Академия Грейсли. Ведьмам тут не место!

Глава 1 Допрос

— Присаживайтесь, Татьяна.

— Сюда?

— Да, именно сюда, — темноволосый приземистый мужчина с хищным профилем и въедливым взглядом указал старинным пером на стул перед своим столом.

Я села. Расправила складки коротенькой юбочки, а потом плечи. Гордо задрала подбородок и посмотрела на собеседника, будто это я его допрашиваю, а не он меня.

Похоже, проняло — лицо собеседника из расслабленного изменилось сначала на удивлённое и растерянное, а затем на подозрительное. То-то же! А то, думали дурочку тёпленькой возьмут. А я, между прочим, этим взглядом соседу Серёге вмиг внушение делала. Он потом ещё от меня по всей деревне улепетывал, доказывая, что исправится, все долги отдаст и мой забор, который сломал совершенно нечаянно, обязательно починит.

— Итак, Татьяна, вы говорите, что не знаете, как так вышло, что ваша магия взломала защитный барьер Албании, а потом устроила поджог в трёх деревнях одновременно.

— Именно. Понятия не имею, — пожала я плечами. Если бы они знали, что я, кроме этого, ещё и совершенно не представляю, как стала молоденькой девчонкой, то, наверное, не так со мной общались бы.

— Где вы учились? — спросил секретарь за соседним столом.

Где? В средней школе № 46. Окончила десять классов с серебряной медалью, между прочим, но не говорить же им этого!

— На дому училась. Родители обучали.

Мужчины переглянулись. Тот, что выглядел помоложе, пожал плечами.

— Если ведьма, то скорее всего с Эро́й. Но тогда бы портал её не пропустил.

Они прищурились и осмотрели меня ещё раз, только теперь ме-е-едленно.

— Расскажите-ка нам, почему у вас нет регистрационного знака принадлежности к роду?

Батюшки мои, это ещё что за зверь такой?

— Так я, это… Дома всегда сидела, не пускали никуда.

— Почему? — старикашка изогнул бровь, словно просверливая меня взглядом.

— Надо было, — я высокомерно смерила его взглядом.

— Кому надо?

— Всем, — главное — говорить туманно, а там разберёмся.

— И где же сейчас ваши родители? Почему не проконтролировали вас на этот раз?

— Так нет их, — развела руками, выражая сожаление. Если их нет, то и спрашивать вроде как не с кого, правильно? Кстати, истинная правда — отец с матушкой уже давно в землице лежат, царство им небесное. Так что я прилично времени уже большая девочка. Ещё бы — шестьдесят годков минуло, как никак.

— То есть, получается что вы необученная ведьма, без образования, без клейма рода, я так понимаю, ещё и без покровителей? — он вопросительно уставился на меня, а я кивнула в ответ. Чего нет, того нет. — И эта необученная ведьма разворотила пространство около границы на двадцать километров вокруг себя и понятия не имеет каким образом? Всё верно?

Я снова кивнула. Слово «ведьма» весьма покоробило — не такая уж я и старая, но деревни и правда подожгла, так что, наверное, заслужила, поэтому смолчала.

— Вы понимаете, что это не просто хулиганство, а преступление, и наказание за него окажется соответственным?

Я похлопала глазами. Нет, всё же лучше прикидываться дурочкой — а то законов не знаю, скандал устраивать сложно. Постаралась робко, но в то же время завлекательно посмотреть на собеседника, но, судя по тому, как того перекосило, его, похоже, не зацепило.

— Погодите, лорд, — вмешался секретарь, — вы же сами сказали, что ведьма не обучена. Такая молодая, неудивительно, что напугалась. Это ведь наверняка первый всплеск вашей магии, милая? — обратился он ко мне.

На слове «лорд» я против воли улыбнулась, вспомнив своего черного как ночь котика. Как он там без меня? Ну, ничего, соседка не даст с голоду умереть, а вот меня он уже вряд ли увидит. Только хотела смахнуть непрошенную слезу, как до меня дошёл смысл последнего вопроса!

Я энергично закивала головой, всем своим видом выражая искреннее недоумение произошедшим; непролитые слезы, кстати, оказались весьма вовремя! Кажется сейчас мой вид смог растопить сердца мужиков, сидящих напротив, потому что, прочистив горло, старикашка спросил хриплым голосом:

— Татьяна, если вы говорите правду, то не согласитесь ли ещё раз всё повторить на кристалле истины, чтобы мы могли вам доверять?

Я нахмурилась. «Кристалл истины», — звучало как-то наподобие детектора лжи, по-нашему. Вряд ли мне понравятся их вопросы. А что я им скажу? Что из другого мира? Что пенсионерка? Ветеран труда? Эх, была не была! Один раз померла, второй уже не так страшно!

— Давайте сюда ваш кристалл! — гордо вскинула подбородок и сжала зубы, чтобы не стучали от страха. Ещё чего, мне ли пугаться двух бумажных клерков!

Секретарь проворно вскочил и скрылся в подсобке, чтобы через минуту прибежать с круглым прозрачным шаром на золотой подставке и крупными разноцветными камнями по ободку. Фи, как безвкусно!

— Всё очень просто, Татьяна. Вы кладёте руку на кристалл, мы задаём вопросы, вы на них честно отвечаете, а кристалл показывает, не врёте ли. Всё ясно?

Я прищурилась:

— А какие критерии оценки честности?

— Что? — выпучили на меня глаза оба.

— Я говорю, как именно кристалл оценивает верность ответов? Правда — понятно, ложь тоже, а если полуправда? Или просто умалчивание? А если я говорю и думаю, что это правда, а на самом деле всё вовсе не так? Он оценивает по моим эмоциям или настоящую правду знает?

— Ведьма, не заговаривай нам зубы! — внезапно рассердился старикашка. Ишь какой обидчивый! — Или соглашайся и отвечай на вопросы, или отказывайся и сразу отправишься в колонию для несовершеннолетних волшебников!

Меня так умилило слово «несовершеннолетних» (ещё бы, я уже лет сорок его в свой адрес не слышала!), что только потом осознала масштаб угрозы.

— Без суда и следствия? — опешила я.

— Именно так! — важно кивнул противный субъект. — Нашего слова достаточно.

— Ладно уж, давайте ваш шар, — проворчала я, но не удержалась и ехидно заметила: — И называть девушку ведьмой — дурной тон. Я же не называю вас Кощеем!

— Кто такой? — заинтересовался секретарь.

— Колдун, Бессмертный. Страшный и ужасный, — мстительно ответила я, одаривая старикашку взглядом, которым мечтала испепелить.

— Так я и есть колдун. Бессмертный, — невозмутимо ответил он. — Только не Кощей, а лорд Костей!

Я прыснула. Ну да, невелика разница. Меня окружают колдуны. Как мило. Обхохочешься.

— Давайте уже быстрее закончим, — проворчал Костей. Нет, определённо он теперь для меня Кощей. Так и буду про себя звать. Главное, вслух не ляпнуть.

Я положила руку на сферу, как мне показал секретарь, а Кощей без предисловий начал засыпать вопросами:

— Как вас зовут?

— Татьяна Грейс.

— Где вы были вчера вечером?

— На вашей границе, около сожжённых деревень.

— Что вы там делали?

— Гуляла, — разозлилась я.

В этот момент кристалл, остававшийся кристально чистым во время моих прошлых ответов, заволокло красным туманом.

— Правду! — прорычал Кощей.

— Понятия не имею, — ответила я совершенно искренне.

На удивление мужчин, сфера опять очистилась.

— Как вы там оказались? — постарался пролить свет на происходящее секретарь. Симпатичный мальчик лет двадцати — двадцати пяти, смуглый, темноволосый, но не такой злобный и въедливый, как Кощей.

— С неба упала, — ответила я.

Вообще-то, это чистая правда, если не считать того, что до этого я переходила дорогу от Пятёрочки к дому и в меня на скорости врезалась машина. Я почувствовала только, как отлетела на несколько метров, а потом плюхнулась на землю уже на этой злополучной границе. Так перепугалась, что от меня во всё стороны пошла красная волна, а потом всюду, куда хватало глаз, загорелся огонь. Вот меня и повязали, когда я с ведром бегала от ближайшей речки до старого деревянного домика на отшибе, огонь на его жилище помогая дряхлому старику тушить пожар.

Шар в этот раз заволокло серым дымом. Красиво. Как тучи на ясном небе.

— Это что значит? — с интересом спросила я, потыкав в сферу пальцем.

— Руки убери, ведьма! — взвизгнул Кощей. Я обиделась, то руки положи, то руки убери! — Это, как ты выразилась, полуправда. То есть, ты сказала правду, но не всю, потому что остальную часть просто не знаешь или не уверена в её правдоподобности.

— Скорее второе, — пробурчала я.

— По правилам допроса, мы не имеем права заставлять тебя подробней отвечать на этот вопрос. Кристалл принял твой ответ, хоть и с натяжкой.

Ишь, какие правильные! Подозрительно, однако! Но не возмущаться же, в самом деле!

Я с благодарностью уставилась на чудо техники. А вовсе он и не безвкусный — миленький такой, кругленький.

— Продолжим. Правду ли вы сказали, что у вас нет родных?

— Да.

— А почему у вас нет клейма рода?

— Потому что я не знала о его существовании, — я ответила максимально честно, а сама с опаской наблюдала за реакцией собеседников.

И она не заставила себя ждать. Их лица вытянулись, и секретарь с неверием протянул:

— Быть не может… Как такое возможно?

— Вот так, — пожала я плечами. — Кристалл мои слова подтверждает, значит, я говорю правду.

Мужчины переглянулись, но всё же решили добить процедуру до конца.

— Это ваше первое проявление магии?

— Да.

— Вы знаете, кто вы, и много ли у вас знаний о силе ведьм?

— Нет, — и это истинная правда. Если на Земле я трудилась простым маляром, то кем являюсь сейчас, для меня загадка. Я даже в зеркало ещё не смотрелась!

— Есть ли у вас плохие мысли или намерения против правящей семьи Албании?

— Нет.

— Хотите обучиться магии?

Я задумалась. Если я не ошибаюсь, и в том мире я умерла, то здесь могу начать всё сначала. Ведьма не ведьма, а обучение — всё же реальный шанс с чего-то начать новую жизнь. Поэтому я решительно тряхнула непривычно длинными пепельными волосами и смело ответила:

— Да.

Потом подумала и уточнила:

— Это бесплатно?

— Не совсем. Если вы поступаете в Академию Грейсли, то ваше обучение, содержание, питание оплачивает правящая семья. А вы, в свою очередь, после окончания Академии, обязаны ответно отработать на благо государства три года по своей специальности.

Хм, бюджетное образование с отработкой. Тоже мне, сказка! Но и не такая уж и суровая реальность…

— Я согласна!

— Отлично! Тогда, ведьма Татьяна Грейс, — добро пожаловать в Академию Грейсли!

Кощей щёлкнул пальцами, и за моей спиной образовался чёрный портал, похожий на чернильную кляксу. Меня подхватило порывом ветра и затащило внутрь, чтобы в следующую секунду выплюнуть плашмя на дорожку перед входом в Академию.

Над головой прозвучал звучный голос:

— Добро пожаловать в Грейсли! Ведьма???

Важное предупреждение!

Дорогие читатели, добро пожаловать в новую историю, открывающую целую серию «Академии Грейсли», в которой каждая книга самобытна, а герои индивидуальны.

Данная книга писалась, чтобы поднять настроение автору и читателям! Героиня Татьяна Грейс — импульсивна, вспыльчива, грубовата и лучше находит общий язык с парнями, а не с девушками. Кто ожидает увидеть бабушку — божий одуванчик, умудрённую годами и сединами — вам не сюда.

Все остальные — держитесь за свои животики — ведьма Грейс заставит вас плакать от смеха!

Глава 2 О, Боже, какой мужчина!

Я встала и отряхнулась. Что за ужасная манера называть меня ведьмой?! Сговорились они, что ли?

Хотела уже поднять голову и осмотреться, но взгляд зацепился за кожаные лакированные туфли коричневого цвета. Даже с такого расстояния от них шёл флер помпезности и огромной цены. Что ж, рассмотрим что там выше…

Строгие тёмно-коричневые брюки, зауженные к низу, такого же цвета пиджак, под ним элегантный жилет темнее на пару тонов, белая рубашка и массивные золотые часы на левой руке.

Наконец, в зону видимости попало лицо. Хотя сначала я уставилась на ярко-красные с бордовыми прядями волосы, достающие до лопаток, небрежно связанные в низкий хвост. Жуть тут мода. А потом обнаружилось лицо…

Высокий лоб, упрямый подбородок, крупные скулы с двухдневной тёмной щетиной, аристократичный нос. Чуть выше — тёмно-бордовые брови вразлёт и пронзительные зелёные глаза.

О, Боже, какой мужчина!

Я чуть не облизнулась. Идеален! Он действительно идеален! Беру! Упакуйте, пожалуйста!

Момент казался прекрасным ровно до той секунды, пока идеальный мужчина не открыл рот.

— Адептка, немедленно прекратите на меня так плотоядно пялиться! Я, конечно, слышал, что ведьмам чуждо понятие благородства и всех приличий вместе взятых, но не думал, что увижу это собственными глазами.

— Чего? — опешила я.

— У вас, кроме отсутствия манер, ещё и проблемы со слухом? — он вздёрнул левую бровь.

— А вы поаккуратней на поворотах, мистер! Какая я вам ведьма?

— Самая обыкновенная, — невозмутимо ответил мужчина. — Где ваше приглашение? Вы опоздали к вступительным экзаменам!

— Нет у меня никакого приглашения, — начала заводиться я. — Меня к вам, между прочим, отправили не особо спрашивая, точнее, выбора предоставили не так уж и много. И ни о каких вступительных экзаменах я знать не знаю!

— Нет приглашения? Неужели? А это что? — он резко наклонился ко мне и выхватил торчащий из-за пояса сложенный в трубочку белый листок. Могу поклясться, что еще минуту назад его там не было!

— Так, так, — красноволосый мужчина читал и время от времени бросал на меня заинтересованные взгляды. Наконец, зелёные кошачьи глаза перестали блуждать по документу, и он, свернув его обратно в трубочку, невозмутимо обратился ко мне, как будто только увидел:

— Рад приветствовать вас, Татьяна Грейс, в Академии Грейсли — лучшей Академии страны, где обучаются самые родовитые и талантливые маги со всего королевства! Меня зовут Брейдон Никс, я — ректор данного учебного заведения. В качестве исключения и при наличии определённых обстоятельств, вам разрешено начать обучение без прохождения вступительных испытаний, но, согласно кодексу Академии, мы должны проверить ваш уровень магии, а также её направленность, дабы подобрать наиболее подходящий факультет. Где ваши вещи?

Я демонстративно оглянулась по сторонам и пожала плечами.

— Нет вещей? — не поверил ректор.

— Как видите, — я развела руки в стороны.

Он задумчиво потёр переносицу, потом тряхнул алой головой и решительно произнёс:

— Ну, нет так нет. Следуйте за мной!

Развернулся на каблуках и пошёл к входу в здание.

Я скептически прищурилась, но всё же поплелась следом. Ну, а что мне оставалось? Не требовать же, в самом деле, чтобы здешние маги меня обратно на Землю под колёса машины вернули! А здесь есть шанс ещё раз прожить жизнь. И кто знает, может, даже более счастливо?

Склонностью к долгим размышлениям и затяжным страданиям я никогда не отличалась, поэтому, пофигично хмыкнув, начала глазеть по сторонам.

А посмотреть было на что! Академия Грейсли (надо же, будто для меня построена!) походила на что угодно, но только не на учебное заведение. Ни тебе унылых серых стен, ни однообразных окон. Больше всего это напоминало… старинный замок. Белые колонны, отражающие солнечный свет и ослепляющие в погожий день, поднимались прямо в небо и заканчивались конусообразными коричневыми шляпками, аля-белый гриб. Само здание, в четыре этажа вверх и, как я смогла заметить по полуподвальным окнам, ещё точно одним этажом вниз, возвышалось перед восторженным взором, но не давило своей монументальностью, а, скорее, приглашало познать радости обучения, молодости и жизни. Множество затейливых балкончиков, увитых разнообразными яркими цветами, напоминало каскад клумб, раскинувшихся на белом снегу.

Внутри всё так же сияло белизной и мрамором. Господи, как они всё это отмывают?! Белая лестница с золотыми перилами, прямо посередине огромного холла, вела на второй этаж, а дальше расходилась широкими коридорами, напичканными белыми дверями с золотыми наличниками и ручками.

К этой-то лестнице меня и подвели. Брейдон, не останавливаясь, начал неспешно подниматься, а я не удержалась и поскребла ногтем золото на перилах.

— Что вы делаете?

Я вздрогнула от вопроса и чуть смущённо, но больше возмущённо, подняла глаза на ректора.

— Хочу проверить, настоящее ли золото…

— И как? — кажется, впервые за всё время нашего знакомства, мне удалось увидеть какое-то подобие улыбки на породистом лице.

— Не знаю, — буркнула я. Действительно, откуда мне знать, как определить подлинность золота?

— Тогда, может, вы оставите сие занимательнейшее занятие и пройдёте на второй этаж? — издевался, гад. Ну, ничего, я тебе ещё припомню!

— А где все? — нет, конечно, обстановка впечатляла роскошью, но на ближайшие сто-двести квадратных метров я больше никого не наблюдала, поэтому эхо от наших шагов гулко разносилось по коридору.

— Все? — переспросил мужчина, не сбавляя хода.

— Ну да. Все, кто здесь может быть. Преподаватели, студенты, уборщики, в конце концов!

— Адепты заселяются в общежития — это соседние здания, преподаватели там же, помогают с расселением, а что касается уборщиков… Вы росли в немагической стране? — непонятно почему, поинтересовался он.

— С чего вы взяли? — я вся напряглась, ожидая продолжения.

— Вы не с Эро́й, которое считается королевством ведьм. Иначе у вас бы имелись соответствующие документы. И, судя по тексту письма, которое принесли с собой, вы пробили защитный купол страны, значит логично, что до этого жили за пределами Албании. Восточнее как раз Королевство Анания, где магов мало и основное население — обычные люди. Соответственно, не так часто появляется возможность увидеть, как порядок в помещениях поддерживают магией. Вы оттуда?

Я неопределённо пожала плечами и промолчала. Пусть думает, что хочет.

— Не хотите говорить — ваше право, — усмехнулся ректор и отправился дальше.

— Погодите! Брайдон!

— Ректор Никс, — поправил он. — В этих стенах меня зовут именно так, в крайнем случае, ректор Брейдон, но не как не Брайдон!

— Простите, — буркнула я и вздохнула. — Поназывают детей, а потом язык сломаешь выговаривать.

К моему стыду, меня услышали.

— Это довольно популярное здесь имя и оно никого не удивляет, в отличие от вашего. ТАТЬ-ЯНА. — по слогам произнёс он.

Странно, обычно все спрашивали про мою фамилии — Грейс. Папа говорил, что это от того, что его мама — моя бабушка, с англичанином в молодости согрешила. Англичанина этого она никогда больше не видела, а вот фамилия осталась.

— И удивительно созвучна с названием Академии. — Это на каком наречии, Тать-яна? — повторил ректор, но, заметив, что я не собираюсь ему отвечать, перевёл тему: — Так что вы хотели спросить?

— Я хотела спросить, почему мне позволили учиться в вашей Академии? Если я, как вы говорите, иностранка и непонятно откуда взялась, и если, тем более, у вас настолько престижное учебное заведение?

— А вы знаете, что после окончания обучения вам нужно отработать три года? — вместо ответа спросил он.

— Да, что-то такое мне говорили, — потерла я переносицу.

— Так вот, мисс Грейс, для страны важно заполучить ведьму с таким потенциалом, как у вас. Если вы, по окончании обучения принесёте клятву верности Албании, то сможете стать ценным приобретением для всей королевской семьи.

Он остановился перед массивной дверью в конце коридора на втором этаже и отпер её резным ключом.

— Прошу!

— Я не приобретение! — возмутилась запоздало. Ещё чего надумали! Как вещь какую-то разыгрывают! Сначала обучат, а потом попользуются!

— Мисс Грейс, пройдите в кабинет, я постараюсь сгладить неловкость своего ответа объяснением.

Недовольно пыхтя, я прошмыгнула внутрь. Ну что, скажу я вам, неплохо живут ректоры академий!

Кабинет занимал сорок квадратных метров, не меньше. А у меня глаз наметан, как-никак тридцать лет со строительной бригадой маляром отработала! Белые стены под пять метров высотой заканчивались таким же белым потолком с искусной золотой лепниной. Большое количество люстр покачивалось на золотых цепях и подсвечивало пространство вокруг равномерным светом.

Окна занимали всю западную стену. Вечером, наверное, некомфортно работать — солнце бьёт в глаза. Интересно, здесь тройной стеклопакет?

Проверить мне не дали, мягко подтолкнув в спину, в сторону большого вычурного кресла из натуральной кожи. Я даже понюхала коричневую обивку. Точно натуральная.

В точно такое же кресло сел Брайдон, нет, Брейдон. Какое всё-таки ужасное имя у человека! Он положил руки на дорогущий массивный стол из красного дерева и сцепив пальцы в замок, задумчиво посмотрел на меня.

— Во сколько обошёлся ремонт кабинета? — брякнула я. Не, ну а что? Надо же узнать местные расценки, может, я вернусь здесь к своей профессии? Не сказать бы, что я от неё находилась в некотором в восторге, но привыкла же. Да и надёжная она, как вот этот стол. Дома строятся везде и всегда, а значит, и маляры пригодятся. Ну, я так думаю.

— Что? — кажется, впервые я серьёзно удивила этого человека. Он смотрел на меня со смесью непонимания и опасения.

Кажется, всерьёз начал думать, что в его Академию направили сумасшедшую.

— Ничего, не обращайте внимания. Так что там с приобретением?

— Прошу прощения, неправильно выразился. Вы — не приобретение, само собой, разумеется. Но для страны ценно получить такого одарённого работника, хоть и на время. Те, кто работает на королевскую семью, приносят ей клятву верности, а значит, не навредят королевскому дому. А вы, если сможете закончить обучение, действительно могли бы стать очень одарённой магичкой. Конечно, на границе ваша сила выглядела больше разрушительной, но тем не менее и ей найдётся применение. И даже, несмотря на то, что вы ведьма, я думаю, вы смогли бы учиться у нас и не вылететь сразу после первого семестра.

— Да почему ведьма-то? — взвилась я.

— А кто же вы? — удивился он. — Вы себя как-то по-другому называете? Ваша магия, ваш вид, ваша аура. Вы принадлежите к роду ведьм. У нас в Академии ведьмы не учатся, так как в нашей стране их практически нет, да и направление магии у них немного другое, но…

— Какое? Какое обычно направление? — знаю, перебила, но вопросов слишком много, чтобы я слушала молча.

— Все ведьмы обучаются только на факультетах зельеварения, либо взаимодействия с магическими существами, фамильярами, то есть. Я первый раз вижу ведьму, обладающую магией стихии.

— А ваша Академия?..

— Правильно. Академия Грейсли, специализируется на стихийной магии. И хотя предметы зельеварения и взаимодействия с магическими существами у нас тоже есть, им уделяется не так много внимания, и идут они дополнительными дисциплинами.

Я рассеянно кивнула. Понятно, что ничего не понятно. А если начну спрашивать, то выставлю себя полной дурой. Нет уж, лучше молчать, потом всё узнаю, ведь узнаю же?

— И куда тогда меня?

— А вот это мы сейчас и выясним! — бодро отрапортовал ректор Никс и вытащил прозрачную сферу.

— Опять?! — взвыла я.

— Что опять? — не понял ректор.

— Это кристалл истины?

— Нет, — он недоуменно на меня уставился, — это сфера силы. Она определит, какой уровень магии у вас на данный момент имеется, и подберёт подходящий факультет.

— А уровень магии не на данный момент, а вообще, определить можно? — заинтересовалась я.

— Потенциал, вы имеете в виду?

— Ну да, именно потенциал.

— К сожалению или к счастью, нет. Так что вы сможете добиться всего, чего захотите, если приложите максимум усилий, — обрадовал он меня.

Я только глаза закатила. И здесь пропаганда светлого будущего! Надо только сложить голову на этом камне и полностью сгрызть гранит науки.

— Ладно, давайте сюда ваш шарик силы, — великодушно разрешила я.

Сфера перекатилась ко мне в руки.

— Не бойтесь! — ректор ободряюще потрепал меня по плечу, протянув руку через стол. — Девушки попадают либо на факультет защитников, либо целителей и артефакторов, крайне редко на боевой факультет. А ещё есть отдельные факультеты по стихиям, туда тоже есть шанс попасть, особенно на факультет огня.

Тем временем шарик в моей руке нагрелся и постепенно начал наполняться золотыми огоньками внутри.

— Так, Татьяна, теперь давайте считать огоньки — чем их больше, тем выше уровень силы.

Мы дружно уставились на кристалл и считали вслух:

— Один, два, три… Четыре, пять, шесть.

— Шесть, — провозгласил ректор. — Что ж, неплохо. Не блестяще, конечно, но для целителя и артефактора сойдёт. Ваш всплеск магии на границе не в счёт — это как раз, скорее, относится к потенциалу, и не факт, что вы дотянетесь до этого уровня (спонтанные выбросы магии всегда намного сильнее резерва) и сможете его использовать по собственному желанию. Но раз тайная канцелярия отправила вас к нам, то кто мы, чтобы с ней спорить? Так, теперь, что у нас с факультетом?

Он сделал замысловатый пас рукой, и золотые огоньки, коротко вспыхнув, погасли, а вместо этого сферу заволокло туманом, который, мигая, начал менять цвет. С зелёного на жёлтый, с жёлтого на красный, с красного на синий и так далее.

— Он подбирает вам факультет, сопоставляя возможности с вашей магией, сейчас определится, — подсказал Брейдон.

А шарик всё мигал и мигал. А потом опять мигал и мигал, наконец, видимо определился и всё пространство сферы почернело.

Ректор нахмурился.

— Дайте-ка его сюда, Татьяна, — он требовательно протянул руку.

Я пожала плечами и отдала сферу.

— Что-то не так?

— Не могу понять, — мужчина крутил в руках кристалл, который никак не хотел менять свою черноту на что-то другое. — Вы же девушка, да и уровень магии слабоват, а о физической форме вообще молчу. Почему он?

Я хотела было возмутиться. Это что значит: «О физической форме молчу»?! Да у меня в жизни никогда раньше не было такого стройного, подтянутого тела! В мою молодость, знаете ли, пышечки были в моде. Но благоразумно решила лишний раз рот не открывать, а вместо этого поинтересовалась:

— Так какой это факультет?

— Факультет стражей, — мрачным голосом ответил он.

— Стражей? — повторила как эхо. Перед мысленным взором пронеслись кадры из известных фильмов с пузатыми охранниками, держащими наперевес длинные алебарды. А в голове зазвучала песня из известного мультика: «Ох, рано встаёт охрана!»

— Да, высококлассных разведчиков, служащих тайной канцелярии и внутренних ведомств. Многие из стражей становятся политиками. Есть только одна проблема.

— Какая? — тут же заинтересовалась я.

— Там не бывает женщин. Вообще. Никогда.

Наверное, на меня должны были произвести впечатление его слова, но я лишь пожала плечами. Тоже мне, средневековое общество.

— Ну, не было, значит будут. Всё когда-то происходит впервые, в чём проблема?

— А как вы собираетесь учиться на курсе с одними юношами?

— Надеюсь, успешно, — усмехнулась я. Знал бы он, что я всю жизнь проработала с мужчинами. И совсем не трепетная дева. Скорее — «свой парень».

— Мне другое любопытно, — я опёрлась локтями на ректорский стол, положила голову на поднятые кулачки и задумчиво посмотрела на ректора. — Вы определяете, на какой курс отправить студента…

— Я предпочитаю называть их адептами, — поправили меня.

— Хорошо, пусть адепта. А самого его спросить не хотите? Мало ли, к чему у него склонности и какие таланты? А как же свободный выбор, веление сердца и так далее?

Меня смерили не менее задумчивым взглядом.

— А какой факультет вы бы выбрали?

— Мне действительно дадут самой выбрать? — я даже оживилась.

— Нет, — тут же плюхнули с небес на землю. — Кристалл силы распределяет не только по направленности магии, но считается, что он просчитывает будущее, поэтому его решения не оспариваются.

— Будущее переменчиво, — я посмотрела мужчине прямо в глаза. — Никто, кроме меня, не может выбирать как жить и как поступать. Я сама выбираю своё будущее. А не какой-то шар.

Брейдон прищурился, и в его глазах зажглись золотые искры. Он опёрся руками на столешницу и склонился над моим лицом, перевесившись через стол.

— Хотите проверить, адептка Грейс? — его голос утратил сухую официальность, став низким, глубоким, срывающимся в утробное рычание. По спине побежали мурашки.

— Что проверить? — это мой голос? Батюшки, какой противный! Скорее, писк комариный. Мысленно дала себе оплеуху. Ну же, Танька, ты что, мужиков никогда не видела?

Внутренний голос возмутился, что нет, таких точно не видела: шикарных, крепких, со скрытой, почти звериной мощью, дорогущим парфюмерным ароматом и восхитительными ноздрями.

Мысленно опять дала себе затрещину. А ну, хватит! Соберись, тряпка!

— Если вы будете долго стоять в такой неудобной позе, — выдохнула я вместо всяких глупостей, которые вертелись на языке, — то недолго и ревматизм заработать. А он, знаете ли, практически не лечится.

Лицо напротив ухмыльнулось, и ректор Никс выпрямился, застыв передо мной памятником мужскому высокомерию. На лицо опять вернулась холодная маска учтивости и полного безразличия.

— Так что, адептка Грейс, насколько вам интересно послушать моё предложение? Специально для вас, — он весьма ехидно проговорил эту фразу, — я сделаю исключение — если вы отучитесь один семестр на факультете стражей, то я разрешу перейти на любой выбранный вами факультет, но, естественно, при прохождении вступительных экзаменов.

— А какой вам в этом смысл? — я озадаченно уставилась в лицо мужчине.

— Ну, формально я не могу противиться воле кристалла. Но, если быть откровенным, у меня нет никакого желания пускать на элитный факультет… вас, — он явно хотел сказать что-то другое и только усилием воли подавил свой порыв и презрительный взгляд, направленный на мою тушку. Что он там увидел? Я-то сама себя ещё не видела!

— А потом разбираться с тайной канцелярией, почему вы случайно погибли.

Я икнула.

— В смысле?

— А вы думаете, что занятия, практики и зачёты там чисто теоретические? — он иронично поднял бровь. — Если вас случайно заденет боевым заклинанием одногруппника или даже собственным, то вы превратитесь в горстку пепла. Или в рукопашном бою не рассчитают силы и выбьют зубы. Или вы упадёте с тренировочной площадки на железные колья.

— Я поняла, не продолжайте, — прервала я его. — А как ваше предложение может продлить мне жизнь?

— На первом курсе, а тем более в первом семестре помереть не так легко, — равнодушно объяснил он мне.

— Ооо, это… мило, — я растерянно посмотрела по сторонам и задумалась.

До этого мне даже захотелось пойти к стражам, но отсутствие выбора так взбесило, что дальше уже не соглашалась из чистого упрямства. Теперь же это желание только укрепилось. Надо постараться не думать о том, где придётся учиться через несколько месяцев, и сосредоточиться на перспективах, назад дороги всё равно нет.

— А без проблем! Только я хочу какой-нибудь буклетик с описанием других факультетов, предметов на них и будущего устройства в жизни с подобным образованием. Без этого, боюсь, точный ответ, хочу ли я поступать в вашу Академию, я дать не смогу.

Ректор усмехнулся.

— А вы нахалка, Татьяна Грейс.

Я только пожала плечами на это заявление.

— Хорошо, — продолжил он, — будет вам буклетик.

Он взмахнул палочкой (круто, волшебные палочки как у феи Крестной! Не деревянные, а металлические, даже, похоже, серебряные, крепкие и острые на конце. Если не научусь с ней обращаться, то буду использовать как колюще-режущее оружие), и мне в руки плавно опустился свёрнутый в трубочку свиток.

— Жду ответ к вечеру. А пока осмотритесь в Академии, можете зайти в столовую. В вашу комнату определят после того, как дадите ответ. Если ваше решение окажется отрицательным, я, так и быть, отправлю обратно к сыщикам. А сейчас, ведьма, у меня есть ещё дела!

Я опять пожала плечами и вышла. Что ж, времени до вечера предостаточно, пойду-ка я действительно поем.

***

Когда дверь за адепткой закрылась, Брейдон раздражённо откинулся на спинку кресла.

Вот что на него нашло?! С чего вдруг он потерял контроль над сущностью и повёлся на провокации этой ведьмы?

Кристалл силы никто не может переиграть. Да и зачем? Он избавляет людей от многих проблем, проблем с выбором, например. Так что стоило без всякого сомнения отправить её к стражам, тем более что на всю страну только в его Академии есть такой факультет. Значит, именно сюда девушку привела судьба.

Только вот первый раз за всю историю Академии сфера отправляет к стражам девушку. Что ей там делать? Девушкам не место в политике, не место в элитных войсках. Хотя в Академии Грейсли ведьме вообще не место, так что чему удивляться?

Пусть попрыгает, побегает. В том, что ей удастся закончить первый семестр есть огромные сомнения. Так что-либо она сдастся и просто вылетит, либо примет условия пари — формально они выполнят волю кристалла, а потом Татьяна перейдёт на более мирную специальность.

А что до её силы… Шестой уровень — это, конечно, кот наплакал. С другой стороны, на границе выплеск энергии показал не менее пятидесятого. А значит, потенциал у девчонки есть и не маленький. Не зря в тайной канцелярии решили её обучать, а не запереть где-нибудь в казематах. Там свои интересы и простым смертным они вряд ли раскроют свои тайны.

Только вот Брейдон не простой смертный.

Ректор решительно поднялся и, взмахнув палочкой, ушёл в портал. Пора поговорить со старым хрычом Костеем, кажется, он давно задолжал разговор.

Глава 3 Первое знакомство с Академией

Я неверяще щупала лицо. Потом волосы, потом грудь. Нет, это явно не моё!

В просторной уборной для девочек, которая больше напоминала французский ресторан, во весь мой рост стояло зеркало. И именно у зеркала стояла я. Хотя… Это точно была не я.

В зеркале отражалась молодая девчонка, на вид не более восемнадцати — двадцати лет. Миловидное овальное личико, голубые глазки обрамляли пушистые ресницы, небольшой курносый носик в милых веснушках, алые пышные губки капризно сложены бантиком, который я тут же с усилием распрямила. Ещё чего не хватало — на моём… пока моём лице такую пошлятину демонстрировать!

Но больше всего приковывали взгляд длинные волосы, мягкими прядями ниспадающие на плечи и грудь. Они оказались поразительного, пепельного оттенка, который в свете люстр на потолке отливал то чёрным золотом, то блестящим серебром. Я даже корни волос внимательно изучила, пытаясь понять, краска это или натуральные. Вроде свои. Обалдеть!

После них пышные формы где надо, и узенькие, где пышных не надо, смотрелись вполне естественно.

Куколка, а не человек!

Девушка в зеркале выглядела весьма привлекательно. И очень похоже на меня в юности. Но она явно не была мной. Точнее, я могла бы быть такой, если бы не суровая жизнь, ранняя работа, неудачный брак и так далее, и тому подобное. А ещё, я вдруг поняла, почему меня все называют ведьмой! Не, ну а как вы бы назвали девушку в короткой юбочке-солнце в синюю клетку и белой короткой блузочке с таким глубоким вырезом, что я сама туда достаточно долго пялилась? И несколько тоненьких беленьких тесёмочек, служащих якобы для сокрытия обзора, явно дело не спасали. Удивительно, как все мужчины, которых я сегодня встретила, умудрялись смотреть мне в глаза, а не туда, куда я сейчас сама удивлённо уставилась.

На ногах я ещё раньше заметила длинные тёмно-синие ботинки на огромном толстом каблучище, украшенном такими же завязками. А вот истинно ведьминскую шляпу на голове как-то не почувствовала. Этот старый головной убор явно просился на помойку: драный, залатанный, с широкими чёрными, но уже выцветшими полями и отвратительным длинным кончиком, уныло спускающимся вниз на половину высоты.

Завершал образ чёрный рваный плащ на ужасной облезлой пуговице непонятного оттенка. Мда… Красотка! Метлы не хватает!

Хотя, как по мне, в таком виде за метлу браться нежелательно — начнёшь землю подметать, наклонишься, и сразу вся срамота вывалится! Ну, а что же ещё с метлой делать? Не летать же!

Я решительно затянула тесёмки на блузке, до максимума натянув ткань на груди, и прикрыла огромный вырез, завязав верёвочки узелком под самым горлом. Чтобы не выглядело так странно, запахнула плащ посильнее и направилась искать столовую.

Должны же в этой Академии находиться хоть какие-то люди! Вернее, студенты. Или как нравится ректору — адепты.

И я оказалась права! Стоило мне спуститься на нижний этаж, а я не сомневалась, что столовая находится именно там, где-нибудь за широкой лестницей, как учуяла одурманивающий запах выпечки и жареного мяса, а затем и голоса. Много голосов. Скорее, похожих на улей пчёл — так много их звучало.

Я зашла в безразмерное опять же белое помещение, в котором вдоль стен прямо из пола росли длинные побеги цветов. Они оплетали собой всё пространство и устремлялись к потолку. На длинных тонких лианах ярко выделялись острые шипы и ярко-алые розы. Меня передёрнуло. Не дай Бог, в такую стену случайно влететь — проткнёт насквозь!

По всему периметру столовой разместились небольшие круглые столики на четыре-пять человек. Некоторые адепты сдвигали свои столы вместе и сидели более крупными компаниями. Какое нерациональное использование пространства и мебели! Прямоугольные столы намного эргономичней и вместили бы больше желающих сидеть рядышком.

В дальнем конце виднелись столики раздачи, и их насчитывалось так много, что разбегались глаза. Дородные поварихи лихо накладывали своим подопечным любое выбранное блюдо и не скупились. Ох, если я начну здесь столоваться, то скоро опять обзаведусь привычными формами и весом под сто кило. А теперь подобной участи уже не хотелось. Я почти с ненавистью посмотрела на поварих и их непозволительно аппетитную стряпню. Кажется, сейчас слюной подавлюсь.

Но, несмотря на мои претензии, тут казалось довольно мило. На каждом белом столе стояла небольшая узкая белая ваза с кроваво-красным цветком, хотя сами адепты одевались в разноцветную форму. Могу предположить, что цвет формы совпадал с цветом факультетов.

Моё появление мельком оценили люди с ближайшего столика. Пара крупных парней, почему-то с зелёным оттенком кожи, развернулась ко мне и уставилась немигающим взглядом маленьких чёрных глазок, почти скрытых под кустистыми бровями и зелёным носом картошкой. Я как-то сразу засомневалась, что они люди.

— Смотри-ка! — неприлично тыкнул в меня пальцем один из них. — Ведьму забросило! Что ведьме может понадобиться в Грейсли? Эй! Ведьма! — говоривший прищурил и без того малюсенькие глазки. — Ты что тут делаешь?! Уроков кройки и шитья у нас не водится! — и уродцы противно загоготали.

— Тебя забыла спросить, зелёный носик, — безэмоционально обронила я, направляясь к столу с мягкой выпечкой. Я там присмотрела пирожок и искренне надеялась, что он с капустой.

Но моим планам не суждено было сбыться. Меня грубо схватили за шкирку, прямо за плащ, и приподняли над полом. Ткань угрожающе натянулась прямо под горлом, заставляя захрипеть.

— Ай! — сдавленно и как-то совсем не воинственно пискнула я.

— А ну, повтори, что сказала, заморыш! — прорычали мне в лицо.

От смердящего аромата ненадолго потемнело в глазах. Батюшки, это ж сколько нужно глотку не чистить, чтобы так воняло?!

— Поставь меня на землю! — заявила я требовательно под громкое улюлюкание и смешки по залу. Хотя, кинув взгляд вокруг, поняла, что происходящим интересуются не больше десятой части обедающих. Большинство даже не посмотрело в нашу сторону, бесстрастно поедая пищу и только чуть морща задранные носы.

— Неет. Ты другое сказала, малявка! — издевательски протянул зелёный громила и ещё раз встряхнул меня.

— Ай! — где мой командирский голос, отточенный годами тренировок? Что это за мышиный писк?!

Самое обидное, что в голову ничего не приходило. Ни одной связной или язвительной мысли. Видимо, вместе с телом мне достались и мозги его обладательницы — уж очень мало чего сейчас помещалось в аккуратную черепушку.

— Поставь ведьму на место, — лениво бросили откуда-то сбоку. С левого боку. Громила, держащий меня, резко обернулся, ну, и я вместе с ним, неаккуратно выбив пролетевшим каблуком стакан сока из рук тихого мальчишки в огромных очках, вжавшегося в спинку кресла и старательно мимикрировавшего с обстановкой, чтобы его не заметили.

Когда перед глазами перестало крутиться, я сфокусировала взгляд на говорившем — через два столика от нас сидел шикарный брюнет в окружении не менее шикарных сородичей. Почему сородичей? А как ещё объяснить их неуловимое сходство и почти звериную ленивую грацию. И почти такую же угрозу, таившуюся в каждом движении.

Брюнет продолжал через трубочку цедить напиток из длинного стакана, разглядывая меня с ленивым прищуром. Я тоже рассмотрела его — хорош, чертяка! Гибкий, накачанный, похожий на дикого зверя. Глаза чёрные-чёрные, от этого завораживающие и немного пугающие.

— Она меня оскорбила! — нахмурилась моя вешалка.

— На правду не обижаются! — подала голос я, за что меня еще раз как следует встряхнули. — Ай!

— Да мне плевать, — меланхолично отозвался черноглазый красавчик, не переставая потягивать напиток. Вот же присосался, меня тут, можно сказать, убить пытаются, а он даже с места не сдвинулся. — Своими поросячьими визгами вы мешаете нам обедать.

Тут уж мы с зеленомордым возмутились оба!

— Тоже мне цаца! — высказала я наше общее негодование.

Красавчик смерил меня более пристальным и, клянусь, более презрительным взглядом.

— Помолчи, ведьма, не с тобой беседы веду.

— Какая жалость! Сейчас подохну от расстройства! — я скорчила не менее презрительную гримасу, которая в сочетании с натянутой под шеей тесёмкой плаща явно сделала меня похожей на обиженного хомяка.

— Нарываешься, девчонка, — зло прищурился черноволосый.

— В очередь! — возмутился громила.

— Ты же вроде меня спасать собирался, чтобы поесть спокойно, забыл, милый? — я постаралась сложить руки на груди. Но в подвешенном состоянии это вряд ли выглядело устрашающе, потому что, закатив глаза, парень с раздражением произнёс:

— Поставь её на пол, орк, и исчезни с глаз моих, чтобы я больше тебя не видел. А ты, пошла вон, не нарывайся когда не следует, не то в следующий раз не посмотрю на то, что ты девушка, — и он, высокомерно скривив губы, развернулся к своим товарищам, похоже, совершенно не сомневаясь, что его команды немедленно выполнят. Сидящие с ним за всё время разговора на нас даже не посмотрели.

На удивление, меня и правда мягко приземлили на пол и даже отряхнули плащ. Ну или свою руку о плащ, я не совсем поняла, потому что спешно ретировались за свой столик. Я только плечами пожала. Странно. Разные же весовые категории, и, чисто с моей точки зрения, зеленокожий шрек явно посильнее худосочного парнишки. Ну, это моё мнение, а тут мир магический, мало ли, чего я не знаю.

Хотела развернуться и наградить спасителя какой-нибудь высокомерной тирадой о том, что в его помощи я не нуждалась, но ничего остроумного в голову не пришло, поэтому, ещё раз пожав плечами, просто пошла накладывать себе еду, благо, вроде она бесплатная, как и обещали.

Кормят здесь на загляденье! Я с удовольствием рассмотрела свой поднос. Ароматный куриный супчик с лапшой, пюре с тефтельками, пара салатов, немножко пирожков… каждого вида и ярко-красный сок. Надеюсь, что это не кровь для вампиров, а всё же компот.

Зря я беспокоилась — еда простая, привычная и очень вкусная. Никакая Турция не сравнится. Пожалуй, не зря я здесь осталась. Если ещё придумать, как можно вообще поселиться в этом мире и не отрабатывать, а лучше вообще не работать, то ляпота полная.

Но скоро здравый смысл пресёк на корню мои корыстные планы, требуя здраво посмотреть в лицо перспективам.

А перспективы виделись, прямо скажем, не блестящие.

Если (если!) я выживу в первом семестре у стражей, где учатся одни мужчины и установлены зверские порядки, то только тогда смогу перейти на любой другой факультет. Мне бы желательно какой-нибудь без магии, а то ей же ещё управлять надо, а это опасно, как ни покрути. Может, тут действительно есть курсы кройки или шитья?

Я развернула свиток, данный мне ректором, и уставилась в него.

Сначала испугалась, что буквы совершенно незнакомые, но после пригляделась и с удивлением обнаружила, что я вполне понимаю написанное.

Всё так, как и говорил ректор Брай… Брейдон. Тут есть факультет целителей, защитников, артефакторов; отдельные факультеты на каждую стихию: огненную, водную, а ещё воздуха и земли; боевой, ещё плюс к этому некромантов и, наконец, стражей.

Про Стражей, куда я в первую очередь сунула нос, написали крайне мало. Только то, что факультет элитный и чтобы на него попасть, надо пройти фигову кучу испытаний, а ещё, что будущее трудоустройство обеспечено. И всё. А что, куда — это вы сами разбирайтесь. Я разбираться не хотела и со вздохом неизбежности перевела глаза на другие строчки.

Некромантов и боевиков я отмела сразу, как только прочитала описание факультетов. Ни махать кулаками, ни будить мёртвых у меня никакого желания не возникло. Да и способностей, откровенно говоря, тоже не замечалось.

Так, что там дальше — стихийники. Судя по тому, что произошло, когда я попала в этот мир, огонь во мне точно есть. Вот в этом-то как раз и проблема — мне он и даром не нужен. Для чего? Костры разводить? Поджигать дома одиноких стариков? Или делать куриц на вертеле? Мало того, я совершенно не чувствовала в себе никаких изменений, разве что пришла голодной, а постепенно становилась сытой.

С этими мыслями я задумчиво сунула ещё один пирожок в рот и так же медленно, как его жевала, раздумывала. Если меня направили в Академию Грейсли, стало быть, стихийники здесь в моде; с другой стороны, как по мне — самый бесполезный народец. Ими только разрушать что-нибудь можно, но нельзя же всем идти в армию здешнюю…

В общем, стихийники меня не интересуют. Что там дальше?

Лекари? Печально. У меня разве что кактусы дома не дохли, и то искусственные.

Не подходит. Дальше!

Защитники. Ну, это те же боевики, только наоборот. Хотя, как по мне — от перемены мест слагаемых сумма не меняется.

Жалко, что, как ректор сказал, здесь нет факультета зельеварения. А что? Не сложнее супа: тут порезал, там смешал — сварил и готово!

Зато есть артефакторы. Так-с. Создание амулетов, артефактов… Трам-пам-пам. Есть возможность после обучения открыть собственное дело, а также пойти на крупные производства. Ну наконец-то! Хоть что-то более-менее понятное. А то магия, разрушение и всякая лабуда.

Решено! После одного курса у стражей пойду в артефакторы. И всё равно, что там этот шарик напридумывал, я сама решу чего хочу!

Решительно поднялась со стула, но на секунду зависла и, воровато оглядевшись, завернула пару пирожков в салфетку, а руку с салфеткой спрятала под складки драного плаща. И с самым независимым видом двинулась на выход, в сторону кабинета ректора.

Поднялась по лестнице, постучала в дверь, а в ответ — тишина. Постучалась ещё раз, более требовательно. Ничего. Тогда попыталась дёрнуть ручку и открыть — бесполезно.

— Ректор Никс! Брейдон! Вы там? — я прислонила ухо к двери, пытаясь различить хоть какие-либо звуки, доносящиеся из кабинета. Но, похоже, что мужчины действительно на месте не было.

С печальным вздохом спустилась вниз и вышла в прекрасный сад, окружающий Академию.

Вдоль каменных дорожек росли кусты роз и цветов, похожих на пионы. В основном, красного или синего цвета. По обеим сторонам дорожек, петляющих тут и там вдоль академического парка, поставлены аккуратные лавочки.

Я подошла поближе, чтобы рассмотреть их. А смотреть оказалось есть на что — лавки не собирались из досок, а как будто выращивались из самой земли. Тонкие длинные ветки переплетались между собой, образуя и сиденье, и спинку. Но самое удивительное, что по всему периметру лавки, тут и там росли цветы. Нежные светло-розовые бутончики, которые, раскрываясь, становились почти белыми.

Я недоверчиво понюхала один цветок — пахнет! Он пахнет! Сорвала его, предварительно убедившись, что мой акт вандализма останется незамеченным.

Он действительно живой!

— Ух ты! — выдохнула я в восхищении и проворно полезла под лавку, проверять, откуда она растёт.

Деревянные или, правильно сказать, древесные ножки уходили куда-то в землю, и я постаралась немного подкопать ногтем, желая найти либо кончик, либо корни — одно из двух. Но, похоже, здесь надо не пальцем, а лопатой ковырять. Пришлось разочарованно вздохнуть и постараться подняться.

Только я сделала рывок наверх, как взгляд зацепился за маленький неприметный кустик рядом. На невысоких стебельках мерно покачивались большие круглые бутоны зелёного цвета.

Что-то во мне щёлкнуло, и я как завороженная протянула руку к прелестным цветам.

Милый цветок качнул стеблем в мою сторону, резко раскрыл бутон, ставший огромной зубастой пастью, и с хрустом впился в указательный палец.

— Аааааа!!! — совсем не храбро завизжала я, стоя на четвереньках и пытаясь выдрать свою руку из загребущих челюстей. Соседние бутоны, к слову сказать, уже подбирались к другим моим пальцам с не менее плотоядным видом. Как я это определила — без понятия, но уверена, что не ошиблась.

— Спой ему, — раздалось прямо над ухом.

Я перестала визжать и резко развернула голову в сторону говорившего. В шее что-то хрустнуло.

На тропинке стоял тот самый парнишка в очках, у которого я своим длинным каблуком выбила из рук стакан с соком, и серьёзно меня разглядывал.

— Что? — я торопливо убрала волосы с лица свободной рукой и пониже опустила пятую точку, со стыдом представляя, что он успел разглядеть, пока я лазила под лавочку.

— Говорю — спой ему. Лапушки это любят. Они успокоятся и отпустят. Всё равно ты для них не вкусная.

— Это ещё почему? — оскорбилась было я, но вовремя передумала выяснять подобное в настолько неудобной позе. — А может, ты сам освободишь меня? Вырви эти сорняки с корнем, и всё! — я свободной рукой постаралась добраться до основания стебля, чтобы осуществить угрозу, но цветок предупреждающе клацнул пастью в миллиметре от моей руки.

Кстати сказать, мой палец, захваченный в плен, так и продолжали грызть, и, по-моему, даже обсасывать. Так что я снова взвыла от боли.

— Нет, не получится, пой! — кажется, парнишка нарывается! Вот выберусь отсюда и надеру ему уши, чтобы не издевался.

Но бредовое решение проблемы лучше, чем никакого, поэтому я собрала волю в кулак и сквозь зубы запела:

— Ты цветочек отпусти,

отпусти меня

Я тебя сегодня же полью

и подкормкой накормлю

Будешь ты совсем большой,

и красивый удалой!

Бутоны на стеблях заинтересованно качнулись в мою сторону, и я, приободрившись, продолжила:

— Ну а если не отпустишь,

станешь ты листом капустным!

Вырву тебе листья, корни,

Подолью компот в бутоны!

Цветы покачивались в такт моего фальшивого пения и, наконец, подумав, заурчали, а потом выплюнули изрядно пожеванные пальцы.

— Интересная песня, она магическая?

— Да как сказать, — замялась я, а потом вспомнила, что ранена.

— Ужас какой! — я прижала многострадальную конечность к груди, пытаясь другой рукой растереть укусы и хоть немного облегчить саднящую боль. — Что это за монстры?!

— Я же сказал, это — Лапушка. Он же плотоядный, зачем ты к нему полезла? Обычно он ментально подчиняет мелких насекомых или мышек и заставляет к себе приблизиться, чтобы потом сожрать. Но никогда не слышал, чтобы таким мизерным воздействием получилось подчинить человека. Ты что, совсем без защиты ходишь?

— И без защиты, и без охраны, — проворчала я. — Я сама себе и защита, и охрана.

— Плохая из тебя охрана. А ещё ведьма, — он осуждающе покачал головой. — Даже самый захудаленький маг может удерживать лёгкую защиту всё время. Ну, или тогда артефакты носи обережные.

— Где бы их ещё взять, артефакты эти, — проворчала я, продолжая бесполезно растирать ноющие конечности.

— Как ты вообще сюда попала? — вопрос закономерный, согласна. Видно же, что я чужда всему тому, чем тут живут.

— Да так. Свалилась неудачно, — туманно ответила я. — А ты на каком факультете?

— Я — целитель! — с гордостью выпятил грудь очкастый. — Давай, кстати, вылечу тебе пальцы.

Я проворно убрала руку за спину и подозрительно прищурилась.

— На каком, говоришь, ты курсе?

— На втором.

— А ты меня, часом, не убьёшь вместо того, чтобы вылечить? Дезинфицировать хоть умеешь?

— Ди-зи-что? — на меня непонимающе уставились, ещё и глазками похлопали для верности.

— Ох, — глаза как-то сами закатились, а ноги сделали шаг в сторону от лекаря-недоучки. — Лучше не надо, сама справлюсь. Где у вас можно достать бинт, пластырь, зелёнку, в конце концов?

— Да чего ты переживаешь, давай сюда! — и паренёк с заячьей прытью подскочил ко мне, выдернул руку из-за спины, крепко зафиксировав ладонь в своих руках. И прежде, чем я успела заорать и позвать на помощь от ненормального, начал делать витиеватые пассы руками с зажатой в них палочкой, которую он непонятно где взял, и что-то бормотать.

Так как тыкать в израненные пальцы грязными руками мне никто не собирался, я немного успокоилась и с интересом вытянула шею, чтобы посмотреть на то, что он там так таинственно делает.

На секунду парень задумался, а я участливо спросила:

— Забыл, да?

— Чего забыл? — он оторвал свой взгляд от руки и оторопело на меня уставился.

— Ну, слова забыл, бубнишь там что-то, — любезно подсказала я.

— Не путай меня! — рассердился парень. — Здорова твоя рука, вот, смотри! — и он оттолкнул обратно ладонь в сторону моего лица.

Я немного заехала себе по носу, не успев перехватить управление раненой конечностью, но зато, когда вытянула руку и внимательно изучила каждый палец со всех сторон, неверяще пробормотала:

— Быть не может!

В ответ только хмыкнули.

Перед моим взором оказалась самая обыкновенная и совершенно здоровая рука! Даже пара ссадин и мозолей, полученных во время тушения собственноручно устроенного пожара, и те исчезли!

— Круто! — искренне восхитилась я. — А тут сможешь?!

Я задрала ногу и махнула перед носом в очках ободранной коленкой.

Парень залился краской до корней волос и буркнул что-то неразборчивое, а я, опомнившись, резво поставила ногу на место и поправила юбочку. И мы медленно пошли вдоль дорожки.

— Я говорю, коленку сможешь подлатать?

— Может ты лучше в медпункт к лекарям пойдёшь? — отчаянно краснея, он теребил в руках край форменной рубашки.

— Жадина, — насупилась я. — Ну ладно, спасибо и за руку. Скажи хоть, как зовут тебя?

— Томми.

— А я — Татьяна, можно просто Таня.

Я крепко пожала ему руку, как когда-то своим напарникам. И, кажется, перестаралась. Томми выпучил глаза и с усилием вырвал свою хрупкую, почти девичью ладошку из моих загребущих лапок.

— Очень приятно, Таня. А ты на какой факультет поступила? Ты же первокурсница?

Я кивнула.

— Меня определили к стражам.

Парень запнулся на ровном месте и скептически на меня посмотрел.

— Да ладно! Не верю!

— С чего это вдруг?! — возмутилась я.

— Девушки не бывают стражами! — он высокомерно махнул головой.

— И что? — я пожала плечами. — Всё когда-то случается в первый раз.

— Но не в твоём случае, — меня снисходительно оглядели сверху вниз. Хоть Томми и учился всего на втором курсе, но ростом его природа не обделила, сделав тощую фигурку мага похожей на каланчу.

— Ах так! — рассердилась я и даже ногой притопнула от негодования. — Ну и ходи здесь один! А я к ректору!

— За что уже? Ты же только поступила.

— Не за что, а зачем! — высокомерно поправила я его.

— И зачем?

— А вот это не твоего ума дело! — я гордо развернулась и пошагала в Академию, на ходу развернув припрятанный пирожок и впившись в него зубами. Надеюсь, ректор успеет к тому моменту вернуться.

Вот ещё, всяких там Томми слушать! И он считает, что мне у стражей не место! Я им всём докажу, что моё место будет там, где я захочу! А после — гордо переведусь на факультет артефакторики!

Глава 4 Расселение

На этот раз ректор оказался на месте. Помня прошлый свой опыт долгого стояния под дверью, в этот раз я не стала церемониться и просто, не сбавляя шага, распахнула её, ввалившись в кабинет.

И зря! Ой, зря!

Зелёные глаза ректора заволокло красным, я прям почувствовала, как они наполняются яростью. И похоже, эта ярость прямо сейчас вывалится на меня.

— Адептка! Немедленно закройте дверь с той стороны и ждите, пока вас позовут! — Брейдон запахнул края рубашки, прикрывая широкую грудь, на которую я без стеснения уставилась, как только вошла. Надо же было явиться, когда ректор решил переодеться!

— Закрываться надо, — буркнула недовольно и постаралась убраться со свирепых глаз долой. Но не удержалась и ещё раз провела взглядом по крепкой фигуре. Хорош! Жаль, что кроме рубашки всё остальное на месте.

— Вон!!! — громыхнуло на весь этаж, и я, проявив несвойственное мне ускорение, резво оказалась с другой стороны двери.

В кабинете послышалась грязная ругань и совершенно неприличные обвинения. Не было такого!

— Войдите, — наконец, раздался усталый голос.

Я радостно влетела внутрь.

— Вам бы секретаря поставить! И глядишь, не случалось бы конфузов.

Мужчина издевательски поднял бровь.

— Вы даёте мне советы, ведьма? Ну-ну, — он чуть отодвинул стул и окинул меня ироничным взглядом. — К вашему сведению, секретарь у меня есть, просто он в отпуске до начала учебного года. Ещё вопросы?

— Нет, то есть, да. Почему тут все говорят слово «ведьма» как ругательство? Если я на самом деле ведьма, то это оскорбительно, не находите? А с вашей стороны ещё и непедагогично. Я, конечно, понимаю, что вы тут главный и всё такое, но нельзя же вести себя по-свински, пользуясь своей безнаказанностью, согласны?

Я осеклась, увидев как глаза напротив снова налились кровью, а на шее вздулись вены. На скулах заходили желваки и весь внешний вид мужчины как-то сразу изменился, стал более хищным. Мужчина начал медленно подниматься из-за стола.

— Ой, вы это, поспокойнее, пожалуйста, — испугалась я и попятилась к двери. — Я ж ничего такого не имела в виду и совсем не сравнивала вас со свиньёй. Ой…

У мужчины, похоже, пар из ноздрей пошёл. Я бы спросила, что это за метаморфоза, если бы от страха не затряслись коленки.

— Нет, погодите, я не то имела в виду. Конечно, вы не свинья, точнее, даже не кабан. Ой, то есть, в общем… — я замолчала, понимая, что мои объяснения никак не помогают, и решила собраться с мыслями, но вместо этого осторожно поинтересовалась: — А вы всех пугаете, потому что не контролируете агрессию?

Через секунду почувствовала, как упёрлась спиной в дверь, нашарила ручку и подёргала её. Но та не поддавалась, так что пришлось начать паниковать, тем более, что мужчина в два шага преодолел разделяющее нас расстояние, и взял меня за шкирку.

У них тут что, все меня так таскать будут? Ну и что, что во мне полтора метра с копеечками, я же не котёнок!

— Адептка, вы в своём уме? — выдохнул ректор мне прямо в лицо.

Я не нашла достойного ответа, поэтому просто улыбнулась настолько широко, насколько могла. А ещё сделала глазки пожалостливей. Ну не убьёт же он меня, в самом деле!

Мужчина закатил глаза и довольно небрежно плюхнул меня в кресло.

Я уже хотела разразиться очередной гневной тирадой, как он взял со стола палочку, резко махнул в мою сторону и устало произнёс:

— Лучше молчите.

К своему ужасу, я не смогла сказать то, что собиралась. Слова просто остались где-то на уровне горла. Я попробовала ещё раз, но даже мычания выдавить не смогла. Я немая!

В ужасе подняла глаза на чудовище, лишившее дара речи, и, видимо, оно в моём взгляде увидело что-то такое, что примирительно подняло руки вверх.

— Это временно, чтобы вы не сказали больше ничего глупого, а я, как вы интересно заметили, не начал опять «вести себя по-свински».

Я немного смутилась от подобного определения, но долго страдать от мук совести мне не дали.

— Так мы сможем поговорить спокойно?

Так как я опять не смогла ничего ответить, то просто безразлично пожала плечами. Ему надо, пусть он и говорит.

— Так вот, мисс Грейс, давайте сейчас забудем всё, что тут произошло, и вернёмся к вашим делам насущным. Я так понимаю, что вы определились с ответом?

Я хмуро кивнула и сложила руки на груди. Никогда ещё не чувствовала себя настолько гадко.

— И какой же ваш ответ?

Я возмущённо уставилась на источник своих проблем.

— Простите, — понял он без слов, махнул палочкой в мою сторону и требовательно заглянул в глаза: — Ну так что?

Я издала пару звуков, чтобы проверить способность говорить, и, наконец, ответила:

— Я решила, что приму ваши условия, и после одного семестра обучения у стражей…

— Успешно пройденного семестра обучения, — подсказали мне.

— Пусть так — успешно пройденного семестра обучения — переведусь на факультет артефакторов.

Меня смерили задумчивым взглядом.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

— Не завидую профессору Магогу, — пробормотал он себе под нос. — Ну да ладно, самое главное то, что вам нужно успешно сдать все экзамены семестра и не опозорить Академию. И не взорвать её, — погрозили мне пальцем. — А потом мы сможем подумать над переводом. В таком случае, — он достал из выдвижного ящика стола лист бумаги и протянул мне, — подпишите договор на бесплатное обучение в Академии и сможете пойти заселяться в общежитие.

Я взяла в руки листок, начала читать; поняла, что уже устала и не хочу ничего изучать; поэтому нашла место для подписи и просто нарисовала там свои закорючки. Ну не в рабство же меня отправят, в самом деле.

Ректор расплылся в довольной улыбке, подозреваю, от осознания, что скоро сможет от меня избавиться, и достал из-под стола золотой колокольчик на деревянной ручке. Подобный мы вешали коровам, когда я гостила у родственников в деревне.

Кабинет наполнился мелодичным перезвоном, а через секунду с яркой вспышкой в воздухе появилось мелкое летающее создание.

Я сползла с кресла, на котором минуту назад ёрзала, пытаясь найти удобное положение.

— Это ещё что за тварь?!

— Тварь?! — одновременно и возмущённо выкрикнули ректор с мелкой нечистью.

— Да как ты смеешь?!

— Адептка, следите за языком!

— А кто это? — я незаметно постаралась подняться с пола, напряжённо вглядываясь в крылатую девчонку размером с ладонь, зависшую над столом ректора.

— Я не «это», а фея! — высокомерно фыркнуло в мою сторону создание.

— А, ну да, как я не догадалась, — видимо, мой взгляд выражал эмоции красноречивее любых слов, потому что фея опять начала надуваться от недовольства, а ректор, дабы пресечь начинающийся скандал, заговорил:

— Дамы, успокойтесь. Динь-Дилень, я тебя позвал, чтобы попросить проводить нашу новую адептку в общежитие стражей.

Я фыркнула на имя Динь-Дилень, а мужчина смерил меня осуждающим взглядом.

— Еë? — не поверила фея. — Что ей делать в этом общежитии?

— Динь-Дилень, прошу тебя, отведи адептку Грейс в её общежитие, сдай с рук на руки коменданту, и можешь быть свободна, — добавил строгости в голос ректор.

На удивление, фея смиренно сложила ручки и, покорно кивнув, бросила мне через плечо, направляясь к двери:

— Берите свои вещи и идите за мной, адептка.

Я привычно махнула рукой около кресла в поисках своей сумки, не найдя, хмыкнула и поднялась навстречу судьбе.

Ректор явно заметивший мой порыв, бросил в догонку:

— Успехов в учёбе, ведьма Грейс, постарайтесь не часто попадать в мой кабинет. Занятия начинаются завтра в восемь. Не опаздывайте.

Я обернулась, окатила мужчину презрительным взглядом и решительно вышла за дверь, хлопнув чуть сильнее, чем надо.

Фея проворно слетела вниз лестницы и направилась к выходу. Чтобы за ней успеть, мне пришлось практически бежать, а от быстрого бега по лестнице градус раздражительности резко подрос. Поэтому, когда наконец Дин-Дилень соблаговолила остановиться и обернуться назад, чтобы проверить, не потеряла ли она подопечного, я мечтала оборвать тонкие крылышки, чтобы фея попробовала сама побегать, как сейчас заставляла меня.

— Как тебя зовут, ведьма? — не особо дружелюбно поинтересовалась она.

— Татьяна, — я упёрла руки в колени и натужно дышала. Тело мне попалось весьма не тренированное, тощее и тщедушное. Разве что красивое, но толку практического от этой красоты не много.

— Татьяна… Грейс? Интересное имя. И очень созвучно с названием Академии. Что ведьма делает в Академии четырёх стихий, да ещё на факультете стражей?

— А тебе не всё ли равно? — я с вызовом посмотрела на неё снизу вверх — распрямиться до сих пор не получалось.

— Не хочешь, не говори, — обиделась фея. — Всё равно же узнаю! Ладно, пошли.

Мы опять двинулись в путь, но на этот раз более медленно. Динь-Дилень провела меня через главный вход на аллею, по которой я уже гуляла сегодня, и свернула направо, огибая Академию. Моему взору предстал самый настоящий городок из общежитий. Около десяти различных на вид зданий стояли рядышком и создавали невообразимый винегрет архитектуры.

Ярко-красное, почти оранжевое строение с горящим факелом вместо крыши я сразу интуитивно определила к огневикам.

Рядом, создавая контраст, находилось почти зеркально скопированное общежитие водников. С той лишь разницей, что цвет стен варьировался от голубого до насыщенно бирюзового, и крыша состояла из водопада, ниспадающего до самой земли, но при этом не орошая её, а становясь как бы призрачным слоем, так что под такими струями можно вполне ходить без опаски, не боясь намокнуть.

Вообще, здания стихийников угадывались очень легко. У факультета воздушников ожидаемо крутился небольшой смерчик вместо крыши, а у магов земли — огромная клумба, при виде которой я нервно хихикнула.

Мрачное здание с черепами наверху и настоящими живыми (насколько это вообще возможно) зомби на входе я отнесла к некромантам.

А вот дальше посложней. Я наугад ткнула в самое большое.

— Динь-Динь, чьё это общежитие?

— Я — Динь-Дилень! — взвилась фея.

— Какая разница? — я равнодушно пожала плечами.

— Большая! Динь-Динь — моя сестра! А моё имя — Динь-Дилень!

— А первая приставка Динь, это что-то вроде фамилии?

— Это название рода, — кивнули мне. — Ладно, прощаю на первый раз, раз уж ты такая глупая.

— Кто глупая?! Я? — тут уже взвилась я.

— Ну не я же, — Динь-Дилень развела руками.

Я только сердито запыхтела.

— А здание это принадлежит факультету боевиков. Он самый многочисленный в Академии. Стихийников, в общей сложности, конечно больше, но, во-первых, — они распределены по направлению силы, а во-вторых, в Академии Грейсли все адепты, в какой-то мере, стихийники. Поэтому распределение скорее условное и завязано по направлению магии. Тех, кто только управляет одной-единственной стихией, но при этом составляет с ней единое целое, относят к стихийным факультетам. А тех, кто имеет несколько стихий и использует их, но не является сам стихией, распределяют на факультеты согласно основному применению силы.

Я даже дуться на «глупую» перестала после такой лекции.

— Если честно — ничего не поняла, — пришлось искренне признать.

Меня смерили ироничным взглядом.

— Неудивительно. Странно другое — как кристалл силы не взорвался, пытаясь хоть что-то найти в твоей голове.

— Эй! — пригрозила я. — Лучше подумай и вспомни рецепты известных тебе блюд с запечёнными феями. Если я тебя поймаю, так и быть — разрешу выбрать самой!

— А ты сначала поймай! — фея грациозно ушла от захвата и насмешливо щёлкнула по носу. — Мы пришли. Заранее сочувствую твоим соседям.

Я перевела взгляд на свой новый временный дом. Ну что сказать… Помпезно. Вычурно. Дорого.

Белое здание с золотыми колоннами, идущими по всему периметру от входа. Вдоль дорожки, ведущей в общежитие, раскинуты фантастические клумбы, каждая из которых — произведение искусства. Сама дорожка до входа выложена из красных светящихся каменных плит, но по строению чем-то напоминающая ковёр. Так что — красная ковровая дорожка во всей красе.

Я неприлично открыла рот и вытаращилась на окружающую красоту.

— Это что? Общежитие? И кто тут живёт?

— А здесь живут стражи. Впоследствии они становятся высококлассными дипломатами, шпионами, политиками, также на этом факультете учатся отпрыски королевской семьи. Диплом стража для любого мужчины — самое престижное в нашей стране, — фея важно приосанилась и постаралась выглядеть очень внушительно. Что с её микроскопическими размерами выглядело забавно.

— Это ещё почему? — нахмурилась я.

— А потому что, недоразумение ты нежданное, с таким образованием можно стать кем угодно! И любой работодатель будет счастлив взять тебя на работу… Ну, если выживешь, конечно.

Я нахмурилась ещё больше.

— То есть, здесь живут только мажоры, правильно?

— Ну, говоря твоим деревенским языком, да, правильно! — меня опять смерили презрительным взглядом.

Я последовала примеру феи и осмотрела свои доступные части тела.

Мда. Короткая юбочка, драный плащ, мятая, жёваная шляпа. Полное отсутствие вещей… Вылитый страж!

Тяжело вздохнув, я перекинула волосы с плеча на спину, подтянула сапоги, насколько возможно, не очень элегантно дёрнув ногами в стороны, и решительно произнесла:

— Идём!

— Ну, идём так идём, — хмыкнула моя проводница.

Мы прошли по красной дорожке, зашли в дверь и нос к носу столкнулись со здешним комендантом.

— Динь-Дилень! Среди бела дня! Бабу притащила! Да ещё и ведьму! Кто этот мерзавец, что смог уговорить тебя на такой стыд! — прямо перед нами памятником оскорблённой невинности застыл бравый генерал, точнее, бестелесный дух бравого генерала. Он парил над полом и обвинительно тыкал полупрозрачным пальцем в несчастную, стушевавшуюся фею.

— Магистр Ордрик… — жалобно пропищала она.

— Ни слова! — по-военному рявкнул вояка. Я на инстинктах вытянулась в струнку. — Не пропущу! Только через мой труп!

— Так вы, вроде, и так умерли, — осторожно заметила я, о чём тут же пожалела. На меня уставились жёлтые немигающие стеклянные глаза. В них плескалась неподдельная ярость и обида. Вот кто меня за язык тянул?!

— Удииивиительная прониицательноость… — угрожающе растягивая гласные, протянул дух. — А может, ведьма, ты тоже хочешь умереееть?

Он неотвратимо поплыл в мою сторону, протягивая руки к лицу. Через пару секунд я почувствовала прикосновение липкого холода. Ужас затопил сознание, и я сделала рефлекторный шаг назад.

— Магистр Ордрик! — влетела между нами Динь-Дилень. Как никогда, я сейчас ей очень обрадовалась, потому что холод начал отступать, а сознание возвращаться. — Немедленно прекратите! Думаете, ректор Никс простит вам смерть адептки?!

— Она — адептка?! — на меня вывалили очередной поток явного изумления. — А я думал — портовая девка!

Я возмущённо открыла рот, желая высказать старому извращенцу всё, что успела подумать. И, судя по кровожадному взгляду, направленному на меня, именно этого призрак и добивался. Но скандалу разразиться не дали.

— Именно адептка! И мало того — её направили на ваш факультет!

— Мой?

— Его?

Мы с воякой одновременно уставились на фею.

— Ну, в смысле, факультет, который расположился в этом здании, — поправилась она. А я расслабилась. Не хватало только учиться под таким начальством. Нет, в подобной войне выжил бы только один из нас, и ставлю на кон свои ботинки — уж точно — я!

— Так что в ваших интересах её защищать, холить и лелеять. Ещё ректор Никс просил вас самому определить ей комнату. Он передал, что «расселение, согласно общим правилам».

Магистр Ордрик важно нахохлился и напомнил старую ворону. Ещё бы! Такая честь — сунуть меня в любую выбранную комнату.

А я озадаченно уставилась на Динь-Дилень. Что-то не помню, чтобы ректор говорил подобное. Если только он не телепат, а у моей знакомой нет антенн на голове. Я прищурилась, пытаясь рассмотреть макушку феи.

— Что ты делаешь? — подозрительно покосилась она в мою сторону.

— Ищу локаторы. Когда это, интересно, ты получила такую информацию?

— Ты мне не веришь?! — возмущение крылатой можно было черпать ложкой.

— Абсолютно нет, — твёрдо кивнула я. — Потому что ничего подобного ректор тебе не говорил. А я определилась с блюдом и, пожалуй, сделаю из тебя суп! Диетический!

С этими словами я резко выбросила вперёд руку, пытаясь поймать нахалку, но в последний момент фея смогла ускользнуть от моих пальцев и испуганно взвиться под потолок. Я же, не будь дурой, поскакала за ней, подпрыгивая и пытаясь поймать.

— Ты! Ты ничего не понимаешь! Я же! Я хочу как лучше!.. Чем ты от других отличаешься?.. Тебе надо понять! Ай! Моя туфелька!.. Ай!.. Ой! Не трогай! — мы скакали по холлу, как два козлика. И скакали бы ещё долго, если бы прямо на моём пути не возник комендант.

Не успев затормозить, я просто пролетела его насквозь. Тело обдало могильным холодом.

— Твою ж дивизию!!! — ругательство само слетело с языка.

— Дивизию? — оживился бравый генерал. — Где дивизия?!

— Будет! — уверенно заявила я. — Придёт и отомстит за меня, если вы меня сейчас же не разместите!

— Да отчего же не разместить, — расплылся он в обманчиво ласковой улыбке. — Пойдём, рыбонька, сейчас всё устрою!

Дух подмигнул Динь-Дилень, и она с тихим хлопком растворилась в воздухе. Я только рот успела открыть.

— Послушайте, уважаемый, — обратилась к бестелесному существу, — вы не слушайте её, она пошутила. Ректор ничего не говорил насчёт моего заселения, так что, может, выделите мне более удобную комнату? Я всё же девушка!

Не знаю, что значили слова феи о заселении по общим правилам, но чувствую, что ничего хорошего, так что попытаться стоило.

Но комендант оказался глух к моим просьбам.

— Буду я ещё на всякую ведьму хорошую комнату тратить! У нас правила общие, так что-либо живи, либо проваливай! — и глянул весьма неприязненным взглядом. Я только поёжилась.

— Ладно уж, давайте свою комнату.

И мы пошли наверх по широкой лестнице, подозреваю, аналогу той, что расположилась в Центральном корпусе Академии. Такая же белая и с позолотой.

Меня провели на четвёртый этаж. Пройдя общую гостиную с мягкими диванчиками и чайным столиком, остановились напротив одной из дверей справа по коридору.

Комендант кинул в руки ключи от комнаты, открыл дверь и громко крикнул внутрь, одновременно подпихивая меня туда бестелесными руками. Они проходили сквозь тело, обдавая холодом, так что я сама сделала шаг внутрь.

— А вот и ваш четвёртый сосед!

Дверь за спиной громко захлопнулась, а я осталась стоять в уютной гостиной под прицелом двух пар глаз.

— Ведьма!???

Похоже, у меня дежавю.

Глава 5 Соседи

В этом мире, похоже, я тоже буду балансировать между понятиями «бережённого Бог бережёт» и «сгорел сарай, гори и хата!»

Вот сейчас я уже точно понимала, что попала. Неудачно так попала. Который раз за этот день. Мерзкий старикашка на входе! Не мог другую комнату выбрать?!

— Почему ты здесь, ведьма? — меня окинули презрительным взглядом прищуренных чёрных глаз.

Очень знакомый брюнет, спасший меня в столовой, теперь смотрел как на таракана, пачкающего своими лапами его дорогущий ковёр. Я на всякий случай проверила пространство на наличие тапочек. Вдруг ими начнут бить?

— Ты её знаешь? — сбоку от длинноногого красавчика сидел не менее длинноногий и не менее красивый юноша с огромными острыми ушами. Эльф? Я с интересом уставилась на него.

Да, в столовой я их заметила, но старалась не пялиться сильно, хотя неимоверно хотелось. Но теперь, раз внаглую рассматривают меня, то не вижу ничего зазорного ответить тем же. Эльф довольно красив, но не моего вкуса: высокий, жилистый, какой-то весь хрупкий и до приторности аристократичный. Белые, как будто седые, волосы аккуратно лежали на плечах в идеальном порядке. Волосинка к волосинке. Пальцы венчало множество вычурных перстней со всевозможными камнями и украшениями. Взгляд светло-голубых глаз казался холодным, а губы презрительно изогнуты. Мда… Сразу чувствую — не сработаемся — скандальный сосед…

— Доброго денёчка, молодые люди! — решила нарушить тишину, а то возникло ощущение, что они совсем и не собирались со мной вежливо общаться.

Эльф скривился, как будто съел лимон.

— Я повторяю свой вопрос: что ты здесь забыла? — брюнет чуть ли процедил каждое слово и сердито на меня зыркнул.

Я же отыскала глазами пустое кресло, доковыляла до него и с наслаждением плюхнулась в нежные объятия мягкой ткани. Всё-таки четвёртый этаж, как-никак, и без лифта! Ноги мелко подрагивали, неужели бывшая хозяйка тела совсем ими не пользовалась?

Переведя взгляд на парней, я поняла, что моё поведение их несколько шокировало, поэтому решила сгладить неловкость.

— Лестницы у вас — жуть! Чуть душу не отдала, пока сюда поднималась! Сейчас чуток отдохну и осмотрю свою комнату, кстати, а какая из них моя? — я обвела взглядом пять дверей, стоящих по окружности стены гостиной.

Ответом послужило молчание. Нехорошее такое. Пришлось попробовать ещё раз.

— Я, кстати, Татьяна, а вас как зовут?

— Ведьма… Не хочешь ли ты сказать, что поступила на факультет стражей и тебя подселили к нам? — медленно растягивая слова, проговорил черноволосый, гипнотизируя чёрными глазами.

— Ну да! А я вам не сказала? Я думала, что это и так понятно!

— Как такое возможно?! — завопил эльф на ультразвуке. Я болезненно скривилась. Бедные мои уши!

— Как недоразумение, вроде тебя, могло попасть на факультет… Стражей?! — последнее слово было выкрикнуто с придыханием. Похоже, кое-кто явно пытался донести до меня нелепость ситуации.

А я… Я просто уныло подняла глаза к потолку. Боже! За что мне это?! Сначала ректор, потом лекарь Томми, затем мелкая противная Динь-Дилень, и комендант тоже, а теперь ещё и эти! А ведь это только малая часть тех, с кем придётся столкнуться в ближайшем будущем! Неужели абсолютно у всех на меня проявится такая реакция?!

Кажется, мои причитания всё же услышали, потому что крайняя правая дверь бесшумно отворилась, и из неё, практически не издавая звуков, скользнул в гостиную высокий мужчина. Он остановился около кресла и задумчиво склонил голову набок, рассматривая меня.

Я сказала мужчина? Нет, скорее, это всё же молодой парень, который вот-вот станет мужчиной. Идеально гармоничные черты лица отдавали неестественной бледностью, на фоне которой ярким пятном красовались кроваво-красные губы и на пару оттенков темнее глаза. Странный, но красивый.

— Ты кто? — я зеркально склонила голову набок, разглядывая нового знакомого. Первые два соседа подозрительно притихли, давая нам возможность вести беседу.

— Смотря, что ты имеешь в виду, — мягко усмехнулся незнакомец. Голос прозвучал приятный, с небольшой хрипотцой, обволакивающий. — Меня зовут Волистер О’хар Забендор Рент, но, судя по твоему красноречивому взгляду, ты хотела узнать вовсе не это, Тать-яна, — мягко покатал он на языке моё собственное имя. — И, да, я — вампир. И твой новый сосед. Приятно познакомиться, — он протянул мне руку ладонью вверх и чуть склонился.

Уже потом я поняла, что склонился скорее для того, чтобы церемонно поцеловать мне ручку. Но в тот момент, увидя хоть одно нормальное лицо, я с радостью вцепилась в его протянутую ладонь и крепко потрясла.

— Ну наконец-то! А я-то, я уж думала, что здесь ни одного здравомыслящего нет! Я, конечно, твоего имени не запомнила, но суть уловила. Можно, я буду называть тебя Воли? А ты меня — просто Таня, идёт?

Вампир немного опешил от моего напора, но быстро взял себя в руки и мягко улыбнулся.

— Договорились, Таня. Воли так Воли. Я давно знал, что нашему факультету не хватает женского участия, так что я рад тебе. Позволь, я покажу тебе твою комнату.

Я проворно вскочила, предварительно ещё раз махнув рукой в поисках сумки, но, ожидаемо, ничего не нашла, так что просто радостно скомандовала:

— Веди!

— Волистер! Неужели ты хочешь разрешить ведьме жить вместе с нами?! — возмутился ушастый эльф.

— А в чём дело? — обманчиво ласково воззрился на него вампир. — Разве в Грейсли запрещены какие-либо расы?

— Она — женщина! — в меня обвинительно ткнули пальцем.

Мы с вампиром переглянулись и синхронно пожали плечами, чтобы затем спокойно продолжить свой путь до крайней левой двери.

Эльф возмущённо засопел, но на открытый конфликт с вампиром не решился.

Брюнет же во время всего нашего разговора больше не проронил ни слова, только смотрел на меня пристально, будто пытался прожечь дыру своим взглядом. Я даже передернула плечами. А мне всё равно на его презрение!

Тем временем дверь открылась, и я смогла рассмотреть обстановку своего нового жилища.

Ну что я могу сказать, неплохо живут стражи!

Мало того, что здесь у каждого имелась своя личная спальня, а также общий санузел не на этаже, а тут же, за пятой дверью, прямо посередине гостиной — моя комната явно рассчитывалась на мужчину, но это её нисколько не портило. Строгие линии, чуть мрачноватые цвета, лаконичные формы мебели — всё это выглядело удивительно стильным, а ещё отзывалось во мне — я всегда любила подобную обстановку, без обилия рюшечек, бантиков и прочей лабуды.

— Надеюсь, тебе здесь покажется удобным, — раздался над ухом голос вампира. Я от неожиданности подскочила на месте. — Если Мракадан с Ларионелем начнут доставать, просто скажи мне.

Я обернулась на парней в гостиной. Поразмыслив логически, решила, что чернявого зовут Мракадан, а эльфа Ларионелем. Что ж, им подходит. Даже не перепутаешь.

— Скажи, — я бросила быстрый взгляд на нового знакомого, — а ты…

— Что? — он с интересом прищурился, разглядывая меня.

— Ну это… кровь… Пьёшь? — я залилась краской, чувствуя, какой дурацкий вопрос задаю.

— Ну да.

Я поперхнулась и в ужасе отодвинулась от вампира как можно дальше.

Он насмешливо проследил за моими действиями.

— Думаешь, твою хочу попробовать? Не переживай — во первых, вампиры кровь пьют раз в год и всего три глотка. Во-вторых, для этого не обязательно нужна кровь человека. Я вон, например, барашков люблю.

Я неверяще на него уставилась.

— Шутишь!

— Ни в коем разе! — заверили меня.

— И что же ты ешь всё остальное время? — я вперила подозрительный взгляд в его лицо.

— Еду. Обычную еду. Такую же, как и ты, — браво! Воли был невозмутим. Он с таким спокойствием мне отвечал, как будто для него отвечать на дурацкие вопросы в порядке вещей. И только по выражению лиц Мракадана с Ларионелем я смогла понять, какую глупость спрашиваю.

— А-а… Ну хорошо, — у меня прямо камень с плеч свалился. — Тогда я, наверное… обустраиваться буду…

Я озадаченно обвела взглядом комнату, хотя что именно сейчас мне делать, совершенно не понятно. Вещей у меня нет, так что разбирать нечего.

— Ты без всего, налегке? — сочувствующе поинтересовался вампир. Какая проницательность!

— Угу. Как-то так.

Я улыбнулась, но улыбка вышла грустной.

— Тогда…

Договорить он не успел, так как после предварительного стука в комнату зашёл комендант, недовольно бурча, внёс в гостиную большую коробку, с грохотом свалив её на пол.

— Ведьма, это тебе! — выплюнул он и выплыл наружу, закрыв за собой дверь.

— О, вот, похоже, и вещи, — меланхолично заметил вампир и, ободряюще мне улыбнувшись, направился к своей комнате. — Тогда не буду отвлекать, Таня-я. Если что, зови! Занятия начинаются уже завтра, тебе нужно успеть выспаться и подготовиться.

Я моментально оказалась около коробки и с нетерпением сунула туда свой нос.

Для начала развернула записку, прикреплённую к крышке.

«Адептка Грейс, так как вы прибыли в Академию без вещей, я думаю, это вам пригодится.

Ректор Никс».

Сверху лежала новенькая академическая форма, но с поправкой на моё происхождение — юбочка выглядела достаточно короткой и в клеточку, хоть и сочеталась со строгой блузкой и приталенным синим пиджачком.

Ниже обнаружилось несколько пар обуви, тёмно-синяя большая сумка, куда с лёгкостью бы влезли учебники и несколько комплектов одежды на все случаи жизни.

Ещё ниже я усмотрела канцелярские принадлежности и стопку учебников.

Радостно взвизгнув, я схватилась за край коробки и волоком потащила её в свою обитель.

Раздражённо вздохнув, темноволосый Мракадан (надо как-то сократить его имя: либо до Мрака, либо до Дана) в момент оказался рядом, подхватил на руки коробку и занёс её в комнату.

Там он сгрузил ношу на пол и сердито произнёс:

— От тебя слишком много шума!

После чего гордо удалился, напоследок хлопнув дверью. Моей дверью!

Ну а я почти с головой залезла в груду вещей, радостно попискивая.

Глава 6 Первый день

— Таня-я, вставай! — сквозь вязкую пелену сна до меня донёсся приятный голос с хрипотцой. Смутно знакомый.

Я с трудом разлепила веки и уставилась на любопытные глаза вампира.

— Пошёл вон, бесстыдник! — заорала на высокой ноте, давая петуха.

В Воли полетела подушка, следом тапочки, следом зеркальце с тумбочки.

Парень со смехом всё это ловил и аккуратно складывал на комод у двери.

— Таня-я, я просто хотел разбудить, ты же проспишь первую ознакомительную лекцию в Академии, — оправдывался он.

— Ой! — я вдруг вспомнила, что и правда, будильника я не ставила, да и как, если его даже нет? Быстро вскочила с кровати, но запуталась ногами в одеяле и совсем не грациозно упала на мягкий ковёр.

— Интересссный нам попался сосед, — издевательски заметил вампир, прищурив бордовые глаза.

Я заметалась по комнате, пытаясь найти форму, которую вчера положила на видное место, чтобы не забыть. Как назло, я совершенно не помнила, где находится это место.

Наконец, обнаружила пропажу на кровати под откинутым одеялом. Я сама её туда вчера положила, здраво рассуждая, что здесь-то не забуду.

— Я не виновата! Оно само! Кстати, а почему вы никуда не торопитесь? — я резко дёрнула вверх свободную футболку, в которой спала, но, вовремя спохватившись, так же резко дёрнула её вниз, провела ножкой по ковру, делая вид, что так и задумывалось, затем развернулась к вампиру с серьёзным намерением его выгнать.

— А мы не первый курс, так что нам не нужно на экскурсию, можно поспать подольше, — он довольно прищурился. — Вот тебя провожу и пойду.

— Как не первый.? — я даже зависла с одним длинным носком в руках, который больше напоминал гольфы. Второй уже красовался на правой ноге. — А я думала, что мы однокурсники. Раз соседи.

— А тебе не рассказали? — удивился он. — Странно, обычно комендант это сразу объясняет, как только кого-то новенького заселяют.

— Я ему не понравилась, — буркнула, заодно оттесняя наглого соседа к двери.

Он мой манёвр заметил и, хмыкнув, уже почти вышел за дверь, но всё же уточнил.

— Ну, тогда одевайся, и жду тебя в гостиной, всё расскажу.

— А завтрак? — здраво возмутилась я, вторя урчанию желудка. Пока дойду до столовой, пока поём. Столько времени уйдёт. Но не поесть я не могу! Еда — это важно! Вдобавок, сейчас я растущий организм, который постоянно требует подпитки.

— Будет тебе завтрак, — усмехнулся он.

Когда дверь за вампиром захлопнулась, я резво скинула футболку, которую нашла вчера в самом низу вчерашней коробки. Она выбивалась из общего гардероба и явно напоминала мужскую, да ещё и не новую, хоть и чистую. Решив, что это мне вместо пижамы, я ей и воспользовалась.

Быстро надела белую блузочку, намного скоромней, чем привычная, но всё же с немаленьким декольте. Или, может, оно просто не рассчитывалось на такие впечатляющие формы. Следом пошёл короткий пиджачок, короткая юбочка, похожая на мою вчерашнюю, — в принципе, могу использовать её потом на смену. Натянула вторую гольфу и задумчиво уставилась на свой старый плащ и потёртую шляпу.

В итоге, шляпу решила оставить, слишком она… странная. Да и закрывать такие волосы — преступление. А вот плащ надела. Ну и что, что драный, зато какой удобный! Сколько пирожков в нём можно спрятать!

Сумку решила не брать, здраво рассудив, что я пока не знаю, что в неё класть. Хотя, конечно, она чудо как удобно сшита! Вот сразу видно — хороший вкус у человека!

Провела пару раз расчёской по волосам и осталась вполне довольна отражением в зеркале, висящем напротив раковины. Красотка! Ну держитесь, мужики!

Выпорхнула из своей комнаты и застыла с разинутым ртом в гостиной.

— Это что? — тыкнула пальцем на столик перед диванами, заставленный разнообразной едой.

— Завтрак, — вампир выглядел как сама невозмутимость.

— Завтрак? Прямо в комнату?

— Конечно. Мы же стражи.

— Элитный факультет в Академии. Ты должна радоваться тому, куда попала, ведьма, — из полной клубов пара ванной в одних домашних штанах вышел Мрак, вытирая полотенцем густые чёрные волосы.

Я уже говорила, что он хорош? Ещё раз скажу — хорош! Жаль, что молоденький такой. Всё же в моей новой юной черепушке уже достаточно зрелые мозги. Так что просто хорош, как картинка. Разве что характер портил впечатление — такое высокомерие просто так не придумаешь. Уж не знаю, повезёт ли девушке рядом с ним.

— А обед или ужин тоже принесут? — я радостно плюхнулась во вчерашнее кресло и с интересом уставилась на разнообразную еду.

Чего тут только не принесли! И яйцо в самых разных видах: яичница, варёные, омлет, пашот, и каша, и сладкая, и даже не сладкая выпечка. И фрукты. Глаза просто разбежались. В итоге, решила начать с блинчиков, обильно полив клубничным вареньем.

— А обед и ужин всё-таки в столовой. Со всеми, — вампир лениво ковырялся в овсянке. Я улыбнулась открывшейся картине: бордовоглазый вампир ест овсянку. Почему-то мне показалось это по-детски забавным!

— Так что ты мне хотел рассказать? — я попробовала здешний кофе. Волшебно! Чуть горьковатый, ароматный, без кислинки — всё, как я люблю!

— Раз тебе не рассказали, то тогда расскажу я. В общежитие на факультете стражей селят не стандартно — всех однокурсников на один этаж и по паре-тройке в комнату, как у других факультетов. Ты же видишь, как мы живём, — он обвёл рукой комнату. — У каждого своя комната, общая гостиная и ванная. Плюс общий холл на этаже. Также в общежитии есть своя библиотека, спортзал, бассейн, зал для тренировочных боёв и ещё несколько помещений для различных совместных занятий. Лет пятьдесят назад прошлому ректору Академии пришло в голову селить в одну комнату адептов с разных курсов. Вот и у нас сейчас есть все курсы. Ты — на первом. Ларионель — на втором. Мракадан — на третьем. А я — на четвёртом. Когда я выпущусь, то на моё место опять поселят первокурсника.

— А зачем так? — я даже жевать перестала. Это получается, мне и списать будет не у кого?! С другой стороны, старшекурсники, наверное, тоже неплохо — они ещё больше знать должны…

— Для передачи знаний и усмирения буйных молодых голов, — усмехнулся Воли. — Ты с нами и на практику поедешь. Первые курсы при таком подходе учатся подчиняться, а последние — руководить. Так что мы — твоя первая учебная группа.

— Ааа, теперь понятно, — я с удовольствием почистила банан и откусила добрую половину. — Ну тогда я пошла, не поминайте лихом!

И двинулась на первое в своей жизни занятие, связанное с магией, пусть и ознакомительное.

Дойдя до главного корпуса, огляделась и поняла, что понятия не имею, куда дальше.

На входе сидела немолодая дородная гномиха в красном колпаке и бесформенной зелёной накидке.

— Здравствуйте, дамочка! — обрадованно ломанулась к ней. — Не подскажете, где мне найти свою группу?

— Факультет? — бесстрастно проскрипела она, сверля меня осуждающим взглядом из-под очков. А я, между прочим, ещё ничего не сделала.

— Стражей.

— Ещё одна девка на молоденьких лордов посмотреть намылилась, — проворчала тётка. — Прямо по коридору, потом направо.

— Вот спасибо! — я, обрадованная, побежала в том направлении.

Девушек в нужном зале собралось и правда немало. Одетые в разноцветную форму, они толпились в дверях, вытягивая шею, и засматривались на достаточно кособокий строй из новобранцев факультета стражей.

Молодые мажорики лениво стояли в одну линию, изредка перекидываясь короткими фразами друг с другом. Их синяя форма слишком походила на мой пиджачок, так что я без колебаний подошла и встала рядом.

— Ведьма! Ведьма-то куда прёт?! — донеслись с задних рядов визгливые девичьи выкрики.

На меня скосила глаза добрая половина синей шеренги, но сказать ничего не успели, потому что в зал широким шагом зашёл эльф-африканец в преподавательской синей мантии.

Нет, ну а как бы вы назвали высокого ушастого, чисто по-эльфийски высокомерного сноба с абсолютно шоколадной кожей?!

— Кто это? — шепнула я ближайшему соседу.

Он недоуменно уставился на меня, но всё же ответил, так же тихо прошептав:

— Магистр Тэй. Он — дроу, тёмный эльф. Зверь, а не учитель. Почему ты встала в строй? Тебе нужно отойти к двери.

— Разговорчики! — гаркнул вышеобсуждаемый эльф. То есть, дроу. — Построились! — мы все старательно вытянулись в струнку. — Молодые мои стражи, рад видеть Вас в стенах Академии Грейсли. Лучшей Академии страны и единственной обучающей вас — будущих стражей королевства!

На заднем фоне одобрительно разразились аплодисментами, но живо замолчали, стоило преподавателю скосить туда взгляд.

— Меня зовут магистр Тэй, и я ваш преподаватель по физической подготовке, а совместительству — куратор вашей группы. Так что и наказывать буду вас тоже я.

Он обвёл взглядом притихших адептов и продолжил:

— Вы прошли вступительные испытания и думаете, что лучшие из лучших. Спешу огорчить, — он кровожадно оскалился, — тут вы вообще никто, пока не докажете обратное. На время обучения забудьте все те титулы, с которыми сюда пришли, и заслужите уважение своими силами. Сейчас вас чуть больше двадцати. В конце обучения, дай Бог, чтобы осталась половина. После нашего знакомства и экскурсии по Академии вы получите расписание занятий и сразу приступите к обучению. Сегодня у вас только один урок по магическим расам. Через пару минут к нам должен присоединиться ректор нашей Академии — магистр Никс. А пока мы с вами проведём перекличку.

Он достал длинный свиток и начал зачитывать, оценивающе разглядывая каждого называемого адепта.

— Адам Рот!

— Лорд Адам Рот! — недовольно поправил преподавателя высокий вампир с длинной копной белых волос, забранных в высокий хвост.

Магистр Тэй оторвался от своего списка и предвкушающе прищурился.

— Лорд. Ну что ж, идите сюда, лорд.

Вампир немного побледнел, если это вообще возможно при его белоснежной коже, но всё же смело сделал шаг вперёд навстречу дроу.

— Повторите, что я сказал насчёт титулов в академии, адепт Рот.

— Вы сказали, что мы не будем пользоваться титулами, — послушно повторил вампир, — но позвольте, моя семья…

— А мне нет дела до твоей семьи, адепт! — гаркнул преподаватель. — Двадцать часов отработки. И обрезать волосы по плечи!

Вампир позеленел, а первокурсники споро зашумели, но так же быстро притихли, стоило дроу обвести их взглядом.

— Нет! Мои волосы — это честь и гордость вампира! — Адам схватился за свою копну и в ужасе уставился на магистра.

— Твои волосы — это оружие против тебя в первой же битве, — бесстрастно ответил дроу. — Право носить длинный хвост нужно заслужить. Хочешь попробовать?

Он сделал шаг назад, и в его руке материализовался длинный изогнутый меч светло-голубого оттенка, словно отлитый изо льда.

Адепт Рот нахмурился, но всё же отвёл руку в сторону, тоже призывая меч с чёрной рукояткой, отделанной драгоценными камнями.

Вампир сделал выпад первым. Резким движением меча он попытался выбить оружие из рук преподавателя, защищая своё право на длинные волосы.

Дроу с лёгкостью ушёл от удара и, оказавшись за спиной незадачливого студента, ударил рукояткой своего меча того по мягкому месту, а потом схватил белоснежные локоны и накрутил на кулак, заставляя вампира согнуться и встать на колени.

— Обрезать по плечи! — прорычал он адепту в лицо. — Встать в строй. Ещё есть у кого-нибудь желание заявить, что он лорд? — вампир понуро пошёл обратно, уже не пытаясь спорить с преподавателем. А тот, будто не замечая направленных на него взглядов, невозмутимо продолжил: — Нет? Ну тогда, давайте дальше.

Я незаметно потрогала свои волосы. Мне повезло, и они не такие длинные, как у вампира. Чуть длиннее, чем по плечи, если учитывать, что не прямые, а кудрявые. Может, меня не заставят обрезать? В конце концов, не побрить же, как в нашей армии, и то ладно, зря вампир так расстроился. Отрастёт его хвост!

— Рэй Ланель!

— Тут!

— Лавионель Адикал!

О, и эльфы имеются!

— Здесь.

— Аридон Рассел!

— Здесь.

Он ещё долго перечислял имена первокурсников, которых я насчитала около двадцати, пока не дошёл до меня.

— Тать… Татьяна Грейс, — совсем тихо прочитал дроу и в ужасе обвёл взглядом шеренгу, остановившись на мне. То же самое сделали и все остальные.

Стало тихо. Слишком тихо. А я, видимо от нервного напряжения, глупо хихикнула и покраснела под взглядом дроу.

Тот взбесился.

— Женщина на моём факультете?! Ведьма?!

— Ты тоже в недоумении, Рэй? — прозвучал голос ректора Никса в полной тишине зала. Он уверенным шагом приближался к возвышению, на котором стоял дроу, излучая всем своим видом абсолютное спокойствие. — Я тоже удивился, можешь мне поверить, когда кристалл силы направил адептку Грейс на твой факультет.

— Она ведьма! — обвинительно ткнул дроу в меня пальцем.

— Разве у нас есть ограничения для допуска на факультет каким-либо расам? — ректор предупреждающе поднял бровь.

Магистр Тэй (надо же, имя Рэй Тэй, забавно звучит) немного стушевался под суровым взглядом начальства, но сдаваться не спешил.

— Наш факультет не предназначен для женщин!

— Возможно, — не стал спорить ректор. — Но раз кристалл определил её сюда, то значит, она вполне может у вас учиться. При большом желании и усердии, конечно, — добавил он, а дроу предвкушающе оскалился.

— О, я проверю её усердие, ректор Никс, не переживайте.

Я почувствовала как пересохло в горле. Этого мне ещё не хватало.

— Итак, я могу обратиться к ученикам? — заботливо поинтересовался он у магистра Тэя, сверлящего меня нечитаемым взглядом.

— О, да, конечно, — встрепенулся дроу. — Господа первокурсники — ректор Академии Грейсли, ректор Брейдон Никс, и, по совместительству, ваш наставник по магическим практикам.

— Спасибо, магистр Тэй. Дорогие первокурсники! Рад приветствовать вас в нашей Академии! Всех вас распределил на этот факультет кристалл силы, значит, все вы достойны того, чтобы учиться здесь, — он обвёл взглядом нестройный ряд, ненадолго задержав его на мне.

Ректор меня удивил, не высказав вчерашнего недовольства и даже как будто защитил от возможных нападок однокурсников, обозначив, что не поддержит травлю. Но сильно я не обольщалась, прекрасно помня его собственную реакцию на меня.

— Наша Академия выпускает лучших магов в королевстве. Ваша задача не вылететь на первом же курсе и достойно закончить обучение, — и опять его взгляд метнулся ко мне. — Сообщаю, что на время обучения, как вам наверное уже пояснил магистр Тэй, никто не сможет пользоваться титулами, поэтому все вы здесь сейчас равны. Занятия проходят шесть раз в неделю. Воскресенье — выходной. Каникулы три раза в год. Всё остальное время вы обязаны посвящать учёбе. Так же летом запланированы выезды на практику, но не с одногруппниками, а со своими соседями по комнатам. Всю остальную информацию вам даст магистр Тэй и другие преподаватели. Добро пожаловать!

Зал разразился аплодисментами. Больше всего шума создавали девчонки на входе. Я даже поморщилась. Уж слишком громкие и восторженные голоса у этих поклонниц.

А потом нас водили по Академии. Не сказать, что там нашлось что-то более прекрасное, чем столовая, так что даже и рассказывать не обязательно.

Скажу только, что меня привлекли залы для тренировочных боев, где без всякой охраны на стене висело разнообразное колюще-режущее оружие, что, как по мне, — недальновидно. А также зал для магических тренировок, обитый мягкой белой тканью на всех стенах. Я тогда мысленно усмехнулась. Как в психушке. Чтобы не убились.

После длительной экскурсии подошло время обеда, а затем магистр Тэй отпустил нас на первую лекцию, снова окинув меня нечитаемым взглядом. Но ничего не сказал, и то хорошо.

Мы вернулись нестройным хором в одну из аудиторий на первом этаже, и парни ринулись занимать удобные места и при выборе у каждого имелась своя цель или причина. Мне лично приглянулся стол возле окна в третьем ряду. Это как выбор этажа при покупке квартиры: главное, не первый и не последний.

С мелодичным звонком в зал прошёл преподаватель, а я опять почувствовала себя школьницей.

Высокий статный человек... Ну, или тот, кто на него очень похож... с каштановыми кудрями, добрыми мудрыми глазами, лет пятидесяти на вид, в зелёной мантии. Он обвёл взглядом притихших студентов и сразу приступил к лекции.

— Доброе утро, адепты. Рад приветствовать вас в Академии Грейсли. Я — магистр Торрел — буду преподавать у вас изучение магических рас. На первом курсе мы изучим разумные расы, населяющие наше королевство. Их слабые и сильные стороны, а также способы взаимодействия и сражения с ними. Итак… Да, адепт.

— Адам Рот, — уже знакомый мне белобрысый вампир поднял руку и лениво осматривал аудиторию.

— Да, адепт Рот.

— А мы будем изучать ведьм? — вампир повернул голову в мою сторону и одарил сальным взглядом.

Преподаватель, проследив за поворотом его головы и найдя меня, удивлённо поднял брови, но никак не прокомментировал. Вместо этого ответил ученику:

— Разумеется, студент. Так как ведьмы являются полноправными жителями нашей страны, пусть их и живёт здесь совсем немного, они относятся к разумным расам, как и мы с вами, то есть мы будем их изучать.

— А вам не кажется, что это существа настолько низшего сорта, что их изучение ниже достоинства благородных лордов? Какие у них, в принципе, могут быть сильные стороны? — меня окатили волной презрения.

— А мне интересно, — тут же отреагировала я, — можно ли было отнести вампиров к разумным расам, если бы пришлось судить только по конкретному индивиду.

Вампир явно не ожидал, что я буду с ним спорить, потому что весь побелел от ярости.

— Ты! Портовая девка! Да как ты смеешь разговаривать со мной?! Это с кем надо переспать, чтобы попасть на факультет стражей?!

— С ректором! — подсказал кто-то с дальних рядов.

А я, недолго думая (я вообще никогда долго не думаю), подскочила и без предисловий с размаху врезала кулаком по наглой ухмыляющийся роже вампира. Он, не ожидая от меня активных действий, кубарем свалился со стула.

Правда, в следующую секунду вскочил, и в руке у него материализовалась палочка, на которой начал клубиться чёрный дым.

— Ни с места! — громыхнул голос преподавателя. И мы в прямом смысле слова застыли на своих местах.

— Адептка. Как вас там?

— Грейс, — пискнула я, пытаясь пошевелить правой пяткой, которая почему-то отчаянно зачесалась. — Татьяна Грейс.

— Адептка Грейс, к ректору! Немедленно!

Я почувствовала, что снова могу дышать, и с наслаждением почесалась. Потом послушно поплелась к выходу из аудитории.

В это время разморозили моего противника.

— А вот вам и ответ на вопрос, адепт Рот. В бою лучше ведьмочек не злить, потому что в гневе они страшны, впрочем, как и все женщины, а ещё мстительны. Если я ещё раз от вас услышу подобные высказывания, вы получите по моему предмету неуд автоматом. Вам всё ясно, адепт?

— Да, сэр, — понуро кивнул вампир, с ненавистью глядя на меня и потирая ушибленную скулу.

Я вылетела в коридор и в момент взлетела на второй этаж, чтобы через пару секунд с грохотом распахнуть ректорскую дверь.

— Он сказал, что я с вами сплю! — без предисловий заявила я прямо с порога.

Эльф, сидящий в кресле напротив ректора, судорожно побледнел и закашлялся, с ужасом переводя взгляд с ректора на меня.

— Адептка Грейс! Вон из моего кабинета! — загрохотал Брейдон.

— Но меня сюда послали! — возмутилась я.

— Немедленно! Иначе я сейчас сам вас вышвырну!

Кипя праведным гневом, я вылетела за дверь, громко ею хлопнув.

Буквально через пару минут оттуда выскочил красный, как рак, эльф, а затем я услышала хриплое:

— Входите, Татьяна.

Ректор стоял возле окна, сложив руки за спину и рассматривая академический парк.

— Садитесь и рассказывайте. Я только что получил сообщение от магистра Торрела, теперь хочу услышать вашу версию событий.

— За… Редиски! У вас тут одни учатся, вот, — недовольно буркнула я, плюхнувшись в кресло.

Плечи мужчины напряглись, но голос остался абсолютно спокойным.

— И всё?

— И всё!

— Почему вы ударили однокурсника?

— Он меня провоцировал, ну, я ему и врезала! Просящему даётся! — я воинственно нахохлилась.

Ректор на секунду замер, а потом развернулся ко мне всем корпусом. Посмотрел странным взглядом, значения которого я не смогла понять, но предположила, что он, наверняка, проклинает тот день, когда мы встретились. То есть — вчерашний.

— То есть, — медленно повторил он, — вы считаете, что он это заслужил?

— Да, именно так я и считаю.

— Вы должны знать, что драки на территории Академии запрещены. И это касается не только магических дуэлей, но и размахивания кулаками.

Он прошёл к своему столу и вытащил оттуда длинную деревянную коробочку, которую протянул мне.

— Что это? — я с опаской покосилась на подношение. Мало ли что в магическом мире подсунут в качестве наказания.

— Возьмите, вам это понадобится, — видя, что я не тороплюсь брать коробку, он вздохнул и сам вложил мне её в руки. — Берите, она не кусается, — немного хриплым, приглушённым голосом сказал он, пряча улыбку.

Почему-то от этих слов и мимолётных прикосновений я смутилась и залилась краской, как будто мне и правда восемнадцать.

— А теперь идите, Та… Татьяна, — глухо сказал он, и я пулей выскочила за дверь.

Не останавливаясь, сразу побежала в общежитие, пытаясь замедлить быстро бьющееся сердце. Как странно. Не иначе, как тахикардия. Этого ещё не хватало в таком молодом теле!

***

Как только за адепткой закрылась дверь, Брейдон упал в кресло и захохотал. Он смеялся и смеялся, пока на глаза не выступили слёзы. Он уже и не помнил, когда в последний раз так веселился. Конечно, он не стал её наказывать, а вот адепт Рот должен узнать, как правильно помогать поварихам на кухне.

Странно на него действует эта девчонка. Как бы Академию не разнесла своим присутствием.

— Ну что ж, ведьма… Таня… — задумчиво проговорил он, глядя на закрытую дверь, за которой скрылась студентка. — Я чувствую, что грядёт веселье…

Глава 7 Нормальный сосед

Около здания общежития я затормозила и с опаской открыла коробку.

На красном бархате лежала серебряная палочка, заботливо завёрнутая в мягкую ткань.

Ого! А это дорого! Как он догадался, что у меня нет палочки?!

Ой, а я же ещё и про одежду ничего не спросила и не поблагодарила его! А ведь хотела. Особенно меня интересовала мягкая мужская футболка, в которой я спала. От неё шёл такой интересный аромат, что я бы приобрела порошок, которым пользуется ректор.

В том, что футболка его, я нисколько не сомневалась, просто чувствовала.

Я медленно побрела по лестнице, пытаясь восстановить дыхание после бега.

Как странно, раньше общалась только с людьми, а теперь…

Теперь живу с эльфом и вампиром, один Мракадан у нас нормальный человек. Высокомерный, правда, ну да ладно. С этими мыслями я зашла в комнату и уже с размаху плюхнулась в облюбованное ранее кресло, как само по себе открылось окно (а мы живём на четвёртом этаже!), и в него широким прыжком влетел волк.

Огромный. Чёрный. Волк. Из раскрытой пасти которого капала слюна.

— А-а-а! Мать моя женщина! Волк! Воооолк! — я подскочила с кресла и с визгом бросилась наутёк.

Волка, видимо, оглушил мой крик, потому что он потерянно начал трясти головой и прижимать уши.

Дверь в мою комнату преграждал этот самый хищник, так что я метнулась к комнате Воли. В ужасе подёргала ручку — закрыто.

Волк сделал шаг на сближение, и меня накрыла паника.

— А-а-а-а-а! Изыйди, брысь, пошёл вон отсюда!!! — заорала что есть мочи, кидая в противника всё, что попадалось под руку, и метнулась в единственную открытую дверь — в ванную.

Попыталась её за собой захлопнуть, но волк подскочил раньше и лапой придержал дверь. Так что я не могла её сдвинуть с места.

Я судорожно перекрестилась.

Потом схватила швабру и воинственно начала тыкать в морду зверя оказавшейся там намотанной мокрой тряпкой.

— Пошёл прочь! Уходи! Я не вкусная!

Волк явно опешил от моего напора, потому что, несмотря на то, что продолжал злобно фыркать, начал затравленно озираться по сторонам и пятиться от меня.

— Ага! — победно воскликнула я и уже хотела захлопнуть дверь прямо перед носом хищника, как в нашу гостиную со стороны коридора вошёл Воли.

— Воли! Беги! — заорала во всё горло и, бросив швабру на манер копья в морду волка, в момент оказалась около вампира, чуть не сбив с ног, и начала старательно пихать его обратно в коридор. Вампир, несмотря на среднее телосложение, оказался просто несдвигаемым.

— Т-таня? — он удивлённо попятился, пытаясь отцепить мои руки, неизвестно как оказавшиеся на его шее и сжимающие её. — Что происходит? Мракадан? — он перевёл взгляд за мою спину, и я похолодела. Ещё один выполз, теперь мне и его спасать придётся!

Позади послышалось недовольное рычание, и я от страха запрыгнула на вампира, обхватив его за талию ногами.

— Ай!!!

— Таня! — в голосе Воли послышались осуждающие нотки. — Зачем ты напала на Мракадана? Ты его своим представлением до полусмерти испугала.

— На кого? — я от удивления даже руки разжала, чем вампир немедленно воспользовался, сгрузив меня на пол.

Так как он смотрел на кого-то позади меня, то я тоже с опаской кинула взгляд через плечо.

Волк никуда не делся, но просто сидел на пятой точке около двери в ванную и осуждающе на меня смотрел. Чернявого соседа поблизости не наблюдалось.

— А ты видишь здесь ещё кого-нибудь, кроме оборотня? — издевательски протянул Воли.

— Оборотня? — я резко развернулась и уставилась на предполагаемого Мракадана. — Этот, что ли? Он — наш сосед? — я тыкнула пальцем в зверя. Тому это не понравилось и он зарычал. Я проворно спрятала палец обратно.

— Ну да. А ты наблюдаешь ещё кого-то, кроме него? Что ты тут устроила? — Воли недоуменно обвёл взглядом комнату и остановил его на швабре. Нижняя губа у него предательски задрожала, и он, старательно сдерживая улыбку, опять обратился ко мне: — Ты никогда оборотней не видела?

Я уже настолько оправилась, что поняла, насколько сейчас опростоволосилась. Надо не допустить возможности им подумать лишнего.

— Видела, — буркнула недовольно, — но давно. Да и неожиданно. Да и вообще! — я недовольно вперила взгляд в чёрное животное. — Мог бы и сказать кто ты. А не пугать до полусмерти!

— А как он тебе скажет? — хмыкнул вампир. — В ментальной магии ведьмы не сильны. А вот когда я пришёл, то многое выслушал и о всех женщинах в общем, и о тебе в частности.

— А что он обратно не перекидывается? — полюбопытствовала я. Продолжая уже почти без страха рассматривать волка.

— Он ждёт, пока ты уйдёшь. Или хотя бы дашь возможность сходить за одеждой, не тыкая в него палкой, — Воли старательно сдерживал улыбку, переводя недовольные урчания волка!

— Так он что, бедненький, без трусов даже?! — ужаснулась я и ломанулась в предполагаемую комнату оборотня.

Меня остановил недовольный рык волка и удивлённый возглас вампира:

— Ты куда?

— За трусами, — невинно похлопала глазами. — Холодно же, наверное, без них. Не дай Бог, застудит себе чего…

В глазах волка зажёгся нехороший огонёк, и, вздыбив шерсть, он на меня зарычал.

— Ты что, стесняешься меня? — наконец, дошло до меня. И тут же здраво возмутилась: — Да что я там не видела!

Оба соседа ошалело вытаращились на меня, а я осознала, как такая фраза звучит из уст молоденькой девчонки, а не шестидесятилетней тётеньки. — Я с племянниками часто сидела, вот.

Судя по недоверчивым мордам напротив, не факт, что мне поверили.

— Да что вы так смотрите! Я честная девушка! И честь у меня… Девичья! Вот! — гордо выпятила подбородок.

Воли ещё сильнее вытаращил глаза и стремительно начал покрываться красными пятнами. А волк судорожно закашлялся. В исполнении зверя это выглядело до того нелепо, что я уже совсем без опаски подошла к нему и похлопала по спине.

На меня опять недовольно рыкнули, и я почла за лучшее убраться в свою комнату. Там я закрылась на замок и не открыла даже тогда, когда разъярённый оборотень начал колотить в дверь и сыпать оскорблениями в мой адрес.

Наконец, он выдохся и, буркнув напоследок: «Дура!», недовольно удалился, громко хлопнув своей дверью. Вот тебе и нормальный парень! Оборотнем оказался!

Через пару часов я засобиралась на ужин и, выйдя в гостиную, обнаружила мрачного как туча оборотня. Вздохнув и посетовав на молодые вспыльчивые и обидчивые головы, пошла мириться первой.

— Данусик, ну ладно тебе, чего ты дуешься? Подумаешь, не признала, ты сам-то себя видел? Страшный, огромный как злая собака!

Парень от моих слов в ужасе отшатнулся и с яростью уставился на меня.

— Как ты меня назвала?!

— Ой, — спохватилась я, — ну не собака, конечно, а волк, но всё же похож. Да и, согласись, родственные виды, недолго и перепутать.

Лицо напротив начало стремительно меняться, вытягиваясь, на скулах проступила шерсть, а глаза налились кровью.

— Мама родненькая! — воскликнула я. — Ладно тебе, не кипятись! А то ты сразу такая образина! Я же помириться хочу!

Мракадан только раздражённо вздохнул, а потом выдохнул:

— Какой я тебе «Данусик»?!

— Тебе не нравится? Мракадан просто слишком длинно, а вот Дан — другое дело, не находишь? А где Дан, там и Данусик.

— Никакого Данусика, ведьма, ты поняла меня? — оборотень обессиленно плюхнулся в кресло. — Шла бы ты отсюда, а? — уже не злобно, а как-то устало попросил он.

А я, поняв, что меня, похоже, простили, радостная выбежала за дверь. Ругань руганью, а ужин — по расписанию!

Глава 8 Физкультура полезна для здоровья

— Доброе утро, мои свеженькие, зелёненькие стражи! А, ну и ведьма, — довольно презрительно добавил магистр Тэй, проходя вдоль нашей не очень ровной шеренги, заложив руки за спину и осматривая нас с головы до ног.

— Задача учителей в этой Академии — сделать из вас: нытиков, неженок и тому подобных — достойных представителей рода стражей. Даже если вы мечтаете после окончания обучения всю жизнь просидеть в тёплом кабинете на мягком стуле, а не служить оперативником и воином, на моих уроках вам всё равно придётся поднакачать свою задницу. И если вы к концу семестра не одолеете начальную полосу препятствий, — он махнул рукой себе за спину, где возвышалось странное сооружение, что-то среднее между парком аттракционов и камерой пыток, — то вылетите отсюда, а я ещё магического пинка вам для ускорения поддам. И послаблений ни для кого не предвидится! — его взгляд, ожидаемо, остановился на мне.

Я громко выдохнула. Ну конечно, а я чего ожидала? Что, как единственную девочку, на руках носить будут? Наивно.

Наша шеренга, состоящая из одних парней, исключая меня, смотрела на преподавателя весьма хмуро. И если причина моей печали крылась в сложности выживания, то благородные лорды дулись от недовольного и пренебрежительного отношением к ним. Но пока молчали.

— А теперь, на пробежку вокруг парка — вперёд! Десять кругов и приступим к тренировке!

Моя челюсть с грохотом упала в землю. Он шутит?!

Этот парк насквозь-то пройти не меньше получаса, а чтобы бегать вокруг?! За кого они нас принимают? За терминаторов? Я даже одного круга не осилю! Да и когда? Урок резиновый, что ли? А он ещё собирается после начать саму тренировку! Немыслимо!

Надеясь, что мне всё же послышалось, я подняла руку. Дроу на меня не смотрел, снисходительно поглядывая на разминающихся и по очереди стартующих парней. Пришлось привлекать к себе внимание:

— Уважаемый! Как вас там?! Тэй, Рэй? Магистр Дроу!

На секунду воцарилась тишина, ученики с ужасом на меня уставились, в глазах некоторых я прочла немое прощание с глупой ученицей, так рано уходящей к праотцам.

— Ведьма… — прошипел магистр, в одну секунду оказываясь около меня и нависая прямо над лицом так, что мне пришлось запрокинуть голову и втянуть её в плечи, чтобы посмотреть на него. — Ты не только женщина, но ещё и глупая. Не смей на мне применять свои плебейские приворотные чары!

— Я бы попросила… — хотела было возмутиться, но мне не дали договорить.

— Или ты думаешь, что заступничество ректора сможет тебе хоть как-то помочь? Уж не знаю, чем ты его смогла зацепить и обольстить, но со мной этот трюк не пройдёт! Ты не только вылетишь отсюда, но и я сам тебе в этом помогу!

С каждым его словом во мне закипала злость. Я просто хотела спросить, сколько по времени будет длиться урок, раз у нас только пробежка может растянуться на весь день. Но сейчас желание спрашивать о чём-либо этого гада просто-напросто отпало. Я до хруста вытянула голову, заставляя магистра немного отодвинуться от моего лица, и с презрением оглядела его с головы до ног.

— Не переживайте, магистр, — ядовитым голосом пропела я. — Я предпочитаю воздействовать только на того, кто хотя бы похож на мужчину, а не на мешок с дерьмом!

Кажется, на заднем фоне кто-то испуганно икнул.

Но я, стараясь не замечать наполненные кровью глаза декана, в которых явственно читалось желание меня придушить, развернулась и побежала по тропинке. Странно, что мне ничего не ответили. Хотя, возможно, он просто боялся взорваться. Но мне не было до этого никакого дела.

Сорвалась, признаю. И грубо очень, но что ещё от меня можно ожидать? Я не трепетная дева, которые здесь перелетают с облачка на облачко. Я — взрослая женщина, проработавшая всю жизнь с мужчинами, среди которых не так редко встречались негодяи. И я не позволю какому-то магистру, наделённому крупицей власти и думающего, что он может решать судьбу людей, втаптывать меня в грязь!

— Зачем ты нарываешься? — послышался голос сбоку от меня. Я повернула голову и обнаружила высокого паренька со темно-русыми волосами и достаточно добродушным, но чуть насмешливым лицом лицом. — Тебе не стоит злить магистра Тэя. Насколько я знаю — он очень мстительный и ничего не прощает. Вдобавок, он — наш куратор, для чего портить отношения? Ты могла бы постараться не перечить ему и старательно учиться, тогда он, глядишь, постепенно смирился бы с твоим существованием.

— И терпеть его грязные намёки? — возмутилась я. — За кого ты меня принимаешь?

— Разве это настолько важно, что ты готова закончить обучение здесь, даже не начав?

— Есть вещи, которые нельзя спускать, — уверенно возразила я.

— Ну, как знаешь, — легко пожал плечами парень и, не напрягаясь, начал удаляться от меня вперёд по дорожке. А ведь я бежала на пределе своих возможностей, а он даже не запыхался.

— Стой! — крикнула я ему вдогонку.

Он, не сбавляя шага, повернул ко мне голову.

— Как тебя зовут?

— Дрейк.

— А я Таня, — сквозь сбившихся дыхание улыбнулась я.

— Я знаю, — парень чуть приподнял уголки губ в ответной улыбке, пусть и немного прохладной, и припустил вперёд.

Теперь я понимаю, почему задали десять кругов — пока я, еле живая, бежала один, мимо меня несколько раз пронеслась моя группа парней. Я заприметила у одного паренька ярко-красные свободные штаны и по ним отчитывала количество. Два-четыре-пять-восемь…

Когда я, наконец, пробежала мимо куратора, с меня градом лился пот, а ноги заплетались. При этом я поймала только полный презрения и ненависти взгляд чёрных глаз преподавателя. Но сдаваться я не собиралась, хотя перед глазами уже начала появляться чёрная пелена.

Усилием воли заставила своё тело побежать на второй круг. Когда уже углубилась в лес, мимо меня в последний раз пробежал Дрейк. Он сочувствующе меня оглядел.

— Ты только второй бежишь, да? Мы уже последний, сейчас пойдём на растяжку, а после на полосу препятствий. Может, мне попросить за тебя магистра Тэя, чтобы ты не бежала оставшиеся круги?

— Слишком много чести, — сквозь зубы процедила я, старательно стараясь разглядеть дорогу сквозь чёрные пятна, которых всё больше мелькало перед глазами.

— Ну как хочешь, — голос Дрейка, а затем и его шаги начали удаляться, а через несколько минут меня больно толкнули в плечо.

Не сумев удержать равновесие, я кубарем полетела в кусты.

— Смотри, куда прёшь, отродье, — послышался гадкий голос вампира… Как там его? Адам Рот? Перца ему в рот, вот что!

Он побежал дальше, а я попыталась подняться из кустов. Ноги не слушались, руки дрожали, а голова начала терять связь с реальностью.

Наконец, я поднялась и нетвёрдым шагом ступила на дорогу. Нет, я не сдамся! Не для того я начинала новую жизнь, чтобы так бездарно проигрывать перед теми, кто этого не заслуживает!

Моих сил хватило минут на пять, а после в голове зашумело и я почувствовала, что теряю сознание и куда-то падаю. Ну как куда-то? Вниз!

— Что с ней? — сквозь темноту до меня донёсся раздражённый голос куратора.

— Я думаю, она упала сюда с дороги, — а этот голос мне тоже знаком, только я не помню, где его слышала.

— А почему без сознания?

— Мне кажется, с непривычки перенапряглась, и из-за этого у неё физическое истощение.

— Физическое истощение? — недоверчиво повторил преподаватель. — А почему её не подпитывает магия? Как вообще может быть истощение от неполных двух кругов вокруг парка?!

— Плохая физическая подготовка, — я прямо почувствовала, как его собеседник пожал плечами.

— Ну, а с головой у неё что?

— Ударилась, когда падала.

— Подлечишь?

— Да, постараюсь, но это только первая помощь, ей всё же нужно к целителям.

— Хорошо, я пришлю сюда лекаря.

— Давайте я отнесу её к ней в комнату, — я узнала этот голос! Это — Томми, мой старый знакомый очкарик! Сейчас я была ему рада, как будто мать родную встретила, и, подавшись вперёд, трясущимися руками обхватила своего Спасителя за то, что первым попалось под руки. Попалась нога. Так что я прилипла к ней намертво, продолжая мелко дрожать. Глаза до сих пор не открывались.

— Как хочешь, — собеседник даже не скрывал пренебрежения ко мне. — Из-за неё у меня сорвался урок! Убери ведьму подальше отсюда и побыстрее, я не хочу тратить ещё половину занятия на то, чтобы её тащить куда-либо, хватит того, что мы искали её всё это время.

— Хорошо, магистр, — меня оторвали от ноги и закинули на худенькое плечо. Остатками сознания я подумала: как хорошо, что на мне сейчас брюки, а не юбка; а затем провалилась в темноту.

— Таня-я, — донёсся до меня голос Воли. — Таня-я, ты меня слышишь?

Я разлепила тяжеленные веки и нетвёрдым взглядом уставилась на вампира.

— Что случилось, Воли? — в горле пересохло, и я натужно сглотнула.

Вампир мой намёк понял и поднёс к губам стакан с водой. Я сделала несколько маленьких глотков и откинулась на подушки.

Когда перед глазами перестало крутиться, я смогла понять, что лежу в своей комнате в общежитии, а рядом, кроме Воли, уже никого нет.

— Таня-я, — сосед облегчённо выдохнул. — Ты меня напугала. Я уже думал опять вызывать целителей. Ты так долго спала!

— Сколько времени? — я покосилась на тумбочку возле кровати, но часов на ней, ожидаемо, не нашла.

— Уже почти восемь вечера.

— Что? — я почти подпрыгнула над кроватью, но перед глазами опять заплясали круги, поэтому пришлось лечь обратно.

— Ты проспала почти весь день! Я пришёл с пар перед обедом и обнаружил здесь лекаря со второго курса.

— Томми, — кивнула я.

— Он рассказал, что ты потеряла сознание на первом же уроке по физической подготовке, он нёс тебя до общежития, но ты такая тяжёлая, что если бы не ректор Никс, то точно бы не дотащил!

— Ректор Никс? — я непонимающе подняла голову от подушки. Вот его я не помню…

— Да, он встретил вас на пути от полигона и порталом перенёс в комнату, а потом прислал академического лекаря. А ушёл, когда целитель уверил, что тебе ничего не угрожает. А Томми остался дожидаться нас — его ректор освободил сегодня от всех занятий.

— Ооо, — только и смогла выдать я. Столько людей переполошила, даже стыдно как-то стало. — А мне никто ничего не просил передать?

— Просили, — вампир усмехнулся. — Томми просил передать, что ты дура, — на этих словах я закатила глаза. — А ректор просил завтра перед занятиями зайти к нему.

Я приуныла. Наверняка, выгонять будет, а ведь я только-только приступила к обучению! На глаза выступили злые слёзы. Я ведь стараюсь!

— Я принёс тебе ужин в комнату, — постарался утешить меня вампир.

— Спасибо, Воли, — я слабо улыбнулась. Ну хоть кто-то здесь меня не презирает!

Вампир ушёл, а я ещё долго пялилась в потолок и жалела себя. Правильно я тогда сказала ректору. Зас… Редиски здесь у них все! И не только учатся, но ещё и преподают!

Глава 9 Предложение ректора

На следующий день в общую гостиную я вышла мрачнее тучи. Все мои соседи уже собрались и чинно завтракали.

Оборотень на моё появление только скосил глаза в мою сторону, но ничего не сказал. Эльф же вообще сделал вид, что меня тут нет и никогда не было, продолжая терзать свой омлет, разрезая его на миллионы малюсеньких кусочков. Один Воли приветливо кивнул и предложил позавтракать с ними.

Я скромно пододвинула к себе блюдо со всеми закусками и начала мрачно жевать. А что, если выгонят? Этот гад Рэй Тэй не успокоится, пока не достанет меня до самых печёнок. Редко я позволяла себе сопли распустить, а тут что-то на меня нашло. Именно сейчас я до конца поняла, что больше никогда не вернусь на Землю. И котика своего я больше никогда не увижу, и родственников. Хотя у сына давно своя семья, конечно, погорюют, но ведь мы все знаем, что человек не вечен. А здесь куда я пойду? А в Академии и Томми такой милый, дотащил меня, и ректор вызвал врачей, и Воли заботится. А еда! Какая же здесь еда! Если я уйду, то больше никогда такого не поем. И так жалко себя стало! На глазах выступили слёзы.

Все трое соседей удивлённо подняли на меня головы и как-то разом смутились. Ооо, совсем зелёные парни-то, вообще женских слёз не выдерживают.

— Таня, ты чего? — осторожно дотронулся Воли до моего плеча.

Я посмотрела на недоеденный круассан с запечёной курицей и жалобно проныла:

— Так грустно, но так вкусно!

И заревела белугой.

Парни тут же засуетились: Воли пытался обнять, нашёптывая какие-то глупости, Даник с мрачным выражением лица пихал мне в руки пирожок и что-то бурчал. Даже эльф растерялся и после недолгого колебания протянул свой идеально выглаженный шёлковый носовой платок. Который я с благодарностью приняла и с усердием в него высморкалась. Эльфа перекосило, и он отодвинулся от меня подальше, кидая настороженные взгляды.

— Меня же выгонят! — рыдала я.

В этот момент в дверь нашей комнаты постучали, а потом она отворилась и зашёл ректор Никс собственной персоной.

— Адепты, я слышал плач, что здесь… — он замер, глядя на меня, сидящую с недоеденным круассаном в одной руке и платочком эльфа Лари (Ларионель слишком длинно) в другой, окружённую парнями.

Увидя ректора, я зашлась пуще прежнего:

— Это он! Это всё он! — тыкала я в него пальцем под недоуменным взглядом мужчины. — Сам обещал, сам же натравил, а я теперь мучайся! А я не хочу уезжать!!!

— Адептка… — Брейдон заторможенно хлопал глазами. — О чём вы говорите? Что я вам обещал? Почему вы должны уезжать? Почему, чёрт возьми, вы плачете?! — повысил он голос, и парней около меня как ветром сдуло.

Я жалобно хлюпнула носом.

— Ну вот, я же говорила, что вас все боятся, а вы не верили.

Мужчина раздражённо выдохнул сквозь зубы:

— Вставайте. Вы не забыли, что должны были сегодня встретиться со мной перед занятиями?

— Но вы же здесь! — здраво возмутилась я.

— Я там, где должен быть, — отрезал мужчина. Затем протянул мне руку, и в комнате появился портал. — Пойдёмте быстрее.

Я посмотрела на него, на портал, на свой круассан, раздражённо вздохнула и, откусив ещё кусочек, положила еду на стол. Затем поднялась и с гордо поднятой головой, продолжая шмыгать, но при этом делать вид, что ректора здесь вообще не существует, прошла в портал.

Мы вышли в уже знакомом кабинете, и я, не дожидаясь приглашения, плюхнулась в кресло.

— Начинайте, — буркнула сердито.

Брейдон уже вполне справился с удивлением, поэтому достаточно вальяжно прошёл к своему месту, сел и заинтересованно на меня уставился.

— Что именно, Татьяна, я, по-вашему мнению, должен начинать?

— Ой, а то вы не знаете! — я начала закипать. — Сами же сказали: «Успешно закончите семестр», — передразнила я его. — А я даже вокруг парка пробежать не могу, не то что пройти эту вашу камеру пыток, по недоразумению названную полосой препятствий. И что? Рады?

— Татьяна, — мужчина вздохнул и поднял руку, чтобы я замолчала, но меня уже понесло: — Конечно, ведьме в вашей супер-пупер-академии не место! А я…

Ректор молча достал свою палочку и взмахнул ею, лишая меня возможности говорить.

Опять?!

Я в ярости посмотрела ему в глаза. Он был настолько близок к тому, чтобы остаться вообще без глаз, но я пока держалась.

— Давайте проясним, — Брейдон откинулся на спинку стула. — Во-первых, вас никто выгонять сейчас не планирует. Повторюсь — сейчас. Вы правильно подметили — если успешно закончите семестр. Семестр закончен? Нет. Тогда о каком изгнании речь? А?

Я молчала, буравя мужчину взглядом, но, в отличие от прошлого раза, он меня расколдовывать не спешил.

— Молчите? Ну что ж, молчите, так даже лучше, — он издевательски поднял бровь, а я начала подниматься, чтобы вцепиться ему в волосы. — Я не поэтому вас позвал. Я хотел узнать, как вы себя чувствуете, и предложить помощь.

Я с громким «плюх» села обратно в кресло. Помощь?

— Именно, помощь, — продолжил он. — Вчера, из-за утреннего инцидента, вы пропустили остальные занятия. У вас были причины, поэтому никто вас за это не накажет, но, к сожалению, вы пропустили и моё занятие по магическим практикам, а там я как раз рассказывал о том, как магически подпитывать своё тело, когда физических сил уже не хватает.

Я заинтересованно уставилась на ректора. Он милостиво махнул рукой с палочкой в мою сторону, позволяя говорить.

— У вас и такая приблуда есть?! Ой! — пришлось похлопать себя по губам. Этот мир ещё не готов к подобным выражениям. Надо постараться его не испортить. А ещё — очень странно, но мои прошедшие годы как-то начали расплываться в памяти. Ощущение, что ещё чуть-чуть — и всё забуду! А это не хорошо. Остаться просто восемнадцатилетней — хорошего мало.

— Вот именно, — не замечая моего состояния, продолжал самозабвенно вещать ректор. — Каждый вечер я бегаю вокруг парка, и мог бы пару раз взять вас с собой, чтобы воочию показать, как настроить взаимодействие магических и физических сил.

— Вечер? — переспросила я.

— Да.

— В парке? — продолжала я допытываться.

— Да.

— Мы с вами вдвоём? — я прищурила глаза.

— Ну, да.

Вот это невинность! Мужик явно не понимает, к чему клоню.

— Оочень интересно, — я тоже откинулась на спинку кресла. — И как же именно происходят эти занятия?

— Вы должны будете обращаться к источнику силы и правильно распределять её. Адептка, почему вы так смотрите?

— Да я вот думаю, не пойти ли вам… Лесом?

Ректор подавился воздухом, а я продолжала:

— Вечером, в парке предлагаете невинной адептке заниматься практикой. Я, по-вашему, совсем глупая?

— Татьяна, о чём вы говорите? — теперь уже Брейдон смотрел на меня подозрительно.

— Да я всё поняла, не переживайте. Надо было сразу догадаться! Ваше расположение ко мне, одежда, личная футболка, — на этих словах ректор немного смутился. — Теперь вот индивидуальные занятия… Всё понятно!

— И что же вам понятно? — вкрадчиво поинтересовался мужчина.

Я смерила его презрительным взглядом и припечатала:

— Приставать будете!

Мужчина глубоко вдохнул и очень долго не выдыхал. Я даже побоялась, что таким и останется, но он всё же выпустил воздух и, по-моему мнению, из ушей тоже, потому что ощущение создалось именно такое.

— Как же вы меня достали! Адептка Грейс! — в сердцах выплюнул мужчина. — Ну вот почему все студенты нормальные, а вы одна такая… Странная на всю голову? Что вам за ерунда туда лезет? Зачем мне к вам приставать? Чтобы лишиться своего места? Или, думаете, меня привлекают молоденькие ведьмочки, у которых не то что фигуры никакой нет, но ещё и молоко на губах не обсохло, да ветер в голове? Думаете, это предел моих мечтаний?

А вот тут я оскорбилась. Обидно, знаете ли!

— То есть, утверждаете, что у вас и в мыслях не было?!

— Именно так.

— И вы не собирались меня соблазнять?

— Боже упаси! — мужчина картинно приложил руку к груди.

— И чем докажете?

— Да чем угодно!

— Хорошо, посмотрим, — решила я, а в голове уже созрел план. — Я проверю ваши слова. Будем считать, что договорились. Во сколько встречаемся?

— В восемь вечера у центрального входа на главную аллею.

— Идёт, — я резво подхватила правую руку Брейдона и крепко пожала. Потом наклонилась к его лицу и выдохнула: — Не опаздывайте!

А затем развернулась и вылетела из кабинета. Если мой расчёт окажется верным, то сегодня мужчина последний раз изъявляет желание со мной заниматься. А если его мысли настолько невинны, как он говорит, то и это я пойму. Хотя на данный момент я не верю в такое бескорыстное благородство!

Прямо у дверей аудитории я затормозила и развернулась.

За мной как привязанный шёл ректор Никс.

— Брейдон, я, конечно, всё понимаю, вы так старались меня убедить, что я вас не интересую, что решили побежать за мной и доказать это на деле, но уверяю вас, вы не привлекаете меня как мужчина, — говоря это, я задом зашла в аудиторию и замерла недалеко от входа.

Ректор зашёл следом. Он оглядел зал и, чуть приподняв уголок рта в усмешке, обратился ко мне:

— Адептка Грейс, видимо, вы были так заняты мыслями о моей скромной персоне, пока шли к учебной аудитории, что совершенно позабыли, что именно я и буду вести у вас эту лекцию.

Сзади послышался дружный хохот. Я медленно развернулась и покраснела до корней волос. Ужас! Как же неловко вышло! Вся аудитория была полна высокомерных однокурсников, которые сверлили меня насмешливыми, снисходительными, а подчас и презрительными взглядами.

— Ну а теперь садитесь на своё место и постарайтесь выкинуть мой образ из вашей милой девичьей головки и сосредоточиться на уроке, потому что, боюсь, я не смогу ответить на ваши чувства.

Послышался ещё более громкий взрыв смеха, а я, гневно сверкнув на ухмыляющегося ректора глазами, пошла за единственный свободный стол в дальнем углу аудитории.

Господи, как стыдно-то! Я совсем забыла, что ректор ведёт первую пару!

— Итак, адепты, — как ни в чём не бывало начал вещать ректор. — Для тех, кто отсутствовал на вчерашнем занятии, повторю своё приветствие: меня зовут Брейдон Никс, я являюсь ректором нашей Академии, а также веду занятия по магическим практикам. Поэтому тут вы можете ко мне обращаться просто магистр Никс. Вчера мы проверяли ваши способности концентрировать магию вокруг себя, а также я рассказывал о подпитывании магией тела, когда не хватает физических ресурсов. Так как почти все из вас делают это практически с рождения, не задумываясь, то не вижу смысла заострять на этом внимание — с теми, кто в этом пока не разобрался, проведу практикумы в отдельном порядке, — он сверкнул кошачье-зелёными глазами в мою сторону. — Сегодня же тема нашего урока: применение магии в боях.

Все вы, как будущие стражи, должны научиться использовать свою магию не только в бытовых и целительских вопросах, но и уметь ей защищаться и даже нападать, при необходимости. Любой выпускник нашего факультета может стать первоклассным агентом, и хотя для этого он должен пройти дополнительную подготовку, основу вы получите уже здесь. Давайте начнём с управления стихиями. Всё равно оружие научимся призывать не раньше третьего семестра, когда вы сможете худо-бедно держать меч на уроках по боевым искусствам. Итак.

Он прошёл до преподавательского стола и, взяв мел, начал выводить на доске акие-то каракули.

— Это формула стандартного призыва и направления на неподвижный объект. Ваша задача: вызвать стихию, собрать её в ладонях и направить на обыкновенный карандаш. В данном упражнении вы можете пользоваться палочками, а можете обойтись руками — как вам привычнее. Задача водников: заставить карандаш концентрированным потоком крутиться вокруг своей оси. Та же задача у воздушников. Огневики должны постараться вырезать любой узор или слово на карандаше, не испепелив его. А маги земли — заставить карандаш пробудиться и прорасти. Зачёт — если появится хоть один листочек. Если у вас смешанный тип стихии или нестандартный, типа льда и тумана, то прошу ко мне, я дам вам персональные задания.

Все адепты начали по-деловому чем-то шуршать, доставать карандаши, шептать формулу призыва и вообще вести себя странно. Несколько человек, ну, или не человек подходили к преподавательскому столу и что-то уточняли у магистра. Я, естественно, никуда не пошла. А что я скажу? Что поняла в его речи только предлоги?

Поэтому сделала то, что являлось единственно возможным: выбрала себе парня поближе для образца и начала старательно повторять за ним телодвижения, спрятавшись за широкой спиной одного из вампиров.

Парень, выбранный мной, оказался никто иной, как светловолосый Дрейк, с которым я общалась во время вчерашней пробежки. Он вроде как владел огнём, и, здраво рассудив, что однажды огонь уже мне подчинялся, я начала старательного копирования его позы. Дрейк сидел вполоборота к магистру, чуть склонившись над столом с карандашом, и тщательно что-то выводил палочкой, не касаясь его деревянной поверхности. При этом бормотал себе под нос, скорее всего, ту самую формулу, которая для меня выглядела как филькина грамота.

Как я поняла — он пытался что-то накарябать на карандаше. Я даже учуяла характерный запах жжёной древесины.

Я села вполоборота к ректору, наклонилась над карандашом, стараясь занавесить лицо волосами, потом начала бормотать все известные мне считалочки и незаметно острым концом палочки ковырять карандаш, дабы вырезать на нём… Ну хоть что-нибудь. Хотела цветочек, но получилось нечто другое, так что я решила, что это будет облачко.

Невдалеке послышалось отчётливое хмыканье Брейдона. Не, ну не может же это относиться именно ко мне? Я так хорошо спряталась за спиной черноволосого вампира, имени которого не помнила (но он явно ходил в одной шайке с гадёнышем Адамом Ротом), что меня даже муха не могла бы заметить. Кстати, о последних.

Прошло где-то около двадцати минут, большинство адептов уже более-менее сносно овладели сею премудростью и теперь по очереди демонстрировали результат ректору: кто успешно, а кто показывал только горстку пепла или щепок (в случае магов земли). Я уже начала потихоньку паниковать, даже не надеясь, что моё облачко примут за успешноё выполненное задание, потому как чтобы чуть-чуть поджечь карандаш для достоверности ни спичек, ни зажигалки не имелось. Но в какой-то момент с тихим хлопком в аудитории появилась уже знакомая мне языкастая фея в ярко-бирюзовом платьице.

— Ректор Никс! Простите, что отвлекаю, но дело не терпит отлагательств!

Мужчина кивнул, позволив фее подлететь поближе и отдать ему свёрнутый в трубочку свиток. Он пробежал его глазами и немного нахмурился. Затем обвёл взглядом притихших адептов, ненадолго задержав его на мне, и, наконец, выдал:

— Адепты, позвольте представить моего секретаря — Мисс Динь-Дилень из рода Динь, — я опять чуть слышно фыркнула, но, похоже, кроме меня, никому не показалось имя нашей знакомой забавным — все продолжали с заинтересованными лицами смотреть на ректора. — К сожалению, дела Академии вынуждают меня прервать пару и отпустить вас чуть раньше. Обещаю проверить оставшихся адептов уже на следующем уроке, а вашим домашним заданием будет отточить сегодняшнее упражнение до автоматизма — желательно, чтобы вы смогли его выполнить без использования палочки. Стихии должны подчиняться вам в любое время и в любой момент. А теперь, прошу прощения, мне нужно идти.

С этими словами он вскочил и, больше не оглядываясь, нырнул в образовавшийся портал, а за ним и его секретарь. Вот кто бы подумал, что маленькая выскочка — это секретарь ректора?

А я вздохнула с облегчением! Ну, до следующей пары я смогу найти спички, или, в идеале, — паяльник. Тогда вообще не отличат от того, что делали сегодня огневики.

Настроение у меня поднялось, и я бодренько покинула аудиторию вслед за остальными адептами, направляясь на следующую пару — по целительству.

Глава 10 Ведьмам тут не место!

Пару по целительству преподавала очень красивая эльфийка. Нет, не так. ОЧЕНЬ красивая эльфийка. Имени, конечно, я её не запомнила, но сама пара понравилась. Нам еще добавят отдельный предмет по зельеварению, но там придётся изучать всё что угодно, но только не то, что связанно с медициной.

А вот тут как раз всё вместе: и анатомия, и хирургия, и зельеварение из лекарственных трав, и сама травология. Как я поняла, целительство — один из предметов, который поставлен в расписание практически каждый день.

Пол-урока мы старательно слушали и записывали. По прошествии которого я поняла, что не бывает неинтересных уроков, бывают отвратительные преподаватели. А может, это пресловутая ведьминская натура начала просыпаться. Не знаю.

Другие пол-урока пришлось практиковаться. В этом году мы должны научиться варить зелья из растительных компонентов, а уже потом — из чего-то посложнее, типа пера из задницы феникса, зуба дракона и т. д.

Я без проблем сварганила маленькую порцию мази для заживления мелких царапин и суетливо запихала её в карман — пригодится. А чуть позже узнала, что нам как раз и предлагалось её забрать, так что коммуниздить вовсе необязательно. Вздохнула и попёрлась к выходу.

— Отойди с прохода, ведьма, — прошипел мне над ухом противный вампир. Вот не сидится ему спокойно — глаза мозолю.

— Какие-то проблемы? — я развернулась на звук голоса и сжала кулаки.

— Одно твоё присутствие здесь — это уже одна большая проблема! — выплюнул гад. — Уйди из Академии, пока по-хорошему прошу. А не то пожалеешь.

Только я хотела опять пустить в ход кулаки, как послышался ледяной голос от двери:

— Какие-то проблемы, Рот?

Мы обернулись на звук голоса, и я увидела в дверях Воли с Даником. Они смотрели на моего однокурсника презрительно, как на таракана.

Адам резко спал с лица и, склонившись, залебезил:

— Нет, никаких проблем, княжич, это просто ведьма, мы выясняли отношения.

— Меня вообще не интересует твоё мнение, — сухо оборвал его Воли. — Старайся не попадаться на глаза. Таня-я, пойдём, сейчас обед, хотели предложить тебе сесть с нами, — он дружелюбно протянул руку и под перекрестными взглядами адептов увёл в столовую.

— Воли, — выдохнула я, — так ты что, королевской крови? Ну, то есть, княжеской?

— Ну да, — вампир пожал плечами.

— Ого! Круто! А ты, Данчик? — я обернулась к оборотню, вышагивающему рядом с вечно мрачным выражением на лице. Я его уже совсем не опасалась. У меня внук такой же — бука-букой, но зато добрый внутри и всегда на помощь придёт, если надо. Хоть и ворчит часто.

— Таня, ты теперь всё время собираешься моё имя коверкать? — с напускной брезгливостью поинтересовался он.

А я аж умилилась. Ну прям как мой Костик! Не выдержала, всхлипнула и обняла оборотня покрепче, предварительно потрепав по голове.

Послышалось сдавленное и ошарашенное кряканье и шипение.

— Отцепись, ведьма, отойди от меня! Пошла вон! — но, вопреки недовольному бурчанию, меня совершенно не пытались отклеить и даже неуклюже похлопали по спине.

— Прости, — шмыгнула я носом, наконец, отпуская Дана. — Ты просто напомнил мне кое-кого. Впрочем, неважно. Так чего, ты у нас тоже королевских кровей?

— Ну, не совсем, — смутился он. — Я, конечно, наследник, но не главного клана. Клан чёрных волков только второй после правящего. А Верховный клан всё равно подчиняется королю страны.

— Как и семья Князя Вампиров, — поддакнул Воли. — Так что мы тут не самые главные, не переживай.

— А Лари?

— Кто? — на меня непонимающе уставились две пары глаз.

— Ну, эльф наш.

— А, — усмехнулся Воли, — Ларионель. Умеешь же ты коверкать имена, Таня-я. Он не королевских кровей, всего лишь сын первого советника императора эльфов.

— О, ты меня утешил, — хохотнула я. — А я — знаете, кто?

Воли улыбнулся и промолчал, а Дан всё же поинтересовался:

— Кто?

— Никто! — как можно торжественней провозгласила я.

Оборотень фыркнул:

— И почему я не сомневался?!

Мы пришли в столовую, и ребята сели за один из центральных столиков. Тут, кроме нас, уже обедали парни из клана Даника (их я определила по очень похожему на моего соседа виду — те же чёрные как смоль волосы и глаза). А так же несколько вампиров и прекрасных эльфиек, строящих глазки кислому Лари. Вот что они в нём нашли? Сидит с видом, как будто съел что-то не то и его сейчас стошнит, а дамочки ему практически в рот заглядывают, совершенно не замечая презрительных взглядов.

Наконец, увидели нас.

— Фу, и здесь эта ведьма, — прогундосила длинноволосая, длинноногая и длинноносая эльфийка. Она перекинула через плечо прядь седых волос (не таких красивых стальных, как у меня, а цвета самой настоящей неухоженной седины. И нет, это не потому, что меня задевают её слова!) и почти прошептала на ухо Лари, но так, чтобы слышал весь стол: — Говорят, эта ведьма уже соблазнила ректора и всех своих соседей. Какое ничтожество!

Бедный Лари судорожно закашлялся, с ужасом глядя то на собеседницу, то на меня.

— Милая леди Миррандель, — пропел Воли, явно получая удовольствие от ситуации. — Надеюсь, вы говорите сейчас не про нашу милую соседку Таню? Они с Ларионелем делят комнаты всего лишь через стенку.

За столом воцарилась тишина, но потом тут и там послышались сдавленные смешки и хихиканье.

Вышеупомянутая Миррандель покрылась красными пятнами.

— О! Лорд Фланд! — ого, какая фамилия, оказывается, у Лари! — Я не знала! Простите! Я не думала…

— Достаточно, — эльф окатил собеседницу волной жёлчи и раздражённо встал из-за стола. А проходя мимо прошипел: — Это всё из-за тебя! Моя репутация страдает из-за такой как ты!

И удалился из столовой с видом оскорблённой невинности.

Бедная эльфийка после ухода своего кумира в ужасе заламывала руки и бормотала оправдания, иногда бросая на меня не то презрительные, не то завистливые взгляды. Её подружки старались поддержать свою королевну, а оборотни напротив откровенно посмеивались, глядя на девушек. М-да. Вот тебе и приятное общество. Гадюшник, одним словом.

Я разочарованно вздохнула и уткнулась в свой поднос. Ну хоть какая-то отдушина!

Свежий куриный супчик с ароматным бульоном! Мясные тефтельки в нежном соусе и немножко рассыпчатого риса.

Три вида разных салатиков и пара пирожков. Да я счастливый человек!

— И в тебя это влезет? — не удержался от вопроса Воли.

— А то! — я с восторгом зачерпнула супчик. Мм! Вот это жизнь! И самой готовить не надо!

— Обжора, — проворчал Мракадан, лениво ковыряясь в своей порции.

— Даник, а ты чего не ешь? Кушай давай, а то силёнок не будет! — я подсунула оборотню его же пирожок. — А девки костлявых не любят. Чтобы быть счастливым и любимым, надо много кушать!

Воли только хмыкнул на мою тираду, а вот все остальные вытаращились, как будто я смертник, который подписал себе приговор. Но, на их удивление, Дан только закатил глаза и начал молча жевать подсунутый пирожок. Чувствую, споёмся мы с ним, вот всем на зло споёмся! Потому что он не злой и не противный, а просто бука и нелюдимый.

Следующей парой значились боевые искусства, так что я забежала в общежитие переодеться в обтягивающие чёрные штаны и такую же маечку. Из зеркала на меня смотрела женщина-вамп, женщина-кошка. Боже, до чего хороша! А фигурка, а задница! Ну, держитесь, мужики!

Я, летящей походкой от бедра поцокала на урок.

Влетела в аудиторию и застыла на пороге с открытым ртом.

— Вы?

Куратор Тэй обернулся на мой вопрос.

— Я, — дроу сложил чёрные руки на груди. — А вы, я вижу, всё же изволили явиться и не собираетесь убраться подальше из Академии?

Я насупилась.

— Ещё чего. А что вы здесь делаете? — нагло поинтересовалась я. — Насколько я знаю, сейчас у нас не физическая подготовка, а занятия по боевым искусствам. Вам не пора на свои собственные пары?

— И пропустить возможность увидеть, как вам разобьют нос? Нет уж, увольте. Пожалуй, останусь тут. А теперь, адептка, вернитесь в строй и больше не отсвечивайте, пока я не разозлился.

Я уныло поплелась к моим одногруппникам и встала в конец строя, оказавшись рядом с Дрейком. Это обстоятельство немного подсластило пилюлю, но всё же не особо.

— Итак, мои стражи, — начал вещать противный дроу. — У вас сейчас должен проходить урок по боевым искусствам, но прямо перед учебным годом преподаватель сообщил о своём увольнении и, пока ректор не нашёл ему замену, несколько учителей разделили факультеты между собой. Так как я ваш декан, то тренировать вас мне. Скажу сразу, жалеть вас никто здесь не намерен. Если что-то сломаете, то залатают целители. Но, при этом, если я увижу хоть одно проявление целенаправленной агрессии, то вы вылетите отсюда, как пробка из бутылки. Это понятно?

Он обвёл взглядом хмурых адептов и продолжил:

— В первом семестре начнем осваивать рукопашный бой. Во втором добавится оружие. На уроках не пищать, не визжать, внимательно слушать и запоминать. Всё ясно?

А затем начался мой персональный ад.

Дроу для демонстрации вызвал одного из адептов (на вид человека) и показал простейший блок на прямой удар. Ну… Простейший, судя по тому, как хмыкали студенты. Я же покрылась слоем липкого пота, стекающего капельками по тощенькой пока спинке.

Совершенно не заботясь о том, что делает, дроу поставил мне в пару, как вы думаете, кого? Именно! Вампира Рота!

Адам презрительно изогнул губы в усмешке, и я уже понадеялась, что он не захочет марать руки об маленькую меня, как тот сделал резкий выпад и врезал мне прямо в живот.

Я охнула и отлетела на ближайший мат, больно ударившись головой.

— Господи, за что мне здесь ведьма?! — прошипел где-то на задворках сознания дроу. — Она опять вырубилась! Какого чёрта ты так бьёшь, идиот?! Хочешь, чтобы тебя ректор на месте испепелил? И меня заодно… Эй, ведьма! — меня ощутимо похлопали по щекам. — Просыпайся, кому говорят, дурында!

Я разлепила глаза и сфокусировала взгляд на преподавателе.

— Уйди из Академии, — прошипел он. — Уйди, или я сам тебя вышвырну.

— Ни за что, — прошипела я в ответ. — Только через ваш труп.

Дроу удивлённо поднял брови. Потом раздражённо вздохнул и сказал:

— Хорошо, будешь тренироваться со мной. Здесь одни придурки: одни начнут тебя жалеть и ничему не научат, вторые нещадно бить, не осознавая ни последствий, ни мук совести. Вставай!

Я, кряхтя и охая, поднялась на четвереньки. Перед глазами плясали огоньки и чёрные пятна.

— И всё? — насмешливо произнёс магистр Тэй. — Не думаю, что это самая удобная поза для защиты, или у вас свой стиль?

Я, скрипя зубами, вскочила на ноги. И понеслось…

Сначала дроу заставил меня тысячу пятьсот раз повторить блок, потом начал наносить лёгкие прямые удары, останавливаясь каждый раз, когда я не успевала выставить защиту. Ну, а когда я осмелела, он начал бить сильнее и быстрее. Пару раз я пропускала удары и пролетала по матам, но, конечно, это ощущалось не так болезненно, как когда меня ударил вампир.

— С тобой будет много проблем, — пробормотал себе под нос Рэй Тэй. — Чтобы достигнуть более-менее приемлемого уровня, тебе придётся заниматься в три раза больше остальных студентов. И всё равно ничего особо не получится.

— Зачем тогда вообще это всё?! — возмутилась я и пропустила удар, проехавшись попой по жёсткому мату.

— Затем, адептка Грейс, — презрительно выплюнул преподаватель, — чтобы вас не убили на первом же практикуме, а мне не пришлось бы за это отвечать. Вставай, ведьма, и скрепи зубы!

Ну, я и скрепила. Не выдержала и послала свой собственный кулак к зубам преподавателя. Конечно, дроу с лёгкостью отвёл мой удар, но, клянусь, на секунду в его глазах презрительность сменилась удивлением и интересом.

С урока я выползала еле живая, в прямом смысле слова как побитая собака, и когда Дрейк любезно сообщил, что на сегодня всё, я с радостным визгом поплелась зализывать раны. Мне же ещё вечером на встречу к ректору топать!

В общежитии я оккупировала ванную и сидела по уши в пене и тёплой воде около трёх часов. Не открыла даже тогда, когда взбешённый эльф приполз с физической подготовки и попытался вломиться в помещение.

— Ты пожалеешь, ведьма! — вопил он. Я же включила горячую воду, чтобы добавить её к уже остывшей, и с наслаждением откинулась на высокий бортик.

М-да. Уроки, конечно, весьма нелёгкие, но, к счастью, — их не так много на каждый учебный день. Три-четыре пары, максимум. Правда, идут часа по два — два с половиной. Но зато мозги не так путаются.

Наконец, я вылезла и поплелась к себе поспать до ужина, где с наслаждением и стонами растянулась на кроватке.

Глава 11 Цвет магии

К стадиону вечером вместе со мной вышагивал Воли. Он, конечно, удивился моей просьбе, но и отказывать не стал. Вот ведь добрая душа!

Ректор Никс заметил нас ещё издалека, так что, когда мы подошли ближе, то уже напоминал мрачную тучу. Ага! Попался, бесстыдник!

Я мысленно потёрла ладошки.

— Адептка, вы решили привести с собой группу поддержки? — Брейдон выглядел немного нервно, хоть и пытался это скрыть. Терзается, что планы свои провалил, бедненький! Печально, что мне его совсем не жалко.

— Я тоже потренируюсь, магистр Никс. И постараюсь вам не мешать, — Воли уважительно кивнул и тут же отошёл от нас подальше, начиная разминку.

Мой ты птенчик! Какой тактичный! Я раздражённо вздохнула. Совсем не понял, что меня надо охранять от коварного ректора, а не старательно делать вид, что нас здесь нет!

— Вы чем-то недовольны, адептка? — а вот сам ректор совсем не понимал, что я мысленно уже повязала его на попытке соблазнения малолетних и сдала властям, поэтому достаточно пофигистично что-то рисовал в небольшом блокноте.

— Я? Нет, вам показалось, магистр.

— Ну хорошо, тогда, давайте начнём, — мужчина оторвался от своих записей и, судя по взгляду, что-то прикинул в голове. — Сегодня на занятии я наблюдал за вами и пришёл к неутешительному выводу.

— Какому же? — я настороженно нахмурилась.

— Вы понятия не имеете, что делать с вашей магией, — припечатал мужчина, а я досадливо поморщилась — всё же заметил! — И вообще, похоже, не верите, что она у вас есть. Хотя я не понимаю, как такое возможно.

Так как сказать на это мне было нечего, я просто пожала плечами. Откуда ж этой магии взяться?! Нет, я понимаю, здесь всё странное, непонятное, и я уже даже начинаю привыкать к светящимся порталам и летающим призракам, но чтобы эта самая магия появилась у меня?!

На границе я находилась не в том состоянии, чтобы что-то почувствовать, это уже потом, когда меня, немного обгоревшую, перетащили к следователям и подлатали, я узнала, что сама пожар и устроила. Но на момент моего появления подобные мысли в голову не лезли.

— Адептка! Татьяна! Ау! — мужчина пощёлкал перед моим носом пальцами. Видимо, не первый раз меня зовёт.

— А? Что? — я непонимающе на него уставилась.

Ректор только вздохнул.

— Раз отвечать вы мне не планируете, то давайте оставим прелюдии и перейдём к сути.

Я подозрительно осмотрела ректора с головы до ног и демонстративно сделала шаг в сторону. Мужчина напротив раздражённо закатил глаза.

— Адептка, что за глупости вам в голову лезут? Я имел в виду то, что не намерен спрашивать вас о причинах, почему вы никогда не пользовались магией, и постараюсь сегодня помочь эту самую магию почувствовать.

Я криво улыбнулась — я понимаю так, как слышу, и нечего тут святого из себя строить.

— Хорошо, магистр Никс, я готова. Что надо делать? Помахать палочкой и произнести «абракадабра»? — я достала заранее приготовленную палочку, вытаскивая её из сумки.

Мужчина проследил за моими манипуляциями с поднятой бровью, но никак это не прокомментировал. Видимо, палочки здесь в сумочках не носят.

— Палочка вам сегодня не понадобится, Татьяна, положите её обратно. Да и я уже упоминал на лекциях, что палочки — это скорее дань прошлому и отличительный знак мага, но пользуемся мы ими крайне редко, так как магия внутри нас и управлять своей основной магией можно и без этого магического артефакта. Ну а для «не родной» магии у нас будут отдельные занятия. И там уже, да, палочки понадобятся. Сегодня же мы только попробуем обратиться к вашей силе и визуализируем её.

— Ректор, я всё понимаю: сила, визуализация. Но я, вообще-то, думала, что мы бегать будем. Если вы не заметили, у меня проблемы именно с этим!

— Я заметил, что у вас проблемы не только с этим, адептка Грейс, — сухо парировал мужчина. — Вы не можете пробежать заданную дистанцию в нормальном темпе не только потому, что вы слабая и хилая, но ещё потому, что ваша магия не подпитывает тело, и из-за этого ему приходится использовать только свои никчёмные ресурсы, — на этих словах я недовольно запыхтела, но на меня не обратили никакого внимания.

— Каждый студент здесь бегает вокруг парка за пару-тройку минут, используя не только свои мышцы. Все они подпитываются магически, но даже не задумываются об этом, потому что с детства это проделывают. Если вы этому научитесь, то, конечно, не сможете бежать без отдыха или лазить по канату как обезьяна, вам всё равно придётся долго и упорно тренироваться, чтобы нарастить мышечную массу и повысить выносливость. Просто с магией такой объем физических действий окажется хотя бы возможным и вы не продолжите, чуть чего, падать в обморок где попало.

Я невольно зевнула. Затем смутилась под убийственным взглядом мужчины. Ничего не могу поделать, от учёбы в любом виде меня клонит в сон!

— Господи, за что мне это?! — пробормотал он себе под нос, а затем обратился к вампиру, который с самым сосредоточенным видом то отжимался, то приседал, при этом, как бы ненароком, оказываясь всё ближе и ближе к нам. — Адепт Волистер Рент, подойдите сюда, раз уж вы и так… занимаетесь поблизости, — судя по насмешливому взгляду магистра, он прекрасно заметил тактическое подслушивание моего соседа и теперь откровенно потешался.

Воли смутился, но всё же подошёл.

— Итак, адепт Рент, как вы, наверное, совершенно нечаянно услышали, ваша соседка не умеет ни применять магию, ни чувствовать её. Так что сейчас мы будем использовать вас как наглядное пособие.

— Ты правда не умеешь? — недоверчиво шепнул мне Воли, наклоняясь поближе.

— Разговорчики! — гаркнул над нами Брейдон. — Адепт, продемонстрируйте, пожалуйста, Татьяне свою магию.

Воли отодвинулся от меня и, на минуту закрыв глаза, сосредоточился. Воздух вокруг него пошёл рябью, и в следующий момент, прямо перед нашими лицами налился светящийся голубой шар с серебряными всполохами. Он закручивался по спирали, напоминая мощную волну океана.

— Ого! — я завороженно протянула руку к свету, но мою ладонь перехватила мужская пятерня.

— Адептка, вы с ума сошли? — ректор Никс наклонился и прошипел прямо в моё лицо: — Это сгусток чистой энергии! Как вам только в голову пришло протянуть руку к чужой силе!

— Но она такая красивая! Голубая, с серыми искорками! — запротестовала я, завороженно продолжая наблюдать за Воли и его магией.

— Голубая?! — воскликнули оба мужчины. Вампир даже глаза от удивления распахнул. — Таня-я, почему голубая? Магия не имеет цвета, она вообще почти прозрачна, выглядит просто как туман или небольшое искажение в пространстве — у кого как…

Ректор же задумчиво посмотрел на меня.

— Адепт Рент, у вас же основная стихия вода?

— Да… — протянул Воли, и магия вокруг него начала собираться и словно втягиваться обратно. — А побочная — воздух.

— Хм, это интересно. Татьяна, а что вы скажете про меня? — мужчина отошёл от меня, тряхнув алыми волосами, рассыпав их по плечам. Я удивлённо моргнула.

— А куда подевалась резинка?

Ректор, уже начавший сосредотачиваться, поперхнулся воздухом.

— Что?

— Ну у вас волосы собраны и заплетены в хвост, я точно видела, — начала я объяснять. — А потом вы тряхнули головой, и резинка как-то исчезла.

Воли пару раз хмыкнул, а потом не выдержал и рассмеялся. Даже суровый магистр Никс исказил губы в подобие улыбки. Кривоватой, но улыбки.

— Таня-я, ты меня поражаешь! — Воли не переставал смеяться. — Ты не удивляешься тому, что я могу собрать свою магию вокруг себя и материализовать её в шар, но при этом удивляешься, когда применяются простейшие бытовые заклинания, для которых даже думать не надо, настолько они сами собой получаются!

Я раздражённо надула губы, тоже мне, учитель! А магистр прервал веселье вампира:

— Так, Татьяна Грейс. Внимательно слушайте — сейчас вы НИЧЕГО не говорите, чтобы не сбивать меня. Просто смотрите и только потом поделитесь тем, что увидели.

Он раскинул мощные руки в стороны и запрокинул голову к чернеющему небу, открывая мускулистую шею. Весь такой… Классный!

Вокруг него начал вращаться ярко-красный вихрь с оранжевыми всполохами. На несколько секунд я увидела раскрытую огненную пасть ящера, обвивающую тело ректора. Затем чудище махнуло пламенным хвостом и в момент отделилось серой тенью от пламени, застыв за спиной мужчины тёмным силуэтом.

Огненный сгусток перед нами начал вращаться, закручиваясь в воронку и переливаясь всеми цветами радуги. Он оказался намного больше, чем у Воли. Ну и, что ж тут скрывать, — красивей.

Меня привёл в чувство голос Брейдона, прорезавший ночную тишину с небольшим журчанием его магии.

— Тан… Татьяна, вы опять слишком близко. Неужели вы совсем не боитесь? Отойдите от моей магии, пока она в материализованном виде.

— Но я…

— Хватит! — ректор сверкнул глазами, и шар перед ним рассеялся, как и тень ящера за ним, обтекая и впитываясь в плотную кожаную куртку, похожую на старинный сюртук.

— Иначе покалечу вас, — объяснил он свои действия. — Я не понимаю вас, адептка. Любой! Повторюсь — ЛЮБОЙ маг, видящий и чувствующий магию, испытывает страх перед чистой чужой энергией. И чем сильнее энергия, тем больший трепет перед ней. А вы как будто не чувствуете ничего, спокойно пытаясь приблизиться да еще и потрогать! Никогда так не делайте, если не боитесь отдать концы прямо тут!

— Но она не страшная! — запальчиво возразила я. Я попыталась объяснить и не могла. — Вы не понимаете, она… Тёплая, ласковая! Она не причинила бы мне вреда!

— Откуда ты знаешь? — мягко возразил Воли. — Есть много магических существ, симпатичных на первый взгляд, но смертоносных по своей сути.

Я вспомнила Лапушек — милых цветочков, пытающихся оттяпать мне руку, и приуныла. Он прав!

— Татьяна, — меня мягко позвал Брейдон. Я подняла глаза. Вот когда он на меня не орёт и не ругается, а ещё не отпускает свои дурацкие шуточки, то такой мужчина! Прямо за душу берёт и пролезает под кожу! — Расскажи нам, что ты видела?

Я поёжилась под пристальным взглядом и постаралась сосредоточиться на рассказе:

— Ну, как бы… У Воли голубой шар, а у вас — больше намного и красный, как будто горит, и он переливается и закручивается, словно радуга или бельё в стиральной машинке… — вампир непонимающе нахмурился, а ректор поднял бровь, так что я постаралась замять своё сравнение: — А ещё ящерица.

— Ящерица? — ректор переглянулся с Воли и хмуро посмотрел на меня. — Какая ящерица?

— Она сначала появилась как рыжая, потом хвостом махнула и ускакала вам за плечи. И там сидела как выхухоль… Скажите, — я немного замялась, — это какая-то болезнь, да? Паразит?

Брейдон как-то странно усмехнулся, не переставая чуть ли не парализовать меня своими гипнотическими глазами.

— Скорее, знак рода. Странно, что ты и это видишь. А можешь… — его голос сделался хриплым и почти благоговейным, — нарисовать его?

Он протянул мне карандаш и свой блокнот.

Я пожала плечами и старательно начала калякать на бумаге. Вот зря он меня попросил!

Получалось плохо. Что-то среднее между крокодилом и червяком.

— … и вот тут шипы. На хвосте. Сверху. Видите? — я старательно черкала по блокноту, а двое мужчин наклонились ко мне и внимательно следили за каждым движение руки.

— Похоже на крысу с шипастым хвостом, — глубокомысленно выдал Воли.

Ректор оскорблённо на него рыкнул. А я впервые согласилась с преподавателем.

— Какая это тебе крыса! — возмутилась я. — Он очень красивый! И… И вообще! Блин, сейчас!

Не знаю, что мною двигало, но я так оскорбилась подобным сравнением, а ещё накатила обида, что они не видят того, что я. И нарисовать не получается. Не отдавая себе отчёта в том, что делаю вскочила и развела руки в стороны, как это делал ректор. Я внутренне понимала, что именно так и должна сделать.

— Адептка, что вы… — слова застряли у красноволосого красавца в горле, и он неверяще уставился на огненного ящера передо мной. Он извивался и крутился не хуже ректорского, поражая красотой и размерами.

— Это что за хрень?!!! — заорал вампир и плюхнулся на задницу, пятясь от меня. — Огненный дракон!

Дракон? Ну да, может, и дракон, вон, и крылья сложенные имеются, как я сразу их не заметила?! И, кстати…

— Ага! Теперь ты видишь?! Какая это тебе крыса? Сам ты крыса, а он красавчик! — мне показалось, что дракон довольно оскалился, прежде чем исчезнуть без следа.

Повисла гробовая тишина. Мой сосед смотрел на меня почти со священным ужасом. Ректор же просто пребывал в шоке.

— Таня-я, ты — огненный дракон? — только и смог выдавить из себя Воли.

— Пфф, нет, конечно, — за меня ответил ректор, наконец, вернув способность говорить. — Разве ты не видишь, что в ней нет ни капли драконьей крови? Она — Ведьма! Она просто…

— Во мне нет? — переспросила я. — А в ком есть? В вас, что ли? Я же вас показывала.

Ректор хмыкнул и не ответил, а я недоверчиво на него взглянула. Дракон? Да быть не может! Наверное, он имел в виду, что каждый мужчина считает себя драконом — страшным и могущественным. Хотя, с другой стороны… Данусик же у нас волк в человеческой шкуре, почему бы не быть дракону?

Хотя дракончик его всё же маленький, я же видела. Нет, с меня ростом, но я-то думала, что это махина с дом! А так — седьмая вода на киселе…

— Но как тогда ты это сделала? Я его тоже видел! Это же магия! Не мог видеть, а я видел! Это твоя магия? — всё не унимался сосед.

Как-как? А я знаю? Сделала, и всё.

— Я не уверен, но… — ректор обошёл меня со всех сторон, — раз ты смогла показать, какой у меня дракон, то, может, попробуешь показать что-то своё?

Я задумалась.

— А как?

— А как ты сейчас показала меня?

— Просто захотела, — пожала я плечами.

— Ну так просто захоти показать себя. Сосредоточься, подумай о внутреннем источнике, потом направь его в ладони и покажи нам, — раскомандовался магистр.

Я это уже пробовала! На уроке! И что? А ничего! Ладно, собралась с мыслями. Ещё раз представила себя, свою магию, обратилась вглубь. Думала, опять почувствую только голод, но нет, что-то странное пошевелилось внутри. Что-то живое. Надеюсь, не глисты!

Потянула это что-то к рукам, чувствуя небольшое тепло. А потом с ладоней отправила в воздух.

— Ох! — в воздухе замерцала магия! Моя магия! Я узнала её! Как её можно было не узнать! Она же как я! Я не могла объяснить, но это словно кусочек души, переливающийся в свете первых звёзд.

— Получилось? — Воли заинтересованно вытянул голову, рассматривая меня. — Я вижу движение магии рядом. Правда, обычное — бесцветное, а не как ты показывала красного дракона.

Я посмотрела на ректора. Он смотрел на меня и улыбался.

— У тебя получилось, Таня, — он впервые назвал меня сокращённым именем, а у меня табун мурашек побежал на спине. Я даже чуть дёрнулась, и из-за этого магия рассеялась. Ох, как бодрит!

— Какая она? — ректор смотрел на меня чуть ли не восторженно, я бы даже сказала — восхищённо. Но не скажу, потому что не верю в подобное!

Она? Я задумалась. Странно, но объяснить я не могла. Вот показать его дракона — могла, а свою магию — нет.

— Не знаю, — наконец, глубокомысленно выдала я.

Брови мужчин взлетели вверх и затерялись где-то в волосах.

— Ну, то есть, у неё наверняка имелся цвет, но… Она… такая яркая, что я не смогла его разглядеть.

— Как это возможно?! — возопил Воли. Он чуть ножкой не топал от расстройства. — Ты же нам показывала! И рассказывала, а свою не можешь!

— Я думал, это будет огонь, — задумчиво проговорил Брейдон. — Но теперь сомневаюсь. Таня, покажи нам, пожалуйста, магию Волистера.

— Мою?

— Его?

— Да. Его, — припечатал он.

Я пожала плечами и сосредоточилась, закрыв глаза, вспоминая. Как хороший художник, я пыталась в голове воспроизвести все детали, что видела у его магии. Странно, но я точно знала, что нужно делать, чтобы получилось.

Когда я открыла глаза, передо мной появилась магия Воли. Это точно была она: голубая, сверкала серебряными искрами и закручивалась мощной воронкой.

Вампир как завороженный подошёл поближе.

— Это она! Такая красивая! Я чувствую её! Это моя магия! — Воли протянул руку, пытаясь дотронуться, но мощный поток взорвался и обрушился на него, впечатывая в ближайшее дерево. Если бы не магическая сетка, подставленная ректором, боюсь, Воли пришлось бы лежать в лечебнице с сотрясением мозга.

— Ты как?! — бросилась я со всех ног к абсолютно мокрому вампиру.

— Нор… Буль… Кх… Мально… Чего это она?! Я чувствовал, что она моя! — Воли непонимающе вертел головой, пытаясь сфокусировать на мне взгляд.

— Нет, не ваша, студент Рент, а умело скопированная, — к нам подошёл магистр Никс.

— Скопированная?! — мы с парнем дружно уставились на преподавателя.

— Именно, — уверенно кивнул он. — Пока я не могу сказать точнее, потому что никогда не слышал о подобном, но адептка Грейс не только видит вашу магию и может её показать, но ещё и, скорее всего, может ей пользоваться!

— Но как такое возможно?! — вскричал Воли. — Это же немыслимо, чтобы магию можно было скопировать. Это же… Она что, любую может? — он поражённо уставился на меня.

— Ик! — я от такого пристального внимания начала нервничать.

— Пока не знаю, но обязательно выясню, — серьёзно кивнул ректор и посмотрел на меня до того плотоядно, что я сглотнула. Так смотрят учёные на редкий вид бабочек. И у них при этом только одно желание: насадить насекомое на булавку, разобрать по запчастям, а потом написать научный трактат на тысячу страниц.

Нет уж, я такой бабочкой точно не буду!

Я развернулась и сделала попытку к бегству.

Сзади вздохнул магистр и взмахнул палочкой. Ему даже ничего говорить не пришлось, чтобы я застыла как вкопанная, так и не добежав до своей сумки.

— Татьяна, а куда вы собрались? — ласково обратился он ко мне.

— Баюшки, — нервно вздрогнула я. — Время позднее, ночь на дворе, а завтра рано вставать, уроки с самого утра. Вот, например, физическая подготовка, а я из-за вас не высплюсь.

— Физическая подготовка — это серьёзно, — кивнул мужчина, спокойно меня рассматривая, пока я в пол-оборота развернувшись к ним плыла по воздуху,. Наконец, меня поставили на землю, где я стояла пару минут назад, но не отпустили, а одарили ослепительной улыбкой.

Я выпучила глаза от страха. И попыталась дёрнуться. Самое страшное — это когда научные фанатики ТАК улыбаются, да ещё именно тебе. Сбежать не получилось — держали крепко. Я вздохнула.

— Ладно, чего вы хотите?

— Мы с вами ещё не бегали, — заметил мужчина. — Но вы правы, сегодня уже поздно. Вдобавок — этим вечером мы сделали что-то более ценное, чем просто научили вас магически подпитываться. Так что думаю, на сегодня действительно хватит, — я хотела уже облегчённо выдохнуть, как он продолжил: — Но завтра! Завтра я вас освобождаю от первого урока по физической подготовке. Всё равно он сейчас для вас бесполезен.

— А взамен?

— А взамен у нас пройдет точно такой же урок, только с магической составляющей. Ваш куратор вряд ли захотел бы вам это объяснять — всё же у него на уроке, кроме вас, немало адептов. Ну, и он — дроу…

— А причём здесь его раса? — нахмурилась я.

Ректор тактично решил промолчать, не выдавая своего коллегу, зато у Воли не имелось таких проблем.

— Так дроу ненавидят всех ведьм!

— Почему?

— Ты не слышала эту историю? Пару веков назад одна из ведьм соблазнила их короля и под приворотным зельем заставила его отдать ей звёздный кристалл — священную реликвию дроу, а затем испарилась без следа. С тех пор у дроу рождаются только мальчики. А девочек нет вообще. Поэтому им приходится брать в жены девушек других рас, а таким образом, постепенно народ тёмных эльфов вырождается и скоро совсем исчезнет. Потому что в каждом следующем ребёнке всё меньше и меньше их крови.

Я поражённо похлопала глазами.

— Не рождаются девочки?

— Да.

— И в этом виноват камушек? Может, просто каждый раз топор под подушку кладут? А надо расчёску или платочки, чтобы точно девочка была.

Мужчины вытаращились на меня, а я поняла, что шутка не зашла. Ох, уж это дворовое воспитание и мужское общество с грубоватыми подколами!

— Таня-я, — Воли озадаченно почесал макушку, — а причём здесь топор и платочки? И что за каждый раз?

Я досадливо скривилась — ну не портить же сейчас нежную психику ребёнка! Пока думала, что бы такого умного сказать, помог магистр.

— Забудьте, студент. У Татьяны странный юмор, только и всего. Самое главное, что теперь почти все дроу испытывают неприязнь ко всем девушкам и к ведьмам, в первую очередь, подозревая их в коварстве. Но вам нечего этого опасаться, Рэй Тэй хороший преподаватель и не захочет проецировать личные обиды на учеников, — я недоверчиво хмыкнула. — Но, всё же, лучше лишний раз не давать ему повода для неудовольствия. Так что для всех лучше, если вас начну обучать я.

— Но я тоже мог бы… — начал было вампир. Но ректор так сверкнул на него глазами, что он тут же умолк.

— Вашим учителем буду я, — повторил он с нажимом.

— Ладно, ладно. Я согласна. Может, уже отпустите? Завтра вставать рано.

— Да, конечно, — он взмахом палочки вернул мне способность двигаться. — Жду завтра к восьми на этом самом месте.

Я кивнула, мысленно отмечая про себя, что утром Воли взять с собой не получится. Но, с другой стороны, возможно, это не так страшно. Утром много свидетелей — так что не пропаду. Я подхватила сумку и бодренько посеменила к общежитию. Воли неспешным шагом следовал за мной.

Мы зашли в здание стражей, и с высокого потолка послышался странный скрежет.

Я запрокинула голову, и в этот момент на меня обрушилась лавина воды.

В первую секунду я не могла понять, что произошло, отплёвываясь и пытаясь протереть глаза, полностью залитые жидкостью.

— Таня-я! Ты в порядке? — Воли, зашедший в дверь на пару секунд позже меня, подлетел к моей мокрой тушке в мгновение ока. — Что случилось?! Ты намокла? Откуда?

Я ещё раз задрала голову и увидела подвешенное в воздухе большое железное ведро на верёвке. Кто-то нарочно перевернул мне его на голову, и я даже догадываюсь, кто!

— Ах ты, дохлый старикашка! Сейчас получишь! — я схватила в нише около стола коменданта длинную швабру, которая неизвестно зачем здесь стояла, и рванула по арочной лестнице наверх, к балкончику над холлом.

По воздуху разнёсся противный смех духа-вояки.

— Получила, кикимора лесная! — он не смог долго сохранять инкогнито и резко вынырнул из-за ближайшей колонны. — Бегать мокрой курицей тебе идёт!

Я, заметив цель, рванула к мёртвому генералу. Вот же противное создание. Вроде сдох уже, а всё гадит! Я ему, видите ли, не нравлюсь! Каждый день пытается какую-то подлянку сделать. То подножку из магических ниток поставит, то напугает из-за угла, то просто начнёт давать обидные прозвища. Но сегодня он перешёл все границы.

— Воли! — я перегнулась через перила балкона. — Беги с той стороны! Лови гада!

Вампир только хлопал глазами, но всё же побежал в указанном направлении, на ходу пытаясь выяснить в чём дело.

— Магистр Родрик! Что происходит? Это вы облили адептку Грейс?

— Я-я! — противненько захихикал дух. — Мокрая она еще смешнее, правда, студент Рент? Ещё чуть-чуть, и я выселю её к ведьминским сородичам! Пускай катится колбаской от наших стражей!

— Это ты сейчас покатишься колбаской по Большой Спасской! — угрожающе зарычала я, пытаясь шваброй достать призрака.

А тот развлекался в своё удовольствие, с хохотом уворачиваясь от тычков и выдавая в мой адрес обидные комментарии.

Но в какой-то момент мне всё же удалось его достать. Древко швабры прошло сквозь полупрозрачный мундир, а бравый генерал охнул и начал заваливаться на бок. Он невесомо приземлился на балконную плитку в нескольких шагах от меня и неподвижно замер.

— Ой! — испугалась я. — Неужто помер?!

Рванула к духу. На заднем фоне послышался окрик вампира, но было поздно.

Подбежав достаточно близко, склонилась над бездыханным телом. Но в этот момент дух резко дёрнулся, открыл глаза и гаркнул мне прямо в лицо:

— Бу!!!

— Ай! — я вскрикнула, резко отшатнулась от коменданта к самому краю балкона, на котором крепилось слишком низкое ограждение. Нога подвернулась, я с громким визгом перекинулась через него и полетела вниз, к мраморному полу.

— Таня-я! — голос испуганного Воли разрезал пространство, а у самой земли меня подхватил мощный водяной поток.

Конечно, я сквозь него всё равно пребольно упала на пол, но уже хотя бы не головой, а на попу, и, вдобавок, поток замедлил и смягчил падение. И вот теперь я сидела на полу, ошарашенно хлопая глазами и потирая ушибленный копчик, ещё более мокрая, чем раньше.

— Ведьма! — взволнованный голос духа отвлёк от невесёлых размышлений. — Ведьма, ты жива?! Ты что как неуклюжая курица?! Я же не хотел, чтобы ты упала! Ты чего вниз-то полетела?!

— Д-да вы просто идиот! — заикаясь, простучала я зубами. — Нельзя же так пугать людей!

— Да я как-то не подумал, что ты упасть захочешь, — смущённо шаркнул прозрачной ножкой комендант. — Я же так, чисто пошутить хотел.

— Идите вы! — разозлилась я.

Потом, кряхтя, поднялась с помощью вампира на ноги и поплелась к нашей комнате, практически повиснув на Волистере.

Из дверей выглядывали незнакомые адепты, но, увидя мокрую ведьму, кривились и захлопывали дверь обратно. Вот же! Мамкины сыночки!

Воли дотащил меня до комнаты и оставил отмокать в тёплой ванне, куда заботливо притащил пижамку с единорожками, которую сам же сегодня утром и подарил. Дан и Лари, к счастью, уже спали и не видели моего позора.

Выйдя из ванной и немного придя в себя, я доползла до своей комнаты и, повалившись на кровать, провалилась в сон без сновидений.

После активного использования магии, а потом летания сверху вниз по воздуху, сил у меня совсем не осталось даже на то, чтобы включить будильник.

Глава 12 Это всего лишь свирд

Следующим утром я, ожидаемо, проспала. А поняла это по тому, что услышала еле различимый стук из коридора в дверь общей гостиной. А затем скрип открываемой двери.

Воры!

Меня с кровати как будто ветром сдуло.

Знаю я этих мерзавцев, которые ждут, когда все уйдут, и, постучав для убедительности, если их увидит кто-то в коридоре, шарят по чужим комнатам. А ведь если бы я встала вовремя, то их план бы удался. А то, что у нас есть что красть, я совершенно уверена. В особенности после того, как узнала, что живу с отпрысками королевских семей.

Теперь осталось определить количество противников и способ их нейтрализации.

Я закатала пижамные штаны до колен, чтобы не мешались, и на цыпочках подошла к двери.

Сквозь щёлочку сначала ничего не рассматривалось, а потом появилась широкая мужская спина в свободной футболке-поло чёрного цвета. Волосы спрятаны под тканевой банданой, так что разглядеть их цвет не представлялось возможным. Незнакомец тихо подходил к каждой двери, начиная с Волиной, и, коротко постучав, приоткрывал дверь и осматривал помещение.

Других злоумышленников я не обнаружила, поэтому судорожно осмотрела комнату на предмет оружия. На глаза попалась только увесистая чёрная ваза с сухоцветами.

Я схватила её, тихонько вывалив содержимое на пол, и прижала к груди. Теперь необходимо выбрать момент.

Незнакомец просмотрел комнату Воли и двинулся в сторону комнаты оборотня. Как только он открыл дверь и неслышно скользнул внутрь, я посеменила голыми ступнями следом. Неслышно зашла в помещение, где мужчина зачем-то встал на четвереньки и заглянул под кровать, а потом, издав боевой клич, подлетела ближе и с грохотом опустила тяжёлую вазу на голову бандиту.

— Ох! — мужчина резко дёрнулся, неуклюже споткнулся и начал заваливаться на бок. По дороге он зацепил меня за руку, и я, не удержав равновесие упала следом, прямо на широкую грудь.

— Какого?!.. Таня?

— Эээ, здравствуйте, ректор, — я смущённо смотрела в ошарашенные и почему-то злые глаза магистра. — А что вы здесь делаете?

— Нет, это вы что здесь делаете?! Что вы тут устроили?!

Ответить я не успела, потому что в этот момент из-под кровати Мракадана быстро выбежала чёрная длинная ящерица и рванула на выход, проворно семеня всеми шестью лапами.

— Чёрт! — выругался Брейдон. И без объяснений подхватив меня за руку и одну ногу, скинул с себя на Данину кровать, а сам рванул за монстром. В гостиной послышался грохот и громкая возня, затем чертыхания ректора и, наконец, визгливый писк создания.

Я всё так же сидела на кровати, поджав ноги, когда поняла, что сражение окончено. Подождав еще минутку для полной безопасности решила поспешить в гостиную.

Около моей двери в куче осколков и разбросанных фруктов, а также возле драного дивана прямо на полу сидел Брейдон и пытался спеленать чернохвостую ящерицу. Ящерица сдаваться не хотела, а потому извивалась, шипела и всё время норовила укусить мужчину.

— А что за чудо-юдо? — поинтересовалась я. — Не помню, чтобы у Дана водилась такая тварюшка…

Тварюшка, увидев меня, заголосила противным писклявым голосом, пуще прежнего вырываясь из крепких объятий ректора.

— Татьяна, умоляю, ничего сейчас не говорите, это создание питается эмоциями, если почувствует ваш страх, то станет сильнее.

— Страх? — я подзависла. — А её нужно боятся? Она не особо страшная с виду.

Магистр от удивления на несколько секунд даже перестал сражаться с ящерицей, уставившись на меня с явным недоумением. То же самое сделала и его жертва, только взгляд показался осмысленным и заинтересованным.

— Не страшная? Таня, это создание относится к разряду нечисти! Оно должно внушать страх и панику, такова его природа. Это же свирд! И пускай особь ещё маленькая, но от этого она не менее опасная. Я её пол-утра искал.

«Особь» обиженно запищала, явно не соглашаясь с представленной характеристикой. А во мне вдруг поднялась такая волна жалости, что прямо аж сердце защемило.

— Злой ты, ректор, безжалостный! Малыш тебе ничего не сделал, а ты его оскорбляешь. Сам ты нечисть! Ну подумаешь, эмоциями питается. Но не людьми же! Эй, чёрный, ты людьми питаешься?

Ящерица активно помотала головой, доказывая, что нет, не человекоядный.

— Но я… — начал было магистр.

— Ну вот, видишь! А ты «тварь», «особь». А ему, может, не нравится? Не нравится же, животный?

Я опять вопросительно посмотрела на свирда, он в ответ опять помотал рогатой чешуйчатой башкой.

— Вот и я говорю. Называй его как-нибудь по-другому! У него, может, имя есть! — я задумалась. — Вот, например, Черныш!

В следующую секунду произошло неожиданное — ящерица с победным криком вцепилась ректору в руку зубастой пастью. Ректор заорал благим матом, свирд выскочил из мужских объятий и храбро спрятался за моей юбкой. А если быть точной, за штаниной. Пижамной. С единорожком.

— ТААНЯ!!! — взвыл покусанный мужчина, баюкая руку. — Ты на кой-ляд ему имя дала?! Он же теперь тебе принадлежит! В защитники тебя взял! Как я его убью-то с именем?! — на ректора было жалко смотреть, настолько он выглядел расстроенным невозможностью прикончить ящерицу.

Ящерица же из-за моей ноги показала ректору раздвоенный язык. И тут же спряталась обратно.

Я задумчиво окинула взглядом своё приобретение.

— И что мне с ним делать?

— Что-что, будем думать, как его от тебя отцепить, чтобы безопасно для тебя его утилизировать… Не оставлять же… — ректор раздражённо поднялся с пола, а увидев сомнение на моём лице, продолжил уже жёстче: — Он опасен! Эта тварь ментально привязывается к хозяину, коим, по недоразумению, стала ты. И отвязать её очень сложно. Она начнёт питаться эмоциями, окружающими её, а также и излучать их. То есть, может навеять на противника страх, ужас, панику…

— Подумаешь, — фыркнула я. — Я, вот, тоже могу навеять на противника и страх, и ужас! Мне для этого даже никакие ментальные способности не нужны! А Черныш не виноват, что он такой. Вы же не уничтожаете стихийников за то, что они владеют огнём или могут вызвать смерч, который, между прочим, тоже не безобидный. Так почему надо уничтожать свирда, который просто имеет другие способности?

Ректор оторопел от моего напора и старательно хмурился, пытаясь понять, почему я защищаю создание хаоса. Но я уже всё для себя решила. На Земле у меня жил чёрный как ночь кот — Лордик, а тут будет такой же чёрный Черныш. Только не кот, а свирд. Жалко, не пушистый, но, на удивление, и не колючий.

Животинка доверчиво прижалась к моей ноге тёплым боком, спрятав все свои чешуйки в панцирь, чтобы не оцарапать. Странно, я думала, ящерицы хладнокровные, а моя тёпленькая, как пёсик.

— Черныш, — обратилась я к малышу. Почему-то я была уверена, что он совсем малыш, — оставайся здесь, злой дядя ректор тебя здесь не достанет. Можешь спать у меня на кресле. Только не вздумай лезть на кровать! А я после пар приду к тебе!

— Нет! — отмер, наконец, магистр. — Нет, нет! И нет! Ни за что на свете я не позволю держать детёныша свирда в Академии! И не надо на меня так смотреть, Татьяна Грейс! Вы прямо сейчас идёте со мной в кабинет, и я связываюсь с городским патрулём, требуя прислать специалиста по уничтожению творений хаоса.

Черныш испуганно сжался у моих ног, а я аж вся побелела от негодования.

— Послушай, ты! Брейдон Никс! Я разве непонятно объяснила?! Никуда он не пойдёт! И я не пойду! Заберёте Черныша только через мой труп, ясно?!

Брейдон посмотрел на меня так, что захотелось вырыть норку и залезть поглубже, но я заставила себя стоять прямо и не отводить взгляд. Мужчина подошёл близко-близко, белки его глаз наливались кровью от ярости.

— И ты не передумаешь?

— Вы уж определитесь, на «ты» или на «вы» ко мне обращаться, а то что-то туда-сюда вас мотает, в зависимости от настроения.

— Аналогично! — парировал он. — Но только вас мотает не от настроения, а от количества почтения.

Несколько секунд мы свирепо сверлили друг друга взглядами, а затем ректор, не разрывая зрительного контакта, материализовал палочку в правой руке и быстро наваял портал. На секунду я отвлеклась, и меня без предупреждения схватили поперёк талии и, закинув на плечо, шагнули в чёрное нутро.

Буквально через секунду кромешной тьмы мы вышли в просторном кабинете, но, могу поклясться, не ректорском. А вслед за нами из портала выскочил мой новый питомец, отряхнулся и зашипел на ректора, придерживающего меня за ноги.

— Ого, какие люди! Ещё и свирда притащили! — послышался жизнерадостный голос.

Я постаралась изогнуть шею, чтобы посмотреть на говорившего, но меня совершенно невежливо тряхнули, так что голова по инерции заболталась из стороны в сторону, как старый маятник.

— Ай! Поосторожней! — я возмущённо ткнула в мужскую… Ну, допустим, спину… пальцем. В общем, куда достала. Оная часть тела резко вздрогнула, и меня живенько опрокинули в одно из кресел.

— Ой-ë… — я прижала пальцы к вискам, пытаясь унять головокружение. Эх, не быть мне космонавтом!

— Это ещё что за явление?! — напротив меня сидел толстый зелёный орк и улыбался во все свои… клыки… Жуткое зрелище! Он заинтересованно оглядел пижаму с единорожками сверху вниз, ненадолго задержавшись на подвернутых штанинах, и хмыкнул своим мыслям. — Брей, ты никогда не приводил ко мне свою даму, — познакомишь?

— Я не дама!

— Она не моя!

Кажется, мы крикнули это разом. Ректор глубоко вздохнул и сел в третье и последнее кресло. Черныш деловито протопал к моему, смешно переваливаясь с боку на бок при ходьбе, и сел около него как верный пёс. Разве что язык не вывалил.

— В общем, Крис, я к тебе по делу.

— Разумеется! Когда ты последний раз ко мне просто так приходил? Да ещё порталом! — зеленомордый Шрек насмешливо изогнул пухлые розовые губы.

— Таня, это Кристол Орол Вор — главный дознаватель Албании, а также специалист по созданиям хаоса, — ректор Никс развернулся к приятелю. — Мы пришли сюда из-за свирда, как ты правильно догадался. У меня подозрение, что он воздействовал на мою адептку ментально и принудил её к своей защите. Теперь я не могу его спокойно убрать, боясь повредить девушке.

— А зачем его убирать? — пофигично отозвался Кристол. — Он нашёл себе хозяина, теперь будет служить верой и правдой. Так себе фамильяр, конечно, но назад уже не воротишь.

— Фамильяр?! — вскричал ректор, вскочив с кресла и вцепившись себе в волосы. — Ты уверен?

— Абсолютно. Раз тварь ментальная, то ей достаточно ментальной привязки.

Ректор обречённо на меня посмотрел, и я не выдержала:

— Я вообще не понимаю, о чём вы говорите! Можно как-то попонятней?

— Адептка, единственное моё желание — это взять розгу и выпороть вас как следует! — хмуро предупредил меня грозный ректор.

Я только усмехнулась.

— Руки коротки!

Вот уж не поверю, что ректор всерьёз мог хоть на кого-то руку поднять. Я людей хорошо за свою жизнь изучила. И передо мной типичный представитель глубокоморального профессора. Такие руки не то что на студентов — на мух не поднимают, если, конечно, они не нужны им для экспериментов.

— Видишь ли, Таня, — орк назвал меня именем, которое уже произносил магистр. — Дело в том, что каким-то непостижимым образом это творение хаоса решило, что ты — его мама.

Я поражённо уставилась на ящерицу у своих ног. Ящерица же, в свою очередь, с обожанием уставилась на меня и даже слюняво облизала мою руку, свисающую с подлокотника кресла. Я резко отдернула ладонь и с кислой миной вытерла об обивку.

— Кхм, — напомнил о себе дознаватель. — Так вот, так как ты — Ведьма, то можешь завести себе фамильяра. Любого из животных и птиц. Главное — это обоюдное желание быть всегда рядом и заботиться друг о друге. Ну, это ты и сама знаешь, (я не знала, но сделала достаточно понимающий вид). — Для привязки фамильяров заключается договор на крови, после этого выбранное животное становится частью тебя. Но так как свирд — создание хаоса и питается эмоциями, то ему достаточно просто ментальной привязки. Я правильно понял, что ты его сама позвала?

Я кивнула.

— Ну да. Ректор хотел его на фарш пустить, а Черныш испугался и спрятался за меня.

— Ещё и имя дала, — задумчиво кивнул Кристол. — Так что теперь это твоё домашнее животное. Заботься, береги и корми побольше, тогда он не будет жрать что попало и раскидывать негативные эмоции налево и направо. А ты, Брей, не переживай, эта тварь ей теперь никакого вреда не причинит, скорее, сама сдохнет.

— Вижу уже, — буркнул ректор. — Только от этого менее опасной она не становится.

— Ну, пускай теперь его хозяйка с ним и мучается, — легко пожал плечами зелёный. — Сама приручила — сама воспитывай.

Магистр обречённо вздохнул и поднялся с кресла.

— Я понял тебя, Крис, спасибо. Конечно, предпочёл бы, чтоб ситуация разрешилась другим образом, но раз уж моя подопечная ведьма и признала тварь хаоса своим фамильяром, то мне ничего не остаётся, кроме как разрешить свирду жить на территории Академии. Ты напишешь Его величеству?

Великан недовольно поморщился, но всё же кивнул.

— Ну, тогда мы пошли, — Брейдон встал с кресла и протянул мне руку.

— Ещё увидимся, Таня, — дружелюбно кивнул на прощание королевский дознаватель.

— Это вряд ли, — отрезал магистр, открывая портал.

Последнее, что я услышала, прежде, чем вышла из портала в своей гостиной, — тихий смех орка.

Глава 13 И снова магия

— Значит так, переодеваетесь и выходите в парк на пробежку, — скомандовал мне мужчина, как только мы вышли из портала. — Времени у нас осталось совсем немного, так что пошевеливайтесь.

Я только скривилась. Ну вот, а я-то надеялась, что из-за утреннего инцидента хотя бы пробежку отменят. Облом, однако.

Те пять минут, во время которых я со страдальческим выражением на лице меняла единорожков на спортивную форму, а также сгоняла наглого свирда с моей подушки и устраивала его на мягком коврике, магистр потратил с пользой. Когда я, наконец, вышла — в гостиной сияла первозданная чистота: осколки фруктовой вазы аккуратно и практически незаметно склеились, а яблоки и абрикосы уложились на неё горкой. Дверь в комнату оборотня оказалась закрыта. И почему-то я не сомневалась, что и там все следы посещения стёрты. И даже чёрная ваза, которую я использовала как оружие, аккуратно стояла в уголке, а когда я открыла дверь, она степенно вплыла внутрь, заняла положенное ей место, а потом в неё один за другим влетели все сухоцветы, до сих пор валяющиеся на полу.

Я присвистнула.

— Ого! Брейдон, да вы идеальный будущий муж! Не хотите на мне жениться? Мне бы пригодилась такая профессиональная помощь по дому.

Мужчина поперхнулся воздухом и быстро спрятал палочку себе за спину, где, спустя мгновение, она и растворилась.

— Татьяна, вы что себе позволяете?! Разве этим шутят? Неужели вам муж нужен только для того, чтобы наводить порядок в доме?

— Не, ну а что за мужик, если он гвоздь в стену вбить не может? — здраво возмутилась я. — А вот вы, я смотрю, и рукастый, и богатый, судя по золотым часикам, и на лицо не противный, так что же ещё для счастья надо?

Брейдон как-то странно на меня посмотрел и хмуро поинтересовался:

— Поэтому вы и выбрали студента Волистера Рента? Из-за его положения?

Воли? Он говорит про Воли? Я непонимающе уставилась в зелёные глаза, но потом решила в шутку поддержать его подозрения, поэтому пропела строчку из знакомой песни:

— Ну да.

Он имеет денег много,

А деньги очень я люблю…

Ректор не дослушал меня и раздражённо вышел из комнаты, я же фыркнула и отправилась следом.

Проходя мимо коменданта, который, заметив ректора, вытянулся в струнку, я, насупившись, отвернула голову к противоположной стене. В памяти еще отзывались воспоминания моего фееричного падения, и я не простила духа-вояку.

Мы шли к парку, в котором тренировались вчера. А вот моя группа в это время, насколько я знаю, занималась на полигоне с другой стороны от Академии.

Я шла за неестественно прямой спиной мужчины и улыбалась. Ну надо же! Шуток не понимает!

Я вообще не могла подумать, что ему придёт в голову то, что мы встречаемся с Воли. То, что я попросила прийти его на полигон, не значит же, что он — мой парень! Это же смешно!

Где он, а где я! И дело даже не в том, что он — княжич, богач или что-то в этом роде, — мы не выбираем, где и в какой семье нам родиться. Скорее Воли (ну кроме того, что он ещё совсем юный!) для меня слишком хороший!

Нет, в самом деле! Такой искренний и добрый юноша должен найти себе прекрасную и нежную деву, забавно краснеющую от одного его взгляда и готовую всю жизнь положить на то, чтобы сделать его счастливым.

А мной же можно только наказать кого-нибудь! Нет, такой участи для вампира я не желаю!

— В общем так, Татьяна, — ректор решительно развернулся и оглядел мою фигурку придирчивым взглядом. — Сейчас у нас начнется утренняя пробежка, так что слушайте меня внимательно.

Я кивнула.

— Вчера вы смогли вызвать вашу магию, сегодня делаем то же самое, только не придавайте ей материальную форму, а постарайтесь распределить по мышцам. Звучит сложно, но стоит попробовать и всё получится. И не надо делать такое лицо! Я знаю, о чём говорю! Порядок такой: находите её, пускаете к рукам; как почувствуете — представляете, как она струится по организму. Ясно? Начали!

Я нахмурилась, пытаясь всё проделать.

Так. Найти. Есть, вот она, тёпленькая, красивая. Пустить к ладоням. Есть… Теперь пустить по мышцам… По мышцам… По мышцам!

— Не получается! — я вытерла пот с лица и жалобно посмотрела на ректора. — Никак!

— Почему?

Закономерный вопрос! Я задумалась, и тут меня осенило:

— Я же не завтракала!

— Ох! — мужчина закатил глаза и медленно начал повторять сначала: — Татьяна! Слушайте внимательно. Находите магию! Как я! Нашли? — я кивнула. — Пускаете к ладоням! Пустили? — я кивнула, а руки ректора засветились цветом пламени — так сильно он хотел показать мне, что именно делать. — Теперь пускаете по организму! Вот так, как я! — пламя с рук поползло вверх, облизнуло плечи, спустилось к животу, очертило ноги. Красиво! — Татьяна!

Резкий окрик мужчины привёл в чувство и заставил отвлечься от созерцания крепкого мужского тела. Я подняла глаза на пышушую огнём голову.

— Вы такой красивый, потому что много магии вбухали в себя?

— Мне больше интересно, почему у вас ничего не выходит? Я не вижу вашу магию, в отличие от вас, но могу сказать с уверенностью, что у вас не получилось! Почему?

Я пожала плечами. А я знаю? Вроде всё ясно, всё понятно и демонстрация прекрасная, а никак!

Магистр задумался. Не дотрагиваясь до меня и продолжая гореть, обошёл по кругу.

— Хм… Вчера скопировала магию? Скопировала. Смогла воспользоваться. Свою магию мы в вашем исполнении увидели. А вашу — нет. Так.

Обошёл в другую сторону.

— Хорошо! — он хлопнул в ладоши, и язычки пламени перебрались на раскрытую ладонь и заплясали маленьким костерком, переливаясь всеми частями радуги.

— Как выглядит? — спросил он, хитро прищурив глаза. — Сделаете так же? Хочу посмотреть.

Я посмотрела на мужчину, ища подвох, но он встретил мой взгляд с самым честным видом. Так что мне ничего не оставалось, как кивнуть и протянуть руку к пламени.

— Мне так легче, — пояснила я.

Как только я коснулась протянутой ладони, кусочек магии отделился и перекочевал ко мне.

— И правда красиво, — задумчиво протянул ректор Никс. — Теперь попробуйте сделать то, что я просил пару минут назад. Только не со своей магией, а с моей.

Я кивнула и успела только подумать о том, о чём меня попросили, как рыжее пламя потекло по рукам и обхватило всё тело.

— Поразительно! — выдохнул магистр. Он как заворожённый опять пошёл вокруг меня, что-то записывая в неизвестно откуда взявшемся блокноте, осматривая, измеряя и чуть ли не принюхиваясь ко мне. — Поразительно!

— Что? Что поразительно? — я нахмурилась. — Я вас вообще не понимаю! Мы начнем бегать или нет?

— Что? А, да, конечно начнем! — ректор встрепенулся и живенько стянул с себя рубашку-поло, открывая мощную грудную клетку.

— Вы точно не хотите на мне жениться? — жалобно уточнила я, протягивая ручонки к мускулистой фигуре.

— Пока не собирался, — усмехнулся мужчина, предусмотрительно делая шаг в противоположную от меня сторону.

— Ну вот, — я разочарованно выдохнула.

— Так, а теперь, адептка, постарайтесь уменьшить количество магии до минимума, а то вы вся пылаете. Чтобы подпитывать ваши мышцы хватит и малюсенькой искорки.

В следующую секунду произошло нечто непредвиденное.

Я пыталась, честно, пыталась!

Но вместо того, чтобы уменьшиться, пламя взбрыкнулось и, отделившись от меня, влетело в ближайшее дерево, задев по касательной магистра.

Благо он маг огня (и не только, насколько я поняла), поэтому быстро потушил пожар на бандане, сорвав её с головы и явив мне роскошную гриву алых волос.

Потом пришлось тушить дерево. Если бы не магистр, то дерево ещё бы долго горело. Маг растянул мерцающую магическую сеть, которая обхватила пламя и аккуратно поглотила его. Я же крутилась вокруг и больше мешала, чем помогала.

— Это не я! — первое, что сказала, когда мы оба красные, потные и немного подкопчённые повалились на траву.

— А кто? — меланхолично отозвался мужчина, затем перекатился на бок и, положив голову на руку, согнутую в локте, посмотрел на меня своими изумрудами.

Близко. Слишком близко. Я вдруг почувствовала, как щёки заливает девичий румянец. Румянец! Девичий! У меня! Но факт оставался фактом, и с этим я ничего не могла поделать.

Мужчина лежал совсем рядом, просто руку протяни. Но внезапно стало страшно. Я никогда не боялась общаться с противоположным полом — взрослые люди, всё такое. Работа, опять же. Замужем была. Ну, не слишком удачно, но это бывает. А кто удачно? В моём окружении удачно получилось только у сына. А то, что мы с мужем не извели друг друга, так это уже хорошо. К счастью, он умер своей смертью, зла на меня не держал. Даже не развелись.

Но романтика? Робость? Я не знала, что это такое. В моём мире места романтике не осталось. Там требовалось выживать.

И вот теперь я вдруг почувствовала, как будто не промелькнуло всех этих лет, где я выглядела как баба-конь. Не было всех лишений и сарказма, рождённого суровой реальностью жизни. Есть только новая Таня. Девчонка, которая заворожённо смотрит в зелёные омуты мужчины. Взрослого, самостоятельного. И такого другого: ни разу не заорал на меня, помогал, причём молча. С чувством юмора, но при этом имеет такт, и даже не пытается распускать руки. А что хочется таким, как я? Чтобы тихо, мирно и навсегда.

Таким, как я, не нужны дикие страстные отношения. Не нужны плохие парни и властные мачо. Я уже думала, что вообще мужчина, в принципе, не нужен. А оказывается, нужен, но такой, как в детских книжках (все мы к ним когда-нибудь возвращаемся, но правда уже без наивной веры в их правдивость) — добрый, честный, благородный и хороший. Тот, кто никогда не повысит голос, не даст в обиду, защитит и исправит мои косяки. Разве такие существуют?

И вот теперь я уже была готова сказать, что да, существуют. Вот же, прямо рядышком. Правда, такой мужчина — такой же недоступный, как и идеальный.

— Кто? — повторила тихо. — Ну, может, и я. Но не только я сама. Это же ваша магия, так что будем считать, что оба за неё в ответе.

Мужчина вдруг широко улыбнулся.

— Тогда будем считать это вашим согласием!

— Согласием на что? — тут же насторожилась я.

— Ну, как на что? — ректор Никс сделал честнейшие глаза. — Вы не знаете, как работает ваша магия, а я её изучаю. И, могу сказать, весьма успешно, потому что мои теории подтверждаются. А значит, вам нужно и дальше позволять мне изучать вашу магию вдоль и поперёк. Не удивлюсь, если она окажется просто ценнейшей находкой!

— Это для кого это? — я подозрительно вперила в него взгляд.

— Как для кого?! — деланно возмутился он. — Для всего магического мира!

— Какое мне дело до всего магического мира?! — фыркнула я. — Лучше расскажите, что у вас там подтвердилось?

— Хорошо, — покладисто согласился магистр. Он перекатился обратно на спину, а потом легко подтянулся и поднялся, подавая мне руку. Я встала далеко не так грациозно, но мужчине не было до этого никакого дела. Его глаза горели фанатичным блеском учёного. — В общем, мы с вами уже выяснили, что ваша особенность заключается в умении копирования другой магии.

— Любой магии?

— Вот это нам ещё нужно обязательно выяснить, — серьёзно кивнул он. — Как и то, можете ли вы копировать магию, если её владелец против и блокируется. И так далее. В общем, исследований впереди много.

— Ладно, дальше?

— Дальше мы с вами выяснили, что вы можете не только копировать, но и применять магию, воздействуя на предметы, людей, магов и даже на владельца этой самой магии. И, что самое интересное, он не может от неё защититься обычным блоком. Это я сегодня проверил. То есть, вроде как магия его, а вроде как враждебная, из-за этого организм мага её пропускает через свою защиту и не препятствует урону. Это же просто убийственное оружие в умелых руках!

— Я — не оружие! — тут же возмутилась я. — Почему считается, что самая лучшая магия — это боевая? Несущая разрушения?! У вас что, кроме как воевать, больше заняться нечем?!

— Прошу прощения, увлёкся, — тут же сдулся со своего настроя ректор. Он заложил руки за спину и начал расхаживать по поляне. — Не переживайте, у вас такая удивительная сила, что её применение многогранно и разнообразно. Вам придётся, много из чего выбрать. Просто я выходец из боевиков, как вы верно отметили, и применение магии в военных целях — это первое, что приходит в голову. Но вашу позицию я полностью поддерживаю. Видите, я и сам выбрал мирную профессию, — он обвёл влюблённым взглядом Академию и продолжил: — Но что я выяснил именно сегодня? Копировать, вы копируете, даже можете материализовать чужую магию, не говоря уже о том, что видите её направленность раньше проявления. (Это, кстати, тоже запомните, когда-нибудь пригодится!) Но вот применять магию интуитивно, увы, не можете. А это значит что?

— Что? — повторила я, чувствуя подвох.

— Это значит, что для того, чтобы применять вашу силу, вам придётся научиться работать с ЛЮБЫМ типом магии!

Вот это поворот! Я вытаращилась на ректора.

Он что, шутит? Нет, похоже не шутил. Учиться работать с… любой магией? Не с одной стихией, не с двумя. А с любой?! А кроме стихий есть ещё масса направлений…

— Вы же не хотите учить меня всему этому?

— Почему же? — мужчина потёр руки в предвкушении. — Наоборот, очень хочу! Почти десять последних лет я занимался построением обучения в Академии таким образом, чтобы оно велось идеально, и максимально без моего участия. Планировал в будущем взяться за какой-нибудь научный проект. Но вы, Татьяна! Вы лучше любого проекта!

— Вот спасибо! — попятилась я.

— Вы продолжите и дальше учиться на факультете стражей, теперь я понимаю, почему кристалл определил вас именно туда. Но учиться мы с вами будем немного по-другому! На всех занятиях, где нужно использовать магию, вы начнете использовать не свою магию, которой у вас нет как таковой (точнее, она заключается именно в копировании!), а любую другую! Я постараюсь присутствовать на каждом вашем таком занятии и скрупулёзно вести отчёт! Это совершенно однозначно работа тысячелетия!

— Но я не хочу! — жалобно пискнула я.

Что я там недавно думала? Идеальный мужчина? Беру свои мысли назад! Нет ничего хуже научных фанатиков! — Когда же я жить-то буду?

— Жить? — ректор задумался. — Жить… Хм… Вы же … Сколько вам лет?

— А вам не всё ли равно? Кто вообще такие вещи спрашивает?

— Ладно, ладно, адептка, успокойтесь, не буду я вас совсем уж лишать личной жизни, — примирительно поднял ладони Брейдон. Видимо, понял, как перегнул палку, или просто побоялся, что опытный образец исчезнет. — Давайте, тогда сейчас я научу вас пользоваться моей магией для того, чтобы мы всё же могли побегать. Идёт? Магия огня, которая идёт у меня как основная, достаточно непокорная по своей сути, примерно, как и вы, так что, я думаю, вы с ней подружитесь, — он мне улыбнулся, и от этой улыбки я вновь растаяла и подумала, что не такой уж и жестокий у меня магистр.

Он показал мне, как правильно дышать и уменьшить поток, чтобы сила просто питала мышцы, а не всё вокруг.

А потом мы с ним бегали. Не скажу, что я не устала, устала, конечно; но, во-первых, Брейдон всё же намного терпеливее и жалостливей магистра Тэя и не нагружал меня слишком сильно, а во-вторых, огонь, струящийся по моим венам, придавал сил и не давал болеть мышцам. Мне даже показалось, что дышать легче! Как будто лёгкие наполнялись тёплым кислородом, а не горели огнём, как в прошлый раз! Это совсем другое дело. Ректор обещал, что и восстановление после такой пробежки пойдёт быстрее, правда не был уверен, что я смогу использовать его магию, если далеко отойду от её истинного владельца. И не ошибся.

Мы даже проверили. Он материализовал портал и ушёл в свой кабинет на пять минут, в течение которых я осознала всю ту боль, что причиняют организму нагруженные без подпитки магией мышцы. Так что, как только мужчина вернулся, и я опять смогла взять под контроль огненную стихию, мы решили, что первое время он побудет рядом, пока я не найду другой объект, к которому смогу прикрепиться для получения магической помощи. А может «донора» искать и не придётся. Ведь следующую пару как раз вёл ректор, и он обещал, что за это время мышцы успеют восстановиться. Так что, так и порешили.

Я даже порадовалась, что сегодня не пришлось идти на физическую подготовку, хоть и понимала, что это — разовая акция и вскоре мне придётся там появиться.

Напоследок, перед тем, как организовать портал в аудиторию по магическим практикам, ректор Никс отвёл меня позавтракать в свой кабинет. Что я там говорила? Идеальный мужчина? О, да!

Глава 14 Пособие по спасению от медведей

Я уже подумала, что день пройдёт неплохо.

Нет, ну правда, сначала прогуляла физическую подготовку, потом заявилась на пару по магическим практикам прямо с ректором, дожевывая бутерброд. По взглядам адептов поняла, что меня записали в ректорские любимчики, если не сказать грубее.

Но я уже не в том возрасте, чтобы краснеть, бледнеть и оправдываться, поэтому широко улыбнулась и подмигнула кислой физиономии вампира. Адам Рот аж весь перекосился. Теперь наверняка думает, что меня задеть окажется значительно сложнее. Ну и замечательно.

Пара прошла неплохо. Мы с ректором решили, что лучшее решение — пока не раскрывать мои способности и незаметно работать с его магией, вдобавок, мне всё равно надо учиться работать с огнём. Получалось через раз, впрочем, как у многих студентов, так что я осталась вполне довольна.

Потом посетила пару по целительству, где я блестяще сварганила сонное зелье, все сказали, что это потому что я ведьма и зелья у меня в крови. Не знаю, не знаю, но во вкус я вошла. На этом предмете применять магию не нужно, поэтому ректор меня оставил и ушёл заниматься своими ректорскими делами.

На перерыве предоставили просто умопомрачительный обед, где я съела первое, два вторых, три десерта и компот. Затем подружилась с поварихами, которые мне сунули на дорожку пару пирожков.

Затем прошла достаточно познавательная лекция о русалках и тритонах, половину которой я бессовестно продрыхла. Но другая половина мне понравилась и заинтересовала!

Ну а потом начались проблемы.

Подошло время первого занятия по военной тактике и маскировке.

Мы дружной толпой собрались на опушке леса, примыкающего к Академии с южной стороны, и познакомились с преподавателем.

Молодой гибкий эльфа с пронзительными синими глазами и высоким белоснежным начёсом на голове представился как Кадиастас Нельвон Акителла. А если коротко, то Магистр Акителла.

Он передвигался плавными, совершенно бесшумными шагами и мелодичным голосом вещал о важности умения оставаться невидимым и неуслышанным.

Во время вступительной речи я незаметно позёвывала и даже чуть-чуть прикорнула на плече Дрейка, с которым мы не то, чтобы сдружились, но как-то незаметно поладили. Про таких людей говорят: знакомый, приятель, однокурсник. Несмотря на небольшую холодность в общении, он оказался неплохим парнем. Вдобавок человеком, хоть и сильным магом, что в этой Академии редкость.

Вывел меня из полудрёмы голос преподавателя.

— Адептка Грейс. Правильно? Вы так мило посапываете на плече вашего друга, что я не могу не предложить вам выйти сюда вперёд, чтобы наглядно продемонстрировать, зачем нужно искусство маскировки.

Эльф с ироничной улыбкой проследил за моим приближением и обратился к ученикам:

— Допустим, вы гуляли по лесу и вам встретился подземный тролль. Кто мне расскажет, кто такие подземные тролли?

Поднял руку молодой крепкий орк, Юдес, кажется, хотя могу и ошибаться.

— Подземные тролли относятся к разряду высшей нечисти, они менее разумны и более агрессивны, чем тролли обыкновенные. Поэтому нередко нападают на путников, вдобавок плотоядны и, если голодны, могут просто-напросто сожрать жертву. У них практически отсутствует зрение и обоняние, зато прекрасный слух.

— Отлично, адепт Юдес. Итак, подземный тролль. Если он не видит жертву и не чувствует её, тогда, если не издавать ни звука, можно постараться незаметно улизнуть и спрятаться. Для этого вам и пригодятся уроки маскировки.

Мы стоим с вами на плотной земляной дороге, покрытой мелким сором. Самый лучший способ не издавать на такой дороге ни звука — передвигаться лёгким шагом, ступая сначала на носок и перенося вес только на полностью поставленную ступню. Вот так, — он пару раз показал, как именно. — Магию мы сегодня не применяем. Есть твари, которые её чуют и смогут выследить по магическому следу. Только гибкость вашего тела. Запомнили?

Мы старательно перекатились с носков на пятки и обратно.

— Сейчас наша единственная девушка, да ещё и ведьма, продемонстрирует, как она будет спасаться от подземного тролля. Тролля изображу я. Обращать внимание на дыхание пока не нужно, этому мы научимся чуть позже. Сейчас важнее ориентироваться только на шаги. Я закрою глаза, а адептка постарается пройти мимо меня незамеченной. Если не поймаю её, то будем считать, что задание выполнено. Сможет с первого раза — зачёт за семестр автоматом!

Он кивнул и отошёл на несколько шагов, отвернувшись от меня. Демонстративно закрыл глаза левой рукой и скомандовал: — Начали!

Я немного растерянно постояла в раздумьях, а потом сделала пару шагов в сторону. Вроде, как показывали. На носок, потом ставлю ногу плашмя и только потом переношу вес. И ещё раз.

Эльф демонстративно фыркнул. Услышал.

Как он сказал? Не поймаю — зачёт автоматом? То, что я не смогу сделать всё правильно, он считал совершенно закономерным, иначе не разбрасывался бы такими словами. Поэтому я сделала единственное возможное — рванула со всех ног по поляне, в надежде, что эльф просто не успеет меня схватить.

Послышалось цокание эльфа, и раньше, чем я успела перейти импровизированную чёрту арены, магистр Акителла появился прямо передо мной.

— А-а-а-а-а! — от неожиданности я завопила, резко затормозив и отскочив в обратную сторону. Не удержала равновесие и плюхнулась на попу, подняв облако пыли.

— Ну что ж, Татьяна, — проговорил эльф, помогая мне подняться. — Вот вам и урок. Ваши действия оказались: во-первых, не честными, во-вторых, безрезультатными. А я всего лишь хотел показать на примере, какие ошибки чаще всего допускают студенты, репетируя такой вид шага. Идите на своё место и смотрите теперь внимательно, стараясь не спать.

Я, пристыженная, вернулась на своё место. И постаралась остаток лекции действительно внимательно слушать.

Эльф ещё раз продемонстрировал нам шаги, потом мы старательно выполняли это упражнение, а он поправлял. Примерно через полчаса начал объяснять технологию дыхания при общении с подземными троллями. Занятие шло довольно интересно, у меня даже вроде получалось.

Потом он предложил проверить то, чему мы научились, в весёлой игре. Ну как, весёлой? Смотря для кого.

Выбрал несколько водников, поставил их на противоположный край поляны спиной к нам и предложил бежать до них максимально неслышно. Если кто-то из водников услышит шум, то взмахом палочки отправляет туда водную сферу. Все веселились, пока я не поняла, что вода ледяная!

Не знаю, специально или нет, но в меня попадали чаще всего. В итоге я легла на землю и притворилась мёртвой, стараясь не дышать, в надежде, что от меня отстанут. Прямо как пособие по уходу от медведей в тайге. Но моим надеждам не суждено было сбыться, потому что преподаватель легко прошёл до меня, лавируя между пролетающими сферами и не издавая ни звука. Поставил на землю и сказал: — Хорошая попытка, но задание заключается в другом, — я глубоко вздохнула и тут же получила шар воды, окатившей меня с головы до ног. Так что, когда я добралась до противоположного края, чувствовала себя промокшей до нитки, уставшей и жутко злой.

Эльф взмахом палочки высушил на нас одежду, и мои прекрасные локоны встали одуванчиком вокруг головы.

— Теперь последнее задание! — жизнерадостно пропел он.

— Убейте меня! — простонала я, лёжа на траве. — Ещё?! Сколько можно?!

— Вставайте, вставайте, адептка. Когда-нибудь полученные знания спасут вам жизнь!

Магистр осмотрел нашу весьма помятую компанию. Многие студенты тоже не особо радовались такому обращению и уже, похоже, чувствовали себя не столь счастливыми, факту того, что их приняли на факультет стражей. Всё же не зря он считается не только самым престижным, но и самым сложным.

— Итак. Теперь вы бежите по лесу до Академии по большой дуге, можете петлять, прятаться и так далее, срезать у вас всё равно не получится — здесь только одна дорога. Я даю вам фору в три минуты. Потом бегу я. Кого успею поймать или услышу и, соответственно, опять же успею поймать, тот получает только хорошо. Если я вас не найду до конца пары (а осталось десять минут!) или не успею схватить, то получите отлично. Магию не использовать, только навыки маскировки. Понятно? Вперёд!

Все дружненько ринулись в лес, пытаясь успеть побыстрее. Я же с мрачным выражением на лице поплелась в самом конце. То, что я не смогу убежать от быстрого эльфа или спрятаться от него, совершенно очевидно. Как и то, что он переловит всех моих однокурсников. Недаром же преподаватель. Все эти сосунки ещё только делают первые шаги в обучении стражей, так что постоянно ошибаются. Поэтому я не питала ложных иллюзий.

Но не зря я недавно сравнила все эти задания с инструкцией: «Как выжить при встрече с медведем». Сейчас мне пришёл в голову ещё один вариант.

Я выбрала подходящее дерево и полезла на него. Насколько я помню, большинство медведей по деревьям не лазают, исключая панд и гималайского медведя. Поэтому в пособиях по выживанию этот способ часто стоит на первом месте. А может и не так — моя головушка всего не упомнит…

Я надеялась действовать методом неожиданности. Магистр начнет искать адептов по дороге, в кустах, на земле и вряд ли додумается, что одна предприимчивая ведьма залезет на дерево.

Новое тело оказалось хоть и неуклюжим, зато лёгким и достаточно цепким. Я достаточно быстро долезла до широкой ветки и, примостив на неё свой филей, обхватила покачивающийся на ветру ствол руками и ногами, как коала в энциклопедии моего внука. А затем, услышав внизу голос преподавателя, вытаскивающего из небольшой землянки одного из орков, постаралась задержать дыхание и не двигаться.

Время шло, голос эльфа, доносящийся то там, то тут начал затихать, и я выдохнула. Подождав ещё немного, решила, что время вышло.

«Значит, буду спускаться!» — довольно подумала я, потирая мысленно ладошки, которые давно вспотели от напряжения. Глянула вниз и резко вспотела уже всем телом.

— Ой-ой-ой! — я в панике запрокинула голову повыше и постаралась не бякнуть от страха.

— Татьяна! Уф, слава Богу, я вас нашёл! — послышался откуда-то снизу голос магистра Акителлы. — Если бы вы сейчас не заговорили, то пришлось бы активировать поисковое заклинание! Ну вы даёте! Я действительно вас потерял! Браво! Ну, а теперь слезайте, считайте, что отлично у вас уже стоит!

Я только покрепче вцепилась в ствол, стараясь сдержать оглушительное сердцебиение и шум в ушах.

— Татьяна? — уже обеспокоенно позвал преподаватель. — В чём дело?

— Я высоты боюсь! — прохрипела я, глотая капельки пота, скатывающиеся со лба.

— Как это? — завис эльф. — Вы же сами туда залезли! Слезайте давайте! Не переживайте, я вас подстрахую!

Я всхлипнула и прижалась к белой коре дерева, словно к родной матери.

— Адептка Грейс! — эльф, видимо, постарался что-то намагичить, но внезапно разразился оглушительной бранью: — Ай! Что за чёрт?! Татьяна! Вы что делаете?!

Я не поняла, что именно он спросил, и сосредоточила все силы, чтобы не упасть, стараясь не смотреть вниз.

Эльф ещё раз что-то попытался наколдовать, но каждый раз по-девчачьи взвизгивал и громко ругался. Наконец, он по ментальной связи вызвал к себе моего куратора, магистра Тэя.

Дроу, узнав, что причиной переполоха являюсь я, злобно зашипел и приказал мне не валять дурака и спускаться.

Я в ответ разрыдалась и всё же посмотрела вниз.

— Вы жестокие и бессердечные люди! Не трогайте меня! Дайте умереть спокойно! Я не полезу никуда, даже не надейтесь! Уууу!

Куратор раздражённо сверкнул глазами и начал плести светло-голубую плеть.

— Не смейте меня бить! — взвизгнула я, и прежде, чем дроу успел сделать хоть что-либо, его собственная плеть изогнулась и пребольно полоснула владельца по лицу. Магистр ошарашенно пытался совладать со своей магией, но она будто взбесилась: била и била его без остановки.

Только вдвоём с эльфом они смогли спеленать кнут и развеять его.

— Я сейчас её скину! — разгневанного зарычал дроу и в один прыжок оказался на соседнем дереве, легко держась лишь рукой за выступающую ветку. Я взвизгнула и постаралась отодвинуться, что в условиях моего местоположения сделать было сложно.

Он уже протянул ко мне руку, как вдруг его лицо болезненно исказилось и, закричав, дроу кулем упал на своего коллегу.

Тот сначала выбрался из-под Рэя, который перекатился на четвереньки и теперь зажимал виски ладонями, склонив голову к земле, а затем спросил:

— В чём дело?

Сбоку от меня послышалось свистящее рычание. Я вздрогнула, а эльф, так же схватившись за голову, опустился рядом с куратором.

— Свирд! Около адептки свирд! Вызывай ректора! — прохрипел тёмный эльф.

Свирд? Я повернула голову и уставилась в чёрные глаза Черныша, который до сих пор шипел на преподавателей, раздувая свои наросты на манер кобры. Он на секунду отвернулся от своих жертв и с обожанием уставился на меня, даже лизнул лицо, как бы говоря: «Я не дам тебя в обиду, хозяйка!»

На поляну вышел Брейдон.

Он быстро оглядел мужчин, увидел меня, нахмурился и спросил:

— Что здесь происходит?!

— Свирд! Срочно! Свирд около адептки! — магистр Акителла слабым пальцем указал в сторону моей ящерки.

Ректор сердито посмотрел на Черныша, а потом обратился ко мне, на удивление, довольно мягко:

— Таня, я не знаю, что произошло, но прошу тебя, успокойся и прикажи своему фамильяру перестать насылать на преподавателей паническую атаку.

Мы с Чернышом переглянулись, и он гордо выпятил своё лоснящееся темнотой брюхо, радуясь, что его способности оценили.

— Черныш, прекрати, — тихо попросила я.

Ящер обиженно насупился, но всё же перестал ментально воздействовать на эльфов. Белого и тёмного.

Они оба встали и с ужасом уставились на нас.

— Свирд!

— Фамильяр!

— У ведьмы!

— Да, уважаемые, у Татьяны появился фамильяр и, к сожалению, это действительно свирд. Но ему разрешено жить на территории Академии, а Татьяна обещает заботится о том, чтобы он никому не причинял вреда, как сегодня, — подчёркнуто выделив последние два слова ректор сверкнул глазами в мою сторону. А я поёжилась. Пусть не при магистрах, но чувствую, за это происшествие мне ещё предстоит выволочка! — А теперь объясните, что здесь произошло, и… Таня, может, ты всё же слезешь с дерева? Зачем ты туда забралась?

— В этом и дело! — наперебой начали жаловаться на меня преподаватели. — Адептка заявила, что боится слезать, и мы её битый час снять не можем!

— Я хотел стянуть её арканом, но она что-то сделала, и моя магия будто взбесилась, — разъярённый дроу показывал одной рукой на красные полосы на своём лице и теле, а другой обвинительно тыкал в меня.

— Моя магия тоже несколько раз меня ударяла, поэтому я и вызвал магистра Тэя, — вторил ему Акителла.

Пусть мне он понравился больше куратора, но сейчас эльф выглядел реально злым и явно не простил выходку моего фамильяра.

— Я не понимаю, что адептка сделала… — добавил он, удивленно глядя в мою сторону.

— Погодите, господа, — придержал их ректор, обрывая поток жалоб. — Давайте сначала снимем адептку, а потом обсудим случившееся.

Он запрокинул голову и внимательно посмотрел мне в глаза.

— Таня? Давай, я помогу тебе слезть?

Я помотала головой и крепче обняла дерево.

— Только через ваш труп!

Моя усталость, злость и нервы последних дней вылились в панику, с которой я прижималась к дереву.

— Тогда слезай сама или прыгай, я тебя поймаю!

Я пустила поток слёз по щекам и завыла:

— Неет! Я боюсь!

Брейдон вздохнул и взмахнул палочкой. Но не в мою сторону, а рядом. Сначала я не поняла, что он сделал, но когда повернула голову в ту сторону, то увидела, что около моей руки на ветке сидела жирная рыжая крыса и чесала лапкой толстое пузо.

Я взвизгнула и расцепила руки, полетев вниз.

Падение оказалось совсем недолгим. Одним мощным прыжком мужчина взлетел ко мне и подхватил на руки, чтобы в следующую секунду мягко приземлиться в метрах десяти от преподавателей.

Он посмотрел на меня сверху вниз и приподнял уголок рта в подобие улыбки.

— До сих пор страшно?

Я шмыгнула носом и уткнулась лицом ему в сюртук, всхлипывая и подвывая.

— Господа, жду вас у себя в кабинете через полчаса, обсудим произошедшее. До этого прошу о способностях ученицы не распространяться. Черныш, за мной.

И ректор со мной на руках шагнул в портал.

Глава 15 Чай с плюшками

— Зачем же ты полезла на это дерево, если высоты боишься? — спрашивал Брейдон в своём кабинете, в третий раз подливая мне чай и протягивая ещё одну булочку с корицей.

Я только плечами пожала. Не говорить же, что я сама не знала, что высоты боюсь. Точнее, та, прошлая Татьяна никогда не боялась. А вот новая, оказывается, боится, да так, что до сих пор коленки дрожат.

— Мне просто показалось, что это хорошая идея.

— Ну, идея неплохая, ничего не скажу, — развеселился Брейдон. — Но вот исполнение…

В этот момент дверь открылась, и хмурые преподаватели зашли к начальству.

Пусть они оба успели привести себя в порядок и явно побывали у целителей, но всё равно выглядели помятыми и сердитыми.

— Рад вас видеть, господа, — приветливо кивнул Брейдон. — Рэй, как твоё лицо?

Дроу поморщился.

— Могло быть хуже. К счастью, сформировалось всего лишь лассо, а не боевое заклинание. Но всё равно приложило не слабо. Это ведь она сделала? — учитель Рэй хмуро кивнул в мою сторону.

Мы с ректором переглянулись, и мужчина вздохнул.

— Да, Рэй, её работа. Садитесь, разговор предстоит длинный.

Ректор Никс разлил чай из старинного заварочника ещё в две кружки и протянул коллегам.

Магистры молча придвинули к столу стулья, до этого стоящие у стены, и сели рядом с нами. Эльф, как более лояльная сторона, пристроился поближе ко мне и плюшкам, а вот дроу сел прямо напротив, сбоку от Брейдона, с вызовом и презрением уставившись на меня. Казалось, он испытывает отвращение даже к булочкам с корицей, лежащим на общей тарелке, только потому, что я их ем.

Я поежилась от такого внимания и сосредоточилась на еде.

— Итак, магистр Акителла и магистр Тэй, — начал ректор. — Дело в том, что впервые за всю историю Академии на факультет стражей попала девушка.

— И ведьма! — вставил дроу.

— И ведьма, — покладисто повторил ректор Никс. — Её, как и всех остальных учеников, распределил кристалл силы. Да-да, это не моя протеже, если вы об этом, — усмехнулся Брейдон, глядя на вытянутые лица преподавателей. — Сначала и я не понял, в чём дело, но потом, когда узнал направленность силы адептки… Хотя, что я вам рассказываю, лучше показать, заодно и проверим одну нашу теорию, правда, адептка Грейс? — он озорно подмигнул мне.

Потом обратился к эльфу, как к более лояльной стороне:

— Кадиастас, не мог бы ты нам продемонстрировать собственную магию? Собери её, пожалуйста, перед собой.

Эльф нахмурился, явно не понимая, в чём подвох, но всё же спорить с начальством не решился.

Он не вставая с кресла образовал на руке светящийся серый шар, закручивающийся по спирали и отбрасывающий во все стороны маленькие электрические заряды, похожие на малюсенькие волны.

Я восторженно протянула к нему руку.

— Татьяна, вы уверены? Может, попробуете без соприкосновения? Сила магистра достаточно разрушительна, — предупредил Брейдон.

— Нет, всё в порядке, она не настроена против меня, — не знаю почему, но я чувствовала абсолютную уверенность.

Магистр Акителла инстинктивно попытался убрать руку с магией, побоявшись меня ранить, но я уверенно тыкнула указательным пальчиком в воздушную воронку, и в следующую секунду на моей ладони плясал весёлый ураганчик. К слову сказать, у магистра он тут же развеялся, будто из него вытащили все силы.

В кабинете повисла тишина, только ректор с истинно научным интересом разглядывал магию коллеги.

— Это что? — хрипло поинтересовался дроу. Его лицо выражало крайнюю степень ошарашенности.

— Это магия магистра Акителлы. А если точнее сказать — умело скопированная магия. И не советую вам, профессор, дотрагиваться от неё, сейчас она не ваша и ударит так, что мало не покажется, — предупредил ректор эльфа, который уже хотел потрогать то, что у меня получилось. В глазах магистра застыл немой восторг. Ещё бы! Он впервые видел, а не просто чувствовал свою магию.

— Так, Таня. А теперь аккуратно развей. Постарайся не снести мой кабинет. Я подстрахую.

Ректор взмахом палочки опустил вокруг меня прозрачный купол, а я старательно развеяла магию эльфа. В последний момент послышался характерный хлопок, как будто лопнул шарик, и поток магии плюнул мне в лицо. Благодаря заклинанию преподавателя, вреда он мне не причинил, но волосы встали дыбом.

Я пару раз заторможенно моргнула, а потом перевела взгляд на Брейдона.

К чести мужчины, на его лице не дрогнул ни один мускул, хоть в глазах и плясали чертята. Он невозмутимо помахал палочкой, и волосы мягкими локонами вернулись на мои плечи.

— Итак, надеюсь, визуально всё понятно. У студентки — редкая, я бы даже сказал — уникальная магия копирования. Вдобавок, она видит цвет магии и может его показать. То есть, даже не используя ни одно заклинание, можно уже отметить, что у вас, магистр, магия ветра и молний. Полезная особенность, правда? Всегда знаешь, с каким противником имеешь дело. Пока что мы установили, что ученице даётся любая магия. Она способна не только показать, но и применять её. В тот момент, когда адептка копирует, источник сил ненадолго… Я повторюсь — ненадолго, буквально на пару мгновений их лишается… Магистр Тэй, ваша очередь.

Дроу послал испепеляющий взгляд на ректора. Он явно не жаждал что-либо нам показывать.

— Ну же, Рэй, смелее. Неужели вы не хотите посмотреть на свою магию со стороны?

Судя по лицу магистра, всё, что он хотел, — это чтобы его оставили в покое. С самым мрачным выражением, он зажёг между двух ладоней светло-голубую, почти стеклянную снежинку. Я уже видела его силу в действии, поэтому с уверенностью могла сказать, что это магия льда. Завораживающе красиво. И, судя по силе, — невероятно опасно!

В этот раз я не рискнула протягивать к нему руку, пятой точкой чувствуя, что это может плохо кончиться. Вместо этого попыталась её повторить для преподавателей.

Ещё раз… и ещё раз…

В общем, у меня ничего не вышло.

— Что же вы? — насмешливо изогнул чёрную бровь Тэй. — Никак, силы кончились?

— Не получается, — пожаловалась я Брейдону.

— Замечательно! — мужчина восторженно потёр руки.

Я, вместе с профессорами, с опаской покосилась на него. Замечательно? Он уверен?

— Брей, ты о чём? — через пару минут осторожно поинтересовался светлый эльф.

Ректор же самозабвенно чертил непонятные графики в своём излюбленном блокноте, иногда останавливая на мне изучающий и, клянусь, измеряющий взгляд.

— О чём? — рассеянно повторил он и уставился на нас так, как будто впервые увидел и теперь усиленно пытался понять, что мы здесь делаем. — Ах, да, точно… В общем, если источник против, то магию Татьяна копировать не сможет… В общем, так, да. Ты же явно не хотел делиться, правда, Рей? — он бросил лукавый взгляд на дроу, а тот скрипнул идеально белыми зубами. — Ну, если мы всё обсудили, то тогда жду вас, коллеги, сегодня вечером, да и вам, адептка Грейс, уже пора. Устали, наверное, отдыхать надо.

Не знаю, как другим, а мне показалось, что нас явно вытуривают из кабинета.

Похоже, магистр Тэй тоже что-то подобное заподозрил, потому что с подозрением спросил:

— А как тогда она воспользовалась моим арканом в парке?

— В парке-то? — ректор легко пожал плечами. — Ну просто ты не концентрировался на том, что не хочешь отдавать ей магию, вот и всё.

Эльфы переглянулись и синхронно пожали плечами.

— И что нам теперь с ней делать?

— Да ничего. Пусть учится, как все. Таня может копировать магию, но пользоваться ею не умеет. Так что будет учиться использовать магию любой направленности. Начнёт с моей. Я постараюсь присутствовать на всех её занятиях, где нужна эта сила. А если меня не будет, то… Рэй, у тебя же есть новенький адепт — первокурсник Дрейк Нортон? Он тоже маг огня, пусть у нас направленность разная, но силы в чём-то схожи — пускай будет не очень далеко от него находиться, тогда сможет использовать его силу, например, во время физических нагрузок. Ну, я вам ещё побольше вечером расскажу. А сейчас, извините, у меня дела.

Ректор явно жаждал нашего ухода, чтобы вернуться к своему блокноту, на который с тоской поглядывал.

Я шагнула к двери следом за преподавателями, но в последний момент обернулась.

— Вы же соврали, правда?

— О чём ты? — магистр Никс хитро прищурился.

— Вы сказали, что там, в парке, я смогла воспользоваться магией, потому что дроу был не против. Но мне вы говорили, что я могу копировать, только если источник согласен или, скорее, ко мне расположен. Магистр Тэй явно не такой.

— Какая ты умненькая, — заговорщицки мне улыбнулся Брейдон. — Да, я соврал. Я подозреваю, что воспользоваться ты смогла, потому что магия тебе угрожала. Это что-то вроде отражающей способности. Зеркало, если хочешь. Ты немножко, правда, перестаралась, пусть и не специально. Куратор хотел тебя только схватить. Но ты-то подумала, что он собирается тебя бить! А поэтому получилось так, что получил в итоге он. Сейчас я не могу сказать точнее, мне надо ещё немного подумать, а потом мы с тобой поставим несколько экспериментов. А почему не сказал? Ну а зачем им это знать? У тебя сейчас припрятан туз в рукаве! На всякий случай. Главное, ТЫ это запомни.

Он ещё немного подумал, перекатываясь с пяток на носки, а потом поторопил меня:

— Ну всё, беги, тебе и правда надо отдохнуть, а то вся помятая.

С этими словами он открыл портал прямо в комнату. Я улыбнулась на прощание.

— А знаете, Брейдон, всё же вы не такой страшный, как я вначале думала.

— Рад слышать, — усмехнулся ректор.

Глава 16 Преступление и наказание

Где-то через неделю после того, как я притворялась коалой, меня вернули на уроки физической подготовки. А учитывая, что от занятий по боевым искусствам освобождения всю эту неделю и не было, то магистра Тэя я видела часто. Впрочем, как и он меня. Не сказать, что дроу за это время проникся симпатией, скорее, он просто не хотел лишний раз обращать на меня внимание и разговаривать.

Да и сложно постоянно орать на того, кого раз за разом бьёшь. А именно этим дроу и занимался, когда учил нас искусству борьбы. Крайне редко получалось заменить борьбу на метание ножей или стрельбу из лука. Оно получалось ничуть не лучше, но хотя б не больно.

Мечи нам, в принципе, пока не выдавали, несмотря на то, что у многих адептов они имелись.

Так что на уроке по простой физической подготовке, у преподавателя не осталось никаких иллюзий на мой счёт. Он привычно скривился, будто понюхал тухлую рыбу, и отправил всех на пробежку. Только всех — десять кругов, а меня — один. Несмотря на использование магии Дрейка, которую я незаметно тянула с разрешения ректора, куратора и самого Дрейка, которого посвятили в мой секрет со всей строгостью, на которую способны магистры, скорости она мне не добавляла.

— Иначе мы никогда не продолжим тренировку, — недовольно снизошёл до объяснения преподаватель.

Я благодарно кивнула и побежала. А что мне ещё оставалось? Бежать, и желательно поближе к однокурснику. Он, естественно, постоянно меня обгонял, но так как за мой один круг я видела его аж целых десять раз, то успевала каждый раз наполняться энергией и не сдохнуть в первой же канаве, как получилось в прошлый раз.

Наконец, эта пытка закончилась.

— Ну а теперь, на полосу препятствий, — жизнерадостно объявил дроу. Он вообще, когда не общался лично со мной, выглядел довольно жизнерадостным, и бесконечно насмешливо поддевал моих однокурсников, искренне забавляясь тем, как высокие лорды скрипят эмалью в немом раздражении, глотая его подначки. В общем, душечка, а не учитель.

Я затравленно посмотрела на предложенный маршрут. Мои однокурсники тоже не выражали восторга. Ещё бы. Их сиятельные морды уже не раз и не два оказывались то по уши в грязи, то расцарапаны вдрызг.

— Грейс! Чего застыла? Тебе особое приглашение требуется?! Вперёд!

Дроу бесцеремонно подтолкнул меня на первое препятствие. Всего лишь отвесная стена метра три-четыре с парой небольших зацепов, каждый на расстоянии друг от друга не меньше метра.

Я глубоко вздохнула. Вот жаль, что я не оборотень. Когти выпустила бы, и вперёд.

Подошла к стене. Постояла. Подумала. Вздохнула и полезла. Ну, а что ещё делать?

— Предупреждаю вас, если я сорвусь, упаду и умру прямо здесь, то это повиснет на вашей совести!

— Наконец-то я услышал что-то приятное за сегодняшний день, — отозвался тёмный эльф, кривя губы в ухмылке.

— Имейте в виду, тогда я буду являться к вам во сне каждую ночь!

Учитель поперхнулся.

— Адептка! Вы что себе позволяете?!

Я задумалась. А что я, собственно, себе позволяю? Именно так привидения и поступают, разве нет? А он о чём подумал?

Я оторвала руку от очередного зацепа и потянулась за следующим, но немного не рассчитала уровень своей гибкости, потому что сместившийся центр тяжести заставил ноги разъехаться, и я оказалась на идеальном поперечном шпагате.

— Аууу! — взвыла от боли. Постаралась всё же зацепиться рукой за выступающий красный камень, насмешливо переливающийся на солнышке, но не доставала до него. — Снимите меня кто-нибудь!

— Это ещё зачем? — невинно поинтересовался куратор. Издевается, гад. Ну я тебе припомню!

— Снимите меня, или я за себя не ручаюсь!

— И что же будет? — дроу насмешливо изогнул чёрную бровь.

— Не знаю! Я пока не придумала! В этом положении не очень удобно думать, знаете ли… — я серьёзно рассердилась и шипела рассерженной кошкой. — Но я придумаю как вам мстить!

Магистр Тэй как-то обречённо вздохнул и взмахнул палочкой. В эту же секунду я почувствовала, как резкий порыв ветра будто дал мне хорошего пинка под зад, и я с диким визгом подлетела вверх и повисла поперёк туловища на краю стены.

— А поаккуратней нельзя? — я вцепилась руками в толстый канат, висящий с обратной стороны, по которому нужно спускаться на землю, и, постанывая, поползла вниз, сдирая кожу на ладонях.

— Если я на каждого недоучку начну тратить столько времени и сил, то какой смысл в тренировках… Рот! Ты куда полез?! Хочешь, чтобы тебе голову оторвало?! Отцепись от канатов! Они не для того предназначены, чтобы ты в них свою башку совал! Хочешь вешаться, иди в свою комнату и привязывай верёвку на люстру, а на моих уроках будь добр остаться живым! — ругаясь и высмеивая адептов, Тэй отошёл от меня, здраво рассудив, что смертельная опасность мне уже не грозит.

Минут через десять я, наконец, достигла земли, где опустилась на дрожащие колени. Оказывается, что я все же действительно жутко боюсь высоты! А ещё совершенно не подготовлена к местной жизни!

— О, смотрите-ка! — раздалось над ухом. — Наша плебейка преодолела первое препятствие, тогда как другие уже прошли всю полосу! — прямо надо мной стоял насквозь мокрый и грязный Адам Рот в компании нескольких своих дружков. Одного вампира и одного оборотня, если не ошибаюсь, — лиса. — Такие, как ты, — позор Академии Грейсли!

— А такие, как ты, — позор для любого родителя! Где тебя учили лезть в чужие дела? В институте благородных девиц?

— Ах ты, мразь! — вскипел вампир. Он схватил меня за волосы и поднял на уровень своих глаз.

Я взвизгнула и постаралась отцепить свои волосы от его руки. Но вампир держал крепко. Из глаз полились злые слёзы.

— Смотри, Адам, ведьма рыдает! — заржал один из его дружков.

— Теперь, когда она без поддержки своих любовничков, то такая жалкая! Как половая тряпка! — вторил ему другой.

— Значит так, ведьма! — прошипел мне в лицо вампир, брызгивая слюной. — Ты сейчас вылижешь мои ботинки, а затем пойдёшь в деканат и переведёшься на другой факультет, или я превращу твою жизнь в ад!

Он больно дёрнул меня, приподнимая над землёй и выдирая волосы прямо клоками.

В моих глазах потемнело от гнева.

— В твоих мечтах, отрыжка орка!

— Сволочь, — констатировал он и материализовал в руке палочку, на которой начал клубиться чёрный дым. Адам направил остриё палочки мне в лицо и зло прошипел: — Вылизывай! Мои! Ботинки!

Не знаю, что должно было произойти, никакого магического воздействия я не почувствовала, а потому схватила свободной рукой его палочку и ткнула противоположным тупым концом вампиру прямо в глаз.

Рот взвыл раненым зверем и разжал руку. Я мешком с картошкой повалилась на землю, больно ударившись локтем.

Оборотень кинулся помогать товарищу, а меня схватил за руку второй вампир и вывернул её за спину. Я зарычала и со всей силы, на которую только была способна, ударила затылком обидчика по лицу. Послышался хруст.

Мою руку отпустили, и я резко развернулась и ударила вампира по коленке ботинком. Он согнулся пополам, явно не готовый к тому, что девушка может дать отпор, да ещё нечестными способами.

— Я убью её! — услышала голос Адама сбоку и краем глаза увидела, как в меня летит чёрный смерч размером с лошадь.

Мои глаза заволокло чернотой, но прежде чем потерять сознание, я увидела магистра Тэя, несущегося к нам, кричащего и что-то пытающегося наколдовать. Но было поздно.

Произошёл взрыв…

— Господи, за что мне это?! — сквозь темноту до меня донёсся страдальческий голос куратора. — Грейс! Ведьма! Очнись!

Что-то в этом мире я слишком часто в обморок падаю. Надо с этим заканчивать.

Я разлепила тяжёлые веки и уставилась на встревоженное лицо дроу.

— Вы волновались за меня! — губы сами собой растянулись в улыбку.

Мелькнувшее облегчение на лице магистра быстро сменилось яростью.

— Глупая курица! Кто тебя просил взрывать здесь всё? Неужели нельзя было мне сказать?!

— И вы бы решили конфликт и за меня заступились? — я недоверчиво скосила глаза на преподавателя.

Он резко захлопнул рот и раздражённо поджал губы, явно сообразив, что, да, вряд ли бы ябедничество мне помогло.

— Что произошло? — решила сменить я тему.

— Произошло? — по-новой завёлся он. — А сама не хочешь взглянуть?!

Я повернула голову в сторону, но из-за высокой травы ничего не увидела. Тогда попыталась сесть, но перед глазами плясали разноцветные круги.

— Будьте джентльменом, помогите даме, — протянула руку туда, где по моим прикидкам находился учитель. Из-за бликов в голове я его даже не видела.

— Что-то не наблюдаю здесь дамы, — в тон мне ответил он, но всё же протянул руку и дёрнул меня вверх, помогая принять сидячее положение.

Я огляделась.

Некогда зелёная поляна перед полосой препятствий теперь являла собой выжженное поле. Отвесная стена, по которой я совсем недавно карабкалась, обуглилась и почернела. Её явно тушили второпях, потому что от одного края всё ещё шёл дымок.

Метрах в двадцати от меня на земле валялись мои обидчики. Все трое. Около них суетились целители. На первый взгляд, все части тела на них присутсвовали. Ну, а то, что волосы и брови оказались с явными подпалинами, так это ж не беда, восстановят магией… Наверное…

— Это что… Я? — наверное, странно задавать такой вопрос, тем более что, похоже, я уже знала ответ.

— А кто? Я? — магистр Тэй тоже посмотрел в сторону адептов, которых, наконец, привели в чувство, и хмуро заметил: — Я, конечно, знал, что поимею от тебя проблем, но не подозревал, что такого размера. Ты не только бездарь, но ещё и опасна для общества!

Я насупилась и поджала губы.

— Вот я вас не оскорбляла! Что ж я, виновата, что так получилось?!

— Ты могла просто уйти! И не нарываться на конфликт!

— Да? А как бы я это сделала, если меня без всякого повода за волосы схватили и удерживали как на поводке?

— Вот прямо без всякого повода? — не поверил магистр.

— Да, представьте себе! — я раздражённо встала на ноги. Меня, конечно, ещё пошатывало, но магия Дрейка, который оказался неподалёку и кидал на меня сочувствующие и виноватые взгляды, уже работала и убирала последствия обморока. Всё же занятия с ректором не проходят даром.

К нам подвели хмурых и помятых противников. Их волосы, точнее, то, что от них осталось, стояли дыбом, впрочем, как и у меня.

— Вы справитесь теперь, магистр Тэй? — обратился к дроу один из целителей.

Тот только кивнул и, когда нас оставили одних, обвёл нашу компанию строгим взглядом.

— Вы все — кучка недоумков, каким-то чудом попавших на этот факультет. Думаете, у вас есть шанс стать настоящими стражами? Ещё одна такая выходка, и можете забыть об этом до скончания века! Адепт Рот! — магистр бросил хмурый взгляд на вампира. — Я знаю, что именно вы зачинщик потасовки. Нападать втроём на девушку, которая априори вас слабее и не может дать отпор, — это низко даже для такого, как вы! Я немедленно напишу вашему отцу и обрадую тем, какой у него вырос сыночек!

Я удивлённо уставилась на преподавателя. Разве не он только что винил во всём меня?

— Не нужно, магистр! — побелел Адам. — Ведьма сама напрашивалась! Вы же видели, что она сделала! Моё заклинание не сработало! А вместо этого она взорвала всё вокруг! Уверен, её целью было убить меня!

— Невелика птица, — фыркнула я. Но Рот продолжал разливаться соловьём:

— Вы не можете написать отцу, он… Он сейчас в командировке!

— Ну, вернётся же, — Рэй Тэй усмехнулся. А затем мрачно добавил: — Вдобавок, сейчас вы признались, что послали атакующее заклинание на однокурсницу. Вы знаете, какое наказание за это следует? Нет? Ну так я вам расскажу — исключение!

Адам взбледнул и испуганно покосился на своих товарищей, которые, не обремененные такой благодетелью, как верность дружбе, дружненько сделали шаг в сторону от своего бывшего закадычного друга. Они явно опасались, что исключение может оказаться заразным.

— Но вы не можете меня исключить! Моя семья…

— А я говорил, адепт, что мне нет дела до твоей семьи! — жёстко прервал его куратор. Затем немного подумал и решил: — Сорок часов отработки! И полный запрет на выезд в город в течение всего года! Для всех троих. Ещё раз увижу рядом с ведьмой ближе, чем пять метров, и пакуйте чемоданы! Ещё вопросы? Нет? Тогда вон отсюда!

Парней как ветром сдуло. Ещё бы! Не исключение, а всего лишь отработка!

— А ты… — дроу повернул изящную голову ко мне. — А тебе пятьдесят часов отработки!

— Но это же нечестно! — возмутилась я. — Почему?!

— А чтобы больше неповадно было, — невозмутимо ответил магистр. — Ты поможешь разобраться в хламе в подвале вашего общежития под руководством магистра Ордрика!

Я взвыла. О, нет! Только не этот мерзкий дух-старикашка! Противный комендант, с которым мы так и не наладили отношения после моего падения с лестницы. Он всё так же устраивал подлянки, впрочем, и я ему отвечала тем же.

— И я доложу ректору о том, что ты здесь устроила, — продолжал сгущать краски дроу, — это он виноват, что ты оказалась здесь! И потребую, чтобы твоё наказание дополнительно увеличили! Если он не хочет тебя выгонять, то тогда пусть следит за тем, чтобы ты не причиняла неприятностей.

Я вздохнула и с тоской подумала, что с куратора станется нажаловаться Брейдону, а ведь я понадеялась, что в его глазах стала хоть немножко более выгодно смотреться. Видно, не судьба…

— Так я могу идти? — хмуро поинтересовалась напоследок. Благо, физическая подготовка стояла последним уроком, авось, успею до прибытия своих парней принять ванну.

— Идите, адептка.

Я зашла в комнату, где мои мечты о пенке и тёплой водичке в одиночестве претерпели сокрушительно фиаско.

Посередине гостиной взъерошенный Лари отбирал свои брюки у рычащего свирда и ругался такими словами, которые благородным лордам и знать-то не положено.

— Наконец-то ты явилась! Твоя шипастая скотина сожрала мою рубашку и сжевала брюки! — эльф визгливо обратился ко мне и потряс отвоеванной штаниной перед моим носом. На когда-то идеально выглаженных брюках виднелось достаточно много дырок разных размеров. Снизу штанины действительно выглядели пожеваными и обслюнявленными. — Кто мне за них заплатит?! Это же Андранийский шёлк! Если он — твой фамильяр, то тогда и держи его при себе! С какой стати ты вообще приютила чудовище хаоса?

«Чудовище» утробно зарычало, и Ларионель почёл за лучшее отойти в сторонку.

— Ой, а что это с тобой? — заметил он мой внешний вид.

— Да так, тренировалась, — неопределённо пожала я плечами, разумно рассудив, что лучше на все предыдущие вопросы и претензии не отвечать. Я даже предложить заплатить за штаны не могу! Так что благоразумнее помалкивать.

— Такое впечатление, что тебя сначала сунули в чан с кислотой, а потом ударило молнией, — безжалостно заключил эльф, оглядывая меня почти с брезгливостью.

— Вот спасибо, — я вздохнула. Утешил так утешил.

— Ладно. Иди в ванную, что ли… — Лари как-то подрастерял свою злобу, так что я серьёзно начала опасаться глядеться в зеркало. Что же он там увидел?! Я опять вздохнула и перевела взгляд вниз.

— Черныш! Нет!

Мелкий проказник самозабвенно жевал туфли Лари. Его туфли. Надетые на самого Лари…

— А-а-а-а-а!!! — завизжал эльф. — Мои… Мои… Мои!!!

— Туфли, — подсказала я сбоку. Ой, зря.

На меня уставились взбешенные глаза соседа.

— Три тысячи дариев!

— Чего? — я невинно захлопала глазами, искренне надеясь, что это не то, о чём я подумала.

— Три тысячи дариев! — отчеканил эльф, глядя прямо на меня. — Столько ты мне должна за пожеванные брюки — раз. За сожранную рубашку — два. И за испорченные дизайнерские туфли — три!

Я напрягла память и вспомнила, что моя стипендия (при успешно пройденном семестре!) составляет около… сорока или пятидесяти дариев в месяц. И это, вроде как, немаленькая сумма.

— Но это же грабёж! — справедливо возмутилась и упёрла руки в бока. — С какого перепугу ты носишь одежду, стоящую… как… как…

— Как дом в столице? — равнодушно уточнил эльф и качнул своей головой так, что серьги в его ушах зазвенели. — А с того, что я не являюсь нищей ведьмой, неизвестно как попавшей не только на этот факультет, но и в Академию Грейсли! Я принадлежу к знатному роду! И род этот…

— Бла-бла-бла! — перебила я его, не желая больше слушать это бахвальство. Раздражённо обошла Ларионеля по широкой дуге и зашла в ванную, громко хлопнув дверью.

Вот же сноб! Отдам я его деньги! Пусть подавится. Я перевела взгляд вниз, где у моих ног радостно повизгивал и крутился вокруг своей оси, как домашняя собачонка, грозный свирд.

— Черныш, если не хочешь, чтобы твою хозяйку пустили по миру в одних панталонах, — не вздумай больше жрать вещи этого выскочки. А вдруг он заразный? Ещё станешь таким, как он!

Черныш скривился, всем своим видом показывая, как он относится к этой возможности. А я, через пару минут нелёгких дум, всё же очнулась и, выгнав возмущённо повизгивающего питомца из ванной, постаралась привести себя в порядок.

Из зеркала на меня смотрела… Смотрело… Нечто. Волосы дыбом, кое-где в подпалинах, лицо в земле, а на скуле большой синяк. Понятия не имею, откуда. Затылок ныл, помня ещё нос противника, а рука, вывернутая противным вампиром, болела от самого плеча до ладони, да так, что на глаза то и дело наворачивались слезы.

— Красотка! — невесело усмехнулась своему отражению.

Кое-как умылась, переоделась и вышла в общую гостиную, где за книгой сидел Мракадан. Вид при этом имел до нельзя сосредоточенный.

— И тебе привет, — буркнула я.

— Угу.

— Хорошо выглядишь.

— Угу.

Я прищурилась.

— Ты пойдёшь ужинать?

— Угу.

— Ты сделаешь сегодня за меня конспект по оборотням? Мы как раз их проходим.

— Угу.

— Вот спасибочки! — обрадовалась я.

— Угу… — Мракадан поднял голову и пару секунд пытался сфокусировать на мне взгляд. Сфокусировал. Моргнул. И тут до него дошло. — Что.? Нет! О чём ты говоришь, какой конспект?!

— Ты пообещал, — я погрозила оборотню пальцем. — Ты же мужик! Человек слова! Обещал, значит исполни! Правда, Воли? — обратилась я к вампиру, который только что зашёл в гостиную из холла. Волистер открыл было рот, чтобы ответить, но я не дала ему это сделать. — Вот, Воли тоже со мной согласен! Обещал — теперь исполняй!

Старший из соседей только хмыкнул и, подмигнув мне, прошёл в свою комнату, видимо, переодеться после тренировки, а я перевела профессорский взгляд на опять насупившегося брюнета.

— Или как у вас там, в кланах оборотней, — слово, данное девушке, ничего не значит?!

— Ведьма! — прорычал мне в ответ Дан. — Как ты можешь так всё выворачивать?

— Я способная, — скромно шаркнула ножкой.

Дан немного помолчал, мрачно обдумывая мои слова, потом как-то обречённо спросил:

— Что, ты там говоришь, тебе задали?

Я расплылась в широкой улыбке и резвым сайгаком поскакала за блокнотом и ручкой. Влетела обратно в гостиную и села напротив, подперев ладошкой подбородок и вперив влюблённый взгляд в соседа.

Вообще-то я хотела зайти к целителям, но рука после тёплой воды болела не так сильно, а вот конспект сам себя не сделает, так что нужно использовать подвернувшуюся возможность.

Прибежавший вместе со мной Черныш почувствовал моё состояние и вскарабкался по спинке дивана на плечо оборотня, где скопировал мою позу и взгляд.

Глаза Дана расширились от страха, и он, стараясь не дёргаться, аккуратно повернул голову в сторону моей тварюшки.

— Таня, скажи своей ящерице слезть с меня.

— Зачем? Ты ей понравился!

— Я не могу работать, когда рядом с моим лицом сидит свирд!

— Свирд, свирд, — проворчала я. — Вы все несправедливы к малышу, правда, чёрненький?

Выше названная особь согласно заурчала, прижимаясь тёплым брюхом к щеке соседа, у которого от волнения выступила шерсть на щеке.

— Да ты не бойся его! — подбодрила я парня. — Погладь! Видишь, как ты ему нравишься!

Дан с опаской протянул руку и несмело почесал чёрное брюхо моего питомца. Свирд мурлыкнул, как кошка, и блаженно прикрыл глаза. Оборотень, видя его реакцию, несмело улыбнулся.

— Ну, вот видишь! Вы поладите! — я ободряюще похлопала соседа по другому плечу. Руку прострелило острой болью, но я постаралась не обращать на это внимания.

— Так какой конспект тебе нужен? — спросил Дан, возвращаясь в реальность. После налаживания отношений с моим фамильяром, он начал вести себя более благосклонно.

— Отличительные особенности и традиции оборотней, а также их подвидов: драконов, нагов и русалок… А разве русалки тоже оборотни?

— Конечно! А как им иначе ходить по земле? На хвосте? — выгнул бровь Мракадан, удивляясь моей безграмотности.

— Но… Но… — я вспомнила все известные мне сказки про русалок. — Но, как бы, а зачем им ходить по земле? У них же подводные города вроде как построены, тритоны там, рыбки.

— Ну так они у них и есть, только как им там прикажешь зимой жить, когда лёд сковывает поверхность воды и у них нет возможности получить достаточное количество солнца и тепла? Не говоря уже о том, что довольно неудобно каждый раз прорубать себе проход, чтобы сходить в магазин или таверну.

Моя челюсть громко встретилась с полом. Таверну? Русалкам? Нет, я могу предположить, что пить крепкие напитки в воде немного сложно, но всё же… Я думала, что они более… сказочные, что ли.

— А драконы? — не знаю, почему спросила я.

— А что драконы? — пожал плечами Волк. Потревоженный этим телодвижением Черныш переполз брюнету на колени. Оборотень даже не обратил на это должного внимания, уже без всякой опаски опустив руки на шершавую голову моего питомца и поглаживая того за ушком. — Драконы почти полностью вымершая раса. Странно, что вам дали её изучать. Эти гордые создания не очень любят распространяться о своей жизни. Вдобавок, у их расы практически не рождается детей. Но если появляется, то независимо от того, кем окажется вторая половина дракона — ребёнок всё равно родится драконом.

— То есть, у них не бывает многодетных? — переспросила я.

— Многодетных? Нет, конечно, — оборотень фыркнул. — Далеко не у каждой пары рождается хотя бы один ребёнок. Хотя они никогда не меняют своих избранных, впрочем, как и все оборотни.

Я вспомнила ректора, который вроде как тоже дракон, и как-то так грустно стало. Он же, скорее всего, без детей останется! Как несправедливо! Неудивительно, что скрывает свою сущность, особенно, учитывая, что его дракончик такой маленький, как будто призрачный. Стыдно, наверное, вот и прячется… Кстати, об этом.

— Дан, — осторожно начала я, пытаясь сформулировать свою мысль максимально невинно. — А разве бывают оборотни… Ну, не превращающиеся, а имеющие свою вторую ипостась рядом?

— Чего? — выпучил глаза Мракадан.

— Ну, ты же превращаешься в волка. Вот раз — человек. Раз — волк. А бывает такое, что волк просто рядом сидит и появляется при случае?

Дан нахмурился, пытаясь сообразить, что я имею в виду.

— То есть, — он попытался перефразировать мою мысль, — ты хочешь сказать — может ли животная ипостась существовать отдельно от хозяина?

— Ну да! — обрадовалась, что меня поняли.

— Нет — это невозможно! — уверенно вернул меня с небес на землю Дан. — Оборотень же и его ипостась — одно целое! Гуляют, конечно, слухи, что у драконов их ипостась с особым характером, но ты представляешь, насколько такое нереально? Это же тогда два голоса в голове! Я не верю, да и не видел никто, слухи одни!

Он перевёл взгляд на моего питомца и даже предложил тому булочку со стола, которую чёрный ящер сжевал в один укус, а я задумалась.

И мысли в голове бродили, прямо скажем, невесёлые. Ведь если ректор — дракон, и он это скрывает, то совершенно ясно, что неспроста! А его дракончик, живущий отдельно от тела, явно является патологией, раз даже Дан о таком и не слышал. Вдобавок, я только что узнала, что у Брейдона, скорее всего шизофрения. Или раздвоение личности, как минимум, ведь он и мужчина, и дракон. Да ещё и детей, скорее всего, никогда не заведёт. А значит, и замуж за него никто не пойдёт. Ой, как обидно-то!

Испытав к наставнику самые жалостливые чувства, я не заметила, как начала хлюпать носом.

— Ты чего? — удивился сосед. Они с Чернышом удивлённо на меня уставились, причём, мой фамильяр один в один скопировал выражение лица оборотня.

— Да я подумала, как тяжело живётся тритонам и русалкам без пива в море, — брякнула первое, что пришло в голову. Главное, не рассказывать правду — мне доверили такой секрет!

Оборотень поперхнулся и осуждающе на меня посмотрел.

— Какие странные мысли иногда бродят в твоей голове, ведьма! Так ты будешь писать свой конспект?

— Да, да, конечно, — я живенько взяла что-то среднее между старинным пером и современной шариковой ручкой и выжидательно уставилась на приятеля.

— Тогда пиши. Оборотни — вид магов, имеющих две ипостаси и живущих…

Я старательно записывала, а Дан всё рассказывал и рассказывал. И в какой-то момент я не узнала своего угрюмого соседа в этом удивительном и общительном юноше.

Глава 17 Бери лопату, мы идём искать клад!

— Вы не видели Томми? Такой длинненький парень в очках. Нет? А не знаете, где он живёт? Куда идти?.. Погодите, вы что, язвите? Да сами вы!!! Я нормальная!

Я пыхтела, как старый эмалированный чайник. Каждый второй молокосос, увидев ведьму в мужском общежитии медиков, ну ладно, целителей (у всех факультетов раздельные общежития, это только мне так повезло жить с парнями), считал своим долгом отпустить пару скабрезных шуточек и предложить своё приятное общество. Не знаю, какое впечатление произвожу я лично, но вот сама ведьминская аура явно не добавляет плюсиков к репутации. И самое главное, никто понятия не имел, где искать Томми.

Я бы так и ушла с пустыми руками, а если точнее — с жуть как болящей одной рукой, если бы просто не налетела на искомый объект.

— Ох! — очкастик нелепо взмахнул руками и начал заваливаться на бок, но я, обнаружившая свою пропажу, вцепилась в него мёртвой хваткой.

— Томми! Ты-то мне и нужен!

Руку прострелило острой болью, и я заскулила, как побитая собака.

— Таня? — удивился он. — Что ты тут делаешь?

— Тебя ищу, разве не видно? — мрачно усмехнулась я.

— В мужском общежитии? — голос Томми сочился неподдельным удивлением.

— А что такого?

— Ты что, не знаешь, зачем девушки приходят в мужские общежития?

— Попросить списать домашку? — предположила я.

— Да нет же! — голос Томми дал петуха. — Чтобы уединиться с мужчиной! — он сказал это таким трагическим шёпотом, что, наверное, меня должно было пробрать. Но я только вздохнула.

— А может, не всегда? Я тоже живу в мужском общежитии.

— Ну, у тебя причина есть. Хотя… — второкурсник смущённо почесал затылок, — про тебя как раз и ходят подобные слухи.

— Поэтому тут все так на меня реагируют? — осенило внезапной догадкой.

— Угу, — парень кивнул.

— Эй, Себастьян! Мог бы и рассказать, что к тебе ведьма ходит! Надо же! А оказывается, не такой уж ты и хлюпик, как мы думали! Как закончишь, дай знать! На красотку найдется много желающих, главное, чтобы не разбазарила потом, а то стыда не оберёшься. С ведьмами связываться — себя не уважать!

Я резко развернулась на звук голоса и, скорее на автомате, закатала рукава.

— Ну держись, шутник! — пригрозила высокому оборотню с лисьими ушами. — Сейчас встретишься с почившей прабабушкой!

И рванула в сторону обидчика, намереваясь хорошенько его отмутузить. Пусть я проигрываю в весе, но зато на моей стороне внезапность и женская злость.

Томми еле успел перехватить меня за талию, не дав разразиться очередной драке, и с трудом потащил по коридору.

Я упиралась и сыпала проклятиями в адрес тупых подростков.

— Вы глупые, испорченные детки! Только одна пошлятина на уме! Да чтобы из туалета неделю не вылезали и не думали о всяких непристойностях! Чтоб у вас бородавки на носу повыскакивали! Да чтоб вы женились на оршанках, и они вас скалками били!

По резко побледневшим лицам окружающих, я поняла, что репутация ведьмы — совсем неплохая вещь. Откуда им знать, что проклясть я могу их только на словах, а злопамятностью, так присущей всём ведьмам, никогда не отличалась. Да я, как только Томми затащил меня в свою комнату, сразу навсегда забыла и выкинула из головы не только грубые слова шутников, но и то, как они вообще выглядят. Ни к чему забивать такую красивую голову такой бестолковой информацией!

— Не связывайся с ними, — устало опустился в кресло парень. — Они того не стоят. Почему ты пришла?.. Погоди-ка, — он в момент оказался рядом со мной. — Когда я нёс тебя по коридору, ты так орала и брыкалась, что я даже не сразу заметил проблему! Таня, у тебя же рука сломана!

— Сломана? — я поморщилась от его лёгкого прикосновения. — А я-то думаю, что она так болит всё время…

— То есть не сейчас её повредила?! Сколько ты уже так ходишь?

— Второй день, — я скромно опустила глазки. — Вчера как-то не до этого было, а сегодня сразу после занятий к тебе пришла. Но ты не волнуйся, у нас физической подготовки с утра не планировалось, так что я её почти не тревожила.

— Дура! — рассердился он. — Ты вообще могла сегодня никуда не ходить! А почему не попросилась к целителям?

Я поморщилась.

— Не доверяю я этим шарлатанам. В прошлый раз заставили такую гадость пить… А ты руками помахал, и всё! Так что я к тебе, — и заискивающе улыбнулась.

— Это перелом! Перелом! — до меня попытались достучаться. — Как ты могла никому ничего не сказать?! Я отсюда чувствую твою боль! Почему никто не обратил внимания на это?

— А я знаю? Ну, во-первых, я сегодня ни с кем близко не стояла, а во-вторых, у нас, вроде, в группе целителей не наблюдается… И вообще, ты поможешь или нет?

Парень в сомнении покачал головой.

— Прошло много времени. Я, конечно, могу попробовать что-то сделать, но у целителей всё получилось бы гораздо быстрее; вдобавок, тебе же нужно освобождение от занятий, где требуется руками махать? Благо, это не правая рука, писать сможешь…

— Сделай ты, — решила я. — А за справкой к ним зайду. Не хочу, чтобы меня лишний раз трогали эти… Хм… Врачи, — более приличного слова в моём лексиконе не нашлось. Не доверяю я местной медицине, что поделать? А вот Томми доверяю, так уж вышло. — Кстати, ты разве Себастьян? Не Томми?

Парень залился краской и пробормотал:

— Это моё второе имя, мама дала. А Себастьян, оно… понимаешь… Я его не использую, но ребята узнали.

Я пожала плечами.

— А что такого в этом имени? Мне оно знакомо. Себастьян, Сева. Дай в глаз, если кому не нравится, вот и всё.

— Как у тебя всё просто, — покачал он головой.

— Так и жизнь, она не сильно сложная, — я улыбнулась.

Судя по реакции, Томми-Себастьян мне не очень поверил. Но целительская совесть взяла над ним верх, и он начал суетливо метаться по комнате и собирать вокруг меня какие-то склянки, вчитываясь в потрёпанную тетрадку, исписанную убористым почерком.

— А просто палочкой помахать не можешь? — в моём голосе, видать, прозвучало столько разочарования, что парень даже на минуту оторвался от своих записей и сфокусировал на мне взгляд.

— Нельзя, — вынес он вердикт. — Никак нельзя! Сиди тихо, я постараюсь всё сделать правильно.

От подобной формулировки я поёжилась, но всё же не ушла — рука со вчерашнего дня болела всё сильнее и, кажется, опухла и посинела.

Наконец, Томми скомандовал раздеваться до маечки и начал производить медицинско-магические манипуляции. Смотрелось интересно. Немного смочит предплечье и локоть в растворах, потом покрутит палочкой и пошепчет абракадабру, потом опять. И так по кругу. Наконец, Томми наложил тугую повязку и улыбнулся.

— Ну, вот и всё, так будет лучше. Только прошу тебя, не трогай её и не мочи, заживление займёт не меньше недели. А можно… я создам твою магическую копию? Чтобы бабушке показать, что я сам перевязку сделал и вылечил перелом?

Я кивнула, и парень щёлкнул меня странным артефактом, заменяющем в этом мире земной фотоаппарат.

— Уф, ну и хорошо, а то я думала, что ректор меня съест с косточками. Ему магистр Тэй уже наверняка успел нажаловаться на меня, а если он узнает, что я, к тому же, получила увечье и к целителям не пошла, то точно взбесится. Причём, я чувствую, из-за последнего больше. Но сегодня ректор отсутствовал, так что меня пронесло.

— А ты не слышала? — удивился целитель. — Ректору поступило сообщение о местонахождении бесценного клада Калистеров! Говорят, какой-то пройдоха готов продать ему карту и сообщить о заклятии, окружающем пещеру, где тот лежит. Он сорвался к нему ещё дня три назад и, по-моему, вернулся только сейчас, и лишь для того, чтобы собрать всё необходимое и отправиться в дорогу за сокровищами!

— Да? — я удивилась. Брейдон не похож на охотника за деньгами, с чего бы ему срываться с места из-за какого то клада? — А я думала, ректор и так богат.

— Ты что?! Дело не в деньгах! Кроме них, Калистеры спрятали мощнейшие артефакты современности! А также редкие минералы для зелий!

Я улыбнулась. А, ну тогда понятно. Если там какое-нибудь перо из задницы феникса, то не удивительно, что магистр Никс сорвался с места. Его деятельная научная натура не упустит такую возможность.

И тут меня осенило.

— Погоди. Ты сказал: «кроме денег». Там есть и деньги тоже?

— Ну да, — Томми ещё не понял мою гениальную задумку, но уже напрягся.

— А ректору деньги не нужны, правда? И здесь так же, как и на Земле… То есть, на моей родине, — кто нашёл клад — тот и хозяин?

— Ну да, — опять кивнул он.

Я вспомнила гневное лицо Лари, три тысячи дариев долга и возбуждённо потерла резко вспотевшие ладошки.

— Томми! Мы отправляемся искать клад!!!

Друг посмотрел на меня сочувствующе.

— Таня, мы не можем искать клад. Нас туда никто не приглашал.

— Так мы и не скажем никому, что собираемся пойти. Понимаешь, мне деньги нужны.

— Много? — парень скептически поднял бровь.

— Много, — я вздохнула: — Три тысячи дариев.

Томми уронил челюсть.

— Сколько?!

— Столько. Так что клад нужен. Позарез.

— Нет, Таня, ты не понимаешь, — он попытался меня образумить. — Как ты думаешь, почему пройдоха предложил карту от клада нашему ректору?

— Почему? — меня и в самом деле интересовал этот момент. Если бы я имела карту, на которой отмечено место, где искать клад, то не продавала бы её, а воспользовалась.

— Потому что далеко не каждый может добраться до него. Калистеры — величайшая раса магов и друидов древности! Они запечатывали свои тайники таким огромным количеством охранных заклинаний и ловушек так, что добрая половина искателей осыпались в прах раньше, чем добирались до богатств.

— Но была же и другая половина, — я легкомысленно махнула рукой. — А ректор?

— А что ректор? Ректор — тоже один из величайших магов, но уже современности. Неудивительно, что связались именно с ним. А нам туда лезть не стоит.

Я поморщилась. Вот же зануда!

— В конце концов, я не предлагаю тебе бежать туда сломя голову! Я предлагаю сначала узнать, где это находится. А так же, что ректору Никсу удалось разведать.

— Это не просто, — парень покачал головой.

— Значит, ты согласен?! — обрадовалась я. — Отлично! Тогда я побежала к магистру!

И прежде, чем второкурсник успел возразить, рванула к двери и вылетела в коридор.

— Спасибо, Томми! И помни — Себастьян — хорошее имя! А кому не нравится, теперь пусть идут лесом!

— Каким? — он недоуменно высунул в проход кудрявую голову.

— Тёмным, — засмеялась я и в прекрасном настроении сбежала по ступенькам.

***

— Брейдон! — влетела я без стука в кабинет ректора. Если честно, то я не встречала мужчину уже почти неделю и, неожиданно для себя, сейчас почти подпрыгивала от радости, зная, что скоро увижу зануду-учёного, как я его про себя окрестила.

— О, нет! Это снова она! — ректор патетично возвёл глаза к потолку, а затем обернулся к сидящим перед ним учителям, увидев которых, я смущённо отошла в уголок и начала теребить юбочку. — Господа, давайте на сегодня закончим. Судя по воинственному виду моей ученицы, мне, придётся отстраивать, как минимум, половину Академии.

Я насупилась, продолжая разглядывать носки своих форменных туфель. Послышались смешки и перешептывания профессоров, среди которых моего куратора к счастью не оказалось.

Наконец, мы остались одни. Как только за последним магистром закрылась дверь, Никс подлетел ко мне.

— Что с рукой?

Я осоловело моргнула и пару секунд недоуменно рассматривала мужчину. С рукой? Это сейчас интересует его больше всего? Он не хочет сделать выволочку за то, что я устроила драку? Или ему ещё не доложили? Зная профессора Тэя, я ожидала, что тот на меня нажалуется, едва ректор переступит порог Академии.

— Да так… Неважно. А где вы были? — я постаралась придать лицу невинное выражение.

— По-твоему, перелом — это неважно? — ни с того ни с сего взорвался мужчина. — Во что ты опять вляпалась, пока я отсутствовал?!

— Видите повреждения? — удивилась я.

— Ну, я же боевой маг, — он мрачно усмехнулся, аккуратно взяв меня за раненую конечность и осматривая её со всех сторон. — Целительство — один из основных навыков, которыми должен владеть даже мало-мальски толковый воин… Целители неплохо тебя подлатали, но почему не доложили мне? Где ты сломала руку, Таня?

Я слушала обеспокоенный голос магистра и растекалась довольной лужицей. А приятно, однако, когда о тебе заботятся и переживают. И пусть он меня прибьёт, когда узнаёт причину ранения, сейчас его забота такая приятная. Я вообще привыкла к красноволосому красавцу. Из-за моей силы мы проводили вместе немало времени. Он меня изучал, а я, в свою очередь, изучала его. В первый день, когда я увидела Брейдона, то подумала — шикарный мужчина! Со временем это чувство только укрепилось. Шикарный, нереальный мужчина. Жаль, не моего поля ягода. Но его волнение доставляло истинное удовольствие.

— Меня лечили не лекари, точнее, лекарь, но не официальный, — поймав вопросительный взгляд, пояснила: — Я ходила к Томми.

— Себастьяна со второго курса целителей?

Я кивнула.

— Талантливый паренёк, — ректор ушёл куда-то в свои мысли, как будто сделал мысленную зарубку о чём-то. — Так что произошло?

— А можно, я не буду рассказывать? — попросила я. — Ты… Вы и так узнаете.

В глазах ректора заплясали чертята.

— Ладно уж, адептка Грейс, когда мы одни — можешь ко мне обращаться на «ты». Ты всё равно это начинаешь делать, когда мы долго общаемся, удивительно, что тебе сейчас нужно моё разрешение.

Я улыбнулась. Ну да, есть за мной такой грешок, не спорю. Но знаете, когда тебя часами со всех сторон обходят, осматривают и чуть ли не ощупывают, то сложно «ВЫкать». В оправдание могу сказать, что красноволосый не упускает случая надо мной подшутить. Так что ничего странного в моём отношении нет.

— Хорошо, не буду спрашивать, — вернул мне улыбку Никс. — Но ты же понимаешь, что я всё равно узнаю?

Он аккуратно отпустил мою руку и жестом пригласил сесть в кресло. Сам же пошёл доставать кружки и заварочный чайник.

Я облизнулась. Вот за что я так люблю этот кабинет — меня никогда тут не оставляли голодной!

Передо мной появилась дымящаяся кружка с мятным чаем и тарелка с горячими пирожками. Эх, знает, как подкупить!

— А теперь рассказывай, что тебе от меня понадобилось. В жизни не поверю, что пришла просто так, — он усмехнулся своим мыслям и вонзил зубы в сладкую булку. — Мм… Как же хорошо! Я с этими бесконечными делами сегодня ещё даже не ел!

Я спрятала улыбку и незаметно повернула тарелку так, чтобы около мужчины оказалось побольше сладкой выпечки. Сама я тяготела к пирожкам с мясом, которые начали, кстати, появляться в его кабинете после того, как ректор заметил мою к ним слабость.

— Тогда зовите чаще, будем чаи распивать.

— Обязательно! — мужчина усмехнулся и набросился на вторую булку. — Ну, и?

— А вы не расскажете, где сами были? — постаралась перевести я тему.

— Неа, — мужчина отпил из своей кружки. — У меня, Татьяна, есть огромное преимущество — я не должен отчитываться перед адептами. А у тебя такой возможности нет.

— Собираетесь пользоваться своим служебным положением? — ужаснулась я.

— Разумеется. А ты не меняй тему, пожалуйста, я всё ещё жду ответа.

Я, как можно более невинно, улыбнулась и сказала:

— Да я, собственно, слышала, что вы недавно прибыли из поездки, — незаметно перешла я на «вы», чтобы звучало не очень заинтересованно.

— Тааак…

— И очень устали.

— Допустим.

— А у меня много свободного времени.

— Неужели?

— Я бы могла помочь… Чемодан там, разобрать… Вещи по местам разложить, — да, признаю, интриги не мой конёк, но работаем с тем что есть.

— Татьяна, если бы я не изучил тебя, то честное слово, подумал бы, что ты ко мне пристаешь, — я вытаращила глаза, а ректор усмехнулся. — Так я и думал. Итак, что же тебе понадобилось в моих вещах?

Я вспыхнула. Ложанулась. Браво, Танька! Ты — дура! Тебя на раз-два раскусили.

— Да как вы смеете?! — взвизгнула я, вскакивая на ноги. — Это возмутительно! В чём вы меня подозреваете?! Я, между прочим, по доброте душевной! А вы! А ты!

Мужчина в один момент оказался рядом, нависая надо мной и заставляя пятиться к стене.

— По доброте? — в тишине комнаты его голос с заметной хрипотцой пробирал до мурашек.

Я завороженно смотрела в его глаза. Зелёная, как первая листва, радужка переливалась на солнце, светившем в многочисленные окна кабинета. Зрачок из круглого начал вытягиваться, приобретая истинно кошачью форму. Кошачью? А может, драконью?

Я глотнула.

— Ага.

— Душевной? — мужчина втянул носом воздух около моего виска.

— Угу.

— Ка-а-ак интере-е-есно, — несмотря на отсутствие соответствующих звуков в словах, я всей кожей ощутила рычание, исходившее от мужчины. От этого звука волоски на руках встали дыбом.

— Не верите?

— Ни капли, — чистосердечно признался он.

Тут я краем глаза заметила на ректорском столе то, что мне и требовалось. В углу, практически заваленный бумагами, лежал древний манускрипт, явно с какими-то чертежами и схемами.

Я перевела взгляд обратно на дракона.

— Это возмутительно! — взвизгнула на фальцете.

Мужчину аж перекосило, как от зубной боли. А я разошлась.

— Невиданная наглость! За кого вы меня принимаете?! Безобразие! Ну-ка! Дайте пройти! — не слушая возражений, отпихнула ректора и вылетела в коридор, громко хлопнув дверью.

Уже идя в свою комнату, довольно улыбнулась. Ну, Танька! Ну ты крутая! Просто мастер шпионажа! Теперь надо выбрать момент и вернуться за картой, когда ректор уйдёт из кабинета…

Глава 18 Случайности не случайны

На ужине я бросила своих любимых соседей и подсела к Томми, который, оказывается, частенько ел один, как отшельник. Мне вдогонку прилетел вопросительный взгляд от Воли, но я на пальцах показала, что всё в порядке и потом ему всё объясню. Обидчивостью вампир не страдал, так что только ободряюще улыбнулся. Мракадан же с эльфийским снобом, похоже, даже не заметили моего отсутствия.

— В общем, так! — бодро начала я, едва коснулась попой стула. — Я всё узнала! И в кабинете ректора нашла карту — ночью на дело пойдём!

— Почему ночью? — Томми при моём появлении открыл в удивлении рот, а после моих слов истерично закашлялся. — Ты же не знаешь, куда идти! А вдруг это другая страна?

— Какой ты не позитивный! — воскликнула я. — Надо надеяться на лучшее. А если и в другой стране, то тогда пойдём не ночью, а завтра. Ты умеешь делать порталы?

Томми опять закашлялся.

— Ты что?! Нет, конечно! Это магия высшего уровня! Всего несколько магов в королевстве ею владеет.

— И ректор?

— И ректор, — серьёзно кивнул целитель. — Таня, я не сказал тебе сразу, но твоя идея обречена на провал. Признай это, и тогда не возникнет лишних разочарований.

Я возмущённо насупилась.

— Не хочешь помогать, так и скажи!

Парень не ответил, и мы оба продолжили ужинать в напряжённом молчании. Конечно, я могла пойти и без Томми, но обострённое чувство справедливости не позволяло так поступить. В конце концов, это он подал гениальную идею и рассказал о кладе, а значит, имеет полное право на свою часть приключений и прибыли!

— А если нам пойти вместе с ректором? — несмело предложила я.

Второкурсник отозвался только через пару секунд.

— Это как?

— Ну, он же создаёт порталы. Мы проследим за ним, а когда он отправится в путь, то влетим следом в его портал…

— И ты думаешь, он нам это позволит? — скептически возразил собеседник.

— Ну не отказывайся ты сразу! — взмолилась я. — Я ещё что-нибудь придумаю!

— Ох, Таня, — глубоко вздохнул Томми. — Ты знаешь, что тебе сложно отказать? Но давай, ты сначала придумаешь план, а потом начнёшь нырять в омут с головой и тянуть меня туда же, ладно?

— Я подумаю. И обязательно что-нибудь соображу, — пообещала я.

Услышав мои слова, Томми-Себастьян кивнул и пошёл к выходу из столовой, объяснив, что ему ещё много что нужно повторить перед завтрашним днем. Здраво рассудив, что мне тоже не мешало бы уже пойти — я же теперь каждый вечер проводила в обществе нашего домового духа, и он начнет ругаться, если опоздаю, я встала и взяла поднос, чтобы отнести его на стол с грязной посудой.

Видимо, я не очень аккуратно повернулась, потому что в следующую секунду поднос вывалился из моих рук, точнее, из одной руки — вторая еще полувисела туго прибинтованная к телу, а его недоеденное содержимое оказалось на идеально выглаженном пиджачке проходящего мимо парня.

Я заглянула тому в лицо и взвыла в голос:

— О, нет!

Надо же умудриться вывалить остатки еды именно на этого однокурсника.

— Ведьма!!!

— Привет, Адам, — пискнула я. — Я могу всё объяснить! В этот раз я правда не нарочно! Извини! Давай, я застираю твой пиджак?

Да, вампира я терпеть не могла. Да, он заслуживал, чтобы его хорошенько выпороли. Но это совсем не значит, что я скачусь до банальной мести! В этот раз всё произошло действительно случайно, и мне было ужасно неловко, что я испачкала его, наверняка, дорогущий костюм.

— Ты не просто жалкая. Ты — ничтожество! — выплюнул он. — Если бы не запрет куратора, я бы свернул твою отвратительную шею! Как ты посмела испачкать мой пиджак?!

— Но я же не нарочно! Давай, я его почищу.

Я протянула руку к указанной части гардероба, но он грубо схватил меня за кисть и вывернул её.

— С ума сошла?! Не прикасайся ко мне, тварь!

— Ай!

— Отпусти её! — раздался громкий голос Воли с другого конца столовой. Они с Даном синхронно вскочили и направились к нам. Даже Лари оторвался от своей тарелки и сосредоточенно смотрел на развернувшееся представление. Может, он и посочувствовал мне, но явно решил, что двух соседей вполне хватит, чтобы разобраться с ситуацией.

Но раньше, чем пришла моя подмога, руку, меня державшую, просто сорвали, заставляя разжать хватку.

— Адепт Адам Рот!

— Господин ректор, — проблеял студент побелевшими губами, резко растерявший всю свою заносчивость.

— Вы посмели поднять руку на студентку?! — прошипел магистр, вздергивая за эту самую руку вампира над землёй. Глаза Брейдона налились кровью, и возникло чувство, что он готов прямо сейчас закопать несчастного ученика. — Опять?! Я искал вас, чтобы сообщить об отчислении из моей Академии! А вижу как вы невзирая на прямой запрет куратора снова посмели обидеть девушку!

— Я… Нет… Вы не поняли… Она меня облила! Эта ведьма…

— В нашей Академии нет места расизму! — сухо оборвал его ректор Никс. — Никто не имеет права унижать и оскорблять адептов Грейсли только потому, что они им не нравятся. Ваше поведение недостойно сына аристократа. Мне жаль, что я принял вас. Завтра же вас здесь не будет. Идите собирать вещи.

— Ректор! — не выдержала я. — Не надо… Это я… Я его облила. Я нечаянно. Он не виноват, — вид взбешенного руководителя Академии меня сильно напугал. Ведь ничего же не случилось! Многие студенты в школах и институтах дерутся, но не выгонять же их за это! Вдобавок, раз на этот факультет так сложно поступить, то наверняка для вампира изгнание окажется большим ударом. Вон, как он весь трясётся — и сказать ничего не может, только рот открывает, как рыба на берегу. — Ректор, это очень сурово с вашей стороны. Вы не поняли, Адам не виноват.

— Не виноват, говоришь, — Брейдон повернул ко мне лицо, и я вжала голову в плечи. Сейчас он выглядел страшно: зрачки сузились, а клыки удлинились. — Учащаяся пока что здесь Грейс. Идите к себе, — отчеканил он. И я испуганно ринулась выполнять приказ. За спиной раздалось: — А вы, адепт, собирайте вещи.

Ноги на автомате вынесли меня из столовой, и только в конце коридора, около дверей на улицу, я остановилась и перевела дух. Господи, ну и страшилище! Это ж надо! До сих пор поджилки трясутся! И чего, спрашивается, так взъелся? Да, из-за сломанной руки я не смогла дать отпор, а то бы и сама справилась, но ведь Воли с Даном уже подбегали для помощи!

Посетовав на собственную трусость, я развернулась и побежала обратно. Надо объяснить ректору, надо рассказать, что он ошибся, что не надо выгонять Адама. В конце концов, это очень жестоко.

В столовой, к несчастью, ректора с вампиром уже не было. Меня встретили только мои соседи по комнате.

— Таня, ты в порядке? — спросил Воли, подходя поближе. — Этот ваш скотина — Рот — совсем страх потерял!

— Его ректор выгнал, — пожаловалась я парням.

— И правильно сделал, — равнодушно пожал плечами оборотень.

— Какой ты жестокий, — покачала я головой. — Не видели, куда он пошёл?

— Кто? Адам? Попрощаться хочешь? — Лари оторвался от небольшого серебряного зеркальца на длинной ручке и насмешливо на меня посмотрел. — Не стоит стараться, он этого не оценит.

— Да нет, не Адам. Ректор Никс!

— Понятия не имею, — ответил за всех княжич вампиров. — Наверное, в свой кабинет. Эй, Таня, ты куда?

Я, услышав направление, тут же побежала наверх.

— Брейдон!

Мужчина как раз подходил к своему кабинету, но на мой окрик развернулся и нахмурился.

— Таня, я же просил тебя уйти в свою комнату.

— Но я хотела объяснить, — теперь, когда глаза мужчины вернулись в нормальное состояние, он уже не казался таким страшным. — Зачем ты выгнал Адама? Я же говорила, что это случайность!

В ответ он только вздохнул.

— Входи.

Отпер дверь и пригласил меня внутрь.

— Ты не понимаешь, это недоразумение! — продолжала твердить, боясь, что он меня снова пошлёт куда подальше. — Разве можно выгонять только из-за драки? Которой и не случилось вовсе.

— Не случилось, говоришь? А руку ты сама себе сломала?

Я покраснела.

— Нет. Но это и не Рот постарался…

— Но с его подначки. Не переживай, его дружков я уже наказал и перевёл на другие, менее престижные факультеты. Выгнать из Академии не выгоню, но теперь они сто раз подумают, прежде чем выбирать себе в друзья кого-то вроде Адама.

— Так ты его за это выгнал? — ахнула я.

— Нет, Таня, — он покачал головой. — Я выгнал его, потому что он пришёл сюда, чтобы стать стражем. А стражи — основа нашей страны. Как ты думаешь, что будет с ней, если у её истоков будут стоять такие, как Адам Рот?

Я открыла рот, а ректор продолжал:

— Ты говоришь, это случайность. Но я тебе скажу, что случайности вовсе не случайны. Всё закономерно. Сама по себе драка, может, и могла бы произойти из-за юношеской глупости и вспыльчивости, но всё, что ей способствовало, и то, как адепт среагировал на наказание, — это всё становится прекрасной лакмусовой бумажкой для него самого. На факультете стражей к концу обучения всегда остаётся не больше половины учеников. Не только потому, что не все сдают экзамены. Кто-то отсеивается в процессе обучения как слабое или гнилое звено. Дело не в тебе, а в нём самом. Он показал себя как эгоистичный, непримиримый, агрессивный и не обременённый моралью маг-недоучка. Я просто выгнал его чуть раньше, чем это произошло бы естественным путём.

— А я?

— А что ты? Ты — ведьма. И у меня самого, признаюсь честно, насчёт тебя имелись некоторые предрассудки. Но, не смотря на внешнюю легкомысленность и излишне резкую прямолинейность, а также полное отсутствие такта, — на этих словах я обиженно запыхтела, — ты ни разу не дала усомниться в твоих моральных устоях; и то, что я наблюдал около месяца, заставило меня поменять мнение, если не о всех ведьмах, то хотя бы об одной конкретной. И я прошу прощения за то, что сначала сам несколько раз указывал на твоё происхождение. Это недостойно настоящего педагога.

Я только рот открыла, не в силах ничего сказать. Вот это поворот. Ректор. Серьёзный взрослый мужчина. Просит у меня прощения.

Внезапно возникла какая-то неловкость, какая-то неуютность, неудобство под его пристальным взором. Я стушевалась и начала преувеличенно внимательно разглядывать рисунок на деревянном покрытии пола.

— Ректор Никс! — прозвучал в тишине звонкий голос Динь-Дилень.

Брейдон пару секунд продолжал буравить меня взглядом, но потом оторвался от этого увлекательнейшего занятия и ответил своему секретарю.

— Да, Дилень, в чём дело?

Фея, только и ждавшая приглашения, с тихим хлопком появилась посреди кабинета.

Девушка окинула меня быстрым изучающим взглядом и перевела всё своё внимание на начальника.

— Как вы и просили — я известила отца адепта Адама Рота о том, что студент едет домой. Завтра утром за ним пришлют. Также я переговорила с кураторами курсов по артефакторике и водников, к которым вы направили адептов Рейна и Орента, — я напряглась и смогла вспомнить, что это тебе самые товарищи вампира, с которыми у меня произошла стычка. — Они готовы принять новых студентов, но хотели бы уточнить некоторые вопросы. И ещё, магистр Никс, взгляните на это, — в воздухе появился небольшой свиток, перевязанный ленточкой.

Мужчина развязал её и углубился в чтение. Фея подспудно ему что-то разъясняла и отвечала на вопросы.

Про меня все забыли, чем я не преминула воспользоваться. Дойдя до массивного стола, я, якобы нечаянно, уронила на пол большую кипу бумаг, среди которых свалился и план клада, громко «ойкнув», а затем заверив окружающих, что сама всё подберу, бодро полезла под стол.

Меня проводили мимолетным взглядом, но мешать не стали, вновь погрузившись в обсуждения.

Наклонившись под стол, я живенько затолкала свернутую в трубочку бумажку под блузку, зафиксировав её поясом юбочки, а остальные документы перемешала между собой и вернула на место.

— Ну, если я больше не нужна, то до свидания.

Брейдон оторвался от бумаг и проследил за моим передвижением к двери подозрительным взглядом. Кажется, он что-то хотел сказать, но в последний момент передумал и только кивнул, чуть-чуть улыбнувшись. Динь-Дилень вообще не обратила на мой уход никакого внимания, продолжая что-то громко вещать.

Я вылетела из кабинета и с чувством выполненного долга снова направилась в мужское общежитие целителей.

— Себастьян! — торжественно произнесла я, как только второкурсник открыл дверь своей комнаты. — Мы идём искать клад!

Глава 19 Мы богаты! Или нет?

— Ты уверена, что клад Калистеров находится в Академии? Этого просто не может быть! — Томми возбуждённо ходил по своей комнате, ежесекундно ероша свои волосы на голове. Он то садился на кровать, то снова вскакивал и нёсся к окну, где пытался что-то высмотреть, то подбегал к столу и чуть ли не носом утыкался в карту с непонятными чертежами.

Я понимала его волнение.

Ещё при выходе из центрального корпуса Академии, я развернула старый, пожелтевший от времени свиток и внимательно его осмотрела.

План больше напоминал схематичный чертёж нескольких зданий, видом сверху. Вокруг тут и там небрежно накарябаны непонятные надписи, но моё профессиональное чутье твердило, что это именно Академия.

Вот центральный блок, вот оранжерея, вот парк и лес — границы немного смещены, но это и не удивительно, за столько-то времени. А вот городок общежитий. И у меня бы ещё остались какие-либо сомнения, ведь древние надписи совершенно непонятны для меня, но схематичное изображение стихий на каждом здании не оставляло места для сомнений. Вот ураганчик — как раз там, где находится общежитие магов ветра. Огонь — у огневиков, вода — у водников.

— Ну, конечно, я уверена! Или ты знаешь ещё одну Академию на территории страны, или соседних стран, где здания расположены точь-в-точь, как у нас?

— Не знаю, — вынужденно признался Томми.

— Тогда давай не будем ломать голову, почему это именно Академия, а просто порадуемся этому факту. Наша задача — найти тот самый клад!

— И как ты это сделаешь? Карта совсем старая, почти дырявая, и того гляди рассыплется в руках. Как ты смогла её не порвать — огромная загадка.

— Ха! Очень смешно.

— Вдобавок, — Томми поправил очки и принял вид стандартного ботаника, — мы не знаем языка, на котором сделаны надписи — во всем мире говорят на одном-единственном языке. Это же удобно! А тут… Вот что это за знаки? Что за обозначения? Как ты могла заметить, красного крестика, обозначающего местонахождение клада, тут нет! Как ты собираешься его находить? Рыскать по всей Академии?

Он посмотрел на меня с превосходством.

Но мне тоже было, чем крыть.

— А ты не заметил?

— Что?

Я жестом фокусника вытащила свою палочку (вообще-то, я ей пользуюсь только, когда надо создать антураж — сама применяю магию просто пальчиками и силой мысли. Плохо это или хорошо, пока не знаю) и ткнула ей в лист пергамента.

— Осторожней, глупая! Проткнёшь!

— Сам ты глупый! — фыркнула я. — Я тебе показываю. Смотри. Вся карта — это территория Академии. А вот здесь, в гуще леса, где ничего нет, — что?

— Что? — повторил он. — Здесь и правда ничего нет. Мы там бегаем на физической подготовке.

— Но тем не менее на карте есть здание!

Томми выхватил у меня листок и внимательно в него всмотрелся.

— Ну, мало ли… — он покачал головой. — Может, когда-то давно здание стояло, а затем его снесли?

— Тогда зачем здесь стрелка?

Я засунула палку под мышку, потому что она больше мешала, чем помогала, и ткнула в бумагу пальцем.

— Вот, видишь? Надписи есть везде, по всему листу, но только от одной из них идёт стрелка. И ведёт она как раз в это небольшое здание! Вдобавок, присмотрись, от этого здания прочерчены небольшие лучи до любого другого на территории Академии. Я уверена, что это ни что иное, как секретные подземные ходы! Да и где ещё прятать клад, как не в заброшенном, никому неизвестном здании?! В общем, как стемнеет, идём на вылазку.

***

Через несколько часов от здания Академии отделились две тени. Пришлось попотеть, чтобы выйти незамеченной из своего общежития, а потом вытащить Томми через окно мужского блока и спустить по плющу.

Этот нытик вцепился в растение руками и ногами и орал на меня шёпотом, что он боится.

Я стояла внизу (потому что лезть наверх боялась уже я) и как могла подбадривала приятеля.

Дело осложнялось тем, что вылезти Томми через окно вылез, а вот залезть обратно у него уже бы и не получилось, если бы даже захотел.

Так что сейчас товарищ напоминал ползущую по стене летучую мышь, только довольно громко поскуливающую и бурчащую что-то невнятное. Выступы и архитектурные изыски оказались как никогда кстати, а лианы плюща давали дополнительную возможность цепляться.

— Т… Т… Таня, — стуча зубами, произнёс он, когда всё же добрался до твёрдой земли, — а может, ты одна пойдешь?

— Не говори глупости! — рассердилась я. — Ты что же, меня совсем эгоисткой считаешь? Ты ведь тогда лишишься возможно лучших воспоминаний в своей жизни! Поверь мне, я знаю, о чём говорю! Дни пройдут, года пролетят, а в памяти останутся лишь мимолётные мгновения. Те, в которые ты чувствовал себя очень счастливым, или очень напуганным, или просто очень интересные.

— И какое сейчас?

— Сейчас? — я задумалась. — Сейчас интересное! Но когда найдём клад, то запомнится счастливым!

Томми только обречённо вздохнул.

Поэтому в ночи к лесу метнулись две тени.

— Это должно точно где-то здесь.

Мы уже несколько часов бродили по лесу, пытаясь найти место, где предположительно располагалось здание.

Проблема заключалась в том, что мы провели здесь достаточно времени на уроках физической подготовки и искусства маскировки. И ни тогда, ни сейчас ничего подозрительного не заметили, ни намека на то, что в этом место могло существовать старинное здание или вход в него. Дело осложнялось тёмным временем суток. Мы то и дело спотыкались и падали, цепляясь за торчащие корни деревьев.

Позади раздался тяжкий вздох Томми.

— Ноги надо выше поднимать, — посоветовала я.

— Иди ты! — рассердился очкастый.

Ну, я и пошла.

— Похоже, нашла, — наконец, проговорила, отыскав что-то похожее на деревянную дверь в погреб, располагавшуюся прямо на земле под кустом репейника. — Иди сюда!

Вместе с Томми мы подняли старую, практически истлевшую крышку и заглянули вниз.

— У тебя есть чем посветить?

— Могу попробовать создать светящиеся сферы, но не уверен, что получится, — отозвался парень.

Он попробовал. Не получилось.

— Ладно, тогда я просто попробую пролезть. В конце концов, если там нет чудовищ, то ничего страшного с нами не случится, — решила я и бодренько спустила одну ногу в нору.

— А если есть чудовища? — поинтересовался парень.

— Тогда, я уверена, что ты более вкусный, — мстительно ответила я и с удовольствием услышала, как тот судорожно сглатывает. Будет знать, как меня пугать.

Через некоторое время я нащупала ступнёй лестницу и победно прошептала:

— Ага!

Но стоило перенести на перекладину свой вес и спустить вторую ногу, как старое дерево подо мной прогнулось и с треском развалилось.

— Проклятье!

Лестница под ногами сложилась и с глухим стуком упала куда-то вниз, по звукам — на земляной пол. А я повисла над дырой на одних локтях, судорожно пытаясь зацепиться хоть за что-нибудь.

— Таня, Таня! Что случилось?! — забегал вокруг меня как курица-наседка целитель, размахивая тонкими ручками. Он не мог видеть всей картины, но то, что всё пошло не по плану, понимал, наблюдая мою макушку. — Тебя кто-то схватил? Тебе больно? Что там?

— Томми! — прикрикнула я, а парень затормозил. — Лестница обвалилась прямо подо мной, и я держусь на одном упрямстве. И вот мне интересно? Поможет кто-нибудь или нет?!

— Ой, да, да, — засуетился парень, послушно схватил меня под подмышки и стал тянуть наверх, но то ли Томми мало каши ел, то ли я последнее время налегала на столовские пирожки, итог один: вместо того, чтобы меня вытащить, мы с визгом оба провалились в дыру.

Падение длилось недолго, но оказалось достаточно болезненным. Я упала и ударилась многострадальным копчиком о сырую твёрдую землю, а прямо на меня сверху рухнул горе-помощник.

— Твою ж дивизию! — прохрипела я под весом напарника. — Слезь с меня!

Но сверху слышалось только несвязное бормотание вперемешку с магической бранью.

— Томми, что опять? — я попыталась рассмотреть товарища.

— Вместо того, чтобы язвить, помогла бы лучше, я очки потерял, — недовольно откликнулся напарник из темноты.

— Что ж сразу не сказал?

Я с усилием скинула его с себя и посмотрела на испачканные руки. Надеюсь, что это просто грязь, а не кровь каких-нибудь невинных девственниц.

— Так. Ты ищи там, а я тут, — распорядилась я.

— Где там? Я, вообще-то, не вижу, куда ты показываешь!

Я вздохнула и подползла поближе. Потом нащупала лицо парня и повернула его голову в нужном направлении.

— Там — это там!

Сама же на четвереньках поползла в противоположную сторону, обшаривая поверхность вокруг себя.

— Ты уверен, что они не свалились еще наверху, когда ты падал?

— Естественно! — недовольно откликнулся тот.

— Что ищем? — внезапно послышалось прямо над головой.

— А-а-а-а-а! — завизжали мы с Томми в два голоса. Причём, могу поклясться, что целитель визжал пронзительней.

Тут же нас ослепила яркая вспышка светящегося шара.

Проморгавшись, я уставилась в вопросительный взгляд зелёных глаз.

— Привет, — пискнула приглушённо.

— На-а-адо же-е-е, — растягивая слова, проговорил Брейдон (ну, а кто же ещё!). Взгляд из вопросительного сделался насмешливым. — Татьяна Грейс! Какая неожиданность! А я-то думаю, кто среди ночи бродит по академическому парку? Себастьян Генрихоч! И вы здесь! Вот так неожиданность!

Я хмуро переглянулась с Томми, который при свете шара быстренько отыскал свои очки. Надо же! Генрихоч! Было бы очень забавно, если бы я услышала об этом в иной ситуации. А теперь я не знала, что сильнее меня задевает. То, что наш план провалился, или то, что нас поймали, да ещё в таком неприглядном виде? И зуб даю ректор прекрасно видит в темноте — я совершенно в этом уверена. Так что наше фееричное ползание по яме он, наверняка, оценил во всей красе.

— Сдаваться будем? — издевательски поинтересовался ректор с высоты своего положения.

— Русские не сдаются! — храбро ответила я.

— Что?

— Я говорю — и не мечтайте!

— Мм… Понятно, — мужчина махнул рукой, и нас просто-напросто выбросило из ямы на траву прямо перед ним.

— Можно было и поаккуратней, — проворчала я.

Совесть требовала в знак благодарности хотя бы не ёрничать, раз нас вытащили, — сами бы мы ещё долго придумывали способ вылезти наружу, но я посоветовала ей убираться куда подальше и хмуро воззрилась на своего спасителя.

— Бить будете?

Он только глаза закатил.

— Я могу поинтересоваться, что вы делали в этой яме?

— Нет!

— Клад искали! — одновременно со мной заложил нас обоих Томми.

Я с осуждением на него посмотрела. Сдал нас с потрохами, предатель!

— Клад? — переспросил ректор. Вот теперь его голос сменил тон на явно озадаченный.

— Да, клад Калистеров, — подтвердил мой бывший союзник, а ныне просто знакомый.

— А с чего вы взяли, что клад находится… — не сумев подобрать нужное слово, Брейдон просто махнул рукой, — здесь?

На этот раз Себастьяну Генрихочу хватило такта не закладывать меня полностью. Он захлопнул рот и беспомощно на меня уставился. Мол, ты это придумала, ты и говори.

Я вздохнула и под требовательным взглядом магистра вытащила из-за пазухи карту, которую протянула ему.

— Откуда это у вас? — нахмурился он, разглядывая схему.

Я шаркнула ножкой.

— Нашла.

— Где нашла? — допытывался магистр.

— У вас в кабинете. На столе, — пришлось признаться мне.

— А потом?

— А потом я решила ненадолго одолжить. Не переживай, я потом бы вернула на место. И даже намекнула бы, где искать сокровища, — я с вызовом посмотрела в глаза напротив.

Вместо того, чтобы рассвирепеть, Брейдон запрокинул голову и громко расхохотался. Да так, что потревоженные птицы с громким криком взлетели с деревьев. В воздух взметнулась, по меньшей мере, стая разноцветных пернатых.

— Господи, Таня! — сквозь выступившие слёзы проговорил магистр. — Я в жизни столько не удивлялся и не смеялся до твоего появления в Академии. Знаете, что это? — он ткнул пальцем в карту. — Это старая схема канализационных труб, проложенных под всей Академией. В этой точке, куда вас угораздило свалиться, раньше находилась огромная яма, куда сливались все отходы. Сейчас всё магически уничтожается уже в самих трубах, но я отыскал эту карту, потому что планировал отремонтировать всю канализационную систему и мне нужно было знать расположение труб. Да и крышки поменять, старые уже, но это вы и сами уже поняли.

Наши с Томми челюсти дружно упали на землю.

— Канализация? — разочарованно проговорила я.

— А клад Калистеров? — растерянно переспросил целитель. — Говорили же, что вам старый шаман передал карту.

— Он оказался обыкновенным проходимцем, — пожал плечами ректор. — И вообще, адепт Генрихоч, раз мы всё выяснили, а сейчас до сих пор действует комендантский час, то не хотите ли вы пройти к себе?

Ректор открыл портал и требовательно посмотрел на ученика.

Томми послал мне сочувственный взгляд и шагнул в воронку.

— Ну, а теперь… — Брейдон развернулся ко мне всем корпусом, и я непроизвольно вжала голову в плечи и попятилась. Мне не понравился настрой магистра. Как и его взгляд. В нём плясали чертята. — Что мне с тобой делать, Таааня?

Он начал надвигаться, а я отступать.

— Как только ты сюда явилась, ты всё время попадаешь в передряги. Ты всю Академию поставила на уши. Мне каждый день приносят на тебя столько жалоб, сколько не поступает на всех остальных учеников вместе взятых! Ты постоянно попадаешь в неприятности и выводишь меня на эмоции! Я не понимаю тебя и каждый раз удивляюсь тебе! Вот что прикажешь с тобой делать?

— Понять и простить? — робко внесла предложение.

Он расплылся в хищной улыбке.

— У меня есть идея получше!

И прежде, чем я успела пикнуть, с яркой вспышкой превратился в огромного ящера, схватил меня за талию лапой и мощным прыжком взмыл в небо.

Я попыталась издать хоть какой-то звук, но подавилась своим криком и только с ужасом смотрела, как шпили Академии остаются далеко позади.

Глава 20 Сделка

— Етить-колотить! — выдохнула я, когда мы поднялись на достаточную высоту, чтобы передумать делать попытку для побега. Если до этого я ещё пыталась как-то вырваться, то сейчас вцепилась в держащую меня когтистую лапу со всей своей силы. Я бы ещё и зубы вонзила, но они занимались тем, что стучали от страха.

На удивление жёсткая, даже можно сказать грубая лапа настоящего дракона держала совсем не больно. Скорее, я спокойно в ней стояла, как Баба-яга в ступе, а меня только поддерживали. И судя по тому, что ветер не бил в лицо так, как это обычно происходит, когда летишь с огромной скоростью на приличной высоте, — меня держали ещё и магией. Или укутали, что вероятней, — потому что ощущалось явное комфортное тепло.

Но мнимая комфортность путешествия, которая исходила только из «ожидала одно — получила чуть лучше», совсем не мешала отчаянно паниковать. А учитывая то, что «новая» Таня боится высоты — мои ощущения в этом полёте были просто непередаваемы!

Нет, красоту природы я оценила. Точно так же оценила расстояние до земли. Скажу честно — последнее произвело более сильное впечатление.

Наконец, где-то через час бессмысленного махания крыльями, мы начали снижаться и в итоге не очень грациозно плюхнулись на дикую лесную полянку.

Зверь немного не рассчитал, что у него одна лапа занята мною, так что при торможении его знатно повело и мы чуть было не завалились на бок, но в последний момент дракон выправился и гордо застыл посреди лесной чащи.

Я подождала минуты две, пока чудище продолжало изображать из себя монумент, торжественно глядя на ночное звёздное небо и круглую, как головка сыра, почти красную Луну, а потом аккуратно постучала по лапе, всё ещё сжимающейся вокруг меня.

— Прошу прощения! Мистер дракон! — ноль реакции. — Эй, чудище!.. Ректор Никс! — дракон застыл как изваяние и даже ухом не вёл на мои вопли, что становились всё громче. Почему-то именно сейчас я подумала о том, что это ненормально — у ректора за спиной прятался небольшой маленький дракончик, жил себе спокойно. И вот, на тебе! В тело вселился настоящий птеродактиль! Ящерица размером с дом! А если Брейдон останется таким навсегда?!

Эта мысль так меня испугала, что я отчаянно завопила, как полицейская сирена:

— Брейдон!!!

На этот раз дракон вздрогнул и, сфокусировав на мне взгляд, аккуратно разжал лапу, поставив меня на землю.

Я почувствовала, как магический пузырь, который окружал во время полёта, лопнул и холодный ночной воздух живенько пробрался под хлопковую футболку. И до сих пор грязные спортивные штаны, которые так до конца и не высохли после ползания по сырому подвалу, где находилась старая канализация тоже.

Я поёжилась, а в этот момент красная драконья морда опустилась прямо на уровень моих глаз.

От страха я застыла, стараясь не дышать и не производить ни одного лишнего движения.

Зелёные немигающие глаза, каждый из которых размером с мою голову, смотрели на меня испытывающе, как будто примеряясь или оценивая.

Я сглотнула. Постаралась тихо. Не получилось. Дракон облизнулся.

В свете Луны блеснули огромные острые белоснежные клыки, немного загнутые внутрь.

— Ма-ма, — пискнула приглушённо.

Дрожащие ноги сами по себе начали движение в противоположную от хищника сторону.

— Хороший дракончик, смирненький. Не кушай меня, я — несъедобная…

Красная голова повернулась на бок, а в глазах застыл невысказанный вопрос. И, клянусь, толика веселья!

— Милый дракоша, послушненький, — бормотала я, продолжая отступление. — Ты же такой замечательный. Отпусти ректора, отпусти мужчинку. Он же тебе ничего не сделал, зачем ты вселяешься в ни в чём неповинных магистров?

Дракон возмущённо фыркнул, выпустив из носа облако горячего пара.

Я в ужасе вытаращила глаза, наплевав на осторожность, развернулась и с громким воплем бросилась бежать.

— Таня! — через пару секунд раздался позади до боли знакомый голос. — Подожди, не убегай! Я не причиню тебе зла!

Я резко затормозила и с опаской кинула взгляд через плечо. На поляне, где вся трава до сих пор оставалась примятой огромной тушей огнедышащего животного, одиноко стоял ректор Никс, собственной персоной. Он смотрел на меня каким-то немного рассеянным взглядом, но опасным уже не выглядел.

— Подойди сюда. Я не кусаюсь, — он улыбнулся, а я поёжилась, вспомнив острые как бритва клыки ящера.

— Да нет, спасибо, — осторожно ответила, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Мне и тут неплохо…

Он оторвался от созерцания ночного неба, в которое начал пялиться почти сразу, как закончил говорить, и сделал шаг на сближение.

— Стойте! — запаниковала я. — Ни с места!

Ректор застыл.

— Не подходите… Давайте так пообщаемся.

— Так? — Брейдон, кажется, удивился, даже взгляд стал более осознанный. — Таня, но так неудобно — ты почти в пятидесяти метрах от меня. Нам придётся кричать, чтобы быть услышанными.

— Не страшно, — заверила я его. — У меня лёгкие крепкие.

— Неужели ты боишься меня?

— Брейдон, а ты в курсе, что превратился в огромного страшного дракона?

— В смысле, страшного?! — кажется, мужчина всерьёз оскорбился. — Мне казалось, мой дракон весьма впечатляющий!

— Впечатляющий не то слово! — проворчала я, а в глазах ректора опять зажёгся опасный огонёк. — Спокойно! Стоять! Я имею в виду, что что-то пошло не так… Успокойся и выслушай.

Огонёк не пропал из глаз, но лицо магистра изменилось на немного более сосредоточенное. Он кивнул, показывая, что готов внимать.

— То, что сегодня произошло… Это… не твой дракон. В смысле, с тобой что-то случилось, ты просто не понял. Я же видела твоего дракона. Такой милый маленький дракончик. Полупрозрачный, состоящий из пламени. Он стоял рядом с тобой той ночью, когда мы впервые узнали о том, что я могу видеть магию. Помнишь?

Ректор кивнул.

— А теперь ты стал драконом! То есть… — я замялась, — сам стал, понимаешь? Большой ящерицей! Как Черныш, только с крыльями! С красной мордой и острыми клыками!

— Таня…

— Нет, погоди! Это болезнь какая-то, да? Ты болен, но мне не сказал? Не переживай, мы что-нибудь придумаем. Это ведь как зараза прицепилась, а теперь не избавиться. Как глисты в организме — ненужные квартиранты. Обязательно есть какая-нибудь таблетка…

— Таня! — повысил голос мужчина. И в этом голосе прозвучала сталь. — Нет у меня никаких глистов! — кажется, я его разозлила. — Я повторяю. Я и есть этот самый дракон. Всегда им был. Я всегда превращался в «большую ящерицу с крыльями». Сегодня — особенный день. Такой бывает только раз в месяц! Моя сущность! Настоящая, звериная сущность берёт верх, и я могу лететь на крыльях навстречу ветру! Ты не представляешь, как невыносимо постоянно сдерживать себя и находиться в рамках приличий, когда хочется парить!

Мужчина взмахнул руками и фанатично прикрыл глаза. А я уверилась, что с ним точно не всё в порядке.

— Это только раз в месяц такое происходит? — уточнила осторожно.

— Дааа, — выдохнул он в морозный воздух. — Снимаются все ограничения! Я чувствую себя зверем!

— Мне это знакомо, — проворчала я невольно. Я тоже раз в месяц становлюсь зверем. И в этот день лучше меня не трогать, а просто кормить шоколадками. Издалека.

— И сегодня я понял, что хочу провести этот день с тобой! — между тем распинался ректор. — Ты — другая! Не такая, как все остальные! В тебе нет притворства и лжи! Я сразу заметил, что ты — необыкновенная!

— Вот радость-то, — я не знала, то ли плакать мне, то ли смеяться, а больше всего хотелось убежать. Всё происходящее, поведение, и откровения мужчины вызвали только страх. А ещё я замёрзла практически до озноба и почувствовала, как меня начало потряхивать.

Дракон тоже это заметил. Нахмурился. А потом плюнул огнём в землю прямо мне под ноги.

Плюнул! Огнём! Через пятьдесят метров!

Я взвизгнула и отпрыгнула от весёлого костёрчика, обосновавшегося на поваленном дереве. Прошла секунда, другая, но больше ничего не произошло. В итоге, холод перевесил страх, и я подошла поближе, согревая свои конечности.

Брейдон тоже незаметно прокрался к костру и теперь стоял всего в метрах трёх от меня.

— Таня, — с придыханием проговорил он, — неужели ты не чувствуешь притяжения между нами? Неужели не видишь, что мы созданы друг для друга?! Как ты можешь оставаться такой чёрствой и холодной, когда мой дракон практически склонил голову перед тобой?

— Что? — я постаралась образумить мужчину. — Брейдон, ты бредишь. О чём ты вообще?

— Ты не хочешь быть со мной? — спросил он в лоб и посмотрел мне прямо в глаза.

— Эээ… Ну, — я не знала, что сказать. А теперь, когда увидела, что у этого человека есть вторая, практически неконтролируемая сущность, ничего, кроме страха, уже и не испытывала. — Может, останемся друзьями?

Одну долгую минуту мужчина гипнотизировал меня взглядом, и в его глазах горело такое пламя, которое, кажется, жаждало поглотить меня с головой. Но усилием воли он подавил в себе это желание и, не глядя, создал за моей спиной портал.

Отвернувшись от меня, глухо проговорил:

— Уходи.

Я подозрительно покосилась на созданную воронку, но решила, что лучше послушаться, поэтому, после недолгого колебания, всё же прошла в портал, чтобы выйти в своей комнате.

— Спасибо, Господи!

Я с облегчением рухнула на мягкий ковёр. Тело потряхивало мелкой дрожью, а руки тряслись в возбуждении. И я не понимала, что именно меня испугало больше. Ректор в виде дракона или его откровения…

***

Я вяло ковырялась вилкой в салате. Настроение упало ниже плинтуса. Я плохо спала после вчерашних приключений, да и морально чувствовала себя отвратительно.

Я так и не поняла, говорил ректор серьёзно или у него началась драконья лихорадка. Самое обидное, что и он мне нравился. Точнее, не так — он мне и нравился до дрожи, и пугал до икоты. Это ж надо умудриться, драконом оказаться! По сути — похоже на оборотня, но в то же время совсем другое. Вон, у Данчика же не наблюдалось такого странного поведения. Сидит тут рядом. Сок потягивает. Сегодня за наш столик его предполагаемая подружка уселась. Уж не знаю, насколько всё серьёзно, но вид у неё заинтересованный. А Данчик оставался достаточно меланхоличным. Впрочем, как всегда.

Я задумчиво сунула под стол кусок курицы, где его с превеликим удовольствием сожрал мой свирд. Теперь я частенько таскала с собой фамильяра, и в последнее время эксцессов не происходило. Ну, почти.

Всё же обидно, что ничего с кладом не получилось. А то мигом бы решились все мои финансовые проблемы и долги Лари, которого сегодня нет. Бедная леди Миррандель — длинноносая эльфийка, как-то нелицеприятно отзывавшаяся обо мне, сидела сегодня мрачнее тучи. Я даже не выдержала и ради любопытства ткнула в бок своего соседа.

— Воли, а чего это у нашей королевы плохое настроение?

— Как раз потому, что она — не королева, — хмыкнул тот. — Второй год бегает за Ларионелем, и всё без толку. А сегодня к нам в Академию приехала эльфийская принцесса Ондин, так Лари на ушах с самого утра. Он за ней практически с младенчества хвостом ходит. Но как для него не интересна Мири, — он кивнул на хмурую седую эльфийку, — так он совсем не интересен принцессе. Правда, это не останавливает его ни капли. Влюблён по уши.

Я кивнула, принимая информацию и с новым интересом разглядывая столовую. Не то, чтобы мне уж так сильно любопытно, как выглядит принцесса. Хотя нет. Вру. Мне крайне интересно, какая девушка могла так вскружить голову эльфу, что он поставил её выше самого дорогого для него человека — себя.

А вот, похоже, и она.

К центральному столику процокала на неимоверно высоких шпильках роковая красотка в окружении стайки девиц. Я уже привыкла, что здесь все длинноногие и идеально красивые. Но тут действительно представился настоящий шедевр. Золотые волосы, ясные голубые глаза, аккуратный носик, точёная фигура и одета как сама богиня любви: розовое платье с живыми цветами сидело как лепестки розы вокруг бутона. Я бы даже засмотрелась, если бы не высокомерный, презрительно-брезгливый изгиб губ, который безумно портил милое кукольное личико.

Подтвердила мою догадку о личности вновь прибывшей и реакция Мири. Она как-то разом посерела, застыв с выражение вселенской скорби на лице. Мне даже захотелось пожалеть незадачливую поклонницу Ларионеля. Уж слишком печальной она выглядела.

От созерцания эльфийки меня отвлёк голос подружки Данчика.

— Мракадан, что это? Я думала, ты мне кофе принесёшь…

Девушка расстроенно крутила в руках то ли морковный сок, то ли тыквенный фреш (я не разбираюсь в этих новомодных напитках, потому что сама всегда пью исключительно компот. Или чай… сладкий).

— Так ты же говорила, что на диете. Значит, тебе нельзя кофе. И пирожные. От них толстеют, — оборотень радостно улыбнулся, явно довольный собственной сообразительностью и заботой.

— Ой, дураааак! — простонала я, хватаясь за голову.

— Что?! — взвизгнула девица. Она вскочила, с возмущением глядя на Мракадана, быстро схватила свою сумочку и вылетела из столовой пулей. — Хам!

Сосед растерянно посмотрел вслед, а потом приземлился на стул с видом оскорблённой невинности.

— Чего это она?

— Даник, — участливо поинтересовалась я, — а ты её спровадить хотел или всё же это такой глупый способ проявить заботу?

— Что? Нет. Я… Просто говорила же, что на диете, вот я и хотел помочь. Ведь когда на диете, лучше есть то, что насыщает, но имеет мало калорий. Я ей ещё и в тренировочный зал предложил сходить, чтобы потренироваться на груше — самый идеальный способ быстро устать и пропотеть.

— Да ты мастер ухаживаний! — восхитилась я. — Как только по морде ещё не получил с такими методами!

Сзади тихо засмеялся Воли.

— А что я сделал? — возмутился оборотень.

Но я только глаза закатила. Если ему сейчас объяснять, то получится очень долго. Так что решила на досуге заняться образованием нерадивого соседа и вернулась к своему салатику. Но только лишь для того, чтобы, подняв глаза, встретиться с другими глазами.

Брейдон, чтоб его, собственной персоной торчал столбом на входе в столовую. Я не видела его со вчерашнего дня и, если честно, боялась увидеть. А у нас после обеда как раз урок по магическим практикам, где явно пришлось бы встретиться. Но неизбежный момент всё равно хотелось оттянуть.

Мужчина виноватым взглядом смотрел прямо на меня, с лёгкой и немного растерянной сконфуженной улыбкой. Видимо, уже пришёл в себя и пожалел о проявленной горячности. Он явно хотел что-то сказать или пригласить поговорить. И даже сделал шаг навстречу. Но его опередили.

В столовую, разодетый в пух и прах, практически влетел на крыльях любви мой четвёртый сосед. Ларионель сегодня явно превзошёл себя. От избытка рюшей и украшений на камзоле рябило в глазах, а волосы эльф заколол гребнем с огромным количеством драгоценных камней. В руках еле умещался необъятный букет нежно розовых роз. Таких же, как цвет платья Ондин.

Он обвёл столовую ошалелым взглядом и, найдя цель, двинулся к ней на негнущихся ногах.

В первый раз за всё время моего пребывания в Академии я видела Лари таким. Не капризным, заносчивым нытиком, а полным любви и восхищения.

Принцесса эльфов сидела достаточно далеко от входа, но тоже явно заметила старого ухажёра. Её лицо, из просто недовольного, приобрело действительно кислое выражение. Она раздражённо оглядела Ларионеля и обернулась к одной из своих соседок.

Эльф как раз проходил мимо нашего столика, когда на всю столовую раздался голос Ондин, которая совсем не потрудилась говорить тише, чтобы хоть как-то смягчить впечатление:

— Ах, этот чëртов Ларионель опять здесь! Как он меня достал! Неужели не понимает, что такое убожество, как он, может годиться только в качестве шута, но никак не в качестве кавалера? Да меня засмеют, если я где-нибудь покажусь с этой пернатой птицей!

Лари замедлил шаг и поражённо застыл, немного не дойдя до нашего столика. Лицо соседа приняло настолько растерянный вид, что сомнений не оставалось — эльф впервые слышит о себе что-то столь нелицеприятное от принцессы да ещё и публично.

Краем глаза я увидела, что не осталась довольной своей принцессой и эльфийка Мири.

А я же потемнела от гнева. Лари, хоть и не очень приятный сосед, но он МОЙ сосед! Никто не смеет так отзываться о нём и обижать на глазах у всей Академии.

Но прежде, чем я успела вскочить и всё высказать, а лучше — вцепиться в волосы этой стерве, мне в лицо прилетел букет. Огромный букет розовых роз, который чуть не разбил нос.

— Тан-ня, — немного заикаясь, произнёс Ларионель, но при этом достаточно громко, чтобы его смогли услышать за пару столиков от нас, — это тебе. Я рад, что ты согласилась стать моей парой.

У всего нашего стола громко упали челюсти. Я вообще от удивления икнула.

Эльф тем временем, стараясь не замечать недоумённый и даже оскорблённый взгляд эльфийской принцессы, занял свободный стул справа от меня.

— Я хотел пригласить тебя на свидание сегодня в парке, но нигде не мог найти. Ты же свободна вечером?

Я хотела было возмутиться и сказать, что у меня и так достаточно проблем. Парня — эльфа мне ещё не хватало, но Лари наклонился, якобы поправить выбившийся из причёски волос и шепнул на ухо:

— Долг прощу. Весь.

Рот тут же захлопнулся. Долг простит? Я с возросшим интересом посмотрела на эльфа и обдумала ситуацию. Обо мне и так слухи ползут один другого краше, очередная сплетня погоды не сделает. Вдобавок, сейчас Лари бросать никак нельзя. От позора тогда никак не отмоется. Это, конечно, не очень честно с его стороны, но три тысячи динариев — железный аргумент.

— Конечно, дорогой, — расплылась я в хищной улыбке, а эльф облегчённо вздохнул.

Потом я постаралась как можно естественней вернуться к обеду, предварительно положив огромный букетище на свободный стул. Розовые бутоны тут же с великим удовольствием начал жрать Черныш.

Воли с Даном, прекрасно разобравшиеся в ситуации, уткнулись в свои тарелки и явно пытались не заржать, а вся остальная столовая смотрела на нас и, кажется, прожигала взглядом, сгорая от любопытства.

В последний момент я вспомнила о Брейдоне, но, покрутив головой, нигде его не нашла. Ректор будто испарился.

Сразу после обеда пришлось вернуться в общежитие, чтобы отнести слегка пожёванные цветы и оставить свирда. На уроки утром он со мной ходил, а после обеда предпочитал валяться на нашем ковре в гостиной кверху брюхом и переваривать съеденное.

Не понимаю, почему его так боялись? Подумаешь, пару раз вызвал у некоторых адептов Академии паническую атаку. Ну, так это случайность. А в моменте, когда натравил одного боевика на другого вообще полностью оправдан. Нечего прихвостням некоторых тупиц неодобрительно в мою сторону пялиться и едкие замечания пускать — это просто самозащита. Ну, почти.

А вот ректора он побаивался, и либо сидел в его присутствии смирно, либо старался оставаться у нас в комнате, как сегодня.

Все мои соседи решили пройтись вместе со мной. Воли помогал тащить букет. Дану захотелось переодеться перед тренировкой — он, кстати, шёл вместе с Чёрнышом — они неплохо сдружились за моей спиной. А Лари явно жаждал поставить условия нашим отношениям, поэтому тащился рядом и гундел что-то себе под нос.

И правда. Только мы зашли, как сразу заявил:

— Нам надо поговорить!

— Господи, как хорошо, что мы с тобой не взаправду встречаемся! — я облегчённо рухнула в кресло. Всё никак не привыкну к этим лестницам. — Ты бы меня извёл сценами ревности и выяснением отношений.

— Неправда! — оскорбился эльф. — И вообще, я же тебе весь долг списываю, как по мне — честная сделка.

— Какой долг? — заинтересовались остальные парни.

— Её фамильяр сожрал мою одежду, — пожаловался Ларионель. — И туфли!

— Нечего оставлять где ни попадя, — вступился за свирда оборотень, начёсывая Чернышу пузо.

Эльф поджал губы, но, так как времени оставалось немного, перешёл к делу.

— Во-первых, надо вечером сходить погулять. Надень что-нибудь приличное, чтобы мне было не стыдно с тобой показаться при всех.

— Я бы попросила…

— Я сам тебе найду одежду, — успокоил он меня. — Во-вторых, надо сделать так, чтобы нас увидели в некой… пикантной ситуации. Мой авторитет от этого только вырастет. Так, что ещё? В-третьих, то, что ты ведьма, — конечно, минус. Но то, что единственная на нашем факультете, — плюс.

— И? — заинтересовался Воли.

— Нужно придать это огласке, — решил эльф.

— Неужели? — насмешливо протянула я. — Может, что-нибудь ещё?

— Ну, и, как Ондин уедет, я тебя брошу!

Я аж воздухом подавилась.

— Ах ж, ты, эльфийская принцесса! А харя не треснет?!

— Не понял, — нахмурился он.

— Значит так, никаких пикантных ситуаций — раз! Что мне надевать, решу сама — два! И расстанемся по обоюдному согласию, оставшись друзьями — три!

— О тебе же всё равно много чего говорят, так какая разница?! А мне репутацию беречь надо! — возмутился ушастый.

Я начала медленно подниматься с кресла.

— Лари, сейчас будет драка, — предупредила я. — Беги.

Схватила удачно подвернувшееся под руку полотенце и огрела гадёныша по мягкому месту. Эльф взвыл, зажимая рукой раненую булочку, и припустил от меня по комнате.

— Я ставлю на ведьму, — меланхолично заметил Мракадан, прикрывая глаза и поудобней устраиваясь на диване.

Воли же оказался настроен более миротворчески. Сначала он перехватил Лари за шкирку, так что тот опять взвизгнул, а потом и меня, развёл руки с нами в стороны, не давая лупасить друг друга — я махала полотенцем, а эльф пытался давать сдачи.

— А теперь все успокоимся и поговорим нормально, — грозно нахмурив брови, проговорил вамир.

Мы оба притихли. А после всё же смогли заключить что-то вроде соглашения.

Я, со своей стороны, никому (даже под видом секретности) не говорю, что мы с эльфом на самом деле не пара, а Лари, в свою очередь, пообещал, что мы расстанемся тихо-мирно, оставаясь приятелями. А так же, после того, как я обещала оторвать ему руки, торжественно поклялся, что даже пальцем меня не тронет и всяких разных пикантных ситуаций не спровоцирует.

Так что расходились мы вполне довольные друг другом. Меня только беспокоило, что я скажу Брейдону, раз обещала Лари молчать.

Но, как оказалось, он и не собирался ничего у меня спрашивать.

Так как я зашла в класс со звонком, то обсудить ситуацию времени не осталось, а ректор уже начал урок.

Я постаралась передать взглядом, что нам надо поговорить, но, похоже, моя игра бровями произвела не совсем тот эффект, на который я рассчитывала. Брейдон нахмурился и отвернулся к доске.

— Итак, давайте сегодня поговорим про аномальную магию. Магию, появившуюся в результате искажения магического фона. Она может существовать как бракованной, то есть работать с перебоями, так и ненормально сильной и опасной. В прошлый раз я вам рассказывал теорию, а теперь рассмотрим способы борьбы с ней, а также обсудим тех, кто чаще всего ею владеет. Ваши предположения?

— Полукровки! — раздался голос с последних парт.

— Да, верно, нередко аномальные маги встречаются среди полукровок. Или рождаются от полукровок. Ещё?

— Нечисть!

— Нет, нечисть — это примитивные создания, куда им до аномальных магов. Может, ещё?

Все задумались, и тут раздался голос Дрейка, с которым я сидела рядом.

— Иномиряне.

На этом слове я вздрогнула, а магистр Никс, наверняка заметивший мою реакцию, посмотрел мне прямо в глаза.

— Именно. Иномиряне, — он оторвался от созерцания моего лица и обвёл взглядом класс. — Иномирные души, получившие мощь магии, но не умение ею управлять.

— Разве они виноваты в этом? — робко спросил один из оборотней.

— Во время перемещения, иномирец может получить магию огромной силы. Это редкие случаи, но такие бывают. Часто эта магия нестандартна, а может временами ещё и давать сбои, вызывая серьёзные катаклизмы. А что будет делать с огромной мощью тот, у кого магии никогда прежде не было? Чаще всего, истории с иномирянами заканчивались войнами или катастрофами. Именно поэтому в нашей стране иномирцев отлавливают и, в большинстве случаев, — казнят. Или же они до конца своих дней работают на королевскую семью под строгим магическим контролем.

Я почувствовала, как в глазах потемнело, а руки стали влажными. Со всей силы я вцепилась в стул, стараясь ничем не выдать своей паники.

Отлавливают? Казнят? А что же будет со мной?!

Я постаралась слиться с партой и уже совершенно не слушала то, о чём дальше вещал магистр.

В моей голове крутилась только одна мысль:

Как не проколоться?

Под конец пары я так себя накрутила, что вздрогнула всем телом лишь услышав собственное имя из уст ректора. Я совсем забыла, что собиралась с ним поговорить!

— Таня, — Брейдон внимательно вгляделся в моё лицо, когда за последним студентом закрылась дверь кабинета, — всё в порядке? Ты странно выглядишь… Как будто чём-то встревожена или расстроена.

— Я? — как можно натуральней, похлопала ресницами. Длинными красивыми ресницами. Я по глазам видела, что мужчина проникся, но лицо осталось невозмутимым. — Нет, всё в порядке. Показалось, наверное. Ты хотел о чём-то поговорить?

— Ах, это… — мужчина смущённо почесал затылок. — Насчет вчерашнего. Хотелось бы списать на тотальную потерю памяти, но, к сожалению, я всё прекрасно помню. Мне очень жаль, что поставил тебя в неловкое положение…

— А ты превращаешься в дракона раз в месяц? — перебила я его. Этот вопрос меня очень интересовал, и я боялась, что если Брейдон закончит говорить, то разговор зайдёт не туда.

— Нет, не совсем. Я так и подумал, что ты не поняла. Превращаюсь я в него легко, хоть сейчас могу. А вот звериная сущность берёт верх над холодным рассудком только раз в месяц. Раньше чаще приходилось, но я работал над собой. Да и теперь продолжаю работать. Обычно я в этот день нахожусь подальше от Академии. Дракон никогда не причинял зла адептам, да и… к девушкам никогда не лез. А вчера… я как раз собирался улететь ещё до утра, как ночью заметил нарушение лесных границ, — он приподнял бровь и испытывающе на меня посмотрел. Но я сделала вид, что совсем не понимаю, о ком и о чём говорит ректор, всем своим видом подбадривая его рассказывать дальше. Мужчина намёк оценил и только хмыкнул. — В общем, как-то само-собой получилось. Мне очень жаль. Обещаю тебе, что подобное никогда не повторится. Тем более, при данных обстоятельствах…

Я только хотела возразить, что ничего страшного не произошло, как споткнулась на его последнем предложении.

— Каких ещё обстоятельствах?

— Мне жаль, — ректор проникновенно заглянул мне в глаза. — Мало того, что я тебя украл и унёс черт знает куда, заставил слушать мой звериный бред, да ещё поставил в неудобное положение перед твоим молодым человеком.

— Чего? — я старательно нахмурилась, пытаясь понять, о каком неудобном положении он говорит. Ну, полетала немного. С кем не бывает? Он же не набрасывался на меня, в самом деле. — Да ладно тебе, нормально всё!

— Нет, не нормально! Я ещё обязательно поговорю с Ларионелем, чтобы он понял правильно, и заверю, что не намерен создавать подобных прецедентов.

— С Лари? Зачем с Лари?! — я ошеломлённо приоткрыла рот, не на шутку испугавшись такой перспективы, — это что же мой сосед подумает? А самое главное, что он потом расскажет?! Хоть он и не злой, но не особо умный. А ещё болтливый. — Не надо с Лари!

— Как это, не надо?! Я на тебя не имею никаких прав! Утащил чужую девушку среди ночи…

— Какую девушку? Лари тут ни при… — тут же вспомнила о своём обещании и быстро исправилась: — Кхм. Ну, то есть, да, конечно. Но зачем уж прямо говорить…

— Я — ректор, — он нервно прошёл вдоль доски туда-сюда, — и должен отвечать за свои поступки. А ты — студентка. И мой долг — защищать тебя, твою честь, достоинство и доброе имя. Всеми доступными способами.

Сказав эту пламенную речь, он не стал ждать ответа, а просто вылетел, вернее выбежал за дверь.

— Капец, — хмуро прокомментировала я. Посмотрела вслед исчезнувшему мужчине и ругнулась: — Твою ж дивизию!

Это ж надо так всё перевернуть! Ректор он, видите ли! О моей чести печётся! И теперь и не поймёшь, действительно я нравлюсь ему и он так меня пытается оградить от самого себя, или я всё придумала и почти вешаюсь на взрослого, равнодушного мужчину.

Ещё раз чертыхнувшись, сама пошла к выходу — сейчас занятия у магистра Тэя, боевые искусства. И лучше не опаздывать. Дроу этого не выносит.

А ведь ректору разговор явно не показался лёгким. Такой серьёзный, и тут извиняться передо мной. И винит себя в том, что становится больше драконом, а не человеком раз в месяц, хотя, как по мне, и чего тут страшного? Ну да, дракон у него понаглее, чем ректор, которого я знаю как научного ботаника. Но это тоже его часть! Его, так сказать, тёмная сторона! У каждого она есть, просто не у каждого она… Шестиметровая, с лапами, хвостом и гребнем!

Меня аж передёрнуло от воспоминаний о красном драконе и нашем полёте. Дракон, конечно, опасный. Но и шикарный, что уж скрывать! Прямо как сам ректор!

Я тоже хороша! Так растерялась при разговоре (а на меня это совсем не похоже!), что даже про мысли о своём попадании сюда подзабыла. А вот не надо забывать! И следить за собой надо, а то живенько на плаху попаду! А я ещё пожить хочу! Раз уж судьба дала второй шанс…

Глава 21 Не злите дроу!

— Неужели?! Кого мы видим! Неужели сама ведьма пожаловала к нам на урок?! — магистр Тэй отбросил в сторону длинную изогнутую саблю, которая крутанулась в воздухе и прилипла к стене с оружием, а сам дроу направился в мою сторону с высокомерной улыбкой. — Глупая курица никак не может понять, что ей не место здесь! Не место среди избранных!

— А где мне место?

— Где? — он на минуту задумался. — Может, там, где обитают девицы лёгкого поведения?

Я сжала зубы в немой злости. Вот же прицепился, гад ползучий!

За время, проведённое в Академии, мы настолько часто цапались с магистром, что на этом фоне как-то даже сблизились. Да, звучит странно, но так и есть. Это что-то вроде заклятого врага. Каждый раз, когда видишь, — пытаешься ударить побольнее. Спокойно пройти не получается.

И это при том, что делить-то нам вообще нечего. Наша ненависть основывалась лишь на постоянных разборках, которые, в свою очередь, особо ничем не подпитывались. Драка ради драки. Дроу ненавидел всех ведьм, а я ненавидела дроу за то, что он ненавидел всех ведьм. Вот такая вот петрушка.

— И вам не хворать, магистр, а то выглядите плохо, — я хмыкнула и прошла к стеллажу с оружием. Да, я до сих пор сражалась только с ним. И он каждый раз уделывал меня как маленькую. Но, на удивление, не особо старался. Как-то бережно, что ли, бил и резал. Если этот эпитет вообще можно сюда применить. Боль причиняли только его слова. — Будем сегодня заниматься, али как?

Тёмный эльф усмехнулся и дал отмашку однокурсникам продолжать тренировку, а сам подошёл ко мне.

— По-твоему, опаздывать на пары — это нормально, ведьма? Если ректор потворствует в твоих выходках, то на меня подобная ворожба не распространяется!

— Во-первых, — я перехватила поудобней рукоять небольшой сабельки. Что-что, а учителем дроу оказался хорошим, — меня зовут Татьяна. Татьяна Грейс, а не ведьма. А во-вторых, вы мне каждый раз говорите, что мои чары на вас не распространяются. У меня вопрос: вы уговариваете меня или себя?

Ну вот, как я и думала, глаза дроу заволокло красным. Он яростно бросился, попутно призывая свою саблю. Ну, нравится мне его злить. Ничего не могу поделать. Он пышет такой ненавистью, а мне в какой-то момент становится смешно. Иногда мне кажется, я вообще не способна на сильные продолжительные эмоции. И ненавидеть без причины — не мой конёк. А вот позлить его, заставить выйти из себя — это я люблю, умею и практикую. Вдобавок, у меня тут заготовлено одно заклинаньице. Жажду попробовать.

Какой бы ни был злой магистр — в первую очередь, он учитель. Так что удар вышел очень даже учебный. Такой, какой разучивали в прошлый раз. Я, на удивление, неплохо отразила. И следущий тоже. А потом не очень. И опять не очень. Наконец, он дал мне тупой стороной клинка по заднице. Не больно, но унизительно.

— Сдаёшься, ведьма? Или, может, предложишь мне те же услуги, которые оказываешь Брею?

— Сдамся, только после вас, магистр, — и я сделала то, что давно хотела, — при очередном выпаде эльфа прошептала заранее приготовленную формулу.

Прямо на полу, в том месте, куда дроу ступил ногой, на которую резко перенёс вес, пытаясь меня достать, появилась небольшая лужа из грязи и глины. Скользкая. Очень скользкая.

Нога дроу подвернулась, и не удержав равновесие, он нелепо взмахнул руками и с глухим вскриком упал лицом в липкую жижу.

— Ооох… — по залу разнёсся протяжный вздох. Все в момент остановились и завороженно начали наблюдать, как Рэй Тэй, отплёвываясь, поднимает лицо из лужи.

Я победно улыбнулась. Да, сейчас меня, наверное, начнут убивать, но я так мечтала стереть эту заносчивую улыбку с его лица и макнуть в… Ну, в общем, ему ещё повезло, что это просто грязь.

— Убью, — подтвердил мою догадку магистр и попытался послать в меня что-то боевое из своего арсенала. Но я была бы не я, если бы не перехватила, на удивление, ловко, управление его магией и не послала в ответку. Что он хотел изобразить — не знаю, а вот я долго думала, что можно сделать с его ледяной магией, если представится случай. Забрать силой я её не могу. Источник должен захотеть поделиться, как это делали ректор или Дрейк на занятиях. Но имелся и другой путь — если силы направлены против меня, я ненадолго могу перехватить управление. Сейчас самый момент.

На вставшего из лужи дроу упал сугроб. Большой такой сугроб, как будто прилетевший прямиком из Сибири. Не знаю, видел ли здесь кто-нибудь столько снега за раз, а вот я залюбовалась.

Магистр ушёл под снег с головой, а когда вынырнул, был не просто грязный, но ещё злой как чёрт.

— Убью, — повторил он хрипло и, убрав снег перед собой (ещё раз использовать магию против меня он не рискнул), ринулся мстить. Я взвизгнула и помчалась прочь по залу.

— Только дай добраться! — пыхтел сзади дроу. Грязь, вперемешку со снегом, мешала бежать, но он явно вознамерился открутить мне голову, так что я вылетела из зала, а на пороге сотворила ещё одну лужу, в которую дроу опять упал с протяжным «хлюп».

— Рррр! — услышав за спиной рычание и непереводимый текст, состоящий в основном из не очень хороших, плохих и совсем плохих слов, я рванула к центральной лестнице в холле.

— Ты пожалеешь!

— Сначала догоните! — храбро выкрикнула я и сотворила ещё одну лужу.

Послышался звук очередного падения. Да, не оригинально, но больше я ничего не выучила.

Я, радостная, обернулась, стараясь рассмотреть происходящее, и в этот момент врезалась всем телом во что-то твёрдое.

От резкого удара меня отбросило назад, и, больно приложившись головой о мраморный пол, я ошалело всмотрелась в препятствие.

— Господи! Таня! Мы же только расстались! — Брейдон собственной персоной возвышался надо мной и только хотел подать руку, чтобы помочь встать, как из-за угла вылетел насквозь мокрый и грязный магистр.

— Где эта дрянь?! — завопил он на весь холл. Вокруг все остановились, а вслед за куратором показались мои одногруппники.

Брейдон так и застыл в полусогнутом положении, а я перекатилась на четвереньки и быстренько поползла ректору за спину. Ректор добрый, он защитит. Потом, конечно, сам уши надерёт, но от дроу защитит.

А магистр Тэй тем временем разошёлся не на шутку. Увидев цель, он фурией двинулся в мою сторону. Глаза лихорадочно горели, на лбу выступила испарина. Некогда шикарные волосы грязной спутанной мочалкой прилипли к лицу и шее.

— Брей, отойди, я её заживо обращу в ледяную статую.

Магистр Никс сделал шаг в сторону, но не от меня, а ко мне, окончательно закрывая широкой спиной.

— Рэй, остановись сейчас же. Она просто адепт да еще и первого курса. Решим вопрос мирно.

— Я убью её, — безапелляционно заявил куратор, продолжая наступать. — Не мешай.

— Рэй, — опять воззвал к его разуму Брейдон. — Вокруг адепты. Остановись.

В руке дроу полыхнул синий огонь. Огненный всполох начал увеличиваться в размерах, а после полетел прямо в мою сторону. Я вся как-то сжалась. Одно дело — отражать атаку магии, которая должна тебя унизить, растоптать морально, но совсем другое — когда магия смертоносна или способна нанести тяжёлый вред. А сейчас я кожей почувствовала — это тот самый случай. И испугалась.

Страх скрутился тугим узлом в животе, заставляя замереть и только широко раскрытыми глазами смотреть, как противник и его огонь приближаются.

Но встрече не суждено было состояться.

На секунду фигуру магистра закрыло от обзора очертание ноги в тяжёлом ботинке, а ещё через мгновение в синий сгусток врезался ярко-алый с белыми всполохами.

Я взвизгнула, а следом раздался взрыв.

Прошла секунда-две тишины, и я осмелилась открыть глаза. Когда я их успела зажмурить, непонятно, так же, как и накрыть голову руками.

В холле ничего не изменилось, студенты всё так же торчали столбами на своих местах и во всё глаза смотрели в центр помещения. Конечно, где ещё такое представление увидишь.

А вот ректора рядом со мной не оказалось. Он стоял прямо перед дроу и держал того за горло. В глазах мужчины полыхало пламя.

— Идиот! Ты мог всё здесь разнести! — он яростно встряхнул магистра и без дальнейших разговоров впихнул его в образовавшийся портал. Я только хотела встать с пола, как и меня втянуло следом.

А выбросило прямиком в объятия ректора. А может, он просто пытался не дать мне сбежать. Именно это я, кстати, и попыталась сразу сделать.

Но руки у мужчины оказались сильными, а грудь, к которой меня с силой прижали, — жёсткой.

— А ну-ка, постой, адептка Грейс, — прорычал он мне в ухо.

Я от удивления даже вырываться перестала. Запрокинула голову и уставилась на ректора.

Зелёные глаза сейчас пульсировали. В вытянутых зрачках клубилась чернота. Я сглотнула. Опять? Опять дракон берёт верх? Так ещё же месяца не прошло! Всего лишь день насколько я помню!

— Тан-н-ня, — прорычал он мне в ухо, и я вся задрожала от звука этого голоса. Низкого, хриплого, пробирающего до самых костей. — Что ты делаешь со мной?

Я растерялась. Где милый магистр, вежливый и не желающий вмешиваться в мои отношения с Лари? Где он?! Сейчас я с огромной радостью хотела бы его видеть. Потому что мужчина передо мной здорово пугал. Он собственнически притянул меня ещё ближе к себе, хотя я думала, что ближе уже невозможно, и зарылся лицом в волосы.

— Что вы делаете? — шёпотом спросила я.

— Нюхаю, — отчётливо хмыкнули мне в ответ.

Я подвисла.

— И как?

— Вкусно.

О, так тут наклёвывается содержательный разговор! Я в срочном порядке начала искать то, на что переключить внимание мужчины. И тут мне на глаза попался дроу, без чувств валяющийся в ближайшем кресле.

— Ой! — я как-то сразу сбилась с настроя и неприлично тыкнула пальцем в куратора: — Чего это он?

— Ах, это… — красноволосый человек-дракон нехотя выпустил меня из захвата. — Я немного вспылил. Но пусть отдохнёт — ему полезно.

— Вырубил его? — прищурила я глаза.

В ответ мужчина только руками развёл. Ну да, стало быть, не сдержался.

— И не стыдно? — попыталась надавить на ректора.

Не вышло. Он только нахмурился.

— Рэй пытался тебе навредить.

— Это точно боевая магия? Там, в холле? — я задала вопрос, который мучил меня. При всех своих недостатках, мне всё же не верилось, что дроу желал моей смерти.

Глаза Брейдона постепенно приобрели нормальную человеческую форму. Видимо, мыслительный процесс возвращал его обратно в учёного фанатика.

— Нет. Но он мог тебя убить. В этом весь вопрос, — ректор нахмурился, а потом широким шагом прошёл к столу и плюхнулся в своё кресло.

Я же покрутилась на месте, сознавая, что раздумья мужчины лучше не прерывать. В догадках я ему мало чем помогу, но вместо того, чтобы тоже сесть, пошла к стеллажу, где у ректора стоял заварочный чайник и чашки. Пожалуй, уже не чужие люди, столько чая вместе выпили, так что могу и похозяйничать.

Брейдон на мои манипуляции сначала в удивлении поднял брови, а потом расплылся в довольной улыбке чеширского кота, уехавшего в отпуск к огромной крынке сметаны.

— Чего это вы? — подозрительно поинтересовалась я, наблюдая, как зрачки опять сужаются. — Вы, часом, не наркоман? Что в чай добавляете? — потрясла перед носом мужчины заварочным чайником.

— Мне нравится, когда ты тут хозяйничаешь.

Я только глаза закатила.

— Конечно! Это всем мужчинам нравится! Сначала: «Я подарю тебе дом!» А потом: «Ты должна в этом доме наводить чистоту и уют! И пожрать. Побольше!»

— Каким ещё мужчинам?! — вычленил для себя самое главное магистр Никс и грозно сжал кулаки.

— Всем! — отрезала я. — Все вы одинаковые!

— У меня дома не надо прибираться, — тут же начал он рекламу совместной жизни. — Бытовая магия прекрасно справляется. И готовлю я сам.

— А стираете? — полюбопытствовала я.

— Магией.

— А гвоздь прибить сможете?

Вместо ответа мужчина одним взмахом руки материализовал и отправил в ближайшую стену десяток гвоздей. Они вошли внутрь ровно до шляпки.

Я присвистнула.

— Да вы готовый жених!

Мужчина просиял, а мне только и оставалось, что качать головой. Вот придёт дуралей в себя полностью и опять начнёт меня избегать. Интересные с ним метаморфозы. Я думала, что-то вроде раздвоения личности, а оно скорее — видоизменение личности. Вот сейчас — ни то ни сë. То больше ректора привычного напоминает, то смотрит на меня драконьим взглядом и разве что не облизывается. С другой стороны — чего он сдерживает себя постоянно? Может, если бы не сдерживал, то смог бы превратиться в нечто среднее?

Ладно, сейчас о другом надо думать. Я решительно залила чай кипятком (который, кстати, вскипятила сама, едва дотронувшись до чайника — магия ректора отзывалась мне навстречу всегда легко и беспрепятственно, я уже неплохо ею управлялась в бытовом плане) и спросила:

— Так что там с магией магистра Тэя?

Брейдон встрепенулся и собрался, а после достал палочку и немного пошаманил над бездыханным тёмным эльфом.

Последний со стоном открыл глаза.

— Где я?

— В раю! — жизнерадостно ответила я ему.

Дроу поперхнулся и сфокусировал на мне взгляд.

— Ведьма!

Я поморщилась, но магистр меня удивил.

— Жива! — он подскочил и бросился в мою сторону. Но не добежал, споткнувшись ещё заплетающимися ногами за ковёр и растянувшись на полу.

А может, это ректор ему немного помог.

Я обернулась к Брейдону, и мне заговорщицки подмигнул зелёный глаз с вытянутым зрачком. Вот чувствую я, что мы с ректором, который дракон, неплохо поладим. Вон, уже вместе пакости делаем.

— Хотели продолжить начатое? И всё же убить меня? — поинтересовалась я у смущённого магистра, вставшего с пола и пытающегося привести себя в порядок.

— Что? — он непонимающе посмотрел на меня. — Ты думаешь, я убить тебя хотел, Грейс? Совсем больная?

— Что же ты хотел сделать? — подал со своего места голос ректор. Суровый такой голос. Основательный. Я аж залюбовалась мужчиной. Сейчас — тот самый строгий ректор, каким он предстаёт перед провинившимися учениками, когда демонстрирует свою власть.

— То, что и обещал, — в статую превратить, ледяную. Заморозить.

Ректор свирепо рыкнул.

— Временно, конечно, — тут же переобулся дроу.

— Тогда как заклинание преобразилось в боевое, да ещё высшего порядка? Если бы меня не оказалось рядом, ты бы разнёс половину Академии.

— Брей, я не знаю, — дроу плюхнулся обратно в кресло и потер виски, — сначала всё шло нормально. Я не делал ничего запрещенного, но то, что вырвалось, это не моя магия. Я даже не знаю подобного заклятия, что, признаться меня тоже озадачивает.

Брейдон молчал. Я тоже. Мы успели хмуро переглянуться, и я озвучила то, что вертелось на языке:

— Тогда, получается, кто-то помог?

Ректор посмотрел на меня таким взглядом, что я тут же пожалела о своём вопросе.

— Я разберусь, — пообещал он. — Что до тебя, — взгляд его сосредоточенных глаз переместился на дроу, — я верю, потому что видел, какое заклинание ты делал, но предупреждаю — перестань цепляться к Татьяне. Её происхождение не даёт права распускать язык и руки. Не можешь это понять сам, помогу я. И лучше не заставляй этого делать.

Магистр Тэй немного удивлëнно воззрился на ректора. Насколько я знала, они были не то что друзья, но приятели точно. Вряд ли он ожидал подобную взбучку, да ещё и от начальства, да ещё и при свидетелях. Наконец, он отмер и, бросив на меня мимолётный взгляд (явно жаждал, чтобы я исчезла сию же секунду), пообещал:

— Я понял, ректор Никс. Подобного больше не повторится. Адептка Грейс, прошу прощения за несдержанность.

Гордо расправил плечи и вышел из кабинета.

А у меня упала челюсть. Магистр Тэй… Что? Только что признал свою неправоту? И не просто признал, а ещё и извинился?

Захотелось ущипнуть себя.

— Чего это он? — я прожигала глазами закрывшуюся дверь кабинета.

— Испугался, — пожал плечами Брейдон. — Я же говорил, что он неплохой учитель. Как бы он к тебе ни относился, но твоей смерти точно не хотел. Тем более от своих рук. Подобное заклинание, что заставило его изменить плетение, нельзя навесить незаметно, но можно скрыть, если маг испытывает сильные эмоции. Тут уже нет разницы, позитивные они или негативные. Его раздражение на тебя оказалось настолько велико, что он просто не заметил, как подцепил подобную гадость. Это серьёзно ударит по его принципам. Рэй всегда считал себя свободным от предрассудков, а тут…

— А тут я, — подхватила, горько усмехнувшись. — Знаешь, мне сложно поверить, что магистр Тэй ни при чём. Он меня не выносит.

Ректор скупо улыбнулся.

— Извини. Я не знал этого. На тренировки к нему не ходил, иначе давно бы почувствовал и понял это. Но я думаю, что после сегодняшнего дня всё изменится. И еще запомни, что ты всегда можешь обратиться ко мне.

— Ябедничать? — я презрительно изогнула бровь. — Ты думаешь, я стану это делать?

Ректор хитро прищурился, а затем лениво откинулся на спинку кресла и довольно прикрыл глаза.

— Всё-таки, ты предсказуемая. Отлично, я так и знал.

Я в момент вспыхнула.

— Проверял меня, да?! — не зная, куда девать раздражение, я зачерпнула ректорской силы, но направила не в него (что я — дура какая-то? Он это легко отобьёт), а в глиняную чернильницу на его столе.

От резкого жара стенки чернильницы сначала покрылись трещинами, а затем и вовсе со звоном лопнули, разбрызгав содержимое во все стороны. В том числе и на ухмыляющуюся физиономию мужчины.

Он вздрогнул и попытался открыть залитые чернилами глаза, но я, не будь дурой, быстренько вылетела за дверь. Вслед мне неслось громоподобное:

— Таня!!!

А я бежала вниз по лестнице и довольно улыбалась. Вот ещё, характер он мой изучает, думает, что знает меня. Я покажу этим самонадеянным болванам, где раки зимуют! Не будь я Татьяной Грейс!

Глава 22 Он меня бросил!

Как я и думала, на следующий день, да и всю следующую неделю ректор ходил мрачнее тучи, а когда видел меня — старался обходить по широкой дуге. Ну да, он же такой благородный! К адепткам не пристаёт и чужих девушек не уводит. Тоже мне, джентльмен. И это при том, что на занятиях относился ко мне вежливей некуда, обстоятельно отвечал на вопросы и легко общался в коридорах, если я его вылавливала. А вот сам — ни-ни! Что вы!

Я носком туфельки злобно поддела камушек на аллее перед Академией. Как раздражает! А вот его дракон не обладал таким противным, занудным и совершенно ненужным качеством, как мораль! И что? И ничего!

А последнее время я вообще думаю, что не так уж я и против отношений. Я, знаете ли, сейчас дама в самом расцвете лет и сил! В самом соку, если можно так выразиться. И вполне готова к лёгкому, непродолжительному роману… Ну, или не очень лёгкому и не очень продолжительному. Но думать об этом совершенно не хотелось, да и чуть страшновато, ещё этот ректор с его невыносимой правильностью! Мне, может, не хватает его подколов и горячего чая с плюшками!

Магистр Тэй почти всю неделю не появлялся на занятиях, а сегодня, наконец, пришёл на физическую подготовку. Гонял нас до седьмого пота, отыгрываясь за всю неделю. Меня гонял как обычно, но без привычных оскорблений. Что слегка озадачило. А ещё — не смотрел мне в глаза. Я, когда это поняла, тут же начала ловить его взгляд. Не, ну а что? Должна же я разобраться, в чём дело!

Но магистр оказался намного проворней, он умело обходил опасные для его разоблачения ситуации и находил мне всё новые и новые упражнения. Так что после урока до моей комнаты меня волок Мракадан, так кстати подвернувшийся нам с Дрейком, когда мы пытались выползти с тренировочного поля. Дрейк живенько передал трясущимися руками мою тушку в крепкие загорелые ладони соседа и был таков — уполз в направлении общежития.

Дан сгрузил меня в ванну, негромко ворча о чьей-то бестолковости и хилости. Я не особо поняла, о ком он. Потом, помявшись у входа, принёс мне полотенце и мою пижаму из комнаты. Я благоразумно не стала его поправлять и объяснять, что вообще-то спать ещё не собиралась, так как время всего лишь обеда, и благодарно приняла пижаму. Старался же, лапочка.

А когда вышла из ванной, встретилась с самым длинноухим своим соседом.

— О, нет! — я попыталась развернуться и скрыться обратно в недрах ванной комнаты.

— Стоять! — завопил Лари на всю гостиную и ринулся ко мне аки лань.

Эльф схватил меня за рукав пижамы и резко дёрнул на себя. Не удержав равновесие, я упала в объятия парня. Лари покачнулся, но всё же устоял.

— Нам надо поговорить! — безапелляционно заявил он.

Я выпуталась из его рук и с независимым видом прошла к креслу, которое негласно всё же стало моим.

— Лари, я же сказала. Нет. Нет. И ещё раз нет!

— Что тебе стоит?! — заканючил эльф, всем своим видом изображая вселенскую скорбь.

В гостиную на звук наших голосов вышли Дан и Воли, дружно усевшись на противоположный диван. Вот ещё — наблюдатели!

Оборотню с вампиром доставляло искреннее удовольствие наблюдение за нашими пикировками с эльфом. С тех пор, как мы с Лари заключили это нелепое соглашение, тишине и холодной войне в нашей роскошной коммуналке пришёл конец. Теперь мы практически каждый день соревновались в остроумии, а также отстаивали своё место под солнцем.

Ребята в наши разборки не лезли, предпочитая наблюдать издалека. Иногда мне казалось, что это действительно они нас старше, а не я их, всех вместе взятых.

Ларионелю не нравилось всё! Как я одеваюсь, как я хожу, с кем я разговариваю. Что я ем. Он за эту неделю мозг мне выклевал не хуже, чем дятел — любимое дерево.

Я только одного не могу понять, он бы и с Ондин так себя вëл? Или это особая акция, чисто для меня?

Нет, он не был злым, но и добрым его не назовёшь. А тактичным или заботливым и подавно. Но люди и нелюди разные. Если мне не нравится, то кому-нибудь когда-нибудь точно понравится и будут они жить душа в душу. А пока эта святая женщина не нашлась, эльф продолжал выклёвывать мозг мне.

— Я же прошу не многого. Ондин сегодня уезжает. Она должна увидеть, что моё сердце снова свободно. Тогда, возможно, она…

— Лари! — прикрикнула я на него. — Неужели ты всерьёз думаешь, что принцесса захочет связать жизнь с тобой? Тебе оно надо? Счастье такое? Она же тебя ни во что не ставит! Не уважает! И никогда не полюбит.

Плечи соседа безвольно опустились. И я тут же пожалела о своей горячности. Глубоко вздохнув, пересела на подлокотник его кресла.

— Лари… Ну, Лари… Ну, ладно тебе дуться, — я дружелюбно пихнула его в бок. Эльф пошатнулся на своём кресле, но не упал, зато убийственно посмотрел на меня.

— Тебе так важно, какое впечатление ты на неё произведёшь?

Он шмыгнул носом.

— Да. Я же не только из-за Ондин. Теперь все при дворе считают меня неудачником. Мой отец. Он увидит меня полным ничтожеством! И ни одна девушка не захочет иметь со мной ничего общего!

— Из-за того, что ты встречался с ведьмой?

— Нет! Подумаешь! Мало ли, кто с кем встречался! Я же не замуж тебя позвал!

Я хотела было оскорбиться, но не стала. Не больно-то и хотелось, замуж за самовлюблённого эльфа.

— А что тогда?

— Я упал в глазах всех девушек. Из-за того, что сказала Ондин я обрушился на самое дно! Но после того, как мы с тобой три раза гуляли в парке, четыре раза прогуливались по школе, семь раз сидели рядом в столовой, и …

— Так, я поняла, дальше! — перебила я его.

— В общем, я слышал, что некоторые из эльфиек при дворе спрашивали обо мне. Они брали мою анкету в королевской библиотеке.

— Что ещё за анкета? — заинтересовалась я.

— Это традиции эльфов, — пояснил для меня Воли. — У именитых семей есть Фамильные книги, где записаны все потомки и их лучшие качества, а также магический потенциал. На основе этой информации составляются анкеты и отправляются в королевскую библиотеку. Потом туда поступают запросы от самых знатных фамилий, и для их отпрысков подбирают наилучшую кандидатуру. Также можно запросить конкретную анкету, чтобы проверить на совместимость и обсудить кандидата с членами семьи.

— Я должен до конца реабилитироваться в их глазах! А ещё… Стать завидным холостяком. А им не станешь, если девушку не бросишь! Репутация не поднимется!

Я посмотрела на Дана. Дан покосился на Воли. Воли сначала хмуро глядел на Лари, а потом встретился со мной взглядом. Вампир пожал плечами:

— Не думаю, что это обязательно, — рядом протяжно всхлипнул эльф. — Таня-я, твоя репутация не менее важная, чем у Ларионеля. Ты — девушка молодая и ещё можешь найти достойного спутника. А Лари перетопчется.

Услышав это, остроухий отчаянно завыл, судорожно промакивая уголки глаз кружевным платочком. С минуту я хмуро наблюдала за его страданиями, потом мрачно выдала:

— Хорошо. Я согласна. Но! Ты мне должен…

— Всё что угодно! — возбуждённо вскочил сосед, нервно заламывая руки. — Изысканные шёлка, драгоценности, туфли от…

— Беляш с мясом, — припечатала я его. — Три штуки. После твоих представлений я точно окажусь неимоверно злая и жутко голодная. А если, как ты хотел, мне придётся в печальных слезах уйти и не появляться на ужине, то ты мне должен сюда доставить беляши с мясом, картофельное пюре с котлеткой и самое главное — салат со свёклой и чесноком!

Лари перекосило.

— Фу! Таня, как ты можешь думать о еде в такой момент?!

— Не подумаю я сама, останусь голодной. Ну что, по рукам?

Эльф немного помялся, явно не прельщаясь идеей нести мой ужин через всю Академию, но потом жажда покрасоваться перед принцессой пересилила и он кивнул.

— По рукам! — он схватил меня за руку и дёрнул в сторону выхода. — Ну что, пошли?

Ну, а что делать?

— Пошли. Только переоденусь.

Вампир с оборотнем тоже поднялись и направились следом. А я сменила пижаму на блузку с юбкой и поскакала к выходу.

В конце концов — мне несложно, а Лари это очень важно. Конечно, я не поддерживала такие методы повышения авторитета. Разве не фиолетово, что о тебе думают другие? Но Лари не такой. Для него общественное мнение важнее, чем что бы то ни было. И свои мозги и убеждения ему, к сожалению, не вставишь. В конечном итоге, каждый должен сам насовершать личную кучу ошибок и из них когда-нибудь появится его собственный опыт!

Поэтому я и шла вслед за эльфом. Я ему не мама, чтобы воспитывать, так что пусть учится на шишках и оплеухах, которые ему щедро раздаст жизнь.

— Вот она! — резко затормозил на повороте Ларионель и нервно выглянул из-за угла Академии на подъездную дорожку.

Мы с парнями последовали его примеру.

Принцесса эльфов, в окружении стайки девиц, как раз садилась в золочёную карету, метрах в ста пятидесяти от нас. Идеальное расположение. Не слишком близко, чтобы заподозрить неладное, и не слишком далеко, чтобы ничего не услышать.

— Готова? — спросил меня Лари.

Я пожала плечами. Всегда готова.

Эльф выпрямился во весь рост, вытянул спину до хруста, гордо запрокинул голову повыше и важно начал шествие от угла в сторону главного здания. Аккурат мимо повозки. Только распушëнных павлиньих перьев сзади не хватало.

— Ты правда готова? — поинтересовался Воли. — Если вдруг передумала…

Я не стала дослушивать, только ободряюще подмигнула и приложила к глазам заранее припасённую половинку лука. В глазах защипало, моментально появились слёзы и ровной дорожкой побежали по щекам. Я сунула лук в руки вампира и припустила за Лари, на ходу громко всхлипывая — овощ оказался очень ядрёным.

— Ларионель! Ох, Ларионель! Любимый!!!

Эльф, гадёныш, даже ухом не повёл.

Я подбежала к нему вплотную, схватила за рукав его дорогущего сюртука и плюхнулась на колени, прямо на вымощенную булыжником дорожку.

— Лари! Длинноухая моя любовь! Послушай! Не бросай меня!

— Отстань, ведьма! Мы прекрасно провели время вместе, но всё в прошлом! — сосед явно готовился и старался не преступить грань дозволенного, но всё же показать, кто тут кого бросает. — Когда-нибудь ты встретишь достойного мужчину, но это точно не я! А теперь, оставь меня…

— Лари!!! — не слушая его, завыла я во весь голос. Все сидящие в повозке аж вздрогнули от неожиданности. — На кого ж ты меня бросаешь?! Я же помру без тебя!

Почувствовав, что слёзы от лука заканчиваются, я быстро огляделась и резво вытащила из кармана эльфа его кружевной платок, а затем громко в него высморкалась.

— Давай останемся вместе, любимый! Продолжим и дальше… Ходить по магазинам и салонам красоты!

— Нет, ведьма! — эльф высокопарно вскинул голову и вырвал свой рукав из моих рук. — Между нами всё кончено! Прощай!

Затем развернулся и широким шагом направился к входу в Академию.

— Ларииии!!! — завопила я на тонкой ноте и плюхнулась лицом в землю, точнее, в камни, старательно имитируя рыдания. На самом деле меня душил смех, и если бы я осталась стоять на коленях, боюсь, не смогла бы сдержаться.

Вдобавок, моему состоянию способствовали ошарашенные выражения лиц принцессы и других девушек, которые я увидела боковым зрением. Так что мне ничего не оставалось, как остаться на дорожке и судорожно «рыдать».

Буквально через пару секунд мои плечи аккуратно накрыли тёплые руки оборотня — его руки я всегда узнаю — они намного горячее, чем у других. Собака же… Ой, то есть, волк.

Подняв меня с земли, он прижал мою тушку к своему плечу и тихо шепнул:

— Переигрываешь, Таня.

— Данчик! — то ли всхлипнула, то ли хрюкнула я. — Он меня бросил!!!

Оборотень ободряюще похлопал меня по спине и повёл в сторону общежитий, туда, где за углом Академии нас дожидался Волистер, который нагло ржал, хватаясь руками за стену.

Только мы скрылись с глаз, как оборотень отпустил меня, зато схватился за живот, зайдясь в приступе хохота.

— Таня, вы бесподобны! — сквозь слёзы бормотал княжич вампиров. — Ондин надолго запомнит это представление! Ты бы видела, как у неё вытянулось лицо!

Я радостно улыбнулась, а затем и вовсе рассмеялась вместе с парнями.

Так, посмеиваясь, мы втроём и дошли до нашей комнаты.

Вампир обессиленно плюхнулся в кресло.

— Таня-я! Честное слово! Если бы ты не была моим другом, я бы обязательно на тебе женился! Я в жизни столько не смеялся, сколько с тобой!

Я радостно улыбнулась ему.

— Нет уж, увольте, княжич. Я не хочу, чтобы твоя семья умерла от разрыва сердца, увидев такую невестку.

— Я надеюсь, она и так увидит, только не в качестве невестки, а в качестве моей названной сестры, — вдруг серьёзно проговорил Воли, выпрямившись в кресле. — Мы же одна команда — наша четвёрка! И вместе начнём проходить практику на зимних и летних каникулах. Поэтому осенью, когда наступят каникулы, я бы хотел всех вас пригласить к себе! Показать княжество и познакомить с семьёй. Мы же тоже одна семья.

Мы с Даном переглянулись и синхронно кивнули.

Да, эти парни стали мне семьёй. И добрый Воли, и молчаливый, нелюдимый Дан, и даже взбалмошный Лари.

А то, что я, вообще-то, собиралась уходить с факультета стражей и переводиться на факультет артефакторов, я предпочла не вспоминать. В конце концов, не так уж плохо я здесь прижилась и, если не считать физической подготовки, не такая уж неудачница. Так может, мне попробовать остаться?

Глава 23 Дракон

В общем, я серьёзно решила восполнить пробелы по тем предметам, где отстаю. В конце концов, это же просто учёба! Неужели не справлюсь?! Зелья у меня получались сразу и практически автоматически, так что за них я не переживала.

С лекарствами посложнее, но сейчас упор делался на теорию, практики совсем немного, а значит — смогу списать у Дрейка. Или, на худой конец, попрошу помочь Томми, но похоже, он так впечатлился нашими приключениями по поиску сокровищ, что не только зарёкся со мной куда-то ходить, но и разговаривал с опаской. Трус несчастный!

А жаль, классный парнишка был. Теперь только в столовой видимся время от времени. Но я сижу со своими парнями, а Томми постоянно в учебниках. Меня видит — сначала вздрагивает, потом несмело кивает, но ближе не подходит.

А вот четвёрка соседей меня не боится! Сегодня весь вечер праздновали наше с Лари расставание, так что ложилась спать я до ужаса сытая и жутко довольная. Я им даже пару Земных игр показала. Из подручных материалов нарисовала карты, чтобы научить играть в дурака. А так же объяснила, как играть в домино, и Даник как маг огня наколдовал нам костяшки. Точнее — под моим чутким контролем выжег из досок. Вечер прошёл весело!

По магическим практикам у меня автомат. И не потому, что ректор по особому ко мне относится (это совсем не так), а потому что он индивидуально так меня натаскивает, что мама не горюй. И ему мою силу исследовать надо, и мне хорошо — хочешь не хочешь, а многое выучила.

Так, что там дальше? Изучение магических рас. Опять же — спишу у Дрейка. Я в этом деле просто профессионал. В этом семестре у нас немного разных предметов, видимо, чтобы адепты постепенно вливались в программу.

Остаются проблемные места: физическая подготовка, боевые искусства, а также военная тактика и маскировка, где я в первое занятие усердно изображала то медведя, то коалу. С тех пор мои достижения на этом и закончились. Магистр Акителла только головой качал и говорил, что я топаю, словно тролль в брачный период. Уточнять, как именно топает тролль в брачный период, я не стала. Мало ли что узнаю, а у меня в новом теле психика не очень крепкая — её беречь надо.

В общем, чтобы остаться в следующем семестре я должна подтянуть свою физическую подготовку. Любыми возможными способами. У меня есть ещё один месяц и куча энтузиазма, как по мне — неплохо для начала. Надо сагитировать парней со мной позаниматься.

Я бы ещё долго рассуждала на тему фееричного исполнения плана по прохождению всех экзаменов, если бы не услышала шум за окном.

Так как я — девушка любопытная, то тут же метнулась на звук.

— Господи Боже!

И тут же мгновенно обратно на кровать. В окне, как в самом страшном фильме ужасов, висела в воздухе красная морда дракона. Наверное, туловище тоже где-то висело, но его было не рассмотреть за этой широкой пастью. Дракон уставился на меня немигающим взглядом. Его зелёные глаза с вытянутым зрачком подсвечивались в темноте. Я смотрела на дракона. И меня до сих пор немного потряхивало.

— Ты! Разве можно так пугать?! Чего надо?

Не знаю, услышал он меня через стекло или нет, но только, пока я лазила в шкаф, чтобы достать и надеть халат, дабы прикрыть срам, состоящий из кружевных коротких шортиков (подаренных, кстати, Лари, за все мои унижения), с драконом за окном произошли метаморфозы.

Так что, когда я посмотрела опять в окно, то увидела висящего на карнизе ректора собственной персоной. В аккуратном пиджачке, строгой рубашке и золотыми часами на левой руке. И вот это великолепие торчало на моём карнизе, судорожно вцепившись в перила, на высоте стандартного подъёмного крана.

Пришлось бегом распахивать окно и втаскивать мужчину в девичью спальню.

— Ну… Ну, ты вообще! — выдала я, когда наконец-то отдышалась.

Брейдон аккуратно поднялся с пола, отряхнул пиджачок и выпрямился во весь рост. В моей комнате он смотрелся каким-то инородным предметом. Но, не скрою, весьма притягательным предметом.

— Что произошло?

Магистр Никс сосредоточил на мне взгляд, и я могла лицезреть пульсацию вытянутого зрачка.

— Плохо, да? — сочувственно кивнула ему.

— Почему плохо? — голос низкий, хриплый и какой-то слишком волнующий.

— Ты опять задраконился? Стал такой…

— Какой? — он сделал шаг на сближение, я сделала шаг на удаление. — Дикий? Необузданный? Страшный?

— Темпераментный, — дипломатично предложила я.

Дракон усмехнулся. А в том, что передо мной дракон, я и не сомневалась.

— Брейдон?

— Мм?

— Ты чего пришёл-то?

Он хищно улыбнулся.

— Я узнал, что ты свободна! Мне доложили, что этот эльфинёнок тебя бросил!

— Лари? — переспросила я. — И поэтому ты перевоплотился? И пришёл? Оскорбился?

— Обрадовался! — он схватил меня за руку и потянул к распахнутому окну. А окна тут хорошие, прямо до пола, так что мы мгновенно оказались на открытом балкончике, увитом плющом и цветами.

— Пойдём!

— К-куда? — пролепетала я, от волнения начав заикаться. Пятой точкой чувствовала неприятности.

— Убивать предателя! — рыкнул Брейдон. Схватил меня за талию и спрыгнул с балкона вниз головой.

На этот раз я завизжала. Во всю силу своих лёгких! У самой уши заложило от этого визга.

Только разве это кого-нибудь интересовало? Мужчина ещё крепче сжал меня, а потом перевернулся прямо в полёте к земле и неминуемой смерти на спину и с силой подбросил меня в воздух.

Я захлебнулась криком, перекувырнувшись в воздухе, а когда голова оказалось сверху, резко приземлилась попой на гладкую бордовую шею дракона, аккурат между наростами гребня, в который я моментально вцепилась. Запоздало пришла мысль, что ошибись дракон на пару сантиметров, меня бы насадило на этот гребень, как молочного поросёнка на шампур.

От этой мысли поплохело.

Но ещё хуже стало, когда я поняла, куда мы летим.

Алый красавец сделал со мной круг почёта над Академией, явно красуясь и демонстрируя, как его чешуя переливается в свете Луны. А затем спикировал обратно к нашему общежитию, аккурат на четвёртый этаж. Только я обрадовалась, что меня вернут в спальню, как поняла, что мы со всей дури несёмся в соседнее окно.

Я схватилась за два выступающих рога, торчащих из башки дракона (длинные, витые и как раз оканчивались там, где я сидела), так что теперь стала похожа на всадницу верхом на скакуне.

— Неет! Брейдон! Нет! Мы разобьёмся! Стекло разобьёшь! Это не моя спальня!!!

Но дракон не слушал, одним мощным выдохом горячего воздуха распахнув створки окна в комнату эльфа и засунув туда голову и меня вместе с шеей.

От грохота, что мы учинили, Лари, естественно, проснулся, включил ночник, а увидев в метре от себя дымящиеся ноздри огнедышащего дракона, а также светящиеся в полумраке комнаты глаза, завизжал на ультразвуке.

В комнату тут же начали ломиться разбуженные соседи. Воли с Даном орали и колотили в дверь руками и ногами. Но один взгляд дракона, и дверь превратилась в литую бетонную стену, которая отсекала все звуки.

Дракон утробно зарычал, обнажив клыки.Этого мой сосед уже выдержать не смог — он закатил глаза и упал на пол без чувств. Длинная ночная сорочка с кружевами задралась, обнажая изящную щиколотку.

— Идиот! — заорала я, начав колотить по бестолковой драконьей голове. — Как ты мог! Пошёл вон! Он — мой сосед! Ты его до полусмерти напугал! Не вздумай его калечить! Улетай немедленно!

Дракон оторвался от созерцания жертвы и повернул морду в мою сторону. Шея изогнулась под немыслимым углом, и я встретилась с немигающим взглядом хищника. Пару секунд мы смотрели друг на друга.

Дракон — хмуро и немного растерянно, не понимая, почему я мешаю заслуженной мести, а я — злобно, желая порвать мужика, утверждающего, что он ректор Академии, на куски.

Похоже, мой посыл всё же восприняли правильно, так как морда летающего змея печально выдохнула на меня струйку пара, явно недовольная тем, что я прервала развлечение, а затем ящер вытащил нас из окна и отлетел на пару десятков метров. Я успела заметить, как дверь в спальню Лари приняла первоначальную форму и в неё ворвались мои соседи.

А мы, вместо того, чтобы благополучно разойтись по домам, развернулись и направились куда-то за пределы Академии.

***

Оо, эту поляну я знаю! Похоже, дракон всё же обладает ректорскими качествами — такой же постоянный и предсказуемый.

Крылатый ящер приземлился в этот раз легко и плавно — на все свои четыре лапы, и довольно потянулся. Шея, на которой я сидела, изогнулась, и мы с гребнем сделали эффектную волну. Забыл он про меня, что ли?

Аккуратно постучала по чешуйкам. Дракон в ответ рыкнул и пригнулся к земле, чтобы я могла слезть. Даже лапу подал, имитируя ступеньку.

Спускаясь вниз, я дала себе обещание громко не орать и не ругаться, но когда слезла на землю и увидела донельзя довольную морду дракона, который смотрел на меня так, как смотрят на вожделенный десерт после сытного обеда, не выдержала:

— Ты ненормальный! И они ненормальные! Вы все здесь ненормальные! На кой-чёрт ты меня сюда притащил?! На Луну пялиться? Что ты за зверь такой, а?

Это что? Смех? Дракон смеётся? От этого зрелища я сначала впала в ступор, а потом разоралась пуще прежнего:

— И нечего ржать! Ты чуть Лари не убил! А он, между прочим, — мой друг!

Вот тут дракон перестал ржать и недовольно выпустил горячую струйку пара. Но я уже не боялась его. Страх исчез ещё несколько дней назад. Нерационально, необъяснимо, но я точно знала, что этот могучий зверь не причинит мне вреда.

— Да! Друг! Друзей не выбирают! Мы с ним, вообще-то, сделку заключили! А ты сейчас всё испортил! Что я им говорить буду? Что взбесившийся ректор решил напасть на адепта, потому что его дракону не понравилось, что «нашу Таню» обижают? Да? — судя по морде напротив, он не видел ничего крамольного в ситуации. А я только ещё больше разозлилась. — А! Кому я рассказываю?!

И развернувшись, быстрым шагом направилась в лес, приминая мелкий кустарник и злобно раздвигая ветки перед собой.

Чтобы ещё раз я общалась с этим ненормальным! Да ни в жизнь!

Не успела я уйти далеко, как меня за талию перехватили горячие ладони, а уха коснулся тихий смех мужчины.

— Не уходи, беглянка. Давай вернёмся на поляну, и ты мне всё выскажешь? И почему я виноват, и отчего ты сердишься.

— Такое впечатление, что ты не в состоянии слушать, — проворчала я, иррационально расслабляясь в горячих объятиях. — У тебя на данный момент мозги — как кисель!

И снова тихий смех мужчины, а потом вспышка портала и мы опять на той поляне.

С минуту я стояла не шевелясь, греясь в ректорских объятиях. Не, ну а что? Я не железная. В моём мире говорят: чтобы жить, надо минимум по восемь раз в день обниматься. А мне и обнимать некого. Даник — бурчит, Воли — не поймёт, а эльфа я обниму только при условии ядерной войны. Так что мне, как любой женщине, хотелось просто немного понежиться в чьих-нибудь сильных руках. Завтра ректор всё вспомнит и опять начнёт от меня шарахаться, как от прокажённой, раз его зверь на меня так реагирует. Но сейчас со мной другая сторона его натуры. И я бы не сказала, что чёрная. Она такая… Как я. Резкая, импульсивная, немного сумасшедшая, но какая-то родная.

Наконец, я подумала, что хватит наглеть, и выпуталась из захвата, а потом сделала вид, что оскорблена до самого дна своей души.

— И нечего меня лапать! — отошла подальше и села прямо на траву.

Брейдон вздохнул и палочкой, опять появившейся из воздуха, как у феи-крёстной, наколдовал подо мной тёплый плед.

— Я не лапал, — он прищурился. — Я рядом стоял.

— А вот не надо стоять!

— Хорошо, — пожал плечами мужчина и сёл на плед, рядом со мной. — Так нормально?

Я только глаза закатила.

— Ты всегда такой.

— Какой? «Темпераментный»? — он усмехнулся, припомнив мне недавнее обращение, и ответил: — Нет, не всегда, но это ты и так знаешь.

— А почему… — я немного замялась, не зная, как сформулировать вопрос, — вы не ладите с ректором? Точнее, ты не ладишь? То есть, почему он не хочет становиться таким?

— Хочешь сказать, почему Я не хочу становиться таким? Всё просто, потому что «Ректор», как ты сказала, стесняется свой драконьей сущности. Не принимает её, от этого все проблемы. Мы не можем существовать отдельно, но сейчас практически стали двумя личностями. Если он не прекратит, то кому-то из нас придётся погибнуть.

— Как это? — я даже привстала, уже собираясь вскочить с пледа, но дракон меня удержал.

— А вот так. Он не принимает, что я — это часть него. А я — не могу жить взаперти. Да, он иногда соглашается на облик дракона, но только, чтобы перелететь с места на место. Он не пускает меня в мысли, не пускает в сердце. Видишь, я уже даже говорю «он», «я», хотя мы — одно целое.

Я задумчиво кивнула, потом несмело предположила:

— Но ведь ты… Ты действительно безобразник! — на это заявление Брейдон выразительно поднял брови. Это его такое привычное действие меня рассмешило. Я даже сердиться перестала. И, совсем осмелев или обнаглев, что более вероятно, положила голову ему на плечо. — Не ты ли совсем недавно чуть не сожрал моего соседа?

— Зачем его жрать?! — возмутился дракон. — Вот ещё, такую костлявую да ещё и с кружавчиками гадость в рот брать, — я тихо рассмеялась. — Я просто хотел его припугнуть. Он же тебя бросил. Или нет?

— Нет, — я улыбнулась, припоминая подробности нашего фееричного расставания с Лари. — Он попросил меня сыграть роль его фиктивной девушкой, а сегодня мы закончили наше взаимовыгодное сотрудничество, очень эффектно, кстати. Вот и всё.

— А-а-а, это когда его принцесса эльфов на всю столовую опозорила, тогда ты стала его девушкой? — надо же, помнит. — Но почему ты согласилась? Это же унизительно! Тебя низко использовали, чтобы насолить высокомерной девчонке! Я бы не пустил её в Академию, уж слишком она… надоедливая. Но так как она учится на дому, то должна время от времени сдавать экзамены. У неё есть собственный график закрытия сессий, а мы — самая престижная Академия в стране, так что я обязан иногда принимать её.

— Почему согласилась? — я сорвала ромашку, растущую неподалёку, и начала по одному отрывать с неё лепесточки. Как в детстве — любит, не любит.

— Потому что Лари — мой друг. Вот и всё. Разве мне сложно? А унизительно… Это понятие относительное. Унизить человека можно, только если он сам это позволит. Погоди! Что значит надоедливая?! Кому она надоедает?

Мужчина раздражённо тряхнул головой и сорвал мне ещё одну ромашку.

— Мне.

— Тебе? — я аж голову подняла от удивления. В груди заворочалось что-то давно забытое. Что это? Ревность?

— Да.

— Надо было ей всё же вырвать пару клоков волос, — проворчала я недовольно, возвращая голову обратно. Сейчас ректор не смотрелся диким. Он тихо сидел рядом, стараясь даже не шевелиться. Да, я чувствовала, как он незаметно меня обнюхивает, точнее, вдыхает мой запах. Странное ощущение. Но, учитывая, что он больше ничего не делал и руки держал при себе, это не так уж плохо. Ну и пусть нюхает, раз ему нравится, вон как его успокаивает. Только я об этом подумала, как Брейдон подтвердил:

— Ты так вкусно пахнешь, Таня. Я бы сидел и сидел рядом с тобой.

— А ректор меня избегает, — вдруг решила пожаловаться я ящеру. Да, это ректор и есть, но всё же не совсем. И, не смотря на то, что завтра он всё вспомнит, я всё равно хотела излить душу. Почему-то была уверена — дракон меня поймёт. — Он не хочет со мной общаться, даже наши индивидуальные занятия отменил.

Дракон подо мной рыкнул и собственническим жестом придвинул меня поближе, так что я оказалась к нему вплотную. И в этот раз руку с мой спины не убрал, а так и продолжил сидеть, приобнимая меня.

— Я знаю. Идиот! Мы же умираем каждый день без тебя! А он решил в благородство поиграть.

— Умираете? — я заинтересовалась и попыталась отодвинуться, чтобы заглянуть мужчине в глаза, но мне не дали, прижав ещё крепче. — Почему? А почему благородство?

— Много будешь знать — скоро состаришься, — хмыкнул он мне куда-то в макушку.

А я на этих словах застыла, не в силах поверить своим ушам.

— Что? Что ты сейчас сказал? — переспросила я резко охрипшим голосом.

— Ты думала, я не знал, что ты — иномирянка? — ответил он вопросом на вопрос.

А у меня в груди всё оборвалось.

Он знает, что я — иномирянка? Но как? Когда? Где я прокололась?

Я постаралась не смотреть на ректора.

— С чего ты взял, что я — иномирянка? Кто тебе сказал такую чушь? Разве не ты говорил, что я — ведьма до мозга костей?

Так как дракон молчал, то я развернулась к нему всем корпусом. Брейдон смотрел на меня снисходительно, словно на дитя малое.

— Таня, ты помнишь, когда ты попала сюда, то принесла с собой свиток-приглашение? Лорд Костей просил меня проследить за тобой и оценить, не представляешь ли опасности для нашего мира, а также, какую пользу можно из тебя извлечь.

— Что?! — я вскочила с пледа, глядя с яростью и неверием на дракона. — Ты… Ты знал, что я — иномирянка? Следил за мной? Докладывал обо мне своему начальству? Ты… Ты… Ты — предатель, вот ты кто!

Против воли я залилась слезами. Это нечестно! Неправильно! Почему меня, словно игрушку, делят сильные мира сего?! А Брейдон! Я верила ему! Верила! Он притворялся другом, а сам знал обо всëм. Он практически один знал, какой у меня дар!

— Таня! — дракон вскочил сразу за мной и встревоженно вгляделся в моё лицо. — Таня, ты что? Всё не так совсем! Послушай…

— Ты знал, что я иномирянка? — я посмотрела мужчине прямо в глаза.

— Да, но…

— Ты докладывал обо мне лорду Кощею?

— Костею. Не всё, но я обязан отчитываться.

— Значит, ты знал, что у иномирян в вашем мире всего два пути: на плаху или на службу в королевский дворец, что почти то же самое, что рабство. И ты знал, что я — одна из них. И не смотря на это ты притворялся моим другом и готовил меня. К чему? К великим свершениям? А! Ну да! Если есть великая сила, то нужны великие свершения! А если я не хочу? Я не просила об этом, не просила этого тела, этих сил! Что? Что тогда? — я не заметила, как начала кричать. Вся злость, вся обида сейчас выплёскивалась из меня на мужчину, а он стоял напротив не шевелясь и не моргая. Слёзы лились из глаз сплошным потоком. Но мне не было до них никакого дела. Такой раздавленной я себя никогда не чувствовала.

— Таня, послушай, — Брейдон выглядел как побитая собака. Вытянутый зрачок нервно пульсировал, на скулах выступили чешуйки, а когти удлинились. Он попытался взять меня за руку, но я не дала.

— Тебе ничего не угрожает! Я защищу тебя от всех! Никто никогда не сможет причинить тебе вред! Будь рядом, не бойся ничего!

— А что взамен? — я подняла на него заплаканные глаза. — Хочешь, чтобы я осталась с тобой, жила бок о бок с предателем, возможно родила тебе пятерых драконят? Этого хочешь, да?

Мужчина растерялся. А я зябко передёрнула плечами. Вечер перестал навевать романтику.

— Верни меня домой. Сейчас же. Я не хочу здесь больше оставаться.

— Таня…

— И не называй меня так. Моё имя — Татьяна. Татьяна Грейс. Не забывайте, ректор Никс.

При последних словах магистр вздрогнул, а лицо дёрнулось, будто от удара. Но он послушно открыл портал в мою спальню и позволил уйти.

Когда портал уже почти захлопнулся, я услышала протяжный вой раненого зверя.

Глава 24 Паническая атака

Как только я вышла из портала, то сразу попала под прицел трёх пар глаз.

— Явилась! — недовольно тыкнул в меня пальцем эльф. — Я же говорил, это она! Мстит мне за крушение надежд! — он достал платочек и оттëр несуществующую слезу.

— Таня-я, что случилось? — Воли первым заметил моё состояние. — Ты плакала?

Все остальные соседи моментально растеряли недовольное выражение лиц и окружили со всех сторон.

Я огляделась, кинула взгляд на то место, где закрылся портал, и громко разрыдалась, упав на колени прямо на ковёр.

Ребята вокруг засуетились: под одной рукой я быстро обнаружила кружевной платок, а под вторую руку через пару секунд поднырнула чешуйчатая голова свирда.

— Он тебя обидел? Обидел, да? — тряс меня за плечо Лари. — Вот говорил я, что обидит её! Ящер летучий! А ведь я тоже пострадал! Таня, представляешь, просыпаюсь и…

— Лари… Заткнись, — устало оборвал его Мракадан. Потом подумал и добавил: — Пожалуйста.

Эльф недовольно насупился, а я смачно высморкалась в его платочек.

— Пойду ещё за платком сбегаю, — и умчал к себе.

Вампир присел на ковёр рядом со мной и участливо спросил:

— Таня-я, мы можем тебе помочь? Ректор, он что… Домогался тебя?

Я отрицательно помотала головой.

— Тогда… Причинил тебе боль?

Я снова помотала головой.

— Заставил что-то сделать?

— Нееет! — я покрепче обняла Черныша за шею. — Он мне совраааал!!!

— Соврал? — озадаченно переспросил Дан.

Свирд под моей подмышкой захрипел, так что мне пришлось ослабить хватку.

— Угу! Он соврал и предал меня!

— Соврал и предал, — медленно повторил Даник. — Таня, разве вы в таких отношениях, когда ложь и даже предательство вызывают бурю эмоций?

— Да, мне тоже интересно! — в комнату вплыл эльф с корзинкой конфет наперевес. Вот же шельма внимательная, знает, что мне нужно!

Я робко взяла горсть сладостей.

— Нет у нас никаких отношений!

Ребята как-то многозначительно переглянулись. Увидев это, я рассердилась пуще прежнего.

— Нет, говорю я вам! Нет и не было!

— Ты нам расскажешь? — голос Воли струился патокой.

Но я только покачала головой. Рассказать что я — иномирянка? И потерять друзей? Только через мой труп!

В это время свирд окончательно выпутался из моих объятий и отошёл на приличное расстояние. Он начал раскачиваться из стороны в сторону и смотреть на меня немигающим взглядом.

Сначала я ничего не почувствовала, но взгляд питомца настолько завораживал своей пронзительностью, что я невольно залипла, наблюдая, как в чёрных зрачках вспыхивают и гаснут миллионы огоньков.

Внезапно появилась лёгкость и настроение улучшилось, тревоги испарились, обида ушла, а страх за собственное будущее уступил место расслабленности. Я почувствовала непреодолимое желание лечь прямо здесь на ковре и поспать.

Видимо, мои соседи склонялись к тому же мнению, потому что мы начали сворачиваться калачиками, устраиваясь на мягком ворсе ковра, и никак не могли оторвать взгляды от чёрных глаз.

Мои веки почти полностью сомкнулись, когда слуха достиг до ужаса противный звук сирены. Наваждение лопнуло, словно мыльный пузырь, оставив после себя лёгкое разочарование. Но тревоги и обида тоже, на удивление, куда-то ушли.

В гостиной послышался грохот. А в следующую секунду дверь моей спальни снесли с петель, и нашему взору предстал разъярённый куратор, обвешанный с ног до головы артефактами.

— Вот они! — заорал он не своим голосом, впрочем, ни к кому не обращаясь.

Мой фамильяр быстро смекнул, что запахло жареным, и сиганул в открытое окно. Я уже хотела за него испугаться, но, во-первых, вспомнила, что свирду ничего не грозит — не разобьётся. Он удивительным способом мог спускаться и подниматься на любую высоту, а также с невероятной быстротой преодолевать большие расстояния. А во-вторых, я до сих пор чувствовала иррациональную расслабленность, и переживать о чем-либо мне было просто лень.

— Держи его!!! — заорал не своим голосом магистр Тэй и рванул к окну.

— Боже! Почему вы так кричите?! — Лари картинно закатил глаза и собрался плюхнуться в обморок, но остановился, заметив взбешённый взгляд дроу.

— Вы! — дроу достал палочку и угрожающе направился к нам. — Я так и знал, что дело в вас!

— Ребята! — я лениво потрясла почти спящего Даника за плечо. — Валим! Похоже, нас сейчас побьют.

И первая на четвереньках поползла к выходу. Насколько я успела увидеть, Волистер пересилил сонливость и намеревался ко мне присоединиться. Но магистр нам не позволил.

— Ещё чего! — возмутился он, и в следующую секунду наша дружная четвёрка поднялась в воздух.

— Ай, — мрачно и совершенно пофигично прокомментировал оборотень смену положения.

— Сейчас будет вам «ай», — пообещал магистр.

А в следующую секунду мы уже летели вниз из окна.

Я даже практически проснулась, но не успела нормально испугаться, как наше падение замедлилось где-то в паре метров от земли. Точнее, от фонтана, стоявшего на главной аллее перед входом в общежитие. Не успела я порадоваться своей удаче, как действие магии, нас державшей, прекратилось, и мы с громким плюханьем погрузились с головой в ледяную ночную воду.

Оцепенение как рукой сняло, и первым делом, вынырнув из бодрящей водицы, я совершенно по-девичьи завизжала. Постфактум, так сказать.

Рядом со мной не менее пронзительно завизжал Лари.

— Чë вы орёте?! — раздался громкий и крайне недовольный голос оборотня. — Заткнулись оба, быстро!

Мы с Лари послушно заткнулись. Злить оборотня себе дороже. Вон, уже шерсть на скулах проступила.

— Искупались? — почти ласково осведомился у нас Рэй Тэй, стоя напротив импровизированного бассейна.

— Вы! — я нашла жертву своей мести и разъярённой фурией двинулась в сторону преподавателя. — Вы что, совсем?!

— Я? Что ваш свирд устроил, Грейс? Какого чёрта у всей Академии паническая атака?!

Я резко затормозила.

Паническая атака? Похоже на Черныша, но по какой причине? Он же всё время с нами был!

Это я и сообщила магистру. Тот немедленно взорвался, словно ждал на ком сорваться.

— Естественно, он был с вами! Именно поэтому вы, все четверо, до отвала накачались чужими позитивными эмоциями! Я сразу говорил ректору, что надо давить эту тварь!

— Не надо его давить! — возмутилась я. Теперь, когда орала уже не я, пришло время хоть немного повыжимать свою одежду, потому что холодный ночной ветер отнюдь не способствовал затяжной беседе. — Это мой фамильяр! Мне с ним и разбираться!

— Тебе?! То есть, все последствия сегодняшней ночи ты тоже берёшь на себя? — куратор прищурился.

— Э-э-э, ну… А это обязательно?

— Обязательно, — хмыкнул дроу. — Тебе и трём твоим дружкам, раз вы все вместе нежились в чужих позитивных эмоциях, теперь придётся всю ночь помогать мне и лекарям приводить адептов в чувство. И не дай Бог, твоя тварюшка попадётся мне на пути — я, ради такого случая, проигнорирую прямой приказ ректора и прихлопну её своими руками. Кстати, а где ректор, вы не в курсе? — куратор резко перевёл тему и постарался создать поисковое заклинание. Видимо, уже не в первый раз, потому что, не получив результата, чертыхнулся и подозрительно уставился на меня.

— Понятия не имею, — буркнула в ответ. — Никогда его не видела.

Дроу что-то хотел сказать, но его перебил возмущённый голос Лари. Ну, слава Богу, а то я даже волноваться начала, что эльф так долго молчит — кабы не случилось чего.

— А почему это мы должны вместе с ней отрабатывать?! Свирд чей? Её? Её! Так вот пускай она и отдувается!

— Спасибо, Лари, — поблагодарила я.

— Не, ну а что?! — насупился тот.

Я обернулась на остальных. Воли с Даном хмуро стояли молча. Оба выглядели мокрыми и недовольными, хотя я заметила, что Дан, незаметно для куратора, начал себя обсушивать. Маг огня же.

Заимствовать его силу я сейчас не рискнула, здраво рассудив, что в подобном состоянии не высушу свою одежду, а просто-напросто спалю её. А стоять перед четырьмя мужчинами в чём мать родила — как-то не предел моих мечтаний.

— Все вчетвером, — сурово поставил точку в дискуссии куратор. — Начнёшь возражать, Ларионель, и я отправлю тебя завтра чистить конюшню пегасов. Руками.

Эльф побледнел и быстро захлопнул рот. Вот это да! Даже у меня никогда не получалось так быстро поставить Лари на место.

— За мной! — скомандовал дроу.

А следующие четыре часа превратились для нас в один долгий миг. Черныш, слава Богу, оказался вполне благоразумным и где-то затаился, во всяком случае никто его не заметил. Но я всё равно сердилась. Наверняка, лежит себе кверху пузом на моей кровати и десятый сон видит. А я тут разгребаю последствия его выходки.

С другой стороны — свирд хотел как лучше. Избавил меня от негативных эмоций и подарил, с помощью своей способности, покой и умиротворение. Ну, а то, что он всю Академию вверг в паническую атаку, перенаправляя и усиливая моё отчаяние, так это просто побочный эффект. Так что всерьёз злиться на питомца я не могла. Он старался, просто методы… Немного странные.

Лекари использовали нас на всю катушку, заставляя готовить отвары для адептов, попавших под влияния моего создания хаоса. Зелья погружали пострадавших в лечебный сон до самого утра.

Я с Лари измельчала и смешивала ингредиенты, а Дан и Воли бегали от общежития к общежитию с котелком готового лекарства и вместе с куратором отпаивали студентов, которые практически мгновенно успокаивались и засыпали.

Под самое утро, когда у меня уже начали слипаться глаза и руки опускались от усталости, прямо посреди лекарского кабинета из воздуха соткалась ректорская секретарша Динь-Дилень.

— Вот она! — мелкая зараза пулей пронеслась ко мне и схватила за волосы, резко дёрнув пряди, до которых смогла дотянуться.

— Ай! — заорала я на всю лабораторию. Сон мгновенно пропал. — А полегче нельзя?!

— Полегче! Это всё из-за тебя!

— Да что на этот раз?! — рассердилась я. — Река около Академии вышла из берегов? В лес охвачен пожаром? Что?

— Ректор Никс!

— Что ректор Никс? — я уже чувствовала, что сказанное мне не понравится, поэтому у меня заранее испортилось настроение.

— Он сошёл с ума!

Лекари в углу испуганно ахнули.

Я только фыркнула.

— Сочувствую.

И принялась дальше измельчать листья крапивы.

— Ты не слушаешь, ведьма! Он разнёс четыре холма на востоке страны. И сжёг четверть леса там же. Так что да, лес охвачен пожаром! Жители окрестных деревень боятся выйти из дома.

— Кто-нибудь пострадал? — я подняла голову и внимательно посмотрела на фею.

— Нет, но…

— Тогда ничего страшного не произошло. С помощью магии эти холмы можно восстановить максимум за неделю. Вот пусть и займётся. Он же супер-пупер маг. Сейчас перебесится, а потом разомнёт свои старые кости!

— Но ведь это после разговора с тобой!

— Я тут ни при чём, — отрезала жёстко. — Если вашему ректору приспичило уничтожить горный ландшафт и ему нравится делать подобное после разговоров — это его проблемы. Он — большой мальчик, и в состоянии сам принимать решения. А на меня не надо сваливать. Я — ведьма, а не богиня, чтобы мозгами управлять. Лари, — повернулась к эльфу, который вздрогнул, услышав своё имя. Прислушиваясь к нашему разговору, он предпочёл не отсвечивать, дабы не попасть под горячую руку, — ты закончил? Пошли, я спать хочу.

И мы гордо удалились в общежитие, пока Динь-Дилень пыталась достойно ответить.

Уже сидя в гостиной на кресле, в окружении соседей и потягивая успокаивающую настойку, приготовленную вампиром, я смогла хоть немного расслабиться.

Тут Лари отставил свою чашку и выдал:

— А давай ему отомстим?

— Кому? — вяло поинтересовался Даник, начёсывая пузо Чернышу, который всё это время отсиживался в комнате, а сейчас развалился на его коленях и блаженно вывалил раздвоенный язык.

— Ректору! — глаза Лари возбуждённо сверкнули. — Он заслужил!

— Лари, — ласково позвала я, — ты обнюхался ядами в лаборатории? На кой он тебе сдался?

— Нет, послушай! — эльф пододвинулся ко мне поближе. — Он же обманул тебя, правда? Правда! Значит, должен понести наказание! А меня вообще почти до полусмерти испугал. Чуть не сожрал на месте, — сосед картинно всхлипнул, явно испытывая к себе самое искреннее сочувствие.

Я мрачно поджала губы и думала, как бы так помягче послать парня, чтобы и ушёл, куда надо, но при этом не сильно обиделся. Но потом вспомнила события минувшего вечера, а также своё отчаяние от обманутых надежд, и решилась.

— А давай!

Ребята дружно на меня посмотрели. И все с удивлением.

— Не знал, что ты злопамятная, — протянул Воли.

— Я и сама не знала, — я легко пожала плечами. — Никогда этим не занималась. Мне легче дать обидчику в морду. Но сейчас ситуация не вполне стандартная, и у меня руки чешутся что-нибудь сотворить. Вдобавок так я смогу отвлечься от тяжёлых дум. За дуру он меня держал! Сейчас посмотрим — кто кого.

Я воинственно выпятила вперёд грудь, но тут же смутилась, заметив смещение фокуса взглядов и постаралась вернуть разговор в прежнее русло.

— Значит, придумаем план? — поинтересовался Даник, потягиваясь.

Мы посмотрели на него с неверием.

— Ты с нами?

Он легко взлохматил волосы и по-мальчишески задорно улыбнулся.

— Как Таня уже сказала — скучно. Я давно не получал отработок — прекрасная возможность.

Теперь мы с эльфом и оборотнем дружно посмотрели на Воли.

Он? Да неее. Такой правильный!

Но вампир меня удивил.

— Когда приступаем? Не думаю, что это — гениальная идея, но кто-то же должен смотреть, чтобы вы не попали в передрягу.

— Мы и так в неё собираемся, — мрачно выдала я.

— Нам нужен план! — Лари рьяно схватился за ручку. Вот кто у нас самый обиженный!

— Лари, ты меня пугаешь, — я залезла с босыми ногами на кресло. — Мы же не убивать его собираемся и не позорить, а просто проучить. Не слышал поговорку: «Никогда не делайте зло умышленно и расчётливо — гадости должны идти от души!»

— Чего? — эльф вытаращился на меня, уронив ручку.

— А! Кому я объясняю?!

— Только давайте послезавтра месть устраивать, — внёс предложение Воли. Потом посмотрел на часы: — Точнее, уже — завтра. Сегодня вся Академия проспит до обеда. Ещё не факт, что занятия не отменят. Вдобавок, секретарь ректора фея, как её там?

— Динь-Дилень, — подсказала я. Имя маленькой зазнайки я выучила хорошо.

— В общем, она же сказала, что ректора сейчас в Академии нет. И не факт, что он сегодня появится. А вот завтра появиться обязан.

— Почему? — заинтересовалась я.

— Будет проверка от Министерства магии. Он как ректор обязан присутствовать. Министерские всегда во время первого семестра приезжают.

— Проверка, — я хитро улыбнулась.

Воли подозрительно на меня посмотрел.

— Таня, мы не должны подставлять ректора и ронять авторитет Академии перед Министерством.

— А кто сказал, что я хочу ронять авторитет Академии? — я невинно похлопала глазами. — Я даже авторитет самого ректора как педагога ронять не намерена. Но это не значит, что мы не можем немного подшутить.

— Примерно, как он надо мной, — злобненько захихикав, Лари потёр ладошки.

— А вы кровожадные, — усмехнулся Даник. — Ну, что, попробуем довести магистра Никса до нервного тика?

Я только улыбнулась и кивнула. Да, может и мелочно, но душа требовала возмездия. А ребята… Ребята просто хотели меня поддержать. Мы друзья, так что и огребём потом все вместе. А в том, что огребём, я ни на секунду не сомневалась.

В общем, после жарких дискуссий остановились на паре вариантов, продумали их и с чувством выполненного долга разошлись спать. Воли прав, из-за действия отвара и наших ночных выходок вся Академия проспит не меньше чем до обеда.

А уже после обеда около входа в Академию развернули бурную деятельность.

Прежде всего я, с выражением вселенской скорби на лице, подошла к магистру Ордрику, а если по-простому — к нашему коменданту — и сообщила, что меня опять наказали и заставили мыть фасад Академии. Руками. А не магией.

Дух-вояка так обрадовался этому заявлению, что даже не удосужился узнать, кто и за что меня так наказал. Но учитывая факт, что меня отправляли на отработки в первые два месяца с завидной регулярностью, он уже ничему не удивлялся. И ректор, и декан, те, что могли меня сюда послать, оказались большими мастерами выдумывать сложные и странные наказания. Так что буквально через минуту мне выдали пару вёдер, тряпки, а также уверили, что лично поприсутствуют и посмотрят на то, как я начну позориться перед всей Академией.

Я, делая вид, что ужасно смущена, поведала, что мои соседи хотели бы помочь в столь неприятном деле.

Так как бравый генерал ещё тот любитель наблюдать за чужими стараниями, то он без разговоров выдал три дополнительных вёдра и три тряпки.

Следующие три часа мы дружно натирали фасад здания. Если бы мы подошли с данным вопросом не к вредному коменданту, а, скажем, к магистру Тэю, он бы сперва проверил воду на наличие скрытых заклинаний, потом живенько потряс бы нас, как котят, и много интересного бы узнал. Но мы не дураки, поэтому за нами следил магистр Ордрик. Он же являлся нашим алиби. Когда мы перестали оттирать несуществующие пятна там, где могли дотянуться, комендант даже сотворил нам призрачную лестницу, чтобы помочь залезть повыше. Какая забота!

Смена высоты позволила добраться до цветов, и Лари, наш маг земли и растениевод, нашептал им немножко интересненького.

Затем, когда мы доедали в столовой поздний ужин, где собралась почти вся Академия, кстати сказать, все прекрасно выспались, но посматривали на нас, как на распространителей чумы, — как иначе объяснить то пространство, которое образовалось вокруг нашего столика, — я спросила ребят:

— Вот ректор — дракон. Я, когда изучала драконов, запомнила, что они в какой-то мере — «коробочка».

— Не понял, — Воли нахмурился.

Я попыталась объяснить:

— В учебнике написано, что любой дракон очень ревностно охраняет свои сокровища. И собирает их с маниакальной фанатичностью. Это правда?

Ребята кивнули.

— А что тогда сокровище для ректора?

В ответ увидела нахмуренные лица.

— Не знаете? — я даже расстроилась.

— Понятия не имею, — честно признался вампир. — Никогда не видел, чтобы он от чего-то с ума сходил. Ну… Разве что — от тебя.

Я против воли покраснела.

— Не говори ерунду! Думайте! Обязательно что-то должно быть.

— Он всегда идеально одет, — задумчиво протянул эльф.

— Тооочно! — я злорадно ухмыльнулась. — Я сразу заметила, что он одевается всегда с иголочки! Ну всё! Держись, ректорская спальня! Пойдём на штурм.

— А как охранное заклинание обойдешь? — поинтересовался Воли.

Я нахмурилась.

— Охранное?

— А ты думала, что у него дверь нараспашку открыта и он только и ждёт, когда к нему студенты в спальню полезут? — вампира позабавила моя наивность.

Эти слова заставили меня задуматься. Я обвела взглядом столовую и наткнулась на своего однокурсника. — Дрейк! Ребята, сидите здесь, я мигом!

Ринулась к парню, и все сидящие за его столиком разом убрались подальше от ведьмы с сумасшедшим взглядом.

— Дрейк! Мне нужна помощь! — без предисловий начала я.

Тот только вопросительно поднял бровь.

— Помнишь, когда-то ты говорил, что твой отец имел дело с местной бандой?

Огневик нахмурился, вспоминая, когда это он мог мне такое сказать. И правда, это случилось в самом начале года и упоминалось как-то вскользь, когда я спросила, почему он так хорошо физически подготовлен. А он тогда и ляпнул, что его отец в прошлом возглавлял движение оппозиционеров. И что тогда существовали достаточно кровавые методы и почти криминальные законы. И несмотря на то, что отец отошёл от дел, это не позволяет сыну местной мафии выглядеть дрищом и слабаком. Даже если родился болезненным ребёнком. Может, поэтому он меня и пожалел на первом занятии физической подготовки — мои мучения напомнили ему картины детства и тяжёлых тренировок.

— Допустим, — осторожно уточнил он, прекрасно понимая, что от меня нельзя ждать ничего хорошего, если я спрашиваю подобное.

Я расплылась в хищном оскале.

— Скажи, у тебя наверняка есть какой-нибудь артефакт, вещица, помогающая ходить сквозь магическую защиту? Отмычка, в своём роде.

Дрейк осуждающе покачал головой.

— Как тебе только в голову такое пришло? Хотя, о чём это я? В твою голову могло прийти всё, что угодно! Чью защиту ты собралась обходить?

Я невинно захлопала ресницами.

— Всё для благого дела, честное слово! Никто не пострадает. Просто нужно арендовать у одного человека его вещи. Я попользуюсь и верну на место. Никакого криминала.

— То есть, ты не собираешься ничего воровать?

— Вот тебе крест! — я быстро перекрестилась.

— И что это значит?

— Это значит, что мне очень нужно!

Парень немного помолчал, оценивающе глядя то на меня, то на мою компанию за столом, сверлящую нас глазами.

— Вампир идёт с вами? — вдруг спросил он.

— Что? — я непонимающе уставилась на Воли. — А, ну да.

— Тогда ладно, — Дрейк кивнул. — Волистеру я доверяю. Хоть мы практически не общаемся, но он брат моего лучшего друга. Так что заочно я с ним хорошо знаком. Но, имей в виду, этот артефакт работает только на лёгкой защите, настроенной на ауре владельца. К банковскому сейфу, а так же к особо охраняемой территории Академии он не подойдёт.

— Нам и не надо! — заверила я его, уверенная что свою собственную спальню ректор защитил не особо хорошо. Все важные бумаги и артефакты он, наверняка, хранил в кабинете, под мощной защитой. А его собственная комната… Ну кому придёт в голову в неё вламываться? Только мне!

Договорившись с Дрейком о том, где передаст артефакт-отмычку, я вернулась к ребятам. Ночь сегодня обещает быть жаркой.

Как только вся Академия уснула, мы полезли на дело. По моему настоянию, все соседи натянули чёрные спортивные костюмы с капюшонами и бесшумную обувь. После вопроса Дана: «Зачем, если можно использовать полог невидимости?», я ответила: «Надо». На том вопрос и решился.

Мы пробрались на верхний этаж общежития преподавателей и в нерешительности остановились посреди коридора.

— На верхнем этаже живут ректор и деканы факультетов, — прояснил для меня оборотень. — Таня, куда дальше?

— А я откуда знаю? — я удивлённо уставилась на парня.

— В смысле? — три пары мальчишеских глаз начали сверлить во мне дыру. — Таня, где комната ректора?

— Понятия не имею! — я начала сердиться и шипела рассерженной кошкой. Благо, мы говорили шёпотом, а то бы перебудили весь этаж.

Даник потемнел лицом.

— Таня! Ты нормальная? Здесь куча дверей, как ты хотела сюда пройти, если понятия не имеешь, куда нам?

— Я думала вы знаете!

— Да! Представь себе, каждую ночь ходим в гости к ректору на чай с плюшками.

Я начала закатывать рукава для драки.

— То есть, по-твоему, я хожу по ночам к ректору на чай с плюшками и именно в спальню?

— Не знаю, — оборотень явно нарывался на фингал под глазом. — Не мы же по ночам на драконе летаем.

— Ах ты, пёс дворовый! — задохнулась я от злости. — Да я тебя!

Разгорающийся скандал прервал эльф.

— Ребята, я нашёл, — он указал пальцем на дверь, на которой висела золотая табличка «Ректор Брейдон Никс».

Я пару раз моргнула. А, ну да. Можно и так.

В общем, мы подошли к двери и активировали артефакт Дрейка.

Большой рубиновый кулон засветился потусторонним светом и поплыл по воздуху к двери. Не доходя до неё пару сантиметров, он врезался в невидимую стену и начал во все стороны пускать еле заметные трещины по кругу от себя. Когда диаметр круга оказался достаточным для прохода, Воли, как самый умный из нас, легко нажал на артефакт, и эта часть защитной стены просто растворилась в воздухе.

Мы неслышно открыли дверь и скользнули по очереди внутрь.

— Что ищем? — деловито спросил Лари, с жадностью оглядывая ректорский гардероб.

— Губу-то закатай! — посоветовала я. — Берём только самые строгие, дорогие вещи и быстро уходим.

Сама подошла к шкафу с аксессуарами и выбрала несколько вариантов часов. Потом пооткрывала пару дверок, выискивая шарфы, шапки, а в одном из выдвижных ящиков обнаружила мужские трусы. Несколько боксеров и несколько семейников типа цветных парашютов.

Мои губы растянулись в хищную улыбку.

Глава 25 Ректор получает подарок

Брейдон чувствовал себя неимоверно взбешённым. Мало того, что дракон вырвался из-под контроля на целых двое суток, так ещё успел и дел натворить. Похитил Татьяну, рассказал ей о приказе тайной канцелярии, обидел девушку, а потом, как изнеженная и оскорблённая барышня, в отчаянии разворотил несколько холмов. Когда Брейдон смог вернуть полный контроль, то был готов уж сам разворотить оставшиеся. Это ж надо!

Таня — искренняя и честная девушка, она всё равно бы узнала о том, что за ней в магическом мире следят, но… Не так же! Мужчина давно уже понял, что очарован юной адепткой. Весёлой и непосредственной, но при этом честной и справедливой. Среди его знакомых имелось много красивых родовитых девушек, которые мечтали выйти замуж за дракона. Одного из последних. Владельца Южных земель, сильного мага с уникальными способностями, а так же ректора самой престижной Академии страны. Но в этом-то и дело.

Ему не нужна такая жена. Да и вообще никакая не нужна. Академия требует времени. Магические опыты требуют времени. Управление своими землями — требуют того же времени. Но Таня… Ворвалась в его жизнь и всё поставила с ног на голову. Да ещё и дракон, которого ректор практически полностью смог заглушить в своём сознании, с её появлением встрепенулся, ожил и всё чаще вырывается из-под контроля. А когда слишком долго не получалось увидеть девушку — зверь бесновался и требовал срочно бежать и находиться рядом с ней. Хуже всего, что и сам мужчина с этим соглашался. Он не путал свои чувства и чувства дракона. Никогда. Но в этом вопросе был с ним полностью солидарен. За одним единственным исключением.

Он никогда с ней так не поступит. Сейчас ситуация Татьяны такова, что она — иномирянка и об этом знают в правительственной верхушке. А значит, захотят забрать себе, поэтому и отправили на факультет стражей. Представьте себе опытного шпиона и воина, который не только может разведать, какие силы в противнике, но и использовать эти силы против него же! Это просто бесценный кадр.

Именно поэтому Брейдон ничего не рассказал тайной канцелярии о силе Татьяны. Они уже знали, что у новой адептки необыкновенные способности в магии огня — вот это и выдал за правду. А ещё сказал, что есть успехи в работе с зельями. А про способности к другим стихиям — умолчал.

То, что девушке не понравилась бы идея всю жизнь работать под игом главы государства, в этом Брейдон не сомневался. Так что он уже давно придумал план, как постараться избежать для неё этой участи. Другой вопрос — он не хотел, чтобы Таня чувствовала себя обязанной и согласилась на отношения из-за чувства долга. Хотел ответных чувств, а не подчинения обстоятельствам.

Таня имеет право выбирать сама кого любить и кого ненавидеть.

И это не говоря уже о том, что он ректор и отношения с адепткой, пусть и самые законные и правильные, — неуместны и, опять же, наверняка тяжелы для неё.

Дракон в корне не соглашался с хозяином, требуя позволить ему круглосуточно находиться с предметом страсти. Но тут мужчина проявлял твёрдость и непоколебимость.

Поэтому он решил поговорить с Татьяной и извиниться перед ней, а также предложить свой вариант решения проблемы. В том, что она злится, а не льёт слезы, он даже не сомневался — достаточно хорошо изучил свою подопечную.

Так как времени на принятие душа и переодевание перед приездом министерства магии уже не оставалось, Брейдон решил заменить совершенно негодную одежду в ближайшем городке, и прилетел к воротам Академии одновременно с проверяющими. Мягко спланировав на землю, он принял привычный строгий вид ректора магической Академии.

— Добро пожаловать, милорды, — короткий поклон. — Рад вас приветствовать в Академии Грейсли!

— А, Брейдон! — из золочёной кареты вылез сам министр магии лорд Рупт. Что он здесь забыл? Такие шишки не ездят на рядовые проверки. — Ты не против, если мы сегодня проведём проверку более крупным составом? — за ним из кареты вылезло несколько серьёзных леди в строгих костюмах, служащих в министерстве магии. — Народ в стране требует впечатлений, так что нужно что-нибудь им показать. А лучше Грейсли в королевстве нет.

В подтверждение его слов один за другим начали открываться порталы и из них выезжали кареты, которые выпускали журналистов и магов иллюзий, планирующих запечатлеть всё увиденное.

Брейдон скрипнул зубами. Неужели не могли предупредить заранее? Одно дело — показать техническое и магическое оснащение Академии, выдать для проверки учебные планы, отчитаться за каждый факультет и совсем другое — кривляться перед кучей местных писак, жадных до скандалов. Если бы он знал, то смог бы договориться с драконом чуть раньше (это и в его интересах) и прилететь заранее, чтобы ещё раз перепроверить всю Академию, а также подготовить преподавателей. Тот же Рэй Тэй — хоть и является деканом самого престижного факультета, но при этом терпеть не может излишней шумихи. Если застать его в неподходящий момент, то можно услышать, как преподаватель награждает совсем не лестными эпитетами отпрысков влиятельнейших семей. Плохая привычка, но практически совершенно неискоренимая из дроу. С другой стороны — за своих студентов он горой, и не имелось ни одного выпуска, который бы не любил своего куратора.

— Конечно, я не против, хотя был бы рад, если бы ты известил меня немного заранее, Рупт, — мужчина натянул на лицо вежливую улыбку, но глаза, мечущие молнии, сказали наглому лорду намного больше.

Рупт сглотнул и постарался отвести от себя внимание взбешенного ректора.

— Господа, сюда проходите, пожалуйста. Перед вами — великая Академия Грейсли! Уже больше ста лет её возглавляет герцог Брейдон Никс! Последний из рода огненных драконов!

Последовали яркие вспышки — маги иллюзий спешили запечатлеть великого ректора.

Брейдон поморщился. Как он ненавидел подобное. Он ушёл со службы при дворе и обосновался в Академии в том числе, потому что не терпел этот фарс. Дракон в душе недовольно заворочался, полностью соглашаясь с мужчиной. Ну хоть в чём-то.

Разноцветная куча гостей потекла к главному входу в Академию. Ректор Никс исполнял роль вынужденного экскурсовода.

— Академия Грейсли выпускает достойнейших жителей королевства. Адепты учатся в ней непрерывно, без права отлучаться из учебного заведения вне времени каникул. Это сделано в первую очередь для того, чтобы привитые здесь правила поведения и нормы не затерялись в водовороте развлечений и балов, коим подвержены молодые буйные головы. На каникулах — пожалуйста, а в Академии их страсть и энергия нужна для учёбы, — он обвёл рукой белоснежный сверкающий фасад главного учебного корпуса. — Посмотрите на белый цвет этого здания. Он выбран не случайно, так как белый — олицетворение нового начала, надежды, а также чистого листа, коим является каждый приходящий сюда студент. Мы ревностно…

В толпе громко зашептались, начали повсеместно вспыхивать заклинания магов иллюзий, а Брейдон устало и как-то обречённо прикрыл глаза. Что ещё? Он не знал, что происходит за его спиной, но интуиция вопила, что он надолго запомнит этот день.

Крики толпы звучали всё громче, вдобавок, из Академии высыпали студенты и наперебой начали обсуждать произошедшее.

Ушей ректора коснулась фраза: «Ну, — это точно победитель!»

Брейдон резко развернулся всем корпусом к Академии, и у него дёрнулась нижняя часть лица, а глаза полезли на лоб.

Это кто такой бесстрашный в Академии?

С фасада Академии на него смотрел… Он!

На белоснежном фасаде здания появилось его собственное лицо! Карикатурное. Не узнать ярко-красные волосы, выполненные из длинных побегов лиан, растущих в подвешенных горшках, где совсем недавно распускались бутоны коллекционных цветов, казалось невозможным. Такая моментальная скорость роста… явно поработал маг земли. Скорее всего — эльф.

Практически небрежные мазки ярко-зелёной пенящейся субстанции довольно чётко передавали характерный для ректора высокий лоб, волевой подбородок, крупные скулы, где вместо лёгкой щетины подвесили две большие чёрные мочалки. Из кончика аристократичного носа валил тёмный дым. Это явно иллюзия мага огня. Старшекурсник, не иначе. Никто больше не смог бы на расстоянии так чётко передать клубящиеся пары. Над импровизированными красными волосами жирно выделялась зелёная надпись: «Ректор Фу».

А вот это уже оскорбление и жажда нарваться на скандал.

Брейдон, против воли, зарычал сквозь зубы, но постарался взять себя в руки, так как его активно запечатляли маги иллюзий. Ещё не хватало появиться во взбешенном виде в королевских новостях.

— Брейдон! Это же ты! — лорд Рупт буквально подпрыгивал на месте в восторге от настенной живописи и бесконечно крутил головой, сверяя портрет с оригиналом. — Это какой-то розыгрыш, да? Вы специально готовились к нашему приезду?

Ректор ничего не ответил, и вместо этого быстрым шагом направился в Академию.

Навстречу ему уже летела секретарь Динь-Дилень. И вид у неё был несколько испуганный.

— Ректор Никс!

Договорить она не успела, потому что на пороге Брейдон запнулся и чуть не полетел носом в пол. Кое-как выпрямившись, гневно посмотрел на свою подчинённую.

— Я хотела сказать… — Динь-Дилень заикалась так, что крылья подрагивали не в такт.

Сзади послышался шум и звук падающих тел. Вся огромная толпа журналистов и проверяющих дружной кучей лежала на полу перед входом в Академию.

— Это… запинающее заклинание, — извиняясь, пробормотала секретарь. — Мы его не можем снять.

— Кто?! — прорычал ректор. Ещё чуть-чуть, и из его носа повалил бы дым, точно как на портрете, что преобразил фасад.

— Так, студенты, — Динь-Дилень непонимающе захлопала глазами и указала ректору на большой, украшенный цветами и шариками стенд посреди холла. — Стараются ради первого места!

Мужчина в один миг оказался рядом, туда же почти бегом устремились журналисты, уже вставшие с пола и почувствовавшие запах крупной добычи.

Взорам всех присутствующих предстала светящаяся надпись, украшавшая огромный холст:

Объявление!

Дорогие студенты!

Сегодняшний день в нашей Академии объявляется ежегодным днём смеха и шуток!

В связи с этим, проводится конкурс на лучший розыгрыш! Чей курс веселее всего сможет подшутить (без травм) над преподавателем, тот получит освобождение от занятий на завтрашний день!

Судья и контролирующий конкурса —

Ректор Брейдон Никс!

Внизу стояла размашистая, его собственная подпись, а также ректорская печать. Присмотревшись внимательно, Брейдон смог увидеть, что и то, и другое — умело срисованные копии, но, тем не менее, для любого другого объявление выглядело вполне подлинным и подписанным им собственноручно.

Мужчина пребывал в таком шоке от происходящего, что не знал, что в первую очередь сделать с шутником? Наградить за оригинальность и находчивость или навечно запереть в подвалах, где он руками отмоет все каменные полы?

— Много уже… Прецедентов… Претендентов? — охрипшим голосом поинтересовался он, пока сияющую надпись со всех сторон снимали и обсуждали прибывшие журналисты.

Динь-Дилень вытянулась по струнке и начала отчитываться:

— В большинстве случаев студенты не очень оригинальны. Многие жаловались, что их поздно предупредили и нет времени подготовиться, просили в следующем году сказать заранее, — у Брейдона после этих слов дёрнулся глаз. — Уже несколько раз запирали на замок в самых неожиданных местах магистра Тэя. Дроу в ярости. Он не может нормально проводить пары. Магистру Торрелу в чай подсыпали соли, а вот магистру Акителле не повезло — его белоснежные волосы кто-то покрасил в ярко-розовый цвет. Эльф в бешенстве — магией они не отмываются. Ну и, запинашку вы уже видели, — она скромно указала на академический порожек.

Брейдон пару раз глубоко вздохнул, обдумывая, что делать дальше. Вести, как он изначально планировал, проверку по аудиториям ни в коем случае нельзя — неизвестно, что ещё придумают студенты. Значит, всю министерскую свору нужно занять чём-то другим.

— Господа! — обратился он бодро к многоголосому люду. — Предлагаю вам всем пройти в сад — там для вас уже накрыты столы, и я смогу больше рассказать об Академии. И ответить на все вопросы. Как вы видите, — он указал рукой на пёстрый стенд, — сегодня у нас праздник, давайте не будем своим грозным видом портить развлечение студентам. Если бы я знал, что проверка планируется такой обширной, то конечно же перенёс бы день Смеха на другое число.

— Брейдон, ты что?! Это же гениально! — взволнованно всплеснул руками лорд Рупт. — В министерстве магии давно рекомендовали внести немного жизни в стены твоей Академии, но ты даже на традиционный бал никогда не соглашался, а тут такой подарок! Позволь нам остаться и поучаствовать в общем веселье! Мы могли бы запечатлеть лучшие розыгрыши — это же сенсация!

Ректор переглянулся с феей, потом устало вздохнул.

— Хорошо, как пожелаете, лорд Рупт. И всё же, давайте пройдём к садовым беседкам. Угощения ждут, думаю что они вам тоже понравятся.

Динь-Дилень мигом испарилась выполнять поручение, а уже через четверть часа все гости могли снова любоваться портретом Никса перед входом в Академию во всей красе.

Брейдон, как радушный хозяин, сам разливал чай и передавал на столы пышные булочки с корицей, которые ему приносила фея.

— Динь-Дилень, — позвал он помощницу, — когда успели приготовить булочки? Они просто роскошны! — он с удовольствием впился зубами в угощение. Хоть что-то за этот безумный день оказалось хорошим.

— Их передала ваша протеже, сказала, что вам понравятся.

— Протеже? — ректор недоуменно уставился на фею.

— Татьяна, — пояснила она. — Ведьма.

И тут Брейдона пронзила молния понимания и догадки.

— Чёрт! Не ешьте булки! — заорал он, но опоздал.

Одна из суровых полных дам, успевшая проглотить хороший кусок, громко икнула и тонким голосом запела:

— Вылезай, народ, скорее,

Слушай, переспрашивай,

Мы споём вам эпопею

Про декана нашего.

Все присутствующие перестали жевать и в удивлении уставились на женщину. Она покрылась красными пятнами и хотела уже что-то сказать, как её прервала соседка, у которой неожиданно прорезался грубый мужской бас:

— Завалил экзамен я

Прямо на вступительном,

Но зато краснел потом

Очень выразительно.

Журналисты взорвались смехом и, сообразив, что дело в булках, начали наперебой их пробовать, тут и там слышалось:

— А у нашего декана

Уши как у обезьяны.

Целый день он прыгает и скачет,

Ну а мы с утра ишачим!

— Одна эльфийка так мила,

Научила нас варить бобра!

Если сессию завалим,

Подадимся в повара!

Брейдон взмахом палочки испепелил оставшиеся на столах булочки, но тут громко икнул сам министр магии:

— Ректор наш красавец тоже,

Краснолицый, краснорожий.

Ты бы ректора не злил,

Из ноздрей повалит дым

— Ну, Татьяна! — прорычал мужчина. — Найду мерзавку — самолично отшлёпаю!

Теперь он не сомневался, что всё это — её идея. Конечно, кому ещё придёт в голову подобное? Бесстрашная и бесшабашная. А в гневе способная на любую гадость.

Судорожно раздумывая, чем можно отвлечь присутствующих, он предложил:

— Раз вы хорошо повеселились, не хотите ли посмотреть на нашу конюшню? В ней есть и пегасы, и единороги. Академия Грейсли гордится своими животными!

Так как действие булок уже закончилось, то журналисты жаждали новых впечатлений и достаточно быстро людская масса потекла к конюшням.

Гости не ещё успели подойти достаточно близко, как заиграла торжественная музыка. Брейдон резко остановился и развернулся.

— Нет, давайте-ка в другой раз…

— Смотрите! — закричал кто-то из толпы.

Мужчина обречённо застонал. Он не думал, что Таня настолько кровожадна.

Взору присутствующих предстали лошади, они выходили под музыку и гордо делали круг по вольеру. Каждая лошадь притягивала взгляд ухоженностью, сияющей гривой, но главное… Одеждой!

Вот прошёл гордый мул в блестящем чёрном пиджаке и таких же чёрных брюках, на шее которого болтался красный вязаный шарф. На одном копыте сверкали застёгнутые золотые часы, а голову украшала красная мочалка. Явная пародия на ректора.

Следом скакал вороной конь с подкрашенной белоснежной гривой. Тренировочный костюм и болтающийся на поясе изогнутый туманный меч, точь-в-точь напоминал магистра Тэя.

Погодите… Это же его вещи! Ректор подался вперёд и вперил взгляд в лошадей. Да, так и есть, — его одежда, которую он хранил в спальне и которая стоила баснословных денег, оказалась надета на животных!

За аналогом дроу, прямо под музыку вышагивал белоснежный пегас с золотистой густой шевелюрой в длинном голубом платье, которое когда-то в начале года ректор вместе с остальными вещами подарил Татьяне. Это, наверняка, изображалась эльфийка — магистр Эльнонель и преподаватель по целительству в одном лице.

За ними следовали разодетые, опять же, в ректорские вещи, — пегасы, пони, единороги и даже один индюк! И все они казались пародиями на преподавательский состав. Очень тонко подмеченные: у кого шляпы, у кого серёжки, у кого причёска.

Толпа журналистов бесновалась и гомонила, пытаясь как можно точнее заснять торжественное шествие.

А Брейдон прислонился к ближайшей колонне и громко расхохотался.

Ну девка, ну Таня! Отомстила так отомстила! Никогда ещё он не испытывал столько ярости и восторга в один момент. Дракон внутри заворочался, полностью довольный и восхищённый своей парой. Вдобавок, зверь открыто ржал над хозяином. Вот так вот его маленькая Таня уделала!

Надеясь, что на сегодня это последние сюрпризы, он всё же провёл экскурсию по Академии, а когда провожал высоких гостей к воротам, к нему обратился министр магии:

— Брейдон, ты меня удивил! Столько лет возглавляешь Академию, и вдруг согласился на столь необычный шаг! Это прогресс, друг мой! Может тебя даже перестанут называть «застывший дракон»? И ты очнёшься и поймёшь, что жизнь прекрасна? Я уверяю, после репортажа о сегодняшних событиях, слава Академии окажется ещё более громкой — люди любят сенсации и им нужны интересны развлечения, а не научные открытия. Хорошо, что ты это понял, Брей, — он дружелюбно похлопал старого знакомого по плечу.

Брейдон хотел сказать, что он сто лет прекрасно обходился без развлечений, обойдётся и ещё лет триста, как на всю Академию заиграл торжественный марш.

Журналисты разом обернулись, ожидая последнего представления, а из Академии высыпали адепты, выискивая причину переполоха.

Марш резко прекратился, и в полной тишине на флагшток Академии начали медленно подниматься развевающиеся на ветру полосатые панталоны. Кто-то к ним приделал яркий след ректорской ауры, и теперь все желающие могли без сомнения указать на владельца данного атрибута гардероба.

Этого уже Брейдон выдержать не смог. Быстро попрощавшись с хохочущим министром и проверяющими, он в теле дракона взметнулся ввысь и позволил своему зверю по запаху определить местоположение ведьмы.

Таня стояла в окружении своих соседей на тренировочной площадке и наблюдала, как и все, за восхождением ректорских трусов над Академией. И смеялась!

Коротко рыкнув, дракон создал около компании два портала, а приземлившись на две ноги, без предисловий закинул девушку себе на плечо. Парни вокруг Тани пытались было воспрепятствовать мужчине, но он резким порывом ветра отправил их в один портал. Сам же, со своей вырывающийся и брыкающейся ношей, вошёл в соседний.

Глава 26 Я решила!

Проделки удались! Я знала, что ректор оценит. Мы с ребятами осторожно наблюдали за его реакцией — это позволяло вовремя включать очередное «представление». Должна же я получить хоть какую-то моральную компенсацию за выплаканные слёзы.

Хотя, пока я готовила заговоренные булочки… Нет, булочки изначально пеклись самые обычные, но Лари нашёл старинное заклинание своей бабушки, позволяющее, так сказать, вставить заговоренные фразы заранее, а активировать их, когда булка окажется съедена. В общем, пока я их готовила, то хватило времени обдумать ситуацию.

Брейдон, конечно, мерзавец, раз решил меня обманывать. Я как любой прямолинейный человек, больше всего на свете ненавижу ложь. Особенно, когда лгут те, кому доверяешь. Вот и сорвалась. Но дракона его жалко, он же, бедный, заперт там. Света белого не видит.

Брейдон мне нравился, но в нём чувствовалась эта самая нехватка огонька. То, что ректор так тщательно скрывает, могло бы стать особенностью. Тем, что делало бы его непохожим на других. Разве это так уж плохо?

Вон, я — бывшая пенсионерка, а веду себя, как школьница. И всегда вела. А всё почему? Потому что не факт, что с годами приходит мудрость. В моём случае — года пришли одни, но разве это плохо? Моя деятельная натура на Земле загибалась. Пришлось рано повзрослеть. Как и всем нормальным девушкам, выйти замуж, родить ребенка, потом работа — быт — работа — быт. Редкие склоки с мужем, которого видишь только по вечерам. Разве это жизнь?

А здесь я как будто заново родилась! Как, впрочем, и было. Нет, вечным студентом не проживёшь, но пройти этот отрезок пути стоит. Хотя бы для того, чтобы было что вспомнить.

Так что я благодарна Никсу, хотя теперь волнения о будущем практически никогда не оставляли. Вот я и выместила свою злость из-за ситуации на мужчине.

Мелочно? Возможно. Но мне полегчало, прости Господи.

Когда разъярённый красный ящер приземлился на поляне, то я поняла, что всё. Вот он, конец мой пришёл. Сейчас начнётся час расплаты.

Ректор опустился на землю и одновременно появились два портала. Мои соседи даже пикнуть не успели, когда их, как безвольных котят, закинули в воронку. Хоть бы не на болота…

А меня самым наглым образом перебросили через плечо, как в дешёвых мелодрамах.

— Эй! Отпусти! Отпусти, красноголовая ящерица! Я приличная девушка!

Ежели он думает, что за совершенный единичный проступок со мной теперь можно делать всё, что угодно, то он очень сильно ошибается!

— Отпусти, кому сказала! Тиран недоделанный.

Мужчина не обратил на меня никакого внимания и прошёл в портал. Там он, прямо вместе со мной, вышел в своей собственной спальне, что меня безумно насторожило, и прошёл к гардеробу, где начал рыться в ящиках.

Я пятой точкой почувствовала, что запахло жареным. Вдобавок, тишина начала здорово напрягать.

— Что ты делаешь? — спросила осторожно.

В этот раз мужчина решил ответить:

— Ремень ищу.

— Зачем? — ещё тише проговорила я, обмирая от страха.

— Лупить буду, — спокойно отозвалась голова из шкафа.

Секунду я переваривала услышанное, а затем в ужасе завозилась, пытаясь слезть с мужского плеча.

— Ну-ка, пусти! Пусти, кому говорю! Какое лупить?! У нас в школах, знаешь, в каком году физические наказания отменили? Сказать? Я сама не помню, но очень давно! И вообще, это надо ещё доказать, что я виновата! Презумпция невиновности, слыхал о таком? Я ничего не сделала!

— Не сделала? — спокойно переспросил он.

— У тебя есть доказательства обратного? — парировала я.

Он притворно печально вздохнул.

— Тогда придётся лупить для профилактики.

— Я тебе полуплю!

Меня накрыла такая ярость, что не зная, как ещё повлиять на эту гору мышц, я сделала то, что было единственно возможным в моём положении.

Схватилась за штаны, что маячили перед глазами, и пребольно укусила ректора за задницу.

Мужчина не ожидал такой подлости, поэтому заорал благим матом и скинул меня на ковёр, догадавшись поймать за руку и смягчить падение только в последний момент.

Я вывернула руку и метнулась в гостиную, ректор за мной.

— Не подходи, пошёл вон! — я начала кидать в мужчину диванные подушки.

— Таня! — заорал ректор, но меня уже было не остановить.

— Только подойди, и я знаешь что? — схватив тяжёлую статуэтку с тумбочки около дивана я замахнулась для удара.

Брейдон испуганно выставил вперёд ладони.

— Таня! Только не это! Это мощнейший артефакт времени. Разобьёшь, и мало никому из нас не покажется!

Я непонимающе посмотрела на бронзовую статую непонятного животного. Ладно. Положим. Я, конечно, не трусиха, но и не сумасшедшая.

— Бить будете? — поинтересовалась мрачно. Да, наверное, хрупкое ректорское эго задела не слабо. Не каждый бы выдержал то, что теперь вся Академия знает, какую марку трусов он предпочитает.

Но мужчина меня не слушал, занятый своим филеем.

— Ты меня укусила! — ошарашенно и как-то по-детски обиженно пробормотал Брейдон, в ужасе поглядывая то на меня, то на укушенное место.

— Никто не смеет угрожать мне физической расправой, — я предупреждающе прищурилась, сигнализируя взглядом, что собираюсь бороться до последнего.

— Я же пошутил! — он потёр раненую часть тела.

— А я только предупредила.

Пару секунд мы мерились злыми взглядами.

— Больно! — наконец, пожаловался магистр, первым отводя глаза. — Я знаю, ты злишься на меня. И имеешь право злиться. Я бы никогда не рассказал об этом…

— Да? Я заметила! — я снова начала заводиться. — Ты и не рассказал. Пришёл тот, другой Брейдон, и всё мне поведал.

— Ты не поняла. Я бы никогда не рассказал тебе ТАК. Без подготовки. Я бы смог объяснить ситуацию и не доводить дело до скандала.

— По-твоему, если протухшие оладушки полить сиропом, они покажутся вкуснее? Нет, спасибо!

— Ну Таня! — ректор прикрыл глаза. — Чёрт! Почему я не могу нормально с тобой общаться? Мысли путаются.

— Возраст, — злорадно подсказала я.

— Ты злишься. Ну, ударь меня, может, легче станет. Лучше выпустить пар и нормально поговорить, чем рычать как дикая драконница.

Я сжала кулаки. Он что, меня сейчас на слабо берёт? Стоит, такой уверенный в себе, делает вид, что это не он виноват, а я — обиженный ребёнок.

Решительно подошла поближе и от души врезала ногой по мужской коленке.

— Оу!!!

— Больно? — довольно уточнила я.

Ректор поднял на меня взгляд, и на несколько секунд его глаза вспыхнули, а зрачок вытянулся.

— Какая женщина! — с придыханием прошептал… Дракон?

Ректор с силой покрутил головой, возвращая себе контроль.

— Полегчало? — он усмехнулся и похромал к дивану, куда плюхнулся и вытянул ногу. — Ну вот, теперь у нас и правда случилось насилие. Только агрессор оказался очень милым и полтора метра ростом. Успокоилась? Садись, чаю налью.

Я действительно уже выплеснула пар и даже чувствовала небольшой червячок вины, ковыряющий мою, почти мёртвую совесть. Но я постаралась заглушить все благородные порывы, прошла к противоположному дивану, где села и воинственно нахохлилась.

— Извиняться за сегодняшнее не собираюсь, — сразу предупредила я.

— А я и не просил, — он пожал плечами. — Удар по моему самолюбию, конечно нанесён, но это то, что я заслужил. Хотя ты же понимаешь, что нарушила устав Академии? Мне, как ректору, придётся принять меры.

— Это что это я нарушила? — тут же взвилась я.

Магистр начал загибать пальцы.

— Незаконно пролезла в комнату преподавателя, вывела из строя магическую защиту, применила не одно, а целый ворох запрещённых вне учебной деятельности заклинаний, подделала подпись начальства, и это я ещё не спрашиваю о панической атаке две ночи назад.

Мои щёки вспыхнули. А об этом-то когда узнал? Не иначе, как его секретарша, маленькая стукачка, проболталась.

— Что было, то прошло… — миролюбиво предложила я.

— Но я хотел поговорить с тобой не об этом. Точнее, СЕЙЧАС я с тобой хочу поговорить не как ректор с адепткой, а как мужчина с девушкой.

Я подозрительно на него глянула и отодвинулась подальше вдоль дивана. Мало ли, как он разговаривать надумал, а я — девушка приличная.

Брейдон никак не прокомментировал моё бегство и начал объясняться.

— Да, я виноват перед тобой. Я знал, что ты — иномирянка. Точнее, догадывался, как и те, что тебя сюда послали. В письме, что ты принесла с собой, был намёк на это, а посетив тайную канцелярию лично, я получил распоряжение следить за твоими действиями и докладывать, если они покажутся мне опасными. Также мне следовало узнать направленность твоей силы и предварительно определить твою полезность.

Я уже хотела сказать, что думаю обо всём этом, но мужчина остановил меня движением руки. — Я всё это знал. Но практически сразу отмёл мысль о твоей опасности — ты во всех ситуациях выглядела совершенно безобидно и очень прямодушно. Я начал наблюдать за тобой. Меня и правда заинтересовала направленность твоей силы. Буквально со второго нашего занятия, я решил изучить её, чтобы иметь возможность помочь обойти закон об иномирянах, если всё-таки всплывёт твоё происхождение. Да, — ответил он на мой немой вопрос, — я не сказал никому о своих догадках. И ты не говори. Живи, как жила. Я озвучил, что ты владеешь стихией огня, а также понемногу другими стихиями, но это не страшно, таких магов много. Также пришлось сообщить, что ты приручила свирда. Но действительную направленность твой силы я утаил, потому что как только она окажется известной, то тебя тут же попробуют забрать. Магистра Тэя я тоже попросил молчать, он не доносчик и мы дружим.

Он ненадолго остановился, глубоко вздохнув, и растёр виски руками. А мне стало по-настоящему стыдно. Я чувствовала, что он говорит правду, и теперь жалела о своей вспыльчивости.

— Ну… я… это… — извинения никогда не считались моей сильной стороной. — В общем, ты там не обижайся. Я вспылила. Я тебя прощаю. Ой! — поняла, что говорю что-то не то. — То есть, ты прощай… Прости.

Я замолкла, залившись краской до самых ушей. Боже, какой позор!

А мужчина, напротив, расцвёл как маков цвет. Он широко улыбнулся, обнажив идеально ровные белые зубы с небольшими клычками, и продолжил:

— Я постараюсь сделать всё, чтобы никто не узнал о твоём происхождении. Но если всё же узнают, у меня есть один вариант. Мы можем заранее заключить с тобой магическую сделку. Ты поклянёшься служить и работать в нашей Академии. Она в какой-то мере тебя присвоит. Мы найдём тебе работу по душе, у меня уже есть идея, что тебе может понравиться. И таким образом ты избежишь участи государственного служащего. Никто не посмеет забрать собственность Академии. Такая сделка нерушима и не может быть расторгнута даже королём. Вдобавок, если ты заключишь сделку не со мной, а с Академией, то даже если я лишусь места, ну, или головы, — на этом слове он усмехнулся, — всё равно никто не посмеет к тебе приблизиться. Но я обещаю тебе, что до последнего момента никто не увидит этот документ и ты сможешь жить так, как хочешь.

Он замолчал, а я сидела, оглушённая его словами. Он думал! Он заботится обо мне. На мои глаза навернулись слёзы благодарности.

Не в силах сдерживать себя, я бросилась мужчине на шею и заключила в тесные объятия.

— Спасибо!

Брейдон опешил, не решаясь даже пошевелиться. Потом несмело похлопал меня по спине.

— Пожалуйста. Не стоит, Таня, я тоже виноват перед тобой.

Я, размазывая слезы и сопли по лицу, подняла голову, чтобы иметь возможность посмотреть на мужчину.

— Ты такой хороший!!!

Лицо Брейдона дёрнулось, а глаза начали пульсировать. Он судорожно вздохнул, успокаиваясь, и тихо попросил:

— Таня… Слезь, пожалуйста. Мой дракон не очень адекватно на тебя реагирует. Ты ценна для него, и он всё время жаждет вырваться, чтобы общаться с тобой.

— А для тебя? Для тебя не ценна? — я отцепилась от ректора и подошла к окну, где начала бесполезно теребить штору. — Ты против его выбора?

Сзади послышался судорожный выдох. И звук поднимающегося с дивана тела.

— Нет, Таня, ты не права. Ты ценна и для меня. Даже слишком, что меня пугает. Я — ректор Академии, взрослый, состоявшийся мужчина. Не говоря уже о том, что я — неуравновешенный дракон и не всегда могу себя контролировать. А значит, могу совершать глупости. Я не хочу накладывать на тебя такое бремя и такие обязательства, пусть и самые законные. Ты молода, у тебя есть возможность выбрать любой путь, какой ты пожелаешь. Сейчас твоё время: учиться, веселиться с друзьями, влюбляться, жить своей жизнью, даже устраивать пакости. Если ты когда-нибудь всё же решишь вернуться — я буду тебя ждать. Я прожил много лет, а проживу ещё больше. Так что я тебя дождусь. Но настаивать ни на чём не хочу. Это твой путь. А загонять в рамки не собираюсь, это нечестно.

Я, пока он говорил, я развернулась и теперь жадно внимала каждому слову.

Закончив, мужчина повернулся ко мне спиной, не глядя создал портал в мою комнату и пошёл на выход. Я смотрела ему вслед, понимая, что он снова убегает.

Но на пороге Брейдон как будто запнулся, потом резко развернулся и совсем другим — глубоким, низким голосом меня предупредил:

— Он врёт, Таня, мы обязательно тебя добьёмся, чего бы нам это ни стоило! — и мне подмигнул ярко-зелёный глаз с вытянутым зрачком.

А в следующую секунду мужчина стремительно вышел из комнаты и хлопнул дверью.

— Капец, — прокомментировала я произошедшее.

Ну, Танька, ты попала! Похоже, сумасшедшая Таня влюбилась в не менее сумасшедшего ректора. Безумие! Я и учитель. Да ещё который одновременно является зверем. Похоже, с раздвоением личности. Да по нему дурка плачет!

Я глубоко вздохнула.

Я — сумасшедшая!

А в следующую секунду сорвалась с места и побежала за мужчиной.

— Брей! Стой!

Он развернулся, а я с размаху налетела на него и впилась неожиданным для себя самой поцелуем. Очень и очень жарким поцелуем…

Одну очень долгую секунду ничего не происходило, а потом мужчина рыкнул, в момент вернулся вместе со мной в комнату и, закрыв дверь, ответил на поцелуй.

— А если… — я на секунду оторвалась, пытаясь отдышаться, — а если я выбираю быть с тобой уже сейчас?

Он посмотрел на меня затуманенным взором.

— Ты понимаешь, что это невозможно?

Я кивнула и потянулась за следующей порцией объятий.

— Таня, — он создавал видимость, что пытается от меня оторваться, с удовольствием продолжая целоваться, — я всё равно хочу, чтобы ты сначала доучилась.

— Я не против, — я счастливо улыбнулась.

— И ты понимаешь, что меня не устроят ничем не подкреплённые отношения? — мужчина выгнул бровь. — Я предупреждаю, драконы — жуткие собственники.

— Пусть.

— Больше никаких эльфов! — злобно рыкнул он.

— Ладно, — я засмеялась.

Брейдон довольно усмехнулся.

— Ты понимаешь, что в учебное время я для тебя исключительно магистр и ректор? Мне придётся наказывать за проделки, продолжать учить и наставлять.

— А не в учебное? — я подалась вперёд с хитрой улыбкой.

— А не в учебное я постараюсь всеми силами тебя завоёвывать, — торжественно пообещал мужчина.

— Мне это подходит, — я блаженно пригрелась в тёплых объятиях. — Я умею разделять рабочие отношения и личные.

— Точно? — мужчина недоверчиво прищурился.

— Точно! — подтвердила я.

— Тогда, — он в предвкушении сделал пару шагов от меня, — сейчас — учебное время, адептка Грейс.

С этими словами из портала, который должен был переправить меня в комнату, с глухим хлопком высыпало на пол всех моих троих соседей.

— Хорошо отдохнули в западной башне? — ласково поинтересовался у них ректор Никс.

Я поёжилась. Если я не ошибаюсь, западная башня использовалась некромантами для призыва всякого рода нечисти. В неурочное время, без преподавателей там можно было наткнуться на весьма сомнительное общество.

Ребята хмуро переглянулись.

— Тогда, — ректор широким жестом обвёл пространство вокруг и указал на меня. — Вы, все четверо, сейчас же отправляетесь отмывать фасад Академии. На этот раз — чистой водой. Руками и БЕЗ магии.

Он щёлкнул пальцами, и на всех нас появились металлические браслеты, блокирующие силы.

— Вёдра возьмёте там же, где и в прошлый раз, — мстительно добавил магистр Никс.

Мы с парнями уныло поплелись из комнаты.

Я выходила последней и уже взялась за ручку двери, чтобы прикрыть её за собой, как мне донеслось в спину:

— А ты, Таня, если не передумала встречаться с таким тираном, как я, можешь дать согласие на вечерний полёт с драконом.

На секунду я остановилась, раздумывая, а потом с улыбкой обернулась к Брейдону и задорно ему подмигнула.

— Посмотрим.

Глава 27 Дракон в хозяйстве

До своей комнаты я ползла только условно. На самом деле, большую часть пути меня нёс Воли, для которого процесс отмывания Академии представлялся всего лишь небольшой неприятностью. С его бешеной вампирской регенерацией нужно придумывать что-то действительно существенное, чтобы он хотя бы просто устал. Оборотень с эльфом оказались не такие живучие, хотя и не такие легкодохнущие, как я. Я же, хоть ведьма, хоть магичка с необыкновенным даром, ощущала себя самой обыкновенной Танюхой. Которая, уже через час работы тряпкой, хотела лечь и больше не вставать. Моя новая сущность без магии, ограниченной браслетами, не давала ровным счётом никаких плюсов в повседневной жизни.

Поэтому я пыхтела, но делала.

— Таня-я, — обратился ко мне вампир, как только мы переступили порог комнаты. В тот момент с нас, как по волшебству (хотя почему «как»?!), пропали браслеты. — Может, тебе ванну налить?

— О да… — я блаженно прикрыла глаза, растекаясь по спинке дивана, уже представляя, как окунусь в обжигающе горячую воду и проваляюсь там, как минимум, пару часов. Надо бы здесь баню изобрести. Я могла бы заработать кучу денег! Они даже не представляют, что такое настоящее блаженство!

— Вот уж нет! — прокричал эльф, а буквально через секунду пробежал мимо нас с полотенцем через плечо. — В очередь! Если Таня пойдёт в ванную, то вымыться у меня получится — самое лучшее — через неделю! А мне тоже надо!

С этими словами он скрылся в недрах ванной комнаты, а я с осуждением покачала головой.

— Вот не знает, что значит взаимовыручка, поддержка и «дамы вперёд». Да, ребят? — повернулась к друзьям и обомлела.

Я всё время забываю об их феноменальной скорости. В обычной жизни они её не используют, предпочитая перемещаться «по-человечески», но пару раз мне удалось её наблюдать. Воли вообще, как метеор. А Даник просто очень быстрый.

Сейчас оба соседа стояли там же, где и в прошлый раз, — около дивана, но у обоих уже висели перекинутые через плечо полотенца, а в руках Мракадана покоились аккуратно свёрнутые домашние лёгкие штаны. На их голые торсы я уже насмотрелась, так что через какое-то время ребята перестали меня стесняться и ходили как хотели.

— Предатели, — буркнула обиженно. — И вовсе не долго я моюсь.

Парни переглянулись и широко ухмыльнулись.

Даник уселся в кресло и, откинув голову на спинку тут же заснул. Я знала, что он проснётся сразу же, как откроется дверь ванной. И тут же ринется туда. Волчий слух, что уж.

Воли, видимо, желая задобрить, сначала споил мне пару кружек какао с шоколадом, а потом, когда уже уходил спать, налил для меня целую ванну воды с пеной, в которой я благополучно заснула.

Проснулась уже от того, что замёрзла и случайно уронила голову в воду, а соответственно, немного нахлебалась. За окном стемнело, значит, все давно спят.

Завернулась в халат и, дрожа от холода, поскакала в свою комнату.

Только прикрыла за собой дверь, как от окна меня окликнул низкий мужской голос:

— Ну наконец-то! Я думал тебя уже идти вытаскивать!

— Ёкараный-бабай! — я инстинктивно перекрестилась. — Тьфу на тебя! Разве можно так пугать?!

На моём раскрытом балконе стоял Брейдон собственной персоной. А если точнее — его драконья часть. Глаза радостно поблескивали в свете луны, а сам мужчина светился таким довольством, как будто выиграл главный приз в своей жизни. Но самое главное — он пропускал в мою комнату ветер. И из тёплой уютной спальни помещение превращалось в совершенно остывшую пещеру.

Я поплотней закуталась в халат.

— Ты чего хотел-то?

— Так мы же договаривались полетать!

Мужчина приветливо распахнул объятия.

Я зевнула.

— Ты время видел? Романтик! Я же прошлую ночь не спала, подготавливая тебе праздник! Мы с ребятами до пяти утра на плакате твою подпись рисовали. И зачем столько непонятных закорючек в простом имени? Как ты думаешь, я жажду полетать?

— Разве нет? — дракон растерянно потёр переносицу.

— Нет, — отрезала я. — Я хочу спать. Приходи завтра. И ты мне тут наследил. И комнату всю охладил. Иди, иди, пусть завтра тебя ректор пристыдит.

Я стала надвигаться на мужчину, а он, под моим напором, — пятиться от меня.

— Но… Ты же обещала…

— Я, во-первых, разговаривала с Брейдоном, — я хитро посмотрела ему в глаза. — А во-вторых — я обещала подумать. А это не то же самое, что согласиться.

— Нет? — дракон жалобно смотрел, пытаясь остаться в комнате.

— Нет, — сурово упёрла руки в бока. — И не надо делать мне тут скорбное лицо. Иди давай, отдыхай. А то у Брейдона завтра чёрные круги под глазами появятся.

Дракон уныло поджал губы. Я спохватилась.

— Погоди, — он с надеждой развернулся. — А звать-то тебя как?

— Как это? — зелёные глаза непонятливо моргнули.

— Ну, ты у нас пока двуеличный… Двоеличный… В общем, не важно. Давай, пока вы с ректором не объединитесь, мы тебе имя придумаем.

Дракон как-то странно на меня посмотрел и резко охрипшим голосом предложил:

— Придумай.

Я? Нашёл, кого просить. Я кроме как Шуриком, и назвать-то не знаю как.

— Брейдон… — бормотала я. — Брейдон Никс. Никс. О! Никусей будешь!

Дракон скривился, будто съел лимон.

— А более суровое имя никак? — он с надеждой заглянул в мои глаза.

— Никуся — очень суровое имя, — заверила я. — У меня так гладильную доску звали.

— Что это?

— Это? Оружие такое, — я пожала плечами. — Страшное.

— А-а-а, — дракон немного подумал, а потом улыбнулся. — Ну ладно. Давай, Никуся. Не забудь, это ты меня назвала!

— Я, я, — подтвердила, выгоняя наглого ящера — А теперь, иди отсюда, я спать хочу.

— Сейчас, одну секунду, — Никуся огляделся и плюнул огнём в камин, который до этого, я уверена, отродясь находился тут исключительно декорацией.

Я подпрыгнула от неожиданности.

— Никуся, — ласково позвала мужчину, — там дров-то нет. Что гореть будет? Спальня?

— И не надо — это магический огонь. Всё под контролем! — он самодовольно кивнул. — Поцелуй на прощание?

Я усмехнулась и чмокнула дракона в чешуйчатую щёку. Какой же он всё-таки… Никуся!

— Иди уже!

Дракон подмигнул и прыгнул с балкона. Уже в следующую секунду взмыл в небо, выписывая немыслимые пируэты.

А я закрыла окно и блаженно растянулась на кровати — ректорский огонь мгновенно прогрел комнату и теперь поддерживал в ней оптимальную температуру. Хорошо всё-таки иметь огнедышащего мужчину. Всегда в хозяйстве пригодится.

Из-под кровати выполз притихший свирд и устроился рядом, свернувшись бубликом и засопев.

Глава 28 Подтяните физкультуру!

— Грейс! Ты там уснула? Снимай свою ленивую задницу с лестницы и дай, наконец, уже другим пройти этот этап.

Дроу прохаживался под одним из снарядов и щедро награждал нелестными эпитетами и сравнениями всю нашу дружную или не очень дружную шеренгу молодых спортсменов.

Больше всех, как обычно, доставалось мне. Правда теперь он перестал относиться ко мне как к ненавистной расе ведьм, так что относился просто как к самому хилому и ничтожному ученику на всём курсе.

— Подождут ваши «другие», — злобно прошипела я, тщетно пытаясь достать ногой до твёрдой поверхности. — Они идут уже второй круг, а я только первый. В тот раз всех пропустила, а в этот — пусть ждут.

Начало этапа — длинная веревочная лестница, мотающаяся на ветру, словно носки на сушилке для белья, уходила в самое небо. Требовалось долезть до самой вершины и уже оттуда перепрыгнуть на деревянное бревно, также подвешенное в воздухе и качающееся из стороны в сторону. По нему нужно пройти и перелезть на канатную трассу. И так далее.

И всё бы ничего, если бы это всё находилось около земли. Но когда тебя от твёрдой поверхности отделяет высота третьего этажа, то тут поневоле начнёшь поскуливать.

Теперь я понимала Брейдона с его раздвоением личности. Сейчас сама разумом человека, работающего много лет на стройках, на высоте и, в принципе, ничего никогда не боявшегося, пыталась убедить свою трусливую ведьму идти вперёд.

Разум говорил, что это наше решение — начать хорошо учиться на уроках физической подготовки. Нам нужно остаться в стражах, а значит, придётся сделать этот самый прыжок. Да и всё остальное тоже. Разум говорил, что невидимая магия куратора, страхующая нас, намного надежней, чем пара верёвок и тросов с Земли. Меня в любом случае поймают. Но тщедушное тельце вцепилось в перекладину потными ладошками и громко стучало зубами, заглушая внутренний голос. Я и так уже сделала невозможное — до этого места ещё ни разу не добиралась. То, что смогла пересилить себя — большой прорыв и подвиг.

Сделала ещё одно движение ножкой в сторону качающегося брёвна. Уже тронула носком ботинка его деревянную поверхность, как сзади меня бесцеремонно подтолкнули в мягкое место.

— Грейс! Иди уже! — один из моих однокурсников-оборотней недовольно пялился на мою пятую точку и, похоже, не испытывал от этого никакого смущения.

— Ай! — я снова сжалась на лестнице, прижимаясь к хлипкой конструкции всем телом.

— Боже, сколько с тобой проблем, — услышала я усталый голос магистра Тэя над самым ухом.

Он опять создал собственную ледяную дорогу к небу и теперь стоял передо мной и громко цокал языком.

— Значит так, я здесь сейчас один раз показываю, и не дай Создатель, ты завтра это не повторишь!

Он схватил мою ногу и резко дёрнул, поставив на бревно.

— Уй-ëëë! — взвыла я, оказавшись почти на идеальном шпагате.

— Теперь резко оттолкнись от лестницы и перенеси вес.

Я с ужасом посмотрела на куратора.

— Как это?

— Вот так! — он кинул небольшой ледяной шарик в перекладину лестницы, который стукнулся о дерево. Мои руки тут же пронзило обжигающим холодом. Я в ужасе отшатнулась, разжав окоченевшие пальцы.

Дроу толкнул меня в правильном направлении, и я плашмя упала на бревно. Вовремя успела отвернуть лицо, чтобы не разбить нос, но зато увидела довольно далекий газон внизу.

Я оценила расстояние для свободного полёта, и мне поплохело.

— Вставай!

— Нет!

— Вставай, тебе надо пройти до конца, чтобы перейти на верёвочную трассу.

— А это что, по-вашему, — курортная зона? — огрызнулась я из последних сил.

— Это площадка для преодоления страхов. Одни из самых частых страхов: страх высоты, страх смерти и страх, что тебе позволят разбиться. Ты тут, чтобы преодолеть их все.

— Да мне и с ними неплохо, — я любовно обхватила не особо широкий ствол.

— Вперёд, Грейс! — в мою задницу влетел ещё один ледяной шарик.

— А-а-а! Твою ж дивизию! Гитлер недоделанный! Чтоб ты с поносом неделю из туалета не вылезал! — я взвыла от обжигающей боли и шустро поползла по бревну.

— Грейс! На ноги вставай!

— А вы заставьте! Догоните сначала, — смело выкрикнула я, бодро двигаясь вперёд по-пластунски.

Гусеничкой доползла до конца бревна и оценила расстояние до канатной дороги. Первый канат как раз начинался под бревном. Вцепившись мёртвой хваткой в спасительное дерево, по одной начала спускать вниз ножки, обтянутые синими лосинами.

Правая ступня коснулась каната, и я, победно хрюкнув, начала переносить вес на верёвку. Видимо, слишком быстро, потому что нога соскользнула, и я с громким визгом полетела вниз.

Подо мной мгновенно материализовалась ледяная горка, по которой я с ветерком и криками покатилась к земле.

Скорость полёта чувствовалась настолько большой, что я мысленно уже попрощалась с парой костей и собственной задницей, представив, как смачно впечатаюсь в сырую, после ночного дождя, траву.

Но буквально за несколько метров до земли у конца спуска появилась крепкая фигура красноволосого дракона, и я на скорости влетела в ректорские объятия.

— Соскучилась, ведьмочка? — он довольно оглядел моё запыхавшаяся лицо и аккуратно заправил мокрую от пота прядь волос за ухо. Начёсанный перед тренировкой хвост безвозвратно истрепался.

— Брей! — я активно продолжала стучать зубами. — У… У… Убивают!

— Не преувеличивай, Грейс, — рядом с нами возник дроу. — Привет, Брей.

— Привет, Рэй, — ректор продолжал разглядывать моё мокрое и грязное лицо. И, клянусь, в его взгляде я не видела ни капли отвращения. Он светился довольством и восхищением. — Как моя подопечная?

— Ну, если усердно потренируется ещё лет десять, то возможно и пройдёт начальную полосу препятствий.

Я оторвалась от созерцания мужчины, сражённого моей собственной персоной, и в удивлении уставилась на куратора.

Не ничтожество? Не безнадёжна? То, что он сказал, можно вполне расценивать как наивысший комплимент.

— Не смотри так на меня, адептка. То, что сегодня ты доползла до злополучного брёвна, может, для тебя и подвиг, но не поможет сдать зачёт в конце месяца, — магистр пожал плечами. Да, он признавал, что я не безнадёжна. Но, видимо, не для его факультета стражей.

Я моментально приуныла.

— Ничего, мы это поправим, — Брейдон улыбнулся старому товарищу. — Не против, если я заберу Татьяну?

— Забирай, — фыркнул дроу. — От неё всё равно толку больше не добьëшься.

Ректор потянул меня к порталу.

Я недовольно упёрлась пятками в землю.

— Это вы хорошо придумали! А меня спросить никто не хочет? У меня, может, другие планы!

Мужчина, не оборачиваясь, бросил через плечо:

— Я попросил в столовой приготовить для тебя пирожков с мясом, твоих любимых, между прочим.

Я моментально перестала упираться. Пирожков? Ну ладно, знает, чем привлечь. Вот же… Драконище!

В совершенно другом, повеселевшем расположении духа, я, почти подтанцовывая, нырнула в нутро ректорского портала.

Вышла в таком знакомом кабинете. Правда, уже давненько здесь не была: то ссорились, то мирились, в общем, — всё как у людей.

Проблема в том, что ТАК я уже не хотела. Только попыталась повернуться к магистру, чтобы предложить больше никогда не ссориться и жить дружно, как он схватил меня и рывком притянул к себе.

По телу прошла предвкушающая дрожь, а руки покрылись мурашками. Я блаженно прикрыла глаза и вытянула губы трубочкой, ожидая страстного поцелуя.

Только вот… Вместо страстных объятий, меня начали… Обнюхивать! Обнюхивать и обыскивать!

— Брей! Брей! — возмутилась я. — Ты чего делаешь?! — никакой реакции. — Брейдон!

— А? — мужчина оторвался от созерцания моей подмышки и рассеянно посмотрел на меня. — Я не понимаю!

— Чего не понимаешь?

Он опустил мою руку и смерил меня задумчивым взглядом.

— Я не понимаю, как тебе вчера удалось усмирить дракона!

Он в волнении почесал затылок и ринулся к шкафу, где у него хранился заварочный чайник.

Теперь я поняла: Брейдон — сумасшедший учёный, педант и строгий ректор. А Никуся, его дракон, имеет все качества, которые мужчина подавляет в себе: страстность, азарт, свободу самовыражения и свободу в выражении чувств.

— Почему ты думаешь, что я его усмирила? — я подошла к напряжённой спине мужчины и положила руку на крепкое плечо. Что-то мне подсказывало, что сейчас он — в раздрае чувств. И таким его никто никогда не видел. Кроме меня…

— Как только он от тебя улетел, то тут же без разговоров вернул мне контроль, — тихо проговорил Брейдон, суетливо заваривая нам чай. — Вдобавок, он не взбесился от того, что ты отказала в его просьбе. Я никогда его таким не видел, поэтому раньше старался никому и не показывать этого зверя. Мы улетали далеко-далеко, и я силой воли заставлял его смиряться передо мной.

Он вздохнул и достал пирожки из тумбочки. Не глядя, нагрел докрасна руку и подогрел выпечку.

— Когда ты появилась, он как с ума сошёл. Всё рвался к тебе, практически выцарапывал контроль. Стал совершенно неуправляемым. Мне ты тоже нравилась, но такое внимание зверя откровенно пугало. Что он сделает с тобой, когда я не смогу проконтролировать его действия? Чем грозит это Академии и её обитателям? И вдруг! — он пододвинул мне чашку с чаем, а сам начал торопливо прохаживаться по кабинету, заложив руки за спину. — И вдруг он перестал проявлять агрессию. Всё так же иногда вырывается, но без проблем отдает мне контроль и слушается тебя во всём! Он никогда никого не слушался! А тут улетел и не то, что не разозлилися, а урчал! Я впервые в жизни слышал, как он урчал!

Брейдон подлетел ко мне, поставил руки на подлокотники кресла, в которое я уже успела сесть, и взял моё лицо под контроль своих колдовских глаз. — Что ты сделала? Это какое-то зелье подчинения? Заклинание? Особый обряд? Может… Аура ведьмы? Что это?! Дай мне это!

На его лице расцвела такая надежда вперемешку с серьёзным мыслительным процессом, что я даже пожалела, что сейчас его огорчу.

— Брей… Я ничего не делала, — он неверяще нахмурил брови и начал усиленно извлекать из своей головы другие гениальные идеи, но я прервала его: — А ты не думал… Что я ему просто нравлюсь?

— В смысле? — мужчина непонимающе передёрнул плечами.

— В смысле, что ему теперь незачем бушевать. Он уже добился своего.

— Добился? Он добился?

— Ты, — поправила я, — ты добился. Брей, вы же — одно целое, как ты не поймёшь? Никуся прав, ты зря его заглушаешь в себе!

Магистр резко отстранился и попытался отойти к окну.

— Нет, погоди, — я вцепилась в его рукав. — Послушай меня. Твой дракон почти что умер, так?

Он немного поколебался, но потом хмуро кивнул, подтверждая мои слова.

— Но потом появилась я, и он ожил, так?

Мужчина ещё сильнее нахмурился, но снова кивнул.

— И пока ты не хотел со мной общаться — он бушевал, правильно?

— Я хотел! — возмутился Брейдон.

— Но не общался же! Точнее, не так, как того хотел дракон.

— Ну, допустим, — Брейдон прошёл к своему креслу и взял сладкую плюшку. Ему явно не нравился этот разговор, но меня это мало интересовало.

— А когда ты перестал воротить от меня нос, — я вздёрнула руку, прерывая возражения, — то он успокоился и стал покладистым и довольным, так?

— Хорошо, хорошо. Так!

— Так может, он просто теперь доволен и счастлив и ему нет причин скандалить?

На этот раз ректор молчал слишком долго, я уже успела съесть пару пирожков и выпить кружку чая. Наконец, он недоумённо на меня посмотрел.

— Я всё равно не понимаю, ты же вчера отказала ему в желании полетать. И выгнала!

— Выгнала, — подтвердила я. Вот же мужики! Такие простые вещи им объяснять приходится! — Но твой дракон, в отличие от тебя, знает, что это не конец света. И вообще, Брей… Я тут подумала — Никуся мне нравится, пожалуй, даже больше, чем ты, — я лукаво прищурилась, ожидая реакции.

И она не замедлила появиться.

— Что?! — взревел мужчина, вскакивая и опять нависая надо мной.

Я довольно улыбнулась.

Ректор пару минут хмуро разглядывал моё лицо, а потом усмехнулся.

— Я всегда знал, что ты — сумасшедшая, — он качнулся и чмокнул меня в макушку. Меня обдал запах горящего костра. Вот она, огненная суть! — Хочешь сказать, что я хуже Никуси? — последнее слово он проговорил, не скрывая своего сарказма.

От его чарующего и низкого голоса у меня пробежал табун мурашек по спине. Сначала туда. Потом обратно.

— Брей, может ты уже поймёшь, что вы — одно целое? Почему он так тебе не нравится? Ведь дракон — это часть тебя! Блин! Тебе бы к психотерапевту сходить. Вдруг у тебя там детские травмы или ещё что? Полечился бы и избавился от своей двуличности.

— Он нелогичен, Таня! Нелогичен и непонятен!

— Думаешь, ты логичен? — я широко улыбнулась. — Брей, я тебя понимаю ещё меньше, чем его! Так что вы друг друга стоите. А если объединитесь, то я за тебя, то есть, за Вас замуж выйду!

Мужчина резко дёрнулся и выпучил мгновенно почерневшие глаза.

— Обещаешь? — спустя минуту спросил он предвкушающе. Я бы поклялась, что сейчас передо мной сразу оба, так сказать, — переходный вариант.

Я легкомысленно пожала плечами. Когда это ещё будет.

— Обещаю.

— И тебе понравиться такой муж? Непонятный, нелогичный, импульсивный?

— Смелый, добрый, любящий и понимающий? — закончила я за него. — А ты как думаешь? Таким добром просто так не разбрасываются! Я, может, девушка и свободная. Но свободной слишком долго быть скучно. Ребята скоро выпустятся, а мне нужен кто-то, кого я смогу донимать всю жизнь.

— И это я? — иронично вздёрнулась бордовая бровь.

— Именно, — я кровожадно оскалилась. — Ну как, будешь объединяться?

Он опять задумался, а я не торопила. Иногда человеку нужно подумать. А если этот человек — мужчина, то думать нужно намного дольше. Вот не знаю, в чём дело, но какой бы умный мужик ни уродился, всё равно женщины принимают решения быстрее. Ошибаются тоже чаще, но это уже совсем неважно.

— Я попробую, — наконец, решился ректор, возвращая себе зелёный цвет радужки. — Но тогда не удивляйся, если начну за тобой как привязанный ходить.

Я рассмеялась. Нашёл, из-за чего переживать. Во мне, может, юные гормоны бушуют, требуя любви и внимания, так что я тут только ЗА.

— С чего начнём? — во мне проснулся энтузиазм исследователя.

— Начнём? Пожалуй, с твоей физической подготовки!

Я с грохотом поставила на стол чашку с чаем. Он что, серьёзно сейчас?

— Зачем?

— А затем, адептка Грейс, что ты должна, как и все, сдать экзамены в конце семестра. Никакое моё влияние не поможет оставить тебя в стражах. Так что тебе придётся это сделать самой. Единственное, чем смогу тебе помочь и, заметь, помогу — это подготовить к экзаменам. Вдобавок, магические практики, которые мы с тобой забросили, тоже нужно возобновить. Это всем пойдёт на пользу.

— Будешь опять меня изучать?

— Буду, — подтвердил он серьёзно. — Чтобы понять, куда можно использовать твою магию. Я ведь правильно понимаю, что спасать мир и делать великие дела ты не хочешь?

Я кивнула. Правильно понимает. В любом приключенческом и фантастическом романе — если у тебя появились супер силы, значит ты должен, как минимум, предотвратить катастрофу, спасти принца и стать всемирно известным. А что, если я их не просила и не желала? Если я хочу простой и скучной жизни? (Насколько это вообще возможно с моим характером). То, что предлагал мне ректор, могло стать спасением и шансом на счастливое будущее.

— Тогда жду тебя вечером на стадионе, — он улыбнулся, чмокнул мимолётно в губы и открыл портал.

— Что будем делать?

— Полетаем, — подмигнул и лукаво сощурил зелёные глаза.

Глава 29 Поддержка, чтоб еë

Мы с ребятами сидели в академической столовой. Обед был замечательным, а моё настроение — не очень.

— Меня терзают смутные сомнения…

— Что опять тебя не устраивает? — после наших выходок, Лари со мной разговаривал, но наши отношения больше напоминали перелаивания собак. «Гав!» «Гав-Гав!» Вот, и поговорили. Но обоих это устраивало и совершенно не задевало — у каждого должен быть человек, с кем можно бесконечно ругаться без ущерба для отношений. Я, вон, человека не нашла, поэтому довольствовалась эльфом.

— Он та-а-ак романтично предлагал полетать, что аж подозрительно, — я прищурилась и обвела наш стол взглядом.

Воли спокойно ел блинчики с вареньем. Наблюдать, как клыкастый вампир поглощает вишнёвое варенье ярко-красного цвета, которое иногда стекает вдоль острого как бритва клыка — то ещё развлечение. Даник быстро закинул в себя котлету и теперь дремал, вытянув ноги и скрестив руки на груди. Изредка он двигал головой, когда разговор становился интересней. Возникало ощущение, будто волк водит ухом и прислушивается. Но в общем и целом — вид оборотень имел расслабленный и умиротворëнный. Что, правда, не прибавляло ему безобидности — волк, он всегда волк. Один Лари активно жестикулировал, доказывая мне в сотый раз, как именно я должна себя вести. Он наслаждался непонятной травой и практически полупрозрачной изысканной рыбкой, от которой отрезал миллиметровые кусочки и отправлял в аристократический рот.

Кроме моих соседей, сегодня со мной никто особо не разговаривал. Мы специально отсели от всех подальше. Я это аргументировала тем, что мне нужен серьёзный совет. Срочно.

— Тебе подозрительна романтика? — эльф всё никак не унимался. — Деревня, что с тебя взять. Ты хоть знаешь, что драконы сажают на спину только избранниц? Тебе невероятно повезло! Надо хватать за хвост…

— Кого? — опешила я. — Ректора?

— Удачу! — Ларионель аж глаза закатил от моей непонятливости. — Уж не знаю, как ты могла привлечь внимание ТАКОГО мага, но упускать его нельзя. Он же, наверняка, свидание тебе устраивает!

— Ага! Свидание! А до этого говорил, что хочет заниматься моей физической подготовкой.

— Думаешь, ваше свидание перерастёт в тренировку? — Воли заинтересованно подался вперёд.

Я задумчиво окинула его взглядом.

— Ты думаешь, о чём и я?

Вампир усмехнулся.

— Таня, никто не может точно сказать, что думает о том же, о чём и ты, — твои мысли, в большинстве случаев, совершенно непредсказуемы. Но именно сейчас я подозреваю, что мы размышляем в одном направлении. Хочешь, чтобы я пошёл с тобой?

Я задумалась. Да, Брейдон говорил в конце разговора так проникновенно, словно и впрямь хотел устроить романтический вечер. Но его глаза… Там плясали чертенята. Такие бывают у меня, когда я задумываю очередную пакость, поэтому я им с Никусей совершенно не доверяла.

А вот если взять с собой Воли… Тогда шансов на то, что надо мной прилюдно поиздеваются, гораздо меньше. А если ректор всё же имел в виду настоящее свидание, то мы просто улетим, оставив вампирчика на земле, правильно? Правильно! Ох, а вот от настоящего свидания я бы не отказалась… Свечи, романтика. Еда! Много-много вкусной еды! И дракон. Такой огромный, красивый! Будто сошедший со страниц книг.

Я очнулась от своих мыслей и удовлетворительно кивнула соседу.

— Да, Волистр «чего-то там» Рент. Я жажду вашего общества на сегодняшний вечер, дабы защитить девичью честь и репутацию. А также нервную систему и душевное здоровье.

Воли улыбнулся, а Лари фыркнул.

— Ну ты сказала! Сама-то хоть себя понимаешь?! — эльф ненадолго задумался, глядя на лист салата, наколотый на вилку. — Я хочу на это посмотреть!

— Что?! — этого мне ещё не хватало! Чтобы эльф там что-нибудь брякнул невпопад? Да они, после взаимных пакостей, ещё и не виделись ни разу.

— Должен же я посмотреть, как тебе портят репутацию и душевное здоровье.

— Спасибо, что не девичью честь, — я недовольно изогнула губы. Не, Лари определенно брать с собой не хотелось. С другой стороны — чем нас больше, тем я выгляжу внушительней. — Ладно. Но только если Мракадан тоже пойдёт. Даник!

Чернявый сосед недовольно поморщился от моего окрика, впрочем, открыть глаза так и не удосужился.

— Даник, мы вечером идём к ректору!

— Идите, — он равнодушно пожал плечами.

— Ты идёшь с нами, — я с улыбкой переглянулась с вампиром.

— Ладно.

Я подзависла. И всё?

— Что, даже возражать не будешь?

Оборотень, наконец, открыл глаза и отпил немного сока.

— А есть смысл? — и поднял на меня насмешливый взгляд.

— Никакого! — радостно подтвердила я.

Ну, держись, ректор! Хотел застать Танечку врасплох? Не выйдет! Она придёт с отрядом телохранителей и рыцарей круглого обеденного стола!

Вечером мы вышли из общежития эпичной группой в стиле фильмов про супер героев.

Воли — супер быстрый и супер сильный.

Мракадан — супер ловкий и супер опасный.

Лари — супер гибкий, но больше для красоты. Причём, специфической.

И я — неизвестно как затесавшаяся в геройские ряды, поэтому больше для элемента комедии, в которой женщиной обязательно разбавляют мужскую компанию, чтобы смотрелось эффектней. Но зато — у меня есть острый язычок и огромное желание увидеть вытянувшееся лицо ректора.

Черныша, конечно, с собой не взяли, потому что во-первых он немного побаивался дракона, а во-вторых все еще помнили суету, которую навёл свирд.

Лицо ректора, и правда, видоизменилось, но не совсем так, как я бы того хотела.

Сначала он, предсказуемо, поднял брови. Тут я угадала. А вот потом, когда его глаза осмотрели нашу геройскую шеренгу и остановились на мне, вот тут и начались отличия.

На секунду там мелькнуло понимание, которое тут же сменилось предвкушением. Сейчас я бы не решилась с уверенностью сказать, кто именно передо мной. На девяносто процентов это вроде как ректор. Но вот эти десять оставшихся…

— Адепты, — он самодовольно поднял уголок рта в подобие улыбки. — Рад, что вы решили присоединиться к нашей вечерней тренировке. Адептка Грейс сейчас начнёт отрабатывать устойчивость к страху высоты, а вы, чтобы не скучать, давайте-ка тридцать кругов по стадиону, вокруг нас.

Ребята хмуро переглянулись, но, видимо, что-то такое и ожидали, потому что покорно побрели к началу круга.

— Погодите! — я нахмурилась. — Не хотите ли сказать, что бросаете меня?

— Это тактическое отступление, — дипломатично поправил Лари.

— Да называй как хочешь, — рассердилась я. — Меня, между прочем, тут, может, собираются…

— Что собираются? — выдохнул мужской голос прямо над ухом.

Я от неожиданности охнула и присела.

— Тренировать, — пискнула снизу вверх примирительно. — Я тут подумала…

Брейдон вздохнул.

— Вот от этого все проблемы, Таня, от того, что ты в очередной раз подумала. Что я тебя здесь, по-твоему, съесть собираюсь? Или чести лишить?

Я насупилась, пристыженная его словами.

— Ну… Нет. Это я так просто, для подстраховки.

Он наклонил голову набок.

— Боишься меня? — и голос такой… обиженный. Я даже заподозрила, что Никуся прорвался. Посмотрела внимательно на мужчину. Да нет, вроде человеческий глаз.

— Нет, не боюсь! — сказала храбро, совершенно не чувствуя уверенности в своих словах.

И тут же поняла, почему я так думала.

Мужчина хищно улыбнулся, а потом в одно мгновение обратился ящером и, схватив меня, взмыл в небо.

Я взвизгнула и вцепилась в его лапу. Он поднял меня сравнительно невысоко. Максимум на высоту второго этажа.

Ящер посмотрел на меня. Я посмотрела на ящера.

«Сейчас отпущу», — говорили его глаза.

Я в ужасе замотала головой.

«Не надо!»

«Надо!»

Дракон разжал лапу и в момент исчез в портале.

Я кулем рухнула вниз, не забывая визжать во всё горло.

Но упасть мне не дали — я упала в крепкие тёплые руки.

Не переставая кричать, я ошалело повернула голову — Брейдон.

В ужасе подавилась криком и закашлялась.

— Ты… Ты… Как ты тут?

Он улыбнулся.

— Я же говорил тебе, что не дам упасть, не бойся. Знаешь, кто такие стражи? Это те, кто преодолевают свои страхи. Любая профессия, которую выбирают наши ученики, — это сложные и опасные предприятия. Работа наёмником даст много причин для страха. Начнёшь служить послом или адвокатом — тоже. Только в одном случае — страх физической расправы. А во втором — скорее, психологический: не подвести свою страну, своих клиентов, тех, кто на тебя надеется. Не сломаться перед более сильным противником и так далее. Всё это — страх. Научись его преодолевать. Сначала разберёшься с ним, а потом занимайся физическими упражнениями, потому что страх уже не помешает. Сейчас мы начинаем с самых азов, чтобы понять логику страха. Ты боишься, хотя знаешь, что я тебя поймаю. Значит не до конца доверяешь. А надо доверять. И мне, и своей команде.

Я задумчиво пожевала губу.

— Значит, ты собираешься и дальше так меня учить? Бросать там, ловить здесь?

— А ты мне веришь? — вопросом на вопрос спросил он.

Я подумала и кивнула.

— Тогда ещё раз!

И, без предисловий, мы снова взмыли в небо, и он снова меня сбросил с высоты второго этажа, чтобы тут же уйти в портал и поймать снизу уже человеческими руками. В этот раз я даже орала чуть-чуть потише.

— Ещё! — скомандовал он.

И опять взлетел.

Опять отпустил. Я храбро закрыла рот, решив показать чудеса храбрости.

Он открыл портал.

И застыл. Не пошёл в него, а внимательно за мной следил.

Я прямо в полёте от испуга начала барахтаться и завизжала пуще прежнего.

Но меня тут же поймал кокон чужой магии и спеленал, как гусеницу на дереве.

— Ай-яй-яй, — процокали сбоку. — А говорила, что доверяешь.

— Ты не ушёл!

— Я обещал поймать! Какая тебе разница, как? Доверяй мне, а не своим глазам. Ещё раз!

Он с силой взмахнул палочкой, и кокон раскрылся, подобием батута подбрасывая меня в воздух намного выше, чем в прошлый раз. Я опять напрягла свои лёгкие, вырывая из них не то крик, не то замысловатые ругательства, боковым зрением заметив, что друзья давно остановились на ближайшем от нас краю поляны, и дружно ржут над моими полётами.

— Ах, вы… — прошипела я в перерывах между новым глотком воздуха для визга.

Ветром меня развернуло лицом вниз, и теперь я неслась к земле, где у самой травы находилась ректорская защита, сияющая яркими оранжевыми всполохами. Ещё хорошо, что я, из-за своей особенности, видела её, иначе вообще бы ударилась в панику.

Представила, что я врезаюсь в плетение и ухожу чуть глубже, пропахав лицом землю. В ужасе выставила вперёд ладони, пытаясь спасти недавно приобретённое имущество — то есть, физиономию.

Но ничего не произошло. Меня мягко схватила сеть и снова подбросила. Теперь ещё выше.

Уже взлетая от мягкого пинка подобия батута — глаза в глаза столкнулась со взглядом своего… свирда! Черныш сидел на ветке дерева и пялился на меня не менее удивлённо. Понятия не имею откуда он тут взялся, но я давно перестала обращать внимание на странности его внезапных перемещений. Рот Черныша приоткрылся так, что виднелся кусок недоеденной булки.

Я мысленно буквально взмолилась о помощи.

Создание хаоса согласно кивнуло и в следующий бросок сетки материализовалось рядом со мной, счастливо подвывая и устремляясь вверх, на высоту злополучной утренней лестницы.

Я закашлялась, не понимая, в чём именно заключается помощь. А фамильяр, падая вместе со мной вниз, подхватил свои задние лапки и подставил ректорской сетке чешуйчатую пятую точку. Выражая всем своим видом неимоверное счастье. Он явно упивался моим страхом и выглядел малость опьянённым от собственной удачи и вкусного обеда отрицательными эмоциями.

Мы ещё раз оттолкнулись от сетки под взрывы хохота от соседей. Я бросила туда разъярённый взгляд, но, похоже, никого им не напугала.

— Ну, нет, — усмехнулся с земли магистр Никс и в следующий раз, когда мы влетели в магическую вязь, — подхватил питомца за шкирку и мягко сбросил на траву.

— Сидеть!

Черныш надулся, лишённый развлечения, но всё же послушно и сыто затих.

Это всё я успела рассмотреть в полёте, попутно отмечая про себя, что боюсь уже чуть меньше.

Спустя десять-пятнадцать прыжков вверх-вниз я даже перестала визжать. Ректорская магия, которую я, уже незаметно для себя, черпала, обеспечивала защиту от неприятных ощущений из-за такой качки. В итоге, у меня даже голова не кружилась. Хорошо этим магам живётся.

Я победно улыбнулась, что моментально заметил Никс.

— Ларионель, поменяйся со мной местами.

Эльф побелел, а меня начало резко тошнить.

— Не надо! — пискнула я в полёте.

— А как иначе научишься доверять своим товарищам? — Брейдон бросил на меня лукавый взгляд. — Вам вместе практику проходить. А Ларионелю не очень хорошо удаются защитные плетения. Так что убьём двух зайцев одновременно!

— В смысле, убьём зайцев? — я аж побелела от страха. — Не надо никого убивать. И вообще, мы с Лари на зайцев не похожи! Я больше на белочку, видите, какой хвост пушистый, — я дотронулась рукой до наэлектризованных волос на голове. Всё что угодно сейчас скажу, лишь бы ректор передумал в лапы эльфийского соседа отдавать. Он же убьёт и не заметит, болезный… — А Лари… Лари тоже на белочку, правда, эльфинёно… эльфинно… Благородный эльф?

Лари возмущённо вытаращил на меня глаза, но, покосившись на преподавателя, затравленно кивнул. Ему тоже не нравилась идея моей подстраховки.

Но он всё же подошёл ближе и встал, начиная плести защитную сеть. Ректор внимательно наблюдал. Я же продолжала прыгать туда-сюда, словно бешеный тушканчик.

Наконец, сосед закончил. Брейдон внимательно осмотрел его творение и кивнув, спросил:

— Готов? Тогда я убираю свою сеть.

И с этими словами меня последний раз подбросило намного выше, чтобы у Лари появилась возможность раскинуть свою защиту. Я надеялась, что магистр оставит своё плетение для подстраховки, просто сделает его незаметным для окружающих. Но я-то вижу его магию. От меня не спрячешь. Так что надеялась, что разгадаю хитрый замысел и сберегу нервы.

Но он и правда убрал свои изящные сетчатые кружева. Огненные всполохи просто растворились. А вместо них появилась светло-зелёная паутина, кое-где с проплешинами и странными зигзагами, как будто её плёл пьяный паук.

Этого я уже выдержать не могла.

Несясь на дикой скорости к земле и обливаясь потом от страха, я заорала во всё горло:

— Никуся!!!

Ректор дёрнулся, кинул на меня обиженный взгляд, а в следующее мгновение его глаза засверкали, а фигура вспыхнула, размазывая человеческие черты и принимая драконий облик.

Меня, не долетевшую до земли, подхватила крепкая лапа и закинула на чешуйчатую спину. Я снова ровненько вписалась между двумя наростами.

От резкой смены положения и отсутствия уже почти привычных прыжков, мой желудок сделал кульбит и застрял где-то в горле.

— Ой-ëëë, — из горла вырвался глухой стон.

Дракон сделал кульбит в воздухе, явно радуясь своему освобождению, потом изогнул длинную шею и, прищурившись, оглядел моих соседей. Когда взгляд сияющих глаз остановился на Лари, то эльф съёжился, видимо, вспомнив, как его хотели сожрать. А дракон, видимо, вспомнил, ЗА ЧТО именно. Так что, если бы я не вцепилась в витые рога и не перетянула внимание Никуси на себя, из Лари вполне мог выйти нежный шашлычок.

— Он не обижал меня, — повторила для забывчивых. — А вот ты! — пальцем уткнулась в чешуйчатую морду, которая оказалась прямо передо мной. Дракону для этого понадобилось изогнуть собственную шею под немыслимым углом.

Глаза ящера смотрели влюблённо и преданно. Я же хотела видеть в них хотя бы проблеск раскаяния.

— Это же твоя идея, да? Подбрасывать меня и пугать до полусмерти! — обвинительно потыкала пальцем в красные чешуйки. Потом не удержалась и провела по ним рукой. Уж очень они красиво выглядели.

Дракон тут же прикрыл глаза и издал что-то вроде урчания. Но так как его размер напоминал небольшой самолёт, то всю поляну заполнил тарахтящий гул, как от мощных двигателей.

— Никусь, полетели отсюда, — попросила резко осипшим голосом. Ну, а что? Я — девушка, и мне иногда хочется романтики. Тем более, раньше её в моей жизни никогда особо и не наблюдалось. А тут — бабочки порхают, адреналин в крови скачет… А может, это — тахикардия, кто меня знает?

Дракон, доселе мерно машущий в воздухе крыльями, чтобы мы оставались на месте и никуда не двигались, повернул голову вновь вперёд и, издав победный клич, ринулся в небо.

В этот раз я вцепилась в гребень и уже не испытывала того панического, пронизывающего страха. Никуся окружил меня защитным пологом, и я вдруг поняла, чего от меня сегодня добивался ректор: доверия. Сейчас я доверяла ему. Тому, что он крепко меня держит. И не бросит.

Это так странно. Доверять я привыкла только себе. А тут с удивлением обнаружила, что верю этому странному мужчине. Дракону. Верю ему.

Я улыбнулась и уже практически без опаски посмотрела вниз.

Под нами простирались леса, вдалеке виднелись горы, а чуть левее — на закатном солнце поблёскивала водная гладь реки.

Я потянула за левый рог, посылая дракону невербальные сигналы о том, чтобы он поворачивал налево.

Голова ящера снова изогнулась на мощной шее, а глаза насмешливо сверкнули.

— Ааа… Ты же меня слышишь, — я смущённо заулыбалась. — Тогда можешь, пожалуйста, лететь поближе к реке? Я хотела бы на неё посмотреть.

Драконья морда кивнула, и мы, сделав воздушную волну, взяли курс на отливающую серебром поверхность.

Сначала Никуся на высоте птичьего полёта пролетел над водой, а потом опустился и практически брюхом рассёк водную гладь. Он опустил в светящуюся, почти красную воду, отражающую закат, передние лапы, и мы с визгом понеслись вперёд, поднимая кучу брызг. Ну ладно, визжала только я. Но теперь не испуганно, а восторженно.

Буквально через пару минут дракон опустил меня на небольшую прибрежную полянку и с ходу плюнул на землю, зажигая костёр.

— Замёрзла? — передо мной уже стоял восхитительно красивый мужчина и смахивал с лица мокрые волосы.

Я, насквозь мокрая и подпрыгивающая на одной ноге, подлетела к огню и подставила замёрзшие руки.

Никс материализовал палочку и лёгким взмахом обсушил на мне всю одежду. Только тёплый воздух в лицо врезался.

Я благодарно улыбнулась.

— Я уже говорила, что ты будешь восхитительным мужем? — завистливо вздохнула.

— А ты выйдешь за меня? — Никуся сначала на секунду исчез в портале, чтобы выудить из своего кабинета небольшую корзинку для пикника, видимо, заранее подготовленную, а потом развалился на траве, по другую сторону от костра.

Красные лучи солнца и огонь отбрасывали на мужское лицо блики, придавая ему хищное, первобытное выражение.

— Я? А зачем я тебе? Нет, я понимаю, встречаться с ведьмой, наверное, интересно. Но я не маленькая девочка, понимаю, что одно дело — игры и гулянки. А другое — история на всю жизнь. Тебе оно вообще не надо. Вдобавок, — я глубокомысленно начала жевать первую попавшуюся травинку, сорванную здесь же, — быт убивает любые светлые чувства, — решительно придвинула к себе корзину и порылась в ней, отыскивая самое вкусное. Выбрала пару бутербродов и большой круассан.

— Это кто тебе подобную ерунду сказал? — кажется, мужчина рассердился.

— Опыт, — я развела руками. — Печальный, неинтересный опыт. Мужчины — все одинаковые. Да и семьи тоже. Да и любовь. Она — такая. Сегодня есть, завтра — нет. Надоем тебе, и выкинешь меня как неинтересную игрушку.

Дракон рыкнул и в один момент оказался рядом, повалил на землю, нависая сверху как богиня правосудия. Круассан отлетел в сторону.

— Ты выдаёшь свой опыт за правду! — прорычал он.

— Но…

— За истину в последней инстанции! — не слушая меня, распалялся красноголовый. — А знаешь ли ты, о неверующая душа, что драконы создают одну пару на всю жизнь? Знаешь ли ты, что мы никогда не бросаем свою семью? Что Я никогда не брошу тебя?! Не только как дракон, но и как мужчина, как тот, кто докажет, что твои знания ошибочны, что любовь не кончается и никогда не перестаёт существовать между парой!

Я только рот открыла. Несколько секунд переваривала услышанное, а затем запустила руку в алые пряди.

— Никуся… Ты такой потрясающий, когда злишься!

Дракон рассерженно фыркнул на меня дымом. Прямо из человеческого носа!

— Господи, Таня! Кому я объясняю это всё? Ты можешь хоть минуту побыть серьёзной? Без твоего сарказма и непрекращающейся иронии?

Я закатила глаза.

— Прости, но оно само! Ну как мне, по-твоему, быть серьёзной, если ты говоришь такие вещи? Я волнуюсь, поэтому и говорю чушь. Это… Это… Это — защитная реакция, вот! — обрадованная, что нашла нужное определение, я потянулась за поцелуем. Свидание у нас или что? Тем более, его слова я услышала и запомнила. И даже! Почти поверила. Но показывать это уже выше моих сил! Грейсы не показывают своих слабостей!

Но мужчина и так меня понял. Он вообще крайне проницательный. Поэтому повалился рядом со мной и загребущими руками прижал к своему боку.

— Я докажу тебе!

— Как? — заинтересовалась я, даже привстав от интереса.

— Женюсь и сделаю твою жизнь самой счастливой! — торжественно пообещал дракон. Хотя, я могла бы поклясться, что сейчас они с Брейдоном говорили вдвоём. Не спрашивайте, как я это поняла. Просто знала, и всё.

— А я ещё не дала своего согласия! — вяло воспротивилась я, уже проваливаясь в сон. Тяжёлый день и многочисленные тренировки сделали своё дело, так что тепло костра, полупережёванный бутерброд и близость тёплого и уютного мужчины сильно разморили. Не успела я договорить, как дрёма взяла своё и мне приснился сладкий приятный сон.

Как мужчина целует меня в макушку, а потом берёт в крепкие объятия и несёт куда-то.

И уже потом, сквозь тишину и темноту, я почувствовала волшебство портала и мягкие, кем-то нагретые простыни и одеяло. А потом шум развернувшихся крыльев и стук закрывшегося окна.

Никс… Кажется, я в него влюбилась.

Глава 30 Тренируйся и тогда добьёшься успеха

За меня взялись всерьёз. Утром я ходила на занятия, а вечером тренировалась с Брейдоном. Частенько он звал кого-нибудь из моих соседей, чтобы те составили мне компанию. Воли проходил вместе со мной препятствия, выступая наглядным пособием, а с Мракаданом я тренировалась в боях на мечах. Вот тут я и поняла, что знаю о чернявом соседе… почти ничего. Из ленивого, вечно сонного юноши он мог практически мгновенно превратиться в настоящего зверя: быстрого, искусного и опасного. Спустя время я поняла, что они с магистром Никсом неплохо друг друга знают, мало того, Брейдон даёт молодому оборотню уроки. Сам ректор держал меч не хуже палочки и мне кажется, он ни в чём не уступает магистру Тэю.

Впрочем, могу допустить, что я немного предвзята. Но сейчас Брей казался мне просто идеалом мужчины. А как целуется… Ммм…

Ну ладно, я отвлеклась.

От первокурсников на зачёте, в принципе, никто и не ждёт ничего существенного. Это даже не годовые экзамены. Но всё же, условия нахождения в стражах суровые, так что придётся попотеть. Я уже сказала Брею и ребятам, что решила остаться. На моё изумление — никто из них даже не удивился. Лари так вообще фыркнул и ответил, что в ином даже не сомневался.

На моём факультете только за первый год отсеивается около трети учеников. И, в принципе, я понимаю почему.

Спустя пару месяцев даже я на их фоне неплохо выглядела — я хотя бы старалась. Но для нескольких высокородных отпрысков нагнуться лишний раз казалось сродни потери достоинства и это при неплохих физических данных. А от отношения наглого и нецеремонящегося с ними дроу, который числилися нашим куратором, они и вовсе впадали в ступор, а потом и панику.

Вдобавок, кроме силовых предметов, которые всё же у многих получались, имелись еще и те, где без мозгов не обойтись. А как их применять, если таковых порой вовсе нет? На том же зельеварении, где я собрала неплохую коллекцию скляночек и баночек, забив свою домашнюю аптечку до отказа, у многих постоянно что-то взрывалось, шипело и жило своей жизнью.

Так что, предполагаю, что некоторые из них на зачётах либо сами завалятся, либо сделают вид, что и так собирались уходить.

Мне же уходить никак нельзя. Так что гоняли меня до седьмого пота.

Уже ближе к зачёту Брейдон решил опять потренировать меня на полосе препятствий. До этого мы больше отрабатывали силовую нагрузку и борьбу со страхами: бегали, прыгали, летали вместе с драконом. А тут он попросил Рэя Тэя воспользоваться экзаменационной полосой.

— Она же грохнется, — дроу в сомнении обошёл меня и скривился, всем своим видом показывая старому другу, что не понимает, что тот во мне нашёл.

— Не грохнется, — ректор с нежностью и некоторой гордостью меня оглядел. Он всё ещё жил двумя жизнями, но хотя бы чуть меньше ругаться с Никусей. Иногда использовал меня в качестве парламентёра и психолога в одном лице — приходилось объяснять логику его дракона, которую я почему-то понимала намного лучше, чем он сам.

— Она сильная.

Дроу недоверчиво хмыкнул.

— Тогда я посмотрю, если вы не против.

— Против, — буркнула я, только разве меня кто-нибудь слушал?

— Пошла! — скомандовал дроу.

Я одарила его хмурым взглядом и не двинулась с места.

Куратор удивлённо на меня посмотрел.

Я мстительно улыбнулась.

— Начинай, Таня, — Брей отчётливо хмыкнул в кулак.

— Да, дорогой, — я скромно потупила глазки, всем своим видом изображая невинную овечку. Мне, конечно, не поверили, но эффект был достигнут.

Ректор заулыбался во все свои тридцать два зуба, а дроу заскрипел своими от явного пренебрежения. Ну, а что он хотел? Мы не на уроке, чтобы я его слушалась. А вне уроков он мне совсем не нравился. Такой высокомерный и вредный, что просто жуть.

Я бодро полезла наверх по лестнице. По сильно качающейся и шатающейся лестнице. Брейдон меня натренировал со своими прыжками до того, что я уже не особо боялась этой высоты и болтанки. Но что самое важное — я начала доверять ему самому — тому, что он меня поймает во что бы то ни стало.

Так что лестницу прошла неплохо. Перелезла на бревно.

— Иди, Таня! — ободряюще крикнул мне снизу мужчина.

— Иди… — передразнила я его. — Сам бы пошёл.

Я это бревно пройду, как пьяная чайка. Хотя чего уж тут… Лучше позорно, но зато успешно.

Я уселась на бревно, свесив ноги с двух сторон, а-ля наездница, и, помогая себе руками, не меняя положения, поползла вперёд, прямо на пятой точке.

Внизу послышался ржач. Что-то мне подсказывало, что сейчас мужчины полностью солидарны друг с другом и оба ухохатываются надо мной.

— Грейс! — услышала я голос куратора. — А ничего, что на зачёте надо ногами по бревну пройти?

— Ногами… А я и так… ногами. Точнее, тем местом, откуда они растут, — снизу послышался очередной приступ хохота. Решила напомнить для забывчивых — свесилась вниз и прокричала: — Я, вообще-то, не как вы — всего ничего занимаюсь. Мне такой спортсменной формы, как у некоторых вообще никогда не достигнуть, так что нечего требовать невозможного.

— Спортсменной? — кажется, дроу радовался, что остался, — я явно поднимала ему настроение. — Ну да, ну да. Грейс, не льсти себе. Даже если будешь заниматься сотню лет, ты всё равно не станешь хоть немного менее неповоротливой.

Я презрительно прищурилась.

— Никуся, стукни его.

Не успел дроу спросить, кто такой Никуся, как ему прилетело по макушке от начальства. Дракон реагировал на меня мгновенно.

— Эй! Ты чего?!

Брейдон тут же вернул себе контроль и осуждающе на меня посмотрел. Я лишь невинно улыбнулась. Так что пришлось ему отдуваться самому.

— Прости, друг. Рука дёрнулась.

Дроу с подозрением посмотрел на Никса, но решил ничего не говорить. Только кинул на меня задумчивый взгляд.

Дальше мне требовалось перелезать на канатную дорогу, но за Брейдоном примчалась фея с каким-то супер важным поручением, так что тренировку пришлось отложить. Он, конечно, предлагал, чтобы я осталась на попечении магистра Тэя, но мы с дроу дружно отказались от подобной участи — не настолько близки. Так что у меня появился незапланированный выходной, который я решила потратить с пользой. А для этого пошла в самое важное помещение Академии — столовую.

В это время здесь редко кто баловал себя вкусностями. Я с удовольствием заняла столик поближе к столу раздаче, чтобы иметь возможность поболтать с поварихами.

— Ох, Танюша, — дородная гномиха подкладывала мне в тарелку побольше мясной подливки на кучку картофельного пюре. — Хорошая ты девчонка! Не зря наш ректор влюбился.

— Скажете вы тоже, тётя Глаша! — я довольно отправила в рот очередную порцию пюре. — Неужто так заметно?

— Как же не заметно, девчонка? — всплеснула она руками. — Он же прямо светится весь. И пирожки у нас постоянно заказывает. Так и говорит: «Мясные, как Татьяна любит». Я уж сколько раз ему их пекла!

У меня на лицо выползла счастливая придурковатая улыбка. Вроде и так знаю, что у нас любовь-морковь, но слушать, как другие об этом говорят и замечают — безумно приятно.

— Таня! — раздался окрик с конца столовой…

Глава 31 Дела сердечные или помощь другу

Таня в школе только одна, поэтому я живенько развернулась и подняла руку.

— Туточки я.

Колонну у входа подпирал целитель-второкурсник Томми и, подслеповато щурясь, искал меня взглядом. Сегодня он почему-то не надел свои огромные очки, и, если бы не огненно-рыжие кудряшки, я бы его ни за что не узнала.

Вот почему все рыжие, что мне когда-либо попадались, — кудрявые? Загадка века!

И пока эта загадка пробиралась ко мне, натыкаясь на все столы подряд, потому что он их просто-напросто не видел, я даже боялась опустить руку — потеряет меня из виду, и всё.

Наконец, это чудо оказалось рядом.

— Чего тебе, сын своей матери? — я с любопытством оглядела бывшего подельника.

После истории с мнимым кладом, оказавшимся канализацией, мы так толком и не поговорили. Томми-Себастьян меня немного сторонился, только изредка здороваясь в столовой, а я и не навязывалась — насильно мил не будешь.

Томми только открыл рот, чтобы что-то сказать, но мой вопрос выбил его из колеи, и он непонимающе похлопал близорукими глазами.

— Что? Хотя… Ладно, неважно! — прервал он сам себя. — Я поговорить с тобой хотел.

— Так не разговаривают, — покачала я головой. — Тётя Глаша, можно накормить этого несчастного? А то, неровен час, ветром сдует.

Гномиха добродушно усмехнулась и щедро наложила порцию пюре второкурснику.

— Да я и не хочу… — начал было Томми.

— Ешь, — пригрозила я, — а то девчонки любить не будут. Чтобы понравиться девкам, нужно иметь красивую задницу, а не доску гладильную.

Целитель покрылся красными пятнами и закашлялся.

— Таня! Ты что говоришь такое?! — он в ужасе прикрыл рот ладошкой.

Я только хмыкнула. Ну, а что? Вот он — будущий врач, а части тела до сих пор не выучил. Стесняется, как девица на выданье. Я, конечно, понимаю, что тут подобные органы становятся не называемыми, но жить, боясь лишнее слово вякнуть, — не по мне.

— Ешь, ешь, — поддержала меня тётя Глаша. — Правильно Танюшка говорит — девушкам нужно за что-то подержаться. А то тощенький, как тростиночка.

Если я думала, что видела предельно яркий красный цвет на лице парня — я ошибалась. Сейчас у него покраснели даже уши, явив миру стопроцентный свекольный оттенок. Но уговоры подействовали, он взял вилку и начал уплетать картошку. Разве что за ушами не трещало. Видимо, на больное место наступили.

— Вот теперь можешь и говорить, чего хотел, — великодушно предложила я, когда мы перешли к чаю с плюшками. На голодный желудок дела не делаются, а разговоры не ведутся, это я ещё в далёкой молодости запомнила.

— Да я извиниться хотел, — потупил взгляд рыжеволосый.

Моя булка не донеслась до рта.

— За что? — хоть убей, не помню.

— Ну как же… — Себастьян Генрихоч смущённо посмотрел сначала на меня, потом на повариху, которая даже половник по такому случаю отложила в сторону, потом снова на меня. — Я же тогда тебя ректору сдал, а потом ушёл и оставил ему на растерзание. Я сильно испугался. Но потом думал. Долго думал. И понял, что не смогу дальше жить, если не извинюсь. Только ты постоянно со своими соседями сидела. Я боялся подойти. Трус я, в общем. Прости, Таня, — он покаянно опустил голову.

— Ой-ой-ой! — запричитала тётка Глаша, прикладывая пухлые руки к необъятной груди. Глазами гномиха показывала, чтобы я утешила болезного…

Я вздохнула и легонько приобняла мальца. Какой же он ещё всё-таки ребёнок! Но честный и неиспорченный.

— Глупый ты! — потрепала рыжие кудри. — Что ж ты просто не подошёл? Али страшно так? Я и забыла давным-давно про это, тем более, мы с ректором тогда даже не поссорились. Мне от него вообще частенько попадает. Одним разом больше, одним меньше — разницы никакой. А ты страдал. Глупый ты. Глупый, но добрый, — я ободряюще улыбнулась, а потом протянула мизинец: — Давай мириться!

Себастьян непонимающе посмотрел на протянутый палец.

Я взяла его руку, отогнула мизинец и показала, как сделать «пальцепожатие».

— Мирись, мирись и больше не дерись. Понял? Теперь опять друзья, можешь забыть прошлое.

— Ну ладно, — парень облегчённо улыбнулся. — Больше не обижаешься?

— Неа.

— Тогда можно просьбу?

Гномиха с громким «плюх» уронила половник в кастрюлю.

— Вот же шельмец! Хитрюга рыжая! — распалялась она. — Ягнёнок волчий!

— Ягнёнок волчий? — заинтересовалась я. Интересная интерпретация знаменитой поговорки. Но потом сама себя оборвала: — Ладно, неважно. Что надо, нехороший человек?

Целитель смущённо улыбнулся, радуясь, что я сразу не послала его куда подальше.

— Ты же девушка…

Я быстро проверила наличие груди и неуверенно кивнула.

— Допустим.

— Значит, должна знать, как вам понравиться.

Половник, только-только выловленный, опять с громким «плюх» упал в кастрюлю.

— Опа-на, — произнесла заинтересованно.

— Ох, ох! — запричитала гномиха. — Влюбился малëк! Не переживай, сейчас мы с Танечкой тебя всему научим!

Томми испуганно сглотнул. Похоже, впечатлился перспективами.

— Так, а кто она? — нет, мне реально было интересно. И без разницы, что я здесь почти никого не знаю.

— Эмилия из моей группы.

Да, так и есть, — знать не знаю.

— Красивая? — полюбопытствовала повариха.

— Обижаете! — тут же загорелся целитель. — Такая красивая, что аж в глазах рябит!

— Так во-о-от почему ты очки снял?! — меня повеселила его восторженность.

Себастьян заметно смутился.

— Нет, я… Я просто хотел казаться более привлекательным и интересным …

— То есть, когда ты натыкаешься на всё подряд, то становишься привлекательней? — тётка Глаша скептически осмотрела моего близорукого товарища.

— Ну, никому не нравятся парни в очках, — после небольшой мыслительной паузы выдал этот горе-любовник.

— Кто тебе сказал подобную ерунду?! — гномиха сурово наступила брови. — Дело вообще не в очках! Ты же тощий, как спичка!

Парень вспыхнул.

— Комплекция такая. Я нормально питаюсь!

— Мало ешь! — распалялась повариха. — Кто давеча выкинул в урну недоеденный суп и два пирожка с вишней?!

Я громко ахнула. Святотатство!

Неудивительно, что она это запомнила! Выкинуть такие шедевры — это же преступление! Ножом по обнажённому гномьему сердцу!

— Я этот суп пол-утра варила! Иж ты! Морщатся оне! Подавай им новомодных диетических коктейлей и пару листиков отрав… Травы, в общем. А потом туда же!

— Я же не виноват, что вы столько накладываете! — пошёл в контрнаступление рыжий. — Как видите меня, так сразу большой половник хватаете!

— Так как же не хватать-то? Тебя кормить надобно! Одни кости торчат! Вон тут, и здесь тоже, смотри, — тётя Глаша ткнула упитанным пальцем в ключицу несчастному. Его тут же перекосило. Удар у работницы кухни был поставлен хорошо.

— Вооот! Весь скрючился, болезный! А ещё целитель.

— Томми, — предложила я, останавливая разгорающуюся перепалку. Так они сейчас передерутся, а я, как всегда, останусь виноватой, — пойдём на улицу, там на аллее сможем пообщаться. А тёте Глаше всё равно нужно к ужину готовиться.

— Ой, и то верно! — всплеснула руками повариха. — Заболтали вы меня, ребятки. Прямо обо всём забыла. Танюшка, заходи ещё! А ты! — взгляд из-под кустистых бровей метнулся к моментально съёжившемуся Себастьяну. — Чтобы жирка нарастил. И мясца! Помни — кто ест… Тот ест! А кто не ест… Тот жизни не знает!

На этой жизнеутверждающей ноте нас и отпустили с Богом.

Пока шли к улице, мой спутник много раз вздрагивал от резких звуков. Тётка Глаша так его взвинтила, что это вылилось в дёрганные и порывистые движения. Я решила сгладить ситуацию.

— Не обижайся на неё, она не со зла. У них природой заложено — всех, кто плохо кушает, — накормить. А ты… Тебя самого не напрягает, что ты такой… стройный? — нашла я не обидное слово. На языке крутилось «субтильный», но я придержала свой противный обидноговорительный орган при себе. А то дай ему волю, и парня совсем затюкаю. А этого никак нельзя допустить. Клевать мозг мужчинам нужно дозированно. Умело совмещая с изрядной долей похвалы, лести и восхищения.

— Я хотел бы стать крепким, но еда не лезет! — пожаловался Себастьян.

— А ты не пробовал спортом заниматься? Вам, мужикам, он здорово помогает. Да ещё и аппетит разогревает.

— Не люблю я это, — поморщился парень.

— Я тоже, — глубоко вздохнула. Ну хоть кто-то меня здесь понимает, а то — куда ни плюнь, все сплошь накачанные красавцы и герои-любовники. Но врать товарищу тоже не хотелось. — Но ты ещё подумай. Пусть не ради девчонок, а ради себя…

— А если для девчонок? Им и впрямь это надо? Я же умный! — возмутился он.

— Умный. В принципе, кому-то этого вполне достаточно. Но! — я подняла вверх указательный палец. — Ты же сам видишь, что уверенности у тебя немного. А вот если ты подкачаешь пресс и… ну, что-нибудь ещё, то уверенности прибавится. Уж не знаю, как это у вас, парней, работает, но это так. Сильный — уверенный. Да и вообще… Вот понравилась тебе девушка, пошли вы гулять, а впереди лужа. И что?

— Что? — заинтересовался он.

— Девушка ждёт, что ты её романтично на другую сторону на руках перенесёшь, а не смачно в лужу вместе с ней грохнешься!

— А это обязательно? — Томми в сомнении покачал головой. — Лужу можно обойти!

— И упустить такой шанс произвести неизгладимое впечатление?! Ты шутишь? Девушки обожают, когда их носят на руках!

— Все?

— Все! — я уверенно кивнула. — Даже тётка Глаша растает, если ты её на руки возьмёшь!

— Я не хочу! Она же тяжёлая! — парень не на шутку испугался.

— Ну так качайся, чтобы тяжёлых девок тоже таскать! Вот понравится тебе девчонка с аппетитными округлостями, а поднять ты её не сможешь!

Целитель покраснел так, что побелели веснушки на лице.

— Почему не смогу? Разве она тяжелей?

— Конечно! — я всплеснула руками. — Ты знаешь, сколько эти самые «округлости» весят?! — вспомнила свой прошлый четвёртый размер (и это в молодости!) и вздохнула: — Много весят.

— А где качаться-то?

— Да где угодно! Только не на качелях, будь добр. Вон, подойди к нашему куратору — магистру Тэю и спроси, с чего тебе начать. Он вмиг из тебя качка сделает! Так что подумай.

И он реально задумался! Шёл, невидяще глядя перед собой. И не только из-за мыслей. Мы почти дошли до лавочек на цветочной аллее перед Академией, как Томми плашмя растянулся на каменной дорожке, не увидев торчащую из земли корягу.

— Кстати, — вспомнила я свой вопрос, прежде чем меня в столовой перебила тётка Глаша, заодно помогая ему подняться, — а почему ты в очках? Ты же — целитель! Почему не вылечишь глаза?!

— Ты что?! — возмутился он. — Ты знаешь, сколько это стоит?

— Как это? — подзависла я. Что-то не припомню, чтобы волшебная палочка просила денег.

— Заклинание, которое вылечивает зрение, придумал один из министров здравоохранения и, по совместительству, — один из самых богатых жителей столицы. Он тут же запатентовал его. И теперь пользоваться им могут только маги его рода. У них и можно подкорректировать себе зрение. Но это — очень дорого.

— А ты.?

— А я, как ты заметила, не очень богат, — он с сожалением осмотрел свои простые ботинки.

— Я думала — тут все мажоры.

— Не совсем. Есть те, кто поступил на бюджет, потому что достоин этого. Вот я, — он горделиво ткнул себя в тощую грудь, — достоин!

— Понятно всё, — теперь ясно, почему он объект насмешек на своём факультете — не вписывается в здешней мир богатых и удачливых. А зубы, как у меня, ещё не отрастил. Вот и огребает.

— Я и пошёл на целителя, потому что хочу придумать собственное заклинание для глаз! Это моя мечта! И я не собираюсь, подобно государственным чиновникам, присваивать это заклинание, а позволю им пользоваться всем!

Я улыбнулась. Такой молодой, но уже такой целеустремлённый. Если наберёт чуточку уверенности, то обязательно добьётся успеха.

— Ты справишься, — уверила я его, — точно тебе говорю. Я знаю это, а чуйка меня ни разу не подводила.

Томми расцвёл.

— Так ты поможешь? Мне надо поразить Эмилию! Она — одна из лучших целителей и прекрасная травница!

— Человек? — заинтересовалась я.

— Нет, эльфийка.

— О-о-о-о, — тут я вспомнила Лари. И его методы ухаживания за принцессой. Как можно поразить эльфа? — Тогда тебе нужны цветы! Много цветов! Эльфы их обожают! Тебе нужно завалить её цветами. Причём, делай это постоянно. Подкидывай их в окно, дари на уроках, передавай с друзьями с милыми записочками и так далее.

— А где я возьму цветы? — растерялся Томми. — На аллее их рвать запрещено, — Томми растерянно заозирался. — А в город выходить во время семестра нельзя.

— А в оранжерее? На кой-нам эти простые цветы с аллеи?!

— Она тоже охраняется. Вдобавок, я не знаю, какие ей понравятся.

— Начнём с роз, — решила я. — А любую охрану можно обойти.

— Таня, — напрягся целитель, — ты же не хочешь воровать розы?

— Почему не хочу?! — возмутилась я. — Очень даже хочу! У меня благородный мотив! Я должна помочь другу. И вообще… Ты знаешь, что любой куст роз растёт лучше, если его обрезать?

— Правда?

— Пфф, ты же целитель, а значит и травник в какой-то мере! Должен знать! Конечно! В этом есть особый смысл: цветы делятся с другими частичкой себя и от этого сами становятся лучше! Так что мы ещё и благородное дело сделаем! Это прекрасно отражает поговорку, что блаженнее отдавать!

— Чего?

— Жмотом не надо быть, вот чего! И это тоже себе, кстати, где-нибудь запиши. Девушки ненавидят жмотов! Терпеть не могут. Эх, всему учить тебя надо! В общем — ночью идём на дело.

— Опять?! — кажется, кто-то застонал в голос.

— Не опять, а снова, — жизнерадостно поправила его. — Я же не виновата, что днём воровать нельзя…

— А ночью можно?

— А ночью не видно.

На этой жизнерадостной ноте мы и расстались. До ночи.

Если вы в ночи увидели две крадущиеся тени, знайте — это мы с целителем несёмся воплощать в жизнь очередной гениальный замысел.

— Таня, ты уверена, что вход в оранжерею в это время не охраняется?

— Конечно, я уверена! Ты хоть раз видел, чтобы охраняли цветочки?

— Нет.

— Вот и я нет. Раз ты не видел, я не видела, тогда с чего совершенно неожиданно там появится охрана?

— Ну, а вдруг?

— Вдруг бывает только… — я осеклась и посмотрела в темноте на собеседника, который всё же поумнел и надел свои очки, и решила последнее слово «пук» не говорить. Не для детских оно ушей. — В общем, неважно. Ты достал нам отмычку?

— Понятия не имею — что это, Таня! — Томми жалобно на меня посмотрел.

— Так и знала, ничего вам, мужикам, доверить нельзя. Ладно, попробуем тогда заколкой. Я в кино видела.

— Что такое кино? — заинтересовался Томми.

— Иллюзия. Интересная, — подобрала я нужные выражения. — Всё, не отвлекай.

— Ладно…

Вытащила из волос заколку (вот не зря волосы сегодня убрала!) и подошла к стеклянным дверям оранжереи. Днём они стояли распахнутыми настежь, всё равно климат внутри поддерживался специальным силовым полем. Обошла двери в одну сторону, в другую. Обычные стеклянные двери. Никакого замка нет. Куда тогда заколку совать?

Фыркнула и попробовала просто толкнуть. А то вдруг она всего лишь прикрыта, в надежде, что никто не полезет? Но нет, дверь и вправду заперта. Что это? Опять заклинание? Зачем заклинанием запирать оранжерею? Эх, сюда бы супер-открывашку Дрейка, которой мы комнату ректора вскрывали…

При мысли о Брейдоне меня посетила идея. Если здесь заклинание, то вполне возможно, что оно настроено на ауру Брейдона. Точнее, может и не на его ауру, а на что-то другое, но я не раз видела, как абсолютно разные двери в Академии открывались, стоило Брейдону приблизиться. Он объяснял, что это для безопасности. Чтобы, в случае чего, он как ректор мог проникнуть в любое помещение на территории учебного заведения.

А оранжерея тоже на этой территории.

Так что я решила попробовать воспроизвести магию дракона и посмотреть, что выйдет. Ксерокс магии я или кто?! Главное, чтобы сам Никс никуда из Академии не улетел. Мы измеряли как далеко я могу доставать. По последним данным я могла «занять» у него магию на расстоянии пары километров. Я расту, что уж и для меня его источник всегда открыт. Как-то автоматически. Я никогда не задумывалась, почему так, но брать его магию, не дожидаясь разрешения и не уведомляя его самого, стало так же легко, как дышать.

Я настроилась, и на моей руке заплясал небольшой костёрчик. Маленький и уютный, который никогда не обожжёт, зато согреет и защитит.

Поднесла руку к двери, и… О, чудо! Она открылась.

Я победно возвела руки к небу. Да я готовый вор! Теперь могу без всяких там отмычек ходить не только в оранжереи, но и в спальню к ректору, если пожелаю! От подобной мысли щёки порозовели, а глаза засверкали. Интересно, а если он на мне женится, то это и моя спальня будет? Или мы возьмём другую, побольше?

Так, Таня, успокойся! Тебе никто ещё ничего не предлагал. Точнее, предлагали, но как-то не правильно, не красиво. Я, конечно, понимаю, что мужикам и этого достаточно, но в сказку я попала или куда? Хочу карету, туфельку, тыкву и золотой ключик! Хотя золотой слиток тоже сгодится.

Резко покрутила головой, отгоняя навязчивые мысли.

— Томми, открыто! Пойдём собирать цветы для твоей возлюбленной. Но взамен, ты обязательно мне её покажешь.

Томми согласно кивнул. Он вообще сейчас приготовился ко всему: глаза блестят, руки нервно сплетаются пальцами. Вот он точно похож на настоящего грабителя банка. Я такого алчного блеска в глазах давно ни у кого не видела. Он схватил с небольшого металлического столика огромный секатор и угрожающе щёлкнул им пару раз.

Я тут же отпрыгнула в сторону. Не, ну его в баню, отрежет ещё что-нибудь ценное в порыве энтузиазма. Моя внучка так делала — захотела куколкам волосы подравнять, а потом все куколки лысые.

— Куда идти? — поинтересовался этот горе-флорист.

— Прямо, — я на всякий случай указала нужное направление. Сама вооружилась ещё одним секатором и пошла за товарищем.

Мы нашли большой куст розовых роз и принялись ощипывать его, словно курицу. Томми жаловался, что шипы колят руки, я ругалась, что он не додумался взять перчатки, потому что шипы действительно царапались, словно сражаясь с захватчиками.

— Ты хоть равномерно стриги, а не просто вглубь. Завтра садовник придёт, а тут одни пеньки вместо роз. Если хочешь стать постоянным здешним клиентом, то делай всё незаметно, — напутствовала я его.

Томми пыхтел, бурчал, но слушался. Хороший мальчик.

— Таня, — спросил он, — скажи, а почему ты такая? В смысле, как тебе удаётся быть такой?

— Какой?

— Ну… Ты вроде не самая красивая, — я метнула на него разъярённый взгляд, но он, похоже, не заметил. — Не самая умная, не самая ловкая, не самая добрая, не самая общительная, не самая богатая и родовитая.

— Продолжай… — мило прошептала я, угрожающе тыкая в него секатором, — какая я ещё «не самая»?

Целитель дернулся. Понял, что перегнул палку.

— Я хотел понять, — начал оправдываться он, — как так получается, что к тебе все тянутся? Ты располагаешь к себе, при том, что не пытаешься понравиться. Твои соседи, ректор, поварихи, твой одногруппник, да и я сам. Я видел, как ты запросто болтаешь с садовниками и преподавателями. Как будто никого не боишься.

— А чего их бояться? — удивилась я. — Люди как люди. Даже если и не люди. Любой высокопоставленный человек — это, в первую очередь, личность. Вот я и общаюсь с личностями, а не с чинами и званиями.

— Но это же не всё? — допытывался Томми. — Почему я всегда тебя слушаю и не могу отказать?

— А я знаю? — меня повеселила его наивность. — У тебя надо спросить.

Нет, вопросы Томми меня заставили задуматься, но не говорить же ему этого?

Да, я не самая умная в этой Академии, даже, если точнее, я в принципе много думать не люблю. Сюжеты, построение, логика, тактика, философия — это не моё. Я как ветер — куда подует, туда лечу.

А что касается того, почему я всем нравлюсь… Ну, во-первых, не всем. Это раз. Второе — я честна. Я честна с другими, я честна с собой. Я не скрываю своих недостатков и не кичусь своими способностями. Я просто живу.

Почему ректор меня полюбил? Такой шикарный мужчина по всем известным правилам романов должен был найти девушку себе под стать. Умную, прекрасную, во всём превосходящую окружающих дам.

Но правда в том, что и ректор не идеален. Я знаю. Например, он боится принять свою собственную сущность, уж не говоря о том, что у него их две. Он не доверяет ей, то есть по сути себе. Вдобавок, фанатичен и зациклен на своих исследованиях. Книжный червь, по-нашему. Он, в обличии Никуси, да и сам по-себе, вспыльчив и высокомерен.

Но всё дело в том, что это здорово! Вы бы хотели себе идеального мужа? Такого, рядом с которым ощущали бы себя куском грязи, до которого великое Его Превосходительство снизошло? Вот и я нет.

В мире нет идеальных людей. Мы просто нашли друг друга, мы просто вместе, разве этого мало? В чём моя оригинальность? Да ни в чём, зачем она нужна?

А что до дружбы — так ей надо ещё меньше. Если хочешь, чтобы у тебя появились друзья, то просто будь дружелюбен, черт возьми! Научись общаться с людьми, интересоваться их проблемами, просто хорошо проводить с ними время. Отвлекись от своих проблем и обрати внимание на мир вокруг. Жизнь-то одна. И даже если у тебя их вдруг оказалось две, это не повод разбрасываться.

Дурачиться никогда не поздно. А вот жить скучно, день за днём… Да кому оно надо? Мне не надо. Поэтому я выбираю ЖИТЬ!

— Не знаю, Себастьян, наверное, я всё же красивая, — очень коротко ответила ему. Ну, а зачем мозг человека лишней информацией забивать? Пусть сам вычерпывает её! Он — не я, ему мои советы, как троллю цветочный венок на уродливую башку.

Вдруг у входа мы услышали голоса. Одновременно быстро пригнулись, и я пихнула парня в розовый куст. Он охнул, наткнувшись на колючки, но всё же послушно полез вглубь. Я полезла следом. Пожалуй, завтра мы будем похожи на решето, но сегодня должны остаться незамеченными. Тем более, один из говоривших — Никс.

Включился приглушённый свет, и они вошли.

— Странно, Флокс, — это он садовнику. — Не помню, чтобы когда мы вечером с вами уходили, то оставляли дверь открытой.

— Я закрывал! — тут же открестился Флокс. — Может, ветром открыло?

— Запирающее заклинание открыло ветром? — ректор насмешливо фыркнул. — Не смешите меня, — тут он осёкся и громко втянул носом воздух. — А, впрочем, неважно. Давайте поскорее закончим и разойдёмся.

— Да-да, конечно, — садовник засуетился, бегая по оранжерее и собирая в корзину ректору травы и растения, названия которых громко читал из списка в руках.

— Так. И розовые розы! — наконец, возвестил он и пошёл прямо в нашему истерзанному кусту!

Я пихнула в бок Томми, заставляя его продвинуться глубже.

— Не надо розовые, — вдруг сказал ректор. — Я передумал. Хочу белые.

— Белые? — садовник, судя по голосу, остановился. — А разве не вы говорили, что для этого зелья нужны лепестки именно розовой розы?

— Перепутал, — спокойно пояснил Брейдон.

— Ааа, ну, ладно.

Послышалось шуршание листьев, щелчки работы секатора, шаги, и они, наконец-то, вышли.

— Уфф, — я выползла из куста. — Чуть не спалились.

За мной, весь помятый и поцарапанный, вылез целитель. Он с сожалением оглядел меня, себя и со вздохом начал лечить многочисленные порезы. К его чести, сначала на мне.

Я улыбнулась.

— Тебя бы к нам в команду! Говорят, нам предстоит комнатами, то есть, четвёрками соседей на практике трудиться, так что целитель нам бы не помешал.

— А сейчас бы нам не помешал хороший портной, — проворчал парень. — Ты посмотри, что стало одеждой!

Он с сожалением поднял двумя длинными пальчиками тканевые лоскутки, которые некогда назывались футболкой. Подозреваю, я выглядела не лучше.

— Неважно, главное — мы смогли. Пошли дарить!

— Сейчас? — ужаснулся целитель.

— Нет, завтра, — раздражённо парировала я. — Пошли, кому говорят. Ночь — самое романтичное время!

— Ты мне на ногу наступила!

— Так нечего свои культяпки мне под ноги сувать!

— Я сейчас домой пойду!

— Куда? К матушке в деревню? Грядки полоть? Или ты про общежитие?

— И ничего и не деревня, — надулся Томми, потирая отдавленную ступню. — У нас красивое загородное поместье!

— А-а-а-а, ну ладно, — я легкомысленно махнула рукой. — Какие окна? Нам еще здорово повезло, что она на первом этаже живёт!

— Вроде это… — Томми остановился около красивого балкончика, увитого красными розами, и показал в сторону французского окна до пола. Сейчас ночи жаркие, так что ничего удивительного, что дверь была приоткрыта. Жаль только, что на цепочку.

Я подошла поближе. До края балкона примерно метра два вверх. Ограждение же состояло из вертикальных белых колонн, находящихся на расстоянии около полуметра друг от друга.

Я посмотрела на проём, на свой второй размер сверху и… Немногим больше снизу, а потом перевела взгляд на приятеля.

— Хм. А знаешь, что-то в твоей худобе есть. Она такая… удобная! Смотри, ты боком точно пролезешь!

— Мне надо лезть туда? — ужаснулся целитель.

— А как, по-твоему, дарить цветы будем? — я изогнула бровь. Постаралась сделать так, как это делает один красноволосый дракон, — эффектно.

— А почему просто не перелезем через перила? — Томми в сомнении посмотрел на предложенное мной пространство.

— Ты розы видел? Мало, что ли, тебе предыдущих ранений? Ещё захотелось? А тут, если перелезать будешь, перекидывая по одной ноге, рискуешь поцарапать и исколоть себе нижнюю точку так, что сидеть завтра не сможешь, и никакая магия не спасёт.

Томми сбледнул и прикрыл ладошками оную часть тела.

— Ну, через перила так через перила, — решил он.

Решительно подошёл к балкончику и уцепился вытянутыми руками за край. Пару раз подпрыгнул, но подтянуться не смог.

— Лезь! — подбодрила я его. — Жаль, длина балкона большевата, иначе бы просто ногами в стену упёрся и подтянулся, а так — забирайся как получится.

— А как? Я не умею! — он, кряхтя, попытался руками подтянуться и заползти на балкон. Тощие длинные ножки совершенно бестолку дрыгались в воздухе.

Я вздохнула и подошла поближе — товарищам надо помогать. Обхватила мальчишечьи коленки, предварительно опять зачерпнув ректорской силы, чтобы не надорваться; а то мне ещё детей рожать, я надеюсь; и пихнула Себастьяна наверх.

— Есть! — он поставил коленку на пол балкона, всё ещё оставаясь с внешней стороны, и начал складываться пополам, заталкивая своё тельце в прореху, начиная с головы.

Застрял он, на удивление, в пузе.

— Вот тебе и пирожки у тёти Глаши, — я задумчиво обошла длинные ноги в классических чёрных туфлях с вытянутыми носами. Нашёл, во что вырядиться! — Ты живот-то втяни!

— Втянул я! — прохрипел он с той стороны.

— Подтолкнуть?

— Не вздумай! — Томми не на шутку испугался. — Не рассчитаешь силу, и я без рёбер останусь! Я сам!

Я фыркнула. Не очень-то и хотелось!

Кое-как покрутившись, парень всё же втянул себя на балкон, где победно вскинул руки.

Я размахнулась и забросила букет. Довольно тяжёлый букет, так что, если бы не ректорская сила, ни за что бы у меня не получилось. Мы же по правилам всё сделали: сто одна роза! Так что весила эта красота не мало… Томми букет, конечно, схватил, но и улетел вместе с ним прямо в окно.

Послышался глухой удар, и мы, не сговариваясь, плюхнулись вниз. Я — на траву, второкурсник — на каменную плитку балкона.

Подождали минуту, две — тишина. Фуф, значит, не разбудили.

Я поднялась первой и пару раз подпрыгнула, рассматривая происходящее у окна.

Томми поднялся следом.

— Что теперь? — спросил он севшим голосом.

— Теперь? Теперь попробуй цепочку с крючка в комнате снять и цветы туда клади. Только желательно ближе к её кровати.

— Ага, понял! — в ночном небе под светом немногочисленных фонарей и луны сверкнули стекла круглых очков. Кажется, мой энтузиазм заразителен.

Парень прошёл к двери и долго копался. Наконец, с небольшим металлическим звоном, цепочка упала, а наш принц вступил в девичью спальню.

И тут меня осенило.

— Томми! Томми! — заорала я громким шёпотом. — Я передумала. Ты там ни на что не пялься! Глаза закрой, цветы положи и вали оттуда! Там же девки спят!

Я стыдливо прикрыла глаза. Вот же овца! Послала парня в девичью спальню. Мало ли, что он там увидит?

— Сейчас, я уже её кровать вижу, — Томми подбежал к перилам балкона, в возбуждении потрясая букетом. — Не волнуйся, я никуда не смотрю. Сейчас цветы на кровать брошу, и побежим по комнатам!

Он развернулся и понёсся обратно, а я вдогонку заорала, опять шепотом:

— Куда брошу?! Они же тяжеленные!

Ну, точно! Буквально через пару секунд пространство пронзил девичий визг.

Томми пулей вылетел из спальни и на скорости влетел в узкое отверстие между колоннами.

— Тяни, тяни! — прохрипел он.

Я схватила его за руки и со всей силы дёрнула на себя. Видимо, Томми перед этим успел выдохнуть, потому что выскочил он, словно пробка из бутылки, снёс меня с ног, и мы кубарем покатились по траве.

А воздух всё так же сотрясался истошным визгом. Теперь уже аж в четыре голоса. Блин, хоть бы выбежали на балкон, проверить, вдруг воры? Нет, надо сидеть на кровати и визжать. Девчонки!

Томми первый вскочил на ноги, помог подняться мне и понёсся вглубь общежитий, подальше от места происшествия.

Мы остановились под моими окнами и безудержно начали хохотать.

— Таня, — сквозь слёзы пробормотал он, — я за всю жизнь не делал столько глупостей, как с тобой.

— Нууу, значит скучно ты жил! — я дружелюбно похлопала его по плечу.

— Как теперь домой попадёшь? — спросил он.

— Подам сигнал Воли — соседу моему. Он спит чутко, давно уже предлагал, чтобы я, если что, его звала. Он, даже если спит, имя своё услышит. И придумает, как меня наверх поднять. Может, простынь спустит или лестницу, а может, магией, он же вроде старшекурсник, для них подобное не проблема. А вот ты как обратно пойдёшь? Там, наверное, все ваше общежитие на ушах стоит.

— А я подозревал, что с тобой в компании всё может случиться, поэтому договорился с одним парнем из артефакторов. Мы с ним дома соседи. Так что он меня на ночь впустит.

— Ааа, ну ладно. Тогда беги, пока всю Академию на ноги не подняли.

Он в сомнении потоптался немного, но потом кивнул и растворился в ночной темноте.

— Ну слава Богу, я думал, он никогда не уйдёт, — низкий мужской голос прорезал воздух.

Я вздрогнула от неожиданности. И резко развернулась.

Глава 32 Ночные разговоры

Брейдон стоял, прислонившись плечом к стене общежития. Поддерживал его. Наверняка думал, что без него общежитие точно развалится. На лице цвела наглая ухмылка. Тем не менее, меня ждал именно Брейдон, а не его дракон.

— Что? — спросила мрачно. — Нравится меня пугать? У тебя, кажется, это входит в привычку. Давно здесь стоишь?

— Давненько, — кивнул он. — Таня, вот скажи мне… Когда я учуял твой запах в оранжерее вместе с запахом этого мальца, я чего только не подумал, но мне даже в самых страшных снах не могло присниться то, чем вы тут занимались на самом деле. Объясни, почему это нельзя сделать проще и нормальнее? Прийти днём, договориться с Флоксом, подарить цветы открыто? Зачем с этим второкурсником проворачивать ваши делишки именно ночью?

— Ревнуешь? — спросила, наклонив голову набок.

— Пфф, не думай обо мне так уж плохо. Если я начну ревновать к каждому другу, то никаких нервов не хватит. Я до сих пор помню твоего соседа-эльфа и ваши «официальные» отношения, — Брейдон показал кавычки в воздухе. — Жаль только, что слово «официальные» для Татьяны Грейс пустой звук, — тут уж я фыркнула. — А ты мне не ответила, зачем ночью, как воры?

— А я знаю? — пожала плечами. — Так интересней, — я хитро прищурилась. — То есть, к Томми ревновать не будешь?

Брейдон только глаза закатил.

— Я не настолько разочарован в себе, адептка Грейс, — в его голосе появились мурлыкающие, обволакивающие нотки. Брейдон в одно слитное движение оттолкнулся от стены и оказался буквально в полуметре от меня. Завис прямо над головой и втянул носом воздух.

— Тебе бы хотелось, чтобы я ревновал? Знаешь, что сложно? Сложно чувствовать запах твоей крови и не иметь возможности вышвырнуть этого пацана ко всем чертям, чтобы немедленно утащить тебя к себе и запереть на десять замков. Вот это — то ещё испытание.

— Почему же ты так не сделал? — я сама сделала этот шаг, разделяющий нас. И теперь стояла вплотную к монолитному телу мужчины, от которого даже через рубашку шёл жар, и, запрокинув голову, разглядывала его лицо.

Бордовые брови, аристократический нос, алые волосы, сверкающий в темноте взгляд. Но, несмотря на все странности, его лицо привлекало меня. Красивое, необычное, но уже такое родное!

Когда я успела так привязаться?

Вот небольшая складочка между бровей — это потому, что он постоянно хмурится, когда занимается делами Академии. Вот волевой упрямый подбородок, он каждый раз упрямо выдвигается вперёд, когда у ректора не получается с первого раза какой-нибудь очередной эксперимент. Вот острые, хищные скулы, по которым хочется провести рукой, вызывая улыбку на породистом лице. Его лицо всегда открыто для меня, оно не кажется далёким и недосягаемым, а в его глазах я вижу отражение своих чувств. И даже больше того.

— Ты же мог зарычать, выкинуть Томми в портал, обернуться страшным красным драконом и утащить меня в тёмный-тёмный лес.

— Страшным красным драконом, говоришь? — его бордовая бровь выгнулась под углом девяносто градусов. — Таня, не играй сейчас со мной, а то утащу в тёмный-тёмный лес, а ты потом орать на меня начнешь. Или укусишь за…

Я непроизвольно заулыбалась.

— Да ну тебя! Такой момент испортил! — не успела договорить, как мужчина резко наклонился и невесомо поцеловал меня в губы. — А-а-а… Чего это я… Я хотела сказать…

Брейдон повторил свой манёвр, и я опять сбилась.

— Я хотела спросить…

Меня рывком прижали к себе и целовал, пока у меня не начали подкашиваться ноги. А я лишь вцепилась в рубашку мужчины и ошалело хлопала глазами.

— Вот теперь говори, — он, не выпуская меня из объятий, зарылся носом в волосы и чего-то там нанюхивал.

— Так почему ты этого не сделал?

— А тебе бы такое понравилось? Вроде у тебя свои планы на вечер были. Вдобавок, день прошёл достаточно тоскливо, и мне тоже хотелось немного развлечься, а наблюдая за тобой, веселье всегда обеспечено. Как в театр сходить. Я, конечно, едва сдержался, когда этот горе-целитель тебя так долго лечил! — он недовольно выпустил небольшую струю дыма из носа (о, а это Никуся активировался!) — Но в остальном, не думаю, что тебе понравится, если я заберу тебя к себе, запру в башне и запрещу показываться на улице. Хотя, не скрою, желание такое у меня есть.

— Ещё чего! — возмутилась я, пытаясь высвободиться из драконьих объятий. Куда там! Драконище даже не понял, по-моему, что я трепыхаюсь и пытаюсь выбраться, продолжая с независимым видом рассуждать сам с собой.

— Но я же понимаю, что закрыть мою Татьяну невозможно. Иначе она вылезет в окно этой башни, распугает стражу и сбежит.

— Вот именно, — поддакнула я, продолжая возиться и толкаться в кольце тёплых рук.

— Вдобавок, я же обещал, что ты сможешь нормально учиться, ощущать себя студенткой, познавать вкус молодости. Но имей в виду, Грейс, моё терпение не безгранично. Вот так посмотрю на тебя, посмотрю и не дождусь твоего выпуска, заберу к себе, и будешь ты не сумасшедшей адепткой, а примерной женой дракона.

Я рассмеялась.

— Ты хоть сам-то в это веришь?

— Во что именно? В то, что будешь примерной? Или в то, что будешь женой? Если последнее, то я даже не сомневаюсь.

Я спрятала пылающее юным румянцем лицо на широкой груди. Уткнулась носом в небольшую пуговицу и смущённо колупнула её ногтем.

— Всё. Засмущал. Ладно, Ромео, что сейчас сделаешь? Отпустишь меня спать?

— А надо? — он наклонил лицо и посмотрел сверху вниз. — Ты хочешь спать?

— Есть другие идеи?

— Можем полетать. Вдобавок, я давно собирался тебе рассказать, что интересного придумал для твоей возможной профессии.

Я задумчиво покрутила пуговицу, натягивая нитки, пока… она не оторвалась…

Растерянно моргнув, я спрятала трофей в карман и перевела тему.

— Заинтриговал. Ладно, веди меня, Сусанин!

— Даже спрашивать не буду, — усмехнулся он.

— И не спрашивай, — усмехнулась в ответ.

Мужчина взял меня за талию и рывком подбросил в воздух, а приземлилась я уже на блестящую, переливающуюся шею ящера. Таким привычным движением погладила красные чешуйки на голове и скомандовала:

— Полетели, мой рыцарь! Или конь…

Дракон подо мной издал нечленораздельный звук. Подозреваю — смеялся. Мы взмыли в небо и устремились к облакам.

В этот раз Брей вёз меня долго и далеко. Я уже успела немного задремать на его спине, благо, что погода позволяла. Когда открыла глаза, поздний вечер уже сменила глубокая ночь.

Дракон стоял на крыше старинного особняка, с разных сторон увенчанного башнями. Это место немного напоминало Академию, только та светилась белизной, казалась яркой, живой, а это место, наоборот, — мрачным, тёмным и необитаемым.

Иногда, когда заходишь в дом, где долго никто не обитал, то чувствуешь запустение и заброшенность, даже если помещение содержится в идеальном порядке магией.

— Кто здесь жил? — спросила я, хотя внутренне уже знала ответ.

Брейдон помог мне спуститься на каменную поверхность одной из башен особняка, и только после этого пламя охватило его фигуру и вместо дракона предо мной предстал мужчина.

— Я, — ответил он коротко. Потом подумал и кивнул на лестницу с другой стороны башни, ведущую внутрь замка. — Хочешь пройтись?

Я заворожённо кивнула. Никогда не отличалась излишней сентиментальностью, но архитектуру люблю, не зря же столько лет провела на стройках. А тут ещё намечается интересная история, подозреваю, что грустная, но узнать её не откажусь, тем более, что мужчина сам захотел рассказать.

Мы начали спускаться по лестнице, держась за руки. Так же вдвоём, не отпуская друг друга, обошли весь верхний этаж. Комнаты слуг и хозяйственные помещения особого интереса не вызвали, поэтому надолго мы задерживаться не стали, а прошли сразу на первый этаж в огромный холл.

— Это же! — я неприлично открыла рот. Обстановка была один в один, как в Академии! Только там всё белое, а здесь — тёмно-серое. Изредка тёмно-бордовое.

— Да, Академию я создавал по образу своего родного замка, — Брейдон кивнул. — Только добавил в неё то, чего мне здесь не хватало. Света, тепла и уюта.

— Где все обитатели? — я не могла не задать этот вопрос. И я знала, что раз Брей меня сюда привёл, значит, он готов рассказать обо всём.

— Их уже нет в этом мире… Не волнуйся, — он грустно улыбнулся. — Никаких кровавых драм. Для каждого пришло своё время уйти. Время не щадит даже драконов.

— Ты меня сюда привёл, чтобы поговорить о прошлом?

— Именно, — он кивнул. — Пойдём.

Мы продолжили обходить замок, Брейдон показывал мне все значимые для его детства места и попутно рассказывал.

— Может быть, ты когда-то слышала, что я — последний из рода огненных драконов? Нет? Ну так вот, это — правда. Драконы в нашей стране есть, но их немного. А всё потому, что у них рождается крайне мало детей.

— Почему?

— Дети драконов появляются только от истинных пар. От тех, кто предназначен им. И от тех, кого одновременно выбирает и дракон и его человеческая ипостась.

— И ты веришь в Это? — я нахмурилась. Брейдон несколько раз говорил про меня что-то подобное. Что я — его истинная, и тра-ля-ля. И мне это не нравилось.

— Не хочешь ли ты сказать, что живёшь себе, живёшь, вдруг встречаешь истинную пару, и всё, любовь до гроба и так далее? А как же настоящие чувства? А как же выбор? Только инстинкты хищника? А если она храпит по ночам? А если у неё изо рта воняет? А если он сам ей не нравится?

— Погоди! — Брей положил руку мне на плечо и притянул к себе, продолжая неспешную прогулку по замку. Он, посмеиваясь, убрал светлый локон мне за ухо и прошептал в это самое ухо: — Если одна иномирянка так и продолжит меня перебивать, то ничего не узнаёт.

Я усмехнулась и показала движение, будто закрыла рот на замок. Он удивлённо проследил за этим движением, но посыл уловил, поэтому продолжил:

— Откуда у тебя такие странные представления? С чего ты взяла, что пара выбирается инстинктами?

Я пожала плечами. Из фэнтези, фильмов, книг и тому подобного, откуда же ещё…

— Истинные пары — это две личности, которые находят друг друга, влюбляются и становятся гармоничными настолько, что начинают представлять собой единое целое.

— Как две половинки? — встряла я.

— Две половинки чего? — поинтересовался он.

— Ну, например, яблока.

— Изволь, — Брейдон усмехнулся, усадил меня в первое попавшееся кресло на пути, сам же встал напротив, приняв свой преподавательский вид. Махнул появившейся из ниоткуда палочкой, и каждому из нас в руки упало по яблоку. Точнее — ему одно, а мне — два, побольше и поменьше. — Давай на примере. Смотри.

Он поднял своё яблоко и руками разломил его на две идеально ровные части.

Он раздвинул их, потом снова сложил в идеальное яблочко.

— Идеальные? — спросил он у меня преподавательским тоном.

Я кивнула.

— Это и ежу понятно.

— Ежууу, — он усмехнулся. — Тогда… Это, — он указал на одну из половинок, — она. А это, — на другую, — он. Допустим, ты права, и мы имеем дело с идеальными половинками, предназначенными судьбой. Теперь, представь, что они встретились не в пять лет или десять, а намного позже. За это время с каждым из них произошло много всего, — он взял одну из половинок и с громким хрустом несколько раз укусил её с разных сторон. Не прекращая жевать, продолжил: — Он получил блестящее образование, поехал на войну, одержал победу, вернулся, потом его семья разорилась, ему пришлось самому строить жизнь, — Брейдон ещё раз несколько раз куснул яблоко. А я сглотнула. Уж очень аппетитно хрустел. — А она, — тут уже вторую половинку яблока подсунули мне — типа, кусай, — жила в богатой семье, печали не знала, пару раз встречалась с разными охламонами и вела праздную жизнь.

Я пару раз укусила яблоко, и магистр философии Никс забрал его у меня, а потом соединил некогда идеальные половинки. Теперь ничто не напоминало об их изначальной совместимости. Они уже не прилегали друг к другу плотно, оставаясь двумя отдельными обгрызанными кусками.

— Предназначенные судьбой, как ты говоришь, но, при этом, имеющие разную жизнь и сущность. Ну что, идеально? — спросил он у меня.

Я помотала головой, всё ещё не понимая, о чём он.

— А теперь давай свои яблоки, — огрызки полетели в урну, и я проводила их печальным взглядом.

Брейдон разломал оба яблока пополам, взял две разные половинки от двух разных яблок, а другие отдал мне.

— Эти можешь съесть, они больше не понадобятся, — что я с удовольствием и начала делать. — Другая ситуация.

Он сложил две половинки от двух разных яблок. Одна оказалась красной и большой, вторая существенно поменьше и зелёной.

— Встречаются два разных существа, даже, допустим, из разных миров. Встретились, влюбились и начали вместе проходить через жизнь и сложности.

Он укусил с одной стороны оба яблока, оставляя в них общую дырку.

— Например, притирание характеров, потом рождение детей, — подсунул мне составное яблоко с другой стороны. Я тоже постаралась отхватить кусок побольше, задевая обе половинки. — Потом смена работы, — укус с его стороны. — Сложности с финансами, — мой укус. — Радостные моменты, — его укус. — Печали, — мой.

Ещё пара примеров, и я поняла, что наелась. Брейдон мне продемонстрировал обгрызенное нечто, что раньше существовало двумя разными половинками. Теперь же совершенно не различалось, где там большое яблоко, где маленькое, где красное, где зелёное. Да и трещинку-соединение особо не найдёшь — один большой огрызок.

— А вот это — истинность, о которой я тебе говорю. Не смотря на все сложности и препятствия, изначально разные люди становятся одним целым. Не сразу, спустя время. И обретают счастье. Это — не драконьи инстинкты, как ты сказала. Это — скорее, животная чуйка. Мы заранее начинаем понимать (опять же, не сразу), с кем у возможно счастливое будущее. Такие пары есть у всех. И у людей, и у оборотней, и у всех остальных рас, просто драконы и оборотни, кстати, лучше их чувствуют. Это и есть — истинная пара. Я чувствую, Таня, что ты — моя пара. Это не значит, что у тебя нет выхода, это просто значит, что раз я первый это понял, сделаю всё, чтобы и ты это почувствовала.

— Ты сказал, что у драконов не бывает детей от не истинных. У людей так же?

— Нет, — он помотал головой. — В этом мы различаемся. Поэтому нас так мало. Другие семьи драконов редко, но всё же находят свои пары. А у огненных давно не случалось подобного. Последним должен был быть не я, а мой отец. В этом мире у него пары не сложилось. Он прожил больше тысячи лет и не нашёл её, а строить судьбу с кем-то другим не захотел. Может, он и смог бы найти свое счастье, пусть и без детей, но мой отец не принимал полумер.

— Ты сказал… Из этого мира. Ты имел в виду.?

— Да, ты правильно поняла, — Брейдон махнул палочкой, и на столике передо мной появилась чашка горячего какао.

Я намёк поняла — разговор не быстрый, поэтому сняла туфли, поджала ноги под себя, взяла в руки кружку и показала всем своим видом, что готова внимать.

— Моя мать из вашего мира — иномирянка. Это случилось больше ста пятидесяти лет назад. Она отличалась от тебя — совсем другая. Но, я так понимаю, в вашем мире за столько времени многое изменилось, может поэтому я не сразу поверил, что ты оттуда. Но, клянусь, даже тогда, когда получил письмо из тайной канцелярии, то обещал себе, что если ты и правда не из нашего мира и не захочешь судьбы королевского служащего, то я помогу тебе во что бы то ни стало.

Он взлохматил волосы и возбуждённо начал ходить передо мной из стороны в сторону.

— Мой отец так никогда и не выдал королю тайну матери, тем более, когда понял, что она его пара. Они прожили хорошую жизнь, пусть и недолгую. Отец разделил оставшееся ему время пополам, но так как сам был уже не молод, то времени им отпущено оказалось немного. За всё время родился только я. Они познали счастье… И лишь одно моя мать не смогла принять…

Он встал прямо передо мной и начал нервно крутить браслет часов на руке, оставляя на коже красные следы. Слова давались ему тяжело, а я вдруг каким-то шестым чувством поняла, что он хочет сказать.

— Она не принимала его вторую сущность?

Брей вздрогнул и кивнул. Пальцы побелели, руки сжались.

— Она боялась дракона, не понимала, как человек может превращаться в ящера. Считала это ненормальным. И мой отец навсегда отказался от полётов ради неё. Он не мог полностью уничтожить свою сущность, но постарался никак при ней не проявлять. А без своего дракона человек долго не живёт.

— А ты…

— А я видел, как моя мать боялась дракона и обещал себе, что никогда таким не стану, чтобы не пугать еë. Много лет я боролся с собой, считая себя ненормальным. Я же не только дракон, я — наполовину человек. Пусть полукровок, в физическом понимании, у драконов не рождается, но мозги-то у меня скорее человеческие.

— Поэтому ты не принимал Никусю? — я вздохнула. Ну, а чего ожидать от женщины, рождённой задолго до технического прогресса, свободы мысли и так далее? Когда это случилось? Середина девятнадцатого века? Тысяча восемьсот чего-то там год? Конечно, это не самое просвещённое и передовое время. Скорее всего, считала дракона нечистью, исчадьем ада.

— Брей… Мне так жаль.

— Когда я понял, что ты — моя истинная, я испугался. Ведь ты тоже оттуда и тоже сначала боялась меня. Я понимал, что выгляжу для тебя страшно. Но я не хотел тебя пугать.

— И вовсе ты не страшный! — возразила я. — Это я так думала, потому что не знала вас с Нукусей. Твоя мама так реагировала, потому что в своем мире она жила в сложное время, но это не значит, что ты должен бояться своей сущности. Драконья душа — часть тебя. Ещё более близкая, чем даже эти ваши истинные пары. Если ты не сможешь принять её, то тогда не сможешь по-настоящему ощутить счастье

— Но мои родители смогли, — возразил он.

— У них своя история. А у тебя своя. И ты не можешь знать о них всё. Твой дракон несчастен без тебя, Брей. И я не жду от тебя таких жертв, вы мне нравитесь оба. А когда вместе, так вообще очень! Так что принимай себя, люби себя и не занимайся ерундой! — я поддерживающе похлопала его по руке. Ну вот, надеялась на романтический вечер, а получился сеанс психотерапии.

— Так что теперь я — последний из своего рода. Он вырождается. И если ты, адептка Грейс, мне не поможешь, то я буду обречён на вымирание.

Я фыркнула.

— Это шантаж!

— Да! — он довольно оскалился и потянул меня к себе поближе.

— А если я не соглашусь?

— Я буду спрашивать ещё и ещё раз. А потом ещё и ещё! Пока не согласишься.

— Ясно, выбор без выбора, — не сказать, чтобы я слишком огорчилась, но нельзя же сразу соглашаться. Потом подумала и спросила: — Кстати, раз ты знаком уже с темой попадания сюда, может скажешь, кому принадлежало это тело до меня? — я ткнула себя в грудь.

— Твоё, — он улыбнулся. — Это миф, что души иномирян занимают чужие тела. Этим промышляют создания хаоса — нет, не такие как твой фамильяр, а те, что намного разумней, а вы появляетесь в вашем истинном обличии. Таком, как ваша душа. Так что это — твоё тело, не переживай.

Я довольно оглядела своё тело. А ничего так у меня душа, красивая, фигуристая…

— А как же ваши учебники?

Он фыркнул.

— А что, на Земле в учебниках всегда пишут только правду?

Я нахмурилась.

— Ну… Поручиться не могу…

— Вот именно. Нашему государству выгодно скрывать истинное положение вещей, ведь тогда можно безнаказанно отлавливать иномирян и заставлять работать на себя. Представь, безграничный контроль над чужой силой! Не спорю, иногда это оправдано, но это скорее исключение, чем правило.

— Последний вопрос, — я вырвалась из захвата, когда почувствовала, что мужчина не прочь перейти от разговоров к поцелуям, — почему вы, магические создания, такие хилые? Род дроу вырождается, род огненных драконов — тоже. Может, вам медицину улучшить?

Брейдон запрокинул голову и рассмеялся.

— Причины вырождения драконов с проблемами расы дроу не имеют ничего общего, — заверил он. — Их прокляла ведьма, отобрав королевский кристалл, так что девочек у них давно не рождается. А они, в отличие от драконов, не могут передавать стопроцентную наследственность своей крови — у них получаются смески. А что касается драконов и оборотней, у которых дети рождаются только от истинных, так это, в какой-то степени, неплохо. Ты представляешь, сколько можно родить детей, являющихся полноценными драконами, за нашу долгую жизнь? На магическом континенте места другим расам не останется! Так что это — что-то вроде естественного отбора.

— И у оборотней?

— Да, у них та же история, — кивнул он. — Ну что, у тебя ещё бы вопросы?

— Есть, — я посмотрела ему в глаза и требовательно спросила: — Когда избавишься от своей двуличности?

Он развёл руками.

— Стараюсь, Таня, но сложно перестать считать себя монстром в один момент. Я же не глупый, понимаю, о чём ты меня просишь. И, в принципе, согласен с тобой. Только пока принять это не могу.

— Ладно, — великодушно разрешила я. — Но не бросай своё лечение! А то на глицин тебя посажу, чтобы ты спокойнее реагировал на свои странности.

— А вот это мне нравится! — он улыбнулся. — Мне многое хочется узнать о твоём мире и о том, что в нём есть, что значат эти непонятные слова, которыми ты иногда кидаешься. Иногда я слышу что-то похожее на то, что говорила мама, но видимо Земля сильно изменилась, потому что и ты — совсем другая. Ты расскажешь мне?

Я кивнула. Если он прав, то у нас впереди вся жизнь, чтобы я его научила русским поговоркам или даже ругательствам. А раз теперь этот мир и мой тоже, то я с удовольствием выучу здешние художественные обороты речи.

Привыкнуть к тому, что я — пара дракона, нелегко, но мой врождённый пофигизм предложил подумать об этом завтра, так что я расслабилась и поинтересовалась, не собирается ли он потом запереть меня в этом самом тёмном замке?

— Этом? — он усмехнулся. — Нет. Его не ремонтировали со времён, когда отец ещё жил один. Замок — отражение его одинокой души.

— А когда здесь жила твоя мать…

— Мама любила путешествия, так что они тут редко появлялись. Отец за недолгое отпущенное им время пытался дать ей то, чего она не имела все эти годы.

Я пожала плечами. А я вот люблю стройки. И такое богатство не бросила бы. Но, признаюсь, то, как ректор сделал Академию, нравится мне куда больше. Если он планирует оставаться на своём посту и дальше, то я лучше в ней буду жить.

— А что насчёт моего места в Академии?

— Ну, во-первых, ты можешь просто стать моей женой — никто не посмеет тебя тронуть, — я поджала губы, а он улыбнулся. — Понятно. Я так и подумал. Татьяна Грейс — гордая. Тогда другой вариант: ты имеешь необыкновенную силу — видеть и использовать чужую магию. Это могло бы нам пригодиться. Я давно мечтаю открыть в Академии факультет аномальной магии. Для тех, чья магия нестандартная, порой опасная и неизученная. Я бы мог их изучать. А ты, после обучения в Академии, если захочешь, могла бы руководить факультетом и помогать ребятам овладевать своими способностями. Во-первых, ты можешь заранее увидеть их магию, даже раньше их самих. Во-вторых, научишь их ею управлять. Тебе практически невозможно навредить, ты сможешь перехватывать управление их силами и эффективно, на примерах показывать, что с ними делать.

Я задумалась. Это сложно. Сложно, но интересно. И не спасение мира от очередной катастрофы, а реальное и практичное применение талантам. Всё, как я люблю. Вдобавок, работать буду вместе с Бреем. А это уже замечательно!

— Хорошо, магистр Никс, я согласна! Сегодня ты мне рассказал столько, что мне ещё неделю переваривать, а мне, между прочим, совсем скоро экзамены сдавать.

— Не экзамены, а осеннюю сессию, — поправил он.

— Одна петрушка, — ворчливо оборвала я. — Выходной-то мне хоть дашь завтра? Я же не высплюсь! Ректор ты или кто?

Он усмехнулся.

— А ты — наглая, адептка Грейс. Не тебе ли я обещал, что не хочу смешивать личные и учебные отношения, пока ты не закончишь Академию? Поэтому, мой ответ — ни за что! Представь, что у тебя, как у обычной ученицы, прошло ночное свидание. Какая романтика завтра встать невыспавшейся и весь день зевать, вспоминая события ночи?

— Никакой романтики, — абсолютно честно ответила я. — У тебя совесть есть?

— Потерял где-то лет тридцать назад… — пожал он плечами.

— У-у-у-у, чудовище. Чудовище и пенсионер.

— Это ругательство? — выгнул он бордовую бровь.

— Комплимент, — невинно похлопала я глазками.

— Ну-ну, — мужчина усмехнулся и поднялся с кресла. — Хорошо, ты права — уже поздно. Пойдём домой, — он поднялся и открыл перед нами портал в Академию.

Я поднялась следом. Домой! Как замечательно звучит! Интересно, а если я просто нагло просплю сегодняшние занятия, то он сильно наругает? Даже если и да, всегда можно позвать Никусю…

Глава 33 Самый худший зачёт

Вот и настал тот самый день. День, который я совершенно не ждала. Вот, ну ни капельки.

Сегодня Брейдон с утра незаметно оставил возле моей кровати букет цветов (видимо, проникся нашим с Томми ночным рандеву и понял, что цветы — это важно) и записку, где сказал, что его срочно вызвали по делам, и он не сможет сегодня меня поддержать. И желает… Не провалиться. Ибо сегодня…

День сдачи осенней сессии.

И это печаль.

С самого утра мы с соседями бегали, собираясь на экзамены и зачёты. Они тоже готовились к полугодовым итогам, и каждый считал, что его экзамены — самые сложные, а у остальных — фигня какая-то. Но я-то знала, что сложнее всего — мне, а вовсе не им.

Даник с Воли — старшекурсники и в принципе не могут накосячить. Ещё бы — одни из лучших на своих курсах, да ещё оба — королевские отпрыски. За Лари я тоже не волновалась. Он, конечно, ещё тот педант, но, как любой представитель зануд и душнил, прекрасно справлялся с экзаменами и тестами. Да ещё успевал и окружающим мозги делать. Так что за него я не беспокоилась. А вот его однокурсникам сочувствовала.

Но ребята моей уверенности не разделяли, поэтому совершенно не проявляли сочувствия к моей персоне, считая, что меня-то ректор в следующий семестр точно протащит. Я не стала говорить, что Брейдон обещал собственноручно задушить, если провалю экзамены.

Я подтанцовывала рядом с ванной и ждала, когда там, наконец, наш оборотень изволит помыть свою чёрную шевелюру и освободить помещение. Черныш сидел рядом, являя собой просто образец покладистости и послушания

Он замер на задних лапках, преданно глядя мне в глаза. Подозрительно. Я даже на предмет воздействия себя проверила. Нет, всё чисто. А вот в том, что с этим негодником явно что-то творится и не всё чисто, я в мыслях отметила.

Не успела я об этом подумать, как меня буквально снёс яростный ураган по имени Лари Мистер-Длинное-Ухо.

— Ах ты! Ведьма!

Он с разбегу налетел, вынуждая упасть на ковёр, и, навалившись сверху, принялся довольно чувствительно щипать за бока, выражая крайнюю степень своего негодования. Видимо, бить меня ему не позволяла совесть, а причинить боль хотелось, так что он не придумал ничего лучше, чем щипаться, как гусь.

— Ведьма! Отвратительная девка! Не соседка, а несчастье! Исчадье бездны! Хаоса! Да как меня вообще угораздило связаться с тобой!

Я попеременно то ойкала от щипков, то похрюкивала, ибо действия Лари временами походили на щекотку.

— Убери руки, ушастый! Чего там у тебя случилось?!

— Случилось?! — взорвался сосед. — Да я убью тебя, и дело с концом! Вместе с твоей животиной!

Я бросила взгляд на животину. Мой фамильяр, по идее, обязанный меня защищать, пересел на попу и, высунув язык, радостно наблюдал за нашей потасовкой. Так вот в чём… Точнее, в ком дело!

— Отвянь от Черныша! Сам ты — исчадье хаоса! Он, в отличие от некоторых, воспитанный! — между всхлипами от щипания, прошипела я.

— Воспитанный?! — Лари, кажется, понесло. — Твоя тварь опять жрала мои вещи! На этот раз — любимые тапочки! Любимые! И единственные! С малиновыми помпонами! Мне их подарил сам вице-канцлер императора эльфов! — мне ткнули в нос истерзанным тапком. — Я хранил их как зеницу ока! А стоило выставить вчера за дверь, чтобы немного выветрить запах духов, которыми я на них побрызгал, как твоя скотина нашла и сожрала!

— Нечего разбрасываться своим барахлом, — взорвалась я, пытаясь врезать наглому эльфу по его лощёной физиономии. Не тут-то было! Эльф оказался не только наглым, но ещё и вертким! — И вообще, это ты у нас — исчадье преисподней, отвратительный, постоянно воняющий своими духами сосед! Пусть бы он и тюбик этой гадости у тебя сожрал!

Вдруг послышался странный хруст. Мы как один обернулись на звук и увидели свирда, отчаянно жующего стеклянный флакон с духами эльфа. Воспринял брошенное от злости пожелание как просьбу и поспешил исполнить? По гостиной разнёсся просто убийственный запах. Черныш же совершенно спокойно, с явным удовольствием пережевывал осколки стекла и облизывал капли духов, которые капали на ковёр с радостной морды.

— А-а-а-а-а! — завизжал Лари на тонкой ноте, в панике хватаясь за голову с высоким начёсом. — Мои… Мои… Мои… — его лицо покраснело, ноздри раздулись, на глазах от резкого запаха выступили слёзы. И вот это вот страшилище обернулось на меня. — Тыыы! Я убью тебя, Грейс! — эльф вцепился в мою шею с явным намерением задушить. У меня перед глазами поплыли круги, и я перешла к решительным действиям: завизжала не хуже обидчика и давай лупить его по причёсанной голове, которая теперь находилась в открытом доступе.

Со стороны спален раздался щелчок открывшейся двери и в гостиную с криком вылетел вампир: — Лари, ты что делаешь, отпусти её! — Воли вцепился в ушастого и попытался его отодрать.

Лари визжал и изгибался, продолжая одной рукой меня душить, а другой царапаться. Я не оставалась в долгу, щедро мутузя кулаками разукрашенную физиономию. Апогеем этого представления стал Черныш, наконец вспомнивший, что он, вообще-то, мой защитник, и вцепившийся в задницу эльфу.

Лари издал протяжный вой, но душить меня не перестал. Я била Лари, иногда попадая и по Воли, который пытался нас растащить.

Мы бы ещё долго так катались по полу, если бы прямо над нами не появился огромный сибирский сугроб и не рухнул на наши головы.

Меня резко отбросило от обидчика и распластало по полу. Где-то в стороне всхлипнул эльф, явно потирая свою избитую физиономию, а может, и пятую точку. В стороне завозился Черныш. Уф, значит, жив.

Над лицом склонилась голова вампира, испуганно разглядывающего меня на предмет повреждений.

— Таня-я, ты жива?

— Да, вроде бы… — прохрипела я, потирая исцарапанную щёку. Вот же тварь ушастая, как саднит теперь!

— Я смотрю, вы развлекаетесь! — раздался от двери издевательский голос куратора. Дроу опирался плечом о косяк двери, и с интересом оглядывал наши побитые лица. — А я-то думаю, что за поросячьи визги на четвёртом этаже моего факультета? А это вы! Какие красавчики!

Мы с Лари мрачно переглянулись, посылая друг другу лучи проклятия поносом и изжогой в одном флаконе.

— Ну что ж, раз вы так прекрасно ладите, то, пожалуй, я найду применение вашим талантам на сегодняшнем зачёте по боевым искусствам. Вы же сейчас туда идёте? Этот зачёт проходит одновременно сразу у всего факультета — у всех четырёх курсов. Так что со своими товарищами, Грейс, увидишься там.

Он радостно улыбнулся, определённо задумав какую-то пакость.

— Мне нужно к целителю, — прошипел Лари, дотрагиваясь до левого глаза, где наливался синий фингал.

— А вот этого нельзя, — гаденько улыбнулся ему куратор. — Это моё наказание вам за драку в общежитии.

— Я буду ходить так?! — в ужасе прокричал эльф.

— Именно, — дроу являл собой образец спокойствия и дружелюбия, — как раз к нам на зачёт должна прибыть принцесса Ондин. Ей наверняка захочется посмотреть на успехи своих подданных.

На Лари было жалко смотреть. У него на лице отразилась такая буря эмоций и страданий, что даже меня пробрало. Но я подавила это чувство на корню. Мы теперь враги на всю жизнь! Придушу зануду ночью его же ночным колпаком!

— Да, Грейс, — вспомнил про меня дроу, — спасибо, что показала мне заклинание большой кучи снега. Как видишь, мне оно понравилось. Жду вас через пятнадцать минут в аудитории. Если узнаю, что обращались к целителям — пожалеете!

С этими словами магистр Тэй повернулся и вышел, оставив нас всё так же сидящими на полу. Я понимала, что могу собирать чемодан и валить из Академии, потому что дроу явно придумал какую-то гадость. А Лари уставился в одну точку, ни жив ни мёртв и наверняка представлял, как он, такой красивый, покажется перед Ондин.

В этот момент открылась дверь ванной, и в клубах пара вышел Мракадан, завёрнутый в еле держащееся на крепких бедрах полотенце. С чёрных волос вода капала прямо на накачанную загорелую грудь и ровными рядочками стекала аккурат к махровой ткани.

Он лениво оглядел место побоища и, чуть приподняв густую бровь, поинтересовался:

— Что я пропустил?

***

Ну, почему я такая невезучая?!

Приспичило же Брейдону уехать именно в этот момент! Теперь никто не сможет помешать этому дроу изрядно меня помучить. Всё-таки вредный он человечишка, хоть и не человек вовсе. Так измываться над своими учениками. Мрак! Но, ничего не могу сказать, учитель из него хороший… Даже такая балбесина, как я, смогла к концу первого семестра худо-бедно стрелять из лука, хотя бы в сторону мишени, а не себе под ноги. Ну, и саблю я держала неплохо. Меч мне никак не давался, но куратор и не заставлял.

Странно, что магистр Тэй изначально преподавал только физическую подготовку — военное искусство у него получалось ничуть не хуже. А теперь, когда он вёл оба предмета, от него вообще никакого спасу не было. Но и эффективность, признаю, подросла.

А ещё — он наш куратор. Но только я не поняла, почему сегодня магистр сказал, что мы орали на ЕГО факультете? Поэтому я пихнула в бок Воли, который шёл рядом со мной, защищая от возможных нападок нашего эльфа. Зря! Я — профессионал в уличных драках! Лари сейчас выглядел как угодно, но не агрессивно. Я его вообще, в принципе, сейчас не интересовала. Всё, чем он занимался, — это незаметные перебежки от одной колонны к другой — пытался не попасться на глаза их принцессе.

— Воли, а почему магистр Тэй сказал, что факультет стражей — его? Он же вроде только наш куратор? В смысле, первокурсников.

— Ну да, — вампир кивнул, неспешно идя рядом и незаметно разминая пальцы перед зачётом. Он мог двигаться очень быстро, но предпочитал этого не делать. Поэтому движения вампира казались плавными, текучими и не раздражающими.

— А ещё он — декан всего факультета стражей, преподаватель физической подготовки и боевых искусств. И, если ректор — один из сильнейших магов в Албании, то Рэй Тэй — первый клинок страны.

Я неприлично открыла рот. Вот он-то? Первый клинок? Не смешите тапочки сожранные свирдом! Да быть не может!

Мы зашли в большой тренировочный зал, где уже собрался весь факультет стражей. Все четыре курса. Народу набилось, как селёдок в банке. Но, на удивление, зал будто раздвинулся, так что на трибунах (неизвестно откуда появившихся) места хватало всем.

— Расширяющее заклинание! — уважительно прошептал Даник, ни к кому, собственно, не обращаясь.

Я вздрогнула. Наш оборотень вел себя обычно так тихо, что я частенько забывала о его существовании. А тут вдруг активировался. Он нашёл взглядом понравившиеся места и пошёл к цели. Мы с Воли следом. То, что эти места уже заняты, нашего соседа нисколько не смущало — один взгляд чёрных-чёрных глаз, и кресла опустели.

Как только мы сели, сразу подтянулись друзья Воли, оборотни клана Мракадана, а также его фанатки, которым светил разве что шиш с маслом. Оборотень принципиально ни на кого внимания не обращал, а если и обращал, то как будто одолжение делал. Пару раз пройдутся вместе по Академии, и всё, гудбай, Америка. Тот раз в столовой, когда он разговаривал с девушкой и предлагал ей диету, был в принципе единственным, когда он общался с ними.

Лари с нами не сел, точнее, сел неподалёку, но всем своим видом показывал, что он отдельно. Его побитая физиономия пряталась под широкими полями бирюзовой шляпы, а глаза прикрывали солнечные очки. Я гаденько хихикнула. Ну да, а то без них он мог бы своим фонарём сцену подсвечивать. К эльфу подсела его верная болонка — эльфийка Миррандель, и что-то попыталась нашептывать. Значит, знает, что Ондин в Академии, иначе бы не перешла к решительным действиям, а скромно вилась подле его ног. Конкуренция — двигатель прогресса.

На импровизированную арену вышел дроу. Длинные пепельные волосы были завязаны в высокий хвост, ноги обтянуты кожаными штанами, а грудь прикрывала свободная белая рубашка. Тёмная кожа сверкала в солнечном свете, падающем из окна, а льдистые глаза горели в предвкушении расправы над бедными студентами. Красивый мужчина, но не в моём вкусе — не люблю жилистых и гибких. Я больше мощью восхищаюсь. Чтобы от ширины плеч рубашка трещала. Вспомнила ректора и облизнулась. Это — да, это — мой типаж. А дроу, к тому же ещё и характером — гад гадский. Вот не повезёт девушке, которая захочет с ним жизнь связать! Он же наслаждается чужими страданиями!

— Мои любименькие, самые сладенькие стражи! — начал вещать темнокожий ушастый, чуть ли не потирая руки в предвкушении.

О нет, когда он в таком настроении — жди беды…

— Сегодня у нас — знаменательный день! Сегодня половина, а я надеюсь, даже чуть больше, наших драгоценных сопля… первокурсников отправятся домой к мамочкам, а остальные факультеты сделают выбор в пользу достойнейших представителей своего вида!

Ко мне вдруг наклонился Даник и прошептал:

— Не обращай внимания на то, что говорит магистр Тэй. Он всегда резкий и язвительный, но, на самом деле, очень честный и справедливый учитель. Ещё никого не выгнал без причины.

Я недоверчиво улыбнулась оборотню, принимая его заботу, но его слова сейчас являлись хоть слабым, но утешением. Может, к «кому-то» дроу и справедлив, но этот «кто-то» — не Татьяна Грейс.

— Начнём, конечно, с первокурсников и второкурсников. Ваша задача проста. Старший курс должен атаковать, используя полученные за полтора года знания, а первокурсники изо всех сил защищаться. Если сможете отомстить обидчику — я это увижу и учту. Задача старших: не победить, а помучить. Задача младших: выжить и не распластаться соплёй у моих ног целых пять минут. Сложно? Не думаю! — он оглядел зал, как будто кого-то искал. Но я-то знала, на кого сейчас посмотрят его бесстыжие глаза.

— И первыми показать своё мастерство я поручаю адептке Грейс и её лучшему другу — Ларионелю Фланду!

Ну вот, что я и говорила.

В зал вплыла принцесса эльфов в сопровождении своей цветочной свиты фрейлин. И по взгляду, брошенному мне Лари, я поняла, что он не уступит. Мне конец.

Мы вышли в центр площадки. На ринг. На место моего окончательного позора.

Ну и не только моего — эльф снял шляпу, очки, и по аудитории пронёсся негромкий шепоток и еле сдерживаемые смешки.

Я взглянула в глаза соседа и увидела там отражение его истерзанных тапочек. Лари вытащил из ножен, украшенных самоцветами, лёгкий эльфийский клинок.

— Повторяю для особо одарённых, — дроу чуть повысил голос, и голоса в аудитории моментально затихли, — здесь вам не магическая дуэль! Увижу, что кто-то применил против противника магию, сразу выгоню взашей! Это ясно? — ответом ему послужила тишина. — Ну вот, и славненько. Тогда продолжаем!

Я вздохнула, дошла до стены с оружием и нарочито медленно сняла с неё уже привычную сабельку. Взвесила её в руке, ещё раз вздохнула… И тут меня посетила неожиданная мысль.

А почему это я должна сдаваться без боя? Чем я хуже этих надутых индюков? Тем, что девушка? Или небогата? А может, своим ведьминским происхождением?

Кукиш тебе, Лари, а не мой провал! Врагу не сдаётся наша гордая Танюха! И если уж и помирать, так с песней и с улыбкой на лице!

Вернулась я в круг уже совершенно с другим настроем. И противник это заметил. Презрительное и обиженное выражение лица сменилось собранным и серьёзным. Он оценивающе оглядел меня, мою сабельку, сделал какие-то свои выводы и решительно напал первым.

Я взвизгнула и увернулась от сверкнувшего лезвия клинка. Кто там говорил, что Лари ничего, кроме своих нарядов, не знает? Беру свои слова назад! Это же балерун с мечом! Он бегал по рингу, подбрасывая вверх ноги и взмахивая руками, аки бабочка, не забывая при этом наносить несерьёзные, но болезненные царапины на моё тело. И что-то мне подсказывало, что если бы он дрался по-настоящему, то я бы лежала перерубленным стручком фасоли у его ног уже в первые секунды поединка.

А я что? А я бегала от эльфа, словно белка по кругу, изредка выставляя учебные блоки и взвизгивая всякий раз, когда клинок эльфа доставал до меня. После пятого круга я начала уставать, поэтому резко затормозила, развернулась и неожиданно прыгнула рыбкой прямо под ноги парню. Он, не ожидавший подставы, запнулся о мою тушку и, потеряв равновесие, покатился вместе со мной по рингу.

Я вскочила на секунду раньше и попыталась эффектно вырвать эльфийский клинок из рук соседа. Не тут-то было! Этот гад вцепился в рукоятку мертвой хваткой! Вместо того, чтобы потерять оружие, он извернулся, заставляя меня разжать пальцы, и, оказавшись в мгновение ока у меня за спиной, дал мне под зад тупой стороной клинка.

Хлесткий тонкий металл больно полоснул по мягкому месту, заставляя взвыть. Я схватила с пола своё упавшее оружие и попыталась сделать несколько выпадов в сторону эльфа. Лари отбил все, но я смогла оставить на его руке еле заметную царапину. Взревев победным кличем, я бросилась в повторную атаку.

— Это тебе за Черныша и за вредность! И за занудство! — бормотала я, посылая всё новые и новые удары, которые сосед отбивал почти играючи, всем своим видом выражая насмешку.

— Тогда… — он эффектно выбил у меня оружие. Сабля со звоном поскакала по полу аудитории. — Это тебе за тапки! — он оставил царапину на моей левой руке. — Это — за духи! — порез на правой. — А это — за подпорченную причёску! — Лари приставил клинок прямо к моей шее и, издеваясь, потребовал: — Сдавайся, Грейс.

Я почувствовала холод лезвия кожей, но, сузив глаза, прошипела:

— В твоих мечтах, ушастый, — и сделала шаг вперёд. Острие клинка легко прошло сквозь кожу, и я почувствовала, как по шее потекла тоненькая струйка крови.

Лари дёрнулся, резко сменив выражение лица с насмешливого на испуганное, и сделал шаг назад, отодвигая лезвие от моей шеи.

— Сдавайся, — повторил он уже менее уверенно. — Так надо. Ты проиграла.

Я сделала ещё один шаг вперёд, Лари, синхронно со мной, — шаг назад.

— Да я скорее доем за свирдом ошмётки твоих тапок!

Он опустил клинок вниз, растерянно посмотрев на дроу, стоявшего за границей круга.

Магистр Тэй взирал на нас со спокойной ленцой, и в его глазах читалось всё, что угодно, кроме желания помочь разобраться Лари с ситуацией.

Не менее лениво он поднял руку, поднося наручные часы к глазам, и так же медленно сказал:

— Стоп. Пять минут. Следующие! — и развернулся, уходя к трибунам.

Он просто развернулся и просто ушёл. А мы с Лари остались стоять посреди аудитории с открытыми ртами, как два дурачка. Кстати сказать, до нас уже никому не было дела. Магистр Тэй вызвал новую пару, и нам пришлось вернуться на свои места. Лари хмурился, сопел и, порывшись в своей сумочке, протянул мне платочек и какую-то мазь.

— На… Вытрись. И это… Намажь. Сейчас, я думаю, уже можно подлечиться.

Я мрачно взяла из рук уже бывшего соседа предложенное и неуклюже попыталась вытереть кровь с порезов.

— Давай, я, — предложил Воли, внимательно наблюдавшему за ходом боя. Он забрал у меня баночку и аккуратно начал мазать ранки мазью с помощью платочка. — Ничего страшного, это мазь эльфийского производства. Одна маленькая баночка стоит баснословных денег. Вылечит все порезы без следа. Даже к целителям не придётся идти, — он аккуратно промакнул место на моей шее. — Таня-я, ну скажи, пожалуйста, зачем ты напоролась на меч? Вот тут может даже шрам остаться, и никакая мазь тебе не поможет! А если бы Лари не среагировал и не убрал оружие? Он же мог тебе случайно вспороть артерию! О чём ты только думала?! Разве не слышала магистра? Никакого членовредительства. Это значит, что убивать себя тоже не надо.

— Какая теперь разница? — проворчала я. — Всё равно это не помогло. Откуда же я знала, что Лари так хорошо дерётся на мечах?

— Конечно, — кажется, Воли удивился, — он же — эльф. У них это в крови! Это только ты у нас — мастер драки на кулаках. Никто другой эту часть тела для выяснения отношений не использует. Я вообще не понимаю, как у магистра получилось хоть чему-то тебя обучить за такой короткий срок. Я думал, девушки воевать не умеют, по крайней мере, на мечах. И, тем более, не бывают стражами.

— Ну вот выпрут меня, и опять у вас будет чисто мужское общество, — я забрала свою руку, на которой Воли намазал последний порез, и с самым мрачным видом уставилась на сцену, куда уже начали вызывать старшекурсников.

— Не расстраивайся, — начал было вампир, но тут прозвучало его имя, и он ушёл сдавать зачёт.

Какая бы я ни расстроилась, но всё равно внимательно и даже нервно следила за поединком Воли и ещё одного вампира с четвёртого курса. Их, в отличие от нас, ставили с равными.

Что я там говорила? Лари умелый? Пффф, забудьте! Я впервые увидела, с какой скоростью двигаются вампиры. И, скажу вам, я мало что поняла — только один из соперников стоял у края арены, и вот он уже слился с противником, чтобы через долю секунды оказаться с другого боку. Наверное, поединок намечался серьёзный, но я не поняла, потому что всё происходило слишком быстро. Так что я просто постаралась определить по выражению лица возвращавшегося соседа, доволен он или нет своим результатом. Но лицо Воли казалось, как обычно, добродушным и даже несколько расслабленным.

О том, что он минут пять носился как угорелый, напоминали лишь капельки пота, стекающие с кончиков волос на лицо.

— Так о чём я говорил? — как ни в чём не бывало продолжил он. — Не переживай, Таня-я. Для первого курса нормально быть неидеальным. У тебя много времени впереди, чтобы всё выучить.

Ну да, я прямо представила, как сидя на помойке около Академии, я всё выучу. Нет, мне, конечно, Брей предлагал своё покровительство, но я не хочу быть просто женой дракона! Мне понравился его план стать педагогом для особенных учеников. Но это невозможно, если меня выпрут отсюда!

Последним вызвали Даника. И почему-то одного.

Я только хотела спросить, в чём дело, у сидящего рядом вампира, как магистр Тэй одним слитным движением отделился от колонны, которую до этого подпирал, и, немного поведя рукой в сторону, создал в ней светящийся светло-голубой меч. В лицо ударило морозной свежестью, а пространство вокруг арены начало поддёргиваться дымкой защитного заклинания.

— Готов, Мрак? — я впервые увидела, как дроу улыбается. Хитро так, даже, сказала бы, дружелюбно. — Ты не против, если мы подключим стихии? Не хочу, чтобы экзамен выглядел для тебя просто забавой. На моих уроках полагается страдать от натуги.

— Как скажешь, дядя, — в тон ему ответил оборотень и материализовал чёрный меч, натурально горящий огнём. Если бы не защитный купол, полностью скрывающий их, точно бы почувствовался жар.

А я уронила челюсть.

— Воли… Воли… — потрясла того за плечо. — Мне не послышалось? Дядя?

Воли отвлёкся от разговора с кем-то из однокурсников и сначала непонимающе на меня посмотрел, потом кивнул.

— А ты не знала? Я же говорил, что род дроу вырождается, поэтому их мужчины женятся на представительницах других рас. Иногда получаются смески, а иногда, как в случае с нашим Даном, чистокровные оборотни, например. Он — сын брата магистра Тэя и его жены — Альфы чёрных волков.

— А разве женщины — Альфы бывают?

— До неё — не было, — шёпотом поведал Воли. — Но она вообще необычная девушка. Там у его родителей получилась такая интересная история любви. Она — оборотень, Альфа, из приличной семьи, законная наследница клана, а он — бастард короля дроу. Им даже пришлось сбежать поначалу, чтобы быть вместе. И только когда появился Мракадан — чистокровный оборотень, их семью приняли обратно в клан. Если попросишь, Дан может когда-нибудь тебе рассказать. Он не скрывает свою историю.

Я изумлённо захлопала глазами и уставилась на соседа. Вот это да! В жизни бы не поверила, что Даник может оказаться родственником этого… Этого… Нехорошего человека. То есть, дроу. То есть, редиски.

Тем временем на арене разыгрывалось настоящее представление. Лёд и пламя, жар и холод. Сначала ленивые движения мечей всё больше перерастали в резкие выпады, опасные подсечки и страшные удары. Я то и дело ойкала, сжималась, внутренне обливаясь потом или холодея. Не смотреть на их танец не получалось. Они притягивали взгляды, и, казалось, что вся аудитория, каждый студент затаил дыхание и двигался вместе с проблесками мечей.

Я поняла, почему магистра Тэя называют «первый клинок страны» — он действительно опасен. Смертельно опасен. Точные, выверенные движения, мгновенные удары, жёсткий напор. Казалось, он совсем не жалеет племянника, борясь с ним на равных. Но это только казалось. Присмотревшись получше, я заметила, что Дан, пусть и превосходил студентов в плане владения мечом, но всё же уступал своему дяде. Здесь проходил бой именно ученика с учителем.

Хотя… Кто знает, может когда-нибудь ученик даже сможет превзойти своего наставника. Потому что оборотень был хорош! Молодость и недостаток ТАКОГО опыта, как у дроу, легко искупались напором и горячностью. Он словно сам горел. Куда подевался ленивый взгляд и вялые движения? Сейчас на арене притаился хищник, раскрывающий свои звериные черты! И всё же… Он владел собой. Один раз дроу открылся (подразумеваю, что специально), и у племянника появилась возможность полоснуть того клинком. Остриё меча взвилось, метя в незащищённое место, но буквально в миллиметре остановилось и легонько шлёпнуло по коже, чтобы в следующую секунду отодвинуться и продолжить бой как ни в чём не бывало.

Дроу одобрительно хмыкнул и явно поднял себе настроение.

— Воли… — опять затрясла я соседа за футболку. Ну что поделать, если он — хороший источник информации. — А чего это сейчас было, а?

— Магистр проверял, насколько Мракадан поддаётся эмоциям и увлекается боем. За ними, оборотнями, есть такой грешок. Они настолько погружаются в схватку, что перестают контролировать агрессию. Но наш сосед — всё же наполовину дроу. А может, дело в характере. Я ни разу не видел, чтобы он терял от чего-то голову. Но магистр Тэй всё равно продолжает его проверять и учит брать вверх над эмоциями.

Тем временем схватка на арене подошла к концу. Резко извернувшись, дроу всё же выбил оружие из рук племянника и повалил того на пол в шутливой драке. Даник ухмыльнулся и полушутя сбросил с себя дядю, чтобы потом встать и показательно отряхнуться.

— Неплохо, Мрак, неплохо, — похвалил его Рэй Тэй. — Если бы ты не держал в руках меч, словно барышня свой веер, то, возможно, смог бы продержаться чуть дольше.

— Я подумал, что не стоит заставлять дядю столько бегать, — в тон ему отвечал оборотень, растягивая слова с привычной ленцой. — В твоём возрасте это может плохо сказаться на суставах.

— Паршивец, — беззлобно усмехнулся Рэй Тэй. Потом обратился к нам, на трибуны, где все до сих пор практически не дышали от открывшегося представления, и спокойно проинформировал, как будто последние десять минут стоял на привычном месте у колонны, а не бегал по рингу как угорелый: — Результаты зачёта я вывешу в холле через час. А сейчас — убирайтесь из аудитории, потому что у меня намечается обед. Последний уходящий будет мыть здесь пол. Руками.

Дважды повторять не пришлось. Ученики со всех ног рванули к выходу, потому что знали — дроу не шутит. Для него подобные изуверства вообще в порядке вещей.

Я вылетела вместе со всеми и потом битый час проторчала в коридоре, наблюдая за тем, как Даник отбивается от настырных поклонниц. И как потом потом, потерпев сокрушительное фиаско, позорно сбегает в свою комнату, подальше от хищных дев, желающих завладеть его вниманием. Красавчик, да ещё скромняга (пусть и выглядит равнодушно) — вот повезёт кому-то!

Лари умчался к целителям и вернулся только к объявлению результатов, так что я всё это время болтала то с Воли, то со своим однокурсником Дрейком.

Как только несчастная бумажка появилась на доске объявлений, я глубоко вздохнула и пошла собирать вещи. До этого момента ещё пыталась представить, что я — ученица Академии. Поболтать с ребятами, поволноваться о результатах, это так… по-студенчески. Теперь же подобные мелочи останутся только в моих воспоминаниях.

— Таня-я, — окликнул меня Воли, стоявший у стенда с результатами. — Ты чего? Иди сюда!

— Зачем? — хмуро поинтересовалась я. — Вы-то хоть все прошли?

— Да, МЫ все прошли, — выделяя местоимение, ответил Воли.

Я нахмурилась, не понимая, о чём он. Вокруг все шумели, галдели, может, мне послышалось, ведь стоим мы далеко друг от друга.

— Что ты сказал? — повторила я охрипшим голосом.

— У тебя зачёт, Таня-я, — смеясь, объяснил Воли.

Я в мгновение ока оказалась у стенда, распихав всех, кого можно, руками и локтями.

Верно, мой курс, Татьяна Грейс — зачёт. Я похлопала глазами. У Лари, кстати, тоже стоял зачёт.

А кааак? Как это?

— О, смотри, — Воли обратил моё внимание на другой листок. — По физической подготовке тебе поставили зачёт автоматом. Так что дополнительно сдавать его не нужно.

Я уткнулась носом в листок, чтобы прочитать заветное слово лично. Действительно. Конечно, там таких, как я, больше половины, но блин!

Я резко сорвалась с места, врываясь в недавно покинутую аудиторию.

Дроу как раз развешивал оружие на стене.

— Что это значит?! — выпалила на полном ходу.

— А, Грейс, — он смерил меня ироничным взглядом. — Пришла падать мне в ножки, благодарить?

— А-а-а, нет, — я замялась. На того, кто надо мной сжалился, он был явно не похож. — Это из-за Брея, да?

— Брея? Ваши отношения продвинулись так далеко? — дроу заинтересовано меня оглядел, заставляя слегка покраснеть. — Хотя, о чём это я, ты же его пара. Нет, если хочешь знать, зачёт ты получила не поэтому.

— А почему? — допытывалась я.

— Грейс, а в чём суть службы стражем? — вопросом на вопрос ответил он мне.

— Ну, они бывают наёмниками, шпионами, агентами, просто политиками, адвокатами, королями, — начала перечислять я, не понимая, куда он клонит.

— Я понял, — дроу вздохнул. — Тогда объясняю для непонятливых. Быть стражем — это, в первую очередь, быть защитником народа, часто — вершителем судеб и иметь определённую власть. Вы — юные, неоперенные юнцы с непомерным эго и пустой башкой. Моя задача, чтобы вы не просто научились махать мечом, но ещё и выработали в себе хоть какие-нибудь толковые качества. Тех, каких не имели раньше. Автомат по физической подготовке за то, что на последнем занятии с Бреем, которое я наблюдал, ты преодолела свой страх высоты. Это — мизер по показателям, но для тебя — шаг вперёд. Значит — зачёт. Сегодня на зачёте эльф Ларионель смог поставить твою безопасность выше обиды и возможного поражения, и предполагаемого позора. Для его эгоистичной натуры это — подвиг. Значит — зачёт.

— А я? — спросила, потому что дроу уже опять занялся своими делами.

— А что ты? — удивился он. — Ты не сдалась, даже когда оказалась в заведомом проигрыше. Не обязательно, конечно, при этом себя калечить, но тут уж насколько мозгов хватило. Так что — зачёт.

— За то, что не сдалась? — не поверила я.

— Да, Грейс, за то, что не сдалась, — он раздражённо отбросил ручку, которой чего-то там начал заполнять в журнале. — Что же ты такая бестолковая, что нужно повторять не по одному разу? Не сдалась, продолжила драться, не испугалась. Зачёт, зачёт, зачёт. Это значит, что по моим предметам ты проходишь в следующий семестр. Это не значит, что тебе можно наплевать на нормативы, я с тебя три шкуры сдеру, вот увидишь, но на первом курсе наша задача — отсеять гнилое звено в вашей цепочке. А потом уже из остатка формировать команду.

До меня наконец-то дошло то, о чём он говорил, и я расплылась в счастливой улыбке.

— Спасибо! — и попыталась обняться.

Дроу в испуге шарахнулся от меня, как от прокажённой, опрокинув стул.

— Не подходи! Хочешь выплеснуть эмоции, уйди отсюда и иди, например, к Брею, он как раз недавно прилетел, — он разве что меня крестным знамением не осенил, лишь бы ушла.

Я развернулась и вприпрыжку взлетела на преподавательский этаж, подбежала к двери ректора и толкнула её. Одновременно со мной к ней подошёл и Лари.

Я только хотела спросить, что он тут забыл, как дверь распахнулась и явила нам принцессу эльфов, висящую на шее Брендона со спущенными лямками платья.

Мы с Лари, как стояли по ту сторону двери, так и застыли с открытыми ртами.

Глава 34 Один эльф упал в обморок, второй остался без волос

Часом ранее

— Надо же было позвонить из Министерства именно сегодня! Почему не в другой день?! — на ходу переодеваясь Брейдон влетел в свой кабинет и бормоча о том, что ЕГО Таня, его пара сейчас сдаёт зачёт по боевым искусствам. И хотя Брей обещал себе, что не будет вмешиваться в процесс обучения, он тайно жаждал собрать преподавателей и заставить их выставить девочке автомат по всем предметам.

Но нельзя.

В первую очередь, потому что Таня так не захочет, во-вторую, потому что до этого момента он, вроде как, сам презирал подобные заступничества… Но всё меняется, когда речь идёт о твоей избранной.

— Быстрей, быстрей, уже должны вывесить результаты! — ректор торопился, продолжая разговаривать сам с собой. Заодно вспомнил как мельком увидел Рэя, когда пробегал вверх по лестнице, но дроу, гадёныш, ничего не сказал, лишь нагло ухмыльнулся и скрылся в аудитории.

Всё, последняя пуговица застёгнута, можно бежать. Рванул дверь и нос к носу встретился с принцессой эльфов.

— Ваше высочество, чем обязан? — (Господи, а эту-то откуда принесло?) В нос ударил приторный запах сладких духов. Он уже давно заметил, что от парфюмерных ароматов этой девушки у него начинается аллергия. Всё тело безумно зудит. И если человек внешне оставался спокоен, то дракон в голове показательно упал на спину и изобразил рвотные позывы, одновременно начёсывая все доступные части туши.

— Ох, Брей, что за официоз? — принцесса жеманно повела тощим плечиком в лёгком сарафане, — можно просто Ондин, хорошо? Я же тебя просила! Папа меня опять отпустил в Академию, представляешь? Я ему сказала, что в этот раз хотела бы задержаться подольше, ведь здесь мой, так сказать, жених на старших курсах…

Девушка сделала театральную паузу, предлагая ответить, но столкнулась с полным непонимания взглядом Брйдона.

— А ты занят? — так и не дождавшись ответа Ондин невинно похлопала глазками.

Дракон в голове взвыл и обречённо застонал.

— Да, извини, передай отцу мой привет, я сейчас очень тороплюсь, — мужчина совершенно не планировал длинных разговоров, мало того, искренне не понимал, какой реакции она от него ждёт. Сочувствия? Расстройства? Или ещё чего?

Попробовал её обойти и втиснуться в дверной проём, но при этом постарался не задеть никакой частью тела девушку — у них, эльфов, тем более из таких благородных семей, строго с любого рода прикосновениями. Случайно дотронулся — женись! Нет, Брейдон только «за» подобные моральные принципы и нормы — окажется меньше желающих воспользоваться наивностью девушки, но в данной конкретной ситуации он элементарно не мог выйти из комнаты.

А Ондин явно не горела желанием спасти ректора из неловкой ситуации. Попросить её отодвинуться не позволял такт и банальная вежливость, всё-таки она ещё совсем ребенок да и с дамами высшего света так не принято.

А принцесса, как будто понимая его положение, сделала несколько шагов вперёд, заставляя ректора сделать несколько шагов назад.

Дверь в кабинет закрылась порывом внезапного ветра, и Брей нахмурился. Или он чего-то не понимает, или эта избалованная пигалица сейчас начинает переходить чёрту здравого смысла и дозволенности.

— Ондин, в чём дело? — спросил он. — Я же объяснил, что занят. Если у тебя опять вопрос по учёбе, то обратись к любому куратору на этаже. Тебе с радостью помогут.

— О, Брей, ты не понимаешь! Я обнаружила у себя родовой знак… — она понизила голос до таинственного шёпота и проникновенно заглянула ему в глаза. — Понимаешь… Знак… ведьмы!

Магистр непонимающе на неё посмотрел, стараясь собрать мысли в кучу. В носу стоял удушающий цветочный запах, дракон вопил и бесновался, требуя выкинуть внеплановую помеху в окно и полететь на встречу с Таней. У Ондин какая-то проблема? Какая ещё ведьма, она же чистокровный эльф.

— Что за знак? — непонимающе спросил он.

Девушка будто этого и ждала, радостно начав стягивать лямки платья. Брей ошарашенно наблюдал за тем, как принцесса оголила плечи и повернулась к нему спиной, показывая чёрную татуировку на спине.

Серьёзно?! Она издевается?!

— Ваше высочество! — ледяным тоном обратился к ней ректор. Эта нахалка пересекла уже всякие границы. — Немедленно поправьте платье до приличного состояния, и покиньте кабинет! Вы держите меня за полного идиота?! Это обыкновенная краска, нанесённая, максимум, сегодня утром! Зачем вы это мне показываете?

— Ну, Брей! — она повернулась к мужчине лицом и заломила руки. — Ты такой чёрствый и грубый! Мне хотелось тебя заинтересовать!

— Я помолвлен, — жёстко оборвал он её. — У меня есть девушка — моя пара. Но даже, если бы и не было, у вас нет никакого права ни вламываться в мой кабинет, ни, тем более, искать какой бы то ни было встречи со мной. Немедленно одевайтесь, и чтобы больше я здесь вас не видел, иначе буду вынужден доложить о вашем поведении отцу.

— Брейдон! — из глаз эльфийки полились слёзы, и она возмущённо посмотрела на него. — Как ты можешь такое говорить?! Ты создан для меня! Любой желал бы прожить жизнь рядом со мной! Если ты так говоришь, чтобы набить себе цену, то я пойму, только прошу, не прогоняй меня.

Она повела плечиками, и Никс, не выдержав, поёжился. Эти тощие костлявые плечи будут сниться ему в кошмарах. То ли дело, у его Танечки. Там такие плечики, как две сладкие булочки…

Дракон согласно заворчал, вспоминая те самые плечи и всё более сердясь на принцессу. Но Брей не давал ему волю, иначе не мог бы поручиться за сохранность эльфийки, которая до сих пор стоит у него на пути.

— Ондин, я всё сказал. Я сейчас уйду, а когда вернусь, хочу, чтобы тебя здесь не было, — он обошёл девушку и направился к двери.

А потом одновременно произошло два события.

Принцесса, не пожелавшая упускать добычу, с криком «Нет!» повисла у него на шее, а дверь кабинета открылась, являя Брейдону Татьяну, у которой лицо из счастливого-довольного вмиг превратилось в удивлённо-ошарашенное. Дракон взревел, заметив перемену настроения пары, и изо всех сил стал рваться наружу. Обнять, утешить, а ещё… Разорвать причину расстройства. Брейдон, пусть и соглашался с ним полностью но, никак не мог допустить кровопролития. Убивать принцессу эльфов за то, что она повисла у него на шее, как минимум, негуманно. Да и не педагогично, к тому же. Он обязан являться оплотом спокойствия и рассудительности.

Ондин, заметив посетителей, ещё теснее прижалась к мужчине, надеясь вызвать скандал, и Брейдон почувствовал, как звереет. Не Танин Никуся, а он сам. Какого чёрта делает эта девка? Неимоверным усилием он сдерживал рвущиеся наружу когти и клыки, не смея сдвинуться с места, чтобы не потерять контроль, тем временем продолжал смотреть на Таню.

Рядом с Таней почему-то застыл столбом эльф — еë сосед, тот самый, который крайне не нравился мужчине и дракону. Кажется, скоро он вообще всех эльфов возненавидит. Но стоял Ларионель недолго. С громким «Ах!» от увиденного, он грохнулся в обморок.

Дракон выл и скулил, обещая человеку все мыслимые и немыслимые блага, если тот ему уступит место и даст объясниться перед милой девушкой, которая наверняка сейчас в шоке.

Но в шоке Таня пребывала не долго. С громким криком:

— Ах ты, кикимора болотная! На чужое добро позарилась? — подскочила к Ондин и за волосы оттащила её от мужчины.

Принцесса сдаваться тоже не собиралась и выпустила в обидчицу ядовитые шипы растений.

Не успел Брейдон испугаться, как ведьма вспышкой его же магического огня мгновенно выжгла ядовитые плети лиан, заодно спалив волосы и брови на голове эльфийки.

Никуся с победным кличем захлопал крыльями и забил хвостом, с восторгом болея за свою пару.

Брейдон еле держался на ногах, с трудом удерживая дракона, который так и рвался в бой. Если он сейчас отпустит контроль, то разгромит весь кабинет.

Таня повернулась к нему и хотела уже что-то сказать, как Ондин кинула ей в спину боевым заклинанием.

Девушка охнула и осела на ковёр.

В один миг всё померкло перед глазами мужчины, он не понял, в какой момент это произошло, но страх и ярость так овладели им, что он — он, а не Никуся — обернулся и схватил в зубы принцессу, не взирая на её истошный визг.

Он уже почти сомкнул челюсти, как услышал ворчливый крик с ковра:

— Никуся! Не смей! Брось каку! Не вздумай её сожрать, несварение заработаешь!

Дракон повернул морду и в панике начал шарить глазами по полу в поисках девушки. Наконец, взгляд выхватил родную фигурку.

Таня сидела на ковре и потирала поясницу с видом вселенской скорби на лице.

— Бросай, я тебе говорю, — сурово прикрикнула она, и Брейдон плюнул лысую обслюнявленную ношу на ковёр. — Ох, какой ты неаккуратный, блин. А если она папочке пожалуется?

— Папочка будет рад узнать о её поведении, — хмуро заметил мужчина, вновь становясь на две ноги, посреди разрушенного кабинета. — Принцесса Ондин, с этого дня вход в Академию Грейсли вам закрыт. Вы уйдёте порталом немедленно.

Он создал портал и одним движением палочки закинул туда злющую, испуганную и что-то кричащую девушку.

— Таня, — повернулся к своей паре, — ты в порядке? Что со спиной?

— Понятия не имею, — проворчала она, — будто кувалдой долбанули. Я даже среагировать не успела.

Он аккуратно осмотрел повреждённое место и улыбнулся.

— Успела. Не знаю как, но ты смогла практически полностью нейтрализовать боевое заклинание высшего порядка, оставив только ветер, который подгонял его. Он-то тебя и ударил.

— Это плохо? — она подозрительно сузила глаза. — Я умру?

— Нет, нет, — Брейдон против воли засмеялся, но оборвал сам себя, а потом виновато развёл руками. — Я должен сейчас идти к королю эльфов, всё объяснять, чтобы не допустить международного скандала, но я хотел, чтобы ты… Чтобы я…

— Господи, какие мужики бестолковые! — засмеялась та. — «Это не то, что ты подумала, дорогая», «ты всё не так поняла», «всё было не так!» — это ты хотел сказать?

— А… Ну да, — Брейдон вконец растерялся. Он часто не понимал Таню, но сейчас вообще завис.

— Не держи меня за совсем глупую, — она с ахами и охами поднялась с пола, опираясь руку ректора и потирая поясницу. — Я видела, что ты еле сдерживал оборот в дракона от злости. Боялся, что Никуся её порвёт?

Брейдон заторможенно кивнул.

— Я так и подумала, — она задумчиво обвела взглядом помещение, явно подсчитывая убытки, и покачала головой. — Новый ремонт дорого обойдётся… Да не смотри ты так на меня! Я что, по-твоему, ревнивая стерва? Доверие! Слышал о таком?

Брейдон шокированно хлопал глазами.

— Но ведь… Ведь ты могла подумать, что я могу тебя предать…

— Пока ты меня не предал — я тебе верю и буду верить, — жёстко оборвала она — А вот если предашь, то тогда подумаю.

— О чём подумаешь?

— Где тебя закопать, — совершенно серьёзно ответила Таня и пошла, высоко поднимая ноги, чтобы не наступить на обломки досок, к своему лежащему товарищу, чтобы его привести в чувство.

В коридоре уже слышался топот ног, совсем скоро прибежит толпа.

Брейдон схватил со спины любимую ведьмочку и счастливо закружил.

— Я приду, и мы о многом поговорим! — пообещал он, создал портал и через секунду исчез в нём. Таня осталась одна посреди разрушенного кабинета, в который ввалился дроу с мечом наголо.

— А, Грейс! — воскликнул он. — И почему я не удивлён?

Глава 35 Логово Вампиров

Уже второй час я сидела на лавочке рядом со своим соседом и подавала ему бумажные платочки, в которые он горестно сморкался.

— Как она могла?! Как могла? — вопрошал он в сотый раз. — Я же к ней со всей душой, а она…

— Лари, мы это уже проходили. Ондин глубоко плевать на всех, кроме себя, почему ты просто не можешь выкинуть её из головы?

— Думаешь, это так просто? — он возмущённо передёрнул плечами. — Но сейчас, я согласен, она перечеркнула абсолютно всё. Я вообще не знаю, кем надо себя мнить, чтобы посметь отобрать у тебя жениха… — он задумчиво покрутил перстень на пальце. — Так что я тебе сочувствую, ну, и принцессе тоже, потому что ты, ожидаемо, мужчину не уступила.

— Ты больше на меня не злишься? — я удивлённо рассматривала точёный профиль и заплаканные глаза.

— Злюсь, конечно, но не убивать же тебя за то, что ты такая… Даже живность у тебя похожая. Но… Я уже как-то привык.

Лари смущённо улыбнулся, а я растрогалась. Да, возможно закадычными друзьями мы не станем, но… Кто знает, может, к концу обучения сможем вполне сносно сосуществовать вместе, хотя бы не ругаясь по пустякам? Эльф же тоже такой, какой он есть, переделывать существующее под какие бы то ни было стандарты всё равно не получится.

— Давай попробуем тогда жить дружно? — я протянула руку, и мы обменялись рукопожатием. Вот как бывает — через драку, через общее возмущение поведением принцессы мы будто породнились. Теперь главное — не разрушить это хрупкое перемирие.

Экзамены тем временем шли своим чередом. Самые трудные — по физической подготовке и боевым искусствам я сдала, а остальные не представляли такой сложности. Экзамен по магическим практикам принимал Брейдон, и хотя сам ректор драл три шкуры, в нём то и дело прорывался Никуся и нагло мне подсказывал. Ректор, конечно, злился, но ничего поделать со своим драконом не мог. Хотя, я подозреваю, злость эта больше напускная — в глубине кошачьих глаз притаились смешинки, и у меня даже закралось подозрение, что он специально на время выпускает дракона, чтобы было на кого потом свалить.

Дескать — это не я — это ящер!

Экзамен по магическим расам я сдала на троечку, но всё же сдала, слегка прикрываясь списав у Дрейка. Жаль только, что он сам сделал кучу ошибок, а после моего корявого списывания, обнаружилось ещё несколько, так что выехала я на минимальных баллах и на чистом везении.

Всё остальное: травоведение, целительство, зельеварение прошло неплохо. В следующем семестре нас ждёт предмет артефакторики и куча других по разным стихиям… Грозный ректор уже предупредил, что мне придётся пройти их все, так что я решительно настроилась прекрасно отдохнуть, прежде чем меня с головой макнут в омут знаний.

Мы собирались в гости к Воли. Брейдон, конечно, переживал, отпускать ли меня к вампирам. Они, хоть и не пили человеческую кровь, но всё же были весьма специфичными людь… созданиями. Я встала в позу, позвала в свидетели Никусю, продемонстрировала своего свирда, готового защищать меня денно и нощно, и, скрепя сердце, получила милостивое разрешение. Правда, у Брея в глазах виделась такая тоска, как будто я его бросаю на тысячу лет. Чуть сама от поездки не отказалась.

Но жажда приключений победила.

И вот мы стоим перед порталом, ведущим в княжество вампиров, и я последний раз оборачиваюсь на своего дракона и машу на прощание ручкой. Наша команда: Воли, Лари, Даник со свирдом на руках и я, собственной персоной, дружно шагаем в портал и через мгновение оказываемся у подножья скалистого утёса, на котором возвышается огромный готический замок, а-ля жилище Дракулы.

Если Академия казалась широкой, белой, просторной, то здесь весь замок состоял из разбросанных там и тут острых башен, шпилей и украшенных чёрными каменными горгульями. Жуть, в общем.

Я с сомнением посмотрела на Воли, решая, не мог ли он нас сюда притащить, чтобы съесть наивных на обед, и сделала осторожный шаг в сторону.

Вампир поднял брови и рассмеялся, моментально развеяв создавшееся гнетущее впечатление.

— Таня-я, я так понимаю, на тебя мой дом производит неизгладимое впечатление, — оборотень с эльфом обернулись и с интересом посмотрели на мою побелевшую физиономию. Они-то здесь уже были… — Не переживай, милая леди, я тебе сказал, что ты мне — названная сестра. А вампиры своё слово держат. Пойдём, я познакомлю с семьёй.

Воли ободряюще обнял меня за плечи, а потом хитро переглянулся с Мракаданом, и не успела я пикнуть, как меня с весёлым смехом подхватили, а в ушах засвистело. Пара убийственных секунд, и меня мягко попытались опустить на каменную плитку перед воротами замка. Попытались… Потому что я растеклась жалкой лужицей и булькала на руках вампира.

— Мне плохо. Сейчас вырвет… Дайте умереть.

Рядом со мной, точно так же перегнулся с рук оборотня Черныш и, свесившись вниз головой, показательно вывалил длинный розовый язык из чёрной пасти.

— Эй, а подождать меня?! — к нам подбежал запыхавшийся эльф и возмущённо засопел в сторону более быстрых товарищей.

— Извини, — усмехнулся Мракадан, — у нас на руках больше места не осталось.

— Я бы и не полез! — Лари возмущённо поправил немыслимые перья в причёске, с которыми он больше напоминал на предводителя индейцев, и гордо прошествовал внутрь замка, где для нас уже открыли ворота.

Меня прямо так, на руках соседа, затащили внутрь и я предстала перед полным составом вампирского семейства.

— Прекрасно, сын, — донёсся властный и глубокий голос. Его издавал высокий статный вампир, чисто голливудской внешности. Белоснежная кожа, аккуратные клычки, ярко-алые губы… — Праздничный ужин с такой красоткой пройдёт как праздник.

Я испуганно икнула и на автомате выдала:

— Живой не дамся!

— Думаете, не живой обедать приятней? — отец Воли поднял тонкую бровь.

Я насупилась, не понимая, шутит он или серьёзен. Кто их знает, этих вампиров…

— Всё в порядке, — Воли негромко рассмеялся, — отец, Татьяна немного не знает наших обычаев и побаивается, что мы её съедим. А мой отец — Альментер Ози Забендор Рент — князь вампиров, Таня-я, так проявляет гостеприимство и шутит.

Я недоверчиво посмотрела на вышеупомянутого мужчину, он в ответ прошёлся по мне задумчивым взглядом.

— Вас так и называть? Амьментрон… — я замялась, понимая, что несмотря на все старания, всё же не запомнила его имени. — Рент?

Стоящие рядом вампиры помоложе — девушка и парень, подозреваю — брат и сестра Воли — прыснули в кулак. А его супруга — молодая красивая женщина с белоснежной кожей и густыми чёрными волосами, а также чёрными глазами тепло мне улыбнулась. Она бы могла играть в фильме про Белоснежку, если, конечно, в нём решились снимать такую красавицу.

— Добро пожаловать, мадмуазель Татьяна, — проговорила она, забирая роль радушного хозяина на себя, потому что её супруг решил изобразить статую и застыл на месте. Я подозрительно его оглядела, заметив, что он даже не дышит. Может, инфаркт подхватил, когда услышал своё исковерканное имя? — Можешь обращаться к моему мужу «Сир/милорд/месье», чтобы не запоминать родовое перечисление, — Волистер сказал, что тебе они сложно даются.

Тем временем мои соседи один за другим здоровались за руку с вампиром-старшим, вампиром-младшим, целовали ручки дамам и рассыпались в комплиментах. И если Даник выглядел немногословным, но предельно учтивым, то Лари завёлся, как птица Говорун, не в силах замолкнуть. Воли поставил меня на землю и тепло обнялся с родителями и братом, а сестру вообще закружил в объятиях.

Я смутилась, понимая, что не особо вписываюсь в их высокородную семью, но потом тряхнула головой и сама себе дала подзатыльник. Что такое?! Меня пригласили в гости, пытаются шутить и быть приветливыми (ну, насколько могут), а я тут стою как неродная, изображая из себя невесть что.

— Месье, это же типа по-французски, да? — я вопросительно уставилась на князя вампиров, всеми силами удерживаясь от желания в него потыкать пальцем, чтобы понять, точно ли он жив. Но нет, он моргнул и сделал приглашающий жест рукой, чтобы мы не стояли у порога. Значит, жив. — Вы — французы? Парле ву франсе?

— Кто такие французы? — спросила младшая сестра Воли. — Я, кстати, Мири.

— Просто Мири? — не поверила я.

— На самом деле Мирандлелла, но здесь меня все называют просто Мири.

Я улыбнулась. Какая она милая.

— Так кто? — продолжила она любопытствовать.

— Да так, знакомые мои… — уклончиво ответила я, понимая, что снова попала впросак. — Это фамилия такая, я подумала, а вдруг вы с ними в родстве?

— Мм, понятно, — Мири моментально переключилась на другое и схватив за руку, чтобы показать мою комнату. — На ваши каникулы мы расписали такое огромное количество мероприятий! И начнётся всё с вечернего бала!

— Бала? — переспросила недоверчиво. Вот чего-чего, а о балах я мечтала в последнюю очередь.

— Ну да, для Волистера же ты — названная сестра, а это, между прочим, серьёзное заявление для любого вампира. Так что тебя тоже представят ко двору.

— Зачем ему объявлять меня названной сестрой? — я непонимающе подняла брови. Парень скоро выпустится, у него вся жизнь впереди. Я была уверена, что это — игра слов. У нас тоже некоторые народы любят говорить: «Ты — мой брат, сестра и матерь», но это означает примерно то же самое, что ничего.

— Не знаю, — вампирша пожала плечами. — Но он нам говорил, что интересовался твоим происхождением, и ты, хоть и ведьма, но не имеешь принадлежности ни к одному роду. И Волистер решил, что ты станешь носить имя нашего. Без рода никак нельзя.

У меня упала челюсть. Он… Что? Решил? Это как?

— Он где? — я закатала рукава блузки и воинственно нахохлилась. Найду и уши надеру. Во-первых, он знает, что Брей не оставит меня без поддержки, во-вторых, ему-то какая с этого выгода? Да, не скрою, за это время мы стали очень близки, практически одна семья с парнями, но чтобы официально? Нет, я не готова к такому роду узаконивания отношений.

— Таня, погоди же, — попыталась меня остановить девчонка лет пятнадцати на вид, но это на вид. В отличие от матери, её лицо не казалось настолько точёным и идеальным, а маленький курносый нос смешно смотрел вверх При этом она из всей семьи выглядела самой живой, если такое обращение применимо к вампирам. — Парни сейчас в своих комнатах, переодеваются, мы встретимся за обедом, вот там и обсудишь.

Но куда там! Я вылетела, словно фурия, из женской половины дворца и понеслась по коридору. Мири смирилась с тем, что не сможет меня остановить (хотя, скорее не захотела, с их-то скоростями), поэтому послушно указывала дорогу.

Я пронеслась к спальне вампира и, не меняя направления, просто влетела в двери, которые распахнулись при нашем появлении.

— Ой! — пискнула сзади девчонка и прикрыла глаза ладошками.

Её брат как раз вышел из душа в одном полотенце (слава Богу, хоть оно было, а то мало ли кто как ходит в своей спальне!) и удивлённо застыл, разглядывая нас. Но мне не было никакого дела до его оголённой фигуры, которая так и вопила о том, что парень живёт в качалке. Я подлетела к соседу и, схватив за руку, потянула к шкафу.

— Живо надень брюки и объясни, что здесь происходит?!

— Таня-я, — Воли, смеясь, отбивался от моего напора, кидая снисходительные взгляды на Мири. — Ты так на меня кричишь, будто застала за каким-то непотребством. И вообще, скромность — украшение девушки.

— Ага, а шрамы — мужчины, слышал о таком? — я воинственно протянула к нему отросшие ногти, показывая, что ещё чуть-чуть, и на его идеальном теле появятся глубокие борозды.

— Ладно, аргумент принят, — вампир усмехнулся. — Ну тогда хоть отвернись, чтобы я переоделся, а то я стесняюсь.

Я выполнила просьбу, про себя бубня о том, что ходить в одних подштанниках по общежитию в Академии они не считали зазорным, а сейчас, видите ли, скромные.

— Всё, — провозгласил Воли, разрешая развернуться. — В чём суть претензии?

— Почему ты не сказал, что названная сестра — это официальный титул, а не красивое название? Зачем он мне нужен? А если точнее, то зачем он нужен тебе?

Пару мгновений Волистер внимательно меня рассматривал, видимо что-то взвешивая в уме, потом обратился к сестре:

— Мири, ты не могла бы нас оставить?

Если она и обиделась, то не показала этого.

— Итак, Таня-я, давай по порядку. Я не ожидал, что ты думала, будто я не всерьёз, потому что о том, что я собираюсь дать тебе титул и имя рода, я говорил несколько раз.

— Мало ли, — проворчала я.

— Так вот, если на чистоту, то когда ты поступила в Академию, агенты моего отца проверили всю информацию о тебе… Мало ли кого подселили к нам в комнату…— он ненадолго замолчал, предлагая мне проникнуться моментом. Я не ответила, поэтому продолжил: — За тобой следит тайная канцелярия, и ты появилась в Албании фактически с неба. У тебя нет клейма рода и ты имеешь необыкновенный дар.

— И что? — я хмуро на него смотрела, уже догадываясь, куда он ведёт.

— Ты — иномирянка, — подтвердил он. — Мои последующие наблюдения только укрепили эту мысль, и ректор это знает. У нас состоялся серьёзный разговор, но его детали я, если позволишь, оставлю при себе. Я никому не раскрою твою тайну, а также клянусь не использовать эту информацию во вред тебе, так что не переживай. Но главное то, что в любой момент тебя могут потребовать в услужение королю.

— Брейдон предложил мне стать учителем в Академии.

— А до этого? — допытывался вампир.

— Ну… — я покраснела, — наверное, после обучения мы поженимся — раньше я не готова, да и Брей хочет, чтобы я нормально отучилась.

— А если тебя заберут раньше?

— А могут? — я с сомнением посмотрела на собеседника.

Он пожал плечами.

— Не должны, но это не значит, что не могут. Так что я предлагаю тебе защиту моего рода; если ты станешь Забендор Рент, то никто и пальцем тебя не тронет.

— Допустим, — я покрутила в руках ручку, которую нашла тут же, на столе. — А тебе-то оно зачем? Ты в следующем году выпустишься и не будешь в нашей четвёрке.

Волистер как-то таинственно улыбнулся.

— Наша четвёрка, особенно с твоим появлением, стала для меня второй семьёй, вдобавок, после обучения я собирался остаться в Академии. Магистр Тэй предложил стать куратором одного из курсов стражей. Он декан всего факультета и куратор вашего первого курса, а вот на следующий год должность для опёки первокурсников становится вакантной тот, что сейчас пасёт нас, выпускников, — увольняется. Параллельно я начну проходить заочное обучение в столице, после которого ректор пообещал мне место преподавателя по водной стихии. Так что мы не расстаёмся. Я даже договорился, чтобы ещё целый год после этого жить вместе с вами и курировать вашу практику.

— Ого! — я и вправду впечатлилась и обрадовалсь, что уж — Воли мне нравился, он действительно хороший парень. — Допустим, но всё равно… Не кажется ли тебе, что давать мне имя твоего рода — это как-то… Слишком жирно?

— Очень странное заявление, — заметил он. — Но я понял тебя. Нет, мне так не кажется. Вдобавок, ты же становишься названной сестрой только мне — моим родным ты по-прежнему не будешь кровной роднёй, если такое определение применимо к вампирам вообще, — он улыбнулся. — Это что-то вроде бастарда, боковой ветви. Ты вроде как Забендор Рент, но прав на княжеский трон у тебя, конечно, не будет, — я облегчённо перекрестилась, этого ещё мне не хватало. — Тебе обеспечивается славное имя, надёжный тыл, но без сопутствующих привилегий, если, конечно, не считать привилегиями каникулы здесь по желанию и расположение всей семьи.

— Это даже слишком много! — заверила я. Так-то, его предложение не лишено здравого смысла, вдобавок, говорило о благородстве души, что я и так знала, но некоторое неудобство всё же чувствовалось — А как тогда прозвучит моё полное имя? Татьяна Забред… Зарен… Блин!

Воли рассмеялся.

— Татьяна Грейс Забендор Рент. Но это полное и парадное имя, в обычной жизни ты вполне можешь им не пользоваться. Просто оно обеспечит тебе должную защиту на протяжении всей жизни.

— А если я выйду за Брея? — спросила я. — Я ещё и Никс буду, к тому же?

— Ага! — он радостно улыбнулся. — Классно, да? Но не торопи события, ты вполне можешь жить и одна, мы с ним это обсудили, и ректор сам хотел, чтобы у тебя имелся выбор, независимо от твоего решения. Остаться с ним или нет, работать в Академии или нет.

Я фыркнула. Джентльмен хренов. Нафиг мне его выборы? Я уже всё решила — так что им с Нукусей никуда от меня не деться.

— Ладно, согласна, — милостиво разрешила я. — Что надо делать? Надеть корону? Станцевать ритуальный танец?

— Прийти на бал, — улыбнулся Воли. — Об остальном я позабочусь.

Я пожала плечами и, ещё немного поболтав с ним, пошла обратно в свою комнату. В коридоре терпеливо ждала Мири, так что плутать мне не пришлось.

А вечером на балу Волистер произнёс торжественную речь, порезал свою руку, пожал ею мою ладонь, проговорил несколько слов на тарабарском, и нас окутало голубоватое сияние.

А потом все дружненько нас поздравляли, галдели, из чего я сделала вывод, что всё получилось и теперь я — человек с невыговариваемой фамилией.

Мири, видя моё состояние, предложила сильно много об этом не думать и лучше просто потанцевать. Ну, мы и танцевали. Танцевали до потери чувствительности в ногах. В конце концов, я настолько осмелела, что показала дамам в пышных платьях и мужчинам в камзолах русские народные танцы и даже польку, которая неожиданно всплыла в моей памяти.

Обратно в свои комнаты мы с Мири возвращались практически ползком, еле живые от усталости.

— Я завтра не встану, — пожаловалась девушке, потирая лодыжки.

Она хихикнула.

— А надо. Волистер хотел с вашей командой сходить в горы.

— Вот пусть сам и идёт, — милостиво разрешила я, — а я — пас.

— Что такое… — Мири резко умолкла, развернулась на каблуках и вгляделась в чёрный проём стены, ведущей в сад. Через мгновение она толкнула меня в сторону наших комнат и крикнула: — Таня, беги!

— Что? — я не успела договорить, как получила какой-то дрянью прямо по лицу и провалилась в темноту.

Глава 36 Меня похищать?!

Просыпаться не хотелось. Голова болела так, как может болеть только первого января, и всё бы ничего, но я уже лет как тридцать и капли в рот не брала — завязала. А всё потому, что плохо реагировала на выпивку, пристрастилась в своё время. Но умереть где-нибудь в канаве меня не прельщало, так что решила рубить на корню. А вот сейчас звёздочки в глазах плясали ничуть не хуже.

— Зачем ты столько сонного порошка в неё кинул, а если она копыта отбросит? — старческий ворчливый голос звучал негромко, но совсем близко.

— Потому что магию использовать не решился, всё же иномиряне иногда странно на неё реагируют, а помирать ей не впервой, так что сильно удивлена не будет, — оо, а этот голос молодой и тоже знакомый, но я, хоть убей (не надо) не помню, где его слышала …

— Идиот! — раздался звук подзатыльника. И видимо голова совсем не имела мозгов, потому что звук больше напоминал звон. — Думаешь, имело бы смысл её красть, если б я хотел просто убить? У меня на неё большие планы!

— Господа, — Боже, это мой голос? Какой кошмар! Будто ворона каркнула. — Я вам тут не мешаю?

Мужчины синхронно развернулись и вперились в меня взглядами. И я думаю, посмотреть было на что — вряд ли я выглядела хотя бы сносно. Спала как убитая сидя на стуле, к которому меня жестоко привязали. Всё тело, особенно шея, нещадно ныли, а желающих поделиться магией для облегчения состояния здесь явно не наблюдалось. Поправить причёску, которая наверняка бы поспорила с самым крупным гнездом в округе, мне мешали связанные запястья, а сделать что-либо ещё не представлялось возможным. — Подайте, что ли, водички. Хороши вы будете, похитители, если жертва у вас от обезвоживания замертво упадёт.

Кажется, мне удалось их впечатлить, потому что брови на лицах синхронно поползли вверх, а челюсти вниз.

— Проснулась! — обрадовался лорд Костей.

Да, да, передо мной стояла та самая парочка из тайной канцелярии, которая тепло встретила меня в этом мире и устроила в Академии. Лорд Костей и его помощник… Кто-то там. Брей уже говорил, что они знают мою тайну, а если точнее, догадываются о ней. Вспомнить бы ещё, что он им про меня говорил… Помню, что сказал, будто я — огневичка и что-то ещё, а что — хоть убей не помню. Чёрт, это может немного осложнить ситуацию.

— Водички, — напомнила о себе.

Молодой парень неизвестного имени сначала переглянулся с начальством, и хотя Кощей Кощеевич не сильно обрадовался возможности пойти на поводу у пленницы, всё же не запретил поддерживать во мне жизнь, и воды мне выдали, а если точнее — влили её в меня, немного намочив блузочку и залив в декольте. Я совсем не благородно взвизгнула и поёжилась. Себе налил бы на одно место, посмотрела бы я на него! Вода холодная, вокруг дубак, будто в пещере сидим…

Кстати, а где мы? Вроде, как раз пещера и есть. Камень везде вокруг, сталактиты, сталагмиты, сырость страшная, почти могильная, и темнота такая, что дальше небольшой магически освещённой площадки, где мы сидим, ничего не видно.

— Что делать собираетесь? — полюбопытствовала у них. Не факт, конечно, что скажут, но за спрос, как известно, денег не берут.

— Тебя это, ведьма, не касается, — усмехнулся старикашка. — А если точнее, наглое создание преисподней, взявшее чужое тело.

— А вот обзываться не надо! — тут же взвилась я. — Я вас не оскорбляла. И если уж на то пошло, то, вообще-то, это я к стулу сейчас привязана и это мою судьбу вы пару минут назад так яростно обсуждали, так что очень даже касается! И ничего я не брала, сами знаете, а обмануть пытаетесь!

— Может, опять её вырубить? — предложил тот, что помладше.

Костей смерил меня задумчивым взглядом, я ответила ему тем же. Игра в гляделки закончилась, и он выдал:

— Погоди, у меня пара вопросов. Ведьма…

— Татьяна Петровна, — вежливо поправила я.

— А.? — он, кажется, не понял, может, и впрямь слишком сложно для его мозгов?

— Зачем меня похитили? — спросила напрямую. Нет, наверное, жить мужикам надоело, кто знает? Их же Никуся заживо сожрёт и не подавится.

— Сначала мы думали отослать его тебя величеству, — с готовностью пустился в повествование парень.

— Заткнись, — тут же прервал его старик.

— Но теперь у нас есть идея получше!

— Я сказал тебе заткнуться! — ещё громче оборвал его Костей.

— Продолжайте, — подначила я.

— Ведьма, правда ли, что ты приручила создание хаоса?

Я замялась, это они сейчас про Черныша или про Никусю? Решила ответить со всей осторожностью:

— Допустим.

— И сильная огневичка, верно? Не переживай, здесь твои силы полностью заблокированы, мы об этом позаботились. Так что?

— Не особо, — я пожала плечами, а сама подумала, что сейчас огонь очень бы помог спалить эти дурацкие верёвки, впивающиеся в нежную кожу.

— Не ври мне! — он ударил сухоньким кулаком по столу. — Мы знаем ещё кое-что — у тебя нет своей собственной магии, но ты можешь видеть и применять чужую, верно?

Вот тут я уверенно замотала головой из стороны в сторону.

— Враньё, поклеп и неправда. Такого никто не умеет, у вас неверные данные.

— Неужели? — усмехнулся он и руками начал перебирать в воздухе, будто паук плетёт паутину. Чёрную такую… Из его пальцев одна за другой появлялись смоляные жирные нити и собирались в отвратительный клубок. Он резко замахнулся, намереваясь кинуть эту гадость в меня.

Я испуганно взвизгнула и поджала под себя ноги, тоже, кстати, связанные.

— Ну вот, — удовлетворённо произнёс он. — А ты сказала — не видишь! И что же ты увидела?

Глаза у старика загорелись, и он заинтересованно подался вперёд. Я же упрямо поджала губы и проигнорировала вопрос.

— Неважно, — оборвал он сам себя. — Важно другое. Сейчас ты в нашей власти, и у тебя есть два выбора. Первый — ты идёшь в услужение королю и всю жизнь работаешь на него. Второй — выходишь за меня замуж, рожаешь мне ребёнка с твоими способностями и я тебя отпускаю, — он милостиво сложил ручки, сцепленные в замочек, на колени.

Ага, отпускает — на дно речки, небось.

— За вас? — переспросила я.

— За меня.

— Но вы же старый! — действительно, старый и дряхлый. — Вы же, как бы это сказать, не плодовиты уже.

Мужчины переглянулись, и младший прыснул в кулак, а у старшего повалил пар из ушей. Нашёл, чем испугать! Он Брея в минуты гнева не видел!

— Девчонка! Ты будешь трепетать и страдать от ужаса, если прямо сейчас не выберешь одно из двух! Для тебя подобный брак — роскошь. Ты — оборванка, без имени, без связей! — я не стала ему говорить, что с недавнего времени моё имя длиннее, чем стандартное грузинское приветствие. — Если ты не пойдёшь добровольно, то я возьму тебя силой! И никто тебе не поможет!

— Батюшки мои! — я бы приложила руки к груди, но они не поднимались. — Только вот силой у вас взять не получится.

— Это ещё почему?

— Ну знаете… — я притворно вздохнула. — Дело в том, что мне нельзя выходить замуж и заводить отношения. Дело в том, что я… больна!

— Больна? — он недоверчиво хмыкнул.

— Не то слово — и больна, и заразна. У меня, — я понизила голос до таинственного шёпота, — варикозное расширение магических каналов, вследствие чего появляются страшные паукообразные татуировки по всему телу, — я повернула ногу, чтобы можно было рассмотреть звёздочку сосудов на моей ноге. Это единственный изъян, который я нашла в своём новом теле. Интересная особенность — больше ни у кого я подобного не замечала. Из чего сделала вывод, что, возможно, я одна такая, предварикозная… Надо же, пригодился изъянчик. — Очень заразная штука…

Видимо, подобное мужчины видели впервые, потому что нахмуренно разглядывали мою коленку, а малой даже попробовал поскрести. Ожидаемо, ничего не стёрлось.

— Заразно? — переспросил Кощей.

— Очень. Особенно для мужчин, — подтвердила я.

— Тогда… Сначала он тебя использует! — лорд Костей указал пальцем на своего помощника, а тот закашлялся. — Вот и посмотрим, врёшь ты или нет.

Видимо, речь рассчитывалась на юную девушку, которую легко напугать отношениями с мужчиной. Я же знала сто и один способ, как испортить мужику не только настроение, но и всю охоту ко мне лезть всего парой фраз, так что за свою сохранность в этом вопросе слишком сильно не волновалась.

— Это и есть ваш план?

— Не нравится?

— Да не особо, — пожала плечами. — Должна предупредить. Во-первых, я уже не безродная девка, а названная сестра первого княжича вампиров.

— Врёшь!

— Неа, во-вторых, мою магию вы не могли заглушить, потому что её, как таковой, и нет. Так что при попытке воспользоваться заклинанием против меня будьте готовы получить отдачу.

В этот момент пещера содрогнулась от сильного удара, а воздух прорезал мощный гортанный рык огромного монстра.

— Что это?! — крикнул младший похититель, набирая шар воды в руку.

— А это в-третьих, — радостно ответила я. — Мой жених вас сейчас сожрёт!

— Жених? — переспросил Кощей, хватаясь за свой стул, чтобы не упасть. — Ты же сказала, что тебе нельзя выходить замуж.

Я выдержала театральную паузу, не говорить же ему, что я тянула время. Но потом не удержалась:

— Обманули дурачка на четыре кулачка.

***

В академии, где все перепуганы…

Он не помнил, как слетел вниз по ступенькам, не помнил, как взмыл в небо, рассекая облака. В его голове билась только одна мысль: «Его Тане, его девочке плохо, её украли. Украли у него. Уничтожжжу!»

Сейчас в небе парил не человек и не зверь, сейчас они соединились в одно целое, потому что его паре искренне нужны оба, а не кто-то один. Ярость, сила дракона и холодный, расчётливый ум человека. Они действовали сообща и дышали только одной мыслью: только бы успеть, только бы спасти!

Он не знал, где искать, магический след Татьяна не оставляла, а запах на границе вампирского дворца оборвался. Видимо, её унесли порталом. На месте происшествия князь вампиров нашёл свою дочь без сознания, но живую и здоровую. Брейдон её проверил, но кроме сонного порошка, других воздействий не обнаружилось. Злоумышленники не применяли магию, боясь преследования и опознания. И не зря — ректор Академии Грейсли их моментально бы по ней нашёл. А так — он вынужден кружить над страной, испуганно думая о том, что если Таня не в Албании, то найти её окажется труднее.

Он искал почти сутки, прежде чем обессиленно упал на свой балкон. Дракон никогда в жизни столько не летал, и его крылья мелко дрожали последние часов пять.

К носу лежащего на полу мужчины аккуратно подошёл Танин фамильяр и ткнулся в него головой. Как только пришло известие об исчезновении, вся Танина команда, вместе с княжеской семьёй вампиров, прибыла обратно в Академию. Они тоже её искали.

Брейдон потрепал по голове свирда, попутно отмечая, что если Таня найдётся, он ничего больше не скажет, пусть хоть пять созданий хаоса приручит. Всё, что угодно, лишь бы нашлась.

Ректор прошёл в комнату и обратился к сидящему в кресле князю вампиров:

— Альментер, ну как там?

— Я поставил на уши всех ищеек Албании, тайную канцелярию и…

— И никаких следов?

— Не совсем, — из портала к ним вышел главный дознаватель Албании Кристал Орол Вор, по совместительству — орк и близкий друг Брейдона. — Я тут провёл небольшое расследование. Привет, Аль, — вампир кивнул, и орк продолжил: — Помнишь тех служащих тайной канцелярии, которые отправили ведьму к тебе?

Брейдон нахмурился и кивнул. Конечно, он с ними не раз встречался, сначала узнавал про Таню, потом принудительно делился сведениями, вернее — частью сведений, а в последнее время вообще пытался свести общение к минимуму.

— Помню: лорд Костей и его секретарь.

— Они уже два дня, как не объявлялись на работе.

Мужчина сжал кулаки.

— Думаешь, это они?

— Всё возможно, я считаю… — орк резко оборвал себя на полуслове и уставился за спину Брею, где, жалобно поскуливая, переминался с лапки на лапку Черныш. — Это ещё кто?! Это её свирд?

— Ну да, её фамильяр, — подтвердил Никс, бездумно поглаживая создание хаоса по голове. — Мы же вместе с ним к тебе приходили, забыл?

— Да нет же, нет! — Крис возбуждённо хлопнул в ладоши. — Это же фамильяр ВЕДЬМЫ! Ты — балбес, если сам до этого не додумался! У него же с ней связь, мы можем её вычислить с его помощью!

— Ты же сам говорил, что у них связь ментальная, а не на крови, как обычно, а все стандартные заклинания поиска по связи делаются именно на крови.

— Подтверждаю, — откликнулся с кресла вампир. — Я на этом деле собаку съел.

— Вот не надо сейчас нам рассказывать, кого и когда ты ел, — поморщился орк. — Брей, ты же вроде учёный. Какая разница, какая именно связь, главное — она есть, как у всех ведьм и фамильяров. Неужели этого мало?

Брейдон устало протёр глаза и сел прямо на пол рядом со свирдом.

— Если бы я только знал… Черныш, как нам найти Танечку, ты её чувствуешь?

Ящерица возбуждённо закружилась на месте, притопывая всеми шестью лапками.

— Знаешь? — недоверчиво переспросил ректор и, встряхнув головой, чтобы прогнать остатки сна, наклонился на уровень чёрных глаз. — Как?! Найди её!

Черныш сорвался с места и вылетел на балкон. Мужчины последовали за ним. Создание хаоса подпрыгивало на балконе, шевеля маленькими перепончатыми крылышками, и требовательно смотрело на мужчину.

— Ты думаешь, что сможешь её учуять? — переспросил Брей.

Зверь кивнул.

— Тогда вперёд! — в небо моментально взвился алый дракон, в которого будто влили новые силы, на голове которого восседал чёрный маленький свирд и тыкался мордой то в левый, то в правый рог, показывая дорогу.

— Позовите нас, когда найдёте! — крикнули им вдогонку с балкона оставшиеся.

***

Таня

Я смотрела на содрогающийся свод пещеры и улыбалась. Пусть и ненадолго, но я всё же испугалась. А вот теперь уже не сомневалась в том, что выйду отсюда живой и невредимой.

— Создавай портал, — скомандовал Костей.

Его секретарь схватил со стола большой круглый артефакт на цепочке и начал чертить в воздухе непонятные руны.

— Не успеете, — ободрила я их, замечая, что с потолка уже сыпется каменная крошка. Хорошо, не крупная. — Сожрут вас, точно говорю.

— Успеем! Вдобавок, когда мы уйдём, то спасать окажется некого, — усмехнулся Костей.

А потом одновременно произошло несколько событий.

В потолке появилась первая дырка, которая с каждой секундой росла, я уже видела кусочек неба и бордовую чешую, сверкающую в солнечном свете. Брейдон издал ещё один рык, и пол заходил ходуном.

Молодой маг, наконец-то, открыл портал, и как только это произошло, в сталактит прямо надо мной ударила чёрная вязкая молния старикашки. По камню прошла длинная трещина, и он накренился, начиная падать остриём прямо в то место, где я сидела.

Я взвизгнула и зажмурилась, но успела увидеть боковым зрением — до того, как сталактит рухнул, как из портала, созданного магом, вывалилась целая толпа, а потом меня просто снесло ударной волной.

Очнулась я уже на руках Брейдона, который здорово испачкался в пыли и крошках, но при этом испуганно вглядывался именно в моё лицо и панически выкрикивал моё имя.

— Не кричи, — попросила я тихо и поморщилась. Руки, освобождённые от верёвок, кровоточили и ужасно болели.

— Больно? Больно? Где? Сейчас, сейчас, родная, — забормотал Брейдон, опуская меня на какую-то деревяшку. Присмотревшись повнимательней, я поняла, что это — стол, который совсем недавно стоял посреди пещеры.

Ко мне подлетел лекарь Томми и начал бормотать свою целительскую абракадабру, тыкая в раны палочкой.

Я осмотрелась. Вместо огромного сталактита по всему полу пещеры раскатились мелкие камни. В углу валялись связанные похитители, которые жалобно завывали и что-то доказывали Воли и разъярённому оборотню в волчьем обличии. Оборотень возвышался над ними с раскрытой пастью и клацал зубами. Там же стоял Черныш, смешно топорщивший свои наросты и активно чавкающий враждебной паникой и общей суетой.

Отец Воли, магистр Тэй и орк, которого я уже где-то видела, ходили по пещере и собирали улики.

Ко мне подошёл Лари, протянул платочек и зеркало.

— На, вон, вытрись, — пробормотал он. — Ты нас очень напугала, Грейс…

Я всхлипнула.

А потом разревелась на широкой груди дракона.

Эпилог

Прошло две недели после того, как меня вытащили из пещеры, освободив от неудавшихся похитителей, и вернули в Академию. Наши каникулы накрылись медным тазом из-за расследования, но это уже мелочи.

В ходе следствия ожидаемо выяснилось, что я — иномирянка, но на мою сторону встала вся новая семья, во главе с Бреем, моим женихом, и Альметером, отцом Волистера, заявившим, что теперь я принадлежу к их роду, а значит неприкосновенна.

Эта канцелярская парочка действительно собирала обо мне сведения и даже однажды подмешала особого зелья в еду нашего дроу, чтобы он атаковал смертельным заклинанием — хотели посмотреть на мою реакцию. Но так как полученные знания королю Албании они не передали, а скрыли и хотели меня использовать в корыстных целях, то в итоге остались у разбитого корыта и с кандалами на руках и шее.

И это им ещё повезло, потому что как только Брей понял, что я в порядке, он пошёл на них, как ледокол по морю, изрыгая изо рта пламя и дым. Мы его всей честной компанией от обделавшихся со страху мужиков оттаскивали. Так что служителей закона они встретили, словно мать родную, с обожанием поглядывая на кандалы.

А что я? Я вернулась в Академию, где начала готовиться ко второму семестру, а также к новому витку наших приключений, которые обязательно произойдут. А ещё заново знакомилась со своим драконом, который, наконец-то, объединился со своим вторым Я. Брейдон остался прежним и в то же время неуловимо изменился. Иногда меня так и тянуло назвать его Никусей, и после пары подобных раз он, смеясь, официально разрешил мне так обращаться. Но умолял, чтобы я не ляпнула это уменьшительно-ласкательное прозвище при посторонних, а то, говорит, позору не оберётся. Странный он какой-то…

Всё шло хорошо, пока не настала вторая неделя учёбы. Я тогда влетела в кабинет к Брею, практически выбив ногой дверь.

— Что за дела?!

Мужчина поднял идеально причёсанную голову от груды бумаг и взглядом отправил из кабинета секретаря. Фея раздражённо фыркнула и пролетела мимо меня, словно каравелла по волнам.

— И тебе доброе утро, родная, — Брей отбросил карандаш, которым что-то чертил в своём неизменном блокноте, и, встав из-за стола, распахнул руки для объятий.

— Не пытайся меня отвлечь! — я воинственно упёрла руки в бока. — По какому праву Мракаданчика переводят в непонятную академию на другом конце страны?!

— Таня, иди сюда, — позвал мой дракон и сграбастал в объятия. Я брыкалась и извивалась, а он только смеялся и тёрся носом о мою щёку. — Так нужно, он единственный готов к подобному. И эта академия не на конце страны, а в другой стране — в Анании.

— Тем более! — запальчиво воскликнула я. — По какому…

— Как же с тобой сложно, — вздохнул дракон. — Во-первых, это не навсегда, а только на один семестр. А во-вторых, он сам об этом попросил.

— Быть не может! — не поверила я.

— И тем не менее это правда.

В этот момент дверь кабинета распахнулась, и к нам с ошалелыми глазами ввалился дроу. Не обращая внимания на то, что застал в таком обнимающемся виде, а также не замечая наши возмущённые взгляды, он целенаправленно полез в шкаф, стоящий в углу.

— Не понял… — первым отошёл от шока Брейдон. — Это что ещё за новости?! Вылезай оттуда!

— Тихо ты! — прервал его дроу, шипя, словно рассерженная кошка. — Если увидите её, скажите, что меня здесь нет!

— Кого её?

— Сумасшедшую водницу в огромных очках, — с ужасом донеслось из шкафа.

Мы переглянулись с Бреем и как один расхохотались.

Да, этот год запомнится нам надолго! Впрочем, как и всё последующие — когда мы вместе, приключения ожидают нас на каждом шагу.

И, чёрт возьми, мне это нравится!

Эпилог - 2

Через 10 лет

— Да, да, спасибо, благодарю вас, господин мэр, да, вы абсолютно правильно сделали, что сразу меня вызвали, большое спасибо! И я возмещу все убытки, не волнуйтесь! Главное, не поднимать шума!

Брейдон суетливо пожал руку мэру столицы и вышел из полицейского участка на улицу, куда уже привели его глубоко беременную жену и Розаринну.

— Папа! — красноволосая Рози подбежала к нему и влетела на руки. — Ты видел, видел это?!

Брейдон поблагодарил стражников, хмуро стоявших поодаль, и повернулся к жене.

— Ничего не говори, — предупредила Таня. — Иначе — ты труп.

Брейдон с трудом удержал серьёзное выражение на лице.

— Молчу. Я вообще ничего и не собирался говорить, верно, Рози?

— У нас получилось, получилось! Мы — «главная новость часа», верно, мама?

Таня хмуро посмотрела на мужа и зашла в портал первой. А уже возле Академии проворчала:

— Чёртовы менты, какой кадр испортили!

Навстречу вышел Волистер.

— Таня-я, ты всё же это сделала?! — он светился неподдельным восторгом. И потрясал свежими новостями. Показал нам главную страницу и прочитал: — Беременная ведьма верхом на швабре и её маленькая дочь-драконница на венике запечатлены на фоне полной Луны, — он показал на фотографию, где красовалась данная картина. — Только городские часы зачем сломали?

— Мы в них влетели на скорости! Вжжжжж! А потом — ба-бах!!! — завопила Рози, прыгая вампиру на руки. — Дядя Воли, у нас получилось, — она ткнула в иллюзию на странице газеты пальцем и поправила свою остроконечную широкополую шляпу. — Получилось! Теперь мы — настоящие ведьмы! Я, конечно, будущий дракон, но выглядела, как ведьма, правда?

— Не то слово, — кивнул ректор, не зная, говорить дочери или нет, что она ведьмой стать никак не сможет.

Но Рози не интересовали подобные мелочи!

— Мама сказала, что нам обязательно нужна эта картина, и обязательно на фоне полной Луны, иначе нечего вспоминать в старости. Дядя Лари проиграл маме поездку за алмазами! Мы едем к эльфам!!!

Волистер засмеялся и обратился к Тане:

— О-о-о-о, городская гвардия ещё долго будет вспоминать, как снимала вас с обломков этих часов, а ты ругалась и кидала в них их же стихиями.

— Замолкни, — Таня хмуро посмотрела на названного брата и, гордо задрав подбородок, пошла по коридору Академии в сторону моего кабинета.

Вслед донёсся смех Воли, он подмигнул Брею и унёс его пятилетнюю дочь в академический парк. Ректор пошёл за женой, которая уже выплёскивала свой гнев в кабинете, бегая из угла в угол и время от времени кидая вещи в ни в чём неповинный шкаф.

— Чёртовы мусора, чтоб их леший задрал!

— Милая, — Брей попытался перехватить пузатую фурию, которая носилась по его кабинету. Если прошлую беременность Татьяна лишь ела и спала, то эту… Эту даже самые опытные боевики старались обходить его прекрасную жену стороной. Точно мальчик будет! — Послушай, всё же нормально! Подумаешь, они делали иллюзии с тем, как вы с Розаринной висели на часах.

— Они ржали над нами! — взвилась Таня, извернувшись от мужниных объятий. — У меня так и не получилось сделать нужный кадр.

— Почему же, — он еле сдержался, чтобы не засмеяться в голос. — Разве ведьма на швабре на фоне полной Луны — это не цель вашей выходки?

— Я метлы не нашла, — проворчала она куда спокойней, принимая от мужчины пирожок с мясом, который он в срочном порядке выпросил с кухни. — Ты не понимаешь, такая Луна появилась всего раз за всё время. Я поспорила с Лари, что сделаю этот кадр, кто ж знал, что на пути возникнут эти дурацкие часы?!

— И ты их подорвала одним из экспериментальных зелий? — ректор поднял бордовые брови.

Татьяна насупилась и, воинственно выставив вперёд огромный круглый живот, предупредила:

— Никуся, имей в виду, если вы с Воли только посмеете рассказывать это на семейных застольях у Альментера, то я вас убью.

Он поднял ладони вверх, всем своим видом обещая молчать, но потом не удержался и с любовью провёл по животу супруги.

— Сыночек, если ты будешь в будущем такой же, как твоя мама и старшая сестра, то папа вконец поседеет.

— Пффф, не говори глупостей, — Татьяна насмешливо фыркнула и, обхватив рукой шею мужа, выдохнула ему прямо в лицо: — Максимум, что тебе грозит, это — полысеть с нами.

Брейдону ударил в нос одурманивающий запах ванили, который всегда сопровождал его супругу, и, рыкнув, он обхватил её за необъятную талию и с разбегу влетел в портал, ведущий к ним в комнату.

— Я знаю что ты хочешь! Ты хочешь вкусно поесть. Пойдём поедим, а потом спать? — предложил он. — Ты же сейчас постоянно спишь. Да и я был бы не прочь — полночи вас по всему городу искал.

— Я… — Таня ненадолго задумалась, а потом вдруг побледнела и с ужасом уставилась на мужа.

— По-моему, я рожаю…

Через несколько часов к мечущемуся по коридору Академии Брейдону вышел вызванный из города Томми — главный лекарь королевской больницы.

— Брей, это девочка. Чистокровная ведьма. Не знаю, как это возможно, но… факт…

Рядом стоящий Волистер нагло заржал, а ректор Академии Грейсли обессиленно сполз спиной по стеночке на пол.

— Точно поседею…

***

Дорогие, любимые, самые лучшие читатели!

Я от всей души благодарю вас за то, что были со мной в этой истории. Мы вместе смеялись, переживали и наблюдали за приключениями Тани!

Я посвящаю эту книгу своей бабушке Тане! Бесшабашной, нелогичной, но одной из самых потрясающих женщин, что я знаю! Именно с неё списана главная героиня. В год написания книги ей исполнилось 70 лет, но она всё так же бодра, весела и ненормальна))

Эта история вдохновила меня написать целую серию книг о всех (или почти всех) наших героях.

Другие книги серии: https://author.today/work/series/24891

И отдельно:

История про Магистра Рэя Тэя, где разобрались с проклятием дроу и его исключительной нелюбовью к ведьмам. Огненная ведьма Мириам выходит на охоту!

Академия Грейсли. Охота на дроу объявляется открытой!

https://author.today/work/240353

История про вампира Волистера.

Так же и эльфа Ларионеля, мы не обойдём вниманием. Женим всех!

Академия Грейсли. Берегись, княжич, я иду!

https://author.today/work/377329

Другие книги серии:

История про Мракадана — самая романтичная из всех)))

Будь для меня Стеной

https://author.today/work/291817

История Мирандлеллы — сестры Волистера

Академия Грейсли. Сначала кладбище, потом свадьба, Дракон!

https://author.today/work/406714

История по эльфов-преподавателей

Академия Грейсли. Эльфийские разборки

https://author.today/work/654595

История Кристианера — брата Воли

Оживим лекарскую лавку, или Укольчик, Ваша Светлость?

https://author.today/work/440064

История про старшую дочь — Розаринну

Академия Грейсли. Дружба любви не помеха!

https://author.today/work/495148

А для того, чтобы ничего не пропустить, переходите по последней ссылке и нажмите кнопочку «подписаться», чтобы не пропустить уведомления о новых книгах, а также все-все новости! Так же, буду рада видеть вас в мой группе вк, где я выкладываю все новости и свои мысли. Там же мне можно задать любой вопрос напрямую ❤️ С любовью, ваша Мотя ❤️

https://author.today/u/id36057741