Академия нежных чувств

Глава 1. Прибытие в академию

Виолетта Калин

— Может, останешься? — спросила я у Нелли, глядя на то, как она красит ресницы, вместо того чтобы убедиться, все ли вещи прихватила с собой.

— Чтобы ты там всех женихов захомутала без меня? — фыркнула сестрица. — Нет уж, довольно того, что ты три года училась магии, а я слушала матушкины нотации. Я тоже могу разгладить складки платья по щелчку пальцев, так что еду с тобой.

— Но тебе не нравится учиться, — напомнила я.

Из нас двоих я всегда сидела за учебниками, а Неля читала любовные романы и мечтала про принца на черном коне. Чем ее не устраивал белый, она и сама не знала.

— Не нравится, но я рассчитываю на твою помощь.

Я закатила глаза и не стала спорить. Бесполезно. Матушка часто повторяла, что из нас двоих сестрица раньше подберет нужную партию и выйдет замуж. Меня с детства манила магия и ее возможности, я предпочитала учебник глупым книжкам про неземную любовь бедной девушки и богача.

— Виолетта, Нелечка правильно мыслит.

Как-то незаметно в комнату сестры вошла матушка — леди Инесса и вставила свое словцо.

— Про вовремя накрасить глаза? — не поняла я.

Именно этим сейчас и занималась Неля.

— Ви, дорогая, предназначение девушки не в науке, а в удачном замужестве. Таком, чтобы не экономить на платьях и украшениях, — снисходительно произнесла матушка.

Я внимательно посмотрела на родительницу. Мы не богачи, но и не рядовые горожане. Обедневшее дворянство, слегка растерявшее свои возможности, но не достоинство. Я получала повышенную стипендию, но если бы мои родные знали, сколько нервов и сил это у меня отнимало! Объяснить попыталась, но все бесполезно.

В результате сестра решила, что раз она маг, то тоже попробует поступить в академию. У нее получилось. Только цели у нас были разные. Я туда пошла за знаниями, она за женихом.

Пожала плечами и принялась вспоминать, все ли взяла с собой. Два комплекта формы остались в общежитии, мантия, костюм для занятий физкультурой там же, как и специальная обувь. А вот насчет обычных платьев я засомневалась, нужны ли они мне там в таком количестве, в каком прихватила с собой Нелли.

— Ты что, только книги с собой повезешь? — недоверчиво спросила сестрица и ткнула пальцем в мой саквояж.

— Неля, он зачарован. — Матушка проявила гениальность, хотя обычно мои вещи настолько ее не интересовали.

— А мне такой?! — воскликнула сестра и пнула дорожный сундук, будто это именно он собирал наши вещи и разделил так, как получилось.

Неля взвыла и совершенно неаристократично выругалась, после чего рухнула на свой сундук.

— Вообще-то, когда-то это было подарком бабушки, — заметила я. — Но если хочешь, то попробую и твой саквояж зачаровать.

— А ты сможешь? — с сомнением протянула матушка, проигнорировав едкое словцо младшей дочери.

— Увидишь. — Я пожала плечами и не стала рассказывать, что один из экзаменационных билетов касался именно изменения размеров ограниченного пространства.

Попросту говоря, мне пришлось растянуть клетку попугая до тигриного вместилища.

А тут всего лишь расширить внутреннее пространство без искажения внешнего. Ерунда. У меня получилось! Только маленький побочный эффект в виде вонючего дымка матушка приняла за возгорание и вытряхнула на саквояж сестры содержимое вазы: воду и цветы. Разумеется, виноватой родительница сделала меня (не предупредила), еще мне же сушить ковер пришлось.

Спустя какое-то время мы с Нелли вышли из портального зала академии.

— Проходите, не стойте, сейчас еще народ прибудет! — скомандовал дежурный, и мы немедленно подчинились.

И надо ж было тому произойти, что из соседнего портала вышла группа парней. Высоких, привлекательных и точно не наших.

— Ты не хотела, чтобы я тут училась из-за них? — пробормотала сестрица. — Не думала, Виолка, что ты жадина. Такие женихи — и без охраны.

Я не слушала Нелли, потому что рассматривала незнакомых адептов. Они были точно не из нашей академии, а насколько я знала, в ближайшее время к нам должны прибыть темные маги из Хагендорфа. Главы академий заключили договор по обмену опытом, и теперь эти наглецы будут ходить по коридорам и строить пакости. В исключительно добрые намерения темных я не верила.

Поговаривали, что они появились у нас из-за короля. Дескать, его жена из темных, а мы дружим, вот и прислали к нам первую партию. Это с ними-то дружбу водить?!

Когда наши адепты отчалят в Хагендорф, я пока не знала. Мне осталось учиться всего год, и, надеюсь, меня никуда не отправят.

— Что? — переспросила я у Нели.

— Ты что, все прослушала? — Сестрица остановилась и взглянула на меня возмущенно.

Нелли подбоченилась, ее ноша мотнулась, и тут случилась она — подлая неожиданность.

Ручка саквояжа осталась в руке сестрицы, тогда как сам он с грохотом упал на мраморный пол. Эх, ручку-то надо было тоже зачаровать, чтобы не отваливалась. Обалдевшая от произошедшего Неля растерянно уставилась на меня, и тут же раздался громкий хохот парней.

— Светлые, что с них взять, — произнес один из прибывших магов.

Блондин с наглым взглядом и пошловатой ухмылкой, решивший, что его шутка очень оригинальная.

Даже не удивилась, когда прочие темные заржали, а я вдруг поняла, что мне хочется кое-кого ударить. Или одарить на память светлым заклинанием, чтобы не слишком радовались. Бросила взгляд на дежурного портальщика, однако того и след простыл. То ли сбежал, чтобы не участвовать в конфликте, то ли срочно вызвали к начальству, а мы не заметили.

— Куда нас отправили, Алан, — заржал какой-то темный с залихватски торчащим чубом, напомнившим мне петушиный гребень.

Смотрели они на нас как на дно, и это мне очень не понравилось. Да что там, все светлые знают, что эти темные сами находятся на низшей ступеньке развития. И ниже их только бездна.

— Вам помочь? — спросил один из темных.

Тут сестрица спохватилась и бросилась поднимать упавший саквояж, при этом его ручка выпала из ее ладони. Паршивый темный с чубом едва не налетел на Нелли и не отдавил ей пальцы, а кто-то с разочарованием произнес:

— И среди этих куриц мы будем учиться?!

— Портал за спиной. Поторопитесь, пока не поздно, — произнесла я, окончательно убедившись, что хорошими адептами ни одна академия делиться не станет, а всякие отбросы никому не жалко.

Сестра тут же сориентировалась и поднялась. Не сговариваясь, мы двинулись прочь из портального зала. Я пошевелила пальцами, и саквояж поднялся в воздух и поплыл позади нас. Темные придурки о чем-то переговаривались, только я даже слушать их не стала. Какая разница, о чем они болтают, если мы не собираемся с ними общаться.

— А! — раздалось за спиной, а следом послышался звук падения, после еще один.

Мраморный пол, он такой скользкий, особенно под ногами тех самых чужаков, которые позволили себе насмехаться над светлыми. Видимо, в Хагендорфе смотреть под ноги не принято, вот и результат.

А нечего девочек обижать!

— Ви, почему ты мне не помогла, когда мы из кареты носили вещи к порталу?! — возмутилась сестра.

— Может, стоило по-хорошему попросить? — сказала я.

На самом деле я давала Нелли возможность передумать и вернуться к матери. Сестренка у меня одна, и она любимая, только взбалмошная, и с дисциплиной у нее плоховато.

— Ты все еще хочешь тут учиться? — спросила я младшенькую, стоило нам завернуть за угол.

— Думаешь, я испугаюсь каких-то красавчиков? — Неля вздернула нос.

— Это правильно, — согласилась я с Нелли. — Нечего идти у темных на поводу. Ты только с ними поаккуратнее, они любят поддевать. Играть на нервах и нарочно провоцировать. Сталкивать спорщиков друг с другом и наблюдать, как бывшие друзья бьют друг другу морды.

— Учту. Как ты, мстить я пока не умею, но буду стараться, — пообещала младшенькая.

Переговорив, мы двинулись дальше по коридору. К счастью, тут мы были не одни, а в компании светлых. Темные за спиной притихли, и я надеялась, что они передумают у нас оставаться и вернутся к портальному залу.

Не случилось.

С упорством и упрямством настоящих недоумков парни шли за нами. Видимо, у себя им было гораздо скучнее учиться, а тут темные решили развлечься. За наш счет.

----------

Дорогие читатели! Я рада, что вы со мной𑂝&яѦѢвМсНxwфЗнuнГфнфѪѪ?ФѯѢѦѫtрѦѯѦжке&ѪvЗеѧтѪѪѮ#ѪнѨхѢдлцГѪ1##j

Глава 2. Ссора с сестрой

Виолетта

— Ты куда меня привела?! — возмущенно воскликнула сестра, едва мы очутились в нашей теперь совместной комнате.

— Тебе что-то не нравится? — тихо поинтересовалась я.

После того как мы встретились с темными, даже ни разу не поссорились, да и спорить было не о чем.

Моя комната была отведена на двоих, и если бы Нел знала, сколько стоило труда уговорить коменданта поселить тут сестру, а не кого-то другого. Моя бывшая соседка получила диплом и освободила место, которое отчего-то не понравилось Нелли.

— Ну… — протянула младшенькая, на ходу осознав, что переборщила. — Ви, я хочу самостоятельности. Дома матушка, тут ты опекаешь. А я мечтаю познакомиться с новыми людьми.

— То есть ты решила захомутать того, кто отдавил тебе пальцы? — Я заинтересованно посмотрела на сестру.

— Он не отдавил!

— А ты бы хотела?

— Ви, ты решила последовать наказу матушки и присматривать за мной круглосуточно? — возмущенно воскликнула Нелли. — Я самостоятельный человек. Маг, между прочим.

— Самостоятельный? Планируешь сама себя содержать и точно уверена, что получишь отличный балл и повышенную стипендию? — поинтересовалась я.

— Понятия не имею, но от денег не откажусь, — передернула плечами собеседница.

— Значит, пока ни о какой самостоятельности речи не идет. Расслабься, я тоже так жила первое время.

— Ну ты-то у нас всегда была умницей, даже домашние коты тебя боялись, — язвительно припомнила сестрица.

На самом деле живность от меня не шарахалась. Просто после одного эксперимента на каникулах я целые сутки воняла гадостью, залитой в мой шампунь двоюродным братцем. Он тогда прибыл к нам в гости со своими родителями. В ответ я всего лишь склеила все его штаны, и так, что пришлось срочно отправлять слугу в лавку готового платья.

Нет, я нисколечко не умаляла талантов Нели, а вот ее планы знать хотелось. Заодно настучать по макушке тому, кого она уже выбрала в свои герои, если таковой успел попасться нам по пути от академических ворот до комнаты. Пришлось вспомнить, с кем мы успели встретиться, и самыми подозрительными мне показались именно темные.

— Я просто хочу, чтобы у тебя все получилось, а для этого не стоит с первого дня строить парням глазки.

— Не собиралась, — фыркнула Неля и открыла свой саквояж, после чего принялась доставать из него вещи.

Наконец-то!

Как-то не планировала я воевать с собственной сестрой, но что поделать, я старше, а значит, придется опекать. Иначе матушка проест мне плешь, что не помогла дорогой деточке и не оградила ее от неприятностей.

На удивление, вещи мы разобрали быстро и довольно мирно. В процессе я рассказывала Неле про общие правила, действующие внутри академии. Затем мы быстро перекусили прихваченным из дома пирогом, после чего отправились за формой для сестрицы.

В нашей академии выдачей мебели, а также постельного белья и даже одежды заведовал комендант. Низенький гном с пронзительным взглядом и крепким словцом сидел за дубовым столиком и что-то корябал в тетради. Отгороженный от нас такой же дубовой стойкой, он грозно смотрел снизу вверх на вошедших, и неважно, что почти все мы были его выше.

— Виолетта Калин, да ты, оказывается, еще и не одна такая! — с каким-то священным ужасом произнес гном, переводя взгляд с меня на сестру. Он тут же нахмурился: — Форму не портить, запасной не выдам!

— А тебя здесь хорошо знают и уважают, — язвительно усмехнулась сестрица и ткнула меня локтем в бок.

— Так и есть. А ты запомни дорогу сюда, потому что скоро вернешься, — посоветовала я.

И мне было совершенно не стыдно и даже не обидно, потому что знала: первокурсники всегда портят форму чаще остальных.

— Не смейте разбазаривать академическое добро! — прикрикнул на нас гном. — Нажалуюсь ректору!

После гневной угрозы на стойке перед Нелли возникли вещи, сложенные аккуратной стопочкой. Обувь в мятой коробочке тоже обнаружилась рядом. Даже размер господин Тильдом не спросил, вот что значит опыт!

— Пошли в примерочную. — Я потянула сестру прочь от стойки гнома.

Нелли отправилась надевать обновки, мне же оставалось только ждать результат за шторкой.

— С ума сойти! — воскликнула младшенькая, стоило ей увидеть в зеркале свое отражение.

Я тут же отодвинула шторку и уставилась на сестрицу. Разумеется, наряд отличался от тех модных платьев, которые она привыкла носить дома. Но все в рамках приличия, и потом, это же стандартная академическая форма, что в ней может быть не то?!

— А что тебе не нравится? — спросила я прямо.

— Какие-то проблемы, барышни?! — сидя на своем месте, прогрохотал гном.

Даже у меня по коже пробежали мурашки. Этот мелкий мужичок был мстительным, а мы сейчас его чем-то разозлили. Или не совсем мы, а тот, кто пришел сюда до нас?

— Ви, да ты только глянь — юбка ниже колен, а пиджак только-только пупок прикрыл.

Я посмотрела на сестру и решила, что все отлично.

— Не нравится? — снова повысил голос гном.

— Все замечательно, господин Тильдом! Ткань так вообще просто отпад. Спасибо вам! — Я постаралась как можно вежливее улыбнуться вредному коменданту.

Незаметно погрозила пальцем сестрице, чтобы она не смела и рта открыть, и жестом велела переодеваться. Мы довольно быстро покинули каморку коменданта, а едва вышли, как Нелли недоуменно спросила:

— Это что сейчас было? Почему я не могу сказать, что мне этот фасон не идет?! Я что, должна все время прикрываться мантией, чтобы скрыть неудачную одежду?!

Все, достала!

Я резко развернулась к младшей:

— А знаешь, иди и требуй себе отдельную комнату.

— Ви, ты чего?! — Сестра уставилась на меня с недоумением и даже выданную форму (включавшую в себя не только пиджак и юбку, но еще и брючки с блузкой, а также мятую коробку с обувью) прижала к груди как ценность.

Я глубоко вздохнула, мысленно досчитала до трех и ответила:

— Неля, ты тут находишься всего несколько часов, а уже предъявила кучу претензий. Скажи, ты делаешь это нарочно, чтобы вывести меня из себя? Или решила, что все должны уступать исключительно потому, что ты одаренная? Так оглянись, магия тут у всех, только матушки рядом нет, чтобы прихоти исполнять. И таким темпом ты не только друзей не заведешь, но очень скоро вся академия будет во врагах.

— А ты? Ты тоже желаешь стать моим врагом?

— Вообще-то, ты моя сестра, и я тебя люблю, но если пожелаешь… — Я многозначительно подмигнула, после чего повернулась и отправилась к себе.

Наверное, я встала не с той ноги или все-таки не стоило пить на завтрак какао, раз день совершенно не задался. А на что еще подумать, если стоило мне завернуть за угол, как я врезалась в темного из Хагендорфа? Да не в какого-то, а в блондина! Того самого, с пошленькой улыбкой, и он снова был не один, а со всей своей дурной компанией.

Падать я, разумеется, не собиралась. Однако незнакомец отчего-то решил, что у адепток Лаории при виде него подгибаются коленки. Темный схватил меня за плечи, и так, что наверняка останутся синяки. После чего с насмешкой произнес:

— Осторожнее, светлячок.

— Алан, это та самая девчонка, которую мы встретили у портала! — зачем-то напомнил один из темных. — Только с ней была еще одна.

— Надо же, а у него еще и память имеется, — пробормотала я, дернув плечом и тем самым скинув руки нахала.

Обойти блондина не составило труда, как и вернуться к себе.

Первой мыслью было щелкнуть пальцами, чтобы вещички Нелли втиснулись обратно в ее саквояж. Затем я решила, что будет лучше, если займусь чем-то полезным — добуду себе расписание на завтра. Тем и занялась, а когда покинула комнату, Нел все еще не вернулась. Признаться, это меня немного беспокоило, потому что в почтовой шкатулке уже лежали письма от матушки, читать которые мне совершенно не хотелось. Я была больше чем уверена, что она требовала с нас отчета, и особенно в той части, как устроилась Нелли.

Сделав вид, что меня тут не было, я отправилась в канцелярию. Расписание мне вручили, а заодно я забрала листок для Нелли. Еще раз идти вместе с ней и показывать дорогу было откровенно лень. И без того сегодня ушло много времени на сборы и разговоры. А мне хотелось еще и учебники полистать, чтобы знать, какие темы мы будем рассматривать на ближайшей неделе и вообще проходить в этом году.

Выпускники академии могли выбрать работу с неплохой оплатой, но это исключительно для отличников и хорошистов. Я очень старалась держаться в первых рядах, хотя давалось мне это не всегда просто.

Вернулась я быстро и даже встретила по пути девчонок из своей группы. Мы немного поболтали, а после я отправилась к себе, отчего-то уверенная, что Нелли воспользуется моментом и переедет в другую комнату.

Я ошиблась.

Сестра обнаружилась у шкафчика. Она с умным видом развешивала новенькую форму и что-то там напевала себе под нос.

Когда я вошла и прикрыла за собой дверь, Нелли спросила:

— Виолетта, твой почтовик разрывается от сообщений. Наверняка это матушка хочет узнать, как мы устроились. Волнуется.

— Вот и займись этим, ответь матушке, — произнесла я и сунула свою почтовую шкатулку сестре под нос.

— Но это твоя вещь! — возмутилась младшенькая.

— Думаешь, что пишут именно мне? — поинтересовалась я.

Родительница писала мне регулярно, раз в месяц точно. Оправдывала она это тем, что еще раз в месяц я приезжала домой. Это было к лучшему, хотя первое время я скучала по матери, по вечно занятому отцу и мелкой сестре.

— Пф! — Сестрица достала свою шкатулку, и из нее высыпался десяток записок.

Не сговариваясь, мы переглянулись и уставились на идеально сложенную в несколько раз бумагу. И так каждый листочек, хоть бери линейку и сверяй.

Гневные матушкины письма даже в руки брать было неудобно.

— Ви, скажи, сколько времени сжирает этот портал? У меня такое чувство, что мы вышли из дома год назад, оттого и корреспонденции накопилось вагон.

— Мы перемещались не больше минуты, — заверила я родственницу, — так что можешь смело отвечать.

— Утешила.

— А что с отдельной комнатой? Нашла, к кому подселиться?

— Нет еще. — От моего вопроса Нелли поморщилась. — А что, полностью свободных в академии не бывает?

— Очень редко, и то после сессии, когда кого-нибудь отчисляют, — радостно заявила я. — Можешь попросить у господина Тильдома, только я не уверена в результате.

Нелли наморщила нос и вздохнула:

— Похоже, придется нам друг друга потерпеть. Летта, а когда здесь ужин?

Остаток дня пролетел почти незаметно. Я выдала сестре ее расписание и пояснила, где находится библиотека. За книгами она сходила одна и даже не стала бурчать, что примирило меня с существованием этой занозы вместе со мной в одной комнате.

В столовую мы отправились отдельно — Неля, пока получала книжки, успела познакомиться с кем-то из однокурсниц. Я выслушала их имена, но ни одно из них не было мне знакомо.

А вечером мы приготовили сумки на утро, чтобы собраться без спешки, после чего легли отдыхать. Даже не верится, что больше ни разика не повздорили, хотя один раз я видела Нелли с открытым, как у рыбы, ртом. Она точно что-то собиралась сказать, но вовремя замолкла, заметив мой заинтересованный взгляд. Сестрица опасалась, что в этот раз уже я сама выставлю скандалистку за дверь, а следом отправлю и саквояж.

Ночью я проснулась от непривычного шума и резко распахнула глаза.

Храп, но не тот, от которого хочется прикрыться подушкой, а тонкий, с вздохами и свистом. И исходил он не откуда-то из-за стены, а с кровати сестры! Я приподнялась на локте и повертела головой. Щелкнула пальцами, и тусклый светляк загорелся над макушкой Нелли.

Сестрица лежала на спине, раскинув руки, и крепко спала. В уголке губ младшенькой образовался пузырь, и я опешила. Даже и не подозревала, что Неля храпит!

А как сплю я сама? Прежняя соседка не жаловалась, но она всегда спала крепко, а утром вставала с трудом.

Я ткнула пальцем в плечо сестрицы, и храп прекратился. Довольная результатом, я немного потопталась, после чего отправилась спать. И вдруг Нелли снова принялась издавать странные звуки, так что пришлось вернуться.

Разбудить ее, что ли?! А если потом не заснет?

Я подняла тапки Нели на уровень своих глаз, а затем отпустила их. Подошва обувки стукнула об пол, прогрохотав в тишине, однако сестра и не подумала заткнуться.

— Интересно, матушка в курсе, что из-за храпа с женихом могут быть проблемы? Вот же засада, да он сбежит в первую брачную ночь! Разве что найти такого же шумного, — пробормотала я, глядя на родственницу.

— Хр-р! — выдала Нелли в ответ.

— Да что ты будешь делать?! — приглушенно воскликнула я и щелкнула пальцами.

На комнату опустилась тишина, точнее, на кровать шумной сестрицы.

Я потерла лицо ладонями и отправилась спать. Учебный день предстоял долгий, а как известно, если с самого первого урока на себя косо посмотрит преподаватель, то всю неделю будешь тереть доску и драить полы в лаборатории или в кабинете. И получать хорошие оценки станет в разы труднее.

Глава 3. Первый учебный день. Поединок с темным

Виолетта Калин

На удивление, заснула быстро, а утром поднялась бодрая, словно не я скакала ночью с целью угомонить храпящую сестрицу. Бросила взгляд на кровать Нелли, а ее и след простыл. Тревожная мысль улетучилась в мгновенье, едва до меня донесся звук льющейся воды.

Сестра показалась очень быстро. Выглядела Неля свежо, что не помешало ей высказать претензию:

— Ви, тут во всех комнатах такие крошечные ванные?

Мне самой места хватало, хотя в первое время не раз стукалась локтями в душевой. Однако ко всему можно привыкнуть, да и идти никуда не надо — все удобства рядом.

— Везде не была, а что?

— Тесно, — пожаловалась сестрица.

Она стянула с головы полотенце и принялась им вытирать волосы.

— Это не проблема, — заверила я и пошла в сторону ванной, чтобы тоже привести себя в порядок. — В конце коридора есть общая купальня, можешь ходить туда. Вечером покажу, что к чему.

— Учту, — серьезно ответила сестрица, — но не пойду. Не хочу раздеваться перед всеми.

Разумеется, мыться в одежде еще никто не додумался.

— У нас приличное общежитие. — Я поджала губы. — Главное — не перепутать мужскую купальню и женскую.

— Не обижайся, но ведь и правда тут тесно, — примирительно протянула Нелли.

В столовую мы отправились вместе. Набрали подносы с едой, а потом сестрица от меня упорхнула. Я заметила незнакомые лица, сразу приписала их к первокурсницам, после чего отвернулась в поисках своих девчонок.

Бонни, рыжая оборотница, первая заметила меня и помахала рукой, привлекая внимание. Я не стала больше никого выискивать и поспешила к ней, аккуратно лавируя между столиками. Даже один раз прошлась по чьей-то неосторожно выставленной ноге, получив в спину недовольное шипение.

— Привет, а где все наши? — поинтересовалась у лисицы.

— Наверное, проспали или прибудут прямиком порталом к занятиям, — пожала плечами однокурсница и потянулась к чашке с чаем. — Ты пришла сюда с сестрой?

— С ней, — не стала я скрывать и села за стол.

Рисовая каша на молоке, бутерброд с ветчиной, черный чай с лимоном — мой завтрак был вполне сытным и вкусным.

— А вы похожи, — заметила подруга (мы неплохо ладили на протяжении всей учебы, и я вполне могла назвать таковой оборотницу).

Отвечать посчитала излишним делом. Подчерпнула ложкой кашу и отправила ее в рот, принялась жевать. Готовили в академии вкусно, и это было жирным плюсом.

Бонни откинула спавшую на лоб прядь, и тут я заметила, как ее рыжий волос спланировал прямо в чашку. Неужели линька началась? Пока я раздумывала, сказать или нет, пришла к выводу, что показалось. Подруга принялась активно размешивать сахар в чае, а потом и вовсе сменила тему:

— Ты уже знаешь, что у нас в академии появились темные из Хагендорфа?

— Видела вчера в портальном зале, — кивнула я, вмиг забыв про лисью линьку. — Лишь бы к нам их не распределили.

— Я бы так не надеялась, — сумничала рыжая и вздохнула: — Они не выглядят как первокурсники. Считаю, что кто-то из них точно старше нас.

Я молча ее поддержала. А что сказать, если каждый светлый понимает, что темные ничего хорошего в учебный процесс не принесут.

Словно в ответ на наши слова раздался громкий смех парней. Мы с Бонни, не сговариваясь, повернулись на хохот. И я почему-то не удивилась, заметив в трех шагах от нас стол, за которым сидели хагендорфцы. Они-то и ржали как полковые кони, разве что копытами по полу не били. Что их так развеселило, мы с Бонни не поняли, но у одного из гостей Лаории на лбу красовался синяк.

Мне даже похорошело, стоило подумать, что эту отметину парень нашел в портальном зале! Смотри, как качественно получилось приложить идейного врага! Порадовалась от осознания, что самостоятельно свести синеву им не удалось.

— Смотри, Виолка, они едят и не давятся! — то ли с укоризной, то ли с восхищением произнесла подруга.

— Вражеский хлеб слаще? — посмеялась я.

Едва успела договорить, как неожиданно поймала на себе взгляд того нахала Алана. Парень подмигнул мне и отсалютовал чашкой.

Я сделала вид, что ничего не заметила. Даже того, что этот наглец принялся жевать пирожок.

С завтраком мы не затянули, а после двинулись на занятия. И первым стояли магические заклятия у профессора Дарбора. Опоздавших он наказывал по-своему — устраивал допрос по формулам, плетениям и способам защиты и нападения. И делал это преподаватель с вечно издевательской ухмылкой, отчего каждый провинившийся сразу понимал: лучше бы он пришел в кабинет с рассветом, а не следом за профессором.

— Пошли поближе к окну, пока кто-нибудь не занял тот ряд, — предложила Бонни, и мы заторопились.

Увы, осталась только предпоследняя парта, но нас она вполне устраивала. Профессор маг громогласный, с дикцией у него полный порядок, поэтому мы всё всегда слышали.

Пока шли, здоровались с теми, кого не успели увидеть утром в столовой. Настроение в первый учебный день было приподнятым, хотя опыт подсказывал, что слишком веселиться не стоило — удача может отвернуться.

Так и случилось. И первым звоночком стало появление трех темных в дверях. Они вошли в аудиторию как к себе домой, и я даже не удивилась, что среди них был тот самый блондин Алан и парень с синяком.

— Я сплю? — раздался женский голос. Громкий такой, прозвучавший на всю аудиторию. — Какой красавчик!

Разумеется, темные это услышали, и ухмылки на их лицах стали просто запредельными. Похоже, природа кое-кого щедро наградила внешностью и наглостью, но забыла про мозги. Так бывает.

— Как думаешь, они у нас надолго? — спросила Бонни.

Лисица не отрывала взгляда от вошедших, а мне вдруг стало обидно за наших парней, потому что они точно лучшие, а сейчас девчонки просто проявляют вполне объяснимый интерес — некоторые наши учащиеся были оборотнями. А тут новенькие пришли, почему бы и не обнюхать!

Темные двинулись в нашем направлении. Они заняли последнюю парту позади, и это стало довольно неприятным раздражителем. Только боевой факультет светлых известен своей выдержкой, все же не истеричками нам быть. Поэтому мы с Бонни сделали вид, что вот вообще ничего не заметили и никого нового рядом не появилось.

Всеобщее внимание от темных отвлек вошедший профессор. Он проследовал к преподавательскому столу, после чего осмотрел присутствующих. И я даже не сомневалась, что Дарбор знал про новеньких.

— Что ж, раз все в сборе, повторим то, что мы проходили в прошлом учебном году, — произнес профессор. — Но сначала познакомимся с адептами из Хагендорфа. Я говорю, а вы встаете по очереди. Алан Ламберт, Генри Шарго, Седрик Бах. Садитесь.

Ламберт — довольно известная аристократическая фамилия темных, и отчего-то я не сомневалась, что блондин из тех самых. За что же его родственнички сюда выперли?

После того как парни вернулись на свои места, профессор хищным взглядом обвел группу и заявил:

— А сейчас повторим магические заклятия высшего уровня. К доске выходят Виолетта Калин и Алан Ламберт. Один нападает, а другой защищается, все как обычно. Заодно посмотрим, на что способны наши гости.

Даже если бы я и хотела отсидеться и не видеть ни одного темного, выбора не осталось. Я поднялась и направилась к доске, чувствуя, как парень смотрит мне в спину.

Мы с Ламбертом, как два подопытных кролика, остановились у доски и уставились друг на друга изучающе. Сейчас я могла не прятаться, рассматривая соперника, но, как говорится, молча талант не прощупать. Прикасаться же к темному не было никакого желания.

Первые ряды сразу отпрянули назад. Видимо, они заподозрили, что кто-нибудь из нас забыл про щиты и формулы, отчего пострадают именно наблюдающие, а не мы сами.

— Сначала нападает Ламберт, — с нескрываемым предвкушением произнес Дарбор и потер руки. — Вы, Калин, защищаетесь. Напоминаю обоим, что вы находитесь в академии и за намеренную порчу имущества несете ответственность. Начали!

Профессор сделал приглашающий жест, дескать, не стесняйтесь, адепты, колотите друг друга заклинаниями на радость всем.

Я перекинула косу за плечо, приподняла руки и немедленно построила щит. Переступила с ноги на ногу, выбрав более удобное положение, и все это проделала, не отрывая взгляда от Ламберта. Темный же по-прежнему казался расслабленным, но все присутствующие понимали: это маска.

— Ты проиграешь, светлячок, — одними губами шепнул хагендорфец и подмигнул.

В следующую секунду в меня полетел горящий шар, который я сразу уничтожила. Остальные файерболы также были благополучно поглощены моим заклинанием, хотя я видела: они непростого порядка — с непонятной начинкой, вложенной самим адептом. Один шар рассыпал серебристые искры, кое-что перепало моим рукам. Стало неприятно, словно кто-то коснулся горячей иглой, но я быстро разобралась, что это иллюзия, и избавилась от ощущения.

Ламберт меня изучал — подачи меняли направление и мощь, сам темный же практически всегда оставался на месте. Его сила, она была скрыта, но я сразу осознала, что передо мной не рядовой маг, а кто-то из перспективных адептов, за что-то сосланных в Лаорию.

Неожиданно соперник выкинул молнию, и она понеслась на меня. Пришлось подпрыгнуть и извернуться, а светящуюся стрелу перенаправить в стоящий на окне фикус. Магически закаленное растение молча проглотило всплеск темной силы и тут же выпустило пять черных тюльпанов.

— Однако, — хмыкнул Дарбор.

Профессора все устраивало, а у меня из-за этих телодвижений появился азарт. Очень хотелось дать сдачи, но по условиям преподавателя я всего лишь защищалась. И все же я могла собой гордиться — на каникулах ни дня не проходило без специальной разминки, ни разу не пропустила.

— Девчонка, — с пренебрежением фыркнул кто-то из темных с последнего ряда.

— И гордимся этим! — послышался возмущенный голос Бонни.

— Желающие поговорить будут следующей парой на проверку, — вставил свое едкое словцо профессор.

Болтунов больше не нашлось, зато Ламберт неожиданно двинулся на меня. Первой мыслью было отступить, но я из упрямства не сделала этого. Уплотнила щит и мысленно толкнула его на ничего не подозревавшего парня.

Темный стремительно шагнул навстречу и сразу же наткнулся на невидимую стену. Соперник удивленно уставился на меня, но при этом выражение его лица мог заметить только профессор. Все остальные замерли в ожидании, когда я оконфужусь. Подозреваю, что предприимчивые однокурсники успели сделать ставки в надежде поживиться.

Даже обидно стало, что ни одно присутствующее лицо не выкрикнуло мое имя в знак поддержки. Исключение — Бонни.

Не знаю, о чем сейчас думал сам профессор, а Ламберт мне подмигнул. В следующую секунду мой щит треснул, я же успела отскочить назад и построить новый. Преподавательский стул по инерции подняла заклинанием, посчитав, что он тоже защита. Неожиданно открылась дверь, и в аудиторию заглянул ректор. При виде меня, нависающего Ламберта и профессорской мебелишки над блондинистой головой глава академии коротко выругался. После чего мы с темным были немедленно обездвижены.

— Что здесь происходит?! — прогрохотал лорд Кроссман. — Дарбор, поясните!

Стоять с выпученными глазами и смотреть на Ламберта, раскрывшего рот, да еще при всей группе, — удовольствие ниже среднего. Хорошо, что никто не посмел не то что издать смешок, но даже комментировать. Многие уткнулись в тетради и старательно делали вид, будто перечитывают материал.

— Магический поединок, господин ректор, — с охотой ответил профессор. — Темные против светлых, классическое противостояние.

— И как? — Ректор тут же заинтересовался нашей с Ламбертом битвой. — Гордость Лаории не испугана, гость тоже не вышел из себя, я прав?

— Совершенно верно, лорд Кроссман. А стул — это так, импровизация. Защита адептки, как ни крути. — Профессор ловко забрал свою мебель и сунул ее под стол. — А в общем мне понравилось. Калин даже модернизировала щит, нацепив на него невидимые колючки.

Заметил, надо же!

— Отлично. — Ректор тут же повернулся, но не ко мне, а к Ламберту, желая убедиться, что гость цел и невредим. Вдруг за него еще придется компенсацию платить, а академия не готова к такому расточительству. — Раз так, тогда отпускаю адептов.

Удерживающие невидимые путы спали, и я смогла двигаться. Локоть слегка затек, но это быстро прошло. Ламберт же прикрыл рот, после чего потыкал пальцем в свою челюсть, возвращая нормальный кровоток.

Нас с темным отпустили на места, ректор тоже ушел, а профессор все еще не желал успокаиваться.

— Надеюсь, на этот раз нас никто не прервет и мы посмотрим бой достойных противников, — заявил Дарбор.

Ламберт первым двинулся к своей парте, мне пришлось идти следом, старательно делая вид, что не замечаю на себе сочувствующих взглядов от сокурсников. Даже от тех, кто еще в прошлом году считал, что мне завышают оценки.

Подруга сидела с непроницаемым видом, а стоило мне подойти к нашей парте и занять место рядом, как она едва различимо усмехнулась:

— Вы как на балу танцы разводили, честное слово.

Я удивленно уставилась на Бонни, пытаясь понять, шутит она или язвит, но тут раздалось:

— Бонна Тори и Генри Шарго, к доске. Посмотрим теперь, как умеют нападать светлые.

Сначала лицо подруги застыло белой маской, а потом на нем расцвела предвкушающая улыбка. Лисица не была мелкой особью, даже в образе зверя она представала крупной упитанной тушкой. А тут подвернулась отличная возможность поколотить идейного врага перед всеми. Я даже слегка позавидовала, потому что мне Дарбор отвел роль жертвы, а не нападающей.

Бонни поднялась, но тут профессор передумал:

— Пожалуй, будет несправедливым дать отсидеться парням. Так что, Бонна Тори, вы можете садиться. Посмотрим, на что способен староста светлых Рик Шурт.

Раздалось довольное перешептывание — это наши парни подбадривали своего друга. Рик и впрямь был хорош. Еще год назад он пытался подбить ко мне клинья, только у него ничего не вышло. Я тогда поссорилась с матерью, неожиданно решившей, что сынок одной ее подруги страсть как нужен в зятья. И что он точно заменит мне желание учиться.

Ха-ха три раза!

Я приехала на выходные, а вместо обычной встречи наткнулась на гостей, от которых пришлось улизнуть при первой возможности: сослалась на головную боль и после совместного обеда ушла к себе и не показалась до следующего утра.

Вернулась в академию, а тут Рик со своим гениальным планом по моему охмурению. Я отправила старосту к его подружке, с которой видела совсем недавно. Парень обиделся, и какой-то период мы не общались. Сейчас все наладилось, и я действительно желала, чтобы мастерство светлых превосходило темных.

— Как тебе наш с Ламбертом бой?

— Ты была неотразима, но он тоже хорош, — шепотом заявила Бонна. Лисица почесала острым ногтем кончик носа и продолжила: — Даже показалось, что блондин поддался.

— Что?!

— Играл с тобой, теперь понимаешь? Темный, что с него взять.

Мне со своего места так не казалось. Я вспомнила все, что было, и решила, что подруга плохо рассмотрела.

— Однозначно нет, — отмахнулась я.

— Начали! — Командный голос профессора Дарбора ворвался в наш разговор, и мы с Бонни уставились на парней.

Посмотреть действительно было на что. Этот темный Генри оказался тем самым магом с синяком, а дрался он как настоящий боец. Однако задумку профессора выставить именно Рика мы поняли сразу — староста был известен изматывающим боем. Он не наносил головокружительных ударов и не произносил сногсшибательных заклинаний, только через какое-то время противник уставал от однообразных файерболов и терял бдительность. Вот тут Рик применял тактику неожиданности, на которую соперник не успевал среагировать. И если в начале столкновения парней темные посмеивались, то к финалу светлые сияли, как новенькие монетки.

Разумеется, мы с Бонни переживали за своего старосту, а когда он победил, то проводили его довольными улыбками.

Мимо нас темный Генри прошел с независимым видом, но нам было все равно. Я вообще с самого начала знала, что лучше бы этим адептам убраться в Хагендорф и не позориться.

— А ты герой, — хмыкнул Ламберт, когда его товарищ вернулся за парту.

— Я просто поддался, — буркнул Генри Шарго и проскрипел стулом.

— Мы так и подумали, — поддержал третий темный, но в его голосе читалась насмешка.

— А теперь приступаем к теории. Открывайте свои тетради и записывайте, — произнес профессор, и сразу по классу пронесся шелест листочков.

Звонок раздался, как всегда, неожиданно, я только-только успела перерисовать с доски последнюю схему.

— Готовьтесь, завтра на спарринг поставлю очередных жертв, — пообещал Дарбор, а я почему-то была уверена, что меня это не коснется.

Мы быстро покидали тетради в сумки и двинулись к двери. Следующим по расписанию шло занятие у целительницы Пилори, и проходило оно в аптекарском огородике при оранжерее. Мне нравилось там бывать, единственное, что не устраивало, — это ковыряние в земле, потому что после таких занятий, как правило, мы шли на следующие. Хорошо, хоть бытовая магия помогала форму почистить, хотя срабатывало не всегда.

— Как настроение, светлячок? — шепнул мне на ухо проходящий мимо Ламберт.

В голосе мага мне послышалась насмешка, словно темный не сомневался, что победа осталась за ним. Но я точно знала, что все это глупость, и была уверена: правда восторжествует непременно. Занятий на полигоне никто не отменял.

Хагендорфцы протиснулись в двери прямо перед нами, я же вышла вслед за Бонни. И едва не налетела на нее, когда подруга остановилась и ошарашенно произнесла:

— Даже не знаю, как прокомментировать.

А что было говорить, когда напротив нас у окна стояли три девицы. Они ждали темных, строили глазки и улыбались им так, словно поспорили, кто первый соблазнит залетных адептов.

Я даже не удивилась, когда хагендорфцы не прошли мимо. Завязался веселый разговор, мы же двинулись дальше. Занятия в аптекарском огородике ни у кого из парней восторга не вызывали, поэтому даже наши однокурсники плелись позади.

Глава 4. О тех, кто ломает кактусы и бродит по оранжерее

Виолетта Калин

До оранжереи мы добрались довольно быстро, но не успели войти в нее, как Бонни оглянулась и произнесла:

— Куда катится светлый мир?

Я тоже посмотрела в том направлении и увидела, что позади темных движется их свита. Пожала плечами, мне-то было совершенно все равно, что задумали парни. Магистр Пилори — женщина с твердым характером, ерундой заниматься никому не позволит. Я первой открыла дверь оранжереи и вошла в нее. Аптекарский огородик по большей части располагался именно в ней, и это было интересно.

Мы прошли по дорожке мимо экзотических и не совсем растений и добрались до места занятий. Стеклянная стена отгораживала парты и стол преподавателя от зеленой растительности, и мы поспешили на свои привычные места.

Нас уже ждали.

Магистр Пилори едко взглянула на приблудившихся вместе с темными парнями девиц, и те, не говоря ни слова, зашагали прочь. Замечательная молодая женщина, и дисциплина у нее железная.

— Тема сегодняшнего занятия — растения, способные останавливать кровь, — произнесла магистр.

— А как же заклинания? Зачем усложнять себе жизнь? — лениво поинтересовался темный Генри.

— Их никто не отменял, — с охотой ответила Пилори и тут же припечатала: — А если не нравится тема занятий в Лаории, то выход там.

Тонкий палец целительницы указал направление, однако темный как-то сразу угомонился, и повисла тишина.

— Замечательно, — произнесла магистр. — Рассаживайтесь поудобнее, приступаем к занятию. Кто мне назовет растения, способные остановить кровь? Смелее, вы все их знаете. Давайте начнем с хагендорфцев. Любопытный адепт с синяком на лице, вам мои советы по жизни точно пригодятся. Поднимайтесь, мы все ждем ваш ответ.

В голосе женщины промелькнула насмешка.

И надо ж было тому случиться, что вслед за скрипом стула раздался грохот, а за ним и звук от падения. Тихого такого, но его было слышно даже на первой парте, которую мы с Бонни сегодня заняли.

— Ой, — выдал Генри Шарго.

Маг даже не понял степень своего попадания, зато мы все слегка напряглись. Просто он, темный, каким-то образом во время подъема задел стоящий у окна длинный кактус, и тот неожиданно переломился пополам и упал на пол. А ведь этот суккулент являлся частью дипломной работы самой Пилори.

— Что?! — выдохнула магистр и стремительным шагом двинулась на звук.

Она словно почувствовала, что стоящий у окна кактус, ее детище, вечно цепляющееся за штаны и юбки студентов, вот-вот будет безжалостно растоптан сапожищами неловкого адепта.

Некоторые из однокурсников привстали, чтобы увидеть оглушительный провал новеньких. Жалели ли мы темных? Нет. Однако сочувствовали. Лично у меня не раз возникало желание отставить этот цветок от греха подальше, особенно после того, как вытащил из новеньких чулок здоровенную затяжку.

— Адепт, как вас там?

— Генри Шарго, — подсказал хагендорфец.

Лицо парня выглядело непроницаемым, а вот синева стала значительно ярче. Не иначе от волнения прилила кровь. Да и как не дергаться, если магистр Пилори та еще ведьма. Именно сейчас я не видела лица женщины, но легко могла представить ее в гневе. За прошедшие учебные годы чего только не случалось в нашей группе.

— Так вот, Шарго, я знаю, кто сегодня будет убираться в оранжерее.

— Почему?! — выдохнул Ламберт.

Похоже, блондину было обидно за товарища из собственной свиты.

— Таковы правила Лаории, — припечатала Пилори. — К слову, вы все трое тут остаетесь. Причина — нарушение порядка светлой академии, разговаривать нужно меньше! В другой раз то время, что вы отняли от урока, я компенсирую вашей переменой.

Потрясенные, мы сидели молча. Темные тоже оказались не дураки, не стали спорить с Пилори. Ведь неизвестно, что в следующий раз придумает изворотливый женский ум.

Признаться, магистр у нас строгая, но вот чтобы прямо так, с первого урока и новые адепты, а она их припечатала по полной программе — этого никогда еще не было. Не видела я такого, хотя и темных до этих троих в академии не встречала.

Вот что значит задеть женщину за живое!

И как подтверждение, Пилори неожиданно заявила:

— Отложим кровоостанавливающие травы, приступим к растениям, способным убить человека, и не только его. Начнем с тех, которые довольно быстро приводят к летальному исходу. Кто назовет хоть одно?

— Клещевина, — заявила я, вспомнив раскидистое растение с веточками и резными листьями, временами напоминавшими раскрытую ладонь.

— Болиголов.

— Белладонна.

— Аконит.

Ответы звучали один за другим, тут подготовка адептов не подвела. Были названы и другие растения, только хагендорфцы в этом не участвовали. Похоже, они решили сидеть на задней парте и не отсвечивать, чтобы бонусом к наказанию не получить уборку на целую неделю. Или по-тихому делили, кому достанется веник, кому скребок, а кому и ведерко с мусором.

— А теперь перейдем к практическому занятию. Сейчас мы разобьемся на пары и отправимся в оранжерею. Каждый из вас найдет то самое растение, которое озвучил. Рвать не советую, а вот зарисовать обязаны. Тот, кто промолчал и ничего не назвал, следует за товарищем и принимает самое активное участие в поисках.

Если я и собиралась поинтересоваться, в чем смысл искать уже знакомую зелень, то, глядя на хмурое лицо магистра Пилори, предпочла промолчать. Я не желала составлять компанию темным в уборке. Подозреваю, что однокурсники подумали так же, оттого лишних вопросов задавать никто не стал. Возможно, магистр решила нас выпроводить из кабинета, чтобы порыдать над несчастным кактусиком.

Группа великовозрастных лбов, то есть магов, с шумом поднялась из-за парт и отправилась искать свое растение. Мы с лисицей прихватили с собой бумагу и карандаши и двинулись следом.

— Ви, ты знаешь, где искать эту твою клещевину?

— Понятия не имею, — честно ответила подруге.

Мы решили, что будет лучше не топтаться по газонам, а для начала пройтись по дорожкам в надежде увидеть что-то похожее. Нужное растение не нашлось ни через десять минут, ни через двадцать. А ведь урок не безграничен! И мы решили, что газону ничего не будет, если немного пройдемся по нему, тем более что наши однокурсники уже активно утаптывали нежную травку.

Мы забрались вглубь оранжереи и остановились под карликовой яблонькой, кода вдруг подруга что-то приметила.

— Как удобно устроились наши адепты! — воскликнула Бонни, ткнув пальцем в бутылочное горлышко, торчащее из груды опавших яблок. — Выпей и закуси! Полежи на травке, и никто тебя не увидит. Разве что магистр, но вряд ли при ней будут устраивать такое непотребство.

Подруга подняла бутылку, откупорила крышку и осторожно понюхала содержимое.

— Вишневая настойка?! — удивленно выдохнула Бонни, заметив на дне одиноко мотающийся плод.

Мы с лисицей переглянулись и на всякий случай принялись озираться. Однокурсники заняты поисками, но все равно подстраховаться не мешало.

— А что это вы тут делаете? — неожиданно раздался голос нашего старосты Рика Шурта.

После битвы с темными он словно вырос и стал казаться внушительнее. Рядом с парнем стоял его пухлый друг Джек Ноа. Оба адепта с интересом разглядывали бутылку, которую лисица прижала к себе. Появились они не вовремя, и надо было срочно спасать наше с Бонни положение.

Я быстро выхватила у подруги бутылку и впихнула ее в руки обалдевшего от произвола Джека.

— Ваше? — спросила я у толстяка и нравоучительно добавила: — Надо лучше прятать, а то будешь вместе с темными драить пол.

— Я-то думала, что настойка ничья, а оказалось, что у нее есть хозяин, — подхватила Бонни.

— Это не наше! — воскликнул толстяк и попытался втюхать мне вишневую обратно.

Я сразу спрятала руки за спиной и отступила на шаг. Настоечка невозвратная!

— Тс! Молчите. А то никто не поверит, что мы тут собрались случайно, — предупредил староста.

— Поминаем кактус? — предположила у меня.

Все понятливо заулыбались, однако почти сразу опасливо завертели головами — попадать под горячую руку Пилори никто не хотел.

— Да, — хмыкнул Джек и сунул бутылку себе за пазуху. — И вы обе точно с нами.

— Пожалуй, нам пора, — заявила подруга.

— Приходите вечером к нам, отметим. То есть помянем то самое, — с намеком предложил Рик и поиграл бровями. При этом парень многозначительно смотрел на меня, словно все еще строил планы по охмурению.

— Подумаем, — ответила за нас двоих лисица.

Не сговариваясь, мы с парнями разошлись.

Клещевина нашлась на южной стороне оранжереи — бордовые цветы, темные листья, раскинувшиеся словно для объятий.

— Как считаешь, зачем здесь растет это чудо? Или в аптекарском огородике есть противоядие? — задумчиво протянула лисица. — Если успеешь добежать, то ты молодец, а не поторопился, то жертва науки?

— Не будем тянуть время, надо это чудо зарисовать и запомнить, где растет, — напомнила я.

С рисунками справились быстро, и даже вышло очень похоже. А когда настало время уходить, посчитали количество шагов до каменной дорожки, и неожиданно выяснилось, что трое темных наблюдали за нами.

— А вы что тут ищете? — вырвалось у меня. — Какое ваше растение?

— Клещевина, — с наглым видом заявил Седрик Бах, третий из темных придурков, попавших в нашу группу. — Убойная штука! У моей бабки она растет.

— Зачем? — не поняла лисица.

— Бабка — ведьма, — пояснил парень.

— Черная? — Подруга сузила глаза, словно перед ней уже стояло оно — зло во плоти и надо было с этим срочно что-то делать.

— Нет, но ей нравится, когда так считают. Боятся, — пояснил Седрик.

То, что мы остались с глазу на глаз с темными, вызывало непонятные эмоции. Даже хотелось сказать гадость, но я решила, что сделаю это как-нибудь потом, а сейчас настало время уходить.

— Запоминайте место, а нам пора, — объявила я и дернула подругу за рукав, чтобы она перестала пялиться на этого внука ведьмы.

— А зачем запоминать, если есть табличка? — Осклабившийся Ламберт ткнул пальцем в указатель. — Сколько шагов от клещевины до нее насчитали?

Мы с лисицей переглянулись. Какая табличка? Немного потоптались в поисках указателя, а после уставились на предупреждение, что там растет ядовитый образец, способный убить не только человека, но и оборотня. Елочки зеленые, да как это мы мимо проскочили?

— Удобно. — Бонни задрала нос. — Шаги и без нас сосчитаете, не груднички.

— Девчонки, а вы не хотите с нами пообщаться после занятий? — неожиданно предложил Ламберт.

При этом смотрел он исключительно на меня, словно я одна решала за нас двоих.

— Не знаете, где лежит скребок или швабра? — съязвила я.

— Ну уж нет! — возмутилась Бонни. — Фанаток своих позовите, если они вообще придут к вам. Кому охота драить полы после занятий? Пошли, Ви, а то опоздаем.

Под внимательными взглядами темных мы поспешили покинуть это место.

Магистр Пилори встретила нас весьма сдержанно, но проверила рисунок у каждого. Не знаю, что именно изобразили темные, но при виде работы Генри Шарго скривилась, словно увидела пародию на приличное растение. Однако мы так и не узнали в чем дело — женщина не стала комментировать.

— На следующем занятии я проведу тест на знание ядовитых растений. Готовьтесь! — зловеще произнесла магистр.

Признаться, после ее слов захотелось немедленно сбежать. К счастью, прозвеневший звонок позволил нам наконец-то покинуть оранжерею.

— Лучше бы они этот кактус не трогали, — выдохнула Бонни, едва дверь за нами закрылась. — Никогда не видела Пилори такой.

— Угу, — согласилась я, поддержав подругу. — Поторопимся в столовую, что-то есть охота.

— Какая замечательная мысль, — подхватила лисица.

Глава 5. Подпольный бой в академии

Виолетта Калин

— Сегодня вечером бой на заброшенном стадионе, ты идешь?

Я посмотрела на Бонни и поправила сумку на плече. Бои были запрещены администрацией, но все знали, что в начале учебного года любой желающий адепт, а также тот, кому бросили вызов, может подраться и получить за это деньги. Зрители тоже зарабатывали на ставках. Запрещенное всегда манило, и этот учебный год не был исключением.

— То есть облавы не боимся? — Я подмигнула подруге.

Помнится, на первом курсе мы с трудом убежали от патруля магистров. Я тогда подвернула ногу, а лиса разбила коленки, но все-таки активные разборки прошли мимо нас.

— Последний год учимся, Виола. Надо же хоть что-то себе позволить.

На самом деле в течение года боев могло быть несколько, а информация о них, страшно секретная, мгновенно распространялась среди адептов. Девчонок среди участников практически не было, да и неинтересно на них смотреть (мне точно). Хотя однокурсники придерживались иного мнения. Гораздо приятнее наблюдать за мужским боем, особенно если парни стягивали с себя рубахи, желая произвести впечатление, а кто-то — и сэкономить на вещах.

Девчонки захлебывались слюнями, а после боя победителю грозило не только обожание, но и преследование со стороны особо впечатлительных поклонниц.

— Я бы с удовольствием, но хочу узнать, как дела у Нелли. Наверняка задали кучу заданий, а у нее глаза разбежались от информации. Может, ты к нам? Посидим, чай попьем.

— Пф! Сами делайте свои уроки, — отмахнулась лисица. — Есть занятие повеселее.

— У меня такая милая подруга, — засмеялась я и нисколечко не обиделась.

— Само собой. Не переживай, я тебе расскажу, кто из дерущихся был особенно хорош и эффектен. В этом году хочу поставить на кого-нибудь из наших парней.

— То есть ботаники тебя не интересуют?

— Меня никогда не привлекали дрищи, — согласилась Бонни. — Что в них хорошего, если даже на руки меня поднять не смогут? Я девушка приличная, костями не гремлю, так что искать надо по себе, а не наоборот.

Спорить я даже не стала, ведь Бонни права. Субтильные и мелкие парни вызывали желание накормить и пожалеть, не больше.

Мы забежали в столовую, наскоро перекусили. Я не заметила ни Нелли, ни ее девчонок, которых успела запомнить, и в душе засела тревога. Сестрица у меня с ветерком в голове, а ведь тут не родительский дом, выкрутасы терпеть никто не станет.

Я попрощалась с лисицей и отправилась к себе. Увы, Неля куда-то пропала, и это уже было опасным звоночком.

Через час, наскоро сделав заданное, я переоделась и отправилась на заброшенное спортивное поле. Наверняка эта мартышка там вместе со своими новыми подругами! И все бы ничего, но стоило поговорить сначала со мной, расспросить!

Как и все адепты, я пробиралась словно шпион, лишь бы преподаватели меня не заметили. Разумеется, стадо слонов, идущее на водопой, трудно проигнорировать, но мы все старались. А вот первокурсников было отлично видно, особенно девчонок, вырядившихся как на маскарад. На меня они глянули как на несерьезную конкурентку, выбравшую брюки и тунику невзрачного серого цвета и самые обыкновенные ботинки, а не туфли на каблуках.

Не желая привлекать к себе ненужное внимание и на случай облавы, я отошла от этих пестрых куриц подальше. Уж если красоваться, то точно не здесь и не при таких обстоятельствах.

Пройдя постовых, назвала пароль и двинулась дальше. И пусть мы с этими парнями были знакомы, порядок прежде всего. Едва различимый полог — глушитель шума — преодолела сразу после контроля.

Дальний заброшенный стадион давно порос чертополохом и крапивой, не говоря про старое двухэтажное здание, служившее когда-то раздевалками. Добралась до него я быстро, а вот лисицу увидела не сразу, после чего двинулась к ней. Яркие рыжие волосы Бонни спрятала под косынкой, как делала это всегда. Подруга стояла со своими сородичами и о чем-то оживленно болтала.

Парни, которые решили сыграть, кучковались на круглой площадке, и я с удивлением заметила несколько магов из нашей группы. Впрочем, некоторые из них не раз побеждали. Я потрогала карман, в который перед выходом сунула несколько монет, и одну поставила на нашего старосту. Больше ставить было жалко. Вдруг нас всех накроют раньше, чем состоится дележ выигрыша? С чего бы Рику сегодня участвовать, понятия не имею, он все-таки на четвертом курсе учится, но я почувствовала азарт.

— Твоя сестра вон в тех кустах у раздевалки, — заявила Бонни, когда я к ней приблизилась.

— Ты уже поставила на Рика? — спросила я.

— Одну монету на него, а вторую на медведя из иллюзорников, — подтвердила лиса.

— Предусмотрительно, — похвалила я рыжую.

— Ты была не в курсе, что Нелли тут, я права? — догадалась подруга.

— Угу, — буркнула я. — Она приходила, но до меня.

— Понятно. Исключительно родственные отношения, — съехидничала рыжая, ее родня немедленно подхватила и захихикала.

Обычно я не обращаю внимания на лисиц, они народ хитрый, но не злой. А сегодня как-то звезды не сошлись, и мне стало не по себе. Я отвернулась в сторону раздевалок, чтобы рассмотреть там Нелли. Если она попадется в случае облавы, то к гадалке не ходи, матушка обвинит во всем меня.

— Не обижайся, у нас своих проблем хватает, и тебя мы очень даже понимаем. Молодняк в этом году пришел безбашенный, только глаз да глаз за ними. — Бонни почувствовала мой настрой. Она уцепилась мне за локоть и прошептала на ухо: — Кстати, темные тоже тут неподалеку, и их, оказывается, у нас много. Уверена, Алан Ламберт у них за главного.

Я кивнула, отвечая и на извинения, и на информацию про темных. Наконец-то мне удалось рассмотреть желтенькую кофточку Нелли и захотелось застонать в голос. Вот что она творит? Где маскировка?! Даже лисы свои волосы прячут, зато первокурсники у нас готовы соревноваться с попугаями.

— А сейчас на ринг выходят Рик Шурт и Алан Ламберт, — раздался голос ведущего.

Что? Темный тоже решил подраться?! С чего бы?!

Мы с Бонни переглянулись и удивленно уставились на поле.

— Зачем им встречаться? — выпалила лиса.

— Мне кажется, это продолжение боя, который они начали еще днем, только драться будет не темный Генри, а более сильный Ламберт, — предположила я. — Самолюбие.

Мои слова выглядели логично, иначе зачем именно эти двое решили набить друг другу морды?!

— Молодцы, еще и денег заработают, — подхватил братец Бонни.

Он находился неподалеку нас и слышал разговор.

Я повернула голову и снова нашла взглядом сестру. Она стояла и, как и ее подруги-первокурсницы, не сводила глаз с вышедших на поле Рика Шурта и Алана Ламберта. Восторги девиц были понятны, особенно после того, как эти двое неожиданно стащили с себя рубашки.

— Жаль, что портки не снимут. Я бы полюбовалась, — мечтательно протянула лиса. — Так на кого, говоришь, ты поставила?

А вот тут я засомневалась в правильности своего выбора. Рик выглядел более чем внушительно, темный же был не настолько широкоплеч, хотя и не субтильный. Грация, с которой двигался Ламберт, его осанка, даже поворот головы и приветственный взмах — все это указывало на непростого человека. Разумеется, мышцы на теле парня присутствовали в немалом количестве, но все было как надо, и ничего лишнего и отягощающего боевого мага. Адепта, силу которого мне удалось испытать.

— Я мигом! — заторопилась я и бросилась к парням, собирающим деньги.

Только успела поставить на Ламберта две монетки, как прием наличности закончился и начался бой. Вот что значит думать лишь о сестре и пропустить главное — кто будет соперником у старосты.

— Только не говори, что поставила на блондина, — усмехнулась лисица, когда я вернулась к ней.

— На него, — кивнула я. — Бонни, он и правда силен.

Изматывающая тактика Рика Шурта дала сбой. Казалось, Алан Ламберт совсем недолго наблюдал за старостой, а потом бросился в атаку. Стремительную, заставляющую нашего однокурсника поскакать, покрутиться волчком.

— Этот темный просто боевая машина, — выдохнула подруга при очередном магическом ударе, который не особо удачно отразил Рик.

До нас донесся слабый хруст, и тут же нанятый старшекурсник-целитель бросился на помощь Шурту. Ситуация получилась не слишком отвратительной, старосте быстро помогли, и он не стал отказываться от продолжения боя. Магия и кулаки — в дело шло все, как случалось и в реальной жизни.

И все же светлый держался неплохо, темный Алан даже пропустил пару ударов. Хотя это только добавляло зрелищности, многие адептки так и вовсе выли от восторга. Неожиданно к парням выскочили три девицы, которых не пустили в оранжерею. Они принялись трясти цветными помпонами и высоко подпрыгивать, дрыгать ногами, напомнив мне деревенских коз.

— Надо же, когда только успели запастись пипидастрами, — фыркнула Бонни. — И кто придумал это слово?

— Тот, кто завидует. Хочешь к ним? — прямо спросила я.

— Виолетта, какая зависть? — фыркнула лиса, после чего покосилась на своих родственников, которые сейчас были увлечены боем, даже брат. — Я точно двигаюсь гораздо лучше, чем эти стрекозы. Только не считай меня фанаткой темных, это не мое.

Я закатила глаза. Ох уж эта Бонни!

Снова бросила взгляд на сестру и замерла. Неподалеку от Нелли и ее подруг мне привиделся секретарь ректора — Сильвер. Никто не обратил на него внимания, потому что бой уже начался. Я моргнула, затем еще раз, но на этот раз никого похожего не разглядела. И все же не верить собственным глазам было никак нельзя.

— Бонни, я к Неле. Кажется, я заметила неподалеку Сильвера. Не уверена, но сама понимаешь, надо найти сестру и увести ее отсюда.

— Вот же засада! Не дали насладиться мужским телом даже зрительно, — проворчала лиса и двинулась к своим.

Выставленные посты охраняли нас от проверок, но нельзя было недооценивать магистров и профессоров. Абсолютно все знали, что, несмотря на запреты, адепты попытаются собраться. Своеобразный ежегодный ритуал поймай-спрячься, идущий с незапамятных времен.

Даже потраченных монеток было не жаль, лишь бы удалось благополучно выпутаться из всей этой истории.

Я бросилась к старым раздевалкам, ведь еще недавно именно там мелькала желтая кофточка неугомонной сестрицы. Бежала, то и дело озираясь по сторонам, чтобы даже случайно не нарваться на патруль магистров.

Прибыла вовремя, девицы все еще топтались и восторгались парнями. Мне удалось ухватить разговор, в котором одна из первокурсниц рассказывала, что она с родителями как-то была на приеме в семье Рика Шурта. Слушающие подруги вздыхали от зависти и совсем не дружески посматривали на счастливицу. Уверена, адептки задумались об интрижке с самим старшекурсником.

— Что-то странное происходит на той стороне поля, — заметила Нелли, после чего увидела меня: — Виолетта, ты тоже тут?

Голос сестры дрогнул, и она поджала губы, явно недовольная моим появлением.

Ничего, потерпит и не облезет.

— И бой почему-то прервался, — растерянно протянула та самая знакомая Рика.

Я резко обернулась — так и есть! Кроме лис, с места сорвались и другие, они же поспешили прочь. Значит, преподаватели точно здесь и иллюзионистам не удалось спрятать заброшенную территорию.

— Быстро все отсюда! — скомандовала я девицам. — Бегом в академию! Облава!

Шум за спиной нарастал, а это уже серьезно.

— Ви? А ты что тут делаешь? — поинтересовалась сестрица, и на этот раз голос ее прозвучал требовательно.

Дескать, отчитайся, чего тут забыла, я ведь розочка-фиалка и имею право быть там, где хочу. Наивная, я не матушка, на капризы не реагирую.

Нелли нахмурилась и прикусила губу. Ее подруги покидать свое место не спешили и придвинулись ко мне, словно цыплята к курице. Осталось только руки поднять и обнять всех и сразу, а заодно вытереть им нос и уверить, что все будет отлично. Они бы еще головы в песок воткнули, как страусы.

Ну почему это происходит именно здесь и сейчас?! Нет бы они слушали старших так же охотно, как поскакали любоваться на бои.

— Спасаю твою репутацию, — зашипела я и попыталась схватить сестру за руку, но Нелли не далась. — Чего застыли? Бегом в академию! Пока вы новички, заслуг не имеете, могут и отчислить.

Последние слова произвели на этих дурех нужное впечатление. Кое-кто сорвался с места и понесся, утопая острыми каблуками в заросшем газоне.

И тут я услышала голос магистра Пилори. Неприятный, режущий, словно кто-то в очередной раз сломал ее кактус, еще и попинал его для пущего эффекта.

— Остановитесь, я кому говорю?! — кричала целительница.

— Они перекрыли выход, — пискнул незнакомый девичий голос, после чего раздался оглушительный визг.

И все это на фоне нарастающего всеобщего шума, напомнившего бегство очумелого стада.

— Нам туда, — скомандовала я своей непоседе и указала на противоположное академии направление.

Снова попыталась ухватить Нелли за руку, чтобы потащить за собой, но самовольная сестрица вырвалась и шустро скользнула в здание раздевалки.

— Не командуй, — буркнула упрямица на ходу.

Пришлось побежать вслед за ней.

Елки зеленые, сегодня же отселю ее от себя!

Выставлю вместе с саквояжем и туфлями! И напишу матушке, что отказываюсь присматривать за сестрой, не желающей даже дружеского участия на первых порах.

Глава 6. Мы с Ламбертом в одном шкафу

Виолетта Калин

Заброшенное здание, некогда служившее раздевалкой для адептов, выглядело не слишком удручающе, хотя не использовалось несколько лет. Я расслышала топот за углом и бросилась по коридору. С каждым шагом во мне назревало желание дать подзатыльник безответственной сестре, но так ведь последние разумные мысли из нее можно выбить!

Нелю я нагнала в какой-то дальней комнате, напомнившей склад испорченной мебели. Несколько лестниц, шкафов с отломанными дверцами и даже стулья. А еще ободранный комод, непонятно зачем тут появившийся. Сестра стояла посреди этого хлама и вертела головой в поисках спасения.

— У тебя совсем мозгов нет?! — прошипела я и на всякий случай подскочила к окну, осторожно отодвинула занавеску.

Пыль немедленно сорвалась с ткани и попала мне в нос. Захотелось чихнуть, но я не позволила себе этого сделать, потому что прямо перед зданием остановились несколько магистров с помощниками, включая секретаря Сильвера.

— Вот же засада, Виола! — приблизившись, зашептала мне в ухо сестра. — Надо было бежать в лес, как ты предлагала.

Она тоже решила проникнуться важностью момента и уставилась на магистров как на злобных инквизиторов.

— Я тебя не в лес звала, а в противоположное общей толпе направление. Мы могли бы отсидеться где-нибудь, а потом вернуться, но другим путем. Про отчисление я не шутила. Каждый год кто-то уезжает с вещичками домой, отучившись всего лишь день или два, — заявила я.

Нелли тяжело вздохнула. Неужели стало доходить, что ее самостоятельность ведет к возвращению домой?

— Как будем спасаться? Тут переждем? Или попробуем прорваться?

— Предлагаешь накрыться сломанными стульями и выйти к магистрам, заявив, будто мы в домике?

Хруст дерева в коридоре нельзя было спутать ни с чем. Едва он раздался, мы с Нелли отпрянули от окна. К нам кто-то приближался, и этот некто чувствовал себя крайне уверенно, словно уже поймал нас и препарировал перед всей академией.

— Ви, можешь сделать меня невидимой? — испуганно попросила Нелли.

— Разве что ты закроешь глаза и представишь себя рядом с матушкой, — съязвила я. — Срочно прячься! Смотри, сколько тут мебели!

Повторять дважды не потребовалось. Нелли забралась в самый дальний инвалидный шкаф, у которого цела была только одна дверца, вторая моталась на верхней петле. Я сорвала с комода дырявую скатерть и перекинула ее через планку для вешалок в шкафу, таким образом скрыв сестру от чужих глаз. Что за пошлая мыслишка пришла ей в голову — надеть эту цыплячью яркую кофточку?!

Сама же сиганула в шкафчик побольше, решив, что ради пряток и одна целая дверь хороша. Лишь бы помогло! А стоило мне прижаться к деревянной стенке и затихнуть, как неожиданно засвербело в носу. Знала бы — заранее бы пришла и убрала здесь пыль, сейчас же приходилось терпеть.

Осторожные шаги послышались не сразу. Скорее, я их осознала на интуитивном уровне и непроизвольно сжала кулаки. Сердце перестало стучать, а желание оказаться в собственной комнате возросло в несколько раз.

— Я проверю здесь, а вы идите дальше! — Донесшийся мужской голос прозвучал издалека.

Но тогда чьи шаги я слышала несколько секунд назад?!

И тут я почувствовала присутствие того самого чужака. Он остановился где-то рядом, совсем неподалеку, словно тоже уловил наше с Нелли присутствие.

Пальцы непроизвольно сложились в нужную конфигурацию, и я приготовилась то ли к защите, то ли к нападению.

Темный?!

Даже не знаю, отчего не огрела заглянувшего в проем Ламберта. При виде меня он только удивленно вздернул бровь и ловко забрался в шкаф. Проделал все так быстро, словно всю жизнь тренировался на чужой мебели.

Что за наглость?!

— Тут нет места двоим! — заявила я и сложила руки на груди, словно это могло помочь выгнать незваного гостя.

— Я так и подумал, — не стал спорить парень, и по щелчку пальцев вместо отсутствующей дверцы проем заткнуло сорванное со стены зеркало.

Сам темный придвинулся ко мне и замолчал.

В шкафу стало сразу мало места, не говоря про то, что маг прижимался как-то слишком активно, ища выгодное положение.

Как представила, что нас найдут вдвоем, так сразу жаром опалило лицо.

— Тоже мне женская раздевалка, — пробормотал кто-то голосом секретаря Сильвера. — Один мусор кругом.

Можно подумать, что мужская за столько лет начала благоухать розами, а у входа выросли ромашки. Видела я их кем-то забытые трусы в горошек, когда мимо пробегала, никакого порядка!

Секретарь оказался дотошным работником и принялся греметь мебелью, явно намереваясь выслужиться перед руководством.

— Сильвер, кого-нибудь нашел? — Громогласный голос профессора истории заставил меня натянуться словно струна.

Нудный дядька, а еще очень мстительный. И он до сих пор у нас преподавал.

Раздавшийся деревянный скрип резанул по ушам, а после все повторилось.

— В первом шкафу пусто! — сообщил Сильвер.

— В одном туалете тоже, — в тон ему ответил историк.

Он что, под крышку унитаза заглядывал?

Мы с темным непроизвольно придвинулись друг к другу и перестали дышать.

— Сильвер, может, пойдем отсюда? Какой дурак будет прятаться прямо здесь, в центре событий?

— А как же поручение лорда Кроссмана? Ректор спросит, как все было. — В голосе секретаря промелькнуло сомнение.

— Раз ты такой молодец, иди вместе со мной и обыскивай уборные, — припечатал историк.

— Вы отлично справляетесь, профессор! — подхалимным тоном парировал секретарь.

Приблизившиеся шаги заставили меня напрячься, а пальцы снова сами собой сложились в конфигурацию. Напряжение все возрастало. А еще я переживала за Нелли, помочь которой сейчас уже никак не могла. Самообладание у боевых магов должно быть на высоте, а вот у меня едва не появилась искра. Ламберт вовремя накрыл своей ладонью мою руку.

— Терпение, Виола, — чуть слышно прошептал темный.

Губы мага коснулись моего виска, и по коже пробежали торопливые мурашки. Казалось, произнес всего два слова, а у меня сердце замерло, словно где-то был заложен тайный смысл с особым подтекстом. И вообще, разве можно запускать парня с таким завораживающим голосом в шкаф к честным девушкам?

А еще я не могла не чувствовать этот запах. Мужской, обволакивающий, с древесными нотами и удивительно приятный. Можно подумать, что несколькими минутами ранее Ламберт не состязался с Риком Шуртом, а танцевал бальные танцы и даже не вспотел.

Я тряхнула головой, выкидывая лишние мысли, и как-то так вышло (совершенно случайно!) — заехала лбом по подбородку парня.

— Ты что творишь, ненормальная?! — зашипел темный, и явно от боли.

Эти слова привели меня в чувство, и даже захотелось напомнить, что не я к нему в шкаф добавилась, а он ко мне. Ткнула пальцем в грудную клетку мага, чтобы тот перестал ко мне прижиматься, но едва я это сделала, как снаружи донеслось ехидное:

— А зеркальце-то от другого шкафчика.

Хоть бы кто угомонил этого дотошного страдальца, чего он выслуживается?! Нет бы брал пример с профессора и вообще шел к нему.

Сердце остановилось, забыв о своей функции. Мы с Ламбертом переглянулись и замерли, готовые к феерическому провалу.

Упертый секретарь принялся отрывать зеркало от шкафа, а я прикрыла глаза, понимая, что сейчас нас найдут. Не отвертеться! И это будет новость дня, недели, а то и месяца в нашей академии. А еще мы непременно попадем в стенгазету на всеобщее обозрение и радость адептов, которых поймали магистры. Быть застуканной в узком пространстве вместе с темным — это еще та горячая сплетня.

Я прикусила щеку, когда Сильвер наконец-то отодрал зеркало и приставил его рядом со шкафом. После чего заглянул к нам и, разочарованно глядя по стенкам, буркнул себе под нос:

— А я-то думал, что тут кто-то прячется.

Секретарь перестал пялиться, прислонил зеркало к дверному проему многострадального шкафчика и громко сказал:

— Надеюсь, нам сегодня все-таки удастся кого-нибудь отыскать. Может, за это даже выпишут премию.

В ответ послышался хохот профессора.

Все, тушите свет!

Взглянула на темного, но неожиданно для себя обнаружила его ладонь, лежащую на моем плече. Когда успел?! Я немедленно дернулась, стряхивая чужую руку.

— Скажи, что так ты пытался меня удержать от глупости! — потребовала я.

— Разумеется, — усмехнулся наглец. — Могла бы поблагодарить.

— Спасибо! — немедленно заявила я.

Неблагодарной девицей быть нехорошо. И я даже собралась спросить, что это было — полог невидимости или отвод глаз, как вдруг неугомонный секретарь снова заговорил:

— Остался последний шкаф и комод, и больше проверять негде.

Магические силы, заберите этого активиста куда-нибудь подальше! Может, старая люстра упадет ему на голову или штукатурка?! Достаточно одного разика, а лучше двух.

Я вздрогнула, что не укрылось от Ламберта. На его вопросительный взгляд прошептала:

— Там сестра.

Алан сжал губы, нахмурился, после чего ухмыльнулся и кулаком стукнул по только-только прислоненному зеркалу. Оно, само собой, с грохотом упало, зацепив неугомонного секретаря. Не знаю, такого ли эффекта добивался маг, но, когда мы дружно выглянули, Сильвер лежал на полу, раскинув руки, и, кажется, даже не дышал.

— Ви?! — позвала меня сестрица.

Она высунулась из своего убежища и сейчас таращилась то на меня, то на шустро вылезшего из шкафа Ламберта, то на не подающего признаков жизни секретаря.

— Сильвер, у тебя все в порядке? — послышался голос историка. — Может, помочь?

Ну здравствуй, начало учебного года. Я тебя никогда не забуду!

Приближающиеся шаги вызвали легкую панику, и надо было срочно спасать ситуацию. Я направилась в свой шкаф и на ходу бросила Нелли:

— Прячься там же, потом поговорим.

— Ну уж нет! Я только с тобой, — прошептала сестрица и прыгнула вслед за мной.

Драгоценная родственница так ловко оттеснила меня локтями, что первая оказалась у задней стенки убежища.

— Девушки, не орите, — зловещим тоном произнес Ламберт, а потом и сам запрыгнул в шкаф вслед за нами.

Вы в курсе, как чувствует себя селедка в бочке? Лучше не знать, уверяю вас! Нелли принялась ерзать, чтобы отвоевать место поудобнее, в результате мы с Ламбертом одновременно прикрикнули на нее, и сестрице пришлось замереть. Чувствовать спиной тепло темного мага было странно, однако сопящая родственница не давала моим мыслям свернуть в романтическом направлении. Кто бы мог подумать, что из любимой мелкой егозы-сестренки вырастет такая вредная зараза!

Едва мы устроились и перестали ерзать, как послышались шаги и тяжелый вздох историка:

— Другой мой Сильвер, чрезмерное рвение никогда до добра не доводит. И кто, спрашивается, просил крушить и без того сломанную мебель? Ну и молодежь пошла.

В ответ на вполне законный упрек профессора секретарь соизволил простонать, но мужчина был неумолим и продолжил:

— А раз встать не можешь, то терпи. Сейчас вытащу тебя на травку, вмиг полегчает. Отлежишься и на своих двоих поковыляешь в лазарет.

Не знаю, куда именно потащил историк секретаря, но подхватил он его не под мышки и даже магию для левитации не использовал (хотя и маг!). Видимо, чтобы проучить чересчур строптивого помощника, профессор потащил парня за ноги, впрягся, как конь в телегу, и при этом голова Сильвера волочилась по полу, как нечто ненужное, нуждающееся в просветлении.

Полагаю, Алан Ламберт снова использовал свое заклинание, и историк нас даже не заметил. А вот мы, как завороженные, смотрели из шкафа на этих двоих, пока они не скрылись с глаз долой.

Первым наше убежище покинул темный.

— Это же больно, — произнесла Нелли, глядя на прочерченную телом Сильвера дорожку.

Сама сестрица выходить из шкафа не спешила.

— Можешь предложить свою помощь и поддержать голову недоумку-секретарю. Уверена, ректор оценит рвение, — заявила я и двинулась вслед за Ламбертом.

Темный мне не нравился, но нельзя не отметить очевидного: думать он умел и действовал так, как в итоге оказывалось лучшим вариантом. А раз так, то с ним может быть безопаснее, чем без него.

— Какая ты нечувствительная, Ви, — буркнула Неля.

— Потом поговорим, — предупредила я сестру и уставилась на Ламберта: — План спасения есть?

— Дождаться темноты и уйти отсюда? — предложил он.

— Неплохо, — согласилась я. — Лишь бы кто-нибудь к нам не забрел. Только надо поторопиться, ведь общежития закрываются в десять вечера, а центральный вход через ворота немногим позже.

— А потом что? — нахмурилась Нелли.

— Два варианта: остаться ночевать на улице, а рано утром попасть к себе, можно еще втереться в доверие к дежурной. — Тут я замерла, вспомнив свирепое лицо орчанки тети Грабы, и второй пункт отпал сам собой.

— А третий имеется? — поинтересовался Алан Ламберт.

В глазах мага плескались смешинки, и, судя по всему, весело было только ему одному.

— Есть. Влезть в окно второго этажа общежития, — спокойно ответила я.

Разговаривать с малознакомым парнем было, собственно говоря, особо и не о чем. У меня не было желания расспрашивать темного о том, какое он применил заклинание в тот момент, когда секретарь нас не заметил. Рядом была сестрица, а ей пока такое знать противопоказано. Поэтому, когда было принято решение переждать мечущихся по округе преподавателей, мы с Нелли прилипли к окну и старательно отслеживали вездесущих магистров. К слову, довольно быстро они прочесали ближайшие кусты, прихватили пришедшего в себя Сильвера, после чего покинули стадион и наверняка отправились в сторону академии.

Глава 7. Как попасть в свою комнату и не опозориться

Виолетта Калин

Когда темнота на улице стала отчетливой, мы вышли из здания. Ламберт выдвинулся первым, Нелли увязалась за ним, я прикрывала всю команду. Шли в обход и даже поторапливались, однако стоило приблизиться к воротам, как нас неожиданно встретил историк. Профессор выглядел слегка потрепанным, на куртке в районе боков темнели грязные пятна, словно мужчину кто-то пинал и он забыл переодеться. Однако когда я присмотрелась, то поняла, что это следы от обуви секретаря. Молча посочувствовала и тут же приняла покаянный вид, встав впереди всей нашей команды.

— Извините, такое больше не повторится, — грустно произнесла я.

— Адептка Калин, где вы были?

Сказано все было настолько требовательно, что я заморгала. Нет, мне совершенно не хотелось рыдать, я всего лишь надеялась, что слезный способ поможет разжалобить мужчину, зачем-то застрявшего на проходной. И даже попыталась выдавить из себя хоть капельку влаги, однако реветь отчего-то не тянуло совсем. Пришлось потереть сухие глаза пальцем, словно я действительно пустила слезу.

— Гуляли, господин профессор, — ответила я и практически не соврала, ведь академия расположена на территории населенного пункта. — Сестра поступила к нам, а сегодня первый день, и мне захотелось показать ей городок. Только со временем не рассчитали. Дальше ведь задавать будут много, и не факт, что удастся вырваться на выходных.

— Правда ваша, адептка Калин, будет сложнее. Через неделю жду доклад о первом ректоре Хагендорфа, и меня совершенно не интересуют общие сведения. Найдете что-нибудь необычное, но подкрепленное фактами. Теперь проходите, и быстрее. И друзей своих заберите, а в следующий раз не опаздывайте!

Я опешила и захлопала глазами, ведь доклад про ректора темных! И где я возьму такой материал?! Однако спорить не посмела и быстро проскочила через проходную. Задерживаться не стоило, ведь, преодолев одно препятствие, непременно встретишь другое.

Так и оказалось. Когда мы подошли к женскому общежитию, выяснилось, что орчанка заперла двери, сама же вытащила стул и уселась перед входом, чтобы никто не проник без ее ведома. Сложила руки на груди и задремала.

Мы безнадежно опоздали, и это не добавляло хорошего настроения.

К этому времени Ламберт отстал от нас, наверняка отправился к себе, что и неудивительно. Меня его проблемы не волновали, гораздо важнее было попасть в свою комнату.

— Что будем делать, Ви? — спросила Нелли.

Сестра поежилась и обняла себя руками. Легкая блузка совершенно не подходила к вечерней прохладе.

Я нащупала в кармане несколько монет и двинулась вдоль первого этажа, только подальше от орчанки. Ломиться во все подряд окна не стоило, но я была уверена, что кое-кто точно не откажется пропустить нас через окно, и даже была готова заплатить за это. Нашла нужное место и постучалась, только в ответ никто не открыл. Увы, но именно сегодня в этом окне не было света, как и во многих других. Складывалось впечатление, что на стадионе побывали все.

Я запрокинула голову и уставилась на собственное окно. Рамы были прикрыты, но не заперты — забыла это сделать, потому что торопилась, но тут проблемы я не видела. Заклятие от чужого проникновения накладывала сама, а потому никто бы не решился ко мне попасть, да и зачем?

— А где наше окно? — поинтересовалась сестра. — Может, мы сумеем так залезть?

— Ты хоть раз подобное практиковала?

— Никогда. — Плечи Нелли опустились.

— Я так и думала. А окно над нами. — Я ткнула пальцем вверх. — К сожалению, магия земли мне поддается плохо, и именно в этом месте замковая стена гладкая и отсутствует плющ.

Зеленое ползущее растение давно содрали с высокого каменного забора, ограждавшего академию. А то, что оказалось внутри, было красиво опутано плющом. Подозреваю, что проплешины на стенах общежития сотворили активные адепты, под весом которых растения попросту оборвались.

— Может, постучимся в другие окна?

— Не стоит, — покачала я головой.

Сплетни — это то, чего нам для полного счастья сейчас и не хватало, да и не везде жили те, с кем бы мне хотелось общаться.

— Ладно, сейчас что-нибудь придумаю.

Я уставилась на свисающую с крыши зеленую лавину, положила руки на стену и мысленно обратилась к растению. Темнота не способствовала общению, но я старалась.

— Ви, плющ спускается к нам! — удивленно прошептала сестра и схватилась за меня. — Ты настоящий маг!

— Нелли, если сейчас же меня не отпустишь, то у меня онемеет плечо, — предупредила я.

— Извини, оно само так вышло, — пробормотала сестра и отцепилась.

Видимость оставляла желать лучшего, но растение все равно ловило магию и откликалось. А когда оно замерло напротив нашего окна, я вздохнула свободнее. Затем снова направила поток силы к плющу, а он, вредная зараза, взял и застыл в метре над нами. И что бы я ни делала, ни в какую не желал спускаться.

Сестрица даже попрыгала, но в итоге подвернула ногу и тихо взвыла.

— Чтобы я еще хоть раз туда пошла! — выругалась Нелли.

— Не забудь только про свои слова в тот самый следующий раз, — хмыкнула я. Потерла ладошки, подняла их, чтобы снова прислонить к стене и заняться плющом, когда неожиданно рядом с нами раздалось:

— А через дверь зайти не пробовали?

Я резко обернулась и едва ли не нос к носу столкнулась с Ламбертом. Он был не один, а в компании своей свиты: Генри Шарго и Седрика Баха.

— Умник, — буркнула сестра и придвинулась ко мне поближе.

— Девчонки, мы можем потесниться, — широко улыбнулся темный Генри.

— Ты хочешь спать на улице и уступить нам свою комнату? — заинтересовалась я.

Разумеется, я не ждала от темных ничего приличного, но вдруг ошибалась? Вдруг он предложил исключительно по доброте душевной, а не из желания посмотреть, как девица покраснеет или же сразу согласится?

— Мы можем занять ее вместе, — осклабился умник.

— Перебьешься. Вы уже успели убраться в оранжерее и теперь дышите свежим воздухом? Как там поживает сломанный кактус?

Да, я не одуванчик и тоже могу укусить в ответ.

— Вредина, — заявил Ламберт. — Не можешь попасть к себе?

— Общежитие заперто, и у дверей сидит орчанка. Охраняет вход, — поделилась проблемой сестрица.

— Помочь? — предложил Ламберт.

Я взглянула на него настороженно. Он снова оказался там же, где и мы, но зачем? Чего этим темным от нас надо? Разумеется, ничего такого позволять данным товарищам я не собиралась, а вот от помощи отказываться не стала.

— А сумеешь?

— Пф! — скривился Седрик Бах. — Мы и не такое можем.

Парень приложил руку к стене, и — о чудо! — зеленая масса начала спускаться. Да так быстро, что я едва успела выдохнуть от облегчения. Осталось только придать прочность стволу и веточкам и взобраться к себе.

А потом случилось неожиданное — мощные усики-ветки плюща как огромные лапы обхватили темного и дернули его вверх. Резко, словно растение решило перекинуть хвастуна через крышу общежития.

— А! — вырвалось у Седрика.

— Замри! — скомандовала я плющу.

Зеленая масса качнулась и послушно остановилась.

Ламберт же вдруг обзавелся плетью и схватил за ноги друга, дернул парня на себя. Бах с грохотом упал на траву, причем вышло так, что носом едва не приложился к туфлям Нелли. Плющ повис над нами, как кобра, распушившая капюшон из листиков. Жуткое зрелище, и я бы непременно рассмотрела, что к чему, но усталость брала свое.

— Алан, ты решил поквитаться со мной на территории светлых? — простонал Седрик Бах.

— Нет, я всего лишь спас тебя, — будничным тоном отозвался Ламберт, после чего обратился ко мне: — Помочь?

— Вот так же? — Я со смешком ткнула в поднимающегося с земли Седрика. — Ламберт, ты хочешь моей смерти?

— Алан. Меня зовут Алан, — заявил темный.

Карие глаза его светились весельем, а сам парень старательно сжимал губы, чтобы не засмеяться.

Неожиданно я улыбнулась в ответ, но тут же поймала себя на этом действии. Пришлось прикусить щеку, чтобы не выглядело, будто я поплыла всего лишь от внимания. Вот еще!

— Я Виолетта, а это моя сестра Нелли. И да, нам действительно нужно попасть в общежитие, и желательно сегодня.

— Сделаем. Могу подсадить, если не боишься упасть, — продолжил маг.

И предлагал он это так уверенно, что не осталось сомнений в его возможностях. Я снова заподозрила Ламберта в знаниях, отличных от тех, что получают на четвертом курсе. У темных точно другая программа, не как у нас.

— Упасть как он? — указала на Седрика.

— Сам виноват. Так что?

— Договорились, — согласилась я, и в ту же секунду руки парня коснулись моей талии.

Наше положение могло показаться провокационным, я даже почувствовала исходящий от мага запах. Тот самый, которым заинтересовалась, пока пряталась в шкафу. И я никогда и ни от кого не чувствовала подобного завораживающего аромата.

Ламберт попытался меня поднять, но вдруг поморщился:

— Виолетта, ты когда успела поужинать?

Подобное предположение просто оскорбило!

— Тебя забыла спросить, — огрызнулась я и треснула парня по рукам.

Флер загадочности тут же слетел с темного.

— Ладно, будем действовать иначе. Генри, ты можешь копировать своего Мурзика? — спросил Ламберт.

Алан отвел от меня взгляд так быстро, что я заподозрила парня в чем-то пока еще непонятном. Может, ему стало неудобно за слова про мой вес?

— Зачем это? — заинтересовался темный, помеченный синяком. — Могу, а что?

— Лезь в ближайшие к орчанке кусты и мяукай. Как только тетка отойдет от двери, Виолетта с сестрой проберутся в общежитие.

Спустя несколько минут мы с Нелли оказались в своей комнате. Грозная и порой грубоватая тетя Граба неожиданно прониклась кошачьим воплем, который темный почему-то посчитал за мяуканье. Орчанка проснулась и пошла искать виновника неприятного звука, который издавал спрятавшийся в кустах Генри. Чем все закончилось и кого именно нашла сторожиха, я не узнала.

Преодолев те самые заветные двери, мы с сестрой направились к себе. И я даже не стала спрашивать, кто первый принимает душ, а пошла сама.

Разговор с Нелли я отложила на утро, решив встать пораньше. Сейчас же стоило коснуться головой подушки, как я тут же уснула.

Ночью снова раздался храп сестрицы, но на этот раз в нем звучали ноющие нотки. Словно Неля жаловалась матушке то ли на меня, то ли на свои приключения, едва не закончившиеся отчислением из академии.

Уверена, ректорское расследование еще не завершено и виноватых точно выставят на линейке перед всеми. Однако то, что темный нас спас, несомненно. Надо, что ли, еще раз сказать ему спасибо, а заодно разузнать насчет их ректора. Может, Алан подскажет, в каком направлении действовать.

Я щелкнула пальцами, и сестрицу накрыло непроницаемым куполом. После чего мне оставалось только повернуться на другой бок и спокойно уснуть. На этот раз до утра.

Глава 8. Что забыли темные в светлой академии

Алан Ламберт

Алан едва успел вернуться к себе в комнату, как в открытое окно влетел вестник: письмо от дядьки. Сам лорд Фредерик Ламберт, он же куратор Хагендорфа, находился за пределами светлой академии и проживал неподалеку. Однако даже в этот поздний час желал видеть племянника.

«Алан, постарайся быть у меня в ближайшее время», — писал родственник.

Пояснения были не нужны. Фред хотел отчет о сегодняшнем дне, и Ламберт-младший был готов его сделать. Портал открылся без проблем, и уже через несколько секунд Алан очутился в просторной гостиной. Дядюшка нашелся сидящим в кресле у камина. Куратор темной академии потягивал вино из бокала, а на его коленях лежала тетрадь с записями. Хотел бы адепт заглянуть в содержание текста, однако, заметив интерес племянника, лорд быстро захлопнул свои бумаги.

— Как прошел день? — с ходу задал вопрос Фред и тут же сделал жест рукой, приглашая племянника сесть.

Рассказ вышел недолгим, и он касался общего впечатления об академии светлых. Единственное, о чем не стал упоминать Алан, так это о Виолетте Калин. Адептке, на которую он сразу обратил внимание. Даже сейчас маг мог без труда воспроизвести в памяти ее взгляд, когда девчонка увидела темных в портальной комнате. Восторга у нее не было ни на медяк, а вот желание отомстить за смешки довольно быстро переросло в маленькую месть. Не каждая такое себе позволила бы, а эта и стесняться не стала, но провернула все молча и ловко.

Это заинтересовало Алана, но впечатлений было много, а стоило присматриваться и к окружению. Поэтому на какое-то время маг забыл о шустрой девице. Тем приятнее было узнать, что учиться им предстоит вместе. Более того, половину занятия Ламберт провел, рассматривая девушку со спины. И надо заметить, то, что маг видел, ему очень нравилось: идеальные линии тела, нежная кожа, выбившиеся из косы светлые волосы и даже ее попытка сделать вид, что их, новеньких, в аудитории нет.

Как маг Виолетта оказалась сильной, это Алан сразу понял, хоть и не стал применять все свои умения. Хотелось знать, чему учат в Лаории, какие приемы предпочитают светлые боевые маги. Они оба словно не состязались, а танцевали, выставленные перед всей группой. Жаль, что места оказалось мало, на тренировочном поле было бы куда удобнее.

Слегка разочаровал Генри, проигравший старосте светлых. Это могло быть тактичным ходом, но Алан видел — Шарго действительно не справился с Риком Шуртом.

Тем интереснее было бы встретиться с этим старостой, бросавшим на Виолетту ревнивые взгляды. Алан сразу понял, что Рик Шурт неровно дышит к девушке, чего не скажешь о ней самой.

Дальше и вовсе все сложилось удачно, этот староста неожиданно предложил помериться силой на ежегодных тайных боях. В темной академии они тоже существовали, и Алан был уверен, что подобное развлечение встречалось везде. Но с чего Шурт решил, что темный позволит себя побить? Или этот светлый настолько самоуверен? Возможно, он приревновал понравившуюся адептку Калин к темному магу, который уселся позади самой девицы.

— Как провел день мой младший племянник? Я слышал, в этом году у светлых много первокурсников. Надеюсь, Ивар не вляпался в какую-нибудь историю.

— У него все в порядке.

— Это хорошо. Даже не знаю, разочарован ли я в нашей миссии или нет.

Оба Ламберта посмотрели друг на друга и промолчали. Хагендорфцы и лаорийцы издавна отправляли друг другу делегации, но вот чтобы случился обмен адептами — такого не было уже несколько столетий.

По личному распоряжению короля и королевы было решено устроить рокировку адептов. Любовь светлого монарха и темной принцессы выкинула подобный фортель, хотя нельзя было не признать: определенный толк от этого решения есть.

В результате возглавил компанию куратор Хагендорфа лорд Фредерик Ламберт. По его же настоянию была сформирована группа адептов для обмена, в которую вошли два племянника самого лорда и еще несколько талантливых магов. Главный смысл миссии — получение знаний. Но это светлые, а значит, потенциальные враги, и надо быть настороже.

Существовало перемирие, и очень давно. Даже браков между магами с разных сторон случилось много за последние столетия. И все же то и дело в тавернах вспыхивали конфликты между перебравшими вина темными и светлыми, заканчивающиеся непременным мордобоем.

Монархи придумали эту чехарду, а вот дипломаты и спецслужбы эйфории не испытывали. Поэтому Алану, как старшему из адептов, было поручено отчитываться о прошедшем дне, а сам лорд Фредерик на какое-то время намеревался задержаться в столице, но жить за пределами академии.

— И ты тоже убирался в оранжерее? — хмыкнул лорд.

— Присутствовал, — кивнул Алан и протянул ноги к камину.

До вина он даже не дотронулся, зато не отказался от предложенного ужина.

Сегодняшний день был сложным, но насыщенным. Особенно вторая его часть, когда после окончания боя с Риком Шуртом он бросился за Виолеттой. Почему именно за ней, маг и сам на сто процентов не знал, однако чувствовал — эта девица разумна и наверняка выведет к безопасному месту. Быть пойманным светлыми Алану совершенно не хотелось.

Оказалось, что Виолетта пыталась спасти свою сестру, которая, вместо того чтобы убежать, спряталась в ближайшем здании. Как страус, воткнувший голову в песок и посчитавший, что этого достаточно. Младший брат Ивар так не поступал, но у него были свои причуды, которые с возрастом наверняка должны пройти.

Очутиться в одном шкафу с адепткой Калин оказалось неожиданно приятно. К ней потянуло как никогда и ни к кому, хотя с чего бы так — разбираться было попросту некогда. Ситуация не располагала к размышлениям, а придурок-секретарь выслуживался и топтался в заброшенной раздевалке.

А еще Алан был уверен, что если бы он прикоснулся с нежностью к Виолетте, то девушка этого бы не оценила. В ответ тычок в бок мог бы стать самым быстрым вариантом.

В итоге они покинули заброшенное поле и оказались на территории академии, после чего разошлись. Ламберт отправился к себе и почти сразу наткнулся на Седрика и Генри. Как оказалось, тем удалось избежать столкновения со светлыми магистрами: парни довольно быстро покинули место облавы. А еще отчего-то совершенно не переживали за самого Алана.

— Чем займемся? — поинтересовался Генри и потер лоб, на котором даже в это позднее время при уличном освещении хорошо просматривался синяк.

— Может, заглянем к девчонкам? Они нас приглашали в гости, — напомнил Седрик. — Я еще не жрал с этой беготней, у них и пожуем.

— Интересно, работает ли столовая у светлых в это время? — задался вопросом Генри. — Я готов съесть кабана.

— Пошли проверим, — предложил Алан.

Идти к тройке новых знакомых девиц ему совершенно не хотелось. Пошел бы он к ним, будь среди них Виолетта Калин? Наверняка.

Путь парней к столовой лежал мимо женского общежития, и неудивительно, что на глаза попались обе сестрицы Калин. Довольно скоро стало понятно, что они не смогли попасть к себе. Топтались под окнами, тогда как дверь подпирала цербер-орчанка — дама крупных форм и наверняка сурового характера, раз сестры ее не разбудили. Хорошо, что у самих темных в Хагендорфе двери запираются магией, а не внушительного вида орками.

Алан предложил свою помощь Виолетте и почти сразу пошел на попятный. Придумал причину! Девушка весила как нормальный человек, а не изможденная диетами модница, но поднимать маг ее не стал. Слишком близко она оказалась, не говоря про ладони, которые Ламберт положил на талию Ви. А мужской организм, он такой, отреагировал мгновенно. И это всего лишь от прикосновения, а что бы было, решись он тогда поцеловать ее в шкафу?!

Тьма, что с ним происходит?!

Хорошо, что на улице уже не светлый день и никто не заметил досады на лице мага. Сам же Ламберт быстро нашел выход. Раз не вышло отправить обеих Калин через окно, стоит попробовать пропихнуть их через дверь. Только поначалу отвлечь зеленую тетку, чтобы она ненароком не прибила всех желающих попасть к себе в комнату, а заодно и группу поддержки.

Генри даже не сопротивлялся и довольно ловко забрался в кусты и оттуда изобразил кота, которому наступили на хвост. Что-что, а парни всегда были рады поддержать шутки и безобразия. Орчанка проснулась, повертела головой, словно догадалась, что над ней посмеялись. Затем поднялась со стула и решительно направилась к тому месту, откуда доносились кошачьи вопли.

Девицы Калин воспользовались моментом и ловко прошмыгнули в приоткрытую дверь. Оставалось только надеяться, что в коридорах не прятались магистры, готовые хватать припозднившихся адепток.

— Сейчас зеленая поймает Генри и оторвет ему все, что похоже на хвост и уши, — выдохнул Седрик, когда орчанка остановилась возле высоких насаждений.

Парни с сочувствием переглянулись и снова уставились на место основного действия. И тут из кустов выскочили два самых обычных кота, которые при виде орчанки бросились врассыпную. Зеленокожая тетка выругалась, шумно сплюнула и вернулась на место.

— Уходим, — приказал Ламберт, и повторять дважды не пришлось.

Как парни и подозревали, в это позднее время столовая светлых отпугивала адептов темными окнами. Значит, завтрак они точно не пропустят, хотя Алан был уверен, что друзья сегодня голодать не будут и где-нибудь наедятся.

Ламберт думал, что отдохнет, а вместо этого оказался у дядюшки. И вот теперь они оба сидели и смотрели на камин. Лорд Фредерик слыл закоренелым холостяком и красавчиком в свои пятьдесят лет. А потому, даже оказавшись у светлых, сразу привлек к себе внимание. Алан заметил, что горничная и та бросила заинтересованный взгляд на темного лорда.

— Как думаешь, много у светлых хороших магов? Таких, которые могли бы сравниться с тобой?

— Сегодня только первый день, — напомнил Алан, и мысли свернули к Ви.

О Калин адепт снова не упомянул.

— Изучай, — согласился лорд. Глаза мага сверкнули, и он самодовольно оскалился: — Интересно, кого в ответ пришлют к нам? Таких же балбесов, как Генри и твой младший брат, или кого посмышленее?

Алан отвечать не стал, потому что ответа пока не знал никто.

В общем-то, если изначально поездка в Лаорию не вызывала у парня особого интереса, то сегодняшний день доказал — скучать здесь не придется. Светлые на всю голову адепты знали толк в развлечениях.

— Алан, тут что, плохо кормят? — Фред нахмурился.

Только сейчас Ламберт-младший заметил, что его тарелка как-то быстро опустела.

— Так сегодня были подпольные бои, я не успел в столовую.

— Слышал, что у светлых бои проходят с огоньком. Кстати, я тоже не на диване весь день просидел. У меня есть отличная новость, правда, она еще не проверена. Заняться этим придется и тебе тоже. Сегодня в ресторации я случайно встретился с одним магом, когда-то интересовавшимся древними рукописями. Так вот, он похвастался, что в академической библиотеке есть старинная книга темных, к которой его допустили, но о которой мало кто знает.

— Думаешь, наша? — Алан встрепенулся.

Разумеется, он не поверил в случайность встречи, дядя мастер на интриги.

В годы открытого противостояния со светлыми, пару веков назад, из личной библиотеки Ламбертов пропала книга заклинаний, написанная далеким предком. Разумеется, и без нее справились, но то ценнейший раритет и вообще вещь, принадлежащая семье. И никому не позволено ее воровать.

— Вполне возможно, но надо проверить. И будь осторожен, Алан, никто не должен знать, что ты ищешь. Столько лет мы ничего о ней не слышали, и вот удача улыбнулась нам.

— Я постараюсь, — пообещал адепт.

— Для начала надо узнать, действительно ли книга в Лаории, ведь с момента, когда этот светлый ей пользовался, прошло лет десять.

Алану оставалось только кивнуть, после чего отправиться к себе. Он успел снять рубашку и бросить ее на кровать, когда послышался стук в дверь, да такой настойчивый, словно кто-то немедленно хотел его видеть и отказывался понимать, что за окном уже ночь.

Ламберт потер лицо и отправился открывать. За дверью стоял возмущенный Генри. Выглядел он слегка навеселе, а еще от Шарго воняло чесноком.

— Алан, ты чего заперся? Второй раз к тебе прихожу, — заявил незваный гость и вытянул шею, словно пытался рассмотреть в комнате кого-то еще. — Ты не один?

— С первого раза было непонятно, что меня нет, решил убедиться повторно? Зачем пришел?

— У тебя есть что-нибудь от желудка? Не пойму, в чем дело, только скручивает, как после того вина, что мы пили месяц назад. А я всего лишь домашнюю колбаску доел, и все. Наверное, у меня желудочный грипп.

— Надо меньше жрать чесночной колбасы на ночь, или хотя бы вприкуску с хлебом, — ответил Ламберт. — Тебе к целителям.

— Ну вот. А я-то думал, что у друга все есть.

— Нет. — Алан закрыл перед нетрезвым парнем дверь и направился в ванную.

День выдался непростым, а подкинутое родственником задание следовало обдумать. Попасть в библиотеку было несложно, но это в общий зал. Оставалось найти тот, который не для обычного пользования, и взять то, что веками принадлежало семье, пока не было украдено светлыми. Предок Ламбертов, написавший книгу тех самых редких заклинаний, слыл известным магом. Он же был основателем и первым ректором Хагендорфа. Впоследствии семья курировала академию, сейчас этим непростым делом занимался лорд Фредерик.

Глава 9. Выселение сестры

Виолетта Калин

Проснулась я очень рано и первая отправилась в ванную. Перед тем как прикрыть за собой дверь, сняла звуковой купол над сестрой. Неля этого даже не заметила — она сопела, отвернувшись от меня.

Стоя под теплыми струями воды, я вспомнила вчерашний день и в очередной раз убедилась, что с сестрой надо поговорить. Непременно!

Я прикрыла глаза, ощущая, как теплые струи касаются волос и спускаются по плечам, и неожиданно (абсолютно случайно!) перед моими глазами возник Алан Ламберт. Такой, каким он был в шкафу.

Само собой, я была в курсе, что темные хорошо умеют кружить головы девицам, и наверняка это же едва не случилось со мной. Однако трудно было не заметить сильные красивые руки, да и телосложение парня на высоте.

Со смешком тряхнула головой, осознавая, что мы с Ламбертом знакомы несколько дней, а я уже о нем задумалась. Нет уж! Пусть своими помпонами другие трясут перед ним и прыгают, строят глазки. Мне же нужно написать доклад, и вот ради этого я забегу сегодня в библиотеку или пообщаюсь с Ламбертом. Должен же он знать что-то о ректоре Хагендорфа?! Может, тот хромал, но всячески стеснялся на людях это демонстрировать? Или же был лысым, косым, а из уважения к должности никто о таком не упоминал?

Ободренная собственными планами, я отключила воду, открыла глаза, и тут до меня донеслось:

— Ви, ты долго?

— Еще минуту, — ответила сестре.

Однако когда я собралась выйти из ванной, Нелли остановилась в дверях, не давая мне пройти, и хитро так поинтересовалась:

—Ви! Ты была на боях с тем темным парнем?

Кто о чем, а лысый о расческе!

— Разумеется. — Я без труда рукой отодвинула Нелли с дороги и прошла в комнату. — Разве ты не видела, что мы вместе с ним лезли в шкаф?

— Шутишь, его с нами не было. И все же откуда он взялся?

— Ветром прибило, как и секретаря? — предположила я.

На самом деле я хорошо помнила, что в тот тревожный момент, когда адепты узнали о появлении магистров, Алан Ламберт дрался с нашим старостой. Мне же пришлось гоняться за самой Нелли, поэтому прочие мелочи ускользнули от моего внимания.

— Знаешь, Ви, когда этот ненормальный секретарь нас разыскивал, я жуть как испугалась. И я бы тоже предпочла прятаться в шкафу с кем-нибудь, лишь бы не сидеть там одной. Этот темный мог бы и ко мне в шкаф залезть, я бы так от страха не тряслась. И зачем только пошла на эти бои?!

— Наверное, стоило посоветоваться со мной? — Я вопросительно приподняла брови. — Неля, ты не помнишь, не роняли тебя в детстве?

— Нет, а что?

— Головой сама не ударялась?

— Было разок, когда полезла за мячом под кровать. Виолетта, что за допрос?!

— А я все гадаю, с чего ты такая безответственная и делаешь только то, что хочется, и не думая о последствиях. Я понимаю, ты вырвалась из-под власти маменьки и желаешь свободы. Но рот-то у тебя имеется. Язык тоже и даже тридцать два зуба. Говоришь — не шепелявишь, все четко и понятно. Так почему бы не спросить про бои?!

— Но ты-то тоже там была, — напомнила Нелли, словно о таком можно забыть.

— Была, — не стала отрицать очевидное. — Тебя искала.

Я промолчала про ставку, все равно бой сорвался, а мои денежки плакали. Лучше бы решила сэкономить, а не гадать, кто из парней наставит шишек другому. Дармовщинка не удалась, а жаль.

И тут в дверь постучали.

— Кого к нам принесло в такую рань? — удивилась сестрица.

— Наверное, это Бонни, моя подруга. Переживает за вчерашнее.

Я открыла дверь и с удивлением посмотрела на двух парней. Тех самых, которые принимали денежные ставки. Я отчего-то понадеялась, что они кого-то разыскивают, поэтому и постучали в первую попавшуюся дверь. Однако один из них, лысый некромант, ловко достал кошелек. Он отсчитал несколько монет, протянул их мне и шепотом произнес:

— Темный вчера успел сделать Рика. Это твой выигрыш, Калин.

Парни ушли так же быстро, как и появились. Даже не стала спрашивать, как они умудрились пройти мимо орчанки. Эти проныры везде сумеют пролезть и внедриться.

Едва я прикрыла дверь, как сестра ехидно сморщилась.

— Говоришь, случайно там оказалась?

— Абсолютно. — Я даже бровью не повела. — К слову, ты с сегодняшнего дня полностью самостоятельная и от меня съезжаешь.

— Куда? — опешила сестрица.

— Не знаю, решите с комендантом.

— А если мест нет? Если этот вредный гном мне откажет?

— Такое вполне возможно, — согласилась я. — Договоришься с Тильдомом, как только кого-то отчислят, он тебя на то место и переведет.

— То есть вместо тебя у меня будет другая соседка? И еще непонятно, кто именно достанется?

— Верно, — спокойно произнесла я, видя, что Нелли задумалась и готова пойти на попятный. — Но ты не переживай, после вчерашнего кого-то могут отчислить.

— И ты так спокойно об этом говоришь?! — воскликнула с упреком сестрица, только меня ее тон даже не задел.

— Я им искренне сочувствую, поверь. А теперь поторопись, а то опоздаешь на завтрак или на занятия.

Умывалась сестрица очень быстро, я только и успела, что надеть платье. Взялась за чулок, натянула на одну ногу, когда Нелли вышла из ванной. Сестра встала передо мной и решительно заявила:

— Я сегодня же доберусь до коменданта, и он мне поможет. Выберу комнату и от тебя съеду. Сделаю жалобное лицо, и орк обязательно пойдет мне навстречу.

— Он гном, — напомнила я, с досадой глядя, как из-под ногтей побежала стрелка.

Испорченная вещь не подлежала починке.

— Какая разница?! — отмахнулась сестра.

Она направила палец на мою ногу, и надо же такому случиться, что капроновый чулок стал как новенький. Нити стянулись, и уже ничто не напоминало о дыре.

— Научишь? — тут же сориентировалась я.

Польза от родственницы все-таки была. Дырки на одежде я латать умела, но не чулки.

— Непременно, — пообещала она. — Но потом. Сейчас тороплюсь на завтрак.

— Как удобно-то, — восхитилась я и принялась расправлять чулок. Однако случилось странное — вещица потеряла тянущиеся свойства.

Я повернула голову и со смешком глянула на Нелли.

— Э-э-э… Не рассчитала. Потренируемся в ближайшее время, — тут же сориентировалась сестрица. — А хочешь, я укреплю тебе остальные вещи? Рваться не будут. Знаешь, как здорово на твоем факультете ходить в идеально чистой одежде даже во время боя?

— Знаю, — согласилась я.

Пришлось мне доставать новую пару чулок, и на этот раз действовала я куда аккуратнее. Сама наложила заклинание укрепления нитей, после чего оделась и отправилась в столовую.

Нелли заявила, что не заблудится, а раз уж она от меня съезжает, то пора проявить самостоятельность. Насколько я поняла, мелкая на меня не обиделась, да и было бы за что. Разумеется, я переживала за сестру, а как иначе?! Не чужая она мне, а родная и любимая.

В столовую я отправилась одна. А по пути мне встретилась Бонни. Подружка выглядела, как всегда, прекрасно: рыжий хвост собран на макушке, идеально сидящая форма на подтянутой фигуре. Разве что я заметила зевок, который она ловко сцедила в кулак.

— Долго играла с братьями в нарды, — пояснила, уловив мой интерес, подруга. — К слову, Ви, а где твоя сестрица?

— Собирается. Думает, куда съедет от меня.

— Что, совсем от рук отбилась? — спросила лиса.

— Есть немного. Я предложила ей хлебнуть самостоятельности.

— Может, поговорить с ней? Воспитать? — посочувствовала подруга. — Давай я с ней сама пообщаюсь. Объясню, что к чему.

— Даже не думай. — Я отмахнулась от этой перспективы. — Справимся. Бонни, когда я поступала сюда, у меня не было старшей сестры, но была ты. Надеюсь, у Нелли хватит ума прислушиваться хотя бы иногда.

За разговором мы пришли в столовую. Набрали еды на подносы и поспешили занять то место, где обычно и сидели. Адепты за соседними столами пересказывали друг другу вчерашние приключения и сочувствовали пойманным. Народ пытался общаться приглушенно, но было все равно шумно.

— Что-то сегодня не видно никого из наших, — заметила лиса.

— Вчера Рик и Джек звали нас с тобой на посиделки, — напомнила я. — Может, еще кто к ним заглянул. Кстати, наш староста проиграл, ты в курсе?

— Да, денежки у меня. — Подруга довольно похлопала по карману платья. — Темный молодец, не подвел нас. Знала бы ты, сколько поставил братец Тонни! Он у нас больше всех доволен, хотя и мне грех жаловаться.

Я тоже не расстроилась, ведь в итоге мои деньги не пропали.

До нас донесся громкий смех. Сразу стало понятно: веселятся сидящие неподалеку темные. Видимо, настроение никто им не испортил, да и выигрыш не подкачал.

Мы с Бонни как по команде повернулись. За столом парней сидели пипидастры, то есть те, кто тряс помпонами во время вчерашнего боя. Три светлых мага, а по сути — курицы, радостно сияющие идейным врагам. И пусть темных было много, но одна из девиц строила глазки Алану. Она же протянула ему пирог с таким игривым видом, словно предложила кусок мяса, зажаренный собственноручно.

И надо было тому произойти, что Ламберт отвернулся от соседки и уставился на меня. Лукавая улыбка пробежала по порочным губам хагендорфца, он наверняка расценил мой взгляд как интерес к своей блондинистой персоне. Наивный. Мне доклад нужен, а не роман с темным, пусть даже и таким привлекательным.

Пойманная на горяченьком, я задрала нос, но глаз не отвела. Нащупала на столе чашку с ягодным напитком и сделала глоток, при этом тоже продолжила смотреть на Ламберта.

На лице парня расцвела улыбка. Маг приподнял брови, явно намереваясь мне что-то сказать. Однако его соседка терпением не обладала и дернула Алана за рукав, тем самым привлекая к себе внимание.

— Это тебе, милый, — просияла хозяйка помпонов. — Он с мясом, я пробовала.

Ламберт убедился, что выпечка целая и никто ее не пожевал, слюнями не измазал, после чего взял подношение из рук настойчивой девицы. Темный снова уставился на меня, подмигнул, затем откусил румяный бок пирога.

Я поневоле сглотнула, неожиданно осознав, что тоже хочу попробовать. Да чтоб у этой заразы блондинистой пирожок поперек горла встал!

Я отвернулась, и практически сразу до меня донесся кашель Ламберта.

А вот нечего брать пироги из рук тех, кто трясет своими помпонами, а потом сует еду кому не следует.

— Виолетта, смотри, это же твоя сестра, — удивленно протянула Бонни.

Я повернула голову.

В столовую зашла Нелли, а рядом с ней темный. Я уже видела его в портальном зале, но тогда он едва не отдавил сестре пальцы и назвал нас курицами. Сейчас же парень гордо нес сумку светлой адептки и изредка поправлял свой блондинистый чуб. К слову, маг показался мне подозрительно похожим на Ламберта, только помоложе.

Темный проводил Нелли до стола с первокурсниками, а потом сел рядом с ними.

— А она времени даром не теряет, — заметила Бонни.

— Похоже на то, — согласилась я.

Чтобы как следует рассмотреть Нелли и ее однокурсников, мне требовалось привстать. Но это было неудобно! Зато Бонни все видела отлично. Она же сказала:

— Он первокурсник и спокойно общается со всеми, сидящими за столом.

— Даже не знаю, как к этому относиться, — честно заявила подруге.

Алан Ламберт с его пирожком и девицами как-то быстро отошел на второй план.

— Если не будет дурой, то академию не бросит. Хотя сама знаешь — часть поступивших девчонок к концу учебы выскакивает замуж. А у некоторых даже дети рождаются, — напомнила подруга.

Увы, я и сама пришла к такой же мысли насчет замужества Нелли. Она сюда прискакала искать жениха, а теперь воплощает свой план.

— Слушай, Ви, братишка спрашивал, не хочешь ли ты с нами попасть в театр в этот выходной. Будет интересно.

— Тонни? — уточнила я, ведь у лисицы их было трое, и все они учились в академии.

— Он самый. Так что, в выходные ты с нами? Говорят, в театр привезут новинку: мужчина-механик крутит барабан, из которого льется история. Все отражается на белоснежной стене, а голоса доносятся из артефакта. Сама не видела, но непременно в выходной пойду. Ты с нами?

— Разумеется, — не стала я отказываться.

Где-то на задворках сознания промелькнула мысль о докладе, но я твердо решила именно сегодня начать над ним работать. После чего принялась расспрашивать Бонни об этой механической новинке, только оказалось, что подруга все знала исключительно со слов братьев.

— «Страсть и любовь» — именно так называется пьеса, — на одном дыхании выпалила лиса.

— Иду с вами! — решительно заявила я.

Новинки всегда интересны, а тут будет выходной — самое время прогуляться. Перемещаться порталом к родителям мне совершенно не хотелось, пусть туда едет Нелли. Опять же, истории про любовь гораздо более захватывающие, чем бытовые. Ну что может быть интересного в рутине: подмел, заштопал, полил цветы, поговорил с соседом, дал ему взаймы? А вот когда страсти кипят, это привлекает.

— Так и передам Тонни, что ты согласилась.

Я покосилась на подругу. Рыжие всегда славились своими хитростями и аферами, а сейчас в словах лисы мне показался двойной смысл. Решила не заострять на этом внимания, мало ли что взбрело в голову лисам. Но буду начеку!

— А кто еще пойдет, кроме нас с тобой и Тонни?

— Все мои хотели, но не знаю, получится ли у них, — ответила подруга. — Сама понимаешь, у парней в голове очень часто непонятно что творится.

— И у девиц тоже. — Я перевела взгляд с Бонни на Нелли.

Сестрица и ее однокурсники внимательно слушали темного, а тот с удовольствием им что-то рассказывал. Старательно втирал, как сейчас говорят у нас в академии.

Глава 10. Как побывать на физкультуре и в лечебнице в один день

Виолетта Калин

— Девчонки, привет. — Рик Шурт, наш староста, без спроса плюхнулся рядом со мной.

Его верный спутник Джек Ноа тоже не отстал. Уселся рядом, но с другого бока и пихнул локтем, да так, что я едва не облилась чаем.

— Вам что, других мест не выдали? — проворчала я и раздвинула локти, намеренно ткнув нахалов в бока.

Все это происходило под внимательным взглядом Бонни. Она-то сидела напротив и сейчас давилась от смеха компотом, наблюдая за нами.

Парни сразу поняли мой намек и отодвинулись.

— Калин, ты чего такая нервная с самого утра? — поинтересовался Джек.

— Переживала, отчислят тебя или нет, — огрызнулась я.

— Так я тебе и поверил, — ответил он.

— А вот я вчера еще и у ректора побывал, — заявил Рик, после чего принялся с аппетитом наворачивать кашу.

— И?! — не выдержала Бонни. — Наши попались?

— Нет, только первые и вторые курсы, — помотал головой староста. — Меня вызвали для профилактики: наших видели, но никто не попался.

— Опыта маловато, — подхватил Джек.

Мы все дружно кивнули, посочувствовали младшим, а за себя порадовались.

— Я слышал, ты вчера поставила на меня, — неожиданно заявил Рик и взглянул так внимательно, словно помимо денег думал о чем-то еще.

— Было дело, — не стала я отказываться.

Докладывать, что поставила и на темного, я не стала. Рик расстроится или обидится, а мне ссора со старостой ни к чему.

— О чем это вы тут болтаете без нас, а? Подвиньтесь, мы же теперь одна группа. Можно сказать, команда по выживанию.

Появление Алана Ламберта вышло настолько неожиданным, что Джек с чего-то действительно решил потесниться, а темный немедленно воспользовался ситуацией и втиснулся между нами. Прочие его друзья, включая трех девиц, тоже скромностью не страдали и уселись за наш стол, даже хотя свободных мест было меньше, чем незваных гостей.

Разумеется, после появления этой компании у нас стало тесно, а Рик зачем-то еще и прижался к моему плечу, хотя мог бы этого не делать. Я напряглась, все-таки жевать и свободно дышать — это разные вещи, и мне сейчас действительно стало неудобно. Попыталась провернуть трюк с расставленными локтями, но на этот раз парни меня проигнорировали.

— Алан, ты не мог бы чуть-чуть потесниться? — попросила та самая девица, которая подсунула магу выпечку.

— Нет, — сказал как отрезал Ламберт.

От его несколько резкого отказа мне вдруг стало приятно.

— Но почему? — Девица захлопала ресницами, словно решая, пустить слезу или не стоит.

— Гелла, если я подвинусь, то Виолетта перестанет дышать, — пояснил маг.

— За столом это необязательно, — буркнула любительница темных парней и уткнулась в свою тарелку.

— А ты попробуй. — Я расплылась в улыбке, готовая продолжить перепалку.

Увы, но больше ничего добавить не успела — Рик дернул меня за рукав.

— Рад, что ты вчера сбежала, — сообщил староста, отвлекая меня от парочки сбоку.

— Опасаешься, что меня отчислят? — произнесла я.

На всякий случай повернула голову, чтобы поплевать через плечо три раза, но не удалось. Жаль, что в это время рядом со мной сидел Ламберт, а не Гелла-пирожок, уж тут бы я не постеснялась. Наверное.

— Разумеется, я хотел пригласить тебя на новогодний бал в качестве моей подружки, — сообщил староста.

— Зачем так рано? — опешила я.

Снег мы все ждали уже через месяц, а то и раньше, однако получить приглашение от Рика Шурта я была не готова ни сегодня, ни через неделю.

— Чтобы ты знала, с кем идешь, и не переживала. Не волнуйся, Виолетта, я напомню, — заявил староста.

Он сказал это так самоуверенно, словно я уже дала согласие, выбрала платье и к нему туфли.

Я открыла рот, как рыба, потом закрыла и тут же осознала, что за столом повисла тишина. Все ждали моего ответа. Лишь Генри и Джек соревновались, кто быстрее соскребет кашу со дна тарелки. Выходило громко и настойчиво.

— Как интересно, — протянул Алан и ехидно глянул на нас с Риком. — У вас приглашают девушку за завтраком?

— А у вас за ужином? — непонятно почему огрызнулась я.

Гелла-пирожок перестала жевать и прислонилась к плечу Ламберта, но тому вдруг захотелось почесаться, в результате девица отскочила от мага как мячик.

— По-всякому, — ответил за всех темных Генри.

— Даже не знаю, повезло вам или нет, а нам с Бонни пора на занятия, — язвительно отозвалась я.

Мы с подругой переглянулись и одновременно встали из-за стола, затем двинулись к выходу из столовой.

— Котик, наконец-то стало не так тесно, — донесся довольный голос Геллы. — Эти девицы с виду худые, но столько места заняли!

— Наслаждайся этим, — коротко бросил Ламберт и тоже встал вслед за нами.

Судя по донесшемуся грохоту и смешкам, парни поднялись все разом, а девицы с помпонами остались в одиночестве. Мне хотелось обернуться и посмотреть на лица светлых прилипал. Хотелось! Но я не стала делать этого, чтобы кое-кто не подумал, будто для меня это важно.

— И что, ты с Риком пойдешь на зимнее торжество? — поинтересовалась Бонни, стоило нам очутиться в коридоре.

— Я еще не решила, — пожала плечами.

— Да? А староста наверняка посчитал, что ты согласна.

— Его проблемы, — отмахнулась я.

Насколько я знала Рика и адептов, стоит нам побывать вместе хоть на одном мероприятии, как после все будут считать нас парой.

А я этого точно не планировала.

Первым занятием стоял урок физкультуры. Зная об этом, мы много не ели, потому что иначе беда. Магистр Орм Колль слыл тираном и зверем, и в этом была доля правды — преподаватель родился оборотнем. Волк терпеть не мог полных и ленивых, однако и любимчиков не имел.

Новый полигон располагался гораздо ближе старого, и, переодевшись, мы все как один выстроились у беговой дорожки. Коренастый магистр придирчиво осмотрел нас (девочек), довольно крякнул, глядя на темных новичков. Наши парни остались практически без внимания, что тоже было неплохо.

— Я слышал, многие из вас вчера отлично бежали, — осклабился волк. — Жаль, что я не стоял с секундомером, а то бы за вас порадовался.

Мы перестали дышать, ибо привлечь внимание к себе — не слишком хорошее начало дня.

— Но вы молодцы, я вами горд. Ни один не попался.

Магистр острил и насмехался, а нам уже можно было вздохнуть. Он доволен нашей скоростью и изворотливостью, осталось только понять, что именно вервольф приготовил на сегодня.

— А сейчас повторим вчерашнее. Полоса препятствий, бег, прыжки и прочие акробатические номера, на какие каждый из вас хоть раз в жизни шел. Хотя если вы добрались до четвертого курса, то получается, что уже не раз этим пользовались. Тот, кто выжил, молодец, а если доползете до дипломов, то совсем красавчики.

Магистр Колль довольно потер руки и хлопнул в ладоши. И тут же обычное спортивное поле с беговой дорожкой сменилось полосой препятствий. Появились рвы, заполненные водой. Заборы, через которые не каждый кот перелезет. А еще бревно, висящее на цепях, прикрученных к стойкам. К слову, под бревном коварный магистр тоже не пожалел огромной лужи. И я совершенно не обольщалась — чистая вода довольно скоро станет грязной, потому что мы все можем в нее свалиться.

Много чего еще выдала фантазия нашего физкультурника, оставалось только надеяться, что я преодолею это чудо, и если свалюсь, то не в первые десять минут.

— А теперь предлагаю запускать первопроходцев. Называю всех по двое, остальные смотрите и готовитесь. Если кто-то заметит отдыхающего на травке однокурсника, то вы можете ему помочь подняться, но помните, что это влияет на ваше зачетное время. Желающие начать забег, выходите вперед.

И я даже не удивилась, что первым вызвался Алан Ламберт, а за ним и Рик Шурт. Парни действовали слаженно, хотя создавалось ощущение, что если темный проходил препятствия почти играючи, то у старосты несколько раз соскальзывала нога с забора и даже с бревна.

Следом двинулись другие адепты, затем дошла очередь и до меня.

Наверное, это сродни наслаждению, когда ты действуешь и у тебя получается. Перепрыгнула через препятствие, пробежалась (именно так, а не прошла) по бревну. Проползла под шипастыми дугами, воткнутыми в землю, и только однажды задела их головой. В результате выдрала клок волос, но больше такой ошибки не допускала.

Барьер — кусок забора — дался тоже не слишком сложно, а вот после него я добралась до каната. Увы, прошедшие этот путь до меня успели искупаться в луже, ставшей грязной, а после щедро оросили канат водой.

Я уцепилась за толстую пеньковую веревку и начала подтягиваться. Сам процесс никогда не пугал, разве только количество препятствий, которые придумал магистр Колль.

И мне осталось немного. Совсем немного. После чего я должна была дотянуться рукой до верхней перекладины, и тогда мой забег был бы засчитан. Остался какой-то метр, когда снизу донеслось:

— Калин, а ты ничего так. С виду тощая, а зад круглый. Ножки ровные.

Он зря так сказал, потому что у меня руки устали, а накопившаяся злость, которая подталкивала и помогала двигаться, трансформировалась в желание сделать пакость. Я немного слетела вниз, но вовремя перехватила канат. Вцепилась в него так, что пальцы затрещали и стало больно. Из-за резкого движения нога дернулась, я даже подумала, что вот-вот соскользнет удобный кожаный сапожок. Но вместо этого каблук воткнулся во что-то подозрительное, и почти сразу заголосил темный Генри.

— Светлая, ты что, очумела?! Мало того, что синяк со лба не сходит, так еще и на глаз мой покушаешься?! Ненормальная!

Я глянула вниз: подо мной орал и матерился Генри, совершенно забыв, что помимо нас тут есть и другие адепты. Мы однозначно привлекли к себе внимание.

При этом на меня темный смотрел так недобро, что я поневоле испугалась. Не за себя — за него. Глаз у парня и в самом деле наливался кровью, а ноздри раздувались, как у бешеного быка.

— Тебе что, именно этот канат потребовался, болезный?! Соседним не доверяешь? — буркнула я и снова принялась подтягиваться, но теперь уже с удвоенной силой.

Темный Генри заявил о глупых дурах, я же в ответ словно случайно соскользнула с веревки сапожком, едва не задев парню по носу. А хотела, правда хотела!

В отместку маг попытался схватить меня за ногу, но вместо этого едва не сорвался.

Генри зарычал и бросился меня догонять. Я полезла наверх и довольно быстро добралась до цели. Мое прикосновение к трубе, к которой крепились канаты, было отмечено вспышкой. Забег засчитан! Наконец-то!

Из-за висящего снизу злющего мага пришлось оттолкнуться ногами от каната и обнять ими трубу, затем схватиться за нее же руками и перебраться на соседнюю веревку. И лишь когда маневр удался, а я оказалась висящей параллельно чокнутому Генри, спросила:

— И как часто ты таким образом девчонкам под юбки заглядываешь, темный?!

— Сгинь, ведьма! — рявкнул маг.

— Посмотри на себя в зеркало, умник, — парировала я.

Руки саднило, но радовало, что этот забег вот-вот закончится.

Разумеется, я была одета в тренировочный костюм и никаких юбок. И все же было жаль, что Шарго мало получил.

Спускалась я быстро, однако, стремясь опередить Генри, неудачно приземлилась. Не заметила камня, и в результате он попал под пятку, отчего я едва не взвыла от боли. На глаза выступили слезы, но они почти сразу просохли, стоило увидеть бегущую раскрасневшуюся Бонни. Тренировочные штаны лисы были порваны на коленях, а к волосам прилип репей. Подруга стартовала позже меня и сейчас стремилась не явиться к финишу последней.

Я кое-как отошла в сторону, уступая лисице канат.

Рыжая схватилась за толстую веревку и двинулась вверх, мне же оставалось только поковылять к началу забега. К этому времени половина однокурсников уже управились и сейчас сидели на скамейках, а кто-то даже лежал на травке, радуясь, что не помер в процессе забега.

При моем приближении парни, которые стояли рядом с магистром, неожиданно расплылись в улыбках. Сразу стало понятно, что нацелились они не на меня, а на шагающего позади Генри Шарго.

— Калин, что с тобой? Почему хромаешь? — спросил Колль, стоило мне приблизиться к нему.

— Неудачно приземлилась, — ответила честно.

Магистр повел носом и сказал:

— Да? Не врешь. А я-то думал, это Шарго укусил тебя за пятку.

Я закатила глаза: все бы этим мужчинам посмеяться. Решила посидеть на скамейке, но сделала шаг и от боли прикусила губу. Это не укрылось от Колля.

И от Ламберта, взглянувшего на меня с напряжением.

— Подвернула ногу? — поинтересовался Алан.

— Немного, — кивнула я и попрыгала в сторону скамеек.

— Тебя проводить к целителям? — не отступал темный.

Он подошел ко мне близко, словно действительно был готов сопроводить на лечение.

И при этом на нас смотрели все, включая парней из нашей группы, которые успели прибыть к финишу.

— Алан, почему ты не спрашиваешь о моем самочувствии? — неожиданно обиделся Генри. — Я, может, страдаю сильнее некоторых и даже ничего не вижу.

Захотелось назвать парня клоуном, но я промолчала. Зато заметила, насколько ярким стал мой удар ему в глаз. Даже залюбовалась.

Однако у магистра было свое мнение, которое он озвучил немедленно:

— Ламберт, ты остаешься здесь, а Шарго вместе с Калин отправляется к целителям. Одна видит, но не ходит. Другой наоборот, так что они отлично сочетаются.

Я с насмешкой посмотрела на Генри, но тот тоже не оценил приказа вервольфа:

— Магистр, а можно без нее? Она неуравновешенная!

— Не смей ко мне прикасаться, извращенец! — предупредила парня.

— Что?! — Голос Ламберта прозвучал так резко, что даже я прониклась его суровостью.

Сам Алан уставился на друга так пристально, что всем стало понятно: того ждет допрос.

— Даже не думал! — огрызнулся Генри.

— А тебе нечем думать, ты просто действуешь на нервы, — донесся голос Бонни.

Вернувшаяся с задания подружка подошла к нам и встала рядом со мной.

— Темный, — с пренебрежением бросил Рик.

— Светлый, — в тон ему произнес Алан.

— Замолчали оба! — рыкнул вервольф.

И сразу тишина такая настала, что хоть бери ее и ножом режь. Даже темные присмирели, а ведь они не в курсе, насколько суровым бывает Орм Колль. Сейчас же у вервольфа глаза покраснели, а изо рта показались клыки.

— Еще слово — и болтуны отправятся снова по тому же маршруту, который только что прошли. А теперь пострадавшие идут к целителям, а остальные остаются здесь. Староста, проводи Калин до лазарета и возвращайся. На тебе ответственность, чтобы эти двое не покалечили друг друга по дороге.

Не дожидаясь повторного приказа, я поковыляла в указанном направлении.

— Ви, подожди, — окрикнул меня староста и подставил согнутую руку: — Обопрись, будет легче.

Отказываться не стала, хотя и висеть на парне тоже не вариант. Генри же шагал позади нас и обгонять не спешил.

Едва мы отошли от группы, как Рик спросил:

— Больно ступать?

— А ты что, хочешь меня понести на руках? — пошутила я.

— Ты этого хочешь? — поинтересовался парень.

— Сейчас просто разрыдаюсь от ваших розовых соплей, — послышалось ехидное за спиной.

Генри в своей манере был готов опошлить все, чего не понимал. Впрочем, именно сейчас я была ему благодарна, потому что и сама неплохо передвигалась. Руки старосты меня совершенно не привлекали, как и прижимание к его телу.

— Рыдай, — милостиво разрешила я и остановилась у ступеней лазарета. — Вот мы и пришли. Иди вперед, темный. Освещай глазом дорогу.

— Ви, не цепляйся, а то сбежит, — усмехнулся Рик.

— Что я, дурак, что ли, упустить момент и оставить синяки, — пробурчал Генри и первым поднялся по ступеням.

Я тут же отцепилась от руки старосты и попрыгала вверх по лестнице.

— Спасибо, Рик!

— Обращайся. — Парень улыбнулся и двинулся обратно на спортивное поле.

Однако не успела я скрыться за дверью приемной лазарета, как вслед донеслось:

— А ты мне не ответила насчет зимнего праздника. Ви, ты со мной?

Пришлось вернуться на крыльцо, прикрыть за собой створку (темный Генри любопытный, в этом я не сомневалась), обернуться и ответить:

— Я подумаю.

— Почему не сейчас? Это из-за того, что наши матушки знакомы?

— Нет, я не знаю, нужен ли мне сопровождающий, — сказала совершенно честно.

Одно дело, когда ты свободна и вольна танцевать с кем хочешь, общаться. Уйти, когда все надоест. Другое — стоять и хлопать глазами рядом с Риком и пухлым Джеком, делая вид, что меня все устраивает.

— Ты по-прежнему не желаешь стать моей девушкой?

Отвратительный момент, но он угадал.

— Можешь не отвечать, — произнес староста. — Я и сам все понял. Это из-за темного, да? Из-за Ламберта?

— Не говори ерунды, при чем тут Алан? — немедленно возразила я, а у самой при мысли о темном подозрительно забилось сердце. Перенервничала, что ли? Сейчас заодно и проверюсь.

— И чем ты занята сегодня вечером?

От резкого перехода я растерялась, но сказала как есть:

— Делаю доклад по темным. У меня всего неделя на то, чтобы его написать и удивить профессора.

— Не понял. Когда успела отхватить?

— А чего тут понимать? — Я пожала плечами. — Вчера вечером попалась ему у ворот академии.

— Сочувствую. И все же, Виолетта, что насчет нас?

Опять он за свое?! Неприятный момент, и я хотела бы его избежать, однако юлить надоело. Староста словно нарочно пытал меня своими расспросами.

— А нет никаких нас, Рик. Извини, мне надо идти.

Я потянулась к ручке двери, ведущей в лазарет, и вовремя убрала пальцы. Створка распахнулась, и на пороге показался Генри. Его избавили от синяков и кровоподтеков, и теперь маг сиял, как начищенный золотой.

— Все милуетесь? — хмыкнул темный. — Хромая, тебя приглашают, веселее иди.

— А ты радуешься, что освободилось поле для деятельности? И можно снова разукрашивать себя синяками? — фыркнула я и наконец-то отправилась в лазарет.

— Калин, тебе кто-нибудь говорил, что ты ведьма, а таких замуж не берут? — донеслось в спину.

Я прикрыла глаза на секунду и сжала руки в кулаки. После чего резко обернулась, однако входная дверь была на пружине, и она едва не треснула мне по лбу.

— Мерзкий темный! — фыркнула я в закрытую створку.

— Вы что-то сказали, девушка? — раздалось у меня за спиной.

Голос дежурного лекаря заставил меня поморщиться. Пришлось сдуть упавший на лоб волос и улыбнуться. Затем я повернулась к говорившему, оказавшемуся эльфом. Все знали, что этот маг хорош как лекарь, но вредности у него было на троих.

— Целитель Аминэль, я подвернула ногу.

— Раздевайтесь, — спокойно произнес эльф.

— Прямо здесь?! — опешила я.

Мы стояли в небольшом коридорчике, одна дверца из которого вела в приемную, другая в сам лазарет. И вот прямо тут стаскивать тренировочные штаны я совершенно не собиралась. Вообще, зачем их снимать, если болит ступня и лодыжка?

— Виолетта, вы как первокурсница, честное слово. Ваша сестра догадливее будет, — заявил Аминэль.

— В смысле?! — опешила я. — Нелли здесь?

Она что, уже и до эльфа добралась?!

— Была. Я помог ей, — пояснил эльф и чему-то улыбнулся.

Это показалось мне крайне подозрительным!

— А что с ней, скажите? Это серьезно?

— Ничего особенного, подвернула ногу. Ей помог добраться темный. Выходит, не все у этих хагендорфцев потеряно, сострадание тоже имеется, представляете?

Я представляла. А еще мне захотелось кое-кому надавать по шее, а кому-то всыпать ремня.

— Темный — это Ламберт?

— Не знаю, как его фамилия, только он тоже первокурсник. Так что, Калин, будем стоять или лечиться?

— Лечиться, — отозвалась я и попрыгала в приемную.

Руки эльф не предложил.

Присела на стул, стащила сапожок, за ним носок и продемонстрировала ногу целителю. А когда его ледяные пальцы коснулись кожи, я вздрогнула. И ведь однажды уже попадала к нему, а все равно вышло неожиданно. Эльф замороженный — именно так его за глаза звали адепты.

Целитель покрутил мою ногу, зачем-то по ней постучал, а потом — хрясь! — повернул и дернул ступню. Удивительно странный способ привести человека в приличное состояние. Я-то думала, что так только калечат и ничего другого. Боль была сильной, но короткой и затихла быстро.

— Ну вот и все, адептка Виолетта Калин. Сейчас немного полежите в палате, а как отек спадет, можете отправляться на все четыре стороны. Сегодня больше никакой физкультуры. Вы меня поняли? Магистра Колля оповещу.

Пропустить спортивное занятие было отличной идеей, а тут и официальное разрешение имелось.

Поблагодарив эльфа, я отправилась в палату. Оказалось, что находиться в ней буду не одна, а Аминэль и не подумал предупредить.

— Ты?! — выдохнула сестрица. — Ви, что ты тут забыла? Кто тебе сказал, что я здесь?

— Уж точно не ищу женихов, — отмахнулась я и заняла свободную кровать. Села на нее, сложила руки на груди и уставилась на Нелли: — Говори, что произошло?

— А чего рассказывать? Я подвернула ногу и приложилась лбом о подоконник.

— Шутишь?! — выдохнула я.

Подобного нарочно себе не пожелаешь. Значит, сестра и впрямь растянулась, иначе бы упала картинно и прямо в руки подходящего парня.

— Правду говорю, у меня каблук подвернулся. Хорошо, что еще никто моего позора не видел, кроме Ивара, — разоткровенничалась Неля.

— Ивар — это тот парень, который сидел в столовой рядом с тобой? Темный.

— Он блондин, просто из Хагендорфа. Так и думала, что ты не пропустишь этот момент, — проворчала сестрица. — Скажи, Виолетта, тебе нравится за мной следить и даже сюда ты добралась?

Я хотела посочувствовать младшенькой, но мелкая поганка все испортила.

— Разумеется, Неля, я с самого утра слежу за тобой, чтобы потом рассказать все маменьке.

— Не забудь упомянуть, что ты выставила меня из своей комнаты и мне теперь негде жить, — буркнула сестра.

— К темному попросись, вдруг пустит.

— Вообще-то, он обещал помочь мне поговорить с гномом. — Нелли задрала нос, словно темный Ивар должен был сидеть рядом со страдалицей, а я — бегать в поисках лучшего жилья для родственницы.

— Зря ты отправила парня к коменданту, Тильдом темных недолюбливает. Боюсь, после визита этого Ивара тебе выдадут ключи от чердака, — усмехнулась я. — Или подвала.

Ну до чего же предприимчивая девица!

— Даже так? — Лицо младшенькой стало задумчивым. — Надо будет предупредить Ивара, чтобы не смел ходить к этому гному. Придется решать вопрос самостоятельно.

Сестрица поерзала, почесала указательным пальцем кончик носа, а после обратилась ко мне с просьбой:

— Ты можешь мне помочь совсем чуточку?

— Могу. Собрать твои вещи.

— Какая ты колючая, Виолетта, нет в тебе сострадания! — последовал немедленный упрек.

Меня он не пронял. Зато я совершенно искренне восхитилась умением Нелли взваливать свои проблемы на других.

Какое-то время мы сидели молча. Сестра смотрела на меня с подозрением, я же общаться с ней тоже не спешила. Волновал вопрос относительно доклада о первом ректоре Хагендорфа, а еще не забудет ли Бонни мою сумку из раздевалки.

Только собралась прилечь, как раздавшийся стук в дверь заставил нас обеих повернуть головы.

Вошедший в палату целитель Аминэль с ходу поинтересовался:

— Как самочувствие?

— Прекрасно! — тут же ответила Нелли. — Мне бы уйти поскорее.

Я прикусила щеку, чтобы не рассмеяться. Не иначе младшенькая собралась нестись к кладовщику.

— Мне тоже намного лучше, — сообщила я, чем вызвала удивление сестры.

— А ты разве не из-за меня здесь? — удивилась младшая.

— Адептка Калин тоже повредила ногу, — сказал эльф, после чего обратился уже ко мне: — Виолетта, магистр Колль предупрежден, можете быть свободны.

— Спасибо! — искренне поблагодарила я целителя Аминэля и первой покинула палату.

Сестра двинулась следом, но, едва очутившись на улице, мы разошлись каждая в свою сторону. Я отправилась в столовую, надеясь застать там Бонни, и не прогадала. Лисица попалась по пути, и моя сумка действительно оказалась у нее.

Удивительно, но сегодня за нашим столом я не заметила никого из парней, включая Ламберта с его друзьями и даже Рика Шурта.

Гелла-пирожок вместе с подружками немного потопталась рядом, не зная, то ли присесть, то ли что-нибудь спросить. Сами мы инициативу проявлять не стали, а жевали и наблюдали за девицами. Не решившись на разговор, три любительницы потрясти помпончиками предпочли сесть за соседний столик. Видимо, мы с лисицей как компания их не устроили.

— А где все? — поинтересовалась у подруги. — Что-то произошло?

— На поле остались. После твоего ухода парни решили продемонстрировать, кто круче, и в результате повредили два забора и оборвали один канат. Колль устроил им выволочку с отработкой — велел все вычистить и вернуть как было.

— И кто круче? — Я осторожно положила вилочку и уставилась на подругу.

— Никто. Вервольф не дал выяснить, — со вздохом произнесла оборотница. — Видела бы ты, как Ламберт с Риком сцепились. Темный сильнее нашего старосты, точно тебе говорю.

Я была такого же мнения относительно возможностей Алана, стоило только вспомнить, как оборонялась от него в самый первый учебный день.

Глава 11. Поцелуй в библиотеке

Виолетта Калин

Когда я вернулась с занятий, то не обнаружила в комнате ни одной вещи Нелли. Немного царапнуло в душе, что мелкая даже записочки на столе не оставила, а ведь могла и порядок после себя навести. Маг-бытовик в ее лице наплевал на свою работу, зато не забыл прихватить мой шарфик, который висел на дверце шкафа.

Пришлось вначале потрудиться, после чего я взяла тетрадь и отправилась в библиотеку. Точнее, сделала всего несколько шагов, но в самый неподходящий момент почтовик издал пронзительный звук. Этакий грозный окрик, напомнивший, что кое-кто забыл проверить сообщения.

Пришлось вернуться.

Как я и предполагала, письмами меня завалила матушка.

«Виолетта, радость моя, как прошел твой первый день?» — гласила первая записка.

Я на всякий случай отодвинула шкатулку и внимательно ее рассмотрела: моя ли? Матушка только на первом курсе поинтересовалась, как я добралась, на этом ее родительское внимание закончилось. А тут сразу несколько писем, читать которые становилось страшно. Мало ли какие новости она решила сообщить, раз пишет мне, а не самой Нелли.

«Как там Нелли? У милой девочки все хорошо, и она учится не покладая рук. Скажи, чтобы ответила на мои записки. И завтракает ли она? Надеюсь, что задают первокурсникам не так много, как ты рассказываешь».

Я взяла следующую бумажку, за ней другую, потом третью. Все они касались исключительно сестры. Недолго думая, набрала номер почтовика Нелли и отправила всю корреспонденцию ей. Сверху положила свою записку, в которой крупными буквами написала: «Ответь матушке, иначе она сама к нам приедет. Меня искать не станет, а вот тебя достанет и через ректора!»

Переживала ли я по поводу того, что мать печется о Нелли, но постоянно забывает обо мне? Раньше да, меня это часто задевало. Однако с годами нашла в этом свою прелесть — родительница не лезла в мою жизнь. Зато мне с лихвой хватало любви отца, хотя он вечно занят на своей работе в магической мастерской, изготавливающей артефакты.

Шкатулка проворно проглотила послания, мне же оставалось только взять рабочую тетрадь и отправиться в библиотеку. До ужина еще несколько часов, и я намеревалась уже сегодня прощупать почву относительно чего-нибудь интересного про ректора Хагендорфа. Очень надеялась на то, что в период вражды наши магистры собирали необычный материальчик на темных.

До библиотеки я добралась без приключений, разве что при выходе из общежития столкнулась с Геллой-пирожком. Девица светилась от счастья, а при виде меня откинула распущенные волосы с плеча на спину, задрала нос и довольно произнесла:

— Мы сегодня с мальчиками идем на прогулку, а ты, судя по всему, решила учиться в свободное время? Бедная Виолетта Калин, так и парня у тебя не будет.

И с этаким сочувствием напускным все было сказано, что захотелось выдать в ответ гадость.

— У тебя одолжу, если понадобится, — оскалилась я и поспешила прочь.

Однако едва я вышла на крыльцо, как дверь за спиной открылась и вслед донеслось:

— Я своим не делюсь!

— Тогда донашивай сама, — пожала я плечами.

— Ты просто завидуешь мне! — выкрикнула дурная девица, а потом хлопнула дверью, словно бессмертная.

Жаль, что суровая орчанка тетя Граба днем отдыхала, ее сейчас крайне не хватало для наведения порядка.

И надо ж тому было случиться, что именно после этих слов я заметила стоящих в стороне темных однокурсников. Ламберт, Шарго, Бах, они смотрели на нас с интересом, явно ожидая продолжения. Сразу стало понятно, о каких парнях для выгула упомянула Гелла-пирожок.

Останавливаться я и не подумала, здороваться тоже посчитала излишним делом. Виделись сегодня уже. Перехватила тетрадь покрепче и поспешила прочь.

До нужного здания добралась без проблем, трудности возникли уже при общении с библиотекарем.

— Мне бы что-нибудь про темных ректоров, желательно про самого первого.

— Про темного ректора? — удивился библиотекарь и поправил очки на переносице. — У нас светлая академия, как можно?!

Патриотизм в чистом виде прекрасен, но не в том случае, когда велено принести доклад с перчинкой.

— Это не моя инициатива, а профессора Ревеуса. — Я покаянно вздохнула.

Дескать, не я такая, историк чудит.

— Даже не знаю, адептка Калин, что вам посоветовать. Попробуйте поискать нужное на дальних стеллажах. Лучше начать с самого низа, хотя без лестницы все равно не обойтись.

— То есть нужные мне книги имеются? — В моем голосе появилась надежда.

— За последние несколько лет ни разу не интересовались таким, — утвердительно кивнул библиотекарь. — Но все доступные адептам материалы по темным расположены там. Они есть, а вот насчет нужных, Калин, выбирайте сами.

Поблагодарив книгохранителя, я отправилась в указанном направлении. Читальный зал, через который мне пришлось идти, уже не пустовал. Пришлось тащиться в самый дальний угол, минуя давно изученные мной стеллажи.

— Вот ты какая, наука темная, — выдохнула я, глядя на мрачные полки, установленные книгами чуть ли не до потолка.

Свет из окон не делал темные корешки краше, а из-за того, что стеллажи были высокими, в этой части библиотеки царил полумрак. И тишина, нарушаемая едва доносившимися разговорами сидящих в читальном зале адептов.

Магические силы, только бы не уснуть!

Спустя два часа из всех выбранных книг на маленьком столике лежали три тощие брошюрки, напоминающие скорее выдумки, чем серьезный материал. Рассказы о темных колдунах и их достижениях мало походили на научный труд, больше на сплетни. Более того, неизвестный автор еще и насмехался над магистром, придумавшим механическую мясокрутилку. Дескать, вот какие отсталые ученые у темных — вместо магии используют ручной труд.

Я выписала себе авторов, чьи работы посмотрела, а потом снова принялась за дело. На этот раз пришлось воспользоваться лестницей, но чем выше я забиралась, тем больше росло мое разочарование и болела спина. Решив, что на сегодня энтузиазм иссяк, я принялась спускаться. Кряхтя и держась одной рукой за лестницу, другой за поясницу, вдруг осознала, что нахожусь здесь не одна.

Повернула голову и уставилась на непонятно откуда взявшегося Алана Ламберта. Вид у парня был не самым лучшим: темный стоял, прислонившись к стеллажу, а в глазах плескалась усталость.

— Прогулка закончилась? — спросила я первое, что пришло на ум.

Надо же было как-то его отвлекать, пока спускалась. Осторожно так спускалась, чтобы ненароком не скатиться под ноги темному. А то вдруг маг решит, что я присоединилась к команде помпончиков! Как потом буду доказывать, что ему все привиделось?

Заинтересованный оживившийся взгляд Ламберта я приметила сразу, тут же глянула вниз и обмерла. Край юбки зацепился за ступени, и теперь наглец Алан пялился на мои чулки.

— А ножки у тебя красивые, — заявил нахал и улыбнулся. — Помочь спуститься?

— Себе лучше помоги, — буркнула я, одернув подол.

— Не сердись, Виолетта, ты и правда красивая девушка, к чему скрывать.

Кровь прилила к щекам, словно только что мне отвесили самый первый в жизни комплимент. Я решила сделать вид, что ничего особого не произошло. Наконец-то добралась до пола, ступила на него и только после этого перестала цепляться за лестницу.

— Какими судьбами? Хочешь почитать про родственников? Скучаешь? — Я ткнула пальцем в стеллаж с книгами.

— Ищешь материал про темного ректора, светлячок? — догадался Ламберт. — И как успехи?

— Увы, ничего конкретного. — Я развела руками и тут же почувствовала, как затекла спина. — Хочешь помочь?

— А что мне за это будет? — начал торговаться Ламберт.

— Слушай, гроза Хагендорфа, в твоем роду купцов случайно не водилось? — фыркнула я, чувствуя в его словах жирный подвох.

Явно не чай из столовой ему потребуется, а что-то поважнее.

— Почему гроза? — не понял маг.

— От тебя же избавились, прислав к нам.

— Ошибаешься, Виолетта, мы с братом вызвались сами. Точнее, нам пришлось по долгу рода. — Ламберт едва заметно поморщился, словно воспоминание было не слишком приятным.

Пинками его гнали к нам, что ли?

— С чего такое счастье?

— Мой дядя курирует академию, — нехотя признался парень.

Я замолчала, переваривая информацию. Раз так, то он маг не из простых кругов и уж точно знает что-нибудь важное. Надо воспользоваться случаем и расспросить.

— Первый ректор был косым, хромым, похож на жабу? Или у него было пять жен? А еще…

— Стоп! — прервал мои догадки Алан. — Он был нормальным и сам создал академию, потом ее возглавил.

— То есть ты действительно можешь помочь мне с докладом, а не просто так стоишь тут и красуешься? — У меня аж дыхание перехватило от перспективы.

Хоть бери этого темного, привязывай к стулу, и пусть сидит и строчит доклад. Ну или диктует, я и сама с руками, все быстренько запишу.

— К твоему сведению, я уже давно нахожусь тут и даже слежу за тобой, — заявил темный и сделал шаг мне навстречу.

В руке парня я заметила одну из тех трех книжонок, которые попались мне.

— Надо же, какие забавные опусы хранятся у светлых. — Ламберт помахал брошюркой, но сделал это так, словно отгонял ей мух.

— Успел прочитать? Насладился? — хихикнула я и выхватила книгу.

Где-то на другом конце зала послышался смех, но окрик библиотекаря быстро прекратил чье-то веселье.

— И чего ты хочешь за помощь, Алан Ламберт?

— Поцелуй Виолетты Калин, — ответил парень.

Он не улыбался и не кривился, а внимательно смотрел на меня, наверняка рассчитывая уловить хоть какую-то реакцию. Маг был серьезен, лишь в глазах появился незнакомый блеск. Так бывает у высших — завораживающее зрелище. Жаль, что продлилось недолго.

Сердце ударило о грудную клетку, во рту пересохло. Краснеть и мычать ни о чем не стала, а ответила сразу:

— Перебьешься.

Ламберт был не согласен с моими словами. Шагнул навстречу, притянул меня к себе и поцеловал. Влажно, горячо. Так, что я немного растерялась и даже позволила себе насладиться умелыми действиями парня. А он, словно рвался к этому не один день, останавливаться не собирался.

Приятные ощущения будоражили, и хотелось запустить пальцы в волосы блондина, прикоснуться к его коже на шее, почувствовать, как в артерии пульсирует кровь. Однако я не стала так делать, оттолкнула Ламберта и зашагала прочь. Выносить книжонки из читального зала было нельзя, поэтому пришлось на ходу применить заклинание порядка. Надеюсь, истории вернулись на свои места, но будет лучше, если каждая из них задела по макушке наглого темного мага.

Алан не окликнул меня, и это к лучшему.

Глава 12. Когда завтрак с друзьями бодрит

Виолетта Калин

«Ви, если хочешь, приходи ко мне в гости. Живу этажом ниже», — гласила записка от Нелли.

Надо же, вот и я дождалась чести получить письмо от взбалмошной сестры. Значит, финт с новым жильем младшенькая сумела провернуть. Обычно этажом ниже селили первокурсников, скорее всего, кто-то из них попался во время облавы. Остается надеяться, что сам урок Нелли усвоила и больше не станет бездумно нестись туда, куда позовут.

Я посмотрела на пол и подавила желание подпрыгнуть. Возможно, сестрица ушла на ужин, а я тут буду топать впустую.

После произошедшего в библиотеке аппетит отсутствовал, и я решила, что сегодня столовая обойдется и без меня. Перекушу печеньем с чаем, а на завтрак, само собой, приду как полагается. Диеты не для магов, а то ноги к концу месяца переставлять не смогу.

Все, решила, в столовую не иду. И мне без разницы, будут ли сидеть девицы-помпоны за нашим столом. У нас с Аланом нет никаких отношений, а я имею право на собственную прихоть. Пусть Ламберт считает, что это женский каприз и он исключительно из-за темного нахала.

Может, после поцелуя у меня случилась травма, как ее?! Душевная!

Возникло желание навестить сестренку, и я даже сунула ноги в туфли, а потом шкатулка недовольно пропиликала о поступившем письме. Поход в гости пришлось отложить. Наверняка это матушка озаботилась здоровьем младшей дочери и ее успехами.

Я оказалась права, присланная записка прибыла из дома. Мама утверждала, что у нее вот уже несколько часов мигрень и давление. Отсутствует аппетит по причине того, что неблагодарные дочери совсем о ней забыли. Совершенно!

Пришлось написать ответ, что у нас все в порядке и что сегодня отличная погода. Задают, как всегда, много, но я давно привыкла к такому ритму. Нелли же сама в силах написать, и она это сделает в ближайшее время. В конце дополнила, что непременно постараюсь проследить за сестрой.

Вложила записку в шкатулку и послала ее домой. Затем я взялась за матушкино сообщение и переправила его Неле. Если у сестрицы уже есть копия, то пусть еще раз прочитает.

Пока я думала, стоит ли идти в гости этажом ниже, пиликнул почтовик. «Сейчас исправлюсь!» — писала сестра.

Прогресс, однако!

Я нагрела воду в чашке и бросила туда щепотку заварки, добавила дольку лимона. Отчего-то сахара у меня не нашлось, зато обнаружилась плитка шоколада и пачка печенья. Прогуливать столовую оказалось довольно сладким делом, и я расслабилась, только долго это не продлилось. Почтовик снова оповестил о поступившей корреспонденции.

Ну, Нелли, если ты опять забыла ответить матушке, то смотри у меня!

На этот раз писал отец. От бумаги, которой он касался, пахло можжевельником и шиповником, и я невольно заулыбалась. О привычке папочки добавлять ягоды в чай знали все. Значит, сейчас он сидит в своем кабинете, работает, а рядом стоит чашка с ароматным напитком.

Отец просил прощения, что не смог нас проводить из-за большого и важного заказа. Я хмыкнула: какая ерунда, нас неплохо выставила из дома матушка, озабоченная поиском жениха для своих кровиночек, особенно для младшей.

Еще папа написал, что перевел на мой счет деньги. Узнав сумму, я согласилась, что такой заказ упускать было никак нельзя. Добавил, что его девочки самые умные и красивые, а старшая еще и талантливая. Приписал, чтобы я не забывала о личной жизни -— она должна быть.

Да разве о таком забудешь?! Нахальный темный со своим поцелуем забрался в голову и то и дело подкидывал мыслишки о себе! Мечтательные, весьма нехарактерные для меня.

Растроганная запиской отца, я в ответ поблагодарила его и сообщила, что личная жизнь у меня имеется. В выходной мы с друзьями отправляемся в театр на новинку.

Отец похвалил, поддержал и пожелал успеха. И это было последнее на сегодня сообщение, полученное через почтовик. Даже хотела сунуть артефакт в шкаф под стопку одежды, но он и сам отлично уловил мой мысленный посыл. Не пиликнул ни разу, и я благополучно про него забыла на этот вечер.

Зачем нужны друзья, догадайтесь?!

Бонни заглянула ко мне в тот момент, когда я переодевалась ко сну.

— Извини, подруга, раньше не могла. Так почему ты не была на ужине? — спросила лиса, едва я открыла дверь. — У тебя гости?

Рыжая вытянула шею и попыталась заглянуть, не спрятался ли какой адепт в моей комнате.

— Аппетит пропал.

— Это ты зря. Вот, держи! На кухне прихватила.

Бумажный пакет с пирожками, который подруга бережно прижимала к себе, пах изумительно.

— Проходи, чего застыла в дверях, как не своя? -— спохватилась я.

Отказываться и упускать такую вкуснятину не хотелось. Дурная я, что ли?!

— С дороги-то сойди, — хихикнула лисица. — Ой! А где твоя сестра? Ты ее все-таки выгнала? Достала тебя мелкая?

— Она съехала этажом ниже, — поделилась я. — Нелли тренирует самостоятельность и независимость.

— Это полезно, — согласилась подруга.

Разумеется, пирожки закончились нескоро, мы же под чаек отлично поболтали.

— Тебя за ужином не хватало. Видела бы ты, сколько народа теснилось за нашим столом. Честное слово, Ви, придется нам менять место обеда. Им всем как медом намазано! А когда-то мы с тобой спокойно ели, и никто к нам не прижимался, не сопел в уши.

— Опять девчонки с помпонами прискакали? — посочувствовала я, а у самой неприятно кольнуло в сердце.

Наверняка Гелла-пирожок сидела рядом с Аланом и сияла, как начищенный медяк.

— Помпоны были, и темные тоже. А еще Рик с толстяком Джеком. В общем, не ужин, а какой-то базар. Только тебя и Ламберта не хватало.

— А он-то куда пропал?

При мысли об Алане в памяти возник блеск глаз мага. Сейчас Ламберт показался мне парнем, овеянным тайной. Однозначно этот темный не был рядовым адептом даже в своей академии.

— Сказали, что отбыл к какому-то родственнику. Ви, ты не против, если пирожок с повидлом я оставлю тебе, а сама возьму с мясом?

Разумеется, я не возражала и первая протянула руку к сдобе: вдруг Бонни передумает и надкусит мой?

Утро было вполне обычным для академии, разве что я проживала в комнате одна и без сестрицы. Как там ей спалось на новом месте, приснился ли жених? Удалось ли заснуть ее соседке, если таковая вообще имелась? Надо бы подсказать Нелли про ее храп, пусть сходит к целителям, они ей точно помогут.

Поправила волосы, подхватила сумку. Сунула ноги в туфли и двинулась к двери. И только ее открыла, как едва не столкнулась нос к носу с Бонни. Лиса меня напугала, она выпучила глаза и шипела от боли, словно я только-только ударила ее дверью.

— Что?! — воскликнула я, глядя на подругу. — Заходи ко мне скорее!

— Не надо, все уже в порядке, — замотала она головой и ткнула скрюченным пальцем в мою дверь. — Я хотела посмотреть, что это, а меня как молнией шибануло.

Я с удивлением заметила розу, воткнутую в ручку. А еще сложенный трубочкой и перевязанный шнурком лист бумаги.

— Надеюсь, магистру Пилори никто не донесет, если это сорвано у нее, — быстро проговорила я и схватилась за цветок.

Бумага сама соскользнула мне в ладонь, розу я тоже вынула без проблем. Пришлось нам все-таки зайти в комнату и поставить зелень в вазу. А когда я развернула листок, то замерла. Ровным красивым почерком, довольно убористым, Алан написал для меня доклад. Заголовок почти не удивил: «Роберт Ламберт, основатель Хагендорфа. Первый ректор академии магии для темных».

Я поморгала и снова уставилась в листок.

Ламберт?!

В совпадения не верилось.

Значит, Алан точно не из рядовых дворян, а тут и фамилия общая. Однокурсник-аристократишка из темных вот просто не мог быть обыкновенным герцогом или графом. Нет! Ему непременно надо было породниться с самим основателем Хагендорфа. И это точно хорошая новость в плане использования информации для доклада.

Смотри, как все обставил, поцелуй ему мой потребовался. Зачем?! Неужели Гелла-пирожок не устроила?!

Признаться, подобный вывод порадовал, и я снова уткнулась в бумагу, жадно читая написанные Аланом строчки.

«Роберт Ламберт очень любил свою младшую дочь, которая тянулась к знаниям. Темный маг решил, что будет лучше, если девочку обучать вместе со сверстниками. Это стало началом идеи.

Он не был уродом или калекой и всю жизнь любил свою жену и детей. Однако именно желание дать академическое образование дочери подвигло мага на такой шаг.

Ректор был единственный, кто возглавил Хагендорф. Потомки отказались от этой должности, заняв не менее хлопотное место куратора академии».

Коротко и ясно о том, кто виноват в создании самой известной темной академии.

— Ви! Ты уснула! — Лиса гаркнула мне прямо в ухо.

Друзья, они порой такие добрые, что слов нет.

— Извини, задумалась. Пошли скорее на завтрак, а то опять кто-нибудь за стол подсядет. А то и вовсе займет наши места!

— Это мы еще посмотрим, — фыркнула Бонни и двинулась к выходу. — А подарочек от кого? Только не говори, что от сестры, от нее ты вряд ли розу получишь. Поклонник?

— Не совсем. — Я передернула плечами и сунула доклад в шкаф.

— В театр с нами передумала идти? — Подруга прищурилась и с подозрением уставилась на меня.

Сейчас Бонни напомнила мне хитрую лису, которая не только улыбается, но и укусит при случае. Хищница.

— С чего бы мне передумать?! — возмутилась я. — И вообще, пошли скорее на завтрак, а то все самое вкусное разберут.

Разумеется, я приукрасила, но это из-за того, что мне совершенно не хотелось стать жертвой расспросов Бонни.

— С ума сойти, — фыркнула подруга, стоило нам зайти в столовую.

Наш столик не пустовал, вчерашняя компания расселась за ним, словно прибитая. Не хватало трех приблудных девиц, но мы по ним совершенно не соскучились.

Место между Аланом и Риком пустовало, а парни демонстративно друг друга не замечали. При виде меня они еще больше раздвинулись, стеснив своих соседей. Мы с Бонни не стали кривляться, подошли и сели. А то пока начнешь выяснять, что к чему, время завтрака закончится и придется идти натощак. Сегодня на такой подвиг я была не настроена.

— Тебя вчера не было, что-то случилось? — спросил Рик.

Сегодня староста показался мне несколько напряженным, но раз сидел рядом, значит, он все еще не бросил свою затею относительно зимнего торжества. Или же решил показать всем, что держит ситуацию под контролем.

— Писала доклад для историка, — сообщила со вздохом и тут же поймала сочувствующие взгляды однокурсников.

— И как? Успешно? — полюбопытствовал Ламберт.

При этом блондин смотрел так заинтересованно, словно он действительно был не в курсе дела.

— Неплохо, — ответила ему уклончиво.

На губах парня мелькнула легкая улыбка, словно иного Алан от меня и не ожидал. Наша близость даже за общим столом ощущалась по-особенному. Тепло плеча Ламберта было приятным, разве что при всех мне было ни к чему вспоминать наш вчерашний поцелуй. При свете дня произошедшее стало казаться менее значительным, хотя таковым не являлось.

Я подхватила вилкой кусочек омлета, чтобы хоть этим отвлечь себя от потрясающего открытия — Алан Ламберт мне действительно понравился!

Магические силы, может, подаренная роза была с дурманом?! Или листы доклада пропитаны особым приворотом, после которого девицы тупеют и ходят за избранником, как овца на веревочке?!

Подумалось, а смогу ли я прямо сейчас наступить Ламберту на ногу или приложить его по макушке одной из вчерашних брошюр? Смогу? Легко! Если кое-кто снова решит, что имеет право на поцелуй.

Отлегло!

Значит, тут что-то другое и уж точно не темный приворот.

— А вон и девчонки идут, — встрепенулся Генри и выпрямил спину, желая произвести впечатление.

Три подруги действительно двигались по направлению к нам, а пирожок еще и прихрамывала.

— Что с тобой? — поинтересовался темный Генри. — Ты заразилась от Калин? Мы, боевики, подобное сразу видим.

От такого оборота я даже жевать перестала. Гелла-помпончик расценила слова темного по-своему.

— И правда, Виолетта, почему ты на боевом факультете, а не на зельеварении, ведь оно тебе больше подходит? — спросила любопытная хромоногая девица.

— С тобой забыла посоветоваться, — усмехнулась я.

Магические силы, эти помпончики сначала танцы с пипидастрами на спортивном поле устраивают, дрыгаются как ужаленные, а потом указывают, где мне будет лучше учиться.

— Гелла, — не унимался Генри, — ты бы с ней осторожнее, она ведь как ведьма, когда разозлится.

Я едва не рассмеялась от такого сравнения. Вот придурок!

— Уймись, — бросил другу Ламберт.

В словах мага промелькнули жесткие нотки, которые расслышали все.

— Алан, ты что?! — ошарашенно воскликнул Генри. — Тебя приворожили? Друг, я готов тебя спасти, только скажи!

— Кто приворожил?! — воскликнула Гелла и махнула руками, задев за стакан с компотом. Тот опрокинулся, но упал в тарелку к самой девице, окропив творог вишнями.

Все замолчали, глядя на расплескавшуюся через край розовую муть.

— Клоуны, — буркнула Бонни.

Я была полностью согласна с подругой.

— Вот видите! — Генри уставился на меня со священным ужасом. — Калин и слова не сказала, а уже такой бардак кругом. Алан, друг, отодвинься от нее.

От услышанного я едва не потеряла дар речи, но нашлась быстро.

— Можешь даже сесть за другой стол и Геллу прихватить, — елейным голоском пропела я.

— Последнее предупреждение, — произнес Ламберт, указав вилкой прямо в глаз закадычного друга, после чего спокойно продолжил завтрак.

Темный Генри нахмурился и сжал губы в узкую полоску.

Какая искренняя дружба!

И все это время, пока Генри пытался спасти Алана от меня, все прочие развесили уши. Адепты всегда такие милые, особенно когда случилось развлечься за чужой счет.

Первым занятием стояла история магии. К тому моменту, когда мы с Бонни попали в аудиторию, темные уже сидели на своем месте, то есть позади нашей парты. Профессор тоже обнаружился за рабочим столом у доски, что напрягло. Подобное явление случалось, только если Ревеус планировал самостоятельную.

— Адептка Калин, как там ваши дела? — поинтересовался мужчина, едва мы с Бонни поздоровались с ним.

Историк наклонил голову вперед и взглянул на меня поверх очков, которые непременно бы свалились, если бы не мясистый нос преподавателя.

— Надеюсь, что неплохо, профессор, — ответила я и достала из сумки доклад.

Я собиралась этим же вечером его переписать, чтобы все было выполнено именно моей рукой. Однако на всякий случай прихватила бумагу с собой. Как знала, что пригодится!

Вручила доклад Ревеусу, и историк на какое-то время был потерян для всей группы. Профессор жадно пробежался взглядом по строкам, пошевелил губами, после чего уставился на меня как полоумный:

— Виолетта, откуда сведения? У нас в библиотеке такого точно нет, я не встречал.

С ума сойти. То есть он задал адептке заведомо провальный доклад? И если бы не Алан Ламберт, то кусать бы мне локти, выдумывая несуществующие факты?!

Какой, однако, свежий подход к обучению знаниям.

— Да вы что?! — протянула я и наивно похлопала глазами. — А я вчера до самого вечера там просидела, книжки про темных искала.

И ведь я даже издевательской нотки себе не позволила, только Ревеус мой посыл понял и произнес с ехидством в голосе:

— В общем-то, за воротами академии и такого материала нет, Виолетта. Я прав?

Намек на то, что нас троих, включая сестрицу и темного аристократишку, могли в тот же день вызвать на ковер к ректору, был непрозрачным. Я промолчала, пытаясь найтись с ответом, а преподаватель продолжил:

— Так откуда такие глубокие сведения?

— Из первых рук, профессор. — Взглядом указала на Алана.

В момент моей беседы хагендорфцы что-то усиленно обсуждали, не обращая на нас внимания. Вот наглость, будто тут их темные владения, а не светлая академия!

— М-м-м? — Профессор уставился на хагендорфцев, словно пытаясь найти, кто тут самый умный, чтобы призвать к ответу.

— Фамилия ректора-основателя Ламберт, — шепотом подсказала я.

— Магическая сила, как я мог запамятовать этот факт! — Ревеус оскалился, как маньяк-энтузиаст, и уставился на Алана. Мне же досталось милостивое: — Идите, Виолетта. За проделанную работу ставлю отлично!

Я прошла к своей парте и поймала взгляд Алана. Блондин смотрел на меня с интересом, а уголки его губ подрагивали в едва сдерживаемой улыбке. Не знаю, слышал ли он мой разговор с профессором, но сюрприз темному магу обеспечен.

В груди потеплело, и захотелось улыбнуться в ответ. Однако до самого конца занятий я не позволила себе даже обернуться к темным.

А когда прозвенел звонок, мы с подругой быстро собрались и покинули аудиторию. Я слышала, как за спиной Ревеус окликнул Ламберта, и магу пришлось задержаться.

Глава 13. Приключение с огоньком. Как попасть к дракону и не быть съеденной

Виолетта Калин

— Адепты, порадуйтесь вместе со мной: сейчас у нас будет теория, а потом практика. И это на весь день, — заявил Дарбор и осклабился, глядя на нас, как на подопытных кроликов.

Полная тишина в аудитории сменилась тихим стоном. Причем звук издали как парни, так и девчонки.

Я напряглась. Конечно, для боевого мага практика – само собой разумеющееся, да и не впервой подобное перемещение прямо с занятий. Зная пакостный характер Дарбора, напряглась еще раз. Более того, даже лисица застыла как на охоте, выдавая всей своей позой усиленное внимание.

— Не боитесь, берите пример с Калин. Все будет в лучшем виде, правда, Виолетта? — Вредный магистр подмигнул мне, и по коже пробежал неприятный холодок.

В прошлое такое перемещение меня забросило в серые пустоши, где помимо мрачных песков и вонючих испарений бродили голодные зубастые твари. Я отличилась – уничтожила трех перламутровых монстров, тогда как наши по одному или два. Но мало того что пришлось вспомнить все заклинания, так вдобавок там было невозможно жарко. Вернулась я в пропитанной грязью форме, потрепанная и в вонючей слизи, облепившей меня после уничтожения последней твари. Бытовая магия не помогла, пришлось блестеть и благоухать до смены одежды. Про то безобразие, которое творилось на голове, лучше не вспоминать.

Порадовал факт, что не одна я такая красивая пришла к Тильдому, вместе со мной половина группы была вынуждена менять испорченный нарядец, что не добавило настроения вредному бородачу.

А еще возмутил факт, что после моего поистине блистательного возвращения я получила зачет. Всего лишь один?!

— Записывайте. Магическое истощение как результат неправильного использования и перерасхода магии, — произнес Дарбор.

Мы все послушно заскрипели самописными перьями.

Я успела закончить всего лишь первое предложение, как почувствовала легкое прикосновение к шее. Едва ощутимое, но я была уверена, что это проделки темного. По коже сразу пробежали восторженные мурашки, а восприятие обострилось. Сердце заколотилось часто-часто, а в груди потеплело. Как такое возможно?!

Алан в отличие от своих друзей сидел прямо за моей спиной, и именно его я не могла видеть. И все же я обернулась, после чего уверилась в своих предположениях.

Чокнутый Генри и Седрик уткнулись в тетради и тоже записывали наравне со светлыми адептами. Лишь сидящий между ними самоуверенный аристократишка смотрел на меня с едва различимой улыбкой. Маг веселился из-за того, что я сопела и пыталась делать вид, будто ничего не происходило.

Нашел развлечение!

Вызвать в себе хоть толику праведного гнева на идейного врага не получилось. Магистр же говорил очень важные понятия, так что мне пришлось снова сосредоточиться на учебе. На какое-то время Ламберт от меня отстал, и только прозвеневший звонок выдернул из состояния сосредоточенности.

— Ты куда? — поинтересовалась я у подруги, которая подскочила из-за парты.

— Надо найти брата и узнать, как насчет билетов, достал или нет, — пояснила Бонни, после чего умчалась разыскивать одного из братьев.

— Культурная программа на выходные, да, светлячок? — поинтересовался Алан, едва подруга умчалась.

Трое темных отчего-то не желали выметаться из помещения даже на перемену.

— Разумеется, — не стала я отказываться.

— Кабаре, танцы в трактире или сразу напиваетесь? Поете песни о светлых, но беспробудно пьяных магах, мечтающих разбогатеть? — полюбопытствовал Генри.

— А ты спроси у Геллы, она девушка общительная, расскажет и покажет. В смысле покажет заведение, которое тебя интересует, — пояснила я и поднялась из-за парты.

Покинула аудиторию и даже не удивилась, когда заметила Геллу-пирожка, проходящую по коридору. Интересно, сколько раз она так курсировала туда-сюда, делая вид, что шла мимо.

Я покинула аудиторию и присела на подоконник, после чего уставилась на кабинетную дверь, чтобы не упустить очередной променад прилипчивой девицы.

Ламберт вышел вслед за мной. Я даже не удивилась, глядя на то, как на парня сразу налетела любительница потрясти помпонами.

— Ой, Алан! Ты-то мне и нужен, — воскликнула девица и попыталась схватить адепта за рукав.

У нее ничего не вышло, темный оказался проворнее.

Маг не стал топтаться на месте, а подошел ко мне и остановился рядом. Со стороны посмотреть — мы словно сладкая парочка, решившая посекретничать.

На несколько секунд Гелла зависла, на ее лице мелькнуло неудовольствие. Однако она быстро пришла в себя. Подошла к нам и, глядя исключительно на Ламберта заявила:

— Алан, мне очень нужна твоя помощь.

Дескать, а ты, Калин, можешь даже не слушать, не для тебя секретик припасен. Иди отсюда и не мешай соблазнять главаря темных адептов.

— Какая? — с ленцой в голосе поинтересовался Ламберт.

— Ты не мог бы мне помочь расстегнуть браслет?

— Нет, мне некогда, — заявил Алан, — у меня дело. Обратись к Генри, он точно поможет.

Выражение: ты ее гонишь в дверь, а она лезет в окно, приобрело понятные очертания. Я даже замерла, боясь пропустить хоть слово от Геллы-пирожка. Неужели меня не вспомнит и просто так уйдет?

— Пожалуй, — согласилась девица и поджала губы, словно ее смертельно обидели.

Таки не вспомнила, переживу этот факт как-нибудь.

К слову, Генри куда-то запропастился, прихватив с собой Седрика. Мы остались вдвоем, если не считать адептов моей группы, слоняющихся по коридору. Разумеется, наше с Ламбертом общение не осталось незамеченным.

— Зачем ты это сделал? — спросила у Алана.

— Ты про Геллу? — усмехнулся парень.

— Не прикидывайся, я про то, что вытворял на уроке.

— Тебе не понравилось?

Я поджала губы и уставилась на Ламберта, решившего, что может в легкую вогнать меня в краску. А я действительно почувствовала, как к щекам прилила кровь, но слова для мага нашлись. Чуть подалась навстречу Алану, отчего адепт перестал зубоскалить и сглотнул. Прошептала, глядя в глаза темного:

— И как часто ты практикуешь подобные прикосновения? Научишь?

— Тебе зачем? — Веселиться маг окончательно перестал.

Видимо, прикидывал, кто будет моим объектом внимания, если не он сам.

— Ви, вот ты где! — воскликнула запыхавшаяся Бонни.

Можно подумать, что я нарочно спряталась от нее за Ламбертом.

— Тонни нам с тобой купил билеты, — заявила подруга и так пристально уставилась на Алана, что сразу стало понятно, ради кого этот спектакль.

— Отлично, а деньги отдать тебе или ему?

— Ничего не знаю, с братом разбирайся сама, — заявила хитрая лисица.

Я же заметила, как темный заломил бровь, но от комментариев отказался.

Звонок прозвенел очень даже вовремя, и мы все двинулись занимать свои места. В аудиторию вслед за нами почти сразу вошел Дарбор. Он обвел группу внимательным взглядом и произнес:

— Все на месте? Все. А теперь каждый из вас будет подходить ко мне и получать задание. Начнем со старосты. Рик Шурт, ты первый.

О чем именно шла речь, я догадалась сразу. А едва парень вышел к доске, и ему было предложено дотронуться до небольшого артефакта, подозрения подтвердились. Стоило ладони Шурта прикоснуться к плоскому мерцающему голубым камню, как случилась вспышка, после которой адепт исчез.

На секунду глаза Дарбора застыли, словно он глядел туда, куда угораздило попасть нашему старосте. Затем магистр тряхнул головой и бодро продолжил:

— Следующая жертва, вернее, адепт! Можете выходить по несколько человек, так будет быстрее. До конца учебного дня все обязаны вернуться. Предупреждаю, кто не вернется, зачет не получит.

— Ба! Девка незнакомая! — раздался чей-то голос, когда я выпала из портала, устроенного магистром Дарбором.

Упала, ударившись головой. Да так, что на какое-то время отключилась. К счастью, это состояние продлилось недолго, а вот то, что рядом находился посторонний, крайне напрягло.

А потом кто-то ткнул меня в ребра и наверняка сапогом, словно проверяя, померла или вот-вот преставлюсь.

Чувствовала, что лежу на чем-то приятном и прохладном, похожем на травку, однако ситуация не располагала к расслаблению. Быстро раскрыла глаза, села, готовая подскочить на ноги. На кончиках пальцев заструилась магия, но я ее придержала. Все потому, что рядом со мной находилась не шайка разбойников, а кое-кто иной. Я едва ли не нос к носу столкнулась с драконом: высоким мужчиной с вертикальными зрачками и чешуей на висках. Он стоял, склонившись надо мной, и с интересом рассматривал незваную гостью.

— Вообще-то, не девка, а адепт светлой академии Лаории.

— Да ну?! — хмыкнул дракон и разогнулся, продемонстрировав свой внушительный рост. – Значит, выкинули на практику?

На вид моему собеседнику было лет тридцать, если я вообще хоть что-то понимала в драконах. Морда наглая, самоуверенная. В общем, я очень пожалела, что рядом не оказалось Ламберта. Когда подошла моя очередь перемещаться, Алан схватил меня за руку, однако что-то пошло не так и в незнакомом месте я оказалась одна. А ведь план был так хорош!

— Вроде того, — подтвердила я и поднялась. — А где у вас тут портальный камень или арка?

— Так гостей не встречают, — заявил чешуйчатый и облизнулся.

Раздвоенный язык собеседника заставил поежиться.

— Не надо лишней суеты, — отмахнулась я как можно беззаботнее. — Не хочу вас беспокоить. Вы только покажите направление и скажите, сколько до того места добираться. А там уж я и сама справлюсь.

— Что же, я, негостеприимный, что ли, — обиделся дракон.

Чешуя словно тень мгновенно спустилась с висков мужчины к щекам.

Я быстро оглянулась. Мы стояли на незнакомой опушке, заросшей травой, цветами. Местами валялись небольшие, отполированные временем камни. Вероятно, об один из них я и приложилась. Поневоле потерла висок рукой, что не укрылось от дракона.

Мне же было важно, а не лежит ли где-то поблизости Ламберт. Срочно требовалось убедиться, что в незнакомом месте я оказалась не одна. Половозрелый собеседник с чешуей на морде слегка напрягал. Мало ли что у него на уме, да и неизвестно, кто обитает в лесу, растущим за моей за спиной.

— Вы меня, конечно, извините, но ведь мы с вами даже не знакомы. И потом я понятия не имею, куда попала, а это, сами понимаете, весьма напрягает.

— А я думал, что девка, а тут целая леди, — произнес собеседник.

Он снова подобрел. Сложил руки на груди и принялся меня рассматривать.

— Адептка я из светлой академии, — поправила хитромудрого мужика с чешуей.

— Тогда давай знакомиться, адептка. Я Себастьян, а вы кто? — Дракон протянул мне свою пятерню для приветствия.

— Виолетта, — ответила я и вложила пальцы в широкую мужскую ладонь.

Мы скрепили знакомство пожатием, а потом я быстро убрала свою руку, потому что подобные прикосновения иногда напрягали. Вот как сейчас.

— Раз мы уже знакомы, тогда пойдемте ко мне в гости. Напою, накормлю, в баньке помою и спать уложу. Все, как у порядочных драконов и людей полагается.

От предложенной перспективы я сделала полшажочка подальше от Себастьяна, потом еще полшажочка. Чешуйчатый маньяк самой подозрительной наружности не скрывал свои намерения, однако мои планы с его не совпадали.

Мои маневры не остались незамеченными, однако собеседник на этот раз оскорбляться даже не думал, а следил за мной с интересом. Дескать, скачи, Виолетта, все равно деваться тебе некуда.

Магия тут работала, но просто так разбрасываться ей было никак нельзя. Противник неизвестен, да и следовало разобраться, зачем меня закинуло в этот мир. Понятно, что я должна выжить и вернуться и желательно самостоятельно. Только иногда перемещения были со смыслом — открыть потайную дверь, достать труднодосягаемый артефакт или уничтожить злобных тварей. Убивать дракона я не собиралась, на монстра он не тянул, скорее на хитрого оборотня, решившего заманить в свое логово девицу-чужестранку.

Все знают, что драконы любят девственниц, и вот прямо сейчас моя особенность показалась проблемой.

— Себастьян, давайте без лишних трат. Вы мне лучше объясните, где у вас тут вода питьевая и портал. Любой, я разберусь, что к чему. Зачем лишние хлопоты, да и в баню я не хожу, у меня от дыма голова болит. Вот вы в бане когда-нибудь страдали от рано закрытой заслонки?

— Моя голова крепче, чем эти камни, — чуть ли не с гордостью заявил дракон, после чего подхватил меня и перебросил через плечо. Легко так, будто я ничего не весила.

Я заорала и тут же огрела наглеца светлым заклинанием по спине и ногам, чтобы гад чешуйчатый даже не смел тянуть ко мне свои руки.

— Виолетта, ты чего? — воскликнул Себастьян и скинул меня с плеча, словно гадюку.

— Зачем меня хватать?! — не менее эмоционально ответила я.

Дракон потирал свой зад и морщился. Надеюсь, я подпалила его как полагается.

— Мой дом там, больше повторять не стану, — заявил хмурый собеседник и первый двинулся в указанном направлении.

На том месте, куда я ударила магией, штаны Себастьяна прогорели. То есть вот прямо сейчас передо мной шел взрослый мужчина и сверкал кусочком голого зада. Красные трусы в желтый горошек от моего заклинания тоже пострадали, что указывало на качестве удара.

Можно было применить парализующее заклятье, чтобы этот озабоченный чешуйчатый даже не думал ни о каких банях, ни о том, чтобы меня уложить спать. Однако кто тогда покажет мне дорогу к порталу? А я все-таки надеялась узнать ее у Себастьяна, а не бегать по лесу в поисках нужного собеседника.

Тяжело вздохнув, я отправилась вслед за драконом, при этом не забыла смотреть по сторонам — вдруг где-то замечу Алана.

Увы, подобного чуда не случилось, и Ламберт не попался.

Спустя час мы вышли к огромной скале, у подножия которой кто-то выстроил чудесный дом. Одноэтажный, с множеством окон и одной башенкой. А еще с вершины горы срывался водопад, и он с шумом падал, раскидывая брызги. Я предположила, что где-то там может быть озеро или широкий ручей, однако уточнять не стала.

Всю дорогу Себастьян так и шел передо мной, сверкая дырой в штанах. Я об этом ему даже говорить не стала — взрослый же мужчина, должен сам догадаться, что от магического удара одежда тоже пострадала.

Любоваться было нечем, поэтому приходилось то и дело глазеть по сторонам или себе под ноги. Еще никогда меня не забрасывало в подобные места, да и нечисть была гораздо мерзопакостнее на вид. А тут всего лишь дракон, только своеобразный.

Подозрительно! Туда ли я попала, куда меня собирался отправить Дарбор?

— А вот и мой шалашик, прошу, — произнес дракон и сделал приглашающий жест.

Глава 14. Как спасти Виолетту и не пропасть самому

Алан Ламберт

Тот момент, когда магистр Дарбор отправил Ви в непонятное место, маг едва не пропустил. Шустрая Калин дождалась своей очереди для перемещения и коснулась рукой артефакта. Ламберт тут же схватил девицу за локоть, в голове сгустился туман, а спустя короткое время маг очутился на берегу озера.

Алан прямо так и очнулся с протянутой вперед рукой.

— Ты, милок, подаяние просишь или стихи читать русалкам вздумал? — насмешливо произнес женский голос.

— Чего?! — Ламберт убрал руку.

Солнце нещадно било в глаза, словно он простоял тут не несколько минут, а как минимум час.

Темный маг повертел головой и сразу заметил сидящую на деревянных мостках девицу. Ноги незнакомки были скрыты по колено в воде, тогда как сама она была одета в яркий сарафан. Черные косы разметались по плечам, а скособоченный на макушке платок грозился вот-вот свалиться с головы.

Ламберт напряг память. На территории темных проживали всякие национальности, эта больше походила на лесных колдуний.

— Яга? — спросил адепт.

— Ой, какой ты серьезный, милок. Мог бы и подыграть. Поспрашивать, кто я такая и чего на мосточке забыла, — с насмешкой произнесла девушка, после чего легко поднялась на ноги.

— Некогда мне глупостями заниматься, — заявил Ламберт и внимательнее уставился на собеседницу.

Преображение девушки случилось моментально. Вот только что тут сидела обычная девица и мочила ноги, а теперь перед Аланом стояла статная красавица с выразительными глазами, показавшимися Ламберту выцветшими. Накопленный опыт сбрасывать Яга не пожелала.

— Мне нужен портал, — заявил темный.

— Так уж и нужен, — заулыбалась девица, сверкнув щербиной между нижними передними зубами.

Яга подошла к Ламберту и попыталась прикоснуться пальчиками к груди парня, но маг перехватил тонкое запястье.

— Так где портал?

— Пообедаешь со мной — скажу, — заявила колдунья.

— Мухоморами кормить станешь?

Алан не доверял ведьмам, никогда не доверял.

— Если захочешь, — рассмеялась плутовка. — А вообще-то, меня Азалия зовут, а тебя?

— Алан. Так что с порталом? Какой он, далеко ли берет?

— Фу, какой ты скучный. — Яга перестала улыбаться, но в серых глазах промелькнуло самодовольство. — А вообще, некогда мне с тобой разговаривать, у меня дел много, да обед стынет. Хочешь тут оставаться, тогда сиди на берегу и грейся на солнышке.

Колдунья что-то задумала, и маг это сразу понял. А чего ожидать от лесной жительницы, частокол которой оказался усыпан черепами?

Пустые глазницы ближайшего черепа издавали подозрительное свечение, и маг остановился у головы, однако прикасаться не стал. Кость показалась слишком белой, словно ее недавно отполировали и потерли кислотой.

— Боишься? — спросила Азалия.

— Кто это?

— То женихи мои неудавшиеся. Буйную головушку сложили в драке друг с другом. А мне с ними расставаться не хотелось.

Приятного в увиденном не было ничего, некромантом Ламберт никогда не мечтал быть.

— Ну что, Алан, все еще аппетит не отбил? — развеселилась Яга Азалия. — Пошли, говорю, не съем я тебя, только немного понадкусаю. Сегодня картошка с грибами да пироги с кашей. Иного нет, гостей я не ждала.

Ламберт перешел на магическое зрение, но ничего необычного не заметил. Более того, черепа выглядели как тот же забор или пугало, воткнутое у куста вишни.

Алан перестал рассматривать череп и двинулся вслед за ведьмой. «Пироги с кашей» даже звучало странно, наверняка и на вкус ничего хорошего.

Однако стоило магу сделать шаг, как до него дошло, чем пахло от черепа. Клеем. Темный не постеснялся и вернулся, после чего приблизил лицо к голове. Принюхался.

— Чего рассматриваешь? — раздался настороженный возглас Азалии.

— Народное творчество? Сама додумалась делать их из клея и бумаги или кто-то научил?

В ответ собеседница недовольно фыркнула и ушла.

Первая страшилка на поверку оказалась рваными клочками бумаги, приклеенными друг на друга. Настоящих же черепов маг насчитал лишь половину от тех, что висели на заборе.

Стол Яга собрала скоро — все и так было приготовлено, разве что к обеду присоединился нежданный гость.

— Садись, молодец недобрый, — произнесла Азалия и хмуро покосилась на Ламберта. — Наливку вишневую пьешь или водой чистой питаешься?

— Не откажусь. — Алан решил подыграть хозяйке, к тому же она так и не сказала про ближайший портал.

То, что наливка была с секретом, адепт распознал сразу. Перстень на пальце поменял цвет с кровавого на розовый. Осталось только произнести заклинание, нейтрализующее одурманивающий наговор. Маг сделал это прежде, чем выпить стакан до дна. Увы, вместе с ядом испарились и градусы, превратив напиток в вишневый компот.

— И как? — с придыханием поинтересовалась Яга и облизнула губы. — Может, хочешь еще?

Стоящий перед ней стакан тоже опустел, зато щеки колдуньи порозовели.

— А давай! — согласился Алан.

Второй и третий компоты были магом благополучно выпиты. Ведьма проследила за каждым действием гостя, а потом осторожно спросила:

— Ну как я тебе? Хороша?

— Слов нет как, — подтвердил Алан, едва сдерживая смех.

Порошок подчинения в картошке маг тоже распознал, да только не действовал он на Ламбертов. Особенность рода такая, унаследованная от того самого ректора Хагендорфа.

— Тогда, мил человек, исполняй мое желание! — Ведьма вошла в раж.

Азалия подскочила из-за стола, сорвала платок с головы и отбросила его на пол.

— Какое?

— Стриптиз хочу со срамными песнями и задорными танцами, — заявила Яга и залпом выпила стакан вишневой настойки. После чего поддернула повыше сарафан на груди и приготовилась ждать исполнения мечты.

Маг засмеялся и сам потянулся за четвертым стаканом компота. Однако быстро передумал, потому что предыдущие три точно были лишними.

— Ты чего, Алан? Песен, что ли, задорных не знаешь? — поинтересовалась Яга.

Ведьма внимательно смотрела на гостя, маг же тоже не отставал. Темный видел, как расширились зрачки у хозяйки, как настороженно она отслеживала каждое его ленивое движение.

— Знаю, но петь не собираюсь. Лучше скажи, Яга Азалия, какой срок дают за попытку подчинить волю живого человека? Уверен, что знаешь, а все равно действуешь.

— Чего знаю, какое такое воздействие? — попыталась отказаться ведьма. — Наговариваешь ты на меня, Алан.

— Да неужели? — хмыкнул адепт и поставил перед собой кувшин. — Моя фамилия Ламберт, слышала о такой?

Лицо колдуньи вытянулось, а потом поплыло. Через минуту перед магом сидела седовласая старуха в красном сарафане. Не зря Алан сразу обратил внимание на ее выцветшие глаза. Сколько магией ни прикрывайся, но опыт и возраст не спрятать от того, кто хочет видеть правду.

— Слышала, кажись. — Яга Азалия подхватила ложку и принялась ей шумно скрести по дну сковородки, будто вмиг оголодала, а пожевать больше нечего.

Еще бы она не знала о главном инквизиторе, еще одном дядьке Алана. Герцог был суров с преступниками, однако и самодуром его никто не считал.

— Протрешь до дыр, в чем картошку с мухоморами жарить-то будешь? — поинтересовался адепт.

— Не твое дело! — вспылила Яга, однако тут же осеклась. — Моя сковорода, хочу — ем из нее, а хочу — учу дураков уму-разуму.

— Тоже верно, — не стал спорить Ламберт.

Маг поднялся из-за стола, сложил руки на груди и потребовал:

— Где портал, показывай.

— У меня его нет. — Яга перестала скрести по дну посудины и облизала ложку длинным языком.

Мерзкое зрелище, но, как опытный маг, Алан всякое встречал.

— Не хочешь помогать? Так и напишу: Яга Азалия пыталась лишить разума племянника главного королевского инквизитора. Желала со мной всякой похабщиной заниматься, и чего там еще от меня хотела-то? Про черепа упоминать или пропустить?

— Да чего ты меня стращаешь-то?! — всплеснула руками Яга Азалия. — Нет этого портала у меня, но знаю, у кого есть.

— Далеко отсюда?

— Часа два ходу. Близко совсем: озеро обогнем, березовый лес минуем, обойдем овражек неглубокий. Вдоль кромки сосняка проберемся, а там ручей, за ним у скал будет дом. Дракон там живет, у него портал имеется.

— Что за портал? — Маг на всякий случай решил уточнить, к чему готовиться.

— Увидишь! — сказала как отрезала Яга.

Алан чувствовал, что ведьме он поперек горла, но бояться было некогда. Опасаться — да. Все-таки у лесной жительницы свой опыт, и он куда больше, чем у Ламберта. Поэтому те два часа, которые обещала Азалия, глаз с нее спускать было никак нельзя.

Первые минуты они шли молча. Сердитая Яга даже не стала менять внешность, а так и отправилась с седыми косами, только сарафан надела желтый да янтарные бусы на шею.

До озера добрались быстро, а стоило поравняться с песчаным берегом, как из воды вынырнула полуголая девица. Зеленые волосы скрывали ее плечи и грудь, а на макушке торчала кувшинка.

— Азалия, куда красавчика повела? Давай его к нам, мы парня окунем разок.

— Да забирайте! — фыркнула старуха.

Алан усмехнулся и махнул русалке рукой. Даже с берега чувствовался сильный запах сырой рыбы, исходящий от девицы.

— Эй, парень, не хочешь искупаться? — произнесла русалка и высунулась из воды по пояс.

Алан ничего не ответил, да и зачем? Маг чувствовал магию водяных, хотя и не боялся их. Нужно было срочно найти портал, а потом переместиться к Виолетте. Судя по тому, что ему удалось узнать, Калин не чужда жажда приключений на аппетитную нижнюю часть.

— Азалия, он немой, что ли?! — разочарованно протянула русалка.

— Да! — тут же ответил Ламберт и усмехнулся, заметив, как округлились глаза озерной девицы.

Старушка решила воспользоваться общением мага с русалкой и сбежать. Она кубарем скатилась с берега и бросилась в озеро.

Не удалось.

До спасения Яга не добралась, остановилась на песке и с размаху ткнулась носом в воду. А все почему? Ламберт заметил побег ведьмы и кинул вдогонку магическую плеть, кончик которой обернулся вокруг ноги старухи.

Карга что-то там булькнула, только темный слушать не стал.

— Ну и матерщинница ты, Азалия. Всех рыб мне попортишь своими словечками. Икру метать перестанут! — с укором произнесла русалка и скрылась под водой.

Дорожка то петляла, то тянулась ровно, а вокруг шелестел смешанный лес. Чистый воздух, ароматные травы — все было настолько приятным, что казалось, присядь — и тут же захочется прикрыть глаза.

Яга, привязанная за ногу, шла первой и упорно строила из себя оскорбленную добродетель.

Видите ли, она споткнулась, а он ее неуважительно на магическую плеть прицепил. Честную женщину опозорил на всю округу. Так и заявила, даже попыталась выжать у себя слезу, но ничего не вышло.

И чем дольше они шли, тем больше Ламберт думал про Виолетту. Очень хотелось ее видеть и знать, что с ней все в порядке.

Треск древесины раздался внезапно, и Алан едва успел заметить падающее дерево. Огромная сосна летела прямо на него со всеми своими ветками и колючками. Поводок резко дернулся, но Ламберт не собирался выпускать его из рук. Заклинание ускорения короткое, но действенное, им-то и воспользовался темный. По пути схватил за шиворот Ягу и вместе с ней отскочил в безопасное место.

Маг сразу убедился, что упавшая сосна валялась именно там, где еще несколько коротких секунд назад стоял он сам.

— Не сдох! — разочарованно фыркнула Яга и стукнула кулаком по земле.

— Перебьешься. Инквизитору сообщу, и не надейся, что забуду про покушение, — жестко ответил Ламберт и дернул за поводок.

Рассиживаться было некогда.

— Вон он, дом Себастьяна, — произнесла карга.

Действительно, стоило пройти вдоль ручья поближе к скалам, как перед путешественниками показался одноэтажный, но не лишенный украшений дом. Алан мог бы сказать, что там жил дракон очень обеспеченный и даже аристократ, но самого хозяина не было видно. Зато кругом росло много плодовых деревьев, особенно вишен, словно тут жил любитель поплеваться косточками.

Картина изменилась, едва путешественники вышли на площадку перед домом. Накрытый стол, ажурные белоснежные стулья — все было вполне уместным и напоминало обед аристократов на свежем воздухе.

Раздражало одно: рядом с жареным поросенком, нарезанной зеленью и сыром находились двое. Видеть Ви Алан был очень рад, даже в груди потеплело. Не нравился лишь дракон, вставший перед Калин на одно колено.

Что за странная манера у чешуйчатого делать предложение чужой девушке?!

***

Виолетта Калин

— Это мой отец, а это мать. Брат, сестра и бабка. Точнее, две бабки и два деда. — Дракон раскрыл очередной семейный альбом и указал на группу своих родственников, позировавших на фоне какого-то дома. Сам Себастьян тоже присутствовал среди близких. — А вот тут я упал со стула и громко орал, пока меня не пожалели. Здесь мне пять лет, я только-только спалил любимую скатерть матери. Заметь, случайно!

— Сколько родственников всего из тех, с кем ты общаешься? — Я прикрыла рот ладонью, чтобы собеседник не заметил моего состояния.

Вот уже целый час мы сидели на улице за столом и дракон рассказывал про свою семью. Сначала еще было терпимо, а когда стрелка часов перевалила за полдень, мне захотелось домой. Разговоры усыпляли, но не было и речи о том, чтобы попроситься в гостевую комнату или хотя бы прикорнуть на травке.

— Драконов тридцать или около того. Не знаю точно, — отмахнулся Себастьян. — Забыл упомянуть, что мать часто читала мне сказки на ночь, и я всегда с удовольствием их слушал. Виолетта, ты любишь читать сказки на ночь?

После того как я приложила чешуйчатого светлой магией, мы как-то быстро перешли на «ты», но все же дистанцию я держала.

— Не пробовала, — призналась честно.

Нелли развлекала няня или матушка, до меня очередь не добралась. Думаю, все дело в возрасте, я же и сама не прочь была развлечься волшебными историями. Увы, но спустя несколько лет выяснилось, что многие монстры из детства оказались настоящими тварями, подлежащими уничтожению. Однажды одна из них напала на меня во время купания в озере, когда мы вместе с родителями отправились на пикник неподалеку от дома. Вот тогда-то и пробудилась магия. Мне было всего лишь десять лет, и мелкого монстра я сумела каким-то образом усыпить. Сейчас-то я понимаю, что это был спонтанный выброс магии, а тогда в голове творилось непонятно что. После всплеска силы я заверещала, напугав всю семью. С того времени я стала мечтать об академии.

— Надо исправить, — уверенно проурчал дракон.

— Зачем? — осторожно поинтересовалась я и покосилась на хозяина дома.

Кроме Себастьяна, тут обнаружились слуги. Они шустро накрыли на стол и удалились, оставив нас с драконом вдвоем. Как-то все слишком подозрительно, а бить заклинанием чешуйчатого было еще не за что.

Первый пункт из «накормить и напоить» мы еще не выполнили, так что я была начеку.

— Видишь ли, Виолетта, — произнес дракон и прикрыл альбом, заложив страницу указательным пальцем, — в моей семье принято родниться и общаться. Принимать гостей и не жадничать, но в разумных пределах.

— То есть ты хочешь сказать, что сейчас к тебе явятся родственники? Все три десятка? Порталом? — всполошилась я. — Засиделась я что-то, пора бы и честь знать.

— Да я не о том! — рявкнул дракон. — Дай мне пояснить.

Невоспитанный какой.

Я обиженно поджала губы и покосилась на дом, на крыльце которого топтался слуга. Он размахивал руками, всячески привлекая внимание к себе, но из принципа не стала говорить об этом Себастьяну. Нервный дракон какой-то. Может, усыпить его на сутки, глядишь, слуги отдохнут, а я поищу портал? А что, мне эта мысль очень нравится. Только явление возможных родственников чешуйчатого было крайне нежелательно.

— Будь добр, поясни. — Я поднялась из-за стола, все равно поесть не дали, и принялась ходить туда-сюда.

Ситуация с попаданием в иной мир была странной: ни тварюшки некрасивой, ни монстра, мечтающего тебя сожрать. Только дракон, страдающий излишней болтливостью. Может, случился сбой и магистр Дарбор в чем-то ошибся? Или же это мое испытание — не прибить кого-то, кто действует на нервы? Как Генри, всякий раз испытывающий чужое терпение.

— Все очень просто, — воскликнул Себастьян и махнул рукой.

Дракон задел пирамиду из альбомов, и они свалились прямо на траву.

Мне захотелось рассмеяться, а потом подумала, что сейчас чешуйчатый обидится или начнет рассказывать о своих родных с самого начала. Последнее было гораздо хуже, и я прикусила щеку, чтобы промолчать.

— С женщинами всегда так: ты к ним со всей душой, а они строят из себя не знаю кого, — произнес Себастьян и встал на одно колено, чтобы поднять альбом.

— Ты о чем? — не поняла я.

— Все о том же! Я жениться хотел, чтобы все как полагается. Накормить собрался, в баньку сводить. У меня веники дубовые есть и можжевеловые. А ты? Не оценила!

— Что я?! — удивленно уставилась на дракона, все еще стоящего на одной коленке и собирающего альбомы.

— Себа, Себастьян! — послышался незнакомый голос, и я обернулась на крик.

К нам спешили двое. Седовласая старушка в ярком желтом сарафане выглядела колоритно, но не она меня привлекла. Гораздо важнее был Алан Ламберт собственной персоной. Темный адепт вышагивал позади этой бабки, причем в его руке я заметила плеть, конец которой обвился вокруг ноги старухи.

Да она же ведьма! Колдунья, или как тут можно всякую нечисть называть?!

— Себастьян, ты чего коленкой траву протираешь?! Али золотой обронил? — ехидно поинтересовалась старушка.

— Азалия?! — Дракон нахмурился, но я видела, что этот взгляд был направлен не на меня. — Ты с кем пожаловала?

Гостье и ее спутнику владелец чудесного домика был не рад. Он даже никак не прокомментировал тот факт, что знакомая на привязи.

Первым порывом было кинуться на шею Алана, но я сдержалась. Хозяин дома с неожиданным проворством подскочил на ноги и встал передо мной, словно не хотел, чтобы гости меня рассматривали. Это удивило.

Темный же церемониться и ждать милости от местных жителей не стал. Он даже свои эмоции скрывать не подумал.

— Виолетта! — обрадованно выдохнул Ламберт и двинулся ко мне.

Я же в этот момент попыталась обогнуть дракона, но он предугадал мой шаг и загородил дорогу.

— Себочка, кто эта девица?! — воскликнула старушка.

— Не твое дело, — заявил дракон и схватил меня за руку, не давая отойти от него.

— А ну, отпусти ее, а то хуже будет, — предупредил Ламберт.

— Как это не мое?! — возмутилась карга. — Тебя охмурили, про любовь наговорили, а ты и уши развесил.

— Она врет, — зачем-то пояснила я Алану. — Я даже не знаю, есть ли тут портал.

Мне совершенно не хотелось, чтобы Ламберт заподозрил меня в интересе к владельцу дома.

— Нет у меня его, — заявил дракон, но я ему не поверила.

— А Азалия сказала, что есть, — усмехнулся темный, а потом едва заметно ударил заклинанием.

Стол и вся еда, что стояла на нем, задымились, будто кто-то бросил спичку.

— Могла бы промолчать, — скривился дракон и кинулся тушить.

Чешуйчатый забыл про меня, а я бросилась к Алану, послав подальше предрассудки и поговорку, что от темного добра не жди. Вон они, сказочные персонажи, зажигают так, что того гляди то ли в баньке угоришь, то ли замуж выйдешь. А Ламберт — он почти что свой, только из Хагендорфа.

— Коза молодая, — пробурчала старушка и попыталась поставить мне подножку.

— Завидуй дальше! — бросила я на ходу.

Зря ведьма напала, я молча терпеть обиду от нее не пожелала. Не стала применять магию, а словно случайно наступила на ногу Азалии. Раздался хруст, напомнивший, что у кого-то конечность костяная. И она осыпалась от пальцев до лодыжки, и как следствие — магическая плеть свалилась с ноги.

Брр, неприятно.

Сама же тетка вдруг замерла, щедро обездвиженная заклинанием Ламберта.

— Ви! — прошептал Алан, стоило мне оказаться в его объятиях.

Губы парня коснулись моего виска, соскользнули к щеке. И я подняла лицо, а потом меня обжег поцелуй. Маг не просил, он словно брал свое, и для него это действительно было важно. Я и сама чувствовала, как ослабевала натянутая в груди пружина, возникшая после попадания сюда. Теперь мы вместе, и это главное.

Поцелуй был коротким, но он, как глоток воды, придал силы. Мы сплели пальцы, а вот взгляды пришлось разорвать. Внимание привлек дребезжащий звук.

Оказалось, косточки ноги старухи встали на свои места, напомнив шарики ртути, прилипшие друг к другу.

— Фу, телячьи нежности, — с трудом произнесла ведьма и попыталась сойти с места. Не вышло, она все еще была обездвижена, хотя само «оживление» наглядно показывало — колдунья не из слабых, а оцепенение начало спадать.

— Все пропало, все пропало, — послышался голос дракона.

Мы все вместе обернулись на стоны. Хозяин дома успел потушить стол и сейчас выглядел злым. Смотрел он исключительно на Алана, словно вдруг обнаружил причину всех своих бед.

— Незваный гость, значит? Почти жених? — процедил дракон и взглянул на наши руки. — А колечка-то нет!

— Будет, — зачем-то уверенно соврал Ламберт.

— А вот когда будет, тогда и лезь к чужой невесте целоваться. У нас с Виолеттой свидание, а ты, Азалия, зачем-то привела этого мага сюда! Вот спалю его, и дело с концом!

Я с непониманием смотрела на дракона. Вот это самоуверенность!

— Себушка, ты поосторожнее, из Ламбертов он, — произнесла Яга и попыталась отступить подальше от нас. У нее получилось.

Я приготовилась ударить, если эта дамочка вдруг решится на нас напасть.

— Из кого? — не понял дракон.

— Из тех самых, инквизиторских, — подсказала ведьма.

Осторожно так произнесла, без капли раздражения в голосе, после чего отдалилась на еще один шаг.

Дракон же с укоризной глянул на меня, поэтому пришлось отвлечься от колдуньи.

— Значит, купилась на богатства темных? Так у меня пещера своя имеется. Выбирай, Виолетта: или он, или я!

Я опешила от столь стремительного предложения, да и непонятно, что там в голове у дракона происходит на самом деле. Даже слов не нашлось.

— О чем речь? — Алан напрягся.

Тепло его ладони, казалось, вот-вот закончится, и, даже касаясь всего лишь руки темного, я почувствовала, насколько он напряжен. Нужно было срочно прояснить ситуацию.

— Нет-нет, что ты! Не надо мне никаких пещер с сундуками. Ты их лучше старушке покажи.

— Сама ты старушка! — неожиданно тонким голосом воскликнула Яга и тряхнула головой. Образ престарелой карги вдруг слетел, сменившись на девичий. — Себушка, покажи им портал, пусть проваливают. Нам и без них есть чем заняться.

Ведьма бросилась к дракону и попыталась его поцеловать, однако хозяин дома выказал удивительную прыть и отскочил от резвой дамочки.

— Азалия, я уважительно отношусь к твоему возрасту, но возьми себя в руки! Не пара мы, сколько раз тебе повторять?! — рыкнул дракон и отшвырнул от себя стоявший рядом стул, на спинку которого опирался.

Преобразившаяся бабка скривилась и плюнула прямо под ноги собеседнику.

— Ах ты! Чешуя с хвостом. Драконишка в изгнании. Думаешь, я не знаю, за что тебя из столицы-то сослали? Девок сколь попортил, ирод. И вдовами не брезговал, а тут смотри-ка, я, краса ненаглядная, ему не подхожу.

— Ты себя в зеркало видела, старая?! — рыкнул в ответ Себастьян. — Вся седая и сморщилась как сухофрукт.

— Я?! Сухофрукт?! — возмутилась ведьма. — Ну, держись у меня, Себушка. Сейчас я тебя покусаю.

Яга кинулась на дракона, а тот сразу сориентировался и бросился бежать. Колдунья за ним, и так ловко они перепрыгивали посаженные розовые кусты, бортики фонтанчика, ограждения, что создалось впечатление, что марафон эти двое сдавали не раз.

— Надо уходить, — шепнул мне Алан и привлек к себе.

Тепло разлилось в груди, но стоять столбом было никак нельзя.

— Ты в курсе, где портал?

— Я знаю, — послышался женский голос.

Оказалось, из фонтана на нас смотрела русалка. Хорошенькая, с кувшинкой на голове и лягушкой на плече.

— Скажи, пожалуйста, — как можно вежливее попросила я.

Зеленая без стеснения рассматривала Алана, а сидящая на ее плече квакушка так и вовсе подмигнула темному магу.

— Портал у дракона в доме. В шкафу, — с охотой произнесла русалка, после чего нырнула в воду.

— Спасибо! — искренне поблагодарила я.

Ждать, когда скандалисты вернутся, мы не стали, кинулись в дом и принялись метаться по комнатам в поисках нужного шкафа. Он ведь мог оказаться и кухонным, и платяным.

Не знаю, кто победил в той схватке, но довольно скоро до нас донеслась ругань Себастьяна. На этот раз никакой вежливости он не проявлял. Обозвал нас парочкой проходимцев, покусившихся на его добро. Пригрозил жалобой королю, а потом плюнул огнем. Старуха тоже не отставала и швырялась чем попало: падали люстры, рвались шторы, вся мебель трещала и дребезжала.

В ответ мы с Аланом действовали слаженно: темный ставил щиты, отправлял фаерболы и заклинания, я же то тут, то там открывала шкафы и искала портал.

А когда в спальне Себастьяна с потолка на нас рухнула хрустальная люстра, то спастись удалось только благодаря ловкости и мгновенной реакции темного. Выставленный купол был чудо как хорош, и на минуту в комнате повисла тишина, нарушенная только возмущенным возгласом дракона:

— Азалия, как ты посмела разбить мою люстру?! Тебе озвучить ее цену?!

Я кинулась к двум последним шкафам, стоявшим у кровати. В первом обнаружились вешалки с рубашками и полки с разноцветными трусами в горошек. Открыла второй и поняла, что вот он! Портал!

— Скорее, — произнес над ухом Алан.

Ламберт подхватил меня за талию и впихнул в шкаф.

А потом случилось оно — перемещение.

Глава 15. Возвращение. Нелли под дверью

Виолетта Калин

Едва почувствовала теплые ладони на талии и успела моргнуть, как мы оказались в аудитории. Магистр обнаружился сидящим за столом. При виде нас двоих Дарбор моргнул и нахмурился. Даже не скажу, чего больше было в его глазах — осуждения или любопытства.

От стремительного перемещения и не слишком хорошего портала меня пошатнуло, однако руки Ламберта все оставались на моей талии, и это помогло устоять.

— Уже вечер, адепты. И чем вы занимались? — произнес Дарбор, наконец-то определившись с отношением.

Он облегченно вздохнул, но в словах проскользнул яд. Это означало, что ничего хорошего ждать не приходилось. Ни одного адепта в аудитории, только он и мы, вернувшиеся непонятно откуда. Судя по всему, там была территория темных, где фамилию Ламбертов знали на отлично.

Алан перестал цепляться за меня, убрал ладони. Неожиданно стало неуютно, но я быстро стряхнула это странное ощущение.

— Как интересно, магистр. И как часто вы практикуете соблазнение адепток? — сурово спросил Алан.

— Я?! — Дарбор недобро вытаращился на зарвавшегося темного. — Ты с кем разговариваешь?

— Не вы сами, но те, к кому вы направили адептку, порядочностью не отличались. Вы ведь знали, куда переместили Виолетту и что выбраться из того места за сутки одной не так-то просто. Я бы сказал невозможно, особенно если знать, что ей пытались подлить приворотное зелье и соблазнить. Мне пришлось то дрянное пойло сжечь и тем отвлечь озабоченного дракона.

Так вот что загорелось и задымилось на столе, а я-то посчитала, что Алан лишь отвлек Себа. Отчего-то сразу поверила адепту, ведь приворот из темного арсенала. Ведьмы-то тоже в темных кланах числятся, а они в особых угощениях знают толк.

Дарбор с Ламберта перевел возмущенный взгляд на меня и спросил:

— Калин, это же испытание. Ты что, вздумала соблазняться?!

— Почти, — передернула плечами, стоило только вспомнить озабоченного Себастьяна.

Разумеется, ни на кого я не клюнула, защитный амулет с собой тоже имелся, однако и поддакивать обоим собеседникам не собиралась.

Судя по тому, что сказала ведьма, дракон сослан туда не просто так и не за красивую морду с чешуей. Вероятно, прощением Себастьяна станет его женитьба на какой-нибудь девице. Или же заскучал мужчина, хочет новых ощущений, но не с седовласой Азалией и русалкой, а с обычным человеком.

— Что?! — слаженно выдохнули Ламберт и Дарбор.

— Так бывает, — пожала плечами.

Вдруг почувствовала, что у меня с чего-то затекла шея. Возможно, что от напряжения. А еще эти двое смотрели так, что хотелось залезть под парту. Я бросила короткий взгляд на дверь, и это не укрылось от Ламберта.

— Магистр, зачтено? — спросил Алан и достал из кармана зачетку.

Я быстренько вынула свою и положила рядом на стол перед преподавателем.

— Вы были вдвоем, — с сомнением протянул Дарбор, явно намереваясь отомстить нахальному темному.

— Разумеется, тем и спаслись, — заявил Ламберт. — В условиях при отправке не было сказано, что мы должны выбираться по одному. Коллективно действовать не запрещено. Опять же, вы ведь все контролировали, я прав?

Как контроль сочетался с тем, что меня едва не опоили приворотом, даже не знаю. Нейтрализовалось бы колдовское пойло само — неизвестно. Или же в момент омовения в баньке нас с Себастьяном окатило бы ледяной водой и присыпало колючим снежком? Все это можно было узнать только опытным путем.

Однако сразу видно: Ламберт — мастер заговаривать зубы. Чувствовался немалый опыт и желание протолкнуть свое.

— Разумеется, — процедил Дарбор.

Алан, как настоящий рыцарь, взял все переговоры с магистром на себя, я же предпочла пассивное участие. Темному диплом из светлой академии никак не нужен, ему из Хагендорфа важнее. Мне же документ из Лаории милее прочих, и последний год надо постараться выдержать марафон.

Дарбор зачем-то заглянул в другие мои предметы в зачетке, после чего поставил свою подпись и произнес:

— Калин, ты одна из лучших адепток даже без темного Ламберта.

— Спасибо, магистр, — искренне поблагодарила я.

Моя сумка все еще стояла на парте, дожидалась загулявшую хозяйку. Я подхватила ее и покинула аудиторию.

За спиной хлопнула дверь, и я точно знала, кто именно вышел следом.

— Убегаешь? — спросил догнавший меня Алан.

Сумка тут же перекочевала на его плечо.

— Всего лишь хочу побыстрее попасть к себе.

Кроме нас, в коридоре не было никого, однако откуда-то спереди донеслись голоса адептов. Я остановилась и, глядя на Алана, совершенно искренне сказала:

— Спасибо. Ты ведь меня искал, я права?

— Светлячок благодарит темного? — усмехнулся Ламберт.

Блондин смотрел на меня с интересом, а его карие глаза притягивали. Я уловила в зрачках парня тот странный блеск, который присущ только высшим темным. Захотелось попросить мага его повторить. Разумеется, говорить об этом не стала.

— Ты очень красивая, Виолетта, — произнес Алан и склонился ко мне.

Свободной рукой Ламберт притянул меня к себе, и я даже не стала сопротивляться, когда губы парня прикоснулись к моим. Нежность и огонь — все было в том поцелуе, а ведь еще несколько дней назад я и представить себе не могла, что такое возможно. Все мои прошлые поцелуи сейчас казались детскими и какими-то ненастоящими по сравнению с этим. У темного чувствовался опыт и желание доставить удовольствие.

Мы отстранились одновременно, а блондин зачем-то взял и заулыбался, будто я сказала что-то смешное, но сама не поняла о чем. На мой немой вопрос Ламберт пояснил:

— Я ждал, что ты меня ударишь.

— А надо было? — вырвалось у меня. Пришлось напомнить: — Алан, мы целовались у дома дракона, и даже старая Азалия тебя не смутила.

Логики в словах мага не нашла совершенно.

— Там у тебя было шоковое состояние, — напомнил темный.

— С чего бы? — развеселилась я. — Думаешь, я никогда не видела ведьм, драконов или русалок?

— Тогда повторим! — выпалил Ламберт.

Мы снова целовались, несмотря на то что где-то на нашем этаже не смолкали голоса. Припозднившиеся адепты о чем-то спорили, но нам с Аланом было совершенно не до них. Мне нравился запах этого парня, его тепло и то, что он сегодня для меня сделал. И тут абсолютно не отдавало благодарностью, все гораздо глубже.

— Я тебя провожу, — хрипло произнес темный, едва мы прервали затянувшийся поцелуй.

Маг все еще держал мою сумку, а я цеплялась за его рукав, словно боялась, что Ламберт сбежит в процессе прикосновений.

— Я сама доберусь.

— Думаешь, та мощная орчанка не пропустит? — усмехнулся Ламберт.

Упоминание тети Грабы вернуло легкость в разговоре, и я улыбнулась в ответ.

— Все зависит от ее настроения, но думаю, что не пропустит.

Упрашивать и настаивать темный не стал. И хорошо!

Мы добрались до общежития вместе, а после Ламберт двинулся к себе. Я же быстро дошла до своей комнаты и удивленно моргнула, застав под дверью Нелли.

Без вещей!

— Зайдешь?

Общаться в коридоре мне совершенно не хотелось. Мы молча вошли и заговорили, только когда щелкнул замок.

— Я думала, с тобой что-то случилось, — сердито проворчала сестрица.

Она села на стул и вытянула ноги.

— Ты права. Я едва не вышла замуж, — ответила ей.

— За кого? — ошарашенно поинтересовалась Нелли.

— За дракона. — Я невольно поморщилась, вспомнив про приворот.

Знала бы, припасла бы какую-нибудь пакость. Впрочем, тот погром, что случился в доме Себастьяна, тоже походил на месть.

— Ты меня чуть не опередила! — воскликнула сестра.

— Не переживай, если хотела бы выйти, то непременно бы вышла. Но он не мой экземпляр. Это было задание на устойчивость.

Упоминать подробности я не собиралась, как и рассказывать об Алане.

— А он богат?

— Понятия не имею. Но где ты видела дракона-бомжа?

— Да я их вообще редко встречала, — призналась Нелли.

— А ты чего пришла-то?

— Матушка прислала двадцать писем, пока меня не было. Требует рассказывать о каждом моем дне. Уроки будет некогда учить, придется весь вечер сидеть и объяснять, что и как. Ви, подскажи, как поступить, чтобы она мне часто не писала. Обижать не хочется, но это невозможно! Тебе мама так часто посланий не отправляла.

— Разумеется. — Я усмехнулась. — Это у нас ты младшая, тебе опека нужна.

Чуть было не сказала про любимую дочь, но решила оставить мнение при себе.

— Ви, а отец? Он часто тебе писал?

— Крайне редко. Ты же знаешь, папа постоянно на работе.

Я очень хотела отправиться в ванную и смыть с себя пыль от перемещения. Однако тот факт, что сестрица сама заглянула ко мне, приятно порадовал.

— Так что мне написать матушке? Я сегодня уже три письма домой отправила, а в ответ получила еще кучу. Не понимаю, ей заняться нечем?

— Сочувствую. Прочитай все, что она написала, но отвечай только на самое важное, иначе уроки учить и отдыхать будет некогда, — от души посоветовала я.

Девица покивала с умным видом.

— Виола, хочешь, научу колготки штопать и вообще дыры? Сегодня специально спросила и записала, как это делается правильно.

Я посмотрела на Нелли: голова на месте, синяков не видно, придурковатости на лице тоже не заметно. Что с ней?

— Ты здорова? — обеспокоилась я.

— Угу. Если спросишь, не ударялась ли головой сегодня, то обижусь. Ви, завтра выходной, но я не собираюсь нестись домой.

— Это твой выбор, объясняйся с матушкой сама, — пожала я плечами.

Удивительно, но поговорили мы неплохо. Ради эксперимента пришлось скрепя сердце порвать один носок, но Нелли восстановила его просто идеально. Я тоже записала себе нужное заклинание штопки, отличающееся от того, что я знала, простотой.

На ужин я сходила очень быстро, но однокурсников почти не было. За нашим столом заметила старосту Рика Шурта с его вечным спутником Джеком Ноа. Парни наворачивали картошку с котлетками, что-то бурно обсуждали и никого не замечали. Я села подальше от них, быстро проглотила свой ужин и отправилась в комнату.

От уроков никто не освободил, да и без Бонни было скучно. А так как ни одного рыжего я не заметила, то решила, что семейка оборотней собралась вместе.

Уроки отняли много времени, а когда я заснула, то совершенно непонятно, откуда мне привиделся Ламберт. Блондин тянул губы в попытке поцеловать меня, но все время промахивался. То уху доставалось (отчего я хихикала, как дурочка), то носу. И так всю ночь! Обидно, до губ-то так и не добрался.

Проснулась расстроенная и не сразу поняла, что за окном идет ледяной дождь. Так и до снега недалеко! Отвратительная погода, особенно если знать, что сегодня выходной и куда-то надо идти.

Стук в дверь показался издевательством, пришлось подниматься и открывать. Кому не спится-то в такую погоду?

Настроение ощущалось паршивым, и даже захотелось кого-нибудь стукнуть или сказать парочку не самых приятных слов. Что за манера мешать целоваться даже во сне?!

Открыла дверь и с удивлением уставилась на заспанную конопатую девицу.

— Ты учишься вместе с Нелли? — спросила я у нее.

— Да, я Амаори.

— Что-то случилось? — Девица выглядела несчастной, хотя пыталась выдавить из себя улыбку.

— Нет, то есть да, кое-что произошло.

Я приподняла брови, но промолчала, ожидая продолжения. На экстренный случай не похоже, но уже подозрительно.

— Нелли храпит, — выдохнула Амаори. — Вы бы не могли мне помочь?

И взгляд сразу такой у собеседницы сделался просящий, явно намекающий, что сестрицу следует принять обратно, и вот прямо сегодня.

— Сочувствую, — сухо произнесла я.

Хотела Нелли свободы — пусть пользуется.

— Амаори, попробуй шумно ронять тапки на пол, — дала я совет из своего опыта.

Так себе помощь, но все же лучше, чем ничего.

— Я два раза так делала, и не помогло. Соседи начали стучать в стену, — призналась девица.

— Пусть Нелли перевернется на другой бок.

— Та же история.

— Как зовут того парня из темных?

— Ивар Ламберт.

— Вот! — Я вытянула палец. — Попробуй назвать его имя. Должно помочь.

— Это что, заклинание такое? — Амаори мне не поверила.

— Вроде того. О результате расскажешь. И лучше произноси имя Ивара с придыханием.

На хорошего жениха у сестры нюх. И если она заинтересовалась этим Ламбертом-младшим, то даже во сне среагирует и затаится, как бы кто не отобрал.

— А если не поможет? — На лице Амаори все еще отражались сомнения.

— Тогда надо обращаться к целителю. Я поговорю с Нелли, а ты экспериментируй с именем Ивара Ламберта.

Соседка сестры пообещала уже завтра рассказать о результате и ушла к себе.

-----------

Дорогие читатели! Я рада, что вы со мной𦒑:.!;