похожих на насекомых, напоминающих пресмыкающихся, ранее встречаемых и тех, кого диссонеры видели впервые. Зубы, когти, броня, у некоторых даже способности к изменению резонанса. Чёрт знает что.

Приходилось использовать все силы и всю прыть, чтобы отбиваться от их атак, ведь избегать встреч с врагом уже не получалось. Осложняло ситуацию ещё и то, что этюды из-за излучения нуминия не всегда работали стабильно.

Тэя ураганом молний орудовала своими топориками, Нейт отбивался дубинкой и разил ледяными пиками, Лина, стараясь не попасть под руку, добивала раненых, или прикрывала товарищей. Этюды у неё были в основном вспомогательные, связь с каким-то Малым духом (как выяснил Нейт во время путешествия, все люди общины имели связь с Малыми духами, а диссонеров с Высшими духами называли порчеными, нетрудно догадаться почему, если учесть, что за всем этим стоит профессор Хтольн), но владела она своими этюдами очень профессионально.

Примерно на полпути к башне диссонеры совсем застряли в сражениях, а время шло. Нейт заметил над Каналом столб призрачного света. Юноша стиснул зубы, сделал несколько шагов вперёд, дорогу ему перегородила тварь точь-в-точь как та, с которой он сражался в пещере при прохождении испытания. Существо поочерёдно выбросило вперёд правую, потом левую лапу. Обе атаки Нейт отбил, вспомнил, что в прошлый раз после второго такого удара у него сломалось мачете, юноша усмехнулся и злобно проговорил:

- Что, это тебе не по зубам?

Уклоняясь от атак, Нейт короткими ударами дубинки ломал конечности, дробил панцирь. Тварей было несколько, Ривз, продвигаясь вперёд, наносил урон каждой, но не останавливался, чтобы добить, этим занималась Лина.

«Костяные крабы» закончились, но только Нейт пробежал несколько метров, как на него из переулка выскочил новый враг. Вытянутая, почти двухметровая шея чудища крепилась к мощному телу, которое было негусто покрыто костяными наростами, торчащими из спины в разные стороны, словно колосья травы. Туловище заканчивалось двумя широкими, но короткими когтистыми лапами и длинным хвостом. Тварь имела что-то вроде рудиментарных крыльев, у которых был такой же изгиб суставов, как у летучих мышей, они выполняли опорную функцию передних лап. Сравнительно маленькая голова с вытянутой пястью была увенчана серповидными рогами. Монстр запрокинул голову, будто собираясь изрыгнуть пламя. Всё — от внешнего вида до поведения существа напоминало чудовище из сказок. В голове Нейта даже пролетела неуместная мысль: башня, принцесса, как же без дракона!

Ривз бросился в сторону, мимо что-то с шипением пролетело. Но не пламя – кислота. Плевок попал на одного из «крабов» и мигом разъел броню членистоногого. Дракон взревел и начал протискивать своё тело в проём между домами.

- Ну уж нет, - прохрипел Ривз и бросился в атаку.

Вокруг юноши и дракона, образовались чёрные круги, один даже на земле. Наперерез Нейту кинулось два «краба», одного тут же пригвоздило сосулькой, другому, юноша, увернувшись от атаки, раздробил лапу, затем ещё одну и вонзил в тело ледяной диск. Дракон к тому времени почти выбрался из переулка, но Ривз уже был близко.

Два ледяных копья протаранили шею чудовища, повредив кожу, но, не нанеся значительного урона. Нейта швырнул вверх ледяной блок, юноша со всего маха обрушился ударом дубинки на морду дракона. Появившийся из-под земли ледяной шип, пронзил нижнюю челюсть. Дракон дёрнул головой, поднимая её, но четыре водяные плети обвили шею монстра и снова притянули её к земле, из которой вырвался целый веер ледяных сталагмитов.

Как только чудовище издало последний вздох, все этюды исчезли, оставляя после себя серебряную пыль.

Рядом с Нейтом оказалась напрасно спешившая на помощь Тэя.

- Ничего себе! – восхищённо воскликнула она. – Когда это ты так научился?

- Долгая история, - вздохнул Нейт. – Но если коротко, сделал в жизни правильный выбор.

- Хе-хе, - одобрительно посмеялась девушка. - О, смотри, ребята!

Из-за угла, со стороны лаборатории, на поле боя появился Кейси со своим отрядом.

- Ну, теперь дело пойдёт быстрее, - облегчённо проговорил Нейт, чувствуя, как времени остаётся всё меньше и меньше. Он был уверен, что если Королева достигнет своего алтаря на Фуксии, то Агату будет уже не спасти.

Объединившись со второй командой, ребята действительно стали продвигаться быстрее и действовать эффективнее. Вот они уже вышли на вершину холма, к воротам, за которыми находилась Башня Света. В этот момент внизу послышался оглушительный грохот, одно из технических зданий разлетелось в щепки. Разрушая преграды на своём пути и расталкивая своих собратьев, к команде диссонеров двигался настоящий гигант. Он чёрной тенью взмыл в воздух, перепрыгивая ребят, приземлился рядом с воротами, развернулся и ощетинился, выставляя передние лапы вперёд.

- Дьявол, - поморщился Нейт.

- Крон, - заворожённо произнесла Лина. – Король кронов.

- Старый знакомый? – усмехнулась Тэя, хотя в голосе и в выражении лица читалось напряжение.

Да, монстр напоминал нейтовского Дьявола, но был в полтора раза крупнее, кожа его имела тёмно-бордовый цвет, на голове, почти до середины спины тянулось два волнистых рога, хвост заканчивался увесистым набалдашником с двумя загнутыми лезвиями, придающими сходство с якорем. Пожалуй, Лина права, воистину – король кронов.

- Что-то вроде того, - ответил Нейт Тэе. - Будьте осторожны, это тварь очень опасна.

- Да уж заметно.

- Лина, вы с ребятами возьмите на себя монстров позади. А мы втроём разберёмся с этим.

- Уверен? – недоверчиво спросила девушка, не спуская глаз с гиганта.

- Да, прикрывайте, - бросил Нейт уже на ходу. – Как появится возможность, поможете.

Тварь была такая же ловкая и быстрая, как Дьявол, размеры и тут не были помехой, вдобавок крон обладал двумя этюдами. Первый – всё тот же оранжевый шар из пасти, второе – фонтан ярко-зелёных молний, которые фокусировались и скапливались возле рогов, а потом били в разные стороны.

Кейси пытался деморализовать монстра своими этюдами, Тэя била издалека, винтовку она с собой не взяла в угоду манёвренности, поэтому обходилась пистолетами-топориками да молниями. Нейт прикрывал группу ледяными блоками и щитами из револьвера, изредка находя секунду, чтобы послать в монстра излюбленную ледяную пику.

Бой был сложным. Любая атака монстра могла быть смертельной, сам же крон от атак диссонеров, вообще, казалось, не получал вреда, тем более, учитывая, что этюды работали нестабильно.

После того как ребята увернулись от очередного фонтана молний, Тэя вдруг озабоченно произнесла:

- Эти молнии настоящие.

- Да что ты, - саркастично заметил Нейт.

- Я имею в виду, что, несмотря на необычный цвет, это электричество.

- И что?

- У меня есть план. По моей команде помоги мне забраться ему на спину.

Снова закружились в бою. Через несколько минут у рогов засверкали молнии.

- Нейт, давай! - прокричала Тэя и бросилась к монстру, обходя его сбоку.

Тварь взмахнула хвостом, но девушка увернулась подпрыгнув. Нейт на ходу выстрелил из револьвера - Тэя приземлилась на щит, перепрыгнула на следующий, Ривз спешил к ней, ещё прыжок. Девушка красиво зависла над самой спиной, замахнувшись обоими топориками. Рога осветились каскадом молний, но все их всполохи магнитом потянулись к искрящимся топорам Тэи. На миг всё вокруг озарила ослепительная вспышка. Тэя приземлилась на спину монстра и со всего размаха ударила топориками по рогу – ещё одна вспышка и сноп искр. Здесь подоспел Нейт, он повторил манёвр Тэи и приложился по тому же месту дубинкой. Рог сломался пополам. Тварь взревела, вставая на задние лапы и стряхивая со спины людей.

Тэя и Нейт с помощью всё тех же щитов удачно приземлились на землю. Девушка, наблюдая за агонией монстра, сдерживаемого путами Кейси, радостно подняла руку вверх, ладонью к Нейту. Ривз неохотно дал пять.

Однако бой ещё не был окончен. Монстр лишился одного своего этюда, но бился теперь с удвоенной яростью. Впрочем, при этом стала страдать его оборона, и медленно, но верно, изучив модель поведения и атак, диссонеры все больше наносили повреждений и выматывали противника.

Что-то громыхнуло. Луч над башней стал ярче и плотнее. Ребята растерянно переглянулись. Тэя поморщилась и неохотно произнесла:

- Нейт, мы отвлечём тварь на себя, а ты иди. Агата не может больше ждать.

Нейт нервно облизал губы, посмотрел сначала на напарников, потом на монстра, который тоже взял паузу, чтобы перевести дыхание.

- Уверена? Справитесь?

- Мы-то справимся, я больше за тебя беспокоюсь, тебе ведь с Королевой придётся столкнуться.

- Со мной все Высшие духи, - слабо улыбнулся Нейт. – Что может пойти не так?

- Как сможем, мы сразу к тебе, - взволнованно говорила Тэя. – Но прошу тебя, будь осторожен и… если сможешь… верни её…

- За этим я туда и иду, - сосредоточенно ответил Нейт.

- Удачи, дружище, - Кейси неловко ударил напарника по спине. – Увидимся в башне.

Нейт кивнул и побежал к воротам, монстр наперерез. Ривз взмахнул рукой, из пятна на земле перевёрнутым конусом ударил фонтан воды, в него тут же угодила молния Тэи. Монстр взревел, его откинуло назад, он попытался встать, но лапы, шею и хвост оплели чёрные шипастые нити. Крон запрокинул голову, у пасти начал формироваться оранжевый сгусток. Как только Нейт юркнул в узкую щель между створками, в ворота ударил плазменный шар. Массивные, железные двери покорёжило, выгнуло, но все же они устояли, правда, путь назад для Нейта теперь был отрезан, даже не было возможности взглянуть, что происходит за воротами.

Обежав Канал сбоку в попытке найти возможность попасть внутрь, Нейт обнаружил широкую арку, которая слепо таращилась чёрным провалом в пустоту, и замедлился: у входа в Башню Света стоял человек…

Глава 17. Диссонер, эпигон, Королева

- Она говорила мне, что ты жив, - лениво сказал Эйз, вытаскивая меч из ножен. – Однако я до последнего не верил. Я ведь проткнул тебя и сбросил в ту яму, но ты феноменально живуч. Как таракан. Даже каким-то образом победил кристаллизацию. Но, - притворно вздохнул Эйз и осклабился, - судьба снова привела тебя ко мне. И уж второго шанса я тебе не дам.

Нейт смотрел на эпигона и молчал. В памяти против воли возникали образы: добряк Райкос, непредсказуемая и обаятельная Нира, разрушенная Гармония, девочка, стыдливо прикрывающаяся пледом. В душе кипел гнев. Нейт прислушивался к этому чувству за тем, чтобы его победить. Он пришёл не ради мести, не ради убийства…

Юноша прикрыл глаза.

Клянусь свято соблюдать долг диссонера, защищать слабых и угнетённых, помогать им.

В груди клокотала злость. В висках стучал пульс.

Использовать свою силу во благо человечества и для борьбы с силами Алой Королевы.

Глубокий вдох.

Соблюдать законы и принципы братства, поддерживать единство со своими товарищами.

Перед ним просто очередной враг, прислужник Королевы. И он должен выполнить свой долг.

Не попрать честь и достоинство Гармоний.

Он не убийца, не мститель, даже не солдат.

Длинный выдох.

Он - диссонер.

Глухим щелчком активировалась дубинка. Нейт открыл глаза. В этот момент Эйз налетел на него с мечом. Ривз отбился. Противники закружились в смертельном танце.

Эйз прекрасно знал, что превосходит Нейта в искусстве создания этюдов, но всё равно начинал битву с ближнего боя. Это была полуосознанная попытка установить превосходство и здесь, доказать, что он лучше во всём.

Однако сделать это было нелегко. Дубинка мелькала с разных сторон. Нейт перемещался так, словно был частью водного потока, то плавного и спокойного, то бурного и стремительного. Он постоянно сокращал дистанцию, сходясь с Эйзом вплотную, отчего у эпигона почти не оставалось пространства для атаки. Не получалось даже мечом толком взмахнуть.

За несколько секунд Эйз пропустил несколько атак: болезненный тычок локтем в грудь, удар ноги в бок и в бедро. Эпигон сместился в сторону и крест-накрест рубанул мечом. Нейт плавно ушёл от обеих атак и, извернувшись, ударил сам. Дубинка угодила Эйзу в плечо, если бы юноша вовремя не дёрнулся в сторону, дело могло бы закончиться переломом.

Эпигон зашипел от боли и отпрыгнул назад. Из-под земли, там, где он только что стоял, вырвались гибкие путы и бросились на Нейта. Двумя короткими взмахами юноша разбил их в пыль. Но главного Эйз достиг – смог увеличить дистанцию. В ход пошли этюды.

Три каменных булыжника попали в водяные пузыри и под высоким давлением раскололись в щебёнку. Ледяной диск-пила разбился о земляную стену. Пламя, лёд, земля, вода, в безумном вихре этюдов едва угадывались две мечущиеся человеческие фигурки.

Вдруг Эйз остановился, закрыл глаза и выставил перед собой меч, держа его одной рукой за рукоять, другой за кончик лезвия. Эпигона опутало плотное сиреневое сияние, оно обрело форму гигантской змеи. Несомненно – сила Королевы. Призрачная рептилия разинула пасть и бросилась на Нейта. Юноша отскочил в сторону, перекувырнувшись через плечо, и ударил дубинкой. От змеи, словно от желе, откололось несколько кусочков, но не похоже, чтобы это как-то навредило ей. А вот Нейт, случайно коснувшись пальцем волшебной рептилии, почувствовал сильную слабость во всей кисти.

Змея выгнулась и снова кинулась на Ривза. Юноша увернулся и побежал к Эйзу, маневрируя так, чтобы не попасть под траекторию магии Королевы. Добежав до противника, он нанёс два быстрых удара, эпигон отбился, Нейт в мгновение переместился ему за спину, почти достал дубинкой, но Эйз дёрнулся, избежал удара. Далее Эствуд призвал дождь из мелких каменных пик, и Нейту пришлось отступить, а потом ещё спешно уклоняться от подоспевшей змеи.

Ривз резко развернулся, вскинул левую руку вверх, из чёрного пятна недалеко от Эйза появился ледяной клинок, он, со свистом рассекая воздух, крутанулся в сторону эпигона. Эствуд никак не ожидал такого манёвра, юноша беспомощно прикрылся рукой, и, казалось бы, бой сейчас и закончится, но тут вмешалась змея, она прикрыла хозяина своим телом. Меч «прорубил» призрачное свечение, оставив значительную рану. Нейт задумчиво нахмурился: значительно эффективнее дубинки.

Ривз побежал от противника, увеличивая дистанцию, через сто метров резко развернулся и встал, наклонившись вперёд и опустив одну руку почти до земли. Вокруг стали появляться чёрные круги с оранжевой окантовкой.

Змея распрямила своё тело и стрелой понеслась к цели, но тут, со всех сторон на неё накинулись ледяные клинки. Они веером кружили вокруг рептилии, рубя её на куски. Змея извивалась, распадалась на части, теряла форму, и наконец, совсем исчезла, взорвавшись снопом сиреневых искр.

Из восьми клинков осталось только три, они избрали для себя новую цель – Эствуда. Эйз выгадал момент и разбил все три клинка огромным булыжником. Как только пыль немного осела, он увидел, что Нейт уже бежит к нему. Эпигону оставалось лишь ошеломлённо гадать, откуда у диссонера столько сил, раньше он значительно уступал Эйзу в искусстве изменения резонанса. В Усыпальнице Героя Эствуду с недавно приобретёнными силами Королевы, вообще не составило труда разделаться с Ривзом. Но теперь…

Эствуд оскалился и вызвал следующий этюд.

В сторону Нейта, раздирая каменистую почву холма, мчался поток сталагмитов. Он, словно каменный дракон, наполовину скрывшись под землёй, с низким, раскатистым рёвом мчался к своей жертве.

Нейт резко затормозил, выставив левую ногу вперёд, взмахнул рукой, будто рассекая что-то перед собой. Каменный дракон налетел на ледяную плиту, установленную к поверхности под острым углом. Небывалый фонтан земли вперемешку с осколками льда взмыл в небо, почти сразу исчезая в воздухе потоком голубых искорок.

Эйз на секунду отвлёкся на это зрелище и пропустил стремительный рывок Нейта. Ривз прорвался сквозь сияющую кисею и нанёс несколько быстрых ударов. Эствуд защищался из неудобной позиции, совершил неудачный выпад мечом и попал в захват. Нейт перехватил руку, ударил дубинкой в подмышку, вывернул кисть, так что Эйз выронил оружие. Далее Ривз нанёс удар с разворота ногой в живот. Эствуд, устояв на ногах, выхватил из-за пазухи пистолет, чем несколько удивил Нейта, ведь раньше эпигон никаким другим оружием, кроме меча, не пользовался. К тому же пистолет был самым обыкновенным, не диссонерским.

Эйз выпрямил руку, прицеливаясь, но Нейт оказался быстрее. Поворачиваясь после удара с разворота лицом к противнику, он резким ударом дубинки выбил пистолет из рук и снова ударил ногой, на этот раз в грудь, опрокидывая Эйза на землю. После юноша поймал вылетевший из рук противника пистолет.

- Неплохо для неудачника, - прохрипел Эйз, придерживая ушибленную дубинкой руку. – Что дальше? Лекции мне читать будешь?

Нейт загнал все эмоции поглубже, сделать это, на удивление, оказалось несложно. Юноша направил пистолет эпигону в голову.

- О, - ухмыльнулся Эйз, глаза его блестели яростью, но сиреневого оттенка в них не было. – А знаешь что, чёртов неудачник, я уверен, у тебя духу не…

Где-то у пляжа и порта гремели пушки, разрывались снаряды, ближе к башне слышался треск и грохот этюдов, рёв монстров. Но даже через весь этот шум, глухой одиночный выстрел прогремел чётко и безапелляционно. Как будто ставил твёрдую точку в чьём-то решении.

Нейт отбросил в сторону пистолет и посмотрел на башню.

Она там, он чувствовал её и знал: она тоже чувствует его, ждёт. Не Агата, нет, Агата далеко… и тоже ждёт. И он не может, не хочет её подвести. Но страх тихой тяжестью навалился на грудь. Легко сказать: я иду спасать. Но как? Что он должен сделать? Этого не знают даже Высшие духи…

Что, если он не справится?.. Всё просто. Тогда эта жизнерадостная, наивная, непосредственная, порой совершенно невыносимая, упрямая девушка навсегда останется в заточении кристалла. Все её мечты и надежды обратятся в прах.

И что же? Эта война забрала многих. Мир не рухнет от ещё одной потери… Просто он больше никогда не увидит её улыбки, её взгляда.

Нейт сжал руки в кулак и нахмурился. Что-то сдавило грудь. Он не хотел, чтобы так случилось, и не потому, что обещал кому-то, это было важно для него самого. А значит, нужно найти способ.

Нейт твёрдой походкой направился к башне. Первая задача: остановить Королеву. Вообще-то говоря, уничтожить её. Для этого достаточно одного прикосновения. Нелегко, но выполнимо. Второе: нужно вытащить сознание Агаты из ловушки Алтаря и кристалла. Как это сделать, придётся разбираться на ходу, и пусть многое здесь непонятно, одно Нейт знал точно, он ни за что не оставит девушку.

Поначалу Башня Света казалась запутанным лабиринтом с бесконечным количеством переходов и подъёмов, но на самом деле это был иллюзорный обман, созданный своеобразной планировкой и игрой света заходящего солнца. Всё здесь выглядело бестолково: лесенки, ведущие в пустые комнаты, какие-то перегородки, столбы, колонны, ничего не подпирающие. Всё из хитрого переплетения металлических прутьев. И хоть сквозь них попадал солнечный свет, он скорее мешал, создавая причудливое и стереотипичное нагромождение теней. Ситуацию несколько спасали развешанные и расставленные то тут, то там светильники и прожекторы.

Выбрав несколько раз путь, который никуда не привёл, Нейт наткнулся на целые заросли проводов и кабель-каналов, которые, петляя, тянулись наверх. Юноша разумно решил следовать в их направлении, ведь, очевидно, они подпитывали установку, которая должна была создать гипертуннель.

После довольно продолжительного подъёма, Нейт услышал впереди робкие шаги и сдерживаемые всхлипывания. Он осторожно заглянул за угол и увидел в конце следующего прохода неуверенно бредущую вдоль стены человеческую фигуру, кажется, женщину. Когда она вышла на свет очередного прожектора, Нейт узнал её: та самая заместитель ректора, с которой он встречался, когда Крипелин поручил узнать о секретном проекте Адалии.

Нейт вышел из укрытия и пошёл навстречу. Услышав чужие шаги и заметив силуэт юноши, женщина дёрнулась и подавила вскрик, прикрыв рот рукой. Со временем глаза её различили очертания Нейта.

- О, диссонер, - облегчённо вздохнула она, вид у неё был потрёпанным: одежда грязная и мятая, глаза уставшие, красные, волосы растрёпанные. – Ты очень вовремя, - горячо зашептала женщина. – Она… она там! Заставила нас закончить установку, гипертунель откроется минут через двадцать-тридцать. Ты должен остановить её! Она… она хочет попасть на Фуксию, чтобы… - женщина замолчала, взгляд её стал рассеянным. – Чтобы… чтобы… Что же мы наделали?..

- Успокойтесь, профессор, - холодно сказал Нейт. – Скажите, она там одна?

- Одна? – собеседница непонимающе уставилась на диссонера, затем поспешно закивала. – Да-да, одна! Остальные остались внизу, они…

- Можно ли отключить установку снизу? – перебил Нейт.

- Нет, она уже накопила много энергии. Теперь ей осталось преобразовать её, но это возможно через внутренние источники питания… Нет… нет, снизу не отключить, только там, - она кивнула себе за спину.

- Ладно, - Нейт досадливо закусил нижнюю губу. – Уходите отсюда, внизу встретите диссонеров, как смогут, они отведут вас в главную лабораторию, к вашим коллегам.

- Хорошо… хорошо, - профессор растерянно посмотрела по сторонам. – Но мне нужна помощь, одна я не выберусь...

- Идите по проводам, - бросил Нейт, возобновляя свой путь. – Монстров здесь нет, по крайней мере, я не встретил, просто смотрите под ноги, чтобы не свернуть себе шею.

Нейт поднялся ещё на два пролёта. Дальше длинный коридор вывел его в просторный прямоугольный зал. Помещение было почти пустым, вдоль правой стены стояло оборудование, а вдоль левой, внушительная, замысловатая установка, чем-то похожая на пушку из какого-нибудь футуристического фильма. Внутри прибора бешено крутился голубой сгусток энергии, который медленно разрастался. Напротив пушки в дальнем конце зала расположилась круглая площадка со сводчатой аркой, между ней и прибором было ещё несколько арок, размером поменьше.

Возле одной из них стояла она. В неизменном красном платье, правда, теперь не с такой длинной полой. Строгая причёска с пучком на макушке. Напряжённая, холодная и бесконечно далёкая. Не Агата, лишний раз напомнил себе Нейт – Рейна.

Она обернулась, и первое, на что юноша с досадой обратил внимание – изменившиеся черты лица. Скулы заострились, глаза у́же и расставлены чуть дальше, зрачок стал вертикальным, бледная, почти белая кожа и тонкие алые губы довершали картину. Королева входила в свою последнюю стадию.

- Покинувший меня диссонер, - нараспев проговорила она. – Несмотря на то что последние сутки я чувствовала твоё приближение, до конца не верила в твоё появление здесь. И судя по всему, исчезновение резонанса Эйза – твоих рук дело. Жаль, он был мне так предан.

- Не так уж и сильно, - холодно заметил Нейт. – Ему просто доставляло удовольствие насилие и безнаказанность.

- Ну, может, и так, - легкомысленно согласилась Королева. – За это он мне и нравился: искренний в своих желаниях, устремлённый к своим целям… Ты пришёл уничтожить меня?

- Разве может быть по-другому?

- Хм, - Королева внимательно посмотрела на юношу, на губах её играла лёгкая улыбка. – До того, как я призналась тебе, что являюсь Королевой, было по-другому. Я знаю, что ты испытывал ко мне симпатию, может, даже больше, - она сделала паузу, ожидая реакцию, но лицо Нейта было бесстрастно. – Да, я обманула тебя, это ужасно, не спорю, но у меня не было выбора, я должна была подготовиться и подготовить тебя. Мы связаны. Не только законами резонанса, но и человеческими чувствами, ты ведь тоже не был мне безразличен. И сейчас остаёшься. Но, - Королева грустно усмехнулась, - приказы и убеждения тех, кто с детства вкладывал тебе в голову огромное количество лжи и предрассудков, оказались сильнее. И вот ты здесь, чтобы убить меня. А ведь я ничуть не изменилась, осталась той же…

- Хватит, - резко, но беззлобно сказал Нейт. – Прекрати этот цирк, я знаю, кто ты, Рейна.

Повисло молчание. Глаза Королевы на миг расширились, но тут же гневно сощурились. Лицо стало непроницаемым, но в нём угадывалось напряжение от сдерживаемой злобы.

- Что ж, признаюсь, ты меня удивил, - голос тоже изменился, стал взрослее и холоднее. – Откуда ты?.. Хотя, - она хитро улыбнулась. - Здесь возможен только один вариант. Ты встречался с ним.

Нейт промолчал, тогда Королева, почти совладав с собой – выдавали только нотки гнева в голосе – продолжила:

- Ну и что наплёл тебе этот мерзкий старик? О том, как хотел великого будущего для человечества, мечтал о мире без болезней и страданий, а я разрушила все его мечты?

- Нет, думаю, он рассказал мне правду. Он слишком самонадеян и тщеславен, чтобы чувствовать за собой вину, он скорее гордится содеянным, а потому и врать не станет.

- Да, пожалуй, - протянула Королева, искривив в презрительной усмешке рот. – Итак, ты знаешь правду. И всё равно здесь, чтобы остановить меня?

- Да.

- Но почему? После того, что они сотворили со мной…с нами, разве я не имею права отомстить?

- При чём здесь те люди, которые становились жертвами твоей мести на протяжении двухсот лет?

- Они умирали за свои идеалы, - злобно усмехнулась Королева. – И прекрасно справлялись с убийством друг друга и без моей помощи.

- Мы оба знаем, что это не так, - покачал головой Нейт. – Ты сеяла раздор и разрушения, самые страшные катастрофы в истории человечества – твоих рук дело.

- А как люди обходились со мной?! – от досады Рейна всплеснула руками, сложно сказать, что она говорила и делала искренне, а что являлось игрой. – Все вы борцы за моральные принципы и справедливость постоянно забываете об этом. Что они делили со мной?!

- Хтольн - подлец и поступил мерзко, я знаю! – Нейт тоже повысил голос. – И верю, что тебя предавали и после. Ещё будучи Шарль-Гиром, ты называла мне страшные деяния людей: Хтольн, Орден, проект «Ангел». Я прекрасно знаю, что человечество не идеально. Но что же теперь? Все виноваты?! Из поколения в поколение! Все должны страдать вместе с тобой?!

- Скажи мне, где Хтольн, - медленно и тихо проговорила Рейна, - и всё это прекратится.

- Ничего не прекратится, - Нейт сокрушённо покачал головой. – Ты не остановишься. Найдёшь себе новых виновных и продолжишь мстить. Насилие стало твоей жизнью.

- Ты разве не такой? – Королева вышла на середину зала.

- Пожалуй, был, - неуверенно ответил Нейт. – Меня тоже затягивало, но многое изменилось, я увидел другую сторону, стал по-другому относиться к ценности жизни, - юноша задумался, разбираясь в своих чувствах. – Вряд ли для меня возможен путь назад, и я рад этому.

- Жаль, - покачала головой Рейна. – Прежним ты мне нравился больше.

- И это одна из причин, - не обиделся Нейт, - по которой тебе не отказаться от насилия. Двести лет – большой срок, три человеческие жизни, посвящённые убийству, лжи и разрушениям… Риза говорила, что ты не злая, тебя просто сломили, и я в это верю, когда-то так и было, но что сейчас?..

- Риза? - нахмурилась Рейна, лицо её застыло, словно было вылеплено из воска. – У тебя же связь с Лореей…

- Они верят, что можно ещё воззвать к твоей человеческой сущности.

- Духи не разговаривают с людьми! Ты лжёшь! – лицо исказила гримаса страданий и злости.

- Докажи, что это так, сделай что-нибудь…

- Ты лжёшь! – неистово прокричала Рейна, разводя руки в стороны, затем лицо её снова превратилось в маску, а голос стал спокойным. – Ты пришёл остановить меня? Так приступай. Я уничтожу любого, кто встанет у меня на пути!

Нейт поморщился и принял боевую стойку, рядом с ним появилось три круга. Ледяные пики устремились к Королеве, но раскрошились в мелкое месиво, не долетев нескольких метров. Та же участь постигла и дождь из мелких сосулек.

При атаках воздух перед Королевой искрился сиреневыми всполохами. Затем щит начал рваться, образуя сгустки, которые принимали форму вытянутых спиралей, напоминающих свёрла.

Несколько Нейт заблокировал ледяными глыбами, от следующих не без труда увернулся, последние две пришлось останавливать при помощи револьвера Агаты. Первый щит задержал снаряд, второй лопнул близко от Нейта, юношу откинуло в сторону и больно приложило об пол.

Нельзя было терять времени, чтобы не дать Королеве атаковать снова. Юноша вскочил на ноги и быстро побежал к Рейне, на ходу активируя дубинку.

В воздухе из ниоткуда появился сиреневый росчерк, Нейт отпрыгнул в последний момент. Затем ещё и ещё. Королева колдовала без червоточин, это очень осложняло оборону: нельзя было в точности предсказать, откуда придёт удар. Юноша двигался ловко и быстро, но несколько раз его всё же зацепило, атаки Рейны были опасны и коварны.

Нейту удалось приблизиться на расстояние вытянутой руки, но в живот тут же что-то болезненно ударило. Диссонера откинуло на несколько метров назад. Только он приподнялся, как впереди снова мелькнуло что-то сиреневое. Нейт в последний момент выстрелил щитом. Змеиная пасть сомкнулась на голубом ромбе. Взрыв. Юношу снова откидывает в сторону, но он опять спешит подняться на ноги.

К Королеве побежала дорожка из появляющихся прямо из пола ледяных шипов, но плотный туман поднял Рейну в воздух. Он же окутал водяную плеть – следующую атаку диссонера, растворив её без остатка.

Нейт в последний момент увернулся от ещё одного спиралевидного копья и поморщился: так ему не победить, а в ушах уже играла опьяняющая музыка, даже с новыми способностями манипуляций с резонансом, он создал уже слишком много этюдов в предыдущих битвах, сил почти не осталось.

Ривз побежал вперёд, заслонился ледяной волной от дождя сиреневых игл. Но его тут же схватило за ногу призрачное щупальце. Нейт дёрнулся, освобождаясь от захвата, в грудь ударил сгусток сиреневого пламени. Юношу сшибло с ног, он попытался подняться, но на спину упал невыносимый груз, Ривза буквально впечатало в пол.

- Юнец, который по моим меркам только вчера научился формулировать собственное мнение, - презрительно заговорила Королева, не опуская вытянутой вперёд руки. – Что ты знаешь, что ты понимаешь? – Нейт попытался встать, но на спину давило еле заметное сиреневое свечение. – Вздумал учить меня, давать советы?! – голос Рейны срывался от гнева. – А потом решил обмануть меня и вонзить нож в спину?! Вы поработили тех, кто был мне ближе всех, используете их в борьбе со мной! И ты ещё смеешь называть при мне их имена?! Её имя?!

Давление на спину Нейта увеличилось, ему даже показалось, что он слышит, как трещат кости. Рейна подошла чуть ближе и с яростью прошипела:

- Как ты сказал, двести лет – это большой срок? О, ты даже не представляешь насколько! Сон, полный бредовых сновидений, привязанного к алтарю сознания, потом жизнь взаймы, противостояние против всех грехов мира. Злость, насилие? Да только это и удерживало меня от беспамятства, только это помогало сохранить частичку сознания, пока я находилась на Фуксии. Год за годом, по крупинкам я строила обелиски, чтобы воссоединиться с настроенным на их резонанс ребёнком. Год. За. Годом! И только злость была со мной, только она давала мне силы! Немного, но и этого оказалось достаточно. Мне надоело слушать нотации. Думаешь, ты первый, кто пытается внушить мне принципы добра и зла? Плевать мне! Я видела достаточно и абсолютно убеждена, что у человечества в настоящем его виде нет шансов на будущее!

После очередной неудачной попытки подняться, Нейт болезненно зажмурился, вдруг пришло осознание того, что его миссия неумолимо близка к провалу, юноша отчаянно искал шанс изменить ситуацию, но, похоже, вариантов не было, пока подсказка неожиданно не пришла от Королевы:

- Оно исчерпало своё право на существование. Одно только то, как оно обошлось со мной и моими сестрами, подтверждает это. Я…

- Что… - простонал Нейт, выплёвывая изо рта кровь. – Что бы они сказали, услышав тебя сейчас?

- Не смей говорить мне это! – снова сорвалась в крик Королева, но затем продолжила спокойнее, ядовитым голосом, который сдерживал гнев:

- По вашей милости – ничего. Ничего они уже мне не скажут. Я никогда не увижу никого из них, - в голосе прорезалась забытая даже самой Рейной тоска. – Я…

- А… что если… я скажу, что вы можете увидеться?

- Что?! – зал аж застонал от волны злобы.

- Да… - прохрипел Нейт, удобнее перехватывая револьвер. – И я могу помочь в этом… Помогу тебе… увидеть Ризу…

- Ах ты!..

Королева вскинула руки вверх, давление ослабло. Нейт из последних сил приподнялся и швырнул в Рейну дубинку. Попал в плечо. Королева вскрикнула. Тяжесть пресса исчезла вовсе. Нейт поднялся на ноги. На правой ладони Рейны всё больше разгорался сиреневый шар.

- «Ларея, - мысленно позвал Нейт. – Готовьтесь, сейчас или никогда!»

Юноша выставил перед собой револьвер.

- На сей раз, - прошипела Рейна, - твои дурацкие игрушки тебя не спасут.

Нейт зажмурился и собрался.

- «Ларея, - снова позвал он духа. – Передай Амадеи, мне нужна её сила», - странно было использовать такие слова, можно подумать, он общается с покровительницей льда по телефону, но Нейт не был уверен «слышат» ли его остальные духи, поэтому взывал только к Ларее.

Мир, словно треснул пополам, разделившись на две природы звуков, на две частоты вибрации. Затем медленно стал пытаться срастись обратно.

Нейт зажмурился, не то чтобы от боли, скорее от чувства острого дискомфорта. Мир перестал существовать в привычном для него виде, словно звуки, краски, формы, законы природы перепутались между собой. Что-то отдалённо похожее случается, когда смотришь на оптическую иллюзию и медленно начинаешь понимать принцип её работы. Теперь Нейт почувствовал, как сложно воспринимать даже два резонанса одновременно, а контролировать их и того тяжелее. Благо ему необходимо было послать лишь импульс на ротор, а не создавать полноценный этюд.

Лёгкая, даже легкомысленная, воздушная и задорная музыка Амадеи сливалась с нежной сонатой Лареи. Время как будто замерло, но на самом деле прошло не больше трёх секунд.

Нейт открыл глаза. Шар в руке Королевы обрёл силу, из него вырвался яркий луч. Нейт нажал на курок. Револьвер сильно завибрировал и выплюнул мощный заряд. Щит не стал больше, но его сияние и плотность были намного сильнее.

Луч ударился в преграду. Рвануло так, что заложило уши, зал озарил яркий ровный свет, когда он стал меркнуть, Нейт увидел, что Королева зажмурилась и отвернулась от источника взрыва.

Вот он тот шанс! Девять шагов – не больше. Сердце стучало где-то в горле, дыхание было тяжёлым и медленным, время утонуло в кисее затухающего сияния, которое возникло от столкновения двух этюдов. Каждый шаг, словно грохот молота о наковальню. Осталось чуть-чуть. Совсем немного.

Рейна обернулась и сразу вскинула руку, Нейт перехватил её у запястья и отвёл в сторону. Он потянулся к лицу Королевы, та зажмурилась и вжала голову в плечи, думая, что юноша хочет схватить её за шею, но он, вопреки ожиданиям, лишь нежно провёл рукой по щеке.

Глава 18. Только ты и я

Литавры вселенским грохотом раскололи мир на мелкие кусочки. Мелодия бесконечности грозила разорвать сознание на части. Нечто подобное Нейт уже испытывал после встречи с Высшими духами. Сопротивляться было невозможно, но и сдаваться никак нельзя: если упустить Рейну – Агату будет не спасти.

Нечеловеческими усилиями Нейту удалось приоткрыть один глаз. Он нёсся средь безумного хоровода созвездий, мечущихся в фиолетовой, розовой, голубой и ярко-зелёной дымке. Напротив лицо Агаты… или Рейны? Сложно было сказать, ведь оно вернуло свои прежние, мягкие черты. Глаза ничего не выражают, на уголках скопились бусинки слёз, губы застыли в грустной, пустой улыбке. Нейт вспомнил, что так Агата выглядела, когда проходила своё испытание.

Вокруг бушевал хаос. Грохот музыки пронизывал каждую клеточку тела, лишая воли, иссушая силы, сводя с ума.

- «Ты должен поторопиться», - прошептал голос в голове, так тихо, что Ривз не был уверен, не показалось ли ему.

Поторопиться. Легко сказать. Нейт снова закрыл глаза. Нужно сосредоточиться, найти в Симфонии свой элемент, свою часть в партитуре.

Да, вот они знакомые звучания сонаты. Неуловимые и тающие на глазах, будто в Симфонии им больше нет места. И всё же Нейт отчаянно тянулся к ним, и в итоге ухватился за рассыпающуюся в прах мелодию.

Юноша открыл глаза, он снова находился в зале Башни Света, сидел на полу, придерживая за плечи Рейну, глаза её были всё такими же пустыми, а лицо застывшим, словно восковая маска.

Нейт, болезненно поморщившись - Симфония всё также грохотала в голове, - сжал плечи девушки и тихо позвал:

- Рейна… - никакого эффекта. Тогда он встряхнул её и сказал громче:

- Рейна, очнись! Очнись, прошу… - говорить и двигаться было невероятно тяжело. – Чёрт возьми, - простонал юноша и, собрав остатки сил, прокричал:

- Очнись же!

Рейна дрогнула и медленно перевела взгляд на юношу.

- Они здесь, - слабо проговорила она, но Нейт чётко слышал каждое слово. – Они пришли ко мне. После стольких лет… - по щеке скатилась слеза. – Ты не обманул.

- Не обманул, - кивнул юноша.

- Наконец я могу уйти, - её взгляд снова уставился в пустоту.

- Подожди, - спохватился Нейт. – Нужно ещё кое-что сделать… Агата.

- Агата? – Рейна снова перевела взгляд на юношу.

- Да. Прошу тебя, верни её!

- Вернуть?.. О! Прости меня, мой мальчик, но я боюсь, это невозможно… Во всяком случае, я не знаю как.

Нейт пристально смотрел в глаза Королевы. В душе что-то со стоном рухнуло, даже грохот Симфонии теперь ощущался не так остро. Юноша только сейчас понял, что проделал весь этот путь до Башни Света не для того, чтобы спасти мир не для того, чтобы уничтожить Королеву. Это, конечно, тоже было важно, но не являлось самым главным. Прежде всего, он хотел вернуть Агату, увидеть её. То чувство, которое поселилось в груди несколько месяцев назад и пережило так много потрясений от предательства до надежды, сейчас покрылось коркой сухого песка, потрескалось и медленно осыпалось.

Как это странно, видеть лицо Агаты здесь, перед собой, но чувствовать, что она бесконечно далеко, и им не суждено больше встретиться. Нейт сжал кулаки и упрямо мотнул головой.

- Я её не оставлю, - твёрдо сказал он.

Рейна слабо улыбнулась и взглянула Нейту за спину. Там вовсю работало устройство, открывшее гипертуннель.

- Думаю, с этим я смогу перенести твоё сознание к ней. Это единственное, что я могу сделать для тебя. Но скорее всего, это билет в один конец, вряд ли твоё сознание выдержит.

- Я готов, - кивнул Нейт.

- Что ж, - улыбнулась Рейна. – Похоже, я ошиблась, здесь нечто большее, чем симпатия, - она коснулась ладонью виска Нейта. – Прости меня, мой мальчик, - грустно прошептала та, кого двести лет с ужасом называли Алой королевой. – За всё…

Глаза Рейны расширились, они сияли сиреневым пламенем. Мир на мгновенье померк. Нейт почувствовал, что лежит на чём-то холодном и твёрдом, звуки Симфонии почти растаяли, но даже её отголоски терзали разум и вызывали страдания.

Нейт открыл глаза. Он находился в той самой пещере на Фуксии, ну, не он лично – его сознание, но всё ощущалось очень реалистично, в том числе и собственное тело. Юноша тяжело поднялся, осмотрелся. Расколотый трон, вернее, алтарь, по форме напоминающий трон. Десять обелисков, но только один с живой душой.

Агата заметила его, её глаза от удивления расширились, девушка что-то прокричала – слов не разобрать. Нейт сделал шаг вперёд, но голову пронзила острая боль, юноша схватился за лоб и упал на одно колено. Мир вокруг закружился, очертания пещеры оплыли, словно на картину плеснули ведро воды. Уши разрывал невыносимый скрип.

Юноша поднял голову. Теперь он был в Усыпальнице Героя. Зал вращался, лепестки-стены медленно раскрывались, дёргаясь из стороны в сторону, словно изображение с помехами. Скрип стал нарастать. Статуя Риборга рассыпалась в пыль, на её месте появилась круглая платформа с женщиной в красном платье. Внезапно под Нейтом образовалось чёрное пятно, он даже сначала подумал - червоточина этюда, но нет, это была обыкновенная дыра, желоб для слива воды из фонтана.

Падение было долгим, свист в ушах почти заглушал мерзкий скрип. Вокруг непроглядная тьма. Только внизу еле угадывался живой оранжевый огонёк, но почему-то от него сквозило отчаянием.

Пожар. Языки пламени танцевали над руинами, взмывая на много метров вверх, чтобы бесследно исчезнуть в воздухе, дав место следующим волнам пламени. Тёмная долина озарялась страшным кострищем чуть не на несколько километров.

Гармония Орта пылала. Пламя погребало надежды и разочарования, воспоминания и мечты, победы и поражения. Всё здесь, в неистовом огне.

Языки пламени, словно щупальца, тянулись к Нейту. Юноша падал в самое сердце пожара. Пронзительный визг в голове возрос до неимоверной высоты. Руины Гармонии были все ближе. Нейт зажмурился и выставил перед собой руки, пламя уже почти касалось его. Юноша закрыл глаза. Звук в голове достиг своего апогея и вдруг исчез.

Тишина. Ни боли, ни жара, ничего. Ощущения появлялись медленно, вязко, как будто неохотно. Вот Нейт почувствовал лёгкий холод и боль в щеке, вот появились первые звуки: какое-то ёрзанье и непонятный клёкот.

Юноша осторожно открыл глаза. Каменистая пустынная равнина. Всё в розовых оттенках, только небо иссиня-чёрное. Вокруг сотни нуминиевых фиолетовых обелисков. Внутри каждого из них находился человек. Кто-то кричал, в безумии мечась по ограниченному пространству, кто-то тихонечко сидел, качаясь из стороны сторону, кто-то плакал, кто-то смеялся. Но никто не обращал на Нейта никакого внимания.

Возле некоторых обелисков сидели жуткие существа. Тела их, не больше метра ростом, были покрыты грязными, чёрными перьями и опирались на тонкие лапы с тремя когтистыми пальцами. Непропорционально большие головы чем-то напоминали голову младенца, они были лишены растительности и по бокам имели два отверстия, видимо – уши. Большие, почти человеческие глаза без век были широко расставлены к самым вискам, вместо рта и носа – плоский узкий клюв, из которого и доносились неприятные звуки: клёкот и щёлканье.

Монстры не отрывали внимания от людей в кристаллах. Когда Нейт поднялся на ноги, некоторые из них повернули к нему свои уродливые головы и недовольно загалдели, впрочем, через несколько секунд успокоились и опять обратили свои взоры на кристаллы.

Сначала Нейт бесцельно брёл вперёд, стараясь прийти в себя. Сознание было затуманено и очень слабо реагировало на происходящее, приходилось призывать неимоверные волевые усилия, чтобы хоть на чём-то сконцентрироваться, вызвать хоть одну мысль.

Наконец в голове слегка прояснилось. Нейт вспомнил, где он находится и зачем он здесь. Юноша начал всматриваться в людей в кристаллах: молодые совсем юноши и девушки, иногда – дети. Каждый испытывает какое-то сильное эмоциональное состояние или находится в ступоре. Нейт встретил пару знакомых лиц, но где их видел, вспомнить не смог. Как не мог понять, что значит это видение. Неужели в одном из этих кристаллов находится Агата, и юноше просто нужно найти её. Нет, что-то не сходится… Она же была в пещере среди других Королев… вернее сосудов… Как же сложно сконцентрироваться… Нужно просто подумать. Это ведь всё нереально… вернее, реально, но не по-настоящему… нет, не так…

Фуксия – обитель монстров, дом заблудших душ. Жестокая, страшная, суровая, сколько не моли - она никогда не отдаст то, что поглотила. Но Нейт и не пришёл просить, он заберёт силой.

Впереди между кристаллами мелькнул вход в пещеру.

Отлично. Только держаться. Нельзя дать проклятой луне сломить себя, нужно показать, что ты сильнее.

Пещера всё ближе, но и сил всё меньше. Только бы дойти, а там… а там…

Что-то зацепило внимание Нейта. Человек в кристалле. Не этот, и не этот. Юноша пошёл в другую сторону, пристально и, как будто подслеповато, всматриваясь в каждое лицо. Ага, вот он. Нейт его знал, они учились вместе. Парень не прошёл испытание, превратился… Стойте-ка! Нейт тряхнул головой, теперь он вспомнил, все, кого он здесь узнал, кристаллизовались. Выходит, их разум заперт здесь, на Фуксии, так же как Королева заточала своих жертв…

- Они спал-ли, - проклокотало существо рядом. – Пока ты не раз-зрушил ус-стоявшийся пор-рядок. Твоя уж-жасная музыка всё с-сломала.

«Это он о Симфонии», - подумал Нейт, а вслух спросил:

- И что теперь с ними будет?

- Они пог-гибнут. По твоей вине.

- Лучше уж умереть, чем, - юноша посмотрел на кристалл, - это.

- Наш-ша Бог-гиня тебя не простит. Теперь ты будешь её пленником. Вместо них.

- Богиня?

- Наш-ша Богиня. Луна. Она з-заберет тебя.

- Это мы ещё посмотрим, - с усталым раздражением проговорил Нейт и пошёл прочь.

- Пос-смотрим, - летело в спину. – Пос-смотрим.

Пройдя несколько метров, юноша в нерешительности остановился. Он забыл, куда шёл.

Нейт огляделся: кристаллы, эти мерзкие существа. Он шёл… он увидел… Ах да! Пещера. Юноша покрутил головой в разные стороны. Ничего. Только кристаллы… но она ведь была… где-то здесь…

Нейт наугад выбрал направление. Кристаллы, кристаллы, никаких намёков на пещеру. А ему очень туда надо, чтобы… чтобы… Ривз опять остановился. Агата! Да, Агата, он должен спасти её, вытащить отсюда.

Плохо дело. В голове пустота, сил двигаться, почти нет.

- Ты будешь её пленником, - проклокотало совсем близко. - Наш-шим пленником.

Юноша грубо отпихнул существо ногой. В ответ оно мерзко захохотало, указывая на руку Нейта:

- Кха-кха-кх-ха, ты уж-же наш!

Нейт взглянул на кисть, кожа почти полностью была покрыта налётом кристалла.

- Проклятье, - прошипел юноша и беспомощно осмотрелся по сторонам: лес из кристаллов, тюрьма и могила одновременно.

Собрав последние силы в кулак, Нейт побежал вперёд, отчаянно выкрикивая:

- Агата. Агата!

Он заглядывал в кристаллы, забыв уже, что там её быть не может, а ему нужно искать вход в пещеру.

- Агата!

В голосе все больше безнадёжности.

- Кххе-кх-хе-кх-хе, - слышится мерзкий смех.

- Агата!!!

Нейт споткнулся и повалился в розовую пыль. Надо успокоиться. Так ему её не найти. Нужно иначе… но как… как?..

Вдруг голова неожиданно прояснилась. Резонанс. Конечно, он не интонер, но вдруг. Ведь юноша чувствовал Люна. Пусть совсем немножко, но всё же…

Нейт замер и стал прислушиваться. Резонанса с Лареей не было. Видимо, Симфония уже разрушила эту связь. А вот лёгкая, нежная рапсодия игриво звучала на краю сознания.

Чем больше Нейт концентрировался на мелодии, тем отчётливее она звучала. Агата была совсем рядом. Юноша улыбнулся и стал подниматься. Однако тело его не послушало: рука, на которую он опирался, подогнулась, и Нейт снова рухнул на землю. Он попытался ещё, почти поднялся на ноги, но снова падение. После нескольких попыток, тело, которого здесь, в общем-то, и не было, перестало откликаться. Нейт вздохнул и закрыл глаза.

Не смог, не спас. Теперь его разум – заложник Фуксии. Тело в Башне Света покроется кристаллом, а может, и нет, просто погибнет…

Жалко. Но хуже всего – Агата тоже останется здесь… Что с ней будет? Нейт не знал. Сил думать уже не осталось. Юноша сосредоточился на рапсодии. Нежная, игривая, она манила всё дальше и дальше. Последней мыслью Нейта было осознание удовольствия от того, что это мелодия была частью Агаты. Тёплый огонёк её души остался с ним до самого конца…

***

Ей не было больно. Ощущения сначала притупились, а потом и вовсе исчезли. Ни холода, ни тепла, ни голода. Зато остались чувства, эмоции и немножко мысли: простые, разрозненные и зачастую бессвязные.

Сначала был страх. Ужас. Белая пелена света захватила собой весь мир, из неё появилась девушка, она подошла к Агате и нежно обняла её. Душа обрела спокойствие и гармонию. Но длилось это лишь миг. Затем снова страх.

Открыв глаза, Агата обнаружила себя в пещере. Девушка была заточена в кристалл. С тех пор её жизнь или лучше сказать, не-жизнь стала чередой жутких образов.

Тени страшной и чуждой всему человеческому пещеры. Это были короткие промежутки пробуждения. В эти моменты девушка могла мыслить, пусть это давалось тяжело, и анализ происходящего был примитивен, но это всё же лучше, чем быть зрителем и одновременно главным героем в жутком спектакле.

Пока спала, Агата видела некоторые деяния Королевы, смутно, словно сквозь кисею сна, но вполне конкретно. Со временем девушка смогла сопоставить факты и поняла: Королева завладела её телом, а разум поместила в эту тюрьму.

Удивительное дело, но эта пугающая мысль помогла Агате не сойти с ума. Появилась хоть какая-то определённость, хоть какое-то объяснение происходящему. Её сны, в которых всё время упоминалось о некоем наследии, предназначении. Оттого она так легко согласилась на встречу с Шарль-Гиром, который в своём сообщении, переданном через Анджелуса Крипелина, тоже упомянул это таинственное, непонятное и пугающее наследие.

В подвале Здания Правительства Агату заточили в комнате с кристаллами. Шарль-Гир сказал, что она должна находиться здесь до завершения какого-то ритуала. Дальше события потекли так стремительно, что почти не остались в памяти, но в итоге привели её в эту пещеру.

Со временем Агата просто устала бояться. Место страха заняли тоска и отчаяние. Слово «никогда» стало нелепым и невозможным смыслом жизни. Ей никогда не вернуться домой, никогда не увидеть друзей, никогда не почувствовать тепло чьих-то объятий. Никогда, никогда, никогда. Её разум растает в этой мёртвой пещере.

Но когда отчаяние достигло своего апогея, случилось невероятное. Она увидела Нейта. Не в образах сна, когда её разум сливался с разумом Королевы, а в момент пробуждения, прямо здесь, в пещере. Сердце, пусть и в метафорическом теперь смысле, разрывалось от счастья. Она рвалась к нему, пыталась кричать, звала, но по лицу юноши понимала, он не слышит. Нейт удивлён, растерян, очевидно, не понимает, где находится и как он здесь оказался. Юноша долго всматривался в кристалл, как будто не видел или не узнавал Агату, но тут глаза его расширились от удивления, он сделал шаг навстречу, протянул руку, и образ его начал быстро таять, рассыпаясь мириадами пылинок.

Агата задыхалась от отчаяния, если бы могла плакать, точно бы разрыдалась. Ей подарили надежду и тут же отобрали её. Зачем? Королева получила всё, что желала – жизнь Агаты, зачем же издеваться над девушкой, видимо, она хотела до конца сломить её. А, может, Королева здесь вообще ни при чём…

Всепоглощающее уныние и безысходность длились недолго. Нейт приходил ещё несколько раз, и каждое его появление было более ощутимо, более осязаемо. Агата была уверена, это действительно он, не иллюзия. Юноше как-то удалось найти её тюрьму, в больном разуме возникла даже сложная мысль, что это случилось благодаря связи их резонанса.

Для Агаты появился новый смысл держаться, смысл жить. Пусть нечасто видеть Нейта и копить в душе надежду.

Ещё девушка чувствовала, что что-то невидимое угрожает их встречам, и, возможно, несёт опасность для них самих. Словно само это место имеет свою волю и сознание. Один раз Агата даже почти увидела неясный образ за спиной Нейта, закричала, пытаясь предупредить, но юноша не слышал. Тень бросилась на диссонера, и его образ исчез. Девушка испугалась, что это конец, больше Нейт не появится.

И его действительно не было довольно долго. Но только девушка, уже в который раз, начала терять надежду, как Нейт снова появился. От счастья она бросилась к границе кристалла, пыталась что-то кричать, но не слышала собственного голоса. Затем Агата снова увидела тень чудовища, стала указывать на него, Нейт посмотрел за спину, потом снова повернулся к девушке и что-то прокричал, коснувшись кристалла. Слов Агата не услышала, но почувствовала растекающееся по телу тепло. Следующую фразу она тоже не услышала, но легко смогла прочитать по губам. Агата улыбнулась и кивнула, впервые с момента её появления здесь, она почувствовала себя счастливой.

Образы в её «сновидениях» становились всё страшнее и тревожней, Агата чувствовала неясное ощущение, будто та злая сущность, обитающая в пещере, или, вернее сказать, на Фуксии (благодаря снам девушка поняла, где находится), всё больше завладевала ей. Это плата за силу Королевы, поняла Агата - превращение в монстра.

Страшные картины сражений, армии монстров, разрушений. Королева достигает уродливой металлической башни и там, вместе с учёными, работает над установкой какого-то сложного оборудования.

Дальше события закрутились ещё безумнее. Агата глазами Королевы увидела Нейта, они сражались. Когда исход боя уже был почти предрешён, и поражение дисонера казалось неминуемым, юноша коснулся Королевы, и мир вспыхнул.

Ничего подобного Агата не испытывала. Её выбросило из сна. Пещера ходила ходуном. Кристалл покрылся мелкими трещинками.

Музыка. Грандиозная, страшная, величественная, словно гимн жизни, всей вселенной. Она заполнила собой всё, девушка боялась, что мелодия сотрёт в порошок всё сущее.

На мгновение перед Агатой появился Нейт и тут же исчез.

Музыка грохотала неистово, но со временем стала угасать, не исчезла вовсе и даже оставалась громкой, но всё же несколько успокоилась.

Агата смогла услышать резонанс Нейта, очень похожий на звучание Люна. Девушка только сейчас осознала, что всегда слышала его, когда юноша появлялся в пещере.

Агата отчаянно пыталась сломать стенки потрескавшегося кристалла. Не выходило.

Нейт был близко. Казалось, ещё мгновение, и он вновь появится перед кристаллом с тем, чтобы в этот раз освободить девушку из заточения.

Но время шло, а ничего не происходило. Более того, резонанс Нейта был всё слабее. В сердце девушки поселилась тревога. Словно слабенький огонёк, музыка Нейта трепыхалась под порывами ветра, цепляясь за источающийся фитилёк. В голову ворвалась чёткая, яркая и ужасная мысль: «Он умирает!».

Страх, тревога, отчаяние, тоска – всё было. Не было ещё злости. И вот пришло её время.

Волосы девушки встали дыбом, одежда – лёгкое, нелепое здесь, голубое платьице, затрепыхалось, глаза горели яростью. Пещеру начал заливать молочный свет, исходящий из девушки. Кристалл в одно мгновение разлетелся на миллион мелких осколков. С потолка в этот момент сорвалась гигантская мерзкая тварь, попыталась накинуться на Агату, но приблизившись, шарахнулась в сторону и уползла в тёмную часть пещеры.

Девушка сначала неловко, потом всё увереннее, побежала к выходу.

Чёрное беззвёздное небо. Розовая земля, усеянная кристаллами нуминия.

Агата бежала на затихающую музыку резонанса Нейта. Увидела его, лежащего ничком на земле, тело юноши обволакивал кристалл.

- Нет!!! – яростно прохрипела Агата.

Она подбежала к Нейту, наклонилась к нему и как только коснулась, музыка снова загремела во всю мощь. Но теперь она не пугала, не была чужой. Не девятый вал, сметающий всё на своём пути, а бурный горный поток, могучий и даже опасный, но дарующий жизнь.

Симфония не только разрушала, но и созидала. Не только вселяла страх, но и дарила любовь.

***

- Фух, чтоб меня, - задыхаясь, проговорил Кейси. – Надеюсь, больше с такими тварями нам встречаться не придётся.

- Угу, - еле слышно согласилась Тэя, вытаскивая из шеи поверженного великана топорик. – Ну что, - оттерев лоб рукой и восстановив дыхание, сказала она. – К Нейту?

- Э-эй, - послышался за спиной голос Лины. – Вы, конечно, очень крутые, настоящего босса завалили, но

тут как бы…

Ребята проследили за её взглядом. У подножья холма двигалась новая череда монстров, вроде бы уже не таких мощных и опасных, но их численность превосходила предыдущие волны атак.

- Сами они не справятся, - скорее утвердительно, чем вопросительно проговорил Кейси, чуть виновато глядя на Тэю.

- Да уж, - неохотно кивнула та, глядя на диссонеров с Забытых Земель, двое из них уже лежали на траве, их перенесли в сравнительно безопасное место, кажется, ранены, но живы. Однако в строю осталось лишь четверо, значит, одного постигла печальная участь.

Бой был напряжённый, твари лезли со всех сторон, отрядом в итоге было принято решение, отступать к зданию главной лаборатории, там всё же отбиваться было бы легче, однако добраться до места с двумя ранеными на плечах было не так-то легко. Благо в этот момент на выручку подоспел один из отрядов Кильвеи, пробившийся в центр города. Положение было спасено.

Примерно в этот момент над Башней Света раздался невыносимый грохот. Резонанс будто с ума сошёл. Диссонеры на время вышли из строя, кто-то ошеломлённо зажмурился, кто-то схватился за голову, кто-то даже повалился на колени. Особенно нелегко, по всей видимости, пришлось интонерам. Но и люди, не способные слышать и изменять резонанс, почувствовали значительный дискомфорт, который, правда, проявлялся намного легче: в виде тревоги и неясного чувства чего-то пугающе могущественного. Длилось всё это пару минут, потом неизвестная стихия начала успокаиваться.

Монстры сначала неуверенно попятились назад, потом как бы пришли в себя, но перестали действовать слажено, единой волной напирать на противника. К ним вернулось их обычное поведение: одни начали драться со своими сородичами, другие нестройно бросались на людей, третьи и вовсе предпочли отступить. Бороться с ними в такой ситуации людям стало значительно проще.

- Кажется, он уже справился без нас, - задумчиво сказал Кейси, глядя, как отряды Кильвеи вытесняют тварей из города. – Поспешим?

- Да, - неуверенно ответила Тэя и как-то странно посмотрела на напарника. – Слушай, Кейси… твой резонанс… ты не находишь ничего странного?

- Нет, - удивлённо ответил юноша после паузы. – Всё вроде так же. Если ты про тот грохот, то я его уже почти не слышу.

- Нет, - отстранённо помотала головой девушка. – Я не о том… ладно, неважно. Пойдём, вон там вроде можно перелезть через ворота.

***

В неуютной большой комнате было, как всегда, мрачно и тихо. Полтора века она являлась пристанищем для нелюдимого, ворчливого и раздражительного человека. Профессора Анарта Хтольна. Некогда выдающийся и грандиозный ум, растаял в безвестности, хотя его открытия и достижения до сих пор были в ходу и двигали науку и прогресс.

Мужчина тяжело поднялся со старого протёртого и выцветшего дивана и побрёл к столу, на котором стояла наполовину пустая бутылка.

К алкоголю во время появления Королевы он притрагивался часто, но не каждый день. Сегодня профессор боролся с иссушающей душу тревогой: сейчас в мире решался очень важный вопрос, который напрямую касался и его.

Он подошёл к столу и замер. Где-то на самой границе сознания зазвучала она. Профессор никогда не мог воссоздать её в памяти, но услышав вновь, не смог спутать ни с чем. Симфония.

Когда Хтольн получал свой дар во время финальной стадии своего эксперимента, он чуть не сошёл с ума, разрываемый звуками этой музыки. Сейчас это были лишь отголоски той мощи, но сердце всё равно замерло в испуге.

Через какое-то время страх усилился, так как профессор заподозрил неладное. Стало трудно дышать. Паническая атака? Едва ли. Мужчина приложил руку к груди.

- Нет, - прохрипел он. – Нет, я же человек. Мы больше не связаны, я вне этой системы!

Голос был полон отчаяния. Глаза расширились от ужаса, дыхание становилось всё тяжелее.

- «Жизнь взаймы подошла к концу, мой дорогой профессор, - тихо прозвучал в голове знакомый, но давно забытый голос. – Впрочем, вы не заслужили и того, что вам было дано…»

- Нет, - хрипел мужчина. – Я не… не хочу.

Он упал на колени, рука взметнулась к столу, схватила шприц, но тут же выронила его. Профессор повалился на пол, тело его напряглось и тут же размякло.

Его труп обнаружат через два дня, во время очередной запланированной встречи с лидером культа Хранители Хтольна. Никто из его последователей не знал о заслугах своего кумира. Миру это мог передать только один из ныне живущих людей, но он о профессоре Анарте Хтольне не то что никому не рассказывал, но даже почти и не вспоминал.

***

Анджелус Крипелин стоял на краю утёса невысокой горы и тоскливо смотрел на следы бушующей ещё вчера битвы: дымящиеся воронки, искорёженную технику, людей, которые сновали по полю, перетаскивая раненых и убитых.

- Отбились, - вдохновенно произнёс неслышно подошедший Алан Озворд. – Мой верный друг и соратник. Отбились.

Анджелус раздражённо взглянул на коллегу, но его лицо тут же стало мягким и снова грустным.

- Да, - тихо ответил он. – Но какой ценой…

Минуту постояли в тишине, потом Озворд восхищённо воскликнул:

- Глазам не верю! Потерянный руководитель Эо! Мой друг!

Крипелин удивлённо повернулся. К ним на утёс тяжело поднялся Амон Гриз, человек, который месяц назад помог Нейту добраться до Стратары.

- Хватит нести чушь, Алан, - раздражённо пробурчал Гриз. – Никакой я не руководитель. Уже лет двадцать как.

- Ну, не скромничай, - великодушно улыбнулся Озворд и крепко обнял Амона. – Ты тот, кто привёл её к процветанию. Рад видеть тебя, дружище.

- Взаимно, приятель.

Мужчины расцепили объятия, и Гриз чуть напряжённо подошёл к Крипелину.

- Здравствуй, Андж, - тихо сказал он.

- Здравствуй, Амон.

Они пожали друг другу руки и несколько неловко обнялись.

- Ну что, - грубо проговорил Гриз, стряхивая с себя смущение. – Старичьё, ноете, небось, о разрушениях и потерях. Ты-то, конечно, в меньшей степени, - обратился он к Озворду. – У тебя там какая-нибудь поэтическая хрень.

- Что тут скажешь, Амон, - Крипелин опять с грустью взглянул на поле боя. – Мы опять оплошали. Они надеялись на нас, верили, а мы… Старые дураки! Я заигрался в политику, ты наслаждался отшельничеством, Алан игрался в рыцарство, - Анджелус досадливо махнул рукой, избегая смотреть на товарищей. – Мы их подвели, и посмотри, к чему это привело.

Трое пожилых мужчин в молчаливой скорби осматривали мрачный пейзаж. Затем Гриз недовольно крякнул и раздражённо сказал:

- И что теперь? Поплачемся тут, повытираем друг другу сопли и на боковую?! На море случается ой как нелегко. Бывает, шторм так истреплет твою посудину, что кажется, и не выберешься. Но буря утихает, однако расслабляться некогда, нужно курс восстанавливать, ущерб оценить, латать пробоины. Много работы, вашу мать! – Гриз ударил кулаком по ладони. – Гораздо больше, чем во время шторма.

- Что ты хочешь сказать? – нахмурился Крипелин.

- Да, мы облажались, не спорю! Но опускать лапки и сидеть ныть я не намерен. Нужно помочь молодёжи, восстановиться после войны. Орта уничтожена, Эо тоже. Куда мы будем девать военных сирот с пробудившимися способностями? Мы, может, и старые пердуны, которые проморгали войну и Королеву, но мы ещё можем внести свой вклад, помочь, с нашим-то опытом, авторитетом и связями.

- И что же, - чуть улыбнулся Крипелин, – ты вернёшься?

- Вернусь! – с вызовом ответил Гриз. – Потому что я нужен!

Опять пару минут простояли молча, задумчиво глядя вдаль. Затем Анджелус кивнул и мягко произнёс:

- Что ж, пожалуй, ты прав, предстоит много работы.

- Как в старые добрые времена! – воскликнул Озворд. – Так тому и быть, если наша сила, мудрость и опыт необходимы израненному миру, то…

- Ой, Алан, - разочарованно покачал головой Анджелус и стал спускаться с утёса.

- Что?

- Серьёзно, заканчивай с этой хренью, - проворчал Гриз и последовал за Крипелином.

- А что? Я просто хотел… Эй, меня-то подождите!

***

Как странно, тихо, тепло и спокойно. На Фуксии ощущения подсказывал разум, сами по себе они были нереальны, и теперь это особенно было заметно. Как во сне, в котором просыпаешься и не можешь понять реальность вокруг или всё ещё сновидение, но, когда пробуждаешься по-настоящему, сомнений уже никаких нет.

Голова на чём-то мягком, тело – на жёстком. На границе слуха тихие рыдания, вот на щеку попало что-то мокрое.

Нейт болезненно приоткрыл глаза. Агата. Рукой потирает лоб, глаза зажмурены, лицо в слезах. Нейт с усилием разлепил губы. Горло пересохло, но говорить было тяжело ещё и потому, что мысли путались, в голове стоял невообразимый хаос. И всё же Нейт с усилием выговорил:

- Ты настоящая?

Агата распахнула глаза, в диком изумлении глядя на юношу, стиснула его в объятьях, уткнувшись лицом в шею, и, захлёбываясь в слезах, проговорила:

- Ты жив! Нейт!

- Вроде как, - прохрипел, задыхаясь, он. – Не знаю, правда, надолго ли…

- Ой! Ой, прости, - она отстранилась от юноши, но не отсела, в общем-то, и не могла: Нейт понял, что его голова покоилась на её коленях. – Как… как ты? – Агата спешно вытирала слёзы и мокроту под носом и то улыбалась, то всхлипывала. Удивительно, но вызывающий макияж Королевы почти выстоял под натиском такого количества влаги.

- Бывало и лучше, но ты права - жив. Однако, что важнее, как тебе удалось вытащить нас оттуда?

- Сама не знаю, - сдерживая слёзы радости, ответила Агата. – Я услышала музыку, потом сломала кристалл… монстр этот… - сбивчиво объясняла она. – Затем увидела тебя, и стоило мне тебя коснуться… не знаю, как объяснить… всё стало ясно, музыка подсказала. Я знала, как вернуться, почувствовала наши тела. Потом, бах, и мы уже здесь! Только ты всё не просыпался, и я уж подумала…

Она смущённо замолчала, выравнивая дыхание. Какое-то время просидели в тишине, потом Нейт тихо и несколько мечтательно проговорил:

- Похоже, теперь мы первые люди, побывавшие на Фуксии.

- Ага, - тихонько посмеялась Агата. – Ещё и вернулись.

- Да. Ох! А ты-то как? Ты ведь больше месяца там провела!

- Нормально, - улыбнулась беспокойству Нейта Агата. – Вроде бы никаких изменений не чувствую. Мир, во всяком случае, пока разрушать не хочу.

- Уже неплохо, - вернул улыбку юноша. – Представляю, как все удивятся твоему возвращению, - устало сказал он.

- Э, д-да. Наверное, - Агата смущённо отвела взгляд.

- В чём дело? Что-то не так?

Девушка тяжело вздохнула и снова посмотрела на Нейта. Взгляд был грустным, но решительным.

- Понимаешь, по поводу вернуться… После всего, что я сделала, вряд ли кто-то сможет принять меня.

- Мы оба знаем, - нахмурился Нейт, - что это делала не ты – Королева.

- В том-то и дело – оба. Только мы вдвоём.

- И ещё несколько человек, - поспешил придать уверенности юноша. – А потом расскажем остальным. Не думаю, что это проблема, Крипелин…

- После всех бед, - мягко перебила Агата, - смертей, разрушений, пережитого ужаса, люди будут видеть во мне лишь зло, к тому же двести лет истории не так-то легко перечеркнуть. Никто не поверит, что Королева была одна, что она захватывала тела девочек со схожим с ней резонансом. Нет, - Агата помотала головой, как будто отгоняя последнюю надежду. – Нет, меня не примут, более того, у тех, кто возьмётся меня защищать, тоже будут проблемы.

Повисло молчание.

- Возможно, ты права, - задумчиво проговорил Нейт.

Агата кивнула, в глазах её стояли слёзы, ведь это означало прощание. Она так мечтала вернуться к ребятам, к Нейту, и вот теперь, только встретившись, им суждено было проститься и, может быть, не увидеться уже никогда. Сердце стало таким тяжёлым, что словно давило к земле, но девушка из последних сил держалась, стараясь не показать свою эгоистическую слабость.

- В таком случае, - продолжал тем временем Нейт, - будем скрываться. Подождём, когда всё утихнет, а там посмотрим.

- Что? – изумилась Агата. – При чём тут ты, Нейт? Ты герой, победивший Королеву, тебя там ждут… ты не должен… - девушка так нервничала, что начала сбиваться. – Из-за меня…

- Я, знаешь ли, - прервал её Нейт. – За тобой на луну отправился. Теперь я тебя ни за что не оставлю, - юноша положил руку на лоб и прикрыл глаза, на щеках играл лёгкий румянец. – Конечно, - добавил он еле слышно, - если ты не против.

Агата изумлённо смотрела на Нейта, не веря происходящему, затем улыбнулась, чувствуя, как сердце снова запорхало в груди, кивнула и радостно сказала:

- Нет, я буду очень счастлива.

Эпилог

Крики чаек и шум волн – привычная песня для этого места. Иногда в неё вкраплялись аккорды детских криков или музыка из любимого патефона Агаты, их звучание никогда не нарушало местной гармонии, а лишь дополняло её, придавало настроения.

Нейт, опершись о перила и попивая из чашки кофе, лениво наблюдал за поздним восходом – когда солнце уже полностью показалось из-за моря, но стояло ещё низко, не обжигая и не принося жары.

Со своей позиции – веранды второго этажа особняка - юноша обозревал почти весь остров: полоску пляжа, зажатую между небольших острых скал, спортивную площадку, летнюю столовую, справа от неё, на спортивных снарядах, турниках да лестницах было натянуто множество верёвок, на которых сушилось бельё, чуть дальше, огибая особняк справа, начинался любимый Агатой яблоневый сад с уютной беседкой внутри. Ещё, не считая различных мелких построек и огорода, на острове был маяк, правда, отсюда его не было видно.

Самым же значительным объектом на острове был, разумеется, особняк. Мрачный гигант от фундамента до конька сложной, многогранной крыши был образцом архаичной архитектуры. Несимметричный фасад, колонны, арки, ажурные мотивы, скульптуры различных сказочных существ, вычурная мебель – всё дышало давно вышедшей из моды стариной и мрачной, неуютной помпезностью, которая поначалу очень пугала детей.

Но Нейту этот неуклюжий древний гигант нравился. Особняк словно старый, суровый генерал, который под конец своей жизни взял под своё крыло детей, и души в них не чая, разрешал делать с собой всё что угодно. Так, на стенах фасада появились весёлые рисунки, бумажные фонарики и гирлянды, цветастая надпись на фронтоне «добро пожаловать!», и прочие милые вещи, совсем несвойственные строгому, хмурому ветерану.

Осмотрев здание, Нейт невольно вспомнил, каким он увидел его впервые. Сколько уже? Четыре года назад. Да, работы было проделано много.

Особняк принадлежал семейству Эйрейт, но много лет здесь никто не жил, кроме старого добряка-дворецкого Аргуста, который в силу возраста и большого объёма работы не мог поддерживать дом в нужном порядке.

Нейт невольно улыбнулся, вспомнив, как радовался старик, когда увидел свою любимую «Агаточку», и после, когда в особняк поступили первые дети. Потом в силу своего доброго сердца и мягкого характера он нередко становился жертвой их шалостей, но ничуть, правда, на это не обижался.

За спиной стукнула дверь. Нейт повернулся, к нему из комнаты шла Агата, в руках у неё была газета, вид у девушки был радостный и слегка возбуждённый.

- Ага, всё прохлаждаешься?! – с порога начала она. – А дети тебя уже ждут, Эла, накормила их и уже отвела в зал.

Эла – тоже одна из преданных служанок Эйрейтов, она была гувернанткой в доме, в столице. Собственно, помимо неё и Аргуста, в особняке проживало ещё три взрослых человека: садовник, плотник и, вообще, на все руки мастер - здоровяк Крис, сын Элы, и два отставных учителя Орты Арон и Нея. Вторая – совсем молодая ещё женщина, которая покинула Гармонию по своим личным причинам, связанным с какой-то трагедией. Нея об этом не распространялась, и никто с вопросами не лез: после войны таких историй было великое множество.

- Да как раз собирался, - лениво ответил Нейт.

- Смотри-ка, что нашла! - азартно проговорила Агата, протягивая юноше газету.

В предложенной девушкой статье говорилось об открытии Орты, и о готовящемся через полгода завершении строительства Эо.

- Да, - задумчиво протянул Нейт. – Когда я виделся последний раз с Тэей, в прошлом месяце, она говорила, что всё уже почти готово, правда, академия из-за недостатка финансирования получилась почти в два раза меньше первой. Впрочем, может, прежний размах уже и не нужен… - тихо закончил юноша.

Нейт намекал на то, что теперь в Гармониях будет намного меньше студентов. После того как Высшие духи исчезли, способности к восприятию и изменению резонанса стали встречаться почти в пять раз реже. Более того, те, кто уже этими способностями обладал, утратили их. Некоторые, такие, как, например, Тэя ещё могли слышать резонанс, но изменять его уже не получалось ни у кого. Касалось это, разумеется, только тех, кто имел связь с Высшими духами. Диссонеры с силой Малых духов свои способности не растеряли, впрочем, навыки их значительно ослабли.

Даже Агата, пережив удивительные метаморфозы, сохранила свою связь с Люном. Но удивительнее всего было то, что и Нейт получил связь с этим Малым духом. Объяснить этот феномен никто не мог. Предполагалось, это как-то связано с тем, что Люн вошёл с Нейтом в прямой контакт: вылечил его и после исчезновения Высших духов, занял место Лареи. Кто-то считал, что это как-то связано с путешествием Ривза на Фуксию. Тэя же была уверена, что, может, это всё и сыграло свою роль, но главное – особая связь Нейта с Агатой, оттого и дух у них теперь один. Никогда при этом девушка не объясняла, в чём же эта особенность заключается. Агата, кажется, понимала подругу, а вот Нейт, раздражённый недомолвками и намёками, как-то решил докопаться до истины, но Тэя лишь обронила загадочную фразу: «Считай, что вас обручила Симфония!», и больше к этому вопросу они не возвращались.

- Даже так, они все равно молодцы, - с энтузиазмом проговорила Агата. – В таких условиях отстроиться всего за четыре года!

- Угу, - думая о чём-то своём, кивнул Нейт.

- Эх, может, теперь у Тэи хоть побольше времени будет, и она сможет чаще приезжать.

Нейт украдкой взглянул на девушку. Понять Агату можно было. Она являлась узником острова. Нейт выезжал на большую землю раз в две недели, а то и чаще, Агате же по известным причинам покидать особняк было нельзя. Конечно, скучать здесь не приходилось: пятьдесят три ребёнка, и с каждым месяцем всё больше. Но конечно же, молодой, активной девушке общения с детьми и престарелой прислугой было мало. С учителями тоже: Арон был значительно старше, да и характер у него был своеобразным, слишком эксцентричным, а Нея была очень скромной и скрытной, общения и уж тем более дружбы не искала.

Вот и оставались для Агаты отдушиной редкие приезды Тэи и Фиры. Иногда Кейси с Вейроном, но парни больше времени проводили с Нейтом.

Ещё о том, что Агата жива, знал Крипелин. Он, вообще, принял большое участие в обустройстве приюта. Очень помог с документами, например, по наследству Эйрейт и уладил многие финансовые вопросы.

Кейси и Тэя увидели Агату ещё там, в Башне Света, они помогли ей и Нейту незаметно покинуть остров Краб. Вейрон и Фира узнали о тайне через пару месяцев. Больше всего вызывала беспокойство напарница Клиффа, после всех пережитых трагедий у девушки слегка пошатнулась психика, не последнюю роль в этом, правда, сыграли её способности. Многие думали, что она не сможет принять Агату, долгое время вообще сомневались, стоит ли ей всё рассказывать. Однако Фира оказалась, как всегда, непредсказуема и, кажется, поверила во всю историю с Агатой и Королевой быстрее всех, ей вообще никаких объяснений и доказательств не требовалось. Девушку привезли в особняк, Нейт рассказал о самом факте замены сознания, на улицу вышла Агата, и Фира незримой молнией рванулась навстречу подруге. Чуть не четверть часа она стискивала её в объятьях, рыдая на плече. Агата поглаживала девушку по голове и растерянно улыбалась, она слегка смутилась от такой реакции, но была счастлива.

- Похоже, всё потихоньку возвращается на круги своя, - грустно сказала Агата, глядя куда-то вдаль.

- Да, - Нейт проследил за её взглядом: море, небо, за горизонтом горбушка уплывающей Фуксии. – Потерпи немного, скоро и ты вернёшься, Крипелин проводит большую компанию по раскрытию наследия Королевы. Скоро человечество примет неоспоримые факты.

- Но далеко не всё, - тяжело вздохнула Агата.

- Ну, не хватало на всех ориентироваться. Кто-то до сих пор верит, что планета плоская. А на востоке, рядом с Забытыми Землями живёт кучка идиотов, которая уже четыре года поклоняется покойнику. Наберись терпения, всё случится постепенно, вот увидишь, для многих твоё возвращение ознаменуется надеждой, ведь это послужит доказательством того, что Королевы больше нет.

- Ага, эх, всегда у тебя всё ровно… Постой-ка! – Агата игриво улыбнулась. – В дело вступил профессор психологии Нейт Ривз! Опять я попалась!

- Так, всё, я ушёл.

- Стой-стой-стой, - Агата успела поймать направляющегося к двери юношу за рукав и развернуть к себе. – Удачи. Не будь с ними слишком строг, - девушка легко поцеловала Нейта в губы.

- Когда это я был строг? – смущённо пробормотал Ривз. – Кстати, к ужину не жди, нужно смотаться на материк, у нас закончились лампы, топливо для генератора и так, по мелочи.

- Угу. Сегодня вернёшься?

- Да, ближе к ночи, - остров находился всего в семидесяти километрах от Дарниринда, так что до цивилизации можно было добраться за несколько часов, даже на не самом мощном прогулочном катерке, которым располагал приют.

- Ну вот, - несколько наигранно вздохнула Агата. – А я-то думала, сегодня нас ждёт концерт. Я и кларнет под…

- Этого не будет, - сурово отрезал Нейт.

- Ну-у, ты же сыграл мне однажды!

- Один раз и хватит.

- Ничего-ничего, - хитро прищурилась девушка, - мы с ребятами тебя уломаем!

- Всё, пока-пока.

Новое поступление детей, самое большое за последний год. Двенадцать человек. Скоро нужно будет думать о расширении штата. Впрочем, через пару месяцев пятнадцать человек приют покинут: у них обнаружены таланты диссонера, так что ребята отправятся в Орту. Никто «Домик у маяка», так назывался приют, покидать не хотел, Агата хорошо постаралась, она создала здесь совершенно уникальную атмосферу. Но что делать, в Гармонии им помогут и обучат гораздо лучше.

Нейт подошёл к столу возле доски и осмотрел аудиторию, которая когда-то была банкетным залом, а сейчас здесь проводили занятия или устраивали праздники.

Двенадцать напуганных пар глаз. Дети войны, потерявшие дом, родителей, спокойствие, защиту , всё. Война не берёт по чуть-чуть, она сжирает всё, до чего дотянется своими уродливыми руками.

Двенадцать доверчивых пар глаз. Несмотря на весь ужас, который им пришлось пережить, они до сих пор не утратили надежду и ждут, чтобы кто-то позаботился о них, взял под опеку.

Двенадцать внимательных пар глаз. Они ждут. Мальчики и девочки. Старшему около девяти, младшему, едва пять. Кто-то злой, сильный и жестокий попытался разбить их жизнь вдребезги. Ребята почти утратили веру.

Но теперь они здесь, в месте, которое Агата с такой заботой и любовью создавала как раз для того, чтобы вернуть им надежду на светлое будущее. Это была мечта девушки, и Нейт сделает всё для её осуществления. Он больше не эпигон, не рыцарь Королевы, но, пожалуй, теперь он её рыцарь, и юноша счастлив был оставаться им.

Он ещё раз осмотрел аудиторию и строго проговорил:

- Добро пожаловать в «Домик у маяка». Теперь это и ваш дом, так что прошу следовать его правилам, главное из которых – уважительно относится к своим товарищам и учителям, грубость и жестокость здесь не терпят. Я лично за этим слежу, - Нейт строго посмотрел в глаза каждому, потом улыбнулся и мягко добавил:

- И расслабьтесь. Уверяю, вам здесь понравится.