Академия «Memento mori». Том 2

Пролог

Он издалека смотрел на студентов и преподавателей, суетящихся вокруг трупа Джека Биго. Вот подбежал ещё один магистр и властными криками принялся разгонять любопытствующих зевак. Те неохотно стали отступать, однако всё так же продолжали вытягивать шеи, чтобы побольше успеть рассмотреть.

Хотя смотреть там было не на что.

Если уж в прошлый раз никто ничего не нашёл, то в этот и подавно: он был ещё осторожнее да и спланировал всё заранее. Если с Арией Тан всё получилось спонтанно и отчасти непреднамеренно, то в этот раз от тщательно подготовился.

Всё шло, как должно было быть.

Они это заслужили. Они покусились на то, что должно принадлежать только одному ему. Поэтому их и настигла эта кара.

Он поискал глазами в толпе и нашёл нужную фигурку. Внутри сразу разлилось тепло, отгоняя давно поселившийся в теле сковывающий холод.

Жаль, что на этом совершенном личике сейчас застыла гримаса ужаса, он этого совсем не хотел. Она должна улыбаться, всегда, несмотря ни на что. И, конечно же, только ему. Никто больше не достоин видеть её настоящую улыбку. Это только его сокровище. Он это понял ещё в тот момент, когда впервые увидел её в толпе студентов. А когда услышал её голос – решил хранить и оберегать всеми возможными способами.

Ничего, рано или поздно, но эта улыбка будет принадлежать ему. Как и вся она. И тогда не будет никакого ужаса на лице. Только одна лишь любовь к нему, в которой он будет купаться день ото дня…

Да. Потому что всё, что он делает, исходит из его необъятной любви к ней. И потому что она – та, кто сумеет восстановить его разрушенную душу, вылечить истерзанное сердце и подарить смысл этой никчёмной жизни.

Стерев с лица предвкушающую улыбку, он встряхнулся и направился к толпе.

Глава 1, в которой герои опять с кем-то сражаются

Карина Яковлева

– Осторожно!

Я оттолкнула подругу с траектории броска хищного щупальца, на который вслед за этим почти сразу накинулся огонь.

Крик был явно лишний, но во мне оставалась человеческая привычка, что голос достигнет цели раньше меня.

Вместе с Марой мы уклонились от ещё одного щупальца. Я вхолостую взмахнула кинжалом, но оно уже успело конвульсивно отдёрнуться.

Обернувшись, я увидела, как Николае с Эллиотом дорубают огромное хищное растение, и его длинные щупальца, ещё по разочку лихорадочно дёрнувшись, опадают на землю толстыми лианами.

– Как-то я думала, что это испытание попроще будет, – пробормотала я, оглядывая поле боя с тремя поверженными хищными растениями.

Между прочим, это шестая битва с этими тварюками за сегодня! А помимо этого, мы уже два раза натыкались на неупокоенных духов и один – на рукотворного элементаля земли. Уж не знаю, кто из преподов так расстарался для нас, но я бы с радостью сказала ему спасибо и выцарапала глаза!

Надо ли говорить, что мы теперь более чем потрёпаны? По возможности, Ник и Феликс старались нас исцелить, но, во-первых, они не такие уж и огромные специалисты в этом, а во-вторых, тратить много сил мы им не давали: нам ещё искать выход из этого лабиринта.

Самой целой была я, потому что меня особо не пускали в сражения из боязни, что вообще помру. Остальные были разной степени побитости, хотя больше всего доставалось, откровенно говоря, Нику и Элли: они шли впереди и традиционно принимали весь удар на себя. Да и являлись нашей главной боевой мощью, что уж тут скрывать.

В начале пути я ещё привычно ныла, что давайте просто сдадимся и не будем искать выход (на самом деле я знала, что такой вариант мне не светит), но сейчас уже заткнулась, и сама тянула друзей вперёд. Столько вытерпеть и сдаться? Ну уж нет!

Особенно я разозлилась, когда в предыдущем бою чёртовы растения сломали Феликсу левую руку в нескольких местах. Самоисцелением он не владел, а Ник тут оказался по большей части бессилен: всё же он орудует магией крови, а она в данном случае малопригодна. В итоге мы кое-как зафиксировали ему руку, частично обезболили и отправились дальше, торопясь уже без всяких напоминаний.

На эти хищные растения мы напоролись в поисках очередного ключа, который они и охраняли. Мара назвала эти четырёхметровые махины как растения-стриги. Я сначала не поняла, причём здесь колдуньи[1], и тогда подруге пришлось объяснять, что создатели этих монстриков подразумевали в названии смысл «колдовские растения», к тому же провели аналогию с обычными растениями-паразитами, которых люди обозвали стригой[2].

Я обошла тушку последнего убитого растения и направилась к невысокой, где-то с метр, гипсовой колонне. На ней лежал очередной ключ: изящный, золотой с синей (на этот раз) ленточкой в ушке. Мне невольно вспомнилось, как я в детстве так же искала ключи необходимого цвета в пятых Героях[3]. Правда, там это казалось как-то попроще, да и проходила я все игры всегда на самых лайтовых режимах.

– Можем возвращаться к синим воротам, – сообщила я ребятам, показывая ключ в руке.

Потирающий задницу Ник (ему прямо по ягодицам зарядило одно из щупалец) скривился в псевдорадостной гримасе, Эллиот только кивнул, зато Феликс с Марой в один голос облегчённо вздохнули.

Мы уже сталкивались с тем, что в поисках одного ключа находили другой. Так получилось, например, с зелёным: до него мы успели найти жёлтый и красный. Они, конечно, потом пригодились, но в момент поисков нас эта история успела побесить.

Сейчас же мы нашли ключ нужного цвета, и это вселяло надежду, что…

– Может быть, это будут последние ворота уже, а? – озвучил мои мысли Филя.

Я согласна кивнула. Мы здесь бродим больше пяти часов. Как бы… может, хватит? Вымотались уже, как собаки. Да ещё и эта неизвестность: может быть, все уже вышли, одни мы тут чухаемся, никак не можем найти выход. А преподы ухохатываются, глядя на наши попытки отыскать выход из этого проклятого лабиринта.

Эллиот поменялся местами с Ником в начале процессии, потому что удар по ягодицам оказался всё же нехилым, и наш вампирюга был теперь больше сосредоточен на своих ощущениях, чем на окружении, и мы двинулись обратно к воротам.

Теоретически (ха-ха) путь туда был уже расчищен, однако мы уже один раз так напоролись на неупокоенных духов. Поэтому сейчас шли, держа ухо востро.

Нам повезло: до нужных ворот мы дошли без происшествий. Элли отпёр ключом изящные витые ворота, и мы шагнули в новый участок лабиринта. Не знаю, кто как, а я скрестила пальчики, мысленно прося, чтобы это был участок, ведущий прямиком на выход.

Видать, плохо просила, потому что мы снова закружили по лабиринту. За спиной тихо чертыхался Филя, видимо, тоже плохо попросивший. Впрочем, пока лабиринт нам не давал ответвлений на выбор, и это уже внушало какую-никакую надежду. Но как же жаль, что разрушать стенки садового лабиринта запрещалось… Да что там, даже взлетать или подпрыгивать над живой изгородью нельзя!

После очередного поворота мы вышли на более-менее открытое пространство, и, конечно же, оно оказалось уже занято. Я так надеялась, что если мы на кого и напоремся, то это окажутся очередные растения-стриги, но увы…

Перед нами стояла химера.

***

Марианна Лафлёр

При виде химеры у меня тут же неприятно засосало под ложечкой, а ещё проснулись воспоминания о зачарованном лесе. «Наша» химера на тех, правда, походила лишь отчасти: у прошлых я с трудом могла определить, из чего они слеплены, эта же была, похоже, скрещением гиены, медведя и… сокола? Может быть, кто-то ещё был замешан, не знаю, смогла определить только этих. Ну и ещё она покрупнее оказалась раза в полтора. Ох.

В Академии некроманты занимались созданием искусственных химер из трупов животных, но наша, судя по всему, была поймана в зачарованном лесу и в стазисе доставлена сюда, чтобы студенты могли попрактиковаться на настоящем, не поддельном материале.

Какие же заботливые у нас преподаватели!

Признаюсь честно: момент атаки химеры я пропустила. Тварь перемещалась молниеносно, передвигаясь на четырёх мощных лапах, но при этом помогая себе серповидными крыльями. Очень повезло, что не пропустил этот момент Эллиот, который и сумел остановить химеру своим мечом и даже отбросить её.

Николае непечатно, но кратко охарактеризовал ситуацию, и в душе я с ним согласилась.

Выставлять против первокурсников настоящую химеру?! Да это же издевательство! Мы же боевую магию даже не начали изучать ещё! По мнению преподавателей, мы должны полагаться только на остаточные знания от домашнего обучения или в средних учебно-магических заведениях?! Да они, однако, большого мнения о нас!

Я попятилась, невольно прикрывая собой Кару. За сегодня это уже превратилось в автоматический жест. Мне было очень страшно за подругу, которая толком и защитить себя не могла. Хотя за себя тоже страшно, что уж тут скрывать. Впрочем, подруга тоже неплохо прикрывала меня.

Химера вновь кинулась на нас, немного поменяв траекторию удара, но Эллиот снова преградил ей путь, отойдя от нас и, похоже, собираясь вступить с ней в бой один на один.

– Феликс, в твоём арсенале есть что-то против химер? – повернулась я к некроманту. Тот, закусив губу, хмуро покачал головой. Я разочарованно выдохнула. Да как этих тварей вообще побеждать?! Неужели только физическим методом? Гилберту тогда пришлось орудовать только мечом, магию использовать он не мог. Но ведь наверняка как-то и магией на неё можно воздействовать!

Tenebrae! Хоть на каждое испытание носи с собой справочник по магическим тварям…

– Ник! – окликнула подруга всё ещё на половину недееспособного вампира, который, тем не менее, мужественно прикрывал нас и даже иногда пытался отвлечь внимание химеры на себя от Эллиота, давая тому шанс на более успешную атаку. – Может ли помочь что-то из магии крови? Эта тварь же живая, я чувствую. Может быть, контроль крови удастся?

– Я пытаюсь, – пропыхтел тот, не сводя взгляда с битвы, – но это не так-то просто! Да и сил почти нет!

Кара выскользнула у меня из-за спины и, несмотря на моё возмущение, приблизилась к Николае, прижавшись к тому спиной к спине.

– Бери мою! – рыкнула она напрягшемуся вампиру. – Давай же, мы одной крови. Не тормози!

Николае зашипел на свою обращённую, но я заметила, что всё же потянул потихоньку из неё силы. Я поёжилась: процедура передачи силы от одного мага к другому была максимально неприятной для передающего, поэтому практиковалось такое у нас редко. Проще уж зарядить артефакт, чтобы другой забрал силу оттуда. Потери силы больше, зато не так болезненно. Но сейчас было не до артефактов.

Я пристально следила за боем Эллиота и химеры, периодически стараясь прикрыть сокомандника щитами, насколько это возможно. Химера шипела, гадко подхихикивала (отчего я утвердилась в наличии в ней черт гиены), атаковала передними медвежьими лапами с огромными острыми когтями и спокойно уходила от всех атак Эллиота с помощью мощных крыльев. В общем, бой шёл довольно паршиво, поскольку по-настоящему достать тварь толком не получалось, а вот полукровка начал уставать.

В конце концов, мы действительно не железные, а пятичасовое хождение по лабиринту с периодическими сражениями измотают любого. Мы же ещё очень молоды, неопытны и огромных сил в себе развить не успели. Это для пятисотлетних вампиров проход нашего лабиринта был бы лёгкой послеобеденной прогулкой!

Я уже подумывала о том, чтобы присоединится к бою (помогу вряд ли со своей скоростью, но хотя бы поотвлекаю внимание более успешно, чем Николае, который теперь был вынужден находиться на одном месте), когда почувствовала со стороны вампира настолько мощную волну магии крови, что даже у меня получилось её заметить.

Николае вытянул одну руку со скрюченным пальцами вперёд, к химере, и что-то едва слышно нашёптывал. Тварь неожиданно забила крупная дрожь, и она болезненно взревела (она ещё и так могла?!). Эллиот попытался воспользоваться её заминкой и атаковать, но химера отбросила его ударом лапы. Затем она зло зашипела и попыталась разодрать себе горло своими же огромными когтями. Я уже обрадовалась, что сейчас наша проблема самоликвидируется, как любит говорить Кара, но не тут-то было. Пару раз полоснув себя по шее с толстой шкурой, тварь снова взвыла – уже как-то обиженно – и опустилась на четыре лапы. Жуткая медвежье-гиенистая пасть с маленькими туповатыми глазками повела по сторонам и неожиданно чётко уставилась на Николае.

Эллиот успел рвануть твари на перерез, но снова был отброшен мощнейшим ударом уже крыла в сторону. Тело полукровки пронеслось рядом со мной и врезалось в стену.

На мгновение я в ужасе заколебалась: куда? На помощь Николае или Эллиоту?! Краем глаза заметив, что в сторону полукровки повернулся Феликс, я тут же рванула к Николае с Карой, на ходу сооружая огненную стрелу. Я надеялась, что она хотя бы чуточку отвлечёт химеру, но та даже не заметила её, когда она вонзилась в толстенную шкуру и разрушилась, похоже, не причинив особого вреда.

Да тьма побери эту тварь! Чем же её бить?!

Тем временем химера добралась до Николае, который успел отбросить Кару в сторону и встретить тварь в защитной стойке с глефой наперевес. Между ними тут же завязался бой, в котором вампир ощутимо проигрывал. Я снова прицельно запустила в химеру магическую стрелу – на этот раз тёмную и помощнее. На более сложные и энергоёмкие заклинания не было ни сил, ни времени. В этот раз стрела, похоже, ужалила цель: химера недовольно зашипела и крутанулась задетым боком, что дало вампиру небольшую передышку.

Мы попытались провернуть с Николае старую схему: он атакует как основной, я же периодически отвлекаю внимание и по возможности контролирую щит над ним. Однако почти сразу наш план провалился по той простой причине, что даже так мы уступали в силах химере. Я пыталась перетянуть на себя внимание всеми силами, хотя и опасалась настоящей атаки. Но химера, похоже, была нацелена только на вампира, который, видимо, продолжал что-то творить с её кровью. Я хотела крикнуть ему, чтобы перестал воздействовать на неё, но не успела: тварь очередным молниеносным движением приблизилась ко мне и отбросила меня крылом, как чуть ранее Эллиота.

Удар, похоже, был слабее, да и свой щит я в последний момент успела укрепить, поэтому до стены я не долетела, врезавшись спиной в пол. Удар успела смягчить ещё одним щитом, поэтому падение не оказалось чересчур болезненным. Хотя повторять его я бы всё равно не хотела…

Я, насколько это возможно, быстро поднялась на колени и успела увидеть, как химера ударяет лапой Кару, словно бы отмахиваясь от неё, потом пастью перехватывает атакующую её глефу вампира и резким взмахом головы отбрасывает и её.

А затем с торжествующим рёвом всаживает в тело Николае свои когти, а следом и клыки.

[1] Striga – лат. Колдунья.

[2] Стрига – род растений семейства Orobanchaceae, является в основном полупаразитом, реже – полным паразитом в основном на корнях злаковых.

[3] Герои Меча и Магии V (англ. Heroes of Might and Magic V) – пошаговая стратегическая компьютерная игра с ролевыми элементами.

Глава 2, где чудовищ сначала становится больше, а затем… снова меньше

Карина Яковлева

Когда я увидела, как Ника пронзает это ужасное чудовище, у меня внутри словно что-то оборвалось.

Как это так? Ник, этот самоуверенный засранец, никак не мог пострадать от лап какого-то монстра-переростка! Он же сильный и опытный!

Как… так…

Я сама не поняла, что случилось, но в какой-то момент осознала, что атакую эту грёбаную химеру, зажав в руках оба кинжала. Боль от ран когтей была дикая, но я смогла каким-то образом абстрагироваться от неё и начать атаковать. Неумело, жалко и как-то по-детски – но всё же атаковать.

Не удивительно, что химера, даже не разжав пасти, которой впивалась в Ника, откинула меня своим крылом. Всё моё тело словно пронзило тонкими лезвиями. Тьма, у этой твари что, лезвия в крыльях?!

Я не сдержалась и заорала от дикой боли в куче порезов по всему телу – в моменте никакое абстрагирование не помогло. Почему же так больно?!

Но агония не длилась долго, потому что разум снова затопила мысль о том, что Ник в опасности. Об этом моё нутро буквально выло – как будто всё моё существо заботило одно лишь это!

И я с тем же непроизвольно срывающимся с губ криком приподнялась и нашарила глазами своего патрона.

Он слабо трепыхался в лапах и когтях химеры, пытался хилыми ударами отбиться от неё, но та этого не замечала вовсе. И я уже почти рванулась к нему вперёд, вопреки всей своей боли и ранам, когда увидела какой-то синий всплеск. Тело Ника выпало из плена химеры, а сама же она оказалась сметена каким-то чёрно-синим сгустком.

Я невольно проследила взглядом за странным остервенело грызущимся клубком и содрогнулась, различив в нём вторую тварь с когтями, не уступающими химеровским, и синим огнём, пляшущим на её спине и лапах. Больше толком разглядеть ничего не получилось: твари с рявканьем, воем и рычаньем слились в ещё более плотный единый клубок шерсти, когтей, зубов и лап.

Я наконец, как и хотела, рванулась к Нику. Кое-как полуползком доковыляла до его тела и едва не рухнула сверху. Едва – потому что меня успела придержать Мара.

– Ник! – просипела я над посеревшим лицом брата по крови. И замерла в ожидании ответа, не в силах пошевелиться без него.

Пару мгновений ничего не происходило, но тут наконец ресницы Ника чуть трепыхнулись, глаза приоткрылись, и он кашлянул. Изо рта тут же потекла новая кровь.

Над грудью Ника простёрлись руки Феликса, и я почувствовала, как от них в тело вампира направляется целительская тёмная магия.

– Я один не справлюсь, – напряжённо рыкнул некромант, – заговаривай кровь!

– Но я не умею!

– Значит, время научиться!!! – рявкнул на меня Феликс таким голосом, который я от него никогда не слышала.

Внутри у меня всё сжалось, но… он ведь прав. Мара не умеет исцелять, а один он с такими ранениями точно не справится…

Тьма тебя побери, Кара! Ты уже два месяца зубришь эту проклятую магию крови! Неужели у тебя не хватит сил и мозгов даже на то, чтобы остановить кровь у своего патрона?! У нас же одна кровь! Раз я могу заговаривать свою кровь, то смогу и его! Поэтому засунула в задницу своё «не могу» и сделала!!!

И я опустила пальцы в кровь Ника, чтобы указать ей свою волю.

Сотни прочитанных страниц по магии крови мельком пронеслись в моей памяти, куча схем и заклинаний встала перед глазами. Холодно и расчётливо я выбрала нужную схему и влила в неё свою силу, выплетая каркасы и узлы. И закрепляя всё это своим Словом, которое имело право управлять чужой кровью.

Раз за разом я повторяла и воплощала в своём разуме различные схемы, восстанавливая привычный ход течения крови, перекрывая каналы своей силой и убирая лишнее. Не знаю даже примерно, сколько времени прошло, но в какой-то момент я почувствовала руки Мары на своих плечами, которыми она меня чуть отталкивает, и услышала её голос:

– Кара, хватит.

Я выпала из своего транса и растерянно захлопала глазами. Ник лежал с закрытыми глазами, тяжело, но глубоко дышал, а кровь из ран больше не сочилась.

– С Ником пока всё в порядке, до целителей точно продержится, – продолжила Мара, с тревогой глядя на меня. – А нам надо отсюда убираться, пока ещё что-нибудь не случилось.

Убираться? А как же химера? И то чудовище, что с ней схлестнулось?

Я недоумённо огляделась и увидела чуть поодаль… тушку химеры.

Чего? То есть та чёрно-синяя тварь победила? И где она теперь? Нам надо спасаться от неё?!

Взгляд мой побежал дальше, и ответы на вопросы были найдены. Недалеко от нас спокойно стояло то самое чёрно-синее чудище.

Я едва не заорала и попыталась вскочить, но Мара неожиданно крепко меня удержала.

– Тс-с-с! Кара, ты чего? Это же Эллиот.

…А?..

…А-а-а-а-а?!

Вот это чёрно-синее чудовище – мой Элли?!

Я так охренела в тот момент, что даже пропустила эту крамольную мысль. Челюсть отпала сама собой, я же чуть ли не в полной контузии смотрела на представшего передо мной… зверя?

Тьма побери, да это же его вторая форма! Эллиот же оборотень, дубина я стоеросовая! И как только забыть могла?! Хотя он у меня никогда и не воспринимался как оборотень, я больше чуяла его всегда как сородича-вампира.

Но что это за зверь?

Я пригляделась повнимательнее. Мозг как-то частями анализировал информацию, но я дала себе мысленную затрещину, и наконец в голове сложился полный образ.

Лис.

Огромный. Мать его. Чёрный. Лис.

Это вообще как?

То синее, что я сначала приняла за огонь, кстати действительно было огнём. Вот только горел он не на спине, как мне изначально показалось, а на роскошном чёрном хвосте, а также на кончиках лап.

М-да уж, на тех умилительных маленьких лисичек этот монстряка походил едва ли. Не знаю точно, каких размеров обычные лисички, но мне всегда казалось, что не больше какой-нибудь таксы (если не учитывать её короткие лапки)… ну или там бигля… А тут… Да он же выше меня! А сколько в нём килограмм?! Божечки-кошечки, чем только кормить такую лисичку?!

От потрясения в голову лез полный бред, что я и сама прекрасно понимала, но остановить поток тупых мыслей не могла.

Тем временем лис, видимо, решил, что я уже наразглядывалась его, и в пару плавных движений подошёл к нам. Вот это грация, ничего не скажешь!

– Феликс, посмотри раны Карины, – раздался голос Эллиота.

Э-э-э… Эт он откуда?

В смысле… Оно ещё и разговаривает?!

Я не знаю, что в тот момент удержало меня от спасительного обморока, но вытаращилась я на лиса знатно.

– С радостью б, но я почти на нуле, – вздохнул Феликс, но всё же провёл рукой вдоль моего тела.

Тут я словно бы вспомнила о терзающей тело боли, и она, конечно же, мгновенно пронзила всю меня сотней ран. Я, сдерживаясь, тихо зашипела.

– Хотя бы просто обезболь, – попросил Эллиот. – Выход рядом, если я верно чую.

Феликс, прикусив губу, кивнул, и я почувствовала, как те самые сотни игл потихоньку отступают. Не насовсем, они всё ещё были здесь, но это хотя бы как-то я могла терпеть.

– Больше не могу, – извиняясь, вздохнул Феликс.

Я благодарно криво ему улыбнулась и попыталась встать. Со второго захода даже, на удивление, удалось, особенно, когда Мара меня придержала.

Лис подошёл совсем вплотную к нам и неожиданно опустился на землю рядом с Ником.

– Закидывайте мне на спину Ника. Кар, ты тоже залазь, будешь его держать.

– Э-э-э… А может, как-нибудь так дотащим?.. – нерешительно предложила Мара, с опаской глядя то на лиса, то на Ника.

– Да и вдруг там ещё кто нас поджидает, – поддержал её Феликс.

– Впереди никого. Да если и появится кто-то, я быстро их скину, не беспокойтесь, – съехидничал (уже действительно, сомнений нет) Эллиот.

– Может, ты всё же перекинешься обратно, и мы так их донесём?.. – попыталась ещё раз уныло настоять Мара, хотя уже начала перетаскивать на спину лиса бессознательного Николае.

– Пока не могу, – кратко ответил Элли.

Я, поражённая перспективой езды на огромном лисе, всё это время молчала. Но тут наконец плотину прорвало:

– Вы думаете, я серьёзно смогу взобраться на огромного лиса, а потом ещё и ехать на нём?!

– Многие женщины ездят у мужчин на шее фигурально. Подумаешь, прокатишься реально, – фыркнул некромант.

Я кинула на него злой взгляд.

– Я не собираюсь!.. – начала я, но Эллиот прервал меня решительным:

– А ну цыц! Залазь быстрее. Ты еле двигаешься, а нам нужно поскорее на выход, к целителям, пока Нику не стало хуже.

Аргумент оказался аргументным. Я тяжело и недовольно вздохнула, но начала вместе с Ником пристраиваться на спину лиса. Дело это оказалось нелёгким (то Ник норовил сползти, то я, то оба), но в итоге нас всё же укомплектовали (как мне кажется, с помощью особо забористых ругательств, а не паутинного заклинания Мары).

Оказаться на спине огромного зверя никогда не было моей мечтой. Но ощущения были интересными. Чем-то напоминало езду на лошади. Ты чувствуешь под собой огромного живого зверя, у которого под шкурой перекатываются мощные мышцы. Шерсть, кстати, у лиса оказалась такая шелковистая, что впору спрашивать, каким шампунем он пользуется! Ну о-о-очень приятная! И лис, кстати, совсем не пах зверем (хотя тут ещё вопрос, как пахнут настоящие дикие звери, я ж их в жизни не видела и не нюхала), от него веяло чем-то немного мускусным что ли… А ещё были отголоски мяты, что заставило меня вдохнуть поглубже – люблю её.

Хотя движение оказалось намного плавнее, чем на лошадях. Впрочем, я каталась на них только по пересечённой местности, где животинки не особо стремились подчиняться приказам наездников, слепо следуя за вожаком. А мы двигались по ровной земле, где даже завалящего камешка было не найти.

Но путешествие на лисе закончилось действительно скоро: уверенно выбирающий путь (пару раз нам встречались развилки и ответвления) Эллиот через каких-то минут пять вывел нас к новым витым воротам. Вот только в этот раз на них не висело никакого замка, и цветовые обозначения отсутствовали.

Мара выступила вперёд и уверенно распахнула ворота. Сделав шаг вперёд, она мгновенно исчезла во вспышке телепорта. Феликс облегчённо выдохнул и поспешил за девушкой. Стоило ему скрыться, как туда же плавно скользнул Эллиот, всё так же с нами на спине. Я удивилась: думала, хотя бы сейчас он перекинется, ан нет. Интересно, как долго продлится это его «пока»?

Стоило оказаться задним лапам лиса за воротами, как телепорт перенёс и нас из этого многострадального лабиринта. Мы оказались на телепортационной площадке. Казалось бы, зачем нужны телепорты, если испытание проходило в лабиринте на территории Академии? Зашли мы действительно через обычный вход в сад, предварительно вытянув жребий с номером коридора, в который изначально необходимо было проследовать. А вот выход, похоже, находился слишком далеко от входа, поэтому и решили переместить нас обратно в Академию телепортами.

Встречал нас на площади один лишь профессор Вазов с планшетом в руках. При нашем появлении он кивнул и равнодушно сообщил:

– Пять часов тридцать четыре минуты.

И всё. И вот думай: хороший это результат или плохой. Хотя, огласив результат, профессор выжидательно стал смотреть на портал, значит, вероятно, мы не последние?

– Там целители, быстрее к ним, – скомандовала Мара, высмотревшая, похоже, за пределами площади так нужных нам сейчас специалистов.

Мы поспешили в сторону, которую указала подруга, когда нас остановил прозвучавший сзади голос Вазова:

– Эллиот, хочу напомнить, что на территории Академии не приветствуется разгуливать во второй ипостаси. Прошу вас принять человеческий облик.

– Не приветствуется, – подтвердил лис, даже не обернувшись, – но не запрещено.

И направился к целителям.

Тьма! Чует моё нутро, это его «пока» – далеко не пока…

Глава 3, в которой герои переживают последствия испытания, чужих решений и трагических событий

Марианна Лафлёр

Меня целители выпустили довольно быстро: ран было не сильно много, а с восстановлением резерва мне мало могли помочь, учитывая, что он не был опустошён в ноль.

Зато все остальные загремели в целительский блок на большее время: ужинала я в день испытания одна, а вот на следующий день на завтрак пришёл Феликс. Рука у него всё ещё была на перевязи, но сокомандник отмахнулся, мол, через несколько дней будет как новенькая. Он же сообщил, что Карину, скорее всего, выпустят вечером, а вот насчёт Николае пока не известно.

– А что с Эллиотом?

Парень нахмурился.

– Я хотел тебя спросить. У целителей я его не видел.

Я тяжело вздохнула. Сгрузив Николае и Кару у целителей, Эллиот всё так же в облике лиса отступил от удивлённых его явлением целителей. А где-то через минуту появился преподаватель с боевого факультета, профессор Никольский, и увёл его куда-то в сторону полигонов, если не ошибаюсь. Больше я полукровку не видела.

– Ни на сообщения, ни на звонки он не отвечает.

– А в общежитии его нет?

– Не знаю. Я стучалась к нему, но то ли он не захотел открывать, то ли его там не было.

Некромант задумчиво погонял вилкой на тарелке горошинку – всё, что осталось от его ужина.

– Я попробую сегодня поймать Никольского, может, он расскажет, куда увёл Эла. Что-то у меня плохое предчувствие насчёт этой его второй ипостаси.

Я кивнула. Предчувствие и подозрения были у всех.

Мало того, что полукровка действительно имел эту самую вторую ипостась, что само по себе не так часто встречается, так ещё и её размеры… Когда я разглядела и поняла, кто сражается с химерой, в первый момент я обомлела. Настолько большого лиса я точно не ожидала увидеть! Не то чтобы я много сталкивалась с оборотнями-лисами… Но мне казалось, что они раза в два… ну полтора… меньше. Да ещё и этот огонь! Внешнее проявление стихийной магии во второй ипостаси в столь юном возрасте? С чем это может быть связано? В зрелом возрасте это действительно у некоторых оборотней встречается, но Эллиот довольно молод… Ещё и именно синий огонь – он же сильнее обычного!

Может ли быть такое, что цена обладания такой сильной второй ипостасью – какие-либо ограничения, связанные с её использованием? Либо она дико истощает, и Эллиот где-то сейчас отлёживается без сил? Tenebrae! Всё равно этого не узнать, пока лично с ним не поговорим.

– И всё-таки как обидно, что мы третье место заняли! – перевёл тему Феликс с кислой миной.

Результаты испытания сообщила ребятам я, когда вчера после ужина забегала их проведать. На первом месте была та самая печально известная нам команда боевиков (я, кстати, наконец из название выяснила – «Desiderata[1]»), заработавшая четырнадцать баллов. Второе место заняли оборотни (да, та самая команда «Dimorphī[2]», с лидером которой на арене сражался Николае), получив тринадцать баллов. Мы же получили одиннадцать баллов, придя третьими. Почему не двенадцать? Баллы распределяли ещё и относительно времени, которое мы затратили, а не только по очерёдности прибытия. Максимально можно было заработать пятнадцать баллов, если пройти лабиринт за пять часов, что никому из команд не удалось.

– Не последние, и ладно, – фыркнула я.

Как я и предрекала («накаркала» – поправила бы Кара), удача от нас отвернулась на этом испытании. Наша команда пострадала больше остальных, да и, как обмолвился профессор Вазов, мы оказались именно теми, кто наткнулся на единственную в лабиринте химеру. И ведь если бы не вторая ипостась Эллиота, мы бы не смогли её одолеть! Так что об удаче на последующих испытаниях, я думаю, тоже можно забыть, мы израсходовали её остатки.

На обеде меня ждал новый сюрприз: к нашему столу подошла моя одногруппница Карла. Мы с ней не общались – после смерти Арии ситуация в группе сгладилась, но дружбы особой я так ни с кем и не завела, памятуя об их внушаемости, – и тем удивительнее было увидеть на её лице дружелюбную улыбку.

– Привет! Меня попросили передать тебе послание, – без предисловий объявила девушка и протянула мне чёрный конверт.

Перед тем, как взять, я всё же просканировала конверт на предмет заклинаний и проклятий, но ничего не обнаружила, поэтому осторожно забрала его из рук девушки. Вручив «послание», Карла кивнула на прощание и тут же скрылась из виду.

Конверт не был подписан, поэтому я поспешила вскрыть сургучную печать, которая, к слову, тоже мне ни о чём не сказала – слишком обычная, без каких-то особенностей. Я вытащила письмо и с интересом вчиталась в строки, написанные на французском:

«Здравствуйте, мадемуазель Марианна Лафлёр!

Мы не представлены лично, однако я имела смелость всё же отправить вам это послание. Меня зовут Эванджелина Моран, я старшая сестра небезызвестного вам Гилберта Морана.

Моя цель довольно проста. Прошу вас всеми известными богами, заклинаю правдами и неправдами, словом, молю как безмерно любящая своего брата сестра – оставьте Гилберта! Забудьте о нём, вычеркните из своей жизни! Вам не суждено быть вместе, и пока вы удерживаете моего брата, ему суждено страдать! Поэтому прошу – отпустите, если в вас есть хоть капелька настоящей любви к нему. Наши родители никогда не одобрят ваш союз, вы слишком неподходящая кандидатура для нашего рода, как бы горько мне не было это признавать.

С тяжёлым сердцем пишу вам эти строки в надежде на ваше благоразумие. Поверьте, так будет лучше для всех!

С уважением, Эванджелина Моран».

Я положила письмо на стол. Брови, поднимавшиеся всё выше и выше на протяжении чтения, так и не опустились на положенное им место.

– Что-то случилось? – напряжённо спросил сидящий напротив Феликс.

Я перевела взгляд на него и попыталась сморгнуть изумление.

– Нет, всё в порядке. Несколько неожиданное послание, вот и всё.

«Неожиданное» – это мягко сказано! Но Феликс пожал плечами и вернулся к обеду.

Я быстро сложила письмо пополам и вложила обратно в конверт.

Что за бред? Мы же и так расстались с Гилбертом! Зачем теперь-то просить меня об этом?! Или его сестра не в курсе изменений в его личной жизни?

В любом случае – какая же глупость просить о таком в письме! И наглость, и… Так, тише, дышим – вдох-выдох.

Есть ли мне дело до причин, по которым эта Эванджелина написала мне данное послание? Нет. Не всё ли мне равно, о чём она просит? Всё равно. Ну и зачем тогда я сейчас настолько излишне выказываю эмоции? Всё уже решено, причём, по большей части, даже без меня. Поэтому издеваться и дальше над своей нервной системой бессмысленно.

Я вернулась к обеду. И даже закончила его в компании Феликса, который, хоть и пребывал в несколько хмуром настроении, но всё же позабавил меня несколькими шуточками из жизни практикующего некроманта.

А вот после этого я распрощалась с сокомандником и, не удержавшись, прошла в другую часть обеденного зала, где, как я заметила ещё в начале обеда, и расположилась нужная мне персона.

Когда я подошла, над столом воцарилась тишина. Не то чтобы до этого там было чересчур шумно, но сейчас звуки исчезли вовсе. Я вежливо персонально кивнула знакомой мне Диляре, а затем перевела взгляд на… Гилберта. Он так пристально и непрерывно смотрел на меня, что я едва не поёжилась под этим взглядом, но потом… Нет уж! Пострадавшая сторона вообще-то я! И я подняла чуть выше голову, потому что осанка и так была ровнее некуда – я же Лафлёр.

– Доброго дня, мсье, мадмуазель, – киваю я уже всем присутствующим, даже не пытаясь рассмотреть ещё хоть кого-то. Знаю, что всё равно бесполезно. Кладу на стол конверт с письмом и объясняю свой жест: – Мсье Моран, боюсь, мне ошибочно была доставлена ваша корреспонденция. Всего доброго.

И безукоризненно вежливая мадмуазель Лафлёр всё так же в полной тишине развернулась и проследовала на выход. Уже за дверьми столового зала я тяжело выдохнула, облизнула пересохшие губы и попыталась расслабить сжатые под грудью пальцы. Как хорошо, что сейчас не нужно идти на занятия! Я чуть постояла ещё, приводя дыхание в норму и неспешно по полупустым коридорам направилась в сторону общежития.

Недалеко от входа в общежитие я услышала так горячо желанное и в то же время нежеланное мной:

– Мара!

И вот что ж ему было просто не забрать письмо и тем самым замять щекотливую ситуацию?

Я неохотно обернулась, снова невольно сжимая руки под грудью. Гилберт подбежал ко мне и остановился напротив на расстоянии вытянутой руки.

– Мара, я не имею никакого отношения к этому письму!

Я выгнула бровь. Это он мне так намекает, что корреспонденция не его? Так я в курсе, не дура вроде. Но и иметь отношения к этому письму я тоже не хочу.

– У твоей сестры больше нет повода писать мне такие письма. Поэтому я посчитала, что будет лучше вернуть его. А поскольку у меня связи с ней нет, я понадеялась, что ты, как вежливый мсье, вернёшь его ей за меня, – объяснила я логику своих действий. Ну, по крайней мере, частичную логику.

– Я не об этом! Я понятия не имею, зачем она написала тебе письмо! – воскликнул Гилберт.

– Ну так выясни это у неё, – пожала я плечами, – я-то здесь при чём?

Гилберт вдохнул воздух, будто собираясь что-то сказать, и тут же сам себя оборвал. Поджал губы, при этом скользя лихорадочно взглядом по моему лицу.

Мы стояли в тишине. Я смотрела ему куда-то в район подбородка, и, надеюсь, что бесстрастно, насколько это возможно. Гилберт явно продолжал смотреть мне в лицо.

Наконец прозвучало его сдавленное:

– Прошу прощения за мою сестру, мадмуазель Марианна. Такого больше не повторится: я передам Эванджелине, что подобные письма неприемлемы.

Я кивнула, развернулась и пошла в общежитие.

Больше меня никто не окликал. И от этого было горько едва ли не больше, чем от письма.

***

Марианна Лафлёр

Вечером целители действительно отпустили Кару, и на ужине мы уже сидели втроём. Вдоволь наохавшись, пообсуждав состояние друг друга и произошедшее на испытании, мы более-менее успокоились. «Более-менее», потому что Феликс сообщил, что профессора Никольского он отыскать не смог, а остальные профессора либо отговаривались, что не в курсе, либо отмахивались, что это не наше дело. Как же не наше, если Эллиот состоит в нашей команде?

– Мара, а что-то известно о… Джеке? – подруга запнулась на имени и опустила глаза в стол.

– Нет, – с тяжёлым вздохом ответила я ей. Говорить на эту тему очень не хотелось, но… Во-первых, я и так на два дня абстрагировалась от этого происшествия, а во-вторых… Что, так вечно и бегать от слов?

– Это ненормально. В Академии произошло уже второе убийство! – Кара закусила губу и сжала в замке лежащие на столе ладони.

– Они не обязательно связаны, – осторожно возразил Феликс.

– Ты сам-то в это веришь?

Сокомандник покачал головой.

– Мне страшно, – шепнула Карина в повисшей тишине.

– Я уверена, что профессора скоро во всём разберутся, – преувеличенно бодро уверила я подругу, хотя почему-то сама ни капли не верила в свои слова. С убийства Арии прошло две недели, и кроме проведения повторных допросов не видно, чтобы руководство Академии как-то продвинулось в своём расследовании. А теперь ещё и новое убийство…

Подруга посмотрела на меня взглядом побитого щенка. Я непроизвольно утешающе положила ладонь на её руки, сложенные на столе.

– Почему именно Джек?.. – простонала девушка. – Мне так жаль его…

– Кто знает, – пожал плечами Феликс. – Учитывая, что у нас вообще нет никаких предположений, из-за чего произошли эти убийства, гадать можно сколько угодно. Жертвы убийств могут быть как связаны, так и оказаться абсолютно случайными.

Я согласно кивнула. Мы слишком мало знаем, чтобы делать какие-то выводы.

– Скажите, Академию могут закрыть, если вдруг убийства продолжатся?

Закрыть?..

– Эм… Честно говоря, мне такое даже и в голову не приходило. Не знаю, мне кажется, Академию вообще никогда не закрывали, да, Мар?

Я кивнула и одновременно пожала плечом.

– Не припоминаю такого. Я свяжусь с отцом, он состоит в попечительском совете Академии. Хоть этот совет и довольно номинальный орган… Но я спрошу, что он знает и какие могут быть последствия.

Подруга натянуто улыбнулась и уткнулась в чашку с чаем с подавленным видом. Я достала из сумочки смартфон: лучше не буду откладывать и спрошу отца сразу.

– Кстати, а команда Златомира всё равно участвовала в испытании, оказывается, – прервал относительную тишину за столом Феликс. Я чуть поморщилась. Ну не мог вот перевести тему на что-то… менее мрачное?

– Да? А разве с неполным составом допускается участвовать в командных испытаниях? – довольно вяло удивилась подруга.

– Нет. Они экстренно кого-то нашли на замену. Не знаю уж, как им это удалось, но кто-то согласился участвовать.

– Кошмар… – выдохнула Кара и тут же оборвала себя: – В смысле… я не хочу никого осуждать… Но это выглядит странно! Их сокомандника только что убили, а они за ночь успевают найти ему замену?!

– Не думаю, что им это всё далось так легко, – со вздохом вмешалась я, отправив наконец отцу сообщение. – Да и судя по турнирной таблице, они пришли на финиш предпоследними, если я не ошибаюсь, затратив на проход лабиринта около семи часов.

– Думаешь, это из-за того, что они на каждом повороте останавливались и скорбели по своему сокоманднику? – горько-иронично съязвила подруга.

– Думаю, мы не знаем, что с ними происходит на самом деле, – довольно жёстко ответила я. – И мы сами решили перед испытанием, что сначала дело, а потом эмоции. Чем мы лучше тогда?

Подруга ещё сильнее сгорбилась и уткнулась окончательно взглядом в стол.

– Прости… – едва слышно шепнула она.

Я пожала плечами. Передо мной-то что извиняться? Да и я знаю, что она это не со зла, а потому что искренне сожалеет о смерти Джека.

Кстати!

Я скользнула по залу глазами. Да, мне не показалось, только что сюда незаметно скользнули Дакарэй и Барбара. Ни вчера, ни сегодня я ещё никого из их команды не видела, хоть и специально высматривала.

Сказать ребятам или нет?..

Решив, я дождалась, пока Феликс с Карой доужинают, и только тогда сообщила:

– Здесь Дакарэй и Барбара. Мы можем подойти к ним, если хотите.

Лицо подруги болезненно исказилось, но она кивнула, а вслед за ней и Феликс.

Мы поднялись из-за стола, и я повела ребят к замеченной ранее паре. Вокруг их стола царило отчуждённое молчание. Стоило нам подойти, как они подняли на нас глаза.

– Привет, – тихо выдохнула я, не зная, что ещё сказать.

Вперёд скользнула Карина, поймала взгляд Барбары… и вот уже подруга обняла подскочившую со стула брюнетку.

– Мне так жаль, – шепнула Кара со слезами на глазах. Барбара тихо всхлипнула ей в плечо.

Дакарэй грустно улыбнулся нам с Феликсом и жестом пригласил присесть к ним. Мы неловко устроились напротив, девушки чуть позже тоже сели.

Неудобно было только первые мгновения, но потом слово за слово, и скованность стала отступать, и мы смогли поговорить с ребятами и попытаться их хотя бы немного поддержать. Говорили как-то обо всём сразу и ни о чём конкретно. Дакарэй мельком упомянул, что Златомир был знаком с Джеком с детства и после испытания заперся у себя и пускает только свою девушку, Санни. Хотя идея с новым участником была Златомира, да и притащил нового паренька откуда-то тоже он. Ребята вообще думали отказаться от этих чёртовых игр, но решили всё же поддержать лидера.

Мы просидели с Дакарэем и Барбарой около получаса и, видя их подавленное состояние, решили больше не навязываться и заняться дальше своими проблемами.

Потому что стоило нам выйти из столового зала, как Карина решительно произнесла:

– Мы должны найти Эллиота.

Я тяжело вздохнула, но всё же согласно кивнула.

[1] Desiderata – лат. Пожелания, желаемое.

[2] Dimorphī – лат. Духформные, двоякие.