Академия изгоев мира

Глава 1

Не стоило вчера засиживаться допоздна за работой. Она знала. Знала, что теперь опоздает на пару, потеряет последний шанс на пересдачу, и её запросто могут отчислить! Был ли у неё выбор? Наверное. Если б она вообще не спала.

— Соня, не ссы! Прорвёмся! — бубнила девушка себе под нос.

Спускаясь по лестнице, она услышала гудок прибывающего поезда, и рванула, опытно расталкивая всех со своего пути.

— Простите! Извините!

Вот и край платформы. Рядом стояла женщина, непонятно как протащившая зеркало с неё ростом в метро. Поставив его на пол, незнакомка выглянула, зыркнув на Соню недобрым взглядом. Поезд вылетел из туннеля, ослепляя ярким светом фонарей. Позади раздался запыхавшийся голос мужчины:

— Простите! Вопрос жизни и смерти!

Резкий толчок и под ногами Сони оказалась пустота. Внизу заблестели влажные от воды рельсы. Время замедлилось.

Ужас молнией прошил тело девушки. Судорожно взмахнув руками, она попыталась схватиться за кого-нибудь, но попалась рама тяжёлого зеркала. Оно с лёгкостью выпало из рук незнакомки и полетело сверху, лишая последнего шанса на спасение.

Падая, Соня задела рукой контактный рельс. Глаза ослепило яркой вспышкой. В ушах раздалсяпротивный жужжащий звук электричества, перебивавший шум тормозившего поезда. Разряд прошил всё тело, заставил забиться в конвульсиях. Что-то холодное обожгло спину, а затем резкий удар выбил последний воздух из груди.

Широко раскрыв глаза, она судорожно вдохнула ледяной воздух. Перед глазами всё плясало, не желая складываться в целую картину. Странный запах сухих цветов ударил в нос.

— Старший, а кто это? — удивлённо протянул тонкий детский голосок.

Шаркающие шаги по мраморному полу становились всё ближе и ближе. Невероятно сухой, скрипящий голос, раздался над ней:

— Ой-ой! Ребёнок! Как ты тут оказалась?

Зрение постепенно возвращалось, складывалось в мутную размытую картинку. Пересохшее горло не слушалось, получался лишь странный хрип:

— Помо…гите.

На большее её не хватило. Картинка сложилась и перед ней оказалась мумия, обтянутая сухой жёлтой кожей. Чёрные провалы глазниц сверкали серебряным светом, живо рассматривая.

— Герман, позови-ка Нессу, — заскрипела та, с клацаньем открывая и закрывая рот. Заметив её напуганный взгляд, добавила: — Не дёргайся, милая, я не кусаюсь. Не делай себе хуже! У тебя сильные ожоги.

Услышав последнюю часть, она послушно замерла. Стоило узнать о травме, и боль тут же дала о себе знать. Ей сразу же стало совершенно не до страшной мумии и непонятного места. Хаотичные мысли в голове быстро заполнились логичными объяснениями:

«Потеряла сознание. Видимо, меня уже вытащили. От боли глюки начала ловить. Главное, что живая. После смерти вряд ли бы всё так болело!»

Протяжно заскрипела дверь, впуская в комнату свежий, странно пахнущий воздух. По полу раздались торопливые лёгкие шаги. Перед глазами появилось нежное лицо девушки. От неё пахло сухими травами и чем-то вкусным. Незнакомка взмахнула рукой, накрывая переливающимся золотым одеялом. Удивительным образом боль тут же испарилась.

— Что это…

— Лежи, не дёргайся. Я только сняла боль. Сейчас буду лечить, — деловито суетясь над ней, ответила девушка. — Меня зовут Инесса. Можно просто Несса. Я жрица. У тебя сильные ожоги по всему телу. Одежда пригорела к коже, так что это займёт много времени. Где ты получила такую травму?

— Упала на рельсы и… Разве вы не должны знать, что случилось?

— Как тебя зовут?

— София, можно Соня.

Девушка, представившаяся Нессой совершенно не походила на обычного врача. Молодая. Может чуть старше Сони. В простом ситцевом платье. Золотые волосы убраны в косу. В руках она не держала никаких инструментов. В воздухе не пахло антисептиками.

Медленно, деталь за деталью, в голову Сони стали закрадываться подозрения.

Внезапно из рук Нессы появились длинные золотые нити. Она ловко переплела их между собой и деловито наклонилась, поднимая руку девушки.

— Что это такое? Что вы делаете? — с нотками паники спросила Соня.

Переглянувшись с кем-то взглядом, Несса мягко улыбнулась, отвечая:

— Тебе надо отдохнуть. Поспи.

Её слова будто обладали магией. Соня тут же стала проваливаться в темноту. Сопротивляясь сонливости изо всех сил, она боролась, пытаясь вскочить на ноги.

Всё это было слишком подозрительно. Что они с ней делают? Куда она попала?

«Нет! Не засыпай! Не засыпай! Так и на органы отправят! Блин! Что за слабое тело!» — мысленно кричала Соня.

Толку от этого не было. Её будто заперли внутри себя же. Она кричала, металась, но не могла ничего сделать. Паника накатывала, и каждая её новая волна была сильнее предыдущей.

Резко вскочив, она зажмурилась от яркого света. Закрыв лицо рукой, медленно вдохнула, приходя в себя.

— Кожа без бинтов и без шрамов… — не веря чуть слышно прошептала девушка.

— Очнулась? — спросил незнакомый голос.

Резко повернув голову, Соня увидела высокого, худого парня. Он сидел, вольготно откинувшись на спинку кресла. Белая рубашка была расстёгнута на две пуговицы, а рукава закатаны, создавая образ беззаботного лентяя. Родинка возле карих глаз придавала особый шарм. От его любопытного взгляда она потянулась к одеялу, закутываясь с головы до ног.

Удивление пришло вместе с осознанием — жгучей боли больше не было. Может, она уже умерла? Не веря, сильно ущипнула себя за руку, оставляя красный след.

— Тебе повезло. Если бы не госпожа Несса, ты бы на всю жизнь осталась со шрамами. Ни один другой жрец не смог бы убрать последствия тех ожогов.

— С-спасибо, — всё ещё витая в мыслях, на автомате ответила она.

— Откуда ты?

Вопрос приземлил, возвращая внимание к обстановке. Облупившаяся пожелтевшая от времени краска, высокие потолки с лепниной, окна им в стать, но с паутиной трещин. Тяжёлая резная деревянная мебель, кресла, обтянутые выцветшим шёлком. Запах плесени и сырости.

Ощущение, что она не в больнице, а в допотопном музее, денег на реставрацию которого либо не выделили, либо прокутили.

— Эй! Ты откуда? — потерял терпение парень. — Как сюда попала?

— Что значит откуда? С земли! — фыркнула девушка. — Как сюда попала, не знаю. Я ж в отключке была!

Юноша удивлённо заморгал. Подняв бровь, он уточнил:

— Я спрашиваю не про это здание! А про нашу Империю! Как ты попала на закрытый остров?

— Какой остров? Империя? Ты прикалываешься? — хохотнула она.

Побагровев, юноша резко подскочил.

— Даян, отойди, пожалуйста, — раздался бархатисто-хриплый голос.

Он сразу же подчинился, пропуская в маленькую комнату высокого мужчину. Его утончённые аристократичные черты лица были испорчены пепельно-серым цветом кожи, впалыми щеками и странными, подёрнутыми пеленой выцветшими зелёными глазами.

Олий де Норкс.

— Заранее прошу прощения, — шевеля губами так, словно они замёрзли, сказал он.

Не успела Соня спросить за что, как тот наклонился и потянул за подбородок обжигающей, ледяной рукой. Девушка дёрнулась, но из стальной хватки можно было вырваться только свернув шею.

— Что вы…

Подняв глаза, она замерла под его прямым немигающим взглядом. Зелёные глаза вдруг вспыхнули серебряными искрами, и Соня почувствовала, как что-то мягко вошло в её сознание, погружая в приятную, успокаивающую прохладу.

Она словно снова погрузилась в дремоту, только перед глазами проносилась вся жизнь, вспыхивая яркими картинками на особенно неприятных моментах. Голос, словно через вату, заключил:

— Не из нашего мира.

— Как это?

— Не только наши Боги пробовали создать свой уголок, — устало протянул мужчина. — Попала к нам по воле судьбы.

Девушка медленно пришла в себя. Переводя взгляд с ещё незрелого юноши на статного, но странного мужчину, она, не осознавая в полной мере о чём спрашивает, протянула:

— Вы что, прочитали сейчас всю мою жизнь?

— Да. Мне нужно было понять, не представляете ли вы угрозу. София, ещё раз: прощу прощения, — элегантно поклонился ледяной мужчина, — Меня зовут Олий де Норкс. Я один из старейшин места, куда вы попали.

— А куда я попала? — всё ещё не веря, решила уточнить она.

— В Империю Тентелас. Понимаю, вам это ни о чём не говорит, — обернувшись, он к кому-то обратился:— Эллин, с этого дня присматривай за этой девушкой.

В проходе никого не было. Для Сони он разговаривал с воздухом.

— Познакомитесь ночью, — хмыкнул молчавший до этого юноша.

— В смысле? — оторопела Соня.

— Даян, представься.

— Зачем? Старший, почему вы не отправите её на материк?

Мужчина медленно повернулся в сторону юноши:

— Она некромаг.

— В другом мире есть подобные нам? — удивлённо воскликнул он.

— Я не видел такого в её воспоминаниях. Это редкий случай: когда человек находится на грани смерти, иногда в его теле открывается канал Мортиса. Теперь вы обладаете магией смерти.

— Я? — опешила девушка. — Ладно бы ещё третий глаз открылся, но магия смерти… Звучит жутко.

— Зачем тебе третий глаз? Бррр! Это более жутко и противно, — передёрнул плечами парень. — Так и быть. Раз ты теперь наша сестра по несчастью… Меня зовут Даян Лейк. Я один из старших учеников Вермунда.

Даян Лейк.

— Старший, да старший. Почему вам это важно, когда вы представляетесь? — удивилась Соня.

Олий уходя бросил через плечо:

— Для кого-то это обязанность, а для кого-то: важное достижение.

Даян хмыкнул, выбегая за мужчиной:

— Одевайся. Пора идти на ужин.

Всё ещё прибывая в шоке, Соня медленно наблюдала, как за ними сама по себе захлопывается тяжёлая деревянная дверь.

Медленно свесив тонкие, бледные ноги с кровати, она уставилась на них, пристально разглядывая.

— Я чуть не умерла от боли. Чувство было такое, будто тут всё сгорело до мяса… Хотя, откуда мне знать, как это должно было болеть? — девушка рассуждала вслух, рассматривая себя. — Ну…боль я чувствую, тело вроде моё. Правда ли я попала в другой мир? Может, они надо мной издеваются? Ставят эксперимент? Пранк? Могут ли быть скрытые камеры?

Она медленно поднялась, наступая на холодный деревянный пол. Тот жалобно скрипел под каждым шагом. Не обращая внимание на жалобные стоны пола, Соня внимательно разглядывала покрытые вековой пылью и, осыпавшейся штукатуркой, шкафы. Они были монументальными, из толстого дерева, с затейливыми резными узорами на панелях. Кроме них в комнате ничего не было.

Уставившись на тонкое льняное платье, Соня спросила:

— А может, они носят камеры на себе?

Желудок громко заурчал, привлекая внимание. Похлопав себя по впалому животу, она решила:

— Ладно. Во что бы я ни вляпалась, пускай сначала покормят.

Только сейчас она сообразила, что кто-то переодел её в простую белую пижаму. Меланхолично пожав плечами, она быстро натянула оставленное ей платье, явно предназначенное для кого-то выше. Подол потащился по полу, подметая пыль и осыпавшуюся краску. Простой тканевый пояс был как раз кстати. Соня умело подпоясалась, укорачивая длину.

За окном зазвонил протяжный торжественный колокол. Вздрогнув от неожиданности, девушка выглянула в пыльное окно.

— Ох, ты ж… Где это я?

Ей открылся вид на средневековый готический город. Мощённая серым булыжником пустынная мостовая. Узкие улочки, окружённые старинными чуть покосившимися домами из огромных серых булыжников. В части из них были выбиты окна. В некоторых зияли провалы в сгнивших крышах. Надвигающиеся сумерки и завывающий ветер, завершали картину, создавая мрачную таинственную атмосферу.

Протерев глаза, Соня попыталась всмотреться в странные силуэты, двигавшиеся в темноте. То ли у неё начались проблемы со зрением, то ли в узких тёмных проходах действительно что-то обитало. Рассмотреть повнимательнее не дал требовательный стук в дверь.

— Идём скорее! Иначе нам ничего не оставят на ужин!

За дверью ждал всё тот же подросток. Он молча протянул чёрный плащ, сам закутываясь в такой же.

— Иди за мной. Не отставай и никуда не отходи!

Со второго этажа вела широкая мраморная лестница. Массивная дверь на улицу с трудом открылась под худыми руками подростка.

— Укутайся в плащ, — предупредил он, получая в лицо сильным порывом ветра. — Он защитит от пыли смерти!

Что-то сверкнуло и вокруг юноши появился прозрачный, искрящийся серебром шар. Он окружил его, как кокон.

Соня удивлённо замерла, уставившись на непонятное явление. Юноша потерял терпение, развернулся и ловко закутал её в плащ, следя, чтобы ни один участок кожи не остался открытым. Деловито поднял высокийворотник, закрывая её лицо почти полностью и оставляя лишь маленькую щель для обзора.

— Не откидывай капюшон! Иди прямо за мной! Если попадёшь под пыль смерти без щита — умрёшь! — давал он последние инструкции.

Не дав времени на раздумья, он по-хозяйски схватил девушку за кисть поверх плаща и потянул за собой. Ветер угрожающе завыл, встречая яростным порывом. Худая и высокая фигура Даяна мужественно встречала все удары, пряча Соню за спиной.

— Нам недолго идти. Вон до того замка, — показал он рукой.

Подняв голову, она удивлённо раскрыла рот. Там и правда был замок! Аккуратные башенки, зубчатые края крыши, узкие окна-бойницы, стены выложены массивными чёрными камнями. По сравнению с маленькими,покосившимися домиками рядом, он выглядел исполином. Могущественный и неприступный. Огромные двухстворчатые дубовые двери, обшитые кованным чёрным железом, были наглухо закрыты. Маленькая дверь внутри них выглядела игрушечной.

Вход ярко освещали жёлтые огоньки. Они летали вверх-вниз, как рой каких-то насекомых.

— Что это такое? — удивлённо воскликнула Соня, тыча в них пальцем.

— Что? — юноша обернулся. Серебряный кокон вокруг его тела ярко вспыхнул, ловя в себя иней. — Ты про огни? Магические фонари. А вот к таким местам, не подходи, пока не пройдёшь обучение!

Даян показал в угол площади. На первый взгляд там лежал тонким слоем обычный иней. Онзавораживающе искрился в свете фонарей, так и притягивая взгляд.

— Почему?

— Я же уже говорил! Это пыль смерти!

Девушка не поверила. Обычный иней. Вот замок и место, в котором она оказалась, её удивили намного больше. Серебряный кокон и магические огни наверняка можно как-то объяснить. Мало ли на свете фокусов и иллюзий. Но как она могла оказаться в средневековом городе, когда буквально вчера упала на рельсы в метро Москвы?! Кто бы ради шутки потратил столько денег на её переезд?

«Это всё больше и больше напоминает какое-то похищение…Но кому я нужна?» — её одолевало волнение.

Не успел юноша протянуть руку, как маленькая дверь в замок со скрипом открылась сама по себе.

— Спасибо! — кивнул он воздуху и протащил за собой.

Глава 2

Внутри уютно потрескивал дровами камин и стоял размеренный гул голосов. Пахло чем-то невероятно вкусным. Соня сглотнула, резко почувствовав накативший голод.

Они прошли в огромный зал с высокими, теряющимися где-то в полумраке, потолками. Посредине стоял длинный дубовый стол. Над ним летали магические огни вперемешку с тарелками. Люди, сидевшие за столом, словно приготовились сниматься в каком-то фильме или участвовали в только им известной ролевой игре. Все женщины носили платья в пол с повязанным фартуком. Мужчины были в простых брюках и рубашках, но некоторые носили удлинённые камзолы.

— Хей! Вы про нас не забыли? — привлёк внимание всех, Даян.

— Про тебя забудешь, — хохотнул один из мужчин.

Внимательные и любопытные взгляды незнакомцев жалили как укусы пчёл. Соня тут же ссутулилась, пытаясь стать меньше и не заметней.

Из-за стола вышла девушка, с который она уже встречалась. Весь её образ нёс в себе живость и мягкость весны.

— Привет! Разрешишь проверить твоё состояние? — улыбнулась она. — Я Несса. Помнишь?

Внимательные зелёные глаза с теплом и любовью заглядывали в лицо Сони. Та про себя отметила:

«Как можно так смотреть на незнакомку? Может это моя дальняя родственница, про которую я ничего не знаю?»

Девушка, назвавшаяся жрицей, нежно, но настойчиво взяла за руку, медленно вытягивая из кокона, в который Соня почти успела спрятаться. От руки по телу прошла тёплая волна. Девушка дёрнулась, не понимая, что это было.

Несса виновато улыбнулась:

— Прости. Тебе наверно не привычно? Я просто проверила твои меридианы. Всё в порядке. Ты полностью восстановилась. Если возникнут какие-то вопросы: не стесняйся задавать.

Руку она не отпустила, и повела как ребёнка к столу, приглашая в этот непонятный новый мир. Люди приветливо улыбались, с готовностью двигались, освобождая место.

Перед Соней тут же приземлилась тарелка с дымящейся горячей едой. Аромат нежной варёной картошки и мясного рагу ударил в нос, заставляя ослабить тревожность и недоверие.

Пробежав взглядом по столу, девушка подметила пару непонятных блюд, но в целом еда ничем не отличалась от её мира. Желудок жалобно заурчал, требуя немедленно приступить. Зачерпнув первую ложку, она осторожно покатала еду на языке пробуя.

Тёплая сливочная текстура тут же растаяла, даря нежный сладкий вкус. Кусочек попавшегося мяса по сладости и аромату был похоже на говядину и отлично сочетался со сметанной картошкой. Проглотив первую ложку, она не заметила, как залетели остальные. Только звякнув по пустой тарелке, девушка опомнилась.

Рядом появилась кружка. В неё кто-то заботливо налил напиток с ярким виноградным ароматом. Повернувшись, она хотела отблагодарить, но столкнулась с витающим в воздухе кувшином. Удивлённо моргая, Соня стала приглядываться, пытаясь найти леску или какой мудрёный механизм. Вместо этого она увидела мягкое серебряное свечение, становившиеся с каждой секундой всё отчётливей и отчётливей. Внезапно Соня осознала, что свечение складывается в призрачную фигуру худого подростка.

Охнув, она отпрыгнула в сторону, насев на ужинавшего Даяна.

— Что? — недовольно воскликнул он, чуть не разлив суп.

— Э-э-это… Что это?! — схватив его за руку, испуганно воскликнула она.

Юноша поднял глаза, ухмыльнулся и довольно ответил:

— Это не что! Это кто!

— Не пугайся. Это наши друзья, — вмешалась Несса. — Они не видны днём, но с наступлением темноты — проявляются.

— Вы живёте с призраками? — бледнея спросила Соня.

— Ага. И не только, — кивнул юноша с веснушками, сидящий напротив неё. — Я тоже вначале боялся. Меня, кстати, зовут Оливер, Оливер Вомбан.

— А меня зовут Эллин Костов, — странно вибрирующим голосом, вернул к себе внимание призрак. — Я буду присматривать за тобой и рассказывать о нашем мире.

Его слова повергли в шок. Неуверенно подняв глаза, она ещё раз постаралась рассмотреть странное явление. Мысль, что это может быть какая-нибудь суперумная голограмма, успокаивала.

Худой, тонкий юноша держался элегантно и непринуждённо. Соня, обратила внимание на старинную одежду — клишированный элемент всех призраков в историях. Ей было странно, что она могла видеть еётекстуру, хотя та была прозрачной. Рубашка с пышным воротником и кружевными манжетами. Жилет из дорогой блестящей ткани. Строгие брюки. Длинные волосы убраны в хвост, лицо болезненно худое, с впалыми щеками, а глаза…

Девушка резко отвернулась и попыталась успокоиться. Она повторяла про себя: просто голограмма и ничего страшного в ней нет. Но это было не так!

Если всё тело призрачного юноши слегка мерцало серебряным светом, то на месте глаз были большие чёрные провалы! Они единственные не просвечивали насквозь и, казалось, это чёрные бездны! Задержишься взглядом и затянет внутрь!

Эллин Костов.

Как выглядел при жизни ниже

— Прошу прощения за мой пугающий вид, — грустно хмыкнул Эллин. — К сожалению, смерть никого не красит.

— Не расстраивайся! Она привыкнет, — махнул рукой Даян. — Мы все привыкли.

Девушка виновато вздохнула. Держа в голове мысль, что это пранк и над ней определённо подшучивают ради реакции или шоу, она мужественно взглянула на призрака, пытаясь вести себя вежливо:

— П-приятно п-познакомится.

Чёрные провалы юноши удивлённо вытянулись. Соня резко отвернулась, разом теряя всё собранное мужество.

— Ты смелее, чем кажешься, — одобрительно кивнул Даян.

— А, мне кажется, вам некромагам просто ближе эти создания, — пожал плечами Оливер. — Вы же постоянно контактируете с энергией смерти.

Даян скептически прищурился.

— По твоей логике, Несса, как жрица света, должна бояться их как огня, но разве это ни она всё время тебя успокаивает?

Он совершенно не боясь, провоцировал парня на голову выше и крупнее его. Оливер не обиделся, лишь смущённо пожал плечами, отводя взгляд в сторону.

— Значит, это я особо к ним чувствителен.

Позади парня проплыли ещё несколько призрачных силуэтов. Соня удивлённо проследила за ними взглядом, неожиданно для себя обнаружив, что ими полон весь зал! Ладно одна голограмма, но зал длиною в десятки метров?

— Телевизоры. Это определённо телевизоры, — пробубнила она себе под нос успокаивая.

Мозг не хотел признавать очевидное и игнорировал то, что призраки не просто летали. Они носили тарелки и блюда, подливали напитки, и в общем — работали официантами!

В зале раздался мелодичный звон колокольчиков. Он эхом отражался от стен, усиливая звучание.

— О! Осталось двадцать минут до занятий. Наедайся быстрее, а то потом только утром завтрак будет, — принялся распихивать по карманам пирожки Даян. — Ты с чем любишь? С овощами там или мясом?

— С мясом, — всё ещё витая в облаках, ответила она.

В руку тут же настойчиво положили всё ещё тёплые, печёные пирожки. По залу раздался звук отодвигаемых скамей и шуршащих одежд.

— Ждём на занятиях! — раздался громкий бархатно-хриплый голос мужчины. — Опоздавшие, будут чистить сточные канавы.

Соня проводила взглядом уже знакомую высокую фигуру Олия де Норкса в чёрном плаще. За ним шли ещё двое. Один странно гремел при ходьбе, другой ссутулился чуть ли не вдвое и еле-еле переставлял ноги, всё время шаркая.

— Готовься. Скоро познакомишься с нашими учителями, — зловеще улыбнулся Даян. — Если что, они тоже уже не люди.

Вздрогнув, девушка с опаской покосилась на закрывающуюся за фигурами дверь.

— Даян! Зачем ты её пугаешь? Девушке и так пришлось несладко! — возмутилась Несса.

— А можно, я сегодня никуда не пойду? Можно просто пойти спать? Ночь ведь уже, — с надеждой взмолилась Соня.

— Хех. Мы только по ночам и занимаемся, — ответил Даян. — Не хочешь — не иди. Но я не думаю, что для тебя сделают исключение. Канавы кому-то всё равно придётся чистить.

— Здравствуй, — вмешался в их разговор новый незнакомец. — Даян, иди на урок, а то ты и будешь их чистить.

— Учитель, а как же… — тут же стух парень.

— София будет сегодня заниматься со мной.

Мужчина протянул сухую руку, ожидая девушку. У него были чёрные узкие глаза, острые черты лица и улыбка, обнажавшая выступающие клыки. Создавалось впечатление, что он вышел на охоту, а не учить. Хищная натура проскальзывала во всём его облике. Внимательно оценив мужчину, ей вообще не захотелось куда-то с ним идти, уж тем более — оставаться наедине. Такие персонажи обычно всегда оказываются злодеями.

— С-спасибо. А может, всё-таки лучше со всеми?

Мужчина удивлённо поднял брови. Отклонился назад и едва слышно хмыкнул, пряча улыбку. Без неё он выглядел спокойнее, но всё равно напоминал хищную птицу.

— Это опасно. Тебе нужно научиться держать собственный щит. В наших условиях он жизненно необходим. Пойдём.

— Ты что, боишься нашего учителя? — хохотнул Даян, видя её лицо. — В отличие от старших, он хотя бы живой.

Мужчина цокнул, а юношу тут же подхватили под руки появившиеся призраки, вытаскивая из зала.

— Учитель, я не хотел вас обидеть! — растерянно закричал он.

— Ты и не обидел. Иди. Опаздываешь! — махнул тот рукой. — Забыл представиться. Меня зовут Вермунд Салье.

Развернувшись, он поманил рукой в одну из примыкающих к залу комнат. Софи неуверенно оглянулась. В зале осталось не так много людей, и они все были заняты делами. Никто не обращал на неё внимание. Все, с кем она успела познакомиться, давно ушли по своим делам. Люди бегали вперемешку с бесшумно летающими призраками.

Не имея другого выбора, Софи пошла за мужчиной, обходя как можно дальше странных полупрозрачных существ, но их было так много, что один из них, торопясь, почти врезался в девушку, обогнув её в самый последний момент. Софи обдало морозным ветром, а призрак вибрирующим голосом, прокричал:

— Извините!

Поёжившись, она пулей пролетела оставшиеся метры до комнаты, надеясь, что внутри не будет этих существ. Надежда оправдалась. Комната была похожа на библиотеку. Вдоль стен стояли высокие стеллажи с посеревшими от пыли корешками книг. Рядом с ними были ряды массивных деревянных столов. Вермунд уже стоял в центре, терпеливо ожидая, когда она подойдёт.

— Да не бойся ты так. Я не кусаюсь. Иди ближе. Нам нужно будет место для практики.

Соня пожала плечами, напуская расслабленный вид, но внутри всё так и колотилось. Может этот странный мужчина и был её похитителем? Во всяком случае, у него единственного было такое подозрительное лицо. И неважно, что других она и рассмотреть-то не успела.

— Старший уже рассказал, что внутри тебя открылся канал энергии смерти?

— Да, но я ничего в этом не понимаю. Ну и не чувствую в себе ничего нового.

— А ты и не почувствуешь сразу. Обычно у неопытного мага, энергия выходит только при сильных эмоциях. Часто в неподходящий момент, — опустив голову, он заглянул ей прямо в глаза, — Почти у каждого некромага за спиной есть смерти близких и родных. Понимаешь?

Девушка покачала головой. Не понимала и не хотела понимать. Это какие-то странные, мрачные ролевые игры.

— Дядя, готы уже не в моде. Я, конечно, понимаю, что моё лицо без улыбки выглядит идеальным для этой культуры, но мне больше по душе какие-нибудь ванильные сказки, — впервые за всё время она высказала, всё, что у неё было в голове.

Мужчина на секунду опешил. Потянулся рукой к лицу, пытаясь скрыть хищную улыбку.

— Какие странные слова. Мне интересно, в каком мире ты жила? Ты когда-нибудь кого-нибудь лишала жизни?

Девушка нахмурилась. По спине пробежал неприятный холодок. Уж не хочет ли он сказать, что она ужинала сегодня за столом с серийными убийцами? Помотав головой, неосознанно сделала шаг назад. Мысли, скорее бы уже проснуться от этого странного тягучего сна, всё чаще и чаще появлялись в голове.

— Понятно. Значит, в твоём мире нет войн?

— Есть, но я их не видела.

— Тебе не нужно было выживать? В какой семье ты жила? Тебя обеспечивали родители?

— Ну… — она скривилась, как от кислого яблока, — Я что, на приёме у психолога?

— У кого? Кто это? — заинтересовался мужчина.

Девушка, наоборот, скривилась ещё сильнее. За спиной уже оказался стол. Пятиться назад было некуда.

— Ладно. Не хочешь рассказывать — пытать не буду. На разговоры время ещё будет. Давай перейдём к уроку. Задание на сегодня: тебе нужно почувствовать свою магию. Для этого сядь, расслабься, закрой глаза и обрати внимание внутрь себя.

— Типа медитации? Слушайте, а можно мне домой? Я так уже устала.

— Теоретически, если бы мы знали из какого точно ты мира, в определённый день в году, после сложного ритуала можно было бы попробовать тебя вернуть.

— Ладно, я знаю, что я с Земли! Разве этого недостаточно?

— Ты сейчас на одной из разновидностей Земли, — хмыкнул мужчина. — Номер тебе известен? Координаты в пространстве мироздания?

— Чего? Какой номер? Координаты? Я не изучала астрономию, чтобы знать где мы там в космосе болтаемся! Открой поисковик! Там всё есть! Кстати, а где мои вещи?

— Несса говорила, что на тебе всё сгорело, — потёр щетину мужчина.

Девушка прикусила губу и насупилась. Вермунд не обратил на это внимание и махнул рукой:

— Вернёмся к уроку. Садись и концентрируйся.

Будь по-вашему! Но если она уснёт в процессе, то нечего её винить.

Сев на массивный резной стул, Соня вопросительно взглянула на мужчину. Тот в два шага преодолел всё то расстояние, которое она так усердно между ними создавала. Вермунд бесцеремонно положил руку на плечо:

— Закрой глаза. Молодец. Расслабься. — Он недовольно выдохнул: — Если ты никогда не видела войн, то чего такая напряжённая?

— А что, война — это единственная проблема вашего мира? — хмыкнула девушка. — Откуда я знаю, что вы со мной сделаете, пока я с закрытыми глазами!

Мужчина цокнул.

— Тебе будет легче расслабиться, если в комнате будет женщина?

Тело дёрнулось, отвечая быстрей девушки. Сама она едва заметно кивнула. Пусть думает что хочет! Его внешний вид не располагал к доверию.

— Подожди минутку. Ами обычно очень занята, но я спрошу.

В чёрных глазах девушки загорелось любопытство. Она уставилась на мужчину, внимательно следя за его действиями. Тот не доставал телефона, никуда не звонил, просто замер на секунду, будто уже установил с кем-то связь. Задумчиво посмотрел на Соню, кивнул и сказал:

— Она придёт.

— Как вы это поняли? — спросила Соня с сарказмом.

— Связался призывом. Это такая техника. Ты тоже ей научишься в будущем.

— Призыв?

— Да, — не обращая внимания на тон её голоса, он подробно объяснил: — Мысленно представляешь себе того, с кем хочешь связаться и зовёшь по имени. Ответ приходит обычно сразу. Маг по другую сторону, либо передаст, что занят, либо установит связь и ты услышишь его мысли в своей голове.

— Дядя, это называется телефон. Вот уж вы фантазёр! А ещё и из образа ни разу не вышли! Гениально! Я даже стала забывать, что вы актёр!

Глава 3

Дверь со скрипом отворилась, впуская внутрь хрупкую девушку, похожую на фарфоровую куколку. Миловидная, миниатюрная, с огромными чёрными глазами. Казалась совсем юной, если бы не взгляд, которым она смотрела на мир. Он превращал её в созревший бутон прекрасной, печальной розы, выдавая опыт прожитых лет.

От такого диссонанса Соня пришла в замешательство, забывая на полуслове, что ещё хотела высказать.

— Здравствуй, дитя, — приятным для слуха, нежным голосом, сказала девушка, — Меня зову Амилия де Боше, но сейчас фамилия уже ничего не значит. Можешь обращаться ко мне просто Ами.

— Соня. Скажите хотя бы вы, что это за игра? Когда вы уже признаетесь, что это всё розыгрыш? Где камеры?

Девушка слегка нахмурила чёрные брови, вопросительно взглянула на Вермунда. Тот махнул рукой говоря:

— В твоём мире не было магии, так? Тогда смотри.

Он щёлкнул пальцами и из них вырвался тонкий серебряный столб огня. Он завораживающе заискрился под мягким жёлтым светом летающих ламп, заиграл бликами на лакированной поверхности стола. Поманил подойти поближе, коснуться и понять, что это? Соня никогда в своей жизни не видела такого пламени, но скептик внутри говорил: какая-то химическая реакция.

Вермунд Салье.

— Красиво, но разве это магия? Так может делать любой фокусник! — фыркнув, она стёрла восторг с лица.

— О Бог мой, Мортис! Ами, может у тебя есть идея, как её переубедить? — спрятав пламя, взмахнул руками мужчина.

Девушка пожала плечами.

— Не думаю, что она поверит незнакомым людям на слово. Только вид сделает. Ей нужно время.

— Но у нас его нет! Послушай, ты можешь умереть, выйдя на улицу в любой момент! Я бы не стал настаивать на таком срочном обучении, но в наших условиях…

— Ну, да. Смерть — такая непредсказуемая вещь. Всегда случается внезапно, — она меланхолично пожала плечами. — Вас кто-то из моих друзей послал? Что бы я изменила свой взгляд на мир?

Мужчина наконец-то разозлился. В глубине глаз сверкнуло серебряное пламя. Подойдя к девушке, он положил руку на плечо приказывая:

— Закрой глаза. Сосредоточь внимание внутри своего тела.

Вздрогнув от его командного тона. Она стала внешне покорной, подумав:

«Лучше подчиниться этому сумасшедшему. Но... когда делать вид, будто я что-то почувствовала?

— В твоём позвоночнике проходят три канала энергии. Один из них — Мортис. Сейчас ты должна почувствовать его. Он может пульсировать, может чуть-чуть болеть, а может гореть огнём. Направь туда энергию.

Девушка пожала плечами, чуть не съязвив, что ещё не настолько стара, чтобы чувствовать боль в позвоночнике. Но слова Вермунда подействовали гипнозом и невольно она действительно обратила туда внимание. Яркий серебряный поток прохладной энергии тут же прошил с головы до ног. Соня окаменела и резко выпрямилась, будто проглотив штырь.

— Почувствовала. Хорошо. Теперь я отойду, а ты попробуй медленно открыть глаза, но сохранить ощущения, как с закрытыми.

Тяжёлая рука исчезла с плеча в ту же секунду. Она удивлённо посмотрела на Вермунда. От шока в голове гулял ветер, эхом повторяя его слова.

— Теперь посмотри на свою руку и переведи туда поток. Как бы выведи его наружу, наполни им ладонь, — продолжал он наставлять.

Соня подчинилась правилам игры. Попробовала. В руке заискрился маленький, несмелый огонёк. Он точно так же переливался в свете, как до этого у Вермунда!

— Ого! Вот это фокус! На секунду я правда поверила в магию! — охнула девушка, — Я пока сидела с закрытыми глазами, вы мне в руку что-то насыпали, да?

— Представь, как вытягиваешь этот огонёк в дугу и надеваешь на себя, поверх одежды, — Вермунд пропустил мимо ушей её насмешки.

Девушка закивала головой. Шоу, значит. Ладно, попробуем.

К её удивлению, огонёк послушно, будто мыльный пузырь растянулся, превращаясь в тонкую прозрачную серебряную плёнку, и лёг на плечи, невесомей пера, а потом лопнул, рассыпавшись серебряными искрами во все стороны.

— Молодец. Для первого раза у тебя отлично получилось, — улыбнулся Вермунд. — Запомнила, что надо делать? Теперь тренируйся. К двум часам ночи у тебя должен получиться стабильный щит.

— А если не получится? — нахмурилась Соня.

Мужчина хищно улыбнулся:

— Никаких если. Ами, я думаю твоё присутствие больше не нуж…

— Нет! Останьтесь, пожалуйста! — вскочила со стула Соня.

Ами удивлённо вскинула брови, покачала головой, глядя на Вермунда:

— Не улыбайся при ней так больше. — Она медленно подошла к Соне, взяла её за руки и сказала, заглядывая прямо в глаза: — Не пугайся. Никто из нас не желает тебе зла. Сконцентрируйся на уроке. Хорошо? И вот ещё! Не забывай — твоя энергия смерти безопасна только для тебя. Если ты выпустишь её, когда я вот так держу тебя за руку — ты сильно меня ранишь, а если её будет больше — можешь убить. Помни об этом!

От её слов Соне не стало легче. Ами так уверенно говорила, что девушка волей-неволей начала верить. Внутри медленно заворочался страх к самой себя.

Закивав как болванчик, она судорожно вздохнула, закрывая глаза. Если вначале думала, что уснёт за таким уроком, то теперь ей бы вряд ли это удалось. С добрых полчаса она отгоняла мешавшую бурю мыслей, всё пытаясь вспомнить, как там наставлял Вермунд и что это были за ощущения. Потом начала переживать о времени, вспоминая его хищную улыбку и невысказанную угрозу. В конце концов, решила плюнуть и вернуться к своей первой версии: это всё шоу, они фокусники и потом все дружно будут смеяться над её реакцией. Эта мысль в конце концов успокоила, а вместе со спокойствием сами по себе всплыли все советы о том, как создавать щит.

Всё это время в комнате стояла тишина. Изредка можно было услышать звук перелистываемых страниц и шуршание юбок Ами. Эти звуки успокаивали. Погружали в ностальгию. Туда в детские воспоминания, где бабушка ещё была жива и каждую ночь сидела возле кровати. Читала ей сказки и ждала, когда она заснёт.

«А если я и правда перенеслась в другой мир? Дома меня никто не ждёт. Уверена, отец-алкаш даже и не заметит моего отсутствия, а ни мамы, ни бабушки уже давно нет в живых… Вот бы это был мир, как в каких-нибудь любовных романах! Чтобы вокруг вились одни красавчики, желающие заполучить мою любовь! А у меня тогда должен быть какой-то чит? Типа вот этой магии смерти? Бррр… Ну почему она звучит так ужасно? Совсем некруто! Если всё это правда, я действительно могу случайно убить кого-то?!» — мысленно воскликнула она.

Переволновавшись, девушка резко вскочила на ноги и закружилась по комнате, выпаливая вопросы пулемётной очередью:

— Я и правда могу убить магией? Как этого не допустить? А если убью, какое у вас тут наказание? Как тогда быть? Что мне делать?

— Ого… Какая энергичная, — подняв взгляд от толстого фолианта, цокнул Вермунд. — Неужели поверила?

— Не знаю! Я на всякий случай спрашиваю!

— Если не хочешь никого случайно убить — сядь на стул и сделай глубокий вдох, — холодно отчеканил мужчина. — Сильные эмоции — главный враг некромагов.

Девушка тут же замерла на месте, навострив уши. Послушав совет, попыталась успокоиться, но сердце в груди так и колотилось. Взбудораженный ум неустанно работал, подкидывая новые и новые эпичные и трагичные картинки с ней в главной роли. Фантазия разбушевалась так, что она уже поверила в своё предназначение и избранность для этого мира!

Незаметно для Софии, вокруг неё образовалось маленькое переливающееся облако серебряной пыли. Оно чутко реагировало на каждую её яркую эмоцию, то взмывая ввысь, то вширь.

— София! София! — ледяным голосом пробился к ней Вермунд. — Гляди на меня.

Девушка подняла взгляд и удивлённо обнаружила серебряное сияние. Заворожённо протянула руку, касаясь искорок. Под её ладонью они вспыхнули с новой силой, радостно затанцевали, заблестели подобно бриллиантам.

— Видишь? Это твоя магия. Вдохни, представив, как втягиваешь её в себя.

Рядом с Вермундом напряжённо застыла Ами. Вокруг её тела уже сияла прозрачная серебряная плёнка. Девушка то и дело дёргала Вермунда за рукав и хмурила брови. Тот не обращал на неё внимание и будто позабыл о безопасности. Так и стоял беззащитно перед сверкающим роем. Соня медленно втягивала его в себя, заколдованно наблюдая за всем процессом. Когда ничего не осталось, она с удивлением обнаружила, что мысли успокоились, а в голове больше не бушевала буря.

С другой стороны, некромаги расслабленно выдохнули. Посмотрев друг на друга, они кивнули не сговариваясь.

— Софи, на сегодня достаточно. Пойдём, я провожу тебя в комнату, — позвал Вермунд.

— Да я запомнила, где это, — девушка беззаботно пожала плечами.

— Пока что, ты будешь в другом месте, — напряжённо улыбнулась Ами, — Так всем будет спокойней.

Соня зевнула. Стоило напряжению спасть и усталость накатила как снежный ком, по-хозяйски занимая освободившееся место. Послушно кивнув, она последовала за высокой фигурой мага по узким каменным коридорам. В стенах мелькали однообразные деревянные двери. Она не могла понять, как потом отличать, в какую ей будет нужно? Задумавшись, девушка не заметила, что Вермунд остановился, и чуть не вписалась в него носом.

Звонко бряцая ключами, он наконец нашёл нужный и дверь со скрипом отворилась.

— Это будет твоя комната. Утром Эллин принесёт тебе завтрак, — сообщил Вермунд. — Ах да! При свете солнца его будет не видно. Не пугайся.

Она ещё не привыкла к полумраку комнаты, как за спиной захлопнулась дверь, а шаги эхом сталиотдаляться по коридору.

Внутри пахло затхлостью, пылью и сыростью. Громко чихнув, она увидела как вспыхнули слабыемагические огни на стене. Оказалось, комната была крошечной. Буквально два на два метра! В одном углу стояла узкая деревянная кровать, в другом что-то похожее на умывальник и ведро. Маленькое деревянное окнопоскрипывало высохшей рамой на ветру.

Разница между предыдущей комнатой и этой была колоссальной!

Развернувшись, девушка толкнула дверь, но та не поддалась.

— Чего? Вермунд, что это значит? Почему вы меня заперли?! — она забарабанила по двери.

Над ухом неожиданно раздался вибрирующий голос:

— Пока ты не научилась контролировать магию, тебе опасно находится среди живых.

Подпрыгнув, Соня резко развернулась, прижимаясь к двери. В полумраке комнаты сверкал серебряным светом полупрозрачный силуэт знакомого Эллина.

— П-подожди! Ты со мной спать будешь?!

— Зачем мне спать? — удивился призрак. — Я просто побуду рядом, на случай если тебе что-то понадобится.

— Ага, — растерянно кивнула девушка. — А если я захочу в туалет?

Призрак кивнул на то, что она приняла за ведро. Растворяясь в стене, он сказал:

— Я уйду. Позови, как закончишь.

Соня брезгливо скривилась, рассмотрев туалет. Железное ведро заканчивалось маленьким люком, прикрывавшим дырку в допотопную канализацию. Что-то похожее она видела в старых поездах, где каждый поход в туалет был риском провалиться на рельсы, стоя на ржавом решётчатом полу.

— У моей бабушки в деревне и то был лучше! — злобно выкрикнула она, тут же рассыпав вокруг себясноп серебряных искр.

В углах комнаты вспыхнули непонятные символы. Они как пылесосы втянули в себя магию, мягко запульсировав. Девушка удивлённо присела на корточки, пытаясь рассмотреть их поближе.

— Руны сдерживания. Они гасят магию смерти, не давая ей проникнуть за пределы комнаты. Это причина, по которой ты здесь, — Эллин снова беззвучно появился за спиной объясняя.

— Слушай, если ты так внезапно будешь приходить… Т-туалет мне будет не нужен! — вскочив возмутилась она.

Призрак пожал плечами:

— Прости. Могу шлёпать при ходьбе.

При каждом его шаге по комнате начали раздаваться мокрые звуки: кап-кап, шлёп-кап. В воспоминанияхСони ярко вспыхнули все похожие сцены в ужастиках. Если она услышит такие звуки ночью из-за двери, по тому длинному коридору…

— Не надо! Можешь как-то по-другому предупреждать?

— Я боюсь, этот способ тебе ещё больше не понравится. Даже наши первое время шарахались от него.

Девушка махнула рукой. Чем ещё её может удивить этот бесконечный, сумасшедший день? Оказалось, ещё как может!

Голова вдруг занемела и наполнилась ледяным холодом. Не успела она на это отреагировать, как внутри неё раздался вибрирующий, голос:

Ну как? Я установил с тобой телепатическую связь. Так лучше?

— Нет! — схватившись за голову, взвизгнула Соня. — Перестань! Уйди! А-а-а! Я так с ума сойду! Может уже сошла? Вы меня в психушке закрыли, да? Это же психушка? Ну конечно! Как я раньше этого не поняла!

Она упала на кровать и вжалась в угол каменной стены. Схватила подушку и уткнулась в неё лицом.

— Оставь меня! Уходи! Я не сошла с ума! Я тебя не вижу и не слышу! — кричала она сквозь неё.

Вокруг вихрем носились серебряные искры. Они закручивались в спираль и уходили в руны, напитывая их мерцающим светом.

Эллин потерянно стоял в центре комнаты, грустно глядя на Соню, впавшую в истерику. Пожав плечами, он ушёл в пол, оставляя её одну. Несчастная попаданка этого не заметила, продолжая истерично кричать, пока не сорвала голос и не промочила подушку слезами насквозь.

Судорожно вздохнув, она безразлично растянулась на пыльной кровати, уставившись в потолок на пульсирующие серебром руны. Магический свет погас, оставляя в полной темноте и тишине. Сил не осталось, как и мыслей и Соня медленно погрузилась в беспокойный сон, вздрагивая от собственного дыхания.

Глава 4

Разбудил её собственный желудок, трубно завывая на всю округу. Кое-как поднявшись на локтях, она зажмурилась от яркого солнечного света, проникавшего в пыльное, заросшее паутиной окно. При свете дня комната не стала выглядеть лучше. Наоборот, открылось насколько она была заброшенной. Видимо, ей не пользовались уже не первый век.

К её удивлению, на стуле перед кроватью стоял дымящийся завтрак. Это была какая-то молочная каша. Приятный сливочный аромат мягко дразнил нос, побуждая поскорее её отведать.

— Что ж. Дурка так дурка! По крайней мере, меня кормят. Мне не нужно совмещать работу и учёбу. Не нужно думать, откуда взять деньги на еду! — процедила Соня сквозь зубы, пробуя сладкую кашу.

И не заметила, как по щекам опять потекли слёзы. Вкус еды снова погрузил в давно забытые воспоминания. Как бабушка готовила рисовую или манную кашу. Как добавляла любимое земляничное варенье.

— Что со мной? Почему я вдруг стала такой чувствительной? — шмыгнула она носом, вытирая глаза. — Ладно. Надо прибраться.

Похлопав себя по щекам, Соня бодро вскочила на ноги. Для начала решила перетрусить матрас и заодно проверить, не завёлся ли там кто-нибудь. Стоило ей только стащить его с кровати, как по комнате полетела пыль, заставляя беспрестанно чихать. На металлическом рукомойнике нашёлся чистый кусок ткани. Соня ловко соорудила из него маску и попыталась открыть окно. Оно поддалось не сразу, пронзительно скрипнуло, будто издавая прощальный вопль, а в раме загуляло туда-сюда стекло, желая выйти на свободу. Девушка с ужасом следила за его танцем, боясь лишний раз дотронуться.

Свежий воздух ворвался в комнату, подхватывая часть пыли и вынося наружу. Выглянув, Соня обнаружила себя на самом верху монументальной башни. Ветер грозно завывал у подножья, подхватывал в танец сухие жёлтые листья и кружил их по кругу.

— Да я Рапунцель блин! Подождите…Сколько дней я была в отключке после падения? Как я оказалась на берегу моря?!

Потерев глаза, она снова уставилась на открывшийся вид: тихая бухта, зажатая между двух высоких гор. Спокойное тёмно-зелёное море мирно блестело на солнце, отбрасывая блики. Морскую гладь рассекал маленький, словно игрушечный парусный корабль. Он уверенно держал курс из бухты, выплывая навстречу солнцу.

Любуясь видом, Соня почувствовала — есть в нём какая-то фальшь. Только в чём она выражалась? Или как? Сколько ни ломала голову, так и не могла понять.

— Ладно. Подумаю об этом, за работой.

Засучив рукава, она наклонилась за матрасом, надеясь, что сможет удержать его и не выкинет на улицу. Задумка кое-как удалась. И Соня со всех сил принялась хлопать его по набитым травой бокам, представляя, как лупит всех недоброжелателей, встречавшихся в жизни. Так работать стало куда веселее. Когда матрас стал пахнуть тонким ароматом полевых цветов и луговым сеном, она остановилась, довольно воскликнув:

— Так-то лучше!

Дело осталось за малым: повторить весь процесс с подушкой и одеялом и как-то постирать бельё. В маленьком рукомойнике делать это было ой как не удобно, а потом ещё и непонятно, где его сушить? И как быть, если не высохнет за день?

Сев на стул, девушка задумалась. Ей нужен был хоть какой-то тазик и запасное бельё. Подойдя к двери, она, особо не надеясь на ответ, начала стучать.

— Кто-нибудь! Подойдите, пожалуйста!

— Что ты хотела? — тут же раздался знакомый вибрирующий голос с другой стороны.

Вздрогнув, девушка нахмурилась. На самом деле она так и не решила: сошла ли с ума, или же и правда попала в другой мир. Но одно знала точно: Эллин её до чёртиков пугает. Его существование подтверждает оба варианта!

— М-мне нужно чистое бельё, тазик и какая-нибудь большая не нужная тряпка, — закусив губу, она всё-таки решилась заговорить.

— Сейчас принесу, — эхом отразился его отдаляющийся голос.

Не прошло и нескольких минут, как в дверь настойчиво постучали. Подпрыгнув, она спросила:

— Кто там?

— Это снова я. Всё принёс. Отойди к окну и не поворачивайся, пока не скажу.

— Почему это?

— Тебе не понравится, как это будет выглядеть.

Девушка скептически подняла бровь. Чувствуя её сомнения, он напомнил:

— Ты снова подумаешь, что сошла с ума. Опять начнёшь плакать и разбрасываться магией.

София фыркнула, но спорить не стала. Где-то глубоко в душе, знала — он прав. Её рациональная часть ещё не готова снова столкнуться с чем-то тяжело объяснимым. Послушно сделав шаг к окну, она замерла, напряжённо вслушиваясь в звуки за спиной.

Замок щёлкнул, и дверь противно заскрипела открываясь. В комнате тут же поднялся сквозняк, угрожающе завывая ветром.

— Зачем ты открыла окно? — охнули за спиной.

— Проветрить. Тут было столько пыли! Я чуть не задохнулась! — возмущённо ответила она.

— Прости… Я вчера не предупредил тебя, — послышался тяжёлый вздох за спиной. — Послушай, хочешь — верь, хочешь — нет, но для тебя снаружи опасно. Не открывай больше окно.

— Я не настолько ещё выжила из ума, что б прыгать!

— Да я не об этом. Посмотри внимательнее на наш город. Что ты там видишь? — говорил он за спиной.

— Ну… ты же сам видишь, что там. Зачем мне говорить?

— Так ты поймёшь в чём его особенность.

В голове тут же вспыхнули утренние мысли. Она ведь и сама почувствовала какую-то странность. Только так и не смогла понять, что давало такое ощущение.

— Гористую местность. Довольно крутую. Узкие мощённые булыжником улочки, покосившиеся маленькие домики с прохудившейся крышей. Порт. Там стоит много кораблей, но я видела, как уходил в море только один…

— А что с растениями? Какие ты видишь деревья?

— А? Ну я не знаток… Подожди, а какое у вас сейчас время года?

— Лето.

— Тогда почему…деревья все сухие? Всё такое мрачное и серое. Я думала осень или зима, — удивлённо воскликнула София.

— А что ты слышишь?

Девушка высунулась из башни. Опёрлась руками о деревянный подоконник и внимательно вслушалась. Город был непривычно тихим, особенно для неё — жителя современного мегаполиса. Не было ни шума машин, ни гула дорог. Тихий, царапающий скрип деревьев, одинокое завывание ветра и больше ничего.

Молчаливый город смотрел на неё чёрными провалами окон, пустыми улицами, безжизненными серымилесами, бескрайним мрачным, тёмно-зелёным морем.

Ей вдруг стало неуютно. Захотелось громко закричать. Проверить, не пропал ли слух?

— П-почему тут так тихо?

— Не привычно, правда?

— А-ага, — задумчиво кивнула она, — у вас всегда так?

— Последние шестьдесят лет.

Печаль в его голосе задела что-то глубоко в душе Сони. Ей остро захотелось увидеть лицо Эллина. Понять, почему он вдруг стал таким грустным? Она резко развернулась, да так и осталась стоять.

В комнате никого не было. В деревянной кадушке лежал свёрток ткани, на кровати — новое выстиранное постельное бельё.

— Где ты? — расстроенно протянула девушка.

Сейчас она была готова и на странную голограмму. Лишь бы не оставаться наедине с пустотой, появившейся в душе после вида странного города.

— Я здесь, — голос раздался прямо рядом с ней.

Подпрыгнув, она округлила глаза.

— Просил же, не поворачиваться. Опять испугалась, — подуло в лицо холодным воздухом.

Что-то прохладное легонько тронуло за плечо и настойчиво потянуло от окна.

— Я закрою его. Не открывай больше. Ветер может принести пыль смерти, а ты ещё не умеешь с ней работать.

Шокированная она так и стояла столбом, слушая, как за спиной закрывается окно, ругаясь скрипом на свою худую жизнь. Волосы на голове мягко взъерошил появившийся из ниоткуда ветерок.

— Я пойду. Скоро вернусь с обедом, а ты не забывай о практике. Чем скорее научишься контролировать свою магию, тем быстрее отсюда выберешься.

Прохладный ветерок ушёл из комнаты, закрыв за собой дверь. Теперь она действительно осталась одна.

— Ха…Как странно, — заговорила она сама с собой. — Что же со мной происходит?

Взгляд упал на закрытое окно. Грязь и пыль теперь была занавеской, спасавшей от жуткого вида пустого города. Испугавшись собственных мыслей, девушка покачала головой, подпоясалась и снова взялась за уборку.

— Я обязательно разберусь с этим, но не сейчас. Слишком тревожно обо всём этом думать, — она зябко пожала плечами, оправдываясь перед собой.

Заправив кровать, Соня довольно улыбнулась. Теперь хоть есть на чём спать.

Вдавив длинный язык рукомойника, она с опаской уставилась на воду, боясь древней грязи, ржавчины или ещё чего похуже. К её удивлению, оттуда потекла прохладная, чистая вода. Нахмурившись, она попыталась открыть тяжёлую чугунную крышку и заглянуть внутрь. Нужно же понять, сколько у неё воды!

— Что это такое?

Воды внутри не оказалось. На дне растянулся большой круглый серый камень. На нём было выгравировано что-то похожее на руны в углах комнаты, только эта бледно светилась белым светом каждый раз, когда девушка нажимала на язык рукомойника.

— Опять какие-то устройства вне моего понимания! Ладно! Надеюсь, хватит воды до возвращения Эллина.

Набрав кадушку, Соня рьяно принялась отмывать все поверхности комнаты. Всякий раз воды хватало ненадолго. Она чернела буквально от нескольких взмахов тряпки. Изрядно вспотев и устав, Соня остановилась. У неё больше не было сил, а желудок давно присох к спине, уже даже перестав просить о еде.

— Ну, вроде более-менее, — плюхнувшись на стул и вытянув ноги, заключила она.

В комнате перестало пахнуть пылью, да и чихать больше не хотелось. Теперь только стоял слабый запах сырости. С углов не свисали гирлянды паутины. Взбитый матрас и подушка манили мягкостью и приятным свежим запахом луга.

Довольно потянувшись, Соня поняла: ей срочно нужно в душ. Печально кинув взгляд на рукомойник, она тяжело вздохнула.

В дверь постучали.

— Отвернись, я принёс еду.

— Да ладно уже. Заноси, — девушка устало махнула рукой.

— Ночью ты мне также говорила, — цокнул Эллин. — Хотя бы закрой глаза.

Она сдалась, соглашаясь.

— Вчера я видела летающие над столом тарелки. Это были призраки?

— Да. Мы помогаем чем можем.

— Почему?

— Что значит почему? — не понял парень. — Мы семья. В семье принято помогать друг другу. Разве у тебя было не так?

Соня нахмурилась, не желая вспоминать о своей «семье».

— Но вы ведь уже мертвы. Зачем вам… ну как бы это… — она слишком поздно поняла, что может обидеть.

— Почему мы всё ещё тут?

— Ну, да, — смущённо кивнула девушка.

— Хах… — грустно рассмеялся Эллин. — Сначала у многих не было выбора. Потом постепенно у каждого появилась своя личная причина. Без неё мы бы просто… — он прервался, а по комнате пронёсся прохладный ветерок, — Неважно. Теперь у нас есть общая цель. Мы желаем снова увидеть нашу Империю процветающей. Наполненной жизнью и радостью. Такой же, какой она была до…

Он снова прервался на полуслове, и Соня поняла — не стоит быть настойчивой. Оказывается, даже у призраков есть темы, на которые они не любят говорить.

— Интересно, — сказала она, лишь бы заполнить неловкую тишину, — Спасибо, что носишь мне еду. Она очень вкусная.

— Я передам дежурным. Как твоя практика?

Девушка ойкнула. Наклонилась над супом, быстрее набивая рот.

— Можешь не отвечать. Я уже вижу, куда ушли все твои усилия.

— Ну, а что? Мне нужно было спать в грязище? Да и какие медитации, когда всё время тянет чихать?!

— Мне уже давно не понять этого. Просто думаю, что скажет Вермунд, когда придёт тебя навещать.

— Ой! Не нагнетай! Я поем и сяду, — но почувствовав от себя запах, поморщилась, — Слушай, а у вас есть ванна там или душ? Мне бы помыться.

— Есть. Однако, пока не научишься контролировать магию, придётся довольствоваться рукомойником и тазиком, — сурово закончил он.

И не успела она ничего возразить, как пустая тарелка взмыла прямо перед её носом и улетела в открывающуюся дверь. Замок захлопнулся, снова оставляя одну в комнате.

— Да что б вас! — хлопнула по стулу девушка, выпуская сноп серебряных искр.

Закусив губу, Соня тяжело вздохнула и пошла к рукомойнику. На его бортике лежал мыло, пахнущее пряным ароматом чабреца. Запах успокаивал натянутые нервы, но условия, в которых ей пришлось корячиться, не давали расслабиться. Прячась летом на даче от своего нерадивого отца, у неё и то было больше удобств.Сейчас она мечтала о том уличном душе под плёнкой, и даже комары не помешали бы ей наслаждаться им.

Стирая единственные вещи, она закуталась в простыню соорудив что-то вроде тоги. От прохладной воды руки стали деревянными, кожа покраснела, но ничто не могло остановить её в упорстве носить чистую одежду!

Повесив всё сушится на стул, она пожалела, что послушалась и не стала больше открывать окно. Теперь пол был мокрый и скользкий от воды, а сырость и прохлада пришедшего вечера, заставляли зябко кутаться в одеяло.

Со стороны коридора послышались торопливые шаги. Эхом отражаясь от стен, они усиливались, нервируя девушку. Похоже, закон подлости работал во всех мирах. Почему кто-то решил посетить её именно сейчас?

За дверью раздался голос Даяна:

— Эй! Попаданка, ты как там?

— Как ты меня назвал? — удивлённо воскликнула Соня.

— Чего удивляешься? Старший сказал — это нередкое явление. Тебе, конечно, знатно повезло! Попала в наш мир, да ещё и стала некромагом, — захохотал юноша. — Боги явно не на твоей стороне.

Девушка закусила губу. Злость и обида медленно закипали внутри, незаметно для неё выплёскиваясьнаружу потоком серебряных искр.

— Ты её разозлил. Она опять взорвалась, — вздохнул Эллин.

— А? От такой мелочи? Долго ж тебе тут сидеть придётся, — озадаченно протянул подросток. — Слушай, все некромаги через это проходили. Нас всех запирали в комнатах сдерживания. Чем быстрее ты начнёшь работать над собой, тем быстрее выйдешь.

— Да у меня ничего не получится! — в ярости кинула она мокрой тряпкой в дверь.

— Ты ещё даже не пробовала, — с потрохами сдал Эллин.

— Откуда ты знаешь? — заискрилась серебряными лучами Соня. — Шпионил за мной?

— Призраки чувствительны к энергии смерти. Ему не обязательно смотреть за тобой, — объяснил за него Даян. — Эх... Значит, ты тут надолго. А ребята так хотели с тобой познакомиться! Эллин, ты ещё не рассказывал ей, что без должного усердия она может просидеть тут несколько лет?

— Что?!

— А как ты хотела? Софья, ты сейчас похожа на пороховую бочку. Достаточно одной искры и погибнут все вокруг тебя! — повысив голос, завибрировал эхом Эллин. — Это не игрушки! Выгляни в окно и ещё раз полюбуйся на последствия нашей магии!

Повисла напряжённая тишина. Капающая на пол вода с мокрой одежды звучала тикающей бомбой.

Ей стало любопытно. Может ночью город не будет выглядеть таким мрачным? Она вытерла стекло с внутренней стороны, но с внешней ещё оставалась пыльная завеса, накладывающая на мир снаружи дополнительный серый фильтр.

Жёлтые магические огни светлячками мигали на улицах, освещая витиеватые дороги. На их фоне чёрные провалы окон и зияющие дыры в крышах выглядели ещё контрастней. Между домами, наконец, начали прогуливаться парочки и появилась какая-то жизнь. Если её можно было так назвать.

Все, кого она видела, не были людьми. Переливаясь мягким серебряным светом, они плыли по улицам,иногда сокращая путь прямо сквозь заборы и стены, и вспыхивая через какое-то время с другой стороны.

— П-почему ваш город полон призраков? Почему в нём так мало живых? — в ужасе отпрянув от окна, воскликнула девушка.

— Если коротко — из-за магии смерти…

Эллина прервал призывный звон колокола за окном.

— Ой. Мне пора на ужин. Соня, давай занимайся! Мы все с нетерпением ждём встречи с тобой и хотим показать нашу Империю, — припав к замочной скважине, на одном дыхании выдохнул Даян. — Я побежал! Эллин вернётся к тебе с ужином!

Глава 5

Она снова осталась в полной тишине. Иногда в окно стучал ветер, завывая, как голодный зверь. Он не давал сконцентрироваться и вырывал из круговорота мыслей. Каждый раз девушка вздрагивала и с опаской посматривала в окно даже уже зная, что там никого нет. Если не делать этого, воображение живо начинало рисовать призрачных монстров и обязательно с оскаленными раскрытыми ртами!

— Тьфу! Вот и как тут пытаться медитировать! — возмутилась она.

Её мысли всё время крутились вокруг слов Даяна. Девушка всё ещё не смогла принять попадание в другой мир. Тем более, не осознала, что стала обладать смертельной магией, но перспектива сидеть под надзором призрака в тесной комнатушке несколько лет, заставила играть по их правилам. После ужина она уже сбилась сколько раз пыталась создать щит, но тот всё время разлетался на искры!

Взбесившись в очередной раз, она вскочила на ноги и заходила из угла в угол, щедро искря магией в разные стороны.

— Эллин! Как мне создать щит? У меня ничего не выходит!

— Могу я зайти?

— Да что угодно, лишь бы это помогло в учёбе! — Соня яростно замахала руками.

Юноша проплыл сквозь дверь, появляясь с невозмутимым полупрозрачным лицом прямо перед девушкой. Та вздрогнула, попыталась успокоить дыхание и мужественно не отводить от него взгляда, но быстро сдалась, сделав шаг назад.

— Прежде всего тебе нужно успокоиться. Сейчас ты так и полыхаешь во все стороны. В этом поможет дыхание. Сядь. Закрой глаза и следи за ним. Делай вдох на семь счётов и столько же выдыхай.

— Какой-то тренинг по психологии, — фыркнула Соня, но подчинилась.

Елозя на стуле как на иголках, ей не сразу удалось успокоиться.

— Теперь попробуй, но помни: нельзя торопиться. Со временем ты будешь создавать его просто подумав, но вначале придётся постараться.

Его слова подействовали гипнозом. Следя за её стараниями, юноша терпеливо напоминал контролировать дыхание и концентрироваться на мане, а не на времени и неудачах. Под его наставлениями Соня перестала постоянно отвлекаться и слушала только голос Эллина.

Мыльный серебряный пузырь из энергии постепенно становился всё больше и больше. Медленно, с каждым вдохом растягивался над телом, мягко переливаясь. Внезапно она услышала щелчок, но не такой, как когда щит разлетался. Этот больше походил на звук сложившегося пазла.

— Молодец. Медленно открой глаза, не переставая держать фокус на щите.

Соня удивлённо уставилась на слегка искрящуюся прозрачную плёнку перед лицом. Вытянув руку, хотела прикоснуться, но та ушла вперёд, вторя её движениям.

— Умница, — потеплевшим голосом, хвалил Эллин. — Не забывай следить за дыханием. Яркие положительные эмоции тоже мешают. Особенно неопытным магам.

Она тут же опомнилась. И правда, только её сердце восторженно забилось, как плёнка запузырилась и пошла местами выпирать не по контуру тела.

— Это невероятно сложно! — фыркнула Соня, хмуря чёрные брови.

— Только с непривычки, — подбадривал Эллин. — Держи как можно дольше. С каждым разом время будет увеличиваться, как и твоя выносливость.

Сосредоточенно кивнув, она тут же почувствовала, как щит разлетается несмотря на все усилия. Вытянув руки, попыталась поймать кусочки, но те проходили сквозь пальцы, растворялись во вспыхивающих рунах.

— Отдохни немного и продолжим, — положив прохладную руку на плечо, вернул к себе внимание призрак. — Посмотри в окно. В твоём мире такое же ночное небо?

Скрипнув стулом, девушка медленно поднялась и выглянула в завывающее ветром окно. На небе не было ни облачка. Яркие звёзды рассыпались по небосводу как драгоценные сияющие камни. Соня, прожившая большую часть в светлом мегаполисе никогда прежде, не видела такого неба. Завороженно она крутила головой, рассматривая складывающиеся из звёзд рисунки.

— Как красиво!

— Посмотри налево вон в тот угол. Видишь? Это наши луны.

— Две?!

— Вообще у нас их пять. Теперь видно только четыре, но все вместе они появляются на небосводе только два раза в год. Та, что отсвечивает красным светом — Арес, а рядом голубая луна — Дана. Мы назвали их в честь наших Богов. Арес — Бог огня и покровительствует магам огня, Дана — Богиня воды. Завтра на небосводе будут видны два других спутника: Аквалон — в честь Бога ветра, он светит серебряным светом, и Деметра — Богиня Земли, она коричневая, и кажется тенью Аквалона.

В чёрных глазах девушки отражались мириады звёзд. Волшебный свет лун завораживал невиданным ранние сиянием. Впервые за эти дни она, наконец, поняла — это действительно другой мир.

С новым зарядом мотивации Соня с усердием вновь приступила к занятиям. Элин выглядывал из башни и засекал время по городским часам на площади. В первый раз, когда она увидела его наполовину торчащее из стены тело, потеряла контроль над щитом и нервно расхохоталась. К середине ночи Соня уже могла держать щит десять минут.

— Молодец! Завтра продолжим, а сегодня пора спать, — мягко улыбнулся юноша.

Устало кивнув, она без сил упала в подушку. От напряжения, казалось, мозги превратились в тяжёлый камень. Такое Соня ощущала лишь раз, когда усиленно готовилась к вступительным в колледж и в течение всего дня, почти без перерывов решала кучу математических задач. Тогда ей чудилось, будто кто-то положил на голову булыжник размером с кота!

Чья-то прохладная рука мягко легка на лоб, снимая часть напряжения.

— А ты говорила: не получится, — тихо хмыкнул юноша. Потеплевшим голосом, он пожелал: — Сладких снов.

***

Последующие дни были все одинаковыми. До полного отказа мозгов она тренировалась под руководством Эллина. Перед ужином её приходил проведать Даян и они немного болтали через дверь. Иногда появлялся Вермунд, и Несса. Все заботливо расспрашивали о самочувствии. Передавали вещи и предметы гигиены. Но как бы она ни жаловалась, никто не выпускал.

— Такое ощущение, что я особо опасный преступник! Или заболела чем-то смертельно заразным и меня не выпускают с карантина! — пожаловалась она один раз.

— Недалеко от истины, — хмыкнул Эллин. — Испытывая эмоции, ты всё ещё не умеешь сдерживать магию.

— Но я никак не могу понять! Даян ведь не безэмоциональный! Как ему удаётся?

— Осознанность. Непостоянная, конечно, — махнул рукой Эллин, — Каждый раз, когда в тебе зарождаются эмоции, старайся направить на них внимание и посмотреть, что они в тебе вызывают и где откликаются. Так, ты и поймёшь, когда начинаешь распылять энергию, а поняв уже легче отследить и проконтролировать.

— И что? Ты хочешь сказать, все некромаги такие осознанные? — девушка скептично изогнула бровь.

— Не обязательно делать это каждый раз. Просто нарабатывай автоматизм, и потом постоянное внимание уже будет не нужно. Только если произойдёт что-то выбивающие из колеи. Что-то, чего раньше не происходило.

— Ха! Для этого мне просто нужно будет выйти за порог замка!

— Да, вначале будет сложно, но такова цена за силу внутри тебя.

— От неё нельзя никак отказаться? — скривила она лицо.

— Если бы можно было, то в этом мире уже давно не осталось бы ни одного некромага, — печально ответил Эллин. — Каждый из нас думал об этом как минимум один раз.

***

Прошло ещё какое-то время. В конце концов, Соне уже стало настолько тошно от однообразия повторяющихся дней, что она потеряла счёт. Пейзаж за окном был люто ненавидим, а все и всё вокруг вызывали одну эмоцию — раздражение. Был в этом и плюс — она наконец смогла сдерживать энергию.

Тёмные каменные стены из огромных булыжников давили с каждым днём всё сильнее и сильнее. Казалось, она сидит в средневековой тюрьме, а не проходит обучение в магическом мире.

— Сколько уже можно? Почему мне так повезло попасть в мир суровей моего собственного! Где радужные пони там, или гарем из красивых парней? Где избранность и особенность? Пока я ощущаю особую изоляцию! Избранный изгой общества! — возмущалась Соня, бегая из угла в угол.

Из неё уже не сыпался сноп искр, но желание внутри так и бушевало разнести тут всё к чертям! Жалко этому её не научили!

В один из дней она случайно пробежала так сквозь невидимого Эллина. Ощущение прохлады прошило с головы до ног, освобождая от удушливости мрачной комнаты. В голове сразу вспыхнула идея.

Надоевшая до чёртиков комната и сгущающиеся с каждым днём гнетущие мысли, что её отсюда никогда не выпустят, страшили теперь намного больше, чем соседство с потусторонним. Соня уже и не помнила, когда перестала бояться призрака.

И так у неё появилась новая забава. Она старалась разговорить Эллина и, определив, где он, решительно шагала сквозь него. Призраку это изрядно надоело, и он стал заходить в комнату только ночью, становясь видимым, а днём появлялся лишь по необходимости. Соскучившись по уже привычной прохладе, сравнимой для неё душу в жаркий день, Соня колебалась недолго.

В какой-то момент, вечером, когда призрак что-то долго объяснял, она выждала момент, зажмурилась и резко шагнула вперёд.

Ощущения были сильнее, как и плотность духа. Сейчас он напоминал освежающе холодное желе!

— София! Ты опять! — воскликнул Эллин.

— Ух! Здорово! Это так бодрит! — радостно подпрыгнула девушка. Посмотрев на юношу большими чёрными глазами, спросила: — Тебе неприятно, когда я шагаю через тебя? Но не больно же, правильно? Мог бы ты сделать для меня одолжение и пойти на эту уступку? Ну, пожалуйста?

В глубине чёрных бездонных провалов-глаз призрака сверкнули серебряные молнии. Впервые за долгое время он действительно разозлился. Сложив руки на груди, Эллин молча смотрел на неё с укором. На Софию это не подействовало. Она всё так же стреляла глазками, умоляя пойти навстречу.

Поняв, что не сдастся, Эллин выдохнул морозный воздух:

— Нет. Не ходи сквозь меня! Сохрани хоть каплю благоразумия и скромности! Вспомни о том, что ты девушка, а я мужчина!

Соня сделала вид, что смутилась, а сама, опустив голову, спрятала чертят в глазах.

На следующий день, она как лиса выжидала момента, пытаясь играть послушную и благоразумнуюдевушку: слушала наставления и медитировала, но то и дело поглядывала, пытаясь улучить момент, когда Эллин расслабится.

Призрак будто и не замечал её намерений. Он как обычно расхаживал по комнате, сверкая в свете лун мягким серебряным светом. Болезненно-бледный, хрустальный внешний вид, благородная одежда и прямая осанка придавал ему особый готический шарм.

Он замер возле окна лишь на секунду. София тут же ринулась вперёд, но вместо ожидаемой прохлады, отпружинила от груди призрака, попав в слегка щиплющие морозом объятия.

— София, я же просил, — грустно выдохнул ледяной воздух Эллин.

Девушка так и застыла. Румянец медленно проступил на щеках, а сердце в груди почему-то встревоженно забилось. Медленно подняв глаза, она увидела его печальную улыбку и чёрные-глаза пропасти, по которым невозможно было ничего понять.

— Удивлена? Как я, по-твоему, ношу тебе еду? Мы умеем становиться близкими к физическим, если захотим. Надеюсь, теперь ты увидела во мне мужчину? — приблизившись к её лицу, выдохнул юноша.

София мелко-мелко закивала то ли от холода, то ли от смущения — она не поняла. Эллин выпустил из объятий, и девушка тут же прыгнула в кровать, прячась под одеялом.

Проследив за её реакцией, юноша отвернулся и так и стоял всю оставшуюся ночь, глядя в ночное небо и что-то монотонно рассказывая.

После этого вечера она ещё долго не решалась пойти на старый трюк. Видя её прилежное поведение, Эллин расслабился и снова стал оставаться с ней днём. В какой-то момент её вдруг осенило — при свете дняего не видно, а значит он не сможет её застыдить!

Ей настолько наскучило однообразие серой комнаты и тягучих дней, что не остановили ни набитые шишки, ни прокушенный язык, когда Эллин стал превращаться в невидимую стену-призрака. Софии это только добавило азарта, делая игру похожей на русскую рулетку!

В конце концов, первым сдался Эллин. Он появлялся перед ней только вечером и всегда делал себя физическим, а днём прятался в стенах, печально вздыхая.

И вот сегодня, когда она уже была на грани срыва из-за вынужденного сидения в четырёх стенах, и снова бегала по комнате, пытаясь унять злость, призрак вдруг предупредил:

— Старший и Вермунд проверят твоё состояние и решат, как быть дальше.

Кто-то открыл возмутившуюся скрипом дверь в коридор, и по нему эхом зазвучали шаги посетителей. Соня замерла в центре комнаты, быстро восстанавливая дыхание. Она не выдержит, если они решат не выпускать её!

— София, можем мы зайти? — хриплым бархатным голосом спросил Олий.

— Да.

— Не нервничай. Мы в любом случае решили тебя больше тут не держать, — сказал Вермунд. — Эллин рассказал нам о твоём самочувствии. Тебе было очень тяжело.

Девушка опустила глаза в пол, стараясь не выдать яростных эмоций.

«Вы обо всём знали! Знали, но ничего не делали! Я тут с ума почти сошла!», — говорила она мысленно всё, что не могла сказать открыто. Мало ли ещё куда посадят.

Глава 6

Когда в комнату протиснулись двое высоких взрослых мужчин, та стала казаться кладовкой. Соня, зажатая между ними, не знала куда и смотреть. Опустив глаза в пол, она почувствовала, как весь боевой пыл разом испарился.

— Твоё состояние значительно лучше. Мы наконец сможем тебя обучать, — сузив подёрнутые пеленой глаза, одобрительно кивнул Олий.

— Это значит, я могу быть свободна? — до конца не веря своему счастью, уточнила Соня.

— Да. Можешь вернуться в общий дом. Надо будет спросить Ами, какую она выделит комнату, — улыбнулся Вермунд.

В этот раз она даже не испугалась зловещего оскала мужчины. Радостно подпрыгнув на месте, схватила выделенный ей плащ и бодро шагнула за дверь, вслед за Олием.

— Не забывай: на улице всегда ходи со щитом! — напоминал Вермунд. — Пыли смерти пока не касайся и старайся не ходить одна. Ты всё-таки не местная и многого ещё не знаешь.

— Хорошо, — кивала девушка.

Она мысленно добавляла про себя, что уже согласна на всё, лишь бы не сидеть в тюрьме!

За стенами башни раздался вечерний звон, созывающий местных на ужин в центральном зале. Наконец она могла поесть со всеми и поговорить лицом к лицу, а не к двери.

Радостно залетев в зал, она не ожидала встречи аплодисментами. Над летающими магическими огнями были растянуты разноцветные ленты, а в центре стола стоял большой пирог. Смутившись, девушка сделала шаг назад, упираясь в Вермунда, тот положил руку на плечо успокаивая:

— Сегодня твой новый день рожденья. Мы приветствуем тебя, как некромага.

Соня удивлённо округлила глаза. День рождения. Когда она в последний раз отмечала его? Совершенно незнакомые люди и призраки радостно приветствовали её. Кричали поздравления и хлопали в ладоши, провожая до стола. Девушка чувствовала смятение.

Почему они вдруг решили так к ней отнестись? К чужой. К той, о ком ничего не знают! Собственному отцу не было до неё дела. Он вечно забывал о её дне рожденье. Почему же они, незнакомцы, встречают её как самые близкие и родные люди?

— Ура! Ты наконец с нами! — хлопнул по плечу Даян. — Мы уже заждались!

«Всё кажется ещё более нереальным. Я ведь чужой для них человек. Почему они такие приветливые? Что им от меня нужно?» — она никак не могла полностью принять их сердечную встречу, подозревая во всём подвох.

Её встретил маленький мальчик, лет десяти не больше. Как и все вокруг, он был одет в праздничный костюм. Кружевная тонкая рубашка подчёркивала хрупкость его фигуры, а большие чёрные глаза создавали образ фарфоровой куклы. Соня добавила про себя: ожившей проклятой куклы. В его красоте сквозило нечто тёмное, глубокое и готическое.

Мальчик мягко улыбнулся, но улыбка не коснулась глаз — те оставались серьёзными и пронизывающими, словно их хозяин уже прожил ни один век и пережил ни одно потрясение. Взглядом, полным зрелости и непостижимого спокойствия, он смотрел на Соню:

— Поздравляю! Теперь ты одна из нас.

Он протянул сухую розу. У неё был графитовый чёрный цвет. Зачарованно рассматривая её, девушка с удивлением обнаружила, что цветок всё ещё пах тонким сладким ароматом.

— Вообще-то, на эту церемонию дарится живая роза, но мы пока не смогли их восстановить, — почесал щетину Вермунд.

— Спасибо. Большое спасибо. Я удивлена, — опустив голову, тихо ответила Соня.

— Скорее садись за стол! Ами с девочками так старались над рыбным пирогом!

— Прости, что так скромно, но пока мы не можем позволить большее, — виновато улыбнулась та, подавая тарелку.

Соня пожала плечами и тихо призналась:

— Это самый роскошный день рождения, который когда-либо у меня был.

Ами охнула и покачала головой, точно как её бабушка. Со всех сторон к девушке подбежала малышня. Улыбаясь, они кланялись и поздравляли, потом поворачивались к Ами, протягивая тарелки за угощением.

— Тебе было тяжело, да? Нас тоже закрывали, — начала рассказывать маленькая девочка с нереально белыми волосами. — Правда, мы тогда прятались в пещере. Там было ужасно сыро и холодно! А Герман жалобно завывал, пугая меня по ночам!

— А сама-то! Кто постоянно рыдал и просился на ручки? — фыркнул, с другой стороны, огненно-рыжий мальчик.

Девочка сверкнула большими чёрными глазами, топая ножкой.

— Это из-за тебя! Ты пугал меня своими вспышками в темноте!

— Вы были не разделены? — удивлённо спросила Соня.

— Разделены, но не стенами, а рунами. У нас тогда не было возможностей всех расселить. Мы постоянно бегали с места на место, скрываясь от преследований, — объяснила Ами. — Хорошо, что это уже в прошлом.

— Все за стол! Несмотря на праздник, занятия не отменяются! — призвал к порядку громоподобный голос Олия.

По залу тут же раздались разочарованные возгласы детей. Заскрипели отодвигаемые скамейки, застучала посуда по тарелкам.

Соня неосознанно улыбнулась, оглядывая разношёрстную толпу. В прошлый раз она не обратила внимания, что людей было и правда намного меньше, чем призраков. По большей части это были взрослые. Детей и подростков совсем мало. На первый взгляд её ровесников лет пятнадцати-шестнадцати вообще на пальцах одной руки можно пересчитать. Но она была не уверена, так как многие выглядели молодо, но вели себя как взрослые, беря на себя заботу о детях.

— Не зевай, — ткнул её плечом Даян. — Старшие не посмотрят, что это твой первый день. Опоздаешь и получишь наказание.

Девушка не заметила, как прозвенел второй звонок, предупреждавший о скором начале уроков. В руку снова положили горячие пирожки и настойчиво потянули из-за стола. За порогом замка их встретил прохладный вечерний ветер, заставивший глубже кутаться в плащ и сожалеть о недопитом горячем чае.

— Нам недолго идти. Вон до того здания, — показал Даян.

Он, не смущаясь, снова схватил её за руку и привычно повёл за собой по узким старинным улицам города. За ними гуськом шли дети. Их звонкий голос нарушал мрачную молчаливость города. Взбудораженные сегодняшним праздником, они рассказывали кто и сколько сидел в комнате сдерживания.

Впереди призрак толкал коляску подростка. С ними рядом шёл высокий юноша с длинными чёрными волосами, забранными в хвост.

— Это все, кто с нами учатся? — удивлённо спросила Соня.

Даян пожал плечами.

— Мне и этих с головой хватает.

— А как же Оливер? — вспомнила девушка, улыбчивого юношу.

— Он не некромаг, — показав на высокое готическое здание, Даян объяснил: — Туда могут заходить только некромаги.

— Почему?

— Даян, — предупреждающе окликнул Эллин, появившийся рядом, — Софья, узнаешь на занятие.

В голове вспыхнул калейдоскоп вопросов. Что за загадки? Зачем всё так усложнять?

Поднявшись в горку по неровной мостовой, она почувствовала отдышку. Сидение в четырёх стенах с месяц или и того больше, плохо сказалось на её выносливости. Закинув голову, девушка охнула от открывшегося вида.

Нужное им здание строгим готическим стражем возвышалось над маленькими покосившимися домами. Центральный вход венчал шпиль, состоявший из переплетённых хвостов четырёх драконов, уходящих высоко в чёрное звёздное небо, а пятый дракон вольготно держался за сплетённые хвосты. Свесив острую морду вниз, он внимательно наблюдал за посетителями.

— Он же не живой? — Соня тихо пробубнила себе под нос.

Массивная центральная дверь встречала затейливыми узорами и фигурами, изображавшими вечный танец жизни и смерти. Когда-то они были позолочены белым золотом. Сейчас оно осталось лишь местами и поблёскивало каплями росы.

Поднимаясь по высоким мраморным ступеням, девушка заметила серебряные доспехи. Они были спрятаны в ниши по бокам от входа. Сквозь забрало шлемов блестели чёрные омуты глаз, следящие за каждым шагом новоприбывших.

— Это что? —испуганно дёрнула за руку Соня.

Даян быстро переглянулся с Эллином. Тот тут же подлетел к девушке, пытаясь загородить обзор своим полупрозрачным телом.

— Не обращай внимание. Проходи скорее.

Она чувствовала — с этими статуями явно что-то не так, но что ей точно не хотели говорить. Подозрительно нахмурившись, Соня захотела затормозить и рассмотреть их повнимательнее, вот только интуиция внутри кричала идти вперёд и не задерживаться. Возникшее на пустом месте волнение накатило, накрывая с головой. Если бы не тащивший за руку Даян, Соня уже замерла бы истуканом между этих странных, как будто живых статуй.

Чей-то ледяной взгляд пристально оценивал её. Проникал холодом под кости, рассматривал душу. По позвоночнику против воли вспыхнул поток энергии, но не успела Соня запаниковать, как та уже затихла, сворачиваясь послушным котёнком.

Схватившись за похолодевшее сердце, она с опаской оглянулась на чёрные омуты глаз за забралом. В нос ударил яркий запах сухих роз, вытаскивая из ледяных оков страха. Поведя плечами, она согнала с себя кошмарное наваждение, посмотрев в полумрак зала. За спиной со скрипом затворилась дверь, отрезая вход ветру.

Строение походило на католический собор. Высокие серебряные кружевные витражи состояли из замысловатых плетёных узоров, мотив которых она не могла понять, сколько не рассматривала. Изящные белые колонны костями выстроились в ряд. Между ними стояли оплетённые серебряной паутиной книжные стеллажи. Они уходили под самый потолок. Компанию им составляли тяжёлые дубовые столы, покрытые стопками жёлтых свитков и книг.

По центру, там, где обычно должен быть алтарь, выстроились в ряд металлические фигуры. Они были разделены рунической вязью по полу. Соня предположила, что там, скорее всего, оттачивают навыки на практике.

В целом это было обычное старинное готическое здание, если не брать в расчёт странных стражей на входе.

— Ты выглядишь разочарованной, — удивлённо заметил Эллин.

— Да? Ну просто зал выглядит довольно обычно для всяких магических школ.

— И во многих ты была? — хмыкнул призрак.

— Это первая. Остальные я видела в сериалах там и фильмах.

Ни Даян, ни Эллин ни слова не поняли. Уставившись на неё как на диковинного зверя, они хотелиобъяснений. Девушка смущённо замялась.

— Ты ждала зала, полного нечисти?

Опустив взгляд, она увидела мальчика, подарившего ей розу за ужином.

— Ну, что-то типа того. Призраки же у вас везде летают.

Ребёнок хмыкнул.

— Нечисть нужно поддерживать энергией. В обычной жизни никто не будет тратиться на это, — как взрослый объяснил он ей. — К тому же это священный зал предков, обитель знаний. Тут хранятся бесценные книги. В прежние времена сюда не пустили бы никого кроме старших и Императорской семьи. О какой нечисти может быть речь?

Даже не имея младших братьев и сестёр, длинная, грамотная речь из уст ребёнка показалась ей нереально странной. Удивлённо заморгав, она вопросительно посмотрела на Эллина.

— Ох! Я и забыл представить, — хлопнув себя по лбу, воскликнул тот. — Норд де Моритус. Наш нынешний Император и главный жрец Бога Мортиса.

Из всех его слов ей было понятно только император. Изумлённо опустив глаза, она уставилась на мальчика, забыв о правилах приличия, и даже не подумала, что к такой особе нужно особое обращение.

Даже несмотря на то, что ей ни разу в жизни не доводилось видеть императоров вживую, она имела о них свои представления. Сейчас все они разбились в дребезги, оставив в полном недоумении.

Норд де Моритус.

— София! София, ты ведёшь себя не достойно, — хмурился призрак, пытаясь привлечь её внимание.

Маленький император закатил глаза, помахал на прощание рукой и ушёл вглубь зала. Стоило его силуэту скрыться за одной из дверей и Даян тихо рассмеялся.

— Фу-ф…Чуть не лопнул, — вытирая слёзы, сказал он. — Реакция людей на него всегда одинаковая.

Соня непонимающе переводила взгляд с него на призрака и обратно. Внезапно между ними, бесшумно как тень, возник Олий. Смерив Даяна ледяным взглядом, он взмахнул рукой, и тело подростка резко вытянулось, замерев по струнке.

— Смеешь смеяться над правителем? Пойдём, подумаешь над своим поведением.

Юноша тут же послушно замаршировал. Он высоко поднимал ноги и профессионально тянул носки. Дёргано, словно болтаясь на невидимых нитях, парень по пятам следовал за Олием.

— Старший! Я же не с него…ой. То есть, не с милорда же смеялся! — бледный как мел, оправдывался Даян.

Наблюдая за представлением, малышня тихо хихикала.

— Ух я вам! — даже с высоко задранным подбородком, парень умудрялся косить глаза на детей и грозить вытянутым пальцем.

— Посмеялся? Повесели и других, — сухо отчеканил Олий.

София боязливо взглянула на его строгий профиль. Не заставит ли он и её делать что-то подобное? Про себя она решила, что нужно срочно брать уроки этикета у Эллина.

Хлопнула дверь и в зал зашла ссутулившаяся в три погибели фигура. Медленно шаркая ногами по полу, она подняла голову, сверкнув серебряным светом в чёрных провалах обтянутого жёлтой сухой кожей черепа и до боли скрипучим голосом объявила:

— Начнём урок.

Глава 7

Соня едва сдержалась, чтобы не заверещать. В памяти тут же всплыли воспоминания о том, кого она первым увидела, открыв глаза. Тогда посчитала это «глюком».

Архан.

— Эллин, разве ваш правитель не говорил, что сюда запрещён вход нежити? — шёпотом спросила она.

— Архан не нежить, — хохотнул тот. — Он один из старших. У нас их всего трое. Вон идёт ещё Барабон. Его внешний вид тебя тоже шокирует.

Странно бряцая при каждом шаге, вышла фигура, укутанная в плащ. Его лицо и руки были туго перебинтованы. Не были открыты даже глаза! На их месте сквозь ткань мерцали серебряные огоньки.

Вид неестественно худых рук и странный звук при ходьбе натолкнули Софию на ужасные мысли. Помотав головой, она со страхом спросила:

— Он же не может быть скелетом?

— Он и есть, — хмыкнул Эллин. —В отличие от нас — слабых при жизни магов, старшие после смерти превратились в личей. Имея шанс уйти на перерождение, они остались ради нас.

Барабон.

— Подожди-подожди…Олий тоже лич? — вдруг поняла девушка.

Неестественный цвет кожи, подёрнутые пеленой глаза, впалые скулы и замёрзшая мимика — всё теперь стало на места, окатывая девушку шоком осознания.

— Дети, хох-хох, становитесь по манекенам. Продолжайте отрабатывать удары, — призвал к действиямАрхан.

Когда-то давно София ходила со школой в исторический музей, где ей посчастливилось посмотреть, как выглядят мумии. Так вот, Архан был ей. Ожившей и снявшей с себя бинты. Увидев шокировано застывшую девушку, лич медленно заковылял, натянуто улыбаясь.

— Испугалась, милая? Ну-ну! Ничего, привыкнешь, — проскрипел он. — У тебя сегодня первый урок. Не забывай про технику безопасности. Надевай щит.

Он поманил за собой, выделяя девушке самый крайний манекен. Соня боязливо пошла следом, то и дело оборачиваясь на Эллина. Тот хмыкал и подталкивал, касаясь холодными руками спины.

— Помнится, меня ты тоже боялась.

Конечно же, она это помнила. Честно сказать, ей до сих пор было страшно долго смотреть в чёрные дыры Эллина. Разговаривая с ним, её взгляд вечно бегал, всячески избегая «глаз».

— Становись-становись! Видишь руны на полу? Не заходи за их границы, а то можешь попасть под удар соседа. Румос, встань сегодня ты сюда. Будешь присматривать за новенькой, — скрипел лич.

Высокий, статный юноша элегантно поклонился, представляясь:

— Румос Эндаро.

Румос Эндаро.

Его чёрные шелковистые волосы блестели в магическом свете, оставляя в сердце Сони следы зависти. Он был бы идеальным актёром в рекламе волос или в фильме про дворецкого, думала она про себя, украдкой бросая взгляды.

Поправив очки на переносице, юноша сухо кашлянул. Девушка выпала из облака фантазии в суровую реальность. Учитель-мумия что-то уже несколько раз ей объяснял. На последней фразе он кивнул:

— Давай-давай, пробуй!

Соня в панике забегала глазами по залу, пытаясь найти подсказку в действиях других. Юноша в инвалидной коляске легко взмахнул рукой и из неё вылетел длинный серебряный кинжал, попадая точно в голову цели. Рядом восторженно запрыгала белокурая девочка:

— Здорово, братик! Я тоже попробую!

Она неловко сложила ладошки, медленно формируя тонкую иглу и, размахнувшись, кинула. Та не долетела до цели, испарившись в руническом барьере соседа.

— Ну вот! — разочарованно протянула девочка.

— Милочка, что-то не так? — напомнил о задании лич. — Закрой глаза, если отвлекаешься.

Щёки Сони тут же вспыхнули. Она понятия не имела, как создавать что-то подобное и было ли её задание таким же.

«Будь прокляты эти длиннющие волосы! Надо ж было на них засмотреться!» — чертыхалась она про себя.

Глубоко вздохнув, девушка решила не признаваться. Сначала надо попробовать. Чего сдаваться раньше времени? Закрыла глаза и уже привычно обратилась к энергии внутри. Прохладный поток послушно вышел в руку, заполняя ладонь серебряной лужицей. Хмурясь, она постаралась придать ему форму, но тот плескался вверх-вниз, никак не желая становится твёрдым предметом.

— Ну-ну! Отринь эмоции. Они не помощник, — скрипел над ухом Архан. — Не торопись.

И правда, чего она так разволновалась? Подумаешь дьявольски красивый парень рядом! Здеськрасавчиков было полно! Толку-то? Они либо неприступные ледяные горы, либо ведут себя как идиоты.

От бушевавших мыслей в руке то начинала формироваться какая-то фигурка, то пирамидки, то чёрт-течто. Фыркнув, она помотала головой, пытаясь сконцентрироваться и вспоминая тот длинный серебряный кинжал. Как он летел, как вонзился в манекен, блеснув холодным светом. Медленно в руке появлялось что-то похожее. Тяжёлая холодная рукоятка легла в ладонь.

— Здорово-здорово! — одобрил лич.

Открыв глаза, она, не веря уставилась на своё творение. Красивый изогнутый тонкий кинжал искрился серебряным светом. Её энергия мягко пульсировала в нём, отзывалась, струясь по лезвию.

— Раз уж у тебя получилось, целься.

Ей и самой не терпелось. Лёгкая улыбка скользнула по губам. В этот раз она внимательно слушала: как занять боевую стойку, как замахнуться, как целиться. Но когда собралась метнуть, обнаружила в руке только рукоять. Она шлёпнулась на пол и тут же растеклась серебряной лужицей. Руны вспыхнули, жадно всасывая странный плевок.

— Ну-ну! Не расстраивайся! Попробуй с азов, как я просил, — кивнул Архан. — Возьми со стойки клинки и попытайся продлить их лезвие своей силой.

Ойкнув, она смущённо сбежала с площадки за оружием. Призрак за спиной одарил тяжёлым вздохом. Склонился и прошептал:

— Хочешь воплотить в жизнь мечту о гареме?

Соня вспыхнула как спичка. Отпрыгнув от Эллина, пробубнила:

— Это были просто мысли вслух! Я тогда сходила с ума в одиночестве! Незачем их было подслушивать!

Призрак довольно хмыкнул:

— Ещё чуть-чуть и ты бы потеряла контроль над магией. Кажется, рано было тебя выпускать.

Глаза девушки в шоке округлились. Быстро проверив тело, она убедилась — Эллин не врал. От сильного смущения Соня чуть не заискрилась магией!

— Аккуратней-аккуратней! Первые несколько лет после пробуждения, нужно всегда помнить об эмоциях, — кивнул Архан.

— Извините, — она потупила взгляд.

Внутри уже закрутилась буря эмоций, едва поддающаяся контролю. Вдруг её снова посадят в ту комнату? И если посадят, то насколько? Неужели она держится хуже маленьких детей? Им наверняка ещё и десяти нет, но они прекрасно контролируют свою силу!

Проницательный взгляд Олия заметил её внимание к детям.

— Герман и Анита с трёх лет учатся контролировать магию, а ты только начала. Поменьше сравнивай себя с другими. Побольше практикуйся. Возвращайся к заданию. Архан, не давай ей время на перерывы.

После этого за ночь она и головы повернуть в сторону от цели не смогла. Старик следил буквально за каждым вдохом. Давал времени ровно столько на перерыв, сколько было нужно, чтоб уж совсем не взорваться от напряжения. Под конец у неё валил дым из ушей, в глазах искрилось, а внутри зияла непривычная пустота.

— На сегодня ты почти израсходовала ману. Запомни ощущения. Это важно. Осознание собственных границ — ключ к мастерству. Если настаивать и использовать магию дальше, то ты перейдёшь черту. Начнёшь сжигать свою суть. Другими словами — расходоваться свою жизнь и здоровье, — напоследок поймав её, объяснил Олий. — Следи за этим и никогда не переходи черту. Иначе быстро сгоришь.

Несмотря на усталость, эти слова мигом вернули внимание девушки. Она горячо закивала.

— А когда она восстановится?

— У всех по-разному, но обычно после сна или хорошего отдыха, — ответил Эллин.

— Ты почувствуешь, — махнул Олий, провожая их из зала.

На выходе её снова прошили ледяные взгляды странных статуй и радостно распахнул объятия прохладный утренний туман. Недовольно запахнувшись в плащ и натянув чуть потрескивающий от усталости щит, она спросила:

— Теперь-то можешь рассказать, что это за статуи такие?

Призрак бледнел на глазах, медленно сливаясь с туманом. Где-то в нём раздался его неловкий смех:

— Я не хотел пугать тебя. Это Вечные Стражи Смерти. Они проверяют тех, кто хочет зайти внутрь. Пройти могут только маги, несущие смерть.

Девушка зябко передёрнула плечами, обернулась, кидая боязливый взгляд.

— А что, если бы во мне её не было?

— Ты во всём сомневаешься, да? Если бы не было, мы бы тебя туда не повели, — отрезал уже невидимый призрак.

Белый туман молоком разлился по всем улицам города. Медленно бредя сквозь него, Соня устало думала:во что бы её превратили стражи, если бы она оказалась самозванкой; в какую ещё дыру её теперь поселят и сколько времени уйдёт на приведение комнаты в порядок; а ещё, выходит, она действительно попала в другой мир и стала магом смерти? Эта мысль странно кольнула сонное сознание. Оглянувшись по сторонам, девушка печально вздохнула.

— Ну и ладно. Как-нибудь разберусь. С пьяным батей же разбиралась, — она устало махнула рукой.

Мимо пролетел довольный Даян. Он поймал ладонь девушки и привычно потянул за собой.

— Наконец старший снял наказание! У меня уже ноги отваливались, и шея болела, — пожаловался и громко ей хрустнул, — После завтрака, нужно быстрее укладываться спать. В два часа дня подъём на обед и работу.

— Какую работу?

— Какую дадут, — он меланхолично пожал плечами. — Ты ж видела из башни состояние города? Его кому-то нужно восстанавливать, а ещё готовить есть, выращивать еду и ходить на охоту.

— И мы должны совмещать это с учёбой? — охнула девушка.

— Ага. А что такого-то? — не понял её возмущений юноша. — Кроме нас, нам больше некому помочь.

Соня в тысячный раз пожалела, что попала в этот мир. Он ничем не отличался от её!

«У себя я хотя бы всё разрулила и наконец начала самостоятельную жизнь! А тут? Полностью завишу от незнакомых людей! Что, если завтра я чем-то оскорблю их правителя? Или совершу ещё какую глупость по незнанию?»

— Ты чего такая напряжённая? Устала? — заметил её нахмуренное лицо Даян.

— Угу, — не желая разговаривать, буркнула девушка.

— Не переживай. У нас ещё есть комнаты, где не течёт крыша, — решила обрадовать её, мимо проходившая Несса.

Брови Сони поползли вверх. Кажется, условия в башне скоро могли показаться ей райскими. К счастью, её опасения не оправдались.

На рассвете девушку поселили в достаточно уютной светлой комнате в дальнем крыле огромного старинного особняка. Светлые стены даже с облупленной краской выглядели лучше на фоне прошлой тёмной комнаты. В большом окне ещё не так сильно ссохлись рамы, и стекло не гуляло от ветра туда-сюда. По центру стояла по-царски большая кровать с балдахином. Больше ей не придётся упираться ногами в стену, или наполовину свисать над полом. Её радость не огорчил даже ковёр пыли, лежащий на всех поверхностях и то, что теперь нужно было ходить в общую ванную и туалет на этаже. Хоть и общая, но ванная!

Улыбка не сходила с её сонного лица. Соня уже начала думать, будто это сон и скоро она проснётся в башне.

— Дом принадлежит старейшине Олию. Это был их фамильный особняк в столице, — решил начать экскурсию Эллин.

— Вот как! — кивнула девушка, стоя в очереди перед ванной. — Ты и туда со мной пойдёшь?

— Конечно нет. В отличие от тебя, я даже после смерти помню о благоразумии, — фыркнул призрак. — До вечера!

***

Мимо её лица прошёл лёгкий прохладный ветерок прощаясь. В этот момент из ванны вышла Несса, неся на себе аромат трав. Ласково улыбнувшись, она спросила:

— У тебя не возникнет проблем с нашими средствами? Эллин тебе уже объяснял?

Неужели они думают, что она прибыла из средневекового мира? Высоко подняв голову и даже не заглянув перед этим внутрь, Соня горделиво ответила:

— Конечно не возникнет.

— Хорошо. Тогда до обеда, — жрица дружелюбно помахала рукой, прощаясь.

Захлопнув за собой деревянную дверь, девушка впервые решила осмотреться. Перед ней была обычная ванная. Блестящая белая плитка соседствовала с выкрашенными свежей краской стенами. По центру стояла сама чаша. В ней спокойно бы поместился человек с ростом супермодели. Рядом на столике была куча всяких баночек с подписями от руки. Краны с водой выходили прямо из пола и на ручках были нарисованы странные символы, скорее всего, снова руны.

Положив вещи на столик, Соня наклонилась над баночками. Красивый каллиграфический почерк был почти не читаем. Капли воды местами стёрли надписи, ещё больше усложняя задачу.

— Я удивлена, что вообще могу понимать их язык!

Открыв несколько склянок, она решила выбирать по запаху. Все пахли приятно: одни пряно, другие освежающе, третьи сладковато. Быстро приняв душ, ей вдруг пришла в голову идея: а почему бы и не поваляться в ванной? Очереди за ней не было, и почти все уже ушли спать. Можно позволить себе расслабиться впервые за полтора месяца! Набирая полную ванну горячей воды, она по привычке щедро влила в неё несколько горстей средства с нежным освежающим ароматом горной лаванды.

Медленно опустившись в приятно покалывающую, горячую воду, она мягко потянула уставшие мышцы и с наслаждением вдохнула аромат. Расслабленно откинувшись на бортик ванны, стала меланхолично наблюдатьза образованием ярких фиолетовых пузырьков. Они медленно поднимались со дна ванны, с забавным звуком «чпок» рождались на поверхности воды, а потом плавно отрывались от неё, улетая к потолку.

В полусонном состоянии Соня так и наблюдала за образованием странных пузырьков, пока вокруг уже не стало совсем темно, а они всё продолжали и продолжали появляться. Казалось, она сидит то ли в центре тёмной грозовой тучи, то ли в волшебной пещере. С потолка стали капать холодные капли, сначала медленно, а потом всё чаще и чаще. Осознание неправильности ситуации наконец разбудило спавший мозг.

Выскочив из ванны, она чуть не растянулась на скользком полу. Схватилась за баночку и ещё раз попыталась прочитать:

— Грозовая пена-душ? Почему это буквально то, что тут написано?! — привыкшая к маркетинговым заголовкам, воскликнула Соня.

Над головой грозно зарокотало и даже вспыхнуло светом в глубине пены-грота. Дождь внутри комнаты медленно усиливался. Замотавшись наспех в банное полотенце, она выбежала в коридор, понимая — без помощи не обойтись. Как назло, там было совершенно пусто!

— Кто-нибудь! Мне нужна помощь! — отринув смущение, позвала Соня, заглядывая в коридоры.

Завернув за один из поворотов, она почти нос к носу столкнулась с сегодняшним соседом по практике.Отскочив назад, девушка поскользнулась в мокрых тапочках, но он ловко поймал в объятия, не давая упасть.

— Что-то случилось?

— Да! Я там… — то краснея, то бледнея начала девушка.

Пока она пыталась выдавить из себя стыдное признание, по коридору эхом разнёсся раскат грома. Засверкавший свет отразился в очках Румоса. На его лице проявилось понимание. Потянув её за руку, он тут же побежал в сторону ванны. Буро-фиолетовые тучи вышли погулять уже и в коридор, встретив широкой полосой дождя.

— Бог мой, Мортис! Сколько ты вылила средства в ванну?

— Ну, вроде, две ладошки?

Юноша охнул, отпустил её руку и побежал к свободно гулявшей пене.

— Не дай остальной вылететь из ванной! — кричал он на ходу.

— Как?

Румос уже её не слышал. Вокруг то и дело грохотали раскаты грома. Он подпрыгнул, хватаясь за край одной из туч и медленно потащил на себя. Словно сжатая губка, она тут же обдала его мощной струёй воды, а потом послушно поплыла следом, вернувшись в тёмную грот-ванну.

— Едрён-кротон! — увидев масштаб, ругнулся парень. — Тут без Оливера не обойтись.

Внутри стеной лил ливень. Вода стояла уже по щиколотку! Слив ванной и пола кое-как справлялся, иначе потоп коснулся бы уже всего этажа. Гром и молнии сверкали не переставая. Бутылочки со средствами и одежду Сони смыло на пол, и теперь они грустно плавали вперемешку с сиреневой пеной.

— Я тяну тучу, а ты выжимай её в ванную, хорошо? — насквозь мокрый, повернулся к ней Румос.

Кивнув, она неуверенно забрала у него из рук пушистую пузырчатую и сверкающую тучку. Было невероятно странно выжимать её как тряпку, брызгая во все стороны водой. Сверху не переставая лил тёплый летний дождь, обильно поливая всё и всех вокруг.

Прошло с добрых полчаса, когда она наконец выжала маленькую тучку. Остальные будто разозлились на гибель соратницы и усилили свой напор! В какой-то момент она поймала себя на мысли, что они внутри тонущего корабля, и это не дождь, а заливающая в трюм вода.

Рядом, сняв мешавший сюртук, помогал Румос. Его длинные чёрные волосы прилипли к просвечивающей белой рубашке. Он мог бы выглядеть очень сексуально, если бы София так не устала и не выбилась из сил.

В ванну шагнул Оливер — яркий голубоглазый блондин. Внешность его была не ниже голливудскогоактёра или модели с обложки. Рубашка на парне моментально промокла, очерчивая накаченный рельефный торс.

В итоге перед Соней оказалось два совершенно разных по типажу парня: один изящный и утончённый, другой высокий и накачанный. Прямо на любой вкус!

Вселенная, как всегда, услышала её желание, но выдала по возможностям. В голове пронеслись саркастичные мысли:

«Хотела сцен погорячее — получай!».

— Ого! Вот это да! Никогда б не подумал, что от этого бутылька может быть такой эффект! — радостно воскликнул Оливер.

Румос устало плюхнулся на стул:

— Помоги, пожалуйста. Мы уже совсем выбились из сил, а справились только с двумя тучками!

Кивнув, парень прошёл к ванной, сделал какой-то сложный пас руками и тучи тут же свернулись в один большой пушистый рулон. Вода полилась из него водопадом, выжимаясь за секунду и с хлопком исчезая в воздухе.

— Ну с остальным будет проще, — смахнув воду с лица, перевёл дух парень.

Взмахнув рукой, он будто действовал невидимой шваброй, сгоняя всё в напольный слив за секунду.

— Вот и всё! Нужно звать кого-то из огневых, что б всё тут быстро просушить. Софи, не переживай, — он одарил девушку лучезарной улыбкой, — У всех когда-то были промашки с этим средством.

В углу Румос то ли чихнул, то ли прыснул от смеха. Вытерев очки, он выжал сюртук и отвернувшись, спросил:

— У тебя ещё есть сменная одежда?

— Кажется было ещё одно платье в комнате, — тихо ответила Софья.

— Мы сейчас за ним сходим и возьмём тебе полотенце. Не выходи никуда в таком виде, — всё так же не поворачиваясь, объяснил он. — Оливер, пойдём.

Сообразив, тот густо покраснел и, резко отвернувшись, пулей вылетел за некромагом. По коридору эхом раздались чавкающие звуки мокрой обуви.

Софи опомнилась и подлетела к зеркалу. Что они там увидели? Полотенце было на месте и прикрывало все нужные места. Только оно коротковато и почти не закрывало ноги.

В голове медленно вспыхнул образ местной одежды и все длинные в пол платья девушек. В этом мире, кажется, мужчин ещё не баловали откровенной модой. Густо покраснев, она всё поняла. Стыдливо закрыв лицо руками, Соня покачала головой:

— От сегодняшнего позора мне не отмыться.

Глава 8

Несмотря на стыд, так и румянящий щёки, добравшись до кровати, она на удивление быстро провалилась в сон. Казалось, только коснулась подушки, а в следующий момент кто-то уже настойчиво стучал в дверь, выбивая из сладких грёз.

— Софи, пора на обед! — звал Даян.

Бесцеремонно открыв дверь, он втолкнул внутрь маленькую белокурую девочку.

— Разбуди её.

Подбежав к кровати, она легонько похлопала по руке.

— Пойдём кушать.

Соня уже и так проснулась, просто не хотела резко подрываться. После ванных приключений противно ныла потянутая нога. Разлепив слезившиеся глаза, она поманила рукой.

— Как тебя зовут?

Девочка уже не раз с ней общалась, но Соня до сих пор не знала её имени.

Анита Лим.

— Анита, — ответила та, сияя яркой улыбкой.

Своим кротким, очаровательным внешним видом, она больше походила на ангела, чем на мага смерти. Шелковистые, длинные золотые волосы, переходили почти в платиновый блонд. И только глубокие чёрные глаза выдавали в ней некромага.

Как успела заметить Софи, это похоже была одна из отличительных черт магов смерти. Чёрные глазабыли и у неё, попаданки из другого мира. Никто не знал, от кого ей достались такие тёмные омуты. Ни по линии материи, ни по линии отца, ни у кого их никогда не было. С самого детства она пугала ими окружающих. Особенно когда злилась.

— Мы с Герой будем сегодня с вами, — спрыгнув с кровати, рассказала Анита. — Ты не против?

— Нет, конечно, — закачала головой Софи.

— Давайте быстрее! Я есть хочу, — завывал из-за двери Даян.

— А чего в комнату не заходишь?

— Это не прилично! Мне потом влетит от старших, — фыркнул юноша.

София тут же вспыхнула, вспомнив утренние приключения. Быстро расчесав тёмно-каштановые волосы, она открыла дверь, встречаясь взглядом со скучающим юношей. За его руку держался мальчик, примерно одного возраста с Анитой. Яркие рыжие волосы непослушными вихрами торчали в разные стороны.Удивительно было, что он тоже оказался некромагом!

Герман Стейл.

— Это Герман. Дети сегодня на нас. После обеда буду учить вас читать.

— Эм… Я вроде как умею, — промямлила Соня.

— Да? А почему не прочитала инструкцию к применению? — в карих глазах Даяна заплясали чертята.

— Это другое! — вспыхнула девушка. — Так и знала, что мне теперь до конца времён будут это припоминать!

— Ах-ха-ха! — залился смехом парень. — Тебе повезло встретить Румоса, когда звала на помощь. Я бы не смог. Валялся б от смеха! Ха-ха! Как жалко! Не увидел этого собственными глазами! Хотя последствия ещё видны — ванная комната вся влажная!

Увидев её насупленный вид, юноша попытался успокоиться. Но стоило ему снова взглянуть на Соню, как он опять начинал сдавленно хихикать. Девушка пожалела, что не знает заклинания, которым его наградил Олий. Кажется, только оно и могло угомонить Даяна.

— Не переживай! Я уверена, ты быстро научишься читать, — пыталась успокоить за обедом Анита.

После её фразы, Даян чуть не облил Румоса супом. Тот наградил юношу холодным взглядом, аккуратно промокнув салфеткой несколько попавших на него капель.

Соня больше всего стеснялась встретиться с ним и Оливером, но оба участника ликвидации катастрофы оставались полностью невозмутимыми.

— Даян! Угомонись уже! — хлопнула его по плечу Несса. — Будто ты никогда не ошибался! Вот что. Вместо чтения — помогаешь Румосу на ферме!

— Можно и нам? — загорелись глаза Германа.

— Созрела кислянка. Амили, говорила, может потребоваться чуть ли не помощь всех, — подумав, кивнула девушка. — Софи, ты как? Работала когда-нибудь в огороде?

Несса умудрялась каждый раз заботливым голосом спрашивать у неё о простых вещах. София начала подумывать, что в их глазах она ровна по возрасту Герману и Аните.

— Что сложного в сборе урожая? — она не смогла скрыть недовольства в голосе.

— И правда, чего это я, — смутилась Несса. — Хорошо, тогда после обеда идите все за мной.

К удивлению Софии, они шли не в поле, а в высокое здание, чем-то похожее на то, в котором учились. Внутри встретили ряды скамеек, прохлада и высокие потолки. Запрокинув голову, она с интересом рассматривала каменные колонны и слегка облупившиеся рисунки на потолке.

— Тут символично нарисовано создание нашего мира, — объяснила Несса. — Паря во вселенной, семероБогов выбрали лучшее, по их мнению, место и, объединив свои силы, сотворили мир.

— А сколько у вас религий? — с любопытством спросила девушка.

— Религий? — переспросила Несса. — Что это такое?

— Э-э… Ну это вера в богов и представление о создании мира. То, о чём ты рассказывала.

— Ты имеешь в виду, у всех ли нас одно и то же представление о создании мира? — догадалась девушка.

— Ну, почти. И все ли поклоняются одним и тем же богам?

— Эмм…Чаще всего Бог определяется по рождению, если пробуждается поток маны. Например, Оливер — маг воды, ему ближе Богиня Дана. Она скорее услышит его просьбу, потому что в нём больше её энергии. Я, жрица Богини Атис или Богини Жизни. Её энергия есть во всём живом, она услышит просьбу любого, но подарить благословение от её имени могут только жрецы. У других не хватит силы. Открыв в себе дар смерти, ты стала ближе к Богу Мортису. Он противоположность Атис и несёт в себе смерть. Есть ещё Богиня Деметра — она отвечает за землю, растения, животных и её сила течёт в магах земли.

Соня слушала, удивлённо раскрыв рот. Ей было дико, что бог определяется при рождении!

— Выходит, у вас нет выбора? Всё определено? — выдохнула она.

Инесса Шанье.

Несса осеклась, не став рассказывать дальше. В её глазах мелькнуло понимание, и она протянула:

— О-о! Я вижу, ты, как Норд, не хочешь с этим мириться. Но ладно он. Ему пришлось несладко, но ты. Ты же ещё даже не пыталась ему молиться. Даже не чувствовала его ни разу, а уже отвергаешь!

— Прости, но ты говоришь о боге, как о реальном существе? Ты правда веришь, что они существуют и отвечают на наши просьбы?

Изумрудные глаза девушки удивлённо округлились.

— Эллин тебе не рассказывал?

— Да при чём тут он?

Соня не заметила, когда остальные ребята вокруг них притихли. Даже дети перестали беситься и с интересом смотрели на девушек, будто ожидая поединок.

— Если бы ты была из нашего мира, то я бы могла разозлиться, — покачала головой Несса. — В твоём мире были жрецы?

— Только если в древних историях или фэнтезийных рассказах, — пожала плечами Софья.

— Как я и думала, — кивнула Несса, — В нашем мире главный жрец — проводник Бога. Боги напрямую связываются с нами. Мы их потомки. Во мне течёт кровь Богини Атис, а в Норде — Бога Мортиса. Считай, они как наши прапрапра-бабушка и дедушка. Есть и обычные жрецы. Они как бы наши дальние родственники. Им передалось меньше божественных частиц, и они не могут получить откровения. Так вот. Для нас Боги не пустой звук. Они существуют и сильно влияют на нашу жизнь. — Она закончила печальным голосом: — И, прежде чем идти по пути отвержения, сначала попробуй принять новую себя.

Несса мягко улыбнулась, и дала понять, что разговор закончен, отворачиваясь к зеркалу размером с человеческий рост.

«Сначала существование магии. Теперь ещё говорят, что боги реальны. Да и кто говорит — сам их потомок! Какой бред! Что же случится со мной завтра?» — ни разу не поверив Нессе, думала Соня.

Она всю жизнь жила в рациональном мире. Не верила ни в высшие силы, ни в богов. А если боги и былив её мире, то это точно были какие-то тёмные существа с чёрным юмором. Иначе девушка не могла объяснитьпроисходящего там безумия.

Сейчас, стоя перед «потомком бога», ей было проще принять, что девушка поехала головой или возомнила себя кем-то для авторитетности, чем представить сказанное новой реальностью.

— Я вижу, ты мне не поверила. Конечно, на это потребуется время. Тебя сейчас очень сложно, и никто изнас не сможет понять как. Просто помни — мы тебе не враги, — обернулась Несса.

Её слова и светлая, чистая улыбка затронула что-то глубоко в душе Сони. Прежде чем она успела осознать свои эмоции, жрица продолжила:

— Я приготовила портал. Пойдём. Вермунд и Ами уже ждут с той стороны.

Поманив рукой, она первая шагнула в зеркало, полностью погружаясь в зеркальную гладь. По той пошли разводы будто по воде. Успокоившись, оно продолжило отражать комнату и всех, кто в ней был.

Соня громко охнула и кинулась к раме. С другой стороны, та держалась на железных подпорках. В плоском деревянном заднике не было и намёка на какие-то скрытые механизмы.

— Если страшно, возьми меня за руку, — протянула ладошку Анита. Покрывшись румянцем, она тихо призналась: — Мне тоже было страшно шагать туда первый раз.

За её спиной гордо задрав нос и громко фыркнув, прошёл рыжеволосый мальчик, бесстрашно растворяясь в зеркале.

— Ну вот! Кажется, он слышал, — обиженно надула губы девочка.

— Не съест оно тебя! — стал толкать в спину Даян. — Давай иди с Анитой, а то потом вообще не решишься.

— Но я…

***

Не успела она закончить, как сильный толчок юноши отправил прямиком в зеркало. Девушка только и успела, что глубоко вдохнуть. И вот её лицо, а следом и всё тело быстро погрузилось в странную тягучую прохладную желейную массу. Ощущения были похожи на прохождение сквозь видимого Эллина, только чуть вязче, будто через ил.

В следующую секунду в лицо подул тёплый летний ветер, а вокруг зазвучали радостные трели птиц. Удивлённо распахнув глаза, она обнаружила себя в каком-то незнакомом земляном доме. Кто-то потянул за руку, уводя в сторону:

— Не зевай на проходе!

Позади раздался громкий чпок и рядом появилась Анита. Радостно улыбнувшись, она воскликнула:

— Видишь, совсем и не страшно!

— Идите на улицу. Амили расскажет, что делать, — похлопал по плечу Вермунд.

Поднявшись по земляным ступеням, Соня вышла на широкую залитую солнцем и зеленью поляну. Разница между старинным холодным каменным городом и этим местом была колоссальной.

Птицы так и носились по небу, громко переговариваясь между собой. Тёплый ветер принёс откуда-то сладкий запах цветов. Впереди раскинулись плодородные поля с ровными грядками различных растений и ни одно из них не было ей знакомо.

Амили де Боше (до катастрофы).

Амили всучила в руку два куска ткани объясняя:

— Одну на голову, другую повяжи на поясницу сумкой. Я выделяю тебе вот эту грядку. Собирай аккуратно, у кустов острые колючки! И если, не дай Мортис, ты брызнешь соком себе в глаза — можешь ослепнуть на день! Ну-ну, не пугайся. И лучше не пробуй их есть. Они очень-очень кислые. Может заболеть живот.

— Зачем они вам? — недоумевая, спросила девушка.

— Нам нужен их сок для заготовок на зиму, — объяснил мимо проходивший Румос.

С повязанной на голове банданой и в тёмной грубой рубахе он выглядел как юнга на корабле пиратов.Пройдя мимо девушки, юноша молча принялся за работу. Софи тяжело вздохнула. Кажется, судьба издевалась и теперь она становилась с ним соседом, за что бы не взялась.

Подойдя ближе, она охнула от масштаба работы. Мелкие маленькие жёлтые ягодки размером со смородину плотно обсыпали весь куст, а на её гряде таких было штук десять, если не двадцать!

Отец пропивал почти все их деньги, и она с бабушкой спасались огородом. Соня зажмурилась, прикидывая сколько времени займёт сбор урожая и тяжело вздохнула:

— За один день здесь не справиться.

— Это точно, — поддержал юноша.

Больше они не проронили ни слова. Сосредоточившись на собирании ягоды и пытаясь избегать шипы размером с ноготь, она всё равно чувствовала, как её медленно поджаривает смущение. В голове то и дело всплывали воспоминания, подробно в картинках повторяя реакцию парней.

Не выдержав, Соня выпалила:

— Спасибо за помощь в ванне и… прости, что так получилось.

— Не за что, — сухо ответили с той стороны.

Эта реакция заставила девушку кипеть от смущения ещё больше. Опустив голову, она молча возилась с ягодами, а внутри так и терзалась разными мыслями. Болезненный укол, заставил зашипеть и обратить внимание на руку.

— Сильно поранилась? — выглянул из-за куста юноша.

— Нет, — соврала, слизывая кровь.

На язык попало чуть-чуть сока. Лицо девушки тут же скривилось. Ощущение было такое, будто она съела целый лимон! Румос хмыкнул.

— Аккуратней, а то живот заболит.

— Кошмар! Мне кажется, я ничего кислее раньше не пробовала!

— Интересно, а ты сможешь приготовить что-нибудь из своего мира, используя наши ингредиенты? — задумчиво протянул парень.

— Не знаю. Надо посмотреть, — она пожала плечами.

— Мы по очереди дежурим на кухне, через несколько дней можешь пойти со мной, — вдруг предложилон.

Девушка удивлённо выглянула, пытаясь увидеть лицо парня, но того вообще не было видно. Будто с ней разговаривал куст.

— Хорошо. Только я не знаю, как у вас там всё устроено, — она нервно пожала плечами.

— Не переживай. Мы расскажем.

— Слушай, а где мы сейчас? Почему такая разница в природе? И что это было за зеркало такое?

— Мы сейчас на другом материке, в глубине леса Тартос, принадлежащего вражеской Империи. Раньше мы тут скрывались от преследований. А зеркало — портал сюда. Без него пришлось бы худо.

— Другой материк? Обалдеть! Какое расстояние мы преодолели, шагнув через него? — в шоке подпрыгнула Соня, опять чуть не оцарапав руку.

— Он не на расстояние рассчитан, а на связь между конкретными точками. Если тебе интересно сколько по времени отсюда на корабле до нашей Империи…хмм… ну, примерно полтора месяца пути.

— Ого… Наверно невероятно скучно торчать в море целый месяц!

— Есть такое. Ещё и еда однообразная, — фыркнул Румос.

— А за что вас преследуют?

— Хах…за то, что мы родились некромагами, — грустно усмехнулся Румос.

— Что? Разве это законно?

— А? Если против нас ополчились все другие Империи, можно ли говорить о законности? — удивлённо протянул юноша. — Отчасти мы тоже виноваты в этой ситуации.

— Это из-за того, что случилось в вашей Империей? Она будто мёртвая. И там всё время такая тишина… Я только здесь поняла, что там не поют птицы!

Юноша вдруг резко замолчал и когда она уже подумала, что он устал от её расспросов, тяжело вздохнул:

— Она и есть мёртвая. Как-нибудь мы пойдём за ресурсами и покажем тебе, как она сейчас выглядит.

— Жуть какая, — девушка передёрнула плечами, — А что у вас там случилось? Катастрофа какая-то?

— Ага, — явно потеряв желание разговаривать, коротко ответил он. — Долго рассказывать. Вкратце: Бог Мортис не перекрыл поток энергии смерти, во время ритуала и та распространилась по всему острову, убив всё живое на своём пути. Остальные Империи спаслись благодаря морю и барьеру в нём. Он с древних времёнотгораживал нас от других.

— Выходит, вас чуть не убил собственный бог? — она удивлённо вскинула брови.

Румос снова тяжело вздохнул.

— Выходит, так. Но не думай, что он хотел этого. Просто роковое стечение обстоятельств.

— Ага. И конечно же, его никто не наказал, — кивнула она сама себе.

— Это могут знать только Боги, — отрезал юноша. — Я закончил. Пойду к другому.

— Ого! Быстро ты!

«Похоже, они не любят обсуждать действия своих богов и яро их защищают. Лучше больше на эти темы не разговаривать», — цокнув, отметила про себя Софи.

До конца работы Румос больше так не откровенничал, всё дальше убегая от девушки. Та погрузилась в какое-то подобие транса, выполняя монотонную работу. Нагружала повязку до верха. Шла к бочкам. Ссыпала ягоды. Возвращалась к бесконечной гряде кустов и продолжала всё по кругу.

Под конец уже не чувствовала ни затёкшей спины, ни занемевших ног. Солнце медленно заходило за горизонт, окрашивая небо ярким оранжевым светом, а она была только на середине дьявольски длинного поля. Голова гудела, руки были все расцарапаны, но она уже привыкла к лёгкому пощипыванию от сока и даже не реагировала на новые порезы.

— На сегодня заканчиваем! — раздался над полем громкий голос Ами.

Он вырвал из оцепенения. Со всех сторон раздались счастливые возгласы. Кажется, не только Софимечтала об отдыхе.

К порталу она шла как зомби, просто следя за толпой. Переход через зеркало больше не казался страшным. Выйдя из здания, она снова погрузилась в молчаливые серые улицы. Прохладный морской ветер приветственно встретил, бросив в лицо сухие листья и переливающуюся серебром смертельную пыль. Хорошо Эллин, во время её заключения в башне, заставил Соню довести до автоматизма создание щита, иначе это мог бы стать её последний вечер.

Даян и ребятня догнали её и шли рядом весело о чём-то рассказывая, но у неё не было сил и желания слушать. Речь превратилась в монотонное бубнение. В голове промелькнула мысль о предстоящих ночных занятиях, и она протяжно простонала:

— Неужели у вас так проходит каждый день?

— Не всегда. Если ты дежуришь на кухне, то освобождаешься от занятий. Надо вставать рано утром и готовить всем завтрак, — начал рассказывать Даян. — И по мне, это лучшие дни! В них единственная забота — это готовка. Больше не надо ни о чём переживать.

Соня нервно сглотнула. Похоже, это был единственный «выходной». Будущее вырисовывалось не очень радужным. А главное, она не понимала, зачем ей это всё? Ладно они. Это их мир и их дом, но ей то что? Как благодарность за кров, еду и обучение?

— Я так с ума сойду… А ведь раньше думала — это в моём мире ад, — повесив голову, тихо призналась девушка. — Вот правду говорят — цени, что имеешь.

— Да ладно тебе! Пройдёт несколько дней, и ты втянешься! — похлопал по плечу Даян. — Мне тоже раньше тяжело было. Я и сбежать подумывал. Только вот куда? Нам нигде не рады. А потом я наконец понял — теперь это моя семья и мой дом.

— Ты хотел от нас сбежать? — удивлённо протянула Анита.

— Ага. Глупый был.

Юноша тепло улыбнулся и погладил девочку по голове, та с наслаждением закрыла глаза, довольно щурясь, как сытый котёнок.

— А как же ваши родители? — спросила Соня.

— Я не помню своих. Учитель сказал, они умерли, когда мне было два года, — пожала плечами девочка. — А у Геры папа есть.

— Да. Он со мной живёт, — горделиво задрал рыжую голову мальчик.

Даян резко помрачнел, подобрался, ускорился, опустил голову, спрятав лицо.

— Мой предал меня. Хотел сдать, узнав, что я некромаг.

— Сдать в приют? — охнула Соня.

— Ха-ха-ха! Какая ты забавная! — злобно рассмеялся юноша. — Сдать в тюрьму, на казнь как преступника.

— Что?!

— Софи, если захочешь уйти, поспрашивай других некромагов о нашем мире. Они расскажут много интересного — хмыкнул Даян. — Особенно Румос и Норд.

Глава 9

Прошло несколько дней. Как бы Софи ни уставала, ложась спать, в голове то и дело прокручивался разговор с Даяном об отце. Раньше она считала своего запойного батю самым ужасным родителем в мире, но вдруг оказалось, бывают и хуже.

— Глупая. Конечно, бывают. Какая уж теперь разница? — разговаривала она сама с собой, лёжа в кровати. — Я однозначно не хочу к нему возвращаться. Только если в свой мир. Там, оказывается, жизнь намного спокойнее.

Нервно покатавшись по кровати с одного бока на другой, девушка зло махнула рукой:

— Только все вокруг твердят, что это невозможно! Может к этим богам попробовать обратиться? Или к кому-то не из этой империи? Вдруг это только они не знают? Или отпускать свободные руки не хотят? Решено! Надо как-то наладить связь с другими империями. Попробовать улизнуть во время сбора урожая? С острова-то я вряд ли уплыву. Хммм… Но если верить их рассказам, вокруг непроходимый лес. Ладно! Надо узнать.

С новой целью с её плеч упали тяжёлые сумки, полные безнадёжности. Теперь и дышать стало легче, и бесконечные трудовые будни были терпимей. Вот только услышав про предательства отца Даяна, она была так шокирован, что полностью пропустила мимо ушей его совет.

Дни превратились в один длинный, бесконечный цикл повторяющихся событий. Хотя были в них и новые открытия. Например, что у некромагов есть собственный язык, а тот на котором она разговаривает, считаетсямеждународным. Узнав об этом, девушка ещё больше загорелась идеей расспросить людей из других империй.

Ещё она выучила пару приёмов с клинком и научилась продлять его магией. Теперь в случае чего, сможет и постоять за себя!

За завтраком, витая в радостных мыслях, она подняла голову и встретилась взглядом с яркими голубыми глазами Оливера.

— Ты сегодня впервые улыбаешься! Что случилось? Расскажешь?

Удивлённо округлив глаза, девушка замялась. Не расскажешь же, что это радость от мыслей о скором побеге!

— Д-да так… Клинок научилась продлять, — Соня потупила взгляд.

— О! Поздравляю! Это очень важно! Хотя мне не понять всей вашей магии, я ведь управляю водой, но клинки — это основа основ. Когда я работал на корабле, то в сражениях по большей части только ими и обходился.

— Ого! У тебя большой боевой опыт? — по-новому взглянула она на парня.

Он неловко засмеялся, откидывая длинные пряди со лба.

Оливер Вомбан.

— Это не то, о чём бы я хотел рассказывать. С детства я больше горел идеей фермерства. Сейчас я,наконец, могу заниматься этим целиком и полностью! С одним призраком-профессором мы пытаемся восстановить те самые чёрные розы!

— И как успехи?

— Хочешь взглянуть? Это место старой академии, где раньше все учились. Так мне рассказали.

— Только если ненадолго, — она пожала плечами.

— Конечно. У тебя же совсем другой распорядок дня.

— Я так ни у кого и не спросила, почему мы учимся ночью? — вздохнула Софи.

— А-а, это из-за вашей природы. Так ведь Румос?

Юноша сидел с другой стороны стола. Потерев усталые глаза, он кивнул, рассказывая:

— Ночью магия смерти сильнее и молодым некромагам легче ей управлять. И потом, практику мы часто отрабатываем на призраках, чтобы никто не пострадал. Всё-таки это смертельные приёмы.

Встав из-за стола, они направились в холодное туманное утро. Поёжившись, все запахнулись в длинные шерстяные плащи, пытаясь сохранить тепло замка.

— Оливер, ты не против, если я пойду с вами?

— Конечно, нет. Я рад, что не мне одному интересны эти эксперименты, — хлопнул его по плечу юноша.

Молочный туман постепенно рассеивался, словно снимал покров тайны с мистического города. Весёлая речь ребят казалась странной и чужой на пустынных молчаливых улицах.

Завернув за угол, они оказались перед длинным готическим каменным зданием. Крыша местами была обрушена, а окна разбиты. Особенно со стороны моря, где был резкий обрыв. Там здание будто парило, нависая одним углом над пропастью.

— Вот мы и на месте. Академия очень большая и состоит из нескольких зданий. Нам нужно вботаническую часть, — словно ведя экскурсию, радостно объяснял Оливер.

Он провёл ребят через холодное, заброшенное здание, когда-то бывшее оплотом знаний для многих магов. Теперь по его пустым коридорам завывал ветер. Былые роскошные каменные барельефы местами потрескались и обвалились из-за суровой природы, старинные гобелены выгорели на солнце, а деревянный пол под ногами жалобно скрипел и прогибался, предупреждая, что может не выдержать следующего посетителя.

— Почему его не восстанавливают? — удивлённо спросила Софи.

Заглянув в одну из комнат, она увидела огромную лекционную аудиторию, богато отделанную тёмным деревом. Такую она видела в известном университете столицы, куда мечтала поступить после колледжа.

— Нет средств и времени. Да, и зачем? Некромагов сейчас не так много. Нам не нужны эти огромные залы, — махнул рукой Румос. — А никто другой сюда больше и не поедет.

От мысли о том, что раньше эти залы были полностью заполнены и о том, сколько сейчас живёт людей на острове, её пробрал озноб. Сколько же погибло в день катастрофы?

— Мы пришли, — вырвал её из страшных мыслей довольный голос Оливера.

Соня шагнула внутрь маленькой оранжереи. Все её полки и столы были заставлены разнообразными горшками. Кое-где уже росли довольно высокие растения. Стояло даже пару деревьев в огромных деревянных кадушках.

— Пробуем выращивать фрукты, — объяснил Оливер. — Там стоит рассада и зелень для зимы. Тут вот экспериментируем с семенами, которые нашли в академии. К счастью, они были запакованы в плотные банки, и пыль смерти туда не попала. А вот, собственно, саженцы чёрных роз.

Его голубые глаза искрились любовью. София подумала, что таким пылким взглядом обычно смотрят на возлюбленных. Кажется, юноша искренне горел делом.

— К сожалению, я видел только сухие розы, но даже в таком виде они самые прекрасные. Ни одна другая не сравнится с ними! А аромат! Если он сохранился даже спустя столько лет, как же чудесно они должны пахнуть во время цветения?

— Старший говорил, даже в их времена чёрную розу могли позволить себе только аристократы и только по особым праздникам. В других странах купить её могли разве что самые богатые люди мира. Семена и саженцы было запрещено вывозить из Империи под страхом смертной казни, но не простой, а казни души, когда даже после смерти человек не мог покинуть этот мир и страдал ещё какое-то время, — рассказал Румос.

— Ох! — удивлённо воскликнула Софи. — Мне даже как-то теперь не по себе. Почему мне подарили такую драгоценность?

— Брат Норд сказал: «Сейчас некромаги так же ценны и редки, как и эти розы», — мягко улыбнулся Румос.

— Подожди! Ты сейчас так про вашего императора? Он твой брат?

— Неродной! — резко покраснел Румос.

Он поправил очки и отвернулся. Софи с удивлением увидела, что у него стали красными даже кончики ушей. Выдохнув, он мгновенно восстановил прежний элегантный и холодный вид учёного, объясняя:

— Мы все стали одной семьёй. Горе и потери объединили, сплотив совершенно посторонних людей. Это удивительно, тебе так не кажется?

Софи пожала плечами. Наверное, это было удивительно. С каждым днём она всё больше чувствовала себя тут посторонней. Они прошли через такие потери. Объединились. Не потеряли дружелюбие и доброту. Обогрели её — совершенно им незнакомого человека и стали о ней заботиться, как о собственном ребёнке. Ей было от этого дико и странно. Внутри постоянно поднималось чувство вины и ощущение, что она их обманывает.

— Часть растений я снова попробовал высадить в открытый грунт, на улице. Профессор сказал, если этого не делать, то роза не вырастет полноценной. Не почувствовав свободы — не будет цвести, — продолжал рассказывать Оливер, поливая цветок водой прямо из руки.

— Как ты это делаешь? — охнула Софи.

— Что? — не понял юноша.

— Поливаешь рукой, — она поймала его ладонь.

Оливер неловко рассмеялся.

— Я всё время забываю, что ты не из нашего мира. Это обычное дело! Ты же делаешь то же самое со своей магией. А вот командир Урлий... Ух! От одного воспоминания бегут мурашки! Он умеет создавать клинок из огня, такой яростный и бушующий, будто это сам дракон Тартос! Вот где действительно волшебство!

— Покажи ещё раз, — попросила Софи, заглянув в глаза.

Парень ярко улыбнулся и поднял маленький фонтанчик прямо из руки. Открыв рот, девушка крутилась вокруг его ладони, всё пытаясь понять, как это может быть?! Внезапно прохладная вода лизнула лицо и быстро отступила.

Возмущённо вскинув брови и вытерев щеку, она уставилась на парня. Тот смеялся, объясняя:

— Прости! Не удержался. Просто ты так хмурилась!

Румос тактично отвернулся, быстро пряча улыбку. Девушка фыркнула и вышла в сад. Старые сухие деревья приветствовали скрипом веток и протяжным стоном стволов. В центре были выкопаны аккуратные ровные грядки. В них несмело расправив зелёные листья, росли молодые саженцы. Они были выше и крупнее тех, что стояли в оранжерее и почти достигали колена.

— А как же пыль смерти и неплодородная земля? — удивилась Соня.

— Несса благословила эту часть, восстанавливая жизненную энергию и снимая пыль. Стены двора закрывают от ветра, он не приносит новую. В конце концов, в большей части города мы её уже убрали, — объяснил Румос.

— Да! Надеюсь скоро, мы сможем организовать ферму тут, — довольно кивнул Оливер.

Он принялся бегать вокруг ростков, как заботливая матушка. Осматривая каждый листик, что-то помечал в выуженном из фартука блокноте. Наклонился в три погибели, заботливо поливая под самый корень.

— Профессор, нужна ли сегодня подкормка? — спросил он вдруг у воздуха. — Ага. Понял.

Вскочив на ноги, парень побежал к неприметному серому сараю. Там, закапавшись в ящики, он заверил:

— Я очень рад, что вы сегодня к нам пришли. Профессор, если что тут. Хотите поговорить — задавайте вопросы. Он вам ответит.

Соня всё ещё было странно говорить с пустотой, и тем более получать от неё ответы. Зябко пожав плечами, она сказала:

— Я, пожалуй, пойду спать. Спасибо за экскурсию.

Румос кивнул, отправившись за девушкой. Выходя из полуразрушенной академии, Соня спросила:

— Чем вас не устраивает лес?

— Это территория врага. Они знают, где мы скрываемся. Вопрос времени, когда они найдут способ добраться до нас, — сжав руки в кулаки, ответил Румос.

Кивнув для вежливости, она глубоко задумалась. Кто знает, сколько у неё времени и когда некромагирешат больше не ходить в тот лес. Как тогда ей выбираться с острова?

Из раздумий позвал голос Румоса:

— Софи, пойдёшь со мной завтра дежурить на кухню?

— Конечно! — вспомнив о полу выходном, тут же согласилась она.

— Тогда до завтра! — он махнул рукой прощаясь.

Вечером их, как дежурных, освободили от занятий, и они должны были пойти спать, да вот только как уснуть, если уже привык к другому распорядку! Проворочавшись в кровати с добрый час, она решила прогуляться. Накинув на плечи шаль, Соня вышла из дома, в прохладу вечера.

В это время по улицам бесшумно гуляли призраки. Кто-то вёл светскую беседу, не замечая препятствий на пути, кто-то молча парил над городом. Раньше в это время она была на учёбе, либо в башне и впервые наблюдала такую толпу вблизи.

— Интересно, как там Эллин? Он почти перестал со мной общаться, — грустно заметила она. — Может навестить его?

Девушка уже полностью привыкла к призракам и не боясь, подошла к первым встречным:

— Подскажите, пожалуйста, а как найти Эллина Костова?

Мужчины, одетые в старомодные шёлковые костюмы, молча переглянулись между собой.

— Вы не можете связаться с ним Призывом? — удивлённо спросил один.

— Ой… Мне до сих пор никто не рассказал, как это делать.

— А-а! Вы та самая новенькая из другого мира! — понял другой. — Ну это довольно просто. Хотите, мы вас обучим?

— Конечно.

Софи и не заметила, как стала доверять в этом городе любому встречному.

— Если вы уже знакомы с азами магии, то получится сразу. Закройте глаза, представьте его образ и позовите по имени, — объяснил мужчина с высокой шляпой. — От нас ответ будет ощущаться покалывающим морозом в голове. Говорят, довольно неприятно.

Девушка послушно последовала советам призраков, и ответ не застал себя ждать. Знакомый мороз тут же захолодил мозг.

Что такое? Почему ты не на учёбе? Раздался голос прямо в голове.

От неожиданности она подпрыгнула и заозиралась.

— Вижу, у вас получилось. Даже завидно! В первый раз эмоции такие яркие, — покачала головой рядом стоявший призрак. — Что ж, не будем мешать!

Они галантно поклонились и уплыли прямо сквозь стоявший рядом забор.

Ты где? Настойчиво спросили в голове.

Э-э…я рядом с домом. Вышла погулять. Неуверенно ответила она, не разобравшись, слышит ли он все мысли, или только те, что она адресует ему.

Слышны все мысли. Хмыкнул тот в ответ. Стой там. Я сейчас буду.

Холод, морозивший мозг резко пропал, оставив после странную пустоту. Помассировав голову, она оглянулась.

— Интересно, как быстро он придёт?

— Я уже тут, — раздался голос позади.

Подпрыгнув, Софи разозлилась и хотела было пнуть Эллина, но попала лишь по воздуху.

— Я же просила не пугать!

— А я и не пугал, — пожал плечами юноша. — Ты просто не видела, какими мы становимся, если хотимиспугать. Надеюсь, и не увидишь.

Софи недоверчиво подняла брови. Её уже даже чёрные провалы его глаз не пугали. Что он мог ещё с собой сделать?

— Почему ты не на учёбе? — он снова спросил, как строгий старший брат.

— Я завтра дежурю на кухне, — Софи не удержалась и показала язык.

— Тогда чего не спишь? — нахмурился он.

— Потому что не спиться! Чего ты перестал ко мне приходить?

Юноша меланхолично пожал плечами.

— А зачем приходить? Ты пропустила мимо ушей почти всё, что я рассказывал!

— Ой… Тебе из-за меня досталось?

— Нет, — отвернулся он.

— Прости! Информации было так много! Я правда старалась!

Софи попыталась привлечь внимание. Потянулась, хватаясь за призрачный рукав, а тот оказался материальным! Призрак медленно повернулся и, покачав головой, признал:

— Рядом с тобой всегда приходится быть физическим.

Девушку игриво улыбнулась, вспоминая, как доставала его весь месяц. Эллин вдруг резко отвернулся, а вся его серебряная фигура быстро замерцала.

— Ой! Что это с тобой?

— Ничего!

Посмотрев на ясное звёздное небо, он тихо спросил:

— Почему ты позвала?

— Хотела погулять.

— Со мной?!

— А что, нельзя?

— Можно. Просто… Ты же меня так боялась...

— Уже давно не боюсь. Разве не понятно было?

— Ну да, — печально хохотнул призрачный юноша.

Эллин повернулся и пристально посмотрел двумя бесконечными пропастями. Софи как-то научилась понимать его иную мимику. Сейчас юноша почему-то грустил.

Медленно протянув руку, он тихо спросил:

— Ты доверяешь мне?

Девушка удивлённо подняла брови. Пожала плечами, честно признаваясь:

— Наверное.

— Тогда бери меня за руку.

Стоило ей ощутить прохладную ладонь, как он тут же дёрнул на себя, ловя в морозные объятия.

— Может быть неприятно, но я попробую сделать это плавно, — он прошептал на ухо.

Глава 10

Не успела она спросить, о чём он или хотя бы испугаться, как уши резко заложило, поднялся сильный ветер, а под ногами пропала земля! Где-то там внизу, где виднелась зелёная крыша дома, остались её внутренности. Американские горки со смертельной петлёй, не шли ни в какое сравнение с этим резким подъёмом в воздух!

— Что ты творишь? — охнула она, хватаясь мёртвой хваткой за руки юноши.

За спиной раздался мелодичный смех.

— Прости. Я пытался не быть резким. Посмотри вперёд.

Всё ещё бледная и цепляющаяся как тонущий котёнок за руки юноши, Софи медленно подняла голову и забыла обо всём на свете.

Перед ними раскинулось бескрайнее море. Мириады звёзд отражались на его спокойной глади, мерцая драгоценными камнями. Где-то вдалеке переливалась серебряной дымкой туманная стена. Вдоль неё плыл крошечный кораблик. Две подружки луны ярко светили на небосводе. Одна дарила яркий серебряный свет, а вторая казалась её тенью. Она была тёмно-коричневой, словно шоколадной. Эллин рассказывал, что спутники названы в честь их богов, но девушка давным-давно успела позабыть как.

— Красиво…

— Когда на душе становилось совсем тошно, только этот вид и дарил мне надежду, — признался Эллин.

В ночном холодном небе под пронизывающим ветром его морозные объятия казались тёплыми. Сердце девушки странно забилось, щёки загорели огнём. Чувствуя непривычное волнение, она медленно опустила взгляд вниз, пытаясь успокоиться. Внизу маленькие серебряные силуэты призраков неторопливо бесцельноплавали по городу. Среди них были и те, кто работал.

Софи с удивлением наблюдала, как одни таскают огромные деревянные доски на крышу, другие залатывают дыры в черепице, третьи ремонтируют старые окна.

— Ого! Вы тоже работаете?

— Что значит тоже? Мы трудимся даже побольше живых. Тебе повезло, что у меня сегодня был выходной, — фыркнул юноша.

— Ой! Мы, что падаем? — заметив, как начала приближаться земля, она снова вцепилась в него мёртвой хваткой.

— Медленно приземляемся, — поправил Эллин. — Не бойся.

— Да как не бояться?!

Ветер угрожающе завыл, заложил уши, а мозги по ощущениям задержались где-то наверху, не желая падать вместе с ней. От противного ощущения и страха она зажмурила глаза и вывернулась, вжимаясь в грудь призрака.

Только когда ветер вокруг утих, а ноги мягко коснулись земли, только тогда Софи выдохнула, но не ослабила хватки.

— Мы уже на земле, — нежным голосом, напомнил Эллин.

— Ага. Ты…пахнешь!

— Да? И чем же? — удивился не меньше неё призрак.

— Сухими розами. Такой же запах стоит в обители знаний, — поняла Софи.

— Удивительно, — улыбнулся он. — Спасибо, что сообщила.

— Спасибо за такой…такую прогулку.

— Буду рад повторить, а сейчас иди спать.

Он направил ко входу, настойчиво подталкивая. Софи неуверенно взялась за ручку двери, но обернулась. Юноша галантно поклонился и ушёл, растворяясь в стене. Грустно вздохнув, она зябко укуталась в шаль. Только зайдя в тёплую комнату, поняла, как сильно замёрзла. Запрыгнув под одеяло, сжалась, сворачиваясь в клубок.

— Как странно. Стоило ему перестать меня нравоучать и сидеть под дверью, как я стала скучать по нему и даже жалеть, что он больше не рядом, — засыпая пробормотала она.

***

Крепкий сон продлился недолго. Ещё не рассвело, а в дверь уже настойчиво стучали.

— София, вставай! — звала Ами. — Я захожу.

Что-то мокрое коснулось лица, заставляя резко распахнуть глаза и сесть в кровати. В полумраке комнаты Ами стояла с мокрым полотенцем в руках.

— Ты вчера забыла выпить сон-чай для дежурных, — качала она головой. — Небось спала от силы часа три. Поднимайся. Днём отправлю тебя на перерыве поспать.

Она безжалостно стащила тёплое одеяло, заставляя резко взбодриться.

— Бррр! Почему так холодно?

— Горное утро оно такое, — кивнула девушка, подавая вещи. — Вставай быстренько. Согреешься возле печи.

Её строгий взгляд не дал и шанса ещё чуть-чуть поваляться в кровати. Укутавшись в шаль и кожаный плащ, она вжала голову в плечи, пробираясь сквозь холодный утренний туман, так и норовивший подлезть под одежду.

— Румос сказал, ты хочешь попробовать приготовить что-нибудь из своей кухни?

— Ага, — широко зевая, кивнула девушка.

В глубине души она уже трижды сожалела, что согласилась на это.

— Посмотри, что у нас есть.

Замок встретил теплом. В просторной, светлой кухне жадно трещал поленьями огонь, разведённый внутри огромного камина. На его вертеле запросто могли зажарить целого кабана! А в дымоходе свободно бы поместилось два человека! С противоположной стороны была сложена каменная печь. По центру кухни стояли монолитные чёрные каменные плиты. Их поверхность была исписана рунами. На каких-то стояли широкие чугунные сковородки, скворча раскалённым маслом.

— Вот тут мы жарим мясо, тут запекаем и тушим, — показывала Ами.

— Понятно. А эти похожи на наши обычные плиты, — кивнула Софи на чёрные монолиты, — А как с ними работать?

— Нажимаешь на руну и направляешь туда каплю маны. Только каплю! Будет больше и всё сгорит за секунду!

В дальнем углу несколько женщин уже замешивали огромные чаны с тестом. Сладкий ванильный аромат заполнил всю кухню и заставил Соню сглотнуть слюну.

— Сегодня будут пирожки с капустой и мясом.

— А если…если вы оставите мне немного теста?

— Тебе нужно для своего блюда?

— Ага.

— Что ещё нужно?

— Зелень, листья салата, помидоры, яйца, лук и фарш из любого жирного мяса, — начала перечислять она.

Амили переглянулась с девушками. Они пожали плечами.

— Таких овощей у нас нет. Пойди в кладовку, посмотри, что подойдёт. Фарш и яйца мы тебе отложим.

Дверь со скрипом отворилась, впуская внутрь утренний туман и несколько мужчин. Они прикатили тележки с дровами и углём. От них отделился Румос. Вытерев руки, он подошёл к Софии, скромно улыбаясь.

— Доброе утро. Тебя проводить в кладовку? — догадался он.

Кивнув, она пошла за его стройной высокой фигурой. Парень ловко собрал волосы в высокий аккуратный хвост на затылке, перевязав чёрной лентой. Обернулся, ловя завистливый взгляд девушки. Виноватая улыбка скользнула по губам Румоса, заставляя её смутиться.

Толкнув дверь, парень отступил в сторону, приглашая внутрь. Остановившись в центре, она огляделась по сторонам. Назвать помещение «кладовкой» у неё бы язык не повернулся! В её мире кто-то на такой площадивсю жизнь мог жить и называлась она однокомнатной квартирой в хрущёвке!

— Ого! — задрав голову, она увидела ряд заставленных глубоких деревянных полок, уходящих высоко вверх.

— Там заготовки на зиму. Смотри вот на этих полках, и ещё вот тут, — он со скрипом откинул деревянную дверцу внутрь морозного погреба.

— Там же мясо обычно хранят? — она поёжилась, не желая лезть в тёмный подвал.

— Ну да.

— Мне бы овощи.

Она задумчиво взглянула на цветастое разнообразие: и неоново-зелёные скукоженные груши; и ядрёно-фиолетовые снаряды, отдалённо напоминавшие баклажаны, но размером с её руку; и ярко-розовые плотные шарики и даже были нитевидные длинные, как лапша, золотые грибы! Ни их вкус, ни текстура ей были не знакомы. Охнув, она начала спрашивать Румоса:

— Есть у вас овощ по вкусу сладко-кислый, и при этом сочный?

— Жёлтомирьян — протянул он вытянутый жёлтый огурец, — а ещё томиловка.

Кинулся он к полке с круглыми розовыми плодами. Они больше всего походили на помидоры, и Соня вспомнила, что часто видела их в блюдах.

— Они подходят! Ещё нужны листья салата… На вкус нейтральные, а могут быть чуть горькими, но сочными, — пыталась описать девушка.

— Латук, — протянул он яркие фиолетовые листья.

— Латук? Серьёзно? Некоторые овощи могут называться так же, но выглядеть странно, — подняла брови Софья.

— Интересно, — кивнул Румос. — а как он выглядел в твоём?

— Зелёным, а листья в принципе такие же, — рассмотрела девушка. — Остался лук. Есть у вас какой-нибудь сочный, хрустящий корнеплод, сладкий, но при этом острый?

— Хмм… Есть, но с ним нужно быть осторожным, — нахмурился Румос. — Это Дикус. Он кусается, если его неправильно разделывать.

— Чего? — округлила глаза девушка.

Юноша полез в глубокую корзину. Внутри раздался шелест, словно там бегали мыши. Вынырнув наружу, Румос отдёрнул задравшуюся рубашку и вытянул руку. В ней был зажат длинный жёлтый стебель, а на его конце болтался круглый корешок. Очень похожий на обычный лук, но приглядевшись, она заметила мелкие колючие выступы по всей поверхности.

— Видишь их? Они очень острые и цепляются так, что отдираешь только со своей кожей. Каждый раз после его готовки Нессе приходится лечить нескольких счастливчиков. Я среди них тоже бываю, —парень буднично пожал плечами. — Если тебе надо, лучше сам почищу.

— Ого… — протянула девушка. — Спасибо большое! Надеюсь, это будет стоить того…

— Не переживай. Таких ингредиентов у нас полно. С мясом и яйцами тяжелее.

Соня почувствовала, как плита ответственности в несколько тон медленно ложится на её плечи. Натянуто улыбнувшись, она вернулась на кухню.

— Я попробую сначала в маленьком количестве. Хорошо? — попыталась она успокоить себя.

— Конечно, — кивнула Ами. — Мы всё отложили вон в ту корзину.

Там её ждал новый сюрприз — большие серые яйца.

— Это чьи?

— Серловки. Она единственная более-менее выращивается в наших условиях, — ответила Ами, — Не злавка, конечно, но тоже неплохо.

«Ладно! Надо попробовать! Может, выйдет даже вкуснее. Что ты сразу раскисла, Соня?» — подбадривала она себя.

Взяв яйца, для начала решила их помыть. Всё-таки они были не магазинными и довольно чумазыми.Потом принялась за мясо. Оно пахло приятным сладким запахом, и девушка вспомнила, что похоже уже встречала его в блюдах. По текстуре напоминало белое, но сочное мясо птицы и было довольно сладким. Из-за этого почти все блюда на его основе становились такими и перебивали вкус овощей.

— А у вас есть приправы? Что-нибудь острое? — с надеждой протянула Софи.

— Хм… Что-то оставалось от шеф-повара. Специи же вроде не пропадают? — задумчиво протянула Ами. — Ничего, что им будет шестьдесят лет?

Софи так и замерла с открытым ртом. Прийти в себя помог Румос. Он притащил из другой комнаты маленькие железные склянки.

— Просто посмотри.

Кивнув, она неуверенно открутила крышку у пары банок. Изнутри пахнуло ядрёным пряным ароматом. На дне лежали неизвестные ей специи. Какие-то ярко-красные, какие-то чёрные как уголь, а некоторые вообще серобурые.

— И как понять, всё ли с ними в порядке? — с ноткой отчаяния в голосе, протянула она.

— Сейчас позову Фенриса. Он раньше был шеф-поваром в одной семье аристократов, — махнула рукой Ами.

Замерев на несколько минут, она уставилась в пустоту. Со стороны это выглядело очень странно, но Софи уже знала, что это призыв и просто ждала, стоя рядом. Отравиться или испортить драгоценное мясо не хотелось.

— Сказал, сейчас будет. Только ты его не увидишь до вечера. Это призрак, — предупредила Ами.

— А ты никогда со специями не готовила? — и тут она вспомнила, что большинство блюд были довольно пресными.

— Я, как и многие тут, самоучка и до катастрофы вообще не готовила. Моя семья из древнего рода аристократов. Готовить мне было не нужно. Иногда я баловалась десертами, когда хотела порадовать своих детей.

Замолчав, она стала быстро лепить пирожки, ловко работая руками.

— Они погибли, а я забыла рецепты тех сладостей, — судорожно вздохнув, тихо призналась девушка. — Встретив Аниту и Германа, я снова почувствовала вкус жизни. Захотела их порадовать, как своих детей. И тогда поняла, что ничего не помню.

Печальная, грустная улыбка Амили состарила её свежее, всё ещё юное лицо.

— Прости, — растерянно охнула Софи. — Я не знала, что у тебя были дети.

— Не извиняйся. Ты и не могла знать, — нежно посмотрела девушка. — Я редко об этом рассказываю. В тот роковой день из всей моей семьи почему-то спаслась только я. Столько времени прошло, а вспоминать до сих пор больно. Видимо, что не делай, а шрам уже никогда не заживёт, — сжала она руку на груди.

На кухне стало не привычно тихо. Никто не разговаривал. Одни только звуки монотонной кухонной работы, да треск поленьев нарушали тишину. Кто-то что-то нарезал, кто-то жарил, скворча маслом на сковородке; кто-то мешал большой чан с кашей, тихо звякая половником по дну.

Подняв глаза, Соня заметила, что каждый работник на кухне погрузился в своё воспоминание. Приветливые улыбки, с которыми они встречали её утром, пропали вместе с солнцем за окном. Природа, чувствуя их настроение, помрачнела, и по небу поползли тёмные серые тучи.

Встрепенувшись, кто-то очнулся первым и кинулся к окну:

— О нет! Будет дождь!

— Предупредить всех об опасности! Закрыть двери! —подскочила Амили.

Все тут же забегали по кухне, суетливо выполняя команды девушки.

— Что такого? Это же обычный дождь? — ничего не поняла Софи, помогая запирать входы.

С улицы раздался тревожный колокольный звон. Он отличался от обычного —более высокие ноты и резкие удары языка о колокол. Этот звук сеял тревогу в душе, предупреждая о надвигающейся опасности.

— Мы ещё не везде отчистили землю от пыли смерти, — объяснял Румос, помогая закрывать щели, — Когда приходит дождь, он несёт в себе воду, впитавшую пыль. Это мёртвая вода. Если попасть под неё без плотного водонепроницаемого плаща — ты умрёшь.

— А как же щит? — охнула Соня.

— Хватает ненадолго и зависит от силы мага.

По холлу замка схватившись за голову, туда-сюда носился Олий причитая:

— Мои бедные цветы! Они только укоренились! Только выпустили новые побеги! Опять! Опять всё погибнет! Всё, что я с таким трудом растил несколько месяцев!

Вжав голову в плечи, он резко сел на корточки, обнял себя руками и закачался из стороны в сторону. От былой жизнерадостности не осталось и следа. Всегда неунывающий крепкий юноша тихо всхлипывал и вытирал слёзы, не стыдясь эмоций.

— Может, обойдётся? — сама понимая слабость отговорки, выпалила Соня. — Пройдёт стороной и не заденет.

Оливер горестно покачал головой. Будто подтверждая его мысли, снаружи грянул ливень да так громко,будто это град — настолько сильно стучало по дверям и окнам. Ветер завыл как голодный зверь и дёрнул дверь на себя, яростно желая заглянуть внутрь. Под его дикой силой дождь чувствовал себя уверенно и заливал всё, что было не спрятано под крышами. Словно старший брат, ветер позволял ему разгуляться на полную мощность, услужливо давал доступ туда, где его раньше не было.

Пламя яростно затрещало в огромном камине — ветер задувал даже под защитный зонтик.

— Отойдите от камина, — тут же среагировала Ами. — Вставьте решётку! На третий этаж не подниматься! В комнаты, помеченные красным — не заходить! Там плохие окна, могут не выдержать.

— И долго он будет лить? — шёпотом, будто боясь, быть услышанной ветром, спросила Софи.

— Когда как. Не меньше двух часов точно, — вздохнул Румос. — Оливер, хватит. Иди в зал. Отдохни на диване. Я тебе сейчас горячего чая принесу.

Парень грустно кивнул и, не поднимая головы, поплёлся вглубь огромного обеденного зала. В приглушённом магическом свете там стояли непривычно пустые столы. В угрожающем шелесте дождя и мрачной атмосфере простор зала и высокие полотки начинали давить, заставляли прочувствовать своё одиночество.

Проследив за подавленной фигурой Оливера, Софи кивнула самой себе. Закатала рукава и энергично сообщила:

— Надо продолжить готовку. Есть все в любом случае захотят.

София Горехлебовна.

Глава 11

Вернувшись на кухню, она грустно склонилась над странными приправами.

— Я и дома-то не все знала, как использовать, а тут вообще чёрт-те что!

Голову резко пронзил морозный воздух.

Милочка, не ругайтесь в таком месте!

— Ай! Кто это? — она подпрыгнула, оборачиваясь.

Кто это? Ты не знаешь великого повара Фенриса?! Кто пустил тебя на кухню? Завыл голос в голове.

— Простите, я новенькая, — массируя замёрзшие виски, ответила Соня. — Раз вы великий повар, скажите, можно использовать эти специи или они уже пропали?

Ну-ка, ну-ка. Отойди в сторонку, а то пройду сквозь. Деловито ответил тот.

Она с готовностью отпрыгнула и перед ней сами по себе начали открываться по очереди все склянки с банками. Какие-то со звоном тут же захлопывались, какие-то отставлялись.

Фу! Какая мерзость. В нормальном состоянии только эти. Банки придвинулись к девушке.

— А вы не подскажите, какие специи какой дают вкус? Я таких у себя не видела и не знаю.

Если я призрак, так у меня и времени свободного полно, да? Так считаешь? Грозно повысил голос мужчина.

— Нет. Конечно, нет! Простите! — замахала она руками. — Тогда скажите, даёт ли какая из них острый вкус?

Эта. Только аккуратней! Не больше половины чайной ложки на два килограмма мяса. Придвинул он банку к фаршу. А если хочешь стать огнедышащим драконом, то не слушай моего совета! Всё! Я ушёл!

Холод тут же испарился из замороженного мозга. Сильно зажмурив глаза, Соня попыталась хоть как-то разморозить голову и избавиться от противного ощущения.

— Брр. Ужас какой. Почему Эллин не такой морозный?

— Он тебя жалеет, — ответил зашедший в кухню Румос. — Следит за количеством выделяемой маны. Это тяжело и затратно для призрака. Фенрис своевольный и характерный. Он никогда не идёт на уступки перед живыми.

— Вот как, а я ничего не знала, — печально протянула Софи, — Как они вообще устроены? Есть ли у них какие-то табу? Ну, как у людей?

— Точно дурной вкус — намеренно шагать через призрака. Ты заставляешь их ощущать себя мёртвыми и ещё: так они чувствуют твоё тело. Это как навязывать близость — стоять рядом или против воли обнимать человека, — задумчиво описывал Румос, готовя чай.

Лицо Софии при этом перекашивалось всё больше и больше. Она столько раз пренебрегала просьбами Эллина… Чудо, что он её ещё терпел.

— Как устроены…хмм… Это лучше у старших спрашивать. Они им помогли стать призраками. Иначе их души бы развеялись, пройдя через невыносимую боль.

— Какой кошмар, — охнула Софи. — Почему они не ушли? Ну, куда должны уходить после смерти?

— Не могли. Энергии Бога Мортиса было так много, что она по факту запечатала слабые души, оставив под своим куполом. Старшие, видя это, решили остаться, хотя могли уйти, но они были верховными жрецами и всегда несли ответственность за людей. Они долгие годы искали, как спасти умирающие души.

Румос закончил готовить чай и задумчиво посмотрел в окно на льющий стеной дождь.

— Только представь в каком аду они жили в течение шестидесяти лет. Хотели уйти с близкими, но не могли. Были привязаны к своему мёртвому телу, и каждый их день был похож на предыдущий. Без возможности что-либо изменить, куда-либо уйти, чем-нибудь заняться. Боль, отчаяние, страх и безнадёжность поглощали их всё сильнее и сильнее. Чтобы уйти от этих эмоций многие отринули свою человеческую натуру, потеряли идентичность и стали медленно тлеть, развеиваясь, превращаясь в ничто.

Кожа Софи покрылась противными холодными мурашками. Поёжившись, она обняла себя за плечи, пытаясь перестать представлять, как тяжело пришлось Эллину.

Румос собрал продукты и ушёл к Оливеру, оставив наедине с тревожными мыслями. В голове девушке эхом повторялись вчерашние слова призрака:

— Когда на душе становилось совсем тошно, только этот вид и дарил мне надежду…

Тогда она была слишком увлечена новыми эмоциями. Не обратила внимание на слова и печаль, с которой он говорил об этом.

— А что я вообще знаю о его жизни? — вдруг осенило её.

— Почему такая грустная? — прервала её размышления Вермунд. — Что готовишь?

Пожав плечами, она слепила очередную розовую лепёшку:

— Пока котлеты.

— А грустишь чего? — учитель внимательно осмотрел её острыми ястребиными глазами.

— Да так… Румос рассказал, через что прошли призраки.

— Это дело давно минувшего прошлого, — мужчина по-отцовски погладил по голове, — Они приспособились и даже не захотели уходить, когда сняли купол. Видела бы ты тот день!

— Расскажете? — с интересном поинтересовалась девушка.

— Я не отвлекаю тебя от работы?

— Нет-нет! Тут осталось немного.

Ами уже помогла поставить её булочки в печь, Румос очистил и нарезал опасный лук. Осталось только порезать овощи и пожарить котлеты.

— Давай помогу.

Закатав рукава, мужчина выслушал инструкции и принялся за работу.

— Спасибо большое! Я тогда начну жарить, а вы рассказывайте, — улыбнулась Софи.

— Я благодарен всем Богам, что был в тот день там, — вздохнул мужчина. — Не будет преувеличением, если я скажу, что за мои четыреста лет — это было самое великолепное зрелище!

Софи чуть не уронила котлету.

— Четыреста?!

— Да. Если позволит судьба, то моей жизненной маны хватит еще на два столетия!

На кухню зашла Ами. Взяв прихватки, она полезла в печь, но услышав речь Вермунда, повернулась и цокнула:

— Два столетия? Хах. Вермунд, да ты скромничаешь.

— Подождите-подождите! — подняла руки, сдаваясь Соня, — В вашем мире продолжительность жизни зависит от количества маны?

— Да. Олий же тебя предупреждал — не залазить за её границы.

— Но я не думала, что это буквально, — охнула девушка. — Значит, уже сейчас можно узнать, сколько я буду жить?

— Примерно, — пожал плечами Вермунд, — От этого зависит и когда ты начнёшь стареть, но до восемнадцатилетия дети взрослеют одинаково.

Пазл в голове начал медленно складываться. Рассказы людей об их долгой жизни и огромном опыте наконец соотнеслись с их молодым внешним видом.

— Амилия, можно задать вопрос? Сколько тебе лет? — выпалила Соня.

— Кажется триста тридцать, — задумчиво протянула девушка, выглядящая максимум на двадцать пять. — Я перестала праздновать дни рожденья после катастрофы. Могу ошибаться на год-другой.

Лицо Софии вытянулось от удивления. Казалось — над ней шутят!

— Ты проживёшь точно лет двести, — блеснув чёрными глазами, кивнул Вермунд. — Но могу и ошибаться. Ты же из другого мира. Сколько у вас там живут?

— Рекорд по долгожительству вроде бы был в сто пятнадцать, — грустно хмыкнула девушка.

— Столько у нас живут люди без магии, — кивнул мужчина.

— У вас не все ей обладают?

— Раньше магия была только у дворян. Благодаря бракам по любви или любовным утехам вне брака, способность к магии утекла за пределы дворцов, — улыбнулся Вермунд. — Редко когда она появляется на пустом месте, в семье, где никогда не было магов. Наследие крови играет большую роль.

Котлеты тихо скворчали на сковородке, огрызаясь маслом, когда Софи не давала им подгореть. Из их румяных боков вытекал розовый сок, распространяя по замку нежный аромат с нотками пряностей. На его зов в кухню зашли Румос с Оливером. Последний уже отошёл от шока и снова мягко улыбался.

— Софи, что ты такое вкусное готовишь? — глубоко вдохнув, спросил он.

— Сейчас попробуешь.

Она ловко сняла всё со сковороды, боясь оставить на ещё не понятной ей плите. Взяла поостывшиевоздушные булочки, разрезала их пополам и стала выкладывать слой за слоем сочные овощи. Всё было такое свежее, что можно было обойтись и без соусов, но раз они были и в этом мире, Софи решила попробовать повторить рецепт полностью.

Вместо кетчупа взяла жидковатый сок томиловки и смешала его с домашним взбитым майонезом. Его цвет был неаппетитно серым. Долгое время, девушка не решалась пробовать. Если бы не Даян, как-то специально засунувший ей в рот бутерброд с этим соусом, она бы так и не узнала, что это нежный и не очень жирный аналог родного майонеза.

— Остальные ребята наверно дико голодные, — вздохнула Софи. — Может попросить старших перенести моё блюдо, накрыв плащом?

— Хорошая идея! С интересом посмотрю на наставника, таскающего чайники и еду в зал предков, — захохотал Вермунд.

— Софи, милая. Старшие чтят традиции. Они не разрешат есть в оплоте знаний, — качая головой, объяснила Ами.

— А если дождь будет идти весь день? — охнула девушка.

Ами и Вермунд переглянулись. Вздохнув, некромаг ответил:

— Тогда и поговорим на эту тему. В любом случае там есть руны воды и какие-то сухие фрукты. Пока не умрут от голода. Давай лучше не мучай нас. Угощай. Запах слишком аппетитный.

Остальные дружно закивали, встав вокруг девушки полукругом. Улыбнувшись, Соня накрыла все бутерброды верхней частью булочки, и шагнула в сторону:

— Всё готово. Можете кушать. В моём мире это называется бургером.

— Приборы не нужны? — удивилась Ами.

— Нет. Это для быстрой еды на ходу. Вот почему я предложила отнести ребятам, — объяснила Софья.

Бургер выглядел экстравагантно и не привычно за счёт ярко-фиолетового латука. Он казалсяпридавленным булочками монстром, но опасения девушки за неаппетитный внешний вид были напрасны. Все дружно взяли по одному бутерброду и с энтузиазмом принялись пережёвывать.

— Ммм! Котлеты такие сочные и вкусные! Ах! Эта нотка остроты! Как утончённо! — первой воскликнула Ами. — А сладко-кислые овощи лишь подчёркивают этот вкус! Мягкая булочка не даёт всему растечься, сдерживая сочность своей нежной текстурой.

Остальные довольно кивали, жадно проглатывая кусок за куском.

— Очень вкусно! Согласен с каждым словом Ами, — лаконично кивнул Вермунд. — Надо ввести это блюдо на постоянную основу.

Щёки Софи покрылись румянцем. Она не знала почему, но на душе стало так тепло и приятно. Их похвала и наслаждающиеся лица, горящий камин и дождь за окном погружали в семейный уют. Такой Софи чувствовала только в детстве, пока была жива бабушка. Девушка с удивлением поняла — она счастлива так, как уже очень давно не была.

— Этой улыбкой ты покоришь сердца всех наших мальчиков, — покачал головой Вермунд. — У Нессы появилась конкурентка.

Румос тут же закашлялся. Оливер с готовностью ударил того по спине да так, что юноша едва устоял на ногах.

— С-спасибо, — с укором взглянул он на друга.

— Прости! Я что-то силу не рассчитал, — покраснев, почесал щетину тот.

Собрав тех, кто был в замке, они организовали маленький завтрак. За столом все неоднократно хвалили Сонины бургеры, вгоняя её в краску всё сильнее и сильнее. Кто-то предложил попросить призраков доставить еду, накрыв плащом. Осталось только уговорить старших. На это дело отправили Вермунда.

— Я попробую, но ничего не обещаю, — без энтузиазма ответил он.

За окном дождь лил не переставая. Серым тучам не было видно конца, а ветер кружил на месте, будто желая выжать всю воду именно на их город. Насколько ещё хватит этого тандема, было непонятно. Время шло к обеду, а запертые по другим домам люди ничего так и не ели. В конце концов, решили начать с тех, кто был в других зданиях и отнести еду им, а потом уже доломать упрямившихся старших.

— Ничего, мелкие начнут канючить еду, и они согласятся, — злорадно хмыкнул Вермунд.

— Самый «мелкий» и вечно голодный Даян поможет им поднять восстание, когда у него закончатся заныканные пирожки, — хохотнул Румос.

Отсмеявшись, они вернулись на кухню, доготавливать на остальных. Несмотря на пасмурную погоду и смертельно опасное явление за окном, внутри было тепло и царила дружная атмосфера. Вместе они управились в два счёта, а тут и пришёл ответ от старших. Они сдались под напором с двух сторон и со стола, укутанные в несколько слоёв непромокаемой ткани, поплыли полные подносы ароматно пахнущей еды.

— Хорошо, что ты сегодня дежуришь. Нести посуду и кастрюли с кашей, они бы точно не разрешили, — выдохнул Вермунд, опускаясь в кресло.

Накормив всех, дежурные наконец могли расслабиться и отдохнуть возле тёплого камина. По центру стоял журнальный столик с дымящимися чайными кружками и полным подносом свежей выпечки.Расслабившись в глубоком старинном кресле, Софи щурилась от удовольствия, потягивая пряный чёрный чай. В зале воцарилась мирная тишина, было слышно, как потрескивают дрова в камине и завывает ветер за стеной.

— Учитель, вы обещали рассказать о том дне, когда призраки стали свободны, — закутавшись в плед, вспомнила Соня.

— Мне тоже интересно, что у вас там происходило, — кивнул Оливер. — Я в это время был на корабле, но даже оттуда открывался невероятный вид!

— Ах, точно! — махнул рукой Вермунд. — Все присутствующие в этом зале согласятся — это было незабываемо. Хотя, когда Бог Мортис разозлился, нам пришлось туго. Кстати говоря, ты ведь не знаешь и с чего всё началось!

Он неотрывно смотрел на языки пламени, танцевавшие в камине. Они отбрасывали оранжевые блики на его белое, хищное лицо. Мужчина прищурил чёрные глаза, погружаясь в воспоминания.

Даян оценил новое блюдо.

Глава 12

Воспоминания Вермунда.

Прежде чем я расскажу о дне освобождения, тебе нужно знать о том, что ему предшествовало. Как так вышло, что когда-то одна из процветающих Империй, превратилась в мёртвую, пустую землю, полную лишь трупов и отчаявшихся душ.

Шестьдесят лет назад наш мир был устроен немного по-другому. Магии смерти в нём было намного меньше, и у некромагов из-за этого часто возникала жажда. Нестабильность и невозможность контролировать свою энергию была только у детей. Для них и были созданы те комнаты, в одной из которых побывала и ты.

У взрослых же всё было иначе. Сейчас тебе это покажется диким, но раньше некромагам приходилось сдерживать себя от желания убить. Это был один из способов наполниться энергией смерти. Звучит жутко? Представляешь себе кровожадных монстров? Посмотри на меня и на Ами. Мы жили в тот период и чтили мир. Никогда не позволяли себе переходить черту. Всегда только оборонялись. Доказательство этому — воздвигнутый барьер в море.

Но как же мы тогда справлялись с жаждой и нехваткой энергии? Для этого раз в год жрецы Мортисапроводили особый ритуал в стенах запечатанного храма. Слыша просьбу людей, Бог открывал поток и наполнял нас своей силой. Жрецы передавали её через амулеты на некромагов всего мира.

Этот день был великим праздником для всех нас. Он был важнее, чем день рожденья. Люди прибывали на празднование, переполняя столицу. Не было ни одной пустой кровати в трактире. Всё бронировалось заранее, чуть ли не за полгода! Всё для того, чтобы первым почувствовать поток Бога. Хоть чуть-чуть соприкоснуться с ним.

Так было и в тот роковой день. К счастью, ни меня ни Амили там не было. Каждого держали дела вдали от Кантароса.

Отец Норда — мой учитель — начал церемонию как обычно. Ему помогал Олий — наш старший. Из тех, кто остался в этом мире, он был ближе всех к эпицентру катастрофы и своими глазами видел её развитие.

Всё проходило без сбоя. Бог сразу же ответил на призыв. Магов начала наполнять энергия смерти. Она лилась бурной рекой, насыщая некромагов и заполняя все резервуары с лихвой. И вот уже не осталось места, куда её бы можно было принять, но мана всё пребывала и пребывала. За пределами храма многих некромаговот такого потока уже начало выворачивать наизнанку. Все, кто оказался с ними в тот момент рядом, могли запросто умереть.

Олий рассказывал, они поняли, что поток не собирается прекращаться, когда храм постепенно начал заполняться серебряной рекой маны. Маги, стоявшие на нижних ступенях, погрузились в безумие и уже были не способны сохранять хоть какой-то порядок смертельно важный в этой церемонии. Но он их не винит. Старший тоже был на грани и из последних сил взывал к разуму во имя людей, столпившихся в столице. Бог Мортис не слышал ни их просьб, ни криков, ни угроз — ничего. Будто он позабыл об открывшемся потоке в мир смертных и не собирался его закрывать.

Последнее, что увидел Олий перед смертью — моего учителя, полностью объятого пламенем смерти, потерявшего себя в безумной силе Бога. Тогда он осознал — это конец.

Поток разорвал купол храма, убирая все препятствия на пути к живым. Ветер закружил его в вихре и понёс по острову, с безумной скоростью убивая всё на своём пути. Кто-то успел понять, что происходит неладное. Кому-то даже посчастливилось уплыть за пределы Империи. Многие прятались в подвалах, закрывая двери и надеясь переждать. Но среди населения были и те, кто не чувствовал магии и не обладал ей. Участь таких была предрешена.

И так энергия смерти всё прибывала и прибывала. Многим некромагам, особенно дворянам стало плохо,и в их числе был я. В тот момент я работал в пещере, далеко от эпицентра. Мы с моими напарниками страдали примерно неделю и заперлись по комнатам, чтобы никого случайно не убить.

А когда выбрались наружу, обнаружили совершенно другой мир. Пустой и безжизненный. Покрытый серебряным инеем, как снегом и безумно тихий. Поняв, что случилось непоправимое и обнаружив, что поток энергии всё ещё сходит в разрушенный храм, мы приняли горькое решение — покинуть родину.

Почему мы не попробовали остановить поток? Не попытались что-то исправить? Не могли. Бог Мортисне слышал своих жрецов, что уж говорить про обычных некромагов! Конечно, можно было и тогда начать убирать пыль смерти, только вот толку, если новая всё прибывала и прибывала! Земля стала не плодородной, а вода превратилась в яд.

Честно говоря, мы почти и не надеялись когда-либо вернуться. Все думали, что со смертью семьи Моритус прервана и связь с Богом. Что уже ничего не изменить. И так бы и было, если бы Норд не спасся. Благодаря ему наступил день освобождения.

Но прежде чем рассказать об этом дне, ты должна понимать, насколько сильно обозлились на Богов запертые тут души. Только благодаря старшим, они ещё не истлели! Подумать только, шесть десятилетий о них никто не вспоминал! Норду пришлось туго, когда он ступил на эти земли. Души приняли его за Мортиса и чуть не растерзали! Благо вовремя подоспел Олий и остановил их безумие.

На следующий день Боги решили провести ритуал освобождения. Несса, как потомок Богини Атис и Норд, как Мортис. Оба стали проводниками, и впустили в своё тело Богов.

В то утро стоял ужасный туман. Мы шли к храму, куда всё ещё спускался поток энергии. Ориентировались только на старшего. Сами ничего не видели кроме собственных щитов, так и трещавших от пыли смерти. Остановившись примерно на площади, мы с волнением ждали.

Вдруг туман прошила яркая серебряная вспышка! Она в мгновение ока растворила густой молочный туман, открывая безоблачное, бескрайне голубое небо. И мы увидели ЕГО. Нашего Бога Мортиса. Он взошёл на ступени разрушенного остова храма, взмахнул рукой и поток наконец прекратился.

Что я почувствовал, увидев своего Бога? Трепет. Благоговение. Уважение и бескрайнюю любовь. Я не знаю почему. Ничего хорошего он ведь нам не сделал. Знаешь... наверно, это как с родителями. Мы ведь не выбираем их, но любим безграничной чистой любовью.

Наш Бог был в теле Норда, в теле маленького, хрупкого ребёнка, но мы ощущали ЕГО. Особенно когда Мортис посмотрел на нас пронзительными яркими серебряными глазами. Этот взгляд проникал глубоко в душу. Читал нас как открытые книги. Заставлял прочувствовать каждой трепещущей клеточкой души — это мой Бог.

Возможно, когда-нибудь ты сможешь понять это, а может, и нет. Всё-таки ты из другого мира. Но вернёмся к тому дню.

Стоило Богине Атис позвать, и тут же откликнулись десятки тысяч душ, устремляясь в бескрайнее небо яркими золотыми искорками. Это был единственный раз, когда мы видели призраков днём! Они прилетали бледными, прозрачными силуэтами. Кланялись и воспаряли в небо. Но не все захотели уходить. Многие уже обрели новый смысл существования, отринули тело и не желали расставаться со своей новой, с таким трудом обретённой, формой жизни.

Я до сих пор поражаюсь мужеству, с которым они выступили против Богов! Какая сила и упрямство! Никакого почтения и благоговения! И их можно понять. Они уже справились без Богов. Их новыми проводниками стали старшие.

Мортис разозлился да как выпустил ауру! Существования призраков напрямую противоречило законам нашего мироздания! Это была запретная техника, а они вместо того, чтобы извиниться и покаяться, ещё и смели противостоять! Ох, и тяжко же нам пришлось! Даже за щитами.

Ледяной холод сковал по рукам и ногам. Стягивал будто цепями сильнее и сильнее. У нас стыла кровь, а у мёртвых — души. И под этим давлением готовым раздавить нас всех как букашек, вперёд шагнул Олий. Да так легко! Будто перед ним не Бог был, а его племянник.

Не боясь, он выступил в защиту призраков и просил Богов разрешить им остаться в этом мире. Те долго сопротивлялись и не желали соглашаться. А если бы не Богиня Атис, взбесившийся Мортис нас бы вообще наверно убил. Но Олий всё стойко переносил, не подавая виду.

Я думаю, в тот день старший поймал их на слово. Страшно о таком говорить, но, похоже, Норд прав, и Боги тоже совершают ошибки. Не желая признаваться в этом нам, смертным, они нехотя согласились оставить призраков и личей на острове Империи. Взамен запретили им выходить за пределы границы. Справедливо ли это или нет, кто знает.

Главное — в этот день они победили и отстояли своё право на новую форму жизни. А мы обрели не только утерянные знания, за которыми плыли на остров, но и потерянный дом.

Выходит, если объединиться, люди могут идти против воли Богов. Представляешь? Ха-ха, вижу ты и так была в этом уверена. Да… несладко придётся Богам с будущими поколениями.

***

Чашки чая опустели, как и корзина с выпечкой. Дождь за окном всё так же не унимался. Голос Вермунда сел от долгого рассказа, но он счастливо улыбался, снова погрузившись в воспоминания. В день, когда в его сердце зажглась надежда.

София закрыла глаза, переваривая услышанное. Рассказ был настолько ярким, что она будто вживую увидела противостояние Богов и иных — так прозвали новую форму жизни призраков.

— Эллину пришлось через столько пройти… — задумчиво протянула девушка.

Из её мыслей и полудрёмы вывела спустившаяся с верхнего этажа Несса. Она расстроено сообщила:

— Дождь опять смыл моё благословение! Земля снова неплодородна, а вода отравлена!

— Похоже, всё-таки нужно отправиться в экспедицию по очистке всего острова, — покачал головой Вермунд.

— Это опасно и займёт много времени! — охнула Несса.

— Да, но другого выбора нет. Скоро из плавания вернутся Урлий с Ирменом. Часть будет оплывать остров с ними, часть полетит на фрисах в центр. Так мы ускоримся.

— Значит, мы не будем больше ходить в лес? — испуганно спросила Соня.

— Урожай почти собран. Остальным займутся маги земли, — ответила Ами, — Некромаги им будут только мешаться. Чего ты испугалась? Вас никто не бросит посреди Империи. С вами обязательно будут старшие. К тому же это хорошая возможность отточить полученные навыки на практике.

— Но я ещё ничего особенного не выучила, — противилась она.

— Выучишь в процессе, — махнул рукой Вермунд.

В голове Софи панически заметались мысли. Если она не сможет ускользнуть от них в ближайшее время, то следующий раз представится очень нескоро. Если вообще представиться. Мало ли что может случиться за городом? Вдруг её щит не выдержит пыли смерти, или она попадёт под дождь посреди поля?

«После всего услышанного безумия, оставаться в мире сумасбродных богов желание вообще нет» — думала она.

Закусив губу, девушка решила действовать во что бы то ни стало.

Глава 13

После дождя по склонам улиц бежали опасные ручейки, поблёскивая в свете фонарей. Несмотря на это,Софи брела на ночные занятия, полностью погрузившись в свои мысли. Кто-то резко дёрнул за шерстяной плащ, заставляя сделать несколько шагов назад.

— Софи! Аккуратней! Ты почти наступила в воду, — нахмурился Румос.

— Ой… Прости, — она отрешённо извинилась, глядя на маленькую лужицу перед собой.

— Что такое? Сильно хочешь спать?

— Да нет, — София пожала плечами. — Просто задумалась. Мне всё ещё не привычно постоянно быть начеку. Честно говоря, это выматывает: держать щит, внимательно смотреть под ноги.

Она тяжело вздохнула.

— Привыкнешь и будет проще, — мягко улыбнулся Румос.

— Хей, соня! Взбодрись! Сегодня будут спарринги с призраками, — догнал вернувшийся с ужина Даян.

— Мне нужно будет сражаться с призраками? — побледнела девушка. — А что, если я им наврежу?

— Ха-ха-ха! Насмешила, — громко рассмеялся Даян. — Им могут навредить только старшие или Норд. А у тебя силёнок не хватит.

— Даян, не груби, — одёрнул Румос. Обернувшись к Софии, он объяснил: — Мы тренируемся с ними, как раз чтобы никто не пострадал. Но согласен. В первый раз это шокирует. Особенно если ты раньше ни на кого не нападала.

Они зашли в зал предков, привычно пройдя сканирование стражей. Теперь Софию это вообще не пугало. Просто короткое ледяное прикосновение к душе — уже ничего необычного.

— Удачи! И помни — что бы ты ни сделала — призрак не умрёт. Он уже мёртв, — улыбнулся, уходя к своему месту Румос.

Даян же просто подмигнул, оставляя в сердце девушки странное чувство, будто кто-то коснулся мягкой кошачьей лапкой.

— Кстати, спасибо за бутеры! Вкусные! Без них думал помру, пока этот чёртов дождь закончится, —вспомнил он, направляясь к себе.

— Сегодня вы будете оттачивать приобретённые навыки, на любезно согласившихся вам помогать, призраках, — медленно прошёл между ними Олий. — Не забывайте о щите и технике безопасности. Никто кроме вас самих не защитит себя лучше от случайного удара соседа.

Соня по-новому взглянула на лича. В голове зазвучали слова Вермунда о том, как стойко он выдержал давление Бога, первым выступив против. Его лицо сохранило уточнённую аристократичную красоту даже после смерти. Да и вообще, если б она не знала, что он умер, то так и не поняла бы. В отличие от остальных личей мужчина отлично сохранился. Высокий, статный, с горделивой осанкой. О том, что с ним было что-то не так, говорил только серый цвет лица и подёрнутые пеленой глаза.

— София! Соня! — в который раз окликнул знакомый голос.

От ледяного прикосновения по коже пошли мурашки. Вздрогнув, она вынырнула из размышлений. Перед ней стоял Эллин. Сложив руки на груди, он недовольно мерцал серебряным светом.

— Уже дали команду начать спарринг, — сообщил он.

— Ой, — тут же покраснела девушка. — Прости, я мало спала вчера ночью.

— Я знаю, — поднял подбородок призрак. — Но поблажек не жди.

Он резко шагнул вперёд, сделал подсечку, и девушка тут же начала падать на спину. Юноша заботливо подложил под её голову руку, не давая ушибиться. На секунду Софи погрузилась в приятный аромат сухих роз и летней прохлады. Положив её на пол, призрак тут же отплыл в сторону.

— Нападай. Покажи, чему научилась, — поманил он рукой.

— Почему мой партнёр — ты? — нахмурилась девушка.

Чёрные глаза-провалы призрака удивлённо увеличились.

— Чем я тебя не устраиваю?

— Мне…я не хочу с тобой бороться! — она выдохнула, отворачиваясь. — Даже зная, что не могу причинить тебе вред! Ты же мой друг! Как я могу направить на тебя клинок?

Призрак быстро замерцал, будто перегорающая лампочка из её мира.

— Т-твой друг?

— Ну, да, — Соня кивнула и тут же насупилась: — А что, нельзя?

— Можно.

Ответив тихим голосом, он резко отвернулся. Софи в замешательстве глядела на его мигающую спину, не понимая, что сделала не так. Между ними повисла странная атмосфера. Звук бряцающих костей её резко разрушил. Барабон встал между ними спрашивая:

— Почему не практикуетесь?

— Она не хочет нападать на друга, — замерцав так, что у Сони зарябило в глазах, ответил Эллин.

— Поменяйся с другими, — сухо заметил лич.

— Я не хочу, — вдруг отказался призрак. — Софи, давай нападай. Я сам хочу оценить, чему ты научилась.

Её щёки резко загорелись, а желание поменяться с другим партнёром выросло до небес, но страх обидеть его был сильнее. Зажмурившись, она достала кинжал, продлила его лезвие отточенным движением и, не глядя,шагнула вперёд, полоснув воздух.

— В настоящем сражении ты бы уже умерла, — цокнул Бабарон. — Эллин, заставь её почувствовать страх.

Юноша побледнел всем телом, почти сливаясь со стеной.

— Наверно и правда лучше поменяться, — тут же сдался он.

Софи внутренне возликовала, а сама понуро повесила голову:

— Прости.

— Терий, можешь поменяться с Эллином? — звонко щёлкнул костяшками лич.

— Ладно.

Пожав плечами к ней, вышел высокий, широкоплечий призрак с длинными развевающимися волосами. Его свет немного отличался от Эллина, в серебре были голубые отсветы. Лицо ничем не отличалось от человеческого. Глаза сияли глубоким синим светом. Он шёл уверенной расслабленной походкой сытого хищника.

Соня только сейчас поняла, что из всех призраков, что она встречала только у Эллина, были чёрные провалы вместо глаз. Задать вопрос не дал стрелой метнувшийся призрак.

Девушка только почувствовала дуновение ветра на коже, и вот к её шее уже приставлен ледяной призрачный кинжал. Он остро давил на кожу, напоминая об опасности.

Рядом кашлянул лич:

— Терий, она новенькая. Мог бы ты чуть помедленнее?

— А? Ох! Прости! Я по привычке, — хохотнул мужчина, тут же отстраняясь.

— По привычке?! — Соня не смогла сдержать удивлённого возгласа.

Призрак пришёл к ней от юноши в инвалидной коляске. Неужели ему удавалось блокировать эти нечеловечески быстрые выпады?

— Удивлена? Мирас очень сильный малый, — хмыкнул призрак. — Коляска не мешает ему. Гляди.

В этот момент Эллин как раз нападал на слабо выглядящего юношу с болезненно серым цветом лица. Со стороны Соня могла видеть, как двигался её призрачный друг — имитировал человека, наступая на землю. Секунда и он уже был возле юноши. В руке блеснул клинок и со звоном отлетел в сторону. Соня вообще не успела заметить, что сделал парень в коляске.

— Как? — шокировано воскликнула она.

— Следи за его руками, а не за руками Эллина. Они сейчас повторят, — направил Терий.

И точно, как он сказал, сцена повторилась, только теперь София старалась неотрывно следить за руками некромага. В этот раз успела заметить серебряную вспышку между ладонями. Она была лишь на секунду, но этого хватило, чтобы клинок Эллина снова оказался заблокированным.

— Увидела? Ты ещё не можешь создать физический клинок из ничего, так?

— Ага. Пока только продлять лезвие, — девушка грустно кивнула.

— Не расстраивайся. Со временем и с практикой — сможешь. Это базовый навык, — попытался поддержать призрак. — Преимущество этого метода в том, что противник не видит до последнего, как ты будешь отражать атаку. Так, у тебя появляется больше шансов убить его, когда он достаточно приблизится.

— Убить? — испуганно прошептала Соня.

— А как иначе? Либо ты, либо тебя, — пожал плечами призрак. — Ты наверняка не видишь, но следующе движение Мираса — это проникающее ранение прямо в сердце. Тот же клинок, которым он защищался, Мирас переворачивает для атаки.

— Хватит с неё теории. Пробуй на практике, — прервал их Барабон. — Сражения лучше чувствовать на себе. Тело быстрее привыкает.

София нервно поджала губы. Опустила взгляд на клинок. От былой уверенности в своих новых способностях не осталось и следа.

— Гляди на меня, — призвал Терий. — Не упускай противника из поля зрения.

Сглотнув, она кивнула и заглянула в морозно-голубые глаза призрака. Тот недобро ухмыльнулся.

— Может ты будешь действовать увереннее, если тебя напугать? Видела нашу иную форму? — он хищно сощурил глаза.

По телу Софии пробежали неприятные мурашки. Побледнев, она закачала головой умоляя:

— Давай пока без неё? Я только к вашей обычной форме привыкла.

— Нападай. Даю три попытки. Провалишь их, и я перейду в неё, — предупредил Терий.

Сжимая окоченевшими от нервов руками клинок, она судорожно перебирала в голове все варианты выпадов, которым её обучали. Выбрав один из, решила пробовать. Шагнула влево. Занесла клинок для удара, а его тут же выбили.

— Слабо. Я не чувствую решительности, — покачал головой Терий.

Выдохнула. Закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Расслабила руки и попрыгала с ноги на ногу. Кровь вернулась к конечностям, снимая ледяную скованность. Решилась. Рванула за спину и сверкнула клинком, целясь в лопатки. В последний момент руки перестали слушаться. В голове вспыхнули яркие картинки возбуждённого воображения: кровь и глубокое смертельное ранение.

Клинок тут же выбили из рук, и он с печальным звоном закувыркался по полу.

— Лучше, но ты растеряла всю решительность в самый последний момент. Тебе не хватает страха и борьбы за жизнь. Следующий раз последний, и я перейду в иную форму. Помни об этом.

Софи с досадой закусила губу. Что поделать! Она выросла в неблагополучной семье, но не вкриминальной! Боролась за деньги на еду, но не за жизнь! Даже в самые запойные времена отец никогда не поднимал на неё руку. Один раз он привёл собутыльника домой, но когда тот полез к Соне, отец резко протрезвел и вытащил его из квартиры. Что происходило дальше, она не знала. Только помнила, что батя вернулся через несколько дней в порванной одежде и с кучей синяков.

Да, он доставал глупыми расспросами и поведением. Да, тратил все деньги на пойло, ничего не оставляя на жизнь. Ей приходилось тяжко, нужно было искать подработки и ныкать деньги от отца. Травили и издевались одноклассники. С подработкой не хватало времени даже на сон. Но как бы ни было сложно, она никогда не думала о причинении кому-либо физического вреда.

— Ты будешь нападать или мне уже превращаться? — вырвал из размышлений Терий.

Выдохнув, Софи внимательно окинула его взглядом, пытаясь найти слабые места. Призрак стоял расслабленно, сложив руки на груди. На первый взгляд он был уязвим, но она знала — это не так. Стоит ей сделать хоть один необдуманный шаг, и Терий предскажет все остальные действия. Значит, нужно быть непредсказуемой, но как?

Переминаясь с ноги на ногу, она сделала резкий выпад на правую ногу, а затем быстро перепрыгнула в левую сторону, замахнулась клинком, продлила его до максимальной длины, но до тела призрака не хватило нескольких сантиметров.

Терий удивлённо вскинул брови, высвобождая её руку из жёсткого захвата.

— Лучше, но недостаточно. Посмотрим, воодушевит ли тебя мой вид. Предупреждаю, теперь я буду нападать.

Хитрая улыбка призрака на глазах превращалась в хищный оскал нежити, оголяя белые кости и блестящие зубы. Призрачная кожа лоскутом свесилась с правой половины лица, открывая череп и чётко очерченные скуловые мышцы. Глаза пропали, оставив чёрные бездонные провалы. Тело осунулось, оголяя часть костей за истлевшим тряпьём.

София в ужасе отпрыгнула в сторону, чудом уходя из-под его первой атаки.

— Молодец. Инстинкты работают, — потусторонним смехом рассмеялся он, запрокидывая череп назад.

Девушка побелела как мел и оглянулась, ища поддержки у окружающих. Да только куда там. Остальные азартно сражались с напарниками, не обращая на происходящее вокруг никакого внимания. Старшие холодно и отстранённо оценивали каждого, иногда давая указания.

Единственный посмотревший в их сторону Даян вместо поддержки, о которой она мечтала, поднял большой палец вверх закричав:

— Терий, отлично выглядишь! Софи, меть между рёбер! В этой форме они видны!

Его напарник не упустил момента и почти вогнал кинжал в бок юноши. Каким-то чудом Даян увернулся и захохотав, кинулся в бой.

Что-то с безжалостной силой пронзило правое предплечье. Обжигающий ледяной холод охватил всю руку, заставив вскрикнуть.

— Не отвлекайся, — грозно рыкнул призрак. — Я не вкладываю магию в созданные кинжалы. Ран они не оставят, но это не значит, что ты их не будешь чувствовать. В следующий раз всажу в сердце. Полежишь пару минут с параличом от холода.

Шок и ужас, охвативший девушку, заставил двигаться, уходя от атак на животных инстинктах. Смотреть противнику в лицо она не могла — это было слишком страшно и противно. Из-за этого снова и сноваСоня пропускала удары. Каждый жалил ледяным огнём, заставляя шевелиться волосы на голове. Что уж говорить о том, что бы атаковать в ответ! Мыслимо ли приблизиться добровольно к такому чудовищу?

— Перерыв! Пожалуйста! Дай мне перерыв! — задыхаясь и чувствуя острую боль в боку, просила Софи.

— Сделай хоть одну попытку атаки — тогда дам, — ответил Терий.

Закричав и зажмурив от страха глаза, она отчаянно кинулась вперёд, всем телом налегая на клинок и вкладывая последние силы. Ледяные руки поймали её, останавливая.

— Молодец. Отдыхай, — морозный воздух обдал лицо.

Девушка судорожно вздохнула. Из глаз рекой брызнули слёзы. Обняв себя за плечи и сжавшись калачиком, она упала на пол, отбросив клинок.

— А? Ты чего? Больно? Где?! Я ж не должен был поранить, — засуетился Терий, ощупывая Соню.

От ледяных прикосновений даже с закрытыми глазами она ярко видела его ужасно обезображенное лицо. Вздрогнув, попыталась отстраниться и сжаться в клубок, но тот не давал, продолжая держать в морозном капкане.

Рядом раздалось знакомое бряцанье костей и глубокий голос Барабона:

— Оставь её. Она не ранена. Ты напугал её.

— Прости. Я не хотел… Точнее, хотел, конечно, но не знал, что тебя это так сильно заденет! —быстро затараторил до этого уверенный юноша.

— Румос, Анита — идите сюда. Ей нужна поддержка живых, — вздохнул лич.

Только когда на голову легла тёплая маленькая ручка, только тогда Софи осмелилась медленно открыть глаза. Черноглазая девчушка мило улыбнулась, заглядывая в лицо.

— Не бойся. Они не враги.

Румос протянул вышитый шёлковый платок и сразу же отвернулся:

— Скажи, если что-то нужно.

Почему они совершенно не боялись вида призраков? Почему малышка Анита вела себя взрослее, чем она? Стыд за устроенную истерику тут же окатил с головы до ног. Жгучее желание провалиться на месте зарумянило щёки. Быстро вытерев слёзы, она резко вскочила и решительно повернулась в сторону Терия.

Тот уже вернулся к обычному виду призрака и, извиняясь, улыбнулся:

— Прости! Никто из наших нас не боится. Ну, может, только пару людей, когда видят в истинном обличье... Кажется, ты одна из них.

— А кто ещё? — от удивления, она забыла про обиду и стыд.

— Оливер, — ответил Румос. — Он до сих пор не привык к их внешнему виду. Скорее из-за суеверий бывшего моряка.

— Не переживай! Тут никто тебя не обидит! — всё ещё пыталась успокоить Ани.

Двумя маленькими ладошками она держала руку Софии, и с беспокойством заглядывала в лицо.

— Спасибо. Я уже пришла в себя, — неловко улыбнулась девушка. — Можете вернуться к занятиям. Я готова снова попробовать.

— Уверена? Тогда я пока не буду переходить в истинную форму, — кивнул Терий. — Попробуем так.

Глава 14

Под конец занятий она была выжата как лимон. Результат появился, лишь после выходки Терия. Поддавшийся призрак буквально упал на её клинок, доказав полную безопасность для его тела. Никакой воображаемой голубой крови или дырки в боку у него не осталось. Только тогда София выдохнула и начала думать о том, как достать призрака или как увернуться от его жалящих атак.

— Какая ты милая, — уже пропадая в рассветном свете, заметил Терий, — Боялась меня ранить. Эллин, ты знал, что она такая милая?

— Знал. А ты взял и напугал её! — ответил недовольным голосом друг. — Потому и не хотел, что б она сражалась с кем-то другим.

— Эх… Софи, тебе ни в коем случае нельзя попадать одной во внешний мир, — вздохнул Терий.

— Почему? — нахмурилась девушка.

— Ты не сможешь даже защититься.

— Вас послушать, так там одни звери.

— Для нас — да, — ответил проходивший мимо Румос. — Им достаточно узнать, что ты некромаг и они не посмотрят ни на твою внешность, ни на твою невинность.

— Но почему? — не понимала девушка.

— После катастрофы некромаги иногда переставали контролировать свою силу. Понимаешь, что это значит? — блеснул очками юноша.

— Эмм…их магия вырывалась наружу? — недоумённо протянула Софи. Секунда и пазл сложился: — Они убивали людей?!

— Такова природа нашей магии, — вздохнул Румос. — Сами того не желая, мы могли убить близких и родных. Всех, кто был рядом в момент безумия.

Юноша надолго замолчал. Призраки уже давно исчезли, и они вдвоём молча шли по каменной мостовой, оставляя гулкое эхо шагов.

— Теперь понятно, почему мы стали досадным пятном на ткани мира? В одной Империи наше присутствие ещё терпят, если мы не проявляем магию. В другой — убивают даже тех, кто рискнул нам помочь. К сожалению, в такой находится лес, с нашим старым укрытием и фермой. Мы рискуем каждый раз, появляясь там. Когда-то Норд, Урлий и учитель спасли меня, — Румос едва заметно вздрогнул, погружаясь в неприятные воспоминания. — Мне было десять, когда меня поймали и выставили на арене, на потеху публике. Из-за сильной магии жрецов некромаги там были безоружны. Против меня вышел здоровяк. Никогда не забуду взгляд, которым он на меня смотрел… Если бы тогда никто не пришёл на помощь, он бы замучил меня до смерти, на глазах у сотни людей.

Соня вздрогнула и медленно перевела взгляд на юношу. Тот плотней укутался в плащ, поправил очки и добавил:

— Захочешь уйти от нас — хотя бы доучись основам.

— С-с чего ты взял, что я этого хочу? — округлила глаза девушка.

Юноша удивлённо вскинул брови:

— Я…

— Вы ещё там поцелуйтесь! — прервал вышедший навстречу Даян. — Что вы тут застряли? Завтракпочти закончился!

Он, не церемонясь, схватил их за руки и потянул за собой.

— Там такой ароматный рыбный пирог! А вы всё телитесь и телитесь!

— Ел бы без нас, — не понимала Соня.

— Ами не разрешает! Сказала, будем есть, только когда все соберутся, — фыркнул юноша.

— Иначе нам бы ничего не досталось, — подмигнул Румос.

— Вот не наговаривай мне тут! — огрызнулся Даян.

Они зашли в полный зал. Внутри стоял гул и гогот мужских голосов. Появились дополнительные столы, а с ними и незнакомые для Сони лица. От них пахло морем, солью и какими-то едкими травами.

Громко переговариваясь между собой, они что-то бурно обсуждали с Вермундом и Нордом. Последний выглядел на фоне взрослых мужчин так, будто его собирались похитить.

— Урлий с Ирменом вернулись, — улыбнулся Румос и тут же побежал к их столу.

Внутри Софии всё похолодело. Она слышала эти имена, когда планировали экспедицию по Империи. Значит, уже совсем скоро у неё пропадёт последний шанс выбраться за пределы проклятого острова. Даже после рассказа Румоса, девушка не передумала.

«Главное, никому не рассказывать, что я некромаг» — успокаивала она себя.

Чем дольше Софи оставалась в этом мире, тем больше хотела в свой. Средневековые развлечения, казни без суда и следствия, сумасшедшие Боги, бесплатный труд на благо общего дела, необходимость в случае обороны применять насилие или вообще убивать кого-то — ничего из этого не вдохновляло остаться. Пусть даже многое и было услышано лишь в теории. Ей хватило и рассказов.

«Плюс только в продолжительности жизни. Но с тем, что у них тут твориться, меня быстрее прибьют, чем я доживу до обещанных двухсот лет», — хмыкнула девушка.

— Ами, нужно ли сегодня помогать на ферме? — с самой милой улыбкой спросила Софи.

— А? Да. Наверно в последний раз, — проверяя, всем ли хватило еды, рассеянно ответила девушка.

— Можно, пойду я?

— Конечно. Только нужно присмотреть за Анитой и Германом. Мы будем сегодня очень заняты разгрузкой кораблей.

— Не проблема!

В комнату она возвращалась в приподнятом настроении. Наедине можно расспросить детей о том, как уходить из леса. Вероятность вызвать у них подозрение, меньше. С обеда Софи прихватила побольше пирожков — мало ли сколько времени придётся добираться до поселения. Из рукомойника взяла камень с руной воды. Огнекамень — похожий на уголь, но прогорающий гораздо медленнее — девушка уже давно умыкнула из камина, до его растопки.

— Так, что у меня есть, — нырнув под кровать, она проверяла запасы, — Ага. Хорошо, что взяла из кухни пару банок с кашей. От голода умереть не должна.

— Не наелась? — внезапно раздался голос Эллина за спиной.

Девушка испуганно дёрнулась, сильно ударившись об кровать. Охнув, стала кататься, схватившись за голову.

— Чтоб тебя! Зачем ты за мной следишь? — сквозь выступившие от боли слёзы, она разглядывала пустую комнату.

— Хочешь сбежать сегодня, — холодным голосом констатировал призрак.

— Да с чего ты взял? — воскликнула Соня надувшись. — И вообще, ты не ответил! Зачем следишь за мной? И разве это прилично заходить в комнату девушки? Что, если бы я переодевалась?

— Почему ты хочешь сбежать? — не отступал юноша. — Тебе же рассказали, как там опасно!

— Перестань. Я просто хочу насладиться нормальной природой, зелёными деревьями там, травкой. Ну, как в моём мире. Вот и вызвалась сегодня помогать, — нахмурилась Соня. — Потом непонятно насколько я тут застряну!

Ледяное прикосновение к голове сняло ноющую боль с ушибленного места.

— Софи, пожалуйста, не уходи, — мягко выдохнул невидимый юноша на ухо. — Я не смогу защитить тебя там.

Девушка зажмурилась, а прохлада тут же отступила. Дверь в комнату щёлкнула, показывая, что теперь она действительно осталась одна. Вокруг стало так тихо, что было слышно собственное сердцебиение, точно выдавшее её волнение и ложь.

Спрятав голову в колени, она потёрла защипавшие глаза и прошептала:

— Прости.

***

Софи уже привычно шагнула через портал-зеркало. Под длинной юбкой и объёмным плащом спрятала завязанные кульки со скромными припасами. Впереди показались спины Румоса и Даяна, а рядом с ними сидел в коляске Мирас. Девушка едва заметно вздрогнула.

— Вы тоже собирать урожай? — она спросила, пытаясь казаться непринуждённой.

— Даян и я идём на охоту, — проверив натяжение тетивы, ответил Румос. — Мирас поможет тебе присмотреть за детьми.

— А-а! Хорошо. Я тогда буду с Германом, — Соня улыбнулась, кивнув юноше.

За всё время, в этом мире, ей ещё ни разу не довелось пообщаться с Мирасом. Она всегда видела его со стороны. Сложно не заметить инвалидную коляску, передвигающуюся саму по себе. Раньше она думала, что это девушка. Просто предпочитает короткие волосы и брючный костюм — подумаешь, в родном мире в этом нет ничего странного. Так бы и было, пока кто-то не сказал, что это парень. Его тонкие, изящные черты лица были настолько андрогинными, а внешность хрупкой, что она бы никогда не догадалась. Даян как-то сказал ей, что из-за его внешности он и стал инвалидом.

Мирас Меррат.

Взяв платок для сбора ягод и потянув Германа за руку, Соня ушла к неубранным грядкам, стараясь встать как можно дальше от других.

— Слушай, а расскажи, как вы раньше путешествовали?

— Постоянно ходили: туда-сюда, — качаясь из стороны в сторону, показал он.

Внешность мальчика была очень контрастной. Яркие рыжие волосы золотым огнём искрились на солнце, а льдистые голубые глаза завораживали глубиной.

«Ох! Сколько же женских сердец он соберёт, когда вырастет!» — подумала Соня.

— Ты наверно многие места повидал?

— Не особо, — Герман пожал плечами. — Леса, да леса, поля и поля — всё одинаковое.

— Этот лес тоже такой же?

— Этот? Не-е-е! Тут живёт очень красивый дух! Он защищает нас от злых дядек! А ещё он любит с нами играть! — тут же повеселел мальчишка. — Приходит в виде большой пушистой лисы и играет в догонялки! Знаешь, какой у него мягкий и пушистый мех? На нём так приятно лежать!

— Ого! Это дух леса?

— Ага! Старшие писали договор, и теперь он нас защищает, — заискрился улыбкой Герман.

— А если хочешь выйти из леса, он пропустит?

— Конечно! Он только не подпускает к нам плохих!

— А ты выходил отсюда?

— Не-а. Зачем?

— А помнишь, как вы заходили?

— Ну просто шли и шли. Кажется, папа всё болтал, что на север, — пожал плечами мальчик. — Тебе зачем? Ты хочешь уйти?

— Нет-нет! — она спешно замахала руками. — Интересно, как мы далеко от других людей и могут ли нас найти плохие дядьки!

— А-а-а. Не переживай! Дух нас не выдаст, — довольно улыбнулся Герман. — Ани, иди ко мне!

— Зачем? — недовольно протянула девочка.

— Вместе собирать!

— Хочешь, иди к нам! Я хочу быть с братиком Мирасом, — хмыкнув, отвернулась Анита.

Герман тут же нахмурился и надул щёки, став похожим на взъерошенного воробья.

— С-софи, я пойду к ним. Не обидишься? — украдкой стрельнув глазами, спросил он.

— Нет, конечно. Иди, — улыбнулась девушка.

Мальчик довольно подпрыгнул и тут же поскакал к Аните.

— Аккуратней, Герман! Не затопчи растения! — охнул Мирас.

— Не затопчу! Я легче пёрышка! — хихикнул мальчик.

Мирас покачал головой, снова погружаясь в работу.

Софи внимательно оглядела поле: рядом больше никого не было. Из взрослых с ними сегодня отправилось всего пару человек, и они стояли ближе к другой стороне.

«Так ничего и не узнала! Ну, буду значит уповать наудачу и держаться юга по украденномукомпасу. Удивительно, что они им тут тоже пользуются,» — думала девушка.

Она сгрузила собранные ягоды и, под предлогом, что ей надо в туалет, нырнула в кусты, мельком глянув на компас. Сначала Соня старалась быть бесшумной, аккуратно выбирала куда ступать, но когда за деревьями стало не видно поля, рванула со всех ног строго держась на юг.

— Главное, не столкнуться с ребятами. Они ж тут где-то охотятся. А вдруг ещё подстрелят? — она передёрнула плечами. — Хватит, Соня. Раз решилась — иди и не бойся!