AKARI | Том I: След

Глава 8 - Старый жетон

Глава 8. Старый жетон

Утром Нами проснулась от запаха хлеба. Она лежала, пытаясь понять, откуда он взялся, потом заметила Акари у двери. Тот уже собрал вещи и как раз принимал из рук хозяйки постоялого двора небольшой свёрток, перетянутый бечёвкой.

— Это вам в дорогу, — сказала женщина. — Хлеб, сыр, немного сушёного мяса. Яблоки сверху, не раздавите.

Акари посмотрел на свёрток с явным сомнением.

— Мы же уже отработали ночлег.

— Вот поэтому и знаю, что вы не совсем бесполезные. Берите.

— Но…

Нами подошла, забрала свёрток из рук хозяйки и вежливо склонила голову.

— Спасибо. Правда.

Хозяйка улыбнулась ей, пожелала доброй дороги и ушла вниз. Акари проводил её взглядом, затем посмотрел на Нами.

— Ты могла дать мне договорить.

— Могла.

— И?

Нами аккуратно уложила еду в сумку.

— Решила не рисковать завтраком.

Спорить с этим Акари не стал.

Вскоре они оставили деревню позади. Утро было прохладным, дорога ещё не успела нагреться, а после мановой зоны обычный лес продолжал казаться почти чрезмерно шумным. Птицы перекликались над ветвями, в траве стрекотали насекомые, издалека доносился скрип колёс с большой дороги.

До Тадзено-Нанши оставалось около двух дней пути. Пешком они дошли бы тоже, но после вчерашнего разговора оба время от времени поглядывали на следы колёс и встречные повозки. Денег по-прежнему не было, поэтому любой способ сократить дорогу должен был сначала пережить разговор с Нами.

Ближе к полудню они остановились возле неглубокого ручья. Акари наполнил фляги. Нами присела у воды и почти машинально протянула ладонь к поверхности.

— Не сейчас, — сказал Акари.

Она обернулась.

— Я ещё ничего не сделала.

— Поэтому я и успел.

Нами посмотрела на ручей, затем на дорогу, которую иногда было слышно за деревьями.

— И что, мне теперь вообще не тренироваться?

— До города — лучше нет.

Ей такой ответ явно не понравился.

— Ты сам сказал, что мне нужно учиться.

— Нужно. Но не так, чтобы первый случайный путник увидел, как вода двигается вокруг человека без Шинка.

Нами раздражённо опустила руку.

— Тогда что предлагаешь?

Акари задумался, будто уже прикидывал это раньше.

— В Тадзено-Нанши купим тебе небольшой водный Шинка. Лучше на ожерелье, чтобы руки оставались свободными.

— Зачем мне камень, если сила и так моя?

— Потому что пока ты слишком много делаешь одновременно.

Он присел рядом и кивнул на воду.

— Ты пытаешься почувствовать поток, задать форму и удержать её одной своей силой. Небольшой Шинка даст устойчивую опору на первых движениях. Сначала привыкнешь к тому, как вода должна идти. Потом уберём его.

Нами прищурилась.

— То есть учебная подпорка.

— Если тебе так больше нравится.

— Не нравится.

— Тогда придумай название получше.

Она снова посмотрела на ручей.

— И маскировка.

Акари кивнул.

— Если кто-то увидит воду, сначала увидит камень. Этого обычно достаточно, чтобы не задавать следующий вопрос.

Нами немного помолчала.

— А ты?

— Мне нужны два небольших огненных Шинка. На запястья.

Он поднял ладони.

— Если придётся использовать огонь при людях, со стороны будет выглядеть так, будто он идёт через браслеты.

Нами посмотрела на него с лёгким недоверием.

— У нас ноль денег.

— Я помню.

— Хороший план.

— Сначала доберёмся до города. Потом заработаем.

Она продолжала смотреть на него.

— Сам додумался?

— Нет.

— Элиас?

— Рэйдзан.

Нами мгновенно оживилась.

— Опять Рэйдзан. Так кто он вообще?

Акари уже поднимался.

— Пойдём.

— Нет, подожди. Ты каждый раз—

— Потом.

— Ты всё время говоришь «потом».

Акари взял фляги.

— Работает же.

Нами тяжело вздохнула, но к воде больше не потянулась. Вскоре они вышли к большой дороге.

Большая дорога оказалась оживлённее, чем тропы вокруг мановой зоны. К полудню им встретились две повозки с зерном, телега с бочками и целая семья, ехавшая в сторону Юдори. Ни одна не направлялась туда, куда было нужно.

Нами спрашивала сама. После третьего отказа она уже успела выяснить, что ближе к северу дорога становится хуже не только из-за колеи. Последние месяцы на лесных участках несколько раз останавливали одиночных торговцев. Никто не называл это большой бедой, но повозки старались идти вместе, а те, кому было что терять, нанимали охрану.

Акари слушал эти разговоры молча и время от времени смотрел на лес по обе стороны дороги.

Ближе к полудню впереди показался небольшой обоз из трёх повозок. На первой лежали свёрнутые ткани и деревянные ящики, вторая была нагружена инструментами и мешками, третья везла сушёные травы и связки корней. Возле первой шёл вооружённый мужчина лет сорока с копьём за плечом.

Нами ускорилась.

— До Тадзено-Нанши? — спросила она у возницы.

Тот кивнул назад, к сухощавому мужчине в дорожном плаще.

— До него. С хозяином говори.

Хозяин обоза выслушал Нами, оглядел Акари и назвал цену за два места.

Нами спокойно ответила:

— Денег нет.

Мужчина молча смотрел на неё.

— Тогда пешком дешевле.

— А охрана вам нужна?

Акари медленно повернул голову.

Нами указала на него так естественно, будто они заранее всё обсудили.

Хозяин посмотрел на Акари внимательнее. Молодой, не особенно крупный, обычная дорожная одежда и сломанный меч у пояса — вид не тот, за который принято сразу платить.

— Он?

— Он.

— Рад, что меня спросили, — заметил Акари.

Нами даже не обернулась.

— Ты хочешь два дня идти пешком?

Акари помолчал.

— Продолжай.

Хозяин обоза усмехнулся.

— Один охранник у меня уже есть.

— Значит, знаете, зачем иногда нужен второй.

— А он вообще умеет драться?

Нами посмотрела на Акари.

— Немного.

На этот раз уже Акари посмотрел на неё.

— Немного?

— Не завышаю ожидания.

Мужчина с копьём подошёл ближе. В отличие от хозяина, он почти не смотрел на сломанный клинок. Его взгляд задержался на руках Акари, на старых следах от оружейной рукояти на ладонях и на том, как тот стоял у края дороги.

— С мечом давно? — спросил он.

— Достаточно.

Охранник кивнул хозяину.

— Вторые глаза лишними не будут. А если парень бесполезный, хотя бы ночью меня подменит.

— Обнадёживает, — сказал Акари.

Нами тем временем добавила:

— Я помогу с товаром и записями, если понадобится. Считать умею.

Хозяин посмотрел уже на неё.

— Торговала?

Нами задержалась с ответом.

— В семье торговали.

Мужчина ещё немного подумал.

— Хорошо. До Тадзено-Нанши два места на третьей повозке. Едите с нами. Он идёт вторым охранником и берёт одну ночную смену. Ты, если понадобится, помогаешь с грузом и счётом.

Нами сразу протянула руку.

— Договорились.

Мужчина посмотрел на её ладонь, потом пожал её.

Акари тихо спросил, когда они уже отходили к третьей повозке:

— А если бы я был против?

— Ты бы сказал раньше.

— Ты не дала мне времени на подумать.

— Тебе и не надо было.

На третьей повозке нашлось место между мешками с травами и пустыми корзинами. Нами устроилась первой, вытянула ноги и с явным удовольствием откинулась на свёрнутую ткань.

Акари сел ближе к краю, откуда было видно дорогу назад.

— Это лучше, — сказала Нами.

— Что?

— Не идти.

Акари задумался.

— Вздремну.

— Вот видишь. Уже два хороших способа путешествовать.

Повозка дёрнулась с места. Вскоре место, где они встретили обоз, осталось за поворотом.

Первую часть дня ничего не происходило.

Именно это Акари, судя по всему, устраивало больше всего.

Он сидел на краю повозки, иногда менялся несколькими словами с другим охранником и почти не участвовал в разговорах торговцев. Нами, наоборот, быстро выяснила, откуда везут ткани, почему один из возниц ругается на цену овса и сколько обычно занимает въезд торгового обоза в Тадзено-Нанши.

Через некоторое время хозяин попросил её сверить несколько меток на ящиках с коротким списком. Нами закончила быстрее, чем он ожидал, а заодно заметила, что один свёрток ткани записан не в ту повозку.

Молодой помощник купца, до этого молча таскавший верёвки, посмотрел на неё с новым интересом.

— Ты правда из торговых?

Нами провела пальцем по строчке в списке.

— Моя семья торговала.

— Понятно.

— Что именно?

— Почему хозяин уже слушает тебя внимательнее, чем меня.

Нами впервые за долгое время улыбнулась человеку, который ничего от неё не требовал и ничего о ней не знал.

— Это потому, что я говорю полезные вещи.

Помощник фыркнул и вернулся к верёвкам.

Ближе к середине дня лес подступил к тракту плотнее. Дорога стала уже, колёса чаще попадали в старые ямы. Второй охранник пересел ближе к первой повозке, но выглядел скорее скучающим, чем встревоженным.

Акари изменился раньше всех.

Сначала просто перестал лениво покачивать ногой. Потом наклонился, посмотрел на край дороги и спрыгнул на землю, не дожидаясь остановки.

— Что? — спросила Нами.

— Езжайте.

Он прошёл несколько шагов рядом с повозкой, разглядывая землю.

Другой охранник заметил это и приблизился.

— Что увидел?

Акари показал на полосу примятой травы между деревьями.

— Здесь стояли лошади.

— Когда?

— Недавно.

Чуть дальше на высоте человеческого плеча была свежо сломана тонкая ветка. На мягкой земле между корней просматривался край следа сапога.

Ничего из этого по отдельности не выглядело опасно.

Вместе Акари не понравилось.

Он подошёл к первой повозке.

— Держите расстояние меньше. И не останавливайтесь, если кто-то позовёт с обочины.

Хозяин посмотрел на него.

— Засада?

— Не знаю.

— Тогда зачем—

— Потому и не знаю.

Мужчина задержал взгляд на его лице и всё же махнул возницам. Повозки сблизились. Другой охранник снял копьё с плеча.

Акари снова сел с краю третьей телеги, но теперь не отворачивался от леса. Меч лежал рядом, руки оставались свободными.

Нами первой заметила движение между деревьями.

Человек стоял далеко от дороги. Настолько далеко, что лицо разобрать было невозможно. Чуть позже правее появился ещё один силуэт.

Они не приблизились.

Некоторое время шли параллельно обозу, затем исчезли среди деревьев.

Никто не напал.

Лес постепенно поредел. Другой охранник убрал копьё обратно на плечо.

Хозяин обоза подъехал ближе к третьей повозке.

— Думаешь, они хотели выйти?

Акари пожал плечами.

— Возможно.

— А если просто путники?

— Тогда мы очень аккуратно проехали мимо путников.

Нами, сидевшая рядом, кивнула с преувеличенно серьёзным видом.

— Невероятная работа.

— Стараюсь, — ответил Акари.

Другой охранник коротко усмехнулся.

— Глаз у тебя хороший.

Акари посмотрел туда, где исчезли фигуры.

— Привычка.

До вечера дорога снова стала обычной.

На ночлег обоз остановился у старой дорожной стоянки возле ручья. Здесь уже было каменное кольцо для костра, несколько вбитых в землю столбов для лошадей и низкий навес, под которым можно было спрятать часть груза от дождя.

Повозки поставили полукругом. Возницы занялись лошадьми, хозяин проверил крепления на ящиках, а Нами впервые за долгое время оказалась в лагере, где никто не ожидал нападения каждую секунду.

После еды она ненадолго ушла к ручью и присела у воды. Просто смотрела на течение, не протягивая к нему рук.

Акари подошёл следом.

— Я не тренируюсь, — сказала Нами, не оборачиваясь.

— Я ничего не сказал.

— У тебя лицо сказало.

Он остановился рядом.

— Удивлён, что ты послушалась.

Нами посмотрела на него через плечо.

— Ты сказал дождаться Шинка.

— Я помню.

— Я тоже.

Она перевела взгляд обратно на воду.

— Он правда поможет?

— Если правильно подобрать — да. Не научит за тебя. Просто не даст каждому движению рассыпаться раньше, чем ты поймёшь, что сделала.

Нами тихо выдохнула.

— Значит, сначала деньги.

— Сначала город.

— Потом деньги.

— Потом деньги.

Этого ей оказалось достаточно. Нами поднялась, и они вернулись к костру.

Разговор уже шёл о Тадзено-Нанши. Один из возниц жаловался на цены внутри города, другой уверял, что в хорошую неделю торговец всё равно зарабатывает там больше, чем в трёх деревнях вместе. Хозяин обоза рассказывал, что местная гильдия почти всегда держит доску заполненной: вокруг много дорог, воды, лесов и слишком много желающих получить деньги за то, что обычный человек делать не станет.

Нами заинтересовалась сразу.

— А жить там дорого?

Акари повернулся к ней.

— Из всего рассказа ты услышала именно это?

— У нас нет денег.

— Всё ещё сильный аргумент.

Хозяин обоза сказал, что за комнаты возле рынка действительно просят много, но у самой гильдии есть дешёвый постой для зарегистрированных исполнителей. Самый простой — почти койка под крышей, зато для человека с действующим жетоном обходится заметно дешевле обычного постоялого двора.

Нами сразу посмотрела на Акари.

Тот сделал вид, что очень занят огнём.

— У тебя же есть жетон.

— Есть.

— Значит, хотя бы спать на улице не будем.

Акари бросил на неё короткий взгляд.

— Ты быстро повысила требования.

— После мановой зоны я считаю крышу базовой потребностью.

Возразить было сложно.

Когда люди начали расходиться, Акари остался у костра: по договору первая часть ночной смены была его.

Нами уснула в повозке, завернувшись в плащ. Среди ночи она ненадолго проснулась и выглянула наружу.

Акари сидел напротив другого охранника. Меч лежал рядом, но рука не держала рукоять. Мужчины негромко спорили о том, какая дорога быстрее после весенних дождей.

Это выглядело почти непривычно спокойно.

В мановой зоне Акари сидел в темноте, не отпуская меч, будто ждал, что лес в любой момент попробует забрать их обоих.

Здесь он просто нёс смену.

Нами ещё немного посмотрела на огонь и снова легла.

Второй день прошёл быстрее первого.

Лес постепенно отступал от дороги. Встречных становилось больше: торговые телеги, одиночные всадники, несколько небольших групп с оружием и дорожными сумками. У развилок появились старые каменные указатели, а ближе к вечеру — первые посты, где проверяли состояние дороги и собирали сведения о движении обозов.

Нами почти всё время ехала на третьей повозке. Акари то сидел рядом, то шёл пешком возле колёс, когда дорога становилась теснее.

К полудню хозяин уже перестал следить за ним взглядом каждый раз, когда Акари отходил от обоза. После вчерашнего лесного участка сомнений в том, что место второго охранника было отработано, у него явно не осталось.

За обедом Нами заметила, что Акари снова положил ей больше еды, чем себе.

Она посмотрела на свою порцию, затем на его.

— Ты опять это сделал.

— Что?

— Мне больше.

Акари пожал плечами.

— Ты меньше.

— Значит, мне нужно меньше.

Он поднял на неё глаза.

— Ты только что разрушила собственный аргумент.

Нами замолчала, посмотрела на еду и отломила часть хлеба обратно ему.

— Замолчи.

Акари принял хлеб.

— Хорошо.

Они ели молча. Потом Нами спросила, какая еда ему вообще нравится.

Вопрос оказался настолько обычным, что Акари сначала не нашёлся с ответом.

— В смысле?

— В прямом. Ты постоянно решаешь, что есть можно, что нельзя, сколько нам хватит. А что тебе нравится?

Он задумался.

— Булочки с корицей.

— Серьёзно?

— Что не так с булочками с корицей?

— Ничего. Просто ожидала чего-то менее нормального.

— Я разочаровал?

— Немного.

Акари смотрел на неё, потом добавил:

— Хотя однажды надо было брать с вишнёвым джемом.

Нами нахмурилась.

— Что?

— Долгая история.

— Опять «потом»?

— Нет. Эту могу рассказать.

И следующие несколько минут он совершенно серьёзно объяснял ей, как в десять лет сделал неправильный выбор в деревенской пекарне и почему до сих пор считал это одной из самых бессмысленных ошибок своего детства.

Нами смеялась сильнее, чем история того заслуживала.

Акари в какой-то момент тоже начал улыбаться.

К вечеру дорога поднялась на невысокий холм.

Первая повозка остановилась почти сама собой: возница придержал лошадей и кивнул вперёд.

— Тадзено-Нанши.

Нами сразу встала, держась за край телеги.

Город лежал далеко впереди и даже издали не выглядел единым. Две большие части раскинулись по разным сторонам широкой реки. Между ними тянулись мосты и укреплённые переходы, у воды виднелись стены, башни и тёмные линии причалов. Огни уже начинали зажигаться с обоих берегов, отражаясь в течении длинными полосами.

Дорога к городу была заполнена обозами. Некоторые продолжали движение к воротам, другие уже сворачивали на большую стоянку у тракта.

Хозяин их обоза выбрал второе.

— Поздно лезть в очередь. Утром пройдём быстрее, товар оформим сразу.

Повозки свернули к стоянке. Здесь уже горели несколько костров, пахло лошадьми, дымом и горячей едой. Люди ставили телеги рядом друг с другом, проверяли ремни и готовились провести ночь под стенами города.

Нами спрыгнула на землю и продолжала смотреть на Тадзено-Нанши.

— Это он?

Акари остановился рядом.

— Он.

— Значит, завтра гильдия.

— Сначала войдём в город.

— Потом гильдия.

— Потом гильдия.

Нами довольно кивнула.

— Потом деньги.

Акари посмотрел на неё.

— Очень романтичный взгляд на путешествия.

— Мы второй день путешествуем бесплатно.

Он оглянулся на обоз, который они только что два дня охраняли.

— Не совсем бесплатно.

— Но без денег.

Акари признал:

— Справедливо.

Они остались на стоянке вместе с обозом. До ворот Тадзено-Нанши было уже совсем недалеко, но впервые за несколько дней Акари никуда не торопился.

Утром им предстояло войти в новый город.

Утром стоянка проснулась раньше города.

Ещё до рассвета между повозками уже ходили люди с вёдрами, проверяли колёса, затягивали ремни и ругались из-за чужих лошадей, которые почему-то всю ночь считали соседнее сено своим.

Нами проснулась от грохота деревянного ведра о землю.

Она резко села в повозке и смотрела перед собой, пытаясь понять, что произошло.

Снаружи кто-то выругался.

— Согласна, — пробормотала она.

Акари сидел возле заднего колеса и затягивал ремень на сапоге.

— Доброе утро.

Нами посмотрела на светлеющее небо.

— Очень спорное утверждение.

Она выбралась наружу, потянулась и сразу поморщилась.

Акари заметил.

— Что?

— Ничего.

— Тогда почему ты двигаешься как Тэцу после дождя?

Нами остановилась.

— Кто такой Тэцу?

Акари замер, будто сам не ожидал, что имя вырвется так легко.

— Кузнец из моей деревни.

— Тот, который тебя растил?

— Да.

Нами ещё раз осторожно расправила плечи.

— Ему тоже не нравилось спать в повозках?

— Он бы сказал, что нормальные люди в повозках не спят.

— Наконец-то кто-то разумный из твоего прошлого.

Акари поднялся.

— Ты бы ему не понравилась.

— Почему?

— Много говоришь.

Нами уже открыла рот, но хозяин обоза окликнул их с другой стороны стоянки.

К воротам начали выстраиваться первые телеги.

Их обоз тронулся не сразу. Сначала проверяли товар, потом обнаружили ослабшее крепление на одной из повозок, затем молодой помощник дважды пересчитал одинаковые ящики и оба раза получил разное число.

Нами наблюдала.

Потом подошла.

— Покажи список.

Парень посмотрел на неё.

— Я сам.

— Вижу.

Вскоре список всё-таки оказался у неё.

Нами прошла вдоль повозки, сверяя клейма. На третьем ящике остановилась.

— Вот этот ты считаешь дважды.

— Почему?

Она ткнула пальцем в две почти одинаковые отметки.

— Это номер партии. А это номер повозки.

Парень нахмурился.

— И откуда мне было знать?

— Можно было спросить.

— Кого?

Нами вернула лист.

— Теперь уже меня.

Акари, стоявший неподалёку, отвернулся слишком поздно.

— Что? — сразу спросила она.

— Ничего.

— Ты смеялся.

— Нет.

— Я видела.

— Тогда зачем спрашиваешь?

Нами прищурилась, но спорить не успела.

Хозяин обоза подошёл к Акари. За два дня он перестал смотреть на Акари с недоверием, когда тот оказывался рядом, и теперь протянул руку почти по-дружески.

— Дальше сами?

— Сами.

— Тогда договор закрыт. Довёз, накормил. Ты свою часть тоже сделал.

Акари пожал ему руку.

— Спасибо.

— Если ещё пойдёшь этой дорогой, спроси на стоянке про наш обоз. Место второго охранника найдётся.

— Запомню.

Нами дождалась, пока мужчина отойдёт.

— Видишь?

— Что?

— Уже работа есть.

— Мы ещё даже в город не вошли.

— Надо думать заранее.

Акари посмотрел на неё.

— Ты три дня назад собиралась идти пешком без денег.

— Именно поэтому теперь думаю заранее.

На это подходящего ответа не нашлось.

Очередь у ворот двигалась медленно. Торговые телеги шли отдельной полосой, пеших пропускали быстрее. У арки стражники выборочно осматривали грузы, спрашивали имена вооружённых путников и иногда останавливали людей с крупными сумками.

Когда дошла их очередь, один из стражников посмотрел на сломанный меч Акари.

— С обозом?

— До города, — ответил хозяин.

Стражник перевёл взгляд на Акари.

— Имя?

— Рэйдзан Арима.

Перо заскрипело по листу.

— Девушка?

Нами ответила раньше Акари:

— Мина Арима.

Стражник посмотрел на них обоих.

— Родня?

— Двоюродные, — сказала Нами.

Акари чуть повернул к ней голову.

Она не отреагировала.

Стражник поставил отметку и махнул рукой.

Только когда каменная арка осталась за спиной, Акари спросил:

— Быстро.

— Что?

— Ответила.

— Мы уже использовали эту историю.

— Я помню.

— Тогда в чём проблема?

— Ни в чём.

Нами посмотрела на него с подозрением.

— Ты опять что-то хотел сказать.

— Уже передумал.

За воротами Тадзено-Нанши оказался совсем не похож на Андеру.

Торговли здесь тоже было много, но она не собиралась вокруг одной большой дороги. Город расходился в стороны вместе с водой. Между домами то и дело открывался вид на широкую реку, небольшие рукава и причалы. Бочки, мешки и длинные связки древесины перегружали прямо с телег на низкие речные суда. Над улицами тянулись деревянные переходы между складами, у воды работали подъёмные вороты, а возле причалов спорили люди с одинаковыми знаками торговых домов на одежде.

На другом берегу поднималась вторая половина города. Отсюда она выглядела старше: больше камня, плотнее дома, выше башни. Несколько больших мостов связывали берега, и по ним почти непрерывно двигались люди.

Нами замедлилась.

Потом остановилась совсем.

Акари прошёл ещё несколько шагов и обернулся.

— Идёшь?

— Подожди.

Она показала на причал.

— Видишь?

— Воду?

— Груз.

Акари посмотрел внимательнее.

— Вижу.

— Они не гонят тяжёлые телеги через весь город. Смотри: обоз разгружают здесь, дальше всё идёт по реке. Если склад на другом берегу, лодка быстрее моста.

Акари кивнул.

— Угу.

Нами уже смотрела на соседние здания.

— И склады разделены. Вон ткань. Дальше зерно. А эти метки, скорее всего, торговые дома или арендаторы причалов. Если так, они ещё и очередь разгрузки заранее знают.

— Угу.

Она продолжала говорить, пока вдруг не замолчала.

Акари заметил не сразу.

— Что?

— Ты меня слушаешь?

— Да.

— Ты всё это время смотришь на стражу у моста.

— Это не мешает.

Нами скрестила руки.

— Что я сказала?

Акари продолжал смотреть через улицу.

— Тяжёлый груз перегружают на воду, чтобы не забивать улицы. Склады разделены по товару. Метки у причалов принадлежат либо торговым домам, либо тем, кто арендует место. И если последнее верно, порядок разгрузки они знают заранее.

Нами молчала.

Акари наконец посмотрел на неё.

— Что?

— Ничего.

Она пошла дальше.

Через пару шагов добавила:

— Мог хотя бы сделать вид, что тебе неинтересно.

— Мне интересно.

Нами повернула голову.

Он уже снова смотрел вперёд.

Она ничего не сказала, но шаг стал немного легче.

Ближе к одному из мостов начались торговые ряды. Сначала еда, верёвки и инструменты. Потом ткани, обувь, посуда, простые украшения.

Нами замедлилась возле тёмно-синего рулона плотной дорожной ткани.

Акари остановился рядом.

— Нет.

Она повернулась.

— Что «нет»?

— У нас нет денег.

— Я просто смотрю.

— Именно так всё обычно и начинается.

— Я выросла среди торговли. Я имею право смотреть.

Продавец уже заметил интерес.

— Хорошая ткань. Северная партия.

Нами провела пальцами по краю.

— Она намокала.

Мужчина моргнул.

— Что?

— Здесь кромка жёстче. И цвет ушёл.

— Дорога, девушка. Любая ткань в дороге—

— Тогда почему цена как за сухую?

Продавец посмотрел на неё внимательнее и назвал другую сумму.

Нами покачала головой.

Он назвал ещё одну.

Она немного подумала.

— Уже ближе.

— Берёте?

Нами замерла.

Потом медленно отпустила ткань.

— Не сегодня.

— Тогда зачем торговались?

Она посмотрела на него совершенно серьёзно.

— Хотела понять, насколько вы завышаете.

Акари успел отойти на несколько шагов, прежде чем продавец нашёл ответ.

Нами догнала его.

— Не смотри так.

— Я ничего не сказал.

— У тебя лицо сказало.

Акари повернул к ней голову.

— Это моя фраза.

— Теперь моя.

Они прошли ещё немного.

— Но я сбила цену, — добавила Нами.

— Вещи, которую мы не купили.

— Когда появятся деньги, будешь благодарен.

— Уже начинаю бояться.

Через улицу открылась небольшая пекарня. Кто-то вынес на прилавок свежий противень, и запах корицы дошёл до них почти сразу.

Нами медленно посмотрела на Акари.

Он смотрел на булочки.

— Даже не думай.

— Я ничего не делаю.

— Ты смотришь.

— Смотреть пока бесплатно.

Нами тоже посмотрела на прилавок.

— Когда заработаем, купим.

Акари поднял бровь.

— Одну?

— Сначала узнаем цену.

— Конечно.

— Потом сторгуемся.

Он вздохнул.

— С булочкой?

— С продавцом.

Дальше они шли уже без остановок.

Вывеску гильдии заметили с середины площади: старый металлический знак над широким каменным домом недалеко от моста.

Нами сразу показала на него.

— Гильдия.

Акари посмотрел на здание.

— Теперь гильдия.

— Потом деньги.

— Я помню.

Они пересекли площадь.

Гильдия Тадзено-Нанши оказалась шумнее андерской.

Первый этаж занимал большой общий зал. У дальней стены висели несколько досок с поручениями, возле окон стояли длинные столы, а за стойкой одновременно работали трое служащих. Люди входили и выходили почти без остановки: кто-то сдавал листы, кто-то спорил об оплате, двое мужчин в дорожной броне делили между собой мешок монет прямо на столе.

Нами огляделась.

— Здесь всегда так?

— Не знаю.

— Очень полезно.

— Я здесь впервые.

— Это хотя бы честно.

Они дождались свободного места у стойки.

Служащая лет сорока подняла глаза.

— Регистрация или поручение?

Акари положил жетон.

— Ночлег. И работа.

Женщина взяла знак, почти сразу нахмурилась и перевернула его.

Провела ногтем по стёртому краю.

Потом ещё раз посмотрела на Акари.

— Ваш?

— Да.

— Имя?

— Рэйдзан Арима.

Нами стояла рядом и молчала.

Служащая достала из-под стойки небольшой справочник, пролистала несколько страниц, потом закрыла.

— Подождите.

Она отошла к соседней двери.

Нами медленно повернулась к Акари.

— Что?

— Ничего.

— У тебя опять лицо говорит.

— Теперь моё тоже?

— Я учусь.

Вскоре она вернулась уже не одна. Рядом с ней шёл сухой пожилой мужчина в тёмном жилете гильдии. Он взял жетон осторожнее, чем служащая, и долго рассматривал его при свете окна.

— Действующий, — наконец сказал он.

Женщина кивнула.

— Я тоже так прочитала.

Мужчина перевёл знак.

— Одна из высших категорий старого образца. Очень старого.

Нами посмотрела на Акари.

Он смотрел на жетон.

— Проблема? — спросил он.

— Для вас — скорее наоборот.

Пожилой служащий достал толстый реестр. Искал нужную строку, потом провёл пальцем по записи.

— Имя есть. Отметка не погашена. Значит, права сохраняются.

Он перечислил спокойно, словно читал правило, которое давно не приходилось произносить вслух:

— Гильдейский постой при наличии мест. Доступ к старым поручениям и части закрытых заказов. Сниженные сборы.

Нами смотрела уже не на мужчину.

Акари забрал жетон.

— Нам нужен только постой.

Пожилой служащий задержал на нём взгляд.

— Только?

— Пока.

— Понятно.

По его лицу было видно, что понятно ему как раз не было ничего.

Служащая нашла в журнале свободное место.

— Самый простой постой наверху. Комната маленькая. По жетону положена одна.

Она посмотрела на Нами.

— Родственница?

— Двоюродная сестра, — ответил Акари.

Нами чуть заметно дёрнула бровью, но промолчала.

Служащая записала Мину Ариму рядом с именем Рэйдзана.

— Пока берёте поручения через отделение, этот постой по жетону бесплатный. Отдельные комнаты — уже по обычной ставке.

Нами сразу оживилась.

— На день?

— Да.

— Без оплаты?

Женщина посмотрела на неё.

— Вы хотите заплатить?

— Нет.

— Тогда я бы не спорила.

Акари едва заметно отвернулся.

Нами толкнула его локтем.

— Даже не начинай.

— Я молчу.

Ключ оказался деревянной пластинкой с выжженным номером.

Комната была на третьем этаже под крышей. Настолько маленькая, что дверь при открытии почти касалась кровати. Кроме неё внутри стояли крючки для одежды, низкий сундук без замка и таз с кувшином воды.

Нами остановилась на пороге.

Акари заглянул через плечо.

— Крыша есть.

— Ты сейчас серьёзно?

— Ты сама назвала её базовой потребностью.

Нами вошла.

Открыла маленькое окно. За ним была крыша соседнего дома и кусок реки между трубами.

— Кровать одна.

Акари поставил сумку у стены.

— Вижу.

— И?

— Что?

Она повернулась.

— Ты как собираешься спать?

— На полу.

Ответ прозвучал настолько быстро, что Нами сама растерялась.

— Ты даже не подумал.

— А надо?

— Не знаю.

Акари посмотрел на кровать, потом на пол.

— Хочешь на полу?

— Нет.

— Тогда всё решено.

Нами смотрела на него.

— Ты ужасно решаешь неловкие ситуации.

— Зато быстро.

— Это не достоинство.

— Иногда достоинство.

Она бросила плащ на кровать.

— Мы всё равно здесь пока только вещи оставим.

— Именно.

Нами посмотрела на свои почти пустые руки.

Вещей оказалось меньше, чем фраза обещала: плащ, сменная рубаха, несколько мелочей в мешке. У Акари было ненамного больше.

Вскоре всё уже лежало у стены.

Нами вымыла лицо холодной водой и посмотрела на себя в маленькое мутное зеркало возле двери.

— Я похожа на человека, который сейчас пойдёт работать за несколько Люменов.

Акари поправлял ремень меча.

— Ты и есть человек, который сейчас пойдёт работать за несколько Люменов.

— Спасибо.

— Всегда пожалуйста.

Когда они вернулись вниз, Нами всё ещё выглядела слегка оскорблённой реальностью.

У стойки она дождалась, пока освободится служащая.

— Самые простые поручения где?

Та показала на крайнюю доску.

— Городские. Без выезда за стены. Обычно берут новички, подростки при гильдии или те, кому срочно нужны мелкие деньги.

— Поручение отмечаете у нас. После работы заказчик отдаст жетон выполнения. Вернёте его сюда — получите сумму, указанную на доске.

Нами чуть нахмурилась.

— То есть сам заказчик не платит?

— Нет. Оплату он оставляет гильдии, когда подаёт поручение.

Нами посмотрела на Акари.

— Идеально.

Он вздохнул.

— Даже спорить не буду.

Перед работой они всё-таки поели. Жетон позволял взять простой завтрак в гильдейском зале: жидкая каша, хлеб и вода.

Нами попробовала кашу.

— За неё точно не нужно платить?

— Пока нет.

— Хорошо.

— Настолько плохо?

Она посмотрела на миску.

— Бесплатно — нормально.

Акари кивнул.

— Вот и первая экономическая победа дня.

Нами показала ему ложкой на доску.

— Следующая там.