Академия Ранкор 3. Мятежная душа

Пролог

За столом сидел мужчина средних лет, опытный воин и, признаться, нечистый на руку человек. Когда-то давно, в юности, он пытался заработать на жизнь с помощью меча, но быстро понял, что выживает не сильнейший, а тот, кто лучше всех приспосабливается. И он нашел свое место в жизни, свою "золотую жилу". Теперь он редко подвергал себя опасности, делая все чужими руками. В столице Ворон был известен лишь узкому кругу лиц, его знали как одного из главарей местных банд. В основном он зарабатывал золото на детских подпольных боях — занятии неимоверно грязном, но доходном. Если бы только благочинные горожане знали, сколькие из их соседей платили деньги за удовольствие посмотреть, как подростки забивают друг друга до смерти! Да, Ворон верно определял свою выгоду. Его клиентами были люди зачастую весьма обеспеченными, они готовы были платить за любое нарушение закона.

Однако мало кто знал, что подпольные бои были не единственным "увлечением" Ворона. У него было еще одно, весьма интересное "занятие", которое приносило ему золота ничуть не меньше, чем детские бои. У Ворона был талант — он умел чуять свою выгоду и собирал сведения о других, словно дама свой жемчуг. Иногда его предусмотрительность приносила очень хорошие плоды.

Ворон просмотрел еще раз материалы из папки, кристаллы со слепками ауры, записки свидетелей, а потом взглянул на стоящего рядом человека.

— Связаться с ним? — догадался подручный.

— Нет. Следи за ним и за девкой. Подождем, — приказал Ворон и позволил себе помечтать о том золоте, которое скоро окажется у него в кармане. Сейчас он чувствовал, что стоит подождать. Сделать завершающий штрих, чтобы потом дополнить картину. В искусстве шантажа Ворону не было равных.

Когда подручный ушел, мужчина встал, открыл магический тайник и убрал в него папку с маленькой буковкой "Ш".

Глава 1. О пустяках и самом важном

Ночь давно опустилась на Орин, но летнее тепло не отступило, придав тьме бархатную прохладу вместо жгучего холода. Ардэн сидел на крыше особняка, прячась в тени от печной трубы, и наслаждался дуновениями ветерка, играющего с прядями его приметных рыжих волос. Звезды освещали эту чудесную ночь, весело подмигивая с небосклона. Ардэн посмотрел на них и прикрыл глаза, думая и отдыхая.

Тихие шаги Карин он услышал почти сразу. На самом деле, ее выдал скрип чердачного люка. Ардэн улыбнулся и открыл глаза, когда сестра присела рядом, держа в руках небольшую корзинку.

— Печенье, — пояснила она с улыбкой и откинула тряпицу, под которой обнаружилось еще горячая выпечка с кусочками шоколада — настоящий деликатес, особенно для тех, кто привык с боем добывать себе черствый кусок хлеба.

— Хорошая жизнь, — произнес Ардэн, доедая десятое печенье.

— Угу, — подтвердила Карин. — Как ты?

— Нормально. А что случилось?

— Ты когда от императора вернулся, был такой бледный. И Алдиас очень переживал.

— Правда переживал?

Карин хитро на него покосилась.

— Правда. Учитывая, как он обычно невозмутим.

— Я действительно в порядке, — заверил сестру Ардэн, отправляя в рот очередное печенье. — У императора такая магия… неприятная. Брр… До сих пор не хочется вспоминать. Но мне лучше, правда.

— Надеюсь, — вздохнула Карин, забирая из корзины последнее печенье. — А с Патриком ты что не поделил? Он такой грустный ходит.

Ардэн фыркнул: еще бы Пат грустным не был! Хотя, ситуация, конечно, вышла отвратная. Не хотел он этого, не хотел. Но Пат сам виноват. Ардэн ведь хотел, чтобы его не боялись, чтобы с ним нормально общались, а вышло еще хуже. Патрик посчитал, что может делать все, что вздумается. И ведь Ардэн не видел в этом ничего плохого, не желал запрещать что-то или ограничивать чью-то свободу, пока не оказался в ситуации, когда его приказ не выполнили.

— Почему страдают другие? — вдруг спросил он пространство вокруг. Ну, и Карин. — Почему за меня расплачиваются другие? Библиотекарь, капитан разведчиков? Еще бы люди не боялись лордов, если те приносят столько проблем!

— Не хочу тебя огорчать, Ардэн, — задумчиво произнесла Карин, — но и господин Вейри, и Вин заслужили то, что получили. Они ведь действительно подвергли опасности студентов, еще детей. Им повезло, что ты сообразительный и живучий, а так…

— Но, Карин, меня пытались убить совсем другие люди! Вернее, в последнем случае это был демон.

— Однако именно халатность этих людей привела к этой возможности.

— Иногда ты рассуждаешь слишком взросло.

— А ты берешь на себя не свою вину.

— Я пытаюсь разобраться, — пробормотал он, взъерошив волосы. — Демон, это так сложно. Как найти эту золотую середину? Как вести себя, чтобы другие не принимали доброту за слабость?

— Спроси Алдиаса. Кто, как не он, знает, что такое — быть лордом.

— Отец сейчас занят, — отмахнулся Ардэн, скрывая смущение. — Да и не стоит его отвлекать по таким пустякам.

— Я думаю, — медленно произнесла Карин, — что он был бы не против, если бы ты отвлекал его по таким, как ты их называешь, пустякам.

Ардэн повел плечами и перевел тему:

— Как твои занятия?

— Здорово. Хочешь, покажу тебе последнюю работу? Я пока только учусь писать красками, но учитель похвалил…

Ардэн слушал, кивал, а сам думал о том, что же ему со всем этим делать. Начинать надо было уже сейчас: ему действительно полегчало после "благословления" императора, которое могло загнать в могилу. Может, дар его и усилили (или что там делается), но стоило это массы неприятных ощущений. Отец сказал, что главе рода приходится еще хуже, но до этого момента Ардэну было далеко. А пока нужно было заняться насущными делами.

***

Этим летом у отца было много дел. Он часто пропадал из столицы, а если и бывал в особняке, то наездами. Поначалу у Ардэна у самого была сессия, потом наступили каникулы, и он продолжил занятия с нанятыми учителями. Больше всего его гонял Даро, но "издевательства" лучшего в столице мечника Ардэн готов был терпеть, только бы научиться сражаться так же, как он. А вот по занятиям с отцом он скучал. Конечно, никто не запрещал Ардэну самостоятельно наведываться в библиотеку и зал для магии, но это было не то же самое, что уроки у отца.

Однако через неделю после представления Ардэна императору отец наконец покончил со своими сверхсрочными делами и возобновил их занятия. Ардэн разве что не подпрыгивал от нетерпения, а когда они добрались до зала магии и расположились там, выпалил первый вопрос:

— Темный дар способен влиять на разум, да?

Отец многозначительно на него посмотрел, но сказать ничего не успел, так как Ардэн его опередил:

— Нельзя задавать вопросы? Ты обычно разрешал.

— Разрешал и разрешаю. Ты перестанешь меня перебивать?!

Ардэн изобразил на лице раскаяние.

— Так вот, — уже более спокойно продолжил отец, — отвечаю на твой первый вопрос: да. Как ты понял?

— После "чудесной" магии императора я вспомнил один момент. Раньше на память жаловаться не приходилось, а тут — словно кто-то стер целый разговор.

— Что за разговор?

Ардэн нахмурился, вспоминая.

— Что не так? — спросил отец, почуяв неладное.

— Странный разговор… — протянул Ардэн. — Я там так глупо себя вел… Нелогично.

— В чем именно?

— Не в моих привычках доверять незнакомцам, а с тем мужиком я уж больно разоткровенничался.

— Это называется рассеивание внимания, — пояснил отец.

— Тоже магия? — догадался Ардэн.

— Да, — кивнул лорд Шер'рат. — Ты прав. Темный дар после седьмого круга обретает способность влиять на живое. Это выражается в первую очередь в магии разума. Поэтому император всегда знает, когда ему лгут.

— А почему ты мне не рассказал раньше? — спросил Ардэн и понял, что вопрос прозвучал уж очень обиженно. Но отец не разозлился.

— Я не мог, — спокойно поведал он. — И ты не сможешь никому рассказать. Еще одна особенность темного дара — говорить о нем ты можешь лишь с тем, кто о нем знает.

— Серьезно?

— Попробуй сам как-нибудь, — с намеком на усмешку предложил отец.

— Попробую, — с вызовом ответил Ардэн, его действительно пробирало любопытство, хотелось разобраться в том, как действует этот проклятый темный дар. Жутко становилось, когда он вспоминал о забытом разговоре. — Думаешь, это был кронпринц?

— Скорее, сам император. Темному дару может противостоять человек с достаточно сильной волей. Ты к таким относишься, так что на тебя должен был влиять настоящий мастер, чтобы ты так легко все забыл. При всем моем уважении к кронпринцу он еще не настолько искусен в магии. О чем с тобой беседовал император?

— О ерунде, — признался Ардэн, загоняя в глубь сознание проснувшееся было смущение. Он отвел взгляд, чувствуя, как все внимание отца сосредоточено на нем.

— Ардэн?

— Да глупости он всякие спрашивал. Нравится ли мне быть лордом, почему я им быть не хочу и так далее, — выпалил Ардэн, продолжая с особым усердием изучать рукр вокруг себя. — Я честно ответил… Давай сойдемся на том, что раз меня не спустили с лестницы императорского дворца, то я прошел эту проверку?

Ардэн с надеждой посмотрел на отца. Тот едва заметно усмехнулся и кивнул.

— Как пожелаешь. Ты хотел узнать что-нибудь еще?

— Да. Как защититься от темного дара? Ты сказал, что достаточно одной воли.

— Достаточно, но ты должен быть начеку. К тому же учитывай разницу в кругах. К примеру, влияние императора ты почти не почувствовал, но он слишком сильный для тебя маг. Если же говорить о кронпринце, то с ним у тебя больше шансов. Он пока не такой хороший маг, и, если ты будешь готов, ты сможешь ему противостоять. Полностью защититься от темного дара не выйдет, но ты можешь попробовать обмануть принца, увести его в сторону.

— Как?

— К примеру, он хочет проверить, лжешь ли ты ему, задает вопрос. В этот момент он также начинает использовать дар. Мысли не отпечатываются у нас в голове, они — отражение наших эмоций. Значит, ты можешь думать о чем-то, что будет соответствовать твоей лжи.

Ардэн нахмурился и потер подбородок.

— Как это выглядит?

— К примеру, принц спрашивает, как ты относишься к Вас'тар. Ты, естественно, думаешь о Тароне и Тегаре и испытываешь отрицательные эмоции. Так вот попробуй представить не их, а других лордов Вас'тар, тех же троюродных братьев Тарона, которые учатся с ним. К ним ты ничего слишком плохого не испытываешь. Может быть, каплю презрения. Но это точно не ненависть, поэтому ты можешь солгать на вопрос принца, сказать, что почти не вспоминаешь о Вас'тар.

— Хм, интересный метод. И это так просто?

— Совсем нет. Как ты заметил, темный дар вызывает определенные неприятные ощущения. Если маг не осознает, что на него влияют магией, то процесс этот проходит почти незаметно. Однако чем выше круг и осознание мага, тем тяжелее ему дается это. А если ты начинаешь сопротивляться, юлить, искажать влияние, то придется серьезно платить.

— То есть чтобы соврать принцу, мне придется очень постараться.

— Более чем.

— А императору?

— С ним ты не справишься.

— А ты?

Отец ответил не сразу.

— У меня больше шансов. Но это опасный путь. Если ты попробуешь обмануть Ран'кан и он это поймет, то ты подпишешь себе и всему своему роду смертный приговор. Так что если и думать о обмане императорской семьи, то по веской причине.

— Но ты мне все же рассказал, как это сделать, — заметил Ардэн. Отец смотрел серьезно.

— Потому что иногда возникает и подобная необходимость.

— Как-то можно развить в себе эту сопротивляемость темному дару?

— Сила воли, упрямство, самоконтроль сознания, — перечислил отец. — Все это у тебя и так есть, некоторого даже больше, чем нужно.

Ардэн хмыкнул.

— К слову, — заметил отец, прищурившись, — как быстро ты вспомнил о забытом разговоре? Это покажет тебе, насколько успешно ты можешь сопротивляться темному дару.

— Я вспомнил почти сразу после "благословления", когда мы ехали в экипаже домой.

— И ты неделю молчал? — удивился отец.

— Ты был занят, — настороженно протянул Ардэн. — Я не хотел отвлекать тебя по пустякам.

— Это не пустяки.

Ардэн пожал плечами, не зная, что ответить и что так не понравилось отцу. К счастью, тот не стал продолжать расспросы, а вместо этого вернулся к изначальной теме урока.

— Как твой дар?

— Пока я никого не убил. Или ты спрашивал о чем-то конкретном?

— Встреча с древним демоном и схватка с ним могла довольно сильно подстегнуть твой дар.

— Я никаких изменений не заметил. Думаешь, я скоро перейду на четвертый круг?

— Возможно.

— А не рановато ли?

— Твой дар развивается очень быстро.

— Иногда мне кажется, что чересчур.

— Это потому что в твоей жизни происходит много серьезных вещей, влияющих на его развитие, — принялся объяснять отец. — Когда ты иссушаешь дар, когда проходишь по грани, когда испытываешь серьезное эмоциональное потрясение…

— Да какое там потрясение!

— Хочешь сказать, что не испугался, когда тебя чуть не поработил древний демон? — с иронией поинтересовался отец.

Ардэн промолчал — это было куда красноречивее любого ответа.

— Все это влияет на тебя и твой дар, так что я почти не удивлен, — спокойно продолжил отец и вдруг спросил: — Когда у тебя проснулся дар?

— В тринадцать. Направление определилось только в пятнадцать, на первом уроке магии в Академии.

— В эти два года ты не пользовался магией?

— Нет, мне же блокиратор надели, — без зазрения совести соврал Ардэн, про себя радуясь, что отец — маг скверны, а не обладатель темного дара. Было бы совсем плохо, если бы дорогой родитель еще и мысли читал. Он и так, по мнению Ардэна, иногда был слишком умным и прозорливым.

— Иногда блокираторы слетают, — произнес отец с подозрением, но все же не стал больше расспрашивать, лишь пояснил: — Если активно пользоваться магией в тот период, когда дар проснулся, но еще не определился, то можно дать ему хороший толчок для развития.

— Правда? Тогда зачем начинающим магам блокируют дар?

— Потому что это очень опасно. Чем дольше юный маг использует неопределившийся дар, тем больше шансов, что тот никогда не пробудится по-настоящему либо перегорит при пробуждении. А если использовать такой дар больше года, то шансы возрастают максимально. Но и толчок будет очень сильным.

— Максимально — это настолько? — невольно поежился Ардэн.

— В девяноста восьми случаях из ста дар перегорит при пробуждении направления. Поэтому этим способом не пользуются для раскачки дара, а начинающим магам надевают блокираторы.

«Ничего себе меня пронесло!» — с опозданием выдохнул Ардэн, осознавая, как сильно он рисковал. Похоже, он действительно родился под счастливой звездой, раз при всей своей дурости еще не потерял дар.

— А терпеть перейдем непосредственно к занятию, — произнес отец, поднимаясь и выставляя перед собой щит скверны. Ардэн улыбнулся, призывая магию.

***

Полуденное солнце так пекло, что даже в тени было невыносимо. А может, пора было делать перерыв?

Ардэн опустил меч и сел прямо на нагретые за день камни тренировочного плаца. Патрик постоял, посмотрел и уселся рядом.

Лето близилось к концу, скоро они вернутся в Академию.

— Вы еще злитесь, милорд? — осторожно спросил Патрик. Ну демон его задери…

— Пат, мы же договорились, что я Ардэн, по крайней мере, наедине.

Патрик промолчал, как всегда, виновато, и Ардэн подавил раздражение. В конце концов, он готовился к этому разговору все лето, так почему бы не сейчас?

— Я понимаю, что ты не очень рад мне и видишь во мне неразумного мальчишку с улицы, — начал Ардэн, — но вопреки моим и твоим желаниям, я твой лорд и буду им до смерти — твоей или моей, это как боги решат. Поэтому я попрошу тебя все же слушаться меня.

— Постой, Ардэн, — опешил Пат, даже голову вскинул, — ты думаешь, что я тебя не уважаю?

— Честно, Пат? Больше всего твое поведение похоже на кудахтанье курочку-наседку. А я все же не цыпленок.

Патрик явно смутился и отвел глаза.

Ардэн стер с лица пот, посмотрел на ясное небо и задумался об обеде.

— Ты ошибаешься, мой лорд, — тихо произнес Пат, когда Ардэн решил было, что разговор окончен. — Мое отношение к тебе прямо противоположно.

— Что, ты сейчас мне в любви признаешься? — насмешливо поинтересовался милорд.

— Тьфу на тебя, Ардэн! — выпалил Патрик. — Ты как скажешь, так хоть помирай от стыда!

— Никто не виноват, что вы такие ранимые, — хихикнул Ардэн и дружески ткнул локтем в бок Патрика. — Не злись. Так в чем ты мне хотел признаться?

— В том, что уважаю тебя и готов служить до смерти. Я просто… просто боюсь, что ты умрешь, — тихо признался Патрик.

— Пат, я не могу тебе обещать, что мы не свернем себе шеи завтра, — честно произнес Ардэн. — Демон, вот мы ведь нормально общались поначалу, а потом ты стал трястись надо мной, словно я хрустальная ваза! Что изменилось?

— Тебя несколько раз чуть не убили!

— Это была не твоя вина, ты не мог предотвратить те покушения. Как телохранитель и советчик, ты весьма хорош, но ты не всесилен.

— Я понимаю, но…

— Без "но", Пат. Понял? Не смей себя корить. Или ты за себя боишься? Лорд Шер'рат вроде адекватный человек, он не прибьет тебя, если я все же по-дурости сверну шею.

— Нет, но… Ардэн, дело не в наказании.

— А в чем? Чего ты так боишься? Ну умру я и что?

Патрик странно посмотрел на него.

— Ардэн, я не хочу, чтобы ты умер. Ты хороший человек, замечательный лорд… Ты не представляешь, как я был рад, что могу тебе служить… А потом начались все эти покушения… Ты чуть не умер… А я не знал… Не знал, что делать… — Он окончательно запутался и махнул рукой.

Ардэн серьезно задумался. Он вдруг вспомнил разговор с Карин в прошлом году. Она тогда рассказала, что Алрин, старший брат Ардэна, плохо относился к Патрику, но так как сплетня это была пущена Оливером, то они не предали ей значения. Слухи и слухи. А теперь Ардэн вдруг вспомнил и задумался: а что если Алрин действительно был тем еще козлом? А Патрик даже не мог никому пожаловаться…

— Давай так, — предложил Ардэн, поворачиваюсь к своему грустному "другу", которому выпала нелегкая участь охранять беспокойного лорда Шер'рат, — ты мне все честно рассказываешь, и мы вместе подумаем, как тебе со мной сосуществовать, чтобы раньше времени не поседеть.

В доказательство серьезности своих намерений он протянул руку. Патрик посмотрел на нее, на Ардэна, в глазах его промелькнуло сомнение.

— Ты странный, мой лорд, — признался Пат, пожимая руку. — Но я сказал правду: я буду служить тебе до самой смерти.

— Попробуем обойтись без столь трагичного финала.

Глава 2. Те, кто рядом

Ночь привычно укрывала его от чужого взора. Да и кто будет интересоваться им в такое время и в таком месте? Все уже спят, и только он сидит на крыше, смотрит на звезды, думает. Ну, и ест.

— Почему нельзя поужинать в покоях? — поинтересовался Патрик, когда они поставили корзину рядом и полезли за ужином.

— Потому что здесь можно спокойно поесть, — отозвался Ардэн, беря куриную ножку. — Руками.

— Вот в чем дело.

— Не только. Разве не здорово сидеть здесь? Чувствуешь?

— Что? Дует?

— Да ну тебя, Пат! Я о свободе. Ладно, наверное, ты не поймешь. Это я бродяга, — вздохнул Ардэн и вгрызся в ножку. — Мм, вкусно.

Патрик покачал головой, но от Ардэна постарался не отставать.

— Я в детстве иногда лазил на крышу, сидел также. Без еды, конечно. Еду надо было еще достать, — вздохнул Ардэн, вспоминая свое голодное детство. — Сидел вот так, мечтал о всякой ерунде.

— О чем, к примеру?

— Ну-у, о многом, об отце. Что он когда-нибудь найдет меня и привезет к себе домой. И он будет добрым и богатым человеком… Демон, а не о такой уж и ерунде я мечтал, — усмехнулся Ардэн, доедая третью куриную ножку. — Так каким он был?

— Кто? — не понял Патрик, вытаскивая из корзины запеченный картофель.

— Алрин… Ты обещал рассказать, — напомнил Ардэн, заметив, как Пат отвел взгляд.

Они молча доели свой нехитрый ужин. Ардэн улегся поудобнее и посмотрел на звездное небо. Облака почти не закрывали чудесное темно-синее покрывало небосвода. Патрик тихо лег рядом.

— Чего молчишь?

— Не думаю, что мне стоит рассказывать о моем лорде.

— Алрин уже мертв.

— Все равно…

— Пат, ты же не думаешь, что у моего отца еще где-то припрятан десяток бастардов?

— Нет.

— Тогда мы исходим из того, что я твой единственный и последний лорд, поэтому со мной ты можешь быть откровенным. Ведь либо я проживу долгую жизнь, и ты будешь мне верно служить. Либо я умру, и уже неважно, что ты там мне рассказал.

— Умеешь ты искушать, — тихо вздохнул Патрик. Ардэн не смотрел на него, но слышал, как он ерзает.

— Умею… Хватит страдать, просто расскажи.

— Он… он был лордом, — тихо ответил Пат. — Всегда. Не так, как ты. Он был господином. Ему очень нравилось быть сыном лорда Шер'рат. Когда лорд Алдиас был рядом, Алрин и Ависэр вели себя прилично. Они очень боялись прогневить отца и никогда не перечили ему. Были послушными мальчиками, — Патрик горько усмехнулся. — Зато стоило лорду уйти, как они начинали… Им нравилось приказывать, нравилось показывать мне, что они выше. Мы росли вместе, играли… Мне запрещено было выигрывать у них, когда мы бегали наперегонки. Они любили меня гонять по мелким поручениям, говорили, что я обязан им служить. Всегда смотрели как… как на раба. Я не понимал… почему? Лорд Алдиас всегда уважительно относился к отцу, они были друзьями. Папа служит лорду Шер'рат, потому что по-настоящему ему предан. И меня так воспитывали… И я действительно хотел служить на благо рода, но Алрин… Я его терпеть не мог, — тихо признался Патрик. — Ему нравилось меня унижать, я это видел.

— Ты никому не говорил?

— Нет, — рассеяно ответил Пат. — Отец бы не понял, он-то служил верно. А лорд Алдиас… Я не знал, как сказать. Понимаешь, он ведь не бил меня, не издевался. Он просто… смотрел на меня, как на вещь. Приказывал всегда… что хотел. Высказывался иногда, что я всего лишь… А, это уже не имеет значения! Главное, что ты совсем другой. Ты… ты настоящий лорд. Как лорд Алдиас. Тебе хочется служить. Я знаю, что я для тебя не вещь, не разменная монета, поэтому я готов ради тебя на все… Не знаю… Это все странно, но когда я стал служить тебе, я понял отца. Алрин был совсем иным… И когда он погиб…

— Ты был рад? — прямо спросил Ардэн. Он прекрасно понимал, что имел в виду Патрик и как на самом деле к нему относился предыдущий наследник. Ардэн и сам много лет прислуживал другим. Так что он видел ничего плохого в том, что Патрик испытал облегчение, когда Алрин попрощался с этим миром.

— Нет конечно! — вопреки ожиданиям запротестовал Патрик, даже сел и уставился на Ардэна круглыми от ужаса глазами. — Это была настоящая трагедия! Лорд Алдиас… Ему было так тяжело! Да и я… Я должен был быть там, понимаешь? — в отчаянии прошептал Патрик.

Теперь Ардэн посерьезнел окончательно и сел рядом.

— Подожди, ты там был, что ли? Я думал, все погибли.

— Да, был. Я ехал вместе с кортежем леди Шер'рат, но во время последней стоянки Алрин неудачно меня толкнул, я упал и подвернул ногу. Лекаря с нами не было, на лошади я бы не удержался, а в экипаже места не было. Алрин, насмехаясь, сообщил мне, что я его подвел и должен буду догнать их в столице. И я не поехал с ними! А уже через несколько часов они погибли!

— Эй, стой, Пат, ты что винишь себя? Как ты мог им помочь?

— Никак, но…

— Вот именно, что не мог. Мне говорили, что экипаж на мокрой от дождя дороге упал и перевернулся.

— Да, там был резкий поворот, возница не удержал лошадей. Экипаж перевернулся, сбил четверку сопровождающих, и все они скатились по обрыву. Все, кто там был, погибли почти мгновенно.

— Вот! Это был несчастный случай. Даже будь ты там, ты ничем бы не смог помочь Алрину. Смотри шире. Боги уберегли тебя, чтобы ты и дальше служил роду Шер'рат.

— Я понимаю, но… — помялся Патрик, а потом все же признался: — Я боюсь за тебя, Ардэн. Каждый раз, когда ты рискуешь жизнью, я вспоминаю то чувство… Это бессилие… Когда ты ничего не можешь сделать, только смотреть на гроб, в котором лежит тот, кого ты должен был защищать… Даже если твоей вины нет, это… Это тяжело…

— Я верю, — похлопал его по плечу Ардэн. — И постараюсь не доставлять тебе беспокойства. А ты постарайся успокоиться и убедить себя, что тревогами делу не поможешь. Как сказал мне когда-то лорд Алдиас: лучшее, что мы можем сделать ради других, это не беспокоиться попусту, а найти источник опасности и уничтожить его. И мы это будем делать вместе, договорились?

Патрик кивнул. Кажется, Ардэну удалось его немного успокоить.

— Ну и хорошо. И знаешь, Пат, я прямо чувствую, что этот год будет намного спокойнее предыдущего.

— Думаешь? — со слабой надеждой спросил Пат.

— Уверен, — с самыми честными глазами соврал Ардэн.

***

В столовой Академии Ранкор было до невообразимости шумно. Иридия на миг прикрыла глаза, отстраняясь от гомонящей толпы. Будь ее воля, она никогда бы здесь не оказалась, но отец пожелал, чтобы она отправилась на учебу вместе с младшим братом. Илвин, единственный сын и наследник главы рода Дам'кеш недавно справил свое пятнадцатилетие и поступил в Академию Ранкор. Вместе с ним отправилась и Иридия, которой скоро должно было исполнится семнадцать. Еще несколько лет — и она выйдет замуж за какого-нибудь лорда. Иридия не сомневалась, что это будет выгодная партия, иных ее отец не заключал. Но сейчас ее не волновало собственное будущее, она никак не могла на него повлиять. Впрочем, настоящее она изменить тоже была не в силах, поэтому и сидела сейчас в столовой Академии, зачисленная на первый курс. Вместе с ней также поступили их с Илвином троюродные брат с сестрой, Шейла и Римор. Сейчас они поддерживали скучную беседу, без которой, как считалось, не могла пройти трапеза детей главы рода. Иридия настолько привыкла ко всем этим многочисленным ограничениям и правилам, что соблюдала их рефлекторно, не замечая ничего более.

Первый день прошел вполне сносно. По крайней мере, Иридии было легче, чем Илвину. Он был еще слишком юн для тех надежд, которые возлагал на него отец. Конечно, он хорошо держался, но Ири видела, как тяжело иногда приходится брату. Именно ради него она смиряла собственное недовольство и старалась поддерживать их нарочито дружелюбную обстановку, хотя она бы с бо́льшим удовольствием сейчас почитала. Учеба в Академии никогда ее не прельщала — магии ее учила бабушка, а в остальном ее ничего не интересовало. Шумные компании она не любила, показывать себя, как делали это наследники и другие лорды, ей было не нужно. Все ее будущее и так было расписано. Скучно и печально.

Иридия едва заметно улыбнулась Илвину и принялась за ужин. Перерыв не бесконечный, стоило озаботится собственным здоровьем. И Илвина подтолкнуть, а то он был способен полчаса чахнуть над тарелкой, а здесь его никто ждать не будет.

Иридия посмотрела на толпу студентов и вздохнула. Здесь можно было почувствовать ту капельку свободы, которую получали юные лорды и леди, а также благородные господа. Если бы Иридия была хуже воспитана, она бы уже с любопытством глазела по сторонам. Может, не так уж и плоха будет учеба здесь?

Внезапно шум столовой подавил один звучный крик, заставивший половину студентов резко оглянуться:

— Шер'рат, принеси мне еще котлет!

Иридия тоже не удержалась и обернулась, ища взглядом того, о ком последний год не сплетничал только ленивый. Ардэн Шер'рат был настоящей новостью для столицы! Появившийся из ниоткуда бастард лорда Алдиаса, ставший недавно официально признанным наследником рода Шер'рат! Вокруг него ходило множество самых противоречивых слухов, один другого страннее!

Иридия никогда не считала себя сплетницей, скорее наоборот, но ей стало до жути любопытно, кто это так нагло смеет гонять сына Вадерского демона.

— Леди Нер'ган, — раздался холодный насмешливый голос, — будьте так добры, пните мне этого кошака сюда. Я научу его хорошим манерам.

Иридия наконец нашла взглядом говорившего. Это был довольно высокий стройный юноша с рыжими, по плечи волосами, в черном камзоле. Лицо Иридия не разглядела, потому что лорд Шер'рат стоял спиной. Рядом с ним, в очереди к раздаточному столу стояла невысокая худенькая девушка в скромном платье и с черной косой до середины спины. Она с улыбкой смотрела куда-то в зал.

— Сейчас сделаем, Ардэн, — весело ответила фигуристая брюнетка в довольно коротком для леди платье. Она проворно выскочила из-за стола и метнулась к сидящему напротив нее здоровому шатену. Тот ловко увернулся, едва не уронил стул, метнулся в сторону, схватил за плечи сидящего за этим же столом блондина, вздернул его на ноги и, используя его в качестве живого щита, принялся отступать.

— Дана, не смей меня бить! Это бесчеловечно!

— А ты не человек, ты кот!

— А животных бить нельзя тем более! Дерек, скажи ей!

— Поставь Ош'рен на место!

— Не буду, ты его не побьешь!

Дерек Ош'рен действительно выступил в роли невольного защитника, шатен дергал его из стороны в сторону под тихий протест мага льда. Зато благодаря этому маневру разъяренная леди Нер'ган так и не добралась до него.

— Дерек, скажи ей, пусть перестанет на меня кидаться!

— Дерек, хватит его прикрывать!

Бедный Ош'рен и рад был, кажется, уйти с линии атаки, но не мог — уж больно крепко его держал, как стало понятно из разговора, оборотень. Столовая потонула в громовом хохоте, студенты развлекались, наблюдая импровизированное представление.

Шер'рат посмотрел на все это безобразия и неспешной походкой направился к столу, вокруг которого сейчас разыгралась настоящая драма. Иридия проводила взглядом его гибкую, словно клинок, фигуру. Почему-то он не выглядел слабым, скорее наоборот, опасным. Хищным, словно дикий зверь, притаившийся под маской благочинного лорда.

«Ну и горазда же я выдумывать», — посетовала мысленно Иридия, наблюдая за Шер'рат.

Лорд наконец приблизился к столу, где троица, увлеченная ловлей друг друга, перестала обращать внимание на окружающую обстановку. Шер'рат вдруг ускорился и в один миг оказался за спиной шатена, схватив его за ухо.

— Уй! Ардэн, отпусти! Бо-о-ольно-о! — взвыл оборотень, разжав хватку на плечах Ош'рен. Блондин пошатнулся и упал на стул, потирая руки. Леди Нер'ган рассмеялась.

— Не отпущу, — злорадно оповестил оборотня Шер'рат и медленно повел его к раздаточному столу. — Ты наказан.

— Нет! Больно! Ай! Уй! Ардэн, отпусти! Оторвешь же! Ай!

— Не ной, я же не за язык.

— Лучше бы за язык, — хмыкнула леди Нер'ган, усаживаясь рядом с Ош'рен.

— Уй! Больно! Тиран! Деспот! Чудовище! Больно! Отпусти! Шер'рат! Демон! Больно!

Под эти возгласы Шер'рат довел оборотня до раздаточного стола и чуть ли не ткнул носом в пустой поднос, который держала черноволосая девушка. При этом лорд что-то тихо говорил шатену, а тот послушно кивал.

— Понял?

— Да, милорд! Вы самый лучший! Добрый! Хоть и чудовище! — оповестил всех оборотень, падая на колени перед Шер'рат, продолжая паясничать. — Я буду служить вам и Лире до самого окончания ужина! И принесу вам вашу еду! Клянусь!

Все вокруг рассмеялись, усмехнулся и Шер'рат, наконец отступив от оборотня и направившись к столу с Ош'рен и Нер'ган. Шатен поднялся с колен, отряхнулся и послушно встал рядом с улыбающейся девушкой. Видимо, той самой Лирой.

Студенты, поняв, что представление окончено, вернулись к своим подносам, бурно обсуждая компанию весельчаков.

— Как можно так себя вести? — удивилась Шейла, в ее голосе явно прозвучало осуждение. — Они же лорды и леди. А Шер'рат?!

— Зато, — неожиданно произнес дотоле молчавший Илвин, — мы убедились, что лорду Шер'рат не чужды смех и веселье. Самокритика весьма похвальна для лорда и наследника.

Слово Илвина было решающим, поэтому Шейла тут же умолкла.

— Ты с ним знаком? — спросила Иридия брата.

Илвин едва заметно кивнул.

— Лорд Алдиас Шер'рат представил его нам с отцом на приеме в императорском дворце, который проходил в этом году. Но поговорить с лордом Ардэном я не имел чести, он почти весь вечер беседовал с лордом Лаэном, лордом Тароном и его высочеством.

Иридия подавила в себе порыв поподробнее расспросить брата об этом новом Шер'рат. Не пристало леди так явно демонстрировать свое любопытство. Сдерживая его, она перевела взгляд на столик, за котором сейчас сидел предмет ее мыслей, а также Дерек Ош'рен и какая-то Дана Нер'ган. Они о чем-то беседовали, и судя по улыбкам разговор их был куда более живым, чем за столом Дам'кеш. Вот к троице приблизились шатен с брюнеткой. Оборотень церемониально поставил поднос перед Шер'рат, отвесив тому несколько поклонов, за что тут же получил подзатыльник от лорда Ардэна. В долгу парень не остался, ткнув Шер'рат локтем в бок. И такое панибратство ему сошло с рук!

Иридия со все возрастающим интересом наблюдала за пятеркой друзей. Конечно, делала она это исподволь, чтобы даже ее родственники не могли укорить ее в неподобающем поведении.

Вот к столику приблизился еще один студент, рослый широкоплечий брюнет, смуглый и какой-то измученный. Он с облегчением посмотрел на Шер'рат, потом упал на специально оставленный для него стул и что-то сказал. Компания тут же рассмеялась, а потом оборотень принялся увлеченно рассказывать смуглому парню что-то очень смешное. При этом он так бурно жестикулировал, что пару раз чуть не заехал в глаз сидящему рядом Ош'рен. Вот уж кто постоянно страдал от неугомонного оборотня! Закончилось все тем, что Шер'рат вновь отвесил другу шутливый подзатыльник, а тот захохотал так, что затрясся стол.

Иридия почувствовала слабый укол зависти. За столом шестерых друзей было так весело, так легко и непринужденно они общались, что на миг девушке захотелось тоже оказаться рядом с этими людьми.

В этот момент, словно почувствовав ее взгляд, Шер'рат резко оглянулся. Глаза их встретились. Всего один долгий миг они смотрели друг на друга, разделенные десятками студентов и чужими столами. А потом оба отвели взгляд. Иридия почувствовала, как бешено застучало сердце. Хвала богам, что она не утратила привычного выражения лица, хотя чувства ее сейчас были далеки от покоя. Потому что лорда Ардэна Шер'рат, как оказалось, она уже встречала! В тот самый страшный вечер полтора года назад.

Глава 3. Роковые женщины

Ардэн отвел взгляд, мысленно ругаясь. Полтора года прошло, он уже думал, что позабыл подробности той ночи, но нет. Как там пишут поэты? Призраки прошлого его настигли. Вот невезение! Кто бы мог подумать, что он спустя почти два года вдруг повстречает в Академии ту самую девицу, которую спас как-то раз, ночью, когда возвращался с последнего своего подпольного боя. Он ведь тогда правильно решил, что девчонка из богатых. Судя по тому, что она сейчас сидела за одним столом с Илвином Дам'кеш, она была леди. Дважды невезение! И судя по ее взгляду, она его тоже узнала! Только бы смолчала! Ардэну совсем не нужны были проблемы, у него и так по Академии бродит несостоявшийся убийца.

— Вижу, Илвин Дам'кеш тоже поступил, — скучающим тоном заметил Ардэн. — Только вот свита у него помельче, чем у Тарона.

Дана с Дереком тут же посмотрели в указанную сторону.

— Парня с девчонкой, постарше которые, не знаю, — призналась Нер'ган. — А вот тощая девица с глазами раненной лани и косой по задницу — это Иридия Дам'кеш, вторая дочь главы рода и сестра Илвина.

— Говорят, она хорошая огневичка, — заметил Дерек и пояснил, поймав вопросительный взгляд Ардэна: — Ее старшая сестра Иннэя в прошлом году вышла замуж за моего кузена Лаэна.

— Наверное, и младшую уже пристроили, — хмыкнул Ардэн.

— Да, она вроде за кого-то посватана, — неопределенно ответил Дерек.

— Чушь! — фыркнула Дана. — О помолвке официально не объявляли. Откуда ты знаешь? Неужели Иннэя в курсе дел отца?

— Нет, но неким образом знаю обо всех девушек брачного возраста.

— То есть? — развеселилась Дана.

— Мне ищут пару. Моя невеста умерла, — сообщил Дерек.

— Ой, прости, — извинилась Лира, сочувственно глядя на друга.

— Не стоит. Помолвку не заключали, это были преждевременные договоренности, я не знал лично свою невесту, — с кривой улыбкой ответил Дерек.

— А за кого тебя сватали, если не секрет? — заинтересовался Ардэн. Он же теперь тоже лорд, пора начинать разбираться во всех сферах их жизни. Ему небось отец тоже подыскивает удачную партию.

На самом деле, этот вопрос Ардэна не слишком волновал. На какой-нибудь леди Вас'тар его точно не женят, а с остальным он смирится. Не страшная — и ладно. Но все равно интересно узнать, как происходит отбор женихов и невест.

— За меня сватали твою сестру, — огорошил Дерек. — Алию Шер'рат. Ждали, когда у нее проснется дар, чтобы объявить о помолвке, но она погибла.

— Да уж, не повезло, — протянула Дана. — Это была бы удачная для тебя партия. А сейчас никого нет?

— Нет пока, — вздохнул Дерек. — Дядя ищет, но уже поздновато. Кузенов, помимо Лаэна, женили на троюродных сестрах, а мне так нельзя, у нас с ними близкое родство, такого стараются избегать. Девушек брачного возраста и не занятых в высшем круге не так уж много. К тому же надо учитывать статус невесты.

— К примеру? — спросил Ардэн.

— К примеру, — ответила за Ош'рен Дана, — меня за Дерека никто не отдаст, я слишком неродовита. Он ведь целый племянник главы рода! Такого надо выгодно женить! Так что у Дерека и правда проблемы. Девушек в высших родах не так много, а подходящих — еще меньше. К тому же особо перспективных леди могут оставить в семье, выдав замуж за дальнего родственника. Меня, скорее всего, ждет такая судьба, — добавила девушка.

— Так Иридия занята? — перевел тему Ардэн, пока они совсем не скатились в грустно-жалобную.

— Да, — кивнул Дерек. — Конечно, для меня она плохой вариант, но я в курсе, что дядя узнавал. Лорд Дам'кеш ему отказал. Видимо, подыскал дочери более выгодную партию.

— А почему она плохой вариант? — удивился Ардэн. — Она — дочь главы, ты — племянник.

— Она огневик, а дар огня со льдом очень плохо сочетается.

— Правда? — задумался Ардэн. Он знал, что в поединках лучше не ставить вместе магов льда и огня, они плохо между собой взаимодействовали. Но вот в вопросах брака он о таких ограничениях слышал впервые.

— Конечно, — подтвердила Дана. — Молнии и земля плохо сочетаются, но не так. А вот огонь и лед, а также природа и скверны — совсем не сочетаются. Если еще у одного родителя дар слабый, а у другого сильный, то можно попробовать, но если равны…

— То что?

— Сложно зачать ребенка, выше шанс выкидыша, а если ребенок и рождается, то вероятнее всего у него не будет дара, — перечислила Дана. — Магия огня и льда противоположны, они не дают дару наследоваться.

— Да, — подтвердил Дерек. — Поэтому между Ош'рен и Дам'кеш почти никогда не заключали браки. Иннэя — исключение, ей достался дар магии молний от матери, поэтому ее спокойно выдали за Лаэна.

Ардэн потер подбородок и обернулся к Патрику.

— А как же твои родители, Пат? У тебя же мать целительница, а отец маг скверны, причем дар у них примерно одинаковой силы.

— Да, они оба самородки средней силы.

— А ты? Ты же родился, получается несовместимость не такая страшная?

— Страшная, — серьезно кивнул Патрик. — Я единственный и весьма поздний ребенок своих родителей. Когда у меня проснулся дар, все посчитали это за чудо.

— Серьезно? А зачем твои родители тогда вообще поженились? — удивилась Дана. Вот Ардэн, видевший Агату и Эдриана вместе, таких вопросов не задавал, потому что знал, какой замечательной парой были родители Патрика.

— Они не хотели, — с чуть смущенной улыбкой ответил парень. — Несмотря на то, что влюбились без памяти. Все же для магов много ограничений… Да и глава рода был против.

— Это так романтично, — вздохнула Лира.

— Да, — протянула Дана, наматывая локон на палец. — Вопреки всему… Как же твои родители в итоге поженились? Не устояли перед зовом сердец?

— Нет, — огорошил всех Патрик. — Это лорд Алдиас постарался.

— Отец? — весело удивился Ардэн.

— Да, папа рассказывал, что милорд и его уговорил, и Агату, и даже против воли собственного отца пошел, но поженил их.

Идгар присвистнул, а Дана так задумчиво посмотрела на Ардэна, потом обернулась к Дереку и произнесла:

— Знаешь, а я начинаю понимать, в кого наш Ардэн такая заноза.

Ош'рен лишь скупо улыбнулся и заметил:

— Осторожнее, ты говоришь о главе рода Шер'рат.

— И что? Меня как будто тут кто-то сдаст. И разве я не права? Патрик, — обратилась Дана к младшему Корну, — вот скажи честно, Ардэн очень похож на лорда Алдиаса?

— Да, — кивнул предатель Патрик.

— Ничуть не похож! — запротестовал предмет обсуждения. — У нас из общего только цвет глаз, дар и вкусы в одежде!

— А еще характер, манеры, жесты, поведение, — принялся перечислять Патрик, которого, похоже, это только веселило.

— Не преувеличивай!

— Мне со стороны виднее, — парировал Пат. — А отец, к слову, говорит, что ты — вылитый лорд Алдиас в юности. Между прочим, папа милорда с детства знает.

— Нашел железный аргумент, — проворчал Ардэн.

— Чем ты недоволен? — удивилась Дана. — По-моему, это прекрасно, когда дети похожи на родителей. Если, конечно, родители не моральные уроды и не идиоты.

— Спасибо, — хмыкнул Ардэн, задумавшись, а почему его действительно так задевает сравнение с отцом. Его настолько это увлекло, что он на время выпал из разговора, а вернулся в реальность только после того, как за спиной раздалось хихиканье. Ардэн резко обернулся и холодно глянул на замерших неподалеку девиц. Те вздрогнули, улыбки сбежали с их лиц, как и сами девушки, которые поспешили покинуть столовую.

— Что творится? — пробормотал Ардэн. Его сегодня весь день преследовал какой-то несчастливый рок: то и дело он натыкался на строящих ему глазки девчонок. Признаться, вечно занятому Ардэну это начинало надоедать.

— Ты теперь завидных жених, — прыснула Дана, отвлекаясь от расчесывания своей гривы. Она уже покончила с ужином и теперь занималась своей несравненной красотой.

— Я?!

— Ты же наследник главы рода! Еще и признанный теперь, — напомнила Дана, а потом посмотрела на него оценивающе. — Да и так ты симпатичный. Такой высокий лорд с холодным взглядом.

— Тьфу, Дана, это что месть? — сплюнул Ардэн. — Ты перестанешь издеваться?

— Ты ничего не понимаешь в мужской красоте! — припечатала Дана. — Мы, женщина, совсем по-другому оцениваем вас, мужчин. Ты за лето сильно вырос, возмужал. Конечно, ты не так красив, как Дерек, но у тебя с избытком обаяния и харизмы настоящего лорда. Прибавь сюда трагичное прошлое, непростую жизненную историю, твои таланты, репутацию — и получишь образ весьма привлекательного молодого мужчины, — игриво промурлыкала Дана.

Ардэн припечатал ее мрачным взглядом:

— Не смешно.

— Да ну тебя! — обиделась девушка. — Дерек, скажи ему!

Ош'рен кашлянул и тихо заметил:

— Что именно я должен сказать?.. Так я красивее Ардэна или нет? Я не понял?

Идгар заржал, пытаясь закрыть себе рот рукой, и начал сползать под стол.

Дана вздохнула и закатила глаза.

— Мальчики! Вы невыносимы! Объясняю один раз. Дерек — смазливый идеальный красавчик, но он слишком правильный, женщинам такие не нравятся. Нам нравятся неправильные мальчики, плохие, порочные, с трагичной судьбой. Такие, как Ардэн. А еще его вечно холодный взгляд, поведение самоуверенного наглеца — да это верный путь к сердцу женщины!.. Ну что вы так смотрите?! Лира, поддержи меня!

Лира кивнула, смеясь. Идгар уже лежал где-то под столом, а Дерек с Ардэном обменялись понимающими взглядами и встали — здесь их ничего хорошее не ждало. Патрик, пряча улыбку, поднялся следом.

— Что вы ржете? Идгар? Невоспитанный котяра! — неслось им в спину.

— Женщины, — пробормотал Ардэн. Дерек молча кивнул, а потом свернул к библиотеке. Ардэн на миг остановился, решая, стоит ли ему сегодня навещать господина Вейри или лучше потратить первый вечер на домашку — на третьем курсе им добавили новые, более сложные предметы, так что расслабляться не стоило. Но и библиотекаря надо было навестить, Ардэн и так в прошлом году нечасто к нему заглядывал. А все та древняя сущность…

Шагнув было в сторону библиотеки, Ардэн вновь замер, осененный догадкой. В памяти вспышкой промелькнули чужое лицо, испуганное и удивленное.

— Милорд? — тихо окликнул его Патрик.

— Да, идем, — рефлекторно отозвался Ардэн, держа в голове лицо девушки, которая была в тот вечер в библиотеке. Он вспомнил ее! Она еще испугалась, увидев его. И именно она потом заглядывала к тому шкафу, где хранилась запертая книга. Ардэн видел ее, но тогда эта была такая мелочь, что он не запомнил. Однако где-то в памяти продолжал лежать ответ на давний вопрос. И теперь Ардэн наконец нашел его, он знал, кто несколько раз чуть не убил его и многих других, ни в чем не повинных людей. Оставалось лишь найти эту девушку.

***

Он выследил ее уже к концу недели. Второкурсница, природница, только имя не удалось узнать, но это было делом времени. Больше всего проблем Ардэну доставил Патрик — вот уж неожиданность. Так-то он был уверен в своем "друге", но вот загвоздка: верность Патрика была вещью относительной. Он не предал бы Шер'рат, как род, однако Ардэна сдал бы. Он же был кому верен? Правильно: лорду Алдиасу. А Ардэну совсем не нужно было, чтобы о его секретах узнал отец, почему-то хотелось самому во всем разобраться. Отец ведь так и не рассказал, чем закончились поиски поджигателя. Ардэн готов был поспорить, что Эдриан вышел даже на заказчика. Но, видимо, младшее поколение считали слишком юным, чтобы доверять им "опасное знание", и это злило Ардэна по вполне понятной причине: он себя не считал юным и полагал, что его, как наследника, следует держать в курсе дел. У отца было иное мнение.

Теперь же, когда Ардэн напал на след второго убийцы, было бы глупо отдавать ниточку в руки отца и Эдриана. Этот шанс следовало использовать иначе. И вот тут вставал вопрос о лояльности Патрика. Ардэн помнил, что младший Корн доверял ему и считал своим лордом, но ведь было бы глупо и наивно полагать, что, выбирая между ним и лордом Алдиасом, Пат пойдет против старшего Шер'рат. И чтобы не искушать судьбу и своего телохранителя, Ардэн решил пока не посвящать Пата в свои планы. Если дело примет серьезный оборот, он обязательно обратится к Корну, а пока пусть тот остается в неведении.

Такой точки зрения Ардэн придерживался до утра субботы. Патрик учился на последнем курсе, и у них по выходным иногда проводились дополнительные семинары для подготовки к выпускным экзаменам. Так что утро субботы оказалось занято — Ардэн и слышать не хотел о том, чтобы Пат пропускал семинары. В свою очередь молодой лорд поклялся, что будет честно ждать своего верного охранника, тем более что отец не был против, что ребята немного задержатся в Академии. В этом году лорд Шер'рат немного пересмотрел график занятий сына. Так что утром в субботу Ардэн впервые за последний год остался в одиночестве: друзья разъехались по домам, Патрик ушел на семинар. В общежитие прокралась редкая гостья — тишина.

Ардэн сидел на подоконнике, листал свои лекции за прошедшую неделю, думал об Иридии Дам'кеш, как вдруг краем глаза приметил движение. Внизу, под кронами деревьев кто-то шел. Ардэн присмотрелся и чуть с подоконника не упал — мимо общежития кралась его старая знакомая отравительница. Лекции и Дам'кеш тут же были забыты, Ардэн внимательно проследил за девушкой, терзаемый самыми нехорошими подозрениями. Дама явно куда-то спешила, так еще и тащила с собой тяжелую сумку. Больше всего это походило на побег, и Ардэн вдруг подумал, что его слежку могли заметить. Или что-то заподозрить, на воре ведь и шапка горит. А если девица сейчас сбежит? Где ее потом искать? Допустим, имя ее он все же узнает, а что дальше? Надеяться на людей Эдриана? Спору нет, служба безопасности рода Шер'рат пока не подводила лордов, но Ардэн вовсе не был уверен, что даже ребята Корна найдут девчонку. Ей могут попросту свернуть шею, убрать, как ненужную свидетельницу. Так что упускать девушку было нельзя, но и идти один Ардэн не хотел, он ведь обещал Патрику…

Девушка скрылась из виду, и Ардэн осознал, что надо что-то решать. Сейчас или никогда. За Патом бежать некогда. Есть, конечно, переговорный амулет, но… Стоит ли Патрику знать обо всем? Ардэн не хотел скрывать ничего, однако и сообщать сразу не желал. Сначала он получит ответы на свои вопросы. Девушка может вывести его на нанимателя поджигателя. Отец-то точно такими сведениями не поделится! Он не считал нужным посвящать Ардэна в подобные вещи, так что придется ему самому посвятиться. Об этом он думал, слетая по боковой лестнице общежития. Еще один пролет, каморка коменданта, распахнутые настежь двери. Ардэн еще в комнате снял приметный черный камзол и накинул потрепанную старую куртку с капюшоном, она скрыла рыжие, слишком яркие волосы. К счастью, сейчас было лишь начало осени, деревья еще не скинули свои листья, и парк Академии походил на небольшой лес, а не на пустырь с одинокими коричневыми стволами. Ардэн легко скрылся среди бесчисленных кустов и нижних ветвей деревьев. Девушка обнаружилась не сразу, хоть он и видел примерное направление ее движения. Ардэну приходилось таиться, чтобы его не заметили. Девчонка явно чуяла слежку, пусть и не могла ее вычислить.

У ворот Академии Ардэн едва не упустил ее — уж больно место было открытое, не хотелось рисковать. В итоге он чуть не потерял девчонку: когда он вышел из Академии, она уже пропала из виду. Он чудом успел заметить край ее платья, мелькнувший за углом. Пришлось поторопиться. Девица петляла по улочкам Орина весьма проворно, но и Ардэн в этом деле был не новичком. Уж он-то улицы столицы, особенно самые отдаленные и неприглядные, знал получше многих!

Полчаса длилась его напряженная слежка, пока девушка не привела его на край Орина. Когда она свернула в один неприметный тупичок, Ардэн юркнул за ней, перехватил девчонку и затащил в ближайший пустующий сарай.

— Тише, — предупредил он, приставив к ее горлу кинжал. Конечно, убивать ее он не собирался, лишь допросить. Ну а потом можно будет сдать девчонку Эдриану, когда он получит ответы на свои вопросы.

Девушку он не боялся. Он был мужчиной и сильным магом, притом магом скверны. Стоило ему призвать дар, как девушка-целительница не сможет ему ничего противопоставить. Полная несовместимость магии, побеждает сильнейший. Так что Ардэн был почти спокоен и уверен в собственных силах. И это стало его главной ошибкой.

— Тварь! — выпалила девица, оттолкнув его. Он, конечно, не выпустил ее, но кинжалом чуть горло не вспорол. Повезло дурехе, что он отвел руку, а так бы одной царапиной не отделалась.

— Ты что творишь?! — прошипел он, крепче прижимая девушку к стене, убрав кинжал для надежности.

— Ненавижу! — глаза ее горели этой самой ненавистью. Она словно не видела и не понимала ничего. Взгляд ее впился в его лицо. — Тварь! Да что ты никак не сдохнешь! Ты должен! Я убью тебя!

Она попыталась вырваться, начала молотить его своими кулачками. Пришлось тряхнуть ее и, перехватив руки, вновь прижать к стене.

— Кто тебя нанял? — холодно процедил Ардэн, поморщился от очередного истерического вопля и все же отвесил девице легкую пощечину. Бить женщин он считал неправильным, так его учила мама, но конкретно эта девчонка без пощечины в себе бы не пришла. — Кто подсказал тебе убить меня? Кто? Назови имя!

— Никто, урод! — зарычала девица, продолжая вырываться. — Я тебя ненавижу! Ты убийца!

— Кто бы говорил, — хмыкнул Ардэн, вспоминая несколько попыток убить его, которые чуть не отправили на тот свет Патрика и еще полсотни студентов. Девушка действовала с размахом, не считаясь с возможными жертвами.

— Ты убийца! Убийца! Я отомщу! — продолжала верещать девчонка. Ардэну пришлось чуть придушить ее, чтобы снизить уровень звука. Не сказать, что это помогло.

— Да кого я убил?! — не выдержал он. То, что от несостоявшейся отравительницы он ничего не добьется, он уже понял, но стоило узнать мотивы. Может, тогда он вычислит того, кто подтолкнул сумасшедшую девицу к мысли о мести?

— Кета! Моего брата! Ублюдок! Ненавижу! — Девчонка уже рыдала, практически повиснув у него на руках. Ардэн едва разбирал слова сквозь слезы и всхлипы. — Убил его! Он не мог иначе! Отец выгнал его! Ему нужны были деньги! Он был лучшим! Он всех победил!

На этот короткий рассказ у нее ушло непозволительно много времени. Ардэн ничего не понимал, а когда вдруг картинка сложилась в его голове, вздрогнул. А ведь он убил одного парня, оборотня с арены, два года назад!

— Так ты его сестра, — выдохнул он. Ардэн говорил тихо, скорее для себя, чем для этой полоумной девицы, но она услышала его. Вскинула вдруг голову, так зло посмотрела на него и рванула.

— Ненавижу! Сдохни!

В кулачке ее мелькнула сталь, маленький ножик, который он не заметил. А девица внезапно проявила завидную прыть, Ардэн едва успел выбить у нее из рук нож, при этом она неловко отступила от него, споткнулась и упала на мостовую, в кучу грязи и мусора. Ардэн бросился к ней, пока она не сбежала, но девушка как упала, так и не двигалась. Шея ее изогнулась, голова как-то безвольно качнулась, когда Ардэн склонился к ней и попробовал привести в чувство.

— Демон! — сквозь зубы выругался Ардэн, заметив кровь на виске. Он попробовал нащупать бьющуюся на шее жилку, но не получилось. Кожа еще была теплой, однако он понял, что сердце девчонки больше не бьется.

«Вот же угораздило тебя так глупо умереть!» — мысленно ругнулся Ардэн, поднимаясь с колен. Ниточка оборвалась.

Глава 4. Затишье перед бурей

Когда Ардэн вернулся в общежитие, его в комнате уже ждал Патрик. Убегая впопыхах, он забыл запереть дверь. Впрочем, это уже не имело значения, взгляд Патрика был более чем красноречив. Еще кого другого Ардэн и мог обмануть, но не сына начальника безопасности рода Шер'рат.

— Что случилось? — тихо спросил Патрик, глядя на него встревоженно, словно Ардэн вернулся в комнату без головы или другой части тела.

— Я живой, — сообщил он Патрику. — Видишь? Все в порядке.

Судя по взгляду, у Пата имелось иное мнение на этот счет.

— У тебя кровь на рукаве.

— Правда? — как ни в чем не бывало произнес Ардэн, скидывая куртку. Стоило ей упасть на пол, как он выпустил из ладони маленький огонек скверны. Всего за пару секунд магический огонь уничтожил куртку, оставив от нее лишь горстку пепла. Ардэн смахнул ее под кровать.

— Спасибо, — поблагодарил он Патрика и добавил многозначительно: — Лорду Алдиасу об этом знать необязательно.

Пат нахмурился еще сильнее.

— Ты мне не доверяешь…

— Ты меня услышал? — чуть громче произнес Ардэн. — Стоит ли беспокоить лорда по пустяку? Что ты ему скажешь?

— Я не собирался ничего говорить, — еще тише обронил Патрик, но Ардэн предпочел его не услышать.

— Идем, — позвал он своего неверного телохранителя, надевая камзол. — Нас уже ждут.

Пат ничего не сказал, и на миг Ардэну стало стыдно, что он обманывает хорошего человека, еще и доверившегося ему, но тут же он вспомнил, что произошло, и передумал терзаться. Как же хорошо, что он пошел один! Страшно подумать, что об этой девице и ее брате узнали бы другие. Ардэн ведь не хотел убивать того оборотня, но выбора не осталось… Что еще он мог ответить собственной совести? Выбора действительно не было, но думать об этом не хотелось. Тогда это было… его первое убийство. Более того — он убил человека. Вернее, оборотня, но какая разница? Это не демон, тварь из чужого мира, пытающаяся убить тебя. Хотя, тот оборотень тоже пытался его убить, но почему-то от этого не становилось легче. Вообще, то случай Ардэну почти удалось похоронить. У него началась новая жизнь, более трудная, но и более интересная. Он так увлекся, его так сильно поглотила эта новая жизнь, окружение, обязанности, что он забыл о прошлом. Не совсем, не полностью — он ведь не мог перестать быть собой, — однако он все реже вспоминал о той жизни, которую вел почти шестнадцать лет. Ему потребовался всего год, чтобы начинать забывать. И вдруг ему так грубо напомнили о том, о чем он вспоминать не желал.

Всю дорогу до особняка Шер'рат Ардэн крутил в голове возможные варианты событий. Почему девчонка решила мстить? Только ли по собственному желанию? Или ей кто-то помог? А если нет, то как она узнала о нем? Ведь он был в маске, а ауры глушили артефакты на арене. Так как она узнала, кто на самом деле убил ее брата? Последний вопрос был наиболее важным. Инкогнито бойцов было одним из условий проведений подпольных боев. Если бы не это, Ардэн бы, наверное, никогда не решился драться за деньги. Или решился бы… Ладно, не об этом сейчас речь. Важнее было понять, как девушка нашла его. Как узнала?

Размышления пришлось скоро отложить — отец бы точно заметил его рассеянность. А вот кого Ардэн точно не собирался посвящать в свои проблемы, так это его. Они только-только начали нормально общаться, Ардэн не желал ломать все. Ему даже не хотелось думать о том, что сказал бы отец, если бы узнал о подпольных боях, убитом оборотне и его глупо погибшей сестре. Так что на насколько часов Ардэн словно забыл о произошедшем. Кажется, отец не заметил. И слава богам!

Когда вечером его душу отпустили, он влетел в свои покои, рассеянно кивнул Оли, дождался, когда тот уйдет, и только после этого позволил себе упасть в кресло и серьезно задуматься. Итогом долгих размышлений стал остывший ужин и несколько небезынтересных выводов. Во-первых, девушка, скорее всего, действовала по собственной инициативе. Это было не похоже на косвенный найм, о котором когда-то упоминал Эдриан. Уж больно безумной была девица. Во-вторых, узнать о подпольных боях она могла от брата. Это не объясняло, как она вышла на Ардэна, но… Он не мог сейчас найти ответы на эти вопросы и предпочел отложить их до лучших времен. Объяснение могло быть донельзя простым, настолько, что ему оно в голову не пришло бы. Учитывая, что девушка явно была не в себе, вариантов действительно могло быть море. Так стоило ли переживать? Он все равно ничего не изменит. К тому же его до сих пор терзала совесть. Вот вроде он не совершил ничего плохого: оборотень сам решил выйти на арену для подпольных боев и сам довел себя до звериного безумия, а девушка упала на камни и сама же ударилась. Это была трагическая случайность. Вины Ардэна нет — так он твердил себе, но все равно на душе что-то скреблось. Неприятная ситуация. И пусть девчонка чуть не перебила уйму народу, а ее братец не прикончил самого Ардэна, косвенно он был виновен в их гибель. Именно от его руки умерли оба.

«А, достало!» — ругнулся Ардэн и принялся за остывший ужин. У него хватало проблем без этих тревог. К примеру, Иридия Дам'кеш. Ардэн очень, очень надеялся, что она не будет ворошить прошлое. Ну, спас он ее тогда, и что? Ардэн совершенно не видел поводов для их общения. Она дочь главы рода Дам'кеш, он — сын лорда Шер'рат. Разные люди, разный круг общения, разные курсы. Но нет! Иридия словно нарочно попадалась ему на пути. Он бы поверил, что это совпадение, однако однажды она все же добралась до него.

Он тогда заглянул в библиотеку поболтать с господином Вейри. Старенький библиотекарь, как всегда, нагрузил его ворохом интересных книг.

— Обязательно прочтите эту монография о магах, очень интересная точка зрения на развитие дара. Я знаю, вам будет любопытно узнать…

— Благодарю, господин Вейри. Я так и не спросил вас, как вы себя чувствуете после той неприятной истории.

— Ох, мой мальчик, я так тогда за вас испугался. Люблю книги, но иногда они таят в себе настоящее зло — поболее, чем в иных людях.

Ардэн спрятал усмешку: господин Вейри, несмотря на старость, обладал острым умом, который прятал под видимой рассеянностью и добродушием. Ардэн еще раз поблагодарил библиотекаря за книги, помог ему с карточками для новых томов и собирался уже было уходить, как нос к носу столкнулся с Иридией. Сестра Илвина с полным правом могла носить титул леди. В отличие от грубоватой и эмоциональной Даны, Иридия всегда вела себя пристойна, сдержанно и благочинно. Она не была такой же яркой красавицей, как Нер'ган, но в ней таилась некая внутренняя сила, не позволявшая относиться к ней, как к простолюдинке. А скромность вовсе не делала ее, как Лиру, легкой добычей для остряков. Когда Ардэн столкнулся с Иридией в библиотеке, то невольно отпрянул. Впрочем, маска язвительного насмешника быстро вернулась к нему. Он отвесил короткий поклон, извинился и продолжил путь.

— Лорд Шер'рат, — тихо позвала его леди Иридия, и он с мысленным стоном обернулся. Женская логика! Вот что ей от него нужно?!

— Леди Дам'кеш, что случилось?

— Я хотела вас поблагодарить, — тихо произнесла она, глядя на него своими бледно-зелеными, словно два болотных озерца, глазами.

«Красивый у нее взгляд, — подумал мимоходом Ардэн. — Вот только глупа до невозможности».

Прежде, чем ответить, он огляделся, но рядом никого не было — библиотека в это время пустовала, а Иридия еще ухитрилась подойти к нему незаметно, когда они оба оказались вне поля зрения людей из читального зала, за несколькими шкафами с книгами.

— За что поблагодарить? — холодно поинтересовался он, изображая из себя самого настоящего лорда. Для этого образа он использовал манеру говорить и поведения отца — вот уж с кого можно было брать пример!

Кажется, вопрос Ардэна на миг заставил Иридию заколебаться. Но эту хрупкую с виду девушку сложно было сбить с толку.

— За мое спасение, — еще тише ответила она.

— Не понимаю, о чем вы говорите, леди Дам'кеш, — в прежнем безразличном тоне произнес Ардэн. — Я вижу вас впервые в жизни. Разве нет?

Он сразу увидел, что она уловила намек в его словах — взгляд ее забегал, в нем промелькнуло понимание. Она на миг потупила взор, как истинная леди, а потом произнесла будничным тоном:

— Прошу меня простить. Видимо, я обозналась.

— Такой прекрасной леди простительно многое, — холодно ответил Ардэн. — Я спешу. До свидания.

Это было на грани грубости, но Иридия тоже действовала не по своду правил этикета. Вот дуреха! Что ей приспичило к нему идти? Спас и спас! Ей же будет хуже, если кто-нибудь узнает о той прогулке! Как-никак она леди, ей нужно беречь репутацию.

«Надеюсь, на этот раз она отстала окончательно», — подумал Ардэн, направляясь в сторону общежития. История Иридии напоминала ему о той ночи, когда он последний раз вышел на арену для подпольных боев, а это было неприятно. Леди Дам'кеш своим глупым поступком потянула за собой вереницу мерзких воспоминаний, которые обрушились на Ардэна. Так что он еще некоторое время костерил Иридию, потом, вроде, успокоился и даже попытался выкинуть из головы всех этих девушек, убийц, жертв и прочую ерунду.

На третьем курсе студентам пора было выбирать направление дальнейшего обучения. От этого зависела дальнейшая учебная нагрузка, а также выпускные экзамены и дипломная работа. Ардэн хотел подойти к выбору серьезно, но — вот демон! — весь прошлый год его волновали лишь обязанности наследника и мнение императора, было как-то не до выбора специализации. А теперь пора было что-то решать. Традиционно в Академии существовало шесть направления: боевой магии, артефакторики, целительства, полит-экономическое, экспериментальной магии и историко-литературоведческое. Естественно, чаще всего выбирали боевое или экономическое направление — лордам и благородным господам они были ближе. Природники шли на целительное, немаги — на историческое и, опять же, экономическое. Были, конечно, энтузиасты, которые выбирали экспериментальную магию или артефакторику, но таких было меньшинство. Да и кому нужно копаться во внутренностях магических животных или чахнуть над сломанными артефактами?

Ардэн, признаться, не знал, что выбрать. Его одинаково влекла и боевая магия, и экономические дисциплины. Вернее, первая была интересная, но, как лорду и наследнику, ему следовало выбрать вторую. Эх, сложно жить!

Он долго метался, раздумывая, прикидывая и анализируя, пока не пришел к выводу, что не так уж ему и нужна политология с экономикой. За год учителя отца натаскали его на целых два курса вперед. А магии скверны его учил сам лорд Шер'рат. Конечно, занятия по общей магии не помешают, но возникал логичный вопрос.

— Зачем наследников отправляют на учебу в Академию?

Отец поднял на него вопросительный взгляд, и Ардэн развил свою мысль:

— Всему, что нужно, наследника обучат на дому. Наймут учителей, тренера, магии обучит глава рода. Все равно лучшие маги с тем же даром найдутся только в своем собственном роде. Так в чем смысл?

На лице отца появился намек на улыбку.

— Чтобы показать себя, — просто ответил он. — Наследнику нужно не только стать главой рода, но и предстать перед остальным обществом своего круга. Перед ровесниками, перед другими наследниками. Академия — хороший способ войти в общество и правильно себя поставить. Завести нужные знакомства или, наоборот, найти себе врагов.

Ардэн хмыкнул, задумался, а затем протянул:

— Так вот почему ты не против, что я там учусь.

— Конечно, исключительно, чтобы ты нашел себе побольше врагов, — съязвил отец. — Впрочем, ты со всеми задачами справляешься неплохо.

Ардэн вопросительно изогнул бровь: это его так похвалили?

— То есть моя учеба тебя не очень интересует?

— А по какой причине ты спрашиваешь?

— Мне в этом году нужно выбрать направление.

— Неужели от моего мнения может что-то зависеть? — не скрывая иронии, произнес отец.

— Нет, я только хотел узнать, надо ли мне ругаться с тобой еще и по этому поводу, — нахально заявил Ардэн, вскинув голову.

— Не надо, не беспокойся.

— Благодарю. Ты избавил меня от утомительной необходимости.

— Ардэн.

— Ладно, не наглею. Но ты сам виноват, не надо меня провоцировать.

— Это как же я тебя провоцирую, ранимый ты мой?

— Как сейчас: язвишь постоянно.

— Я думал, у тебя врожденная защита. Ты и сам горазд раздражать всех подряд.

— Вот сейчас обидно было, — усмехнулся Ардэн и вернулся к отчету, который ему отдал проверять отец. Он же уже не такой тупой, что-то может.

Стоило об этом подумать, как Ардэн споткнулся об одну строчку, пытаясь понять, о чем здесь говорится. Цифры, как и раньше, давались ему с трудом, а здесь еще и был такой скользкий момент. Надо было спросить…

Ардэн раз бросил взгляд на отца, еще раз и еще. Тот был занят собственной работой. И вроде бы не стоило его отвлекать и лишний раз демонстрировать свое непонимание, но…

— Спрашивай уже, — не отрываясь от написания письма, приказал отец.

— У тебя есть еще пара глаз? — заинтересовался Ардэн.

Отец поднял на него выразительный взгляд.

— Хорошо-хорошо, понял! Я хотел уточнить, вот, — он придвинул отцу отчет и указал на нужную строку. — Почему он посчитал здесь всё, это же не итог?

— Здесь не всё, — ответил отец и принялся объяснять. Ардэн даже понял. Спустя четверть часа.

Оставалась только вздыхать над собственной тупостью и удивляться отцовскому долготерпению.

— Как ты это делаешь? — не выдержал Ардэн, когда через полчаса у него вновь возник вопрос, и отец спокойно ответил, потратив на объяснения непозволительно много времени. Причем иногда Ардэн осознавал, что мог бы и сам догадаться, если бы пораскинул мозгами. Он все ждал, когда отец ему выскажет, но тот действительно честно терпел все вопросы, даже самые глупые.

— Что делаю?

— Терпишь мою глупость, — выпалил Ардэн, крутя в руках перо и не замечая, как чернила пачкают пальцы.

— А ты считаешь себя глупым? — несказанно удивился отец, откинувшись в кресле. — Ну-ка, поведай мне, в чем же ты, самоуверенный наглец, считаешь себя столь неумным?

— Ты собственным ядом не подавился? Нехорошо издеваться над собственным ребенком.

— Над родителями тоже издеваться нехорошо, но ты этим иногда занимаешься.

— То есть ты намекаешь, что я первый начал? А не низко ли для лорда и главы рода уподобляться собственному неразумному сыну?

— Не намекаю и не уподобляюсь. Я всего лишь объясняю тебе, откуда у тебя подобные склонности.

Ардэн хмыкнул:

— Признаю поражение. И отвечая на твой вопрос: в этом. — Он указал на отчет, потом обвел взглядом стол отца, за которым они сидели. Несмотря на строгий порядок, свободного места попросту не осталось.

— Ты недооцениваешь себя, — с намеком на улыбку произнес отец. — Все дело в опыте.

— Год уже мучаюсь, — фыркнул Ардэн, нахохлившись. — И ты тоже.

— Год — это ничто.

Ардэн пожал плечами. Ему оправдания были не нужны.

— Все равно до тебя далеко.

Отец вдруг коротко рассмеялся.

— А ты хотел все и сразу, Ардэн? Я четверть века возглавляю род Шер'рат, а до этого меня еще пятнадцать лет учили.

— Пятнадцать лет? Это во сколько тебя начали натаскивать?

— Серьезно — в десять. Но наследников начинают воспитывать и готовить к роли едва ли не с рождения. Так что я в любом случае не соперник тебе.

— Ну да, сорок против одного… Ладно, попробую наверстать, — произнес Ардэн, возвращаясь к отчету.

— У тебя получится.

— А что ты такой добрый?

— Тебе отвесить подзатыльник для внутренней гармонии?

— Нет, спасибо, переживу как-нибудь доброго отца, — проворчал Ардэн, действительно возвращаясь к отчету. Над ним он просидел еще три часа, то и дело отвлекая отца. Наконец мучения обоих закончились.

— Все.

— Давай сюда. Посмотрю, что ты пропустил.

— Что-то точно, — вздохнул Ардэн, потирая лоб. Казалось, голова сейчас взорвется. Отец пробежался взглядом по его заметкам — отчет он не портил, отмечая спорные места едва заметной линией грифеля, а вот себе отдельно записывал на листок вопросы, ответы на которые потом надо будет поискать в книгах.

— Смотри, — отец придвинул обратно ему отчет, указывая на пропущенную ошибку. Ардэн мысленно вздохнул и принялся слушать. Хорошо, что его хотя бы учат, есть надежда, что он когда-нибудь начнет понимать и разбираться так же хорошо, как отец. Сорок лет, конечно, много, но годика два-три должно хватить. По крайней мере, Ардэн на это надеялся.

Не сказать, что третий год обучения в Академии вышел легким, но то ли Ардэн уже привык к нагрузкам, то ли на него меньше давили, но жизнь вошла в свою, более спокойную, чем раньше колею. Сплетники все не унимались, девушки не давали проходу, Идгар все также постоянно болтал, они готовились к турниру — сложности можно было найти везде. Но было и хорошее: Тарон наконец отстал от Ардэна и не пытался отравиться за их столом.

— Слышала, у Вас'тар проблемы, — заметила как-то Дана.

— И что еще слышно? — спросил рассеянно Ардэн, пытаясь решить, на какое направление ему все же идти. Он даже в тарелку перестал заглядывать, ел рефлекторно, все свое внимание уделяя учебнику.

— Кронпринц женится на…

— Здорово, — невпопад отозвался Ардэн.

— Хватит уже читать! — Идгар попытался отобрать у друга учебник, но получил по ребрам и отстал. — Ты чудовище, Шер'рат.

— Вы же говорили, весь в отца, — рассеяно ответил Ардэн, возвращаясь к котлетам и к учебнику. — И не отвлекай меня, у кого ты будешь на экзамене списывать?

Сраженный этим убийственным аргументом Идгар умолк и больше не лез к другу. Ардэн смог спокойно отобедать, потом отсидеть на двух лекция по истории, потренировать своих "Котов" на полигоне и даже заскочить в библиотеку — надо было вернуть монографию и взять парочку книг. Господина Вейри на месте не оказалось, Ардэн быстро переговорил с его помощником, получил нужные тома и помчался в общежитие. У него на хвосте, как обычно, висел Патрик, изображающий верного стража. Ардэн даже почти привык к нему, выкинул из головы все мрачные истории и заткнул собственную совесть.

Идгара в комнате не оказалось, видимо, опять где-то гулял, кошак недоделанный. Ардэн упал на кровать, листая взятую в библиотеке книгу. Внезапно из нее выпал исписанный листок. Ардэн рефлекторно схватил его, пробежался глазами и резко сел. Раскрытая книга упала на пол, страницы погнулись.

Записка гласила:

«В следующую субботу жду тебя в девять вечера у себя. Нужно обсудить некую девушку, вероломно убитую одним лордом, на душе которого уже лежал грех убийства ее брата.

Ворон»

Глава 5. Шантажист

Если выбросить из мыслей Ардэна все нецензурные слова, то останется достаточно много: точки, запятые и междометия.

Минут десять он бесился, не в силах совладать с яростью. Но не в привычках Ардэна было пустое времяпрепровождения, он предпочитал действовать, а не мусолить одни и те же чувства да страдать над проблемами. От души выругавшись, он принялся лихорадочно думать. Теперь все становилось ясно: вот кто мог подтолкнуть девушку к мести — Ворону достаточно было рассказать убитой горем сестре о личности палача брата, все остальное безумная девица сделала сама. Но остается вопрос — зачем все это Ворону? Неужели только для того, чтобы поймать Ардэна в ловушку? Или девушка узнала о нем сама, а Ворон попросту воспользовался ситуацией? Все могло быть. Главный вопрос: что делать? Ворон явно был в курсе всей истории с убитым оборотнем и его сестрой. Был ли он кукловодом или ушлым наблюдателем, вовремя подсуетившимся, Ардэна уже не волновало. Ему необходимо было что-то делать с ненужным свидетелем. Никто не должен был знать о той девушке и ее брате, о подпольных боях и о том, что новый лорд Шер'рат в них участвовал и убивал. Ардэн еще не так хорошо разбирался в обычаях и настроениях высшего круга, но был уверен, что подробности его прошлой жизни не должны были дойти до его новых знакомых. Согласившись на сделку с отцом, он перешагнул невидимую черту, которая разделяла его старую жизнь и новую, и возвращаться не хотелось. Было нельзя.

«Что делать?» — задавал себе вопрос Ардэн. В любом случае ему было нужно встретиться с Вороном, узнать, что тот задумал, чего хочет. Есть ли у него доказательства? Как он оказался впутан в эту историю? Какие есть варианты у Ардэна?

Еще не встретившись с Вороном, он чувствовал, что серьезно вляпался. Уж характер и наклонности одного из главарей бандитов Ардэн знал прекрасно! Ждало его много плохого…

Место встречи вопросов не вызывало, а вот время выбрано было очень неудачно. Ардэн впервые со дня, когда стал лордом, почувствовал настоящее раздражение от того, что за ним следят. Оказывается, ему не хватало свободы! Как-то прошлый год выдался тяжелым, не до чего ему не было дела, а вот сейчас понадобилось свободное время и отсутствие вечной слежки. Как избавиться от Патрика? Как незаметно выбраться из дома? На ограду особняка была наложена сложная защита, которую творил не отец, а кто-то из более дальних предков Ардэна. Такую не взломать магу третьего круга. Нет, если бы можно было выехать через вороты, то защита не стала бы помехой, но ведь стражники его не выпустят. Он может им приказать, однако послушаются ли они его? А если даже выполнят его приказ (уж командовать Ардэн умел), то кто ему обеспечит сохранность тайны? Если он поедет через ворота у всех на виду, то можно будет сразу идти к отцу и обо всем рассказывать. Ардэн прекрасно понимал, что за ним следят везде , и его поздняя отлучка не останется незамеченной. Вот если бы из особняка можно было выбраться не через ворота… Но это все мечты. Возможно, в доме и имелись тайные ходы, но узнать о них Ардэн мог только у тех, кого посвящать в свою тайну не намеревался: у отца, Эдриана и, может быть, Патрика. Никаких вариантов!

Нет, из особняка ему вечером не сбежать. Что же делать? А если выбрать другой день и время? В Академии он был более свободен в передвижениях, там за ним следил один Пат, а от него можно было избавиться на время — раз, и заставить его молчать — два. Если выйти из Академии сразу после занятий, то он успеет вернуться до десяти… Ах, демон! Он же так и не получил разрешение от опекуна на выход из Академии в вечерние часы. Так что ему нужно будет либо вернуться до шести, либо ночевать где-то в другом месте. Но сбежать не на несколько часов днем, а на половину суток — это слишком. Пат точно заметит. Как бы его обмануть? Как? Надо что-то придумать.

И он думал. Когда читал, писал реферат, когда слушал вернувшегося с прогулки Идгара, когда засыпал, на тренировке, пока бегал вокруг Академии, за завтраком, на лекциях. Он постоянно прокручивал в голове возможные варианты, просчитывал свои и чужие действия, гадал, к чему все это приведет. Главной сложность был Патрик, который не выпускал его из поля зрения ни на секунду.

Наконец Ардэн выработал план действий и принялся его осуществлять. Для начала он забежал в библиотеку якобы за новой книгой. Патрика он сумел "потерять" между шкафами, что дало ему несколько минут свободы. Пользуясь ими, он подскочил к помощнику библиотекаря, который в тот момент сидел в одиночестве за конторкой и что-то писал.

— Передай своему хозяину, — тихо, но жестко приказал Ардэн, облокачиваясь о стол, — что я приду к нему завтра, в девять.

— Я не поним…

— Передай, — отрезал Ардэн и, подхватив со столика первую попавшуюся книгу и протянув ее ошарашенному помощнику, уже совсем другим тоном произнес: — Оформите, пожалуйста.

Через пару секунд из-за ближайших стеллажей вынырнул Патрик, запыхавшийся и подозрительно взирающий на всех вокруг, включая Ардэна. Лорд Шер'рат ответил "другу" невинным взглядом и, забрав книгу, спокойно направился прочь из библиотеки.

Следующим пунктом было обеспечить себе возможность незаметного исчезновения из Академии. Магические тренировки они теперь проводили сразу после занятий — как с прошлого года их передвинули в графике, так и оставили. Видимо, куратор Отторин опасался, что если студента Шер'рат опять попытаются убить, ректор его четвертует. Благодаря предусмотрительности профессора политологии "Вадерские коты" теперь освобождались намного раньше. Ардэн мог располагать вечерними часами, не боясь, что его отсутствие будет замечено, а утренней тренировки на следующее утро не было, так как наступали выходные. Вечером в четверг Ардэн уговорил Идгара отправится домой сразу вечером в пятницу. Сделать это было несложно: оборотень с рождения был лишен подозрительности, так что даже не понял, что Ардэн им банально манипулировал.

Утром в пятницу они все вшестером побегали, позанимались, Дерек с Ардэном устроили несколько боев, пока девушки и Идгар пытались одолеть Патрика. Все же младший Корн был хорош в бое на мечах, да и в рукопашке, отменно метал ножи. А вот как маг он был весьма посредственным, но это, учитывая диаметрально противоположные дары его родителей, было вполне логично и объяснимо. После тренировки они отправились в столовую, потом — на занятия. Это был самый обычный день.

Вечером Ардэн в очередной раз погонял их на полигоне, а потом все разошлись по своим делам. Идгар, как назло, долго собирался. Пришлось Ардэну вмешаться, найти этот проклятый плащ и выпнуть друга из комнаты. Хорошо еще, что Идгар действительно был прост, как полено. Вот с Патриком было сложнее, но Ардэн и здесь справился, потому что — за это его съела совесть — Корн доверял своему лорду и не ожидал, что в ему в кружку подольют сонное зелье. Ловкость рук — залог успеха, даже если ты так и не стал вором. Ардэн на минутку заглянул в комнату к Патрику — его сосед тоже уехал на выходные домой, — разговорил, подлил зелье в воду, а когда парень уснул, раздел его и уложил в кровать. Пусть думает, что рано лег и его быстро сморил сон. Конечно, Пат все равно что-нибудь заподозрит, но это был лучший вариант из всех возможных.

Покончив со свидетелями, Ардэн переоделся в неприметную (не черную и не дорогую) одежду, после чего быстро направился к воротам Академии. Его скрытности позавидовали бы императорские шпионы. Он крался, словно тень, шарахаясь от любого студента, а причина была проста — девочки как раз собирались погулять по парку после тренировки. Не желая попасться им на глаза и давать ненужные и опасные объяснения, он предпочел таиться. И не зря! Один раз он чуть не столкнулся с Гиро, братом Идгара, почему-то задержавшемся в Академии, а потом ему повстречались знакомые Лиры, целительницы с их курса.

Проявив чудеса ловкости, изобретательности и скрытности, Ардэн все же выбрался из Академии незамеченным. Вечерний Орин был по-настоящему красив — квартал, где находилась Академия, построили еще на заре империи, многие здания здесь видели сотни тысяч рассветом и закатов и были настоящими жемчужинами архитектурного искусства. Но Ардэн и в обычное-то время не очень замечал всю красоту, а уж сейчас и подавно! Все его мысли были лишь о грядущей встрече. Внешне он никак не выказывал нервозности, которая поселилась глубоко внутри — не после кронпринца бандитов всяких бояться, — но напряжение не отпускало его ни на секунду, а уж сколько ругани мысленно произнес он — не счесть!

Логово Ворона располагалось в одном из кварталов бедняков, неподалеку от порта. Ардэна уже ждали — старый знакомый бугай, личный охранник местного главаря. Он провел парня внутрь дома, толкнул дверь подвала и молча кивнул. Ничего не меняется. Ардэн осторожно спустился, лестница привычно скрипнула на пятой и девятой ступенях. Нечасто он бывал в комнате одного из учредителей подпольных боев, но помнил все хорошо — каждую деталь, каждую мелочь. А ведь он думал, что забыл, что за год другой жизни та, старая и кровавая, стерлась. Однако это было не так — он помнил каждый дюйм на арене для боев, каждый блик от часов в кабинете Ворона, каждую, демон ее задери, ступеньку на лестнице в подвал! И воспоминания были такими четкими, что это пугало. Он на миг вновь ощутил себя двенадцатилетним мальчишкой, который пришел к бандитам, чтобы ставить на свою жизнь, чтобы драться до крови. Или до смерти…

Встряхнувшись, Ардэн шагнул с лестницы в коридор, пересек его, толкнул дверь кабинета и тут же отошел в сторону. Не то что бы он боялся, но предосторожности лишними не будут.

— Пришел, — хмыкнул Ворон из тени за шкафом. — Садись, больше здесь никого нет.

— Предлагаешь поверить тебе на слово? — с иронией поинтересовался Ардэн и закрыл дверь. Капюшон он даже в кабинете не стал скидывать — мало ли. Чтобы ворваться в комнату, хватит и секунды, а он не собирался подставляться дальше.

Ардэн дождался, когда Ворон выйдет из тени и сядет за стол, после чего расположился в предложенном кресле. Хм, статус и здесь изменился — раньше для него ставили простой стул.

— О чем будем говорить? — холодно спросил Ардэн.

— Я ведь уже написал, — елейным голосом ответил Ворон. В глазах его горела жадность. Нет не так — Жадность. Это считал даже такой неопытный юноша, как Ардэн. Только теперь, пообщавшись с лордами, которые лгали и лицемерили так же легко, как дышали, он увидел, сколь жалок был Ворон, как явно он демонстрировал эмоции, сколько злобы, жадности и глупости в нем жило. Видел и понимал, но ничего изменить уже не мог, только себя презирать начал еще сильнее.

— Написать написал, но мне интересно, что ты собираешься предпринять, — все также холодно произнес Ардэн. — Письмо твое весьма путанно, я предпочел бы выслушать тебя лично.

— Но ты все же пришел, так что не начинай отрицать, что это не ты убил оборотня и его сестрицу.

— Постановка фразы некорректна, но позволю тебе думать так, а не иначе. Меня мало интересует твое мнение. Что дальше?

— Значит, не отрицаешь.

— Я не собираюсь это обсуждать. Ты ведь явно позвал меня не мораль мне читать. Чего ты хочешь?

— Вот вроде умный парень, лордом даже недавно заделался, а такие глупые вопросы задаешь, — покачал головой Ворон. Он старательно изображал добродушие, только злой взгляд бегал туда-сюда, напрягая.

— Я задаю те вопросы, которые считаю нужным, — прищурился Ардэн. И это очень не понравилось Ворону, добродушие в миг испарилось.

— Не разговаривай со мной так, — зло бросил он. — Может, тебя и признал твой папашка, но для меня ты так и останешься мальчишкой, который месил кровь на арене. И запомни: твоя жизнь и репутация у меня в руках. Так что, — он откинулся в кресле, — советую думать, что говоришь.

— Думаю. Тебе повторить вопрос? — сохраняя холодное спокойствие произнес Ардэн.

Минуту Ворон молчал, разглядывая его, как особо неприятный экземпляр, а потом все же ответил:

— Ты изменишь свою точку зрения, когда увидишь это.

Он встал, открыл дверцу шкафа за спиной, взял с полки большой ларец, явно зачарованный — Ардэн почувствовал нити заклинания.

«Артефакт и очень хороший», — оценил он. Его мысли тут же подтвердились, когда Ворон прикоснулся к крышке, та на миг засияла магическим светом, а потом откинулась. Бандит достал из ларца серую папку и, подтолкнув Ардэну, уселся обратно, прикрыв пока крышку ларца. В его взгляде явно отразилась жестокая насмешка.

Распустив завязки, Ардэн открыл папку и увидел несколько магических кристаллов. Он уже встречал такие — их показывали в Академии на лекциях по артефакторике, — а еще он знал, что подобными вещицами пользовались инспекторы при расследовании преступлений. Суть подобных кристаллов была проста: они сохраняли в себе образ события — картинку, голос и ауры людей и животных на очень недолгое время. Так как стоили такие артефакты немало, ими пользовались редко. Были еще кристаллы попроще, которые сохраняли только что-то одно — звук, картинку или ауры. Как раз такие артефакты были в ходу у инспекторов, благо стоили они намного меньше, чем их более совершенные собратья. В принципе, ими больше никто и не пользовался, так как они сохраняли в себе очень короткий период действия. Проще было записать на бумагу, чем диктовать в кристалл. Только изредка в такие артефакты снимали слепок ауры, к примеру, при поступлении в Академию Ранкор. Больше Ардэн не слышал, чтобы где-то использовались эти кристаллы, но увидев их в папке Ворона, понял, что произошло.

Холодок пробежал по спине, когда он коснулся небольшого, с полпальца, сиреневого кристалла и увидел то, чему и так был свидетелем. Вернее, активным участником. Ворон, сучий сын, подсуетился и записал на два кристалла бой Ардэна с оборотнем и беседу с его безумной сестрой! Вот же гад!

— У меня два вопроса, — все также спокойно, словно не бесился сейчас внутри, произнес Ардэн, листая папку дальше. Помимо кристаллов здесь нашлось полное досье на самого лорда Шер'рат, когда он был бойцом на подпольной арене, оборотня Кета и его единокровную сестру Келену, которой, в отличие от брата, посчастливилось родиться в богатой семье. А вот паренька ее отец сделал на стороне и содержать его собирался. Это, кстати, объясняло, как у оборотня с подпольной арены появилась сестра, учащаяся в Академии Ранкор.

— Какие же вопросы мучают тебя? — зло усмехнулся Ворон.

— Первый: все ли бои на арене ты записываешь или мне не посчастливилось стать случайным исключением? И второй: что ты хочешь за компромат на меня?

— Вот за что я тебя всегда ценил — ты ухватывал суть.

— Я жду ответы.

— Не так быстро, ты здесь не лорд, а проситель.

— Так скажи мне, чего у тебя просить?

— Это, — резко произнес Ворон, захлопывая папку и забирая себе. — Оно стоит много, очень много.

— Не ожидал, что ты еще и шантажом занимаешься.

— Ты обо мне многого не знаешь, но так ли это важно? Я всегда умел чуять выгоду, это полезно. К примеру, сохранить бой одного студента Академии. Кто знал, кем ты потом станешь. Ты упертый и умный, такие частенько поднимаются, выходят в люди… и платят за свои старые грехи.

— Понимаю. Я стал лордом, и ты пожелал получить с этого выгоду, но решил подождать, пока я еще как-нибудь себя не подставлю. Ты сдал меня сестре этого Кета?

— Она дорого заплатила за твое имя, — оскалился Ворон. — Зря она это сделала, но для меня твое второе убийство было выгодно. Теперь информация стоит куда дороже.

— И сколько же ты хочешь?

— Две тысячи золотых.

Ардэн мысленно присвистнул и вслух холодно поинтересовался:

— Ты уверен? Как, по-твоему, я добуду такую сумму?

— Ты теперь лорд, — намекнул Ворон.

— Но у меня нет реальной власти. И золота. Ты просчитался, — отчеканил Ардэн.

— Не думаю, — покачал головой его собеседник. Очень хотелось его убить. — Сам понимаешь: такое в высшем круге не прощают. За репутацию стоит заплатить. Найди золото, тебе это сделать легче. Иначе… Я слышал, что Вас'тар конфликтует с Шер'рат, они охотно заплатят за тебя, но вот тогда о сохранении тайны ты можешь забыть.

— Как я могу быть уверен, — прищурился Ардэн, барабаня пальцами по подлокотнику, — что ты не продашь компромат дважды? Где гарантии?

— Нигде. Но ты хорошо меня знаешь…

— Поэтому и спрашиваю про гарантии.

— …и еще у тебя нет выбора, — жестко закончил Ворон. — Я даю тебе шанс заплатить первым. Если ты это сделаешь, то можешь не волноваться — сведения о твоих грехах останутся в тайне.

«Пока я буду продолжать платить тебе», — зло подумал Ардэн. В его голове мысли скакали быстрее самых резвых рысаков. Он лихорадочно думал, анализировал ситуацию, ища выход. Наконец он принял решение — процесс это занял не более пятнадцати секунд — и ответил:

— Сумма слишком большая, чтобы я мог достать ее быстро. Мне нужно время.

— Ну вот, мы уже начинаем договариваться, — вернулся к мерзкому елейному тону Ворон. — Я не могу дать тебе много времени. Месяц.

— Полгода.

— Ты шутишь?

— Две тысячи золотых — это немалый оборот казны рода, я не хочу привлекать к себе внимание, — отрезал Ардэн. — Иначе не стал бы выкупать компромат.

— Два месяца.

— Пять — и точка.

— Три.

— Пять.

— Не стоит со мной торговаться, я могу и повысить цену.

— Я не торгуюсь, а трезво оцениваю ситуацию. Мне нужно время.

— Четыре месяца. В начале весны я жду свое золото, иначе… — Ворон неприятно улыбнулся. Ему не было нужды давить на Ардэна, ведь он считал, что победил. Поймал на крючок молодого лорда, который так глупо подставился.

— Я тебя понял, — холодно произнес Ардэн, поднимаясь. Взгляд его на миг скользнул по зачарованному ларцу. Вскрыть такой смог бы только артефактчик…

Глава 6. Выбор пути

В Академию возвращаться было уже поздно, поэтому он заночевал на чердаке одного пустующего дома. Вернее, сарая, разваливающего и продуваемого со всех сторон. В подвале иногда ночевали нищие калеки, а вот чердак популярностью не пользовался — уж больно там холодно было. Ардэн и сам мерз, несмотря на куртку и плащ — как-никак скоро зима уже. Последний месяц осени редко когда отличался теплом, а в этом году особенно. Ардэн поглядывал на темное небо сквозь щели в досках на крыше и думал о том, что ему теперь делать. Ситуация была плохая — это если использовать приличные слова. Репутация для лордов — вещь весьма важная, а Ардэн поставил ее под сомнение. Конечно, он и так был нищим бастардом. Но одно дело — просто незаконнорожденный, а другое — преступник. Он столько времени и сил потратил, чтобы сгладить огрехи своего уличного воспитания, столько сделал для того, чтобы его воспринимали правильно. И — что хуже всего — у него начало получаться. На том же приеме во дворце он держался неплохо, даже отец заметил и похвалил. Ардэн старался стать лордом, вести себя правильно и достойно, не портить больше репутацию отцу. А теперь все его труды пошли прахом — и все из-за собственной глупости! Потому что статус незаконнорожденного ему еще могут простить — и простят, никуда не денутся, а вот убийство… Подпольные бои, месть несчастной девушки. И ведь не докажешь! Даже в ситуации с сестрой оборотня все было не так однозначно — по записи в кристалле трудно было судить, со стороны и вовсе все выглядело так, словно Ардэн нарочно ее толкнул, а нож и не видно было. В итоге он везде оказывался виноватым: он участвовал в подпольных боях, убил оборотня-подростка, чтобы выиграть, а потом заткнул рот его мстящей сестре. Конец его репутации и репутации рода Шер'рат!

«Что скажет отец?» — думал Ардэн, и впервые его посетил настоящий страх. На мнение окружающих ему было плевать, с собственной совестью он тоже как-нибудь разберется, а вот реакция отца откровенно пугала. Они только-только начали нормально общаться, этот год выдался настолько хорошим, настолько они сблизились, что Ардэн готов был на все, чтобы избежать позора, не разочаровать отца. Он попросту не мог этого допустить!

А ведь Ворон все рассчитал четко, филигранно провел операцию. Выжидал, копил, следил. Он даже шантажировать начал не сразу, дал Ардэну успокоиться, вздохнуть с облегчением, что все забыто, а потом внезапно "атаковал". Да, Ворон явно не первый раз подобным промышляет, а Ардэн и не знал, не догадывался, иначе не связался, не подставился бы… Но что сейчас страдать по прошлому? Надо было что-то придумывать.

Платить — не вариант. Ворон может считать что угодно, однако Ардэн действительно не мог достать такую сумму, всем в доме и в роду заправлял отец. А две тысячи золотых — это очень, очень много. Для примера, год обучения в Академии Ранкор стоили сто золотых, и это считалось огромной суммой по меркам бедняков и немаленькой — для знати. Ардэн когда-то потратил три года на подпольные бои, чтобы накопить сотню золотых, а теперь требовалось достать сразу две тысячи! В общем для рода Шер'рат это было немного, но Ардэн не мог просто взять и залезть в казну рода. Да и, в принципе, он не собирался платить Ворону — и так было ясно, что его будут доить вечно. Еще бы, такая кормушка! Ардэн вовсе не желал, чтобы у него появилась постоянная пиявка, создающая ему проблемы. Надо было решить все с Вороном раз и навсегда, но вот в чем дело — Ардэн не был ни профессиональным убийцей, ни вором. А действовать при помощи магии он не мог, она оставляла заметные следы. В столице жило не так много магов скверны, чтобы не вызвать подозрения к Ардэну, тем более для убийства Ворона пришлось бы вырезать все его логово. Либо прийти и уйти тихо, но вот как? Как? В идеале было бы просто украсть папку, но ларец был опутан десятком заклинаний, которые Ардэн не опознал — они могли подавать сигнал, взрывать все вокруг, даже телепортировать! Он не мог рисковать, не мог просто вскрыть ларец. Вот демон!

Ардэн поежился и поплотнее закутался в плащ. В припортовых районах всегда было холодно и сыро — над рекой постоянно гуляли ветра. Ардэн никак не мог заснуть, а думать уже не было сил, и он лениво разглядывал проходивших мимо горожан, которых становилось все меньше и меньше. Ночь — время, когда все добропорядочные подданные спят, и это правило действовало даже в бедняцких кварталах.

Внезапно тишину прервал цокот копыт по мостовой. Ардэн скосил глаз в щель между досками — казалось, чердак состоял только из них — и увидел, как по ночной пустынной улице едет несколько человек. Впереди явно важный господин, с ним — помощник, воин, а за парочкой, чуть поодаль, скакала четверка телохранителей. Ардэн прищурился, пытаясь понять, кого ему напоминает мужчина в дорогом плаще. Когда он проезжал под самыми окнами дома, где нашли приют нищие и один скрытный лорд, помощник вдруг заговорил:

— Мы их найдем, милорд.

— Я слышу это уже четвертый месяц! — огрызнулся хозяин. Голос его был Ардэну незнаком, но все же фигурой он кого-то напоминал. — Ты так и не сумел разговорить их.

— Они оказались слишком прыткими, мой лорд. Но я уверен, что это все дело рук благородных господ. Они хотят занять ваше место…

— Чушь. У нас есть лишь один враг, — зло скрежетнул зубами мужчина. Голоса постепенно удалялись, и за цокотом копыт Ардэн уже не мог различить отдельные слова. Зато со спины он наконец опознал мужчину, да и возмущенные интонации помогли — они живо напомнили ему Тарона. Неужели это кто-то из Вас'тар? Дана как-то говорила, что у них проблемы, склады сгорели, задержались поставки, провинция подвела императорского казначея и прочее. Ардэна тогда не очень волновали эти сплетни — у народа каждый год кто-нибудь страдает, в прошлый раз, вон, Шер'рат хоронили.

«Не знаю уж, что у вас случилось, — подумал Ардэн, закрывая глаза, — но вы явно вините во всем нас с отцом, правда же? Кто же еще мог стать единственным врагом Вас'тар?»

Размышляя об этом, он наконец погрузился в недолгий и беспокойный сон. К жестким доскам вместо мягкой постели и холодному чердаку лорду Шер'рат было не привыкать.

Утром, как только ворота Академии отворились, Ардэн вернулся в общежитие. Патрика уже не было, он, видимо, ушел на свои дополнительные занятия. По крайней мере, Ардэн надеялся, что он не поднял тревогу из-за пустяка.

Отперев комнату, юный лорд быстро переоделся, привел себя в порядок и уже через час встретил Пата у входа в общежитие.

— Где ты был? — сразу же спросил Корн.

— Здесь, — с недоумением ответил Ардэн.

Пат нахмурился.

— Я утром заглядывал к тебе, у вас было заперто.

— Я рано встал и решил погулять по парку, — повинился Ардэн.

— Не стоило, милорд. Вы рисковали.

— Это парк Академии, а не крепость на границе, Пат! Кто мне здесь может угрожать?

— Тот, кто напустил на вас сущность из книги, подменил зелье на алхимии, отравил мазь и яблоко, — перечислил Патрик и нахмурился еще сильнее. В этот момент он был настоящим воплощением тревоги, и Ардэну стало капельку стыдно, что он так бессовестно обманывает человека, который искренне за него беспокоится. Но и сказать Пату о том, что проблема со вторым убийцей улажена, он не мог.

— Это все он сделал исподтишка, а в парке нет ни еды, ни зелий, ни древних книг, — попытался успокоить Патрика Ардэн.

— Все равно я попросил бы тебя не рисковать. Если нужно, я могу отложить все свои занятия…

— Не надо, Пат, я буду благоразумнее, — пообещал Ардэн и вновь устыдился — он же врал сейчас, бессовестно врал Патрику, который ему доверял.

— Хорошо… Ты не напомнишь мне, чем вчера закончился наш разговор? — невзначай поинтересовался Корн.

— Ты сказал, что устал и засыпаешь буквально на ходу, так что я ушел, — пожал плечами Ардэн. Патрик посверлил его взглядом, но все же кивнул и отстал. Поверил или хотя бы на время успокоился, отступил.

Мысленно выдохнув, Ардэн отправился вместе с Патом к воротам Академии. День выдался тяжелый: мало того, что он плохо спал ночью, и усталость давала о себе знать, так еще и постоянно вспоминался разговор с Вороном, нервы походили на натянутые струны, а ведь ему в субботу требовалась максимальная сосредоточенность — по-другому уроки с отцом не могли проходить. К счастью, лорд Шер'рат ничего не заметил, и, как всегда, ближе к ночи отпустил Ардэна отдыхать. Но вместо заслуженного сна ему пришлось думать, думать и еще раз думать. Четыре месяца — это хороший срок, но требовалось начать что-то делать уже сегодня. Вот только что?!

Промучившись до поздней ночи и так и не придя к какому-то выводу, Ардэн отправился-таки спать. Утром голова у него работала еще хуже, чем в субботу, так что Даро, бессменному тренеру по оружию, пришлось сделать ему замечание — впервые за год их совместной работы!

— Вы слишком невнимательны, — отчитал его воин. — Вы никогда не выиграете бой, если будете распыляться на все подряд. Выходя с клинком против врага, вы должны думать лишь о том, как его победить. Волнение и прочие глупости не должны даже появляться в вашей голове!

Ардэн покорно кивнул и принес извинения, после чего урок продолжился. Он учел советы тренера и постарался не думать ни о чем, кроме вещей, непосредственно касающихся занятия. Это даже помогло!

Даро всего год учил Ардэна, но даже за такой короткий срок были видны результаты: движения его стали более уверенными, разные приемы приобрели вид отлаженной техники, он все реже проигрывать быстро. Даро не хвалил его, но его молчание было равнозначно похвале. Ардэн видел, что воин доволен результатами. Он даже предложил своему ученику поработать по новой методике и переключится на левую руку.

— В бою все может случиться, вы не должны зависеть от чего-либо, — произнес он и стал часть занятия отдавать под работу с левой рукой. Драться Ардэн мог чем угодно, но вот меч держал правой. Переучиться никак не получалось, в итоге Даро посоветовал попробовать начать писать и пользоваться левой рукой в быту. Ардэн подумал-подумал и решил, что подобный навык ему пригодится, так что учебы и трудностей у него прибавилось.

Вернувшись в Академию, Ардэн продолжил биться над головоломкой, которая была ему не по силам — как решить проблему с Вороном? Возможности его были весьма ограничены, он мог полагаться только на себя, при этом статус лорда, вопреки ожиданиям, не помогал, а лишь мешал — он накладывал на него дополнительные ограничения. Что бы Ардэн ни придумал, ему для начала придется опять что-то решать с Патриком, с вечным контролем. А ведь существовал риск быть обнаруженным — и тогда с репутацией можно было попрощаться!

Как же мерзко… От всей этой ситуации, от разговора с Вороном, от необходимости врать Патрику, который не заслужил подобное отношение, от собственной глупости — надо же было так вляпаться! И ведь он уже ничего не мог исправить — ни-че-го!

Знать во все времена не отличалась совестливостью и излишней нравственностью. Живя в трущобах столицы и прислуживая нищему отребью, он не раз и не два слышал разговоры о бандитах, которые работали на благородных господ, а некоторые — даже на лордов. Ни один высший род не был чист, все имели своих людей в преступном мире, иначе было нельзя, это понимал любой. Однако одно дело — слухи, другое — прямые доказательства. Лорды никогда ничего не делали своими руками, оставляя их чистыми и перекладывая контакты с преступным миром на своих помощников. Они действовали настолько филигранно, что поймать их никому не удавалось, да и не пытались люди, понимали, что не стоит связываться с лордами — у высшего рода хватило бы могущества уничтожить любого бандита, какой бы властью в своем мире он не обладал. Об этом знали, об этом молчали. Поэтому Ардэну, как лорду Шер'рат, никогда не простили бы убийство и подпольные бои. Это было низко для наследника высшего рода, недопустимо для знатного мужчины. Если о прошлом Ардэна узнают, репутация его и рода будет погублена, и исправить ничего будет нельзя. Даже все могущество Шер'рат не убережет его, потому что у всего есть предел. Побыв наследником главы высшего рода целый год, Ардэн стал лучше разбираться в мотивах и поступках знати. Он понимал: ему подобное не простят. Это слишком — для всех и для Шер'рат. Род магов скверны и так переживал нелегкие времена, им и так многое прощалось. Если Ардэн позволит Ворону открыть правду о нем, то погубит Шер'рат и себя.

«Отец будет в ярости», — думал он, и от этой мысли становилось действительно страшно . Были вещи, с которыми он не смог бы смириться, которые не в силах был допустить. Разочарование отца была одна из них. Именно ради того, чтобы не допустить до отца знание о своем прошлом Ардэн и хотел остановить Ворона. На собственную репутацию ему не то что бы было плевать, но в контексте реакции отца она становилась не такой важной. Ардэну, конечно, не хотелось терять положение в обществе — не для того он столько старался, чтобы враз потерять. Да и за Шер'рат было обидно, а ведь еще оставался отец, который не заслужил наблюдать гибель своего рода…

«Надо что-то придумать», — металась в голове Ардэна паническая мысль. Как назло, ничего не придумывалось. Он мог либо убить Ворона, либо выкрасть документы. Вернее, последний пункт был обязательным, только Ардэн не знал, стоит ли добавлять к нему первый. Муками совести он терзался, так как многое о Вороне знал и понимал, сколько крови на руках этого человека. Да и не стоит шантажировать доведенных до отчаяния людей. А Ардэн именно таковым и был: золото он достать не мог, допустить, чтобы о его грехах узнали — тоже. Патовая ситуация, выход из которой был весьма кровавым.

«Как я до этого докатился? — печально думал Ардэн, сидя на лекции по основам магических символов. — Ах, да, я же родился бастардом!»

Единственное, что он мог сделать уже сейчас — это выбрать направление обучения. Да, вот от чего теперь зависело его будущее в Академии — от преступных планов. Ардэну не давал покоя ларец-артефакт. Если ему удастся добраться до документов Ворона, то придется разбираться с магической защитой. Сделать это сейчас он не мог, не хватало знаний, а их он мог получить только одним способом — записавший на направление "Артефакторика".

— Куда ты пошел?! — на полстоловой спросил Идгар, когда они за обедом обсуждали свое будущее. Как и ожидалось, Дерек, Дана и крикливый оборотень выбрали боевое направление, а Лира — целительство. Ардэн и сам неделю назад думал присоединиться к друзьям: в конце концов, магию он любил, а уж драться с ее помощью — и подавно!

— Не ори, — процедил Ардэн, больно пнув по ноге Идгара, чтобы тот сбавил звук.

— Капитан "Вадерских котов", — продолжил причитать оборотень, но уже намного тише, — крутой маг скверны, воюющий с демонами — и пошел к заучкам-артефакторам! Что ты там забыл?!

— Мне нравится, — равнодушно пожал плечами Ардэн. Он предпочел бы, чтобы этот разговор прекратился, ему не по душе был взгляд Патрика. — Боевой магии меня отец научит, как и всему остальному, а вот артефакты делать я только здесь могу обучиться. Зачем еще в Академии сидеть? Штаны протирать да на рожу Тарона любоваться?

Девочки хихикнули.

— Что-то давно он к нам не захаживал, — весело заметила Дана. — Позвать его, что ли?

— Сплюнь, — мрачно посоветовал Ардэн — только Вас'тар ему сейчас не хватало!

К счастью, разговор об артефакторике прекратился, Дана с Идгаром принялись ругать Тарона, Дерек их тихо осаживал, а Ардэн смог вернуться к обеду, который ему в глотку не лез. Напряжение не оставляло его с того самого дня, когда он случайно убил сестру оборотня. Ведь не хотел же! Кто бы знал, что у этой истории будет такое продолжение? Ардэн с каждым днем все больше презирал шантажиста Ворона и себя, дурака и убийцу.

Иногда ему казалось, что у него все на лбу написано, но нет, ребята ничего не замечали. Как однажды сказал Дерек, Ардэн хорошо себя держал и вел, как истинный лорд. Заяви ему это Дана, он бы не поверил, но Ош'рен всегда говорил серьезно, не любил шуточек и розыгрышей, так что на его мнение можно было положиться. Себя со стороны Ардэн не мог оценить: ему казалось, что он постоянно делает не так, говорит не так и не умеет сдерживаться, а потом ребята ему заявляли, что он такой молодец, хладнокровный лидер, без него они бы точно подрались с этими придурками. Вот и как понимать? Где истина?

В итоге Ардэн махнул рукой, посчитав, что если друзья не замечают, значит, ему действительно удается скрывать от них свои тревоги. Не то что бы его порадовала собственная искусная ложь, но в этом году, впервые столкнувшись с проблемой репутации и по-настоящему серьезными вещами, он вдруг осознал, что какими бы замечательными не были ребята, они оставались чужими. Друзьями, но вне рода. Ведь как бы ни отреагировали на новость о его прошлом отец, Эдриан или Патрик, в одном Ардэн был уверен — они его не сдали бы. Не от большой любви, а по той простой причине, что он был не только Ардэном, но и лордом Шер'рат, наследником главы рода. Его беды были бедами родам, его проблемы принесли бы проблемы роду, от его репутации значительно зависела репутация рода. Только теперь Ардэн в полной мере осознал, что почти любая информация о нем могла стать оружием и против него, и против рода. Что он боится, что любит, его предпочтения, прошлое, способности — да все! Несколько месяцев назад Ардэн громко попросил в столовой Идгара принести ему яблоко — тогда это была часть шутки, — но почти тут же он получил яд. Одна маленькая деталь привела к покушению, и пусть осуществлял его не профессиональный убийца, а обезумевшая от горя девушка, разница была невелика. У Ардэна почти не осталось ничего личного — теперь он стал частью рода, и от его действий, самых невинных слов могло зависеть очень, очень многое. И осознав это он почувствовал странное отчуждение, словно он больше не мог назвать Дерека, Дану, Лиру и Идгара друзьями.

«Я смогу это победить», — упрямо пообещал себе Ардэн, чувствуя однако, что сделать это будет очень сложно. Потому что были вещи, которые он изменить не мог, и он постепенно начинал это понимать. Что не все так просто, и не так плохи лорды и их жизнь — ведь у них были причины, чтобы вести себя иногда не по-человечески.

В такой грустно-унылой манере прошла вся неделя. Ардэн даже не заметил приближения выходных и вспомнил о них только тогда, когда Патрик сообщил, что в эту субботу у него нет дополнительных занятий и они могут отправиться в особняк Шер'рат вечером в пятницу. И при этом он так посмотрел на Ардэна, что юный лорд Шер'рат понял: один человек из его окружения подозревает его. Явно ведь Патрик боялся, что милорд опять от него сбежит — интуиция Корна иногда очень мешала Ардэну. Он и в этот раз разозлился, но уже не на Патрика, а на себя, поэтому согласился поехать в особняк уже в пятницу и даже не стал выяснять, действительно ли занятия у пятого курса отменили или кто-то соврал ради своего лорда.

Сразу после окончания тренировки Патрик с Ардэном уселись в присланный за ними экипаж и отправились домой. В пятницу вечером и без того тихий особняк Шер'рат окончательно засыпал. Лорд Алдиас отсутствовал, Эдриан, видимо, уехал с ним, а больше в западном крыле никто и не жил. Агата суетилась где-то в другой части дома, Оли, принеся ужин, вскоре ушел, так что Ардэн смог остаться один. Ну, почти.

Патрик возник на пороге его комнаты, подобно привидению из мистического романа.

— Я хотел поговорить с тобой, — тихо с драматичным нотками произнес младший Корн. Ардэн очень не хотел слушать то, что собирался ему сказать Патрик, но, кажется, выбора не было.

— Ты уверен, что нам есть что обсуждать? — многозначительно поинтересовался лорд Шер'рат.

— Есть, — серьезно кивнул Патрик и просто, по-человечески и с тревогой спросил: — Что происходит, Ардэн?

Глава 7. Цена доверия

Ардэн тяжело вздохнул:

— Что происходит?

— Ты понимаешь, о чем я.

— Нет.

Патрик нахмурился и прошел по гостиной. Он не сводил с Ардэна подозрительного взгляда.

— Ты стал беспокойным, словно что-то случилось, — начал перечислять Пат. — Ты дважды исчезал из моего поля зрения: в начале года и неделю назад. Ты явно что-то задумал, но не хочешь в это никого посвящать.

— Если ты такой умный и сам догадался, что я что-то скрываю, значит, поймешь, что я не расскажу тебе. Иначе в чем смысл таиться? И, кстати, ты ошибаешься. Я не сбегал от тебя.

— Да ну? А кто подсыпал мне сонное зелье в прошлую пятницу?

— Если ты заснул на лету, это не мои проблемы.

— Меня учили определять различные зелья и их действие, я знаю, что ты сделал, — нахмурился Патрик. — Только то, что я не ожидал от тебя подобного, помогло тебе. Так я не подпускаю чужих людей к своему питью и еде.

Ардэну вновь стало неловко, что он так подставил Патрика. Нехорошо предавать чужое доверие, тем более Пат не обвинял его в открытую, и от этого становилось еще хуже — раз не нападали, то и защита не требовалась. Не было возможности оправдаться.

— Допустим, ты прав. Это возвращает нас в начало разговора: если я тогда не рассказал, то и сейчас не буду. В этом смысл что-то скрывать.

— Но почему?! — в отчаянии воскликнул Пат. Он всегда очень тяжело воспринимал любые проблемы и неурядицы, связанные с Ардэном. Теперь, зная про историю с Алрином, новоявленный лорд Шер'рат лучше понимал мотивы Патрика, но от этого ему не становилось легче.

— Потому что я не считаю нужным ставить тебя и других людей в известность, — терпеливо ответил Ардэн вместо того, чтобы взорваться.

— Ты мне не доверяешь? Но почему? Что я сделал не так?!

— Все так, — Ардэн тяжело вздохнул и тоже поднялся, прошел по гостиной и остановился возле окна. — Пат, ты хороший парень, прекрасный воин, я рад, что могу на тебя положиться в большинстве случаев. Уверен, что ты станешь хорошим начальником безопасности, сменив отца. Но ты… Твоя преданность мне не безусловна. В этом вся проблема. Я понимаю, что так сложилось, и не требую от тебя ничего, так и ты не дави. Есть вещи, которые мы не в силах изменить, лучше договориться и жить дальше.

— Я не понимаю о чем ты, — ответил Патрик. Он, такой взрослый, сильный и обычно спокойный, сейчас стоял перед Ардэном, словно растерянный подросток, беспомощный ребенок.

«Или как слуга перед лордом», — невольно закралась в голову Ардэна преступная мысль.

— Ты предан не только мне, но и лорду Алдиасу, — пояснил он. — В большинстве случаев это неважно, ведь наши с ним интересы совпадают. Но может наступить момент, когда я пожелаю что-нибудь скрыть от отца, и тогда мне придется лгать тебе. Я этого не хочу, но иначе нельзя.

— Ты задумал что-то против лорда Алдиаса? — спросил Патрик, кажется, даже сам не веря в это.

— Нет, конечно. Я уважаю отца и никогда не предам ни его, ни род Шер'рат, — качнул головой Ардэн и с печалью подумал, как быстро он сменил точку зрения. А ведь меньше двух лет назад он и не допускал мысли, чтобы стать лордом и отдать свою свободу на благо рода. — Однако у меня есть от него тайна. Я не хочу его посвящать в нее, она не причинит ему вреда. — Здесь Ардэн откровенно лукавил, но выбора не было. — Теперь понимаешь, почему я пытаюсь отстранить тебя? Я не хочу ставить тебя перед нелегким выбором, когда тебе придется невольно предать меня, чтобы ответить лорду Алдиасу.

Патрик серьезно задумался.

— Мне это не приходило в голову.

— А мне пришло. Прости, но так вышло.

— Значит, — внезапно произнес Пат, — ты думаешь, что я выберу лорда Шер'рат, а не тебя?

— Это очевидно. Ты ради лорда Алдиаса терпел Алрина и готов был ему служить, хотя он был тем еще засранцем.

— Это другое. И ты другой.

— Демон, Пат, не разводи драму. Знаю я, кому ты на самом деле служишь. И я даже не осуждаю: лорд Алдиас — друг твоего отца, твой господин, которого ты знаешь с детства. Может, если бы мы росли вместе и были бы друг другу как братья, то все было бы иначе. Но я не вижу смысла гадать, все и так ясно.

— Но я не согласен, ты мне… — Патрик осекся, а потом твердо произнес, глядя в глаза Ардэну: — Я буду служить вам милорд. Если вы прикажете, я ничего не расскажу лорду Алдиасу. Да, поначалу он спрашивал меня о тебе, но уже почти год, как он не вызывал меня к себе.

— А если вызовет? — насмешливо поинтересовался Ардэн, складывая руки на груди.

— Я ничего не скажу, — упрямо повторил Патрик. — Даже лорду Алдиасу.

Ардэн хмыкнул.

— Ты сам говорил, что не представлял подобную ситуацию. Так когда ты успел принять решение, определиться? Минуту назад?

— Да. И что?

— Маловато для принятия столь важного решения.

— Тебе хватает и доли секунд.

— Только в моменты опасности. И я — это я. Для тебя же… Я не хотел бы верить словам, произнесенным с такой поспешностью. Это слишком важное решение.

— Но иногда они как раз и принимаются за минуты, разве нет? — с горячностью произнес Патрик.

Ардэн качнул головой.

— Прости, но я не могу поверить. Да, сейчас ты искренен, но пройдет время, ты поменяешь свое мнение и решение, а мне нужны гарантии.

Видимо, слова Ардэна Патрик понял по-своему, потому что дальнейшее никак не укладывалось в голову.

— Гарантии? Ты все же не веришь, — с горечью обронил Пат, а потом шагнул к Ардэну, опустился на колени, достал нож…

Вот хорошо, что Ардэн много читал и стремился изучать магию во всех ее проявлениях. А Идгар еще всегда ржал над ним! Вот не занимался бы Ардэн дополнительно, не читал бы про ритуалы крови, то сейчас бы и не понял, что собрался сделать Патрик — принести магическую клетку, нерушимый обет, который превратил бы его в раба. Остановить Пата он не успевал, катастрофически не успевал! Доли секунд, одно мгновение — вот сколько у него было. Он даже магию не успел призвать, руки не вскинул, только и успел, что пнуть Патрика ногой, выбивая нож, благо этот дурак стоял совсем рядом. Вот только в панике не рассчитал, и впечатал сапог в лицо этого увальня. Раздался неприятный хруст, звон ножа, упавшего на пол, стук в дверь — как всегда, все в кучу!

— Проклятье! Патрик, не смей! — запоздало ругнулся Ардэн, падая на колени рядом с парнем, который уже прижимал ладони к разбитому лицу. Нос всмятку, кровища хлещет, взгляд виноватый — полный набор.

— Не смей, слышишь?! — прошипел Ардэн, тряся Патрика за плечи. — Не смей никогда это делать!

— Пошему? Я хошу слушить тепе! Ты не велишь!

— Нельзя, Пат! Ты с ума сошел?! Это магическое рабство! Я не желаю, чтобы ты стал моей марионеткой! Ты живой человек, служи мне по собственному желанию!

— Ты не велишь мне!

— Верю! Верю! Слышишь? И все тебе расскажу, только не смей творить глупости, понял? Я запрещаю, забудь про этот проклятый ритуал и не вспоминай! Это приказ.

Патрик кивнул, вернее, попытался, потому что дела его были весьма плачевны. Ардэн тяжко вздохнул и собрался было отвести этого дуралея к матери, пусть Агата его подлечит, но тут дверь в покои отворилась и на пороге появился отец.

Представляю, что он сейчас увидел, Ардэн брякнул первое пришедшее на ум:

— Это не то, что ты подумал! И вообще, почему ты не постучался? Вдруг бы увидел здесь что-нибудь шокирующее… — Он посмотрел на себя, в крови Патрика, бледного Корна с переломанным носом, стоящим на коленях, и добавил: — Более шокирующее, чем это.

— Это еще не шокирующее, — хмыкнул отец. — И я стучал минуту, но вы, видимо, были сильно увлечены.

Патрик при этих словах покраснел, хотя до этого бледнел с каждой секундой от потери крови. Ардэн же лишь вскинул голову и дерзко ответил:

— Ты даже вообразить не можешь, как это было важно. Так что ты хотел? Мне еще Патрика к Агата вести, пока он мне тут все кровью не заляпал.

— Агата сейчас занята, отведи его лучше к Марису, — посоветовал отец. — Это наш старый лекарь, он когда-то служил еще моему отцу. Сейчас он живет в особняке и лечит слуг, когда возникает необходимость. Или нас с Эдрианом.

— Теперь понятно, в кого мы с Патом такие затейники.

Отец лишь криво усмехнулся.

— Ты даже не представляешь насколько, — ответил он, глядя куда-то сквозь Ардэна, словно что-то вспоминал. — Я зашел сообщить тебе, что завтра утром мне нужно будет съездить к императорскому казначею. Я бы хотел, чтобы ты присоединился ко мне, тебе нужно набираться опыта.

— С радостью, — загорелся Ардэн. Отец еще раз посмотрел на Патрика, что-то там себе подумал, хмыкнул и вышел.

— Уф, выжили. Идем, Пат, посмотрим на вашего старичка-лекаря. Может, мы его удивим.

Не удивили. Марис жил в западном крыле, но на первом этаже, в самой дальней комнате. Чтобы добраться до него, Ардэну пришлось изрядно попетлять, распугивая редких слуг окровавленным видом Патрика. Наконец парочка вышла в нужный коридор и постучалась в дверь. Тишина. Ардэн постучал еще и еще, но когда через пару минут ответа так и не было, он, потеряв всякое терпение, толкнул дверь и втащил внутрь уже полуобморочного Патрика. Старичок сидел у камина и мирно посапывал, но стоило ребятам переступить порог комнаты, как Марис проснулся и метнул в них нож. Только реакция Ардэна спасла Патрика от дополнительной дыры в теле.

— Вы всегда так гостей встречаете? — резко спросил лорд Шер'рат, стряхивая с рук искорки скверны и сгружая Патрика на ближайший стул. Жилище лекаря напоминало лавку старьевщика, но Ардэн благоразумно оставил комментарии при себе.

— А вы всегда без стука входите? — скрипучим старческим голосом поинтересовался Марис, с трудом поднимаясь. Выглядел он лет на восемьдесят, и Ардэн откровенно засомневался, выдюжит ли старик исцеление еще одного пациента.

— Я стучался, но вы спали и не слышали, — вежливо ответил Ардэн. — Не хотели вас беспокоить, но госпожа Агата занята, а Патрику плоховато.

Марис наконец дошаркал до них, взглянул на Пата, кивнул, пробормотав:

— Помню-помню, бедная Агата тебя два дня рожала. Ох и намучался я с тобой тогда, да и потом… Весь в отца! — кхекнул Марис и перевел взгляд на Ардэна. Глаза его, по-стариковски слеповатые, видели плохо. Он прищурился, долго разглядывая Ардэна. Наконец он кашлянул и ткнул в него костлявой рукой с шишками суставов на пальцах: — А, вы лорд… Внук Амлэра.

— Старого лорда? — припомнил Ардэн семейную биографию. Ну да, лекарю, наверное, проще было вспомнить деда, чем отца. — Да, его внук. Так вы поможете Патрику?

Старик вновь перевел взгляд на Пата, склонился, положил руки ему на голову, а затем внезапно спросил:

— Зачем ты его ударил сапогом?

Ардэн прикусил язык: вот демон, лекарь-то не дурак! С таким-то опытом он враз смог определить характер раны.

— Глупость он хотел сделать, я не дал, — хмуро ответил Ардэн. Удивительно, но старик поверил.

— Бывает, — проскрипел он. — Заботишься, значит? Это грешки Алдиаса, тот тоже вечно беспокоился… Амлэр и сам не без этого, но он скрывал, демон… Ох, демон… — старик рассмеялся, продемонстрировав беззубый рот. — Все, идите.

Ардэн хотел было спросить, куда они пойдут, если Пат сейчас рухнет без сознания от потери крови, но перевел взгляд на приятеля и обомлел. Этот старикашка, у которого душа едва в теле держалась, за полминуты разговора, не глядя, смог исцелить Пата, причем так, что Ардэн даже течения магии не почувствовал.

— Восхищен, — хмыкнул он. — Спасибо вам за Пата. Может, вам чем-нибудь помочь, а то вы тут один… — Ардэн оглядел весь хлам в комнате. — Разобраться там или еды принести.

— Не нужно, идите уже. За мной Агата приглядит да ее девочки, — усмехнулся старик, медленно возвращаясь в свое кресло. — Покорми своего друга: исцелить-то я исцелил, но силы сам будет восполнять.

— Угу, спасибо, — бросил Ардэн, поспешно подхватил под руку еще не до конца пришедшего в себя Патрика и выволок его наружу. Когда они уходили, старик как раз рухнул обратно в свое кресло и, кажется, опять задремал.

— Идем, мне надо тебя покормить, — произнес Ардэн, прикидывая, спит ли уже повар и Оли или нет.

— И рассказать, — тихо отозвался Патрик. — Ты обещал.

— Помню-помню. Но после ужина, а то ты опять начнешь помирать у меня, что я отцу скажу? И так с тобой из дурацких ситуаций не вылазим.

Патрик на это ничего не сказал, лишь слабо улыбнулся, отчего Ардэну вновь захотелось обозвать его дураком, но он сдержался. Сам виноват, что довел Пата, не надо было ему лгать, видел же, что парень все всерьез воспринимает, боится повторения истории.

«Что ж, посмотрим, что ты скажешь», — подумал Ардэн, заталкивая Патрика в свои покои.

Оли еще не спал и с радостью принес милорду второй ужин. Он даже успел убраться в гостиной, пока Ардэн водил Патрика на исцеление, так что следов преступления, кроме ножа, не осталось. Ардэн поднял с пола короткий клинок, взвесил в руке и протянул Патрику.

— Держи. И больше не повторяй подобное.

— Не буду, ты же запретил, — абсолютно серьезно ответил Пат и продолжил есть.

Ардэн опустился в кресло напротив, наблюдая за тем, как к Патрику возвращается природная смуглость, а неестественная бледность отступает. Только когда парень наелся и окончательно пришел в себя, Ардэн поднялся, запер дверь покоев — во избежание, как говорится — и, вернувшись в кресло, произнес:

— Начну с начала, чтобы не пришлось тебе объяснять все по десять раз. Как ты знаешь, наша с Карин мать была из бедного сословия. Она работала, где придется, мы частенько голодали, бродили по домам. Ей тяжело было прокормить меня, а потом появилась Карин. Я с ранних лет работал и помогал матери, кое-как мы справлялись. Но потом мама умерла, и стало тяжело. Мне тогда было всего десять. Тетка приютила нас, но за крышу над головой она требовала денег, иначе грозила выкинуть нас из дома. Я работал, сколько мог. Но детей мало куда берут, нам с Карин часто не хватало на еду, два года мы кое-как держались. А потом сестра начала болеть, сильно, ей ничего не помогало, а у меня не было денег на лекаря. Честно заработать я уже не мог, поэтому пришлось выбирать. И я пошел на подпольные бои.

Патрик кивнул самому себе.

— И сколько боев ты провел? — спросил он без тени осуждения, просто твердо и серьезно, как и всегда, когда заходил разговор о важных вещах.

— Много, Пат, очень много, — усмехнулся Ардэн. — Три года я выходил на арену.

Брови Пата взлетели по лбу.

— С магией?

— Конечно. Год так, потом проснулся дар. Цвет еще не определился, но общей магией я мог пользоваться, так что за бои стали платить больше. Я смог привести Карин лекаря, купить лекарства… Сестренка поправилась, я же продолжил участвовать в боях — это был единственный способ заработать. Именно так я и скопил на первый год обучения в Академии. Изначально я, вообще-то, планировал отправить сестру в нормальную школу, чтобы хоть она выучилась и получила достойную жизнь, но потом это объявление… Академия могла дать многое, я мог бы остаться магом… В общем, я решил рискнуть. Завершил свои дела, рассчитался с Вороном — это мой, скажем так, покровитель, который выводил меня на арену. Если не знаешь, то нельзя просто прийти и участвовать, людей со стороны там нет. Есть несколько важных персон, которые набирают бойцов, а потом выставляют их. Бои на арене идут жесткие и кровавые — людям нужно зрелище, — но до смерти доходит редко. Никому не хочется терять живой товар, подростков, а особенно с магией, не так уж и много в Орине. Не бесконечное количество. К тому же у каждого покровителя есть целитель, который присматривает за бойцами… Зачем я тебе все это рассказываю? — вдруг опомнился Ардэн.

Пат слабо улыбнулся.

— Хочешь выговориться?

Ардэн фыркнул и откинулся в кресле. Он чувствовал себя удивительно усталым — обычно в нем кипело море энергии.

— Наверное… Не Карин же жаловаться… Но это все в прошлом… Было… — со злостью добавил он. Ладони сами сжались в кулаки.

Патрик посерьезнел.

— Что случилось?

— Я убил. Дважды.