Академия Фэйбэл: Астрариум

Глава 1

- Добро пожаловать в Академию Фэ́йбэл! – молодой незнакомец с хитрой улыбкой обвёл нас взглядом. – Профессор Ми́тцуя, – он поклонился. – Прошу, следуйте за мной.

Полы его длинных чёрных одежд широко распахнулись, подлетая в такт быстро удаляющимся шагам.

- Кажется, лучше не отставать, – парень, стоявший слева от меня, первым переступил порог замка и поспешил за профессором.

За ним неуверенно двинулись все остальные. Я зашёл последним. Прохладный воздух обдал лицо. Снаружи светило яркое июльское солнце, поэтому глазам потребовалось время, чтобы привыкнуть к полумраку. Я огляделся и, стараясь убрать мурашки, потёр локти. Меня окружал огромный холл с высокими резными арками и сводчатыми потолками, в которых сейчас отражался десяток восторженных возгласов. Я не мог поверить, что оказался в подобном месте. Внутри что-то пробежало – какое-то таинственное предвкушение.

Мы пересекли холл и прошли сквозь центральную арку. За ней начиналась широкая лестница, взлетев по которой, Ми́тцуя свернул направо, длинными коридорами уводя нас в глубь замка.

- У него сине-зелёные волосы. Вы видели?! – парень, который зашёл первым, переместился в конец группы и снова оказался возле меня. Очевидно, он не хотел, чтобы «профессор» слышал, как его обсуждают.

- Так и твои перекрашены...

- Мои осветлённые.

- Ты азиат.

- Сильно осветлённые. Я Ке́нта.

- Дейн, – я пожал протянутую ладонь.

Коридор, по которому мы шли, неожиданно превратился в своеобразный мост над вытянутым залом нижнего этажа. Страх высоты заставил меня сдвинуться подальше от края.

- По дороге вы, могли заметить, что замок достаточно большой. Я бы советовал не отставать.

Голос Ми́тцуи был доброжелательным, но сам он даже не обернулся. Скорее напротив – ускорил шаг.

- Он такой позитивный. Спорим, если кто-то потеряется, он засмеётся и скажет, что это прекрасный повод осмотреть замок?

Вместо ответа я усмехнулся. Но где же мы всё-таки оказались?

Девушка впереди нас обернулась:

- Как думаете, он не соврал про профессора?

- Его имя было написано в приглашении. Почему нет? – Кента пожал плечами.

- Но он такой молодой. Сколько ему? Двадцать пять? Тут половина группы старше него.

- Мне двадцать один. Я младше.

- И мне.

Ладонь Ке́нты ударила по моей.

Весь оставшийся путь слился в череду уходивших всё выше лестниц и постоянно поворачивавших коридоров. Минут через десять мы остановились перед тёмно-зелёной дверью. Тонкие серебряные линии выводили по центру букву “А”.

Потянув за ручку, М́итцуя сдвинулся в сторону, пропуская нас внутрь:

- Прошу. Располагайтесь поудобнее.

Комната, в которую мы вошли, оказалась самой мрачной и одновременно самой уютной, из всех, что мне доводилось видеть.

Большую часть стены слева от входа занимал камин, приветливо потрескивавший в полумраке. Чуть дальше, в углу, возвышалась кованая винтовая лестница, уходившая на второй ярус. Получалось что-то вроде балкона, перед которым внизу в самом центре располагался большой круглый деревянный стол. Мягкие зелёные кресла и диваны повторяли оттенком ковёр, скрывавший под собой весь пол.

Массивные дубовые балки, пересекали потолок, упираясь во внешнюю стену. Которой не было. Её место занимала аркада из пяти секций. Поначалу, из-за сильного сквозняка, я решил, что это декоративные проёмы, но расположившись в одном из кресел, стоявших поближе к ним, я убедился, что это окна. Идеально чистые гигантские окна практически в пол. Мы с моей боязнью высоты издали вздох облегчения.

Тёмные каменные арки продолжали притягивать мой взгляд. Мы оказались в той части замка, что была ближе всего к горам. Настолько близко, что увидеть их вершины можно было лишь подойдя вплотную к этому краю комнаты. Зелёный хвойный лес выше по склону сменялся белой пеленой. Я занял себя попытками понять, снег это или облака.

- Отлично! Вижу, что все на месте.

Где-то слева послышался сдавленный смешок.

- Прошу, угощайтесь, – Митцуя облокотился на спинку ближайшего к камину кресла. – Вас ожидает долгий день, советую перекусить поплотнее.

С десяток чашек на блюдцах и пара подносов с бутербродами гостеприимно ожидали нас на столе. Почти все, включая меня, с энтузиазмом воспользовались предложением – чай всегда был хорошей идеей. Особенно с видом на горы.

- Теперь, когда вы так чудесно расположились, я готов всё объяснить.

Наполнявший комнату гул из голосов сразу же смолк. Тишину нарушали только уютные постукивания чашек о блюдца.

- Благодарю всех, за то, что откликнулись на приглашение. Путь был неблизкий, но уверен, вы сочтёте, что он того стоил. Меня зовут Аки́ра Митцуя, а это мой кабинет. Если потеряетесь и будете спрашивать дорогу – аудитория “Альфа”, – он прищурил один глаз и тряхнул головой. – Это по гречески, не обращайте внимание. Но так вас быстрее поймут, – Митцуя с громким хлопком сомкнул ладони. – А теперь, дайте мне несколько минут, затем я отвечу на ваши вопросы.

Кто-то заёрзал в кресле, усаживаясь поудобнее.

- Академия Фэ́йбэл создавалась как большая языковая школа. Мы считаем, что людям важно учиться понимать друг друга. Обучение проходит в формате погружения, как это выглядит, вы увидите позже – на практике. Сегодня у нас «день открытых дверей». Мы набрали несколько групп, вы – одна из них. Всем будет предложено некое задание. Оно несложное. Считайте его вступительным экзаменом. Его цель познакомить вас с философией академии. Если вы справитесь, ваше приглашение будет продлено. Те же, кто не захочет его выполнять, могут провести этот день прогуливаясь по замку и ближайшим окрестностям. Уверяю, вы обязательно наткнётесь на места, стоящие вашего внимания. Вечером всех, кто не даст нужный ответ, доставят на станцию.

Митцуя снова улыбнулся, и я не мог понять, радуется ли он нашей возможности провести целый день в гигантском красивом замке, или предвкушает нашу неудачу, и уже машет в мыслях из окна своего кабинета удаляющемуся поезду.

- Мы не хотим, чтобы вам пришлось добираться до станции в темноте, поэтому крайний срок выполнения – семь часов вечера.

“Всё-таки он в нас не верит”.

- У вас пять часов. Вы можете свободно перемещаться. Постарайтесь не причинить вреда обитателям и имуществу замка. Иных правил нет.

Многие засмеялись, атмосфера стала расслабленнее.

- Это всё, что я должен был вам рассказать. Можете задавать вопросы, – Митцуя ободряюще обвёл нас взглядом.

Руку подняла девушка, сидевшая в другом конце комнаты:

- Скажите... профессор... как мы узнаем, что справились с заданием?

- О, вы это поймёте. Когда истечёт время.

Её сосед с непониманием нахмурился:

- То есть, до семи вечера, мы не будем знать, прошли или нет?

- Верно.

- Можно ли будет попросить о второй попытке? Если вдруг...

- Боюсь, что нет.

Первая девушка снова подняла руку:

- А что получат те, кто справятся? Какой-то грант на обучение?

- В некотором роде, – Митцуя увёл взгляд в потолок.

Выдержав небольшую паузу, и не получив новых вопросов (судя по ответам, задавать их было бесполезно), он продолжил:

- Я попрошу вас передать мне билеты на поезд, с которыми вы к нам добрались. Те, кто справятся с испытанием, должны будут забрать их обратно вечером с полки над камином. Там же сейчас лежат карточки с заданиями. Остальные получат новые билеты при посадке на поезд.

Все вытянули шеи, пытаясь что-нибудь разглядеть. Меня терзало любопытство, но с дальнего конца комнаты можно было даже не пытаться. В полумраке я различал только пляшущие языки пламени.

- Пожалуйста, допивайте чай, – внезапно Митцуя заговорил серьёзнее. – Я вынужден вас покинуть. Желаю удачи каждому! И независимо от результата... Проведите время хорошо.

Он изобразил небольшой поклон и быстрым шагом покинул кабинет. Все чашки тут же оказались на столе. Самые нетерпеливые столпились вокруг камина.

- Ребят! Они именные!

- Смотрите, и правда. Тут ники и имена из наших анкет. Барн Сол кто?

- Я, – высокий спортивный парень поднялся с дивана и пошёл за своей картой.

- Лекс?

- Это моя, – девушка, которая разговаривала с нами по дороге в аудиторию, помахала, выбираясь из кресла. – Ух ты, такая красивая!

- Ари́да? Ефи́м? Утка... Утка... Нос?

Через минуту дюжина пар глаз разглядывала стеклянные прямоугольники. По размеру они были похожи на билеты, которые у нас забрали – чуть больше ладони в длину и ширину. С двух сторон на них была нанесена белая тонкая гравировка. На одной в центре сверху располагался мой ник «Deinstray», снизу мелким шрифтом «Впишите свой ответ». А вот со второй стороны на меня смотрели... Иероглифы.

Ладно, конечно, не иероглифы. Подумав немного, я понял, что это что-то на греческом, и понадеялся, что не на том, который древний. Хотя разницы не было – не знал я их в равной степени.

Когда я обернулся, аудитория частично опустела. Среди оставшихся я заметил Ке́нту. Продолжая сидеть на диване, он с подозрением смотрел на “задание”.

- Можно глянуть?

- Конечно, – Кента протянул мне карту и подвинулся.

Я сел рядом, и мы принялись сравнивать два текста. Они полностью совпадали – значит испытание, или чем это тут считалось, и правда было одно на всех.

- Не хочешь объединиться в команду?

Вопрос оказался таким неожиданным, что я растерялся, прежде, чем ответить.

- Было бы… неплохо.

Идея мне понравилась. У меня не было проблем с учёбой но то, что нам предлагалось, не очень походило на задание из учебника.

- Отлично. Есть мысли с чего начать? – на лице Кенты читалась явная надежда.

- Ммм... Наверное, стоит пройтись по замку. Этот Митцуя говорил что-то про прогулки...

Кента с любопытством обернулся:

- Предлагаю прям отсюда и начать.

Я кивнул, и мы разошлись в разные стороны. Было интересно поразглядывать всё в неформальной обстановке. Второй ярус оказался нешироким балконом – он шёл вдоль всей комнаты параллельно аркам. Облокотившись на перила, я остановился понаблюдать, как Кента внизу внимательно изучает горшки с растениями. Он обошёл кругом то, что росло до самого потолка и, заметив меня, разочарованно махнул рукой в сторону выхода.

Покинув кабинет, мы не спеша побрели по коридору.

- Кто всё это построил? – Кента, как и я, вертел головой, рассматривая гобелены на стенах.

- Не представляю. Не похоже, что тут кто-то когда-то жил. Он как будто... новый. Странная атмосфера.

- Есть что-то такое... А сейчас вообще ещё строят замки?

Мы свернули за угол и увидели две удаляющиеся фигуры в таких же длинных чёрных одеждах, что и у Митцуи – что-то вроде мантий со свободными рукавами, только если его отливала сине-зелёным и болталась распахнутой, как халат, у этих девушек они уходили в оттенки красного, а на талии были плотно перехвачены широкими поясами – у каждой на свой манер.

Кента наклонился и понизил голос:

- Ещё профессора?

- Наверное. Интересно, сколько тут вообще людей.

- И коридоров.

- И комнат. И что-то из этого должно быть связано с Грецией…

Мы одновременно протяжно вздохнули.

В конце следующего затяжного коридора располагался полукруглый балкон. Кента свернул налево и направился прямиком к нему.

- Отсюда видно вход в замок! И несколько башен тоже неплохо так просматриваются.

Перегнувшись через перила, он с энтузиазмом замахал рукой. Не дождавшись ответа, он обернулся:

- Тебе что не интересно?

Я продолжал стоять в коридоре, изучая потолок.

- Высоты боишься что ли? – он засмеялся. – Вообще тут правда высоковато. Раз, два, три.. четыре... м... Как-то сложно считать. Все окна в разнобой – большие… маленькие… вон там средние… Наверное, некоторые этажи сдвоенные в вышину.

- Сдвоенные в вышину?

- Я не знаю как это называется – иди сам посмотри.

- «Сдвоенные в вышину» звучит хорошо.

Кента назидательно кивнул.

- А что-нибудь греческое есть? Статуи может?

- Есть горы, лес, несколько террас и стая птичек. Статуй нет.

Он спрыгнул с опоры перил и направился ко мне.

- Мы сейчас где-то на седьмом этаже. В окнах справа на ярус ниже были люди. Пошли туда?

Я согласился.

Вскоре мы нашли лестницу, по которой смогли спуститься. Новый этаж предложил нам сразу три коридора, и мы, потратив на решение честные несколько секунд, выбрали центральный. Справа и слева периодически встречались двери. Некоторые были закрыты, а остальные вели в кабинеты. Нам попалась небольшая круглая аудитория с мебелью в красных тонах. Длинная аудитория с двумя рядами парт и кабинет с плотно занавешенными окнами и кучей пуфов.

Дюжину дверей спустя мы вышли на просторную круглую площадку. Нас снова встретила развилка. По сторонам две спиральных лестницы уходили в противоположных направлениях куда-то вниз, а напротив, прямо перед нами, широкие ступени вели к площадке с большим, не зажжённым сейчас, камином и парой диванов. За камином виднелся высокий арочный проход.

- Может тебе правая, мне левая? – количество “перекрёстков” вдохновило меня на новый план. – Минут через десять встретимся у этого камина. Если ничего полезного на найдем, пойдём прямо, – я махнул рукой в сторону арки.

- Договорились. Тут, конечно, красиво, но нужно как-то ускоряться. Если хотим посмотреть на закат из окна башни, а не поезда...

Кента бросил взгляд на далёкую горную гряду и свернул направо. Быстрыми шагами я направился к площадке слева и побежал по винтовой лестнице вниз. Судя по гигантскому узкому окну, которое шло вдоль неё, она спускалась этажа на два, если не на три, без возможности куда-то свернуть. Я почувствовал себя неуютно – ограниченное пространство давило, но ещё неприятнее оказалось остаться в полном одиночестве в незнакомом месте в сотнях километров от дома.

Новый этаж был гораздо шире двух верхних. Пройдя чередой арок, я наткнулся на ещё один мост наподобие того, что мы проходили с Митцуей. Вскоре я услышал голоса людей. Пытаясь понять, откуда они доносились, я свернул несколько, раз старательно запоминая дорогу. И... потерялся.

Я нервно сглотнул. Бросив, попытки найти людей, я начал искать дорогу обратно. Практически бегом я проверял коридор за коридором. Все они казались знакомыми, и от этого было только хуже – не было никакого представления, возвращаюсь ли я назад, или хожу кругами.

Наконец, вдалеке я заметил высокое узкое окно и винтовую лестницу. Не думал, что буду так рад её увидеть. Через минуту, вспотев и тяжело дыша, я выскочил на площадку, где мы расстались с Кентой. Он ещё не вернулся.

Какое-то время я стоял на месте, переводя дыхание, и думая, как поступить. Переборов желание пойти на поиски, я признал, что самое разумное решение – дождаться его у камина. Заодно стоило попробовать подумать над загадкой в карточке. Достав её из кармана, я направился к дивану, с которого было видно лестницу Кенты.

Удар.

Глава 2

Перед глазами всё поплыло. Карточка со звоном упала на пол.

Отступив на несколько шагов, я заморгал. Зрение всё ещё не фокусировалось – камин и арка расплывались волнами. Я закрыл глаза и простоял так некоторое время. Открыл – волны прекратились.

Вспомнив про карту, я в страхе опустил взгляд. К моему большому облегчению, она не разбилась. Я наклонился и, осторожно подняв её, внимательно осмотрел – ни царапины.

Спрятав карту обратно в карман, я вытянул руку и медленно подошёл к ступеням. Пальцы коснулись холодной поверхности стекла – снова идеально чистого, даже после столкновения с моим лбом. Разглядеть поверхность коварного барьера можно было, лишь стоя в упор.

– Не замок, а реклама стекольного завода.

Я начал говорить с самим собой.

Продолжая всматриваться, я заметил серебряную еле светившуюся полосу. Она шла от стены до стены, как будто бы показывая, что проход закрыт. Я снова отошёл и убедился, что со стороны её почти невозможно различить на фоне ступеней.

– Прекрасно.

Дела принимали неприятный оборот. Где сейчас Кента, сказать было сложно. Мы могли разминуться, он мог где-то застрять. Я решил подождать ещё немного и поднял левую руку. Солнечный луч скользнул по циферблату, перегнав минутную стрелку: 14:43.

14:44.

14:46.

14: 50.

Оставаться на месте дальше не имело смысла. От пяти часов осталось чуть больше четырёх, и я не продвинулся ни на шаг. Фигурально. Фактически я прошёл столько коридоров, что потерял понимание, где находился.

Стояла полная тишина. Убедившись, что вокруг нет ни души, я направился к лестнице, по которой ушёл Кента.

Беззаботность пропала, и я начал по-настоящему нервничать. Весь этот день был похож на большое приключение: дальняя дорога, поезд, невероятно красивые пейзажи, замок, новые люди и, в довершении всего, загадки. Решение откликнуться на объявление языковой школы, оказалось одним из лучших, что я когда-либо принимал. Но сейчас вместо радости от так удачно сложившихся обстоятельств, я испытывал страх. Я сам не понимал, как за час смог настолько привыкнуть к этому месту, но мне ужасно не хотелось его покидать. Да и Кента показался мне неплохим парнем, без него гулять по лабиринтам коридоров стало гораздо скучнее.

К моему удивлению, вскоре я начал немного ориентироваться. Я удалялся всё дальше и дальше вглубь замка, но мне начала становиться понятной логика расположения коридоров, лестниц, кабинетов и всевозможных площадок. Я выработал для себя новый план – направляться к центру замка – туда, где арки становились всё шире, а потолки всё выше.

Подходя к третьему за сегодня мосту, я мысленно попрощался с Кентой и пожелал ему удачи. Теперь, если мы где-то и пересечёмся, то только благодаря ей. Хорошо бы не на на платформе у поезда.

На мосту меня ждал первый ободряющий знак. Проходя над очередным холлом, я заметил внизу группу людей – примерно моих ровесников, они были одеты так же странно, как и профессора, но по-другому – без длинных мантий. Я предположил что это студенты академии. Интересно, как они в своё время разобрались с иероглифами? То есть, с греческим. А может у них была латынь? С ней было бы проще. Её по крайней мере можно прочитать.

Вскоре я начал слышать отдалённые голоса. Стрелки часов почти добрались до половины четвёртого. Я начал уставать, но всё равно ускорился.

Тик. Так. Тик. Так. Тик. Так. Кажется, сам замок начал меня подгонять. Один поворот. Второй. Лестница.

- Ничего себе…

Огромные. Нет. Гигантские круглые механические часы со множеством шестерёнок занимали всю стену. Сложно было определить издалека, но по ощущениям они были в несколько раз выше человеческого роста. Большего помещения вообразить было просто невозможно. Часы занимали целую стену, но лишь одну из многих. Это место не было круглым залом или прямоугольным холлом. Это было сердце замка. Во все стороны уходили коридоры и лестницы. Я стоял на одной из площадок, выходивших сюда, и мог спокойно рассмотреть несколько этажей, которые заканчивались своеобразными балконами. Кента оказался прав – "сдвоенные в вышину" среди них и правда были.

А ещё тут были люди. Первая победа.

Сбежав по очередной лестнице, я направился к ним, преодолевая лабиринт из диванов и растений. Судя по одежде, это были такие же новички, и я посчитал это хорошим знаком.

Я остановился чуть вдалеке, думая, как поступить. "Кента сейчас пригодился бы". У него заводить разговоры с незнакомцами получалось отлично.

Небольшая компания изучала изображение в двухметровой деревянной раме. По большей части они молчали, но иногда переспрашивали что-то друг у друга и задумчиво пожимали плечами.

- Эй! Как у тебя со зрением?

От неожиданности я вздрогнул. Невысокий парень в толстовке с капюшоном, натянутым почти на самые глаза, глядел на меня из-под густой чёлки.

- Нормально.

- Можешь прочитать, что там написано? – он указал пальцем в правый верхний угол рамы.

- Ммм. Да. Попробую.

Остальные сдвинулись в сторону, продолжая переговариваться между собой, а я смог наконец рассмотреть изображение.

Карта замка! Отлично! Это похоже на ещё один шаг в нужном направлении. Правда, разобрать то, на что мне указывали, не получалось.

- Минуту.

Я полез в рюкзак и под выразительный взгляд парня в капюшоне достал оттуда чехол с очками.

- Ты же сказал, что у тебя нормально со зрением?

Судя по интонации, доверие к моей адекватности было подорвано.

- Да… Это для чтения. Чтобы глаза не уставали. Но они немного помогают.

Парень ничего не ответил и ещё раз молча поднял руку, показывая на верхний угол рамы.

- Выход… к восточным… к восточным…

- Верандам?

- Ммм. Ага. Выход к восточным верандам.

- Не то. Жаль.

- А что должно быть? Я Дейн, кстати.

- Широ́йя, – не опуская головы, он пожал мне руку и продолжил рассматривать верх карты. – Что-нибудь полезное.

- Логично.

Широ́йя кивнул, а я принялся изучать план.

- Понять бы, в каком из этих прямоугольников сейчас мы.

Широ́йя повторно одарил меня многозначительным взглядом и ткнул пальцем в центр карты.

Часы. Маленькие круглые нарисованы почти посередине.

- Увлёкся надписями. Даже внимания не обратил.

Прозвучало как извинение, чем по сути и было. Я любил игры, любил загадки, иногда даже любил учиться. Но сейчас чувствовал себя идиотом.

- Нужно быть проще, – флегматичный, растягивающий слова голос Широйи прозвучал как ответ на мои мысли. – Нам дали всего пять часов. Замок огромный. Задание либо рассчитано на гениев, и тогда мы все уже проиграли, – усмехнувшись, он выдохнул. – Либо оно максимально простое.

- А вдруг среди нас как раз есть гений, который им нужен?

“В этой академии никто ни в кого не верит”.

Широйя перевёл взгляд на чехол от очков в моей руке.

- В любом случае профессор Руфи́м была права. Нужно получать удовольствие от процесса.

- Профессор Руфи́м? Она встречала вашу группу?

- Ага. Суровая леди. Дала нам кучу напутствий.

- У нас был парень-азиат с цветными волосами. Тоже в нас не верил. Прям как ты.

- Хммм.

Я ждал продолжения, но Широйя молчал. Я проследил за его взглядом и понял, что он рассматривает нарисованные часы. Это подтолкнуло меня к догадке.

- Условные обозначения?

Лицо Широйи просветлело, и он улыбнулся – видимо, я смог угадать его мысли.

Мы принялись заново рассматривать карту. Часы были самым большим символом на ней, но были и другие. Количество коридоров, кабинетов и надписей размывало внимание. А вот символов, которые я поначалу принял за декор, было значительно меньше.

- Кровать – это, наверное, спальни, – я начал рассуждать вслух.

- А кран – ванные или уборные.

- Куст в горшке…

- Оранжереи?

- Тут четверть замка как одна большая оранжерея, – я вспомнил, как Кента осматривал кабинет Митцуи, и мне начало казаться, что с тех пор прошло полдня, а не полтора часа.

- Есть такое. Может зона отдыха.

- Возможно.

Ориентироваться по символам, хоть они и были совсем небольшими, оказалось гораздо проще, чем по надписям.

- Книга, – я указал на юго-западное крыло, и внутри пробежало радостное предвкушение разгадки.

Это была первая настоящая зацепка за всё время.

- Тут ещё одна, – Широйя ткнул в противоположную часть плана.

- Значит их несколько…

- Ага. Вот тут внизу ещё книга. И ещё...

Это озадачивало, но я почти не сомневался, что мы на верном пути.

- Рассуждая логически, – Широйя, задумчиво постучал пальцем по подбородку, – все мы их точно проверить не сможем…

- …а значит, какая-то должна чем-то выделяться.

Я закончил его мысль. Он медленно прикрыл глаза, показывая согласие.

На первый взгляд все книжки были нарисованы однотипно. Стараясь придерживаться логики, я решил получше рассмотреть ту, что была в относительном центре плана. Широйя был занят тем же.

- По-моему она чуть больше остальных, – он склонил голову, продолжая рассматривать, заинтересовавший нас символ.

- Как будто бы да.

Быстро сориентировавшись, я приложил к рисунку подушечку пальца и повторил это действие с парой других книг.

- На полсантиметра поболь…

- Это она.

Я обернулся, ожидая пояснений.

- Надпись.

Мои глаза побежали по карте.

– "Большая библиотека", – я кивнул, скорее сам себе.

- Думаю, "большая" можно интерпретировать как "главная".

Звучало логично. Оставалось понять, как попасть в эту Большую библиотеку. Она была недалеко от центра, но это совершенно ничего не означало. Добраться до неё можно было просто свернув в ближайший коридор, но могло потребоваться и десять коридоров с пятью лестницами. Я даже не был уверен, на каком она этаже – из-за обилия разных типов линий всё было не очень однозначно.

- Ты случайно, не знаешь, как туда можно пройти?

Широйя не ответил. Посмотрев по сторонам, я понял что он ушёл. Видимо, решил, что сокомандник из меня не самый лучший. Что ж. Вариантов было мало. Несколько минут я уделил попыткам запомнить карту, и, не теряя больше времени, направился в левое крыло.

По моим расчётам библиотека была на два этажа выше, но при этом достаточно недалеко. Следуя этой логике, я поднялся по ближайшей лестнице и быстрым шагом направился вперёд по коридору. Несколько статуй мыслителей в тогах, добавили веры в выбранное направление. Первое время мне попадались только закрытые двери и обычные аудитории.

Наконец я увидел то, что, судя по всему, искал – широкая резкая арка, изображала раскрытую книгу. Сердце радостно забилось – я справился, я не потерялся, и, возможно, скоро приближусь к разгадке. Была только одна проблема – на арку я смотрел сверху вниз. Я всё-таки ошибся на один этаж.

Едва ли задание предполагало проверку нашей смелости и выживаемости, поэтому мимолетную идею спрыгнуть я быстро отверг. Пришлось возвращаться назад. В какой-то момент перед моим лицом резко распахнулась дверь.

- Прости, мы тебя не ушибли? – невысокая девушка обратилась ко мне, пропуская вперёд четырёх товарищей.

Почти вся компания была одеты в чёрные мешковатые костюмы с серебристой вышивкой.

- Всё в порядке, – я закачал головой и поспешил отправиться дальше по коридору, отмечая про себя, что у студентов тут неплохая форма.

- Удачи со вступительным испытанием!

Напутствие донеслось до меня из-за спины. Я выкрикнул ответное "спасибо" и подумал о том, как здорово, наверное, жить в таком месте. Эта мысль заставила меня остановиться и обернуться.

- Извините! А вы не подскажите, как пройти в библиотеку?

Осознание того, как прозвучал мой вопрос настигло меня моментально. Я с неловкостью усмехнулся, а компания студентов разразилась смехом.

- Сорроу, проводим парня?

Глава 3

Моими провожатыми оказались Эрева́рд – самый высокий парень из компании и Со́рроу – единственный, кто не имел на одежде нашивок – ни серебристых, ни каких-либо других. По дороге они успели наговорить мне столько всего об академии, что идея поступления сюда начала казаться одновременно самым лучшим и самым ужасным решением, что я мог принять. Растерянно улыбаясь, я поблагодарил их за помощь и пообещал обязательно вернуться в сентябре.

Как и следовало ожидать, помещение оказалось просторным и светлым, с высокими потолками, подпираемыми поочерёдно задумчивыми статуями и разросшимися папоротниками. Напротив входа располагалась массивная резная стойка, выполненная из того же тёмного дерева, что и арка. К моему огорчению, за ней никого не оказалось.

- А какие тут вообще правила?

- Не портить книги. Это всё, – Эрева́рд показал мне большой палец и помахал второй рукой.

Потянув за собой Со́рроу, он развернулся, и они направились к выходу.

- Ещё раз спасибо!

За стойкой от пола и почти до самого потолка возвышался шкаф со множеством ящичков. А вот всё остальное пространство занимали, расположенные рядами стеллажи книг. Среди них кое где попадались длинные столы. Многие из них уже были заняты другими кандидатами.

"Прекрасно, думаю, я попал, куда нужно".

Я поглазел по сторонам, к сожалению, Кенты тут не было. Зато я заметил стеклянный "заслон" – такой же, в который влетел недавно. Он разделял библиотеку на две части – сравнительно небольшую, доступную нам, и всю оставшуюся. Это было на руку, потому что блуждать ещё и среди книг, не было ни сил, ни желания.

Дав себе на размышления пару минут, я решил начать с осмотра других кандидатов. С самым отстранённым видом, на какой был способен, я начал обходить ряд за рядом. Конечно же, разглядеть содержание книг мне не удалось, но одно полезное замечание я сделал, и оно, судя по всему, было ответом.

Часы показывали без пяти четыре – ещё три часа. Неплохо – должен успеть.

Почти все сидели с ручками и записывали что-то, сверяя книги со своими карточками. Логично было предположить, что у всех на руках словари.

"А Широйя был прав – всё оказалось предельно просто".

Ну или не совсем. Идея действительно была проще не придумаешь – весь текст на другом языке, вы в языковой академии – ищите словари и переводите. Трудным оказался сам перевод. Я взял два вида словарей – по греческому и, на всякий случай, древнегреческому. К моему недоумению в итоге пригодились оба.

Я занял один из свободных столов, на котором обнаружил симпатичную перьевую ручку и листы бледно коричневой бумаги. Почувствовав себя важным философом, наподобие тех, что стояли в тогах этажом выше, я приступил к работе.

Процесс оказался занятным, но не без сложностей. Мне с трудом удавалось ориентироваться в алфавите: буква "z" шла где-то в начале словаря, что постоянно дезориентировало. Вскоре я осознал, что с окончаниями тоже есть некоторые проблемы. Будучи уверенным, что теперь я в своей стихии, я решил поступить осознанно и раскрыл словарь на последних страницах, где располагался грамматический справочник.

- Двойственное число… – я прочитал один из заголовков.

"А в принципе окончания можно додумать и интуитивно". Закрыв книгу, я посмотрел на то, что пока выходило:

“Академия, приветствовать, путешественник.

Данный, жара, летний, день, прогулка”.

Где-то это я сегодня уже слышал. Походило на то, что они записали слова напутственной речи профессоров. Неплохо придумано. Хотя судить было рано – за двадцать минут я перевёл только две строки из семи. Это вполне могло оказаться уловкой – во мне проснулся подозрительный игрок.

Если у академии есть какая-то философия, и тут не любят, к примеру, лентяев, то ход хороший – многие решат, что всё понятно, и бросят начатое. Надо было продолжать перевод. К тому же, задание предполагало письменный ответ. Осознание, что карточка желает хорошего дня, наталкивало только на ответное «спасибо», но что-то мне подсказывало, что это не сработает.

Время потянулось медленнее, глаза начали замыливаться, а я каждые пять минут зевать. Перевалило за пять вечера, солнце понемногу клонилось к горам. Залитый его лучами лист бумаги в моей руке приобрёл ярко-оранжевый цвет.

“Говорить, для, удовольствие.

Написать, что, вид, еда, предпочтительный”.

Кажется, усилия были потрачены не зря – два последних предложения привнесли кое-что новое. Весь текст до этого как-то описывал замок, закат и хорошее настроение. Примерно то же говорил и Митцуя. А вот про еду ничего не было. Не считая, конечно, угощения бутербродами… "Написать". Это явный призыв к действию – тут сомневаться не приходилось.

- Приветствую Тебя, О Господь!

Я буквально подпрыгнул на месте и чуть не смахнул со стола ближайший светильник.

- В жаркий летний день он прогуливается по коридорам замка, чтобы обрести покой в нашей вере и вкусить нашего прощения…

Голос доносился откуда-то из-за соседних стеллажей. Я откинулся на стуле и увидел парня, держащего перед собой исписанный лист. Он сидел за столом у окна в соседнем правом ряду чуть позади меня. Мятая белая футболка, самые взъерошенные волосы, которые я когда-либо видел, и громкость с которой он зачитывал свою молитву, намекали на то, что в библиотеке он сегодня впервые в жизни.

- В конце концов, откажись от своего искушения и подивись добру своих новых друзей! Ради бога, дай мне поесть!

На последних словах меня сложило пополам.

Волна хохота покатилась по библиотеке.

- Приятель, у тебя талант!

Сопровождаемая аплодисментами похвала донеслась через сдавленный смех из-за стеллажей спереди.

К моменту, когда мне удалось остановиться и отдышаться, лицо парня успело стать красным. Он нервно сжимал губы, наматывая отросшую чёлку на край ручки.

Мне стало немного стыдно. Я прихватил со стола свои записи и направился к нему.

- Можно посмотреть? – я указал на гору скомканных черновиков.

- Буду благодарен, – в голосе слышалось отчаяние.

Листов было много, а бо́льшая часть записей перечёркнута.

- Извини. Но у тебя получился шедевр, – я подавил смех, вспомнив концовку.

- Спасибо. Я Рэй, – не поднимая глаз, он протянул руку. – Вообще ник Хошира́ма Рэ́йзор, но среди друзей просто Рэй.

- Дейнстрей. Среди друзей Дейн.

Столько новых знакомых в моей жизни не появлялось со времён поступления в университет. Этот день становился всё более необычным.

- Ты выбрал слишком возвышенные слова. А кое-что вообще не знаю, откуда взял. Вот, сравни, – я положил на стол свой лист с переводом.

Рэй долго смотрел на два текста, ещё усиленнее теребя волосы.

- Наверное, ты прав, – он откинулся на спинку стула. – Честно, у меня уже мозги закончились. Я никогда в жизни столько не думал.

- Сильно хочешь сюда поступить?

- Ага. Очень.

Лицо Рэя было таким озадаченным и печальным, что я решил его не донимать.

- Думаю, нам остался последний шаг.

Ответом мне был полный надежды взгляд.

- Написать что-то про еду.

Я указал на две последние строки в своих записях.

“Говорить, для, удовольствие.

Написать, что, вид, еда, предпочтительный”.

- Нам нужно написать, какая еда предпочтительнее?

- Мне кажется, да.

- Это… Не так сложно.

- Угу.

Солнце скользнуло ещё ниже, и его лучи начали слепить глаза. Я сдвинулся в сторону и посмотрел в окно. Где-то там внизу между двух горных цепей переливавшаяся разноцветными бликами река уходила вдаль – в зарево начинавшегося заката. Стая белых птиц спиралью то подлетала к самому замку, то уносилась прочь.

- Невероятно красиво, да?

Я кивнул:

- Мы пройдём этот тест.

Осталось понять последнюю важную вещь: как именно мы должны было написать ответ. Я прошёлся по библиотеке, но все продолжали корпеть над словарями.

- Думаю, отсюда можно уходить. Но это прихватим с собой. Про запрет на вынос книг, никто же не говорил, да?

Рэй одобрительно усмехнулся и, забрав со стола свой экземпляр словаря, направился вслед за мной к выходу.

Полшестого. Ещё полтора часа. Достаточно, чтобы дать ответ на несложный вопрос. Но вот как понять, как именно его дать? Я решил, что это сейчас важнее поиска еды в словаре, а Рэй был истощён переводом настолько, что был готов согласиться с любым моим планом.

Что ж. У меня снова появился напарник, и ответ был почти в кармане. Достаточно неплохо.

Вот только дальше дела не пошли. Побродив около получаса по замку мы единогласно пришли к выводу, что понятия не имеем, куда двигаться дальше. Повторный осмотр карты ничего не дал. Версий не было. Пытаясь подавить возвращавшуюся панику, я предложил присесть на диваны.

- Только давай подальше от часов, – Рэй поднял взгляд к мерно вращающимся шестерёнкам. – Их тиканье сводит меня с ума.

Мы выбрали место подальше, закрытое высокими растениями с трёх сторон. Наверное, они как-то поглощали звуки, а может, причина была в чём-то другом, но тиканье нас больше не донимало. Мы сели друг напротив друга и уставились в свои карточки.

- Можно твою посмотреть?

- Да, бери. Но мы с одним парнем их уже проверяли – они идентичны.

Рэй всё-таки забрал у меня карточку. С минуту он вертел её, сравнивая со своей.

- Дэйн…

- М?

Я поднял взгляд на Рэя, и его лицо мне не понравилось.

- У твоей карточки не хватает детали…

Сердце ёкнуло.

- О чём ты?

Рэй вытянул руки, показывая мне лицевой частью обе карты. Никаких различий, кроме ников. Рэй ждал, пока я замечу. И я заметил.

Верхнее ребро. У моей карты оно было плоским, у Рэя чуть выпуклым.

Я забрал карту, а Рэй провёл пальцами по своей и отсоединил от неё тонкий матовый стержень. Всё это время он был примагничен к самой карте. Загадка была разгадана. А меня поглотила паника. Мысли галопом понеслись по прошедшему дню и на всей скорости врезались в барьер. Прозрачный стеклянный барьер, пересечённый серебряной линией.

- Я знаю, где моё перо, – пальцы сжали виски. – В самом начале… Когда мы уходили из кабинета Митцуи... Я уронил карту.

- Это где? Мы туда успеем?

Я помотал головой.

БУМ. БУМ. БУМ. БУМ. БУМ. БУМ.

Часы пробили шесть вечера. Я сглотнул.

- Времени мало. Не рискуй. Найди в словаре что-нибудь, что нравится, и запиши.

Я оглянулся, прикидывая в какой стороне крыло с кабинетом Митцуи.

- Надеюсь, ещё увидимся, Рэй. Удачи.

Я рванул к лестнице, по которой впервые сюда попал. Рэй крикнул мне что-то в спину, но я уже не слышал.

Глава 4

- Эй парень, ты куда?

Меня окликнул чей-то голос, но времени на ответ не было. Сил тоже.

Кабинет Митцуи остался позади. Коридоры, по которым мы бродили с Кентой я преодолел, за минуту.

Издавая хриплые звуки и стирая со лба пот, я облокотился на стекло барьера. Перед глазами бегали серые точки, разглядеть тонкий полупрозрачный стержень не получалось.

Я сел на ступени, закрыл лицо ладонями и попытался вспомнить, как именно карточка выпала у меня из рук. Откуда я её поднял? Куда могло отлететь перо? Пары минут хватило, чтобы немного восстановить дыхание и избавиться от мельтешения перед глазами. Я осмотрел пол – сначала справа, затем слева от себя. Ничего. «Ну, хотя бы нет осколков».

Поразмыслив немного, я развернулся и опустился на колени перед ступенями. Всё ещё ничего. Попробовал провести по стыкам пальцами – есть.

Тонкий стеклянный цилиндр лежал на моей ладони. Я аккуратно поднёс его к карточке. Щелчок. Перо встало точно на место. А я понял, что мне кричал Рэй.

Разумеется, когда что-то идёт не так, не так идёт всё. Теперь у меня была карточка, была разгадка, было перо. А мои словари лежали среди кустов папоротника где-то далеко внизу в холле с гигантскими механическими часами, стрелки которых пересекали сейчас половину седьмого.

От меня требовалось решение – здесь и сейчас. Можно попробовать открыть в себе второе дыхание, вернуться, и, если повезёт, и Рэй, или хотя бы книги окажутся на месте, успеть дать ответ. А можно положиться на удачу и помощь других людей. Когда я пробегал кабинет Митцуи, меня окликнули, скорее всего, это кто-то из группы. Возможно, у них ещё остались при себе книги.

Необходимость принять решение – такое важное и такое срочное, меня опустошила. Я перестал радоваться или бояться. Я понимал, что сейчас всё решают обстоятельства. Какой бы вариант я ни выбрал, это будет почти наугад. От бега и нервов мне стало нехорошо. В такие моменты, когда ни вдохновение, ни энтузиазм, ни сила воли не помогали, оставалась лишь одна вещь, на которую я мог положиться – логика. А логика говорила, что шансы получить хоть какую-то помощь от людей, находившихся в паре коридоров, больше шансов на то, что Рэй решит просидеть целый час внизу в ожидании моего возвращения.

"Будь что будет". Я сжал карточку и, растягивая горловину промокшей футболки, обычным шагом направился в обратную сторону. Спешить было некуда. Мне либо помогут, либо нет.

***

Пять минут спустя я вышел на площадку с окнами во всю стену, образовывавшими полукруг. По его периметру располагалось четыре зелёных дивана, три из них были заняты. Крепкий парень в спортивном костюме, невысокий худощавый азиат в очках и девушка с длинными тёмными волосами. Она была одета почти так же, как я – чёрные шорты, белая футболка, но поверх неё накидка, похожая на короткое кимоно. На секунду я подумал, что ошибся, и это кто-то из местных студентов, но тут до меня дошло.

- Лекс?

- М?

- Мы с тобой болтали по дороге в кабинет Митцуи, не помнишь?

- Да, конечно. Прости, ты…

- Дейн.

Я был рад, что меня узнали, теперь нужно было быстрее переходить к делу.

- Может странный вопрос... У тебя случайно нет с собой словаря?

Я с надеждой покосился на чёрную сумку. Лекс посмотрела на меня с хитрой, но доброжелательной улыбкой:

- Тебе древний или современный?

Я с облегчением выдохнул.

- Хоть какой-нибудь.

Под заинтересованные взгляды двух других парней её рука приоткрыла сумку.

- На.

Мне протянули экземпляр словаря современного греческого языка. Я был спасён!

Лекс подвинулась, чтобы я мог присесть, что я и сделал. Адреналин начал возвращаться, и я галопом понёсся по страницам толстой книги. Наверное, Лекс заметила мою панику, или, возможно, её разжалобил мой вид.

- Тридцать пятая, сто пятнадцатая, двести двадцать третья. Там есть пара вариантов. Остальные уже не помню, нужно в записях искать.

- Спасибо!

Я сразу же понял, о чём речь и, конечно, нашёл на указанных страницах несколько слов, подходящих по значению. Из раздела с грамматикой я выписал пример начала предложения "Мне нравятся…" и приписал в конец рыбу, мясо и виноград. Вообще, первыми я наткнулся на финики и хлеб, но вдруг ответ должен был оказаться не только грамматически правильным, но и честным? Я не очень представлял, как буду потом доказывать, что искренне люблю финики с хлебом.

Лекс заглянула в мои записи и одобрительно кивнула.

- Я бы тоже посмотрел, – парень в спортивном костюме склонился над нашими головами.

- Ты сначала посмотри, как вежливо общаться.

Голос Лекс прозвучал так холодно, что мне стало не по себе.

- А мы обидчивые?

Дальше мне послышалось какое-то ругательство, но оно было сказано под нос. Парень развернулся и пошёл куда-то в сторону кабинета Митцуи. Лекс заметила мой вопросительный взгляд:

- Он мне нахамил в самом начале теста.

Голос снова был полон дружелюбия. Про себя я отметил, что это талант, а парень в очках с несчастным видом склонился над своей карточкой. В этот же момент послышался звук быстро приближающихся шагов.

- Дейн!

Рэй, ещё более лохматый, в такой же промокшей футболке как и моя, проскользив, остановился в проходе. В его руках была зажата стопка книг, а на лице расплывалась улыбка.

- Я тебя нашёл… Ты забыл… свои словари… Я кричал…

- Подожди, отдышись.

Рэй упал на свободный диван напротив.

- Мне тут уже одолжили словарь, но, спасибо! Как ты меня нашёл?

- Ты говорил про кабинет… Митцуи... Я пытался тебя догнать.. но не вышло... И потом… спросил дорогу…

- Ты, конечно, даёшь.

Рэй усмехнулся.

- Подожди. А твой ответ? Ты успел хоть что-нибудь написать?

- Ага.

- Дай посмотреть, – я опустился на свободное место слева от него.

Рэй протянул мне карточку. Неровным почерком на ней было выведено одно слово.

- Что это означает?

- Пшеница. Вроде.

У меня внутри что-то упало. Ситуация казалась смешной, но я сомневался, что такой ответ можно засчитать. А если его не засчитают, то из-за попытки помочь мне Рэй упустит шанс, на который так сильно рассчитывал. Конечно, он не блистал талантами, но за час точно смог бы найти что-то получше пшеницы.

Мы с Лекс переглянулись. Судя по выражению лица, она сомневалась в пшенице не меньше меня. Я посмотрел на часы – без десяти семь. Времени хватало.

- Рыба, мясо, виноград. Ты что-нибудь из этого любишь?

- Всё люблю.

- Отлично.

Я положил свою карточку перед Рэем.

- Верх пера работает как ластик, – Лекс постучала кончиком пальца по своему.

Мы с Рэем одновременно благодарно кивнули.

- Последнее слово – это виноград, лучше не пиши его. Чтобы было не так подозрительно.

Рэй снова кивнул, старательно переписывая мой ответ. Наверное, мы натолкнули парня в очках на какую-то идею, потому что вслед за Рэем он достал свою карточку и тоже что-то записал.

Я откинулся на спинку дивана и уставился на длинные тени, растянувшиеся по потолку. Теперь оставалось только ждать. Неизвестно чего. "Вы сами поймёте" или как там сказал Митцуя? Неважно. Пять часов позади. Я был измотан и рад. Гонка закончилась.

Бум. Бум. Бум. Бум. Бум. Бум. Бум.

Далеко-далеко внизу часы пробили семь. Мы вчетвером переглянулись.

- Как будто бы ничего не происходит, да? – Рэй первым нарушил молчание.

- Ага, – я застучал кроссовком по кромке дивана. – Нам обещали, что мы поймём, но пока как-то непонятно.

- Ребят… – парень-азиат впервые заговорил с нами. – Моя карточка светится. Фиолетовым. А у вас как?

Мы тут же проверили свои.

- Ага.

- Да.

- И моя.

Рэй нервно провёл рукой по волосам:

- Круто. И что это значит?

Глава 5

- "Вы всё поймёте" – отличное напутствие, – я снова вспомнил Митцую. – Ничего же вообще не понятно.

- Мне кажется, это хороший знак. – Лекс встала и направилась к окну. – Если бы мы завалили, наверное, это должно было быть очевидным – нужно же ещё успеть на поезд. Внизу собираются люди… – она прижалась лбом к стеклу.

- Давайте честно, мы про это место вообще ничего не знаем. Непонятно даже, что будет, если мы прошли.

Я раздосадованно откинул карточку. Рэй продолжал нервно теребить волосы.

- Я бы не был уверен, что мы прошли, – парень-азиат снова подал голос, а мы втроём уставились на него.

- Мой ответ… – он изобразил натянутую улыбку, – вряд ли его могли засчитать.

- Что ты там написал?

Мне стало интересно, но предчувствие было нехорошим. Парень, не поднимая головы, перевернул карточку. Я подошёл.

- "Жузим"? Это вообще что?

- Виноград. На казахском.

Все переглянулись.

- Я не справился с заданием. Вообще. То есть я понимал, что нужно получить перевод, но потерялся в замке. В конце решил сдаться, хотел вернуться в кабинет. Меня даже проводили, но дверь оказалась заперта. Тогда мне посоветовали подождать здесь…

- А потом ты услышал наш разговор…

- Ага. Терять было нечего. Я казах. Решил, если дать ответ на казахском это могут засчитать за иностранный язык.

Лекс хмыкнула. Рэй немигающим взглядом сверлил пол, а я продолжал ничего не понимать.

- Думаю, нам стоит вернуться к Митцуе, – Лекс отвернулась от окна. – Он говорил, чтобы те, кто пройдёт, забрали свои билеты. Значит, сейчас, кабинет должен быть открыт. Может и его там застанем.

Мы с азиатом согласно пожали плечами.

- Ты, наверное, права, – Рэй поднялся с дивана. – Тест завершён. Профессор Тайли говорила, чтобы мы возвращались, когда всё закончится. Мне, наверное, стоит поспешить – это в другом крыле. Спасибо вам. Не знаю, зачтут ли нам то, что мы понаписали, но без вас, я бы наверняка всё завалил. Надеюсь, ещё увидимся!

Он помахал нам и зашагал по коридору, уходившему влево. Мы втроём направились в противоположную сторону. Поравнявшись с балконом, который я видел днём, я повернул голову и усмехнулся.

- Я вас догоню.

Лекс кивнула, а я развернулся вправо и остановился в проёме арки.

- Как успехи?

- Дейн? Привет! – Кента спрыгнул с перил, на которых сидел. – Думал уже не увидимся.

- Я тоже. Удалось разобраться с заданием?

- Не уверен...

Он помахал картой – она светилась тем же фиолетовым светом, что и наши.

- Хотел посмотреть, что будет дальше. Пара профессоров на входе собирают людей. Если я правильно отсюда увидел, – он перегнулся через поручень, стараясь разглядеть что-то внизу. – Я тут подумал... Что будет, если никуда не идти и остаться на ночь в замке? Здесь столько комнат – вряд ли нас найдут. Если вообще будут искать.

- Ты что уже сдался? – Мне понравился ход мыслей, но мой план был явно благоразумнее. – Я встретил ребят из нашей группы, мы как раз направлялись к Митцуе.

- Там, вроде, закрыто.

- Да... Но мы подумали, что в семь кабинет должны были открыть.

- Наверное...

- Ну, тогда, пошли – быстрее что-то выясним, быстрее всё разрешится.

Кента продолжал стоять, глядя в даль.

- А давай сначала тут посидим.

- В каком смысле?

- Сейчас ранний закат. Мы хотели на него посмотреть, – он обернулся. – Неважно, прошли мы тест или нет. Мы тут, горы тут, солнце тут. Посидим немного. А потом узнаем, что там с заданием.

Я застыл в растерянности. Как можно было разглядывать пейзажи, когда в сотне метров от нас находился ответ на вопрос, который не давал покоя весь этот день? Глупость же. Или нет? Если тест пройден, то разницы, когда мы это узнаем, по сути, не было. А если завалим, сможем ли мы ещё вот так посидеть? Дадут ли на это время? Будет ли вообще настроение?

Я улыбнулся и кивнул.

- Но я всё ещё боюсь высоты!

Кента рассмеялся.

- Тут ограждение по пояс.

Он запрыгнул на широкое квадратное навершие у правого края перил. Мне стало не по себе – до земли, наверное, несколько десятков метров.

- Постой хотя бы на входе. Красота же.

Кента сел скрестив ноги и подставил лицо ветру, а я откинулся спиной на колонну арки:

- Дух захватывает.

Лучи солнца уже не слепили, они грели. Лёгкие розовато-сиреневые облака медленно плыли в нашу сторону. Воздух был наполнен щебетанием птиц и стрекотом обитателей долины, а далёкие горы обрамляли горизонт, медленно погружаясь в таинственную туманную дымку.

Глава 6

- Там открыто, – я издалека увидел распахнутую дверь кабинета.

- Это хорошо.

Наши шаги эхом отдавались от каменного пола.

- Как-то страшно, – Кента глубоко вдохнул.

- Ага.

Мы свернули в тёмный проём. Внутри никого не оказалось, а на каминной полке лежали два бледно-коричневых билета – мой и Кенты. Какое-то время мы напряжённо рассматривали их. Наконец я заметил:

- Дата.

- М?

- На моём билете дату действия поменяли с сегодняшнего числа на послезавтра. А на твоём?

Кента нахмурился:

- То же самое – восьмое июля. Это же хорошо, да? Значит сегодня нам не нужно никуда уезжать?

Я расплылся в улыбке:

- Ага.

Мы дали друг другу "пять".

- Шикарно, – Кента запрыгнул на диван, раскинув руки на спинке.

Я подошёл к окнам-аркам, заменяющим тут внешнюю стену, и сел на уступ перед одной из них. Горы с этой стороны уже успели погрузиться в тень, но вдалеке справа долину ещё пересекали закатные лучи. "Начинается новая жизнь". Эта мысль промелькнула совсем быстро, но от неё внутри стало тепло.

Говоря по правде, думать такое было рано – пропуска продлили всего на два дня. Пропуска? Билеты… Хотя теперь они воспринимались как пропуска. А может они и были ими изначально? В целом – неважно. Вопросов всё ещё было в разы больше, чем ответов. А если ещё честнее, ответов не было, но это почему-то не волновало. Наверное, всё волнение ушло на решение задания. Сейчас его место заняла приятная усталость.

- Ммм. Дейн, тут тосты, – последнее слово Кента произносил надкусывая тост, о котором говорил. – И чай... га... рячий.

На столе и правда стояла еда, но вместо простых бутербродов, тут лежали полдюжины высоких многослойных тостов. Как же я, оказывается, проголодался.

- Этот день вообще может стать лучше? – я взял порцию себе и, стараясь не пролить чай, плюхнулся на диван возле Кенты.

Некоторое время мы просидели, поглощая тосты и обсуждая прошедший день.

- Мне на самом деле очень помогли, – Кента отправился к столу подливать чай. – После того, как мы с тобой разминулись, я часа два, наверное, бродил по коридорам – вообще бесцельно. На одной из площадок, ну, которые с диванами, встретил парня. Он что-то черкал у себя в блокноте, я не выдержал и заглянул. Он, это, естественно, заметил и спросил, не пробовал ли я сходить в библиотеку. Я подумал, он издевается, но потом до меня дошло, что это нормальное предложение. Библиотеку кое-как нашёл, а там мне опять подсказали.

Я заканчивал доедать первый тост и думал о том, сколько людей сегодня прошло, потому что им кто-то помог.

- Девчонки. Они почему-то рассмеялись, когда меня увидели.

- Ты в зеркало смотрел? Их покорили твои щёки.

- Знаю, – он усмехнулся. – Они почти так и сказали – что я милаха, и просто дали мне списать.

- Повезло.

- Ага.

- Не боялся, что у них ответ неверный?

- Я, конечно, идиот, но не настолько. Поискал в словаре – вроде всё нормально было. Нуу, насколько мне удалось разобраться. Этот греческий – катастрофа. Нам же английский обещали преподавать?

- Может, хотели нас в равные условия поставить? Или на логику проверить?

- Ага – на умение на потеряться в замке, – Кента хмыкнул, приподняв руку с чашкой.

- Мне, вообще, тоже помогли.

Я пересказал историю своей везучести.

- Может, она тоже посчитала тебя милым, – теперь Кента подливал чай мне. – Ты высокий, брюнет. Скулы... существуют. Люди к таким обычно расположены.

Я хмыкнул, прогнав перед глазами разом сотню случаев, когда меня воспринимали в лучшем случае как кого-то недалёкого.

- Скорее, она смотрела на меня с жалостью.

- О, с жалостью обычно смотрят на меня. В следующий раз пойду просить о помощи, увидишь, как это выглядит.

- Ну, вдруг ты покоришь их своими щеками? Или чёлкой? Спасибо, – я забрал свою чашку. – А кто на тебя смотрит с жалостью?

- В основном родители.

- Они тебя не любят?

- Они меня обожают. Но не понимают, в кого я такой дурачок.

- Это всё чёлка, говорю тебе.

Понемногу в комнате начало темнеть.

- Я тут осознал, – Кента снова поднялся с дивана и, провожаемый моим заинтересованным взглядом, неспешно зашагал к выходу. – Нас, кажется, бросили.

До меня дошло:

- Ты про новые инструкции?

- Про них. И про всё, – облокотившись на угол дверного проёма, он выглянул в коридор. – Пропуск на два дня. Куда нам идти? Где ночевать? Чем питаться?

- Хммм. В детстве идея провести ночь в закрытом здании казалась крутой.

- А мне и сейчас кажется, – широкая ухмылка растянулась на лице Кенты. – Пойдём на поиски убежища? – он заговорщически махнул в сторону выхода.

- А этот день смог стать лучше, – я бодро вскочил с дивана и закинул в рюкзак пару свёртков с тостами.

Кента шагнул в коридор:

- В прошлый раз мы пошли направо?

- Ага. Значит сейчас налево?

- Не-сом-нен-но.

Засунув руки в карманы мы неторопливым шагом отправились гулять по замку. Больше никто никуда не спешил, никто ни о чём не переживал. Мы смеялись, болтали, глазели по сторонам и наслаждались прекрасным июльским вечером.

По дороге нам встретились несколько человек, но никто не обращал на нас внимание, а мы решали новую задачу – найти достойное место для ночёвки – что-то с большими окнами и длинными диванами. К чести замка, кандидатов на роль нашей базы оказалось больше, чем было нужно. Мы заглядывали в одну дверь за другой, и за каждой было что-то стоящее этого звания.

- Восьмая?

- М?

- Восьмая, – Кента изобразил число пальцами. – Дверь. Предлагаю остановиться на восьмой комнате, которая нам попадётся.

- Разумно, – я поджал губы, выражая уверенное согласие.

- Простите, господин кабинет, – сегодня задержаться не можем, – Кента закрыл первую дверь.

- Очень жаль, зелёная комната, хотелось бы остаться подольше, но не получается, – я прикрыл вторую.

Ещё пять комнат с пониманием приняли наши извинения.

- Идеально!

- Здравствуйте, уважаемое убежище! – Кента изобразил поклон.

Восьмая дверь привела в средних размеров кабинет с камином и тремя диванами между которыми располагался низкий столик.

- Окна в пол есть – утверждено, – я довольно хлопнул в ладоши.

Несколько минут спустя я поджигал дрова в камине, а Кента возился с боковыми створками окон. Наконец, он справился. В комнату проникли прохладный ветер и звуки вечерней долины. Разожённый мною огонь весело затрепетал, и комната наполнилась уютным потрескиванием.

- Закат, – Кента торжественно указал на алеющее небо. – Настоящий.

И правда – красный шарик приближался к вершинам гор. Мы сгребли накидки и подушки с двух ближайших диванов и разложили их перед окном. Я сел слева, чтобы следить за камином, а Кента справа от меня снова устроился в своей позе со скрещенными ногами. Я усмехнулся:

- И всё-таки закат из башни замка?

Кента улыбнулся и кивнул.

Мы глядели на темнеющий горизонт и уносились каждый в свои мысли. Оранжевые всполохи уступили место фиолетовым облакам, а за ними пришли звёзды.

- Как думаешь. У нас получится поступить? – Кента смотрел на небо, обхватив руками колени и закутавшись в накидку, стянутую с третьего дивана.

- Думаю, да. Главное больше не паниковать и не теряться, – я поймал вопросительный взгляд. – Мне кажется, у этой академии и правда есть своя философия.

Кента усмехнулся:

- Это как?

Я упёрся спиной в край дивана и вытянул ноги поближе к согревавшему их теплу камина.

- Мне просто так показалось. Не знаю… Задание... Оно же не сложное оказалось. Хватило бы просто включить логику. И ещё ответы, которые приняли... Одному парню, казаху из нашей группы, зачли слово на его родном языке. А он даже текст не смог перевести. Как будто нас никто и не проверял на знания. Мне кажется, прошли все, кто хоть как-то попытался или получил чью-то помощь.

Кента откинулся назад и улыбнулся:

- Мне нравится такая философия. Не знаю, прав ты или нет, но мы сейчас смотрим на эти звёзды, потому что нам сегодня кто-то помог. Это же здорово, да?

Глава 7

- Принцесса, подъём. Пора выбираться из башни, – Кента толкнул меня в плечо.

Я, зевая, протёр глаза, попутно вспоминая, где я, и что тут делаю.

- Хорошо поспал? Держи.

Я неохотно принял сидячее положение и с благодарностью взял протянутую мне кружку.

- Осторожней – горячо.

- Ты где это раздобыл?

Кента отхлебнул из своей чашки и махнул головой в сторону стола.

На нём стоял поднос с четырьмя глубокими тарелками: жареная рыба, вяленое мясо, хлеб и виноград. Между ними расположился дымящийся чайник. Всё ещё пытаясь проснуться, я продолжал разглядывать стол. Осознав задумку, я засмеялся:

- Ты хлеб что ли вчера написал?

Кента вопросительно обернулся:

- Ну да. Как узнал? Что-то не так?

- Рыбу, мясо и виноград написал я.

- Оу. Правда? – Кента надкусил импровизированный бутерброд. – Вот видиф, как харафо, фто мы... – он запил его чаем – ...объединились. Как бы ты без меня всё это без хлеба ел?

Я снова засмеялся и обвёл комнату взглядом:

- Убежище рассекречено?

- Ага. Но я им благодарен. Воду только пришлось в камине нагревать.

- И давно ты встал?

- С час назад. Жалко было тебя будить, но, кажется, у нас ещё одно испытание.

- Что? Ну нет… – я окончательно выбрался из под покрывала-накидки и сдвинул его в угол дивана.

- Достань карточку, увидишь.

Кента пошёл возиться с окнами, которые мы закрывали на ночь, а я начал рыться в рюкзаке.

- Что-то новенькое.

С карты исчез весь вчерашний текст, включая мой ответ. Теперь на месте греческого появились кружки и полосочки.

- Как будто что-то знакомое, – я потёр тыльной стороной ладони лоб.

- Мне сначала тоже так показалось. Я подумал, что это корейский. Даже обрадовался. Но нет – корейский я бы понял, а это… Не понял.

Кента закончил с окнами и сел на диван напротив меня.

- Ты кореец?

- Наполовину. По папе. Мама узбечка.

- Ммм. И что хорошо знаешь корейский?

- Достаточно, чтобы понять, что это не он.

Я всмотрелся в табличку. Чувство, что я что-то такое уже видел не пропадало. Допивая чай, я прогонял в голове вчерашний день и вспоминал всё, с чем сталкивался.

- Пошли, – я поднялся с дивана и закинул в рот разом три виноградины.

- Ты что-то понял?

- Есть версия. Сходим, проверим.

***

- Круто. Тут я ещё не был.

- Вон твои сдвоенные этажи, – я махнул рукой в сторону балконов.

Шестёрёнки в часах мерно вращались. Я будто бы вернулся на сутки назад.

- Нам туда.

Мы не спеша прошли через холл и остановились перед картой замка.

- Такая огромная. Как тут ориентироваться?

Я вспомнил Широйю и его же движением ткнул в изображение часов.

- Мы тут.

- Ага.

- И если моя теория верна, то место, которое нарисовано в наших карточках тоже где-то тут.

Мы начали просматривать план, в глаза ничего не бросалось.

- Сколько же тут всего, – Кента устало зевнул.

Я чувствовал, что тоже до сих пор не проснулся, но нужно было продолжать. Сомнений в том, что на карте карта, не было.

- Дейн. Ты когда говорил, что рисунок знакомый, имел ввиду, что это план замка? Или какое-то конкретное место?

- План зам… Хмм. Если подумать...

Я вытянул руку и расположил карточку так, чтобы она закрывала рисунок с часами.

Кента с любопытством пытался понять, куда смотреть, а я мысленно удалял с плана часть линий так, чтобы оставался один нужный мне этаж.

- Спасибо! Ты сэкономил нам время.

- Здорово! А нарисовано-то что?

***

Сегодня дела шли быстрее. Помогало то, что новая загадка отсылалась к первой, поэтому я знал, куда нам идти.

- Какие солидные парни.

- М?

Кента кивнул в сторону статуй в тогах.

- Вот же... – я огляделся и понял, что повторил свою же ошибку. – Немного не тот этаж.

- Уверен?

- Ага. Там в конце балкон с симпатичным видом. Отложим на другой раз.

Пришлось немного побродить, вспоминая дорогу, но в итоге мы всё-таки добрались до библиотеки. Кое-кто уже сидел за столами, склонившись над книгами.

- А вот тут я вчера был, – Кента облокотился на стойку у входа. Та продолжала пустовать.

- Теперь нужно понять, что от нас тут требуется. Пошли пройдёмся.

Обход рядов ничего особенного не дал. Все, кто тут был просто читали – ни бумаг, ни ручек.

- О, вон тот парень, – Кента наклонился к моему уху, перейдя на шёпот.

Я посмотрел на того, о ком он говорил, и сразу узнал вчерашнего знакомого.

- Это он советовал мне сходить в библиотеку.

- Это Широйя. Мы с ним успели познакомиться.

- О, да? Может тогда у него и спросим?

Я замялся. Опыт подсказывал, что это не самая лучшая идея.

- Давай сначала сами подумаем. Мы тут всего пять минут.

- Ладно.

Кента пожал плечами, и мы пошли на второй круг. К сожалению, ни третий, ни четвёртый ничего не дали, а люди стали на нас странно посматривать.

- Я передумал. Пошли к Широйе.

В конце концов вчера он просил помощи у меня, почему сегодня я не мог сделать то же.

- Привет!

- Привет! – Широйя выглянул из под своего капюшона и отправил орешек в рот.

- В библиотеках можно есть? – Кента удивлённо проследил за его рукой.

- Ну. Не запрещено. Просили не портить имущество замка. Я не порчу.

Кента растерянно засмеялся. Я встретился с ним взглядами. Мы хотели получить помощь, и отстаивание библиотечных правил этому не помогало. Я решил перейти к сути, пока Кента не успел наговорить чего-то похуже.

- Ты случайно не можешь подсказать... что тут делать?

- Читать? – ещё один орешек отправился в рот.

Как я и предполагал, идея оказалась провальной. Я отступил назад и кивнул:

- Извини, что отвлекли.

Кента неловко усмехнулся, и мы пошли в обратном направлении.

- Вы же уже в библиотеке.

Заявление Широйи прилетело нам в спину. Я обернулся.

- Значит ответ уже был у вас перед глазами.

С этими словами он склонился над книгой и как будто забыл о нашем существовании.

- Всё-таки он странный, – я снова обернулся, когда мы отошли подальше.

- Угу. Но он, вроде как, дал подсказку. Вчера мне это помогло.

Я попытался подумать над его словами. "Ответ был перед глазами". Хорошо звучит, но всё в комнате перед твоими глазами. Я посмотрел по сторонам. Ничего, даже на полу и потолке, в глаза не бросалось.

- Давай начнём с начала, – Кента свернул налево.

- Со входа?

- Ага.

Я пожал плечами.

Мы вернулись к арке и встали в проходе.

- Итак, – Кента сложил руки на груди. Что мы видим?

- Стойку, шкаф, стеллажи, книги, столы, стулья, лампы, людей. Стойку, шкаф…

- Их мы не проверяли.

Минуту спустя мы в две пары глаз пробегали по ячейкам шкафа. Я начинал злиться на свою лень. Если бы мы провели тут побольше времени, то, наверняка смогли бы догадаться самостоятельно. Пора было заканчивать полагаться на чужую помощь.

- Твою нашёл, – Кента ткнул кроссовком в одну из нижних ячеек. – Осталась моя.

Я опустился на колено и сдвинул маленькую защёлку. Внутри лежал конверт.

- А вот и она, – потянувшись наверх, Кента извлёк свой конверт.

Почти одновременно мы вскрыли печати и достали каждый по два пергаментных листа.

Господин Де́йнстрей!

Академия Фэйбэл поздравляет вас с успешным прохождением отборочного этапа!

Для того, чтобы вы могли принять решение о вступлении в ряды наших студентов, вам необходимо пройти вводный урок.

Пожалуйста, подготовьтесь к занятию и изучите следующие темы:

1. Приветствие и знакомство.

2. Ориентация в пространстве. Умение найти дорогу.

Учебники библиотеки в вашем распоряжении.

Хорошего дня!

Я посмотрел на второй лист.

Пропуск на вводное занятие

Имя кандидата: Де́йнстрей

Дата: 8 июля

Время: 10:00

Место: аудитория Дельта

Ниже стояла чья-то неразборчивая подпись.

Я перечитал текст дважды.

- "Для того, чтобы вы могли принять решение о вступлении в ряды наших студентов". Я чего-то не понимаю. Это что не испытание?

Кента не ответил – он перечитывал своё письмо.

- Звучит так, как будто это мы теперь решаем поступать или нет, – после очередного прочтения он положил лист на стойку.

- Круто. Но странно.

- Как будто есть, подвох?

- Ага.

- Нууу. Учебники всё равно искать придётся.

Под пособия оказался выделен отдельный стеллаж. По наполнению они несильно отличались от классических, скорее по оформлению – плотные коричневые корешки, зелёные обложки, обитые тканью под старину, желтоватая бумага и рисунки вместо фотографий в качестве иллюстраций. Пожалуй, отличались ещё примеры. Здесь по задумке авторов вместо Лондона мы прибывали в горную деревню.

- Десять страниц, – Кента обречённо склонился над своим экземпляром.

Мы решили никуда не идти и остаться в библиотеке, у окна даже нашлись свободные места.

- Ладно тебе, половина – картинки.

- Это тут самое интересное.

- Полистай хотя бы немного. Потом помогу, если запутаешься.

- Это я тебе гарантирую.

Кента печально сполз почти на самый стол, подперев ладонью щёку, а я углубился в чтение. Ничего особенного – в школе такое проходят в младших классах. Это казалось хорошим знаком, но меня не покидало ощущение, что всё складывалось слишком просто.

В сравнении с предыдущим остаток этого дня прошёл прозаично. В библиотеке мы просидели недолго. Нужно было потренировать Кенту, и я решил, что остальных стоит избавить от его сокрушающихся жалоб. Пару часов мы побродили по замку. Стеклянные барьеры закрывали большую часть проходов, но, мест для изучения было итак предостаточно. Ближе к вечеру, было решено вернуться в убежище.

На этот раз мы поменялись ролями – я заваривал чай, а Кента занялся камином. Когда он закончил, письмо снова оказалось в его руках:

- "Для того, чтобы вы могли принять решение о вступлении в ряды наших студентов, вам необходимо пройти вводный урок." Что это всё-таки значит?

Я в очередной раз задумался.

- Это академия какая-то странная. Может тут и уроки со странностями?

- Митцуя что-то такое говорил. Про их особую систему.

- Погружения?

Я тоже вспомнил его слова.

- Вроде того.

- Я думал, он имел ввиду эту вступительную загадку. Но тут не угадаешь.

Не выдумав ни одной интересной версии, мы забросили тему.

- Так, время заполночь. Это у меня занятие после обеда, а твоё в десять. Ложимся спать.

Кента кинул в меня подушкой и начал расправлять своё покрывало-накидку. Он был прав. Завтра нам предстоял день, в конце которого нужно было принять очень важное решение.

Глава 8

Второе утро в академии началось с завтрака. Небо заволокло то ли облаками, то ли тучами. Кента хотел меня проводить, но я уговорил его остаться и повторить ещё раз теорию – ему это было нелишним. Выйдя за дверь я услышал его пожелание удачи и, выкрикнув ответное "спасибо", зашагал в восточное крыло замка.

Примерный путь к нашим аудиториям – а они оказались разными, мы простроили ещё вчера. Я вышел заранее и, на удивление, добрался ни разу не потерявшись. На меня смотрела симпатичная зелёная дверь в форме арки. Я постучал. Ответа не последовало. Пальцы надавили на ручку – дверь поддалась.

Аудитория оказалась светлой, просторной и... круглой. Кажется, я находился в основании одной из башен. За расположенными дугой окнами начинался заросший сад, уступавший место старому лесу. Густые кроны его исполинских деревьев практически не пропускали солнечные лучи.

Я огляделся. Стоило признать, что и в кабинете недостатка в зелени не было, как в прямом, так и в переносном смыслах. Среди кадок с растениями, многие из которых были с меня ростом, вкруг расположились три длинных изогнутых зелёных дивана. Два из них примыкали к широкому камину, труба которого прилично заросла плющом. В центре, ожидаемо, находился большой круглый стол.

Диван посередине стоял прямо напротив камина, поэтому я занял место на нём и, не теряя времени, раскрыл учебник. Несколько минут я пытался убедить самого себя в том, что повторяю материал.

- Приветствую вас молодой человек!

Я обернулся. В дверях стоял мужчина очень представительного вида. Он выглядел как лорд какой-нибудь британской палаты восемнадцатого века: чёрный фрак, белоснежная рубашка под горло, кажется такие штуки назывались кашне. Я не был уверен, но выглядело солидно. Его чёрные волосы были зачесаны чуть влево назад, а небольшая борода и усы аккуратно подстрижены. Он походил на преподавателя гораздо больше, чем Митцуя.

- Профессор Ра́ксли, – мужчина поклонился и протянул мне руку.

Я вскочил, изобразив, вероятно, самое неловкое подобие поклона, из всех, что доводилось видеть этому профессору .

- Д-Дейн.

- Да, конечно, – он чуть заметно улыбнулся и с грацией достойной тех самых лордов, опустился на соседний диван.

- Мне поручили проверить ваши знания, – он замялся. – Давайте, наверное, начнём с пересказа того, что вы запомнили.

"Не очень похоже на метод погружения".

Я закивал.

Минуты за три я выпалил всё, что знал по теме, и сразу же начал вспоминать, что ещё можно было рассказать из прошлого опыта.

- О, – Ра́ксли просиял. – Достаточно, достаточно. Ваши знания, более, чем удовлетворительны.

Я обрадовался. Простота начального этапа немного смутила, но на то он и был начальным. Я готов был подписывать документы о поступлении.

Ра́ксли поднялся и начал расхаживать по комнате явно в поисках чего-то.

- Прошу прощения, это не мой кабинет… Меня попросили подменить профессора Руфи́м. Я тут плохо ориентируюсь.

Прошло несколько минут.

- Может быть, вам помочь?

- Нет, нет, благодарю. Я всё нашёл.

Мне стало интересно, что Раксли подразумевал под "всё". Я ожидал, что сейчас он передаст мне документы на подпись, но вместо них он держал что-то совсем небольшое и почему-то с любопытством рассматривал штору.

- Прошу вас, господин Дейн, – жестом руки он поманил меня к себе. – Вы готовы?

- Готов к чему?

- К началу занятия, конечно!

Разумеется, всё не могло быть так просто.

Раксли улыбнулся и движением бровей снова подозвал меня к себе. Я поднялся, прихватив со стола учебник.

- О, книги вам не понадобятся, оставьте всё тут, – говоря это, он распахнул штору за которой оказалась ещё одна зелёная дверь.

- Смелее.

Как только я приблизился, Раксли похлопал меня по плечу. Я потянул за ручку и приоткрыл дверь. Снаружи подул тёплый ветер – проход вёл на обычную поляну.

Посмотрев на профессора, я увидел ободряющий кивок. Гадая, какую загадку мне предстоит решать сейчас, я переступил порог. На секунду меня ослепило яркое солнце. Я услышал хлопок закрывшейся двери. Ожидая дальнейших инструкций, я обернулся.

Двери не было.

Глава 9

"Этого не может быть. Это невозможно. Невозможно. Невозможно".

Не знаю, когда я вышел из оцепенения, но я захотел выругаться.

И не смог. Вместо слов я услышал невразумительный набор случайных звуков.

Вторая волна ужаса накрыла меня. На висках выступили капли пота.

"Раз. Два. Три."

"Раз. Два. Три."

"Раз. Два. Три."

"Раз. Два. Три."

"Раз. Два. Три."

Я постарался выровнять дыхание под мысленный счёт. Вроде бы мне это удалось.

"****" я попробовал произнести вслух слово "бред", но снова получился лишь набор звуков.

Я помахал рукой на том месте, где ещё недавно была дверь – воздух. Потрогал лоб – холодный и мокрый. Какое-то время, не знаю сколько, я стоял, боясь сдвинуться с места. Наконец логика взяла верх. Можно было стоять и бояться сколько угодно, но от этого едва ли что-то могло измениться. Лучшее, на что я был способен в своём положении – осмотреться.

Пройдя немного дальше по склону, я заметил внизу за лесом какие-то постройки. Спустившись ниже, я понял, что это поселение – небольшая деревушка в горах. Внутри ёкнуло. Горная деревня.

Я начал понимать, что происходит. Если бы не злополучная дверь, я наверняка оценил бы идею. Метод погружения. Лучше, наверное, не придумаешь. Но, чёрт, куда всё-таки пропала дверь? Где замок? Я испытывал одновременно восхищение, страх и злобу. Где, в конце концов, Раксли?

Подумав об этом имени, я ощутил странное, еле-еле ощутимое покалывание на кончике языка. Раксли. Раксли. Нет, как будто бы мне не показалось.

- Раксли, – я произнёс это вслух.

По-настоящему. Членораздельно.

- Кента, – опять получилось.

- Кента *******

А вот с оболтусом не сработало.

Что ж. Эта академия с самого начала казалась невероятной и странной. Хотелось верить, что когда-нибудь мне всё объяснят, но сейчас эти мысли только отвлекали и мешали. Я был один, меня трясло, но, кажется, я знал, что должен делать.

Преодолевая страх, я начал медленно спускаться по склону. Деревня оказалась на соседнем холме, но мне довольно быстро попался подвесной деревянный мост. Меня снова обдало потом. Казалось бы, как моё положение могло стать ещё хуже? Но оно стало.

"Не смотри вниз. Все говорят не смотреть вниз. Не смотри".

Возможно, там было не настолько высоко, но деревяшки под ногами трясло так, что мысленно я уже видел, как они вот-вот перевернутся. А, скорее, трясло меня, но что это меняло?

Титаническим усилием воли почти четверть часа спустя я заставил себя преодолеть мост. И один плюс от этого был. Я так обрадовался снова ступить на твёрдую землю, что чуть ли не бегом полетел к деревне.

"Да тут даже дома как на картинке". Я попытался восстановить в памяти точное изображение – вдруг это бы помогло, но, конечно, ничего не вышло. Деревня широкой спиралью обвивала вершину пологого холма. Дома тут были небольшие – деревянные с тёмными черепичными крышами. Кое-где даже с соломенными. А далеко внизу протекал ручей, или река – из-за густых зарослей разглядеть было невозможно.

Протяжно вздохнув, я прошёл через кривую деревянную арку, заменявшую тут, видимо, ворота. Очень скоро мне встретились первые люди. Кто-то шёл по своим делам, кто-то плёл корзины, другие стояли в стороне от дороги и болтали между собой. До меня, кажется, никому не было никакого дела, и я решил, что это к лучшему.

"Пока адреналин не пропал, надо ускоряться". Подумать это было, конечно, гораздо проще, чем воплотить. Какое-то время я продолжал изучать деревню. Она показалась мне немного странной – то ли слишком сказочной, то ли просто неправдоподобной. Как будто в нормальной деревне должно было быть больше грязи, больше ветхих домов. "Мысль интересная, но она никак не помогает". Я взъерошил волосы, пытаясь вправить собственные мозги. Сделал глубокий вдох и быстрым шагом направился к женщине, сидевшей на лавочке перед тонувшим в цветах домом.

- Здравствуйте!

Это приветствие я произнёс на английском языке. Мой голос звучал абсолютно нормально – никаких странных звуков. Но, я и не сомневался, что всё сработает.

- Здравствуйте! – женщина так же ответила мне на английском и выжидательно улыбнулась.

- Я Дейн!

“Господи, зачем я это сказал”.

- Приятно познакомиться Дейн! Меня зовут Аси́лия.

Растерянно закивав, я в панике отошёл обратно к дороге и постарался как можно быстрее скрыться за поворотом. Меня одолевали самые странные чувства из всех, что я когда-либо испытывал. Сомнений в том, что от меня ожидалось, теперь не осталось. Всё сработало ровно так, как я и предполагал. Но зачем я начал говорить, как меня зовут? Ладно, допустим это было в теме занятия. Но что дальше? Не могу же я ходить по всей деревне и знакомиться с каждым встречным? Или могу? Нет, нет, нет. Это академия странная – это очень мягко сказано, но до этого момента в её заданиях была логика, достаточно прямая и очевидная. Думай, Дейн, думай.

Я заметил толстое поваленное бревно у строения, напоминавшего мастерскую, и присел на него. Как и ожидалось, владелец не повёл и глазом. Правда, меня окружила стая любопытных гусей, но близко они не подходили.

Благодаря Кенте я заучил десять страниц учебника почти наизусть. Что там вообще было? «Приветствие», «Знакомство» – с этим всё понятно. «Ориентация в пространстве». Вот это уже ближе к делу. «Умение найти дорогу». Удивительно, но, наверное, это, действительно, были самые полезные темы в моём положении. Я искренне, всем сердцем, желал понять, куда мне идти.

Решив сильно не торопиться, я начал прогонять в голове все варианты фраз, которые были в пособии и которые могли мне сейчас пригодиться. "Как пройти к центру", "Как пройти к рынку", "Как пройти туда" (в этом месте спрашивающий показывал на какое-то здание), "Я иду туда", "Я иду сюда". И так далее и тому подобное. В принципе, этих фраз мне вполне хватило бы, если бы замок виднелся на горизонте. Я бы мог тыкать в него пальцем и просить объяснить, как попасть «туда». Но замок не виднелся, а как он будет по-английски, я не имел ни малейшего понятия.

Поразмыслив ещё немного, я вспомнил две другие фразы: "Я потерялся" и "Я не знаю дорогу". Каждая, конечно, сопровождалась просьбой помочь. И это уже звучало как здравая версия.

Я направился к мастеру и, собравшись с силами, произнёс:

- Здравствуйте, извините, я потерялся. Не могли бы вы мне помочь?

Мастер просиял, так, словно всегда мечтал услышать именно эту просьбу. Даже гуси загоготали как будто бы радостно.

- Да, конечно! Идите прямо, потом поверните направо, вскоре вы увидите рынок."

”Ух ты, сработало!” Вживую это ощущалось совершенно не так, как на уроках.

- Спасибо! – я выпалил это уже на ходу и, мысленно повторяя указания, направился по маршруту, сопровождаемый довольным гоготом гусей.

Всё и правда сработало. Я вышел на местную рыночную площадь, а это, кажется, считалось за центр. Вот только, замка тут, конечно, не было. "Может, это что-то вроде квеста, где нужно преодолеть цепочку этапов, чтобы добраться до цели?" Я решил повторить диалог и подошёл к женщине, торговавшей овощами.

- Здравствуйте, извините, я потерялся. Не могли бы вы мне помочь?

- Конечно! Идите туда, – женщина с энтузиазмом махала рукой рукой, указывая на противоположную сторону площади.

"Отлично. Осталось найти тут человека, который сможет мне наконец всё объяснить". Я почти бегом преодолел площадь.

Диалог повторился в третий раз, теперь уже с пожилым владельцем обувной лавки.

- Идите туда, – старик понимающе кивнул и показал на ряд деревянных домиков неподалёку.

И вот тут мой план начал сбоить. Все следующие собеседники не говорили ничего нового – только неопределённо показывали на ближайшие постройки. Я почувствовал, что играю в "горячо-холодно". Было ясно, что идти дальше смысла нет, но и что мне делать на месте, я не понимал. Конечно же, я попробовал попасть внутрь, но ни одна дверь не поддалась.

Порядком устав, я откинулся спиной на ближайший столб. Пока я пытался придумать новый план, гуси, которые всё ещё следовали за мной свитой, успели вытоптать целый круг. Я смотрел на их хаотичную беготню и меня посетила идея. Под подозрительные взгляды гусей я поднял с земли длинный прут.

- Здравствуйте, извините, как пройти сюда? – я привлёк внимание случайного прохожего и быстро начертил на земле схематичное изображение замка.

Мужчина понимающе закивал:

- Здравствуйте, он там.

Вытянутая рука указывала на всё те же деревянные постройки. Я захотел выругаться, но, конечно же, не смог.

- Я помогу вам, – мужчина махнул мне, как бы говоря "пошли".

Это было что-то новенькое. Я подскочил и направился за ним.

- Вот он, – мужчина, указывал на подобие таверны.

"Помог, так помог". Впрочем, туда зайти я, кажется, ещё не пробовал. Или пробовал? Ладно.

Я устало поднялся по скрипучим деревянным ступеням. Дёрнул за ручку – закрыто. Кто бы удивился. Я облокотился на опоры лестницы и ещё раз, сверху, оглядел рыночную площадь. Что я упускал? Голова отказывалась думать. Потеряв нить собственных мыслей, боковым зрением я заметил что-то. Записка. Небольшой лист пергаментной бумаги прибитый к деревянной двери. Я присмотрелся:

"Уважаемый соискатель,

Вы успешно прошли вводное занятие.

Пожалуйста, возвращайтесь в аудиторию.

Дальнейшие инструкции ожидают вас".

"Нет слов".

Я сорвал записку и снова потянул за ручку. Дверь распахнулась. На столе, окружённом тремя зелёными диванами, лежал пухлый конверт.

Глава 10

"Прекрасно. Спасибо, что хотя бы не пришлось возвращаться на мост".

Поверх конверта лежала записка, составленная от руки.

"Господин Дейн,

Прошу простить мне мою неучтивость. Уверен, я не слишком хорошо провёл ваше первое занятие. Моя отрасль преподавания отлична от той, что мне сегодня поручили. Тем не менее, вы показали прекрасное владение необходимыми азами. Надеюсь увидеть вас в числе моих будущих студентов.

Искренне Ваш,

профессор Раксли".

Под "провёл занятие", он, видимо, имел ввиду "провёл до двери".

- Преподаватель от бога.

Я осознал, что произнёс эти слова вслух. Какое же это, оказывается, приятное чувство – просто говорить на своём языке. Никогда об этом не задумывался.

Настала очередь конверта. Я опустился на диван и сорвал печать. "Программа обучения", "Условия обучения", "Договор на обучение". Пару часов назад я готов был подписать всё и без раздумий. Сейчас я сидел в мокрой футболке, мой пульс всё ещё не мог восстановить ритм, а я не мог осознать реальность происходящего.

"Для того, чтобы вы могли принять решение о вступлении в ряды наших студентов". Эта фраза перестала быть простой вежливой формулировкой. От меня действительно требовалось решение. И над ним нужно было очень хорошо подумать.

Глава 11

- Пожалуйста, сообщите своё решение до двадцать пятого августа. Включительно.

“Интересно, если послать письмо без пяти двенадцать – его примут? Академия далеко, там должен быть другой часовой пояс. А сейчас у нас...? Пять вечера. Наверное, пора."

Дейн сидел на кровати и в сотый раз перечитывал инструкции, полученные от профессора Раксли. Прошло полтора месяца с его возвращения домой и стопка пергаментных листов, лежавшая перед ним, была единственным доказательством того, что замок ему не приснился.

Тогда, в начале июля, экскурсия по языковой школе показалась ему удачной увлекательной поездкой. Всё изменил третий день. Ночь за ночью, во снах, Дейн возвращался в горную деревушку и отчаянно пытался найти оттуда выход. Ему было страшно, но не потому, что он потерялся. Он не мог понять, что реально, а что нет. Просыпаясь, он каждый раз переводил взгляд на стол, где неизменно лежал пухлый бежевый конверт с вскрытой фиолетовой печатью – всё было реально. Июльская поездка ему не приснилась, и всё же, поверить в это было непросто.

Огромный замок с сотней комнат был невероятным, но всё-таки возможным в реальности. Но не двери, исчезающие в воздухе.

Дейн тяжело вздохнул, растёр ладонями щёки и, собрав все бумаги в стопку, направился к стоявшему у окна столу. Опустившись в компьютерное кресло, он отпил давно остывший чай и посмотрел на верхний лист. Заголовок гласил: "Программа обучения. Первый семестр".

“Уважаемый абитуриент, первый семестр вашего обучения будет посвящён углубленному изучению пяти базовых предметов:

1. Грамматика

2. Письмо

3. Аудирование

4. Чтение

5. Говорение

Занятия будут проходить в смешанном формате лекций и практикумов. За четыре месяца вы освоите начальный уровень владения языком и сможете общаться на базовые темы.

Две дополнительные дисциплины посвящены расширению вашего кругозора. Детали их проведения будут раскрыты вам после прибытия в Академию”.

“Небольшая у них программа”.

Последний абзац смущал больше всего. В прошлый раз загадочные формулировки привели к двери, которая испарилась в воздухе. Что могло иметься в виду под «расширением кругозора» оставалось только гадать.

"И где все дополнительные предметы? Разве так бывает, чтобы преподавали только сам предмет? Звучит хорошо, но неправдоподобно." Дейн надкусил кончик карандаша, которым уже минуту водил по тексту. "Хотя вот эти два дополнительных курса... Наверное, в них весь подвох. По-любому, один из них ведёт тот странный профессор с бородкой. Ладно. Дальше".

“Условия обучения

Учебный год состоит из двух семестров. Период вашего присутствия в замке в первом семестре: 1 сентября – 30 декабря. Во втором семестре: 1 февраля – 31 мая. Общий срок обучения: до пяти лет. На время обучения Академия предоставляет своим студентам всё необходимое для проживания, а также обеспечивает их питание. Все учебники, письменные принадлежности и форму вы получите по прибытии.

Обратите внимание: одна из задач первого семестра – понять, насколько программа Академии подходит под ваши цели, а также, способны ли вы справляться с предложенными занятиями. Это означает, что обучение может продлится менее четырёх месяцев. Пожалуйста, учитывайте это при принятии решения”.

"Как-то неоднозначно. Логично, но… Находиться под постоянной угрозой отчисления... Так себе удовольствие."

Дейн снова потянулся за чаем и посмотрел на приложенный к программе "Тематический план обучения". Здесь был перечислен список тем, начинавшийся со знакомства, которое они с Кентой зазубрили ещё в июле, и, заканчивавшийся обсуждением вопросов культуры и истории. С этим всё было более-менее ясно, поэтому, пропустив договор, Дейн потянулся за последним листом, который когда-то лежал в конверте первым.

"Господин Де́йнстрей,

Академия Фэйбэл поздравляет вас с успешным прохождением вступительного этапа. Мы приглашаем вас стать нашим студентом в новом учебном году. В приложенных документах вы найдёте всю необходимую информацию. Пожалуйста, сообщите своё решение до двадцать пятого августа (включительно). Свой ответ вы сможете направить тем же способом, каким ранее подавали заявку на ознакомительный визит.

С уважением к Вам."

Звуки постукивания карандашом о стол разносились по комнате, сквозь густую листву пробивались лучи вечернего солнца. Дейн продолжал молча глядеть на лист пергамента в своей руке.

Наконец он опустил его и пододвинул другой, уже из белой бумаги. С него на Дейна смотрело собственное серьёзное лицо. Волосы аккуратно уложены набок, белая рубашка расстёгнута на одну пуговицу, взгляд устремлён в пустоту. Высшее юридическое образование, красный диплом, практика, опыт работы. Которого нет. Не самое интересное резюме, но желать лучшего после выпуска из университета не приходилось. К тому же, этого хватило, чтобы дальние знакомые семьи предложили ему неплохую должность в своей компании.

Постукивания карандаша усилились. Резюме отправилось обратно на стол, а Дейн повернулся вместе с креслом и начал разглядывать свою комнату – одежда раскидана, бутсы, подвешенные за шнурки, сушатся на приоткрытой дверце шкафа, на стене несколько фотографий, в рамках и без: футбол во дворе, секретное трёхъярусное убежище на верхушке стародревнего дуба, пара дней рождений.

Какое бы решение он сейчас не принял, этой жизни наступал конец. Собраться на футбол становилось всё сложнее, старый дуб с трудом пережил грозу пару лет назад, а половина из тех, кто жизнерадостно улыбался на камеру и обнимал именинника, уже переехали в другие города. Вторая половина постоянно работала. А кто-то даже успел обзавестись своей семьёй. Последнее не укладывалось в рамки реальности.

Дейну чертовски не хотелось вступать в скучную одинокую взрослую жизнь, но он прекрасно понимал, что от его желания ровным счётом ничего не зависело. Всё, что было в его силах – войти в новый период с мозгами, выбить место получше и постараться найти себя в новых обстоятельствах. И та должность, что ждала его в конце лета, была вполне неплохим стартом для этого нового этапа.

Выбор был, мягко говоря, интересным. Перспективное начало карьеры и взрослая самостоятельная жизнь на одной чаше весов и продление эпохи приключений в стенах красивого замка, сулившее возвращение на исходную точку через несколько лет. Со знанием языков и без какого либо опыта работы.

"Потерять последнюю возможность пожить в своё удовольствие или потерять возможность выбиться в люди – выбор достойный легенд." Дейн глядел на свою строгую версию в расстёгнутой на одну пуговицу рубашке. "И ходить всю жизнь неудачником..."

Мысль об устройстве на официальную работу, где придётся слушаться незнакомых, вероятно, не самых умных, но непременно самых изворотливых людей, и делать всё строго по расписанию приводила Дейна не просто в страх, а в настоящий экзистенциальный ужас. Он успешно избегал её все четыре года обучения в университете, но последние пару месяцев она вгоняла его в тоску. Она же послужила главным стимулом откликнуться на странное объявление языковой академии. Дейн посчитал, что он должен напоследок сделать что-то спонтанное – резко сорваться куда-нибудь далеко-далеко и не нуждаться для этого в чьём-то разрешении, называемом "отпуском".

В глубине души он надеялся, что академия предложит интересную программу повышения квалификации, и он сможет отложить вопрос поиска работы не несколько месяцев или даже год. В какой-то степени эти ожидания можно было посчитать оправданными. Но всё же.

Пять лет – это очень много. Да и должность, которую его отец с таким упорством выбивал, ждать его не будет. Можно долго выезжать на харизме и сообразительности, но только пока растёшь. Когда ты взрослый никому не интересно, как хорошо ты умеешь решать уравнения, и никто не повысит тебя в должности только потому, что ты смешно рассказываешь истории. Тут начинают действовать совсем другие законы и то, что простительно недавнему студенту, может сослужить ему недобрую службу, когда он выпустится из никому неизвестной академии через несколько лет.

От бесконечного хоровода мыслей голова начинала болеть. Дейн залпом осушил стакан, и, тяжело вздохнув, приготовился принимать решение.

Остановиться на одном из двух вариантов никак не получалось, и тогда он пошёл обратным путём – попробовал представить, что выбор уже сделан.

Вершина башни, балкон. Солнце практически село за горизонт. Кента натягивает шерстяной свитер и заявляет, что он отказывается использовать артикли, потому что для него это совершенно случайный набор звуков, который ничего не означает. Дейн смеётся и, сидя на полу у колонны, заканчивает домашнее задание за них обоих, а в это время мимо пролетает мантия профессора Митцуи. С хитрым прищуром он советует не засиживаться до темноты, иначе коридоры замка могут привести куда-то, где никому появляться не следует.

Дейн усмехнулся. "Выглядит неплохо".

Вечер, офис. Дейн... Нет, конечно же, не так. Денис сидит за своим столом и заканчивает проект, который, должны были сдать ещё к середине недели, но сроки сорвались и теперь весь отдел задерживается допоздна. Дейн переводит взгляд в окно на опускающийся жёлтый шарик, и представляет, как где-то очень далеко в этот самый момент тот приближается к вершинам гор, отражения которых распадаются по гигантским окнам аудиторий замка. И где-то там, в одной из них, открывается дверь на лесную поляну.

Улыбка сама появилась на лице. Выбора не было. Один из вариантов был просто невозможен.

Глава 12

Вещи лежали на подоконнике в ожидании, пока их уберут в рюкзак. Он знал, что этот момент наступит. Всё было готово к выходу. Кроме него.

В запасе оставалось пол часа. Ещё не поздно было передумать. Он видел эту строчку в договоре – отказаться от обучения можно было в любой момент. Некоторые трудности возникли бы с возвращением: для этого существовали конкретные даты, но сейчас он сидел на своей кровати. Достаточно было просто никуда не пойти.

Мысли разрывались между предвкушением самого необычного приключения в жизни и осознанием собственной никчёмности. Он не поступал в языковую академию. Он бежал от собственной жизни. От самого себя.

Пол сотни вечеров дали достаточно времени, чтобы это обдумать. С первым он всё давно решил. Просто признался в том, что это так. Было неприятно, но честно. Бегство – тоже выбор. Не тот, которым он гордился, но тот, что он сделал осознанно. Второе не давало сегодня уснуть до глубокой ночи.

Убежать от себя невозможно. Несложная истина, на осознание которой хватило бы и вечера. Он это хорошо понимал. И понимал, что из этого следовало. Всё было бессмысленно.

Виски начинали пульсировать. В который раз Дейн поднялся и обошёл по комнате круг. Взгляд задержался на рамках с фотографиями. В какой момент этот заливающийся смехом парень, готовый свернуть любые горы, исчез? Сложно было поверить, что он вообще когда-то им был.

Из зеркала приоткрытой дверцы шкафа на него глядел взрослый Дейн. Припухшие от недосыпа и нервов глаза смотрели с сочувствием. Скорее даже с жалостью. Он улыбнулся, передразнив себя десятилетнего, довольно сжимавшего новенький футбольный мяч. Два отражения – с фотографии и его собственное встретились взглядами. Это показалось ужасно смешным. Он захохотал, и в этот момент они стали по-настоящему похожи.

Позади, в отражении, мелькнули сложенные вещи. Он нервно сглотнул. Рука вытянулась, прикрывая дверцу. На него снова глядел привычный Дейн – дёрганный, трусливый, судорожно пытающийся понять, как не облажаться в очередной раз. Как много он бы сейчас отдал, чтобы просто понять.

Почему всё так? И почему всё не так для него?

Пока его друзья строили свои судьбы и двигались дальше, он стоял на месте. Жизнь давала ему шанс одуматься, приложить усилия и повзрослеть. Он же через полчаса планировал от этого шанса сбежать.

Десятилетний он сиял счастливой улыбкой, не понимая, о чём сейчас переживает его старшая версия. Десятилетний он не задавался вопросом, кто он вообще такой. А если бы его спросили, ответил бы вот этим насмешливым хохотом.

В последний раз взглянув на себя в зеркало, Дейн отвернулся к окну. Кто он вообще такой? У него не было ответа на этот вопрос. Но этот вопрос был ответом на его нерешительность прямо сейчас.

Он шагнул к столу и потянулся за пустым листом, прихватив из подставки ручку.

Четверть часа спустя сложенный листок упал во внутренний карман толстовки.

Глава 13

Чёрный рюкзак распирало по швам, а его лямки врезались в плечи. Впрочем, идти было недалеко. Указания в билете предписывали воспользоваться вратами номер шестьсот восемьдесят семь ровно в половине одиннадцатого. К билету была приложена карта, по которой Дейн с легкостью смог определить нужный перекрёсток – десять минут ходьбы от дома. Речь шла практически о центре города и, конечно, никаких врат или хотя бы ворот припомнить там он не мог.

Утро выдалось облачным, но тёплым. В воздухе ещё держался запах, прошедшего пару часов назад дождя.

Мысли разбегались. То, что Дейн успел увидеть в академии летом обещало крайне интересный семестр, но не слишком ли мало он о ней знал? Исчезающие двери. Они не давали покоя весь остаток лета. С одной стороны это объясняло, почему такой гигантский замок находился в тайне. С другой, совершенно не ясно, что это за место. Безопасно ли было туда возвращаться?

Эти вопросы не отпускали, но всё сводилось к одному – Дейн просто не мог отказаться от возможности вернуться. Он очень боялся скуки, размеренности и одиночества, которые сулило взросление. В какой-то степени это было неизбежно. Что-то, на что нельзя сильно повлиять – можно быть самым активным и безбашенным человеком на свете, но, если никто тебя больше не поддерживает, то срываться на весь день в лес в поисках заросшей усадьбы придётся в одиночку. А это было совсем не так весело. На самом деле, это было совсем не весело. По крайней мере, для Дейна. Зато, он напрямую влиял на свои решения. Отказаться от предложения академии Фэ́йбэл было в его воле, и он твёрдо решил, что не станет этого делать. И поэтому сейчас бодрыми шагами приближался к неизвестности.

Красивая арка из тёмно-зелёного камня возвышалась посреди улицы прямо перед Дейном. Центр города сохранил здания исторической застройки, поэтому на их фоне она смотрелась практически уместной. Но её точно раньше тут не было. А ещё на неё никто не обращал внимания. Дейн бросил взгляд на свои наручные часы: без пяти одиннадцать.

Люди повседневно спешили по своим делам. Несколько человек прошли прямо под «вратами». Ничего не произошло. Это одновременно успокаивало и пугало. В билете не говорилось о том, как работают "врата", и что делать после их прохождения.

"Не попробую – не узнаю, да?" Дейн достал из кармана толстовки билет и, крепко зажав его, направился прямо через арку.

Глава 14

Лицо обдало прохладным туманом. Он рассеялся, и у Дейна перехватило дыхание.

Он стоял в полумраке гигантской пещеры. Далеко внизу он смог разглядеть железнодорожную станцию, на которой пускал густые клубы дыма паровоз.

"Ух ты".

Дейн задрал голову, осматривая своды. Пещера была очень тёмной – небольшой свет проникал в неё через подобие прозрачного витражного потолка. Остальное освещение тут составляли чугунные старинные фонари, а кое-где, на дорожках, спускавшихся к станции – настенные факелы. Желтоватые отблески отражались от редких сталактитов и сталагмитов. А ещё тут повсюду росли деревья и густой кустарник. Дейн не знал, что это за виды, но огромные размашистые ветви напоминали пальмы и папоротники. Лианы скрывали под собой часть каменных стен.

Дейн обернулся. Каменная арка осталась на месте.

"Интересно, что будет, если пройти обратно?"

Чтобы проверить, достаточно было сделать лишь шаг, но рисковать он не стал. Что, если билет срабатывал только один раз? Вместо экспериментов, стоило подумать над тем, как спуститься к платформе. Пара минут осмотра пещеры дали понять, что при желании тут вполне можно было заблудиться. Скалистые уступы превращались во множество ярусов, каждый со своими вратами. Внизу помимо станции угадывались ещё какие-то постройки, и все они соединялись десятками дорожек, терявшихся в зелёных джунглях.

Согласно билету, поезд отправлялся через полчаса. Дейн продолжал стоять глядя вниз и гадая, хватит ли ему их, чтобы безопасно спуститься и занять место в вагоне.

- Мантре́, давай быстрее. Раксли нас убьёт, если не успеем захватить для него шипучий лёд.

- Если я ускорюсь, по частям на дне меня сами собирать будете. Ты вниз смотрел?

- Смотрел – красиво.

Мимо Дейна на скорости пронеслись три парня и почти сразу скрылись за крутым зигзагом ступеней. Паутина таких же лесенок соединяла множество площадок с арками, из которых то там, то тут повалялись новые люди. Внизу собралась уже целая толпа – наверное, сотни человек.

"Время?" 11:35. "Пора бы спускаться".

Разумеется, с этим были некоторые проблемы. Страх перед балконами прекрасно распространялся на страх перед глубокими ущельями. Дейн осторожно потрогал перила, ограждавшие его площадку.

"Не шатаются. Ну, уже что-то."

Он посмотрел по сторонам и подождал, пропуская вперёд двух девушек. Когда они спустились пониже, он шагнул на ступени. Если у него закружится голова, или он спотыкнётся, он, по крайней мере, не скатится кубарем на других людей.

Левой рукой сжимая поручни, а правой упираясь в скальную породу, Дейн начал медленный спуск. Он не сводил глаз со ступеней, но по нарастающему шуму и становившемуся всё более прохладным и влажным воздуху, понимал, что приближается к нижнему ярусу пещеры. Наконец перилла оборвались, и он ступил на твёрдую поверхность.

"Фух. А тут ничего".

Спина начинала ныть от тяжести рюкзака, но всё внимание переключилось на осмотр окрестностей. Здесь, внизу, пещера представляла собой подобие настоящего большого вокзала со всеми сопутствующими строениями. Дорожки из бесформенного бежевого камня, извиваясь, уходили в разные стороны. Две самые широкие вели к платформам – направо и ряду цветастых строений – налево.

Судя, по пёстрому оформлению и людям за столами, это были магазины и кафе. Впереди, вдали виднелось одиноко стоявшее здание, из всех оно было самым большим. "Наверное, кассы. Если они тут бывают". Остальное пространство по центру заполнили живые изгороди и лавочки. Из-за разросшихся крон создавалось ощущение, что он находился в лесах Амазонии, а не на дне пещеры. Ещё сильнее это ощущение стало после того, как Дейн обнаружил причину сильного похолодания. Группа ребят, примерно его ровесников, сидела на каменной ограде и кидала гальку в небольшую реку.

Дейн подтянул капюшон толстовки поближе к шее и снова взглянул на часы – без пятнадцати.

"Я что десять минут оттуда спускался?"

Он задрал голову и содрогнулся. Картина себя, стоящего там, на огромной высоте, запустила по спине мурашки.

Желание прогуляться по пещере и осмотреть местные заведения пришлось подавить. До отправления поезда оставалось меньше четверти часа, а на него ещё нужно было попасть. Это же понимали и остальные, поэтому постепенно на дороге, уходившей к перрону, образовалась очередь.

"Наверное, Кента тоже сейчас где-то здесь". Ещё в июле они обменялись контактами, чтобы оставаться на связи вне академии. По началу они думали пересечься в поезде, но когда обоим пришли билеты с указанием отправления в одно и то же время, этот план отпал. Кента проводил летние каникулы у родственников в Узбекистане, поэтому они решили, что им предстоит ехать на разных поездах. Сейчас стало очевидно, что они ошиблись, но попытаться найти кого-то в этой толпе не представлялось возможным.

Поначалу ему казалась, что заметить светлую макушку будет не так уж сложно, но он совершенно не учёл, что светлые волосы были, пожалуй, самой неприметной чертой, которую тут можно было встретить: разброс оттенков и форм причёсок уступал только вариациям чудаковатых фасонов одежды.

Обдумывая это, Дейн медленно продвигался вперёд. Высокий рост позволял оценить обстановку. Оказалось, что главной причиной затора был мост через ту самую реку. Преодолев его, он отделился от основной толпы и направился вдоль состава направо. Место на билете указано не было, поэтому стоило поискать вагон посвободнее. Ближе к концу такой попался, и Дейн запрыгнул в него.

Салон был обит деревом, между окон горели небольшие лампы. По обеим сторонам располагались попарно смотрящие друг на друга мягкие диваны. Каждый был рассчитан на трёх человек. Дейн прошёл чуть дальше середины вагона и с огромным облегчением скинул рюкзак. Он опустился на место возле окна и с любопытством продолжил наблюдать, как вагон заполняется людьми.

- Тут свободно? Привет.

Два парня азиатской внешности в ожидании смотрели на Дейна.

- А? Да. Привет.

Услышав ответ, они быстрыми движениями закинули свои сумки на специальную полку сверху. После данного взглядом согласия, туда же отправился рюкзак Дейна.

- Лука́, – парень, спрашивавший про места, протянул руку.

- Дейн.

- Хава́рра.

Второй пробубнил своё имя вполголоса, но так же протянул ладонь для рукопожатия.

Дейн отметил их одинаковые причёски – взъерошенные макушки, с чёлками до бровей, и практически одинаковую одежду – белые кроссовки, мешковатые тёмные штаны и толстовки. Разве что Хава́рра был в чёрной, а Лука́ в серой, напоминавшей его собственную.

- Вы близнецы?

Лука́ усмехнулся:

- Братья.

Хава́рра занял место напротив Дейна и уставился в окно.

- Ты на каком курсе? – Лука сел возле брата и теперь с энтузиазмом осматривался вокруг.

- Первый. А вы?

- Тоже, – Лука явно обрадовался и заёрзал, усаживаясь поудобнее. В итоге он просто сполз ниже и закинул руки за голову. – У вас тоже греческий был?

- Ага. Я умудрился перо от карточки потерять. Чуть не завалил.

- А одолжить было не у кого?

- В смысле чужое использовать?

- Нуу. Да.

Дейн задумался, а Хаварра обвёл его удивлённым взглядом. Почти тем же, что когда-то Широйя, после того, как Дейн достал очки.

- Это я как-то не подумал. Время поджимало, – Дейн неловко рассмеялся и не стал уточнять, что в запасе оставался ещё целый час.

- Да ладно, бывает, – Лука махнул ладонью, задев торчавшие на макушке волосы. — Нам попалась такая профессор… Мадам, лет шестьдесят. Я бы не удивился, если бы она начала за разговоры из кабинета выставлять. Так запугала всех, что пришлось сочинение в ответе строчить. А потом ребята из другой группы рассказали, что достаточно было пары слов.

Дейн рассмеялся.

- Парень из моей группы ответил одним словом. На казахском. Ему зачли.

Лука приоткрыл рот и повернулся к Хаварре. Тот расширил глаза и пальцами изобразил взрыв в районе виска.

По вагону волной прокатился протяжный звук гудка, такой низкий, что телом можно было ощутить его вибрацию. За ним последовали взбудораженные возгласы. Лука и Хаварра переглянулись и почти одновременно откинулись на спинку сиденья, а Дейн осознал, что широко улыбается. Раздался второй гудок. Поезд тронулся.

Глава 15

Медленно набирая скорость состав приближался к тоннелю. Минуту, пока он тянулся, вагон освещали только тусклые настенные фонари. Наконец, впереди забрезжил свет, и через мгновенье поезд вырвался из скалы. Набирая скорость, он, мерно покачиваясь, летел наперегонки с рекой, которая, освободившись от каменных оков расправила свои берега и стала гораздо шире. Между ней и поездом иногда появлялись размашистые ивы и акации, за рекой они собирались в настоящий лес. В лучах сентябрьского солнца, клонясь почти к самой земле, их ветви отливали серебром. Пейзаж казался одновременно и знакомым и нет. Похожие леса, луга и реки можно было встретить, путешествуя и на обычном поезде, но тут добавлялось что-то новое, непривычное.

- А разве ивы растут в лесу? Ивовые леса вообще бывают? – Хаварра впервые заговорил о чём-то не хмуря брови.

Лука пожал плечами:

- Мы тут выяснили, что исчезающие двери бывают.

Дейн оживился:

- Как вам, кстати?

Он уже обсуждал своё пробное занятие с Кентой и узнал тогда кое-что новое.

- Отвал, – Лука в очередной раз заложил руки за голову. – Нас тогда разделили. Я думал это будет самое сложное – не люблю что-то делать в одиночку. А потом этот прикол с дверью. В смысле мадам Руфим, конечно, предупреждала, но кто знал, что это была не шутка.

- Она не умеет шутить, можно было догадаться, – Хаварра облокотился на массивную раму окна, подперев кулаком подбородок.

- А дальше как? – Дейну становилось всё интереснее. – Быстро сориентировались?

- Руфим с довольным лицом понаблюдала за моим обалдевшим, но потом посоветовала прогуляться вниз. Оттуда стало видно деревню, и картинка прояснилась. Во всех смыслах.

- Ты не видел себя после этого за обедом, – в голосе Хаварры звучала усмешка, но лицо оставалось безэмоциональным.

- Зато видел тебя, – Лука пальцами стянул Хаварре щёки так, что рот превратился в удивлённый овал. Хаварра вырвался, но улыбнулся.

- А у тебя как прошло? – Лука оставил брата в покое.

Дейн ждал этот вопрос.

- Меня бросили одного.

Две пары глаз одновременно уставились на него.

- Без предупреждения.

***

Дорога в Фэйбэл заняла два часа, которые никто не заметил. Когда слева на горизонте показались еле различимые очертания замка, солнце уже нависало над горами. Дейн взглянул на левое запястье – час дня. Он усмехнулся. Любая техника была в замке под запретом, и та единственная, что под него не попадала умудрилась невольно дать сбой. Поставив мысленное напоминание перевести стрелки, он посмотрел вправо на показавшуюся вдалеке платформу.

- Умираю от голода, – Хаварра поднялся, чтобы достать их вещи с верхней полки.

Поезд замедлял ход.

- А я бы поспал.

Дейн проснулся раньше, чем рассчитывал, а предвкушение возвращения в академию не оставило шансов уснуть повторно.

- С этим придётся подождать. – Лука перехватил у брата свою сумку. – Нам ещё заселяться. Нас же куда-нибудь поселят, я надеюсь?

Дейн и Хаварра ответили усмешками. С преподавателем на первом занятии Дейну, как выяснилось, не повезло, но вот с вопросом ночёвки, все, видимо, были в равном положении. Своей группе Руфим, посоветовала найти "место поинтереснее". Она, правда, пообещала позже помочь с поисками "в случае чего", но, конечно же, найти "интересное место" оказалось проще, чем её саму. В итоге Хаварра и Лука два дня обитали под сводами крыши одной из круглых башен. Нельзя было сказать, что им не понравилось, но учебный год всем хотелось провести в более будничных условиях.

Поезд поравнялся с тенистой хвойной посадкой и остановился. Хаварра удержался от падения на Дейна. Все вокруг начали выстраиваться в тесную очередь на выход.

Глава 16

Платформа располагалась у подножия гор. По другую сторону от путей начиналась хвойная посадка, за которой открывалась вытянутая долина. По воспоминаниям Дейна в прошлый раз дорога через неё заняла у них больше получаса.

- А тут прохладно, – Лука накинул капюшон и поудобнее перехватил на плече сумку.

Хаварра мрачно щёлкнул губами:

- И идти прилично.

- Да, летом без вещей было повеселее, – Дейн не без труда закинул рюкзак на спину.

Толпа начала растягиваться. Многие старшекурсники успели переодеться в форму – черные плотные накидки и брюки, сшитые на разный лад. Они первыми покидали платформу и скрывались в тени сосен. Дейн, Лука и Хаварра переглянулись и направились за ними. Широкая лесная тропа была усыпана сухой хвоей.

- А почему все без вещей? – Лука в очередной раз поправил, спадавшую с плеча сумку.

Кроме них троих почти все шли налегке. Дейн задумался и полез во внутренний карман, из которого извлёк свёрнутый лист.

- Бла-бла-бла. Угу. Угу. Вот. "После прибытия на платформу сложите свои вещи в грузовые телеги. Пожалуйста, воспользуйтесь картой у спуска с платформы".

- Прекрасно, – Хаварра раздражённо выдохнул. – Я же, блин, про это читал.

- Я тоже, – Дейн свернул сопроводительное письмо и убрал обратно в карман. – Мы, вроде, не так далеко ушли. Вернёмся?

- Подожди, – Лука повернулся и помахал проходившему мимо парню в форме академии. – Эй, друг, не подскажешь?

Тот остановился и выжидательно поднял бровь.

- Отсюда можно как-то к грузовым телегам пройти?

- Вы первый раз что ли?

- Ага.

- Мне казалось, в этом году набора не будет… – в голосе парня прозвучало явное удивление. – А к телегам можно вон там выйти, – он указал на узкую тропинку, уходившую влево. – Метров через триста увидите их.

- А почему не должны были курс набирать?

Вопрос Хаварры прилетел уже в спину удалявшемуся студенту.

- Да не берите в голову.

Дейн проводил старшекурсника взглядом:

- Мы такие же странные будем, через пару лет?

Лука пожал плечами. Очень скоро длинная вереница тележек и правда показалась за деревьями, выстроившись вдоль вершины холма. Здесь оказалось достаточно многолюдно. В основном все оставляли свои сумки и спускались к основной дороге, но кто-то забирался внутрь вместе с вещами.

- Что они делают? – Дейн кивнул в сторону девушек, которые рассаживались на бортах одной из повозок, но необходимость в ответе тут же пропала.

Повозка сдвинулась с места, и, выехав из шеренги, неспешно покатила по дороге. Сразу за ней то же сделала другая. В ней не было людей, но она доверху была забита чемоданами. Братья оживились.

- Никто же не хочет идти пешком?

Вопрос Луки был риторическим. Они выбрали повозку позаполненнее, закинули в неё свои вещи и запрыгнули следом. Как будто бы ожидая этого, телега легонько дёрнулась и начала движение.

Тройное "Юху" раскатилось по лесу.

Скорее всего, телеги не предназначались для людей, но широкие борта позволяли сидеть на них с относительным комфортом. Хвойный ковёр смягчал тряску. Слева сквозь стройные стволы сюда дотягивались длинные закатные лучи, а лес тем временем преображался. Тонкие сосны становились всё толще и всё выше, но росли при этом всё реже.

- Ещё немного и мы окажемся в лесу из секвой, – Хаварра, которого явно занимали местные пейзажи постучал пальцами по борту телеги.

- Мы в лесу из секвой, – объявил он тем же тоном спустя пять минут.

- Они разве не должны расти на другом континенте? – Лука задрал голову назад, рассматривая исполинские деревья.

- Ощущение, что тут никто никому ничего не должен, – занятый тем же самым Дейн, философски пожал плечами.

- Звучит неплохо.

Дорога петляла то, приближаясь к обрыву с которого хорошо просматривались долина и замок, то снова углубляясь в чащу.

- Кто-нибудь знает, какая из башен юго-западная? – Дейн решил не повторять ошибок и перепрочесть все инструкции, а они предписывали первокурсникам собраться в лектории Юго-Западной Башни. – Хоть бы карту нарисовали.

- Я и в картах ничего не понимаю, – Лука беспечно раскинул руки, обхватив борт телеги.

- Закат же, – сидевший напротив Хаварра скосил на них глаза с протяжным вздохом.

- Чудесный? – Лука ждал какого-то продолжения.

- Я тут летом познакомился с парнем. Широйя зовут. Вы бы подружились.

Хаварра не отреагировал, и Дейн продолжил его мысль:

- Закат на западе со стороны главного входа. Значит юг…

- С этой?

Хаварра поднял брови и кивнул, поощряя их за догадливость.

В этот момент дорога снова свернула к краю холма и с него стало видно студентов, которые брели в направлении замка.

Дейн прищурился и быстро огляделся по сторонам, принимая решение.

– Не против, если я рюкзак с вами тут оставлю?.

Под предостерегающие оклики Луки и Хаварры он спрыгнул с движущейся повозки. Хотя скорость была небольшой, его пошатнуло.

- Двадцать восьмая. Телега, – голос Хаварры донёсся до Дейна уже из-за поворота.

- Спасибо! – он выкрикнул ответ и поспешил по склону вниз.

Пришлось немного пробежаться.

- Привет, приятель! – ладонь легла на светлую макушку. Дейн затормозил, переводя дыхание.

- Напугал! Привет, – Кента ударил его в плечо в качестве приветствия. – Я тебя искал на платформе.

– Спятил? Тут сотни человек.

- Я недолго искал.

Они засмеялись.

Оставшаяся дорога до замка заняла четверть часа.

Башня, которую они искали, оказалась угловой, её высокие дубовые ворота были распахнуты. Внутри две широкие лестницы, по правую и левую руку огибали стены плавной спиралью. Дейн и Кента присоединились к длинной очереди первокурсников. Как только они достигли площадки второго яруса, стало понятно, что упоминаемый в письме лекторий находился прямо перед их глазами.

Просторное помещение занимало всю площадь круглой башни. Несколько десятков рядов длинных столов и лавок амфитеатром поднимались к самому потолку. Перед ними, как и полагалось, размещалась длинная кафедра, выполненная из светлого резного дерева. Ни Дейн, ни Кента не удивились бы, если бы она пустовала, но на сей раз за прибывающими студентами наблюдали сразу два профессора.

Кента ткнул Дейна локтём:

- Это же Митцуя?

- Ага, он. Может подойти поздороваться?

Аки́ра Митцуя с привычной лукавой улыбкой рассматривал студентов. Заметив своих летних подопечных он с энтузиазмом помахал, приветствуя их.

- Вот и поздоровались, – Кента замахал в ответ.

Дейн поднял ладонь и зачем-то кивнул.

Рядом с Митцуей стояла взрослая женщина. Её полностью седые волосы были убраны в большой хитро-закрученный пучок, а длинное профессорское платье утягивал корсет. В каком-то смысле она являлась противоположностью Митцуе. Она не улыбалась совсем, только смеряла студентов строгим взглядом и постоянно проверяла что-то в своей папке.

Кента махнул головой в сторону самых верхних рядов, которые пока ещё пустовали и Дейн согласно кивнул. Только когда они заняли места, стали видны масштабы происходившего. За окнами, которые занимали тут почти все стены, непрерывным потоком тянулись сотни студентов. Лекторий стремительно заполнялся. Время от времени в арочных проходах внизу появлялись новые профессора, но они быстро уходили. Вся академия стояла на ушах.

- Так странно, да? – Кента усмехнулся.

- Очень.

Дейн прекрасно его понял. Всё казалось нереальным. Замок, порталы, начало учебного года. Дейн уже не в первый раз попытался осознать, куда свернула его жизнь. Бесполезно. Он не понимал, как всё сложилось таким образом, но точно был уверен в одном – в том, что испытывает. Счастье.

Глава 17

К окончанию часа с того момента, как они покинули платформу, в лектории почти не осталось свободных мест.

- Тут человек двести, если не больше, – Кента, закончил очередную попытку подсчётов.

- У меня в университете курс меньше был. Раза в два. О, кажется начинается.

Митцуя жизнерадостно обвёл взглядом новеньких. Он отошёл к краю кафедры и опёрся на неё локтями. Его коллега заняла место по центру, отложила папку и бесстрастно посмотрела, на сидевших перед ней. Лёгким движением она ударила по закреплённому на столе серебряному колокольчику. По лекторию разнёсся чистый, громкий звон. Этого хватило, чтобы установить относительную тишину.

- Уважаемые студенты, Академия Фэйбэл приветствует вас в моём лице. Меня зовут Са́лли Руфим.

Холодный строгий голос Руфим заглушил последние разговоры, лишь смех старшекурсников приглушённо доносился с улицы.

- Сегодня в Атриуме состоится торжественная церемония в честь начала нового учебного года. Все студенты обязаны присутствовать на этом событии. Стиль одежды – официальный. Это означает, что вам необходимо будет переодеться в учебную форму.

Сообщение вызвало тихий гул из взбудораженных голосов.

- Во время церемонии вас распределят по группам. Каждая группа имеет отдельного куратора в лице одного из преподавателей.

Разговоры стали ещё громче, и Руфим повторно ударила в колокольчик. Это снова сработало.

- Занятия будут проходить в комбинированной форме. Это означает, что на разных уроках вы будете находиться в разном составе. Академия рассчитывает, что вы воспользуетесь этой возможностью для расширения круга общения и получите разносторонний практический опыт в изучении языка. А теперь я хочу, чтобы вы послушали меня очень внимательно.

И без того строгий голос Руфим стал ледяным.

- Первый семестр является самым важным в академии. Каждый из вас уже убедился в том, что обучение, предлагаемое здесь, не похоже на то, с чем вы сталкивались раньше. В дополнении к этому... Здесь сейчас находятся взрослые люди. У каждого из вас есть представления о том, как лучше распорядиться ближайшими годами своей жизни. Именно поэтому, в первом семестре предусмотрено три экзамена, по результатам каждого из них будет производиться процедура исключения.

Лицо Митцуи, который до этого широко улыбался, стало серьёзным. Он смотрел на студентов испытывающим взглядом, будто гадая, кто из них останется в стенах замка через четыре месяца.

- Мне бы хотелось, чтобы вы понимали: этот регламент не несёт цели вас напугать. Напротив. Он создан для того, чтобы вы могли грамотно взвесить свои силы и обдумать свой дальнейший выбор. Три поезда в этом семестре отправятся со станции – в конце сентября, ноября и декабря. Если вы решите добровольно отчислиться из академии, сможете уехать на одном из них.

Разговоры снова пошли по залу, но на этот раз Руфим их проигнорировала.

- В то же время, вы должны чётко понимать: обучение – это ответственный процесс. Вы прибыли сюда в первую очередь для того, чтобы получить навыки, которые помогут вам в дальнейшей жизни. Это означает, что все кто воспринимает происходящее как развлечение а также те, кто небрежно отнесётся к своим обязанностям… не смогут пройти контрольные испытания и будут исключены.

Зал отреагировал тревожной тишиной.

- Запомните, то что я сказала, это важно. Но сейчас, всё же, сосредоточьтесь на другом. В октябре экзаменов не будет. В это время в замке отмечается Хэллуин, поэтому можете начинать придумывать костюмы.

Подобие улыбки впервые появилось на лице Руфим.

- Также, разумеется, большой праздничный ужин состоится в конце семестра. Но. До него ещё четыре месяца. А до сегодняшней церемонии менее часа.

С этими словами Руфим перевела взгляд на Митцую и, получив одобрительный кивок, продолжила.

- Профессор Митцуя проводит вас в спальное крыло. Учебная форма уже ждёт вас.

Третий звон колокольчика полетел по аудитории.

- Запомните этот день. Впереди вас ждёт много испытаний. Будет тяжело. Будет интересно. Это место меняет людей. Проявите себя, и тогда оно подарит вам не только знания, но и нечто более ценное. Академия желает успехов в ваших начинаниях.

Профессор Руфим изобразила поклон и, коснувшись ладонью плеча Митцуи, быстрым шагом покинула лекторий.

- Господа, первокурсники! Прошу всех следовать за мной. Церемония начнётся через сорок пять минут, нам стоит поспешить.

Глава 18

- Почему я не удивлён, что на роль провожатого они взяли именно его? – Кента шёл впереди, пробивая им дорогу.

- А куда мы так летим? – Дейн пытался не отставать, но это было не так просто.

- Зная Митцую, он сейчас унесётся вперёд. Нет желания потеряться и снова ночевать в аудитории.

- Ты драматизируешь.

- А ты тормозишь.

Кента усмехнулся через плечо и прибавил шаг.

Очередь первокурсников растянулась так, что её конец терялся за бесконечными поворотами. Когда Митцуя сходил с лестницы, идущие последними, не успевали на неё даже взойти.

Четверть часа спустя Митцуя остановился перед широким арочным проходом, запертым дубовыми двустворчатыми дверьми. Когда холл заполнился, и новые люди перестали прибывать, он запрыгнул на постамент ближайшей статуи рыцаря.

- Уважаемые первокурсники! – он приобнял статую за плечо и широкая улыбка вернулась на его лицо. – В этом крыле расположены ваши спальни. На двери каждой из них есть табличка с именем. Приложите к ней свой билет, и она откроется. Если это будет ваша комната, разумеется. Обратите внимание! – Митцуе пришлось повысить голос, чтобы перекричать активное обсуждение. – На этом стенде, – кистью руки, обнимавшей рыцаря, он указал на стену позади себя – завтра сутра появится ваше расписание. Пожалуйста, ознакомьтесь с ним сразу после подъёма. Который, кстати, состоится в девять часов. Занятия начнутся в десять, советую не просыпать.

Судя по возгласам, многие обрадовались возможности отоспаться.

- И последнее! – Митцуя снова повысил голос. – Если не хотите пропустить церемонию и распределение по группам… Лестницы, ведущие к Атриуму, в самом конце вооон того коридора, – он указал на противоположную от дверей сторону площадки.

Митцуя закатил глаза, как будто приминая, не забыл ли он что-то важное и, быстро поразмыслив, спрыгнул с постамента. Взмахом правой руки он привёл в движение двери, и они медленно распахнулись. Галдящая толпа повскакивала на цыпочки, заглядывая внутрь. Кроме длинного тёмного коридора рассмотреть что-то не получалось.

- Добро пожаловать в ваш второй дом!

Митцуя изящно изобразил пригласительный жест, и все с энтузиазмом устремились внутрь. Чем дальше первые вошедшие продвигались вперёд, тем больше фонарей загоралось на стенах.

- Спальни девушек на верхних ярусах! – Митцуя постарался перекричать толпу. – До встречи за ужином!

Пытаясь удержать равновесие в начавшейся суматохе, Дейн обернулся – Митцуи и след простыл, словно он не стоял в дверях секунду назад.

- Кажется моя, – Кента махнул влево и остановился перед тем, что Митцуя назвал "дверью".

Высокие кованые ворота закрывали прямоугольный проход. Фактически они и были внешней стеной комнаты. Пытаясь разглядеть, что там внутри, Кента припал лбом к поблёскивавшей серебром табличке, но тут же отскочил потирая нос.

- Ауч.

- Опять стекло?

- Вроде того. Ты как понял?

- Я к такому летом лбом приложился. Рассказывал же.

- Да? Наверное. Не помню. Не видно ничего, – Кента повторил попытку, но уже с безопасного расстояния.

- Так ты может откроешь?

Кента скосил взгляд на Дейна и полез в карман своего бомбера.

От прикосновения билета к табличке с его именем, та издала лёгкое свечение, которое стремительно побежало по витиеватым узорам ворот. Те пришли в движение. Замысловато извиваясь, они скрылись в каменных стенах за несколько секунд. Теперь Кента и Дейн стояли в открытом проёме на пороге небольшой комнаты.

- Круто, – Кента с приоткрытым ртом описал головой круг.

- С новосельем, – Дейн усмехнулся и подтолкнул его в спину. – Давай тут, переодевайся пока. Я пойду свою поищу. Потом за тобой вернусь.

- Уже скучаю! – Кента спиной переступил порог и, достав одну руку из кармана штанов, изобразил прощальный жест.

Дейн, усмехнулся и быстрым шагом двинулся дальше. Крыло со спальнями оказалось очень длинным широким коридором, с четырьмя ярусами.

Верхние наподобие балконов были огорждены каменными балюстрадами. Пару раз череда комнат прерывалась, и на их месте размещались небольшие закутки с очагами и диванами. Из-за общей суеты и большого скопления людей перемещаться быстро не получалось. Нужно было присматриваться к табличкам и беспрерывно вертеть головой направо и налево.

Спустя десять минут Дейн убедился, что на нижнем ярусе его комнаты не было. Ближайшие лестницы оказались почти на середине коридора. Придерживаясь левого крыла, где они нашли комнату Кенту, он взбежал на второй ярус и после секундного размышления свернул направо – там коридор заканчивался тупиком.

С поисками становилось проще – часть комнат уже обзавелась владельцами. Подходя к самому концу, Дейн начинал понимать, что ошибся с выбором – две крайние комнаты уже были заняты, а перед ними пустовала зона отдыха с диванами. Дейн начал прикидывать, как перейти на противоположную сторону. В этот момент он поравнялся с последней закрытой кованой решёткой – прямо перед площадкой с камином.

"Дейнстрей". Серебряные буквы выводили его ник.

Минуту спустя владелец переступил порог своего нового дома. Панорамное узкое окно по центру комнаты выходило к башням одного из крыльев замка, за которыми темнели, погружавшиеся в вечерний полумрак горы. Прямо перед окном – простой письменный стол. Справа, в углу – неширокая кровать. В её изножье, почти у входа двустворчатый высокий шкаф. К стенам крепилось несколько длинных полок.

Отметив про себя, что комната выглядит точь-в-точь как у Кенты, Дейн начал вертеться в поисках самого главного – формы. На третьем круге он наконец заметил её. Аккуратно сложенная, она лежала возле подушки. Теперь вставал новый вопрос. Конечно, его спальня располагалась в торце, но вокруг сейчас бродила добрая сотня человек. Не хотелось перед всеми хвастаться тем, чем особенно похвастаться было нельзя. Эта проблема решилась быстрее – справа и слева от проёма, являвшегося входом, на прихватах были закреплены плотные тяжёлые шторы.

Дейн спешно распустил их и закрыл поплотнее. Разбираться с решёткой ему сейчас не хотелось, поэтому он решил, что если кто-то заглянет внутрь, это будут уже не его проблемы.

Форма первокурсников состояла из широкой тёмной футболки, свободных, но зауженных к низу чёрных штанов и просторной чёрной накидки. К приятному удивлению Дейна, ткань оказалась мягкой и в меру плотной для прохладных коридоров замка. Взглянув на своё отражение в окне, он пригладил зачёсанную набок чёлку.

Часть их однокурсников уже успела переодеться. Кто-то в растерянности продолжал толпиться в коридоре, другие небольшими группами покидали холл.

Кента лежал на кровати, заложив руки за голову, и дремал.

- Принцесса, подъём. Дракон вернулся.

Кента приоткрыл один глаз и зевнул:

- А Дракон может отнести принцессу на ужин?

- Только в качестве закуски, – Дейн пнул угол кровати. – Вставай давай.

- Я может не против, – Кента сонно потянулся, но всё-таки слез с постели.

Глава 19

Доверившись общему потоку, Дейн и Кента вышли к высокой арке. Её внушительные размеры, не помешали образоваться новому затору. Новички слились с толпой старшекурсников. Те смеялись, обсуждали каникулы, занятия и профессоров. Первокурсники взволнованно озирались по сторонам и старались держаться ближе друг к другу.

Кента ступил сквозь арку и обернулся:

- Дейн. Мне страшно.

Атриум предстал перед их глазами. На первый взгляд он напоминал лекторий, в котором профессор Руфим произносила сегодня речь. Только без столов и намного, намного больше. И намного торжественнее. Три секции были выполнены из белого камня. Несколько десятков рядов таких же белокаменных скамей уходили далеко вниз.

От высоты у Дейна закружилась голова. Они стояли на вершине центральной секции. Только сейчас стало понятно – в академии учились люди самых разных возрастов. В левую секцию вела своя арка. Через неё непрерывным потоком тянулись ребята подросткового возраста. В правой секции располагались студенты более старшего поколения. Масштабы происходившего поражали.

- Пошли, – Кента подхватил Дейна за плечо, чуть выше локтя.

Дейн благодарно кивнул – страх высоты немного отступил. Спустившись на десяток рядов, они свернули влево.

- Нормально или пониже?

- Нормально. Сейчас привыкну.

Дейн опустился на скамью, а Кента сел рядом, периодически поглядывая в его сторону.

Разговаривать было бессмысленно – чем больше заполнялся зал, тем сильнее становился гул. Крики и смех доносились со всех сторон. Дейн почувствовал, что ему становится нехорошо. Сложно было сказать, что именно являлось причиной – высота, голод, толпа или волнение – их было много, и одна усугубляла другую.

- Ты как? – Кента нахмурился, повернувшись к нему в очередной раз.

- Нормально. Есть хочется, – это не было полной правдой, но и ложью не было.

Кента ничего не ответил. Вместо этого он полез в карманы и под удивлённый взгляд Дейна протянул ему мандарин.

- Откуда?

- Брал с собой в поезд.

Дейн посмотрел на мандарин и снова на Кенту.

- Раз он у тебя с собой, ты тоже голодный. Ешь. Я это так сказал. Просто. Нервничаю немного.

- Ну и когда ты в последний раз ел? – Кента продолжал вытягивать руку.

Дейн хотел что-нибудь соврать, но это у него никогда не получалось. Последним, что он сегодня ел был завтрак, а бутерброды, которые он планировал взять с собой, были благополучно забыты на кухонном столе.

Не дождавшись ответа, Кента взял ладонь Дейна и вложил в неё мандарин:

- А я ел в поезде.

Дейн очень аккуратно, стараясь не запачкать руки и новую форму, снял кожуру и разделил дольки напополам. Кента усмехнулся и, решив не спорить, забрал свою долю.

- Вы находитесь на официальной церемонии. Тут не едят, молодой человек.

Запихнувшие в себя сразу по половине мандарина Кента и Дейн в панике обернулись. Профессор Руфим стояла в проходе и смеряла строгим взглядом... не их.

Двумя рядами выше сидел парень с натянутым на самые брови капюшоном. Его рука застыла в воздухе, не успев отправить в рот очередной орешек. Выждав несколько секунд, очевидно надеясь, что профессор уйдёт, и не дождавшись этого, он вернул орешек в упаковку, а ту, в свою очередь, убрал под накидку.

Руфим раздражённо вздёрнула брови и зашагала дальше.

Кента проглотил остатки мандарина:

- Это же тот… Как его? Из библиотеки.

- Ага. Широйя.

Дейн протёр рот тыльной стороной ладони и помахал ею в знак приветствия. Кента замахал ещё активнее. Широйя, заметивший их, чуть заметно улыбнулся и поднял ладонь. Второй рукой вызволяя наружу упаковку орешков.

Гул в зале стал затихать. С разных сторон в Атриум начали стекаться преподаватели. Они выделялись на общем фоне длинными одеждами и статной осанкой. Некоторые спускались вдоль секций студентов, другие появлялись из нижних арочных проходов. По центру, там где в лектории располагалась кафедра, сейчас полукругом стояло несколько длинных столов, за которыми они занимали свои места. За ними во всю стену были вывешены три гобелена в разных оттенках фиолетового.

Руфим заняла место за средним правым столом возле профессора Раксли, который летом не самым удачным образом провёл вводное занятие Дейна. Митцуя сидел за средним левым. Похоже, он уже насмотрелся на студентов и, не обращая на них внимание, увлечённо болтал с соседом примерно своего возраста. Несмотря на то, что все присутствующие были одеты преимущественно в тёмное, этот парень выделялся даже на общем фоне. Длинные угольные пряди закрывали его лицо, чёрная водолазка, выглядывавшая из-под профессорской мантии, целиком скрывала горло, а грудь и руки отливали серебряным блеском десятка цепей и браслетов.

Наконец, зал заполнился. Окон тут не было, но сквозь купол полупрозрачного потолка уже падал сумеречный свет. Часы этажом ниже пробили восемь.

Из-за стола, за которым сидели Митцуя и его странный сосед, встала девушка с убранными в причудливую корзинку тёмно-розовыми волосами. Уверенным шагом она проследовала к трибуне, установленной по центру. Сверху в полумраке сложно было разглядеть, был ли у неё колокольчик, но по Атриуму волной покатился красивый звонкий перелив. Он облетел полный круг, и зал замолк.

- Уважаемые студенты! – голос девушки звучал громко и чётко – очевидно, он как-то усиливался. – Академия Фэйбэл рада поздравить вас с началом нового учебного года, – она сделала небольшую паузу, и зал воодушевлённо зааплодировал.

- Мы искренне рады, что столько прекрасных способных учеников снова переступили порог замка. Этот год обещает принести много памятных событий. Вы овладеете новыми навыками и получите ценный опыт. Безусловно, это будет очень важный период для наших первокурсников. Сейчас им предстоит пройти распределение по группам и познакомиться со своими кураторами. Давайте поддержим и поприветствуем их!

Девушка громко захлопала в ладоши, и её тут же поддержали профессора, к которым затем присоединился весь зал. Кое-где послышались радостные выкрики "Юху", но было ли это приветствием от старших товарищей или эмоциями самих первокурсников, сказать было сложно. Одним из этих людей был Кента.

- Мы начнём церемонию с нашего младшего поколения. Прошу вас приготовиться.

По Атриуму покатился второй звонкий перелив, призывающий к вниманию.

- Сейчас я буду зачитывать список имён. Те, кого я назову, должны будут спуститься ко мне для получения шеврона группы. Начнём.

Старшекурсники оживились, рассматривая новичков, а те, в свою очередь, нервно заёрзали. То, что выходить на площадку перед парой тысяч человек было волнительно, прозвучало бы слишком мягко. Дейн сжал кулаки, стараясь подавить вернувшийся приступ головокружения.

Девушка начала зачитывать списки, и очень быстро стало понятно, что группы компоновались приблизительно по десять человек. Профессор, курировавший группу, выходил вперёд, встречал своих подопечных, и закреплял что-то у каждого на плече.

Всё происходило очень быстро, а, возможно, это Дейн перенервничал настолько, что ему казалось, что время неприлично летит. Так или иначе, очень скоро девушка объявила о начале распределения студентов из их сегмента.

- Обещай не бросать меня. Если попадём в разные группы

По голосу Кенты чувствовалось, что он сейчас нервничал не меньше.

- Это как?

- Буду приходить к тебе за домашкой.

- Ты не знаешь, где моя комната.

Дейн отшутился, но сам только сейчас осознал, что их могут зачислить куда угодно. От этой мысли стало ещё хуже, и он начал теребить запрятанную в карман штанов шкурку мандарина. Не хватало лишиться единственного друга в первый же день.

- …Рэ́йзор, Ани́та, Сато́ши. Куратор – профессор Та́йли.

- Комнаты подписаны. Без шансов – не отмажешься.

Дейн уклончиво дёрнул бровями.

- …На́йтери, Ло́ча, Ким. Куратор – Фло́ранс.

Тяжёлые вздохи Кенты можно было расслышать даже через общий гул.

- Завязывай. Из нас двоих роль паникёра – моя, – Дейн толкнул его локтём.

- …Хайм, Со́ул, Широйя, Сами́р. Куратор группы – профессор Руфим.

- Многих уже распределили, шансы повышаются, – Дейн провожал взглядом, Широйю, по беспечному лицу которого можно было предположить, что он идёт по пустынной библиотеке сдавать прочитанную книгу, а не проходить церемонию распределения перед сотнями зрителей.

- …Соня, Хаварра, Лука. Куратор – профессор Йо́ши.

- …Да́нте, Никоди́м, А́йми. Группой руководит профессор Скай.

Дейн пытался следить за количеством, прошедших отбор, но мысли носились не поддаваясь контролю. Наконец он услышал своё имя.

- Дейн, Ю́ми…

Дейн вскочил, но тут же застыл, ожидая окончания списка.

- …Лекс, Ба́ки, Кента, А́нкер…

Молниеносно обменявшись радостными взглядами, Кента и Дейн понеслись вдоль рядов вниз.

- …Куратор – профессор Митцуя.

Последняя фраза дошла до Дейна, только когда он остановился перед профессорами. Розововолосая девушка дружелюбно улыбалась, а Митцуя с хитрым прищуром осматривал свою группу. Когда подошла очередь Дейна, он проскользил ладонью по его левому плечу. Дейн услышал лёгкий щелчок: прямоугольная пластина из сине-зелёного камня как влитая, закрепилась на его форме.

- У нас с вами много общего, господин Дейн, – Митцуя протянул ладонь для рукопожатия. – Я тоже люблю мандарины.

Он весело подмигнул и повернулся к стоявшему следующим в очереди Кенте.

Опуститься обратно на свои места на каменной скамье оказалось очень приятным ощущением. Всё, что сейчас оставалось – спокойно сидеть и наблюдать за окончанием распределения новичков. То тут, то там стали подниматься разговоры об ужине, и Дейн начал размышлять о том, чего бы больше всего ему сейчас хотелось съесть. Правда, голод был таким сильным, что ответ оказался простым – практически чего угодно. Но если бы там оказалось какое-нибудь фаршированное мясо, он выиграл бы джекпот.

Всё распределение заняло меньше получаса. Церемония закончилась напутственными словами с пожеланиями успехов и удачи.

- А теперь, мы переходим к самой приятной части этого вечера. Прошу всех к столам. Пусть этот праздничный ужин подарит вам хорошее настроение и придаст сил перед началом первой учебной недели!

Девушка громко хлопнула в ладоши. Звон незримого колокольчика в третий раз полетел по залу, и на сей раз его сопровождал переливавшийся всеми возможными цветами поток света. Быстро обежав круг под громкие аплодисменты и возгласы, он на несколько минут оставил в воздухе золотистую дымку искрившейся пыльцы. Три гобелена, которые скрывали стену за профессорскими столами, начали медленно подниматься, открывая за собой невероятно высокие кованые ворота. Подобные тем, что запирали спальни студентов, их узоры, извиваясь, быстро скрылись в толстых каменных стенах. Открывшиеся проходы вели в длинные просторные залы. Младшие студенты дружной толпой направились в зал за левыми воротами, старшие – в правый зал.

- Нам, видимо, туда – Кента указал на центральную арку.

В отличии от Атриума обеденные залы были ярко освещены. Массивные деревянные ободы с парой десятков свечей на каждом, свисали с потолка на толстых цепях. Несколько вытянутых столов, наподобие тех, за которыми сидели профессора чередовались с широкими круглыми. Все они были уставлены едой. Кажется, тут не существовало какой-то особой системы рассадки. Дейну и Кенте пришлось побродить в поисках свободных мест.

Пока они блуждали, Дейн заметил различия в одежде старшекурсников. В общем и целом она была более замысловатой и продуманной, чем у новичков, но было и ещё кое-что интересное. Среди общей массы выделялись те, чья форма явно была пошита отдельно. Они с Кентой успели насчитать несколько групп из пяти-десяти человек, одетых в однотипные костюмы со специфическими деталями, не повторявшимися ни у кого больше: у одних это была вышивка, у других покрой рубах, у третьих было много элементов определённого цвета, помимо чёрного.

Разглядывать тех, кто успел провести в замке больше года, было интересно, но всё же голод, подогреваемый десятками аппетитных запахов, переманивал внимание на себя. Дейн пересилил застенчивость и сел на скамью за полупустым пока ещё столом, занятым старшекурсниками. Кента опустился справа от него.

- Какое же всё вкусное! – Дейн схватил тарелку и начал накладывать в неё всё подряд.

- Ты так давно не ел, что тебе хлеб вкусным покажется, – Кента отнёсся к выбору осознаннее и с зажатой в руке ложкой рассматривал стол.

- Я люблю хлеб. Но в конкуренции с мясом у него нет шансов, – Дейн сглотнул, посмотрев, на сочный кусок стейка на своей вилке.

Следующие полчаса прошли в сбивчивых разговорах, постоянно прерываемых восхищением каждым новым блюдом. Старшекурсники первыми встали из-за стола.

- Не думала, что в этом году почти все вернутся обратно, – одна из девушек окинула взглядом зал.

- И ты туда же, Ди, – её подруга рассмеялась, поправляя сбившийся хвост.

- Просто Ди у нас ещё не повзрослела, – высокий парень склонился над ухом первой девушки. – Почитай лучше учебники. Говорят полезно.

Та картинно изобразила обиду. Вся компания засмеялась и направилась к дальнему выходу из зала – противоположному арке Атриума.

- Кента.

- М?

- Пообещай, что через год обучения в этой академии мы останемся нормальными.

- Мы сюда поступили. Мы уже ненормальные.

Глава 20

Было уже около одиннадцати, когда Дейн переступил порог своей спальни. В лунном свете он отыскал кисточку, включавшую настенный фонарь. Прежде, чем задвинуть шторы, он попробовал найти способ закрыть решётку. К облегчению еле державшегося на ногах Дейна, это удалось ему довольно быстро. Небольшой рычаг у входа заставил решётку вернуться на место. Теперь можно было занавесить шторы и переодеться ко сну. Последнее потребовало настоящей силы воли – настолько большими были усталость и соблазн упасть на кровать прямо так. Когда голова наконец коснулась подушки, и его плечи укрыло мягкое одеяло, он успел лишь улыбнуться и моментально провалился в глубокий сон.

Глава 21

Трель птичек мелодично наполняла комнату. Постепенно она становилась всё громче. Дейн наблюдал за тем, как они красиво летают возле самого окна аудитории, скрашивая ожидание профессора, который всё никак не появлялся. Наконец, одной из птичек надоело, и она спикировала прямо над головой Дейна, прочесав крылом его ухо.

- Ауч! – Дейн вскочил и в непонимании замотал головой по сторонам.

Маленькая медная птичка приземлилась на настенные часы, висевшие над кроватью. Она с любопытством перебирала лапками, глядя на Дейна. Её соседи довольно чирикали со своих мест на ободе часов, изображавшем узловатые ветви.

- Действенно, – Дейн коснулся задетого уха. – Спасибо!

Он кивнул всё ещё наблюдавшей за ним птичке и медленно принял сидячее положение. Часы показывали начало десятого. Рассиживаться было некогда. Дейн с силой потёр глаза, ударил себя по щекам и вскочил. Переодевшись в форму, он покинул комнату и тут же остановился – её ещё как-то надо было закрыть. Поразмыслив с минуту, он решил, что недостаточно проснулся для таких задач, и направился к комнате Кенты. Тот к моменту его прихода, широко зевая, переступал её порог.

- Классный будильник, да? – он потянулся и тряхнул головой.

- Ага, я под него во сне отлично рассматривал пейзажи.

- А мне поезд снился. Я всё думал, кто додумался везти с собой канареек.

– Тебе достались канарейки? – Дейн заглянул в комнату.

– Понятия не имею. Слово красивое.

Длинный стенд, на который вчера указывал Митцуя, был полностью занят вытянутой таблицей. Двумя десятками таблиц, закреплёнными друг за другом. Найти нужную удалось быстро – все группы были названы по имени куратора. Согласно расписанию, их первым занятием было чтение в аудитории Дельта.

- Нам пока везёт. Это аудитория, где летом проводился мой тестовый урок, – Дейн прищурился, припоминая дорогу.

- Это что, мы даже позавтракать успеем?

Отдельное объявление сообщало, что завтрак, обед и ужин проходят в залах Атриума в девять утра, час дня и шесть вечера соответственно. Когда Дейн и Кента спустились в зал, там уже было достаточно многолюдно. Еда в этот раз ожидаемо оказалась проще – тосты, каши, чай и пирожки. Зато им попалось много свободных мест – часть студентов предпочитала завтракать на скамьях амфитеатра. Кента хотел последовать их примеру и забраться с тостами куда-нибудь на верхние ряды, но Дейн эту инициативу не поддержал, и, как вскоре выяснилось, был прав.

Дорогу он запомнил не настолько хорошо, как предполагал. Порог аудитории они переступили за пять минут до начала занятия. К этому моменту в большой зелёной аудитории уже собралось около двух десятков студентов. Среди прочих Дейн узнал Лекс, которая одолжила ему летом словарь. Они помахали друг другу. Кента помахал за компанию.

Ровно в десять из двери у камина, скрывавшейся до этого за плотными зарослями плюща, вышла профессор Руфим. Вот об этом Дейн успел забыть. Летом Раксли упоминал, кому принадлежит это аудитория, но, конечно, тогда он не придал этому никакого значения.

- Доброе утро, молодые люди! – Руфим остановилась прямо перед камином. – Напомню, меня зовут Са́лли Руфим. Вы находитесь в моей аудитории, и ближайшие четыре месяца мы проведём за увлекательным процессом…

Голос Руфим прервался. Из коридора доносились быстро приближавшиеся шаги бегущего человека. В дверях появился лохматый с помятым лицом Рэй.

- Простите, профессор, я заблудился, – он тяжело дышал, а в глазах ясно читалась паника.

- Вы господин…

- Рэй. Рэ́йзор. Хошира́ма Рэ́йзор.

– Вы проспали, господин Хошира́ма. Присаживайтесь. В конце занятия, я сообщу вам штрафное задание.

Рэй обрадованно занял ближайшее к нему свободное место.

- Я надеюсь, подобное в этой аудитории не повторится, – Руфим скрестила на груди руки и прошлась взглядом по каждому, кто не успел отвести глаза. – Вы должны хорошо понимать – единственный кому тут есть дело до ваших знаний – это вы. Я могу подтолкнуть вас. Раз, возможно, два. Но рано или поздно, в отсутствии внутренней дисциплины, вы отстанете от курса настолько, что ваше пребывание в стенах этого кабинета потеряет смысл. А значит и в стенах академии.

Рэй покраснел, Кента побледнел, а Дейн посочувствовал Широйе, который попал под кураторство Руфим. Митцуя на её фоне казался совсем даже неплохим вариантом.

- Но давайте перейдём к приятному, – голос Руфим чуть заметно смягчился. – Расскажите мне о последней книге, которую вы прочитали.

Кента сполз по дивану, стараясь в него врасти. Его представления о приятном с видением Руфим явно не совпадали.

- Вы молодой человек, – Руфим повернулась к нему, и стало очевидно, что чем более никчёмно выглядел студент, тем больше интереса он для неё представлял.

Кента сел ровнее и в панике покосился на Дейна.

Молчание затянулось.

- Прекратите. Хоть что-то вы должны были читать. Вспоминайте.

Взгляд Кенты устремился в пустоту.

- С-сказ-ки?

Он сглотнул. Аудитория засмеялась. Руфим кивнула.

- Сказки. Отлично. Нам подходит. К вам мы вернёмся позже.

Кента расширил глаза, Дейн только пожал плечами.

- Господин Хоширама?

Рэй закачал головой, как будто заранее догадывался, что будет следующим.

- А учебники считаются?

Дейн посмотрел на Кенту. Тот отрицательно покачал головой – даже, если бы учебники считались, они бы его не спасли.

Руфим заинтересованно подняла бровь.

- Нет. Но всё же расскажите.

Рэй снова кивнул – больше сам себе.

- Из учебников, была базовая грамматика английского, а не из учебников… – он закатил глаза.

- Сказки всё ещё считаются, – по голосу Руфим сложно было сказать сохраняет ли она свою привычную строгость или хочет поиздеваться.

Рэй нервно улыбнулся.

- Да нет. Я правда что-то читал.

Он запустил пальцы в волосы и почесал ими лоб.

– Мифы Греции точно читал. Древней.

- Интересно. А мы растём. Возможно, кто-то знаком с эпосом о Гильгамеше? Хотя бы с названием.

Руки Лекс и ещё двух девушек поднялись в воздух.

- У нас собралась хорошая компания, – Руфим медленно обвела всех взглядом.

В конечном счёте она заставила каждого по очереди представиться и назвать хотя бы что-то из того, что он читал. Опрос показал, что начитанность половины группы была немногим лучше Кенты и Рэя. Вторая половина хотя что-то и читала, делала это редко. Дейн со своими семью книгами, прочитанными по школьной программе, оказался в числе вторых.

- Отлично, теперь, когда мы познакомились, давайте обсудим наши занятия.

К этому моменту от урока прошло двадцать минут и ничего связанного с языками ещё не обсуждалось.

- Прямо сейчас мы с вами находимся на практикуме. Здесь мы работаем в формате малой группы. Двух групп в нашем случае. По вторникам и пятницам мы будем заниматься в читальном зале в составе пяти групп. Практикумы предназначены для обсуждения прочитанного в рамках общих занятий. Так как их вы ещё не посещали, сегодня мы используем это время для обсуждения прочитанного вами ранее.

Кента сжал губы и уставился в пол, а Дейн сдерживал смех, предвкушая весёлое зрелище.

- Извините, профессор! – девушка с двумя пучками на голове подняла руку. – А имеет ли это смысл? Если мы читали их на родном языке?

- Хороший вопрос, госпожа… Ю́ми, верно? Имеет, – Руфим отошла от камина и, скрестив руки за спиной, медленно начала обходить аудиторию. – Меньшее – мы не потратим время бесцельно. Однако, главное! Язык, культура и мышление родственны друг другу. Понимать значения слов – важно. Но видеть смыслы в их сочетании и направленный нам посыл красивой фразы, а за ней и целого повествования – ни это ли является истинной целью общения?

Неожиданно урок чтения превратился в обсуждение того, как строятся истории, зачем их рассказывают, и откуда тянутся их истоки.

***

- А мне даже понравилось.

Кента говорил полушёпотом, потому что профессор Руфим решила самостоятельно отвести их в лекторий, где должно было пройти следующее занятие.

- Конечно. Мы же весь урок только болтали. В этом ты бы сам профессором стал.

- Кто-то считает это талантом.

- Ты?

Руфим остановилась перед высокими арочным проходом.

- Занятия по грамматике проводятся за этими дверьми. Можете занять места, или же погулять по замку. Пока есть время.

Руфим зашагала в обратном направлении. Перерыв между уроками составлял пол часа. С учётом перемещений по замку это было резонно. Сейчас дорога заняла десять минут, но их сопровождала Руфим, без неё все блуждали бы гораздо дольше. Гулять никто не надумал.

Новый лекторий значительно отличался от вчерашнего. По размеру он был значительно меньше. Здесь преобладал тёмный камень и от этого пространство казалось ещё уже. В то же время тут было много зелени и массивных деревянных балок, отчего, в каком-то смысле, лекторий выглядел даже уютнее.

Девушка с длинными волнистыми волосами, оттенком напоминавшие сине-зелёные волосы Митцуи, но более яркими, стояла за преподавательской кафедрой и с улыбкой приветствовала прибывавших студентов. До начала занятия она ничего не говорила, но как только часы показали половину двенадцатого, её рука ударила в колокольчик. Пока тот, издавал протяжный звон, она закрыла двери.

- Приветствую всех в своём с лектории, – голос девушки, как и её коллеги вчера в Атриуме, был усилен. – Меня зовут Скай. Я буду вести ваш курс по грамматике. Эти занятия проходят в широком лекционном формате. Сейчас здесь находятся пять групп, поэтому я попрошу вас соблюдать тишину.

В сравнении с Руфим её манера речи была совсем мягкой, почти дружеской.

- На столах перед вами лежат табулы. Пожалуйста, впишите в них своё имя. Они будут нужны нам в ходе занятия.

- Что-то знакомое, да? – Кента вертел мутно-белый стеклянный прямоугольник.

- Ну. Эти побольше, – Дейн извлёк из верхней части перо. В памяти пробудились летние воспоминания с гонкой по замку из-за его недогадливости.

- Главное, чтобы больше без загадок.

Дейн согласно кивнул и тут же поднял взгляд. За профессором Скай опускался похожий на занавес огромный прозрачный экран.

- Сейчас вам нужно будет меня послушать. Записывать не надо – всё, о чём я буду рассказывать, содержится в ваших учебниках. Задача этих лекций – дать вам понимание логики языка и его закономерностей. Периодически в ваших табулах будут появляться задания. Они нужны, чтобы и вы и я понимали, насколько тема вам ясна. Второе занятие на этой неделе будет проходить в формате практикума. Там мы разберём ваши вопросы и возможные ошибки. А теперь я прошу вас сосредоточиться.

Скай улыбнулась, взмахнула ладонью и на экране, который в итоге опустился до самого пола, появился большой заголовок с темой занятия: "Построение предложений". Звучало скучно, но сейчас эта надпись буквально висела в воздухе посреди просторного мрачного каменного зала. Это наделяло её чем-то таинственным, стоящим изучения. Даже Кента выпрямился и приготовился слушать.

Скай начала свой рассказ. Всё, что она произносила, иллюстрировалось невидимым художником: на экране появлялись и исчезали схемы, таблицы и примеры. Сине-зелёные и фиолетовые символы, творили свою странную магию, превращая привычные правила в подобие заклинаний. Как будто всё то, что было рассказано уже с десяток раз, повторялось, но в совершенно новой изящной форме. И это работало.

Пять десятков перьев выводили фразы, которые просила составить Скай. Дейн с лёгкостью справлялся со всеми упражнениями. Возможно, потому что сам достаточно неплохо разбирался в теме, а, может, потому, что объяснения и правда были понятны. Существовала и ещё одна очень удобная особенность: все задания проверялись автоматически. Мягкая зелёная обводка, отмечавшая верные ответы, доставляла Дейну отдельное эстетическое удовольствие. А вот боковым зрением он мог наблюдать радугу.

– Подчеркнуло оранжевым. Это что вообще значит? – Кента двумя руками держался за лоб, обессилено вздыхая.

Дейн наклонился, пытаясь разобрать его записи, но тут же поймал строгий взгляд Скай – подсказки тут не приветствовались.

Покидая через час лекторий, все разнились в своих впечатлениях. Кто-то был доволен лёгким и понятным началом обучения, в то время, как другие сокрушались над списком вопросов, которые предстояло проработать к следующему занятию. В конце урока, табула Дейна выдала ему ободряющее напутствие, сообщавшее, что он молодец. Табула Кенты сделала то же, но к пожеланиям приложила список тем для повторного изучения.

- А ты что так радуешься? – Кента недовольно закинул учебник в сумку. – Тебе мне это всё объяснять.

- Мы не так близко знакомы. Я не готов.

Между второй и третьей парами весь замок собрался в Атриуме на обед. Со свободными местами снова наблюдались проблемы, из-за чего очень многие набирали подносы и уходили с ними в амфитеатр – подальше от основной толпы. На этот раз Кента уговорил Дейна поступить так же – по его уверениям, у него разболелась голова. Покончив с котлетами, он подложил сумку под голову и вытянулся на лавке во весь рост, проведя в этом положении остаток обеда.

Третья пара обещала быть самой интересной – говорение в кабинете Митцуи. Оказалось, что это занятие было рассчитано только на одну группу, а значит, Дейн впервые мог рассмотреть с кем именно, ему предстояло обучаться ближайшие месяцы. Кроме них с Кентой ещё восемь человек разместились на зелёных диванах – пять девушек и три парня. Помимо Лекс, Дейн заметил ещё одного знакомого – парня казаха, который летом прошёл благодаря винограду. На уроке Руфим он представлялся как А́нкер. Здесь же была и Ю́ми – девушка с двумя пучками.

Митцуя сидел в кресле с кружкой чая.

- Угощайтесь, – он дружелюбно улыбнулся.

На столе, как и тогда в июле, стояли белые чашки и дымящийся чайник.

- Спасибо, мы только…

- Чай-чаёчек, – Дейн не дал Кенте договорить, и направился к столу.

Митцуя одобрительно кивнул.

- Ну что, все в сборе? Предложение – начнём пораньше – пораньше отпущу.

Десять голов активно замахали, выражая согласие.

- Отлично! – Митцуя поставил кружку и поднялся. Он обошёл своё кресло и опёрся локтями на его спинку. – С этого дня вы вдесятером составляете одну группу. Под моим руководством. В рамках обучения это мало на что влияет, но вот на дайвах бывает важно, кто в твоей команде.

- Дайвах? – А́нкер поправил сползшие очки и нахмурился.

- Ага. Ну об этом не сегодня. На неделе увидите, – Митцуя закатил глаза, что-то припоминая. – Я это к чему. Старайтесь помогать друг другу, но рассчитывайте только на себя, – его взгляд задержался на Кенте, Анкере и постоянно улыбавшемся рыжем парне. – Кстати, как вам первые уроки?

Мнения разделились. Кому-то показалось слишком легко, кто-то уклончиво сообщил, что пока есть кое-какие сложности.

- Как и ожидалось, – Митцуя понимающе кивал. – Это нормально. В вопросе языков самое главное – практика. Вы потом сами решите, повезло вам или нет, но вести её у вас буду я.

Его хитрая улыбка вернулась на своё привычное место. Он растёр ладони, сжал их в замок и вышел вперёд.

- Привет, меня зовут Акира Митцуя. Я бы хотел познакомиться с вами.

Каждое слово, что он произносил, было на английском. Дейн усмехнулся – после занятия в деревне он готов был познакомиться на английском с любым, кто разбудит его посреди ночи. Он посмотрел по сторонам. Кто-то резко выпрямился приготовившись к ответу, кто-то опустил голову. Кента сверлил глазами пол, а Анкер, перед которым остановился Митцуя, замер, боясь вдохнуть.

- Я… Я из Казахстана. У меня большая семья…

На одном дыхании он выдал целый рассказ.

- Прекрасный ответ! Спасибо, Анкер.

Дейн впервые увидел в Митцуе учителя. Сейчас в нём не было привычной хитрости и позёрства. Он действительно старался разговорить каждого, задавая наводящие вопросы, выбирая более простые слова, или давая ненавязчивые подсказки. Получалось не очень быстро, зато эффективно. Под конец, даже Кента, которого пришлось пропустить в первом кругу, смог сам произнести целых пять предложений, честно повторённых за остальными.

Кабинет все покидали в приподнятом настроении. Во-первых, Митцуя буквально заставил каждого справиться с заданием, что подняло общий моральный дух, а, во-вторых, его урок был на сегодня последним. Даже сообщение о том, что первокурсникам запрещено покидать территорию замка, никак не омрачило их настрой – первый рубеж был пройден. Наконец-то можно было вернуться в спальни, разобрать вещи и попросту перевести дыхание.

- Как же я устал. Сейчас упаду на кровать и просплю до самого ужина, – Кента зевнул и широко потянулся.

- Не угадал.

- А?

- Сейчас ты достанешь карточку… табулу… с грамматикой… и будешь исправлять свой гербарий.

- А?

- Всё, что у тебя цветами перечёркнуто, будешь исправлять, пока в голове ещё что-то есть, – Дейн отвесил ему воображаемый удар по макушке.

- Так там ничего нет.

- Пока ещё есть. Спасибо Митцуе. Но это ненадолго, надо спешить.

Кента скривил губы:

- Когда я говорил про помощь, имелось ввиду не это.

Дейн довольно убрал руки в карманы штанов.

Спустя час Кента смотрел на свою переливавшуюся зелёным табулу со смесью, гордости и величайшей усталости. Ужин восполнил какие-то силы, но их хватило только на то, чтобы обойти крыло со спальнями. Через каждые несколько комнат им встречалась зона отдыха, а примерно посередине вместо диванов и каминов пустой коридор уводил на неширокую лестницу. Та, в свою очередь, вела на этаж под спальнями, напоминавший огромный подвал.

Технически он вряд ли мог считаться подвалом, так как находился на высоте четвёртого-пятого этажей, но сильно его напоминал: стены из серо-зелёного камня бликовали наростами сланца, а в некоторых местах они буквально поросли мхом. Красивый, мягкий он… светился. Дейн подумал, что ему показалось, но чем хуже редкие настенные фонари рассеивали здешний полумрак, тем заметнее это бросалось в глаза. В самых тёмных коридорах, различить дорогу помогало только его голубовато-салатовое мерцание. Единственным напоминанием, что они всё ещё над поверхностью земли были вытянутые витражные окна. Разглядеть сквозь них хоть что-то было невозможно, но, зато, они пропускали какой-никакой свет.

Прогулка по этому странному месту стала отдельным приключением: узкие коридоры выстраивались в самый настоящий лабиринт. Ванные, уборные и прачечные комнаты расположились в нём в причудливой последовательности, логику которой Дейн надеялся постичь когда-нибудь в будущем – этот день и без того оказался слишком длинным.

- Атмосферненько, – он облокотился на жаброподобные развесистые уши небольшого каменного дракона.

- Ага. Я даже спать перехотел, – Кента поправил чёлку, склонившись перед мутноватым вытянутым зеркалом над одной из раковин.

- Это ненадолго. Подожди, пока доберёшься до подушки.

- Ты время видел? Вообще-то уже как раз пора.

Кента был прав. К девяти вечера солнце успело скрыться за горами. Сегодня они решили лечь пораньше, чтобы выспаться настолько, насколько это вообще было возможно.

Глава 22

Утром второго учебного дня уши Дейна были в безопасности. Он проснулся раньше официального подъёма и просто валялся в кровати. Очень скоро негромкий, но дружный птичий хор сообщил, что наступило девять утра. Все занятия в расписании на сегодня были новыми – день обещал быть интересным.

- Аудирование, письмо и чтение. Почему это звучит так скучно? – Кента пытался насадить горошек на вилку. – Мы разве не в волшебной академии учимся?

- Вообще в языковой, – Дейн одним движением отправил остатки омлета себе в рот.

По лицу Кенты можно было предположить, что ему обещали иное.

- Ну, в пригласительном письме вроде упоминались два дополнительных предмета. Может там будет что-то понеобычнее.

- Главное, чтобы это не оказались математика и культура речи.

Лекторий профессора Та́йли, которая вела занятия по аудированию, как и следовало ожидать, отличался от всех предыдущих. Чем-то он походил на кабинет Руфим – круглая светлая комната, только сидения, обитые мягким пружинящим материалом, располагались тут в три яруса, а место камина занимала небольшая кафедра. Самым важным, однако, здесь было расположение – на самой вершине узкой башни. Высокие окна в пол, привычно заменяли стены, и даже конусообразный потолок пропускал солнечный свет. Походило на то, что он был выложен из толстого затемнённого стекла.

- Дейн!

Кента подпрыгнул на месте, тыча пальцем куда-то вниз.

- А если не орать?

- Пол!

- Это лава?

Дейн запрыгнул на первый ярус сидений и сразу опустился на ближайшее свободное, изобразив широкую улыбку. Кента приоткрыл рот, и в два прыжка оказался на втором ярусе, прямо за его спиной.

Палец Кенты медленно проплыл мимо носа Дейна, продолжая указывать вниз:

- Стеклянный.

Дейн прищурился. Спираль лестницы, которая привела их сюда, живописно извивалась прямо под ними.

- Хммм. Прикольно.

- Мы на седьмом этаже, – голос Кенты над левым ухом Дейна превратился в таинственный шёпот.

Дейн нахмурился и постучал правой ногой по ступеням: они были выполнены из того же мутно-серого материала, что пол и потолок. Глухой звук внушил надежду на толщину или хотя бы прочность того, чем бы оно ни было.

- Не бойся, я с тобой, – Кента ещё одним прыжком опустился на место слева от Дейна.

Аудитория быстро заполнялась студентами трёх групп – Митцуи, Руфим и Фло́ранс. Дейн заметил знакомое лицо: Широйя в своём неизменном капюшоне, убрав руки в карманы толстовки, неспешно переступил последнюю ступень, с интересом оглядев кабинет.

Профессор Та́йли появилась за несколько минут до начала занятия. Куратор группы Рэя оказалась милой девушкой с добродушным лицом – большие блестящие глаза светились дружелюбием, а золотые волнистые локоны весело подпрыгивали на её плечах при каждом шаге.

- Доброе утро! – Тайли задорно улыбнулась и заняла своё место за кафедрой. – Я профессор Тайли. Буду преподавать вам аудирование в ближайшем семестре.

Тайли изобразила небольшой реверанс.

- Я надеюсь, мы вместе проведём четыре занимательных месяца.

Тайли подмигнула – почти так же, как это делал Митцуя. Взмах её правой руки выглядел как ещё один изящный реверанс, но за ним последовало то, что вызвало удивлённые возгласы всей аудитории.

Светлая дымка окутала кабинет и, быстро рассеявшись, открыла им красивый средневековый город. В самом прямом понимании. Опоры крыши превратились в столбы огромной ротонды. Позади появилось старинное готическое здание, похожее на ратушу. С разных сторон сюда вели длинные улицы, заполненные спешившими по своим делам горожанами.

Вернее было бы сказать, что кабинет не превращался в ротонду – он всё так же оставался собой, но вот там, где недавно были окна, сейчас находились широкие проёмы, переступи их – и ты уже стоишь на мостовой. На месте потолка плыли белые кучевые облака, а под ногами можно было разглядеть глубокие трещины, рассекавшие незамысловатый мраморный узор.

Дуновение ветра сбило зачёсанную чёлку Дейна ему на глаза. Вместе с ним в нос ударил запах восточных приправ, принесённый со стороны рынка по другую сторону площади.

Ладонь Тайли на несколько мгновений задержалась в воздухе и плавно опустилась к её лицу, показав знак "тише". Профессор кивнула в сторону и все повернулись за ней.

Молодая семья с тремя детьми остановилась перед широкой лестницей «ратуши». Встречавшие их двое мужчин – постарше и помоложе, услужливо поклонились. Две компании поприветствовали друг друга. Разумеется, на английском. Многие в лектории-ротонде с энтузиазмом заёрзали – такой урок аудирования пришёлся им по душе. Кента, под ухмылку Дейна, состроил страдальческое лицо.

- Не бойся, я с тобой, – смеющийся шёпот Дейна прозвучал у него над ухом.

Без особых проблем получилось разобрать, что семья прибыла в этот город совсем недавно и мечтала построить тут счастливую жизнь, а мужчина, очевидно служащий ратуши, с энтузиазмом, присущим героям всех классических учебных пособий, обещал им в этом всячески помочь. Парень, оказавшийся его сыном, сопровождал его, очевидно лишь для того, чтобы вопросы про родственные связи повторились как можно чаще, и у Кенты был шанс их запомнить.

Впрочем, трудности возникли не только у него. Рассчитывавшая на такой расклад Тайли с пониманием улыбнулась и изобразила указательным пальцем подобие спирали. Пространство вокруг послушно поддалось, превратившись в вихрь из цветов и звуков. Несколько секунд – и доброжелательный служащий ратуши снова приветственно машет показавшейся из-за поворота молодой семье.

Дейн подтолкнул Кенту плечом, чтобы тот сосредоточился и слушал. Судя по его кивавшей время от времени голове, какие-то плоды это даже дало, правда радоваться было рано. Разумеется, одного понимания оказалось недостаточно. Ограничившись тремя прослушиваниями семейных деревьев двух семей, Тайли позволила тем разойтись по своим делам и с энтузиазмом принялась расспрашивать класс. Конечно же, на английском. Забросав их вопросами об услышанном, она перешла к тому, что неизбежным роком обещало преследовать первокурсников всю ближайшую неделю – знакомству и рассказам о себе.

Кента, который после тренировок с Митцуей смог кое-как представиться, впал в оцепенение после вопроса о его родственниках. Всё, что Тайли получилось из него выпытать – это существование в семье мамы и папы. Возможно, причиной стало именного его печальное, покрывшееся красными пятнами лицо, но, так или иначе, Тайли наконец-то закончила со знакомствами и обратилась с вопросом ко всему классу.

- Пожалуйста, поднимите руку, если вам понравилась семья господина Со́ммери.

- А кто хотел бы пожить в этом городе какое-то время?

Чем больше вопросов задавала Тайли, тем слабее становилась её улыбка.

- Вы ребята… Ло́ча и… Широйя, да?

Широйя благодушно кивнул.

- Вы не поднимаете руки. Почему?

Выждав, вероятно в надежде, что вопрос будет риторическим, Широйя заговорил первым:

- Мне… Всё равно.

Он усмехнулся, то ли пытаясь казаться дружелюбнее, то ли довольный своим ответом.

- А вы?

Тайли, которой такой ход беседы явно не понравился, повернулась ко второму парню.

В отличии от Широйи, его лицо, частично скрытое под копной густых каштановых волос, не выражало буквально ничего. Большие тёмные глаза не мигая смотрели куда-то в стену. Наконец, он перевёл взгляд на Тайли.

- Мне тоже.

Ровный тон голоса не выдал ни раздражения, ни уважения. Скорее, в нём слышалась скука. Кента повернулся к Дейну, спрашивая глазами: "Что тут происходит?"

- Что ж, давайте немного порассуждаем! – Тайли снова повеселела. – Возьмём, скажем, переезд из деревни в город. Эта идея кажется вам удачной, или же, скорее, нет?

- Зависит от обстоятельств, – первым снова заговорил Широйя. – Всё, что мы знаем – это их имена. И что у них был большой дом. Я понятия не имею – зря они его продали или не зря.

Широйя неспешно растягивал слова, отчего звучал скорее философски, чем агрессивно.

- Хорошо. Вы заставляете нас всех забежать немного вперёд. Но… Почему бы и нет, верно?

Тайли снова взмахнула рукой, и белый туман превратил ротонду в деревенский амбар, разве что с одними столбами – без стен. Под ногами мягко приминалась сухая солома. Старшие Соммери стояли неподалёку у плетёной изгороди и болтали через неё с соседями, пока младшие играли в прятки вокруг большого повидавшего жизнь деревянного дома. Воздух наполнился запахом свежескошенной травы и вечерним стрекотом цикад.

- Мы должны были перенестись в эту часть истории только на следующем уроке, но, кажется, сейчас она может нам помочь.

Тайли присела на высокий стул, скрывавшийся за кафедрой.

- Сейчас бы вы смогли ответить на тот вопрос, Широйя?

- Трудно сказать. Обстоятельств всё равно много, – Широйя наклонился вперёд, уперев подбородок на согнутые в локтях руки. – Но я бы отсюда, наверное, не уезжал.

Тайли улыбнулась и снова повернулась ко второму парню.

- А как насчёт вас, Ло́ча?

- К сожалению... Мне по-прежнему всё равно. Профессор.

Прошло несколько мгновений, и он добавил:

- Если вам нужно, чтобы я высказал какую-то мысль ради языковой практики, я могу придумать ответ.

- Идея хорошая…. Но, у меня только что появилась другая.

В роще неподалёку запела птица. Тайли рассмеялась, повернулась в её сторону и прищурилась из-за ударивших в лицо лучей вечернего солнца. Когда песня закончилась, взмах руки развеял деревенское поселение в дымке. Его место заняли просыпавшиеся далеко внизу зелёные луга академии.

Тайли облокотилась на кафедру. Она обвела взглядом аудиторию, остановившись на Лоче:

- Расскажите мне о ваших мыслях. Сейчас. Вы ведь тоже в некотором роде переехали? Пусть и на какое-то время. Что вы об этом думаете?

Лицо Лочи стало задумчивым.

- Сложно сказать. Судить ещё рано. Это... Интересный опыт. Но в какой-то мере... опасный.

Лоча говорил спокойно и монотонно, но профессор Тайли снова помрачнела.

- Академия вас пугает?

Её голос умудрялся оставаться тёплым и даже успокаивающим.

- Я думаю она должна пугать. Здесь происходит то, что находится за пределами обычной жизни. Это интересно. Но нужно время... чтобы привыкнуть... и понять... Что в итоге из себя представляет этот замок. А что лишь слухи.

- О! Вы уже наслышаны о местных легендах? Похвально! Но когда же вы успели?

- Часто те, кто мало говорят, много слушают, профессор.

Ответ пришёл раньше, чем Лоча успел его дать.

- Вам тоже ближе молчание, Широйя?

- Чтобы много говорить, нужно иметь тех, кто стал бы это слушать. Хотя в моём случае вернее сказать, что не так много людей хотели бы слушать, то, что я говорю.

Широйя, как и многие в лектории, засмеялся.

- Но вас это не останавливает? – профессор Руфим неспешно переступила порог лектория.

- Не останавливает, – Широйя улыбнулся и одними глазами кивнул.

Руфим протянула Тайли принесённую с собой стопку документов.

- Доброе утро, класс!

- Доброе утро, профессор Руфим!

Приветствия её подопечных прозвучали громче остальных.

- Раз уж мы встретились, я бы хотела попросить группы, у которых сегодня в расписании стоит чтение, прийти немного раньше. Вас там будет больше пяти десятков человек и каждому нужно будет расписаться за получение книг, так что... Это в ваших же интересах. Опоздавшие на урок будут оштрафованы. Или не допущены. Вероятнее сразу оба варианта.

Руфим окинула студентов строгим взглядом, попрощалась с Тайли и покинула кабинет.

- Я бы прислушалась к этому совету, – Тайли шутливо расширила глаза и покачала головой. – Что ж, может кто-то ещё расскажет о своих мыслях. Есть ли среди вас те, кто был рад переезду?

Сразу пару десятков рук поднялись в воздух.

- Дейн? Расскажите ваши мысли?

- Ммм. Да, конечно.

Дейн в панике обернулся на Кенту. Говорить о себе оказалось гораздо страшнее, чем отвечать на вопросы по заданию.

- Мне кажется, это волшебное место...

Кента громко хмыкнул, а Дейн неловко усмехнулся.

- Я имею ввиду в другом смысле. Здесь здорово. Красиво, интересно. Много хороших людей... мне кажется.

Лицо Тайли просияло, а глаза загорелись радостным блеском.

- Какие чудесные слова! Вы знаете, Фэйбэл создавался ради этого.

Сквозь приоткрытые окна подул свежий утренний ветер. Лучи поднимавшегося солнца достигли нижнего ряда студентов.

- На́йтери. Вы, кажется, кивали, соглашаясь с мнением Дейна?

Парень с взъерошенным ёжиком на голове, сидевший справа от Лочи вздрогнул.

- Да. Профессор. Я думаю тут больше возможностей. Лучше атмосфера для обучения... И жизни.

- Тут многие помогают друг другу, – голос подал Кента, дождавшийся своей любимой стадии уроков. Разговаривать на своём языке ему нравилось гораздо больше, чем на иностранном.

- О. Это правда, – профессор Тайли, растерявшаяся после ответа На́йтери, оживилась. – Это на самом деле очень важно – знать, что вам помогут. Мне бы хотелось, чтобы вы помнили это. В стенах Фэйбэла вы не одни. Если понадобится, вы всегда можете подойти ко мне. Неважно из какой вы группы – вы все мои студенты.

Глава 23

– Вы дальше на письмо? К Фло́ранс?

Светленькая девушка с заколотой набок чёлкой помахала Дейну и Кенте, когда те пытались прикинуть, поворот в какой из коридоров окажется меньшей ошибкой. Услышав вопрос, они утвердительно закивали. Дейн припомнил, что на занятии она болтала даже больше Кенты и представлялась как Ким.

- Вам налево, – девушка, дружелюбно улыбнулась. – Это наша куратор, она такая же милая, как и профессор Тайли. Передавайте ей привет.

Последние слова Ким выкрикивала, догоняя свою группу, которую замыкали спины Лочи и Найтери. Очень скоро они скрылись за поворотом. Две оставшиеся группы Митцуи и Руфим всё ещё топтались на площадке под лекторием профессора Тайли. Рассуждения о том, какая она хорошая, перемежались со спорами о том, каким путём попасть в юго-восточную часть замка, где должно было проходить следующее занятие. Широйя неспешно обвёл площадку взглядом, вздохнул, поправил капюшон и в одиночестве направился вниз по лестнице, доставая на ходу новую пачку орешков.

Четверть часа спустя большая галдящая компания из двух групп чуть не налетела на третью, столпившуюся в небольшом коридоре перед светло-зелёной арочной дверью, украшенной витиеватыми узорами. Группа профессора Тайли, в которой числился Рэй, прибыла на занятие первой и стояла в раздумьях – заходить или ждать начала урока.

- Вижу все уже в сборе?

Звонкий голос принадлежал улыбавшейся девушке лет двадцати пяти. В чёрную профессорскую мантию были вшиты жёлтые атласные ленты, красиво перекликавшиеся с её длинными золотистыми кудрями. Кто-то в толпе восторженно ахнул.

- Начинаем через десять минут, – профессор Флоранс открыла дверь своего кабинета и пригласила всех проследовать за ней.

Прежде, чем первые студенты успели зайти внутрь, их встретило дуновение ветра, принёсшее за собой приятный цветочный аромат.

- Это точно лекторий? – Кента пригнулся, проходя низко под свисавшими сиреневыми глициниями.

- Похоже на террасу.

- Или балкон...

Вместо внешней стены, так же, как и у Митцуи, тут была только высокая аркада. Расположение на втором этаже открывало живописный вид на кроны деревьев и склон холма, круто уходивший к протекавшей в его низине реке.

- Садись с краю, – Дейн подвинулся, освобождая место для прохода.

- Я думал тебе нравится сидеть у окна, – Кента удивлённо приподнял брови, но воспользовался предложением.

- Если тебя снова начнут расспрашивать о родственниках и увлечениях, сможешь сбежать. До земли метра три – в самый раз.

Кента перегнулся через каменный парапет:

- Побольше мне кажется. Но есть кусты.

Из-за расположения парт в форме амфитеатра кабинет напоминал лекторий профессора Скай, где вчерашним утром проходило занятие по грамматике, но на этом их сходство заканчивалось. Эта аудитория была меньше в размерах и намного, намного светлее. Если вчера студентов встретили уютный полумрак, тёмно-зелёные вьюны и большие кустистые папоротники, то тут царила атмосфера разгара весны. Из больших арочных проёмов в аудиторию падали тёплый солнечный свет, на встречу которому поворачивали свои бутоны десятки, а может и сотни цветов. Одиночные и кустистые, в горшках, вытянутых кадках, даже на стенах и потолке – они были тут повсюду.

- Или сад...

- Сад должен расти на земле. – Дейн подпёр рукой подбородок, рассматривая розовые пионы, покачивавшиеся на ветру прямо перед его носом.

- Оранжерея получается?

- Ага.

Кента ударил пальцем по самому большому бутону так, что тот отпружинил в сторону Дейна. Тот лениво уклонился:

- Как думаешь, Флоранс её при рождении назвали, и поэтому она решила, что любит цветы, или она сначала их полюбила, а потом придумала себе псевдоним?

- Я думаю от цветов она без ума, – Кенте наскучило играть с кустом и он откинулся назад. – Но, наверное, это ник. Что-то вроде тех, что у нас.

Дейн скосил взгляд в сторону преподавательского стола:

- Я про это не задумывался. У нас вообще были профессора с нормальными именами?

- Нуу... «Нормальный» понятие относительное.

- Это да.

Дейн откинулся так же, как и Кента. Теперь они с философским видом разглядывали кабинет, будто увидели то, чего там не было раньше.

- Но если это ник... это значит...

Кента посмотрел на Дейна, прищурив глаза – он понял, к чему тот клонит.

- ...что когда-то они были такими же студентами....

- ...как и мы.

- Уважаемые студенты! Занятие начинается.

Флоранс аккуратно ударила в колокольчик, расположенный на краю её длинного вытянутого дугой стола. Занятие по письму далось большинству сложнее, чем грамматика у Скай. Несмотря на всю приветливость Флоранс, её обаяние не могло компенсировать постоянную необходимость нависать над табулой. На большом полукруглом экране сцены знакомства сменялись семейными древами одного героя за другим, и каждый хотел, чтобы его историю задокументировали письменно. Иногда Флоранс задавала свои вопросы, и на них тоже требовался письменный ответ.

***

– Дейн.

- М?

- Помнишь, я ныл на уроках Руфим, Митцуи и Тайли.

- И Скай.

- И Скай.

Дейн вопросительно обернулся на Кенту, поднимавшегося по лестнице позади него.

- Я ещё никогда так не ошибался. Лучше я буду весь урок разговаривать междометиями, чем целый час сидеть носом в стол.

- А ты на что надеялся, когда поступал?

- Сохранить свои пальцы дееспособными.

- Тренируй.

На обед сегодня подавали жареный картофель и мясо, запечённое под сыром и грибами, что значительно повысило настроение и Кенты, и Дейна.

- Фто у наф там фледущее па плану? – Кента потянулся за второй порцией картошки.

Дейн, сидевший напротив, достал из сумки помятый листок, на который он вчера вечером старательно переписал расписание их группы.

- Хорошая новость: после обеда мы полностью свободны…

Кента с подозрением выглянул из-за тарелки:

- Я так понимаю, будет ещё и плохая?

- Угу, – Дейн положил листок на стол. – Вечером у нас занятие…

Кента поперхнулся и закашлялся.

- Нуу, не всё так страшно. Оно по чтению.

Поборов кашель, Кента взял пергамент с расписанием:

- Да за что?

Убедившись, что Дейн не ошибся, он с недовольным лицом вернул ему листок.

***

В шесть вечера Кента появился на пороге комнаты Дейна. Печально вздохнув, он облокотился на угол открытого дверного проёма:

- Поднимайся, нам пора идти умнеть.

- Через час же. Рано ещё.

Лицо Дейна скрылось за книгой, от чтения которой его только что отвлеки.

- Руфим просила прийти пораньше, – Кента чеканил слова всё с той же печалью в голосе. – Нам нужно успеть получить книги поэтому пора выходить, если вместо них не хотим получить штраф.

Договорив, он уставился на Дейна страдающим немигающим взглядом.

***

Общие занятия по чтению проводились для пяти групп, поэтому добрая четверть первокурсников разрознённым строем потянулась к библиотеке.

- Надо было тебе раньше за мной зайти, – Дейн поджал губы, рассматривая поверх голов длинную очередь, столпившуюся на входе. Кента закатил глаза.

Массивная дубовая стойка, за которой летом никого не было, наконец-то, перестала пустовать. Высокий стройный мужчина лет тридцати пяти был одет в сшитый точно по его фигуре серый костюм-тройку. Острые скулы и проницательный взгляд придавали ему вид скорее профессора, чем библиотекаря. Создавалось ощущение, что шум и суета вокруг его совсем не касаются, разве что его пиджак очень быстро отправился на спинку стула. Вокруг и правда становилось душновато.

Мужчина доброжелательно, но сдержанно здоровался с каждым новым студентом, тепрпеливо ждал, пока тот поставит в нужном месте подпись, и выдавал очередной увесистый том.

- "Сборник сказок. Расширенное издание", – Кента зачитал название выданной книги, как только они отошли от стойки.

- Звучит не так страшно, – Дейн ободряюще приобнял Кенту за плечо, попутно повернув его вправо – туда, где широкая лестница, изгибаясь уходила вниз в читальные залы.

***

- Уоу, – оказавшись в полумраке Кента споткнулся.

- Мне кажется или лесом пахнет? – Дейн, удержавший его от падения, всмотрелся в темноту.

- Мы на пятом этаже. Маловероятно.

Внизу показалась узкая полоска оранжевого вечернего света.

- Ты почти угадал…

Клонившиеся к полу ветви, походившие в темноте на лианы, оказались высокой размашистой ивой, встречавшей посетителей на входе. За широкой, обвитой лианами аркой показался лабиринт из каменных дорожек. Они разбегались во все стороны, прорезая причудливый пейзаж из кустистых зарослей, уходивших далеко вниз к вытянутой гигантской дугой аркаде из узких окон. Поднимаясь до самого потолка они превышали человеческий рост в несколько раз. Лучи солнца проскальзывали сквозь них в огромный зал, перекидывая через тенистые проходы светящиеся мосты.

Длинный ряд неровных ступеней уходил к самому низу, постоянно предлагая свернуть то вправо, то влево. Воспользовавшись одной из этих развилок, Дейн и Кента приоткрыли рты. За высокой акацией их встретила небольшая, поросшая мхом площадка. На круглом каменном столе уже расположилась пара томиков "Сборника сказок", а их обладатели с удобством разместились возле небольшого водопада, прямо под зарослями плюща. Уходя дальше, дорожка петляла, открывая новые "полянки", каждая из которых отличалась чем-то от предыдущих. Лианы, папоротники и ивы сменялись деревьями, названия которых Дейн не знал. Со всех сторон доносился топот восторженных первокурсников.

Добравшись до следующей лестницы, которая, как оказалось, вела ко второму выходу из читального зала, Дейн и Кента спустились ниже и снова повернули налево.

- Ручей! – Кента чуть не подпрыгнул на месте.

- Круто! – Дейн перешагнул узкий деревянный мостик.

После небольшой прогулки вдоль импровизированного берега было принято единогласное решение остановиться. Выбранная площадка оказалась примерно посередине зала. С трёх сторон её укрывали плотные широкие лианы. Размашистые ивовые ветви нависали сверху. Ручей в этом месте расширялся, образуя маленький пруд, обрамлённый гладкими валунами.

- Я нарекаю это место – нашим местом, – Кента торжественно положил свой том "Сказок" по центру круглого каменного стола.

- Я утверждаю твоё наречение, – Дейн с той же торжественность положил поверх свою книгу.

Совершив этот ритуал, они упали на имевший форму подковы приземистый неожиданно мягкий диван.

Дейн прислонил к кончику носа палец и указал им вверх. Кента вопросительно прищурился.

- Шум стих. Мы как будто за стеной сидим.

- В принципе, мы за ней и сидим. Только из зарослей. Хотя…

Кента повернулся назад и протянул руку, раздвигая лианы.

- Тут камень, – он с довольным лицом откинулся на спинку дивана и закинул ноги на стол.

Несмотря на угрозы Руфим, опоздавших оказалось так много, что занятие пришлось начать позже времени в расписании. Пока все бродили рассматривая зал и подыскивая место по душе, вокруг раздавался хоть и приглушённый, но неумолкающий гул из голосов и шагов. Теперь же воцарилась настоящая тишина, переплетавшаяся лишь с шелестом листьев и журчанием воды. Впрочем, это, конечно не касалось голоса Руфим. Её указания были слышны так отчётливо, что казалось, её стол располагался всего в паре метров, а не добрых нескольких десятках.

Первым, с чего она начала после торжественного приветствия, стал перечень дополнительных заданий, опоздавшим. За ними последовал нехитрый список правил, которые сводились к заботе о сохранности книг. Ввиду этого гонениям подвергалась еда, с послаблением для напитков. После сообщения о последнем Дейн попросил Кенту, напомнить ему прихватить на следующее занятие чай.

- Что касается самих занятий, – Руфим сделала паузу, ожидая возвращения тишины. – Всё предельно просто.

На этих словах Кента отрицательно закачал головой, давая понять, что какое бы продолжение не последовало, простым оно будет только в голове Руфим.

- Каждую неделю на общих занятиях в читальном зале я буду объявлять вам одну тему. Часто она будет совпадать с разделом из сборников, которые вы сегодня получили. Ваша задача – прочесть одну сказку на заданную тему. Одну. Любую. На ваш вкус. Практические занятия, как некоторым из вас уже известно, будут посвящены обсуждению прочитанного. Тема этой недели – "Путешествие". Прошу, приступайте.

Лицо Кенты говорило само за себя.

- Меня. Выгонят.

Он не мигая смотрел в стол. Дейн вздохнул.

- Отставить панику. На практикуме с нами ещё группа сидит, у тебя там времени не хватит, чтобы успеть провалиться. Ты же кого угодно уболтаешь. Скажешь пару предложений, от тебя отстанут.

- Руфим топит самых тупых. Я первый в очереди.

Кента продолжал буравить стол.

- Мы ещё даже не начали, а ты уже сдался.

Дейн бросил жалостливый взгляд на Кенту и потянулся за своей книгой. Спустя пару минут изучения оглавления он качнул головой:

- Раздел с путешествиями тут так и называется, с этим просто. Но вот по-русски ни слова – это уже проблема.

На какое-то время он снова задумался.

- Нам же одинаковые сказки выбирать не запрещали, да?

В глазах Кенты появилась надежда.

- Хотя... плохая идея. Если Руфим поймёт, что ты рассказываешь то же, что и я, завалит вопросами.

Кента продолжал выжидающе смотреть.

- Предлагаю другой план. Выбираем две сказки – какие-нибудь покороче. Я тебе с твоей помогаю, а там ты уже выезжаешь на харизме.

Кента кивнул.

- И какие возьмём? – он перегнулся через стол, склонившись над раскрытой на оглавлении книгой Дейна.

- Ты же ведь ни слова не понимаешь?

- Ни одного.

- Тогда листай свою – может картинки найдёшь. А мне дай подумать.

- Принято.

Кента придвинул свой экземпляр «Сказок». Какое-то время они листали страницы: Кента лениво и неспешно, Дейн судорожно сверяя разные истории с оглавлением.

- Кажется выбрал. Я возьму вот эту про рыцаря. А твоя будет про море. Там про пиратов и попугая. С ними, наверное, справишься.

Сопровождая слова Дейна, из лиан проступили массивный, сверкающий серебром меч и окошко бойницы замка, а внизу из-за поворота ручья показался маленький кораблик с разорванными чёрными парусами. Спустившись по течению, он достиг пруда и начал плавно кружить вдоль берега. Где-то в кроне ветвей над головой раздался крик птицы, подозрительно напоминавшей попугая.

Кента раскрыл рот, а Дейн расплылся в улыбке:

- Свистать всех наверх?

***

Когда занятие закончилось, солнце успело сесть за горизонт. Длинные полосы лунного света пересекали коридоры, серебристыми дорожками рассекавшими таинственный полумрак. Факелы и камины маленькими маяками подсказывали путь. Из-за неплотно прикрытых окон доносились ночной стрекот и лёгкий ветер, а в Главном Холле под мерный ход часов раздавался звук неспешных шагов.

- Дейн.

- М?

- Я буду стараться. Обещаю.

- Тогда я обещаю тебе помогать.

Глава 24

Утро среды началось с урока письма. Профессор Флоранс напомнила, что её занятия всегда проходят в формате трёх групп, из чего последовала просьба быть ответственнее и усидчивее. Кента уловил только первую часть её напутствия, и, посчитав, что шансы попасть под опрос сокращались тут в три раза, объявил, это хорошей заявкой на его любимый предмет. В середине урока, когда его голова упала на плечо Дейна, он сонно пробубнил, что над любимым предметом ещё подумает.

Второй в расписании стояла грамматика. В отличии от лекционного занятия, на котором в понедельник присутствовали пять групп, сегодня на практикуме сидели только группы Митцуи и профессора Йо́ши. В их числе Дейн узнал своих попутчиков из поезда – Луку и Хаварру.

Поздоровавшись, Скай завела разговор о сложностях в начале обучения, но, после заверений, что всё идёт неплохо, быстро перешла к академической части. Кратко напомнив изучаемую тему, она начала перекрёстный опрос всех без разбору, заставляя их прорабатывать все популярные ошибки, сделанные в бланках в понедельник.

На обеде Кента, примеры ошибок которого упоминались почти весь урок, сидел с красными щеками и несчастными глазами.

- Да ладно тебе. Она же не называла имён, – Дейн пытался его приободрить, но чувствовал, как плохо у него это получается. – Никто не знает, что все эти опусы – твои.

- Скай знает. Ты знаешь. Я знаю. Я туп и никчёмен, – Кента вяло стучал вилкой по кромке тарелки, не притрагиваясь к еде. – От меня нет никакой пользы тут. От меня нет никакой пользы дома. От меня вообще нет никакой пользы. Зачем я родился.

- Чтобы дома тебя обожали родители, а мне тут было нескучно. Пошли, – Дейн отодвинул тарелку и встал из-за стола. – Запихивай в себя котлету, прекращай умирать, и давай разбираться со следующим занятием. Там у нас что-то странное в расписании.

Кента посмотрел на листок, который протягивал Дейн:

- "Дайв"? Это вообще что?

- Митцуя их, кажется, упоминал. И говорил про какие-то занятия, где понадобятся одногруппники или вроде того. Может, это оно.

Дейн махнул головой в сторону выхода из Атриума, показывая, что им пора. Кента апатично пожал плечами, и они направились по череде коридоров к аудитории Альфа.

- Интересно, – Дейн кивком указал на Анкера, который шёл поодаль впереди них. – Мы же ни с кем толком не знакомы. Это не будет проблемой?

- Я на днях общался с Юми и Дэ́нжи. И ещё с Кура́мой вчера за обедом. Вроде неплохие ребята. Хотя, Кура́ма немного диковат. Мне кажется, он побаивается людей.

- О, ну тогда это занятие на тебе. Твоя очередь нас вытягивать.

Кента скосил взгляд в пол, показывая сомнение в этой идее.

- Но если серьёзно. Когда ты успеваешь? Я в лицо не всех ещё узнаю. Про имена молчу. Помню только Анкера и Лекс. И то ещё с лета.

- Закон сохранения энергии. Если я провален в одном, должно быть что-то, в чём я хорош. Юми и Дэ́нжи сидят обычно вместе. Курама ни с кем не общается. Ба́ки общается со всеми. Лекс с Анкером ты помнишь и... Кого-то забыл... Точно, две сестры, близняшки. Такие… светленькие. Дэ́нжи тоже светленькая, но потемнее, и она не близняшка так что не запутаешься.

- Уже запутался. А закон сохранения не так работает. Но спасибо. Я ни слова не запомнил, но всё равно спасибо.

- Юми, ходит с пучками, сидит обычно с Дэнжи, которая светленькая неблизняшка. Кура́ма – нелюдимый лохматый парень. Ба́ки – рыжий...

- Ценю твои попытки, но это бесполезно. Забей.

Кента покачал головой и продолжил зачитывать список себе под нос, успев повторить его несколько раз прежде, чем они достигли кабинета Митцуи.

Глава 25

- Внимательно посмотрите на тех, кто сейчас сидит в этой аудитории.

Дейн наклонился к уху Кенты:

- Началось.

- Как я и обещал ранее, сегодня вам помогут как знание языка, так и тех, с кем вы бок о бок проходите своё обучение.

Митцуя по обыкновению улыбался и пребывал в прекрасном расположении духа.

- Насколько мне известно, пробный урок летом не у всех прошёл гладко. Но, не переживайте. Я буду недалеко и подстрахую в случае чего.

- Мы снова отправляемся в задверье, профессор? – Юми с загоревшимися глазами схватила за руку свою соседку.

- В задверье? – Митцуя усмехнулся. – Мы называем это "дайвами". Но, получается, что так.

Аудитория возбуждённо загудела.

- Пожалуйста, осмотритесь, когда окажитесь внутри. Если не хотите бродить там бесцельно... На задание у вас есть три часа. Заходить будете по одному. Господин Анкер. Прошу.

Растерянный Анкер поправил очки, обернулся на остальных и направился к Митцуе, который ждал его возле простой деревянной двери, скрывавшейся за винтовой лестницей.

- Ах да, чуть не забыл! – Митцуя схватил за плечо Анкера и тот подскочил, остановившись прямо в проходе. – В конце этого месяца будет проходить ваш первый экзамен. Он будет по моему предмету и… э… В общем, если будете проходить дайвы вдумчиво, это поможет на экзамене. Удачи, господин Анкер!

Митцуя так же, как Раксли летом, похлопал его по плечу, и тот, с глазами полными ужаса, шагнул внутрь.

- Следующий – Баки.

- Удачи всем ребят! – рыжеволосый парень показал всем большой палец и с широкой ухмылкой переступил порог вслед за Анкером.

Очередь Дейна наступила сразу после Кенты.

Сквозь щель он заметил лишь деревянные столбы. Шагнув внутрь, он попал в небольшую комнату с бревенчатыми стенами. Столбы, которые увидел Дейн, оказались опорами кровати, на которые обычно крепились балдахины. Балдахина, впрочем, не наблюдалось. Комната была небогатой, но опрятной.

- Так. Ну, по крайней мере, я не в лесу. Уже неплохо.

Сказав это, Дейн удивлённо вскинул брови.

- О, я могу говорить по-русски? И, очевидно, это тут не поможет…

Он запустил пальцы в волосы.

- Что там Митцуя просил? Осмотреться? Ну смотреть тут особо не на что.

Помимо кровати на массивных ножках, стоявшей в центре комнаты, тут имелось всего два предмета мебели – стол у окна и двустворчатый шкаф. Так как стол пустовал, Дейн направился к шкафу.

- Постельное бельё? Надеюсь, это не нам. Задание обещали на три часа.

Дверцы шкафа были быстро закрыты. Бесцельно побродив взглядом по комнате, Дейн остановил его на кровати. Он прищурился. Лист пергамента, похожий на тот, что когда-то летом оставлял Раксли, лежал на коричневом покрывале.

"Приветствую вас на первом Дайве!

Как вам комната? Надеюсь, вы находите её уютной, жаль, задержаться надолго не получится. Зато, у вас есть прекрасная возможность присмотреться к другим гостиницам в городе. Под подушкой лежит путеводитель – пройдитесь по всем вариантам, и заодно попрактикуйтесь в языке.

Удачи!

P.S. Пожалуйста, не возвращайтесь в свой номер до завершения испытания – это выкинет вас из Дайва.

P.P.S. Пожалуйста, вернитесь в свой номер после завершения испытания, это позволит вам покинуть Дайв."

Дейн с сомнением потянулся рукой под подушку. Там он нащупал прямоугольный буклет.

"Лучшие места, чтобы остановиться в Доммигорне".

Каждый разворот предлагал новые варианты. Вскоре Дейн заметил знакомое место – под большим изображением бревенчатой гостиницы со скатной крышей он увидел иллюстрацию поменьше, показывавшую номер, который мог забронировать постоялец: небольшая комната, со столом, шкафом и кроватью с балдахином. Дейн перевёл взгляд выше на массивные кроватные балки.

- Про балдахин враньё.

Он вернулся к буклету и хотел уже перевернуть страницу, когда его привлекло ещё кое-что. Справа внизу, там, где угол страницы был будто бы залит чаем, на коричневой кляксе чернилами была сделана приписка: "Арендатор: Дейнстрэй".

- Ааагаа. Теперь понятно.

Пролистав буклет до конца, чтобы убедиться в своей догадке, Дейн вернулся на первый разворот, где находилась общая карта поселения. Все рекомендуемые постоялые дворы были отмечены на ней звёздочками. Дейн выбрал вариант поближе и убрал буклет во внутренний карман накидки.

Захлопнувшаяся дверь, быстрая пробежка по скрипучей лестнице, пожелание доброго дня румяной даме за стойкой, и вот он уже стоит на залитом солнцем крыльце на краю знакомой площади. Обернувшись, Дейн узнал дверь, которая в прошлый раз вернула его в замок. Теперь он понимал, где находится, и это прибавило ему уверенности.

Первое место должно было быть где-то неподалёку, на одной из прилегающих улиц. Прикрывая глаза от слепящего солнца, Дейн огляделся в поисках нужного поворота.

- Здравствуйте! Могу я задать вам вопрос?

- Конечно! – на приветливом лице пожилого мужчины, опиравшегося на трость, читалась готовность проконсультировать Дейна по всем вопросам, которые тот только мог задать.

- Кто живёт у вас сейчас?

- Много людей, молодой человек.

Дейн растерялся, но быстро придумал решение.

- Кто живёт здесь? – его палец указывал на небольшую картинку с комнатой из буклета.

- Сложно сказать. Память плоха.

Мужчина вежливо улыбнулся, а Дейн прикусил губу – такого ответа стоило ожидать.

- Это парень или девушка?

- Это парень.

Дейн приободрился.

- Он азиат или европеец?

- Европеец.

Настал момент, которого он опасался. Кента и Анкер были азиатами, европейцем был он сам, но он тут не жил. Нужно было вспомнить, кого-то ещё.

- У нас есть, Лекс, у нас есть Юми… и… Да как можно было забыть собственных одногруппников?

Дейн присел на высокий стул возле стойки и, подперев рукой щёку, задумался. Мужчина усмехнулся и принялся протирать полки.

- Он рыжий?

- Рыжий, – трактирщик кивнул.

Дейн с облегчением выдохнул и потянулся за пером, услужливо вложенным в маленькую серебристую подставку на краю стойки.

- Ох… – он поднял на трактирщика растерянный взгляд. – Вы знаете его имя?

- Боюсь, я не могу вам его назвать.

Перо, которое Дейн успел занести над буклетом, упало обратно в подставку.

Вежливо откланявшись, он покинул таверну. Выйдя со двора, Дейн свернул под тень высоких сосен и неспешно побрёл по присыпанной сухой хвоей дороге.

- Я, Кента, Анкер, Лекс, – он начал загибать пальцы, – это четыре человека. Юми… это пять. Светленькая подруга Юми… Которую я, конечно же, не помню, как зовут – шесть…

Дейн с силой выдохнул и прошёлся пальцами от лба к волосам.

- Рыжий парень – семь. А сколько нас всего?

Осознав, что не знает ответа даже на этот вопрос, он понуро посмотрел на приземистое длинное здание вдали. В путеводителе оно было обозначено как постоялый двор госпожи Сардаллы. Без особого энтузиазма Дейн направился к нему.

Несколько вопросов приветливой, но очень занятой госпоже Сардалле дали понять, что тут проживает кто-то из одногруппниц Дейна. Он подозревал, что речь идёт о Юми, потому что вопрос о расовой принадлежности гостьи остался без ответа. Большие раскосые глаза Юми делали её похожей на персонажа мультика, и мало говорили о её корнях, а откуда она приехала Дейн не имел никакого представления. До сих пор он с ней даже не разговаривал. Дейну хотелось проверить свою теорию, но он не знал, как перевести фразу "два пучка на голове". В последний момент, уже в дверях, он решил рискнуть.

- Её зовут Юми?

Сардалла уклончиво улыбнулась.

Дейн вздохнул, подошёл к стойке и взял перо, которое, похоже, предусмотрительно располагалось на виду во всех заведениях. Быстрым движением он подписал внизу страницы "Юми". Задумался, перелистнул страницу назад и сделал ещё одну подпись: "Рыжий парень".

- Вдруг зачтут.

Попрощавшись с госпожой Сардаллой во второй раз, он поспешил к выходу.

Спускаясь вниз по мощённой булыжником дороге, Дейн прикидывал, шансы узнать, всех, кого он помнил, и гадал, зачтут ли ему шесть с половиной ("рыжий парень" был под вопросом) человек из неизвестного общего числа.

Следующая гостиница напоминала маленький трёхэтажный замок. Дейн шагнул внутрь и остановился, привыкая к полумраку.

- Наконец-то! Это ты!

Дейна почти сбили с ног, уронив на холодную каменную стену и зажав в объятиях.

- Иди, поговори с ним, – крепкая хватка с силой потянула руку Дейна куда-то вперёд.

Оказавшись в освещённой фонарями квадратной прихожей, Дейн увидел перед собой счастливое красное лицо Кенты. Его чёлка вымокла, а грудная клетка вздымалась так, будто он успел пробежать марафон.

- Давай, спасай меня.

- За тобой гонятся?

- Нет, – Кента продолжал тяжело дышать. – Это я тебя искал. У меня тут никаких шансов.

Мужчина с пышными бакенбардами с любопытством наблюдал за общением двух гостей, но даже не пытался вмешаться в разговор. Дейн качнул головой и подошёл к стойке.

- Смотри и запоминай, – он быстро обернулся, доставая на ходу буклет. – Здравствуйте! Скажите, пожалуйста, в этой комнате живёт парень или девушка?

- Здравствуйте. Парень, – седеющие усы дёрнулись с задорной усмешкой.

- Он европеец или азиат?

- Европеец.

Дейн обречённо выдохнул.

- Теперь нас спасаешь ты, – со страдающей улыбкой он повернулся к Кенте, а тот в ответ удивлённо расширил глаза. – Кто у нас в группе есть из парней, кроме меня, тебя, Анкера и того рыжего парня?

Ненадолго Кента задумался, а затем закивал, соглашаясь с самим собой:

- Курама. Я про него рассказывал – это который ни с кем не общается.

- Отлично. Но такое я спросить не смогу. А выглядит он как?

- Обычно испуганно.

Дейн вытянул губы.

- Тёмные волосы. До плеч. Лохматые.

- А вот это уже хорошо, – Дейн повернулся к мужчине. – У него длинные волосы?

- Совершенно верно, длинные.

Неожиданным образом объединение с Кентой значительно ускорило выполнение задания. У "рыжего парня" появилось имя – "Баки". Лекс с её длинными тёмными волосами и Анкер, азиат в очках, были отгаданы быстро. Трудности возникли в пятой гостинице, где проживала светловолосая девушка. Под это описание по заверениям Кенты подходило сразу три человека. Общим голосованием было решено вернуться сюда позже.

Подойдя к следующему в списке постоялому двору, оказавшемуся на деле домом местного жителя, Дейн заметил, как Кента отстал, с энтузиазмом разглядывая сад. Усмехнувшись, Дейн переступил порог.

- Здравствуйте, скажите, пожалуйста, ваш постоялец азиат?

Низенький седобородый старичок с уверенностью кивнул.

“Ну, конечно”.

- Он плохо говорит по-английски?

Старичок утвердительно замотал головой.

“Разумеется”.

Не задавая больше никаких вопросов, Дейн быстрым росчерком пера поставил в графе арендатора имя.

- Большое спасибо! Хорошего вам дня!

Преодолев двор, Дейн облокотился на деревянную изгородь.

- А у тебя милое жильё.

Кента улыбнулся и, потеряв интерес к цветам, повернулся к нему.

- Я тут подумал, в оставшиеся гостиницы можно не идти.

Брови Дейна удивлённо поползли вверх.

- В двух я был. Постояльцы – девушки. Блондинки. Третья, очевидно, твоя.

Дейн усмехнулся:

- А говорил тебя надо спасать.

- Надо. Я же больше ничего спросить не смог. Я это к чему. Если нет идей как различить Дэнжи, Анику и Лику, можно ставить имена наугад и возвращаться к Митцуе.

- У нас ещё... – Дейн посмотрел на свои наручные часы, минут пятьдесят. Давай хотя попытаемся подумать. Сдаться ещё успеем.

- Давай попытаемся, – Кента пожал плечами и, они покинули двор. – Но, чтобы ты знал – это обычно не помогает.

Дейн рассмеялся, и его дружной толпой поддержали вывернувшие из-за поворота гуси.

- Предлагаю попробовать с другой стороны, – четверть часа спустя Дейн опустился на длинную лавочку на краю обрыва. Где-то внизу шумела река. Они с Кентой решили, что это хорошее место, для тактического совещания. – Люди же как-то отличаются характером. Можно, ведь, не про внешность спрашивать.

- Дэнжи... застенчивая... по типу Курамы... Но не настолько, – Кента поглядывал влево, где гуси, сопроводившие их через всё поселение, облюбовали солнечную поляну.

- Дэнжи это кто?

- Подруга Юми.

Дейн кивнул.

- А́ника и Ли́ка, которые сёстры. Они… Не знаю. Общительные?

- В принципе, я могу спросить, любит ли постоялец говорить. Но считается ли это общительностью, понятия не имею.

- Ну, я больше тоже ничего не вспомню.

Общим голосованием было решено расставить имена наугад. Дейн предложил ответить одинаково, чтобы их результаты оказались в равной степени плохи или хороши, но Кента настоял на максимально разных вариантах. По его убеждению, это снизило бы подозрения, потому что в отличии от нестандартных решений, списывания в академии явно не поощрялись.

Одолжить перо удалось в ближайшей гостинице, постояльцем которой был Анкер. Дождавшись, пока Дейн расставит жильцов в буклете, Кента заполнил свой так, чтобы ни одно из трёх имён не оказалось в том же месте, что у Дейна.

Глава 26

Гостиница Дейна, располагалась дальше, постоялого двора Кенты, поэтому, распахнув дверь своего номера, Дейн увидел как тот дремлет на диване у Митцуи.

Чтобы оттянуть возвращение в спальни, где исправления ошибок ожидали табулы с заданиями по грамматике, Кента предложил прогуляться по замку.

- Надо бы, наверное, познакомиться с одногруппниками, – Дейн, свернул на площадку четвёртого этажа.

- Мы тут три дня – успеем ещё.

- А кажется три недели. Хм, знакомые места.

Дейн огляделся, припоминая, когда успел побывать в этой части замка. В противоположном конце просторного холла виднелась винтовая лестница с узким высоким окном.

- Точно. Это же я тут потерялся в июле. После того как мы разделились.

- Малыш Дэнни был напуган? – Кента рассмеялся, бодрым шагом сворачивая в сторону самой дальней невзрачной арки.

Дейн приоткрыл рот, не в состоянии придумать ответ и признаться, что эти слова были не так далеки от истины.

- Ох, какой длинный тёмный коридор! Не бойся, малыш Дэнни, братик Кента в этот раз с тобой.

- Я боюсь высоты, а не темноты, – задев Кенту плечом, Дейн свернул в проход первым.

Тот захохотал. Эхо от их шагов встречали вспышки загоравшихся факелов, потухавших стоило им остаться позади.

- Мне кажется, или там что-то светится? – Кента поравнялся с Дейном.

Вопреки ожиданиям, коридор вывел их на самую обычную площадку.

- Ты, наверное, про это говорил, – Дейн указал рукой вперёд.

- Ух ты. Прикольно. Посмотрим?

Преодолев небольшой мост, они попали на следующую площадку, за которой начинался просторный почти прозрачный зал. Его стены, потолок и даже колонны, поддерживавшие высокий потолок, были выполнены из матового стекла. Широкие прямоугольные окна по левую руку выходили на угол северо-западного крыла замка.

Десятки солнечных зайчиков проскальзывали сквозь них, разбегаясь по хрустальным стеллажам. Перепрыгивая между колоннами, они ныряли в кубки, сливаясь с пляской огоньков в их сверкающих гранях.

Дейн обвёл помещение заворожённым взглядом, задержав его на большой надписи под потолком:

- "Трофейный Зал".

Кента восторженно вертел головой:

- Я думал мы выйдем к какому-то гроту, а тут даже круче.

Он склонился перед абсолютно прозрачным стеклом ближайшей витрины и в следующее мгновение чуть не столкнулся с ней лбом – в отдалении раздался прокатившийся эхом грохот.

Ведомый любопытством Кента направился к выходу из зала, противоположному тому, через который они сюда попали. Не имея выбора, Дейн последовал за ним. Ближайшие коридоры оказались ненамного светлее тех, что привели их к Трофейному Залу, и Дейн начал озираться, гадая не свалится ли на них что-то из темноты.

- Нравится разносить замок? Пожалуйста! Хоть до основания! Но от моего кабинета держись подальше.

- Чтобы ты наконец-то остался в полном одиночестве?

Дейн и Кента быстро переглянулись.

Голоса – жёсткий, холодный и надламывающийся, хрипловатый, раздавались где-то совсем близко. Остановившись посреди новой площадки, они заметили в примыкавшем к ней коридоре две фигуры. Та, что пониже, в тёмной мантии с накинутым на голову капюшоном, быстрыми шагами удалялась в противоположную сторону. Вторым был молодой человек с абсолютно белыми волосами. По одежде было ясно, что это кто-то из профессоров. С секунду он провожал взглядом собеседника, а затем резко развернулся и направился в сторону растерянно замерших Дейна и Кенты.

Не успев ничего придумать, они, не сговариваясь, уставились на внушительную статую льва, разлёгшегося на круглом постаменте. В момент, когда неизвестный профессор поравнялся с ними, Кента повернулся к Дейну с расширенными глазами, а он сам украдкой взглянул на профессора. Парень ровесник Митцуи, прошёл мимо с лицом, не выражавшим ни единой эмоции, словно никакой ссоры не было, а площадка была абсолютно пуста.

Кента облегчённо выдохнул и облокотился на гриву льва, но тут же снова замер: за стеной раздались новые шаги.

- Я слышала крики, что-то случилось?

- Ничего нового. Этот невменяемый продолжает всё крушить.

Задержавшись для ответа лишь на секунду, незнакомец быстрыми шагами направился вниз по лестнице, на верхних ступенях которой стояла растерянная профессор Скай. С досадой вздохнув, она развернулась, возвращаясь, по-видимому, в свой лекторий, располагавшийся где-то в этой части замка.

БОМММ.

Дейн машинально дёрнулся назад, а Кента схватился за ушибленный лоб.

- Эти часы, когда рядом стоишь, так по ушам не бьют, – Кента растёр виски.

Дейн посмотрел на левое запястье:

- Сейчас без четверти шесть.

Глава 27

На следующий день Митцуя, раздосадованный итогами первого дайва, заставил свою группу играть в "Мафию" на английском языке. Хуже всех пришлось Кураме, которого, не сдаваясь, пытались разговорить сначала Баки, а затем присоединившиеся к нему сёстры. Спасение пришло от союза Юми, Дэнжи и Лекс – проявив сочувствие, они начали выгонять его в первом же раунде.

Результаты дайва Митцуя объявил лишь в самом конце урока. Только в этот момент Кента, умудрившийся набрать больше баллов, чем Дейн, понял слабую сторону своего плана. Митцуя не назвал ни одного имени, но, обращаясь к потолку, настоятельно порекомендовал на следующем дайве действовать самостоятельнее во избежание неприятностей.

В пятницу произошло то, что Дейн заранее считал неизбежным. Занятие в читальном зале, в этот день проводилось на полтора часа позже, чем во вторник. Когда солнце скрылось за горизонтом, Кента, героически боровшийся почти полчаса, наконец, сдался и уснул, свалившись на плечо Дейна.

Руфим, которая на общих занятиях, кажется, не обращала на студентов никакого внимания, в понедельник у себя в аудитории компенсировала это с лихвой. Анкер и Рэй весь урок пытались объяснить, в чём смысл историй, которые они выбрали для чтения на прошлой неделе. Первый, вконец отчаявшись, попросил разрешение рассказать о прочитанном на казахском, на что Руфим ответила, что кроме английского согласна выслушать его только на родном для неё грузинском. За ними досталось Баки, недальновидно признавшемуся, что читать он не любит, не любил и начинать совершенно точно не планирует. Наградив каждого презрительным взглядом и внушительным штрафным заданием, Руфим распустила всех, попросив не появляться в её кабинете с такими подготовкой и настроем.

- Да что сегодня за день! – Анкер раздражённо остановился посреди прохода, пересекаемого поблёскивающей серебристой линией барьера. – Мы же на прошлой неделе шли этой дорогой, нет?

Он повернулся к двум группам, столпившимся за его спиной. Несколько человек заверили, что именно этой.

- Дай-ка.

Баки вышел вперёд, широко распахнул руки и размашистыми движениями начал вырисовывать какие-то волны.

- Ты что делаешь? – девушка из группы Рэя повернулась в сторону подопечных Митцуи, спрашивая взглядом, часто ли у них такое.

Анкер, вспомнив что-то, кивнул и начал повторять движения за Баки:

- У вас глаза где? В прошлый раз Руфим так сделала и барьер исчез.

Дейн уставился в потолок, припоминая, уезжало ли стекло, когда они проходили это место неделю назад. Признав, что мимо него мог пролететь птеродактиль, и он принял бы его за тень, он забросил свои попытки.

- Наши глаза видели кольцо на руке Руфим. Которой она провела один раз. А вы быстрее взлетите, чем что-то откроете.

Юми похлопала Анкера по плечу и направилась к лестнице. Анкер смутившись поплёлся за ней, а Баки предпринял ещё несколько попыток.

Из-за того, что в этот раз группам Митцуи и Тайли пришлось совместно искать новую дорогу до лектория Скай, они появились там с опозданием в несколько минут. В царящем полумраке не сразу удалось понять, почему на извинения Баки, который тот торжественно принёс от общего лица, никто не ответил. К их облегчению профессор Скай ещё не появилась.

- А вам никто ничего не говорил?

Вопрос донёсся откуда-то сверху.

- Чего не говорил? – Баки кричал почти во весь голос.

- Занятие будет или нет?

- А не должно?

- У нас в пятницу не было.

- И у нас, – новый голос донёсся из другого конца лектория.

- Простите, молодые люди. Не пропустите?

В дверях появилась девушка с тёмно-розовыми волосами, убранными в тугую корзинку. Дейн вспомнил, что это она вела церемонию зачисления первого сентября. Девушка подошла к кафедре и привычным ударом по специальному прибору усилила свой голос.

- Уважаемые студенты. Приношу вам извинения от лица Академии. Профессора Скай не сможет вести занятия ближайшую неделю. Безусловно, мы восполним этот пробел в вашем обучении. Группы Тайли, Флоранс и Йо́ши – ваше замещающее занятие пройдёт сегодня в аудитории профессора Тайли в 14:00. Группы Руфим и Митцуи – то же время завтра, аудитория Каппа. Замещающий преподаватель – профессор Харука́й. Рассчитываю на ваше понимание. Благодарю за внимание и желаю всем хорошего дня!

Девушка вежливо улыбнулась и покинула лекторий, который начал стремительно пустеть.

- Чего все радуются, потом же всё равно отрабатывать? – Дэнжи флегматично провожала взглядом, утекавшую из лектория толпу.

- Всегда лучше поработать потом, чем сейчас, – Кента довольно засунул руки в карманы.

- А преподаватели на замещении всегда лапочки, – Баки с энтузиазмом закивал. – Почему? Потому что им нет до нас никакого дела!

С видом философа он вскинул указательный палец вверх.

- Вы точно сюда учиться поступали?

- Наслаждайся моментом, Дэнжи, – Баки потрепал её за отросшую чёлку и с сияющим лицом присоединился к общему потоку.

Глава 28

Утро вторника прошло спокойно. Разве что профессор Флоранс добавила в коллекцию Рэя ещё одно дополнительное задание, сопроводив его речью о том, как важно серьёзно относиться к обучению, и как быстро наступит время экзаменов. Впрочем, несколько человек, она, напротив, выделила в качестве примеров для подражания. Больше всего похвалы досталось одногруппнику Широйи – Хайму. Парень азиатской внешности с коротким хвостиком на затылке, так засмущался, что к середине урока развязал его, спрятав лицо за длинной чёлкой.

На обеде Кента завалил Дейна благодарностями, заявляя, что без его помощи, он бы разделил участь Рэя. Времени для этого, однако, у него было не так много – урок с профессором Харукаем, который замещал сегодня Скай должен был начаться меньше, чем через час, и до него ещё предстояло как-то добраться. В перерыве между занятиями по аудированию и письму никакой аудитории Каппа на карте замка они найти не смогли.

- Ты чего? – Кента поймал взгляд Дейна и обернулся.

- Кажется, я знаю, кто может нам помочь.

Дейн вышел из-за стола и вернулся только несколько минут спустя. Кента со скучающим видом нарезал сосиски на маленькие кружки. Когда последний покатился по тарелке, голова Дейна склонилась над его ухом:

- У тебя минута, иначе рискуем опоздать.

***

- Совет на будущее: если занятие стоит в подземельях, обед проще брать с собой, – Эрева́рд быстрыми уверенными шагами первым спускался по лестнице, чеканя на ходу футбольный мяч.

- Ну ладно тебе. Сейчас зашугаешь новичков – им итак сложно, – Со́рроу шёл следом. – Вы его не слушайте. Минут пять всегда есть. Если аудитория в центральной части, то все пятнадцать.

Кента посмотрел на Дейна, не понимая шутят его знакомые или серьёзно. Тот только пожал плечами.

- А вот тогда летом... Вы могли мне помочь с заданием или тут такое запрещено?

- Могли, наверное, – Сорроу дёрнул плечами.

- Но не стали бы, – Эревард остановился посреди просторной круглой тёмной площадки, освещаемой четырьмя факелами.

Дейн не решился уточнять, но Эревард пояснил сам:

- Фэйбэл... Своеобразное место. Кому-то оно подходит, кому-то – нет. Не всем стоит возвращаться сюда. Если вы из числа вторых, лучше оставить поездку красивым воспоминанием, и жить нормальной жизнью. Если нет – помощь вам не нужна. И как можно лишать новичков удовольствия пребывания в неизвестности? Крутейшие же эмоции, а? Второй раз таких уже не будет. Добро пожаловать, кстати. До сих пор не поздравил с поступлением.

Эревард по очереди пожал руки сначала Дейну, затем Кенте. Сорроу сделал то же, сопроводив рукопожатия заверениями, что замок – прекрасный, и им тут обязательно понравится.

– Тут где-то есть спортивный зал? – Дейн кивком указал на мяч, который продолжал чеканить Эревард.

– Есть что-то наподобие. Но у новичков доступа в те зоны замка нет. А мяч мой – из дома привёз.

– Жалко, нас не предупреждали, я бы свой захватил, – Дейн с ностальгией вспомнил, как они играли во дворе. Казалось, это было в прошлой жизни.

– В следующем семестре привози, – Эревард подмигнул. – А нам, кажется, туда, – он свернул налево, снова зашагав в быстром темпе.

Пока что подземный этаж отличался от верхних только отсутствием каких-либо окон, что компенсировалось огромным количеством светильников всех мастей – от факелов до напольных фонарей. Однако, так продолжалось лишь до появления на их пути барьера.

- Дальше не пройти? – Кента удручённо посмотрел на знакомую серебристую полоску, таинственно светившуюся в полумраке.

- Нам – пройти. А вот вам – вопрос.

Эревард приложил большой палец к подбородку и задумчиво повернулся к Сорроу. Тот склонил голову:

- Да забей, Раксли отмажет, если что.

Эревард кивнул, а Дейн оживился, услышав знакомое имя.

- Раксли... Это не тот, что с бородкой и усами?

- Наш куратор. Мировой препод, – Сорроу, постучал по своему левому плечу в том месте, где крепилась студенческая нашивка.

Серебристая линия растворилась в воздухе.

Не зная, что ответить, Дейн риторически улыбнулся – вводное занятие оказалось не самым приятным опытом в его жизни.

- Вам бы поторопиться, – Эревард спокойно переступил зону барьера и, не оборачиваясь, направился дальше по коридору.

Только теперь, увидев собственными глазами, как это работает, Дейн понял секрет прозрачности стёкол в замке – никакого стекла никогда не было. Барьер просто исчез. Казалось, это не могло идти в сравнение с поселениями, которые материализовывались на занятиях Митцуи и Тайли, но, почему-то, именно сейчас Дейн задумался над тем, сколько тайн хранил в себе замок. Тряхнув головой, он улыбнулся этому странному открытию. Разрываясь между любопытством и страхом, Дейн переступил воображаемую линию, ещё минуту назад защищаемую барьером.

Открывшаяся часть подземелий с каждым поворотом всё больше напоминала пещеры: стены становились неровными, как будто кто-то грубо вырубил их прямо из скалы, что, вероятно, было правдой. Проскальзывая по угловатым каменным выступам, сюда начали долетать далёкие голоса. Воздух теперь ощущался прохладнее, а кое-где можно было заметить настоящий иней. С другой стороны, на пути им всё чаще попадались камины, отчего новые коридоры выглядели более обжитыми и уютными.

- А почему у тебя форма как у нас, – Кента поравнялся с Эревардом и обернулся к Сорроу, – а у тебя с вышивкой?

- Потому что старшекурсникам можно носить форму, которая им нравится, – Сорроу, шедший теперь рядом с Дейном, отозвался первым. Выдержав вопросительный взгляд Кенты, он добавил: – Мне нравится форма новичков.

Кента поджал губы, выражая согласие, и, тут же, налетел плечом на Эреварда. Тот резко остановился и обернулся:

- На месте.

На большой площадке, обросшей сталактитами и сталагмитами, столпилось почти два десятка человек. Баки со всей силы замахал им:

- Вас, где носило?

- А где должно было? – Дейн с любопытством провёл пальцем по свисавшему прямо перед его лицом сине-зелёному кристаллу.

- Профессор Руфим собирала нас возле расписания. Объявление же висело.

- Какое объявление? Где?

- Возле расписания.

Дейн виновато обернулся.

- Всё нормально. Мы давно по подземельям не гуляли, – Сорроу ободряюще ухмыльнулся. – Ну мы пойдём.

– Держи, это подарок! – Эревард кинул Дейну мяч. – Будет чем на выходных заняться.

- Спасибо! – Дейн растерялся, не зная, что сказать – лучший подарок в этих стенах он вряд ли мог бы получить. – И спасибо за помощь!

Сорроу задержался в проходе:

- А что за преподаватель, хоть?

- Харука́й. Кажется… Или вроде того.

– Ммм, – заинтересовавшись, Эревард остановился. – Будете обучаться у проклятого профессора?

Кента нахмурился:

- У какого профессора?

- Слухи разные ходят, – Эревард пожал плечами и пространно улыбнулся.

- Но, говорят, из-за него замок разрушается, – Сорроу насмешливо поднял на прощание ладонь. – Расскажите потом, как пройдёт.

Глава 29

- А я тоже про него слышал, – Хайм, парень с хвостиком, которого сутра нахваливала Флоранс, таинственно понизил голос.

Если до этого он привлекал к себе внимание одногруппниц, сейчас вокруг него собрались все.

- Говорят, он появился в академии несколько лет назад, – голос Хайма упал почти до шёпота, из-за чего всем пришлось сдвинуться ещё плотнее. – Он не поладил ни с одним человеком в замке и принёс с собой зловещую ауру. С того дня, как он переступил порог, то тут, то там стали происходить пугающие вещи.

- Какииие вещи? – Анкер задал вопрос тем же таинственным шёпотом.

- Не знаааю, – Хайм выпрямился и рассмеялся. – Это легенды, ребят, у любого замка они есть.

- О, я тоже разузнал парочку! – Баки переместился за высокое скопление сталагмитов, состроив мрачное лицо. – Говорят... что иногда... в замке бьют часы. Но они не говорят о времени. Они лишь отсчитывают, то, что осталось.

Театрально раскинув руки, Баки шагнул к другому скоплению полупрозрачных камней.

- Другие же уверяют, что враг замка не время, его враг – зима. Однажды, когда этого никто не будет ждать, она придёт... и погрузит всех обитателей в глубокий сон.

Баки картинно поклонился, несколько человек зааплодировали.

- Про зиму звучит правдоподобно, – Кента поёжился, растирая плечи. – Что тут дубак-то такой?

Дейн согласно замотал головой и запахнул свою накидку поплотнее. Пока они шли температура ощущалась прохладной, но стоило им остановиться, как холод сразу же пробрался под одежду.

Те, кто имел при себе часы, начали активно на них поглядывать – всем хотелось скорее занять место в аудитории и согреться.

Ровно в тот момент, когда стрелка достигла двух часов дня, в скале загорелись голубые линии, очертившие силуэт прохода с изящной белой буквой "Κ". Дверь медленно распахнулась, и все поспешили внутрь.

- Какого чёрта? – Анкер снял моментально заиндевевшие очки.

- Что ты там говорил про зиму, Баки? – Дейн обречённо обвёл взглядом аудиторию.

Круглая комната, напоминавшая уменьшенную версию кабинета Тайли, была с пола до потолка покрыта изморозью. Два ряда сидений образовывали подкову. Вот только, если у Тайли они были обиты мягкой подкладкой, тут это были обычные каменные ступени, с деревянными накладками. В основании похожей подковы, в аудитории Руфим располагался высокий камин, тут же поодаль от всех стоял одинокий преподавательский стол. Ни одного камина не наблюдалось, лишь несколько факелов на стенах, и те служили скорее для освещения.

Дейн и Кента прошли в дальний конец аудитории. Заняв крайнее место, Дейн покосился на сугроб, возвышавшийся у его левого колена. Раздался глухой скрип. На небольшой площадке позади преподавательского стола распахнулась ещё одна дверь, из которой вышел высокий парень. Издалека он напоминал Митцую – такая же прямая осанка и чёрные струящиеся одежды. Это впечатление разбивалось лишь о его цвет волос. Белоснежные, небрежно-лохматые, словно покрытые инеем.

Дейн сглотнул и посмотрел на Кенту. Тот расширил глаза и они оба сползли ниже, стараясь скрыться за спинами сидевших ниже.

Незнакомец, которого они встретили на прошлой неделе на площадке со статуей льва, остановился возле стола, оперев на него левую руку. Ничто в его внешности не изменилось с того дня. Разве что здесь, в подземелье, от него как будто бы и правда исходила таинственная аура. Казалось, что всё его тело было окружено холодной дымкой. Но по-настоящему ледяным ощущался его взгляд. Внезапно Дейну захотелось, чтобы это занятие побыстрее закончилось.

- Сегодня у вас урок-повторение. Тема: "Построение простых предложений".

К удивлению Дейна голос Харука́я не был агрессивным, как тогда в разговоре с профессором Скай. Скорее в нём чувствовалось безразличие.

Развернувшись к ним спиной, Харукай сделал резкое движение ладонью. Снежинки, парившие в воздухе, взметнулись вихрем и за считанные секунды превратились в широкий матовый экран.

- Перед вами теория. Три минуты на повторение. При появлении вопроса – поднимаем руку.

Тезисы и схемы из уроков Скай появились один над другим. Кента в панике начал бегать глазами по экрану, который занял всё пространство от пола до потолка.

- Простите, профессор! – рука Юми вытянулась высоко над головой.

Харукай, успевший отойти к дальней стене, с книжными стеллажами, повернулся и поднял бровь.

- Нет ли у вас какой-то системы отопления?

Дейн заметил раздражение, промелькнувшее на лице Харукая.

- Вы не знали, куда шли?

Юми растерялась.

- Мы не знали, что в подземельях настолько холодно.

- Теперь знаете. Минута, – Харукай отвернулся обратно к полкам.

Одну за другой он снимал книги, освобождая полки.

- Извините, можно уточнить? – на этот раз руку подняла старшая из сестёр – Аника.

Харукай опустил стопку книг на свой стол и облокотился на неё.

- Тут не существует системы отопления? Или её... нельзя включать? – под взглядом профессора голос бойкой обычно Аники дрогнул.

Вместо ответа Харукай медленно оглядел их. Дейн невольно сделал то же. Из всех присутствующих самая приемлемая одежда была у Широйи – его привычка постоянно надевать толстовку прямо под накидку униформы, была сейчас как нельзя кстати. Остальные же сидели в футболках и кофтах, что подходило для прохладных коридоров замка, но никак не для обледеневших подземелий.

Большим пальцем правой руки Харукай провёл по всем остальным. Как только ладонь разжалась, вдоль обоих рядов сидений побежали тонкие полосы огня. Под ногами и за спинами загорелись маленькие длинные костры. Кента, сидевший с широко расставленными ногами, подпрыгнул, поджимая их ближе к себе. Большого тепла огонь не давал, но он сделал главное – отогнал холод. Теперь ледяная пещера начала казаться приветливой. Дейн даже успел залюбоваться узорами изморози на стенах.

- Время истекло. Вопросов по существу не поступило, – из горы книг, собравшихся на столе, Харукай выудил тонкую папку. – Исходя из этого, я делаю вывод о готовности класса к отработке.

Указательный палец Харукая остановился на одной из строчек в его папке:

- Госпожа... Юми. Это кто?

Юми, напуганная ещё после своего первого вопроса, поднялась с бледным лицом.

- Из текста перед вами вычлените все предложения, подходящие в качестве примеров под изучаемую нами тему и, затем, на их базе представьте нам основные тезисы.

Глаза Юми заблестели, рот приоткрылся. Она заморгала.

- Простите, не могли бы вы ещё раз повторить, что нужно сделать?

Харукай с уже нескрываемым раздражением бросил папку на стол и кивком указал на экран. Там теория уступила место длинному тексту из нескольких абзацев.

- Какие из предложений этого текста мы можем разобрать в качестве примеров для отработки темы?

- Глаза Юми начали бегать по экрану, но чем дольше она стояла, тем заметнее они блестели. Юми явно начала паниковать и не могла сосредоточиться. Наконец она смогла прочитать два предложения, в которых герои знакомились.

- Вам придётся ускориться. В аудитории две группы, урок длится час. Это в общих интересах.

Из больших глаз Юми вырвались слёзы. Группа Митцуи, привыкшая видеть её в жизнерадостном настроении, нервно переглянулась.

- Здесь много неизвестных слов, – голос Юми дрожал.

- Именно поэтому я прошу вас разобрать лишь несколько предложений, а не весь текст.

Слёзы Юми не произвели на Харукая никакого впечатления, и он спокойно продолжил разбирать книги по стопкам.

- Госпожа Юми. У вас что-то случилось?

- Н-нет, профессор, – рукавом накидки Юми вытерла щёки.

- В таком случае это двойка. Не знаю, принято, ли у вас выставлять оценки. Я просто передам табель профессору Скай. Думаю, она разберётся.

Юми затрясло, и она она упала обратно на сиденье, закрыв лицо руками. Дэнжи бросилась её обнимать, пытаясь как-то успокоить.

- Профессор, так же нельзя! – Аника вскочила со своего места.

- Нельзя не разбираться в таких элементарных вещах.

Широйя рассмеялся, удостоившись яростного прищура глаз Дэнжи.

- Нельзя носить с сестрой одинаковую одежду и одинаковые стрижки, скрывая свою разницу в возрасте и выдавая себя за близнецов, потому что это приносит вам больше внимания, одобрения и привилегий. Так же как нельзя вставать с места и говорить без разрешения преподавателя.

Харукай смерил Анику сверлящим немигающим взглядом, отчего та тут же опустилась на место.

- И, в довершении. Нельзя приходить на занятия неподготовленными, – Харукай вышел из-за стола, а его голос резко похолодел. – Вам выпал уникальный шанс – пройти обучение в этой академии. Если вы не в состоянии его оценить, вам здесь не место. Не тратьте время – ни моё, ни своё. И не рассчитывайте, что кто-то где-то проявит к вам снисходительность. Если к вам добры – вами пользуются.

Глава 30

- Как в такой академии могут держать такого психа? – молчаливая обычно Дэнжи разразилась гневной тирадой как только они отдалились от аудитории Каппа на расстояние одного коридора.

- В “такой” это какой? Мы тут меньше двух недель, – Широйя щёлкнул орешком. Судя по его весёлому настрою, он был единственным из двух групп, кому урок понравился.

- Ты лучше бы вообще не встревал. Такой же социопат как и тот.

Широйя рассмеялся и закинул в рот остатки со дна пачки.

- Ну. Хотя бы с барьером не обманул, – Анкер указал вперёд.

Серебристой линии и правда не было. После того, как обе группы вошли в предназначенную для них зону замка, Дейн обернулся: светящаяся полоса почти мгновенно возникла на своём прежнем месте.

Он посмотрел на белый мяч в своих руках. После часа проведённого в кабинете Харукая, ему хотелось как-то развеяться.

- Ребят! Поиграть нет желания?

- Я бы с радостью побегал – Баки, лицо которого сейчас белело как мел на фоне рыжих волос, поёжился.

Анкер измождённо поднял руку:

- Я с вами.

- Мы бы присоединились, – Хайм облокотился на плечо одногруппника, показывая, что их двое.

- Широйя?

Дейн не был уверен, что это хорошая идея, но ему было неловко его не позвать.

- Нет, спасибо, – Широйя лениво улыбнулся. – Я социопат.

Дейн растерянно кивнул.

- Курама?

Тот отрицательно замотал головой.

- Уверен? – Баки не упустил очередной шанс растормошить Кураму. – Там не надо разговаривать, просто бей по мячу.

Курама, знавший, к чему приводят подобные инициативы Баки, ускорил шаг.

- А где играть будем? – Кента, которого никто не позвал, но согласие которого не подвергалось сомнению, задал вопрос, не пришедший в голову самому Дейну.

Предложить что-то сходу никто не смог. Дейн начал перебирать в памяти места, в которых они успели побывать. Можно было бы устроить подобие поля в длинном коридоре между спальнями, но там было слишком людно. Не говоря о том, как быстро им бы надоело бегать за мячом по четырём ярусам. Следующим кандидатом стал большой кабинет неподалёку от лектория Скай – сколько бы раз они не проходили мимо, в нём никогда никого не было. И тут же в голове всплыло грозное лицо Харукая, который, наверняка, сказал бы, что с таким отношением к замку ему не место в академии.

Скай и Харукай...

- Кажется, у меня есть идея.

Глава 31

- Мог бы не мелочиться. Сразу бы сказал что идея блестящая, – Хайм опёрся плечом о полированную поверхность колонны, прижав к груди мяч.

- Ладно вам, тут стёкла прочнее камня, я проверял, – для убедительности Дейн постучал по витрине с тремя кубками.

В ответ на это ему в руки прилетел мяч.

- Ладно, ладно.

Потоптавшись на месте несколько секунд, он подкинул его и лёгким движением стопы направил в дальние стеллажи. Тот мягко отскочил и в несколько прыжков вернулся к владельцу.

Сомнения продлились недолго. Череда показательных бросков нарастающей силы убедила всех в безопасности затеи.

Два часа спустя компания воодушевлённо покидала Трофейный Зал. Тщательный осмотр всего вокруг показал, что ссадины и царапины появились только на самих игроках.

- А как ты в первый раз додумался проверять эти стёкла на прочность? – Хайм на ходу распускал свой хвост, чтобы дать просохнуть мокрым волосам..

- Вообще случайно. Врезался в одно такое: лоб ушиб, на стекле ни царапины.

Кента удивлённо нахмурился:

- Ты не про тот случай, когда влетел в барьер?

- Ага.

Кента сохранил красноречивое молчание.

- Оххх блииин.

- Что не так? – Анкер завертел головой, пытаясь понять, почему все изменились в лице.

– Наш гений расстрелял кубки академии, перепутав стёкла с волшебным барьером, – Кента издал губами щёлкающий звук.

- Ну не ошибся же, – Дейн нервно усмехнулся, и за ним захохотали все остальные.

– Спасибо за игру, давно так не веселился. – Хайм, броском вернул мяч Дейну. – Надо будет на выходных ещё так собраться.

***

К облегчению групп Митцуи и Руфим, профессор Харукай больше не замещал профессора Скай: второе занятие на неделе просто отменили.

В субботу утром Дейн проснулся от громкого шума.

– Надо было закрывать стекло, – он приподнялся на локтях, пытаясь понять, что его разбудило.

Нацепив одни штаны, он отдёрнул штору и выглянул в проход.

– Лука? Вы что тут делаете? Привет, Хаварра.

Дейн скрылся за шторой, накинул футболку, влез в кроссовки и вышел на площадку. Перед ним разворачивалась какая-то стройка. Лука, вспотев, пытался перетащить через перила длинную балку. Хаварра, стоявший на противоположной стороне, делал узел из толстой верёвки. Двух других парней Дейн где-то уже видел, но пока не мог вспомнить.

– Помощь не нужна? – Дейн протёр заспанные глаза и зевнул.

– Не помешала бы, – Лука запрокинул угол балки за поручень и махнул всем рукой, давая понять, что у него перерыв.

– Потолок подпереть хотите? – Дейн продолжал зевать.

– Сделать мост.

– Где?

– Вон там, – Лука указал пальцем на глухой торец этажа.

– Так через пятьдесят метров переход есть, – Дейн ткнул большим пальцем себе за плечо.

– Так это через пятьдесят метров.

Лука прошёл чуть вперёд и свернул в комнату, которая располагалась сразу за площадкой с диванами. Через минуту он вышел оттуда с большой бутылкой воды.

– О, мы соседи?

– Получается. Прям как в поезде, – Лука ухмыльнулся и, отставив бутылку, продолжил подтягивать перекладину. Дейн поспешил на помощь. Вместе им удалось справиться с задачей за пару минут.

– Профессор Йоши вас убьёт!

Дейн вздрогнул. Снизу на них кричала девушка с и выкрашенными в голубой цвет волосами. Её чёлка и высокий короткий хвостик на затылке контрастировали с той серьёзностью, которую она пыталась изобразить на лице.

Лука рассмеялся.

– Йоши? Он бы нам помог. Если бы узнал.

– Это ваш куратор? – Дейн понизил голос до шёпота, чтобы не встревать в разговор.

– Ага.

– У него случайно нет приятеля по фамилии Митцуя? Тот бы тоже одобрил.

– А это, я так понимаю, ваш?

Дейн усмехнулся и кивнул.

– Вы там в своём уме? А если это кто-нибудь увидит?

– Вот ты увидела. И ничего страшного. Покричишь – перестанешь.

Дейн беззвучно рассмеялся. Он предусмотрительно отошёл подальше, к площадке для отдыха, разделявшей их с Лукой спальни.

– Хаварра! Ну ты же серьёзнее брата, – девушка не унималась.

Хаварра, занятый своей верёвкой, невозмутимо продолжил возиться с узлами.

– Не можешь победить – возглавь. Я вас поняла.

Лука с любопытством облокотился на поручень.

– Давайте я вам хотя бы краску найду в цвет стен. Чтобы ваш акведук издалека не сверкал.

– Спасибо, Сонь! – Лука широко улыбнулся.

– Это не ради вас. Я не хочу, чтобы у нашей группы были из-за вас неприятности.

Девушка развернулась и быстрыми шагами направилась прочь.

– Пока вы болтали, я тут кое-что вспомнил, – Дейн встал, чтобы помочь Луке перетащить балку. – Мы сегодня с парнями в футбол играем. Нууу... в вариацию футбола. Место – отпад. Не хотите присоединиться?

– Звучит заманчиво. Правда, боюсь, сегодня мы ту на весь день. В следующий раз зови обязательно.

– А вам это всё вообще зачем?

– Хаварре досталась комната с другой стороны. Близко, но неудобно. Мы узнали, кто живёт в соседних крайних комнатах. Ребята – Найт и Лоча, тоже одногруппники...

– Найт и Лоча?

Дейн наконец-то вспомнил, где он их встречал. На прошлой неделе Лоча вместе с Широйей чуть не сорвали урок Тайли рассуждениями об относительности её вопросов. Тогда Дейну показалось, что Лоча – это тот самый человек, с которым проще промолчать, чем попытаться о чём-то договориться или, ещё хуже, поспорить. А вот Найт произвёл вполне неплохое впечатление. Он даже разделил мнение Дейна, когда они рассуждали о переезде и поступлении.

– Вы тоже знакомы?

– Просто пересекались на паре занятий.

– А, ясно. Ну, в общем, мы с Найтом ходили узнавать. Оказывается выбирать спальню могут только старшекурсники. Поэтому... собственно... вот.

– По-моему, ваша идея – огонь. А я, кажется, знаю, кого ещё можно позвать сегодня поиграть.

Глава 32

В понедельник профессор Скай снова приветствовала студентов в своём лектории. Больше всех её возвращению обрадовалась Юми, которой пришлось отходить от прошлого занятия целый день. В среду на практикуме по грамматике присутствовали только группы Митцуи и Йоши. Дейн заметил Хаварру с Лукой и выразил им искреннее восхищение проделанной работой – получившийся мост отлично слился со стеной. Не успело от начала урока пройти и десяти минут, как Баки поднял тему, которая тут же оживила весь класс.

– Профессор Скай, а вы знакомы с профессором Харукаем, который вас замещал?

– Да, конечно, Баки. А почему вы спрашиваете? – удивлённая Скай, отвлеклась от своих записей и подняла на него глаза.

Юми, сидевшая рядом, резко помрачнела. Баки замялся, пытаясь сформулировать следующий вопрос. Наконец, он решился:

– А почему вокруг него ходят такие слухи?

Улыбка на лице Скай потускнела.

– Думаю, в любом замке живут слухи. Профессор Харукай прибыл к нам не так давно. У него примечательная внешность, как вы наверняка заметили и... манера общения. Такие люди всегда привлекают к себе много внимания.

Скай перевернула страницу учебника, намереваясь продолжить урок, но, помолчав, снова посмотрела на Баки.

– Харукай – очень талантливый преподаватель. Для этой академии он бесценен. Грамматика – не его специализация. Я надеюсь, вам ещё повезёт увидеть его в своей стихии. Уверена, он вас поразит.

– Профессор! – теперь руку поднял Лука. – А правда, что, после появления нового учителя, замок начал разрушаться?

– Если увидите где-то разрушение, обязательно сообщите кураторам, – Скай мягко улыбнулась. – Пока мне известно лишь об одном случае покосившейся крыши веранды. Но тогда виновником был снегопад.

– А откуда пошла история про часы? – было видно, как лицо Баки светилось любопытством. – Услышишь из любой точки замка, бьют невпопад, но отбивают срок замка.

Обе группы загудели, вспоминая похожие и совсем новые слухи. Дейн с ухмылкой бросил взгляд на Кенту:

– Что-то напоминает, да?

– Напоминает, – Кента двумя пальцами коснулся лба в том месте, где только-только сошёл синяк от его столкновения с гривой льва.

– Замок большой и... необычный. Вы это уже заметили. Тут происходит много разных вещей, и услышать странные звуки нормально в этих стенах, – Скай качнула головой. – Так, ребятки, легенды это очень интересно, я их тоже безумно люблю, но меня не было целую неделю, а ещё через две вам предстоит первый экзамен. Напомню, от него будет зависеть ваше дальнейшее пребывание в академии. Нам всем крайне важно сосредоточиться.

Сообщение о том, что первый экзамен навылет уже маячит на горизонте, произвело эффект ледяного душа. Даже Кента, который обычно старался подсмотреть, что там записывает Дейн, отодвинулся подальше и весь остаток урока напряжённо, но самостоятельно корпел над заданиями.

– Сегодня все отлично поработали, жду вас в понедельник. – Скай довольно сверилась с табелями и закрыла папку. – Да! Группа Митцуи. Акира просил вам передать, чтобы во время обеда, вы успели зайти в спальни. На сегодняшнем дайве вам понадобится униформа, пожалуйста, постарайтесь успеть в неё переодеться. Но сначала перекусите. Всем отличного дня!

***

– Хорошо, что сначала поели, – Кента пытался застегнуть на себе длинный тёмно-зелёный плащ.

– Мы как банда Робин Гуда, – Дейн прошёлся взглядом по Кенте: грубые холщовые рубаха и штаны, жёсткие тёмные сапоги до колена, верёвка вместо пояса. Вся остальная группа была одета в той же манере.

– Чур, я Робин, – Баки церемонно приподнял воображаемую шляпу. – Обещаю быть добрым и справедливым главой для своих благородных воришек.

– Если бы Робин был рыжим, об этом бы упомянули, – Анкер ответил поднятием своей воображаемой шляпы.

– Но мы точно знаем, что он не был казахом.

– Не ссорьтесь, мальчики, я побуду вашим главарём, – Лика элегантно смахнула с лица прядь светлых волос.

– Ты, кажется, не уловила логику...

– Не уступишь титул даме? – Аника шутливо нахмурилась, приобняв сестру.

– Дамы, у нас сегодня средневековье. Придётся подождать пару сотен лет. Там уже подумаем над вашими идеями.

– Боюсь, что грабить будут нас, – Лекс вытянула из внутреннего кармана плаща мешочек с явно позвякивающими в нём монетами.

– Давайте в этот раз обойдёмся без грабежей и дворцовых переворотов, – Митцуя, стоявший уже некоторое время в дверях, как всегда излучал энтузиазм. – Сегодня мы повеселимся иначе. Присядьте, пожалуйста, мне нужно провести для вас инструктаж по безопасности.

Глава 33

- Правило первое: следить за обстановкой. Правило второе: избегать скользких поверхностей и оврагов. Правило третье: в случае возникновения неблагоприятных условий, укрыться и переждать их в ближайшем доступном месте. Мне бы хотелось, чтобы вы отнеслись к этому дайву ответственно, – Лицо Митцуи было на редкость серьёзным. – Задание, как обычно, поймёте, оказавшись внутри. Прошу.

Отказавшись от каких-либо комментариев, на лавину полетевших в него вопросов, Митцуя красноречиво постучал по приоткрытой двери.

Очерёдности в этот раз не было. Дейн прошёл внутрь следом за Кентой и с удивлением обнаружил перед собой остальных одногруппников – они большой компанией столпились перед длинной стойкой. Стоявший за ней румяный мужчина приветливо помахал новым "посетителям" и, прихватив с собой разом шесть огромных кружек, направился в соседний зал, откуда доносились громкие голоса, песни и звон стаканов. Округлые своды потолка и проходов создавали атмосферу праздника и уюта. Все наставления Митцуи, казалось, не имели к этому месту никакого отношения.

– Ребят, ни у кого нет ощущения, что нам сейчас вручат кольцо? – Баки с любопытством изучал содержимое полок за пустой стойкой.

– И попросят прогуляться до ближайшего вулкана? – Дейн с усмешкой откинулся спиной на стойку.

– Ага. Нас тут как раз девять.

– Десять, – Курама, зашедший последним, с тяжёлым вздохом покачал головой.

– Нууу. Говорят, в тех краях ещё один диковатый товарищ обитал...

– Добро пожаловать в таверну "Танцующий ослик"! – запыхавшийся мужчина вернулся и скинул на стойку стопку каких-то листов.

Кента, Анкер и Баки, чьи успехи были ниже всех в группе, напряжённо обернулись на остальных. Получать задание на слух они явно были не готовы.

– Мне нужна ваша помощь. У меня есть две дочери и сын. Я хочу купить им подарки, но я много работаю, и у меня нет времени. Пожалуйста, возьмите это. Это поможет.

Трактирщик начал раздавать каждому по одному листу из стопки, что он принёс с собой. На них оказалась упрощённая карта поселения с отметками местных магазинчиков.

– Извините! Расскажите, пожалуйста, о своих детях, – Юми, по своему обыкновению, выглядела так, словно заговорить с незнакомцем для неё было не сложнее, чем с любым старым знакомым, и то, что это нужно было сделать на иностранном языке не представляло для неё никакого значения. Кента считал это настоящим даром – его талант к общению заканчивался на том же месте, где и родной язык.

***

– Одна дочка любит бегать, другая сидеть у окна, а сын искать вещи. Отец года. Кто так о детях рассказывает?

Дейн ёрнически ухмыльнулся:

– Если бы он о них нормально рассказал, ты бы ни слова не понял.

– Так я и так не понял.

– Так хотя бы понял я. И кстати об этом. Митцуя разве не говорил, что на дайвах нужно действовать самостоятельно?

– Митцуя направил нас толпой в десять человек слушать, как Юми болтает с тавернщиком. Я считаю это негласным разрешением на взаимопомощь в этом раунде.

– Ты как вообще летом тестовое занятие прошёл?

– С Божьей помощью. И профессора Ниа́мула.

Дейн кивнул.

– А вот, кажется, и понятно, зачем нам выдали плащи.

Небо, обычно чистое и солнечное, затянуло чернеющими тучами из которых начал накрапывать дождь. Воздух был свежим и прохладным – видимо, осень добралась и до таких мест, как это. Дейн застегнул на груди специальный зажим, не дававший плащу разлетаться на заметно усиливавшемся ветру. Кента последовал его примеру. Не сильно торопясь, потому что ограничений по времени в этот раз не было, они спустились к широкой улице и побрели по ней, огибая один из длинных постоялых дворов, в которых побывали в прошлый раз. Судя по карте, эта дорога должна была вывести их к центральной площади, где находилось сразу три подходящих магазина.

– Предлагаю начать с сувенирной лавки, – Дейн мельком взглянул на карту и быстро спрятал её во внутренний карман плаща.

Дождь понемногу усиливался. Когда они добрались до площади, чёлка Кенты успела опасть мокрыми прядями ему на глаза, а Дейн, решивший, что надевать капюшон уже поздно просто ускорил шаг, стараясь быстрее добраться до ближайшего магазина.

Тонкий звон колокольчика успел раздаться раньше, чем за ними захлопнулась дверь.

– Здравствуйте!

Женщина лет тридцати вежливо улыбнулась. Продолжения разговора не последовало, и она занялась своими делами.

– Плана нет, да?

– Неа, – Дейн аккуратно отряхнул мокрые волосы и уставился на полки.

– Может нам нужно то, что мы знаем, как называется?

– И что из всего этого ты знаешь?

– Я-то ничего. Имелся в виду ты.

Дейн только обречённо покачал головой.

– Ну вот там часы стоят. Но зачем ребёнку часы.

Кента задумчиво кивнул.

– А вот там фигурка с водопадом. Не подойдёт?

– Не переоценивай мои знания.

Десять минут спустя Дейн и Кента вышли наружу, не проронив ни слова. Вход в лавку был укрыт навесом, но усилившийся ветер сносил капли дождя так, что они били в лицо даже тут.

– Всё-таки капюшон стоит надеть, – Кента с силой встормошил волосы, сбивая с них воду.

Дейн последовал его примеру.

Следующая лавка находилась по соседству. Пройти нужно было всего метров пятьдесят, но Дейн успел несколько раз порадоваться, что их заставили обуть сапоги. В пару луж он наступил по щиколотку. Плащи, по-видимому, защищали не только от дождя, но и от ветра. Несмотря на то, что тот постоянно норовил сорвать их капюшоны, под одежду он не проникал, и это сильно выручало.

– А тут становится многолюдно, – Лекс помахала стоявшим рядом Баки и Кураме, затем вошедшим Дейну и Кенте, накинула капюшон и выбежала наружу. По её длинным мокрым прядям, выбившимся из-под плаща, Дейн понял, что не они одни недооценили непогоду.

– Привет парни, есть успехи? – Баки, как обычно, всё было нипочём.

Лицо Курамы мало что выражало, но встреча с Баки ему явно не нравилась.

Дейн и Кента отрицательно замотали головами.

– Аналогично, – Баки ободряюще улыбнулся. – Покажите... это. Пожалуйста.

Продавец аккуратно протянул ему статуэтку неопределённой формы из голубовато-розового камня.

– Скажите... пожалуйста... Что это?

Кента наклонился к самому уху Дейна:

– Я так же со стороны выгляжу?

Тот беззвучно засмеялся и закивал.

Кента помрачнел и сжал губы. Тем временем продавец выдал Баки такую тираду, что ни Дейн, ни, судя по всему, Курама, не поняли из неё ни слова.

– Эй, хвостатый. Хвостатый!

На Баки никто не среагировал.

– Курама!

Тот повернулся с явным нежеланием участвовать в разговоре. За узкими окнами сверкнула молния, а секунду спустя раздался раскат грома.

– Курама, это же девятихвостый демон?

– Кьюби – девятихвостый демон, – голос Курамы с трудом различался на фоне барабанящего дождя.

Баки же напротив говорил всё громче, перекрикивая нарастающий гул.

– Но звали же его Курама? Значит, ты хвостатый. Что такого? Это же необидно.

Потерявший терпение Курама, стремительно вышел из лавки, даже не застегнув плащ.

– Как-то не очень вышло, – Баки помрачнел. – Я надеялся, он расскажет, о чем они говорили с продавцом. Вдруг мы бы вместе до чего дошли.

– Ты просто в следующий раз начинай с общечеловеческого вопроса, – Дейн с голосом мудрого наставника похлопал Баки по плечу. – Он с нами-то с трудом общается, а тебя и нормальный человек не всегда вытерпит.

– Этот случай станет для меня уроком, – сложив у груди ладони Баки картинно поклонился. – Может, вы поговорите с ним, о прозорливейший?

Дейн замялся, но кивнул. В отличии от Курамы, он не был стеснительным, но под взглядами двух товарищей, возложивших на него надежду, он внезапно почувствовал на себе слишком большую ответственность. Прогремел ещё один раскат грома, и Дейн, дёрнувшись, подошёл к прилавку.

Несколько вопросов дали понять две вещи: просить советов было бесполезно, и подстраиваться под их начальный уровень языка никто не собирался.

– Ну. Мы ещё не были во многих местах. Может, мы просто выбрали не то? – выходя из лавки, Баки старался всех подбодрить.

Сверкнула молния, дверь за их спинами захлопнулась.

– Что здесь творит....

Голос Кенты потонул в оглушительном раскате грома.

– Обувь прорезинена… – Баки с недоумением обвёл взглядом то, что недавно было оживлённой площадью.

Все люди исчезли, будто их никогда и не было. Вместо мостовой перед рядами лавок разлилось озеро, уже подступавшее к нижним ступеням.

– Купили детишкам подарки, – Дейн не мигая смотрел вперёд, пытаясь прикинуть, безопасно ли вообще идти дальше.

Верхушки старинных сосен, опоясывавших площадь, кренились к земле. Ветер был ещё терпимым, но уже промозглым.

– Теперь понятно, почему нам не дали ограничение по времени, – Кента оглядывался по сторонам с неприкрытым испугом.

– Ага. Придётся раздобыть подарки, пока они ещё не уплыли, – Баки одной ногой опустился на мостовую: вода полностью скрыла треть его сапога. – Холодненькая.

– Надо бы поспешить, – Дейн наконец-то взял себя в руки и шагнул со ступеней вслед за Баки. – Город стоит на холме. Там повыше, – он указал в сторону дальней части площади, – должно быть не так глубоко,

Дейн медленно зашагал, забирая вправо. Кента последовал за ним. Дейн обернулся:

– Баки? Ты не с нами?

– Хочется самому попробовать. Удачи, ребят!

Несколько десятков метров спустя, когда Дейн посмотрел влево, он увидел вдалеке спину Баки, сворачивавшего в сосновый массив. Они же с Кентой вышли на широкую улицу, которая тянулась вдоль всей площади. Здесь почти не было глубоких луж, но лишь из-за того, что вода стремительными потоками уносилась вниз.

Пытаясь перейти улицу поперёк, Дейн поскользнулся и упал на локоть. Ушиб оказался болезненным, и дальше они старались перемещаться по шершавым бордюрам и любым участкам, где проглядывала земля. Это всё ещё не было безопасно, но, всё же, казалось надёжнее прогулок по булыжным мостовым.

Забежав под длинный навес торговых рядов, Дейн снова вытащил карту.

– НАДО ХОРОШЕНЬКО ПОДУМАТЬ... ВРЕМЕНИ НА БЛУЖДАНИЯ НЕТ... – он уже буквально кричал, чтобы Кента мог его расслышать.

Тот кивнул и выхватил карту. С минуту Кента бегал глазами по всем вариантам. Наконец, он ткнул в одну из точек на северо-западе:

– ЭТО …Е БОЛ…Й МА…Н ПРАЗ…Н…ОВ?

– ЧТО?

– БОЛЬШОЙ... МАГАЗИН... МАГАЗИН ПРАЗДНИКОВ?

– А... ДА... НАПИСАНО ТАК.

– ПРЕДЛАГА… ТУДА.

Дейн не стал возражать. Кента сверил изображение на карте с перекрёстком перед ними и взмахом руки показал, чтобы он следовал за ним. До грозы дорога на этой улице была грунтовой, сейчас её размыло так, что ноги глубоко увязали в земле. Кента сместился влево и перескочил через деревянную изгородь. Здесь начиналась широкая хвойная посадка. Из-за размашистых ветвей и плотного игольчатого ковра земля не успела так сильно размокнуть. Идти стало проще. По дороге Дейн отметил, что, они как будто бы возвращаются назад. Он улыбнулся, мысленно похвалив Кенту – отличное решение в их положении. Найти подарки было только половиной дела – их нужно было ещё как-то передать.

Путь оказался не таким близким, зато большую его часть им удалось пройти, не покидая лесной полосы. Ноги начали постепенно уставать от постоянной необходимости удерживать равновесие на проминающейся почве. Холодный воздух уже пробрался под одежду. Нужно было спешить.

Когда у кромки леса появился прогал, подходивший для спуска на нужную им улицу, Кента, шедший всё это время впереди, остановился, переводя дыхание. На открытой местности ветер начал сдувать крупные капли дождя прямо в лицо.

– НУЖНО… ПОДСТРАХОВАТЬ… ДРУГ ДРУГА.

Дейн кивнул.

Кента опустился на колено и перехватил правой рукой ствол ближайшего дерева. Он протянул руку Дейну, чтобы тот смог аккуратно, насколько это было возможно, спуститься на мостовую. Овраг оказался выше его роста, Дейну пришлось спрыгнуть. От падения его спас только торчавший из насыпи оголившийся корень.

Дорога в этом месте круто забирала вниз, из-за чего сейчас она превратилась хоть и не в глубокий, но бурный ручей. Дейн посмотрел по сторонам и дал Кенте знак подождать. Он сомневался, что сможет удержать его, стоя на скользкой наклонной поверхности, а прыгать без подстраховки было небезопасно. Впереди, по другую сторону дороги, виднелась деревянная стремянка, приставленная к стене дома. Дейн осторожно пересёк мостовую, а затем то, что недавно было лужайкой. Он приподнял лестницу – та оказалась легче, чем он опасался.

Кента, всё ещё сидевший, опёршись на колено, напряжённо наблюдал. Используя лестницу в качестве опоры, Дейн направился обратно. Внезапно, лицо Кенты помрачнело. Он вскочил и активными движениями начал показывать над головой крест.

Кента что-то кричал. Дейн не мог разобрать что именно, но догадаться было несложно. Он завертел головой, пытаясь понять, в чём дело. Справа донёсся странный гул. Дейн повернул голову, и, бросив лестницу, отскочил назад.

Бурлящий поток, устремился сверху и пронёсся прямо перед ним с такой скоростью, что стремянку затянуло в водоворот и за секунды унесло далеко вниз. Дейн ошеломлённо посмотрел на Кенту, одними губами произнося: "Спасибо". Тот с ошарашенным видом кивнул и нервно усмехнулся.

С минуту они так и стояли, поглядывая то на друг друга, то на образовавшуюся между ними реку, которая и не думала исчезать. Наконец, Кента отошёл от кромки обрыва под ближайшую разлапистую сосну. Дейн увидел, как тот достаёт из-под плаща свой экземпляр карты. Изучив её с какое-то время, Кента показал большой палец и тут же вытянул в знак прощания ладонь. Дейну пришлось улыбнуться и помахать в ответ.

Как только Кента скрылся за стеной дождя и деревьев, лицо Дейна помрачнело. Он очень не любил оставаться в одиночестве, но сейчас ко всему прочему добавилась саднящая тревога. Та первая летняя прогулка по этому поселению казалась теперь безмятежным отдыхом. По крайней мере, тогда никому не грозила никакая опасность, а сейчас он чувствовал себя участником игры на выживание и в последнюю очередь студентом языковой академии.

Пока он стоял, гроза как будто бы немного ослабла, по крайней мере, поток воды перед ним явно замедлился. Ждать же, когда он утихнет не было ни времени, ни необходимости. Стоя под крышей, Дейн сверился с картой и побрёл к "Большому магазину праздников".

Четверть часа спустя он переступил порог просторного двухэтажного деревянного строения, похожего на огромный пряничный домик из сказок. Кента оказался прав в своих расчётах – магазин был достаточно большим, чтобы в нём нашлось практически что угодно на любой вкус. Он точно походил на место, где можно купить подарок ребёнку. А ещё он располагался на том же склоне горы, что и лавка, в которой все стартовали. Что, в свою очередь, означало очень важную вещь – для возвращения не нужно будет спускаться вниз – туда, где дороги превратились в реки, а площади в озёра.

– Большое спасибо! Хорошего вам дня!

Дейн услышал знакомый звонкий голос. Справа из прохода появилось довольное лицо Юми. Она аккуратно складывала купленные ей коробочки в холщовую сумку.

– Вот это погодка, да? – глаза Юми светились искренним азартом.

Дейн натянуто улыбнулся.

– Ой, что у тебя с рукой?

Дейн приподнял правую ладонь, на которую указывала Юми. По запястью стекали капли крови. Даже не закатывая рукав, он понял, что падение на локоть оказалось не таким безобидным.

– А, ерунда. Ушиб, – он снова улыбнулся, но в этот раз искренне.

– Точно? Ты поаккуратнее. На улице красота, но скользко. А гроза всё не думает утихать...

Юми приоткрыла массивную входную дверь и вместе с ледяным ветром внутрь прорвалась оглушающая дробь ливня.

– Я, пожалуй, поспешу! – Юми выбежала наружу и почти сразу скрылась за белой пеленой дождя.

– Ты, пожалуйста, не спеши, – Дейн кивнул захлопнувшейся двери и поджал губы.

Набирающий силу шторм подгонял получше всех ограничений по времени. К своему ужасу он понял, что умудрился забыть то, что тавернщик рассказывал о своих детях. Было решено пройтись по магазину. Дейн надеялся, что какой-нибудь предмет оживит его память. Этого, к сожалению, не происходило. Зато на втором этаже Дейн встретил Анкера и кого-то из сестёр. Лишь подойдя ближе, он смог понять, что это Аника. В начале он обрадовался и хотел попросить помощи у них, но в итоге так и не осмелился. К тому же, по лицу Аники казалось, будто она вот-вот разрыдается. Было видно, что она успела изрядно промокнуть.

Проходя через своеобразный коридор из хлопушек и фейерверков всех мастей, Дейн услышал звук колокольчика. Сразу за ним отворилась входная дверь. Выглянув из-за охапки разноцветных драконов, он с облегчением выдохнул – Кента сумел найти обходной путь. Дейн окликнул его по имени. Через минуту Кента стоял рядом, стряхивая воду с волос и плаща на всё, что его окружало.

– Без покупок мы отсюда не уйдём, – ровный твёрдый голос не предполагал апелляций. – Моих сил осталось только на обратную дорогу.

– Моих тоже, – Дейн кивнул на сапоги, до колена заляпанные грязью. – Я видел, что Юми тут закупилась, наверное, что-то подходящее можно найти.

– А если она купила те единственные предметы, что были подходящими в этом магазине? – Кента устало опёрся затылком на ближайшую деревянную колонну.

– Это как-то слишком. Мы вроде общаться учимся, а не воюем за сокровища...

За большими квадратными окнами полыхнула белая вспышка. Раскат грома, равного по силе которому они сегодня ещё не слышали, ударил по ушам.

Кента устало провёл ребром ладони по глазам:

– А может монеты посчитать надо? Ну там... на что их хватит, если поделить на три... Я уже брежу, да?

– Немного.

– Так, а что с рукой?

– И ты заметил. Последствия неудачного приземления. Тогда, за площадью.

– Круто английский практикуем.

Какое-то время и Дейн и Кента стояли в молчании, просто глядя по сторонам.

– А ты не помнишь... что там за описание про детей было?

– Ммм... – Кента зажмурился, – один что-то там ищет... это парень, а девочки... одна сидит, другая бегает.

– Точно, сидит у окна, – Дейн сжал пальцами подбородок. – Меня что смущает... Почему нигде нет нормальных игрушек? Или хотя бы того, что мы знаем как называется?

– Мне кажется, дракон по-английски будет «драгОн», – Кента взмахом руки указал на стопку фейерверков, возле которых до сих пор стоял Дейн.

– «ДрАгон», правильно. Простовато. Но в принципе...

Дейн растягивал слова, пытаясь додумать идею.

– А если забыть об учебниках? – Кента подошёл к самому большому стеллажу.

– Ты о чём?

Кента не отвечал. Потратив на изучение содержимого полок с минуту, он побежал вниз и вернулся уже вместе с продавцом.

– Дайте мне это, это и это. Пожалуйста.

Продавец услужливо поклонился, открыл с помощью ключа витрину и последовательно достал три предмета, на которые указал Кента. Сгребя всё в охапку, он обернулся:

– Давай, выбери тоже что-нибудь.

Дейн осознал, что означало "забыть об учебниках". Такой подход очень мало говорил о языковых навыках, но он вполне мог решить, поставленную задачу. Дейн перевёл взгляд на Анкера, который в этот момент помогал Анике достать что-то громоздкое с полки. Летом похожая тактика сработала, значит могло получиться и сейчас.

Он подошёл поближе. Для девочки, любящей сидеть у окна, он выбрал хрустальную статуэтку, которая по его логике должна была красиво рассеивать лучи солнца. Два других подарка он попросил достать с верхних полок стеллажа неподалёку. Девочке, с привычкой бегать, предназначался воздушный змей, а мальчику со страстью к поиску он выбрал телескоп. Кента со своими мыльными пузырями, настольным фонтанчиком и огромной лупой отдал дань уважения фантазии Дейна.

Когда с оплатой стало покончено, все оставшиеся силы были вложены в обратную дорогу до таверны. Приходилось огибать скалу, поэтому внимание обострилось до предела – любой поворот мог принести неприятные сюрпризы.

Уже издалека они заметили Баки, который почему-то стоял у входа и всматривался в даль. Он находился под навесом, но это мало спасало от косого дождя. Заметив Дейна и Кенту, он радостно замахал. Оказалось, что дорогу в этом месте прилично размыло. Сама таверна стояла на краю оврага, поэтому как только они подошли, Баки помог обоим подняться на террасу.

– ОСТА…СЬ Е.. ТРОЕ!

– ЧЕГО?

Не ответив, Баки затолкал их внутрь. Изрядно вымокшие они увидели перед собой одногруппников, которые выглядели ничем не лучше. Длинные волосы Лекс походили на водопад, с которого на пол стекали непрерывные ручьи. Два пучка Юми, осели так, что превратились в уши, как у плюшевых щенят. Лика рыдала на плече у Дэнжи, сожалея, что не пошла вместе с сестрой. Не хватало Курамы, Анкера и Аники.

– Я видел твою сестру, – Дейн склонился над Ликой, – она была с Анкером, не переживай.

Он поспешил обратно наружу, Кента последовал за ним.

– ВЫ ЗАЧЕМ ВЫШЛИ?

– ЛИКА... ПЕРЕЖИВАЕТ... ЗА АНИКУ... ЕЁ БЫ ВСТРЕТИТЬ...

– ВЫ ЕЁ ВИДЕЛИ?

Дейн кивнул. В этот момент на горизонте появилась фигура. Порыв ветра сорвал капюшон. Копна тёмных волос падала на плечи, закрывая половину лица. Баки замахал Кураме и так же, как ранее остальным, помог взобраться.

– МЫ ПОЙДЁМ ЗА РЕБЯТАМИ!

Дейн на сколько мог аккуратно соскочил со ступеней на превратившуюся в ил тропу, где его сапоги моментально ушли в грунт по щиколотку.

– ДАВАЙТЕ Я ПОМОГУ.

Курама планировал уже спрыгнуть обратно, как из-за деревьев показались ещё две фигуры. Все облегчённо выдохнули. Дейн остался стоять внизу. Он протянул Анике руку, Анкер в это время страховал её со спины. Когда настала его очередь, он бросил Кенте свой мешок с покупками, чтобы затем перепрыгнуть лужу самому. Оттолкнувшись от земли, его нога соскользнула, и Анкер упал. По инерции его начало сносить влево, где шёл резкий уклон. До края оврага было всего несколько метров.

Дейн кинулся к Анкеру, пытаясь ухватить его за руку. Его тут же по цепочке начали страховать Кента и Курама. Баки бросился внутрь за помощью. За секунды на террасе собрались все. Дэнжи скинула плащ, чтобы Дейн мог использовать его как верёвку. Поднявшиеся крики, заглушили даже бушевавшую грозу. Испробовав несколько попыток, Анкер наконец смог зацепиться за плащ. Дейн со всей силы потянул его на себя. Рывок. Второй. Третий. Край плаща треснул и оторвался. Глаза Анкера в ужасе расширились, и он соскользнул вниз.

Глава 34

Дейн оцепенело смотрел на точку, где только что был Анкер. Его рука отпустила плащ и зависла в воздухе. Шум вокруг слился в единый неразличимый гул.

– ...Дейн ...Дейн ...ДЕЙН!

Кто-то с силой дёрнул его наверх. Тяжёлый удар Кенты пришёлся ему в плечо. Грузный мужчина мельтешил перед глазами и с силой заталкивал всех обратно в таверну. Молнии начали бить одна за другой. Раскаты грома уже не различались, казалось что грохот стоит повсюду и просто не прекращается.

– Внутрь! Внутрь! СКОРЕЕ! ВНУТРЬ!

Дейн увидел, как мужчина практически швыряет Кенту в открытую дверь таверны, и тянет руку уже к нему... Перелёт через ступени. Удар об пол. Темнота.

Глава 35

Рука Кенты обхватила Дейна в районе лопаток, помогая встать. Справа раздавалось потрескивание камина. Дейн оглянулся. Белёсый свет из-за тёмной аркады ударил в глаза.

– В порядке? – Кента встряхнул его за ворот и, дёрнув застёжку, стащил с него мокрый плащ.

Дейн кивнул и только сейчас начал замечать остальных. Кто-то, как и он минуту назад, сидел на полу. Кто-то, уже на ногах, пытался избавиться от мокрой одежды – плащи летели в общую кучу посреди прохода.

На этот раз Митцуя тоже был здесь. Он стоял возле дивана, склонившись над кем-то.

– Анкер! Анкер, ты цел?! – Юми практически влетела в профессора.

– Всё в порядке, – голос Митцуи прозвучал громко и жёстко.

Он выпрямился и повернулся к остальным.

– Я попрошу всех успокоиться! С Анкером всё хорошо. Ни ему, ни кому-то из вас ничего не угрожает. Пожалуйста, смените верхнюю одежду и обувь. В углу на стеллаже вас ожидают комплекты тапочек и пледов. Также. Прежде, чем покинуть кабинет, каждый обязан выпить по кружке чая. Это не гостеприимство. Поможет от негативных последствий в случае переохлаждения.

Последние слова прозвучали уже мягче.

Пока Митцуя зачитывал свои инструкции, к Анкеру сбежалось пол группы. В стороне, сохраняя спокойствие, остались только Курама и Лекс. Они же первыми пошли за переобувкой и, заняв каждый по креслу, принялись молча пить то, что Митцуя назвал чаем.

Дейн стоял возле дивана, оцепенело глядя на Анкера. Он всё ещё не мог уложить в голове, что только что произошло, и как к этому относиться. Убедившись, что Анкер в сознании и даже улыбается, они с Кентой вторыми после Курамы и Лекс забрали со стеллажа сухие вещи и сели в кресла.

Вокруг царила ужасная суматоха. Аника и Лика были близки к истерике, Юми и Дэнжи пытались их успокоить, Баки взял под опеку Анкера, постоянно переспрашивая, как у того с восприятием окружения и самочувствием.

Кабинет Митцуи располагался очень близко к горам, поэтому находясь там, особенно в пасмурную погоду, было сложно понять, какое сейчас время суток. Дейн посмотрел на часы.

– Если хотим попасть на ужин похожими на людей, стоит поторопиться.

Кента не стал спорить.

Тёплый душ смыл не только грязь, но и какую-то часть воспоминаний. Переодевшись в сухую тёплую одежду, Дейн почувствовал, что горное поселение и гроза были не час назад, и даже не неделю, а просто где-то во сне. Над долиной нависали низкие тучи, там, где можно было разглядеть реку, поднимался туман – погода была прохладной. Но тут в замке повсюду горели камины, а по коридорам, окружавшим Атриум разносился зазывающий аромат накрытых к ужину столов.

– Мне кажется, я готов съесть кабана, – Кента широким укусом ухватил куриную ножку.

– Аппетит нам разогнали, – Дейн отпил апельсиновый сок, продолжая размышлять о том, как относиться к прошедшему дайву.

– Рука не болит?

– Вроде перестала.

Дейн скинул с плеча накидку. Локоть правой руки оказался в полном порядке. Он приподнял левую, но и на ней ничего не нашлось. Дейн нахмурился, ещё раз оглядел себя и полностью снял накидку, оставшись в футболке – ни ссадин, ни царапин, ни даже ушибов не было. Пару синяков, полученных в Трофейном Зале, он не считал.

– Я вот даже не понимаю, удивлён я или уже нет, – Дейн допил остатки сока и отодвинул пустой стакан.

– Обалдеть. Нуу... круто. Значит за Анкера переживать не стоит.

– А тебя это всё не пугает?

Кента задумчиво посмотрел на свою вилку с нанизанной на неё картофелиной.

– Немного. Наверное. Но тут совершенно точно не скучно.

– Не поспоришь.

***

Занятие по говорению в четверг прошло натянуто. Многие сидели в обиде на Митцую из-за того, что тот их ни о чём не предупредил. В пятницу ситуация не изменилась. Рассудив, что проводить урок в такой атмосферу неэффективно, Митцуя отложил в сторону учебник и направился к камину подвешивать чайник.

– Предлагаю немного отдохнуть, – Митцуя опустился в своё кресло и сложил руки в замок. – На самом деле я итак планировал сегодня с вами немного поболтать, но, раз уж так совпало, давайте начнём с прошедшего дайва. Баки, Курама, не принесёте чашки из шкафа?

Те молча отправились в дальний конец кабинета.

– Я вижу, вы остались недовольны последним испытанием. И кое-кто уже подходил с вопросом, зачем вас поставили в такие обстоятельства.

Баки осторожно опустил на стол шесть белых кружек. Курама добавил к ним ещё пять, и они оба вернулись на свои места.

– Спасибо. Так вот. Главное, что вы должны понять… Ваше обучение сейчас... весь первый семестр – это одно большое продолжение летнего экзамена. Думаю, не стоит говорить о том, насколько место, где мы сейчас находимся, необычное. Дело не только в порталах и барьерах, с которыми вы встречались. Сейчас вы знакомитесь с замком, а замок знакомится с вами. Он безопасен и дружелюбен, но он не такой, как места, к которым вы привыкли. Со временем вы поймёте, как тут всё устроено, но пока вам предстоит сталкиваться с местными необычными законами. Что касается прошедшего дайва...

Митцуя приподнял указательный палец, осознав, что кое-что забыл. Он встал, направился к тому же шкафу, где стояли чашки, и продолжил, уже скрывшись за дверцей.

– Важно понимать... Всё по-настоящему. То есть не до конца, конечно. Система дайвов имеет защиту от травм и всего, что за ними следует.

Митцуя захлопнул дверцу, прихватив с собой сахар и ложки.

– Дейн. Как твоя рука?

От внезапного вопроса Дейн вздрогнул.

– А?... А откуда вы знаете?

Митцуя положил всё принесённое на стол и широко улыбнулся.

– Я же ваш куратор. В Фэйбэле это не номинальная должность. Так как там твой локоть?

– Прекрасно...

– Вот. Дейн на своём опыте столкнулся с этой системой.

– Можешь показать? – Юми, сидевшая справа, приподнялась на локтях.

– Да, конечно, – Дейн закатал рукав, а затем, для убедительности, второй.

– У тебя же тогда вся ладонь в крови была... – Юми опустилась обратно и удивлённо качнула головой.

– С Анкером, как видите, тоже всё прекрасно.

Анкер нервно усмехнулся.

– Как только он начал падать, дайв зафиксировал угрозу серьёзных травм и моментально выкинул его из испытания. Здесь какие–нибудь вопросы есть?

Митцуя выждал паузу и продолжил.

– Вы должны относиться к любым элементам обучения со всей серьёзностью. Если вы застрянете в дайве на сутки и захотите есть, вам придётся искать пропитание, если вы решите затеять с кем-то драку, вам придётся ходить в ушибах и ссадинах, если неудачно погладите гуся... Он может вас укусить. И уж точно не стоит прыгать, к примеру, со скал. Вы, конечно, не пострадаете, но испытание будет провалено.

– Профессор, – Юми подняла руку, и Митцуя прервался. – Но почему вы не рассказали нам всё это заранее?

В глазах Митцуи заиграл хитрый блеск.

– А сами как думаете?

– Чтобы было веселее, – Кента всегда улавливал этот настрой их куратора.

Митцуя улыбнулся и кивнул.

– Это верно. Согласитесь, воспоминания на год вперёд.

Лекс и Баки засмеялись, а сёстры нахмурились.

– Но, всё-таки, есть и вторая причина.

Юми огляделась и неуверенно приподняла бровь:

– Чтобы мы внимательнее относились к инструкциям?

– Именно, – Митцуя просиял.

В камине засвистел чайник.

– Вы у меня очень сообразительные. Кстати, об этом...

Митцуя, отправившийся за чайником, остановился с ним в руках на полпути.

– Хотел вас похвалить за грамотную командную работу.

Митцуя изобразил еле заметный поклон головой и направился к столу разливать чай.

– Юми, вы прекрасно начали разговор с тавернщиком. Анкер вовремя догадался проводить Анику, когда погода окончательно испортилась. Баки беспокоился за всех, помогал на входе. И Кента с Дейном...

Кента замер прямо на вдохе.

– ...вы показали прекрасный тандем, дополняя друг друга. Это на самом деле достойно высокой похвалы. И всё же... Я второй раз попрошу вас действовать самостоятельнее. До экзамена неделя и, поверьте, в нём каждый будет сам за себя.

Кента сглотнул и молча кивнул. Дейн же просто вздохнул. Митцуя был прав во всём. Если Кента не научится обходиться без помощи, предстоящий экзамен он завалит.

– Пожалуйста, берите чашки, у нас ещё осталось несколько минут.

Митцуя широким жестом указал на стол и первым воспользовался своим же приглашением.

– Я уже упомянул, что есть ещё одна о вещь, о которой я намеревался поговорить.

Те, кто стоял в этот момент у стола, напряжённо покосились на профессора.

– Всё в порядке, ничего такого, – Митцуя вернулся к своему приветливому выражению лица и дождался, пока все рассядутся по местам.

– Если вы заглядывали в расписание, то, наверное, видели что вместо вечернего чтения, у вас стоит занятие с профессором Варане́ем после обеда.

Кента вопросительно посмотрел на Дейна, но тот только рассеянно пожал плечами – заглядывать в расписание так и не вошло ни у одного из них в привычку.

– Просто имейте ввиду, если вдруг... вам захочется посидеть и... выпить чаю... Он будет ждать вас тут на столе. А если вдруг вам нужно будет с кем-нибудь поболтать... мой кабинет вон там, – Митцуя указал на второй ярус, где у винтовой лестницы с трудом различалась неприметная тёмная дверь. – Да, что у вас с лицами? Профессор Варане́й прекрасный человек, уверен он вам всем понравится. Только выходите пораньше – его лекторий в дальней части замка. Опаздывать настоятельно не рекомендую.

Глава 36

– Так. Мы вышли пораньше?

– Вышли.

– Но мы потерялись?

– Потерялись, – Дейн протяжно вздохнул. – Интересно, этаж хотя бы тот?

– А мы на каком? – Кента повернулся, как будто ожидал увидеть табличку с номером.

Дейн пожал плечами:

– Места, вроде, знакомые.

– И где мы?

– Понятия не имею.

Дейн зашагал дальше по коридору.

– А вот его мы, по-моему, видели.

Коридор закончился просторной площадкой. Большой лев из светлого камня лежал на своём круглом постаменте.

– Теперь, сможешь сориентироваться?

– Думаю, да.

Дейн достал из сумки блокнот, в котором зарисовал путь до нужного им лектория.

Пока он вертелся по сторонам вместе с блокнотом, поворачиваясь то в одну сторону, то в другую, Кента бродил по площадке, поглядывая на льва.

– Ты чего? – Дейн отвлёкся от карты и, сдвинув брови посмотрел на Кенту.

– Мне кажется, он за мной следит.

– М.

Дейн продолжил мысленно выстраивать план их дальнейшего пути, но Кента, маячивший взад-вперёд, не давал ему сосредоточиться.

– Ты попробуй сзади зайти. Может он обернётся.

Кента саркастично вытянул губы, но уже через минуту стоял, разглядывая спину статуи.

– Ооо, кажется, я разобрался.

Дейн прихватил Кенту за воротник и потащил к лестнице.

Преодолев три пролёта, четыре коридора и полдюжины поворотов, они оказались перед самым странным лекторием, что им доводилось видеть.

– Если это Колизей, я надеюсь, мы в нём сейчас будем зрителями, – Кента приоткрыл рот и, задрав голову, рассматривал возвышавшееся несколькими ярусами полукруглое арочное строение.

– Боюсь, Митцуя нас не просто так предупреждал. Что-то мне всё это не очень нравится.

– У этого предмета даже названия нет. После среды уже страшновато.

– Говорят, что периодически Колизей затапливали и устраивали там морские бои.

Кента напряжённо сдвинул брови. Дейн ухмыльнулся и первым шагнул в один из пяти узких коридоров, что вели внутрь.

– Другие говорят, что это было слишком трудоёмко и не совсем возможно.

Голос Дейна эхом отдавался от высокой каменной кладки.

– Но вот про зверей. Это всё правда, конечно.

Множество узких лесенок уходили наверх, очевидно, к "зрительским местам", но нужно ли им было туда подниматься, было неясно. Через пару десятков метров тёмный коридор, как они и предполагали, вывел их к овальной площадке, напоминавшей арену.

В центре этой «арены» располагался небольшой стол. За ним сидел мужчина, напоминавший древнегреческого, или, что вернее было бы в местном антураже, древнеримского философа. Седые волосы и лёгкая щетина выдавали в нём человека по меньшей мере лет шестидесяти, а глаза весело блестели в свете лучей, которые падали сюда через широкие стеклянные вставки купольного потолка.

Отсюда лекторий казался очень светлым, неприятное предчувствие, которое появилось при взгляде на него снаружи, пропало. Студенты продолжали прибывать из разных коридоров, а Варане́й движением руки приглашал их подниматься к балконам. Кента кивнул в сторону нескольких свободных в верхних рядах по левой стороне.

Заняв места, они наклонились вперёд, чтобы помахать друг другу. Все балконы были рассчитаны на одного человека, а каменные перегородки и навесы из плотной зелёной ткани значительно ограничивали обзор. Дейн откинулся на высокую мягкую спинку кресла и, усмехнувшись, подумал, что Кенте наконец-то не удастся ни у кого списать, а значит, сегодня он начнёт учиться самостоятельности. Что было весьма важно, вспоминая о неумолимо надвигавшемся экзамене.

Занятие должно было начаться через десять минут, но, сверившись со списками, Вараней решил дождаться опоздавших, одним из которых оказался Баки.

– Всем доброго дня! – мужчина поднялся из-за стола и, заложив руки за спину, медленно вышел вперёд.

Было непохоже, что ему сложно передвигаться. Скорее, эта неторопливость производила впечатление размеренности и спокойствия.

– Полагаю, мы видимся впервые. С вашими именами я уже ознакомился, позвольте представиться и мне. Профессор Вараней. К вашим услугам, – он склонил голову. – Об уровне и характере моих умений я предоставлю судить вам. Сейчас же мне хотелось бы немного порассуждать.

Сложно было сказать, был ли голос профессора усилен, работала ли так акустика, или он сам по себе был хорошо поставлен, но звучал он громко и совершенно ясно.

– Прежде, чем мы начнём, я бы хотел, чтобы каждый из вас подумал об одном приятном для вас запахе. Говоря точнее, я бы имел в виду не тонкий цветочный аромат, или, предположим, шлейф духов. Речь о чём-то из прожитого опыта. Что-то, что, возможно, уже покинуло вашу память, но когда-то ассоциировалось с чем-то хорошим. С чем-то радостным. Я дам вам несколько минут. Подумайте хорошенько.

Дейн погрузился в размышления. Блуждать в воспоминаниях было его излюбленным занятием. С какой-то точки зрения именно они привели его сюда, ведь если бы не тоска по детству и друзьям, и его нежелание окончательно вступать во взрослый мир, где всего этого у него уже не было, он бы сейчас находился за сотни километров и изучал совсем не иностранный язык.

И, всё же, их просили вспомнить что-то конкретное. Что бы это могло быть? Варианты побежали галопом один за другим. Трава после дождя – это то, что почему-то всегда ассоциировалось с детством. После дождя все выходили гулять, после дождя светило солнце, после дождя они играли в футбол, хотя взрослые и запрещали им это делать. Что только не происходило после дождя. Мяч. Белый футбольный мяч, который ему подарили в честь начала летних каникул. Этот запах он, наверное, мог почувствовать даже сейчас. Сколько радости тогда было, и сколько этот мяч потом пережил. Новые тетради. Нет, разумеется, он не любил учиться, но ведь тетради покупались летом, обычно заранее, в разгар летних каникул, чтобы стоили подешевле. Он всегда ходил за ними с мамой, и ему всегда доставалась в подарок какая-нибудь игрушка или что-то вкусное. Приставка. Как же он её ждал. Он знал, что ему обещали её на день рождения, и отсчитывал дни, не до праздника, а до встречи с ней. Сколько эмоций, нервов и воспоминаний она принесла. А еда... Как готовила мама. А как готовила бабушка. Справедливости ради, они и сейчас готовили не менее вкусно, но как будто бы в детстве продукты были другими. Хлеб был точно другим. Тогда он мог съесть треть, не пройдя и ста метров до дома, а сейчас он к нему практически не притрагивался. И мороженное! К большому сожалению Дейна, пломбир из его детства просто исчез. Другие пломбиры уверяли, что они те самые, но они безжалостно врали.

Дейну жутко захотелось почувствовать сейчас тот самый запах настоящего пломбира, но он резонно осадил себя, что если нужно назвать запах, который тебя бы обрадовал, запах пломбира его бы скорее всего расстроил, ведь его захотелось бы съесть, а он больше не существует, что было грустно. Он снова начал перебирать вариант за вариантом. Наконец, выбор пал на мяч. Всё остальное он в какой-то степени ещё встречал в своей жизни – даже приставка бережно хранилась на шкафу под потолком. А вот мяч, к большому сожалению, не уцелел. Он даже не мог вспомнить, когда именно тот сыграл свой последний матч. Но совершенно точно их было десятки, а может и сотни. Прекрасный был мяч.

– Все готовы? Дам вам ещё минутку.

Вараней ускорил шаг, обходя "трибуны" и весело поглядывая на студентов.

– Полагаю, вы уже определились. Это прекрасно. А теперь мысленно произнесите то, что загадали.

– По русски или по-английски, профессор?

– Это, в сущности, не важно, – Вараней вернулся к столу, где снова занял своё место. – Пожалуйста, приступайте.

"Футбольный мяч". Дейн зажмурился и зачем-то добавил: "Тот, что мне подарили на день рождения".

Купол, который закрывал балкон от прямых солнечных лучей и заодно с ними верхних рядов, начал быстро опускаться вниз. Когда он оказался ниже уровня плеч, вокруг сгустился полумрак. Прямо перед Дейном в воздухе появилась белая аккуратная надпись:

"Футбольный мяч, подаренный на день рождения".

– И что с этим делать?

В темноте ему сразу захотелось спать. Дейн зевнул, и с трудом приоткрыл налившиеся тяжестью веки. Вдох замер в груди.

Глава 37

Медленно, насколько это было возможно, чтобы не упустить ни одной детали, он повернулся вокруг себя. Только сейчас он осторожно, как только мог, выдохнул. Уставившись в упор перед собой, он сглотнул. В глазах помутнело. Гладкий прохладный мяч выпал из рук.

Он бодро проскакал по полу и остановился у старого, повидавшего жизнь шкафа. Обе дверцы ещё крепко держались на петлях. Ещё более старые и ветхие, но такие привычные кресла стояли у окна.

- Привет, – голос Дейна надломился. – Дом.

Он снова обвёл комнату взглядом, шагнул назад и упал на жёсткий пружинящий диван. Дыхание сбилось, ладони заслонили лицо, две влажные дорожки проскользнули сквозь них и умчались вниз по шее.

Какое-то время, невозможно было сказать, сколько, он сидел, рассматривая комнату. Розовые обои в цветочный ромбик. Раньше он никогда не замечал их, а сейчас они казались такими странными. Мама говорила, что это был единственный вариант в магазине, которого хватало на всю площадь зала, но они ей и правда нравились. Даже жалко было срывать потом при ремонте. А ковёр совсем ещё не изодранный. Конечно. Томми тогда ещё у них не появилась. И Мэнни тоже ещё не появился... Они ещё даже не родились. Дейн перевёл взгляд на пустую часть стены.

– Там будет висеть ваша фотография. Лет через десять. Хоть и не так долго... Пока Томми... Но ведь сейчас всё только впереди. Вы ещё будете бегать по этому ковру. Ещё будете драть эти обои. Вы ещё будете...

Дейн вытер нос и встал. Он поднял мяч. И правда – совсем новый, вот же этикетка.

– Значит, мы тобой даже не сыграли. Значит... Значит... Значит я только что оставил тебя здесь. Я пошёл... к Максу. Отпрашивать его у родителей. Папа поехал в гараж. А мама ещё на работе...

Дейн бросился к окну – вдруг там, внизу, он ещё увидит, отъезжающую Ниву. Или может себя, звонящего в домофон на другом конце двора. Деревья. Густые, красивые. Но ветви слишком широко раскинулись – почти ничего не разглядеть. А этот шум...

– Сколько же народу нас тогда гуляло. Сколько же ещё не переехало…

Он посмотрел на журнальный столик. Оказывается, книжки заменяли ему одну ножку уже тогда. Почему-то это заставило улыбнуться.

– Что мы только тут не складировали.

Рука потянулась к стопке школьных тетрадей, но зависла над сложенной запиской. Поколебавшись, он поднял её и развернул.

"Господин Дейн,

хотя вы не сможете дождаться возвращения домочадцев, в вашем распоряжении есть полчаса. Потратьте на них то количество времени, что посчитаете нужным.

Вспомните, каким вы когда-то видели этот мир. Что наполняло тогда ваше сердце.

Этот мальчик не остался в прошлом. Этот мальчик – Вы.

И если по итогу Вы найдёте мой урок полезным, я хотел бы обратиться к Вам с просьбой. Ввиду того, что мне приходится отнимать время от ваших академических занятий, было бы некрасиво с моей стороны, проигнорировать языковую сторону вашего обучения. На каждом из уроков я буду предлагать Вам по одной истории. Надеюсь, на уроках чтения они станут достойными кандидатами для возможной дискуссии. Квиток для получения книги в библиотеке вы найдёте в самом заурядном для него месте – на книжной полке.

Искренне Ваш,

Профессор Вараней"

Дейн положил записку обратно и осмотрелся. У него появилось странное ощущение… Будто пока он читал её, что-то изменилось. Розовые обои перестали казаться чудными – вроде бы они всегда тут и были. Этот стол он видит каждый день – вот эта жёлтая потёртость всё время заменяет ему подстаканник. На душе стало легко. О чём он недавно переживал? О какой-то карьере? Когда это вообще будет? Допустим, будет, но что-нибудь обязательно придумается. Не может же быть такого, чтобы он совсем ничего не умел и не знал – он вообще-то талантливый – ему это сотню раз говорили. Да он и сам это знает. Пачка комиксов лежит – столько ещё не прочитано. Сколько историй за одну только неделю можно прожить? Марату надо бы, позвонить – давно не виделись. И деду с бабушкой. Им первым. Да сколько тут всего интересного! "Тысячелетний Сокол" так трети запчастей и не дождался – пора бы дособрать. Они же в соседней коробке прямо тут и пылятся. Диск, его любимый – кучу времени не переслушивал, а всё хотел.

– Сколько же всего интересного. Я чем вообще в свободное время занимаюсь? Почему это всё ещё не переделано?

Три часа спустя полностью укомплектованный "Сокол", совершая манёвры под протяжный распев "In the Eeeeend", приземлился в пустыне Татуина, которую артистично воплощала покрытая вековым слоем пыли книжная полка. В качестве взлётно-посадочной площадки был выбран пожелтевший листок бумаги. "Сокол" пролетел чуть дальше ему положенного. Поднятая им волна ветра перевернула листок.

– "Ори – повелитель зелёной страны". Не помню ничего такого. Чьё это?

"Сокол" застыл на краю полки, а Дейн помрачнел. Он вспомнил, что записка предназначалась ему. Библиотечный квиток. Он отошёл от шкафа и огляделся. Солнечные зайчики по-прежнему проскакивали в комнату сквозь густую листву, а на улице по-прежнему раздавались весёлые крики. Больше всего на свете ему сейчас не хотелось признавать одну вещь – ему пора.

Он всё стоял и стоял. Никто его никуда не торопил. И всё же он всё понимал. Он вновь обвёл комнату взглядом. Глаза заслонила мутная пелена. Он глубоко вдохнул и посмотрел на пустое место на стене.

– Мам. Когда тебе на работе предложат белого котёнка даже не думай сомневаться. Ты его потом больше всех полюбишь. Пап. А ты найди Мэнни. Это обязательно. Без него никак. Иначе Томми нам все обои обдерёт...

Ладонь потянулась к листку на полке.

– Денни. У тебя, впереди ещё куча прекрасных лет. Ты по ним потом будешь очень скучать. Но это, ведь, потом, да? Так что твори глупости по полной. Будут говорить, что пожалеешь, но это всё враньё. Пожалеешь, если не натворишь. Но ты натворишь. Уж поверь.

Пальцы коснулись уголков глаз, задержались в воздухе и легли на пожелтевший листок бумаги.

Глава 38

Полуденные лучи отвесно падали на перила второго яруса. Дейн, перегнулся через них, чтобы помахать Кенте. Несмотря на субботний день, кроме них двоих вокруг никого не было. Не было и привычного шума. Спальное крыло словно само погрузилось в сон. Комната Дейна располагалась далеко от лестницы, но шаги Кенты, поднимавшегося сейчас по ней, доносились громко и звонко.

– Ко мне Баки заходил, – Кента облокотился на перила. – Говорит Митцуя зовёт всю группу на вечеринку.

– Куда? – Дейн с усмешкой подался назад.

– Вот я так же отреагировал. Но отказываться вроде как не удобно.

Он с важным взглядом посмотрел на Дейна, и их сразу же накрыл приступ беззвучного хохота. Дейн живо вообразил, как Митцуя, перебравший с чем-нибудь крепким, дожидается полуночи, взмахивает мантией и ведёт всех на экскурсию по тайным закоулкам замка, хихикая и советуя не отставать.

***

После обеда Дейн и Кента, засели в одном из небольших кабинетов, чтобы закрыть все задолженности по исправлениям. Домашних заданий им не задавали, но работу над ошибками приходилось делать, и у Кенты без этого пока не обошлось ни одного урока. О вчерашнем занятии с Варанеем они практически не говорили. Тяжело было сформулировать то, что сам ещё не смог до конца осознать. Почему-то звать сегодня кого-то на футбол казалось неуместным. Это сложно было объяснить прямой логикой, как будто бы так было правильно. В итоге Кента сам предложил заняться учёбой. Большую часть времени нужно было молча сравнивать свои исчёрканные записи с учебниками и конспектами, иногда прерываясь на рассуждения о правилах грамматики. Пожалуй, это было лучшим способом провести этот день.

Просидев больше двух часов в монотонном перелистывании книг, они услышали над головами свист.

– Вигли? Ты что тут делаешь?

Малютка-птиц уронил на стол записку, и из освободившегося клюва тут же полилась радостная трель. Второй птиц сбросил такую же записку на голову Кенте.

– Вигли? Ты дал своему будильнику имя?

– Нет. Тот, что меня будит – Фигли. А этот обычно сидит на ветке и спокойно поёт.

– Ага... Логику уловил. А с чего ты взял что вот он, – Кента ткнул карандашом на птица, топтавшегося по его конспекту, – не Фигли?

– У Вигли грудка пушистая.

– Ты же заметил, что он металлический?

– Сразу перед тем, как отметить, что у него пушистая грудка.

Дейн развернул полученное послание и начал читать его вслух:

"Наша импровизированная вечеринка состоится в аудитории Кассиопея. Приходите к шести.

Митцуя.

P.S. Это в Восточной башне. Не потеряйтесь."

– Шесть вечера – это же ужин?

– Видимо, поужинаем с куратором.

***

Митцуя зря переживал о Восточной башне. На её первом этаже располагался кабинет Руфим, поэтому вечно опасавшиеся опозданий Кента и Дейн появились даже раньше оговорённого времени. На карте аудитория Кассиопея была отмечена на четвёртом этаже, но лишь войдя внутрь, они поняли, что попали в высокую конусообразную крышу башни. Снаружи все такие навершия выглядели непримечательно, но изнутри производили внушительное впечатление.

Массивные деревянные балки поддерживали стеклянный купол, который рассеивал свет так, что на стены и пол падали мягкие полосы – то шире, то уже всех возможных вариаций яркости. Мебель была расставлена хаотично – диваны, кресла, несколько столов разных форм и размеров, шкафы и комоды. На внушительных размеров круглую комнату приходилось сразу три камина – по одному с каждой из сторон, кроме той, где был вход.

Улыбающееся лицо Митцуи выглянуло из-за спинки дивана, загораживавшего его кресло. Он сидел во главе явно импровизированного круга из того самого дивана и нескольких кресел. В центре стоял самый большой из всех присутствующих столов. К облегчению, начинавших урчать животов Дейна и Кенты, он был заставлен едой, даже более изысканной, чем им обычно давали на ужин. Венцом праздничной композиции стал шоколадный фонтанчик.

Юми и Дэнжи у высокой тумбы неподалёку украшали явно самодельный торт.

– А я думал раньше всех приду, – между Дейном и Кентой протиснулся Баки прямым ходом направившийся к торту.

Авторитет Митцуи сыграл свою роль – в шесть часов все десять человек сидели за столом, неуверенно переглядываясь.

– Тут так здорово! – Аника первой потянулась за своим стаканчиком горячего шоколада, проведя им в воздухе дугу, как будто бы это был тост.

– Правда здорово! – Юми закивала. – Мы ещё не бывали в таких уголках замка.

– Надо признать, обычно сюда не слишком просто попасть, – Митцуя склонил голову с хитрым прищуром. – Но у меня есть некоторые привилегии.

– У вас сегодня день рождения?!

Кента выпалил это с расширенными глазами.

Митцуя рассмеялся и медленно склонил голову.

– Вы знали! Вы знали и нам ничего не сказали! – Баки выставил указательный палец вперёд. – Юми и Дэнжи украшали торт! Я видел. Считаю, это штрафной стакан шоколада.

Рука Юми, отпившей в этот самый момент из своей чашки, зависла в воздухе, не зная ставить ли её на место.

– Баки прав – это штраф, – Кента замотал головой, сурово сдвинув брови.

– Мы просто предположили, – Юми невинно закатила глаза, но опускать чашку не стала.

– Дэнжи, тебя это тоже касается, – Баки назидательно нахмурился и не менял выражение лица до тех пор, пока стаканчик с шоколадом не оказался выпит.

Все, кроме вогнанной в краску Дэнжи, и неизменно молчаливого Курамы, начали сыпать поздравлениями разной степени изысканности и оригинальности. Только после третьего круга пожеланий и опустошённых до дна бокалов, тарелки начали наполняться принесёнными Митцуей угощениями. Больше всего этому был рад Курама которого, Баки, Лика и Аника общими усилиями всё-таки смогли заставить произнести тост.

– Дэнжи. Дэнжи, Дэнжи, Дэнжи. Что за имя такое Дэнжи? – Баки вошёл в раж, и, добившись победы над Курамой, переключил своё внимание на новую жертву.

Дэнжи, которая в этот момент хотела съесть дольку киви, застыла. Отросшая с начала года чёлка, скрывала половину её лица, но она явно не знала, что ответить. После поздравлений, тостов и изрядной порции закусок все настроились на длинные разговоры.

– Нуу… это сокращение. От моего ника.

Воцарившееся молчание красноречиво говорило о том, что такого ответа совершенно точно не достаточно.

– Dangerous Angel. Мой ник во всех играх.

Тишина продлилась секунду. Дейн не смог сдержаться и хихикнул. За ним точно также не смогла сдержаться Лекс. В следующее мгновение вся огромная комната была залита хохотом. Митцуя попытался остаться серьёзным, но не смог себя перебороть и просто прикрыл ладонью рот. Из-за этого все кто только-только начал успокаиваться разразились второй волной, ещё громче прежней.

– Прости, но я не смогу теперь с этим жить, – Баки стёр с края глаза слезу. – Будешь Энжи.

– Но... Я Дэнжи, – Дэнжи пыталась прекратить смеяться, но ничего не выходило.

– Дэнжи ты в подземельях с орками... – Баки попытался закончить фразу, но снова залился хохотом и успокоился лишь через минуту. – Ребят, голосование! Кто считает, что Энжи – Энжи?

Руки уставших от смеха и развалившихся в креслах потянулись вверх одна за другой. Юми, с раскрасневшимся лицом, подняла с подлокотника ладонь Дэнжи.

– Единогласно!

Митцуя сохранил нейтралитет, но в конце еле заметно кивнул.

Чтобы отметить завершение голосования, он вручил всем по фруктовому канапе, одно из которых почти сразу угрожающе направилось в сторону Баки.

– А вот ты, – Лика обвела канапе овал вокруг носа Баки, – ты почему рыжий, а веснушек нет?

– Да-да-да, – Аника подпрыгнула на месте. – Чего мы про тебя не знаем?

Баки отшатнулся, выставив вперёд пустую шпажку.

– Вы ничего не докажите. Лжеблизняшки!

Для надёжности Баки спрятался за спину Анкера, накладывавшего себе жаркое.

– Лжерыжий! – Лика ехидно прищурилась и в один укус уничтожила своё канапе.

Кента скосил глаза в пол и пригладил взлохмаченную макушку.

– Не переживай, мы догадывались, – Лекс изобразила искреннее понимание и похлопала Кенту по плечу.

Счастливая улыбка расползалась по лицу Митцуи так широко, что казалось, он сейчас захлопает в ладоши. Наконец, он поднялся и серьёзным голосом попросил всех пройти к камину у стены слева.

– Ух ты! – Аника с восторгом подбежала к высокой треноге, на которой был закреплён старинного вида фотоаппарат.

– Сначала к камину! – Митцуя торжественно взмахнул рукой. – Я его уже настроил, не заставляйте меня делать это заново.

– А это... обязательно?

– Это даже не обсуждается, Курама. Быстрее, быстрее. И не загораживайте камин.

– Так ведь он займёт половину фотографии, – Юми потянула за руку Энжи, чтобы отойти влево.

– Вот и отличненько, – Митцуя склонился к глазку камеры, корректируя фокус. – Приготовьтесь...

– А вы, профессор?

– А я присоединюсь к вам в следующем кадре, Баки. Кому-то нужно нажимать на кнопку.

– Бывает же автоматическая...

– Не у этой модели. Так. Мне нужны ваши счастливые лица. На счёт три вылетит дымок. Раз... Улыбаемся... Три!

Митцуя резко отвернулся. С лёгким хлопком камеру окутало облаком тумана, который почти моментально разнёсся по всей комнате. Несколько мгновений было сложно что-то разглядеть, но очень быстро всё рассеялось. В воздухе осталась лишь лёгкая перламутровая дымка.

– Как она у вас красиво фотографирует! – Аника подставила ладонь под скользившее мимо неё облачко.

– Нравится? – Митцуя снова вернулся к настройке фокуса. – Давайте я её подарю... Тому, кто лучше всех покажет себя на моём экзамене в конце месяца! – он заговорщически повёл бровями и локтем опёрся на камеру. – Вот только как немножко починю и доразберусь с настройками…

– Фотография не вышла?

– О, нет-нет, всё в порядке. На, к сожалению, часть дыма осталась в объективе. Придётся разобраться, как его оттуда выгнать, – Митцуя виновато улыбнулся. – Кстати, о дыме! Вам довелось попробовать на первое сентября наши туманные коктейли? Я их сегодня раздобыл! Пойдёмте, ничего вкуснее вы ещё не пили.

Время полетело незаметно. Дейну казалось, что они совсем недавно сели за стол, но вот он уже сползает по спинке дивана, не в силах пошевелиться. Юми заставила всех съесть по кусочку торта, и это стало очень вкусной, но тяжеловесной ошибкой.

– А ведь уже сумерки, – Митцуя мечтательно посмотрел наверх. – Время появления первых звёзд... Кто-нибудь из вас спешит?

Все переглянулись и отрицательно закачали головами.

– Тогда, Дейн, Кента, Баки – потушите огонь в каминах. Курама и Анкер, займитесь подсвечниками и факелами. Но сначала, пока тут ещё светло, нужно разобрать пледы. Вон там, – Митцуя развернулся в кресле, показывая в дальний конец комнаты.

Все удивлённо повставали с мест, но спорить не стали.

– Отлично, с пледами справились, – Митцуя с важным видом кивнул Анкеру, который последним вернулся к столу. – Теперь все выбирают себе по дивану или креслу. По одному на человека. Если выбрали кресло – раскладываем.

– Они всё это время раскладывались? – Анкер сокрушённо вздохнул, крепче сжав, выскальзывшее из рук одеяло.

Дейн ухмыльнулся:

– Есть лёжа вредно.

Он прошёл мимо Анкера, скинул свой плед на понравившееся кресло и направился к дальнему камину. Кента и Баки поступили так же. Остальные стали бродить, выбирая, где расположиться. Митцуя определился быстро – он остался в собственном кресле, но повернул его от стола, чтобы разложить.

Когда Дейн вернулся к своему месту, комната уже успела погрузиться в полумрак. Он аккуратно раздвинул кресло, подложил под голову подушку с ближайшего дивана, залез под плед и, закинув руки за голову, посмотрел вверх. Чернильное небо поглотило всё, что охватывал взгляд.

– Тушу? – крик Кенты донёсся от камина слева, где они фотографировались.

Это был последний источник света.

Тёмный купол озарил свет сотен звёзд. Ночные тени пролились по нему лёгкими полупрозрачными облаками. Дыхание замедлилось. Мысли уносились куда-то вдаль. Все переживания последних недель показались смешными. Всё можно было решить, если иногда давать себе время полежать, посмотреть на звёзды, послушать любимую песню или достроить заждавшийся тебя "Тысячелетний Сокол". И уж, наверняка, всё было неплохо, если рядом были те, кто мог поддержать.

– Красотища какая! – Кента шумно плюхнулся на соседний диван.

Глава 39

Последняя неделя сентября началась с наставлений, напутствий и предостережений. Несмотря на то, что экзамен должен был пройти всего по одному предмету, каждый профессор посчитал своим долгом напомнить, о том, как важно сейчас собраться и проявить все свои способности. Кента сокрушался, что никто не даёт советов тем, у кого этих способностей нет. Дейн пытался убедить его в том, что он просто слишком сильно паникует, но внутри паниковал едва ли не сильнее. Стоило признать, что паниковали все. Даже Энжи, которая в обычное время была немногим разговорчивее Курамы, начала постоянно твердить о том, что она категорически не готова, и пора собирать вещи.

Масло в огонь подлил Митцуя. Во вторник он объявил, что в среду вместо простого говорения, стоявшего в расписании, пройдёт внеочередной дайв. Он в который раз напомнил, что на экзамене каждый будет сам за себя и что от результатов буквально зависит их будущее. В довершении он сообщил, что вечером им в комнаты доставят форму. Появиться на дайве, как и в прошлый раз, нужно было уже переодетыми.

– Эта вода меня укачивает. Мне кажется, меня сейчас вырубит, – Кента обессиленно откинулся на каменную кладку позади себя, и его голова утонула в зарослях плюща.

– Потому что надо было за ужином есть, – Дейн медленно перелистывал расширенное издание "Сборника сказок", выбирая историю для этой недели.

– Не хочу я есть.

– Опять вы? Сколько раз я вам говорила?

Голос Руфим был приглушён извилистым лабиринтом читального зала, но она явно стояла где-то поблизости. Дейн приподнялся над заслонявшей их стеной и раздвинул ветви ивы.

– А, это опять тот парень... Широйя... со своими орехами.

– Ей пора уже смириться – он же обратно их достанет.

– Уже достал.

Дейн опустился на место. Руфим прошла мимо них, отбивая гулкий ритм массивными каблуками. Который вновь прервался.

– Господин Анкер! Советую вам сегодня хорошенько подумать над выбором новой истории. Вы же в курсе, что к экзамену нужно ещё быть допущенным? С вашими успехами это сейчас под большим вопросом.

Кента закрыл глаза и сполз по спинке дивана. Дейн вернулся к перелистыванию страниц книги, но через минуту захлопнул её.

– Доставай свои тетради.

– Какие тетради?

– По чтению тетрадей у нас нет.

– И зачем? – Кента вяло потянулся к сумке.

– Будем тренироваться. С твоим настроем ты всё завалишь, не из-за мозгов, а из-за нервов. Буду тебя натаскивать. Для начала, тебе нужно нормально пройти завтрашний дайв.

– Завтра мы будем там вместе. Мне психологически проще, когда знаю, что кто-то может помочь. А в субботу все пойдут по одному.

С протяжным вздохом подбородок Кенты упал на раскрытую тетрадь.

– Нужно, чтобы завтра ты на меня не рассчитывал. Это единственный способ подготовиться к субботе.

– Что не поможешь мне? – Кента вяло сдул с носа чёлку.

– Буду очень стараться этого не делать.

– Я это ценю. Ты настоящий друг.

Дейн отвесил Кенте воображаемый подзатыльник.

– С дорогой, я думаю, как-нибудь разберёшься. Сейчас сосредоточимся на людях. Тебе нужно научиться задавать вопросы, чтобы уловить самый главный смысл.

– Самый главный – это какой?

– Как на первом дайве. Помнишь? Митцуя говорил, что на экзамене поможет прохождение прошлых дайвов. Тогда можно было пройти буквально с тремя-четырьмя вопросами. Раса, пол, цвет волос...

– И знание, кто существует в твоей группе, да? – Кента рассмеялся и вернулся в вертикальное положение.

– Это уже совсем другая история.

Дейн подтянул к себе очки для чтения, лежавшие на столе в ожидании начала урока. С важным видом он надел их и по-профессорски сдвинул на нос:

– Три вопроса, господин Кента. Записываем.

Теперь они оба захохотали, и в этот же момент звон колокольчика полетел по залу. Ручьи и водопады ускорили свой бег, приглушая посторонние звуки. Можно было не переживать, что кто-то потревожит тебя во время чтения, или что кого-то потревожишь ты, этим чтением не занимаясь.

***

Два часа спустя Дейн устало вошёл в свою спальню. Его взгляд остановился на свёртке, оставленном возле подушки. Обессиленно он переложил его на стол, не зажигая свет, стянул с себя верхнюю одежду и упал на кровать. Завтра им предстоял предэкзаменационный дайв и, судя по опыту прошлого, перед ним стоило выспаться.

Прошёл целый час, а Дейн продолжал ворочаться, мысленно прогоняя все варианты, которые ждали его после субботнего экзамена. Его успехи в группе были одними из лучших, но на дайвах он каждый раз терялся. Кента не признавал этого, но он всегда помогал идеями. И компанией тоже. Дейн не мог представить, что Кента завалит экзамен, и он снова останется один. Без друзей. И всё же это было возможно. Уже через несколько дней.

В очередной раз перевернувшись на спину, Дейн протёр глаза и сел. Он дотянулся рукой до стола, на котором лежал свёрток с их формой. Шуршащая упаковка быстро поддалась, но в полумраке Дейн никак не мог разобрать, что лежало внутри. Создалось ощущение, что это какой-то набор шарфиков или, скорее даже, шалей. Ладонь нащупала кисточку, зажигавшую свет. Ткань в руках начала переливаться перламутром и золотом. Заинтересованный, Дейн встал и распахнул дверцу шкафа на которой было закреплено длинное зеркало. Перламутр оказался белыми шёлковыми штанами-шароварами и такой же фактуры шарфом и рубашкой, золотом была расшита тонкая безрукавка, а перетянутый жгутом кусок ткани оказался тюрбаном. За ним Дейн обнаружил отдельный свёрток с тонкими мягкими ботинками с удлинёнными носами – прямо как в восточных сказках.

Переодевшись, Дейн с минуту оценивающе смотрел на своё отражение в зеркале. Ощущение было очень странным, но дело было не только во внешнем виде. Что-то ещё не давало покоя и Дейн никак не мог понять, что не так. Простояв без движения ещё какое-то время, он выругался. Схватив тюрбан и наскоро нацепив кроссовки, он выбежал из спальни.

***

– Уже утро что ли?

Кента, в одних шортах, открыл решётку и сонно направился обратно к кровати.

– Нет, пока ещё вечер.

– Тогда я спать.

– Ты ещё не примерял форму?

– Я спал, – Кента залез под одеяло и перевернулся на бок.

– А на мне ничего странного не заметил?

– У тебя новая... – Кента зевнул, – пижама?

– Я серьёзно. Тебе ничего странным не кажется?

– Мне странно, что ты стоишь посреди моей спальни пока я сплю. Можешь перестать сыпать вопросами и нормально объяснить, либо лечь поспать... – Кента снова зевнул, – на ковре.

– Я серьёзно. Ты примерял форму?

– Мм. Хорошо. – Кента привстал на локтях. Чем питаются коалы? Как звучит амфибрахий? Ты когда-нибудь пробовал суп? И откуда я вообще знаю слово “амфибрахий”?...

Последний вопрос адресовался потолку. Дейн хмыкнул и закатил глаза, а Кента продолжал выжидательно смотреть:

– Твоя очередь.

Дейн выдохнул:

– Да я серьёзно. Ох. Ладно.

Он водрузил на голову тюрбан и намотал на себя висевший до этого на плече шарф:

– Ну? Теперь что-нибудь в голову приходит?

– Теперь проще сказать, что мне в неё не приходит.

В любой другой ситуации Дейн бы расхохотался, но сейчас он был слишком вымотан.

– Наша внешность завтра будет скрыта.

– Твою... – Кента скинул одеяло и потянулся за футболкой. – Я тебя понял.

Глава 40

– Прекрасно выглядите, – Митцуя по обыкновению улыбнулся, но сейчас в этом не было его привычного задора, скорее задумчивость.

– В прошлый раз Робин Гуд, сегодня Али-Баба? – Баки поправил сбившийся пояс на своём халате.

Он единственный в аудитории пребывал в прекрасном расположении духа. Кента сидел на диване, завалившись на подлокотник и не переставая зевать. Вчера они с Дейном потратили полтора часа, на попытки отработать новые вопросы и на них же ушёл почти весь обеденный перерыв.

– Сегодня у нас работа над ошибками. Начнём сразу с первого дайва. Посмотрите друг на друга повнимательнее.

На этот раз Дейн воспринял этот совет со всей серьёзностью. Первое, что бросилось в глаза – разный статус. У него самого, Кенты и Аники была шёлковая дорогая одежда с вышивкой. У Лекс, Энжи и Баки было много кожаных элементов тёмного песочного оттенка – браслеты, ремни, наручи. Из-за этого они походили на погонщиков или пустынных разбойников. Юми, Лика, Анкер и Курама были одеты как богатые купцы – с обилием камней и цветных тканей. При этом у всех была одна неприятная особенность – по фигуре сложно было понять, мужской это костюм или женский – просторные рубахи, шаровары, халаты – всё это ни о чём не говорило. Вчерашняя догадка получала всё больше подтверждений.

– Из-за того, что некоторые из вас прибегали к поддержке товарищей на прошлых дайвах, сегодня вы будете поделены на группы, каждая из которых начнёт испытание в своей точке.

Дейн ещё раз пробежался взглядом по одногруппникам. Стало понятно, что разница в одежде была не случайной. И так же понятно стало то, что Митцуя их проверяет. Как бы сложно ни было отказывать в помощи другу, сегодня наставало время сделать именно это. Профессор Руфим была права – сдать экзамен было важно, но сначала на него нужно было попасть, и заваленный дайв, хоть и внеочередной, мог окончательно расшатать нервы Кенты, не говоря о времени, которое требовалось на повторение материала, а не на отработку заваленных заданий.

– Про технику безопасности напоминать, надеюсь, не стоит?

– Вы же не отправите нас обратно в ливень вот в этом? – Анкер приподнял правую ступню, обутую в сандалию.

– Я не отправлю вас обратно в Доммиго́рн. Если других вопросов нет, попрошу пройти в дайв. У вас три часа.

Кента нервно сглотнул и посмотрел на Дейна. Тот рассмеялся:

– Будешь снова рассчитывать на меня, с отработками больше помогать не буду.

Кента усмехнулся и кивнул.

Глава 41

Вокруг стоял полумрак, но даже в нём было видно, как треплет на ветру неустойчивые стенки холщового шатра. К этому непрерывному завыванию примешивался ещё какой-то звук – потрескивание. Мысль о костре была быстро отринута, уступив место тревоге.

Кента подошёл ко входу, выглянул наружу и тут же отшатнулся. В воздухе проносились тысячи песчинок, отчего сложно было не только разобрать, что находилось рядом, сложно было дышать. Стало ясно, почему в форме каждого имелось какое-то подобие шарфа или платка.

Кента обернулся – во всём шатре был лишь один предмет мебели – простой деревянный стол. На нём он нашёл сразу три конверта, подписанных разным почерком. Он взял первый.

"Господин Акиф, на нас надвигается сильная песчаная буря! На тракте я встретил е..... светлейшество .......... в сопровождении уважаем...... .........., владел..... пряных лавок. Рассчитывая на ваше дозволение, я выделил каждо..... из них свой шатёр на время непогоды.

Также, я хотел бы попросить вас отправить .......... в город, чтобы предупредить старейшин.

Верный Вам, Мустафа."

Понимание сути задания появлялось, но если оно было верным для Кенты это означало худший вариант развития событий. Он отогнал от себя неприятные мысли и взял второй конверт.

"Уважаемые жители Эр-Тира!

.......... от имени халифа просит вас сегодня не покидать город!

Песчаная буря разыгралась в пустыне, что делает любые перемещения небезопасными.

Обратите внимание!

Бани .......... сегодня закрыты.

В лавках .......... всем нуждающимся будет раздаваться питьевая вода.

Гости города, смогут найти ночлег в лагере бедуинов. Спросите там .......... .

Мир вашим домам"

Третий лист оказался самым помятым, с неровным почерком, как будто послание составляли в спешке.

"Господин Акиф, наш караван был застигнут врасплох песчаной бурей. Выдвигаться в город опасаемся. Довожу до вашего сведения, что мы находимся совсем недалеко от вашего лагеря. Благодаря помятуемым рассказам про этот оазис, мы смогли раздобыть воду и укрытие. Товар .......... не пострадал. Солдаты из охранной свиты .......... помогли нам его вовремя разгрузить.

Хочу также предупредить, что ваш человек .......... находится с нами в полной безопасности.

Ваш верный друг, Ридван".

Прочитанное ему не понравилось. Кента взял все три конверта и не без усилий запихнул за пояс – карманов в своих дорогих одеждах он не обнаружил. Поплотнее запахнув атласный халат, он приподнял шарф, туго перетянув нос и рот.

Полог шатра сомкнулся за его спиной, и в лицо ударил порыв горячего ветра. Палатка больше не заглушала его свист, и он начал бить по ушам. Часть шарфа пришлось перекинуть через голову, чтобы защитить от песка глаза, повезло, что тот пропускал свет, и можно было хоть что-то разглядеть.

Уже через несколько шагов ноги увязли в песке по щиколотку. Кента обернулся, сделав полный оборот. Как он и ожидал, за песчаной завесой виднелись ещё несколько шатров, на подобии того, что покинул он. Внимание привлекло другое – два тёмных пятна на горизонте по левую и правую стороны. Что там находилось, Кента догадывался, но двигаться дальше не решался – было совершенно ясно: в таких условиях пройти весь путь получится только один раз. Он понимал, что Дейн с его расшитыми золотом одеждами, был в той же касте, что и он сам, а значит – здесь в лагере его сейчас нет.

Осознание, что положиться в этот раз будет не на кого, пришло ещё в палатке, после прочтения первого послания. Но сейчас посреди пустыни и бури оно навалилось с ужасающей силой. Кента продолжал стоять, парализованный страхом допустить ошибку.

Вдалеке справа что-то хлопнуло. Кента повернулся. Вход одной из палаток распахнулся, и из него показалась фигура, закутанная в простой светлый палантин. Человек, который под ним скрывался, так же, как он, посмотрел по сторонам и направился вверх по склону. Вскоре они поравнялись. Фигура остановилась метрах в двадцати, глядя куда-то за спину Кенты, он обернулся. Второй незнакомец в длинных синих одеждах стоял выше по склону, погрузившись в размышления. Все трое переглянулись.

Тот, что был одет проще, продолжил движение в направлении к левому темнеющему объекту.

"Он больше в размерах, наверное, ближе". То ли по этой причине, то ли потому, что побоялся отстать и остаться в одиночестве, Кента пошёл в том же направлении. Человек в синем двинулся за ними.

Песок под ногами был мягким и тёплым. Идти по нему было приятно, но вот преодоление впадин и насыпей требовало усилий. Пока они поднимались на высокий бархан, держась на расстоянии друг от друга, Кента прогонял в голове всё, что успел запомнить.

Так же богато, как и он с Дейном, была одета только Аника – ясно, что их обоих тут не было. Неприметная простая одежда была у троих – у Баки, Энжи и ещё кого-то. У кого именно, он не помнил, но это сейчас не имело значения – узнать кого-либо на таком расстоянии через песчаную завесу было невозможно. Оставалась самая простоя каста – купцы, если судить по письмам. У них было много цветных и пёстрых вещей. “Кто сегодня приходил в синем? Курама? Вроде бы…”

Осознание, что два имени из списка, хоть и включая его собственное, уже определены, придало сил. Кента ускорил шаг и вскоре добрался до вершины бархана. Он остановился и обернулся. Человек в синем почти догнал его, преодолевая последние метры. Кента смог рассмотреть черты лица. Хоть оно и было скрыто плотным шарфом, он узнал большие тёмные глаза Курамы. Их взгляды встретились, и они одновременно посмотрели назад: третья фигура с трудом различалась вдалеке. "Вряд ли, это Баки".

Не сговариваясь, что было бы и так невозможно при закладывавшем уши ветре, они остались на месте. Лишь спустя несколько минут силуэт третьего человека появился из поднятого бурей плотного облака песка. Кента и Курама протянули руки, помогая забраться на вершину.

– Спасибо!

Кента узнал голос Лекс и кивнул. Вместе они продолжили движение. Курама и Кента шли первыми, стараясь не сильно вырываться вперёд. Мысль о том, что рядом есть кто-то ещё, помогала сохранять приподнятый настрой. О том, как бы он себя чувствовал, если бы пришлось преодолевать пустыню в одиночестве, Кента старался не думать. Он вообще старался не думать – что делать дальше он представлял с трудом, а попытки повторить в голове вопросы, которые они отрабатывали с Дейном, ни к чему не приводили. Все силы уходили на удержание равновесия при бесконечных спусках и подъёмах и постоянные манёвры, чтобы не уходить в песок глубже, чем по колено.

Когда очертания скал наконец проступили в рябящей дымке, Кента мысленно скрестил пальцы, чтобы они не оказались миражом. По ощущениям они добирались к ним больше получаса, и времени на новые хождения по пустыне у них не было, не говоря о силах.

Рука Кенты коснулась шершавого ствола пальмы – настоящая. Все трое облегчённо переглянулись. Снимать повязки было ещё рано. Скалы частично защищали от ветра, но вот песок был повсюду. Радость Кенты от достижения цели омрачилась осознанием того, что дальше каждый становился сам за себя.

Курама первым кивнул им в знак прощания и направился по правой тропинке, быстро скрывшись за уступом скалы. Лекс немного постояла, осматриваясь и, наконец, свернула влево. Кента остался в полном одиночестве. Парализующий страх начал медленно возвращаться. Осознавая это, Кента сделал глубокий вдох, оглядывая оазис – скалы, пальмы, озеро по центру. Откровенно говоря, идти прямо – к воде, смысла не имело, а значит, перед ним стоял выбор, по чьим стопам пойти – Курамы или Лекс. Фактически было ясно, что разницы никакой – оазис был не таким большим, а значит, так или иначе, всем предстоял схожий путь. И всё же Кента никак не мог сделать окончательный выбор.

Лекс была лучшей в группе по знаниям. Они с Дейном вообще слабо понимали, зачем она поступила в языковую академию, хорошо владея английским. Но в этом была и проблема – она говорила слишком хорошо и быстро, чтобы Кента мог запомнить её фразы и использовать их самому. Курама общался примерно на том же уровне, что и Дейн, возможно немного хуже, но у него была другая проблема – те трудности с общением, что он испытывал в обычной жизни, на иностранном языке никуда не пропадали.

Подумав, Кента, наконец, решил, что действовать он, конечно, будет сам, но если всё же он случайно окажется рядом с кем-то из одногруппников, то лучше постарается подражать фразам Лекс, чем будет стоять и смущать Кураму, которому и без него было не намного легче на этом испытании.

Руководствуясь этой благородной мыслью, он повернул налево. Узкая каменистая тропинка запетляла между пальмами и скалами, огибая озеро почти по самой кромке и сворачивая к пещерам. Только внутри он впервые почувствовал подобие прохлады и смог открыть лицо.

Пещеры оказались намного просторнее, чем можно было предположить снаружи. Кривые каменные столпы поддерживали нависавшую скальную породу. Где-то до неё можно было дотянуться рукой, в других местах она лишь чернела в вышине. Нагромождение насыпей и острых каменных зубьев делило пространство на своеобразные залы, освещённые факелами. Кента сглотнул. В сумраке он мог различить десятки фигур – сидевших, бродивших, кто-то и вовсе спал. Он осознал ещё одну вещь – это походило не только на два первых дайва. Это было повторением их пробного летнего урока. Многократно ужесточённая версия того урока. И не профессора Тайли, ни Дейна с ним сейчас не было.

Кента глубоко вдохнул, стараясь успокоиться. Тогда летом он был в похожем положении – множество людей, множество дорог и возможность пройти дальше, задав всего несколько вопросов. Нужно было лишь понять, что спросить. Он подошёл к ближайшему факелу на стене и в спешке достал третье послание.

"Господин Акиф, наш караван был застигнут врасплох песчаной бурей. Выдвигаться в город опасаемся. Довожу до вашего сведения, что мы находимся совсем недалеко от вашего лагеря. Благодаря помятуемым рассказам про этот оазис, мы смогли раздобыть воду и укрытие , что очень помогло. Товар .......... не пострадал. Солдаты из охранной свиты .......... помогли нам его вовремя разгрузить.

Хочу, также, предупредить, что ваш человек .......... находится с нами в полной безопасности.

Ваш верный друг, Ридван".

Владелец уцелевшего товара, тот, кто находился с охраной и некто из числа пустынников.

"Да что про них вообще можно спросить?"

Россыпь красных огоньков поплыла перед глазами, каменные своды отражали десятки незнакомых неразличимых голосов. Голова наполнилась гудящим шумом. Это был шаг до приступа паники.

Взгляд Кенты уловил впереди светлое пятно – палантин Лекс. Нужно было делать хоть что-то. Кента направился к костру, возле которого сидела большая группа людей в тёмных одеждах. Лекс непринуждённо болтала с женщиной, помешивавшей что-то в котелке. Кента прислушался. И не смог понять ни слова.

Осознание отчаянности положения наконец настигло его. Он понимал, что нужно пройти вперёд – хотя бы осмотреться, но продолжал стоять на месте не шевелясь. Чем дольше он слушал беседу Лекс с этой женщиной, тем отчётливей понимал, что ему тут не место.

Не он один плохо справлялся с обучением. Анкер и Энжи, постоянно проваливались то на одном уроке, то на другом, но они постепенно улучшали свои результаты. Баки вечно ходил по грани завала, но все знали, что это из-за его несобранности – в те нечастые моменты, когда Баки серьёзно подходил к чему-то, у него это неплохо получалось. И только он один во всей группе был просто не создан для языков. Он не был уверен, что был создан хоть для чего-то в этом мире, но глядя на все силы, которые в него вкладывали Митцуя и Дейн, это было просто очевидно. Когда ты ленишься и не дорабатываешь, ты можешь перебороть себя и чего-то добиться. Когда ты стараешься из раза в раз и в результате стоишь, хватая ртом воздух, не в состоянии произнести ни слова – тебе тут не место.

– Спасибо за помощь, Дэнни. Прости, что потратил время. Больше уже не буду.

Кента откинулся на стену и сполз по ней на каменный пол – Митцуя рассказывал, что после истечения времени, дайв сам выкидывает участников, если те не добрались до выхода.

– ...пожалуйста, у вас есть богатые люди тут?

– Да, здесь есть несколько богатых людей.

– А скажите, у вас есть люди оттуда?

Кента повернул голову влево.

Лекс стояла в двух метрах от него возле мужчины, подшивавшего рукав порванной рубахи. Рука Лекс указывала в сторону выхода из пещеры.

– Богатые люди или бедные люди?

– У вас есть бедные люди оттуда?

– Да, есть один человек.

На секунду Кента встретился взглядом с Лекс. Она продолжала разговаривать с мужчиной, задавая однотипные короткие вопросы.

Медленно. Достаточно громко, чтобы Кента мог расслышать их разговор. Лекс так и не задала ни одного главного вопроса, где прозвучало бы чёткое описание человека, хотя она совершенно точно могла это сделать. Это был разговор, не дававший ответов. Но дававший понимание, что делать дальше.

Кента шмыгнул носом, протёр костяшками пальцев его кончик и встал. Лекс попрощалась с мужчиной. Не поворачиваясь, она направилась в сторону группы людей, кормивших верблюда. Мужчина, заканчивавший починку, рубахи поднял глаза на Кенту.

– Здравствуйте! – Кента запнулся. Он осознал, что вопросы, которые задавала Лекс, очень напоминали те, что недавно с ними проходил Митцуя. Ему нужна была такая подсказка, и теперь он смог вспомнить почти всё из того, что они накануне отрабатывали с Дейном. Он облегчённо выдохнул и продолжил. – Скажите, пожалуйста... у вас есть тут... богатые люди... из города?

Ответы, которые давал мужчина, позволили понять, что богатый человек с "другими людьми" – это общительная весёлая девушка, значит Аника. И значит, в городе в этой касте будет Дейн. "Бедный человек", напротив, оказался молчуном – точно не Баки. Лекс, относившаяся к той же касте пустынников, стояла сейчас в трёх метрах от него. Оставалась Энжи. С купцом определиться пока не вышло, но ведь это был разговор только с одним человеком.

Когда Кента прошёл дальше, Лекс обернулась в его сторону. Ему пришлось опросить ещё троих, прежде, чем он нашёл того, кто смог описать загадочного купца: некто в очках – Анкер. Раздобыть карандаш оказалось просто – его одолжил первый же стоявший рядом бедуин. Кента облегчённо вздохнул и, натягивая на ходу шарф, направился по проходу, ведущему наружу. Возле самого выхода он столкнулся с Лекс. Лица обоих уже были закутаны по самый нос. Одними глазами они улыбнулись друг другу и шагнули в завывающую порывами горячего ветра песчаную бурю.

Глава 42

– Аппетит вернулся? – Дейн кивком указал на тарелку Кенты, до краёв наполненную окрошкой.

– Ты не представляешь, насколько я был близок к провалу. Помнишь я говорил, что с жалостью обычно смотрят на меня? Вот вчера я был самым жалким человеком во всём замке. Во всей планете.

– Ты хотя бы спасибо сказал?

Кента скосил взгляд на дальний стол, где сидела Лекс.

– Пока нет. Честно говоря, я хотел попросить её со мной позаниматься. Она так фразы подбирала, что я смог сам по ним что-то сказать.

Дейн состроил обиженное лицо, и Кента поперхнулся, пытаясь пояснить, что он имел в виду. Дейн захохотал:

– Да я только за. Если кто-то согласится ещё и твои задания разбирать, я готов буду этому человеку доплачивать.

Теперь обиженное лицо состроил Кента, и они оба рассмеялись.

***

– До начала ещё пара минут. Может сейчас спросишь? – Дейн указал в сторону Лекс чья макушка торчала впереди между размашистыми листьями лилии.

Кента кивнул. Он уже встал с места, но в этот момент в лекторий вошла профессор Флоранс. Золотые ленты её мантии искрились на солнце, но сама профессор была не в лучшем расположении духа, что с ней было нечасто.

– Вижу все на месте? Отлично, начнём пораньше, постараюсь вас пораньше отпустить.

Кента упал обратно на лавку.

– Ко мне подходили ваши кураторы. По их словам, у многих из вас сохраняются проблемы с построением фраз. Они попросили меня сделать упор на говорение на этом уроке.

– Но ведь, мы сейчас на занятии по письму?

– Совершенно верно, Сами́р.

Лицо Флоранс выражало одновременно раздражение и растерянность. Ей явно не нравилась идея перестраивать свои планы под чужие потребности

– Учитывая обстоятельства, я не вижу смысла разбирать сегодня новый материал, поэтому мы поступим так, – Флоранс взмахнула рукой, приведя в движение экран за её спиной. Перед вами сейчас появятся все основные схемы, что мы отрабатывали в течение месяца. Для каждой группы схем я буду выбирать одного человека, тот в свою очередь выбирает собеседника. Задача простая – построить разговор, опираясь на подсвеченную группу. Лексика любая из числа той, что вы проходили в этом месяце. Оставшиеся внимательно слушают и пытаются выявить ошибки. Как только ошибка замечена – поднимаем руку. Быстрый разбор, исправление, переход к следующей группе схем и следующей паре студентов. За время занятия мы должны будем пройти этот цикл как минимум дважды.

Кента моргнул несколько раз, приоткрыл рот и откинулся на спинку. Урок обещал быть долгим.

– Сами́р, не могли бы вы начать?

– Конечно, профессор.

Высокий темноволосый парень восточной внешности довольно улыбнулся. Он был лучшим в группе Широйи, из-за чего являлся любимчиком профессоров. Было видно, что в отличии от Лекс, он поступал в академию, не имея больших познаний в языках, но он очень быстро обучался и использовал все возможности, чтобы продемонстрировать полученные навыки. Кенту это всегда раздражало, а Дейну такая работа на показ казалась смешной.

– Привет, Курама, расскажешь мне о своих выходных?

Группа Митцуи недовольно повернула головы в сторону Самира. Группа Руфим, в которой он состоял, вместе с ними посещала общие занятия по аудированию, а значит, он точно знал, что с говорением у Курамы большие проблемы. Профессор Тайли быстро поняла, что Кураме сложно говорить на публику и его ответы принимала в письменной форме.

Услышав вопрос, он поднялся с места, и, сверля взглядом доску, остался молча стоять.

– О, я могу повторить вопрос. Расскажи мне о своих выходных, пожалуйста.

Курама продолжал молчать, а улыбка Самира стала шире. Профессор Флоранс ничего не говорила, выжидательно наблюдая. По кабинету побежали смешки.

– Ох, я, конечно, могу рассказать о своих выходных. Они были действительно захватывающими.

Самир сделал небольшую паузу, показывая, что даёт Кураме возможность ответить. Так и не дождавшись, он усмехнулся, и в этот момент поднялась рука Баки.

– Профессор, скажите, а слухи, которые ходят об академии, правда?

Аудитория зашепталась, а Флоранс с удивлением перевела взгляд на Баки.

– Почему вы спрашиваете об этом меня и почему именно сейчас?

– В вашем кабинете растёт много... растений. Некоторые используются в... ритуалах. А согласно легендам, на замок надвигается зимняя ночь. Говорят, что раньше цветы в вашем кабинете уже страдали от внезапных заморозков. Когда их никто не ждал. И что это было плохим предзнаменованием. Послезавтра нам предстоит наш первый экзамен, хочется понимать, насколько безопасны... эти стены.

Баки таинственно обвёл рукой вокруг себя.

– Осмелюсь спросить, откуда вы узнали о такой легенде? – Флоранс смотрела то ли с интересом, то ли с удивлением.

– Прочитал в одной из книг, профессор.

– Насколько мне известно со слов госпожи Руфим, вы не являетесь любителем чтения.

– Требования программы, профессор. Да спросите у Энжи – мы с ней вместе ходили в библиотеку. На прошлой неделе.

Флоранс повернулась к Энжи, а та застыла с приоткрытым ртом.

– Баки, был в библиотеке со мной, – Аника помахала рукой, подняв её высоко над головой. – Две блондинки... Перепутал.

Дейн посмотрел на золотые кудри Флоранс и, сдержав смешок, увидел, как её лицо лишилось любых эмоций.

– Может быть, вы займёте место господина Курамы, мисс...

– Аника. Конечно, с удовольствием.

Аника встала, подавив улыбку, а Курама с расширенными глазами облегчённо опустился на своё место.

Глава 43

– Ну что, готовы? – Митцуя обвёл всех бодрым жизнерадостным взглядом.

Дейн растёр глаза. Первое занятие по говорению в пятницу было их последним перед экзаменом уроком с Митцуей, но даже это не помогало проснуться. Всеобщая паника не давала расслабиться. Всю эту неделю они засиживались допоздна, пытаясь готовиться. Бо́льшая часть времени уходила на обсуждение того, как именно это стоило делать, а результат оставался одним – не высыпался на этой неделе никто.

– Я вам тут чайку заварил, – Митцуя подбадривающе указал на стол.

– А кофе здесь раздобыть не получится? – Лекс зевнула, прикрыв ладонью лицо.

К её удивлению, Митцуя задумался.

– Пожалуй, можно.

Он развернулся и направился вверх по винтовой лестнице к себе в кабинет.

– Можно мне тоже? – Анкер подскочил в кресле, когда Митцуя уже поднялся на площадку.

– И нам, пожалуйста, – Лика помахала схваченной за запястье рукой сестры.

– Я вас понял, я вас по...

Окончание фразы потонуло за захлопнувшейся дверью кабинета.

Через десять минут половина группы довольно помешивала кофе, пока вторая наливала себе чай.

– Хорошая новость, – Митцуя отпил из любимой белой чашки, – вы все молодцы. Сложнее, чем в среду, не будет, так что должны справиться.

Кента так громко облегчённо вздохнул, что все засмеялись.

– Вторая хорошая новость – чтение сегодня вечером отменено. Готовьтесь или отсыпайтесь – кому что нужнее. А вот третья... Не хорошая и не плохая. Но послушать её нужно внимательно, – голос Митцуи стал серьёзнее. – Как я уже говорил вам ранее, на экзамене каждый будет сам за себя. В прямом смысле – одновременно в дайве будет находиться только один человек. Первый начнёт в десять утра. Ограничение на прохождение – час. К восьми вечера все десять человек должны будут завершить экзамен. Здесь всё достаточно просто, но есть одна важная особенность, которую вы сейчас должны очень чётко осознать.

Митцуя произнёс это так строго, что все, кто в этот момент пил, отодвинули чашки.

– Система “Час плюс час”. Начиная испытание, вы получаете шестьдесят минут на его прохождение, при этом дайв не выкинет вас по истечении этого срока. Недостающие минуты вы сможете добрать. За счёт следующего за вами.

Митцуя замолчал, давая время осознать сказанное.

– Все понимают, что это означает?

– Мы несём ответственность не только за себя, но и за соседа по списку?

– Совершенно верно, Аника.

– А если закончить раньше? – Дейн задал этот вопрос с надеждой услышать определённый ответ. – Это как-то зачтётся?

Митцуя улыбнулся.

– Мне нравится направление ваших мыслей. Всё верно. Это также зачтётся.

– Извините... А можно как-то... на примере объяснить? Я не до конца понял, – Анкер хмыкнул и поднял на Митцую растерянный взгляд.

Из-под потолка напротив них показалось светлое полотно. Медленно выдвигаясь, оно закрыло одну из оконных арок. Крупными штрихами Митцуя изобразил схематичных человечков.

– Конечно. Представим, что у нас есть три участника. Скажем, Анилика, Кубака и Кейн. Анилика идёт первой – у неё есть час, а также право влезть в следующие шестьдесят минут. Если она справляется за полчаса, оставшиеся тридцать минут достаются Кубаке. Теперь Кубака имеет тридцать минут, плюс свой час, плюс возможность залезть в час Кейна. Надо сказать, удачное положение. Кейн же у нас экзамен замыкает, и, вот если Кубака его час не тронет, шестьдесят минут останутся при нём.

Митцуя сделал паузу.

– А если тронет целиком, Кейн вылетает... – Лика закончила за Митцую его схему.

Приподнятое настроение, появившееся после заваренных кофе и чая, снова пропало.

– Да, к сожалению, всё так.

– Но... разве, это справедливо? – Энжи сокрушённо поставила недопитую чашку на стол.

– Это философия академии. Со временем вы поймёте.

Экран с тремя человечками и цифрами над ними медленно пополз вверх.

– Возвращаясь к вопросу очерёдности. До конца этого дня я готов буду принять ваши пожелания – возможно, кто-то захочет отстреляться пораньше или ему наоборот нужно будет побольше времени до вечера. Все незанятые слоты будут случайным образом распределены завтра утром за пятнадцать минут до начала экзамена.

– А если, к примеру, я захочу пойти во второй половине дня, – Лекс в очередной раз удержалась от того, чтобы зевнуть, – нет ли шанса, что экзамен окажется очень лёгким, все, кто был в очереди передо мной, быстро закончат, и я просплю?

– Ох. Это хороший вопрос. К сожалению, я не могу давать вам намёки на время прохождения… это стало бы подсказкой. Но... Скажем так. На моей практике подобного не случалось. С другой стороны... Если по какой-то невероятной причине все проспят, откажутся или очень быстро справятся, а вас к моменту наступления вашей очереди в кабинете не окажется... Вы автоматически проваливаете экзамен.

Митцуя неловко улыбнулся, а Лекс большим глотком допила остаток кофе.

***

– Так ты же всё понимаешь.

– Я об это и говорил. Повторяем теорию – всё прекрасно. Как только нужно заговорить – чистый лист.

Дейн откинулся на спинку дивана. Напротив него по другую сторону стола сидели заваленные бумагами Кента и Лекс. Дейн принёс им все наработки, которые он успел составить за целый месяц занятий с Кентой. Обычно они находили какую-нибудь небольшую пустую аудиторию, но сегодня времени на это не было, и сейчас, глядя на алеющие в отблесках пламени камина горы листов и книг на столе, Дейн понимал, что идея расположиться в зоне отдыха за его комнатой была отличной.

– Тогда у нас сложноватое положение, – Лекс потянулась за стаканчиком кофе, без которого она отказывалась начинать какие-либо тренировки.

Кента посмотрел на неё с нервным ожиданием.

– Я примерно догадываюсь, как тебе научиться разговаривать. Вот только на это нужна хотя бы пара недель. А у нас от силы пара-тройка часов.

Она снова сделала глоток и задумчиво уткнулась носом в скрещенные ладони.

– Может всё-таки как-то попробовать? – Кента запустил руку в волосы, с несчастным видом уставившись в пол.

– Тебе практика нужна. Много-много практики. Чтобы на автомате от зубов отлетало. Недели за две... если заниматься прям каждый день... наверняка бы вышло. А сейчас, я боюсь, всё что мы тут проговорим, у тебя из головы вылетит, как только она коснётся подушки.

Кента молчал. Дейн хотел сказать что-то ободряющее, но не мог ничего придумать. Он понимал, о чём говорила Лекс. Ему хотелось придумать какой-то новый способ тренировки, но ни одной идеи так и не появлялось.

– Ладно. Попытаться всё равно лучше, чем не попытаться, – Лекс потянулась к столу, но на этот раз вместо своего стаканчика взяла пустой лист и ручку. – Дайте мне минут пять, я попробую кое-что набросать. Может это как-то поможет.

Кента активно закивал. На какое-то время каждый погрузился в свои мысли.

– Позовём Найта с Лочей?

– Лучше завтра. Сегодня у всех подготовка.

Дейн услышал знакомые голоса своих соседей.

– Как ты вообще её раздобыл?

– Нужно уметь заводить друзей, Хаварра.

– Всем подряд только не хвастайся. Душа компаний.

– О, привет, ребят!

Поравнявшись с их столом, Лука повернулся, чтобы помахать. Хаварра молча поднял ладонь. Дейн поймал себя на мысли, что форма академии придавала людям какой-то новый облик. Если Лекс ещё летом приехала в замок в чёрных накидке и шортах, и сейчас практически не изменилась, то Хаварра с вечным взглядом исподлобья, сменив спортивный костюм на учебную форму, начал напоминать ходящую тень.

– Я, кажется, закончила. Вот посмотри, – Лекс протянула Кенте исписанный мелким почерком листок.

– Ага, – Кента кивнул. – Понял.

– Тогда сейчас несколько раз повторишь за мной, и начнём это всё по кругу прогонять. Хотя бы раз десять. Там уже подумаем, что дальше делать.

Тренировка, предложенная Лекс, заключалась в повторении большого количества однотипных вопросов, затем однотипных ответов, затем однотипных диалогов, и уже в самом конце в инсценировке сценок, состоявших из всё тех же однотипных фраз. Звучало ужасающе скучно, но где-то через пол часа Кента окончательно перестал подглядывать в заметки.

– Так, перерыв. У меня уже язык заплетается.

Кента склонил голову в обессиленном согласии.

– Ему бы ещё с волнением как-то научиться справляться, – Дейн протёр слипавшиеся глаза. – Он половину забывает только из-за паники.

Вдалеке снова послышался звук приближающихся шагов.

– О, вы тут втроём! Отлично!

По дыханию Юми и её сбившимся пучкам, было видно, что она спешила. Рядом с ней стояла такая же запыхавшаяся Энжи.

– Вы ещё не думали, в какое время хотите завтра проходить экзамен?

Кента упал лицом в ладони:

– Я вообще про это забыл.

Дейн и Лекс отрицательно покачали головами.

– У нас появилась одна идея... мысль....

– Предложение, – Энжи опустилась на диван возле Лекс.

Юми села напротив, рядом с Дейном.

– Мы сейчас ужинали вместе с Ликой и Аникой, обсуждали эти “час плюс час” и подумали... – Юми по очереди посмотрела на всех за столом. – Мы можем подстраховать друг друга.

Лекс заинтересованно потянулась за кофе:

– Разбиться на пары?

– Именно. Сильный страхует слабого.

– Я думал об этом. Хотел попросить очередь перед Кентой. Чтобы выиграть ему время. Только не расплачься.

Дейн засмеялся, заметив заморгавшие глаза Кенты.

– Это не ради тебя, это ради меня. Я не переношу одиночество, так что постарайся не вылететь. По крайней мере пока я не подыщу тебе замену.

Теперь засмеялись все.

– А ты Лекс?

Юми повернулась к ней и в ожидании приложила сомкнутые ладони к губам. Та улыбнулась:

– У меня были мысли забрать последний слот. Но это не ради вас, это потому что я хочу выспаться.

– Отлично! – Юми радостно вскочила. – Тогда мы найдём Кураму с Анкером и ещё вернёмся. Вы долго здесь будете?

– Боюсь, что да, – Дейн закинул руки за голову. Вечер обещал быть долгими.

В этот раз он взял на себя одну из ролей в придуманных ими сценках, и теперь Кента то по очереди закидывал их вопросами, то пытался ответить на всё, что спрашивали они. К общему облегчению, перерыв пошёл ему на пользу, и он начал справляться на порядок лучше. Когда он снова стал заговариваться, и они решили прогнать последний круг, их тренировка была прервана громким топотом.

Юми, Энжи, Аника, Лика, Анкер, Баки и, судя по виду, не понимающий, что он тут делает Курама остановились перед их столом.

– Местечко найдётся?

Не дожидаясь ответа Баки, протиснулся вперёд и уселся на подлокотник рядом с Кентой.

– Вот это справа – моя комната, оттуда стул можно принести.

Анкер воспользовался советом Дейна, а остальные, потеснившись, расселись на двух диванах.

Следующую четверть часа все накидывали варианты наиболее удачных комбинаций.

– Что у нас получается? Давайте подытожим, – Лика склонилась над исчерченным листом. – Первым идёт Анкер. Он, по идее, должен уложиться в час. За ним Аника страхует Баки. Потом я и Курама. Дальше Юми старается выиграть время для Энжи. И в конце Дейн попытается закончить пораньше, чтобы дать больше времени Кенте. Последний слот – Лекс. В самом крайнем случае, если Кента задержится, она, скорее всего, закроет испытание быстро. Все согласны?

– Подождите. Я хочу поменяться с Лекс.

Все обернулись на Дейна.

– Если за Кентой будет идти кто-то другой, он только перенервничает. А у меня он в самом крайнем случае сможет занять несколько минут. Плюс Лекс намного сильнее. Она наверняка закроет задание раньше всех. Это потенциально неплохое время, которое может упасть в копилку Кенте.

– Звучит здраво, – Лекс медленно качнула головой. – Точно уверен, что пойдёшь на последний слот?

– Там тебе время занять будет не у кого...

– Это я помню. Спасибо, Юми. Ну вы меня со счетов-то не сбрасывайте. Я вообще-то умный.

– И благородный, да? – Баки усмехнулся и поднялся с места, разминая затёкшие ноги.

– Нам бы ещё к Митцуе успеть.

– А вот в этом Энжи права. Подъём! – Баки размашисто описал рукой дугу.

Когда дверь кабинета Митцуи распахнулась, он появился в проходе с взъерошенной головой в наскоро накинутом тёмном шёлковом халате.

– Простите, профессор. Мы вас разбудили? – Юми смущённо попятилась.

– Ну, ещё не настолько поздно, – Митцуя перешагнул порог и помахал стоявшим внизу.

Зевая, он спустился по кованой лестнице.

– Чем обязан такой достопочтенной публике?

Юми сбежала вниз вслед за ним и взволнованно протянула листок.

– Мы посовещались... Все вместе... И хотели бы проходить экзамен в таком порядке.

Она сделала шаг назад, присоединившись к остальным. Митцуя заинтересованно окинул их взглядом, который затем перевёл на список. Закончив чтение, он улыбнулся:

– Вы сделали достойный выбор.

Глава 44

Как и предполагал, Дейн проснулся раньше будильника. Открыв глаза он понял, что заснуть обратно уже не выйдет. Они с Кентой шли последними в очереди, но ещё вечером договорились встретиться перед завтраком. Оставаться в кровати желания не было. Дейн встал, оделся и по дороге в душ заглянул к Кенте. Тот уже сидел в форме за столом у окна, листая записи. Дейн постучал по каменному проёму.

– Ну? Как настрой?

– Мне кажется, я что-то даже помню.

Кента запустил пальцы в волосы, засмеялся и качнул головой, предлагая зайти.

– А, нет, спасибо. Мне бы ещё умыться. Но я тобой горжусь. Настраивайся давай на плотный завтрак, обеда может не быть.

– Мы же в конце списка.

– Мало ли, как всё пойдёт. Всё, я ушёл! Доброе утро!

Дейн помахал через плечо и зашагал по проходу в обратном направлении. «День Икс» наступил. Настроение было странным – смесь страха перед тем, как всё закончится, и облегчения, от того, что тренировки и нервное ожидание наконец позади.

***

– А вы рановато, – Митцуя помахал свободной рукой, облокачиваясь второй на спинку кресла.

– Побоялись, что все проспят, – Дейн усмехнулся, и они с Кентой направились к свободным креслам в дальнем конце кабинета. Три месяца назад он сидел на этом же месте, слушая рассказ чудаковатого незнакомца о странном вступительном задании. И конечно, как и три месяца назад, окружённый дюжиной белых чашек на столе дымился чайник. Изменились только люди за этим столом. Юми помогала Энжи повторить материал, Лика и Аника заваливали Анкера советами, Курама делал вид, что читает учебник, но сам постоянно поворачивался, чтобы их послушать. Баки наоборот сидел с книгой в руках, но до сих пор её даже не открыл, отвлекая всех то одним, то другим предсказанием того, что их ждёт. Наконец, дверь кабинета снова распахнулась.

– Доброе утро! – Лекс помахала всем, стоя в проходе с заспанным лицом и гигантской кружкой.

– Кто-то разлюбил сон? – Юми улыбнулась и подвинулась, уступая место на диване.

– С вами поспишь. Мне пол ночи снилось, как я опаздываю. Один раз из-за этого вообще всех, кто шёл за мной, дисквалифицировали. Я три раза просыпалась, мне надоело. Здесь досплю.

Лекс приткнулась на край дивана и упала головой на подлокотник, сразу закрыв глаза.

– Что ж. За опоздания можно больше не переживать. Все в сборе, – Митцуя с довольным видом сложил ладони и выпрямился. – Не думаю, что в этом есть смысл, но по протоколу сейчас я обязан вас предупредить, что официальные результаты будут объявлены завтра. Мера предосторожности на случай попыток... обмануть систему? Не уверен, что формулировка такая, но суть простая – словари, записки и прочее подобное под одеждой не проносим. Если пронесли, не используем.

Митцуя привычно прищурился припоминая, всё ли сказал. Тряхнув головой, он скрестил пальцы сжатых ладоней.

– Анкер. Готов?

Анкер выдохнул, кивнул и, отложив учебники, которые, как и Баки, даже не открыл, направился к двери в дайв. Под пожелания удачи он шагнул внутрь. Дверь захлопнулась. Со стороны камина раздался щелчок. Массивные круглые часы начали обратный отсчёт. Все затихли.

Время потянулось медленнее, чем когда-либо за этот месяц. Прошла четверть часа. За ней вторая. Вместе с ней исчезла призрачная надежда на то, что вся эта затея с экзаменом просто формальность, которую будет легко закрыть. Когда от часа осталась треть, ощущения изменились. Теперь время понеслось с пугающей скоростью. Пять минут, ещё пять, снова пять. До конца часа Анкера оставалось три минуты. Дверь распахнулась.

Анкер пролетел пол комнаты и только тогда остановился. С мокрыми волосами, без очков, он согнулся пополам и тяжело дышал.

– Аника, скорее, твоя очередь!

Митцуя придерживал дверь, чтобы та оставалась открытой. Аника скинула с колен тетради и рывком соскочила с дивана. Дверь снова захлопнулась.

– Анкер, ты как?

Тот выпрямился и закивал, показывая, что всё в порядке.

– Можешь присесть. Главное без подсказок, хорошо?

Анкер закивал ещё активнее.

– Кажется, нам стоит раздобыть бочонок воды.

– Хорошая идея, Баки. Сходишь?

– Баки следующий в очереди. Я схожу.

Курама поднялся со своего кресла, уступая его Анкеру, и направился к выходу. Его не было почти пол часа. Аника ещё не вернулась, но под её таймером горели зелёные цифры – три бонусных минуты. Это дополнительное время, пусть и небольшое, создавало ощущение какого-то спокойствия, хоть оно и было мнимым. Дейн задумался над тем, каково это – понимать, что можешь дать себе больше времени, но лишь за счёт чужого. Смог бы он так поступить? Сейчас ответ казался однозначным, но, ведь, он не был на самом деле в таком положении. И, в отличии от остальных, не будет.

Дверь распахнулась. Часы остановились, обнулив остававшиеся пятнадцать минут. Три бонусные минуты сгорели, так и не понадобившись.

– Баки!

Баки в прыжке перескочил спинку дивана и скрылся за вновь захлопнувшейся дверью. Аника, как и Анкер, тяжело дышала. Она улыбнулась и залпом опустошила протягиваемый Юми стакан воды.

Начался третий, самый напряжённый, обратный отсчёт. То что Анкер и Аника справятся предполагали все, Баки же, как и Кента, был самым слабым в группе. Важно было дождаться его прохождения. Когда часы показали пять минут, Кента прикрыл рукой рот. Он не отрываясь смотрел на камин и с каждой сгоравшей минутой становился всё мрачнее. Раздался громкий дребезжащий звон.

– Время истекло, – слабый голос Энжи слился с треском камина. С широко распахнутыми глазами она сжала руку Юми.

– У него есть пятнадцать минут Аники, – Дейн постарался сказать это как можно спокойнее, бросив быстрый взгляд на Кенту – на том не было лица.

Пятнать минут потянулись в полной тишине. Начала истекать последняя. Кента залпом допил половину своей чашки и уставился в пол. Звук, с которым на циферблате сменялись секунды, начал бить по ушам. Дверь распахнулась.

– Лика!

Та застыла, глядя на часы, и очнулась только от толчка Энжи. Она бегом перескочила порог в дайв.

Лицо Баки по цвету практически слилось с его волосами, а грудная клетка вздымалась в такт обратному отсчёту.

– С-с-спаси-бо... Аника.

Все переглянулись. Только сейчас они осознали, насколько важно решение было принято вчера вечером.

– Кента.

– М?

– Пообещай мне.

– Что?

– Если ты будешь в такой же ситуации, и тебе будет не хватать несколько минут, ты ими воспользуешься.

Кента повернулся, но ничего не ответил.

– Обещай давай. Не закончишь дайв и не застынешь в оцепенении, а займёшь эти минуты из моего часа.

Кента продолжал хлопать глазами.

– Кента.

Дейн не мигая посмотрел ему прямо в глаза.

– Хорошо.

Митцуя, который всё это время нарезал круги по кабинету, периодически застывая у окна, постучал костяшками пальцев по каменной стене:

– Так, ребятки. У нас по времени обед. Всем отложить свои нервы, и давайте-ка перекусим.

Он отправился к себе в комнату, вернувшись через минуту с большим подносом. Спустя три таких похода на столе стояла гора бутербродов, хлеб, варенье и большая тарелка с котлетами. К концу обеда Кента заявил, что у него закончились силы нервничать.

После возвращения Баки все и правда как будто стали расслабленнее. Экзамен явно можно было пройти, и они, сами не до конца это осознавая, построили лучший график, по которому это можно было сделать.

Лика справилась за пятьдесят одну минут, выиграв для Курамы девять, но тот смог вернуться за пятьдесят семь, что только подняло общий моральный дух. Юми закончила за сорок девять минут, что снова сыграло свою роль – Энжи вышла за шестьдесят семь.

– Лекс, твоя очередь!

Лекс, сидевшая наготове, как и все остальные, бегом перескочила порог дайва. Митцуя снова задумчиво посмотрел в окно.

– Кента, готовься потихоньку.

Кента расширил глаза и кивнул. Дейн уставился на часы, не в силах от них оторваться. Он боялся, что Кенте потребуется ещё больше времени, чем Баки, поэтому сейчас результат, с которым закончит Лекс, был чуть ли не таким же важным, как и самого Кенты.

Пятнадцать минут. Тридцать. Митцуя, продолжавший всё это время бродить вдоль окон, бросил взгляд в их сторону. Тридцать пять минут.

– Кента.

Тот поднял глаза на Митцую. Дверь распахнулась.

– Быстро.

Словно в замедлении Дейн увидел пролетевшую мимо него спину Кенты. Щелчок двери. Обнуление таймера.

Лекс упала на колено тяжело дыша. Дейн подошёл к ней и протянул воду:

– Спасибо.

Та улыбнулась и кивнула.

Теперь больше всего на свете Дейну захотелось, чтобы наступила его очередь – носиться по дайву было намного легче бездейственного ожидания. Намного легче, чем пребывать в положении, где ты не был в состоянии хоть на что-то повлиять.

Какого высокого мнения он бы ни был о способностях Кенты, он не ожидал, что тот закончит раньше, чем за пятьдесят минут. И всё же, когда этот рубеж подошёл, он почувствовал, как внутри что-то нехорошо зашевелилось. Ещё через пять минут он заметил, как неосознанно постукивает пальцами по подлокотнику. Первый час истёк.

– Дейн, может чаю?

Юми постаралась сказать это беззаботно, но было видно что и она, и все остальные в кабинете сидели на нервах. Дейн слабо улыбнулся и отрицательно покачал головой. Теперь отсчёт вели зелёные минуты, перенесённые из часа Лекс. Из двадцати пяти осталось двадцать. Пятнадцать. Десять. Пять. Кроме Митцуи по кабинету кругами начал ходить Баки, заверяя всех, что Кента справится. Пошла последняя минута.

– Ты мне обещал.

Дейн упал лбом на запястья ладоней, посмотрел в пол и закрыл глаза. Часы задребезжали. В кабинете не раздалось ни звука. Дейн приподнял голову и повернулся к каминной полке. Таймер впервые показал красные цифры. Начался обратный отсчёт его часа. Дейн улыбнулся и перевёл взгляд на дверь. Он больше не следил за временем. Почему-то в голове промелькнула мысль про ужин.

"Интересно, будет ли сегодня виноградный сок?"

Дверь распахнулась.

Влетев плечом в Кенту, он хлопнул его по спине и перемахнул через порог.

Глава 45

Пробежав по инерции ещё метра три, Дейн остановился. Солнечная просторная поляна показалась знакомой. Вокруг высились горы, склоны которых поросли густым лесом. Дейн обернулся и захохотал.

"А ведь красивое же место". Он засмеялся ещё громче. "А вот говорить на русском опять не разрешают".

Дейн бросил взгляд на часы – пятьдесят шесть минут. Накануне их раздал Митцуя, и теперь они располагались на левой руке сразу над его обычными часами.

"Очень даже неплохо. Ну что? Пора побороться со страхом высоты? Где там этот мост?"

Уже практически рванув вниз по склону, Дейн остановился. Задание. Обычно в начале они получали какое-то задание. Митцуя предупреждал, что опыт прошлых дайвов будет важен. Дейн обернулся. Предположение оказалось верным: на краю поляны стоял деревянный стенд – что-то вроде доски объявлений. Большой желтоватый лист изображал лицо некого мужчины – пожилой человек в круглой остроконечной шляпе – в таких обычно работали в полях в восточных странах. Как оказалось, объявление было составлено этим же человеком. Он сообщал, что нуждается в неких деталях, и просил того, кто сможет их раздобыть, принести их ему в дом.

Дейн сорвал листовку и бегом направился вниз к знакомому подвесному мосту.

К собственному удивлению, в этот раз он преодолел его намного быстрее, чему, возможно, поспособствовали их вылазки на балкон, который стал любимым местом у Кенты. Перекошенная деревянная арка по-прежнему заменяла ворота, а местные жители по-прежнему занимались своими делами, не обращая на него никакого внимания. Человека из объявления среди них, конечно же, не было. Понимание, с чего начать, уже приходило – все посещения дайвов научили Дейна одному – заводить как можно больше разговоров и задавать как можно больше вопросов. Обычно это к чему-нибудь да приводило.

Дейн заметил знакомого мастера, возле дома которого он летом встретил гусей. Мужчина заверил его, что человек ему знаком, вот только ничего конкретного он вспомнить не мог. Этого было мало, но это было первым шагом. Следующие несколько опрошенных говорили примерно то же, зато последняя собеседница Дейна, жена кузнеца, подсказала ему, где найти детали, которые искали в объявлении. Это оказалось очень кстати – таймер показывал тридцать три минуты.

В мастерской, о которой говорила женщина, выяснилось новое обстоятельство – хозяин имел проблемы со зрением и не мог разглядеть детали, изображённые в объявлении. Помогла тактика Кенты – Дейн сам нашёл всё, что ему было нужно. Эти же детали дали следующую подсказку. Владелец сразу вспомнил, кто именно заказывал их у него на прошлой неделе – некий человек по имени Ван Энчо́. Записывая это имя на обороте объявления, мужчина пролил на него кувшин с чёрным маслом. Фотографию залило, а Дейн усмехнулся – он уже догадывался, что его ждёт в разговорах с будущими собеседниками.

Как и следовало ожидать, владелец мастерской не знал, где живёт господин Ван. Дейн рванул на городскую площадь – время поджимало, нужно было повышать свои шансы на поиск нужных людей. К облегчению Дейна, очень многие припоминали имя Ван Энчо́ и после его словесного описания даже старались подсказать дорогу.

До конца экзамена оставалось восемнадцать минут и одна проблема – дорога вела в обрыв. Дейн в очередной раз подошёл к краю. Судя по шуму реки далеко внизу, высота была метров пятьдесят, если не вся сотня. Даже если бы ему удалось разглядеть в зарослях на склоне какую-нибудь хижину, спускаться вниз можно было не пытаться – любое неверное движение и из экзамена он вылетел бы в самом прямом смысле.

Дейн начал судорожно прогонять в голове всё, что могло оказаться подсказкой. Обрыв – тупик, дайв с грозой это однозначно показал. Дорога существует – все, кто был до него, с заданием справились. А ещё... Все, кто был до него, еле-еле переводили дыхание. Ван Энчо жил не просто у оврага. Ван Энчо жил у реки. Двенадцать минут.

Дейн рванул обратно к площади. Взглядом он выцепил парня, который последним пытался объяснить ему дорогу.

– Извини. Скажи, пожалуйста, Ван Энчо живёт у реки?

Парень кивнул.

– Ты можешь показать мне дорогу к реке?

Снова утвердительный кивок.

Как будто заметив спешку Дейна, парень побежал впереди и указал на небольшую поляну между двумя домами. Там, в густой поросли травы, виднелись каменные ступени. Дейн поблагодарил парня и на всей скорости, которые позволяли крутой уклон и его боязнь высоты, побежал вниз. Чем дальше он спускался, тем громче шумела река. Из-за деревьев показалось большое деревянное колесо.

"Дядюшка Ван, вы у нас мельник".

Как только Дейн коснулся земли, его взгляд скользнул на часы – шесть минут. Он на бегу свернул влево к предполагаемому входу. Не добежав несколько метров, он увидел на тропинке пожилого мужчину в круглой остроконечной шляпе.

Господин Ван замахал ему, призывая остановиться.

– Спасибо, спасибо, сынок!

Ван Энчо протянул правую руку, явно призывая отдать ему детали. Дейн судорожно начал хлопать себя по карманам и, наконец, положил на ладонь старика позвякивавший мешочек. В этот же момент вторая рука Ван Энчо вытянула из-за спины большой пожелтевший лист.

– Оставь это там, пожалуйста.

Длинный узловатый палец указывал на вершину холма за его спиной.

Три минуты. Дейна впервые за всё время этого дайва прошибла волна страха. Старик хлопнул ему по плечу и ткнул пальцем вперёд. Тропинка, на которой они стояли, петляя уходила вверх по склону. Дейн рванул из всех оставшихся у него сил. Задваивающимся от усталости зрением, преодолевая последние метры, он увидел доску объявлений. Боясь посмотреть на часы и сбавить скорость, он прямо на бегу влетел ладонью, держащей лист, в полотно доски. Вокруг всё поплыло. В тающей дымке солнечной поляны он успел разглядеть надпись – одна фраза: "Спасибо за помощь!"

Глава 46

Влетел ли он в толпу, или его так быстро окружили, Дейн не понял. Оказавшись в полумраке кабинета Митцуи, он мало что мог различить, но хорошо чувствовал несколько пар обнимавших его рук. Голос Кенты раздался над самым ухом:

– Тормоз!

– Вы мне скажите, это поздравления или прощание?

– Минута до конца, чёртов шоумейкер! – Баки обнял его за шею и потрепал по волосам.

Дейн выдохнул. Впервые по-настоящему за этот бесконечный день.

Впереди стоял Митцуя и широко улыбался. Он захлопал в ладоши:

– Экзамен окончен, господа! Примите мои поздравления!

Митцуя направился к двери в дайв, чтобы наконец-то её закрыть. Проходя мимо Дейна, он похлопал его по плечу.

– И дайте кто-нибудь нашему финалисту воды – у него сейчас сердце из груди вылетит.

***

Опуская голову на подушку, Дейн заметил, что до сих пор улыбается. Незамысловатый ужин с горами нарезок из всего, что можно было найти на кухне, показался ему самым вкусным, что он ел в жизни. Каждый наперебой рассказывал, до каких странных вопросов умудрился додуматься, и как пытался найти старика в траве под оврагом. Баки и вовсе решил, что тот попал в беду, и настоящая задача экзамена – спасти человека. Они говорили и смеялись. Даже Курама на эмоциях пересказал, как наткнулся в одном из огородов на стаю гусей и чуть ли не десять минут потратил на то, чтобы от них оторваться. Половина после этой истории вытирала слёзы.

Дейн ощущал, как счастье окутывает его. Место, люди, то, чем он занимался последние недели – всё это было его, всё это имело невероятную ценность. Всё было хорошо.

Глава 47

Воскресенье стало первым днём за всё время обучения, когда Дейн не притронулся ни к одному учебнику. В конце октября в академии праздновали Хэллуин, а это означало, что следующий экзамен будет только через два месяца. За обедом Кента выдал целый монолог о том, как твёрдо он теперь намерен начать свою подготовку заранее, но только не сегодня и не на ближайшей неделе.

– А потом, ты скажешь, что пора шить костюмы к Хэллуину?

– А ты уже соскучится по повторению видов времён?

– Ты абсолютно прав. Отдыхать очень важно.

– Как и костюмы на Хэллуин, – Кента задумчиво почесал подбородок.

– Традиции школы – нужно чтить, – Дейн активно закивал.

Покончив с пюре, они направились на седьмой этаж. Формально экзамен был завершён, но Митцуя предупреждал, что оцениваться будет не только успешное выполнение испытания, но и то, как именно оно проходило. Дейн сомневался, что мог допустить какие-то грубые огрехи. Кента в себе был уверен меньше и понемногу снова начинал нервничать.

К двум часам вся группа была в полном сборе. Митцуя зашёл в кабинет последним. На его лицо вернулась привычная хитрая улыбка. Кента посчитал это хорошим знаком и облегчённо выдохнул. Без вступительных речей Митцуя прошёл к центральной части аркады так, чтобы его было хорошо видно всем за столом.

– Доброго дня! Ну что? Приступим?

Все согласно замотали головами. Кента нервно сжал ладони.

– Я с большой гордостью готов сообщить, что все мои студенты успешно справились с первым экзаменом! И с большим сожалением должен объявить, что лишь восемь из них продолжат обучение.

Глава 48

Тишина, воцарившаяся в комнате, ударила по ушам. Митцуя молчал. Кента посмотрел на Дейна, сглотнул и опустил взгляд. Дейн почувствовал, как внутри что-то рухнуло, образовав пустоту.

Слева поднялись две фигуры. Лика и за ней Аника по очереди подошли к Митцуе, встав справа от него. В их глазах отражался влажный блеск.

– Сегодня наш последний день в академии, ребят. На завтрашнем поезде мы отправимся домой, – Аника вытерла покатившуюся слезу и улыбнулась.

– Всё хорошо – это было наше решение, – Лика обняла сестру. – Этот замок, профессора, Митцуя и вы... – она запнулась, часто моргая, глубоко вдохнула и заплакала. – Вы очень крутые!

– Вы особенно, – Аника засмеялась, продолжая вытирать подступавшие слёзы. – Просто мы очень соскучились по дому... и нашей жизни.

– Мы возвращаемся... и теперь придётся скучать по вам, сволочи. Вы почему все такие замечательные?....

Лика закрыла лицо ладонью.

Юми, безуспешно пытавшаяся сдержать слёзы, поспешила обнять Лику. За ней поднялись Энжи и Лекс. Все начали вставать с мест, протирая глаза и шмыгая носами.

Лишь какое-то время спустя, когда многочисленные объятия закончились, Митцуя, который сам в этот момент стоял с покрасневшими глазами, попросил всех вернуться на места.

– Я искренне рад, что это недолгое время вы были моими студентами, – он протёр уголок глаза. – И всё же, давайте закончим нашу встречу на положительной ноте.

Все сидели с помрачневшими лицами и посмотрели на Митцую так, будто ничего хорошего сейчас произойти не могло.

– Помните? Я обещал подарить камеру? Тому, кто покажет себя лучше всех.

Митцуя отошёл к каминной полке, с которой принёс увесистый тёмный футляр.

– Я надеюсь, он запечатлит много счастливых событий из жизни своего нового владельца.

Митцуя заботливо провёл рукой по чехлу и, улыбаясь, поднял взгляд:

– Ухаживай за ним хорошо, Кента.

Кабинет наполнился поздравлениями и аплодисментами, а Кента, нахмурившись, вертел головой по сторонам. Дейн усмехнулся и толкнул его локтем в бок, чтобы тот поднимался.

Митцуя протянул руку и с игривой пляской огоньков в глазах ждал, пока новый владелец подойдёт за подарком.

– Но... это как?... Я же завалил практически.

– Тому, кто лучше всех себя проявит. А не закончит раньше, – Митцуя рассмеялся. – Вы – студент Академии Фэйбэл. У нас своя философия. Я же упоминал. Привыкайте. И заберите, пожалуйста, вашу камеру, я начинаю уставать её держать.

Глава 49

Понедельник был последним учебным днём сентября. Руфим и Скай поздравили всех с прохождением первого экзамена. Говорение с Митцуей стояло в расписании сразу после обеда. Негласно все сошлись на том, что сегодня пообщаться можно было и без иностранного языка.

– Я тут подумал, – Митцуя поднял указательный палец вверх и направился к камину. – Кента у нас превзошёл сам себя, но и остальные показали отличный результат, поэтому... – он приподнял с полки увесистую стопку и направился с ней обратно, – каждому положен утешительный приз.

Одному за другим Митцуя вручал прямоугольную рамку.

– Это же мы! – Юми, радостно подпрыгнула.

– Именно! Я считаю, камин вышел просто прекрасно, но вы тоже симпатяги.

Лика, а за ней и Аника, с широкими объятиями повисли на Митцуе.

– Вы лучший фотограф!

– Будет висеть на самом видном месте!

Урок превратился в одни большие проводы. Все разглядывали фотографии и придавались воспоминаниям. Когда добрались до рассказов о поступлении, Дейн упомянул ситуацию с виноградом, и Анкер во всех красках передал её от первого лица. Отсмеявшись, Митцуя заявил, что это будет одной из лучших историй успеха в коллекции достижений его студентов, а Лика попросила не списывать их со счетов, пообещав совершить что-нибудь не менее значимое.

– Мы всё ещё часть группы Митцуи! – она назидательно устремила указательный палец вверх. – Только немного прогуливающая пары.

– Смотрите. Это большая ответственность, мисс! – Митцуя усмехнулся. – Теперь мы все возлагаем на вас большие надежды.

***

Поезд отъезжал в пять вечера. Чтобы добраться до станции, Митцуя раздобыл где-то большую телегу, в которой уместились все одиннадцать человек. Даже Курама, который до последнего не отвечал ничего определённого, в последний момент появился из дверей замка, на ходу застёгивая джинсовку. Для конца сентября погода была просто отличная – сухая и тёплая. Все сидели без шапок, в толстовках или лёгких куртках. Небо выдалось почти безоблачным, из-за этого солнце, начинавшее уже понемногу клониться к закату светило им в лица до тех пор, пока телега не вильнула влево и не скрылась под тенью величественных секвой.

Всю дорогу они шутили и строили планы на будущее. Лишь оказавшись на платформе возле дымящего паровоза в окружении пары десятков других отбывающих студентов и нескольких десятков их провожающих, ко всем пришло осознание – момент прощания наступил.

От новых слёз удержались только парни, но даже Курама, что до этого сложно было представить, позволил зажать себя в крепких объятиях. Это расставание казалось странным. Дейн вспомнил, как месяц назад не мог назвать имена половины из тех, кто два дня назад обнимал его, радуясь его прохождению дайва, чуть ли не больше него самого. И тех, кто сейчас стоял рядом, разделяя эту неожиданно охватившую его грусть.

Над головами раздался низкий гудок. Аника взбежала по ступеням в вагон. За ней поспешила Лика. Сквозь большие окна было видно, как они затаскивают свои чемоданы на верхние полки. Раздался второй гудок, и платформу окутало белым дымом. Лика примкнула к окну, за ней, положив голову на плечо сестры, показалась Аника. Баки при общей поддержке начал по третьему кругу сыпать прощальными напутствиями и пожеланиями. Широко улыбаясь и вытирая вновь подступавшие слёзы, они замахали друг другу. Поезд тронулся.

Глава 50

Телега мерно подскакивала на лесной тропе.

– Так. Давайте сразу признавайтесь, кто тут ещё планирует уезжать? – Баки продолжал шмыгать носом. – Предупреждайте заранее, к кому из вас не надо привязываться. А то смотрите мне потом.

– Поддерживаю вопрос, – Митцуя печально усмехнулся. – Я к вам только привык, не заставляйте меня грустить. К тому же... – он наклонил голову, разглядывая часы Дейна, – через шесть часов и сорок семь минут у вас появится новая привилегия – выходить на территорию замка.

Все с энтузиазмом повернули головы.

– На прилегающую территорию, я бы уточнил... – он откинулся обратно. – Но вам на пока хватит. В октябре здесь настоящая красота.

– Теперь мне необходим термостаканчик, – Лекс заинтересованно потёрла большим пальцем подбородок.

Митцуя засмеялся:

– Тогда мне сразу нужен список всех желающих.

Восемь рук поднялись в воздух.

– Какие вы у меня дружные.

Повозка начала медленно забирать влево. Солнце яркой тёплой вспышкой обдало лица и золотым каскадом отразилось от башен замка.

Глава 51

Первым занятием во вторник было аудирование. Профессор Тайли поздравила всех с началом нового этапа обучения. Когда она раскрыла списки студентов, проверяя посещаемость, её голос запнулся на именах группы Митцуи.

– Ох. Мне показалось, Акира говорил, что у него все сдали, – она подняла растерянный взгляд.

– Сдали все, профессор. Девочки сами захотели домой.

Сказав это, Баки сразу погрустнел.

– Вот как, – лицо Тайли просветлело. – В таком случае понимаю. Первый семестр всегда самый сложный. И самый важный. Обычно после Нового года остаётся около двух третей первокурсников.

Кента прикусил щёку и постучал пальцами по парте.

– Зато оставшиеся две трети потом продолжают обучение до самого конца.

– То есть два следующих экзамена будут ещё сложнее? – в голосе Баки послышались нотки паники.

– Тут... как сказать... Для всех по-своему. Хотя тем, у кого хромает теория, я бы посоветовала в ноябре взяться за неё со всей силой. Но дело, конечно, не в одних экзаменах. Фэйбэл уникален, именно поэтому, он подходит далеко не всем. Для многих он становится удивительным приключением, которое стоит сохранить в памяти, чтобы двигаться дальше. И по этой же причине первокурсники живут обособленно от остальных студентов. Для вас сейчас особый период, когда и вы и академия должны понять, подходите ли вы друг другу. Но, я уже вижу, как вы все погрустнели. Это не дело.

Тайли сделала изящное движение кистью. Воздух вокруг заискрился, растворяя стены кабинета. Яркий солнечный свет и тёплый ветер ударили в лица. Дейн схватил Кенту за плечо. Окно, возле которого они только что сидели уступило место, скальному гребню, с которого открывался завораживающий, но вводящий в оцепенение вид. Молодой красный кленовый лес, окружавший их, багряным покрывалом скрывал подножие горы далеко внизу, где плавно переходил в ещё сохранившие зелёные краски луга. Слева и справа горная гряда тянулась к горизонту, сливаясь с небом в белёсо-голубой заснеженной дымке.

– Мы с вами начинаем тему природы. Почему бы не совместить её с приятной экскурсией.

Дейн в сомнении приподнял брови, а Кента прикрыл рот, чтобы сдержать смех.

***

Вторым занятием стояло письмо. Как только оно началось, всем были розданы результаты промежуточного тестирования за сентябрь. Дейн ожидаемо получил пятёрку. К огромному удивлению Кенты, у него стояло четыре.

– Мои потраченные силы окупаются? – Дейн самодовольно повёл плечом.

– Нууу... Как сказать.

Кента вытянул губы в трубочку и подвинул свою работу вбок. Та, в привычной для Кенты манере, пестрела россыпью исправлений.

– Как будто бы... ошибочка произошла.

Дейн задумчиво постучал по виску.

– Если у кого-то есть вопросы, прошу, – профессор Флоранс приветливо одарила класс улыбкой.

Кента отрицательно замотал головой, а Дейн согласно кивнул.

– Да, господин Широйя.

– Я бы хотел узнать почему у меня четвёрка.

– Очевидно потому, что вы справились хорошо, но не отлично, – Флоранс беспечно пожала плечами и занялась записями на доске. – Пожалуйста, задавайте вопросы по существу, нам с вами сегодня предстоит изучение новой темы.

– Мой вопрос был по существу.

Широйя сидел на два ряда ниже. На его лице Дейн уловил знакомый скучающий взгляд, а в голосе ленивые ноты.

– Вынуждена напомнить, что с критериями оценок мы разобрались ещё в начале семестра.

– Именно. И, исходя из них, для четвёрки нужны ошибки. У меня их нет.

– Господин Широйя, – Флоранс повернулась к классу. – Вы взрослый человек и должны отлично понимать, что на оценку влияют не только ошибки, но и общее качество работы. Особенно, когда речь идёт об изучении языков.

– Тогда я хотел бы узнать критерии качества. Языка.

Последнее слово было произнесено с улыбкой. За спиной Дейна кто-то подавил смешок.

– Именно развитию ощущения языка и посвящено ваше обучение в академии, – голос Флоранс похолодел.

– Но оценки-то мы получаем сейчас.

– Вам не важно чужое время, Широйя?

– Нет.

Сзади снова кто-то хмыкнул. Дейн повернулся и увидел Лекс, прикрывавшую рукой рот.

– Почему оно должно меня интересовать? У меня есть своё и прямо сейчас я пытаюсь узнать, как расходовать его эффективнее.

– Возможно, для вас и для всего класса эффективнее будет, если вы покинете этот кабинет? Так вы сэкономите время и себе, и нам.

– А в таком случае я смогу получить следующий зачёт?

– Я бы на это не рассчитывала.

– Тогда я предпочту остаться.

– С закрытым ртом.

Широйя усмехнулся и кивнул.

Кента поспешил свернуть свою работу и убрать её в сумку.

– Я попрошу всех посмотреть на экран. Перед вами схемы различных видов вопросов. Ознакомьтесь с ними в течение минуты. Господин Хоширама, вы можете сразу выйти сюда.

– Я? – Рэй вскочил с испуганным лицом.

Группа Митцуи пересекалась с группой Тайли только на занятиях по чтению и письму, и на этих уроках Рэю всегда доставалось, из-за чего в другом состоянии Дейн его почти никогда не видел.

– Да, – Флоранс снова улыбалась, как будто никакого препирания с Широйей не было. – Поможете нам с примерами.

– Но... Я завалил тест за сентябрь... Боюсь, я сейчас не смогу...

Щёки Рэя краснели на глазах.

– Ерунда, все допускают ошибки. Чем больше вы будете пробовать, тем быстрее сможете с ними разобраться. Прошу. Не переживайте.

Дейн вспомнил, как летом удивлялся таланту Лекс менять манеру общения за секунды. Похоже, Флоранс обладала таким же.

***

– Во сколько сегодня чтение? – Кента поправил сумку, чтобы можно было на неё лечь, растянувшись на лавке.

Обед заканчивался, и Атриум быстро пустел.

– А какой сегодня день?

– Вторник?

– Тогда в семь.

– И чем займёмся?

Дейн откинулся назад, разглядывая окутанный густыми облаками купол потолка.

– Шесть часов сорок сколько-то минут прошли. Может посмотрим, куда там нам теперь выходить можно?

– А это идея. Рассчитываю на тайный...

– На тайный?...

– Не придумал.

Дейн кивнул.

***

Огромные дубовые двери были распахнуты настежь. Высокий арочный проход, через которые они когда-то впервые вошли в замок казался величественным и грозным на фоне темнеющих далеко впереди гор. Из-за запрета покидать замок ни Дейн, ни Кента ни разу не появлялись здесь вплоть до вчерашнего вечера. И даже за этот день многое изменилось. Погода резко испортилась – небо закрыли низкие серые тучи, воздух отдавал сыростью, а ветер то затихал, то внезапными порывами поднимал с земли вихри пожелтевших листьев.

– Как-то Митцуя перехвалил их местный октябрь, – Кента накинул на голову капюшон толстовки.

Дейн посмотрел на небо:

– Предлагаю ограничиться террасами.

– Да… Как будто бы ливанёт. Тогда нам к северо-западному крылу – там ближайшие.

– Это где?

– Это направо.

Уже через несколько минут, стало ясно, насколько это решение было верным. Первые капли упали Дейну на нос, затем Кента провёл ладонью по выпиравшей из-под капюшона чёлке, и уже в следующий момент дождь забарабанил по листьям.

– А мы прям вовремя, – Дейн обогнул размашистую иву, и побежал вверх по крутым каменным ступеням.

– Давай поднимемся повыше, – Кента обогнал его и стремительно скрылся за поворотом узкого пролёта.

Помимо пары десятков башен замок пересекало множество галерей. Одни служили переходами, другие тянулись вдоль внешних стен. Наверное, при наличии желания, добрую половину Фэйбэла можно было обойти не пользуясь внутренними коридорами и лестницами, но до этого дня любой выход к таким внешним террасам был для первокурсников под барьером.

– А тут уютненько, – Кента свернул на длинный каменный выступ, огороженный балюстрадой и укрытый деревянной скатной крышей.

Дейн осторожно посмотрел вниз. Под ногами покачивались верхушки деревьев – не так высоко, как он опасался.

На горизонте сверкнула молния, ветер резко усилился. Пока они поднимались, дождь успел разойтись, и теперь горы, видневшиеся недавно вдали, превратились в густой серый туман.

– Дейн. Мне что-то страшно.

– В дайве тогда гроза была пострашнее.

– Да нет. Я как раз про сами дайвы, – Кента прошёл вперёд и облокотился на каменные перила. – Тебя со мной больше не поставят. Лекс после прошлого раза теперь тоже. Курама боится людей, Баки самому кто бы помог...

– Короче, ещё пара дайвов и вытягивать тебя будет некому.

– Ага.

– Ты же понимаешь, что это означает?

– Что я дотяну до Хэллуина, а потому могу начинать паковать вещи.

– Поезд в конце ноября. После Хэллуина тебе ещё месяц страдать.

– А. Ну да. Теперь ещё страшнее.

– Учись их проходить самостоятельно.

Дейн отвесил лёгкую затрещину по капюшону Кенты, и их обоих окатило брызгами. Вторая молния ударила гораздо ближе, и на этот раз за ней последовал гром.

– Уоу. Ты видел?

– Слева что-то?

– Ага. Молния куда-то попала. В башню по-моему.

– Если там что-то и есть, для меня это пятно, – Дейн прищурился, но ничего нового не увидел.

Удары капель о деревья под ними резко усилились.

– А вот это уже что-то новенькое.

Дейн проводил взглядом белый шарик, отскочивший от перил. За ним полетел ещё один. И ещё.

– И вот теперь нам пора, – Кента вытянул руку, отодвигая Дейна от края, и потащил вперёд в конец галереи. За несколько метров, что они прошли, ледяная крошка успела покрыть пол тонким белым слоем. Град был мелким, но очень частым. Толстовки защищали от его ударов, но лица пришлось прикрыть натянутыми по самые ладони рукавами.

Небольшая деревянная дверь поддалась, пропустив их внутрь. От порыва ветра, она захлопнулась, моментально заглушив шум грозы. Камин в конце коридора призывно затрещал. Кента одним движением скинул капюшон и взъерошил мокрые волосы. Они переглянусь, засмеялись и наперегонки побежали к огню.

Глава 52

– Я рад, что все на местах, – Митцуя приветственно помахал, спускаясь по кованой лестнице. – Можете с них вставать и направляться вооон в тот угол. На вешалке за фикусом вас ждёт форма на сегодняшний дайв.

– Вот эта пальма – всё это время была фикусом? – Кента задрал голову, разглядывая подпиравшую потолок тёмно-зелёную верхушку.

– Я за ним хорошо ухаживаю. Размер одинаковый, так что можете долго не выбирать.

Дейн протянул два длинных халата на выбор – горчично-золотистый и серый с серебряным отливом. Кента забрал горчичный. Они отошли в сторону, чтобы сменить свои чёрные накидки на новую униформу.

– Вы пойдёте с нами? – Юми, которая в этот момент помогала Энжи повязать на талии длинный пояс, застыла с незатянутой петлёй в руке.

– Ага, – Митцуя с хитрым прищуром повёл бровями и изящно скрестил на груди руки, демонстрируя ниспадавшие почти до колен широкие атласные рукава своего нового серебристо-зелёного одеяния. – Инструктаж, кстати, проведу сразу в дайве, так что поторапливайтесь.

– Я не знаю, что за бедствие вы нам подготовили на этот раз, – Баки вертел руками и ногами, словно летучая мышь, отплясывавшая гопака, – но я вот в этом выживу, только если на вершине какой-нибудь горы нас застигнет ураган.

– Тогда ещё торнадо подойдёт, – Анкер снял очки и дыхнул на них, чтобы протереть.

– Или смерч, – Дейн кивнул, прикидывая, что ещё им могли подготовить на этот раз.

– Это не одно и то же? – Кента крутанулся вокруг своей оси, с любопытсвом разглядывая новую униформу.

– Вот скоро и узнаем…

– Что за упаднические настроения, господа? Мы в языковой академии. Тут не битва на выживание, – в голосе Митцуи прозвучал укор, но глаза с трудом скрывали смех. – Прошу следовать за мной.

Митцуя прошёл первым. За ним двинулись остальные. Захлопнувшись, дверь по обыкновению исчезла, растворившись посреди широкой лесной тропы. Косые лучи солнца отвесно падали сквозь густые кроны гигантских деревьев. Воздух наполнился запахами трав и разноголосьем лесных обитателей.

– Здесь недалеко, не отставайте.

– Какой прекрасный день скоро будет омрачён ужасной грозой, – Баки поэтично посмотрел вверх.

– Они шли по мирной лесной дороге, не догадываясь, какое бедствие им готовила природа уже через считанные минуты, – тем же возвышенным тоном продолжил Анкер.

– Но вы то догадываетесь, – Митцуя обернулся и выдал одну из своих самых хитрых улыбок.

Половина группы нервно сглотнула.

– А пока погода благоволит нам, и солнце ещё не оставило небосвод, позвольте провести небольшой инструктаж по технике выживания.

Все переглянулись, а Митцуя захохотал.

– Добро пожаловать в Шауша́нк!

Дорога начала резкий спуск, открывая вдали панораму старинного восточного города. Местность, в которую они попали, показалась Дейну необычной. Она была похожа на горную долину, окружавшую ставший для них привычным Доммиго́рн, но, в то же время, заметно от неё отличалась. Теперь стало очевидно: новый месяц предполагал новое место обучения. Изогнутые многоярусные крыши и красноватые огни города, тонувшие в зелени исполинских хвойных деревьев погружали в атмосферу древних легенд.

Они преодолели затяжной спуск и прошли под высокими прямоугольными воротами. Митцуя сбавил темп, предоставляя им возможность осмотреться. Чем дальше они уходили вглубь города, тем больше домов и лавок появлялось на улицах, тем выше они становились, тем богаче выглядело их убранство. Спуски сменялись подъёмами, а узкие безлюдные улочки чередовались с широкими и оживлёнными.

– Мы сейчас выйдем на главную площадь, так что, пожалуйста, послушайте, что от вас требуется, – Митцуя обернулся, проверяя, все ли на месте. – В октябре пять учебных недель. Это означает, что мы успеем провести три дайва. Экзамена, как вы понимаете, не будет, зато будет сквозное задание. Разбирайте.

Он протянул Юми пачку конвертов, и та начала раздавать их остальным. Дейн получил свой – зелёные чернила угловатым почерком выводили его имя. Он аккуратно вскрыл верхнюю часть и достал содержимое – фотографию мужчины-азиата средних лет. Следом пальцы нащупали второй запечатанный конверт поменьше. Внутри находилось что-то увесистое.

– Маленькие не вскрывать – это не вам.

Длинная узкая улица, заставленная трёхъярусными лавками, вышла на просторную мощёную площадь неопределённой формы. Здесь лес расступался, открывая зелёные склоны окружавших их гор. Сотни людей сновали туда-сюда, поглощённые своими делами и не замечая величественный пейзаж.

– Задача у всех одинаковая – отыскать человека с фотографии и передать ему запечатанный конверт.

Кента, Анкер и Баки обернулись по сторонам и посмотрели на Митцую с видом людей, желающих понять, в своём ли он уме.

– Чего? Вы на экзамене делали то же самое.

– На экзамене была деревушка, – Анкер развёл руки, обводя площадь.

– Там была большая деревушка, – Митцуя поднял указательный палец. – А тут маленький мегаполис.

– Так намного легче.

– Вот и я об этом.

– И что? – Юми улыбнулась, но её голос выдал волнение. – Начинать можно прямо сейчас?

– Рад, что вы спросили. Конечно же, нет, – Митцуя полез за отворот своего халата и извлёк оттуда ещё одну пачку прямоугольных листков. – Надеюсь, я не должен напоминать, что ваша главная задача – учиться говорить на языке... самостоятельно.

– Но вы напомнили.

– Именно, Баки. Пожалуйста, не заставляйте меня это делать – я испытываю трудности с удержанием в памяти маловажных вещей. А теперь, когда я всё-таки это сделал, я сделаю кое-что ещё.

Он с хитрым прищуром сложил у лица ладони.

– Поделю вас на пары.

Рука Митцуи вытянулась, протягивая светлые прямоугольники.

– Это что? Какие-то билеты? – Юми вертела полученные бумажки.

– Это подтверждение бронирования ваших номеров. Не переживайте, у каждого свой, – он засмеялся, увидев растерянность на их лицах.

Юми удалось разобраться и она начала попарно вручать брони владельцам.

– Баки и Курама, – она вытянула руку с нервным смешком.

Курама выпятил глаза и с приоткрытым ртом начал вертеть головой, переводя взгляд с Митцуи на Баки и обратно.

– Анкер и Энжи.

Улыбка Юми стала ещё растеряннее.

Те неловко переглянулись.

– Кента и Лекс.

Лекс усмехнулась, а Кента удивлённо приоткрыл рот, посмотрев на Дейна. Тот кивнул, показывая, что всё не так плохо.

– И мы... с Дейном.

Юми растерянно сжала свою бронь. Все разошлись в стороны, встав по парам так, как это предполагали их брони.

– Я чего-то не понимаю, – Анкер помахал билетом, – вы же только что сказали действовать самостоятельно.

– Я сказал учиться самостоятельно общаться на языке, действуйте как хотите.

– А в чём тогда смысл?

– Да ни в чём. Город большой – веселее будет.

– А нельзя ли нам с Энжи один...

Митцуя закачал головой из стороны в сторону, и Юми не договорила.

– Последнее. На случай, если кто-то справится раньше третьего дайва. Во время каждого посещения вам нужно будет отметиться в одной из точек города. Фотографию этого места вы найдёте у себя в номере. Доберётесь туда, получите подсказку на нужного вам человека. Если человек к тому моменту будет найден, просто отметитесь и можете спокойно гулять. Ограничений по времени нет, но проходные отелей работают до восьми. А выход из дайва у вас в номере... Мысль, я думаю, уловили.

Митцуя заложил руки за спину и направился вглубь площади. Пройдя несколько метров, он обернулся:

– Да! Если вдруг кто-то всё-таки умудрится тут застрять... Многие заведения всю ночь поддерживают открытый огонь – не мёрзните. Отели откроются в девять, успеете вернуться к завтраку. А ещё за успешное выполнение задания с конвертом получите бонусный балл на ноябрьском экзамене. Удачи!

Он поклонился, помахал рукой и в мгновение скрылся в толпе.

– И билеты именные – не поменяешься, – Анкер вздохнул.

Энжи, стоявшая возле него, печально пожала плечами. Юми обняла её и обернулась к остальным:

– Ну что? Всем удачи.

Курама, покачав головой, бросил взгляд на Баки. Прощание вышло быстрым. Дейн смотрел, как один за другим его одногруппники исчезают в толпе. Наконец, Кента заложил руки за голову и они с Лекс побрели к центру площади. В последний момент Дейн окликнул их:

– Следи там за ним без меня! Он не очень умный, но с ним весело. Вы подружитесь!

Лекс пространно улыбнулась и кивнула.

Глава 53

– Это он пошутил.

– Не подружимся?

– А? Ой. Нет. За мной не надо следить. Я про это. В смысле я более-менее справляюсь.

– Ну это отлично. Нам бы до гостиницы добраться.

Лекс помахала листком, всматриваясь в людей вокруг. Пожала плечами и направилась к ближайшей палатке с сушёными фруктами.

– Здравствуйте! Не могли бы вы сказать...

Как и в прошлый раз, Кента не мог разобрать половины слов. Он пытался вслушаться, но шум рыночной площади, перекрывал даже его мысли, не говоря о разговоре Лекс с продавцом. Судя по её лицу, узнать что-то полезное пока не удалось. Они переместились к следующему прилавку и к следующему за тем. Здесь, судя по всему, им улыбнулась удача. Женщина в красивых расшитых узорами одеждах активно жестикулировала, показывая Лекс направление к улице в дальнем конце площади. Та поклонилась в знак благодарности и повернулась к Кенте:

– Нам туда.

– Справляетесь я вижу?

Голова Митцуи возникла ровно между ними под картинный щелчок пальцами.

От неожиданности оба подскочили.

– Да, вроде бы, пока да, – Лекс, обычно сохранявшая хладнокровное спокойствие, втянула носом воздух, выравнивая дыхание.

– Славненько! – Митцуя улыбнулся и мерными шагами направился дальше.

– Давай со следующим человеком я поговорю, – Кента проводил Митцую немигающим взглядом.

– Пожалуй, да.

Они прошли несколько метров, и Лекс снова остановилась.

– Вообще, мне уже объяснили, где гостиница. Может не страшно, если мы туда сразу пойдём? Я же не помогала тебе искать человека?

Кента закатил глаза, размышляя, и, наконец, кивнул. Они пошли дальше, рассматривая улицы. Повсюду светились огоньки – где-то красные декоративные, где-то настоящие, подогревающие блюда на столиках у посетителей. От обилия мяса и овощей, которые готовились на открытом воздухе, начинал разыгрываться аппетит. Из некоторых окон, укрытых густым хвойным одеялом низко нависавших ветвей, исходил тёплый желтоватый свет.

Путь до гостиницы занял то же время, что и дорога до площади. Большое квадратное здание выделялось среди прочих домов и лавок. Имея пять ярусов, оно возвышалось над своими соседями, освещая округу дневными уличными гирляндами.

– Как в сказке, – Кента остановился, рассматривая верхние этажи. – Надеюсь, нас где-нибудь там поселили.

– Вот это ты сейчас и узнаешь, – Лекс взглядом указала на вход.

– Амм. Да...

Шумно выдохнув, Кента вбежал по широким ступеням. Внутри за небольшой стойкой, окружённой целым садом из всевозможных видов кустовых растений, стояла молодая девушка с туго затянутым пучком. Она приветливо улыбнулась зашедшему Кенте и вставшей за его спиной Лекс. Молчание продлилось несколько секунд. Лекс склонилась над ухом Кенты и перешла на шёпот:

– Можете ли вы...

– Можете ли вы...

– Поздороваться-то не забудь.

– Здравствуйте! Можете ли вы... показать... показать нам наши комнаты?

Кента снова выдохнул, а Лекс через его плечо протянула девушке свою бронь. Кента, спохватившись, проделал то же. Уже на лестнице, когда они подходили к верхнему этажу, он, наконец, улыбнулся.

Их номера оказались соседними. Как только дверь комнаты Лекс закрылась за её спиной, Кента забарабанил в неё кулаком. Дверь распахнулась.

– Ты чего?

– А ты можешь... Не уходить без меня? В смысле я сам буду спрашивать, но мне бы...

– Котёнка на улице было бы проще оставить.

– Я настолько жалко выгляжу?

– Нееет.

Лекс быстро закачала головой и прикрыла дверь. Кента выдохнул в третий раз. Задание дайва толком не началось, а он уже успел перенервничать так, будто успел его завалить. Он зашёл в свой номер. Комната оказалась просторной. Прямо напротив него, рядом с большим квадратным окном, вытянувшимся почти на половину стены, находилась балконная дверь. Заглянув за неё, Кента понял, что им достались номера с обратной от улицы стороны. Размашистые хвойные ветви мерно стучали по перилам.

Он прикрыл дверь и огляделся. Выход из дайва, расположенный в стене слева, был благодушно обозначен специальной табличкой. Там же стояла и кровать. Не в первый раз задавшись вопросом, зачем они вообще нужны в их дайвах, Кента опустил взгляд на занимавший почти всю длину окна стол. К его удивлению, на нём ничего не было. Зато за ним, на стене, имелась пробковая доска. К ней оказалась приколота небольшая фотография: круглый столик с дымящимися чашками. Спереди открывалась горная панорама, окутанная облаками. Пейзаж был красивым, но не сказать, чтобы оригинальным – горы тут можно было увидеть с любого холма, а заведения с едой и напитками встречались чуть ли не на каждой улице. Кента опустил взгляд на пол, исчерченный широкими светлыми полосами. До заката ещё хватало времени, нужно было приступать.

Он вышел из номера в тот же момент, что и Лекс. Та показала фото – стеллажи с книгами. Кента махнул своим.

– Ну. Этого следовало ожидать. Предлагаю план. Сначала идём искать мою точку. Я стараюсь говорить просто и медленно, ты стараешься запоминать. Потом поищем твою кофейню. И дальше по цепочке.

– Прекрасный план.

Кента улыбнулся, внутренне настраиваясь не пропустить ни одного слова и справиться без подсказок. Они сбежали по широкой лестнице и вышли на гудящую улицу. Голоса людей перемежались с пением птиц, стрекотом насекомых и шумом ветра. Кента почувствовал вернувшуюся тревогу.

– Ты как раньше дайвы проходил? Дейн с собой нашатырь носил?

Кента нервно хмыкнул.

– Дейн сам со всеми разговаривал.

– А. Хм. Звучит как план. Интересно, если я сама узнаю, где находится твоя кафешка, кому из нас больше достанется.

Кента выпятил глаза, и Лекс засмеялась.

– Да шучу я. Пошли.

Следующие полчаса превратились для Кенты в день сурка. Лекс по кругу задавала одни и те же вопросы всем подряд.

– Из всех этих людей реально никто не знает, где у них библиотека?

– Ты что нас не слушал?

Во взгляде Лекс удивление смешалось с укором.

– Слушал. Тебя. Мне вопросы нужно научиться задавать, библиотека мне твоя к чему.

– Как ты грамотно расходуешь силы... Ладно. Иди вон с тем парнем поговори.

– Зачем?

– Потренируешься, пока ничего не забыл.

– А может потом? Когда чайную искать начнём?

– Ну иди про чайную спроси.

– А мы же хотели после твоей библиотеки...

– Иди давай.

Кента кивнул.

Из первого разговора ничего дельного выяснить не удалось, но, почувствовав в себе больше уверенности, он сразу решился на второй, затем на третий.

С довольным лицом Лекс выставила вперёд большой палец:

– Когда узнаешь, где твоё кафе, посмотрим – что ближе, туда и пойдём.

Кента улыбнулся и замахал головой. До этого дня ему всего один раз доводилось полноценно проходить дайв, но сейчас его не подгонял тайминг, и рядом был человек, который в самом крайнем прекрайнем случае, мог его подстраховать и дать подсказку. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что это было даже весело. Лекс поглядывала на него, одобрительно кивая, и это поддерживало бодрый настрой. Он наконец-то делал что-то самостоятельно, делал это верно, и это сразу давало результат. Поговорив с женщиной, лепившей пельмени, он по её указанию поднял голову и увидел заставленную круглыми столиками просторную площадку на уступе скалы.

– Мы, кажется, нашли мою чайную, – Кента запустил руку в волосы, а Лекс одобрительно хлопнула его по плечу.

Не без труда им удалось отыскать узкую крутую лестницу, серпантином поднимавшуюся вдоль подножия горы. Пока Кента стоял, переводя дыхание и прикидывая, с кем бы тут поговорить насчёт колоритного араба с его фотографии, Лекс провела ладонью по своей талии. В следующее мгновение она извлекла из какого-то кармана мешочек с позвякивающими в нём монетами. В её глазах зажглись огоньки. Движением бровей она посоветовала Кенте проверить свою форму. Тот с удивлением обнаружил у себя внутренний карман с таким же туго перевязанным мешочком. Без дальнейших рассуждений Лекс направилась прямиком к стойке. Через минуту она вернулась с довольным лицом и сжимаемым в руке стаканчиком.

– А ты это… что... – Кента замер, указывая на стаканчик, из которого Лекс отпила большой глоток – ...пить будешь...

– Вкусненько.

Кента продолжал стоять, переводя взгляд со стаканчика на Лекс и обратно.

– Я тебя за столиком подожду. Иди узнавай про своего... кто там у тебя.

– Ты тут главное... не вылети из дайва.

– Кофе – напиток, дарующий силы.

Кента не представлял, насколько идея употребления чего-либо из местных продуктов, была адекватной, но настроение Лекс улучшилось, что было ему только на руку. Последнее, чего он хотел – чувствовать себя обузой и мешаться окружающим. Настало время проверить, чему он научился за сентябрь. Дейн столько раз отрабатывал с ним вопросы про людей, что он не знал, перед кем ему будет более неловко – перед Лекс, которая воочию увидит его позор, или Дейном, которому он потом непременно перескажет его во всех подробностях.

К собственному удивлению, уже через несколько минут он обнаружил себя, пожимающим руку дядюшке-повару в перенявшем все существующие цвета фартуке.

– Ну что? Успех?

Кента склонил голову:

– Мне нужно в какой-то богатый район... с богатыми домами... в лесу... Как будто бы весь город подходит под описание.

Он опустился на стул напротив Лекс и задумчиво подпёр кулаком подбородок.

– Могу я попробовать...

– Не-не-не. Тогда тебя отошлют так же как Дейна, и я останусь брошенным на произвол судьбы.

– Ну, по крайней мере, ты трезво оцениваешь своё положение – уже половина успеха. Кофейку?

Лекс протянула стаканчик.

– А? Да нет наверное. Спасибо. Мне тут уже чаю подарили, – он показал зелёный перевязанный мешочек.

– О, это мило. А нам, кажется, туда.

Рука Лекс вместе со стаканчиком сдвинулась правее плеча Кенты. Он обернулся. Вдалеке на горе, возвышавшейся по другую сторону ущелья, одно над другим теснились красноватые постройки. Он повернулся обратно с вопросительным взглядом.

– Хвост Красного Дракона. Название района. Похоже на него. Мы, кстати, сейчас в голове.

– Ты же про такое не спрашивала? Я следил.

– Но это не значит, что мне про такое не рассказывали, – Лекс подмигнула и поднялась из-за стола. – Боюсь, нам бы поторопиться. Как будто путь не близкий. Не могли тем, кто в паре, точки поближе распределить...

Лекс оказалась права в своих опасениях. Чтобы добраться до нужной им горы, по ощущениям у них ушёл целый час. К этому моменту на город уже успели упасть длинные тени. Воздух стал прохладнее, а небо затянули вечерние густые, утопающие в синеве облака. Взбежав по лестнице в здание библиотеки, оба дёрнули плечами, оказавшись наконец-то в тепле.

– Найдёшь пока, чем заняться?

Кента посмотрел на книжные стеллажи, которые, кажется, заменяли тут стены.

– Ага.

Лекс унеслась в направлении информационной стойки, и Кента уставился в огромное окно. Там зажигались все новые и новые огоньки, а улицы всё глубже погружались в предзакатные сумерки.

***

– Ты с места вообще не сдвинулся что ли?

– А?

– Понятно. Пошли, нужно посоветоваться.

Кента встряхнул головой. Пейзаж, который он всё это время разглядывал, уже поглотили туманные сумерки. Лекс потянула его к выходу.

– Я боюсь, на сегодня мы закончили.

– Да? Я то не против. А почему?

– Моя следующая точка – долина висячих мостов или как-то так.

Кента вопросительно сдвинул брови.

– Ты хочешь по этой темноте искать подвесные мосты? Вот и я не очень. А ещё у них тут сейчас ливанёт.

– В смысле ливанёт?

– Та милая женщина немного увлеклась рассказами об их коллекции сказок на ночь. Когда мне удалось её прервать, она посмотрела на часы, и оказалось, что у них тут скоро ожидается гроза. Нам предлагали остаться её переждать.

– Вот оставаться как-то не очень хочется.

– И мне. Ну что, тогда возвращаемся?

Кента кивнул, и они пулей вылетели за дверь.

Обратная дорога оказалась не менее интересной. Серо-синее небо красиво контрастировало с тёмно-зелёным лесом, пёстрыми красноватыми домиками и яркими оранжево-жёлтыми фонариками. Запах озона насыщал воздух, отчего его хотелось вдыхать полной грудью.

Засмотревшись на высокое покосившееся здание на углу двух площадей, Кента заметил на на его вершине большой круглый циферблат.

– Лекс?

– М?

– Ты как на счёт немного пробежаться?

– Я вроде не настолько сильно боюсь дождя.

– А перспективу остаться тут с ночёвкой? Отель закрывается через десять минут.

– Бежим!

Сотни огоньков всех оттенков слились в длинные светящиеся дорожки, полетевшие вместе с ними вдоль петляющих улиц.

Тяжело дыша, они одновременно распахнули двери своих номеров и чуть не наскочили друг на друга, приземлившись перед камином в кабинете Митцуи.

– Еле успели, – Кента согнулся, опёршись на колено.

– Спасибо, – Лекс оперлась спиной на стену. – За то, что не пришлось... ночевать на улице...

– А это... Обращайся.

В сгустившейся ночной синеве за окнами белели заснеженные склоны гор. Отблески пламени заплясали на покрасневших лицах. Крупное полено, прогорев, с треском надломилось. Оба вздрогнули и рассмеялись.

Глава 54

– Вывесили расписание на октябрь, – Кента задумчиво разглядывал столбик с их группой.

– С каких пор ты заинтересовался расписанием?

– Мы же, вроде, хотели взяться за учёбу с этого месяца.

– Мы?

– Мы хотели взяться за мою учёбу с этого месяца.

– Тогда ты месяц перепутал. В этом мы от твоей учебы отдыхаем. Со следующего начнём. Ты и без меня неплохо справляешься.

– Вы сколько локаций успели закрыть?

– Я две, Юми не знаю. Мы после отеля разошлись.

– А мы по одной.

– Ммм. Но этого достаточно по заданию. Нам же конверт нужно передать, а не город обойти.

– А с конвертом как успехи?

– Отсутствуют. Так что мы в равном положении.

– Я же ничего не говорил про конверт.

– А ты свой передал?

Кента захлопал глазами.

– Вот я и говорю – мы в равном положении.

– То есть ты в меня не верил?

– Тут так принято, – Дейн заметил, как брови Кенты сползли к переносице. – Не обращай внимание, это так – летние воспоминания. А что поменялось-то? Вроде предметы те же.

– Занятие с Варанеем на восемнадцатое число поставили. И... какую-то экскурсию на двадцать шестое.

– Оу. Уже интересно, что они тут считают "экскурсиями".

– Недели через три узнаем. А пока нам пора на чтение.

Дейн склонил голову в согласии, и они направились в сторону центральных лестниц. Уже в библиотеке, Дейн ткнул Кенту в бок и свернул к стойке.

– Здравствуйте... – взгляд Дейна упал на небольшую прямоугольную вставку, над грудным карманом жилетки библиотекаря с аккуратно вышитым на ней именем. – Господин Ха́ррис?

Мужчина за стойком еле заметно улыбнулся и кивнул.

– Мы бы хотели взять книгу...

Дейн уставился в пустоту, пытаясь вспомнить, название истории, которую на прошлом занятии их попросил прочитать Вараней. Ха́ррис постучал по стойке пальцами, продолжая смотреть на него. Кента переводил взгляд с одного на другого, не понимая, что они тут делают.

– История такая... детская, вроде...

Дейн снова запнулся, но на этот раз он увидел, как библиотекарь изменился в лице, помрачнев.

– Эту книжку давно разобрали.

– У вас всего одна детская книжка?

Теперь в глазах Дейна появилось то же не понимание, что и у Кенты.

– Та, что вас интересует, да.

Кента начал наблюдать за их разговором с ещё большим интересом.

– А откуда вы знаете, какая книжка меня интересует?

– Очевидно, та же, что и всю академию.

– Ух ты.

Дейн кивнул и отошёл от стойки.

– Должно быть, действительно, стоящая история.

– Ты вообще о чём? – Кента улыбнулся библиотекарю и направился за Дейном.

– Книга, которую Вараней нам задал прочитать. До его следующего занятия две недели осталось. Надо было за ней раньше приходить.

– Молодые люди! – Ха́ррис окликнул их, когда они уже успели свернуть на лестницу. – Вам нужен "Ори – повелитель зелёной страны"?

Дейн кивнул.

– Квитки с собой есть? Давайте их сюда.

Через минуту копания в рюкзаках два пожелтевших прямоугольника оказались на стойке. К этому моменту Харрис, уходивший на поиск книг, успел вернуться.

– К сожалению, «Ори» тоже закончился. Два экземпляра должны скоро вернуть студенты профессора Руфим... – Харрис перелистнул толстый журнал, лежавший перед ним на столе. – Самир и Хайм. Попробуйте договориться, чтобы они передали их сразу вам. Потом подойдёте ко мне, я вас впишу в журнал. И в следующий раз просто покажите сразу квиток.

– Спасибо! – Дейн, забрал со стойки бланки Варанея. – А вы про какую книгу говорили?

– О, ещё не погрузились в этот дурдом? Кто-то начитался детских страшилок и теперь половина академии гоняется за легендами. Всем известно, что сборники сказок – лучший источник знаний. Если надумаете присоединиться к этой лихорадке, подойдите лучше ко мне – я вам посоветую несколько прекрасных книг по истории – потратите время с гораздо большим интересом и пользой.

– За такое мы планировали взяться в ноябре. Спасибо за совет по «Ори»!

Кента поднял на прощанье ладонь, и тут же с неловкой улыбкой опустил её.

***

– Теперь нужно найти кого-то из этих двоих. Я вот их не вижу, – Дейн наклонился, чтобы пройти сквозь арку из низко склонившихся папоротников.

– Я тоже. Но Широйя здесь. Он же тоже у Руфим?

– Был у Руфим. Ладно, может опаздывают, в конце к ним подойдём, – Дейн скинул сумку на их круглый стол. – О. А вот и профессор. Сейчас кому-то прилетит.

Дейн проводил взглядом Руфим – та, не останавливаясь, вытянула руку, в которую Широйя, сжав губы, вложил пачку с орешками.

– Почему он такой тупой? – Хаварра, который в этот момент спускался по лестнице, дёрнул головой, указывая Луке на Широйю. – Почему просто не спрятать?

Кента ухмыльнулся, соглашаясь с вопросом. В этот момент рука Широйи скрылась под толстовкой, извлекая наружу новую пачку.

– А.

Они с Дейном переглянулись и беззвучно засмеялись.

Следующие полчаса Кента боролся со сном и, наконец, сполз по плечу Дейна на свою сумку. Когда тонкий колокольчик завершил занятие, он нехотя открыл глаза.

– Выспался?

– Я же не специально.

– Читать всё равно потом придётся.

– У меня в комнате хотя бы нет журчащих водопадов и шуршащего леса над головой.

– Шуршащего леса?

– Пошли уже, – Кента накинул сумку и вышел в проход. – А эти двое в итоге не появились что ли?

Дейн поднялся вслед за ним и повернулся вокруг себя, осматриваясь.

– Походу да. Странно, что Самира нет, я думал он последний, кто что-то прогуляет.

– Не нам их судить, – Кента широко зевнул.

– Вот что точно.

Дейн усмехнулся, закинул сумку на плечо, и они медленно побрели наверх, наслаждаясь окончанием первой послеэкзаменационной недели.

Глава 55

Всю следующую неделю Дейн и Кента по очереди пытались не забыть спросить про книгу Варанея.

– Там Хайм пришёл, – Кента ткнул Дейна локтем, указывая на вход аудитории Флоранс.

– Точно. Только сегодня уже четверг. Он её, наверное, уже сдал.

– Спросить-то можно.

Кента направился вниз, огибая по дороге кусты пионов, которые к октябрю разрослись ещё сильнее. Хайм занял место в нижнем ряду и начал доставать вещи.

– Привет! Странный вопрос. "Приключения повелителя зелёного города" случайно не у тебя ещё?

– Привет! Ты про "Ори – повелителя зелёной страны"?

Кента повернулся к Дейну, и тот кивнул.

– Сегодня вернуть планировал, пока у меня.

– Отлично. Можешь не возвращать. В смысле Харрис сказал, что мы сможем у тебя её забрать, он нас потом сам в списки внесёт.

– О, было бы отлично. Только я её уже просрочил…

Хайм поджал губы и вытащил из сумки небольшую книжку тёмно-зелёного цвета.

– Да мы хотели ещё в читальном зале подойти, но из ваших только Широйю видели, – Дейн взял протянутую ему книгу.

– Неверное, день другой был, а Широйя что-нибудь отрабатывал. Его любимое занятие.

– Широйя? Отрабатывал чтение? – Со́ул, приятель Хайма, опустился на соседнее место. – Он его за всё группу на семестр вперёд уже отработал. И этот талмуд целиком прочитал.

– Я не в курсе. Он у нас сам по себе, – Хайм пожал плечами. – Если вдруг в библиотеке будут какие-то проблемы, скажите, я схожу объяснюсь.

– Идёт, спасибо.

– А на футбол вы больше не собирались? – Со́ул подбросил смятый бумажный шарик и тут же поймал его в воздухе.

– Было пару раз, – Кента щелчком перенаправил вновь подброшенный и полетевший в его сторону шарик в лицо Дейну. – Можно, сегодня вечером сыграть.

– Я за. Оу. Здравствуйте, профессор.

– Здравствуй, Хайм. Доброе утро, класс.

Флоранс широко улыбнулась и легонько ударила по колокольчику.

Дейн и Кента поспешили вернуться на свои места. Несмотря на дружелюбие и неизменно хорошее настроение, Флоранс была строга к дисциплине, и те, кто её нарушал рисковали подвергнуть свои работы повышенной тщательности оценки, которая никогда не сулила ничего хорошего.

– Ваши тесты проверены. Пожалуйста, ознакомьтесь с ними, и подготовьте вопросы. Если они появятся.

Все взялись за табулы. Кента философски посмотрел на свою.

– Ну. Могло быть и хуже.

– Там же всё перечёркнуто.

– Ну не всё. Вот пара предложений вообще без ошибок.

– Из тридцати?

– Ты разве не должен меня поддерживать?

– Прости, ты прав. Вот это вышло особенно хорошо.

– Заголовок?

– Добрый день!

В кабинет вошла Руфим с толстой стопкой бумаг в руках. Флоранс, как обычно выводившая схемы на экране, отвлеклась, чтобы разобрать принесённые документы.

– Какая-то катастрофа. Роззи, а у тебя же тоже третий вариант? Можешь свой тест показать?

Дейн обернулся. Позади них Рэй грыз стеклянное перо, глядя в свою работу, исчерченную исправлениями чуть меньше, чем у Кенты.

– Да, конечно.

Смуглая девушка с длинной косой протянула светившуюся жёлто-зелёным табулу.

– Вообще ничего не понимаю, – Рэй постучал двумя табулами друг о друга и выдохнул. – У тебя, вроде, то же самое почти, но исправлений нет. А я не могу это Флоранс показать?

Роззи, которая только что с сочувствием смотрела на Рэя, отвела взгляд.

– А мне оценку не снизят?..

Рэй подпёр лоб ладонью.

– Да, извини. Не подумал.

– Тебе третий вариант нужен? На.

Лекс, сидевшая на ещё один ряд выше, протянула табулу, не имевшую ни одного исправления.

– Спасибо! – Рэй вытянул руку, но в последний момент замер. – Я хотел показать это Флоранс… Она может тебе что-нибудь перечеркнуть…

– Да я слышала. Ну... будет пять с минусом. Как-нибудь переживу.

– А если она много перечеркает?

– Будет четыре.

– Оценки за тесты влияют на итоговый экзамен, – Рэй слабо улыбнулся и опустился на место.

– Из-за четвёрки я его вряд ли завалю. А вообще, если будет справедливо, пусть ставит четвёрку.

– А если несправедливо?

– Несправедливо что ты ни разу больше тройки не получал – у тебя всё не настолько плохо.

Рэй посмотрел на преподавательский стол и снова повернулся.

– Я что-то так не могу. У тебя могут быть неприятности.

Лекс удержалась, чтобы не рассмеяться.

– Я удивляюсь, когда у меня их не бывает.

Рэй усмехнулся:

– Понимаю.

Руфим собрала все бумаги обратно в стопку, а Флоранс повернулась к классу. Рэй поднял руку.

– Да, Хоширама?

– Можно подойти?

– Конечно.

Дейн подумал, что из-за присутствия Руфим голос Флоранс звучит ещё доброжелательнее, чем обычно. Некоторое время Флоранс указывала Рэю то на одну, то на другую табулы. Наконец, он повернулся, прищурив глаза, явно плохо понимая, что ему сейчас наговорили.

– Ну как? – Кента вытянул шею, заглядывая в карточки в руках Рэя.

Тот прикусил губу и, виновато посмотрев на Лекс, сел на место.

– Мне подняли до четвёрки с минусом. Потому что я забочусь об учёбе... А тебе до четвёрки опустили…

Рэй протянул Лекс табулу с тем же несчастным видом, что он сидел летом, пытаясь перевести послание в библиотеке.

Лекс засмеялась, прикрыв ладонью рот. Дейн увидел, как она столкнулась взглядами с Флоранс. Лекс опустила глаза в табулу и начала смеяться ещё сильнее. Она коснулась плеча Рэя:

– Можно глянуть?

Рэй тут же протянул свою табулу.

– Я просил оставить оценки как были, но ничего не вышло...

Лекс сравнила две работы и снова пересеклась взглядами с Флоранс.

– Вот эти три предложения не ошибка. Там время зависит от контекста. Контекста не было, значит могло иметься в виду что угодно. У тебя работа на четвёрку.

Она похлопала Рэя по плечу и вернула ему табулу.

К этому моменту Флоранс заметно помрачнела, а Руфим практически закончила с бумагами.

– Раз новых вопросов не появилось, начинаем занятие.

Рука Лекс поднялась вверх.

– Боюсь вы опоздали. Урок начался.

– Но в мой тест исправления внесли только что.

По выражению лица Лекс было видно, как она сдерживает улыбку.

– И всё же, вы могли поднять руку раньше.

Руфим остановилась в конце кафедры, с интересом наблюдая за разговором.

– То есть я теперь не имею права узнать про свои ошибки?

Боковым зрением Дейн увидел, как Широйя, сидевший правее, широко улыбаясь, обернулся на Лекс.

– Теперь вы отнимаете время от занятия. Подойдите ко мне после урока.

Лекс опустила руку и, подперев ей щёку, скучающе уставилась на доску.

Флоранс начала объяснять новую тему, и рука Лекс вновь поднялась.

– У вас какой-то вопрос?

– Да. Вы сейчас говорили про разницу простого и длительного времён. Получается, если контекста нет, то именно выбор времени в предложении будет его задавать...

– Не понимаю вопроса.

– Почему тогда у меня в пятом, семнадцатом и двадцать третьем предложениях ошибки?

Широйю пробило на такой громкий смех, что Руфим пришлось бросить в его сторону угрожающий взгляд. Лицо Флоранс застыло в презрении:

– Широйя, почему вы в который раз позволяете себе смеяться на моём уроке?

– Потому что это было смешно. Профессор.

– Считаете себя остроумным?

– Это серьёзный или риторический вопрос?

– Это просьба покинуть мой кабинет.

Широйя открыл рот, чтобы ответить.

– Без вопросов. До свидания.

Широйя, продолжая смеяться, закинул вещи в сумку и пошёл в сторону выхода.

– А по поводу пятого, семнадцатого и двадцать третьего предложений... – Лекс снова сдерживала улыбку.

– Подойдите ко мне после урока.

– Но ведь это как раз относится к теме урока...

– Так. – Флоранс ударила ладонью по столу, чем привлекла внимание Руфим уже к себе. – Этот урок начинает превращаться в балаган. Очевидно, что мне виднее, как распределять время занятия эффективнее для всех, а не отдельных персоналий, жаждущих повышенного внимания. Сходите тоже прогуляйтесь. И передайте Широйе, чтобы он вечером не занимал своё ценное время. Будете отрабатывать пропуск занятия с пользой для академии.

– Так точно.

Сжимая губы, чтобы подавить смех, Лекс зашагала к выходу.

Кента проводил её взглядом и сдвинулся влево за низко свисавшие белые глицинии, стараясь ненароком не привлечь внимание разгневанной Флоранс. Осторожно поглядывая в сторону преподавательского стола, он достал из сумки свой экземпляр учебника, чего почти никогда не делал, пользуясь книгами Дейна.

Глава 56

Лекс переступила порог и услышала, как с громким ударом за ней захлопнулась дверь. Дело было в сквозняке, но поймут ли это оставшиеся в кабинете, с уверенностью сказать было нельзя.

– У нас общественные работы, я слышал, – Широйя стоял посреди пустой площадки, с интересом глядя на развилку коридоров.

– Тогда, получается, до вечера, – Лекс усмехнулась, сворачивая налево, к лестницам в спальни.

– Ага.

Широйя поднял ладонь в знак прощания и, улыбаясь, побрёл направо.

Глава 57

В половине пятого Лекс покинула спальное крыло и, сделав крюк через кухни, где ей налили большой закрытый стакан кофе, направилась к указанному месту на четвёртом этаже. За три минуты до назначенного времени она вошла в большой сверкающий зал. Солнце нависало над горизонтом не так высоко, но десятки кубков отражали даже эти последние его лучи, из-за чего помещение казалось намного светлее тех, что встречались по дороге.

Не имея привычки тратить время понапрасну, Лекс стала прохаживаться вдоль высоких стеллажей, мерно отпивая кофе и читая надписи. Имена и названия номинаций ни о чём не говорили, но это была история академии, а история не могла не быть интересной.

– Приии-вет.

За её спиной раздался тягучий голос Широйи. Лекс посмотрела на свои наручные часы.

– Ровно шесть. Ты пунктуален. Привет.

– Но, видимо, кроме тебя это никто не оценит, – Широйя медленно повернулся вокруг своей оси.

– Я бы предпочла, чтобы это и дальше никто не оценивал. На уроке её нужно было терпеть час, а тут нам торчать два. Это уже немилосердно.

Широйя хмыкнул и пошёл ко входу, где по другую сторону площадки за небольшой неприметной дверью лежал весь скарб для ухода за кубками. Вернувшись, он протянул Лекс две тряпки и кисти на выбор. Она забрала те, что были потемнее и повернулась к стеллажам со стороны окон. Широйя встал к ней спиной, глядя на противоположную стену.

Лекс усмехнулась:

– К барьеру?

– Предлагаю приберечь огонь для секунданта.

– Ваше предложение нам импонирует.

Они засмеялись и разошлись в противоположные стороны.

***

К семи вечера никто из профессоров так и не появился. Как только стрелки часов встали на ожидаемые позиции, дверцы двух стеллажей были одновременно закрыты. Вместо проверяющей комиссии в зал вошла компания, которую ни Лекс, ни Широйя явно не ожидали увидеть. Кента, Дейн, Хайм, Соул, Хаварра и Лука распасовывали мяч между собой.

– О, привет, – Дейн отбил очередной удар. – Так это вам тут нужно пользу академии приносить?

– Если бы нас предупредили, что готовим стадион для матча, постарались бы лучше, – Широйя, опёршись на колонну, с усмешкой выглянул из-под капюшона.

– Это товарищеский матч, но всё равно спасибо, – Соул, который, как казалось Лекс, улыбался вообще всегда, в закатных лучах светился не меньше, чем кубки, которые они начистили.

– Вот по тому шкафчику, долбите пореже, я его полчаса драил.

Широйя поднял ладонь в знак прощания и направился к выходу. Лекс забрала с подоконника свой стаканчик, помахала всем и последовала за ним. Они прошли всего всего пару коридоров, когда их окликнул знакомый голос.

Из бокового коридора вылетел Рэй. Он проскользил по каменному полу, затормозив о голову каменного льва.

– Ой.

Рэй выпрямился, сжимая что-то в ладони. Широйя наклонился вбок, заглядывая Рэю за спину.

– Ты ему ушко сломал?

Рэй расширенными глазами уставился на белый круглый осколок у себя в руке. Его щёки начали стремительно наливаться краской.

– Я... я извиниться хотел...

Широйя снова склонил голову и повёл бровями:

– У него добрая морда. Думаю, он тебя прощает.

– Так я... перед вами... Вас тут сильно загрузили?

– Нет, мы прекрасно провели время, – Лекс сделала глоток и приподняла стакан, как будто произносила тост.

– Потратили время с большей пользой, как и хотели. А он не остыл?

Широйя с любопытством посмотрел на стакан Лекс.

– Я и холодный пью.

Рэй выдохнул с явным облегчением.

– Простите. Мне было так стыдно, что из-за меня... у вас появились проблемы...

Он закончил фразу почти шёпотом, уставившись Широйе за спину. Рэй сглотнул. Широйя, не оборачиваясь, перевёл взгляд на Лекс.

– Позади меня призрак?

– Навроде того... – Лекс поджала губы. – Там Руфим.

– А.

Несколько секунд тишину нарушали только расходившийся эхом стук каблуков. В следующее мгновение две руки вытянулись перед Рэем и два голоса выпалили одновременно:

– Лучше скажем, что это я.

– Давай мне.

Рэй быстро посмотрел каждому в глаза, но так и не пошевелился.

– У меня отличная успеваемость, – Лекс вытянула руку ещё сильнее.

– А я её любимчик.

Лекс и Рэй с сомнением заморгали.

– Да честно.

Широйя улыбнулся, глядя на них, Лекс улыбнулась глядя на Руфим, а Рэй, замер, забыв, что людям положено дышать. Руфим остановилась. Склонив голову, она обвела взглядом последовательно льва, Рэя, Лекс и спину Широйи.

– Добрый вечер, профессор! – Широйя развернулся на пятках, и его улыбка стала ещё шире.

– Сорвать урок не удалось, решили отыграться на статуе?

– Это случайно...

Рэй снова не договорил. Теперь шаги послышались за его спиной со стороны лестниц. По голосам было ясно, что к ним приближалась профессор Флоранс с неким спутником.

Руфим приподняла брови и повернулась к Лекс.

– Позволите?

Быстрым движением она забрала из её руки стакан и выплеснула его содержимое на пол. Ладонь Руфим упала на плечо Рэя и, проскользив ниже, перехватила у него осколок.

– Спасибо, молодые люди.

Она отряхнула свою мантию, спрятав стакан за широкими отлогами рукавов ровно в тот момент, когда Флоранс появилась на площадке в сопровождении Самира. Тот заметив покрасневшее лицо Рэя, скривился в презрительной усмешке.

– Кто-то пролил воду, представляете?

Руфим с негодованием переступила лужу и потёрла плечо.

Флоранс приоткрыла рот, чтобы как-то ответить, но в итоге просто улыбнулась. Сворачивая в коридор, из которого недавно выскочил Рэй, она обернулась к Руфим:

– Хорошо, что всё обошлось.

Шаги Флоранс и Самира быстро удалялись. Руфим посмотрела на обломок каменного уха у себя на ладони.

– Как это у вас получилось?

– Сами не поняли, – Лекс с удивлением проводила взглядом свой стаканчик, переместившийся лёгким движением руки Руфим на круглый постамент.

– Господин Хоширама, не могли бы вы раздобыть тряпку? Тут кто-то что-то пролил. Будет нехорошо, если кто-то поскользнётся.

Еле заметная улыбка мелькнула на лице Руфим, она выпрямила спину и стремительно покинула площадку.

– Уау, – Рэй осел на постамент, упав головой на гриву льва.

– Крутая, да? – Широйя ухмыльнулся, наблюдая за застывшими лицами Рэя и Лекс.

– Кажется, я создал вам ещё больше неприятностей… Простите.

– Шутишь? Мы только что стали свидетелями эпичнейшей сцены, – Лекс с восхищением посмотрела в спину Руфим. – Я согласна ещё недельку тут кубки подраить ради такого.

– Сначала дал возможность свалить с бесполезной лекции, потом устроил такой перфоманс. С тобой приятно иметь дело.

Все трое переглянулись и засмеялись во весь голос.

Рэй смахнул спадавшие на глаза волосы и выдохнул.

– А как же экзамен? Он же будет по теории. А она зависит от оценок у Флоранс…

– От Флоранс требуется зачёт. Зачёт – это тройка. Ни в одной вселенной она не сможет занизить мне оценки ниже проходного порога, – Лекс заглянула в стаканчик, с грустью убедившись, что он пуст.

– Но она может начать заваливать вас вопросами. Как меня.

– Прости, но не может, – Широйя отошёл к подоконнику и, подпрыгнув, сел на него со скрещенными ногами. – Заваливать вопросами тех, кто хорошо разбирается в предмете – равно нарваться на вопросы уже в свою сторону, что в свою очередь чревато глупым положением, когда не можешь ответить собственным студентам. Флоранс печётся за репутацию и не будет рисковать лицом, донимая таких как мы. А вот самоутверждаться на таких, как ты – легко.

– Как-то жестковато прозвучало, – Лекс кивком указала на несчастное лицо Рэя.

– Да? – Широйя поднял брови.

– Да, но ты прав, – Рэй снова откинул голову на каменную гриву. – У меня проблемы с концентрацией внимания. Постоянно ошибаюсь в заданиях. На всех предметах. Постоянно не знаю, как реагировать, когда меня исправляют. Постоянно теряюсь, когда нужно что-то ответить или предпринять. А потом момент обычно упущен, и я просто забиваю.

– Может так и лучше? Я постоянно говорю и делаю всё сразу, и обычно мне за это сразу же и прилетает.

– Я в том же лагере, – Широйя перевёл взгляд в окно. – В нем не очень приятно, но очень весело.

– Но в итоге все мы оказались вокруг пролитого на пол чая.

– Кофе, – Лекс вытянула губы трубочкой, печально посмотрев вниз.

– Вокруг пролитого на пол кофе.

Они снова засмеялись и, услышав новые шаги, с любопытством переглянулись. Со стороны Трофейного Зала вышла большая компания.

– Вы ещё тут? – Дейн остановился возле Лекс.

Та подвинулась, пропуская остальных:

– А вы уже?

– Мадам Ама́лия настоятельно попросила нас "не устраивать подобные затеи в подобном месте", – Кента приземлился на подоконник возле Широйи.

– Ама́лия? Это кто?

– Госпожа директор. Та розоволосая с крендельком. Читала нам речь первого сентября.

– То есть день сегодня у всех весёлый?

– История о величии академии, которое сосредоточено в этом зале была скучноватой, – Лука щёлкнул льва по носу и перевёл взгляд правее. – Но те десять минут, что мы успели поиграть, было весело. – А кто ему ухо оттяпал?

– Это история достойная легенд, – Рэй взъерошил намокшие волосы.

– С легендами вы бы поосторожней, – Хайм изобразил мистический голос и подошёл ближе ко льву. – Они гласят, что статуи в этом замке заколдованы. Кто-то говорит – охраняют, а кто-то – что с ними лучше не связываться. Потому что они… опасны.

Хайм изобразил пальцами волну, а Рэй сглотнул и медленно повернулся к огромной морде льва справа от его лица.

– Этому замку пора издавать собственный сборник мифов и легенд, – Широйя спрыгнул с подоконника, с сочувствием посмотрев то ли на Рэя, то ли на льва. – Их уже за пару десятков набралось.

– У этого льва есть своя, – Хаварра обошёл Хайма, остановившись прямо напротив разбитого уха.

– Такой ещё не слышал, – Широйя усмехнулся и направился к лестницам.

БОМММ.

Рэй вскочил с постамента, налетев на Широйю отчего они оба, чуть не сбили с ног Дейна.

– А вот и легенда про часы, – Лука медленно шагнул назад, обводя взглядом площадку.

– Какие, к чёрту, часы?! – Рэй тяжело дышал.

– Которые... – Хаварра опустился на корточки, всматриваясь в постамент, – отсчитывают время замка.

– Одним ударом? Так себе у них отсчёт. А ты куда рванул-то? – Дейн поправил слетевшую накидку и обернулся на Рэя.

– Его хвост... Коснулся меня.

– Это же просто легенда. Ты перенервничал, – Хайм, неловко улыбнувшись, почесал затылок, задев и без того еле державшийся хвост.

– Мою ладонь толкнуло… что-то.

– Ты дёрнулся. Грохнуло знатно.

– Но хвост дёрнулся тоже, – Хаварра указал пальцем прямо перед собой.

Все сдвинулись ближе. Дугообразная пыльная линия очерчивала узкую полоску отполированной поверхности постамента.

Глава 58

Утро субботы выдалось на редкость тёплым. Полдня брождений по замку и плотный обед привели к единогласному решению предпринять вторую попытку прогуляться по долине. Выйдя за ворота, они направились по дороге, уходившей вперёд – к реке, поблёскивавшей вдали.

– Да тут теплее, чем внутри, – Кента всучил Дейну свою накидку, чтобы снять толстовку. Повязав её на поясе и оставшись в футболке, он забрал накидку обратно.

– Начало октября – бабье лето, – Дейн расшнуровал ворот кофты, чтобы открыть горло. – Снежное проклятье выбывает из гонки.

– Это которое?

– Не помню. Что нам в подземелье тогда рассказывали? Перед уроком того ледышки.

– Что замок внезапно замёрзнет?

– Навроде того. На ледниковый период пока непохоже.

Дейн повернулся вправо. Со стороны гор в замок возвращалась шумная группа старшекурсников. Уже через минуту, поравнявшись с ними, Дейн невольно засмотрелся на их потрёпанную форму и влажные волосы.

– Точно выбывает? – Кента обернулся и неуверенно хмыкнул.

- Может они гуляли по пещерам?

- С тем же успехом могли спуститься до кабинета Харукая.

- После Харукая на нашей форме ледяной корки не было...

Кента снова хмыкнул, на этот раз нервно. Пока они брели, всё сильнее удаляясь от замка, оба сошлись на том, что скорее всего неподалёку и правда существуют пещеры с подобием подземного озера, падение в которое всё объясняло. В очередной раз посмеявшись над силой коллективного внушения, они остановились на вершине пологого холма. Дейн обернулся.

Впервые он видел Фэйбэл прямо перед собой во всём его величии. Относительно дороги, которая сворачивала от платформы в лес, замок всегда оставался по левую руку. Его высокие башни и огромные окна, отражавшие долину, поражали даже при мимолётном взгляде, но сейчас Фэйбэл смотрел прямо на них, рассказывая свою занимательную историю. Вон там справа, в Южном крыле, располагался кабинет Митцуи и его владелец, вполне вероятно, заваривал себе очередную порцию чая в неизменном белом чайнике. А левее прямо отсюда можно было разглядеть любимый балкон Кенты. Честнее было бы сказать их любимый балкон. Кента затаскивал Дейна туда столько раз, что тот понемногу начинал считать, что не так уж и сильно он боится высоты. Взгляд перебегал с одной башни замка на другую, и почти с каждой из них было связано какое-то воспоминание. А за ними таилась огромная часть замка, куда новичкам доступ был закрыт.

– Вообще, в природе же правда периоды потепления чередуются с периодами похолодания, – Кента вытянул ладони, подставив их под медленно планировавшие золотые листья.

– У этого даже есть название – сезоны года, – Дейн поймал большой кленовый лист и указал им влево.

– Да я серьёзно. Ледниковый период и... период потеплее. Они чередуются.

– Увлекаешься историей?

– Когда нужно было учиться, я увлекался всем кроме того, чему нужно было учиться. Что там?

– Помнишь молния во что-то ударила? В тот раз. Мне кажется я вижу это что-то.

Кента повернулся и приложил ладонь к бровям, всматриваясь в поросшее лесом подножие горы, на которое указывал Дейн.

– И правда. Это башня что ли?

– Тебе виднее. Я отсюда различаю только серое пятно.

Тропу, уходившую влево, удалось найти не сразу, но четверть часа спустя они уже брели по узкой дорожке среди высокой пожелтевшей травы. Чем ближе они подходили к горе, тем больше деревьев их окружало. В какой-то момент кроны сплелись над ними так тесно, что поток осыпавшихся с них листьев стал непрерывным.

– Дейн! – Кента ткнул пальцем влево.

За огненно-золотой завесой проступили холодные зелёные тени хвойного леса, а за ним серые очертания стен.

– Это не башня... – Кента остановился, всматриваясь в темноту.

– Это руины!

Несколько минут они простояли разглядывая огромные камни, которые когда-то были основаниями башен и стен. Подойти ближе так и не вышло – между долиной и горой проходил глубокий крутой овраг, давно поросший густым колючим кустарником. Пока они бродили в поисках возможного спуска, солнце скрылось за большим облаком, погрузив всё вокруг в полумрак.

– Дейн, давай пойдём отсюда? – Кента поплотнее запахнул накидку и оглянулся по сторонам.

– Ага...

Дорогу обратно они преодолели за считанные минуты. Облака успели проплыть дальше и солнце снова осветило долину. Оказавшись на открытом лугу, Дейн остановился и обернулся.

– Это так странно. Почему вот тут посреди поля с горами и речушкой, кажется что находишься в самом прекрасном месте на свете, а вон там веришь, во все легенды вплоть до самой последней и неправдоподобной?

– Если бы "Бум" раздался сейчас там, я бы прям там коньки и отбросил. Пошли в замок? Я на сегодня, по-моему, нагулялся.

– Я что-то тоже.

Обернувшись ещё раз, они побрели к распахнутым вдалеке воротам.

Глава 59

Следующие несколько дней погода оставалась тёплой и солнечной. До экзамена было далеко, из-за чего и профессора, и студенты ходили в приподнятом настроении. Даже в аудитории Флоранс во вторник царила приподнятая атмосфера. Ни один из сотен цветов не остался равнодушен к вернувшемуся лету – большие бутоны всех возможных оттенков распустились разом, одурманивая сонных студентов причудливым переплетением ароматов.

– Добрый день! Все на месте?

Не дожидаясь ответа, Флоранс ударила в колокольчик и сразу же взмахнула рукой, приведя в движение экран. Сегодня она была в особенно хорошем расположении духа.

– Открывайте свои записи с прошлого занятия – начнём с повторения. А пока вы этим заняты, господин Хоширама, для вас есть отдельное объявление.

Дейн и Кента одновременно повернулись вправо – туда, где на ближних ко входу рядах сидел чуть не опоздавший сегодня Рэй.

– Мне стало известно, что на прошлой неделе вы пытались помочь в отработке Широйе и Лекс. Я ценю ваше неравнодушие к обучению и сокурсникам, однако, вы должны понимать, что любая оценка и любое решение, принятые в этом кабинете, имеют свой смысл. Мне хотелось бы, чтобы вы начали их уважать. К сожалению, мне придётся выставить вам небольшое штрафное ограничение. Ближайший месяц вам запрещено покидать стены академии и выходить на территорию замка. Я уверена, это не принесёт вам больших неудобств, просто хочу, чтобы вы задумались над важностью серьёзного отношения к указаниям преподавателей.

Кента скосил непонимающий взгляд на Дейна, а тот удивлённо поднял плечи.

– Что касается самих...

Рука Кенты взлетела над головой.

– Профессор Флоранс!

– Да?

– Не могли бы вы всё-таки рассказать... про часы... которые бьют невпопад.

Флоранс прищурилась, размышляя, как ответить, а Баки с ухмылкой подмигнул Кенте.

– Нам кажется, что мы тоже слышали их. Расскажите, профессор, – Хайм подался вперёд так, что почти лёг на парту.

– Вы находитесь в замке совсем недолго, Хайм, и многие вещи могут показаться вам таинственными. Но это лишь то, с чем вы ещё не успели столкнуться. И только. Что касается легенд, боюсь, мне известно лишь об одной. Той же, что и всей остальной академии. Придёт зима – падут стены. Но это очень смешно, я даже не знаю, как такое комментировать. Это же стих из сказки, вы все можете прочитать его самостоятельно. "Перепутье сказаний и сказок". Отличная книга. Для начинающих изучать язык.

– Говорят, в библиотеке её не достать.

– Что ж, книги читают. И это прекрасно, не так ли?

Флоранс улыбнулась и, повернулась к экрану, выводя на него тему урока.

***

На обеде Кента завёл разговор про руины, пытаясь построить подобие единой системы легенд. Попытки выходили не очень удачными, но каждая неизбежно сводилась к впечатляющему устрашающему финалу. На моменте, когда он воинственно ударил вилкой по горошку, возле их стола появилась Лекс.

– У нас проблемы.

– Флоранс всё-таки добралась до вас с Широйей? – Дейн опустил ложку с салатом, так и не успев к нему притронуться.

– Я про нас с тобой.

Дейн поймал удивлённый взгляд Кенты и непонимающе хмыкнул.

– Про нас с тобой и с ним.

Кента передвинул графин с соком поближе к себе и сполз на стуле так, чтобы скрыться за его округлым силуэтом.

– Начинаю понимать.

– Я не против помочь. Какое-то время. Но я вряд ли протяну в таком режиме весь семестр. Я тут подумала... – Лекс села рядом с Дейном. – Если ты начнёшь давать Кенте примеры, а не готовые ответы, Митцуя не будет против того, что вы проходите дайвы вместе. Он же нас сам поставил в пару, значит, его устраивает такая... тактика.

– Как будто бы это может сработать, – голова Кенты выплыла из-за кувшина.

– Наверное, да... Есть только одна проблема.

Теперь Дейн поймал на себе непонимающие взгляды Кенты и Лекс.

– У меня не очень хорошо получается выстраивать эти примеры. Как ты в тот раз делала перед экзаменом. Я же никогда не был против ему подсказывать, но, как видишь, по итогу мы тут.

Лекс забарабанила пальцами по столу:

– Есть какие-нибудь идеи?

– Как на счёт... немного с ним позаниматься?

Лекс вопросительно прищурилась.

– Да ну не долго. Дайвы проходят раз в две недели. По средам же? Посиди с ним хотя бы минут двадцать накануне, я посмотрю, может сам пойму, что потом говорить.

– Вечером по вторникам чтение, можно перед ним.

Выдвинув предложение, Кента снова скрылся за кувшином.

Лекс продолжала сидеть с большим сомнением в глазах.

– Да это же всем выгодно. Я снова смогу проходить дайвы не в одиночестве. Ты сможешь не бросить на произвол судьбы беспомощное создание и проходить дайвы в своё удовольствие. А Кента сможет не вылететь из академии и поумнеть.

– Почему это звучит так логично и натянуто одновременно?

– Соглашайся.

Кента активно закивал головой, а потом с надеждой улыбнулся:

– Ты забросы любишь?

– В плане?

– Здания разрушенные... Башни там, например....

– Хотите сказать, тут такие есть?

Проснувшийся в глазах Лекс интерес, говорил о том, расчёт Кенты оправдался.

– Меняем экскурсию на немного помощи?

– По рукам. Но тогда кому-то нужно набраться наглости попросить у Митцуи перегруппировать нас.

Дейн, прищурившись, закусил губу:

– Теоретически нам никто не запрещал пересекаться внутри дайва...

– Предлагаешь передать его из рук в руки?

– Формулировка грубоватая...

– А? Нет, нормально, – Кента махнул рукой. – Меня всё устраивает.

Лекс неловко усмехнулась и кивнула:

– Давайте так.

– Отлично. Если завтрашний дайв начнётся опять на площади предлагаю затеряться в толпе, на всякий случай... и минут через десять вернуться к точке старта.

– А если будем стартовать порознь, нужна точка сбора.

– Ага. Варианты приветствуются.

Лекс задумалась и спустя минуту пробила по столу пальцами дробь:

– Как на счёт кофейни?

Две пары глаз уставились на неё исподлобья.

– Да ну я серьёзно. Место в центре города и на возвышенности – легко найти, приятно посидеть подождать. У тебя фотография с собой?

Кента с сомнением полез в сумку и осторожно передал Лекс белый квадрат. Окинув его довольным взглядом, она перевернула фотографию, показывая Дейну. Кента вскочил, перекрывая её руку.

– Ты уверена, что так можно?

– А кто запрещал? У нас люди разные, места разные. По-моему Митцуе главное, чтобы мы говорили сами, а для закрытия квеста можно хоть экстрасенсов привлекать.

– Наверное... – Кента опустился обратно, закусив губу.

– Тогда по рукам? – Лекс вытянула раскрытые ладони.

– Идёт.

– Добро.

Глава 60

На следующий день Митцуя снова велел всем переодеться и выстроиться в очередь перед входом в дайв. Приоткрыв дверь, Кента увидел знакомые стены.

– Увидимся! – он кисло улыбнулся, помахал Дейну и зашёл в свою комнату.

Как и ожидалось, на доске была закреплена новая фотография: тенистая лесная улица с богатыми домами по обе стороны от дороги. Он потянулся, чтобы сорвать снимок, и лишь порвал уголок.

– Да почему?...

В дверь постучали. Открыв, он увидел Лекс, глядевшую на него с насмешливым прищуром.

– Уже оценил нововведение?

Кента растянул сжатые губы.

– Оценил. Мне не понравилось.

– Давай позапоминай какие-нибудь детали и пойдём. Нам ещё с Дейном нужно пересечься, возвращаться будет некогда.

Кента без энтузиазма кивнул. Подумав, Лекс направилась за ним.

– Милые домики. Ну. Это не так плохо.

Четверть часа спустя они шли по знакомой широкой улице с трехэтажными лавками, повторяя фразы, полезные при описании лесного района с фотографии Кенты.

Когда они наконец добрались до места, которое Лекс упорно продолжала называть кофейней, Кента отправился занимать свободный столик. Лекс вернулась с двумя стаканчиками уже через несколько минут. На этот раз Кента рискованно согласился на собственную порцию. Они ударили стаканчики друг о друга, отпили по глотку и уставились вниз, высматривая Дейна. Стакан Кенты успел опустеть на половину, но тот так и не появлялся. Кента забарабанил по столу:

– Может Митцуя узнал?

– Но мы то тут. Дейн не говорил, его гостиница далеко от центра?

– Минутах в тридцати, как и наша.

Лекс подпёрла подбородок ладонью. Её взгляд скользнул за плечо Кенты.

– А может ты и прав.

– Ты о чём?

– Там за тобой. Какой-то достопочтенный господин с бородкой за нами явно наблюдает.

Кента осторожно посмотрел назад и тут же повернулся обратно.

– Вот чёрт. А я всё гадал, почему Митцуе всегда всё известно. Жутенько.

– Ага, – Лекс сделала глубокий глоток, продолжая украдкой поглядывать за мужчиной.

– И что теперь делать?

– Возвращаем план «А». Сначала поищем мои мосты, потом твоих богачей.

– То есть ты меня не бросишь?

– А должна?

– Ты вчера со мной занималась. Уговор был, что за это я не буду тебе мешаться во время дайва.

– В этом уговоре за тобой должен был следить Дейн. А он, как мы видим, отсутствует. Пошли.

– Спасибо!

– Мы в ответе за тех, кого приручили.

Оказавшись посреди площади, Кента внезапно для самого себя решился начать разговор, не дожидаясь примеров от Лекс. К ещё большему его удивлению, нужный ему район, оказался знаком каждому, с кем он говорил. Когда он убедился, что разобрался с маршрутом, он догнал Лекс, которую её поиски успели завести на одну из прилегающих улиц.

– Ну как?

– Мне кажется, я знаю, куда мне надо, – брови Кенты поднялись, будто он сам не верил в свои слова.

– Здорово, поздравляю! Это далеко? Потому что мои мосты, судя по всему, да.

– В паре больших перекрёстков отсюда. На восток.

– Тогда пошли сначала туда. Спасибо вам! Хорошего дня!

Лекс распрощалась с девушкой, торговавшей рыбой, и они направились вглубь города, который всё дальше уходил в предгорье и всё заметнее сливался с лесом.

– А тут красиво, – Лекс разглядывала нависшие над их головами мохнатые ветви секвой.

– Согласен. Если бы занятия моего университета в таких местах проходили, я бы, наверное, умнее вырос.

– У меня бы желание учиться тоже прибавилось.

– Но в итоге ты итак умная.

– Ты думаешь, что я умная, потому что смотришь на мой уровень английского.

Кента повернулся к Лекс, ожидая пояснений.

– Ты смотришь на уровень английского человека… который уже закончил языковой факультет.

Лекс натянуто улыбнулась, а Кента приоткрыл рот.

– Да... Да ладно? Ты серьёзно?!

– Абсолютно.

– Тогда... Что ты тут делаешь?

Лекс снова улыбнулась, но уже по настоящему, и широко распахнула руки:

– Гуляю по удивительному городу, расположенному в красивейшем горном ущелье, посреди невероятного леса из секвой.

Кента усмехнулся.

– Кажется, понимаю. И тебе ничего не сказали?

– Боялась, что скажут. Но... нет.

– Вау. А с тобой полезно дружить.

– Я ещё и человек хороший.

Лекс засмеялась, а Кента начал краснеть.

– Извини. Я не это имел в виду. Это шутка была.

– Всё нормально. Я поняла.

Она взглянула на Кенту и рассмеялась ещё сильнее.

– Но всем подряд лучше не говорить. Я это не скрываю, просто у меня талант на неприятности. Там, где ни у кого их не будет, я словлю их на пустом месте.

– О, можешь не объяснять. Вот это у нас, конечно, дуэт.

– Ну, с задачей, вроде, справляемся, – Лекс кивком указала на вершину холма впереди.

Сквозь лесной полумрак проглядывали многоярусные бордовые крыши. Они были намного ярче, большинства построек в городе. Вблизи оказалось, что каждый дом окружён своей территорией, из-за чего лес приобретал волшебную атмосферу. Каменные сады перемежались с тенистой порослью, чередуясь словно на огромной сказочной шахматной доске.

– А где все?

– Ну... Это же богаты район. Вряд ли у них много дел... во дворе

– У кого-то, кажется, есть.

Кента махнул правой рукой куда-то вглубь леса. Там, в одном из самых больших садов, что им попадались, бродила женщина с замысловатой высокой причёской. Её атласный лиловый халат перекликался с десятком фонариков похожих оттенков, украшавших территорию дома. Под тенью леса среди поросших мхом камней они приковывали к себе взгляд.

– Боюсь, мне с тобой туда нельзя. Но я в тебя верю.

Кента неуверенно улыбнулся и направился к низким кованым воротам. Те при его приближении распахнулись. Услышав шаги, женщина повернулась и поклонилась в знак приветствия.

***

– Ну как? Я вас потеряла из виду.

– Мне провели экскурсию. Показали несколько прудов.

– Несколько? А не видно ни одного.

– Они пересохшие.

– В таком дорогом районе?

– Мне что-то объясняли. Кажется, это специальные пруды для дождя.

Лекс вопросительно прищурилась.

– Вот этот дождь, которым нас в прошлый раз пугали. Он у них каждый день по вечерам. Как я понял. Пруды наполняются водой и... Красиво.

– А. Звучит прикольно. А про твоего восточного господина что-нибудь было?

– Отправили в парк. Кажется.

– Кажется?

– Ну... Она определённо сказала что-то похожее на "парк".

– "Парк" понятие относительное. А подробнее она ничего не рассказала?

– Рассказала.

Лекс выдержала паузу.

– Но ты не понял.

Кента кивнул.

– В принципе, учитывая, что мои мосты бог знает где, за сегодня мы всё равно больше никуда не успеем. А в следующий раз будет новая подсказка.

– Я боюсь, в следующий раз нам вместо подсказки оставят кое-что получше.

– Рисунок подсказки?

– Ага.

Они засмеялись.

– Вероятно. Но до этого ещё две недели, а до заката пара часов, так что нам бы ускориться.

Следующую часть пути Кента наблюдал, как Лекс каждые несколько перекрёстков останавливается, уточняя дорогу. Они приняли совместное решение идти окольными путями, чтобы не возвращаться в центр, и чтобы это решение не оказалось для них фатальным, проверять, на верном ли они пути, пришлось намного чаще, чем они рассчитывали.

– А твой район будет покруче моего.

– Не зря так долго добирались.

Они остановились на краю горного уступа. Перед ними открылось небольшое ущелье, пересечь которое можно было только по узкому деревянному мосту, державшемуся на тонких высоких сваях. По другую сторону начиналась совершенно иная часть города, похожая больше на деревушку. Простые деревянные строения со скатными крышами скромно выглядывали из-за деревьев.

Кента шагнул на мост первым, Лекс неуверенно последовала за ним.

– Ты тоже высоты боишься?

– Немного.

– Давай руку.

– Да ладно – тут пока терпимо. Но, спасибо.

Они преодолели мост, выйдя на плохо различимую под опавшей листвой тропу. Лес в этой части гор начал перемежаться клёнами и другими деревьями, чьих названий Кента не знал. Вместе с тем здесь стало гораздо светлее. Впереди открылось золотое предзакатное небо, сливавшееся на горизонте с осенним лесом.

Пока что все дома, попадавшиеся на пути, стояли на крутых уступах, поэтому они продолжали углубляться в этот странный, но завораживавший Кенту район. Несколько поворотов вдоль края ущелья остались позади и, наконец, перед ними предстало место, которое искала Лекс. Большое ущелье, окружённое горами, было исчерчено подвесными мостами. Во всех направлениях они соединяли каменистые тропинки, извивавшиеся между десятками деревянных строений.

– Это самый красивый ремесленный район, который, мне приходилось видеть, – Лекс с восхищением вертела головой по сторонам.

Кента был полностью согласен. Горы, закат, и десятки мест, откуда его можно было проводить. Это место, как будто было создано для него. Он посмотрел вперёд, а затем столкнулся взглядами с Лекс. Длинный подвесной мост покачивался над пропастью.

– Руку?

– Ага.

Тонкие дощечки зашатались под скрип натянутых верёвок. Дорога заняла больше времени, чем это казалось поначалу. Лекс не издавала ни звука, уставившись в раскачивающийся под ногами пол. Только когда они ступили на твёрдую почву, она смогла выдохнуть и поднять глаза.

– Уау. В одиночку я бы на той стороне так и осталась. Спасибо!

Она кивнула в знак благодарности и побежала по узким крутым ступеням наверх.

– Скоро вернусь!

Кента усмехнулся. Хоть это и не было никак связано с языком, даже от него в этих дайвах была какая-то польза. Он бросил взгляд на уступ, взбежав по которому Лекс уже сворачивала к покосившемуся двухэтажному домишке, затем повернулся и направился к самому длинному мосту, проходившему через самый центр ущелья.

Солнце стояло достаточно высоко, чтобы согревать, но достаточно близко к горизонту, чтобы окрашивать его в красно-оранжевые оттенки. Он дошёл до середины и облокотился на плетёные перила. Легкий ветер задувал волосы назад, медленно покачивая мост. Это был один из тех красивых вечеров, которые стоили поступления в академию. Не хватало лишь кого-то, с кем можно было бы проводить этот закат, и лучше бы он уже не стал.

Когда мост зашатался, солнце успело заметно приблизиться к кромке гор. Кента повернул голову влево и увидел Лекс, уставившуюся в пол. Неуверенной походкой она шагала с каким-то мешком на плече. Он направился ей навстречу.

– Эй, я бы сам вернулся.

– Я тебе махала, ты не видел.

– Так можно было крикнуть.

– А если бы ты испугался и упал?

– Я бы вылетел из дайва.

– Вот именно. Я отсюда возвращаться одна по темноте не хочу.

– А тут закат красивый.

Лекс повернула голову.

– И правда.

Кента протянул руку. Они дошли до середины моста и остановились, засмотревшись на алеющий горизонт.

– Я рада, что мы продолжили проходить задание в паре.

– Это ты сейчас серьёзно?

– Ага. Какой смысл гулять по красивому городу и стоять на подвесном горном мосту, если не с кем разделить этот момент? И не с кем будет его потом вспомнить.

– Спасибо. Я тоже рад, что мы в паре.

– Правда?

– Ага. Дейн бы со мной ни за что сюда не пошёл. Он высоты до ужаса боится.

Лекс засмеялась.

– Ради таких видов можно побыть немного храбрее.

– А если серьёзно, то, правда, спасибо.

– М?

– Я хоть что-то начал понимать. Мои шансы не вылететь стали побольше.

– Не за что. У меня ещё и подарок есть.

Лекс сняла с плеча холщовую сумку-мешок, достала из него какую-то ткань и протянула Кенте. Ткань оказалась тонким серым плащом.

– Симпатично, – Кента накинул плащ, щёлкнув застёжкой в виде зелёного древесного листа. – А это что? И откуда? И зачем?

– Дождевик. Сказали, что я припозднилась, подарили на случай, если по пути застанет их знаменитый ливень. Я отказывалась – как-то неловко не мокнуть в одиночку, а мне второй дали. Кстати! Моя следующая точка – тоже парк. Интересно, да?

– Это отлично! Но подозрительно…

Лекс кивнула. Она сложила свой плащ обратно, закинула на плечо мешок и вытянула руку над пропастью:

– Предлагаю план. Провожаем солнце до вооон той горы. Потом аккуратно преодолеваем мост. А потом со всех ног летим в гостиницу.

– Отличный план!

Глава 61

– Вас где носило?

Дейн поднялся с дивана, и по его сдвинутым бровям можно было предположить, что он провёл на нём уже немало времени в ожидании.

– Дайв проходили, – Кента поправил съехавший с плеча плащ.

Протянув им их рюкзаки, Дейн указал на выход. Пройдя пару коридоров под удивлённый взгляд Кенты и вопросительный Лекс, он свернул к полукруглой площадке с диванами.

– Что это на тебе?

– Дождевик, – Кента направился к окну разглядывать вечерний пейзаж.

– Какой, к чёрту, дождевик в замке? Так, постой, ты же в нём из дайва вышел... У вас что тоже постоянно эта тема с дождём?

Дейн прекратил сердиться и, увлёкшись другой мыслью, полез в рюкзак.

– В каком смысле постоянно?

– Нам говорили не задерживаться. Но это логично – гостиница вечером закрывается, – переводя дыхание, Лекс опустилась на ближний к окнам диван.

– Дождевик ему дали тоже чтобы не задерживался?

– Вообще его дали мне. Моя локация была в дальнем конце города – мы рисковали опоздать. На самом деле, мы бы и опоздали, если бы не пробежались.

Дейн извлёк лист, который всё это время искал, и вытянул руку, показывая его в раскрытом состоянии.

– Прогноз погоды?

– Ага. Ещё с прошлого раза. А вот это мне дали сегодня.

Он приподнял футболку – на поясе штанов был закреплён небольшой фонарь.

– У вас ещё что-то кроме плащей было?

– Да нет. В первый день предлагали книжку с какими-то сказками на ночь, но я её пролистала и там же оставила. Хотя потом ещё советовали переждать у них грозу. Кенте сегодня про пруды рассказывали, – Лекс запнулась. – Которые наполняются водой во время дождя по вечерам. Уоу-уоу.

– Ага. Я о том же. А что ещё было в прошлый раз? Кроме библиотеки.

– Были в кофейне, – Кента почесал лоб. – Мне, там подарили что-то. Чай, вроде.

– С собой?

– Наверное.

Кента лениво подтянул сброшенную на диван сумку. Поиски заняли минуту.

– Ну, да. Какой-то чай.

Небольшой мешочек, перевязанный бечёвкой украшала нашивка с двумя зелёными лепестками и надписью на английском.

– Дай.

Дейн приложил свёрток к носу и посмотрел на надпись:

– Мятный чай. Украсит ваш вечер и подарит хороший сон.

Он обвёл многозначительным взглядом Кенту и Лекс.

– Мысль понятна, – Лекс взяла пачку у Дейна и принюхалась. – А чай, кстати, вкусный.

– Любишь мяту?

– Мой любимый чай.

– Даже так? А если не секрет, какие у вас точки были?

– У меня кофейня и лесной посёлок. С прудами, – Кента откинулся на спинку дивана.

– У меня библиотека и мастерские в ущелье. С подвесными мостами.

– Библиотека? – Дейн внезапно захохотал. – Серьёзно? Библиотека? Это очень смешно.

– Может поделишься? – Кента выдвинул подбородок, переведя взгляд на явно начавшую что-то понимать Лекс.

– О нет, этой шутке нужно настояться. Но, сдаётся мне, это не твоя точка была на другом конце города. – Дейн, как и Кента, но уже с усмешкой посмотрел на Лекс. – Как на счёт вечерней прогулки по Шауша́нку?

– Так гостиницы закрываются, – Кента шагнул к Дейну и поднял его левую руку с часами, – через семь минут.

– Как раз к дождю успеем, – Лекс скинула с плеча мешок, извлекая из него свой плащ.

– Вы серьёзно что ли? Психи.

– Кенчик, боится дождя? – набирая скорость Дейн зашагал в обратном направлении.

– Кенчик боится застрять в дайве. На ночь! Под ливнем.

– Ливень продлится меньше часа.

– А, ну да. Это всё меняет. Сказали бы раньше, я бы фотоаппарат захватил. Поснимали бы звёзды.

– Хорошая, кстати, идея, – Лекс засмеялась и поспешила за Дейном.

– Никакая не хорошая! Да куда вы? Давайте не пойдём. Да блин. Подождите хотя бы!

Глава 62

– Решили подольше позаниматься? – Митцуя остановился на верхних ступенях кованой лестницы.

– Забыли... вещи там, – Дейн на ходу помахал профессору и скрылся за дверью дайва.

– О, все трое. Понимаю. Такое случается, – пламя, отражаемое от камина, заплясало в его глазах в такт лукавым искоркам.

– Доброй ночи! – Лекс забежала в дайв вслед за Дейном.

– Это вам доброй!

Кента, единственный услышавший это напутствие, нервно хмыкнул.

Ему показалось, что дверь захлопнулась за его спиной с таким громким звуком, что снова она уже не откроется. На скорости он полетел к выходу из спальни, но в последний момент застыл, обернувшись на балкон. Там, уже в полной темноте, тусклый свет от ламп его комнаты отражали только хвойные ветки, всё так же мерно покачивавшиеся над перилами. Он рванул к балкону распахнул дверь и подпёр её стулом. Сделав это, он на всей скорости побежал вниз к выходу из гостиницы. Больше, чем застрять в дайве на ночь, он боялся застрять тут в одиночестве.

Вылетев на улицу, он остановился и начал вертеть головой по сторонам. Лишь долгую минуту спустя он увидел Лекс спокойно спускавшуюся по ступеням.

– Ты чего?

– Ничего. Мы разве не спешим?

– До закрытия ещё две минуты – она подняла левое запястье с часами. – А до кофейни Дейну идти так же, как и нам.

– Какой в этом смысл? Мы уже были там.

– Подозреваю, что смысл есть. И, если это так, я хочу успеть приобрести стаканчик кофе.

– Не многовато ты кофе пьёшь?

– Какая жизнь – такое количество кофе.

Вечернее небо потонуло в низких грозовых тучах, воздух, наполненный озоном, приобрёл лиловый оттенок. Секвойи сохраняли свой изумрудный цвет только под золотисто-алым светом загорающихся фонарей, сливаясь в длинные мрачные стены, разделявшие улицы и превращавшие город в гигантский таинственный лабиринт. За два дня, проведённых тут, Кента начал немного ориентироваться в местных холмах, площадях и перекрёстках, но сейчас он словно видел их в первый раз.

Красные огоньки декоративных фонариков вспыхивали то тут, то там, приковывая взгляд и подсказывая дорогу. Крупная капля упала на чёлку и скатилась прямо перед глазами. За ней следующая. Они с Лекс синхронно накинули капюшоны и ускорили шаг, устроив гонку с набиравшим силу дождём. За считанные минуты он достиг скорости барабанного боя. Все без исключения улицы превратились в ручьи, а кое-где, к немалому удивлению Кенты, появились самые настоящие реки. Он был уверен, что они уже проходили в этих местах раньше, и никаких рек там не было. Их вообще не было в городе. Во всяком случае, не там, где им доводилось бывать.

Лишь добравшись до крутой лестницы, уходившей вверх к кофейне, они замедлились. Деревянные ступени покрылись водяной плёнкой, проскальзывая под ногами. Кента кивком указал Лекс, чтобы та поднималась первой. Косой дождь бил в лицо, глаза ослепляли сотни огоньков, в считанные минуты затопивших ущелье. Подъём в этих условиях занял намного больше времени и сил.

К их облегчению, все столики оказались оборудованы специальными широкими красными зонтами. Кента упал на стул и недоуменным взглядом проводил Лекс, которая сразу же направилась к стойке. Не спрашивая его мнения, она вернулась с двумя чашками.

– Отказы не принимаются. Это чай. У тебя все ноги промокли, отогревайся.

– То есть у тебя тоже чай?

– У меня кроссовки на высокой подошве.

– То есть кофе?

– То есть кофе.

Они ударили стаканчиками друг о друга и уставились вдаль. Разглядывать площадь, рассчитывая заметить Дейна, можно было даже не надеяться. Серая пелена и не думавшего ослабевать ливня превратила ущелье в один огромный мираж, наполненный россыпью переливающихся светлячков.

– Добрый вечер!

Кента подпрыгнул, выплеснув половину чая на дождевик. Мужчина с короткой треугольной бородой, тот самый, что наблюдал за ними днём, стоял прямо перед их столом. Лекс медленно отпила глоток:

– Добрый вечер.

– Вас зовут Кента и Лекс?

Кента с ужасом скосил глаза на Лекс. Та взглянула сначала на него, а затем на мужчину. Вместо ответа она просто кивнула. Несколько мгновений незнакомец не произносил ни слова и уже в следующее захохотал так громко, что Кенту парализовал ужас. Снова посмотрев на Лекс, он увидел, как у неё начинается истерический смех. Пытаясь сказать хоть что-то, она только тыкала пальцем по очереди то в него, то в незнакомца и при первых попытках произнести хоть что-то её накрывала новая волна хохота. Не понимая, как реагировать, Кента начал нервно посмеиваться. К ещё большему ужасу, и мужчина, и Лекс начали на пару указывать пальцами на него и хохотать при этом с новой и новой силой.

– Может хватит?! – он не выдержал и ударил ладонью по мокрому столу. – Объяснишь?

С минуту Лекс выравнивала дыхание, борясь с новым приступами смеха, а мужчина пододвинул стул от соседнего столика и подсел к ним. Когда, наконец, все кое-как успокоились, мужчина начал вертеть головой по сторонам. Увидев то, что искал, он дал знак подождать.

– Что это за псих?

– Я думала, ты о нём другого мнения.

– Чего?...

Мужчина вернулся, поманив всех ладонью.

– Пошли, – Лекс снова засмеялась и поднялась из-за стола.

С поклоном достойными буддистских мудрецов, незнакомец пригласил Кенту подойти к фонтану. Глаза Лекс загорелись, и она ободряюще кивнула, встав рядом. Вместе они сделали шаг вперёд. Кента опустил взгляд и издал вопль ужаса. Из воды на него смотрел низкий седой старичок в тюбетейке, а рядом заливался хохотом высокий араб в белом тюрбане. Пока он стоял, пытаясь осознать то, что видел, третье бородатое лицо мужчины с широченной улыбкой появилось между стариком и арабом, обняв их обоих за плечи.

– Аааа! – Кента отпрыгнул, в панике уставившись на Лекс.

Как только она отошла от воды, отражение араба в ней пропало. Продолжая смеяться, она полезла под плащ, нащупывая сумку.

– Господин Хань Фень, меня просили вам передать.

Она вложила ему в ладонь запечатанный конверт. Оставаясь без движения, Кента осознал, что уже какое-то время просто стоит под дождём с приоткрытым ртом. Две пары рук потянули его обратно к столику и усадили на место.

– Ну, задание мы выполнили, – Лекс скинула капюшон и откинулась на стуле. – Теперь можно подумать, как провести ночь. Есть идеи что дальше делать?

– А по-английски зачем?

– Можешь попробовать поговорить с ним по-русски.

Кента повернулся, желая повторить вопрос на русском и с неприятным ощущением в горле осознал, что не способен это сделать.

– Покажи, чему я тебя учил, – скрипучий приглушённый голос с трудом утаивал нотки смеха.

Кента ошарашенно сжал виски руками. Более странного чувства он ещё не испытывал. Даже исчезнувшая дверь в июле не произвела на него такое впечатление.

– А... О чём мы там говорили? – он крепко сжал стакан с чаем, осушив его на половину.

– Планы на ночь. Идеи. Предложения, – Лекс отпила свой кофе, явно находя происходившее очень весёлым.

Кента прикрыл лицо ладонями и зажмурился. Наконец, он тряхнул головой.

– Да ну ладно? Я не верю... Ааа...

Они втроём переглянулись и только сейчас что-то щёлкнуло у него внутри. Глаза мужчины подмигнули со знакомым прищуром, и Кента засмеялся. Чем больше они смотрели друг на друга, тем отчётливее он понимал, что не может остановиться. В какой-то момент он подумал о том, что в этот момент видит Дейн, и чуть не задохнулся от представленной картины.

Лишь, когда дождь начал затихать, они, смогли, наконец, успокоиться.

– Кафе скоро закрывается. Куда пойдём? – Лекс допила кофе и отставила стаканчик.

– В северной части города есть парк. Может быть, его не закрывают на ночь?

– Я… Я бы сначала проверил один балкон, – Кента вскинул брови, предлагая пойти за ним.

– Ты догадался оставить номер открытым?

– А тебе не показались эти огромные ветки под нашими окнами заманчивыми?

– Красавчик.

Кента ухмыльнулся.

– Это, кстати, вам господин... Я не помню, как тебя зовут.

Он протянул конверт, который хранил во внутреннем нагрудном кармане. Лекс сразу же разорвала печать. Золотой магнит с панорамой главной площади Шауша́нка во всём её красочном многоцветии заблестел на её руке.

– Это прекрасный подарок. Спасибо, господин Хань Фэнь, – Лекс засмеялась и посмотрела вдаль. – Спасибо, профессор Митцуя!

Глава 63

Досрочное выполнение октябрьского квеста значительно улучшило настроение и Дейна, и Кенты. Это означало, что последний дайв впервые можно было проходить никуда не торопясь. К приподнятому настроению добавилось интригующее сообщение об экскурсии, которая должна была состояться уже в ближайшую субботу.

- Внимание первокурсников… Группы ...бла-бла-бла... Сегодня в 14:30 вам надлежит прибыть к месту сбора в галерее Лиры для отбытия на экскурсию. Опоздания не допускаются, – Дейн перевёл взгляд на Кенту. – Слышал про это крыло?

– Это на севере. Вроде.

– Далеко.

– Возможно, я что-то путаю. Железная дорога на юге от замка.

– А пешая экскурсия тебе в голову не приходила?

– Нет. Ты погоду видел? Мы будем по колено в грязи, если пройдём хотя бы сотню метров.

– Конная экскурсия, каретная экскурсия...

– Пошли уже. Нужно захватить куртки и нормально поесть.

– Экскурсия по подземельям?

– Тогда куртки точно лучше захватить.

Карта замка и заверения Юми, которой можно было доверять в таких вопросах, говорили о том что галерея Лиры была в самой северной части замка, доступной первокурсникам. После столкновения с несколькими барьерами, Кента заявил, что он не готов больше разгадывать местные лабиринты, и они с Дейном свернули к террасе. Следуя чередой подъёмов и спусков они добрались до северо-западной башни.

– Прохладненько, – Дейн подтянул воротник куртки поближе к горлу.

– Середина октября. Рассчитывал, что лето не закончится?

– Рассчитывал хотя бы на солнце.

– Солнце в Шаушанке, у нас нормальные октябрьские тучи.

– А вот интересно, у нас – это где? – Дейн остановился на небольшой площадке.

С высоты третьего яруса открывалась хмурая панорама пасмурного неба, которое, казалось, опустилось ближе к горам, укрыв их снежные вершины. Трава уже давно пожелтела и почти скрылась под красно-оранжевым ковром из сухих листьев. Только посадки хвойных деревьев сохраняли зелень некогда залитой ею долины, но и их застилал белый влажный туман, медленно растекавшийся в воздухе.

Кента остановился рядом, вдохнул влажный воздух и прикрыл глаза.

– Я иногда думаю об этом, – он наклонился, облокотившись на перила, из-за чего капюшон его стёганой куртки упал ему почти на глаза. – Наверное, есть какой-то способ это вычислить.

– А ещё есть вокзал с кучей порталов.

– Ага.

Они засмеялись.

– Ну. Осень здесь существует, вряд ли мы в другой части света.

– Да и зима, похоже, тоже, – Дейн вытянул ладонь, на которую медленно опустилась снежинка.

Кента обрадованно улыбнулся и выставил обе руки вперёд:

– С первым снегом!

– Получается так.

Снежинки начали попадать на ресницы и краснеющие на холоде щёки. Кента смахнул одну с чёлки и резко повернулся:

– Экскурсия!

– Точно!

Они рванули по ступеням вниз, затем наверх, и через несколько таких манёвров спрыгнули на скользкую траву, уже присыпанную мягким снегом. Обогнув северо-западную башню, они свернули направо и вскоре оказались на месте.

Галерея Лиры представляла собой просторный холл, с тем лишь отличием, что он не имел наружной двери, которую заменяла обычная арка. Обе боковые стены также состояли из аркад. Если бы не стёкла, защищавшие от ветра, это место вернее было бы назвать крытым двориком.

- Добрый день, профессор!

– А вы уже с экскурсии? – Руфим, стоявшая на входе, пропустила их внутрь.

Дейн зачем-то кивнул, а Кента, не зная, как ответить, просто улыбнулся. Они проскочили вперёд и хотели уже скрыться в толпе, как Руфим снова окликнула их:

– Дело, конечно, ваше. Но я бы оставила верхнюю одежду здесь.

Дейн и Кента переглянусь и, склонив головы свернули влево. Судя по сваленным на уступах арок-окон курткам, не они одни решили, что придётся идти по холоду. К моменту их прибытия, холл уже заполнился студентами. Те, кто был одет совсем легко, теснились у боковых каминов, где вовсю плясал огонь.

– Пятиминутная готовность! – голос Руфим громом разнёсся над десятками голов. – Сейчас последует инструктаж. Рассчитываю на ваше внимание.

Повторять дважды Руфим не требовалось. Тишина воцарилась практически сразу.

– Экскурсии, которые вам предстоит посетить – экспериментальный проект этого учебного года. Надеюсь, вы способны сделать соответствующие выводы. Придерживаться правил вдвойне важно в первую очередь для вашей собственной безопасности. Существует всего три требования.

Первое. На экскурсии не будут работать защитные сценарии дайвов. Любой вред, который будет вами получен НЕ выкинет вас из экскурсии и НЕ пропадёт после её завершения.

Второе. Войти и выйти из экскурсии возможно только через проход, открытый мной. Поэтому две худшие вещи, что вы можете сделать – потеряться и опоздать.

Третье. Эти экскурсии направлены в первую очередь на ваш кругозор и развитие, их организация далась академии с большим трудом. Поэтому мы, в свою очередь, рассчитываем на ваше участие, внимание и заинтересованность. В случае проявления неподобающего поведения и любых попыток причинения вреда, окружающим вас предметам, допуск к дальнейшим экскурсиям будет для вас запрещён. Что, впрочем, вряд ли доставит много хлопот после рассмотрения вопроса о вашем исключении.

Двухминутная готовность. Спасибо.

Кента присвистнул и заложил руки за голову:

– Не слишком ли сложно для простой экскурсии?

Дейн пожал плечами:

– Ничего не ломаем и не теряемся – вроде это главное.

– Первое – хорошо. Ко второму есть вопросы.

– Врата откроются через минуту. Пожалуйста, выстраивайтесь в очередь.

Глава 64

Арка, сквозь которую Дейн и Кента зашли несколько минут назад, наполнилась белым светом, который в других обстоятельствах можно было бы принять за опустившийся густой туман. Четыре профессора промаршировали сквозь толпу к Руфим и первыми шагнули в портал. Единственной, кого Дейн смог узнать, была Скай, выделявшаяся своими сине-зелёными волосами. Вслед за ними Руфим начала пропускать студентов. Их спины окутывали белые клубы дыма, и они исчезали.

Очередь продвигалась медленно, в спину то и дело прилетали толчки, и, в какой-то момент, даже накидки поверх футболок показались лишними. Становилось душно. Дейн мысленно поблагодарил Руфим, представляя как словил бы тепловой удар посреди октября. Наконец, очертания арки предстали прямо перед его лицом, и очередной удар сзади погрузил его в туман.

Прошлые дайвы выработали привычку быстро уходить с прохода. Дейн свернул влево, чувствуя на плече запястье Кенты. В глаза ударил слепящий солнечный свет, сильно контрастировавший с октябрьским понурым полумраком. Ноги сразу же утонули в сыпучем грунте, а в нос ударил сухой горячий воздух. Стараясь держаться рядом, они проскользнули сквозь группу студентов, вперёд, откуда им открылся простой, но удивительный вид.

Горизонт делил всё пространство пополам – ярко-голубое небо мягко опускалось на оранжевую песчаную долину. Пейзаж не менялся, куда бы они не повернулись, и этим завораживал ещё сильнее. Сквозь голоса и лёгкий свист ветра, Дейну мерещился шум воды, но ничего, даже отдалённо похожего на оазис, он не видел. Вскоре их с Кентой окружили новоприбывшие студенты. Рассматривать пейзажи, даже с их ростом, больше не получалось. Голос Руфим совсем рядом начал призывать всех выстроиться вокруг неё. Поддавшись общему движению и сместившись левее, Дейн увидел строгий профиль Руфим с привычным затейливым пучком серебристых волос. Она выжидательно смотрела перед собой, облокотившись одной рукой на плоский чёрный камень. Вкопанный в песок, он доходил своей сколотой овальной вершиной ей до пояса.

– Налево свернёшь счастье найдёшь, направо пойдёшь – проблем огребёшь?

Голос Баки раздался прямо за плечом. Дейн и Кента хмыкнули.

– Очень отдалённо, но вы правы, Баки, – Руфим, по-прежнему глядя прямо перед собой, сделала привычный жест рукой. – Попрошу тишины, – её усиленный голос, слился с порывом ветра. – Прежде, чем ответить на ваши вопросы, я задам вам свой.

Все стихли.

– Элемент декоративного искусства, священные символы, псалмы, изображение борьбы добра со злом и инструкции. Что объединяет всё это?

Дейн увидел, как энтузиазм на лице Кенты сменяется настороженностью. Не успев начаться, экскурсия грозила превратиться в урок.

– Этот камень.

Лекс, стоявшая впереди, произнесла это практически себе под нос.

– Подними руку, – Кента прошептал это ровно с такой громкостью, чтобы его услышала Лекс, но не услышала Руфим.

– Я не поднимаю руки.

В этот же момент, на противоположной стороне круга взмах ладони Самира привлёк к нему внимание Руфим.

– Полагаю, наша экскурсия будет посвящена истории перевода древнеегипетских иероглифов, профессор. А перед нами сейчас знаменитый...

– Розеттский камень.

– ...Розеттский камень.

Голос Лекс прозвучал в унисон с Самиром.

– Лучше бы ты руку подняла.

Группы Митцуи и Руфим вместе посещали занятия по письму и общие уроки аудирования. Обычно Широйя говорил мало, и практически каждый раз умудрялся кого-то задеть, что создало ему не самую лучшую репутацию. Однако, он не шёл ни в какое сравнение с Самиром, который не только, не отказывал себе в возможности порассуждать на любую предложенную на занятии тему, но и вне зависимости от её характера, делал это с таким важным видом, будто лишь нелепая случайность, поставила его в положение студента, в то время как он прекрасно мог бы провести весь урок, встав за кафедру. Кента несколько раз заводил рассуждения о том, почему это так сильно его раздражает, а Дейн шутил, что в комиксах они бы точно стали непримиримыми соперниками.

– Прекрасное предположение, Самир. Вы правы. У меня есть лишь одно важное дополнение. Возможность увидеть эту историю будет предоставлена вам самим. Впрочем, я не оставлю вас без небольшого напутствия. Розеттский камень, возле которого мы стоим, и варианты трактовки которого, вы только что слышали, был расписан во времена заката древнеегипетского царства, а вместе с ним и его языка. Он же стал первым в основании пути к их повторному открытию.

Этот камень – посвящение египетских жрецов воцарению нового императора в традициях тех времён. Составленное за два века до начала нашей эры, оно содержало три вида письма: древнегреческое, иероглифическое и демотическое, пришедшее на смену иероглифам. Переходное, если хотите. Получить перевод греческого текста не составило труда, вы его также увидите. Что до иероглифов – к моменту обнаружения камня французскими войсками в тысяча семьсот девяносто девятом году году, они молчали уже полтора тысячелетия. Лишь два десятилетия спустя господин Шампольон вернул им голос. Ему удалось расшифровать древний язык во времена, когда он был немногим старше большинства из вас. Попробуйте пройти по его стопам и начать с расшифровки одного слова. Любого.

Кента нервно хмыкнул, а Баки, бесцеремонно протиснувшись вперёд, склонился перед камнем:

– Слов "птичка", "лев" и "крючковатая рождественская палочка" там, конечно же, нет?

– Конечно же, – Руфим кивнула и движением подбородка указала Баки вернуться на место. – За выполнение этого задания вы получите бонусный балл на экзамене по теории в ноябре. При должном везении и старании даже два.

Кента протяжно выдохнул.

– В своих табулах вы найдёте всё необходимое. А теперь, прошу на борт.

Руфим повернулась спиной и направилась сквозь толпу.

– До отправки десять минут, пожалуйста, изучите содержащуюся в них информацию. Если появятся вопросы, вы найдёте меня на пристани.

Одинокий чёрный камень, стоявший посреди бескрайней пустыни, красноречиво рисовал в воображении перспективу многочасового перехода, поэтому сообщение о плавании взбудоражило всех без исключения. Кента то и дело вытягивал шею, чтобы разглядеть поджидавшие их корабли. Очень скоро плато, по которому они шли, сделало уклон вниз. Ноги ступили на твёрдую поверхность широких ступеней, и волна прохладного освежающего воздуха проникла в грудь. Впереди, за головами сокурсников, наконец показались заветные паруса. Ослепительно белеющие на фоне ярко-синей водной глади реки они вздымались, раздуваемые порывами ветра. Пять кораблей мерно покачивались в ожидании.

– Добро пожаловать на борт флотилии "Клеопатра"!

Лекс усмехнулась. Смуглый мужчина в характерной светлой набедренной повязке и черном блестящем парике, с воодушевлением махал всем проходящим с деревянного возвышения на пристани.

– Занимайте места согласно приобретённым билетам!

Дейн вопросительно обернулся на Кенту и Баки. Вскоре стало понятно, что все группы были закреплены за определёнными кураторами и лодками. Группа Митцуи отбывала на второй ладье "Клеопатра II", которую они смогли опознать по латинской подписи, благодушно оставленной под огромными красивыми, но не читабельными иероглифами, выведенными в позолоченном овале.

– Клеопатру из списка можем исключить.

Баки, на ходу изучавший изображение камня в своей табуле, несколько раз перевёл взгляд с текста на лодку и обратно.

– Молодые люди, поспешите. Нас ждёт увлекательнейшая поездка.

Профессор, лет тридцати пяти помахал им рукой, облокотившись на борт. Пока они поднимались по шаткому трапу, Дейн думал о том, что, кажется, встретил кого-то противоположного Митцуе. Тот упоминал, что ему уже успело исполниться тридцать, значит с этим профессором они были относительными ровесниками, но впечатление производили совершенно разное. О том, что Митцуя – преподаватель, говорили только его длинная мантия и самое близкое к камину место в кабинете. Небрежно уложенные сине-зелёные волосы, каждый раз на разный манер, постоянные таинственные улыбки, хитрый прищур и стремление не договорить обо всём, о чём только можно было не договорить, делали его похожим на случайного гостя замка, прибывшего с визитом в личных целях. В то, что ему больше тридцати, можно было поверить лишь на слово.

Этот же профессор, имея молодое лицо, успел обзавестись седыми волосами. Тёмно-серые, аккуратно подстриженные, они хорошо сочетались с щетиной и усами. Тот самый образ интеллигентного человека, в компетенции и серьёзности которого сложно было усомниться. Дейн подумал, что кого-то он ему напоминает, и лишь когда они с Кентой нашли свободное местечко на корме, и он бросил очередной взгляд на профессора, понял, кого. Усы и щетина – прям как у Раксли. В этот момент теория о надёжности их куратора дала сбой. Оставалось порадоваться, что самого профессора Раксли тут не было, иначе экскурсия грозила бы превратиться в битву за выживание.

Пять лодок быстро наполнились пассажирами. Дейн опёрся спиной о борт и достал табулу. Кроме изображения камня в её левой части, справа он увидел информационные блоки. Верхний содержал само задание:

“Какую часть текста вам удалось расшифровать? Впишите иероглифами по меньшей мере одно слово, сопроводив его переводом и возможными комментариями”.

Приписка ниже гласила, что в зависимости от качества ответа им могло быть начислено от одного до двух бонусных баллов. Нижний блок вызывал гораздо больший интерес. Дейн нажал на него, чтобы приблизить, содержавшуюся в нём запись и прочитал её вслух:

– К моменту нахождения Розеттского камня, миру было известно лишь одно свидетельство, которое могло пролить хоть какой-то свет на расшифровку иероглифов. Подумайте и нажмите сюда, если желаете ознакомиться с этим свидетельством.

Кента и Баки, опустив подбородки на плечи Дейна, заглянули в его карточку.

– А в чём подвох? – Баки подвинул руку Дейна, рассматривая текст.

– Про штрафы я тут ничего не вижу, – Дейн скинул с себя две головы и повернулся к ним лицом. – Ну как, нажмём?

Баки с сомнением прищурился:

– А зачем его скрыли?

– Давайте хотя бы ненадолго представим, что мы не тупые, – Кента философски раскинул руки, подставив лицо ветру. – Когда сдадимся – нажмём.

– А мы сдадимся, – Баки медленно качнул головой.

– Естественно.

– Ре-ше-но, – Дейн убрал табулу обратно во внутренний карман накидки.

Все столпились возле бортов, отказываясь рассаживаться по лавкам. Сам ветер усилился, готовясь отправляться в путь. Матросы так и не появились, зато капитаны заняли свои места. Раздались многочисленные призывы приготовиться. Лодки тронулись, а лучи солнца, стоявшего в зените, побежали наперегонки с волнами. Набирая скорость вместе с кораблями, они, подхваченные ветром, понеслись вперёд в таинственную туманную дымку горизонта.

Настроение поднялось само собой. Дейн поймал себя на том, что не может перестать улыбаться. Кента то и дело перегибался через борт, ловя ладонью поднимавшиеся брызги, из-за чего они с Баки уже дважды готовы были его ловить. Когда это произошло в очередной раз, на горизонте появились три треугольных очертания. Подёргиваясь, они медленно приближались. Кента выпрямился, завороженно уставившись вдаль.

– Давно хотел побывать в пирамидах, – Баки, облокотился на борт, не отрывая глаз от горизонта.

– Боюсь, придётся ещё похотеть, – Лекс встала на цыпочки, пытаясь что-нибудь увидеть через их спины.

Баки подвинулся:

– Знаешь, куда нас везут?

– Неа. Но знаю, что из всех памятников Древнего Египта в пирамидах иероглифов меньше, чем где-либо. Если только эта экскурсия не на неделю. А ещё я знаю историю Розеттского камня, – она сжала губы, закатив глаза. – И, насколько мне известно, про тех, кто помог бы с расшифровкой, в этих местах не рассказывают. В общем, скорее всего, пирамиды у нас для красоты.

– А несколько слов из текста камня тебе известны? – лицо Баки засияло надеждой.

Лекс ответила улыбкой, позаимствованной у Митцуи.

– Не хочу позволить своим знаниям лишить вас возможности пройти прекрасным путём познания, – она выдержала возвышенный взгляд и рассмеялась. – Там правда интересно, попробуйте. Если совсем не догадаетесь, в конце подскажу.

– Но ведь ты тоже получишь свой балл не за самостоятельную догадку, – Баки с прищуром шутливо погрозил Лекс пальцем.

– Я подходила к Руфим, она сказала: "Знание – есть знание". Простите, ничего не могу поделать. Буду вынуждена без всяких загадок гулять среди древних руин.

– Любишь историю? – Кента снова перегнулся через борт, вернувшись к ловле волн.

– Обожаю. Но, мало что помню, так что сильно на меня не рассчитывайте.

– Уважаемые студенты! Давайте немного познакомимся.

Дейн дёрнулся. Он успел забыть, что на лодке, кроме студентов и капитана с ними находится ещё и профессор. Тот терпеливо ждал, пока все соберутся вокруг. Насколько длинная вытянутая лодка позволяла сформировать подобие круга.

– Моя имя За́ккари. С большинством из вас мы не знакомы, но сегодня вы под моей ответственностью, поэтому постарайтесь не потерять меня из виду и не упустить то, что я буду говорить. Прямо сейчас мы проплываем район Гизы. К сожалению, не он является местом нашего назначения, но прочувствуйте величие, которое несут в себе эти строения. Сегодня у нас уже нет той самоотверженности, что была у древних Египтян. А ведь лишь обладая этим неоценимым качеством, они смогли создавать столь грандиозные памятники!

Лекс хмыкнула и отвернулась вправо к реке. Там, уже совсем близко к ним, возвышались три огромных пирамиды. У их подножия теперь можно было увидеть три других пирамиды, совсем небольших на фоне старших собратьев. За́ккари же продолжил свою восторженную речь. Видно было, что если он и не был специалистом в египтологии, то как минимум неплохо подготовился к этой экскурсии. Он в красках начал описывать, как под палящим солнцем изнурённые строители с неустанным упорством тянули канаты, создавали насыпи, шлифовали камни. Пока три вершины одна за другой укрывали лодки в своей тени, Дейн не мог опустить голову – воображению не удавалось увидеть всё то, что так старательно описывал За́ккари. Казалось, что представашее их глазам было намного больше, значимее, поразительнее. Нить рассказа была потеряна. Вскоре, однако, за ней ускользнули и сами пирамиды.

Трепавший их волосы ветер стал ещё сильнее, а река начала петлять. По дороге им встретилось ещё несколько пирамид поменьше и вот, наконец, их встретил первый город. В сущности он состоял лишь из немногочисленных оснований зданий, но и тут Заккари нашёл историю, стоящую по его мнению его переложения.

– Ахетатон был основан царём-отступником Эхнатом как новая столица государства. Как символ! Вместе со своей женой, прекрасной Нефертити, они провозгласили новое царство, во главе с новым богом – Атоном. Конечно же, это решение не могло не вызвать массовых недовольств. Как иначе? Но тем безусловнее была любовь, связывавшая Эхнатона и Нефертити.

– Безусловнее? – Лекс, вернувшаяся к левому борту, с которого сейчас был виден город, протяжно вздохнула.

– Только в полном единении и взаимоподдержке можно было осуществить столь смелый шаг. К сожалению, после смерти Эхнатона, город оказался заброшен, а культ Атона отменён. Столицей вновь провозгласили Фивы. Однако, судьба Нефертити преподнесла ещё один сюрприз для истории! Существует немало доказательств того, что именно она стала править Египтом. Стала новым фараоном! Так, например, существуют фрески, на которых царица изображена с регалиями фараонов...

– Простите, профессор, – Лекс повернулась, подняв руку. Тот сделал паузу, ожидая вопроса. – Но, если новая столица и бог были провозглашены благодаря любви Эхнатона и Нефертити... Разве она не должна была, поддерживая память мужа, сохранить их общие достижения?

Заккари удивлённо моргнул, а затем засмеялся:

– Хороший вопрос. Думаю, несмотря на все заслуги, Нефертити пришлось столкнуться с весомыми сложностями, склонившими её к такому непростому решению. Увы, сведения, дошедшие до нас, слишком скупы. И, тем не менее, существует немало фактов, достойных нашего обсуждения.

Изобразив натянутую улыбку, Лекс развернулась обратно к реке. Впрочем, Заккари, увлечённый своим вдохновлённым рассказом, этого явно не заметил.

Когда лодки замедлились, прошло уже около часа. Полуразрушенные стены, высокие колонны и статуи выстроились в замысловатом порядке, очерчивая границы монументальных некогда строений.

– Мы прибыли в место назначения. Храмовый комплекс Карнак. Пожалуйста, приготовьтесь к высадке.

Заккари довольно сложил руки на груди. Было видно, что поездка по Нилу была для него разминкой перед настоящей экскурсией.

Ладья причалила к левому берегу. Заккари помахал капитану и первым спустился на причал, остановившись в ожидании студентов. Проходя по трапу, Лекс наклонилась между голов Дейна и Кенты:

– Ещё полдня я этого не выдержу. Сил вам.

Сместившись за чужие спины, она резко свернула влево, слившись со студентами "Клеопатры III", которых курировала Руфим.

Баки проводил Лекс взглядом:

– Когда она говорила на неё не рассчитывать, я не это себе представлял.

Дейн посмотрел вперёд. К проходу между двумя высокими стенами, выполненными в форме трапеций, вела длинная аллея, по обе стороны которой восседали каменные сфинксы. Выстроив всех в ряд, Заккари велел следовать за ним.

– Это барашек? – Кента выкинул вперёд руку, указывая на ближайшего сфинкса. – И этот? Они что, все барашки?

Баки ткнул пальцем вправо:

– У некоторых не хватает голов. Утверждать нельзя.

Пройдя за входные ворота, они попали в просторный двор, за которым возвышались новые стены и начинался своеобразный коридор, образованный массивными круглыми колоннами. Наверное, правильнее было бы назвать это место колонным залом. Подведя группу к одной из них, Заккари остановился.

– Сейчас многим не видно, поэтому я попрошу вас позже обратить сюда своё внимание. На этой колонне и ряде других, вы увидите овальные рамки, так называемые «картуши».

Дейн потянулся к внутреннему карману, из которого извлёк предусмотрительно спрятанные там очки. Обилие рисунков всех форм, размеров и степени сохранности обещали глазам неплохую нагрузку.

– Древние Египтяне заключали в них имена своих фараонов. Перед вами картуш Рамсеса Второго, известного также как Рамсес Великий. Не думайте, однако, что именно он основал этот комплекс, о нет. История этих стен – это история величия и забвения. Не один Фараон запечатлел тут своё имя. И всё же. Ваша первая цель – иероглифы. У вас есть два часа, которые вы вольны провести согласно своему усмотрению. Для желающих я проведу экскурсию по всему комплексу, остальные могут перемещаться свободно. Каждый иероглиф в вашем распоряжении.

Дейн надел очки и повернулся к Кенте, тот пожал плечами:

– Я его всё равно не понимаю.

– Раньше начнём – больше шансов на разгадку.

В глубине души Дейн не верил, что у них получится разгадать хотя бы иероглиф, но голос Заккари нагонял на него сон.

– А я бы послушал.

– Расскажешь, если будет что-то интересное, – Дейн помахал Баки и развернулся в сторону выхода из зала.

– Ура! Хоть какие-то знакомые лица.

Прямо перед Дейном стоял Рэй.

– Потерял своих?

– Ага. К вам можно?

– А нас уже распустили. Если хочешь послушать экскурсию, профессор Заккари с удовольствием примет тебя в группу. Но мы решили, что пас.

Дейн виновато улыбнулся. Рэй посмотрел на Заккари и перевёл взгляд на Дейна:

– На экскурсию не очень хочется.

– Тогда присоединяйся к нашей команде бездарей. Кента.

– Рэй. Хоширама Рэйзор. Но, в общем, Рэй.

Обменявшись рукопожатием, оба повернулись к Дейну.

– Есть мысли? – привычный вопрос Кенты в этот раз прозвучал без традиционной надежды в голосе.

– Свалить подальше, чтобы нас не заставили участвовать в экскурсии.

– Разумно.

Не сговариваясь, все трое зашагали в обратном направлении. Вернувшись в самый первый двор, они сели на облупившийся каменный блок, один из многих, разбросанных по периметру. Солидная группа студентов прошла мимо них, следуя за профессором Скай. Та с энтузиазмом рассуждала о том, как падают лучи солнца, позволяя лучше разглядеть вогнутые грани иероглифов.

– А вам такое рассказывали?

Дейн покачал головой:

– Мы остановились на моменте, где Рамзес Второй оказался Великим.

Рэй вздохнул:

– Рамзес нам, вряд ли поможет.

– Думаешь?

– Послание на камне про Птолемея и богов, которые должны ему благоволить.

– А разве... – Кента сделал паузу и впервые достал свою табулу, открыв на ней перевод текста камня. – Разве мы не можем в качестве слова указать Птолемея? Или вот... Гора? Исиду?

– Там в начале просят написать слово иероглифами, – перейдя на шёпот, Дейн ткнул Кенте в текст задания.

– Оу.

С минуту они молчали.

– А рамка... – Кента снова запнулся, повернувшись к колоннам. – Заккари, кажется, говорил что-то такое про рамку.

Дейн нахмурился.

– Имя Рамзеса? Было в неё обведено. Вроде.

Кента приблизил изображение камня и разочарованно выдохнул:

– Тут их несколько. Рамок. С разными картинками.

– Пошли хотя бы на Рамзеса посмотрим. Сидя, мы точно вряд ли что-то расшифруем.

Несколько минут блуждания среди рядов колонн привели к осознанию, что картуш Рамзеса постигла судьба всех иероглифов – он оказался утрачен без надежды на опознание. Овальные рамки попадались то тут, то там, и сказать, какая из них была Рамзесом, не представлялось возможным.

– Давайте признаем, – Кента обречённо вздохнул, уставившись в отсутствующий потолок, – даже если бы мы вспомнили, кто из них Рамзес, нас бы это не спасло.

– Признаю, – Рэй поднял руки. – Новый план?

– В этом месте мы обычно начинаем ходить кругами, в надежде заметить что-нибудь полезное.

– Помогало?

– Ну. Однажды мы заметили Широйю, который, в конечном счёте, помог... так что в какой-то степени...

– Мы не ходили дальше. Давайте хоть проверим, что там, – Дейн кивнул в конец колонного зала, где виднелся небольшой прямоугольный проход.

Одни полуразрушенные стены сменились другими. Тени тех, что сохранились лучше, помогали укрыться от палящего солнца. Останавливаясь в таких местах, они подолгу рассматривали ряды символов.

– Кружок, человечек, кружок, кривая линия, – Кента практически упёрся носом в вертикальный картуш ближайшей колонны. – Сверху солнце, внизу земля? Или луна?

– И какое имя фараона нам это даёт? – Дейн снял очки и начал тереть линзы футболкой.

– Солнцеликий?

– А второй шарик?

– Свет светил? Его светлейшество?

– На Птолемея как-то не похоже.

– А, если один из них Плутон?

– Тогда второй – это Нептун, и всё равно не сходится, – Дейн вернул очки на место и сжал пальцами подбородок.

Жара постепенно начинала сказываться на самочувствии и способности мыслить.

– У меня перед глазами хоровод из птиц, жуков, львов и человечков со всеми видами палочек, – Кента обессиленно сполз на каменный уступ одной из стен, откинув голову назад. – Я уже не помню, в какой стороне выход.

– Если повернём налево и пройдём до конца следующего зала, выйдем к сфинксам, – Рэй опустился напротив, пространно уставившись в пол.

– А у тебя хорошая память.

– Мы в детстве с братом часто лазили по забросам, – он обвёл рукой полуразрушенную стену. – Моя стихия.

– О, тогда, тебе понравилось бы одно местечко. К западу от замка.

– Ты про руины? Такие с башнями в лесу?

– Ага. Тоже их видел? Жуткие, да?

– Снаружи да, внутри вроде интересно.

– Ты был внутри?! – Кента подался вперёд, за секунду вылетев из спячки.

Дейн заинтересованно повернулся в их сторону.

– Ага. Стены там сохранились получше этих.

– Покажешь потом дорогу?

– Конечно. Только не раньше, чем недели через три. У меня всё ещё мораторий на выход из замка. От Флоранс.

Рэй вздохнул, а Дейн поднял руку постучав по стеклу циферблата:

– Кенчик. По-моему, пора сдаваться.

– Я уже успел забыть, – Кента достал табулу и быстрым движением, без размышлений, нажал на подсказку. Его брови поползли вниз. – Они издеваются?

Дейн подошёл, но не смог ничего разобрать.

– Что там?

– Древнейшим и единственным трудом, посвящённым значению иероглифов и дошедшим до Нового Времени, является труд Гораполлона, создавшего его в IV веке. Эта работа содержала подробное описание значений иероглифов. За отсутствием каких-либо иных материалов труд Гораполлона был положен в основу всех последующих исследований. Гораполлон считал, что иероглифы – это рисуночное письмо…

Дейн устало облокотился на стену:

– То есть возвращаемся к человечкам с палочками?

– Мы от них никуда и не уходили, – Кента раздражённо откинулся назад.

– Ребят. Это ещё не всё, – Рэй тоже раскрывший подсказку, ткнул пальцем куда-то в угол экрана.

Дейн забрал табулу из рук Кенты и пригляделся. Непроизвольный смех вырвался сам собой.

– Вопрос номер два: "Какова роль знакомства учёных с трудами Гораполлона?" Вопрос номер три: "Что объединяет Птолемея, Клеопатру и Рамзеса?" – продолжая смеяться, он вернул табулу Кенте. – Я надеюсь, штрафные баллы тут не начисляют.

– Я в это больше не играю, – Кента вытянулся вдоль стены, приняв лежачее положение и закрыв глаза.

– Можно просто походить посмотреть храм, – Дейн продолжал смеяться.

– А мы на него ещё не насмотрелись? – Кента поднял голову и снова опустил, уставившись в небо.

У колонн вдали остановилась профессор Руфим, сопровождаемая Лекс, Широйей и Самиром. Указывая вверх, она что-то рассказывала. Широйя поднял ладонь, здороваясь. Заметив это, Руфим перевела взгляд вперёд и направилась в их сторону. Дейн нервно сглотнул.

– Здравствуйте, профессор.

Кента подскочил, а Рэй зачем-то встал.

– Мы уже здоровались с вами сегодня. На террасе. Забыли?

Дейн улыбнулся.

– Хорошие очки. Не замечала, что вы их носите.

– Спасибо...

– Как успехи?

Руфим выждала паузу.

– Вижу, тернистый путь познания вас потрепал. Это не страшно. Вы собрались таким прекрасным составом, не могу отказать себе в удовольствии помочь моим любимым студентам в их сложном начинании. Давайте немного пройдёмся.

Дейн, Кента и Рэй переглянулись. Вяло пожав плечами, они направились за Руфим. Лекс усмехнулась.

– Здесь я вас, пожалуй, покину, профессор. Большое спасибо за экскурсию!

Самир изобразил поклон и, смерив Рэя уничижительным взглядом, скрылся за поворотом.

Руфим же повела их дальше, остановившись возле колонны, к которой час назад их подводил Заккари.

– Полагаю, этот картуш вам уже знаком?

Три головы кивнули.

– На какие мысли он вас навёл? – Руфим выдержала очередную паузу. – Ну же.

– Тут был другой картуш... С кружками. Они были похожи на планеты...

Дейн, из-за плеча Руфим закачал головой, останавливая Рэя. Тот поджал губы и замолчал.

– О, ход ваших мыслей понятен. Можете показать свою табулу?

Рэй вытянул руку, бегая глазами из стороны в сторону.

– Вижу вы, как и ваши предшественники два столетия назад, решили воспользоваться помощью из глубины веков? Насколько полезной вы её нашли?

Дейн не удержался и громко хмыкнул.

– Понимаю, – Руфим чуть заметно улыбнулась. – Но всё же. Давайте немного порассуждаем. – Какой была ваша первая версия при виде иероглифов?

– Это рисунки… Символы. Что-то вроде условных обозначений? – разглядывая картуш Рамзеса, Рэй закусил губу.

Руфим кивнула.

– Вы повторяете слова многих до вас. И это вполне логичное предположение. Что же вам дало знакомство с трудами Гораполлона?

– Понимание, что мы были правы. И что мы бессильны, – Кента смахнул назад намокшую от жары чёлку.

– Прекрасный ответ, – Руфим улыбнулась по-настоящему. – Справедливый и ошибочный одновременно.

Кента замер, захлопав глазами.

– Руководствуясь такой логикой вы действительно бессильны. Но лишь потому, что вы не были правы.

Лекс и Широйя наблюдали за ними со стороны, не скрывая ухмылок.

– Через четверть часа на ваших табулах появится заключительный вопрос-подсказка, но я задам вам его сейчас. Как вы думаете, чем являются древнеегипетские иероглифы? Символами предметов, символами понятий, алфавитом или слоговой азбукой?

Настала новая пауза, но на этот раз Дейн начал догадываться, к какой мысли их подводили.

– Всем вместе?

– Совершенно верно! – Руфим снова улыбнулась, а в её глазах появился огонёк азарта. – Понимая это, какой вывод мы можем сделать о словах Гораполлона?

– Это была... частичная правда. Которая всех запутала? – Рэй начал ворошить свои и без того лохматые волосы, как делал каждый раз, когда нервничал, что происходило с ним постоянно.

– Блестяще! Что ж, ответим на последний вопрос? Что объединяет Птолемея, Клеопатру и Рамзеса?

Все трое покачали головами.

– Классическая ситуация. Вы рассуждаете сложнее, чем это от вас требуется. Господин Рэй.

Тот вздрогнул.

- Напишите, пожалуйста, в своей табуле эти имена.

- В строчку? Или столбик?

- Как вам будет угодно.

Рэй в спешке начал водить пером. В какой-то момент он нахмурился и остановился:

- Буквы…?

Голова Руфим довольно склонилась.

- Буквы.

Широйя засмеялся. Лекс сдержалась, но им обоим было явно весело наблюдать за происходящим.

– Надеюсь, студентам лингвистической академии не нужно объяснять, что имена имеют свойства менять своё звучание и написание в разных языках?

Дейн, отвечая за всех, утвердительно закачал головой.

Совершив череду быстрых действий в табуле Рэя, Руфим повернула её к остальным.

Два имени Птолемея и Клеопатры были последовательно записаны в три строки. Латинские Ptolemaeus и Cleopatra читались легко. Πτολεμαῖος и Κλεοπάτρα на древнегреческом интуитивно угадывались. В древнеегипетском же Дейн видел только привычный набор из геометрических фигур, львов и птиц.

– Так лев – это "л"? – нос Кенты почти коснулся карточки Рэя.

Дейн подвинул его плечом:

– А квадрат – это "п"?

– И тогда полукруг – буква "т", – Рэй втиснулся между ними и забрал свою табулу.

Руфим прикрыв глаза медленно кивнула.

– Итак. Финальный штрих. Картуш Рамзеса. Что можете сказать?

Дейн впервые взглянул на символы в овале с настоящим интересом. Выполненный вертикально, он содержал всего четыре элемента, и всё же. Две последние буквы "с" они уже могли прочесть, опираясь на такой же символ в имени Птолемея. "М" выглядела иначе, но всё-таки угадывалась. Оставался человечек с соколиной головой и кружком сверху.

Высказав свои предположения, Дейн замер удивившись собственной догадке. Он ткнул пальцем в человечка:

– Бог Ра?

– Прекрасно!

Дейну ещё не доводилось видеть Руфим такой довольной.

– Думаю, на том поваленном камне можно расположиться с достаточным для записи ответов удобством, – она указала в сторону двора.

Дейн, Кента и Рэй обменялись обрадованными взглядами. Все компанией они двинулись к залитой солнцем площадке.

– Профессор, – Рэй задержал перо над табулой. – А разве нам зачтут ответы, которые фактически нам дали вы?

Кента прищурился и прекратил писать.

– Я дала вам знание. И что ещё важнее – понимание. Разве мы тут не за этим?

– Но... Это ведь повлияет на экзаменационные баллы...

– Да кого они волнуют?

С расширенными глазами все трое хмыкнули. Росчерки перьев побежали по табулам. Дейн улыбнулся себе под нос. Увидев, что они закончили, Руфим развернула запястье:

– Осталось чуть больше, четверти часа. Не желаете продолжить экскурсию в нашей компании? – она склонила голову, указывая на Лекс и Широйю.

Кента первым закачал головой, выражая согласие. Дейн и Рэй с энтузиазмом его поддержали.

Когда протяжный горн обозначил окончание двух часов, они стояли на небольшом возвышении, являвшемся, по словам Руфим, остатками насыпи которая когда-то поддерживала так и не законченную входную группу ворот. Отсюда им открывался красивый вид на просторный двор и начинавшийся за ним колонный зал.

– Не люблю толпу, – Руфим сложила руки в замок. – Может быть пропустим других вперёд?

Остальные неуверенно пожали плечами.

– Не беспокойтесь, без меня ни одна лодка не тронется с места. Во всяком случае, точно не тронется Клеопатра Третья, а для нас там места хватит.

– Мне очереди тоже не по душе, – Широйя убрал руки в карманы штанов, проводив глазами вереницу спешащих студентов.

– В таком случае, экскурсия окончена! Благодарю всех присутствующих за приятную компанию, – Руфим едва заметно улыбнулась и обвела взглядом раскинувшиеся перед ними руины. – Немного перефразирую слова, приписываемые одному знаменитому историческому деятелю: “Тридцать веков смотрят на нас с высоты этих храмов”, – она мягко склонила голову. – Давайте хотя бы ненадолго ответим им взаимностью.

Дуновение ветра скользнуло по волосам, тёплый воздух наполнил лёгкие. На несколько минут они остались наедине с древнейшими из строений, созданных человеком.

Глава 65

Путешествие по Египту стало вторым событием, сказавшимся на атмосфере, царившей среди всего первого курса. В противоположность тишине, поглотившей спальное крыло в прошлые выходные, сейчас все только и говорили, что о прошедшей экскурсии. Древние руины странным образом пробудили предвкушение Хэллуина, до которого оставалось меньше двух недель. Разговоры о легендах возобновились с невиданной силой. Резко испортившуюся погоду начали называть дурным предзнаменованием, а кто-то даже смог увидеть в "невиданно раннем" первом снеге подтверждение пророчества о Тёмной Зиме, которая обязательно поглотит замок. Многие начали задумываться о костюмах на Хэллуин. Ожидаемо, тема мумий и фараонов вырвалась в лидеры, хотя каждый утверждал, что намерен сделать нечто уникальное.

Даже Митцуя на послеобеденном занятии в понедельник потратил четверть занятия на рассказы о том, где в замке можно было раздобыть интересные детали для костюма. Как оказалось, в Фэйбэле существовала специальная должность мастера по униформе. Закончив с восхвалениями её талантов, Митцуя пригрозил отобрать экзаменационные баллы у тех, кто тридцать первого октября окажется без костюма. То, что предстоящий экзамен будет по чужому предмету, его не беспокоило.

– Если я от кого-нибудь услышу вопрос про Хэллуин, тресну его вот этим сказочным сборником. Судя по весу, для этого его и составляли, – Кента провёл пальцами по корешку пухлой книги, торчавшей из его сумки.

– Поаккуратней с угрозами. Есть немаленькая вероятность, что этим кем-то окажется Митцуя, – Дейн засмеялся, посмотрев на помрачневшее лицо Кенты, плетущегося за ним по лестнице.

Кента угрюмо качнул головой, а взгляд Дейна выцепил среди их сокурсников Луку. В руках у него была зажата другая книга – поменьше, с тёмно-красной обложкой. Сам не понимая почему, Дейн задержался на её названии – "Перепутье сказаний и сказок". Лука помахал ему. Шедший рядом Хаварра кивнул. Позади них спускались Найт и Лоча. Несмотря на соседство, Дейн так и не успел с ними пообщаться. Лишь однажды Найт присоединился к ним в матче в в Трофейном Зале, но после прикрытия этих игр, они ни разу не разговаривали.

Свернув по обыкновению налево, Дейн повернулся к Кенте:

– Название "Перепутье сказаний и сказок" тебе ничего не напоминает?

– Ты про нашу книгу для чтения?

– У нас просто сборник сказок.

– Тогда нет. Тебе зачем?

– Увидел у Луки. Показалось что-то знакомое.

Кента пожал плечом и тут его взгляд замер.

– Ой-ёй.

Подойдя ближе, он скинул сумку на диван. Лекс читала, сидя за их столом.

– Прости. Я забыл, что у нас сегодня занятие…

– Дополнительное. О котором ты сам же и попросил.

Кента скосил глаза в пол.

– Нестрашно. Я как раз по этому вопросу, – Лекс улыбнулась и закрыла книгу. – Я тут подумала... Раз с октябрьскими дайвами так вышло... эти занятия, получается, пока не нужны. Задание мы выполнили, гостиницы друг от друга далеко – по дороге мы и так что нужно успеем повторить. А в ноябре решим по обстановке. Как вам?

Вскинув брови, она улыбнулась ещё шире и встала из-за стола.

Кента посмотрел на Дейна, тот только покачал головой, давая понять, что тут ему сказать нечего.

– Я не против, только... ты куда?

– За свой стол. Мы же отменили тренировки.

– А я думал, что ты будешь с нами на чтении...

Не понимая, к чему тот клонит, Лекс выдвинула подбородок. Потупив взгляд, Кента запустил пальцы под чёлку.

– На эту неделю я указал в бланке Руфим "Третье королевство".

– Про которое я вам рассказывала, что читала в сентябре? – глаза Лекс сощурились.

Кента, поджав губы, кивнул.

– Вы же специально её выбрали?

– Нннннннн... да. Извини.

Кента снова повернулся к Дейну, но тот засел за своей сумкой, удачно разместившейся на столе перед его лицом.

– Спасибо за честность.

Покачав головой, Лекс всё же опустилась на диван, доставая книгу обратно.

– И кто изобрёл этот коварный план?

Дейн, обрадовавшись разрешению ситуации, убрал сумку и отрицательно замотал головой. Лекс перевела взгляд на Кенту.

– В прошлый раз ты мне помогала с рассказом... – он виновато улыбнулся. – Я подумал, что Дейн со мной промучился уже полтора месяца...

Осознав, что сказал, что-то не то, он замолчал, глазами прося помощи у Дейна, но тот упорно делал вид, что искренне увлечён своим "Сборником сказок".

– Нуу, можешь не продолжать. Но на будущее... Я вот добрая. Но всё-таки до какой-то степени. Никто не знает до какой, и в наших общих интересах этого не выяснять.

Кента активно закивал, и тут же закивал Дейн.

– Спасибо!

Осознание, что иногда помощь с подтягиванием успеваемости Кенты может оказаться не только на его плечах, стало неожиданно приятным.

– А эта фишка с честностью… как долго работает?

Вопрос Кенты заставил Дейна поперхнуться воздухом.

– На семестр не хватит.

– А если, скажем, на месяц?

Левая бровь Лекс поползла вверх.

– Шучу, шучу, – Кента засмеялся и поднял руки, показывая поражение. – А это можно убрать?

Он указал на два зелёных свёртка, лежавших по центру стола. Каждый был перевязан тонкой лентой.

– Когда я пришла, они тут уже были.

Дейн и Кента напряжённо переглянулись. Рука Дейна медленно потянулась к ближайшей прямоугольной упаковке.

– Что-то лёгкое.

Под любопытствующие взгляды он развязал ленту и снял обёрточную бумагу. Белая тонкая книжка с картинками отразила свет фонаря своей глянцевой поверхностью.

– Это комикс.

Дейн с недоумением пролистал страницы. На стол выпала записка:

"Любое чтение имеет ценность.

Когда оно самостоятельное".

Кента приоткрыл рот, но ничего не сказал. Дейн взял второй свёрток – на сей раз что-то более увесистое овальной формы. Быстро разобравшись с упаковкой, он извлёк тёмно-фиолетовый футляр.

– Открывай, – Кента перешёл на таинственный шёпот.

Пальцы Дейна зажали и подняли крышку. Ещё один предмет заиграл бликами огоньков – линзы новых очков с прозрачными дужками.

Дейн нахмурился, но улыбнулся. Примерив подарок, он повертел головой по сторонам.

– Они лучше моих.

Несколько раз сняв и надев их обратно, он, наконец, остался в очках.

На этот раз записки не оказалось.

– Так это от Руфим? – Лекс переводила удивлённый взгляд с одного на другого.

– Видимо... – Дейн почему-то не мог поверить, что их преподаватель чтения была человеком, способным на подарки.

– Поздравляю. Жалко, комиксы на эту неделю уже не заявишь – я бы и сама почитала, – она заглянула через плечо Кенты в книгу, которую тот не без интереса листал.

– Кстати, о чтении... Тебе название "Перепутье сказаний и сказок" ни о чём не говорит?

– Это та знаменитая книжка, за которой гоняется вся академия?

– Знаменитая?

– Ну, со стихом про страшную зиму, или как там. Не помню. Флоранс же про неё рассказывала.

Дейн наконец-то понял, где слышал это название, и почему оно его заинтересовало. Он постучал пальцами по столу:

– Кажется, я знаю, у кого её можно позаимствовать.

Глава 66

До конца недели пообщаться с Лукой Дейну так и не удалось, в пятницу же мысли о книге совсем вылетели из головы. После обеда в расписании стояло новое занятие с Варанеем. За прошедший месяц они ни разу не проходили мимо "Колизея". Возвращения туда Дейн ждал и боялся больше, чем чего-либо другого. Множество раз он воображал, как снова попадает в тот день в свою квартиру или как переносится в деревню к молодым ещё бабушке и дедушке. Представлял, что получится оказаться во дворе, времён его расцвета – когда футбольные ворота могли не только считать голы, но и задерживать в своих не исчезнувших тогда ещё бесследно сетях и сам мяч. В конечном счёте, в прошлый раз он сам его выбрал. Значит, не Вараней решал, куда их отправлять и, значит, сегодня он сможет на что-то повлиять. Мысли о том, что именно он мог бы назвать, поглотили его, не давая уснуть до глубокой ночи.

– Я бы хотел посмотреть на наш шалаш, – Кента остановился на узком лестничном проёме, где им с Дейном нужно было разойтись. – Даже не помню, на каком дереве мы его сколотили – той посадки уже нет давно.

Он вяло улыбнулся и, кивнув на прощанье, свернул направо. Дейн занял сводный балкон слева. Пальцы нервно забарабанили по подлокотнику. Внизу Вараней, как и в прошлый раз приветственно махал всем прибывавшим. В этот раз он казался даже счастливее, чем в первую их встречу. Несколько долгих минут спустя он наконец поднялся и, заложив руки за спину, вышел в центр. Он остановился на пятачке, освещаемом тусклым солнечным светом, пробивавшемся через октябрьские тучи.

– Безмерно рад видеть всех вас снова в этих стенах, – Вараней изобразил лёгкий поклон. – Полагаю, сегодня длинные речи нам не понадобятся, не так ли?

Дейн с трудом мог различить с высоты лицо профессора, но он был абсолютно уверен, что тот широко улыбается. Это чувствовалось в распевной интонации его голоса.

– Конечно, же вы ждёте от меня нового вопроса. И я непременно его задам, – Вараней поднял в воздух указательный палец. – Подумайте о каком-нибудь приятном блюде. Какое из них вызывает у вас тёплые воспоминания?

Череда картинок побежала перед глазами. Как много всего он смог разом вспомнить, и как важен был выбор, что ему предстоял.

Глава 67

Молодая картошка с огорода на даче. Самодельные котлеты бабушки. Пломбир, настоящий из самого детства. Самые дешёвые сухарики, которые все ели во дворе. Куда они пропали? Пирожки с мясом и рисом, которые дедушка покупал по дороге с больницы. Или всё-таки молодая картошка? Что могло быть вкуснее, да ещё на свежем воздухе? Мысли почему-то вернулись к пирожкам. Говоря по-честному, они были не настолько вкусны, ведь зачем мясу рис? Логичнее делать нормальные пирожки с мясом. А может всё-таки котлеты? Они всегда их ели дома. Если выбрать котлеты, скорее всего, снова попадёшь в квартиру. Но ведь это же прекрасно. Возможно, это будет другой год, и получится вспомнить что-то новое? Что-то давно забытое. И всё-таки пирожки?

Воспоминания о пирожках с мясом и рисом никак не отпускали. Время на размышления заканчивалось. В этот момент пришло понимание.

Молодую картошку всё ещё можно было где-нибудь выкопать. Бабушка, хоть и редко, но всё-таки жарила свои котлеты, и никогда не отказывала, если попросить. Те самые сухари и пломбир больше не продавались, но что-то подсказывало, что где-нибудь, если очень постараться, можно найти что-нибудь похожее. А вот те пирожки с рисом... Кто теперь расскажет, что за рецепт у них был? Да и «так себе» они казались тогда – в детстве, когда хотелось побольше мяса. Сейчас пирожки с мясом вокруг на любой вкус, а те самые уже не найти. Это осознание породило непреодолимое желание съесть пирожком с мясом и рисом. В конечном счёте, за предстоящие годы обучения в академии побывать в разных местах, им, наверное, ещё доведётся. А вот загадать любимую еду второй раз, скорее всего, уже не предложат.

– Готовы? – Вараней улыбнулся и, подмигнув, взмахнул ладонью.

В сгущающемся полумраке купол начал медленно опускаться. Тонкие белые буквы выстроились в надпись:

"Пирожки с мясом и рисом".

Глава 68

Яркий запах поджаренного теста ударил в нос.

За прямоугольной стойкой торговала приветливая женщина в белом фартуке. Проезжающие за её спиной машины показались непривычно тихими. Дело было, конечно, не в автомобилях. Дело было в их количестве – слишком малочисленном для одной из главных улиц города в середине дня. Погода стояла отличная и, судя по молодым ярко-зелёным листьям, сейчас был май.

– Пожалуйста, – открыв круглую крышку, женщина извлекла два свежих, пышущих жаром пирожка и протянула их девушкам. Глядя на их одежду, можно было предположить, что они учились в старшей школе.

Одежду, которую не носили уже лет пятнадцать. Лекс засмеялась.

– И правда. Тут же раньше липы росли, – она подняла голову, с благодарностью кивнув создававшим тенёк ветвям.

Лекс втянула носом аромат свежеподжаренных пирожков. Подогрев и без того разыгравшийся аппетит, он слился с запахом молодой листвы и свежей травы. Вместе они пробудили воспоминания, которые сейчас становились реальностью. Ощущения из детства – те самые, когда учёба подходила к концу, впереди поджидали три месяца приключений, а тебя окружали солнце, наполненный после прошедшего дождя озоном воздух, тепло высыхающего асфальта и цветение просыпающейся природы.

- А пирожки были неплохим выбором, – Лекс улыбнулась себе под нос и посмотрела вдаль. Там в самом конце этой длинной улицы виднелись крыши домов. Не её, но её стоял прямо за ними – рукой подать. Казалось, сейчас дедушка купит ей традиционный пирожок и они пойдут по этой улице домой. Скорее даже поспешат – в четыре двадцать по телевизору шёл её любимый мультфильм, на который они каждый раз рисковали опоздать. Вдвойне обидно было, когда они спешили так сильно, что времени на покупку пирожка не было, а серию почему-то отменяли.

"Интересно, сколько сейчас времени?” Может быть в этот самый момент пузатый ламповый телевизор в их квартире показывает одну из них? “Глянуть бы хоть глазком."

Но, кажется, перед телевизором она обычно не ела. Во всяком случае, ничего примечательного, что вспомнилось бы при вопросе о любимой памятной еде. "Может быть в другой раз".

– Что-нибудь желаете? Девушка? С пылу-жару, свеженькие!

Лекс вздрогнула. Продавщица обращалась к ней. Почему-то это показалось неправильным. Наверное, потому что в прошлый раз людей не было совсем, а тут появились и даже заговорили. Она приоткрыла рот и уставилась на белый листок с ценниками. Составленный от руки тёмным фломастером он казался забавным приветом из давно забытого прошлого.

"Пирожки с капустой – ужас, как можно их есть? Ладно, сейчас можно. Но тогда это были аутсайдеры среди пирожков. Пирожок с яйцом – был съедобен, но энтузиазма не вызывал. Пирожки с повидлом – уже вариант. Пирожок с мясом и рисом! Пирожок с мясом".

– Получается, пирожки с мясом тоже продавались?

– Что, простите?

– А? Нет, это я с собой.

Лекс изобразила безмятежную улыбку и побила по карманам – раздался звон монет – отлично! Ладонь извлекла солидную горсть из всех возможных номиналов. Взгляд начал бегать между ними и ценниками.

– Два пирожка с мясом и рисом. Нет. Давайте три.

– Конечно! – женщина засмеялась.

Пирожки с мясом стоили дороже остальных – на несколько рублей. Но в те годы несколько рублей считались деньгами – на них можно было что-нибудь купить. Те, что с рисом, шли за ними.

– Держите!

Лекс забрала протянутый пакет. Ладони обдало жаром. Осторожным движением она извлекла один пирожок, обёрнутый в бумагу. Пакет с двумя оставшимися отправился в карман штанов. Лекс шагнула поближе к липе, чтобы не мешать прохожим и новым покупателям. Глубоко втянув горячий пар, она разом откусила добрую четверть крепко сжимаемого двумя ладонями пирожка.

– Бовэ, как вкуфно.

Малочисленные машины продолжали проезжать мимо, скрываясь за поворотом.

"Интересно, как далеко можно отойти от этого ларька? Город так сильно изменился. Погулять бы".

– Пирожок купить?

Лекс вздрогнула.

– Ага.

– Нам пирожок с рисом и мясом.

Голос был до боли знаком. Голос, который она не слышала семь с половиной лет. Она медленно повернулась.

– Держите. А что у нас глазками?

– Вот, ходим, лечим. Спасибо!

– Поправляйся, малыш.

– Обязательно, спасибо!

Горло сдавил ком. Глаза заволокла влажная пелена.

Мужчина и девочка двинулись дальше по улице.

Прерывисто вдохнув, Лекс вышла на середину тротуара. Она огляделась – ни книг, ни квитков от Варанея не было. Две макушки – седая и с длинной до пояса косой уже начали теряться среди других прохожих. Страх холодной волной пролился по телу. Лекс побежала. Затормозив за пару метров, она, наконец, перешла на шаг.

– И зачем ты её сняла?

– На доске были примеры. Я их не видела.

– Тебе врач что сказал? Снимать только на переменах и по вечерам. На уроках нужно сидеть в повязке, чтобы второй глаз работал. Иначе он так и не научится нормально видеть.

– Он нормально видит. А я цифры прочитать не могла.

Лекс засмеялась, и слёзы сами полились по щекам. Они подходили к перекрёстку, впереди загорелся красный. Девочка остановилась слева, не доставая ей даже до плеча. Розовый самодельный овал из плотной мягкой ткани красовался на правом стекле очков. Ей нравился цвет, но как она не любила носить эту штуку! И ведь в итоге она не помогла – все эти страдания прямо сейчас напрасны. Эта мысль снова заставила Лекс улыбнуться, и она тихо, как только получилось, шмыгнула носом. Ладонь скользнула по щекам, будто бы убирая, мешавшиеся волосы.

Загорелся зелёный, и Лекс снова отстала на несколько шагов. Никогда в жизни она не ходила так медленно, но сейчас, больше всего на свете, ей хотелось, чтобы они остановились где-нибудь – где угодно, просто постояли и поболтали. Но, конечно, она знала. Знала, что они спешат, знала, что дорога до дома занимала пол часа. Пол часа от больницы. От развала с пирожками минут двадцать, в лучшем случае двадцать пять. От этого перекрёстка десять или пятнадцать. Это были самые нечестные пятнадцать минут. В прошлый раз они сами решали, когда уходить. В этот раз должно было быть так же. В этот раз это было гораздо нужнее.

– А что за синяки?

– Где?

– Вот – на руке.

– А. Подралась.

– Когда подралась?

– Позавчера ещё.

– С кем? Тебя в школе обижают?

– Нет. Там наоборот было. Девочки Литу обзывали. Я заступилась.

– А Лита что?

– Она не слышала. Я слышала и заступилась.

– Сама что ли драться полезла?

– Ну не сразу. Я говорила замолчать, а они продолжали.

– Драться нехорошо.

– А если друзей обижают? Кто-то же должен заступаться.

– Друзей защищать – это хорошо. Но ты поаккуратней. Если побьют?

– Не побьют. Я же сильная, де.

– Ну ты-то сильная. Кто спорит.

Они засмеялись. А Лекс задержала в груди вдох. Впереди показался их двор. Время замедлилось. Они шли, говорили и шутили. Их подъезд был на противоположной стороне большого двора. На преодоление которого нужно было две минуты. Сдерживать слёзы больше не получалось. Они ручьями потекли по щекам, предательски размывая очертания. Ей хотелось обогнать их, очень хотелось. Но она боялась, что это всё испортит, и тогда всё закончится. Решившись на риск, она быстрыми шагами свернула в сторону, и перейдя на бег, по дуге обогнула двор так, чтобы оказаться у подъезда немного раньше. Чтобы успеть хотя бы раз посмотреть в глаза, которые не видела так давно.

Сердце бешено колотилось, лицо совсем опухло, но в тени огромного куста, затенявшего лавочку у подъезда, это было не так заметно. На лавочке лежал библиотечный бланк. У неё получилось.

– Мы успеваем?

– Да успеваем, успеваем. Ещё вон – время даже ещё осталось.

Две фигуры, держась за руку, прошли мимо неё. Заиграл звук открытой домофонной двери.

– Я скучаю, де.

Глава 69

Утро субботы встретило Фэйбэл мягким снегопадом. Большие пушистые снежинки плавно опускались на карнизы окон и балконов. Небо приобрело глубокий свинцовый цвет, отливавший вдалеке синевой.

Дейн пролежал в кровати практически до обеда и планировал оставаться там дальше, но между штор, протиснулась голова Кенты.

– Не спишь?

Дейн откинул голову и закрыл глаза.

– Я тоже еле встал.

Дейн почувствовал, как кровать просела.

– Может в библиотеку сходим?

Левый глаз Дейна в мгновение распахнулся, сразу за ним правый. Оба он скосил на Кенту.

– У тебя всё хорошо?

– Это единственный повод, который я смог придумать, чтобы встать и не проспать до вечера.

– Считаешь проспать до вечера в читальном зале продуктивнее, чем в кровати?

– Так нам не надо в читальный зал. Я думал книгу Варанея взять. Пока её не разобрали. Как в прошлый раз.

– А, – Дейн приподнялся на локтях и поёжился – прохладный воздух мгновенно забрался под одеяло. В следующую секунду в лицо прилетела стянутая Кентой со стула униформа.

***

– Мои первые посетители за сегодня. Добрый день!

Харрис бодро улыбнулся, выглянув из-за горы книг, сложенных на стойке. Подперев подбородок, он элегантно облокотился на ту, что была поменьше. Его серый костюм-тройка, с вновь оставленным на спинке стула пиджаком, сливался с туманом, затянувшим пейзаж за окнами.

– Доброе утро! – зевая, Кента протянул два квитка.

– Решили прийти сразу? Хорошее решение. Не против самостоятельно выбрать себе экземпляры? – Харрис скосил взгляд на опасно пошатнувшуюся стопку у своего правого плеча. – Пока выбор ещё есть.

– Да, конечно, – Дейн сделал шаг и остановился, не представляя, куда идти.

– Левый ряд, предпоследняя секция, нижние полки. Фиолетовый корешок.

– Спасибо! – Дейн кивнул Кенте и они нравились вдоль прохода.

Очевидно, часть книг хранилась в запасниках, и всё же несколько штук они нашли достаточно быстро. Пока Дейн пытался вытащить хотя бы одну из плотно заставленной полки, Кента бродил вдоль стеллажа.

– Денни.

– М?

– "Перепутье сказаний и сказок" – это не та книжка, которую ты хотел у Луки попросить?

– Та.

– Можешь не просить.

Дейн обернулся. Красный корешок с позолоченными буквами смотрел на него с противоположной полки. Забыв про попытки вызволить книгу Варанея, он быстро поднялся и вытянул "Перепутье". Старенький томик был изрядно потрёпан, краска на некоторых буквах почти слезла. Под заинтересованный взгляд Кенты он раскрыл книгу на середине: пожелтевшая бумага, шрифт под старину, текст в две колонки – ничего необычного. Он пролистал страницы сначала вперёд, затем обратно: небольшие рассказы с классическими цветными иллюстрациями. Очевидно, чтобы найти знаменитое пророчество, книжку следовало начать читать полностью, а, судя по названиям сказок, на роль таинственного знамения тут могла претендовать каждая вторая.

Он снова пролистал страницы, уже медленнее, и тут его пальцы остановились.

– Что-то мне подсказывает, что «то самое» предсказание мы тут не найдём.

Из середины книги на них смотрел неровный край вырванной страницы.

– Наверное, надо показать Харрису?

– Ага. Но, сначала надо выкорчевать из этой полки хотя бы один экземпляр для Варанея.

– Удачи, – Кента направился к окну, за которым усиливался снегопад.

Десять минут спустя они обнаружили Харриса в окружении нескольких башен из книг.

– А вы придирчиво выбирали.

– Да не то чтобы... – Дейн вытянул губы и, вскинув брови, положили поверх двух фиолетовых экземпляров красный том "Перепутья". – Мы заметили её... и там... вырвана страница в середине.

– Это не мы, – Кента быстро закачал головой.

– Ох. Благодарю, за неравнодушие. Второй случай за месяц. Надо бы сообщить госпоже Ама́лии, что ситуация начинает принимать нездоровые обороты.

Харрис пролистал книгу, вздохнул и убрал её под стойку. Затем придвинул толстый журнал и, раскрыв его ближе к концу, начал медленно водить пальцем по какому-то списку.

– Подскажите, господин Широйя вам знаком?

Дейн кивнул.

– Среди первокурсников последний том сейчас у него. Пожалуйста, попросите его при встрече по возможности вернуть свой экземпляр "Перепутья сказаний и сказок" пораньше. Пора убрать эти книги из открытого фонда. Так будет лучше и для их сохранности, и для душевного спокойствия студентов.

– Мы передадим.

Кента согласно затряс головой, и они направились к выходу.

– Полезное дело сделали. Новые идеи есть?

– Поесть.

Дейн почувствовал, что пропущенный завтрак начинает давать о себе знать, а морозный воздух, пробравшийся в замок, только разгонял аппетит.

– Одобрено.

Как это всегда бывало, в обед Атриум наполнился аппетитной смесью запахов, на этот раз жаркого, супов и свежевымытых овощей. Дейн сглотнул, прикидывая, сколько всего в него сейчас уместится. Они с Кентой набрали полные тарелки и посмотрели по сторонам.

– Предлагаю сесть поближе к камину, – Кента поёжился.

– Одобрено. А хотя... – взгляд Дейна задержался на рядах Атриума. – Не хочешь поболтать с Широйей?

– Пока «Перекрёсток» ещё у него?

Расположившись на среднем уровне, Широйя вертел в руках палочки, наматывая на них лапшу. Получалось не очень умело, но, судя по его виду, он никуда не торопился.

– Привет! Не занят?

Широйя поднял голову так, чтобы капюшон, нависавший над глазами, не загораживал обзор. Он отрицательно качнул головой:

– Привет.

Дейн опустился на скамью рядом, а Кента сел на ярус ниже, поджав под себя скрещенные ноги.

– Мы на счёт "Пересеченья...."

– Перепутья?

– Ага. На счёт него.

Дейн ждал какой-то реакции, но Широйя продолжил попытки намотать лапшу.

– Оно же ещё у тебя?

– Ага, – палочки отправились в рот. – Вам оно нужно?

– Честно говоря, интересно было бы посмотреть.

Дейн слабо улыбнулся и поспешно добавил:

– Но вообще нас Харрис попросил подойти.

Широйя продолжал попытки приловчиться к палочками и одними глазами изобразил вопрос.

– Книги начали портить – он хочет их убрать из выдачи, – балансируя на краю скамьи, Кента нацепил на вилку котлету. – Попросил занести пораньше, если сможешь.

– Да без проблем. Хотите вам отдам. Потом занесёте.

– Так, наверное, не принято... – Кента скосил глаза на Дейна.

– В прошлый раз нам разрешили взять книгу у Хайма... но, наверное не принято. Не знаю.

– А. Ну да. Ну, можете так взять. Потом вернёте мне – я отнесу.

Широйя пожал плечами и отправил в рот новую порцию лапши.

– Правда можно?

В Дейне проснулось предвкушение обладания сокрытыми знаниями.

– Так вам же она нужна. Мне не жалко.

Отставив в сторону тарелку, Широйя потянулся за сумкой и достал из неё тёмно-алую книгу. Поднос Кенты тут же оказался на скамье, и он прыжком переместился на свободное место между Дейном и Широйей.

– Триста девяносто четвёртая страница, – Широйя передал ему книгу. – Только на многое не рассчитывайте.

За несколько секунд долистав до нужного места, Кента пошире раскрыл книгу. На пустом жёлтом полотне располагался одинокий стих.

Когда в долину снег придёт,

И солнце с неба пропадёт,

То станет первый только знак –

В тот день накроет замок мрак.

Запомни, лёд – твой главный враг!

Когда поймёшь, что это так,

Сомкнутся горы, рухнет трон –

Отныне замок обречён!

– Чего? – левая бровь Кенты скрылась за чёлкой.

Прищуренные моргающие глаза Дейна красноречиво говорили, что он не знает, как это комментировать.

– Можешь ещё саму сказку целиком прочитать. Узнаешь про увлекательное путешествие принца в соседнее королевство. У него туда принцессу похитили. История на любителя.

Дейн хмыкнул, забрал у Кенты книгу и, быстро пробежав глазами все восемь страниц, которые занимала сказка, громко засмеялся:

– Серьёзно что ли? Это вот с этим весь замок носится?

Кента спрыгнул обратно на нижний ярус и, перебарывая смех, вернулся к пюре и котлетам. Широйя ухмыльнулся и медленно кивнул.

– Если заинтересуют другие страшилки, рекомендую поболтать с Самиром. Он у нас очень умный и додельный. Но, если нужен краткий спойлер – там одна история забавнее другой.

– Спасибо! Я даже проснулся, – прекратив смеяться, Дейн протянул книгу обратно Широйе.

Тот же, убрав её в сумку, усмехнулся ещё громче. Кивком он указал на проходившего мимо них внизу Самира, который вёл оживлённую беседу с профессором Флоранс.

– У этого замка больше шансов разрушиться от размеров самомнения таких персонажей, как они, чем от камнепадов и сугробов.

Глава 70

Поход в библиотеку стал главным достижением выходных, которым Кента начал гордиться ещё сильнее, когда во время занятия в читальном зале Руфим решила напомнить, что книги профессора Варанея также являются частью программы, а половина семестра уже позади.

– Удивительно – я сегодня даже не засыпал, – вставая из-за стола он широко потянулся, задев сразу несколько лиан.

– Очевидно, комиксы действуют на тебя лучше, чем книги, – Лекс хмыкнула, указав на белую обложку, торчавшую из его сумки.

Дейн довольно хрустнул пальцами, затёкшими от тяжести книги, с которой он необдуманно провёл полчаса в полулежачем положении:

– И, очевидно, читать, сидя рядом с живым словарём, удобнее, чем искать каждое второе слово в табуле.

– На этой неделе мы не мухлевали. Живой словарь сам заинтересовался моими комиксами.

– Это правда, – Лекс вытянула губы трубочкой и закачала головой. – Нужно будет спросить у Руфим разрешение взять их себе на следующей неделе.

— Меняю на месяц помощи с чтением в ноябре.

Сохраняя положение головы, Лекс скосила глаза вправо:

– Ты же понимаешь, что шантаж – не лучшая база для долгосрочных отношений, а у Руфим наверняка больше, чем один выпуск?

– Возвращаемся к тактике честности?

Лекс медленно кивнула.

***

– Если честно, Руфим права – мы ещё не открыли ни одной книги Варанея. – Дейн остановился у входа в спальное крыло. – Лекс, ты их читала?

Она отрицательно покачала головой.

– Может сейчас и посмотрим? Первую скоро сдавать обратно.

– А за второй я ещё даже не ходила.

– Мы ходили.

– Это мне, получается, не придётся? Отличный план, давайте глянем.

– Тогда приглашаю всех к себе.

– А может ко мне? – Кента махнул рукой в сторону видневшейся невдалеке решётки.

Остальные пожали плечами.

***

– Я теперь понимаю, почему ты к себе позвал, – Дейн протяжно выдохнул.

Кента, успев переодеться в пижаму, сидел на подоконнике, делая вид, что разгребает беспорядок. За пол часа, что они пробыли у него в комнате, он успел трижды переложить все предметы с места на место.

– Я убираю для вас стол, слушаю и не перебиваю. Это максимум, на что я способен. Что ещё вы от меня хотите?

– А рамочку ты протираешь, чтобы...?

– Это подарок Митцуи. Я проявляю уважение. Тут, между прочим, ваши же лица.

Он вытянул руку вперёд, сжимая фотографию за верхний край.

– Ты что с нами сделал?

– А?

Дейн ткнул пальцем в размытые оранжевые пятна. Кента развернул рамку.

– Чего?

Дейн спрыгнул с кровати и подошёл к нему. Кента потыкал пальцем по изображению. Картинка сдвинулась: оранжевые блики сменились тёмно-серыми. Голова Лекс с любопытством склонилась над фотографией. Несколько хаотичных движений отдалили кадр. В нижнем углу появилось что-то сине-зелёное. Два отдаления спустя на них смотрел Митцуя. Сияя своей самой широкой и довольной улыбкой, он показывал пальцами галочку «V». Вся группа стояла по правую и левую стороны от него.

Они засмеялись.

– Приберёг лучшее место для себя, – Дейн отнял фотографию у Кенты и начал вертеть в руках.

На задней стороне изумрудный камень ромбовидной формы издавал лёгкое свечение. Методом проб получилось понять, что именно он включал рамку. После этого касания самой фотографии приводили её в движение – изображение можно было поворачивать и приближать. По их прикидкам, дальность этого приближения соотносилась с предметами, которых коснулся дым, но уверенности ни у кого не было.

– Дай сюда, – Кента забрал фотографию обратно, приблизил так, чтобы в кадре остался только камин, и нажал на ромб. Тот потух, а изображение перестало двигаться. – Буду представлять, что это мой настольный камин.

– То есть мы и Митцуя тебя не устраиваем?

– Вас я и так каждый день вижу.

– В отличии от каминов, которых в замке днём с огнём не сыщешь?

– Не в моей комнате.

– А Митцуя в этой комнате бывал? – Лекс с любопытством подняла голову из-за книги, к чтению которой только-только вернулась.

– Может когда-то и бывал. Он же тоже когда-то учился, – Кента задумчиво посмотрел в окно, где на фоне таявшего снега и фиолетового неба, желтели окна замка.

– Если он вообще учился в Фэйбэле, – Дейн присел на угол стола. – Вряд ли тот огромный вокзал построили только для нас.

– Я об этом думала. Но по дороге сюда из поезда не было видно ничего такого, даже станций не было.

– Фэйбэл тоже плохо видно с железной дороги, – Кента пожал плечами. – А может мы только первая станция на маршруте? Куда-то же рельсы дальше ведут?

– Может быть. Но чтобы это узнать, нужно перейти хотя бы во второй семестр, а для этого нужно не завалить завтрашний дайв, – Лекс зевнула и положила книгу на прикроватную тумбочку. – По-моему, я на сегодня всё.

– Но мы ведь решили октябрьскую задачку.

– Это дайв Митцуи. Я не удивлюсь, если он ещё что-то выдумает. Доброй ночи, господа!

Снова зевнув, Лекс махнула рукой и направилась к выходу.

– Она права. Я тоже хочу в пижаму. Спокойной.

– У тебя нет пижамы.

– Это не мешает мне в неё хотеть. Снов!

Глава 71

– Кого выбрали? – Митцуя отпил из своей белой чашки и пробежался глазами по каждому.

– Мы с Энжи будем будем Пайпер и Фиби.

– Ух ты, пошли по классике? Это же которые сёстры? Ведьмы, да? А их разве не трое было?

– С нами ещё Соня из группы Йоши.

– О, прекрасно!

– Я жду тыкву. Мне на кухне обещали найти пострашнее, – быстро шевелящимися пальцами Баки изобразил в воздухе кривой овал.

– Тыквоголовый Джек?

– Не – просто Пугало.

– А. Это ещё лучше! Остальные? – Митцуя постучал мизинцем по чашке. – Так-так-так. Расстраиваете своего любимого куратора. Придётся это исправлять, – он ухмыльнулся и плавно указал рукой на дверь дайва. – Прошу.

Глава 72

На этот раз фотография на доске была более, чем красноречива. Множество огоньков пронизывали лес витиеватыми дорожками, а на фоне оранжевого закатного неба ясно читался силуэт колеса обозрения. Забрать изображение с собой было нельзя, но этого и не требовалось – слово "парк" было понятно на всех языках. Во всяком случае, на том, что нужен был для прохождения дайва.

– Даже фотографии совпадают, – Лекс взглянула на доску Кенты и кивнула в сторону выхода.

– Чувствую подвох.

– А я вчера предупреждала. Ну... По крайней мере, в этот раз место одно – можно сильно не спешить.

Спустившись на улицу, они побрели в сторону центра. Запахи хвои и сухих листьев наполнили воздух. В отличии от мрачной прохладной долины, окружавшей сейчас Фэйбэл, тут по-прежнему царила тёплая золотая осень. Только листьев на деревьях стало чуть меньше, а их охапки на земле чуть выше. Кента выразил желание попробовать узнать, куда им идти самостоятельно и, к его немалой радости, у него всё вышло даже быстрее, чем он ожидал. Видимо, парк был важной достопримечательностью города, о которой знал буквально каждый.

– Подозрительно легко, – Кента пнул кроссовком очередную горку ярко-красных кленовых листьев.

– Да и не только это, – Лекс указала рукой вдаль. Там впереди среди толпы маячила рыжая макушка Баки. Рядом, очевидно, шёл Курама, тёмные косматые волосы которого выделялись среди аккуратно уложенных причёсок местных жителей. – Это же ненормально, что мы их видим?

– Ненормально.

Через несколько минут стало очевидно, что шли они в том же самом направлении. Кента который ещё два раз предпринимал попытки попрактиковать язык и уточнить дорогу, растерял свой энтузиазм – можно было просто следовать за Баки и Курамой, и это явно привело бы их в место назначения.

Когда на горизонте на фоне неба появилось очертание кольца, последние сомнение отпали. По началу оно было единственным ориентиром, подтверждавшим, что впереди находится парк, но очень скоро в чаще тёмного леса начали вспыхивать огоньки. Мелькая по началу, вскоре они стали ясно различимы.

– Американские горки, – у Кенты загорелись глаза.

– Да это целая железная дорога, – голова Лекс повернулась вправо: подсвеченные фонариками рельсы тянулись на сотни метров, скрываясь за горой.

Улица, по которой они шли начала крутой спуск, теряясь в лесу.

Когда они оказались в низине, вместе с шелестом деревьев до них долетел тонкий звон. Вскоре к нему добавилась мелодичная трель и, наконец, игра флейт. Дорога, которая шла через лес утопала в тени, но сквозь мохнатые низкие ветви исполинских сосен проглядывались силуэты домиков и лавок. Подсвечиваемые круглыми бумажными фонариками они, как в сказках, указывали путь, не давая сбиться и свернуть в чащу. Людей заметно поприбавилось. Атмосфера праздника наполнила лес.

– Кажется, сегодня какой-то фестиваль, – Кента остановился на краю оврага, которым заканчивался лес.

– И мы все на него приглашены, – Лекс указала вниз. Там, по дороге, огибавшей опушку, шли Анкер и Энжи.

– В такие дайвы я готов ходит хоть каждую неделю.

Парк начинался на противоположной стороне оврага. Мерцающий огоньками, он был похож на гигантского огненного дракона, отдыхавшего на склоне горы. Огромное колесо обозрения с алыми светящимися кабинками напоминало круглую любопытную голову, с интересом наблюдавшую за посетителями, пока длинное тело, изгибавшееся кольцами рельс, вилось вдоль горных уступов, то взлетая далеко ввысь, то скрываясь в глубоких расщелинах. Довершали картину летавшие по ним вагончики, мерцавшие подобно всполохам пламени.

Кента и Лекс, улыбаясь, переглянулись и направились к широкому деревянному мосту, перекинутому через ущелье между ними и парком. Они потеряли из виду одногруппников, но сейчас им некуда было спешить. Поддавшись общему праздничному настроению, они неспешно брели вместе с толпой вдоль главной аллеи, глазея по сторонам.

Среди мощёных извилистых дорожек, длинных лавочек, волнами огибавших скальные выступы, множества магазинчиков с завлекающими запахами всевозможных угощений и ещё большего множества гирлянд, они погрузились в атмосферу вечного фестиваля. Как будто это было место, куда можно было прийти, и ты бы моментально перенёсся в другой мир, где не было места повседневным заботам. Где ноги сами вели бы по тенистым дорожкам, открывая за поворотами новые пейзажи, предлагая новое угощение и новую лавочку. И тогда, расположившись на ней со стаканчиком лазурного, незнакомого, но очень вкусного чая, можно было бы провожать закат под умиротворяющие пение флейт и переливы колокольчиков.

Незаметно для самих себя, Кента и Лекс вышли на широкую площадь. Прямо за ней на фоне тёмно-зелёного леса, скрывавшего крутой склон горы, возвышалось колесо обозрения. Ведомые любопытством, они направились прямо к нему. Длинная очередь выстроилась перед оградой. Откинувшись на неё спиной, в окружении всей группы, стоял Митцуя собственной персоной.

– А вот все и в сборе, – он хлопнул в ладоши и, подняв указательный палец вверх, показывая, чтобы его ждали, скрылся за калиткой.

– Кто-нибудь в курсе, что мы тут делаем? – Кента втиснулся между Дейном и Анкером и с ногами забрался на перила ограждения.

– Пришли кататься, – Юми приподняла стаканчик с пузырящимся напитком и указала им на колесо.

– Совмещать отдых с учёбой? Жестоко, – Кента подпёр подбородок кулаком и пространно посмотрел на медленно скользившую мимо него кабинку.

– Я вот лично туда вообще не собираюсь, – Баки активно закачал головой. – Мне тут на земле распрекрасно.

– Да ладно тебе. Даже я со своим страхом высоты такое не пропущу, – Дейн похлопал Баки по плечу.

– Я боюсь не высоты, а железок. Если там что-то сломается, предпочитаю спасать вас тут – внизу.

Энжи закатила глаза:

– Никого спасать не придётся.

– Отлично. Я с удовольствием понаблюдаю за вами отсюда. Попивая шипучий лимонад. Даже сделаю вам общее фото, – Баки махнул в сторону ларька, торговавшего фотоаппаратами с нашейными креплениями.

– Непременно сделаете, – Митцуя облокотился на ограду с внутренней стороны.

Когда все повернулись в его сторону, он кивнул, призывая следовать за ним, и, прямо по газону, направился куда-то вглубь территории аттракциона.

– Нам что... через забор лезть? – Анкер неуверенно обернулся к остальным.

– Можете отстоять очередь, если хотите, – Митцуя, как и всегда, даже не обернулся.

Кента, перекинув ноги, спрыгнул на другую сторону и направился за Митцуей. Дейн и Лекс перелезли через ограждение вслед за ним. Вскоре их догнали остальные, Баки с угрюмым лицом плёлся в самом конце.

Тропа, на которую они вышли, повела их к скале, а затем и вовсе свернула к пещере, оказавшейся просторным обустроенным тоннелем. Воздух тут был прохладным и влажным, но его всё так же наполнял аромат фестивальных угощений. В тех местах, где тоннель начинал раздваиваться, небольшие красные фонарики, вмурованные в пол, указывали направление движения.

– Смотрите, – Дейн махнул рукой куда-то вправо.

– Рельсы?

Ответом Кенте стал дребезжащий звук пронёсшегося вагона, увидеть, который им так и не удалось. Прогрохотав совсем рядом, стук колёс начал стремительно удаляться, затихнув вскоре в толще горной породы.

Следующий поворот вывел их на просторную площадку. Уставленная лавками, она напоминала зону ожидания на вокзале. Напольные фонарики уступили место жилистым подземным деревьям, обвитым гирляндами-светлячками. Такие отлично бы разместились перед домами в Рождество.

– Все тут? – Митцуя остановился и впервые оглянулся. – Великолепно. В таком случае, до отправления у нас минут десять. Попкорн? – он провёл рукой, указывая в сторону небольшого деревянного ларька в дальней части площадки. – Брать напитки не рекомендую. Если заботитесь о своей одежде.

Он тут же воспользовался своим же предложением и через минуту вернулся в обнимку с большим ведёрком. Крышка ведёрка имела прорезь, закрывавшуюся сразу после того, как из неё извлекали руку.

– А чего стоите? – Митцуя отправил большую горсть в рот и первым сел на ближайшую лавку.

Остальные последовали его примеру, а Баки направился за порцией попкорна.

– Я хотел вас похвалить. Вообще задание с Долиной Празднеств создавалось как запасной план. На случай, если кому-то очень сильно понадобится помощь. Такое испытание-подсказка. Но вы все прошли досрочно, поэтому я решил, что можно и повеселиться.

– То есть мы действительно будем просто кататься? – большие глаза Юми обрадованно загорелись.

– Именно! Совместим приятное с полезным.

– А в чём полезность? – Кента с подозрением поднял бровь.

– Скоро поймёте. Не переживайте – там ничего страшного. М... Ничего сложного.. – Митцуя поджал губы.

Рядом снова послышался стук, но в этот раз совсем медленный. В черноте скалы, скрывавшей рельсы, забрезжил свет. Красная вагонетка неспешно выкатилась из тоннеля, за ней следующая. Через минуту пять двухместных вагончиков выстроились в ряд в ожидании пассажиров.

Митцуя вернулся к ларьку, показал стоявшей в нём девушке пачку билетов и что-то сказал. Та закивала и скрылась, вернувшись с какой-то объёмной связкой. С довольным видом Митцуя направился обратно.

– Баки подал отличную идею. Думаю, вы захотите поснимать на память, – он протянул связку Анкеру, и тот снял с неё фотоаппарат.

Вскоре у каждого на шее висел собственный экземпляр.

– А он поменьше, чем тот... который вы мне подарили, – Кента повернулся влево, где сидели все остальные, и нажал на спуск.

– Да – они попроще. Некоторыми функциями не обладают.

– Это какими? – Анкер направил объектив на ларёк, стоявший между двух деревьев и тоже щёлкнул.

Кента открыл рот, но Митцуя его опередил:

– О, видимо, кто-то не стал рассматривать мой подарок. Советую получше повертеть его в руках. Обещаю, вы найдёте это занятным.

– А мы давно обнаружили, – Юми хлопнула в ладоши. – Нам ужасно понравилось.

– Подтверждаю! Фотография получилась очень детальная, – Баки закивал.

Анкер и Курама обменялись непонимающими взглядами.

– Кстати, у плёнки ограниченное количество кадров – двадцать четыре, если быть точнее. Не хочу, чтобы вы на всю дорогу прилипли к объективам. Не многим удаётся посмотреть на такие пейзажи. Пожалуйста, сделайте это своими глазами. Камерам хватит их кадров.

Юми побежала к краю площадки, чтобы успеть сделать общий снимок.

– Пожалуйста, занимайте места, – Митцуя протянул каждому по билету.

Курама запрыгнул в первую вагонетку. Кента и Лекс заняли вторую. За ними сели Дейн и Юми. Места в четвёртом вагончике предназначались Анкеру и Энжи, а последний пятый занял Митцуя. Отправив в рот очередную порцию попкорна, он расселся по центру и раскинул руки.

– Баки, ты, конечно, можешь продолжать там стоять, но без тебя поезд не тронется.

– Я отказывался кататься на колесе, а сюда тем более не сяду. И это не поезд.

– Можешь придумать другое название, только сядь.

Баки отрицательно закачал головой.

– Не хочется рушить магию, но придётся напомнить, что мы в дайве. Хоть это и невозможно, но если, всё-таки, с нашим чудесным экспрессом или рельсами, или чем угодно другим что-то случится, нас просто выкинет.

Баки приоткрыл рот и нахмурился.

– Хорошо. Но тогда прошу поменяться местами. Я знаю, что сидеть в носу страшнее всего. Мне там не нравится.

– Тут – пожалуйста. Если какая-то пара вам уступит...

Баки с надеждой повернулся к сидящим сзади, но в этот момент спереди раздалось постукивание. Курама улыбаясь, что было большой редкостью, чеканил пальцами по кожаной спинке пустого сиденья рядом с собой:

– Меня это место полностью устраивает. Я отсюда не перееду.

– Но я правда не хочу там сидеть. Не могу. Это будет не отдых, а кошмар наяву.

– С каждым твоим словом это место нравится мне всё больше, – улыбка Курамы стала ещё шире.

– Но... Ты...

Баки запнулся и поджал губы.

– Начало доходить, да? – Курама дёрнул бровями и постучал ладонью по пустому сиденью.

– Справедливо, – Баки обречённо качнул головой и направился к своему месту.

Когда тот наконец сел, к ним откуда-то из темноты вышел парень. Он закрепил каждому страховочную цепь, проверил, хорошо ли закрыты дверцы, и пожелал счастливой поездки.

– Давайте немного повеселимся!

Напутствие Митцуи эхом покатилось по сводам пещеры, и состав тронулся. Тёмная скальная порода отражала алый свет, которым подсвечивалась каждая кабинка. Ветер начал трепать волосы. Медленный разгон перешёл в резкий рывок на выезде из пещеры. Баки заорал так, что умудрился заглушить крики девочек. Все засмеялись. Пролетев так пару сотен метров, состав снова замедлился. Впереди за поворотом показался огромный диск колеса. За время, что они пребывали в пещере, солнце успело склониться над горизонтом. Красные кабинки начали сливаться с оранжево-фиолетовым небом.

– МЫ ЧТО ЛЕТИМ В КОЛЕСО ОБОЗРЕНИЯ? – Кента, расширив глаза обернулся сначала к Дейну, а затем к Лекс.

Та не моргая смотрела прямо. Она медленно повернула голову к нему и так же медленно кивнула. Её левая ладонь упала ему на колено, крепко сжав его пальцами. Кента нервно усмехнулся, сглотнул и вцепился своей рукой в её. Колесо неумолимо приближалось, а поезд пошёл на ускорение. Все заорали. Пальцы Кенты и Лекс сцепились, Баки практически обнял Кураму. Снова обернувшись, Кента увидел, как Юми схватила за плечо Дейна, а Анкер и Энжи вцепились в передние сиденья. Только Митцуя, громко смеясь, щёлкнул камерой.

Когда Колесо уже нависло над их головами, состав резко затормозил. В какой-то момент показалось, что он остановился, но, на самом деле, продолжал катиться – неспешно, будто они были на экскурсии в саванне.

Все уже успели выдохнуть, но до Колеса осталось совсем немного, а они так и не затормозили. Каждый по очереди обернулся, но Митцуя лишь кивал, показывая, что всё в порядке. Наконец, стало понятно, что должно было вот-вот произойти, и это понимание заставило всех вжаться в сиденья. Кабинки колеса одна за другой достигали земли и отсоединялись, уезжая в сторону. К моменту, когда их состав подъехал практически вплотную, последняя кабинка скрылась за поворотом и, только теперь они осознали, что сами сейчас сидят в точно таких же, и что каркас колеса освобождался для них.

Под бормотание молитв и составление завещаний, вагонетка Курамы и Баки подъехала к подножию колеса и, словно притянутая магнитом, медленно заскользила вверх. За ней последовали оставшиеся четыре.

Лекс нервно усмехнулась и, не отпуская ладони Кенты, свободной правой рукой сделала снимок.

– Таким Шаушанк вы ещё не видели, да?

Голос Митцуи теперь доносился откуда-то далеко снизу. Ветер принёс его вместе с сотней подхваченных его порывом листьев.

– Красиво, – Кента улыбнулся, повернувшись к заходящему солнцу.

– Красиво.

Они переглянулись и почему-то засмеялись.

Баки перегнулся через край и прокричал вниз:

– Давайте в следующем месяце сюда вернёмся! Это мой любимый дайв!

Засмеялись все. Раздалось несколько щелчков камер. Земля осталась далеко внизу. Утопая в лесах, она была похожа на полянку, обжитую мириадами светлячков. Небо постепенно краснело, но последние солнечные лучи ещё касались дальних багряных крон деревьев. Картина тёплого заката над зажигающимися огоньками лесного города, завораживала ещё больше на фоне тёмной зелёной скалы, возвышавшейся по левую сторону. Пахло вечерней росой. Хотелось глубоко вдохнуть и задержаться в этом мгновении. В окружении гор, заката и друзей.

Путь вниз был плавным и одновременно быстрым. Они успели разглядеть тропинки по, которым прибыли сюда пару часов назад. Кабинка Курамы и Баки мягко отсоединилась и покатилась вперёд. Когда все остальные последовали за ней, тросы, соединявшие составы, натянулись. Вагонетки снова превратились в единый поезд, который почти сразу начал набирать скорость.

Главная площадь парка скрылась за спиной, рельсы обогнули гору и побежали вверх. Когда после длительного подъёма впереди замаячил крутой спуск, крики вновь заполнили долину. Поезд полетел на полной скорости. Вцепившиеся в сиденья и соседей перестали чувствовать пальцы. Один крутой спуск почти сразу сменился вторым ещё более затяжным, а за ним последовал такой же крутой подъём. В какой-то момент под ними пролетело ущелье из гор пониже. Нырнув в него, рельсы побежали сквозь лес мимо домов и площадей – они оказались в центре Шаушанка. Вид пролетающих за секунды улиц и знакомых мест произвёл даже большее впечатление, чем их созерцание с высоты облаков.

– Внимание, поезд входит в тоннель!

Голос Митцуи сквозь закладывающий уши ветер едва долетел до передних кабин. Кента обернулся и увидел, как Митцуя, ухмыляясь, щёлкает пальцами. Повернувшись обратно, он погрузился в непроглядную мглу ущелья. Крики эхом отразились от стен, многократно повторяясь и усиливаясь. В какой-то момент, лишь на секунду, вспыхнул белый свет. Испытав пронизывающий ужас, Кента заметил впереди чьи-то бледные лица. Когда свет вспыхнул вновь, он обернулся и вот тут заорал по-настоящему. Те же серые лица, корча гримасы смотрели на него со спины. Холодный смех наполнил пещеру, перекрывая вопли и выкрики. Кента повернул голову вправо. Сердце замерло – рядом с ним на месте Лекс сидел человек с точно таким же серым лицом. Человек глядел на него с открытым ртом и, очевидно, кричал.

Свет потух вновь, а в голове полетели воспоминания. Это лицо, до ужаса пугающее, было до такого же ужаса знакомым. Перед глазами возникли дождливый вечер и кофейня на вершине горы. В следующее мгновение их место занял Митцуя, щёлкающий пальцами. Не то же ли он сделал в их их первый дайв на рыночной площади? Осознание накатило волной, смывшей страх. Раздалась новая вспышка, он обернулся – весь поезд был занят пассажирами всех возможных возрастов и внешности. Он засмеялся во весь голос. Очевидно, эта картина до ужаса напугала, сидевшую позади Юми, зато Дейн явно успел догадаться, и хохотал не меньше его. Свет потух. Судя по смеху, доносившемуся справа, Лекс тоже поняла, что произошло. Обстановка стала по-настоящему жуткой – теперь крики смешались с хохотом. Кента почувствовал, как по телу пробежала холодная дрожь.

Наконец, впереди забрезжил спокойный голубоватый свет, а поезд замедлил скорость. Новый участок тоннеля оказался просторнее. Его наполняли сталактиты, сталагмиты и... зеркала. Расставленные повсюду, даже свисая с потолка, они не оставляли шанса не заглянуть в них. Пожалуй, это был самый ужасающе-прекрасный способ намекнуть на разгадку дайва. Кента мысленно поблагодарил всех богов за то, что столкнулся с его решением совсем в других обстоятельствах.

В какой-то момент он случайно посмотрел в одно особенно большое зеркало, приближавшее отражённые объекты, и вид чужого бледного лица на месте своего заставил все имевшиеся у него мурашки пробежать марафоном по спине. Это картина внушила ему больше страха, чем незнакомые лица и крутые спуски с гор вместе взятые.

Вскоре зеркала стали появляться реже, зато между ними то тут, то там начали возникать прозрачные фигуры призраков и тёмные силуэты вампиров, сопровождаемые парадом трудно-узнаваемой нечисти. Большинство из них стояло неподвижно, кто-то махал рукой, но несколько раз, прямо над головами, пролетело нечто, касавшееся их то крыльями, то полами тёмных рваных одежд.

Когда этот участок, наконец-то, закончился пришло ощущение, что сил бояться уже просто не осталось. Мышцы по всему телу начали болеть от постоянного напряжения. Тоннель завершился пологим склоном горы, вдоль которого поезд продолжил своё неспешное движение. Очевидно, Митцуя снова щёлкнул пальцами, потому что всем вернулись их обычные лица.

Все выдохнули. Ветер начал казаться тёплым и приветливым, а погружающийся в ночь город, светлым и оживлённым. Мысли о том, как они сойдут возле какой-нибудь площади, закупятся напитками и закусками и пойдут гулять по этим мерцающим улочками, согревали что-то внутри.

Их маршрут снова отклонился от города. Впереди длинные цепочки рельс соединяли несколько гор. Поезд свернул на ближайший из таких мостов и начал подниматься по крутой дуге. Повторив подобные манёвры ещё дважды он свернул в сторону самой дальней горы. Новый мост был таким длинным, что его вершина терялась на фоне неба. Поезд пошёл на разгон.

– Юхуууу!

Ветер с новой силой ударил в лицо. Весь город раскинулся под ними. Они летели на встречу закату. И пропасти. Рельсы впереди обрывались.

Глава 73

Ощущение невесомости продлилось секунду. Кента упал на мягкую обивку дивана. Прямо на его глазах рядом приземлились остальные. По инерции они продолжали кричать и, лишь несколько мгновений спустя, тяжело дыша, наконец успокоились и откинулись на спинки.

– Вы... чудовищный... человек... Митцуя, – покрасневшее лицо Баки одновременно выражало ужас и восхищение.

– Но вам же понравилось? – Митцуя отправил в рот большое зерно попкорна, расплывшись в довольной улыбке.

– Понравилось. Давайте так больше не делать, – Анкер протёр рукавом очки и, не надевая их обратно, на ватных ногах пошёл к выходу.

– Пожалуйста, присядьте обратно! Мы не закрыли нашу полезную часть экскурсии.

Издав страдающий вздох, Анкер облокотился на спинку дивана.

Глаза Митцуи заинтригованно забегали:

– Какой костюм выбираете?

– Чего? – Баки стёр со лба пот и откинулся в кресле.

– У вас, Баки, он уже имеется. У Юми и Энжи тоже. Меня интересуют ответы остальных.

– Выбор подразумевает наличие вариантов, – Дейн нахмурился, всё ещё переводя дыхание.

– Всё верно. У вас был целый тоннель. Так что?

– Вы предлагаете нам вернуться и своровать костюмы из аттракциона?

– Конечно, нет, – Митцуя качнул головой. – Хотя на будущее идея неплохая. Но от вас мне нужно только название нечисти.

Не дождавшись ответа, Митцуя цокнул языком.

– Я знаю, где достать костюмы. Назовите мне того, кто вам нужен. И сутра найдёте всё необходимое возле кроватей.

– Если я выберу оборотня, сутра на меня будет смотреть голова волка? – Анкер выпрямился, в задумчивости сложив руки на груди.

– Можно отвернуть её в стену...

Митцуя пожал плечами и широкими шагами направился к каминной полке. Вернулся он уже с листом бумаги и пером.

– Все свои пожелания оставляем здесь, и можете быть свободны. Хочу, чтобы мои подопечные привнесли завтра в этот замок ужас и великолепие.

Глава 74

– ААА!

Два чёрных глаза глядели на него в упор, нечеловечески посмеиваясь. Дейн выскочил из кровати, влетев спиной в стол. Гигантская тыква, парившая над кроватью, плавно повернулась в его сторону. Глаза-прорези неестественно вращались.

– Не приближайся ко мне!

Продолжая верещать тыква полетела к нему, сделала оборот над его пригнувшейся головой и спикировала за спину на стол. Дейн попятился обратно к кровати, попутно захватив со стула свою форму. Глаза тыквы потухли. Сквозь широкую зубастую улыбку вырвались двое.

– Вигли! Фигли... – Дейн запахнул накидку. – Убью вас!

Две птицы, радостно заверещав, спикировали ему на плечи.

– Это ещё зачем?

Вигли слева, а Фигли справа начали в разнобой стягивать с него накидку. Дейн попытался отмахнуться и его взгляд пробежал по изножью кровати. Там лежало что-то сильно напоминающее мех.

– Ах, да.

Игнорируя птиц, он влез в штаны.

– Дайте мне хотя бы умыться. Или вы предлагаете мне в этом в душ идти?

Те, наклонив головы, замерли, и, наконец, поднялись в воздух. Долго радоваться этому Дейн, однако, не смог. Как только он вышел в коридор, спину обдало ветром.

– Что за...?

Теперь два птенца забрались под накидку, создавая видимость, что та парит в невесомости, и попутно задувая прохладный воздух.

– Вы издеваетесь... – Дейн безуспешно попытался смахнуть их. – А впрочем...

Сложно было представить, кто успел проделать всё это за одну ночь, но результат впечатлял. Всё спальное крыло увивали сухие жилистые лозы плюща. Красно-оранжевые листья завалили все углы. Стены обросли подсвечниками с капающим с них красным и чёрным воском. И, конечно, тыквы. Тыквы были везде. Те, что поменьше, парили под потолком, а гигантские метровые лежали вдоль стен, густо покрывшихся паутиной.

Судя по сонным помятым лицам, похожий праздничный подъём устроили не только ему. Обычно мало кто отказывал себе в возможности поваляться в кровати после будильника, но сейчас коридор был полон народу. У кого-то двигались волосы, за кем-то, изображая плащ, следовало покрывало. Стало очевидно, что пытаться отправить Фигли и Вигли на место в такой обстановке – совершенно тщетная затея.

Слева послышался лязг, Дейн обернулся. Две фигуры в белых с золотом одеждах, балансируя, перебирались по пошатывающейся стремянке на его сторону.

– Тоже весёлое пробуждение было? – Лука, в костюме, который, очевидно, представлял какого-то фараона, перепрыгнул через ограждение и кивком указал на накидку Дейна.

– Да... весьма, – Дейн покачал головой, показывая, что он бессилен с этим что-то сделать.

– Хайм рассказал, что ему тыкву надели прямо на лицо, – Хаварра спрыгнул вслед за братом.

У него был похожий костюм, но вместо полосатого головного убора Луки, на нём красовалась тёмно-серая маска шакала. Нависая козырьком, она отбрасывала мрачную тень, на его глаза, из-за чего он казался ещё угрюмее, чем обычно.

– Классные костюмы.

– Спасибо, – Лука довольно скрестил руки, отчего золотые диски на его груди звонко ударились друг о друга.

Лука и Хаварра свернули в комнату Найта, а Дейн побрёл на нижний, водяной, как они стали его называть, ярус. По началу это прозвище закрепилось за статуей жаброухого дракона, но со временем перенеслось на весь этаж. Им с Кентой всегда было интересно, почему тот занимает так много площади, но сейчас, когда одновременно встал чуть ли не весь курс, это начало казаться отличным решением.

Покончив с утренними процедурами, Дейн поспешил обратно в комнату. Первым уроком сегодня стояло говорение с Митцуей и, худшее, что он мог сделать – появиться на нём без костюма.

Вчера он выбрал оборотня, потому что это было первым, что пришло в голову, когда Митцуя попросил их вспомнить поездку на аттракционе. Сейчас жесмотрел на чёрно-серый мех на своей кровати с нарастающим сожалении о поспешном выборе. Однако, теперь выбора уже не оставалось – через полчаса он должен был сидеть в аудитории Альфа в костюме, "привносящим в замок ужас и великолепие".

Пришлось немало повозиться, но, когда десять минут спустя Дейн остановился перед зеркалом, результат неожиданно его порадовал. Волчьи уши выпирали из волос не так драматично, как он боялся, а при каком-то освещении, могли даже с ними слиться. Чёрная рубашка, кожаный жилет и мешковатые штаны из грубой ткани на узком ремне смотрелись очень даже прилично. В обычный жизни он никогда такое не носил, но после двух месяцев в форме, любая одежда казалась интересной. Полосы явно искусственного и очень пушистого меха, нашитые абсолютно на всё балансировали между карнавальным костюмом и обычной зимней одеждой. Клыки-накладки практически не мешались, и это оказалось главным облегчением. Состроив самому себе устрашающую гримасу, он провёл по ним языком – острые, но не царапают.

На кровати осталось два предмета – пушистый хвост и маленькая коробочка. Покосившись на хвост, Дейн поднял крышку. Внутри оказались цепи, кожаные обрезанные перчатки и ещё одна коробочка поменьше.

– Линзы? Оу-оу-оу.

Взгляд снова упал на хвост.

Будет компромисс. Линзы – да, ты – нет. Это уже перебор.

Когда всё содержимое коробки оказалось на нём, Дейн снова остановился перед зеркалом и присвистнул.

На него смотрел мало знакомый ему человек. И, всё же, он не мог не отдать должного Митцуе – ощущение праздника появилось само собой. Как будто его просто не могло не появиться во всём этом дорогущем одеянии.

Дейн взглянул на часы – четверть часа до урока. Схватив сумку, он полетел к вниз к комнате Кенты. Тот, как оказалось, прибывал на той же стадии, застёгивая на ходу пряжку плаща, он вылетел в коридор так, что они чуть не столкнулись.

– Потрясно выглядишь.

Дейн скривил губы в натянутой улыбке:

– Нам бы пробежаться.

Кента кивнул.

Времени на разглядывание замка не было, но количество красного и оранжевого, пролетавшего перед глазами, зашкаливало. Со всех сторон доносились завывания и треск, и сложно было сказать, реальные ли это звуки с улицы, или специально запущенные для создания атмосферы.

– Успели, – Дейн затормозил перед дверью кабинета. От длинной пробежки у него закололо в боку, и он согнулся, оперевшись на колени. Ботинки поглотил белый туман.

– Атмосферненько.

– Пошли, успеешь отдышаться, – Кента открыл дверь и толкнул его внутрь.

Как и следовало ожидать, Митцуя превзошёл сам себя. На стенах появились тяжёлые сине-зелёные шторы с серебряными перевязями. По периметру кабинета стояли старинные канделябры с высокими чёрными свечами. С десяток тыкв, собравшихся в небольшие группы, расположился по разным углам кабинета, как будто бы ведя светский разговор между собой. Но самым удивительным оказался воздух – он словно сам приобрёл этот любимый Митцуей сине-зелёный оттенок. Медленно переливаясь, в нём плавно парили мельчайшие сверкающие частицы пепла.

– Ухты, – Кента вошёл вслед за Дейном и остановился.

– Неплохо, правда? – Митцуя провёл ладонью над ближайшим к нему канделябром.

Пламя свечей колыхнулось, создав игру теней на бледном, почти белом лице Митцуи.

– О, вы тоже вампир?

Митцуя улыбнулся, кивнул и таинственным голосом добавил:

– Верховный.

Дейн перевёл взгляд с одного на другого. В обычных обстоятельствах он бы даже при большом желании не смог представить разницу между костюмами обычного и верховного вампиров, но сейчас она была прямо перед его глазами.

Кента в белоснежной шёлковой рубашке, простых чёрных штанах, заправленных в высокие сапоги и чёрном струящемся плаще с алым подкладом напоминал скорее богатого аристократа. Даже клыки и линзы в их с Дейном костюмах были похожи – у Дейна с золотым оттенком, у Кенты с красным. Митцуя же в тёмных одеждах с изящной серебряной вышивкой, в перстнях и кулонах походил на владельца очень старого и богатого поместья – что и подобало древнему могущественному вампиру.

– Знаю, что многие сегодня не успели позавтракать, – Митцуя указал на стол, задев при повороте головой собственный воротник.

Кроме привычного белого сервиза перед ними стояло несколько этажерок с кексами и три кувшина с соком ярко-жёлтого, насыщенно-оранжевого и тёмно-красного оттенков. Когда они с Кентой приземлились на диван, запивая кексы чаем, стало понятно, что сегодня опаздывали не они одни. На диване справа сидели Юми, Энжи и Лекс. Все трое явно встали пораньше. Обычные пучки Юми пропали, уступив место нарочито-неряшливым локонам. Только сейчас Дейн осознал, что всё это время у Юми были длинные волосы. Энжи тоже была сегодня без хвостика. Её прямые светлые волосы покрывала белая пелена, отдалённо похожая на паутину – очень тонкое и прозрачное кружево. Лекс, напротив, собрала передние пряди вечно распущенных волос в две косы, вплетя в них тёмно-серебряные тонкие ленты. Все трое были в мрачных одеждах с подведёнными бордово-чёрным глазами. Разве что Юми и Энжи были в платьях, а костюм Лекс очень напоминал вампирский Кенты, только длинную мантию в нём заменяла укороченная куртка. Остальных ещё не было.

За минуту до начала занятия в дверном проёме показалось то, что Дейн на мгновение принял за догнавших его Фигли и Вигли. Огромная тыква, пошатываясь, проскочила внутрь, за ней, не без труда, протиснулось туловище. В рваных лохмотьях с растопыренными на швабре руками оно, балансируя прошагало между канделябром и камином, остановилось в центре комнаты и голосом Баки пожелало всем доброго утра.

– А теперь, в целях вашей же безопасности, освободите мне руки, потому что сейчас я их не контролирую.

Митцуя зааплодировал, и после нескольких поклонов Баки, вытащил из рукавов его рубашки деревянный черенок. Последними с опозданием появились Анкер и Курама. Оба были одеты в странное сочетание красного, жёлтого и чёрного. Только, если на Анкере был капюшон и на животе желтел огромный кошачий глаз, в волосах Курамы торчали рога. Опираясь на толстый узловатый посох, Анкер проковылял к ближайшему свободному креслу. Курама занял следующее за ним.

– Вы что? Вы... – Лекс широко улыбаясь, запнулась.

– Вы Варлок и Голем?! – Энжи чуть не подпрыгнула на месте.

Анкер с довольным видом кивнул, а Курама только пожал плечами.

– Вы где такие костюмы взяли?! – Лекс вскочила, склонившись над стеклянным жёлтым глазом. Энжи подбежала к ней.

– В том тайном месте Митцуи оказалось много крутых штук – получилось собрать. – Анкер гордо поправил очки. – А Кураме было всё равно, так что... Я этим в некотором роде воспользовался.

Энжи заворожённо проскользила пальцами по рогам Курамы:

– Вот это я понимаю парный костюм.

Начало урока Митцуи превратилось в общее чаепитие и нахваливание костюмов друг друга, а, после небольшой попытки отработать пройденную лексику, этим же и завершилось. Юми предложила сделать общую фотографию, после чего желание заниматься пропало окончательно. Праздничная атмосфера полностью вытеснила учебный настрой.

– Как-то сегодня долго светает, – Анкер указал на аркаду.

Пейзаж и правда был мрачнее, чем в предыдущие дни. Говоря точнее, он практически исчез – сквозь густой серый туман с трудом проглядывали силуэты горных склонов, хотя до них было совсем недалеко. Этот же туман скрывал и солнце из-за чего в аудитории до сих пор царил полумрак.

– Природа тоже празднует, – Митцуя подошёл к ближайшей арке и обвёл взглядом окрестности. – Вы все красавчики – каждому по бонусному баллу на экзамен! Увидимся за праздничным ужином.

На прощание он поднял стакан с тыквенным соком.

Все покидали аудиторию Альфа в приподнятом настроении.

– Он мог бы сразу сказать про бонусы, – я бы костюм месяц назад подготовил, – Кента поправил сползший на одно плечо плащ.

– Мы не знаем, сколько их там всего будет, – Энжи задумчиво выставила в стороны руки. – Вдруг триста пятьдесят?

– Но если рассуждать оптимистично, и их десять, то пара-тройка у нас уже в карманах, – Баки, который то снимал, то надевал тыкву, в очередной раз стянул её с головы и обхватил двумя руками.

– А никому не холодно? – Анкер растёр ладони.

– Наверное, погода портится, – Лекс кивнула на огромные окна по левую сторону от них.

Картина сохранялась та же, что и в кабинете Митцуи – непроглядная серая мгла.

– Да это всё туман, – Кента пнул ногой белый ковёр, стелившийся прямо у них под ногами. Тот поддался и закружился плавными волнами. – Их барьеры защищают коридоры только от первокурсников, ветер у них не котируется.

Все засмеялись. Лекторий Тайли располагался в той же части замка, поэтому они шли не спеша, рассматривая всё новые и новые праздничные декорации. По дороге им встретился мост, "захваченный" зомби, лестница, обвитая густой паутиной и некогда широкий проход, превратившийся в лабиринт из тыкв. Когда они свернули в коридор, охраняемый пугалами, Баки, войдя в роль, заявил, что без фотосессии дальше они не пройдут. Лишь сделав последнюю общую фотографию, он медленно развернулся на девяносто градусов, освобождая путь.

Аудирование в четверг проходило в форме практикума для одной группы, поэтому, когда они всей толпой ввалились в лекторий, профессор Тайли предложила сразу начать. Коварно улыбнувшись, что было ей абсолютно не свойственно, она хлопнула в ладоши. Свет в башне моментально погас, исчезнув вместе с окнами. В кромешной тьме, можно было видеть лишь белокурые локоны Тайли, которые подпрыгивали при каждом её шаге, ударяясь о плечи. В этой картине пугала не столько тьма, сколько сочетание несочетаемого: приветливая, улыбчивая профессор Тайли грозно мерила широкими шагами невидимое пространство. Еле заметная красная дымка обвивала её стройный, скованный жёстким корсетом, чёрный силуэт. Каблуки звонко ударяли о каменный пол, а длинный шлейф юбки глухо шелестел, словно касался ковра сухих листьев.

Дейн обернулся по сторонам, но не смог разглядеть даже собственные руки. На месте Кенты и Анкера, сидевших рядом, он видел лишь бледные еле заметные серые силуэты. Остальные слились с тьмой. Тьма поглотила и их голоса, чего на занятиях в этой аудитории раньше не происходило. Шаги Тайли стихли, она повернулась к ним лицом:

– Добро пожаловать в поместье Суррей! Ближайший час его двери будут закрыты. Давайте же повеселимся…

Загадочная улыбка исчезла в чёрном вихре.

***

– Знаете, а я уже напраздновался, – переводя дыхание, Курама последним покинул кабинет Тайли.

– Никогда не думал, что придётся убегать от вампира, правильно отвечая на его вопросы, – Баки попытался пригладить намокшие волосы.

– Никогда не думал, что буду убегать от вампира, изображая вампира, – Кента расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

– А мне понравилось.

– Тебе просто повезло с костюмом, – вторая пуговица была расстёгнута рывком.

– Никто не запрещал всем выбрать костюм охотника на вампиров, – Лекс с довольным видом поправила серебряный крест, висевший на толстой цепи у неё на груди.

– Никто не предупреждал, что это реально защитит от сердечного приступа на уроке аудирования.

С каждым коридором, приближавшим их к Атриуму, им встречалось всё больше людей. Буквально каждый был в каком-то необычном сложном наряде, часто сделанном своими руками. Интереснее всего было наблюдать за профессорами. У тех, кажется, было своё соревнование по количеству кулонов и всех других возможных видов украшений. Переплюнуть их смог лишь парень, выбравший для себя костюм цепей, которые обвивали его с ног до головы, бряцая при любом малейшем движении. Будь он профессором, очевидно победа в этом негласном состязании была бы за ним. Кроме количества людей, однако, поменялось что-то ещё. Дейн подумал, что урок Тайли до сих пор его не отпускает, но Юми озвучила его мысли:

– А у вас нет чувства, что второе занятие у всех прошло в поместье Суррей?

– Как будто бы есть, – Лекс постучала деревянным колышком о серебряную цепь.

Анкер поплотнее запахнул плащ:

– Я чувствую, что стало ещё холоднее.

Вокруг мало кто улыбался. Люди собирались кучками, многие стояли у окон, рассматривая что-то внизу.

– Давайте тоже посмотрим, – Юми свернула к ближайшей аркаде.

Остальные последовали за ней, обступив широкое окно.

– Вот это... сильно, – Дейн прижался к стеклу лбом и тут же отстранился, ощутив его ледяной холод.

– Знаете что, я, пожалуй, перед обедом схожу свитер поддену, – Анкер, помрачнев, растёр ладони.

Всё, чего достигал взгляд покрывал снег. Метры снега. В некоторых местах сугробы достигали окон второго этажа. Главные входные двери были завалены так, что их вряд ли бы получилось открыть. Говорить о дорогах и тропинках не приходилось – всё пространство перед замком превратилось в бескрайнее белоснежное поле, из которого лишь местами пробивались макушки деревьев.

– Когда в долину снег придёт… – Энжи медленно отвернулась от окна и испуганно посмотрела на Юми.

Та посмотрела в ответ и, моргнув, продолжила:

– И солнце с неба пропадёт... То станет первый только знак. В тот день накроет замок мрак.

– Так, давайте без этого, – Дейн дёрнул плечами и отошёл от окна. – Мы не знаем, где находимся, может в этой местности такие снегопады – норма.

Все переглянулись и промолчали. Теперь перешёптывания и хмурые лица окружающих стали понятны, и всё же Дейн находил происходившее крайне глупым. Наверное, если бы Широйя не показал им с Кентой книжку, из которой выдернули этот стишок, он сейчас поддался панике и поверил в проклятья. Но он видел эту книжку с детскими иллюстрациями, и это было смешно.

– Увидимся у Флоранс, – Анкер махнул всем рукой и свернул к лестницам, ведущим на шестой этаж, где располагались их спальни.

Остальные побрели в Атриум в задумчивости.

Лишь когда они наконец прошли сквозь высокую арку, туман под ногами рассеялся – очевидно даже аномальная непогода за стенами замка не могла дотянуться сюда. Гигантское помещение Атриума отапливалось круглосуточно. Высокие широкие колонны присутствовали тут не только для украшения и поддержки сводов. Митцуя объяснял однажды, что по ним, как и многим другим в замке, подаётся горячий воздух, из-за чего их поверхность всегда была тёплой, и, присев на их опоры, можно было не только отдохнуть, но и погреться.

Здесь, в окружении сотен парящих тыкв, свечей и летучих мышей, снова ощущалась, хоть и мрачная, но праздничная атмосфера. Сквозь купол потолка проглядывали лишь низкие кучевые тучи, из-за чего бо́льшая часть освещения приходилась на факелы и камины. В таком приглушённом полумраке, пёстрые праздничные блюда ярких тёплых цветов выглядели ещё аппетитнее. Столы были уставлены ими так, что едва удавалось приткнуть собственную тарелку, чтобы наложить в неё что-то.

– Какой бы конец света нас не ждал, я намерен его встретить с плотно набитым животом, – Кента закусил губу, пытаясь выбрать, что ещё сможет уместиться, на его занятый тремя тарелками поднос.

– Полностью, поддерживаю, – Баки отправил шпажку с кусочком тыквы в рот.

– А это не считается каннибализмом?

– А кто сказал, что я доброе пугало?

– Кстати, об этом, – Дейн потянулся за графином с томатным соком. – Кажется, ты голову потерял.

– Что? – рука Баки, сжимавшая пустую шпажку, зависла в воздухе. Он крутанулся вокруг себя. – Вот чёрт. Плохо, очень плохо. Спасибо, Денни.

Повернувшись в сторону преподавательских столов, он быстрыми шагами умчался в толпу.

– Потерять тыкву в самом огромном помещении, гигантского замка в разгар Хэллуина... – Кента задумчиво проводил его взглядом. – Сочувствую.

– За Баки! – Дейн поднял стакан тыквенного сока.

– За Баки!

***

Обед пролетел незаметно. Готовить костюмы заранее казалось очень трудозатратным мероприятием, но наблюдать за тем, как по Атриуму сновали толпы ведьм, чернокнижников, зомби, вампиров и древних египтян всех мастей было занимательно.

Об общем снежном наваждении они вспомнили, уже добравшись до кабинета Флоранс. До этого дня её оранжерея неплохо переживала любую непогоду, но сегодня все до одного растения поникли. Только папоротники привычно покачивались на сквозняке, но даже у них листья опустились как будто бы ниже обычного.

Сама Флоранс пребывала в хорошем расположении духа, а её бело-голубое платье со шлейфом превращало аудиторию в сказочную локацию, где всё живое засыпало в присутствии холодной королевы. Самой главной деталью в этой сцене были снежные барханы, сравнявшиеся уже с подоконниками.

– Теперь, чтобы слинять, даже прыгать не нужно, – Кента скинул сумку и сел на их привычное место.

– Сомнительно – провалишься на пару метров вниз, будешь строить иглу. Меняемся местами.

– Что?

– У окна я посижу – с этим мехом я как в шубе.

– Плащ так-то тоже не особо продувает.

– Меняемся.

Кента не стал спорить, и они начали доставать учебники.

Письмо было последним занятием на сегодня и первым совместным. Судя по всему, Руфим и Тайли поставили своим группам тот же ультиматум, что и Митцуя – все до единого были в костюмах, далеко не самого простого вида. Рэй удачно остановил свой выбор на призраке – белые с серыми и синими отливами слои его бесформенной длинной рубахи хорошо подходил его сонному бледному лицу. Когда мимо них проплыл зелёный куст, Дейн решил, что Флоранс подготовила особенные декорации для своего кабинета, но затем куст свернул за парту и из него появилась ладонь – обычное приветствие Широйи.

– Это лучший костюм за сегодня, – Кента помахал в ответ и повернулся к Дейну. – Если бы было можно, ходил бы в нём вместо формы на все занятия.

– Это сработало бы только в этом кабинете.

– Думаю, не только. В кабинете Митцуи, например, можно было бы сидеть возле его гигантского фикуса.

С началом занятия комната не помрачнела. Напротив, с потолка спустились десятки зеркал. Плавно поворачиваясь на сквозняке они многократно отражали тусклые лучи падавшие сквозь широкие окна, что делало комнату ещё светлее. Вероятно, идея заключалась в том, что на письме нужно было писать, чему бесконечные отражения никак не способствовали. Даже при прямом взгляде в них мерещилось то, чего в комнате не было, но при опускании головы, периферическое зрение начинало творить настоящую магию. Ту, что заставляла мурашки пробегать по всему позвоночнику.

Вздрогнув в очередной раз, Дейн психанул и повернулся к окну. Он занёс перо над табулой и снова поднял взгляд. Что-то изменилось, но он не мог понять, что именно. Он написал предложение и снова посмотрел в окно. Гладкая снежная поверхность, серые низко нависающие облака, одинокие верхушки деревьев. Дейн продолжал всматриваться. Наконец он повернулся и подтолкнул Кенту локтем. Тот вопросительно поднял брови.

– Тебе не кажется, – Дейн понизил голос до шёпота, – что деревьев стало меньше?

Кента пожал плечами:

– Я не особо видел, сколько их вообще было.

Он прищурился, разглядывая пейзаж, и встревоженно перевёл взгляд на Дейна:

– Снега прибавилось.

Дейн развернулся и посмотрел на подоконник. Полчаса назад, когда они вошли в кабинет, сугробы достигали его уровня. Сейчас они были выше. Не намного – сантиметров на десять, но всё же выше. Он обернулся к Кенте:

– А ты видел, чтобы шёл снег?

Тот отрицательно покачал головой.

Дейн понимал, что тоже не видел.

С другой стороны, он не так часто смотрелв окно. Усмехнувшись, он осознал, что сам умудрился попасться на мистическую удочку. Испугаться небольшого поднятия уровня снега, когда его за пол дня насыпало в таком количестве, было даже смешно. Дейн покачал головой, осуждая самого себя. И, всё же. До конца занятия оставалось почти полчаса, в течении которых он планировал поглядывать в эту сторону почаще. Прошло минут десять и, ожидаемо, ничего не изменилось – снег так и не пошёл, но и "на земле" его тоже не прибавилось.

Повернувшись к окну уже раз в двадцатый, Дейн мысленно сказал сам себе, что это ненормально. Он посмотрел на стол, а затем подтянул сумку. Из неё достал лист бумаги и согнул его в том месте, где заканчивался сугроб. Это, и правда, помогло. Он снова переключился на работу, лишь пару раз бросив взгляд в окно.

Когда занятие закончилось, Дейн начал складывать свои вещи. С усмешкой он взглянул на согнутый лист. В груди пробежал неприятный холодок. Край не доставал до верхушки сугроба три сантиметра. Дейн толкнул Кенту в плечо. Тот нахмурился:

– Ты когда его поставил?

– С полчаса назад.

– А снега не было.

– Я особо не смотрел...

– Я смотрел. Ни снежинки.

Дейн закусил губу.

– Ну, круто. Теперь мы в команде параноиков.

Кента вышел в проход, повернулся и хмыкнул:

– Сегодня Хэллуин, может тут так принято?

Дейн прищурился и закатил глаза:

– Академия, которая ради погружения в атмосферу праздника запугивает своих новичков, звучит лучше академии, находящейся на грани уничтожения проклятьем.

– К тому же, – Кента начал спускаться по лестнице, – замок всё равно окружён метровыми завалами снега. А раз отсюда не сбежать, нужно праздновать.

– Тут и без снега бежать в лес так себе идея. Жалко нам футбол прикрыли. В костюме волка я бы поиграл.

– Можем нарваться на наказание, нас отправят туда на генеральную уборку, и я этим плащом вытру им там всю пыль. Даже с колонн.

– Даже с пола.

– Их стекло молотком не пробьёшь, какой был вред от обычного мя...

Раздался громкий звон. Все начали оборачиваться. Источник звука был непонятен, но по ногам пролетело холодное дуновение ветра. Ещё несколько мгновений, и оно усилилось. Все поспешили свернуть в правый коридор. Площадка, на которую он выходил, уже заполнилась людьми. Кента запрыгнул на подножие колонны и присвистнул:

– Окно треснуло. От снега.

– А теперь можно? – Энжи посмотрела на Юми, затем на остальных.

– Что?

– Запомни, лёд – твой главный враг. Когда поймёшь что это так. Сомкнутся горы, рухнет трон. Отныне замок обречён.

Закончив, она нервно хмыкнула.

– Пожалуй, в самый раз, – Кента спрыгнул обратно.

– Ну, снег ещё не лёд... – Анкер неуверенным движением поправил очки.

– А сильно спрессованный снег? – Баки склонил голову и дёрнулся всем телом. – Я, кажется, тоже начал примерзать. Пойду поищу свободную площадку с камином.

***

До праздничного ужина оставалось ещё почти три часа. Занятия закончились, поэтому Дейн и Кента решили просто побродить по замку. Атмосфера царила поистине странная. Мрачные инсталляции, стенания и шорохи, которыми были наполнены коридоры, переплетались с неестественным пейзажем за окнами, завыванием гуляющеговетра и совершенно реальной пронизывающей зябью. Камины, факелы и тысячи свечей горели маленькими спасительными островками в океане холода, яркие оранжевые тыквы полыхали на фоне ледяной белизны за окнами. Разум и логика боролись с паникой и слухами.

И всё же в этой ужасающе странной атмосфере было что-то уникальное и оттого увлекательное. Вид очередного треснувшего окна приносил вместе с проникающим сквозь него ледяным воздухомдрожь от неподдельного страха. Но в этот же момент взгляд перемещался на высокие стены, людей вокруг, на проходящих мимо профессоров, и тут же всё перекрывалось новой,гораздо более сильной картой. Что могло бы стать реальной угрозой для этих монументальных сводов? С чем не смогут справиться их профессора? Может быть, они и угодили в большую неприятную ловушку, но они угодили в неё, находясь внутри самой настоящей крепости, в окружении уникальных талантливейших людей. Эти мысли переворачивали всё. Подступавшая угроза казалась интригующим приключением, а ледяной ветер только прибавлял уюта диванам у каминов.

Прогулка по знакомым им уголкам замка заняла почти час. День начал стремительно уступать сумеркам. Обычно так рано ещё не темнело, но продолжавшие сгущаться тучи, забирали у солнца последнюю силу. Особенно явно это ощущалось на втором этаже, окна которого частично поглотил снег.

Во время спуска по очередной лестнице в нос ударил холодный воздух, и их окутал полумрак. Переглянувшись они двинулись дальше, и, наконец, остановились посреди просторной площадки.

– А вот такого мы ещё не видели, – Дейн облокотился о ближайшую колонну, коснувшись её ладонью.

Та оставалась тёплой, что казалось чем-то неестественным в окружающей обстановке. Изо рта шёл пар, пальцы начали коченеть, но самым неприятным было не это. Окна, все до единого, до самого потолка занесло снегом. Этого следовало ожидать, зная, что происходило на втором ярусе, но видеть такое вживую было больше, чем странно.

Тёмный, покрытый изморозью холл с белыми снежными гобеленами вместо окон вызвал у Дейна то, что он отгонял от себя последние пару часов – страх. Не тот, что был с налётом любопытства и приключений, а самый настоящий, заставивший его грудную клетку почувствовать учащённые удары. Он поймал себя на мысли, что никакие слухи и пророчества уже не имели значения. Люди всегда много рассказывали и ещё больше додумывали. Это было неважно. А вот стихия – мощнейшая из сил, в этот самый момент представала прямо перед ними. Лишь несколько метров и стекло разделяли их сейчас. Стекло, которое уже несколько раз треснуло.

– Вернёмся или пройдёмся тут? – Кента медленно повернулся, осматриваясь.

– Давай пройдёмся.

Дейн сказал это на автомате, не задумываясь, и, лишь когда они двинулись дальше по широкой галерее, он осознал, почему так ответил. Ему хотелось понимать, что происходит. Видеть реальность, а не дорисовывать её потом в своём воображении. Он не хотел видеть замок уязвимым, но он точно хотел знать, каковым было реальное положение дел.

Они сворачивали из одного коридора в другой, переходили мосты и останавливались в залах. Именно там, где окна были самыми высокими и широкими, масштабы происходящего были видны лучше всего. Во многих местах по стёклам пробегали трещины. Снег, пробившийся сквозь них, заносил подоконники, слетался в углы и к подножиям колонн. Постепенно начали неметь щёки. И, всё же, этим всё и ограничивалось. Тут царили холод и полумрак, пол занесло снегом, но, вряд ли, это можно было приравнять к реальному бедствию, угрожающему замку.

Они добрались до центрального входа. Дубовые двери были плотно закрыты массивными засовами, а на окнах, хоть и засыпанных, никаких повреждений не было.

– Я бы погрелся, – Дейн обернулся на покрытую наледью центральную лестницу.

– Но сначала за чаем.

***

К моменту их возвращения наверх, уже успело стемнеть. Раздобыв две больших закрытых чашки тыквенного чая, они решили отправиться в Главный Холл. Он казался лучшим местом, чтобы скоротать время до праздничного ужина и переждать непогоду.

Как и следовало ожидать, найти свободное место тут оказалось той ещё задачей, но, побродив какое-то время, они заметили Баки и Лекс, игравших в шахматы перед небольшим камином. Рядом за их партией наблюдали Анкер и Курама. Не сговариваясь, Дейн и Кента свернули в их сторону.

– К вам можно? – Кента приземлился на подлокотник возле Баки.

– Конечно, – Лекс подвинулась, чтобы Дейн мог сеть между ней и Курамой.

Обычно с кофе везде ходила она, но сейчас все четверо сидели каждый со своим большим стаканом.

Дейн отпил тыквенный чай и дёрнул плечами, по спине побежали мурашки. Оказаться в тепле после пары часов брождения по холодному замку, было лучшим ощущением, что он испытал за этот день.

– Давно тут сидите?

– С тех пор, как вы нас бросили, – Анкер ткнул в белого коня Баки, намекая на следующий ход. – Как погуляли, кстати?

– Как сказать... Познавательно, но неприятно.

– Замёрзли до чёртиков, – Кента поёжился и содрогнулся всем телом.

– Замок уже начал рушиться?

– Нет, но на первом этаже сейчас можно складировать мороженое, – Дейн снова отпил чай.

– И пейзаж за окнами пооднообразнел.

– Я думаю профессора что-нибудь придумают, – Баки наконец-то передвинул коня вперёд. – Они уже изобрели дайвы, наверняка, в закромах есть способы борьбы со снегом.

– Способов укрепления стёкол, я в их арсенале пока не заметил, – Анкер почесал подбородок, провожая взглядом ладью Лекс, опасно приблизившуюся к их коню.

– Ну… не все из них повредились, – Курама отрицательно покачал головой в ответ на обращённый к пешке указательный палец Лекс. – Возможно, у них проблемы только с починкой уже треснувших.

Ладья Лекс сделала новый ход. Баки приподнял в воздух, оказавшегося под угрозой коня, размышляя, в какую сторону его лучше отправить.

БОМММММ.

Конь выскользнул и покатился по доске.

Инстинктивно все повернулись к часам. Гигантские стрелки показывали двадцать пять минут шестого. Дейн поймал несколько непонимающих взглядов.

– Разве часы не были другой легендой? – Анкер сжал ладони, растирая их друг о друга.

– А ты думаешь, если одна легенда сбывается, второй уже нельзя? – Дейн усмехнулся, но внутри снова почувствовал тревогу.

– Я думаю, что две никак не связанные легенды не могут сбываться одновременно.

Не сговариваясь, каждый отпил из своего стакана. Гул вокруг стал нарастать. Дейн не первый раз слышал этот звук, но раньше, на него, казалось, никто не реагировал. Он и сам не придавал ему значения, но сейчас этот удар произвёл эффект тревожного горна. Ничего конкретного не произошло, но напряжённое ожидание повисло в воздухе.

Когда Баки сделал свой следующий ход, позади снова послышался грохот, на этот раз как от падения большого камня. Баки раздражённо щёлкнул губами. Раскаты нового камнепада раздались справа. Люди вокруг повскакивали с мест, испуганно озираясь.

– Поиграть нормально, я так понимаю, нам не дадут? – Баки с досадой отбил пальцами дробь по столу.

– Этот холл разве не в центре замка? – Лекс опустила занесённую для нападения пешку и обернулась в сторону последнего камнепада.

– В центре, – Курама посмотрел в том же направлении.

На балконе одного из коридоров третьего этажа, начала собираться толпа.

– Тогда как снег мог добраться сюда?

– Может это не связано? – Кента вышел в проход и оглянулся по сторонам. – Через полчаса праздничный ужин. Может это что-то типо их программы для разогрева?

– Тогда тут работают самые талантливые организаторы. Минуту назад я боялся за своего коня, а теперь боюсь, что мой затылок прошибёт булыжником, – Баки задрал голову к сгущавшемуся под сводами туману.

Новое эхо от падающих в отдалении камней донеслось с верхних этажей. Вокруг начали раздаваться громкие вопросы пытавшихся понять, что происходит.

– Может прогуляемся до Митцуи? – Лекс окончательно потеряла интерес к шахматам и откинулась на спинку дивана, провожая взглядом пробегавших мимо старшекурсников. – Хочется понимать, насколько пристально стоит следить за потолком.

– И окнами.

– И полом, – Кента потёр подошвой плитку. Стерев белую изморозь, нога проскользила словно по льду.

Решение было принято. Быстрым смахивающим движением шахматы были убраны внутрь доски, сама доска осталась брошенной на столе. Подъём по длинной лестнице разогнал кровь, стало даже жарко, но, стоило им свернуть в ближайший коридор, в нос ударил холод. Тут не было ни колонн, ни каминов, воздух прогревался лишь благодаря соседним помещениям. Вдоль стен лежал снег. Если бы не отсутствие окон и арок, это место можно было бы принять за внешнюю галерею замка.

– Оу, – Анкер налетел на Кураму, споткнувшись обо что-то. В следующее мгновение его нога пнула небольшой камень, который со звоном запрыгал по полу, отскочив в угол.

Все подняли головы, но в тусклом свете редких факелов, понять, что тут могло обвалиться, было невозможно.

Преодолев несколько десятков метров в полумраке, они вышли на круглую площадку и остановились, не произнося ни слова.

На месте стены зияла огромная дыра. Каменные обломки горой лежали у её подножия, почти полностью занесённые снегом. Вялые всполохи огня ещё колыхались в камине, но они не могли бороться с пробиравшимся под одежду сквозняком.

Кента вскарабкался наверх разрушенной кладки:

– Там окно разбито.

– Разбито или треснуло? – Дейн запрыгнул на крупный камень, чтобы его подстраховать.

– Разбито, – Кента качнул головой, и, опираясь на плечо Дейна спрыгнул. – Давайте-ка найдём Митцую.

Ускорившись так, что почти перешли на бег, они продвигались к южной части замка. Воспринимать происходившее вокруг как праздничный розыгрыш было непросто. Всё чаще им попадались исчерченные подозрительными полосами колонны, занесённые снегом лестницы и продуваемые насквозь коридоры. В лицо то и дело били прилетавшие неизвестно откуда порывы ветра.

– Ааа! – Кента, заскользил, тормозя прямо на ходу.

По мосту, который им нужно было преодолеть, медленно летел белый силуэт.

– Призрак! Это грёбаный призрак!

Все застыли, ожидая, что будет дальше. Фигура в длинной робе с капюшоном, закрывающим глаза, приблизилась и застыла в воздухе.

Кента отскочил за спину Лекс.

– Ненавижу чёртовых призраков.

– Ты же вампир, – Лекс помахала краем ударявшего ей по ногам плаща.

Рука Кенты вытянулась над её плечом.

– Прогони его.

– Я охотник на вампиров, а не призраков. Могу прогнать тебя.

Все засмеялись. Дейн осторожно шагнул к краю моста.

Белая фигура парила над полом. Прошло несколько секунд, и она снова начала своё движение. Стоявшие сзади вжались в стену, а Дейн продолжал заворожённо наблюдать. Его правая ладонь почувствовала ледяной холод, и лишь спустя мгновенье он понял, что произошло – полупрозрачная рука призрака коснулась его. Тело пробрала дрожь.

– Сматываемся отсюда! – Кента потянул его за воротник рубашки.

Уже на бегу, находясь на середине моста, Дейн обернулся. Коридор, заполнился инеевой дымкой. Дымка шевелилась, скрывая площадку, на которой они только что стояли. С десяток призраков устремился в их направлении.

Вряд ли они могли их догнать. Вряд ли они могли догнать даже идущего пешком, но проверять, пределы их возможностей не было никакого желания.

– ПРИГНИТЕСЬ! – Анкер закричал так громко, что стало не по себе.

Не пытаясь выяснить причину, Дейн согнулся пополам. Прямо над головой с неприятным писком прошелестело несколько десятков крыльев. Он обернулся – летучие мыши. Не те декоративные, что они видели по всему замку. Настоящие.

Откуда-то с лестниц донеслись крики, послышался топот бегущих ног. Несколько мгновений и грохот, которого им ещё не приходилось слышать, ударной волной полетел по галерее. Уши заложило. Большая группа студентов выбежала из-за поворота. Часть остановилась, чтобы отдышаться, другая побежала дальше.

– О, привет! – Широйя всё ещё в своём древесном костюме, но уже изрядно потрёпанном, помахал, переводя дыхание.

– Что там случилось?

– Лестница. Начала шататься. И... Упала.

– Что?... – Кента застыл с полуоткрытым ртом.

На лице каждого отразился страх. Всё, что они видели до этого можно было принять за гигантский Хэллуиновский розыгрыш. Но не лестницы, падающие под людьми.

– Кто-нибудь пострадал?

Широйя закачал головой.

– Мы сбежали на площадку. Обернулись. И она рухнула.

– А если внизу кто-то был? – Дейн задал вопрос раньше, чем его осознал.

– Кто-то кричал, чтобы все разошлись. Вроде никто не ответил.

– Давайте проверим, – голос Лекс прозвучал непривычно неуверенно.

– Кто-нибудь помнит, как попасть в ту часть замка? – Баки положил на пол тыкву, с которой носился весь этот день.

– По-моему можно спуститься...

Курама запнулся, глядя куда-то в конец комнаты. Все повернулись. Поначалу Дейн не понимал, в чём дело, но в итоге всё-таки заметил. Белая тонкая корка льда медленно ползла по пол, в свете луны она переливалась серебром. Происходившее завораживало. И не сулило ничего хорошего.

– …по лестнице квадратной башни... Давайте-ка сваливать отсюда.

Будто желая поддержать слова Курамы из бокового прохода появился высокий тонкий силуэт. С красно-оранжевой тыквой вместо головы, он сильно напоминал костюм Баки, только человеком эта фигура точно не была. Широкими ломаными шагами она двигалась словно на ходулях, вращая головой на триста шестьдесят градусов. Её чёрные треугольные глаза задержались на них и полыхнули самым настоящим огнём.

В панике все бросились назад к башне, про которую говорил Курама.

Если пу́гало, скорее всего, бродило по коридорам для создания атмосферы, то вот прибывающий лёд после разрушений, принесённых снегом, грозил настоящими неприятностями.

Они неслись по коридорам, и мышцы снова разогревались.

– Запомни, лёд – твой главный враг…

Дейн в недоумении повернул голову. Голос Кенты на бегу сбивался, прерываясь хриплым дыханием.

– …Когда поймёшь, что это так… Сомкнутся горы… Рухнет трон… Отныне замок обречён.

– Тебя этим когда заразить успели?!

– Не знаю. Само в голове... пол дня... вертится.

– Рехнулся. Лучше бы... грамматику так зубрил.

Все засмеялись. Впереди показались факелы большого холла.

– Пожалуйста, воспользуйтесь западным переходом! До праздничного ужина осталось пятнадцать минут.

Они не сразу заметили Флоранс, которая в светлом платье и накидке сливалась с заиндевевшей стеной.

– Профессор! Там лестница рухнула! – Баки на бегу свернул к ней, проскользив пару метров, прежде, чем остановиться.

– Что? О чём вы говорите?

Им доводилось видеть Флоранс в разных настроениях – приветливом, радостном, недовольном и даже разозлённом. Но ещё ни разу в её глазах не было страха. Будто подумав о том же, она на мгновение замерла и тут же улыбнулась.

– Не думаю, что это возможно...

Баки хотел что-то возразить, но Флоранс остановила его движением ладони.

– Вероятно, это какой-то мираж, как духи. Вы наверняка их уже встречали. Этот вечер долго готовился, и он только начинается.

– Но лестница правда упала, я сам видел.

– У меня нет оснований не доверять вам, Широйя...

Флоранс перевела взгляд на остальных. Очевидно, они выглядели слишком напуганно, поэтому она продолжила:

– Поэтому я, конечно, проверю. О какой лестнице речь?

– Винтовая. Та, что возле галереи с аудиториями.

Флоранс кивнула и направилась в сторону коридора, из которого они выбежали.

– Профессор, подождите! – Баки окликнул её, прежде, чем она успела скрыться за поворотом. – Там лёд. Покрыл весь пол. На наших глазах.

– Я уверена, что вы зря переживаете.

Шаги Флоранс удалялись, а они продолжали стоять.

– Скоро начинается праздничный ужин… – Анкер сжал губы, неуверенно поглядывая в сторону коридора, по которому можно было выйти к главным лестницам. – Митцую мы не встретили, но Флоранс, вроде, не переживает. И с лестницей разобраться обещала.

– Мне так не показалось, – Дейн посмотрел на остальных, ожидая их мнения. – Я про то, что она не переживает.

– А я не очень верю, что она будет с чем-то разбираться.

– Без обид, друг, но вы с ней просто не в ладах, – Баки похлопал Широйю по плечу, отчего сухие листья его костюма хрустнули. – Она не такая уж и плохая.

– Но она слишком спокойная. Учитывая всё.

– Так ведь она профессор. Наверняка, она в курсе всех пугалок, что нам приготовили.

– Точно не всех. Видно же было, что она про лестницу сейчас впервые услышала. А улыбалась потом, чтобы нас успокоить, – Дейн огляделся в поисках поддержки.

– Что точно не стоит делать, так это стоять тут. Прохладновато как-то, – Курама подул на ладони, растирая их перед самым носом.

Послышались быстрые шаги. Мимо них пробежали две девушки.

– Мне показалось, или на них была кровь? – Кента проводил их взглядом и, словно в замедлении, повернулся к остальным.

– Может это часть костюмов? – Широйя дёрнул плечом. – Я всё-таки схожу на нижний ярус. Посмотрю, что там с лестницей.

– Все вместе сходим, – Дейн первым направился дальше через холл.

Очень скоро, вокруг стало по-настоящему шумно. Это могло говорить о том, что праздничный ужин начинается, а вместе с ним и настоящая праздничная программа. Но, всё же, слишком часто сквозь возгласы и завывания слышались очередные удары камней об пол, слишком часто они заглушались порывами свистящего ветра.

За время пути на их глазах трижды надламывались навершия колонн. Осколки были небольшими, но, падая с такой высоты, они могли принести серьёзные травмы. Пока что всё обходилось. Широйя и Курама шли впереди – они следили за дорогой. Дейн специально отстал от остальных, чтобы лучше видеть, что происходит вокруг, Кента сместился к нему.

– Тоже всё это не нравится?

Дейн кивнул, задержавшись взглядом на колонне, по которой медленно ползла трещина.

Они свернули на широкую лестницу, которая спиралью уходила вниз на нужный им этаж. Движение впереди застопорилось. Дейн перегнулся через перила, пытаясь увидеть причину их задержки. Курама стоял с разведёнными в стороны руками:

– Вы это чувствуете?

Дейн нахмурился и повернулся к Кенте, не понимая, о чём речь. Тот только пожал плечами. Дейн снова наклонился, и тут его повело. Очертания лестницы и стен сдвинулись относительно друг друга, тело пошатнулось. Он не успел ничего сказать, когда рука Кенты с силой дёрнула его назад, буквально протащив несколько ступеней.

– Сейчас рухнет! Быстрее! – крик Широйи эхом пролетел по круглым стенам башни, покачивавшейся перед глазами Дейна.

Ладонь Кенты отпустила его плечо. Еле удержав равновесие, чтобы не упасть, он выпрямился, стоя теперь уже на твёрдом устойчивом полу. Баки широким прыжком преодолел несколько ступеней и, проскользив, затормозил позади Кенты.

– Вы как там? – Дейн вновь посмотрел вниз, но увидел лишь ходившие по дуге перила и чьи-то сжимавшие их ладони.

– Дейн, давай чуть позже, – голос Анкера прозвучал спокойно, но внутри пробежал неприятный парализующий холодок. – Мы с Курамой стоим по краям, ты прыгаешь. Поняла?

– Поняла.

Дейн, Кента и Баки переглянулись затаив дыхание. Хотелось побежать вниз, помочь, но это могло сделать положение тех, кто застрял на середине, только хуже. Осознание, что лучшее, что ты мог сделать – это бездействие больно сдавило сердце.

В наступившей тишине стал слышен скрежет камня. Медленный, шаркающий, натягивающий нервы до максимума их напряжения.

– Раз. Два. Прыгай!

Глухой звук приземления, слился с громким треском. За ним последовал удар.

– ОУУУУ!

– ЧЁРТ!

Крики стихли вместе с грохотом. В воздух поднялась удушающая пыль.

– ВСЕ ЦЕЛЫ?!

– ПОКА ДА.

– ЦЕЛЫ.

– Мы с Широйей на этаже ниже! – голос Лекс прозвучал тихо и глухо, как будто из-за стены.

Дейн посмотрел на ступени – они больше не дрожали.

– ОТЛИЧНО! АНКЕР, КУРАМА, К ВАМ МОЖНО СПУСТИТЬСЯ?

– Не могу об этом просить, но, честно говоря, было бы неплохо.

Втроём они рванули вниз. Дейн затормозил на повороте и, выставив руки, задержал остальных. В метре перед ними зияла дыра. На секунду он подумал, что кусок лестницы провалился, но быстро понял – она надломилась целиком. Отколовшийся пролёт сдвинулся вперёд, приняв практически вертикальное положение.

Глыба надломившейся каменной плиты врезалась одним из своих углов в стену башни.

Кента упал на живот и, придерживаясь правой рукой за выпиравшую кладку, левой схватился за уступ отколовшегося пролёта. Дейн и Баки тут же схватили его за ноги, чтобы подстраховать.

– Привет, парни!

– Я теперь понимаю, как чувствуют себя герои в Дракуле.

– Не бойся, Анки, тебя я съем последним. Подняться сможете?

– Ага.

– Ага.

Кента прополз назад и, отряхивась, выпрямился.

– Проход снизу завален. Там некуда спускаться. Нужно им сейчас помочь на подъёме.

Дейн и Баки кивнули.

Когда через минуту показалась макушка Анкера, Дейн и Кента вытянули руки. Баки, страховавший Кенту, который в этот момент балансировал на самом краю, покрепче обнял колонну ограждения. Дейн почувствовал дрожь, побежавшую по всему телу. Их с Кентой взгляды встретились. Баки выругался и перехватил колонну ещё крепче. Стены тряхнуло.

Серое облако накрыло их за долю секунды. Навершие поручня с громким ударом отскочило от пола и перелетело через пригнувшегося Анкера. Задев плечо Курамы, оно пробило по ступеням ритмичную дробь и, наконец, остановилось, замерев у груды перегорождавших проход камней.

Лекс отбросило на Широйю, и они оба сползли по стене. На их глазах последние щели, в рухнувшей стене заваливало каменной крошкой.

– П... – она закашлялась. – Прости.

На языке появился каменный привкус.

– Нормально.

Широйя прикрыл нос ладонью, второй рукой пытаясь разогнать облако пыли.

– РЕБЯТ! ВЫ ТАМ КАК?

Ответа не последовало. Потирая ушибленное плечо, она встала и осторожно приблизилась к всё ещё осыпавшемуся обвалу.

– КУРАМА? АНКЕР?

Она затаила дыхание прислушиваясь. Несколько камней, сорвавшись, прокатились по полу. Крики воронов, шелест крыльев летучих мышей, стенания призраков, – стихло абсолютно всё. Она сглотнула и повернулась к Широйе. Тот смотрел в сторону.

– Уходим! Нужно привести помощь.

Он вскочил за секунду. Синяя корка льда ползла, полностью скрывая под собой пол и перебираясь на стены. Они рванули к ближайшему мосту. Его чернеющий силуэт не внушал никакого доверия, но других путей отступления из этой части замка не было. Еле уловимо его пролёты покачивались под ногами. Возможно, шатался весь зал? Или их нервы уже начали сдавать, и всё это только казалось? Они достигли противоположной стороны и, не успев передохнуть, увидели, что вся правая сторона зала уже покрылась наледью до самого потолка. Здесь же они заметили, что тишина пропала. Крики доносились с разных сторон. Это не была паника, но и праздничным ликованием это не было. Кто-то кого-то звал, кто-то от чего то предостерегал.

Нужно было срочно найти кого-то из профессоров, счёт мог идти на секунды. Они поспешили сместиться, чтобы пересечь холл по левой стороне. Словно заметив их присутствие, ледяная молния стремительно побежала по полу, перерезая им путь. Успев перепрыгнуть её разраставшиеся лучи, они рванули дальше. Раздался громкий треск – звук, который им ещё не доводилось слышать.

– Вот чёрт!

Не останавливаясь, Лекс обернулась на крик Широйи. Прямо на неё неслась настоящая лавина. Не успев отреагировать, она почувствовала, как снежная волна сбила её с ног и потащила в сторону.

Всё закончилось быстро. С трудом поднявшись на колени, которые с каждым движением проваливались всё глубже, она огляделась. Снег. Он был везде. И он продолжал прибывать, поднимаясь к потолку и оставляя её на дне своего холодного колодца.

– Лекс! Цела?!

– Думаю, да, – она пошевелила руками и ногами, чтобы убедиться в собственных словах.

– Тут окно вдребезги.

– Понятненько. А у меня что-то вроде иглу. Крыши не хватает.

– А огня там у тебя случайно нет?

Лекс обернулась по сторонам и заметила закреплённый на стене факел. Такие были закреплены в паре метров над полом, но сейчас он был на уровне её лица. Вид пляшущего пламени, принёс ощущение тепла. Как будто с ним этот колодец становился уже не таким страшным.

– Есть, а зачем? Не думаю, что отсюда так сложно выбраться.

– Подойди к нему поближе.

– Зачем?..

Неприятное подозрение появилось у неё раньше, чем она закончила вопрос. Спотыкаясь в рыхлом снегу, она шагнула назад.

Широйя молчал, но его ответ уже не был нужен. Прямо на глазах белая сверкающая поверхность начала отливать голубым. Прошло меньше минуты, когда она почувствовала, как подошвы её сапог перестали проминать снег. Теперь они упирались в ледяной настил. Воздух моментально похолодел, дышать им стало труднее.

– Лекс?

– Да, я всё ещё тут. Иглу теперь блестит.

– Тут весь зал блестит. Факел можно достать?

Затаив дыхание, чтобы не потушить случайно пламя, она потянула рукоять. Та не поддалась.

– Боюсь, не выйдет. Крепление на стене вросло в лёд.

– А в остальном как? Ничего странного не происходит?

– Кажется, нет. Попрохаднело. Я нормально. Уходи отсюда, нужно привести помощь нашим… – её голос осёкся.

По ту сторону ледяной стены раздались глухие удары.

– Пока новости не очень. Эта штука как камень.

Голос Широйи прерывался тяжёлым дыханием. Лекс поняла, что он пытался сделать и попробовала пробить дыру в стене со своей стороны. В ногу отдало тупой болью.

– Ты прав… Неважно. Я что-нибудь придумаю.

– Лицо прикрой.

Послышался шорох. Затем шаги. И, наконец, свист. Проскользив по наледи, к её ногам скатился ворох листьев.

– Ты там спятил? Температура падает.

– Тут куча аудиторий, подыщу что-нибудь. Я за помощью!

– Спасибо!

Голос Лекс слился с холодным потоком ветра, бившим в глаза и уши. Отбросив идею свернуть к кабинетам, Широйя побежал в другую сторону – туда, где он слышал голоса.

Оказавшись посреди просторного холла, он с облегчением заметил двух профессоров.

– Профессор Скай... Там... Там Лекс... снегом занесло… И на лестнице ещё…

– Что? – лицо Скай, которое и до этого выглядело тревожным, стало напуганным.

– Не полностью... Там что-то вроде стены... Заледеневшей.

– Господи… Где это произошло?!

– Я покажу.

– Подождите. Почему вы в футболке?

– Пришлось немного поделиться.

– Ясно, – она начала расстёгивать пряжку своего плаща.

– Скай, – второй профессор остановил её ладонью.

Широйя вспомнил, что уже видел его раньше. Белоснежные волосы, лицо без эмоций и холодные глаза.

– Кай, всё нормально.

Профессор снял с себя отороченную серебристым мехом куртку, оставшись в рубашке.

Широйя взглянул на вытянутую руку и посмотрел на Скай. Та улыбнулась.

– Не беспокойтесь, профессор Харукай в своей стихии. Ему комфортно на холоде.

– Спасибо!

Широйя просунул руки в согретые человеческим телом рукава и почувствовал, немалое облегчение – за ту минуту, что он простоял на месте, кожу начало стягивать, он уже переставал чувствовать кончики собственных пальцев. Широйя усмехнулся – "Проклятый профессор" посреди рушащегося замка одолжил ему свою куртку. Пожалуй, это можно было внести в почётную галерею странных ситуаций, в которые он с выдающимся талантом попадал.

– Подождите, а это что? – Скай указывала ему на грудь.

Широйя опустил взгляд и увидел ровную прорезь на своей чёрной футболке.

– А. Это, наверное, после моего падения. Какого-то из.

– Поднимете её.

– Да ничего страшного. Профессор, там ещё лестница…

– Поднимайте, Широйя.

Решив, что согласиться будет быстрее, Широйя задрал футболку сразу до шеи – так, что сам не видел, что у него на груди.

– Кай, отведёшь его?

Тот кивнул одними глазами.

– Вы сейчас последуете за профессором Харукаем, хорошо?

Широйя пробормотал пространное согласие и, не давая больше шансов себя перебить, бросился пересказывать всё, что произошло за последнюю четверть часа.

Договорить снова не удалось – теперь уже Скай наперебой забрасывала его уточняющими вопросами. Как только она поняла, где именно произошли оба случая, профессор Харукай грубым движением развернул его за плечо, приказав следовать за ним. За спиной послышался стремительно удалявшийся стук каблуков Скай.

Широйя выдохнул и посмотрел на лицо Харукая – тот выглядел совершенно спокойным. Казалось, что услышанное совершенно не заинтересовало его. Даже холод будто и правда не доставлял ему никакого неудобства.

Миновав несколько коридоров, они остановились перед высокими дверьми, за которыми Широйе ещё не доводилось бывать. С лёгкостью распахнув их, Харукай, не оборачиваясь прошёл внутрь. Широйя поспешил следом.

В первое мгновение он подумал, что они попали в зимний сад. Даже чересчур зимний. Высокие зелёные растения кренились под снежными шапками, задевая их головы. Вскоре стало понятно, что такой вид встретил их только на входе. Стоило им свернуть за угол, растений стало заметно меньше, снег пропал, а за ближайшей аркой он увидел несколько кроватей. Некоторые были заняты студентами. Очевидно, Харукай привёл его в лазарет. Сложно было судить о его размерах, Широйя видел лишь ряды проходов, за которыми располагались палаты – какие-то побольше, навроде той, у входа, в других стояла всего одна кровать. Стены и потолок увивал плющ, а постельное бельё было выкрашено в тёмно-голубой цвет, отчего это место выглядело уютно. В какой-то степени.

Харукай шёл, оглядываясь по сторонам. Наконец он остановился возле палаты, где две кровати оказались уже заняты. Широйя снова выдохнул, но теперь уже по-настоящему.

– Господин Хоширама, мне известно, что вы уже помогали с перевязкой в одиннадцатой палате. У этого молодого человека глубокий порез ниже плеча. Обработайте, пожалуйста, рану. Я сообщу медсестре, она подойдёт к вам, как только освободится. И почему вы двое находитесь здесь? По распоряжению профессора Амалии сопровождающие лица не допускаются в больничное крыло. Пожалуйста, возвращайтесь в спальни.

– Хотели убедиться, что всё в порядке, – Дейн встал, показывая, что они уже уходят.

– Это больничное крыло. Ваша забота ценна, но большую пользу принесёт ваше отсутствие.

– Поправляйтесь, парни. Рэй, спасибо ещё раз! – Дейн помахал и направился к выходу.

Кента поспешил за ним:

– Пока, ребят.

Поравнявшись с Харукаем, оба рванули к Широйе.

А где Лекс?! – Кента обернулся. Брови Харукая недовольно сдвинулись.Нам… пришлось разминуться. Но, думаю, она впорядке. С ней профессор Скай. Вы как?Кажется, обошлось.Теперь одна из бровей Харукая поползла вверх. Кента слабо улыбнулся, хлопнул Широйю по плечу и поднял ладонь, прощаясь.

Они с Дейном прошли сквозь толстые двери. Дальнейший путь пришлось выстраивать только по самым широким коридорам и только по простым надёжным лестницам, не покидая центральной части замка, который к этому моменту походил на заброшенное поле боя. Люди перемещались осторожно, постоянно оглядываясь по сторонам. Мистические шорохи стихли, но им на смену пришли непрекращающиеся завывания вьюги. Многие факелы и камины потухли. Большую часть тыкв либо припорошило снегом, либо разнесло на куски. Редкие из них ещё освещали путь своими горящими глазами-свечками. Лишь иногда дорогу им переходили тыквоголовые пугала или группы дымчатых призраков.

Площадка перед спальнями оказалась практически неповреждённой, только стёкла покрыло тонким слоем наледи. Пробиваясь сквозь него, бледный свет преломлялся на стенах множеством косых лучей. В проходе между спальнями горело несколько тусклых фонарей. Они то и дело мерцали, из-за чего на доли секунды воцарялась кромешная тьма.

Под очередное мерцание, на площадку вылетел Лука:

– Привет, Найта и Лочу не видели?

Сразу за ним, затормозив о спину брата, остановился Хаварра.

Дейн отрицательно качнул головой.

– Плохо. Ладно, спасибо!

Они побежали дальше, и уже возле лестницы, Лука снова затормозил.

– Поосторожней с летучими мышами! Их тут полно, и они агрессивные.

Дейна передёрнуло. Стоило ему про них вспомнить, как он услышал пронзительный писк, сопровождаемый бесконечным шелестом крыльев. Наверное, он звучал уже давно, просто раньше Дейн не обращал на него внимание.

– Мы сейчас запрёмся в спальне, соорудим из одеял иглу и не тронемся с места до самого рассвета, – каждую фразу Кента сопровождал взмахом указательного пальца. – Ни под каким предлогом. С меня на сегодня хватит.

– Ноль возражений.

Они вошли в коридор. В некоторых спальнях горел свет, но большинство были пусты и даже не заперты. Мигание огней только усилилось, а вместе с ним и шум. В какой-то момент ему показалось, что всё спальное крыло кишит невидимыми призраками – слишком пустынно и слишком шумно тут сейчас было. Он невольно подвинулся ближе к Кенте.

Когда они проходили мимо очередного ряда пустых спален, из той, что слева с громким верещанием вырвалась стая летучих мышей. Заорав во всё горло, Дейн и Кента понеслись вперёд. Хотелось обернуться, но этого не требовалось – клокочущий звук не отставал ни на метр. Возможно, это была очередная хэллуиновская пугалка, но смелости остановиться и проверить не находилось. Наверное, стоило свернуть к каминам или к лестницам, но в темноте их было не разглядеть. Они продолжали бежать, глотая ртом воздух, а Дейн надеялся, что здесь не было обвалов и они не полетят, споткнувшись, головой в какой-нибудь булыжник. Пока им везло, но нужно было срочно что-то придумать.

– В конце коридора... пригнись. Пусть влетят... в чёртову стену!

– Ага!

Ноги становились ватными, во рту появился неприятный привкус, а перед глазами началась настоящая пляска из вспышек. Ветер, голоса, грохот – всё вокруг многократно усилилось. Даже воздух изменился. Они пробежали ещё несколько метров.

И врезались.

Дейн почувствовал тупой удар в районе живота и, перелетев что-то мягкое, сполз на пол. Где-то рядом грохнулся Кента.

– Какого?.. Дейн, цел?

– Плюс пара шишек.

– Так же. Мы где?

– Точно не в спальном крыле…

Над их головами пронеслось синее зарево. Ощупав руками пространство вокруг, Дейн, упёрся ладонями в шершавую поверхность – за его спиной находился диван, в который они, по всей видимости, влетели. Дейн мог поверить в то, что они они оба умудрились свернуть в темноте к одной из зон отдыха, но тогда вокруг точно не было бы такого количества людей, а эта вспышка врезалась бы в стену, а не пролетела ещё несколько метров, распугав стаю мышей. Одной проблемой стало меньше и целым набором вопросов больше.

Вдали метрах в пятидесяти он видел хоть и тусклый, но всё же свет, который очерчивал контур высокой арки. Дейн указал Кенте на неё, тот согласно кивнул. Пригибаясь, чтобы не попасть под цветные всполохи или что-то другое, что невозможно было заметить в мельтешении проносящихся мимо людей, они, начали пробираться к выходу из места, которому даже не могли дать названия.

До сих пор Дейн понял про него только три вещи: тут были гигантские потолки, тут повсюду были диваны, тут опасно было находиться – одна из вспышек, прогнавших крупную стаю летучих мышей, подпалила гобелен на стене так, что тот продолжил медленно тлеть.

В лицо ударил белый свет.

– Дейн? И... Вы молодой человек... Что вы тут делаете?

От неожиданности они с Кентой выпрямились.

– Понятия не имеем.

– Могу понять. Профессор Раксли.

– Кента.

Как только они обменялись рукопожатием, что-то тёмное просвистело над их головами. Раксли только отмахнулся, пригладив задетые волосы.

– Знаете, у нас тут, конечно, праздник, но вы, всё же, поспешите отсюда.

– Мы как раз пытались это сделать, профессор.

– Не подскажете дорогу, как отсюда побыстрее поспешить?

Едва Кента договорил, в потолок ударила молния. На секунду она озарила огромный зал, а заодно и лицо Раксли. Застыв с раскрытым ртом, он, прищурился. Перед глазами пробежали размытые мерцающие пятна, а голос Раксли не хуже грома прокатился по комнате:

– Поаккуратней с фокусами, ребятки! На нашу вечеринку забрели первокурсники.

Сложно было утверждать это, с трудом различая хоть что-то на расстоянии дальше метра, но Дейн разом почувствовал на себе десятки чужих взглядов.

Мельтешение из цветных вспышек стало заметно слабее, но и видимость теперь была почти нулевой.

– Давайте-ка за мной. Оба.

Раксли включил какой-то прибор – тот, которым он светил на них при встрече, и теперь они могли идти не пригибаясь. В прошлый раз профессор Раксли показал себя не самым надёжным образом, но сейчас Дейну казалось, что это было в какой-то другой жизни – очень давно. Он понятия не имел, как профессора лингвистики могут помочь при нападениях летучих мышей и внезапных обвалах, но, по крайней мере, Раксли знал, где они находятся, а это уже снимало часть их проблем.

Проведя их лабиринтом диванов, что не составило для него никакого труда даже в свете слабого фонарика, он вывел их к той самой арке. Они поднялись по широким ступеням и вышли в просторный, хоть и тускло, но всё же освещённый коридор.

Дейн сразу понял, что тут они ещё не были. Если бы он не знал, что несколько минут назад они вошли в спальное крыло, он бы даже не смог определить, в какой части замка они находятся. Судя по тому, как Кента вертел головой по сторонам, он думал о том же.

– Не отставайте, пожалуйста, – Раксли выключил свой импровизированный фонарь и дальше они шли, полагаясь на непотухшие ещё факелы и блёклый свет, падавший сквозь гигантские окна. Раксли вёл их куда-то вниз. Ни один из коридоров и ни одна из лестниц не показались Дейну знакомыми, зато он заметил кое-что другое. Снега и льда в этой части замка было значительно меньше, но его не покидало ощущение, что тут бушевал пожар – стены и пол во многих местах покрывала копоть, перемежавшаяся сыростью и лужами, а гобелены и ковры были подпалены и часто прожжены насквозь.

Второй странностью стали сами студенты – почти все, кто попадался им на пути, имели что-то светящееся в своей униформе, – как будто всем в академии сообщили о том, что это обязательный элемент праздничного костюма, и только первокурсникам об этом забыли сообщить.

В какой-то момент слева раздалась новая череда вспышек. Приобняв Дейна и Кенту за спины, Раксли повернул их в противоположном направлении.

– Раксли! Что-то случилось?

Они остановились.

– А, это ты Си́мус. Прекрасно! Совет не помешает.

Парень, по виду ровесник Митцуи, широкими шагами направился к ним. Вспышки тут же прекратились. Одетый во всё чёрное и обвешанный с ног до головы какими-то амулетами, он выглядел в точности как тёмный маг из любой истории про магов. Чёрные прямые волосы скрывали уши, но оставляли открытой шею, вокруг которой была обмотана тонкая цепочка, источавшая слабый, но всё же уловимый свет. Дейна не покидало ощущение, что он уже видел его раньше.

– К нам тут первокурсников занесло.

Раксли улыбнулся, как будто находил это забавным, но Си́мус моментально помрачнел.

– Каким образом?

– Насколько я понял, они сами не в курсе.

Дейн и Кента активно закивали.

– Ты же понимаешь…?

– Даже не сомневайся.

– Это переходит границы. Я их забираю. Найди Амалию, Митцую или Скай. Кого-нибудь.

– Разумеется.

– Спасибо, Раксли.

Тот поклонился.

– Си́мус, – он уже спустился на несколько ступеней, но вновь остановился, – поаккуратнее с детишками.

Симус уклончиво повёл бровями. Раксли улыбнулся, снова поклонился и поспешил вниз.

– Следуйте за мной. Это в ваших же интересах.

Дейн и Кента, усмехнувшись, переглянулись. Что-то подобное они уже слышали в этом замке. Когда ещё не были знакомы. Когда ещё не были его студентами. Когда видели это место впервые и ни при каких обстоятельствах не представляли себя в обстановке, окружавшей их сейчас.

– Попытаетесь улизнуть, будете исключены.

Сказанное было произнесено без угрозы, будто будничное сообщение об изменениях в расписании.

Как и Раксли, он повёл их куда-то вниз. В единственном коротком разговоре он попытался узнать об их перемещениях за последние полчаса. Когда Дейн закончил на побеге от летучих мышей и встрече с Раксли, он ожидал каких-то дополнительных вопросов, но их не последовало.

По занесённым окнам Дейн предположил, что они добрались до нижних этажей, хотя за последние часы произошло столько всего, что он невольно представил, как снег мог успеть поглотить уже половину замка.

Тем временем, Симус продолжал уводить их всё ниже. Кента решился спросить о неприятной догадке, появившейся и у Дейна:

– Вы ведёте нас в подземелья?

– Да.

– Это какое-то наказание?

– Нет. Пока что. Но мы не подвешиваем и не заковываем студентов, если вы об этом.

Для себя Дейн решил, что даже не будет представлять, во что они влипли, пока им не разъяснят это прямым текстом. Он был слишком уставшим, замёрзшим и голодным, чтобы думать в принципе. Сейчас он бы согласился и на недельное заточение, если бы к нему прилагался толстый сноп соломы, чтобы лечь, подобие очага, чтобы согреться, и что угодно, что можно было бы съесть. А если бы камера с Кентой оказалась совместная, они бы всю эту неделю потратили на обсуждение того, что сегодня произошло, и куда их вообще занесло.

Когда они спустились на подземный ярус, воздух стал заметно теплее, а следы разрушений пропали. Краем своего сильно замутненного сознания Дейн понимал, что это логично. Тут не было окон, а значит, неоткуда было браться сквозняку и тем более снегу. Оставался только лёд... Ему вспомнился их прошлый визит в подземелья и занятие у того странного профессора, в кабинете которого повсюду росли сосульки. Связано ли это как-то? Были ли правдивы легенды и про него? Сил думать об этом не осталось. Последние уходили на то, чтобы передвигать ноги и не отставать от профессора.

Наконец, они остановились перед массивной тёмной дверью, и Дейн испытал немалое облегчение.

– Проходите.

Просторная комната с высокими потолками выглядела так же мрачно, как и её владелец, но, зато, здесь горел камин! А вдоль стен стояли диваны.

– Располагайтесь. Думаю, вернусь к вам через час. Может раньше.

Дейн и Кента направились в дальний конец комнаты – поближе к огню. Они заняли два крайних дивана, стоявших друг напротив друга.

– Когда в последний раз ели?

– В обед, – Дейн ответил за них обоих.

Симус кивнул и, вернувшись на несколько шагов, распахнул ещё одну дверь, которую Дейн в начале не заметил. Такая же чёрная, как и входная, она практически сливалась с тёмным камнем, из которого были сложены стены.

Кента обессиленно откинулся на спинку:

Сутки назад мы летали над Шаушанком.Его голос сходил в хрип. Они не пили уже несколько часов, сутки не видели солнца и вечность назад гадали, чем занять наступающие выходные.

Симус вернулся, бросив каждому по бумажному пакету.

– Это вяленое мясо. Пока всё, что есть. А это вода. Питьевая, – он поставил на небольшой стол у стены объёмный кувшин. – Когда вернусь, принесу нормальный ужин.

– Спасибо.

– Спасибо.

Симус вышел из кабинета, и дверь захлопнулась с глухим стуком. Следом послышался звук задвигающегося затвора.

Бумажные пакеты были вскрыты за долю секунды, а их содержимое съедено за немногим большее время.

– Кенчик. Меня сейчас вырубит, – Дейн упал на упиравшуюся в подлокотник подушку.

– Меня тоже. Не уставал так ни разу в жизни.

– Угу.

Сил держать глаза открытыми больше не было.

Глава 75

-Просыпайтесь, молодые люди, просыпайтесь.

Дейн плотнее сжал мягкое покрывало и уткнулся в него носом.

-Если с хлебом ничего не случится, то яичница и бекон сейчас остынут. А мне стоило немалых трудов доставить их сюда тёплыми. Встаём.

Дейн вдохнул аппетитный запах и приоткрыл глаз. Фиолетовая тарелка зависла прямо перед его лицом. Вставать не хотелось, но отказываться от нормальной, да ещё горячей еды было недальновидно.

Он медленно принял сидячее положение, попутно укутываясь в одеяло. Всё тело – от шеи до самых щиколоток ломило. Сложно было найти что-то, что у него не болело. Ещё сложнее было понять, что было причиной этой боли – их марафон по всему замку или череда падений и ушибов, которые ему сопутствовали. Более мятым, чем его лицо, сейчас, был только костюм оборотня, мех на котором скорее напоминал побитого жизнью зверя, чем опасного монстра. И откуда на нём одеяло?

-Здорово! Вы проснулись. Доброго утра! – Раксли сиял широкой улыбкой, одетый с иголочки в свой привычный фрак. – Друга своего не поможете разбудить?

Дейн посмотрел на диван напротив. Свернувшийся клубком серый плед мерно вздымался и опускался.

-Да… – он протяжно зевнул. – Конечно. Доброго утра. Подождите. Как утро? Тот профессор говорил, вернётся через час.

Дейн огляделся – кроме появления пледов в комнате ничего не поменялось. Опоздавшее осознание напомнило, что они сейчас в подземелье без окон.

-Вечер выдался занимательным, – Раксли присел на стул, придвинутый к столу, который теперь переместился между их с Кентой диванов – прямо напротив камина. – Ему пришлось задержаться. А потом вы так мило спали. Мне стало жаль вас будить.

-Вам? Я думал это его кабинет.

-Так и есть, – Раксли несколько раз повёл бровями в сторону тарелки, над которой вился слабый дымок.

Дейн опомнился и переложил тарелку себе на колени. Он насадил на вилку всё, что смог и разом отправил в рот половину её содержимого.

-Симус не слишком любит общение с первокурсниками. Он не просто так с ними не работает.

Справа со стороны камина что-то загудело, и Раксли, вскинув указательные пальцы вверх, направился к нему.

-Вода вскипела. Отлично-отлично. Чай сегодня часть обязательной программы – он противопростудный.

-А вы что-то преподаёте у нашего курса? – вилка застучала, накалывая остатки яичницы.

-О, нет-нет. Наша с Симусом специализация иного рода. Первокурсники её не изучают, – дымящийся чайник опустился на стол.

-Получается, вам нельзя работать с новенькими?

-Можно, конечно. Многие профессора ведут по два-три разных предмета. Я просто не хочу.

Входная дверь распахнулась.

-А вот ему нельзя.

Симус широкими шагами пересёк комнату, скрывшись в своём кабинете. Его вчерашний драматичный костюм сменился простой профессорской формой. Дейн наконец-то вспомнил, когда видел его в прошлый раз: первого сентября – тот самый профессор с кучей цепей, что разговаривал с Митцуей за столом.

-Можно спросить, почему?

-Его методы... они... своеобразны. Кто-то... не я, но многие… назвал бы их жестокими.

-Простите, профессор, но то, как вы бросили меня тогда в моём первом дайве, я бы тоже назвал… жестоким.

-Разница в том, что я вас не бросал. Добавил немного эмоций... Сохранил дистанцию... Да. Но я там был. Его бы не было.

Раксли широко улыбнулся, отпил из дымящейся чашки, и протянул вторую Дейну.

-То есть... – Дейн принял чашку, но его рука так и застыла в воздухе. – То есть, вы всё видели?!

-Тот небольшой приступ паники? Конечно. И могу сказать, вы справились прекрасно. Лучше многих, на чьих первых дайвах я побывал. Правда, – он сделал ещё глоток и закатил глаза, – бывал я на них не так часто. Знаете, следить за детишками – не моё. Я не очень эмпатичен. Так говорят.

-Но… Зачем? Просто поиздеваться?

-О, – Раксли отпрянул назад. – Зачем вы так? Ни в коем случае. Это же настоящее чудо! Как я мог лишить вас возможности увидеть его своими глазами? – с озорным прищуром он подмигнул и повернулся влево. – Боюсь, парня всё-таки пора будить. Напомните, как его имя?

-Кента. Да, пожалуй.

Дейн скинул с себя покрывало и поднялся с дивана.

-Ауччч.

Всё тело поглотила ноющая боль, а при движении к ней добавились резкие всполохи от шишек и ссадин. Проковыляв так до противоположного дивана, он осторожно опустился на свободный угол. Ком пледа подвинулся, но признаков пробуждения не последовало.

-Кенчик, – он толкнул его, попав в плечо. – Подъём.

-Ммм.

-Кенчик. Мы в подземелье, с профессорами, которые не любят первокурсников и завтраком, который остывает.

-Правда?

-На счёт завтрака не уверен. Может уже остыл.

-Это... плохо.

-Угу.

-Ладно... встаю.

Одеяло начало двигаться, и из его складок показалась взъерошенная голова. На опухшем лице отпечатались следы подушки. Дейн хмыкнул:

-Это я так же паршиво сейчас выгляжу?

Кента протёр глаза ребром ладони и попытался сфокусироваться:

-Возможно не так же, но паршиво, да.

-Получше многих, если честно, – Раксли поднялся и протянул тарелку Кенте.

-Спасибо!

-Чайку?

Кента закивал. Он уже поднёс вилку ко рту, но остановился.

-Профессор, а вы случайно не знаете, как там Анкер и Курама?

-Боюсь, я не знаю, о ком речь. Но! Могу заверить, что с ними точно ничего страшного. Насколько мне известно, вчерашняя вечеринка, как и планировалось, завершилась общим испугом, не более.

Кента поперхнулся:

-Обвал лестниц... был частью вечеринки? У вас тут какое-то искажённое понимание Хэллуина.

-Конечно нет. Боюсь, это было чьей-то импровизацией. Крайне неудачной импровизацией.

-И часто у вас тут так импровизируют? – Дейн поставил свою чашку на стол.

Он ожидал разных объяснений произошедшему, но только не такое.

-В подобном ключе... впервые. Но, всё когда-то случается впервые, не так ли? Вот скажем на днях… Представляете? Мисс Амалия рассказала мне о том, как несколько первокурсников решили превратить наш Трофейный Зал в футбольный. Никто до этого не додумывался, а вот кому-то пришло в голову.

Дейн метнул паникующий взгляд на Кенту, тот встретил его таким же.

-О! Как интересно! Вот это честь! – Раксли хлопнул в ладоши, и отражение пламени камина игриво заплясало в его глазах. – Чья была идея?

Брови Кенты взметнулись, скрывшись за чёлкой. Дейн сглотнул.

-Мы ещё не так хорошо сдружились? Понимаю. Но знаете… на случай… если кто-то позовёт вас туда поиграть… в обход запрета нашего чудесного профессора… – голос Раксли перешёл на заговорщический шёпот, и он подался вперёд. – После третьего урока по средам в этом крыле нет никаких занятий. И совершенно безлюдно, – он снова откинулся на спинку стула. – Кубки мало кого интересуют вне поля их вручения.

-Даже в кабинетах напротив? – шёпот Кенты, окрасился не прошедшей со вчерашнего вечера хрипотцой.

-Напротив? – Раксли прищурился, припоминая. – Ах да. Не переживайте. Рабочий всего один. Его владелец хороший человек. Мой старый знакомый, – Раксли прикрыл глаза, склонив голову в заверении. – Он только порадуется соседям. Зная его характер, он бы давно всё высказал, если бы они ему докучали.

Кента, а за ним и Дейн философски закачали головами, не придумав, как лучше ответить. Пауза затянулась, и Кента, нахмурившись снова повернулся к Раксли.

-И всё-таки это как-то странно. Я про Хэллуин. А как же безопасность студентов? И ваша?

Улыбка на лице Раксли потускнела.

-Этот замок сложнее, чем вам кажется. Вам ещё многое предстоит о нём узнать. Если доучитесь, конечно.

-И доживём, да? – Кента опустил свою чашку возле чашки Дейна.

-Вы драматизируете. Замок хорошо укреплён. Впрочем, никто не мешает вам его покинуть. Ближайший поезд...

-В конце ноября, – Симус вышел из кабинета и направился в их сторону. – Месяц придётся повыживать.

Он усмехнулся, а Дейн и Кента хмуро переглянулись.

На ходу Симус прихватил стул, поставил его слева от Раксли, и, повернув его спинкой вперёд, сел, облокотив на неё скрещенные руки. Он медленно повернулся вправо – к Дейну и так же медленно перевёл взгляд влево на Кенту.

-Ну что. Рассказывайте.

-А нельзя ли сначала в душ там...

-Конечно. Но сначала рассказывайте.

Кента разочарованно поджал губы.

-Не хотите ли вы добавить что-то важное к своему вчерашнему приключению? – Раксли заложил ногу на ногу, как будто впереди его ждала долгая интересная история.

-Вы как добрый и злой полицейский? – Кента прищурился, переводя взгляд с одного на второго.

-Если изволите, я могу стать немного злее. Потому что от него слов подобрее вы точно не дождётесь.

Кента неловко улыбнулся и, скосив глаза в пол, схватил со стола свою чашку.

-Боюсь, мы сможем его только повторить, – Дейн последовал примеру Кенты и подлил себе заварки.

-Какие способы попадания в эту часть замка вам известны? – Раксли с интересом оглядел кабинет, будто видел его впервые.

-С профессором... наверное. Или со старшекурсниками?

-Всё верно, всё верно. Просили ли вы кого-то из профессоров пропустить вас вчера? Когда вы убегали от тех... мышей?

-Мы бы и при большом желании не успели, – Кента замотал головой.

-Понимаю. Может быть вы следовали за кем-то из профессоров?

-Если там кто-то и был, мы его не видели. Там же света не было. Одни вспышки.

-А что на счёт старшекурсников? – Симус перекатом ударил пальцами по деревянной спинке.

-То же самое, – Дейн заметил, как помрачнели лица профессоров, и быстро добавил: – Никого не просили, никого не видели.

-И ни с кем не знакомы? – бровь Симуса многозначительно приподнялась.

Кента отпил большой глоток чая, а Дейн застыл, не понимая, как ответить. Они не сделали ничего противоречившего правилам, но какое-то чувство, взрощенное в самом подсознании, напоминало, что в таких ситуациях лучше не говорить ничего лишнего, чтобы не прибавлять проблем ни себе, ни окружающим.

-Вижу, знакомы. Так с кем?

-Не то чтобы знакомы...

Дейн решил, что лучшей тактикой будет умалчивание об всём, о чём только было можно умолчать, и теперь судорожно перебирал в голове факты, которые было безопасно упомянуть. Футбол в Трофейном Зале отметался, экскурсия по подземелью, хоть и вынужденная, с их проходом через барьер, не рассматривалась ни при каких условиях. Оставалось...

-Пара ребят как-то показывали мне дорогу. Летом. До библиотеки, – прозвучало не так убедительно, как хотелось. – Потом я встречал их в Атриуме. Несколько раз.

-Как зовут помните?

-Эр.. эри.. Эриад... одного, кажется. А второго... С...

-Не Сорроу случайно? – глаза Раксли загорелись энтузиазмом, а Дейн приложил все усилия, чтобы не выдать удивление.

Осознание, что Сорроу однажды уже упоминал имя их куратора, пришло слишком поздно. Продолжать уклоняться было бессмысленно.

-Да...

-Как удачно, – Раксли потянулся за чайником. – Мои подопечные, я с ними поболтаю.

Симус согласно кивнул и посмотрел на Дейна:

-Больше никого не знаете?

-Нет.

Взгляд Симуса переместился на Кенту, и тот отрицательно замотал головой.

Раздался одинокий стук в дверь. Не дожидаясь ответа, её распахнули. Вошедшим был Митцуя.

До этого момента Дейн даже не предполагал, что может так сильно радоваться его появлению. Как будто в чужом недружелюбном мире им повстречался старый добрый знакомый, и теперь за них мог кто-то заступиться. В общем-то это было скорее реальностью, чем метафорой.

-Можно? – Митцуя облокотился о стену и улыбнулся.

-Не уверен, что мы достойны такой чести в это раннее утро, – не оборачиваясь, Симус усмехнулся и в очередной раз обвёл их с Кентой взглядом. – Мы проверим всё, о чём вы говорили.

-О, так я вовремя? Вы уже закончили?

Дейн и Кента с надеждой повернулись к Митцуе. Симус поднялся:

-Твои парни что ли?

-А-га.

Улыбка Митцуи стала насмешливее:

-Провинились?

-Скорее вляпались.

-Мм. Придётся спасать.

-Как пожелаешь. Только сначала пройдёмся до Амалии.

-А сейчас сколько?

-Половина девятого. Где-то.

-Без двадцати пяти, – Раксли постучал по стеклу наручных часов.

Митцуя задержался в проходе:

-Вы ели?

Дейн приподнял пустую тарелку.

-Хотелось бы попасть в душ... – Кента, умоляюще сложил ладони возле груди.

-У тебя же тут есть запасная форма?

Симус кивнул и направился к высокому шкафу в углу.

-Предлагаешь не запирать дверь?

-Они в подземелье, – Митцуя беззаботно повёл плечом. – Куда не положено не попадут даже при большом желании

-То, что они в этом подземелье, потому что попали туда, куда им не было положено, мы в расчёт не берём? – Раксли облокотился о косяк двери, философски склонив голову.

-Ну, это же было вчера?

-А сегодня – сегодня. Справедливо. Хорошего дня, ребятишки! – Раксли изобразил лёгкий поклон и вышел из кабинета.

Вешалка с формой приземлилась на диван сначала возле Кенты, затем возле Дейна.

-Продолжим после моего возвращения, – Симус направился вслед за Раксли.

-Я вас вызволю. Но сначала придётся посетить пару совещаний.

Митцуя подмигнул и последним покинул кабинет.

-Доброе утро! – Кента поднял дымящуюся чашку.

-Доброе утро... – Дейн поднял свою в ответ.

Глава 76

Вскоре стало понятно, почему их так спокойно оставили одних. Эта часть подземелий, по-видимому, была тупиковой. Пройти дальше не позволял барьер, а из тех немногочисленных дверей, что им попались, почти все были заперты. Впрочем, это значительно ускорило их поиски.

Разумеется, тут не было целого этажа, как под их спальнями. Десять душевых кабинок в два ряда расположились прямо в углублении пещеры. Кента сбросил плащ на пол. На него полетела остальная одежда, а он сам скрылся за ближайшей дверцей. Дейн повесил свои вещи на крючок, торчавший из стены. Он поёжился. Воздух был тёплым, но после суток, проведённых в одной и той же одежде, всё тело покрылось неприятной испариной.

Босиком он рванул к дальней кабинке и разом повернул оба крана. Прохладная вода ударила в лицо, смывая сон и мандраж от пережитого за последние сутки. Она становилась всё горячее, а Дейн чувствовал, как её уровень постепенно поднимается. Из-за неровного пола, который фактически являлся каменным основанием пещеры, вода скапливалась в углублении, образуя маленький горячий источник.

Опустившись в него, он впервые за долгое время почувствовал, как по-настоящему согревается. Набрав в ладони побольше воды, он облил ею лицо, откинулся на тёплую гладкую стену и прикрыл глаза. Наверное, иногда стоило помёрзнуть именно ради таких моментов.

***

– Интересно, зачем душевые в подземелье? – Кента в который раз растрепал свои волосы, смахивая с них воду.

– Может тут что-то типо спортзала? – Дейн обвёл головой дугу, указывая на длинную комнату, по которой они шли.

– Тут ни снарядов, ни хотя бы ковров. Это же буквально голый камень.

– Нууу, тут есть окошки.

– По-моему, это какая-то горная порода.

– А по-моему, она булькала.

Кента с подозрением покосился на узкий мутно-зелёный овал и ускорил шаг:

– Давай от всего булькающего и стеклянного держаться подальше.

Дейн твёрдо кивнул.

Какое-то время они ещё побродили по немногочисленным коридорам. Пара комнат оказалась открыта – в целом они походили на привычные им небольшие кабинеты с каминами и креслами, разве что не имели окон. Решив не рисковать, они вернулись в аудиторию Симуса. Теперь необходимость полежать возле камина в чистой мягкой, хоть и непривычной, униформе, едва ли воспринималась как заточение. Скорее как отличный отдых.

– А сегодня же пятница? – Дейн заложил руки за голову, разглядывая скальный потолок.

– Ааага, – Кента принял то же положение.

– Если занятия не отменялись, то... – Дейн поднял левую руку и посмотрел на часы, – говорение мы уже пропустили, а минут через... двадцать пропустим и письмо. Блеск!

– Блеск. Хотя... Я всё-таки не верю, что эта заваруха была запланированной. Анкер чуть ногу не сломал.

– Я тоже не верю. Интересно, как у них с Анкером дела. Как там вообще у остальных? И на что сейчас похож замок.

Кента хотел что-то ответить, но вместо этого прислушался. Где-то хлопнула дверь. Послышались шаги, и хлопнула следующая. Они переглянулись. и уставились на вход в ожидании гостей.

В проёме показалось знакомое лицо. За ним второе.

– Эревард?! Сорроу?!

– А мы вас ищем. Добрейшее.

Эревард прошёл вперёд и по очереди пожал руку Дейну и Кенте. За ним подошёл Сорроу:

– Здорово.

Они сели на стулья, оставленные Раксли и Симусом.

– Так. Это вам, – Эревард снял рюкзак и достал оттуда большой бумажный свёрток, который он кинул Кенте.

Сорроу поспешил сделать то же. Свой он бросил Дейну. Упаковка оказалась тёплой. Дейн поднял подозрительный взгляд.

– Лучше откройте, – Эревард указал пальцем на оба свёртка, – так нам всем меньше влетит.

Дейн нахмурился ещё сильнее, но почувствовав запах жареного хлеба, принялся разворачивать бумагу. Внутри оказались два толстенных сэндвича, начинённых одновременно всем, что в них в принципе можно было добавить. В животе заурчало.

– Спасибо! – Кента надорвал явно самодельную упаковку и замер. – А в чём подвох?

– В том, что нам не сильно положено тут быть, и это наше алиби, – Сорроу показал ещё один свёрток, который он уже начал разворачивать.

– То есть есть нельзя?

– Можно, конечно. Но лучше оставить побольше крошек или корочку.

– Раксли спрашивал у нас про вас, – Эревард скинул на пол рюкзак и занялся собственным обедом. – Весь высший профессорский состав сейчас у директора, поэтому мы решили вас навестить.

– Официальная версия: мы подумали, что вы голодные.

– Но мы и пвавда галодные, – Кента впихнул в себя остатки первого сэндвича и потянулся за вторым.

– Отлично. Наше алиби крепчает, – Эревард качнулся на стуле и прищурился. – Вам даже форму выдали?

– Митцуя за нас попросил, – Дейн поднялся с дивана, решив, что пора поставить чайник.

– Митцуя – ваш куратор?

– Ага.

– Тогда не парьтесь. Он вас вытащит.

– Он тут такой крутой?

– Весьма. А ещё они с Симусом друзья. Так что вам очень повезло, – Эревард усмехнулся, покачиваясь на стуле.

– Этот Симус, – Кента проглотил последний кусочек и потянулся за своей кружкой с остатками холодного чая, – правда такой сложный тип?

– Скорее ему просто на всех плевать. Те, кто могут под это подстроиться нормально у него занимаются. Но кое-кто даже отчислялся.

– Звучит как сложный тип, – чашка Кенты окончательно опустела, и он поставил её на стол. – А как там вообще сейчас атмосфера?

– Наверху? Ничего так. Ночью кто-то хорошо поработал. Несколько стёкол ещё поддувают, и пару тыкв забыли убрать.

– То есть всё закончилось ещё вечером? – Дейн снял чайник, не дожидаясь полного закипания, и вернулся с ним к столу. Опустив его на подставку, он с облегчением заметил, что Раксли оставил сутра полный чайный сервиз аж на шесть человек.

– Ну да. Вы не в курсе?

– Нас заперли тут в самый разгар, наверное, – признаваться, что они уснули, почему-то не захотелось. – Чай будете?

– Будем, – Сорроу активно закачал головой.

Эревард кивнул.

– А как это объяснили? Профессора, – Кента пододвинул свою чашку поближе, ожидая, что её наполнят первой. Дейн усмехнулся.

– Говорят какие-то праздничные эффекты наложились друг на друга, и это дало неудачный результат, – Эревард снова качнулся на стуле, так что тот издал протяжный скрип.

– И вам это кажется правдоподобным? – Дейн протянул чашку Кенте. Тот с довольным лицом изобразил головой поклон.

– В этом может быть доля истины. То, что вчера происходило, похоже на "неудачно наложившиеся эффекты". Вопрос, кто их создавал, понимал ли этот человек последствия, и какая у него была цель.

– А у вас есть версии? – Дейн домешал сахар в своей чашке, отставил её в сторону, и занялся двумя оставшимися.

– Их на всю академию пара сотен наберётся, – Сорроу рассмеялся. – Но суть примерно одна – у кого-то или чего-то на нас зуб. Сбывается ли одно из десятка пророчеств или кто-то расшатывает магию замка – по сути неважно. Что-то явно происходит. Что-то нехорошее.

– То есть раньше что-то похожее уже происходило? – Дейн неосознанно перешёл на полушёпот и одёрнул сам себя.

– Не как вчера. Но да. В том году.

– Расскажете? – Кента с надеждой выглянул из-за чашки.

Сорроу и Эревард переглянулись.

– Честно говоря, это как раз то, зачем мы здесь, – Эревард последний раз качнулся и скрестил руки на спинке стула перед собой, как это делал Симус пару часов назад.

– Рассказать нам о прошлогоднем происшествии? – Дейн приподнял бровь и протянул две чашки Эреварду и Сорроу.

– Предложить обмен.

Теперь переглянулись Дейн и Кента.

– У нас есть одна... зацепка по этой истории. Слухи, конечно, но было бы круто проверить. Поможете нам, а мы с вами поделимся остальным, что знаем.

– Мы поможем? – Кента отхлебнул большой глоток и дёрнул подбородком вперёд, показывая, что прозвучало что-то очень сомнительное.

– Видели льва на четвёртом этаже? – Эревард подул на чашку. Огромный такой, бросается в глаза.

– Тот что недалеко от Трофейного Зала?

– Точно. Где мы тогда играли. В прошлом месяце наш курс был на экскурсии в каком-то музее, посвящённом Древней Греции. После этого кое-кто рассказывал, что видел там этого льва. И что легенды про замок не врут. Что, вроде как, всё скверно.

– Боюсь, тут мы вам не поможем, – Дейн поджал губы. – Наша экскурсия была в Египте и львы там были только в виде иероглифов.

– Именно, – Эревард улыбнулся. – У вас Греция будет в этом месяце.

Дейн прищурился, начиная понимать:

– То есть нам нужно просто поискать там этого льва?

– Ага. Расскажете, что там про него написано, а мы дальше копнём. Ну и поделимся тем, что знаем.

– Идёт.

– Я в деле, – Кента довольно ухмыльнулся. – Разгадывать тайны, у меня получается лучше, чем обучаться языкам.

– А был опыт? – Дейн хмыкнул, чуть не поперхнувшись чаем.

– Нет. Но от этой идеи меня, по крайней мере, не клонит в сон, а это уже успех.

Все засмеялись.

– Ну как? Разберёмся, что за тучи сгустились над этими прекрасными стенами? – Эревард вытянул свою кружку над столом и три остальные со звоном ударились об неё.

Глава 77

После ухода Эреварда и Сорроу день потянулся медленнее. Какое-то время они с Кентой пытались рассуждать, о том что происходит в замке, но очень быстро пришли к осознанию, что им проще заранее усвоить учебную программу на год вперёд, чем разобраться, почему замок, перемещающий их в мистические горные города, за считанные часы занесло на два этажа снегом.

Плотный обед, полумрак, потрескивание огня и мягкий диван сделали своё дело. Моргнув несколько раз, Дейн прикрыл рукой глаза и провалился в дремоту. Когда в кабинет снова кто-то вошёл, он не мог сказать, прошло ли пару минут или часов.

– С меня на сегодня хватит.

– Что, так и передать? – в голосе Митцуи слышалась улыбка.

– Ты же знаешь, что мне плевать, – насмешливый голос Симуса заглушил хлопок двери его кабинета.

Дейн приподнялся на локтях и правой рукой протёр глаза. Митцуя помахал им:

– Как спалось?

– Неплохо.

Кента на своём диване развернулся и высунул голову из-под пледа:

– Скажите, что вы за нами.

– Я за вами.

Митцуя мягко улыбнулся и в ожидании облокотился на косяк двери.

– Нам ничего не будет? – Дейн растормошил волосы, встал и направился к камину, над которым лежала их отсыревшая одежда.

– Не будет. Вещи оставьте, я потом разберусь. Пришлось потратить время на выяснение всякого. Вам не повезло попасть под стечение обстоятельств.

Кента окончательно вылез из-под пледа и тоже встал:

– То есть у нас сегодня отдых?

Митцуя улыбнулся ещё шире и кивнул:

– Сегодня отдых.

***

Путь на шестой этаж, где располагались спальни, напомнил Дейну их первое сентября. Они шли коридорами, подобные которым он уже видел раньше, он предугадывал, что увидит за поворотом, и всё равно удивлялся какому-нибудь необычному гобелену, статуе или виду за окном. Было здорово увидеть знакомые стены в новой обстановке. Снег, трещины, завалы – всё и правда исчезло. Это снова был их привычный Фэйбэл. Изменились лишь люди. Здесь те, кого они обычно видели только в Атриуме или Главном Холле просто бродили по коридорам – профессора и студенты с необычными стрижками, цветом волос, униформой. Даже выражения их лиц были как будто другими – более уверенными и серьёзными. Вчера, в темноте, спешке и общей суете всё это ускользало, но теперь они с Кентой с любопытством рассматривали окружение новой для них части замка.

Но самое странное чувство Дейн испытал, когда, проходя по очередному мосту, он услышал мерное постукивание. То самое, что издавали гигантские механические часы, возле которых меньше суток назад Баки и Лекс играли в шахматы. Они свернули за угол и вышли в коридор, уставленный статуями философов. Тот самый, где он потерялся, пытаясь найти дорогу до библиотеки. Впереди послышался гомон Главного Холла – они вернулись. Это был их холл, их коридоры, по которым ходили их однокурсники. Он поймал взгляд Кенты, и они улыбнулись. На душе потеплело.

Митцуя проводил их до спального крыла.

– Чтение вечером отменено, так что, отдыхайте. Если понадоблюсь, обязательно приходите.

– Хорошо!

– Спасибо! – Кента заложил руки в карманы и неспешно побрёл по коридору. – Я бы до ужина повалялся.

– Отличный план. Мне нравится.

– Тогда пинай меня. Иначе просплю, – Кента помахал, сворачивая к своей спальне.

– А если просплю я?

– Тогда я останусь голодным, и тебе будет стыдно!

Дейн засмеялся и зашагал дальше. Казалось, весь вчерашний день был одним очень длинным страшным сном. Их крыло всё так же было наполнено оживлённым гомоном. Вокруг были всё те же люди, а стена в конце прохода всё так же находилась на прежнем месте.

Взбежав по лестнице, он только ухмыльнулся себе под нос. Наконец, он остановился напротив своей комнаты, которую, как оказалось, так и не закрыл. Фигли и Вигли приветливо заверещали с привычного насеста под потолком. Он шагнул внутрь и плашмя упал на кровать. Солнечные зайчики от бронзовых крыльев забегали по потолку. Впервые он почувствовал то, о чём в этих стенах ему доводилось слышать не раз.

Он был дома.

Глава 78

Сидя с наполненной до краёв тарелкой, Дейн подумал, что, возможно, ошибся насчёт серьёзности атмосферы той части замка. То ли это был его собственный настрой, то ли Хэллуин оказал на всех похожее влияние, но незримое напряжение ощущалось повсюду. Все были тише и мрачнее, чем обычно.

– Кента! Дейн! – Лекс окликнула их из-за соседнего стола и тут же, схватив свою тарелку, направилась к ним. – Вы где пропадали? Мы вас обыскались.

– Привет! – Кента подвинулся, уступая место. – Нас занесло за барьер. Каким-то образом.

– Скорее даже за стену. Сами ничего не поняли. Профессора нас оставили на ночь в аудитории в подземелье, только недавно отпустили.

– А в итоге как? Всё нормально? Сами целы?

– Да – пара синяков.

– И потянутых мышц, – Кента потёр плечо. – Как будто кросс вчера сдавали.

– Ммм. Это сегодня классика.

– А ты как? – Дейн указал на шарф, повязанный у неё на шее. – Широйя вчера говорил, что вы тоже в какие-то приключения влипли.

– Да, перед нами окно разбилось. Целиком. Пришлось немного в сугробе посидеть. Который потом покрылся льдом...

Дейн и Кента одновременно заморгали.

– Но всё нормально. Не знаю, как, но у профессора Скай получилось его чем-то растопить. Думала, дольше придётся там проторчать. Она проводила меня в больничное крыло. Вы знали? У нас оно, оказывается, есть.

– Мы там даже были. Курама и Анкер отлетели в стену, когда лестницу во второй раз тряхнуло…

– Точно. Меня как раз в соседней в палате оставили. Забыла, что вы там все вместе были. Утром к нам завалились девочки и Баки – принесли завтрак, а потом всех отпустили. Мы про вас спрашивали – никто ничего не знал.

– На самом деле в подземелье было гораздо спокойнее, – там как будто вообще ничего не происходило, – Кента закончил с ужином и отставил тарелку.

– Получается, вам даже повезло? Здесь замок трясло часов до одиннадцати, наверное. Юми вообще никакая ходит – даже упоминала об отчислении.

Дейн задумчиво отпил тёплый глинтвейн. Отвечая на письмо академии в конце августа, он дал себе обещание – эти четыре месяца должны были стать решающими для всей его дальнейшей жизни. Он хотел понять, кем всё-таки является – не повзрослевшим подростком, которому пора преодолеть этот этап и решиться пойти дальше, или же неисправимым энтузиастом, который не мог потерять надежду, встретить таких же как он – тех, для кого жизнь была приключением, достойным каждого прожитого дня. Достойным воспоминаний и смеха за таким же накрытым столом. С дымящимися кружками, которые будут ударяться друг о друга в руках тех, кто это приключение создавал.

Составляя то письмо, он понимал, что лучшего места, что смогло бы дать ответ на так долго мучивший его вопрос, быть просто не могло. Ни разу с того дня он не пожалел о своём решении, и вот сейчас, впервые перед ним пролегла тень сомнения. Выбор между возможностями, которые ему предлагали, и этим местом, только казался сложным. Если бы его попросили дать развёрнутый ответ, он бы долго рассуждал и приводил много аргументов. Но дай ему лишь секунду на решение, и оно было бы очевидным. В глубине души, он всегда это понимал. И вот, теперь, в это уравнение внесли новую переменную. Осознанность, ответственность, значимость и перспективы больше не противостояли единомышленникам, красоте, познанию, удивлению и воспоминаниям. Теперь на вторую чашу весов легли угроза и неопределённость.

– Ты как? Ещё настроен продолжать обучение?

Дейн вздрогнул. Лекс смотрела на Кенту, подливая в кофе молоко.

– Вполне. Мне кажется, замок быстро восстановили. Значит, он и правда способен переживать такие... инциденты. Дома меня ждёт сплошное уныние и унижение, я лучше английский поучу.

– У тебя проблемы с семьёй?

– У него проблемы с поиском работы и пригодностью к взрослой жизни.

Кента закивал.

– Тогда нам нужен план действий на ноябрь. В среду у нас дайв.

– Я поговорю с Митцуей. Пообещаю, что больше не буду делать за него задания. А ты тогда позанимайся с ним по вторникам. Пожалуйста.

– То есть возвращаем старый план? Идёт.

***

В субботу Дейн выяснил, что в пятницу у него практически ничего не болело. Тело ломило так сильно, что после похода в душ он принял волевое решение провести эти выходные в кровати, с вылазками, разве что, за едой.

Первой парой в понедельник был практикум по чтению с группой Тайли. Дейн ещё раз поблагодарил Рэя за то, что тот помог им тогда добраться до больничного крыла. Все расселись на стоявшие вкруг диваны в ожидании начала занятия. Конечно же, в первую очередь все рассчитывали на какое-то объяснение. Не пересказ слухов и отговорок, а хотя бы подобие официальной версии.

Как и всегда, Руфим появилась ровно в десять.

– Доброе утро! – она по обыкновению остановилась возле камина. – Рада видеть, что отсутствующих сегодня нет, – её пристальный взгляд обвёл кабинет. – Наш урок – первый после инцидента на прошлой неделе, поэтому считаю нужным сообщить, что изучение его обстоятельств всё ещё продолжается, а все необходимые меры укрепления периметра замка уже предприняты.

Сразу три руки поднялись в воздух, но Руфим тут же добавила:

– Дать более детальную информацию, к сожалению, не смогу. Это вне моих полномочий и вашей компетенции.

Вторым занятием была общая грамматика у Скай. Она проводилась сразу для пяти групп. Обсуждения произошедшего доносились с разных сторон. Вероятно, профессор тоже их слышала, потому что начала урок с того же, что и Руфим:

– В вечер празднования Хэллуина ряд сил наложились друг на друга. Они не угрожали напрямую чьей-либо безопасности – как вы знаете, все отделались ушибами. И всё же, от лица Академии я приношу извинения за причинённые беспокойства. Все необходимые меры уже предприняты. Также, ввиду того, что ряд проверок продолжается, в вашем расписании произошли небольшие изменения. Кураторы расскажут о них подробнее. Академия надеется на ваше понимание.

***

– Сдаётся мне, никакого льва мы не увидим, – Кента шёл впереди, пробивая им дорогу в переполненном коридоре.

– Думаешь экскурсии отменят?

– Скорее всего. Вряд ли, чтение или письмо. Это было бы слишком хорошо.

– Тогда это подтвердит, что лев и правда как-то замешан.

Говорение с Митцуей стояло после обеда, что не помешало ему уставить весь стол чашками, поджаренным хлебом и вареньем.

– Готовите нас к плохим новостям? – Анкер, прихрамывая, последним занял свободное кресло.

– Тут как посмотреть. Вообще хотел настроение вам поднять. Как нога, кстати?

– Спасибо, получше.

– Курама, как колено? Плечо перестало саднить?

– Да, порядок.

– Отлично. К сожалению, на счёт вечера Хэллуина ничего существенного к тому, что вы итак уже слышали, не добавлю. Но одно нововведение касается вас напрямую. Расписание ещё не исправили, но до конца ноября все дайвы отменены.

Многие разочарованно вздохнули

– Возможно, до конца семестра.

– Но... почему? – Энжи расстроенно сползла по спинке дивана.

– Дайвы – сложнейшая из механик академии. Скорее всего, они в полном порядке, но на детальную проверку уйдёт много времени. Это перестраховка, но, я думаю, вы все согласитесь, что она того стоит.

Дейн ощутил какую-то странную печаль. Раньше он не думал о дайвах как о своём любимом предмете, но теперь, когда их отменили, всё обучение как будто лишилось самого ценного, что в нём было. Дайвы считались лишь вариацией практики, но на них они видели, как сильно продвинулись вперёд. А что самое главное, на них было весело. Столько паники, ликования и любопытства не дарил ни один другой предмет. Каждые две недели они становились маленьким приключением внутри приключения.

В конце концов, на них всегда страдал Кента, и только это было поводом для бесконечного потока шуток. Дейн повернулся в его сторону и заметил задумчивое лицо Лекс. С поджатыми губами она поглядывала то на Кенту, то на него. Наконец, она наклонилась к их дивану:

– Получается, план отменяется?

Она говорила полушёпотом, поэтому Дейну пришлось подвинуться ближе.

Кента отрицательно замотал головой, Лекс непонимающе подняла бровь.

– Мне всё ещё надо закончить семестр.

– У тебя всё ещё есть Дейн.

– Он всё ещё не умеет объяснять.

– А какая у меня теперь мотивация?

– Доброта и сочувствие.

Губы Лекс сжались ещё сильнее, а бровь поползла ещё выше. Видимо, не придумав, что ответить, она покачала головой и снова опустилась в кресло, с задумчивым взглядом подперев подбородок.

Кажется, Митцуя каким-то образом услышал их разговор, потому что Дейн увидел, как тот, довольно улыбаясь, смотрит в их сторону.

***

Когда занятие Митцуи закончилось, все начали обсуждать отмену дайвов. Скорее, это походило на коллективное предавание воспоминаниям о том, как весело на них было.

Уже на подходе к спальням, их догнала Лекс:

– Если занятие завтра не отменяется, поможете хотя бы форму из прачечной забрать? Там целый мешок и ещё куртка Широйи.

– Откуда у тебя его куртка? – Кента показал рукой, чтобы его подождали, свернул влево и закинул вещи в свою комнату.

– Когда снег сошёл он мне её оставил. Пока ходил за помощью.

– Точно, я про это забыл.

Втроём они свернули к лестнице, спускавшейся на сантехнический этаж. Вещи Лекс Дейн и Кента распределили между собой, оставив ей нести балахон Широйи. Лишённый листьев и веток, он оказался обычной кофтой, обшитой мешковиной.

– Хоть кто-то сделал костюм самостоятельно, а не как мы лентяи, – Дейн одобрительно кивнул на потрёпанную, расползавшуюся по швам ткань.

Кента усмехнулся:

– Митцуя им бы гордился.

Лекс шла с любопытством разглядывая аккуратные швы, стягивавшие бесформенные лоскуты.

– Ох, – она остановилась.

– Ты чего?

– Это его толстовка. В которой он постоянно ходит. Я думала просто ненужная куртка. Надо бы побыстрее её вернуть.

Дейн пригляделся и заметил между разошедшимися лоскутами знакомую тёмно-серую ткань.

– Мы твой костюм тогда сами Митцуе отнесём.

– Спасибо! Пойду поищу его.

Глава 79

– Привет, не отвлекаю?

– Привет. Да нет.

Широйя отложил книгу и выжидательно поднял взгляд. Видеть его без капюшона было непривычно. Оказалось, что у него были густые тёмно-русые волосы, небрежно торчавшие в разные стороны.

– А тут уютно, – Лекс посмотрела по сторонам.

Неширокий коридор огибал внутреннюю круглую башню. С единственного стоявшего тут дивана сквозь высокие панорамные окна открывался красивый вид на долину перед замком. Это место было таким неприметным, что она трижды проходила мимо, прежде чем, увидела поворот сюда.

– Здесь красивые закаты. И нет людей. Обычно.

Лекс усмехнулась:

– Я ненадолго. Соул подсказал, где тебя можно найти, – она протянула аккуратно сложенный свёрток.

Широйя прищурился.

– Моя толстовка?

Лекс кивнула.

– Спасибо, – скинув накидку от униформы, он принялся сразу натягивать её на себя, прямо поверх уже надетой тонкой кофты.

– Тебе спасибо. Она меня неплохо выручила. У сухих листьев оказалась хорошая воздушная прослойка.

– Я не хотел нести ответственность за чьё-то обморожение.

– Поэтому рискнул своим? – Лекс сдержала смех.

– У меня достаточно мозгов, чтобы анализировать обстановку. Я не рисковал, – он философски пожал плечами.

– Меня мои мозги от сугроба не уберегли.

– Ты – магнит для неприятностей.

Лекс хмыкнула:

– Факт.

– Хм. Даже не обиделась?

– Так это же правда. Слишком редкая штука, чтобы на неё обижаться.

– На меня постоянно обижаются.

– Я обижаюсь на людей, когда они врут.

Широйя усмехнулся, положил вытянутую руку на согнутое колено и склонил голову. Лекс проследила за его взглядом.

В небе, низко нависавшем над горами, появились просветы, которых ещё совсем недавно там не было. Сквозь тяжёлые тучи вниз упали широкие белёсые лучи тусклого ноябрьского солнца. Она всегда любила такие моменты. Холодный суровый мир встречался с тёплым и приветливым. Это происходило так редко, что неизбежно притягивало к себе внимание. Именно при таких встречах внутри разливалось неуловимое умиротворение. Ни одна из стихий не отталкивала. А вместе они создавали нечто прекрасное. Нечто, что могло ускользнуть в любое мгновение и оттого особенно ценное.

Она снова повернулась к Широйе:

– А твои друзья? Тоже обижаются?

– У меня их нет.

Лекс нахмурилась:

– Это как? Совсем?

– Совсем, – Широйя улыбнулся. – Люди не любят правду. Особенно, когда её произносят вслух.

– А в детстве?

– Были. Но обычно недолго.

Лекс подошла к окну и посмотрела вдаль.

– Я пытался их завести. Несколько раз. А потом понял, что результат никогда не меняется. Обстоятельства менялись. На меня обижались. Кричали. Игнорировали. Оскорбляли. Но в итоге я всегда один.

– Я бы посоревновалась в количестве раз, когда обижались на меня. Правда, кричу чаще я, – Лекс засмеялась и повернулась к Широйе. – И чем ты занимаешь свободное время?

– Читаю.

– Читаешь?

Широйя приподнял, отложенную на диван книгу:

– Непохоже?

– Немного... неожиданно. Про что история?

– Приключения. Когда ты подошла, Ка́минар разжёг для всех костёр и планировал рассказать историю о каком-то важном камне. У них там интересная компания собралась. Я так понимаю, будут вместе его потом искать.

– Звучит неплохо. Я бы почитала. Если бы постоянно куда-то не спешила, – она поджала губы.

– Могу потом одолжить, – он сверился с часами и встал. – Но сейчас, к сожалению, спешу я. Через двадцать минут у нас грамматика, – он с тоской посмотрел в окно.

– Это я весь твой перерыв потратила? Извини.

– Да нет, неплохо поболтали.

Широйя улыбнулся, накинул капюшон и зашагал по коридору.

– Широйя.

– М?

– Давай дружить?

Он обернулся. Его глаза блеснули. Он снова, но уже смущённо улыбнулся, медленно кивнул и, развернувшись, скрылся за поворотом.

Глава 80

Возможно, дело было в желании отвлечь всех от происшествия в канун Хэллуина или как-то компенсировать отмену дайвов, а может ноябрьский экзамен и правда был настолько серьёзным, но, с первой же учебной недели, все профессора, словно сговорившись, завалили весь курс дополнительными заданиями. Домашней работой их никто не называл – только материалом для изучения, но каждый понимал, что за неверно выполненное задание по этим темам может прилететь штрафной балл. Звучало не так страшно, но за первую неделю один только Митцуя пять раз успел попросить их не нарываться на эти штрафы. В его лице это было особенно убедительно, потому что произносилось без привычных усмешек и хитрых прищуров. Если Митцуя относился к чему-то серьёзно, им явно стоило прислушаться.

К концу второй недели общее нарастающее напряжение подскочило к невиданной ранее точке. На доске с расписанием вывесили объявление.

Дейн протиснулся между галдящими однокурсниками и опустил на глаза подаренные Руфим очки. Как оказалось, они совершенно не пачкались и не царапались, и теперь он не снимая носил их на голове на манер солнечных.

Уважаемые студенты первого курса!

Ровно через две недели в пятницу 29 ноября состоится экзамен по теоретической грамматике. Как вам уже известно, на экзамене будет использована система баллов. Пожалуйста, ознакомьтесь с текущими показателями, чтобы грамотно распределить силы при подготовке.

Глава экзаменационной комиссии,

профессор Флоранс

Бросив напряжённый взгляд на Кенту, который в ожидании уселся на подоконник, Дейн вернулся к объявлению. Прямо под ним начинался длинный список, состоявший из двух столбцов – имён и баллов. Всех расположили в алфавитном порядке, и какое-то время пришлось потратить на поиски.

Когда Дейн вернулся, Кента спрыгнул с подоконника:

– Что там? Всё плохо?

– Вывесили наши баллы.

– То есть плохо.

– У меня пока плюс три, – Дейн сделал паузу. – У тебя минус три.

– Это с учётом бонусных за Египет и дайв?

– Ага. Там все указаны.

Кента присвистнул.

– У Баки так же. Курама минус один. Видел ещё Рэя – у него вообще минус семь.

– Что-то мне нехорошо.

Дейн кивнул.

– Но время ещё есть. Ладно, надо ещё на обед успеть. После Варанея на ужин можем уже не попасть.

– Мне начинает казаться, что время летит слишком быстро.

– Тебе не кажется.

***

После первого занятия с Варанеем Дейн понял, что не сможет приблизиться к его лекторию без внутреннего мандража. Сейчас же, когда над ними навис новый экзамен на исключение, его начало потряхивать по-настоящему. Кента пытался делать вид, что не расстроился, но Дейн видел, какими белыми нитками это было шито.

– Привет, тоже к Варанею?

Рэй появился из-за поворота, а Дейн, неожиданно для самого себя, почувствовал неловкость. Он прекрасно осознавал, что это глупо, но теперь, находясь на половине фаворитов экзамена, не мог отделаться от мыслей о разности положений, в которых они сейчас оказались. Меньше баллов, чем у Рэя, не было практически ни у кого в списке.

– Привет, ага. Будем загонять одни нервы другими, – Кента усмехнулся, а Дейн в очередной раз заметил, тревогу на его лице.

– Уже видели список?

– Угу. Так себе.

– Нуу, наверное, лучше сейчас, чем накануне экзамена.

Рэй улыбнулся, и у него это вышло неожиданно искренне. Было видно, что он расстроен, но, кажется, воспринял всё спокойно.

– А вообще, сегодня есть и что-то хорошее, – поймав на себе вопросительные взгляды Кенты и Дейна, Рэй засмеялся. – Сегодня пятнадцатое число – истекает мой запрет на выход из замка. Который от Флоранс. Так что, если ещё не передумали прогуляться до тех руин, можно попробовать завтра. Пока меня ещё не исключили.

Видимо, они совсем помрачнели, потому что Рэй рассмеялся ещё сильнее.

– Да ладно вам. Что будет, то будет. Я думаю, если это и правда мои последние недели в Фэйбэле, их нужно провести достойно. Я хочу потом вспоминать этот замок и эти горы, а не сборник упражнений от Флоранс. Он мне итак уже снится.

Они остановились перед одной из арок «Колизея».

– Ты прав, – Кента улыбнулся, впервые не натянуто. – Завтра на руины?

– Завтра на руины!

– На руины!

Глава 81

– Я рад нашей новой встрече! – Вараней вышел перед своим столом и поклонился. – Знаю, что вы ждёте от меня новый вопрос. Надеюсь, вы простите мне это решение. Сегодня его не будет. Не буду скрывать, он у меня был, но...

Вараней заложил руки за спину и неспешно зашагал вдоль трибун.

– Последние недели были непросты, и предстоящие не станут проще. Поэтому...

Он остановился, посмотрел вверх и улыбнулся:

– Я хочу, чтобы сегодня вопрос задали вы.

Глава 82

– Смени уже наконец-то ник.

– Хоширама его лучшая часть.

– А Рэйзор вся остальная?

– Вот видишь, ты уловил суть. Они единое целое. Этот ник идеален.

– Но Хоширама – это я. Придумай что-нибудь своё.

– Так я и придумал.

– Назваться, как я?

– Стать, как ты.

– Я твой старший брат. Ты должен меня слушаться. Но не подражать мне. Договорились? Рэй?

– Я не буду обещать тебе то, что не собираюсь выполнять. Хоши, ты такой большой, но иногда говоришь такие глупости.

Тусклая лампочка моргнула.

На плите закипел чайник. Сквозь старенькие зелёные шторы пробился тёплый вечерний ветер.

– А я о чём? Тебе не нужно быть как я. Ты лучше меня. Будь собой.

– Но я вижу, сколько ты занимаешься, и как сильно продвинулся. Ты очень талантливый, братик.

Кухня наполнилась громким смехом.

– Вообще-то я не шутил.

Ложка недовольно застучала о стакан, размешивая поднявшийся со дна сахар.

– Кажется, кому-то нужно посмотреть значение слова "талантливый".

– Это тот, у кого всё получается. Хорошо получается.

– Когда ты вырастешь, узнаешь много способов, как сделать так, чтобы что-то хорошо получилось. Ты же сам сказал – я много занимаюсь. Поэтому что-то в итоге получается. Иногда даже хорошо. Вот когда начинает получаться само – это уже похоже на талант. Только даже его нужно поддерживать. Да, Рэй?

– Но мне хватает моих оценок. Зачем мне что-то выше тройки? Я даже не знаю, чем хочу заниматься. Вокруг столько всего интересного. Это же важнее цифр в тетрадях.

– Конечно, важнее.

Широкая ладонь опустилась на сухощавое детское плечо.

– Но всё-таки. Иногда. Наступают моменты, когда нужно собраться. Включить холодный разум и перебороть самого себя. Ты знал, что это самое сложное?

– Я такое не пробовал. Мне итак хорошо – без перебарываний.

– Это потому что ты талантливый. Если поборешь свою лень, добьёшься куда большего, чем я. Мне в твоём возрасте приходилось корпеть даже ради троек.

– Правда что ли?

– Абсолютная. До сих пор приходится. Не для троек, но по сути ничего не поменялось. Среди ровесников я тот ещё неудачник. Ты бы меня видел.

– Я тебя вижу. И ты самый лучший брат.

– Я твой единственный брат.

Ладонь со смехом переместилась на взъерошенную макушку, растрепав её ещё сильнее.

– Ну так что? Договорились?

– Ты про ник или старания?

– Про всё.

– Многовато, тебе не кажется?

– Хммм. Хорошо. Ник пока оставляй. Но ты тогда пообещай думать головой. Не упусти то, чего ты по заслугам достоин, только потому, что вокруг много всего интересного. Договорились?

– Договорились, братик!

– Договорились, братик.

Глава 83

Утро субботы выдалось пасмурным, но тёплым. По дороге на завтрак Кента предложил заглянуть на его любимый балкон. Ветер покачивал голые верхушки деревьев, но даже без шапки, стоя на седьмом этаже, находиться за пределами стен замка было комфортно.

– Я тут вспомнил, что мы обещали показать руины Лекс, – Кента облокотился на перила и обернулся. – Надо бы её позвать. Мне кажется, Рэй будет не против.

– Точно, я про это забыл. Давай позовём.

По дороге на завтрак они успели придумать с десяток версий, что может находиться внутри развалин. Уже в Атриуме они заметили Рэя, сидевшего за одним из дальних столов. Не раздумывая, они направились сразу к нему.

– Доброе утро! Как настрой? – Кента опустился на скамью напротив Рэя.

– Привет, – Дейн занял место рядом с Кентой.

– Доброе утро! Прекрасный. У нас всё в силе?

– Ага. Там погода как тебя ждала – как будто сентябрь на дворе, – Кента показал большой палец, второй рукой запихивая в себя кусок пирога.

– Кстати об этом... – Дейн махнул головой в сторону одного из столов, где сидела Лекс. – Ты не против, если с нами ещё один человек будет?

– Нет, конечно. Больше народу – веселей.

– И не так страшно.

Дейн и Рэй перевели взгляды на Кенту.

– Что? В прошлый раз там было... мрачновато.

Дейн помахал рукой, привлекая внимание Лекс. Когда несколько попыток спустя она его заметила, он жестом попросил её подойти. Та с явным непониманием направилась в их сторону.

– Доброе утро. У вас опять что-то случилось?

– Привет, помнишь мы тебе обещали руины?

Она медленно кивнула.

– Как на счёт сегодня? Где-нибудь в обед?

– Да... Вполне. Спасибо.

Она развернулась к своему столу, но остановилась и неуверенно повернулась обратно.

– А можно я позову с нами Широйю?

Рэй пожал плечами, показывая, что он не против. Дейн и Кента переглянулись.

– Ты уверена… что это хорошая идея? – Дейн старался подобрать слова. – Просто он немного... нелюдимый. Мы как-то раз звали всех на футбол – он отказался.

– Мы немного поболтали с ним на прошлой неделе. Мне кажется, ему одиноко. Если не захочет – откажется.

– Да, позови, конечно, – Кента отставил от себя пустую тарелку.

– Это потому что тебе так страшно возвращаться в "мрааачные руииины"? – Дейн засмеялся.

– Это да. Но нет. Он нам помогал пару раз. И он постоянно один. Пускай сходит за компанию. От нас не убудет.

Глаза Лекс выжидающе забегали из стороны в сторону.

– Да, вы правы, – Дейн виновато улыбнулся. – Тогда поговори с ним, и решим по времени.

– Ага. Спасибо! – Лекс практически подпрыгнула и чуть ли не бегом поспешила покинуть Атриум, забыв про незаконченный завтрак.

Глава 84

Двери главного входа были широко распахнуты. Вместе с ветром последние опадавшие листья залетали внутрь, укладываясь красно-жёлтым ковром, вдоль стен и ближайших колонн. После Хэллуиновского снегопада возвращение настоящей осени воспринималось как что-то удивительное.

На лестнице позади них послышались шаги. Дейн, Кента и Рэй обернулись.

– Мы же не опоздали? – Лекс неуверенно улыбнулась.

Широйя, напротив, выглядел абсолютно спокойным и с энтузиазмом посматривал на улицу, как будто руины виднелись за ближайшей рощей, и он мог их рассмотреть.

– Вы идеально вовремя, – Рэй поднял с пола рюкзак и вышел в центр. – Больше никого не ждём?

Все замотали головами.

– Кофе будете? – Лекс вытянула вперёд обе руки, в которых сжимала подставку с четырьмя высокими стаканами.

– Ничего себе. Спасибо! – Рэй забрал один себе.

– Спасибо.

– Спасибо.

Дейн и Кента удивлённо взяли по стакану. Последний достался Лекс, а подставка отправилась в рюкзак.

– У нас с собой ещё по термосу и бутерброды, – Широйя постучал ладонью по лямке рюкзака.

– Неплохо вы подготовились, – Дейн усмехнулся, покачав головой. – Ну что? Выдвигаемся?

Все кивнули и принялись поплотнее застёгивать куртки. Тяжёлые подошвы застучали по широким каменным ступеням, тёплый ветер обдал лица.

Они направились прямо – по знакомой Дейну и Кенте дороге. Чем сильнее они удалялись от замка, тем сильнее тот погружался в туманную дымку, которая мягким ковром окутала всё вокруг. Птицы, вылетавшие из-за просек, перерезали им дорогу и с насмешливым клёкотом уносились ввысь, к горам.

Прошло почти полчаса, когда они свернули с основной дороги в поле.

– Мы, кажется, здесь же в прошлый раз поворачивали. Не помнишь, Дейн?

– Ага. Вон там лес, в котором мы тогда застряли.

– В каком смысле? – Широйя с интересом выглянул из-под капюшона.

– Башни, которые нам нужны, на другой стороне ущелья, – Дейн указал рукой вдаль, в сторону черневших на фоне серых стволов камней. – Так-то до них недалеко, но как перебраться не нашли.

– А долго пытались?

– Пока... – Кента посмотрел на небо, – погода не испортилась.

Дейн хмыкнул.

– Дальше будет крутой спуск, поаккуратнее там ладно?

Рэй махнул через плечо, призывая следовать за ним.

Дейн бросил взгляд на каменные стены, которые возвышались теперь совсем рядом, и почувствовал лёгкий мандраж. В жизни ему не доводилось бывать в по-настоящему заброшенных местах. И, совершенно точно, ни одно из них не было остатками замка.

Тропа, по которой они начали спуск, с трудом различалась в высокой траве. Очень быстро холм перешёл в крутой уклон, и она скрыла их с головой. Теперь по лицу хлестали отсыревшие из-за влажного воздуха стебли. Когда до противоположной стороны стало совсем близко, Рэй просто перепрыгнул, зацепившись за выпиравший корень старого дерева. Кента прыгнул следующим. За ним Широйя. Дейн пропустил Лекс, страхуя её сзади.

Видимо, на подъёме они начали забирать вправо, потому что когда Дейн, наконец, взобрался и выпрямился в полный рост, круглый остов башни оказался прямо перед ними.

– Ух ты, – он выдохнул, сделал несколько шагов и обернулся на остальных. – Выглядит впечатляюще.

– Внутри ещё круче, – Рэй подмигнул и в пару прыжков забрался на каменную платформу, густо засыпанную жёлтой листвой.

Они с Кентой помогли взобраться Лекс, потому что та заявила, что силы покинули её ещё на середине оврага. Тяжело дыша, все пятеро наконец стояли посреди круглой площадки. Наполовину скрытая каменной стеной, она, очевидно, была когда-то высокой башней. Сейчас же старые камни лишь защищали их от ветра. По ногам шелестели листья, а небо с трудом проглядывало сквозь толстые узловатые ветви оголившихся деревьев. Лишь за размашистыми лапами хвойника ещё угадывались низкие серые облака.

– Я дыр в полу не замечал, но вы, всё-таки поосторожней.

– Дыр в полу? – брови Кенты подлетели вверх.

– Мы же на забросе, – Широйя усмехнулся и зашагал за Рэем.

– Возле стен тоже лучше поосторожней – камни могут соскочить, – Лекс показала на сохранившиеся остатки парапета.

– Они тут и в листве попадаются, – Дейн пнул небольшой обломок и тот полетел в овраг.

– Как хорошо, что я тут со всеми вами, – Кента натянул саркастичную улыбку, но, взглянув на парапет, отошёл от стены подальше.

Пока они пробирались между деревьев, Дейн старался смотреть себе под ноги. Неудачное падение могло закончиться приземлением на дно оврага, и это было бы ещё не худшим исходом.

– У-ху-хууу, – Кента резко затормозил.

Не успев на это отреагировать, Дейн врезался ему в спину и только затем поднял взгляд.

Вокруг всё ещё покачивался от ветра старый лес, но прямо перед ними возвышались ворота замка. Настоящие, целые ворота. Конечно, они было намного ниже тех, что встречали их в Фэйбэле, но тут среди руин впечатление производили не меньшее.

Они протиснулись внутрь сквозь приоткрытые створы. В нос ударили запахи прелой листвы и отсыревшего камня.

– Да это же целая крепость! – Лекс восторженно посмотрела наверх.

Высокие потолки тонули в темноте. Сквозь узкие окна пробивался слабый свет, но его было мало и в лесу, а тут едва хватало чтобы очертить силуэты колонн и арок, призывавших гостей продолжить путь.

– Здорово, да? – Рэй запрыгнул на подоконник.

– В детстве за такой заброс мы бы душу продали, – Кента, приоткрыв рот, медленно поворачивался вокруг себя. – Представляете тут базу иметь?

– Зимой можно было бы закладывать окна, – Рэй обвёл руками пустующий проём, в котором сидел, – и строить траншеи.

– А летом разводить костёр, – Кента согласно закивал.

– Где-нибудь в самой дальней части, чтобы никто не увидел, – Широйя мечтательно улыбнулся.

Дейн засмеялся:

– Предлагаю переехать сюда в случае исключения.

За несколько минут зрение привыкло к темноте, и они решили двинуться дальше.

– А ты далеко заходил? – Кента с опаской посмотрел на лестницу, по которой они собирались подняться.

– Не слишком. Но на втором этаже посветлее и комнат побольше.

Наверху, за поворотом, их встретила просторная площадка с несколькими окнами. Тут они были шире и выше, пол устилали обломки того, что когда-то, было колонной. Лекс села на широкий камень и сняла рюкзак.

– Перекусим?

– У вас же с собой бутерброды? – Кента радостно расширил глаза.

Лекс усмехнулась. Они с Широйей достали каждый по большому контейнеру.

– Даже тёплые ещё, – Широйя с удивлением приложил к своему тыльную сторону ладони.

Несколько минут спустя все пятеро сидели, поедая квадратные пухлые сэндвичи и передавая друг другу по кругу две кружки от термосов. Только Лекс, непонятным никому образом, умудрилась до сих пор не допить кофе и сидела в обнимку со стаканом.

– Это самый вкусный обед за последний месяц, – Рэй с аппетитом откусил от второго, переданного ему Широйей бутерброда.

– Поддерживаю. Вы лучшие, ребят, – Кента сделал большой глоток дымящегося чая и передал кружку Дейну, тот активно закивал, показывая полное согласие.

Где-то позади что-то прошелестело. Все обернулись.

– Ооо, началось, – Лекс засмеялась. – Рэй, ты ещё не упоминал, что тут могут жить летучие мыши?

Дейн поперхнулся, а Кента застыл, не успев прожевать кусок. Рэй хмыкнул и покачал головой.

– Я их сама боюсь. Но вообще, это правда.

– Что? Настало время страшных историй? – Широйя заговорщически прищурился и усмехнулся, а его ладонь извлекла из-под куртки пачку с орешками.

– А кто-нибудь их знает? – Рэй, заёрзал на подоконнике, устраиваясь поудобнее.

– Я читал. Несколько.

– Любишь читать? – брови Кенты взлетели, и он отвлёкся от сэндвича.

– Ага. Могу вспомнить парочку страшилок.

– Отлично, – Рэй хлопнул в ладоши, – культурная программа построена.

– Подождите, – Кента подскочил. – Пока не стемнело, – он поднял указательный палец и полез в рюкзак. – Зря мне его что ли подарили.

Теперь подскочила Лекс:

– Это же фотоаппарат Митцуи!

– Ааа-га. Я вчера специально сидел с инструкцией разбирался. Попробуем?

Для роли штатива выбрали подоконник. С отложенным запуском, про отсутствие которого, Митцуя, ожидаемо, слукавил, пришлось повозиться, но в итоге всё было готово.

Обнявшись за плечи, что оказалось не так просто в громоздких куртках, они выстроились в центре площадки. Камера щёлкнула, и в них волной ударил густой дым.

Дейн замахал руками, отгоняя его от лица, развернулся и… замер.

– Ребят...

Белая пелена быстро растворилась, а он продолжал всматриваться в тёмный коридор позади них.

– Вы ничего не видели? Вон там.

– Тут всё-таки живут мыши? – Кента направился к окну за фотоаппаратом.

– Только если размером с человека...

– Плохая шутка, Дейн, – Лекс шагнула поближе ко всем.

– Если бы я шутил... Ну... может показалось.

Где-то в глубине, за стенами, снова послышался шорох.

– А знаете, уже темнеет, – Кента выглянул в окно и закинул на плечо рюкзак, с убранной в него камерой. Может на сегодня хватит экскурсий?

Все согласно закачали головами и рванули к лестнице. Ноги забарабанили по ступеням, уши заложило ветром. Перепрыгивая валуны, они пронеслись мимо остова круглой башни и практически плашмя полетели вниз по оврагу.

– Давай руку, – тяжело дыша, они с Рэем помогли Лекс взобраться на противоположную сторону.

– А ведь… и правда стемнело… – Кента согнулся пополам и стёр со лба пот.

– Там ещё.. чай... остался... – Широйя показал за спину на свой рюкзак.

– Это отлично, – Дейн выставил большой палец вверх. – Давайте только из леса... выберемся.

Они зашагали вперёд к слабому просвету вдалеке, посмеиваясь над собственным воображением.

Как только тропа вывела их в поле, идти стало легче. Ноги перестали спотыкаться о кустарник и коряги, воздух стал свежее, а вокруг теперь можно было что-то разглядеть. Так они шли, гадая как давно эту маленькую крепость покинули люди, и были ли они когда-то соседями с Фэйбэлом.

Когда до ворот замка оставалась пара сотен метров, в окнах уже горели огни. Мерцая, они окутывали всю округу тёплым мягким светом.

– Не могу определиться, куда я хочу больше – на ужин или в горячий душ. – Кента подул на ладони, растирая их друг о друга. – Пробежки по горам хорошо разгоняют аппетит.

Мы с Широйей сначала на кухню – вернуть контейнеры – нам их одолжили.Дейн усмехнулся:

– Твои идеи, Рэй?

– О, у меня по плану грамматика.

– А как же твои планы по максимуму провести оставшиеся две недели?

– Да, они в силе. Я пораскинул мозгами и решил, что смогу успеть всё – и повеселиться, и подготовиться.

– Вот это настрой, – Кента рассмеялся, и его окружило облако пара. – Мечтаю о такой же вере в себя.

– Это мой старший брат. Всё детство твердил мне, какой я способный. Он, конечно, рассчитывал, что я возьмусь за голову и вырасту посерьёзнее. Но, если он прав, и я правда талантливый, значит должен суметь всё. Я верю, что время, которое мы проводим здесь, нужно тратить на что-то стоящее. Но, когда-то, я обещал ему постараться в нужный момент, и… наверное, это он.

– У тебя очень хороший брат, – Широйя улыбнулся и откинул голову. На темнеющем небосводе начали зажигаться первые звёзды.

– Самый лучший.

Глава 85

К вечеру воскресенья осознание, что время готовиться к экзамену настало, настигло даже Дейна с Кентой. С понедельника было решено садиться за учебники. Обещание было выполнено, но уже во вторник Кента ходил с видом человека, потерявшего последние остатки сил. Когда после ужина в читальном зале возле их стола появилась Лекс, он уже дремал на плече Дейна.

– Привет! – она посмотрела на Кенту и хмыкнула.

Дейн сдержал смех, жестом предлагая сесть рядом.

– Я не настаиваю, но он вроде как просил дотянуть его до конца семестра.

– План в силе, – с трудом разлепляя глаза, Кента поднялся и зевнул.

– Хороший настрой.

Она довольно покачала головой и опустилась на свободное место.

Пока они занимались, Кента зевнул ещё пару десятков раз, но, к завершению получаса, уже сносно отвечал на вопросы, что порадовало всех троих. Когда они закончили, Лекс устало потянулась, и её взгляд задержался где-то на верхних рядах.

Дейн обернулся и, приподнявшись, сквозь стебли лиан увидел Широйю, спускавшегося по проходу.

– Он всегда, что ли, сюда приходит? – она задумчиво поджала губы.

– Так по вторникам всегда чтение, – Дейн опустился обратно.

– Не у их группы. Он тут каждый день, мне кажется...

Теперь приподнялся Кента.

– Я, наверное, пойду поздороваюсь.

– А ты вернёшься?

– Вообще думала с Широйей посидеть, – она снова посмотрела наверх. Дейн заметил, как её глаза погрустнели. – Человек не должен быть постоянно один.

Дейн встретился взглядом с Кентой.

– А может его к нам позовём? Не в смысле, чтобы он за меня делал чтение…

– Его за тебя будем делать мы, да? – Дейн засмеялся.

– Да, – Кента с извиняющимся видом вытянул губы. – У него будет компания, а у меня вы.

Брови Дейна и Лекс и одновременно поползли вверх.

– Плохо прозвучало? Согласен. Я про то, что это хорошая идея.

– Я не против. В субботу с ним было весело, – Дейн пожал плечами.

Лицо Лекс расплылось в улыбке, и она побежала наверх.

– Разбирай давай, – Дейн со смехом указал Кенте на заваленную его вещами половину дивана.

Через минуту появились Лекс и Широйя.

– Симпатичный пруд, – Широйя проследил за драконом из истории Дейна. Тот одиноко парил над затенённой гладью воды.

На глазах у всех над озером вырос шатающийся мостик, а в зарослях ближайших лиан зажёгся огонёк маленького костра.

– У тебя красивая история, – Кента склонил голову, засмотревшись на потрескивавшее пламя.

– Спасибо, – Широйя мягко улыбнулся, и опустился на ближайшее к нему свободное место возле Дейна.

Пачка с орешками сразу же появилась из-под его накидки.

Лекс обвела их троих взглядом и тоже улыбнулась. Она села возле Кенты и подтянула к себе его книгу. С тех пор, как она начала иногда помогать ему ещё и с чтением, они вместе выработали целую систему с закладками и отклеивающимися пометками, чтобы не вызвать подозрений Руфим.

Когда до начала занятия оставалась минута, по лестнице застучали каблуки. Лекс одним движением подтолкнула книгу Кенты ему под нос, поспешив придвинуть к себе свою собственную.

Как только эта нехитрая инсценировка была завершена, шаги остановились возле их стола.

Неизменный строгий взгляд Руфим прошёлся по всем четверым и остановился на Широйе. Её ладонь раскрылась в ожидании. Широйя обречённо кивнул и вложил в неё пачку с орешками. Губы Руфим тронула едва заметная улыбка. На несколько мгновений она задержалась у их стола, не произнося ни слова, а затем улыбнулась уже по-настоящему. Мягко кивнув, она направилась вниз к своему столу.

– Ты же сейчас достанешь запасную? – Кента указал на накидку Широйи.

– Конечно.

– Но в чём тогда смысл?

Широйя пожал плечами:

– Традиции.

Они засмеялись.

Наступило время урока. Дейн и Лекс вдвоём занялись попытками объяснить Кенте все сложные конструкции, которые попались в его истории. Раньше они ограничивались простой помощью с составлением пересказа и ответами на самые очевидные вопросы, которые могла задать Руфим, но теперь на носу висел экзамен и время стоило расходовать максимально эффективно.

– Прости, – Широйя, молча читавший всё это время и не обращавший на них внимания, опустил свою книгу на стол. – В грамматике ты, кажется, не очень, да?

Кента скривил губы и медленно качнул головой.

– И в лексике?

– А-га.

– Но в чём-то же ты должен разбираться?

Кента покачал головой.

– И ты понимаешь, что с таким уровнем, ты экзамен завалишь?

– Широйя, – Лекс глазами указала на Кенту, – жестковато.

– Но он прав.

Кента выдохнул и упёрся лбом в расставленные ладони.

– Я читал этот рассказ. Который вы ему выбрали. Дайте какой-нибудь лист, я распишу то, что устроит Руфим. Что-нибудь покороче. А вы, – он посмотрел на Лекс и Дейна, – потратьте это время на грамматику. Флоранс раздаёт за неё штрафы направо и налево.

– Спасибо, – Кента кивнул.

Дейн заметил, как он помрачнел. Видеть его таким было непривычно. Он и сам почувствовал внутри неприятное осознание – их дела были не настолько хороши, как им хотелось верить. Возможно, наступал момент стать серьёзнее. И взглянуть реальности в глаза.

Глава 86

В среду Флоранс, Скай и Митцуя дали им такую нагрузку, что возвращаясь в спальни, Кента шёл массируя виски.

– Передохни пару часов. Сейчас ты в свои мозги точно ничего нового не впихнёшь.

– Протестов нет. Приветствуются предложения.

Дейн задумался. Последние дни почти всё, чем они занимались, сводилось к учёбе.

– А сегодня какой день недели?

– Среда, – Кента вздохнул так протяжно, что Дейну стало его жаль.

– Раксли вроде говорил, что по средам в это время возле Трофейного Зала не должно быть людей...

– Вот размяться – очень хорошая идея. Я бы сыграл.

– Мы, конечно, рискуем нарваться на профессоров...

– Но за поведение же ещё не штрафуют? Иначе Лекс уже вылетала бы досрочно. Напару с Широйей.

– Да, думаю, Митцуя нас отмажет. Кстати его можно тоже позвать.

Кента вопросительно поднял бровь.

– Я про Широйю.

– А я думаю, Митцуя согласился бы.

Они переглянулись и захохотали.

***

Пол часа спустя неожиданным для всех образом помимо Дейна и Кенты в Трофейном Зале собрались Баки, Хайм, Соул, Найт, Лоча, Лука, Хаварра, Эревард, Сорроу, и Широйя. Вокруг и правда не было ни души. У них впервые получилось собрать две полноценные команды, и игра затянула их настолько, что к моменту первого перерыва со всех лил пот. Рассвевшись на полу, они со смехом обсуждали, какие глаза были бы у "главы экзаменационной комиссии", если бы она видела, чем сейчас заняты её студенты.

– Да ладно, парни. С нами же Хайм, – она не смогла бы отругать своего любимчика, – Лука лежал на полу, подложив под голову свёрнутую накидку от униформы. – Так что, скорее, она сказала бы, какие мы оригинальные и спортивные.

Дейн сполз по колонне вниз, зажимая живот, уставший больше от смеха, чем от игры.

– В эту субботу, – Эревард, сидевший напротив, подмигнул.

Дейн кивнул. Время летело чертовски быстро. До экзамена, который мог стать их последним днём в замке оставалось полторы недели. А до экскурсии, которая могла пролить свет на судьбу самого замка, три дня.

– Широйя? Ты кому там машешь? – Кента с подозрением посмотрел на Широйю, облокотившегося на соседнюю колонну.

– Не знаю. Какому-то джентльмену.

Они с Дейном вскочили.

Стоя возле окна выступавшего к ним под прямым углом крыла замка, отпивая из посеребрённой чашки, им махал профессор Раксли.

Эревард и Сорроу с энтузиазмом замахали в ответ.

– Так вот какому хорошему человеку принадлежит кабинет по соседству... – Дейн вытянул губы в улыбке и поднял ладонь в знак приветствия.

Раксли обрадованно помахал, но тут же замер и развернулся спиной. Застыв в этом положении совсем ненадолго, он начал расхаживать перед окном взад-вперёд, очевидно с кем-то разговаривая.

– Ребят, – Дейн медленно отошёл назад. – У нас тут по соседству гости. Постарайтесь не высовываться.

Сказав это, он обернулся, надеясь разглядеть посетителя Раксли. Прямо на него смотрела профессор Скай.

– Отбой. Нас заметили.

Накидка Луки полетела вперёд, скрыв под собой мяч.

– Думаешь, если его не будет видно, профессора решат, что мы тут все мокрые после влажной уборки? – Баки усмехнулся и откинул голову на колонну.

Дейн снова обернулся – на этот раз окно пустовало. Из коридора донеслись шаги.

Баки присвистнул:

– Боевая готовность.

Глава 87

Извиняющееся лицо Раксли выплыло из-за плеча профессора Скай.

– Добрый день!

В ответ раздался хор из приветствий десяти человек, пытавшихся скрыть всё ещё сбивчивое тяжёлое дыхание.

– Профессор Раксли рассказал мне о вашей... игре.

Взгляд каждого переместился на Раксли. Он, неловко улыбнувшись, дёрнул плечом, давая понять, что у него не было выбора.

– Покажете?

Все переглянулись, не понимая, как реагировать.

– Пожалуйста, – она глазами указала на накидку Луки, всё ещё изобразавшую холм.

Дейн начал судорожно перебирать в голове варианты, того, что он мог сказать, чтобы взять вину на себя. Слева от него поднялся Хаварра и, перекинув носком кроссовка накидку Луки её владельцу, подкатил к себе мяч. Закинув его движением второй ноги на колено, он подбросил мяч в воздух и прямым ударом отправил в дальнюю колонну. Рикошетом тот вернулся ему в руки.

– И правда удобно. Можно?

Хаварра поднял бровь, но, ничего не сказав, бросил мяч Скай.

Та, откинула назад полы плаща, поправила задетую пряжку на ремне брюк и ударила по мячу, целясь в один из стеллажей. Проследив за замысловатой траекторией рикошетов от нескольких колонн, она засмеялась и повернулась к Раксли:

– Надо рассказать Ваххе, что он проделал отличную работу по остеклению этого зала.

Раксли, широко улыбаясь, уверенно кивнул.

– Хорошего матча, – она помахала всем на прощанье и направилась к выходу.

Продолжая расплываться в улыбке, Раксли изобразил поклон и последовал за ней.

– Когда-нибудь, этот замок станет похож на нормальное место, – Баки наугад запустил мяч в дальнюю стену. – Когда-нибудь.

Глава 88

Они вышли из Трофейного Зала, когда за окнами начало смеркаться. Свернув на лестницу, Кента чуть не налетел на Лекс. Та с недовольным видом прижимала к груди учебник.

– Ох... Прости, я забыл.

Все, кроме Дейна и Широйи, посмеиваясь, обошли их.

– Мне начинает казаться, что мне нужно, чтобы ты сдал этот экзамен больше, чем тебе.

– Прости...

– Анкер сказал, где вас можно поискать, но вот я на вас сейчас смотрю, и, наверное, искать не стоило. Ой... Привет, Широйя!

Заметив его, Лекс перестала хмуриться и даже улыбнулась.

– Привет. Если со вчерашнего дня он не поумнел, лучше позанимайтесь.

– Ладно вам, – Дейн приобнял Кенту и Широйю, притянув их шеи, – мы восполняли силы.

Вчетвером они направились вверх по лестнице. Когда они проходили мимо двухъярусного окна, Кента бросил взгляд на улицу и повернулся к остальным:

– Давайте зайдём кое-куда по дороге.

– Мне, кажется, этот закат говорит о том, что мы уже выбились из графика, – Лекс с сомнением поджала губы.

– Это согласие?

– Это дружеское предостережение.

Кента хмыкнул и они свернули на лестничную клетку, уводившую их с пути, которым они обычно возвращались в спальни. Поднимаясь всё выше и выше, они наконец вышли на седьмой этаж и зашагали по длинному коридору. Дейн усмехнулся, догадавшись, куда они идут.

Кента остановился. Справа от них за высоким арочным проёмом на фоне тёмно-фиолетового неба краснел закат.

– Успели, – Кента с довольным лицом свернул под арку.

Теперь усмехнулась Лекс, а Широйя одобрительно качнул головой.

Вслед за Кентой и Дейном они вышли на балкон. Тут снаружи всё приобрело иные краски. Более тёмные, густые и насыщенные. Сам воздух окрасился багряной дымкой. Небо уже потемнело, но алая полоса впереди над горами отражалась на их заснеженных склонах розовато-сиреневыми тенями.

– Тут очень красиво, – Широйя втянул прохладный воздух и улыбнулся.

– Его любимое место, – Дейн потрепал Кенту по макушке.

– Кажется, теперь и моё, – Лекс медленно обводила взглядом долину.

– Пообещайте мне, – Кента облокотился на перила и посмотрел вдаль, – что в конце семестра мы сюда вернёмся и проводим последний закат.

Лекс засмеялась:

– Хорошая мотивация закончить семестр.

– Один раз она сработала, – Дейн впервые подошёл близко к краю и остановился возле Кенты. – Почему бы не попробовать во второй?

Он выставил раскрытую ладонь.

– Обещаю, – ладонь Лекс ударила по его.

– Обещаю, – раздался ещё один удар.

Кента поднял взгляд:

– Одного не хватает.

Губы Широйи дёрнулись в слабой улыбке.

Четыре ладони легли друг на друга.

Глава 89

В преддверии экзамена количество объявлений резко увеличилось, и теперь, чтобы не пропустить что-то важное, за ними приходилось следить. Утром следующего дня на доске с расписанием появилось сообщение о второй экскурсии. За завтраком Лекс упомянула, что это вычёркивает из графика их тренировок целые сутки. После этого заявления Кента начал теряться в понимании, рад ли он вернувшейся возможности поискать зацепки о легендах или огорчён потерей шанса на хоть какой-то отдых. Последнее время весь курс перестал высыпаться, и два дня выходных должны были стать важной передышкой, когда ещё оставалась надежда разобраться со всем в спокойной обстановке.

Оставшиеся вечера пролетели в бесконечных повторениях всего, что было можно, по всем предметам сразу. За пятничным ужином Кента заявил, что столько информации в его голове не было ни разу в жизни. И хотя утром субботы он забрал свои слова обратно, все гордились проделанной работой. Под тусклыми лучами ноябрьского солнца они направлялись к галерее Лиры в приподнятом настроении.

В этот раз меняем моего куратора на вашего? – Широйя указал в самый конец толпы, где у арки стояли Митцуя, Скай и незнакомая им девушка-профессор с длинными тёмно-малиновыми волосами, собранными на затылке в высокий хвост. Все трое о чём-то с энтузиазмом болтали.– Он у вас адекватный?

– Ммм...

– Ну...

– Тут как посмотреть, – Дейн пожал плечом. – Персональной лекции, как от Руфим, можно точно не ждать. Но и занудствовать, как тот... второй... точно не будет.

– С ним весело, – Кента помахал заметившему их Митцуе.

Дейн и Лекс согласно закивали.

Вскоре, как и в прошлый раз, арку заволокло белым туманом, и нестройная очередь начала движение. Как только Дейн переступил порог, лёгкие наполнил тёплый воздух. Он не сразу понял, куда их занесло на этот раз, но это снова было местом, где царило лето.

Чтобы не мешать проходу, пришлось быстро сместиться влево.

– Уоу-уоу, Лекс, ну мы в твоей стихии, – Кента широко улыбнулся, прикрыв глаза от яркого света.

Они стояли на вершине крутого берега широкой гавани. Её голубые волны неспешно омывали белые каменные ступени, которые, поднимаясь по крутому склону, сливались с целым комплексом старинных зданий – ряды колонн и каскад треугольных крыш подозрительно напоминал иллюстрации из пособий по истории Древнего Мира. Если в прошлый раз они оказались посреди пустыни, то сейчас природа вокруг по-настоящему цвела. Высокие островерхие кипарисы, перемежались цветущими кустовыми растениями, а те уступали место диковинным деревьям с узловатыми ветвями и широкими размашистыми кронами.

– Мы же в Древней Греции? Скажите мне, что мы в Древней Греции, – Лекс вытянула шею, пытаясь оглядеться.

– По-моему, сохранность слишком хорошая для Древней, – Широйя, чей рост был выше Лекс, но ниже их с Кентой, запрыгнул на ближайший, пошатнувшийся под ним валун. – Может, мы в обычной?

– В Древней, – Кента показал куда-то за спину вверх.

Все обернулись и только теперь заметили гигантскую статую мужчины в тоге. Погружённый в мысли, он задумчиво восседал на мраморном троне.

– Минуту тишины! – Митцуя поднял вверх указательный и безымянный пальцы, привлекая внимание.

Прождав некоторое время, он продолжил:

– Сегодня, точно так же, как и на прошлой экскурсии, у вас есть возможность заработать бонусный балл для экзамена. Задание, которое вам предстоит выполнить, появится в табулах после того, как вы окажитесь внутри музейного комплекса. Пожалуйста, не забудьте их проверить. Время посещения – два часа. А теперь, пожалуйста, группы Руфим, Флоранс и моя, следуйте за мной!

Митцуя махнул ладонью и стремительно зашагал вниз по мощённой плоским камнем дороге.

– Повезло – ты с нами. Но в этом моменте лучше поспешить, – Кента подмигнул Широйе и они, пробиваясь сквозь оставшихся сокурсников, направились следом за отдаляющейся спиной Митцуи.

Погода стояла прекрасная, и, несмотря на то, что музей виднелся вдалеке, они оказались возле его подножия, за считанные минуты. Здесь, вблизи, здания не выглядели такими идеальными. Ступени и колонны рассекали трещины, а барельефы кое-где обвалились, что, впрочем, только добавляло им таинственности.

Новая статуя гиганта встречала их у подножия последней многоярусной лестницы. Стоя в полный рост и сияя на солнце отполированной бронзой, она торжественно приветствовала посетителей. Затяжной подъём дался сложнее, и когда они наконец прошли крытую колоннаду и оказались внутри здания, напоминавшего Парфенон, все тяжело дышали, с любопытством озираясь по сторонам.

Широкий холл с высокими потолками окаймляли длинные ряды арок, за которыми начинались бесчисленные лестницы. Дюжина золотых статуй выстроились по периметру в тени пальм, густой ковёр из вьюна скрывал под собой несколько колонн и значительную часть потолка.

– Пожалуйста, подойдите поближе! – Митцуя остановился под навесом разросшегося папоротника. – А-га. Прекрасно. Предполагается, что я должен начать для вас экскурсию...

Кента встретился взглядом с Широйей и усмехнулся.

– Но... поверьте... И мне, и вам будет лучше, если мы пропустим эту часть и перейдём к той, где вы воодушевлённо отправляетесь гулять по залам. Заодно поразгадываете задание. У вас будет больше времени на решение, у меня на отдых – все в плюсе.

Он сложил ладони у груди и, повернувшись к выходу, остановился:

– Те, кто всё же желает прослушать лекцию, могут присоединиться к группам профессоров Скай и Ми́ки – они вас с радостью примут, – он сделал ещё два шага и снова остановился. – Остальным, настоятельно рекомендую начать свою прогулку по этому чудесному комплексу вооон с того зала.

Рука Митцуи указала в дальний правый угол холла, и он скрылся за спружинившими листьями.

– Я, наверное, подожду Скай, – Лекс посмотрела на вход, за которым показалась группа, возглавляемая незнакомым им профессором.

Широйя согласно кивнул, а Дейн и Кента переглянулись.

– А нет желания променять лекцию по истории на небольшую дружескую помощь? – Дейн заговорщически приподнял брови.

– Мне не жалко дать списать ответ. Можно встретиться возле этого куста минут за пятнадцать до конца. За пару минут объясню, в чём была логика, думаю, это зачтётся, как тогда с Руфим.

– Предложение списать с благодарностью принято! – Кента изобразил поклон. – Но он не об этом.

Лекс прищурилась, а в глазах Широйи появилось любопытство.

– Нет желания поучаствовать в небольшом расследовании... проклятия... которое якобы возможно висит над замком?...

Последние слова Дейн практически протараторил.

Взгляд Широйи сменился на сочувственный, а Лекс просто посмотрела в ответ, часто мигая.

– Это несерьёзное расследование. Так... просто... Проверка гипотезы. Считайте, что нужна помощь в поиске котёнка.

Взгляды Лекс и Широйи никак не поменялись.

– Львёнка. Льва, если говорить прямо.

– Простите. Можно уточню? – Лекс сжала пальцами подбородок. – По этой вашей гипотезе некий лев из музея истории Древней Греции как-то замешан в том, что две недели назад замок занесло сугробами почти на три этажа?

– Вот когда ты так это формулируешь звучит глупо, – Кента склонил голову, рассматривая пол.

– Так может не тратить время на льва? Я не настаиваю, просто пытаюсь понять.

– Честно говоря, мы уже пообещали кое-кому, что поищем его, – Дейн слабо улыбнулся. – Взамен нам пообещали рассказать побольше. Мы сами не знаем, при чём тут лев, но давайте признаем, что Хэллуиновский снегопад был немного... неестественным.

– Вы, конечно, решайте сами, – Широйя достал из-под накидки табулу, – но как вам план начать с прочтения задания? Я тоже не настаиваю, но следующий Хэллуин через год, а экзамен, на котором нам понадобятся баллы, через шесть дней. Не думаю, что стоит беспокоиться о таинственном проклятии, если вылететь раньше чем оно сбудется.

Кента хмыкнул:

– Среди нас появился кто-то, говорящий разумные вещи.

Три карточки были извлечены из карманов.

– Ооо, и вот мы снова здесь, – голос Кенты сошёл в протяжный стон.

– Для иероглифов как-то... округленько, – Лекс задумчиво отдалила ладонь с табулой, пытаясь рассмотреть рисунки на ней с другого ракурса.

– Вот эти двое – очевидные бык и рыба, – Дейн ткнул пальцем в свою. – А оставшиеся? Колесо и лестница?

– Похожи. Может сядем куда-нибудь? – Кента зевнул и, потянувшись, задел разом половину листьев укрывавшего их папоротника. – Надоело на проходе стоять.

Лекс с тоской обернулась на группу, которая только что вошла вместе с профессором Скай. Они пересеклись с Широйей взглядами. Тот усмехнулся, и они вяло последовали за Кентой, который уже бодро вышагивал в направлении скамей в конце зала. Выбрав ту, что стояла в окружении кустистых растений, они расселись на ней вчетвером, будто собирались смотреть вот-вот начинающийся спектакль. Минуты две никто ничего не говорил.

– Бык, колесо, лестница, рыбка, бык, – Кента постучал карточкой о колено и снова замолчал.

Широйя хмыкнул:

– А вы приписку внизу видели?

Дейн прищурился:

– Укажите ответ... в метрах?! Они там нормальные?

Он откинулся на спинку и, приоткрыв рот, устало закачал головой. Экскурсия ещё толком не началась, но он уже чувствовал бессилие перед новым испытанием.

Широйя склонил голову и закусил губу:

– Каковы шансы, что ваш Митцуя мог подсунуть нам задачку, где бык выехал из пункта А навстречу рыбке, выплывшей из пункта Б?

Дейн, Кента и Лекс задумчиво уставились в пустоту.

– Эй, я пошутил. Или всё настолько плохо?

– Да ну нет... – Лекс сползла по спинке, в который раз поменяв ракурс для разглядывания табулы. – Эти задания наверняка как-то утверждаются. Ему бы такое не разрешили.

Широйя сдержал смех и кивнул.

– Тут ещё приписка про десять попыток, – Кента откинулся на подлокотник, подперев щёку кулаком, – интересно – это подсказка или такая форма жалости?

Они снова замолчали. Все группы успели разойтись по галереям и теперь холл был практически пуст.

– Только мне это напоминает историю про рыбку, которую заставляли лезть на дерево?

Все повернулсь к Кенте.

– Ну ту... где рыбку заставляли лезть на дерево, и она после этого думала, что дура?

– Стесняюсь спросить, что в этой истории забыл бык? – Лекс перевела взгляд с Кенты на табулу и обратно.

– Бык, колесо, лестница, рыбка, бык. Быку дали колесо и он с ним ездит по полям – бык молодец. А рыбке дали лестницу и сказали по ней лезть. Рыбка не может и думает, что она неспособная.

– А второй бык в конце?

– Ммм. Мораль истории?

Брови Лекс поднялись, а Дейн и Широйя с интересом синхронно откинулись назад, приготовившись слушать.

– Будь как бык.

Все трое медленно кивнули.

– Ну или не будь как бык. Делай что можешь. Не делай, что не можешь. Забудь про лестницу, езжай кататься с быком. Смысл-то одинаковый.

– А ответ в метрах тогда...

– Показывает расстояние, которое они успеют проехать без аквариума, – Дейн беззвучно засмеялся.

– Или высоту лестницы, на которую рыбку заставляли залезть, – Лекс поджала губы, сдерживая усмешку.

– Или глубину дна, на которое упала её самооценка, – Широйя расплылся в улыбке.

Подавляя смех, Кента нахмурился:

– Я по крайней мере предложил версию. Жду ваших.

Дейн вытянул к коленям сжимавшие карточку ладони и всхлипнул:

– Какая трагическая история.

– Пять символов, но такой глубокий посыл, – Лекс тяжело вздохнула.

Широйя качнул головой:

– Выберу её следующей на практике у Руфим.

Они захохотали, так громко, что, если бы в холле всё ещё оставались люди, они наверняка привлекли бы недовольные взгляды.

Отдышавшись, Дейн поднялся первым.

– Боюсь, Кента выдал лучшую версию. Ничего умнее мы тут не придумаем, куда нас там посылал Митцуя?

– Налево, – Кента подавил последний приступ накатывающего смеха и повёл их к угловой арке.

Широйя остановился и прочёл золотую надпись над входом:

– Финикия. Это разве не отдельная страна?

– Греции как страны, кажется, не существовало, – Лекс ответила не оборачиваясь. – Может тут какое-то географическое деление по соседям?

– Как понять не существовало? – Кента остановился в центре большого зала со множеством витрин, напоминавших их Трофейный Зал.

– Были отдельные города-полисы. Вроде как с общими языком и культурой, но там, как всегда – все со всеми воевали и мирились – не разберёшься. Финикию я среди них не помню, но я бы себе не доверяла.

Несколько минут осмотра масок, статуэток, украшений и амфор ни к чему не привели.

– Ни рыб, ни быков, – Кента, обошедший зал раньше всех, вернулся в центр и остановился, скрестив на груди руки.

Дейн повернулся к остальным:

– Описания трехъязычные. Это же не просто так? В музеях же обычно не подписывают экспонаты клинописью?

– Обычно не подписывают, – Лекс, склонившись, изучала табличку под синей стеклянной вазой.

– Наверняка тут похожая логика с Египтом. Где-то в подписях есть символы, означающие то же, что эти рисунки. А нам, видимо, нужен предмет из пяти букв. Символов.

– Боюсь, всё сложнее, – Лекс выпрямилась и посмотрела на Дейна. – Музейный комплекс явно греческий, а вот это, – ока указала на табличку, – что угодно, но не он.

– Ты знаешь древнегреческий?

– И ты знаешь. Мы его в июле переводили, чтобы сюда поступить.

– А. Да...

– Может древняя форма? – Кента подошёл к Лекс и теперь сам склонился над табличкой.

– Древний древнегреческий? Ну только если пра-пра-пра. Слишком большой разрыв.

– Ты прям настолько разбираешься в истории? – Дейн начал обходить стеллажи, сравнивая надписи с рисунками в табуле.

– В языках. Я лингвист-переводчик.

Дейн и Широйя одновременно повернулись в её сторону.

Дейн прокашлялся.

– И какие языки ты изучала?

– Английский, немецкий, китайский, латинский, древнегреческий. И древнеанглиский.

Дейн приоткрыл рот и отступил на шаг назад:

– Только я сейчас… немножечко… поражён?

Широйя стоял, насмешливо улыбаясь:

– По-моему, это прикольно.

Кента виновато поджал губы.

– Я был в курсе. Она просила не рассказывать.

– Уау. Так. Ладно. Опустим вопрос, что ты забыла среди нас. Конкретно сейчас это, кажется, всё упрощает.

– Да не особо. Всё, что я понимаю – это не древнегреческий. Даже не близко. Но раз Митцуя нас сюда направил, должна быть какая-то логика. Скорее всего, что-то связанное с заимствованием слов, букв или конструкций. Найдём общее, почти гарантированно найдём ответ. Подала заявку потому что думала, что тут можно будет повысить квалификацию. Поступила потому что это гигантский красивущий замок, телепортирующий в волшебные деревни. Кто бы не поступил?

– Исчерпывающе.

Дейн запустил пальцы в волосы и резко развернулся. Его взгляд начал обводить комнату по кругу снова и, наконец, замер на входе. Широкими шагами он направился к нему и остановился перед большой белой табличкой. Глаза начали пробегать текст – строчку за строчкой. Он засмеялся.

– Кенчик, а ты был близок к истине. Не с басней. Она была прекрасна, но не с ней.

– С иероглифами, что ли?

– Ага.

"Финикийский язык – один из самых значимых языков в истории человечества. Благодаря богатым торговым связям он распространил своё влияние по всему Средиземноморью.

Начиная свой путь от клинописных символов, использовавшихся в Месопотамии он заимствовал некоторые из древнеегипетских иероглифов, адаптировав их и построив на их базе первый полноценный алфавит. Он же, в свою очередь, стал прародителем большинства современных алфавитных систем."

Лекс. Тут ещё и сам алфавит есть. Посмотришь?

Через несколько мгновений плечо Лекс подвинуло Дейна в сторону.

– Ну, господа. Это победа. "Каждой букве финикийцы дали название, означавшее реальное слово, начинавшееся с этого звука". Наш бык тут первый в списке – он у них за букву А. Вот ещё рыба... А сколько сейчас времени?

Дейн опустил глаза на часы:

– Без пятнадцати три.

– Идите, ищите своего льва. Мы с Широйей это расшифруем.

– Уверены?

– Абсолютно.

Широйя прикрыл глаза и с лёгкой улыбкой кивнул.

– Спасибо!

– Если будет возможность вы там тоже по сторонам посматривайте, ладно?

Кента выпалил это догоняя Дейна на выходе.

– Встречаемся у папоротника!

Голос Лекс прилетел им уже в спину.

Час свободного времени показался неплохой форой, только в самом начале. Достаточно быстро стало очевидно, что музей огромен. Глаза разбегались от обилия скульптур, залов и экспонатов, не потеряться в их лабиринте было уже задачей. Приходилось запоминать самые высокие статуи или имитации необычных руин, которые могли служить хоть какими-то ориентирами, иначе всё пространство сливалось в череду белокаменных фигур и зелёных насаждений. Чуть больше, чем за полчаса, разделяясь на развилках, они обошли несколько десятков залов, но ничего похожего на льва, лежащего на постаменте, им не попалось, лишь небольшие статуэтки, не имевшие в своём описании хоть чего-то примечательного.

– Поразительно. Тут даже река своя есть, а ни одного льва не нашлось, – Кента остановился у высокого арочного прохода, за которым начинался длинный коридор.

Залитый голубой журчащей водой, он напоминал давно позабытые руины. Статуя мраморного юноши, чьи ступни омывались подлетающими на порогах брызгами, задумчиво взирала на этот занимательный пейзаж с высоты третьего этажа. И на всех этих этажах они уже побывали.

– Да... Спрятать огромного льва, даже в таком музее, нужно умудриться.

– Хэй! Как успехи?

Облокотившись на перила аркады второго яруса, им махал Широйя. За ним появилась Лекс.

– Скажите, что у вас лучше! – Кента обречённо бросил найденный тут же камень прыгать по воде.

– Тринадцать метров.

– Великолепно! Теперь можете помочь нам.

Лица Широйи и Лекс пропали. Кента продолжил метать гальку, а Дейн пытался понять, в каком из залов, они могли пропустить хоть что-то похожее на нужного им льва.

– Учитывая ваши печальные мины и то, что ни один подходящий лев нам не попался, я так понимаю, никаких подвижек нет? – Лекс выглянула из-за колонны, поддерживавшей арку.

Безмятежное лицо Широйи показалось за её плечом.

– В точку, – Кента послал в полёт очередной камень.

Широйя присел на корточки и всколыхнул воду ладонью:

– Может речь о чём-то более абстрактном?

– Нам нужно изображение льва? – Дейн выдвинул подбородок.

– Хмм. Кстати, интересная мысль.

– Так их тут нет...

– Смотря что считать изображением. Половина третьего этажа посвящена наблюдению за небом. На небе есть звёзды...

– А среди них созвездия? – Дейн закивал, закинув руки за голову. – Об этом мы не думали.

– Давайте сходим, глянем, – Кента наугад швырнул последний камень и повернулся к остальным. – Других версий всё равно не осталось.

Залы, посвящённые астрономии, были построены из более тёмного камня. Многие из них имели куполообразные потолки, отображавшие звёздное небо. По периметру комнат стояли многоярусные изящные шкафчики с самыми разными приборами, среди которых преобладали телескопы и астролябии.

Пройтись по этим залам оказалось увлекательно, но следов, ведущих ко льву, так и не появилось. Чтобы сэкономить время они разделились и договорились встретиться в центральном круглом зале. Дейн закончил обход своего крыла первым и устало опустился на ступени в ожидании остальных. Вскоре появились Кента и Широйя. Последней вернулась Лекс. О результатах никто не спрашивал, понимая всё по лицам.

Дейн посмотрел на часы:

– Пятнадцать минут до конца.

– Ну. Мы пыталсь, – Кента запрыгнул на каменную глыбу, напоминавшую гигантский трон. – Наверное, это наоборот хорошо. Отсутствие свидетельств пророчеств – это же хорошо?

– Мне нравится эта логика, – Лекс, сидевшая справа от Дейна, откинулась на локтях назад.

– Расскажите хоть, откуда тринадцать метров появилось, – Кента достал табулу, чтобы наконец записать ответ.

– Греки позаимствовали алфавит у финикийцев. С адаптированиями. Бо́льшая часть букв сохранила аналоги. Аналоги финикийских быка, колеса, лестницы и рыбы – это греческие альфа, тета, эта, ню.

– Атена? – Дейн, тоже доставший свою табулу, нахмурился.

– Тонкости произношения. Ну, в общем, это Афина. Табличка под её статуей утверждает, что высота утраченного оригинала – тринадцать метров.

– Ммм. Ну... логично, да.

– А мне одному кажется, что на полу стрелка нарисована? – Широйя склонил голову, глядя в центр зала.

Кента прищурился, всматриваясь.

– Да, ладно?! – он перемахнул через ступени и, приземлившись на пол, опустился на колено. Его рука заскользила по каменному полу.

– Что там? – Дейн подался вперёд, но ничего интересного не заметил.

– Узор, – Кента постучал костяшками пальцев по расходящимся кругам. Звёздочки, кружки… Как у нашего камня. На котором лев лежит. И знаете что... – его пальцы продолжили водить по рисунку. Это как будто даже и не узор, это что-то выпуклое. Мне кажется, при желании, оно может сдвинуться.

Широйя огляделся и направился к белой табличке у главного входа в зал.

– "Астрариум. Древнее устройство, созданное для предсказания движения небесных тел и связанных с ними событий. Действующий Астрариум можно увидеть на объекте №24 музейного комплекса "Рим"".

Кента обернулся на остальных:

– Только мне это не нравится?

– Если честно, звучит слишком абстрактно, – Широйя отошёл от таблички и остановился в проходе.

– Как и всё, что связано с предсказаниями, – Дейн усмехнулся, подавляя пробудившуюся тревогу.

Глава 90

Обсуждения увиденного в музее быстро вытеснили бесконечные напоминания о необходимости готовиться к экзамену, которые умудрялись прилетать с самых неожиданных сторон. В воскресенье за обедом возле их стола остановился Митцуя и посоветовал остаток дня посвятить учебе.

– А вот это уже по-настоящему пугает, – Кента разом проглотил остаток котлеты и проводил Митцую напряжённым взглядом.

С наступлением рабочей недели весь первый курс разом перешёл в режим боевой готовности. Казалось, объявлений и разговоров, не касающихся экзамена, нельзя было избежать ни в одном уголке замка. Лекс начала сокрушаться, что какой-нибудь дайв им сейчас был бы очень кстати ради хоть какой-то смены обстановки.

В понедельник Митцуя появился на говорении с абсолютно серьёзным лицом.

– Всем доброго дня, – он опустился в кресло, и, хотя время ещё не наступило, движением пальцев показал, что занятие началось.

В левой руке он сжимал папку, которую тут же раскрыл.

– Этот и два оставшихся урока мы посвящаем грамматике и письму, – Митцуя выглянул из-за папки и, сделав глубокий вдох, вырвал из неё страницу. – Трое... – он прокашлялся, – ...пока что... являются кандидатами на отчисление. Анкер, Баки, Кента.

Его глаза задержались на каждом из названных. В наступившей ледяной тишине Дейн услышал тяжёлое дыхание Кенты. Его собственное замедлилось.

– Увижу кого-то из вас не за книгами, выгоню из академии лично. Достаём справочники по грамматике.

Папка полетела на стол. Кента поднял на Дейна потерянный взгляд.

Глава 91

До утра пятницы двадцать девятого ноября Дейн считал, худшим утром в академии то, что наступило после Хэллуина. Сегодня победитель сменился. Все понимали, что в эту ночь нужно было выспаться и полноценно отдохнуть, но, разумеется, в постелях оказались далеко за полночь. Хуже того – сон совершенно не шёл, то ли из-за слишком большой усталости, то ли из-за нервов. Дейну удалось заснуть лишь за три часа до будильника.

Он, Кента, Лекс и Широйя договорились встретиться у расписания ровно в девять. По лицу каждого было понятно, что ночь у всех прошла одинаково.

– Ну, ты как? – Дейн ударил своим плечом плечо Кенты.

– Отвратительно. Если честно, – он потёр пальцами виски. – Но я рад, что этот грёбаный день наконец-то наступил. Мне уже кажется, я больше устал от его ожидания, чем от страха отчисления.

– Да уж. С дайвом было повеселее. Как же давно это было.

– И тогда нас было больше... – голос Кенты поник. Он вздохнул и опустил взгляд в пол.

– Так. Вот без этих настроений, – Лекс хлопнула его по затылку, отчего тот пошатнулся, как тряпичная кукла. – Сейчас мы хорошо позавтракаем. Потом отсидим этот несчастный экзамен. А потом пойдём праздновать его окончание. Вопросы, предложения и возражения не принимаются.

– Так точно, – Кента печально хмыкнул.

Они пропустил вперёд группу сокурсников и побрели на завтрак.

Глава 92

Экзамен по теории сдавался одновременно всем курсом, поэтому местом его проведения стал лекторий Юго-Западной Башни. Дейн не был тут с самого начала учебного года. Тогда вереницы новичков с волнением проходили через ворота башни и поднимались по двум, огибающим её изнутри лестницам, сейчас же в холле второго этажа собралась огромная толпа.

– Наш первый лекторий, – Кента усмехнулся. – Будет символично, если он окажется моим последним.

Теперь по затылку ему прилетело одновременно с двух сторон – от Дейна и от Широйи.

– Ауч. Ладно вам. Я пытаюсь шутить, – он пригладил взъерошенные волосы. – А если серьёзно... Спасибо. Мне столько людей в жизни не помогало, – его взгляд снова опустился в пол. – Правда, спасибо.

– Группа Акиры Митцуи! Подойти ко мне!

Толпа позади них начала расступаться. Они обернулись: Митцуя широкими шагами пересекал холл. Дейн пожелал Широйе удачи, и они с Кентой и Лекс, буквально пробивая себе дорогу, направились к Митцуе, ожидавшему их у одной из закрытых дверей лектория. Тот, увидев их, кивнул и вытянул шею, высматривая остальных. Когда все были в сборе, он улыбнулся:

– Как вы? Знаю, что не готовы, но осталось два часа. Выложитесь, и отдых. После экзамена все ко мне. Собираемся, забываем последний месяц, и пьём чай. Все уяснили?

Нервный смех странным образом помог хотя бы немного выдохнуть.

– Профессор. Мне страшно...

– Мне тоже, Анкер, – Митцуя покачал головой и посмотрел в потолок. – Я сейчас объявлю о начале подготовительного этапа, зайдёте первыми, садитесь рядом, можете на самый верх. Списать не получится, но морально будет проще. И самое важное... Не принимайте поспешных решений. Думайте холодной головой.

Он похлопал Анкера по плечу и сделал шаг назад, поднявшись на ступень лестницы, ведущей в лекторий.

Щелчок пальцев.

– Уважаемые первокурсники, – его голос усилился, – пятнадцать минут до начала экзамена. Пожалуйста, займите место и приготовьте всё необходимое.

Он развернулся, щёлкнул пальцами второй раз, и широкие двери плавно распахнулись.

Шум, стоявший вокруг, стал ещё громче и хаотичнее. Время начало свой разбег. По совету Митцуи они поспешили наверх по самой крайней лестнице круглого лектория. У них получилось занять целиком одну из секций. Отсюда профессорская кафедра казалась далёкой и нестрашной, правда на этот раз на стене за ней разместились двухметровые песочные часы. А ещё отсюда было видно подъездную дорожку.

В сентябре по ней, смеясь и болтая, тянулись в замок сотни студентов. Сейчас она была абсолютно пустой и холодной, а залитую солнцем долину сменил сонный серый туман. От этого сравнения почему-то стало грустно, и Дейн, отвернувшись от окна, посмотрел вниз. Экзаменационная комиссия уже заняла свои места. Кроме Митцуи и Флоранс, там находились два профессора, которых они видели на экскурсиях – Заккари из Египта, и девушка с длинным тёмно-розовым хвостом из Греции. Пятым был неизвестный мужчина бородой напоминавший Раксли, но одетый проще в обычную профессорскую мантию.

До сих пор им толком не объяснили правила проведения экзамена, поэтому судить, какую роль те сыграют в оценивании их результатов было нельзя. Несколько минут, пока лекторий заполнялся, пролетели в мгновение. Широйя остановился несколькими рядами ниже, помахал им и, привычным движением поправив капюшон, опустился на лавку. Больше он не оборачивался. За три минуты до начала двери медленно закрылись. Наконец, назначенное время наступило. Флоранс, сидевшая по центру, встала и ударила в колокольчик.

– Дорогие студенты! – её голос оказался гораздо громче, чем они привыкли, и от того звучал странно-холодным. – От лица Академии я рада приветствовать вас на новом экзамене. Пожалуйста, выслушайте правила его проведения. От следования им будет напрямую зависеть ваш результат. Итак.

Длительность экзамена – ровно два часа.

Список вопросов – единый для всех.

Один вопрос – один балл.

Количество баллов для прохождения – пятьдесят.

Количество заданий на момент начала экзамена – пятьдесят.

Тишина взорвалась возгласами, среди которых можно было чётко различить несколько ругательств. Голос Флоранс продолжил монотонно зачитывать список.

Количество дополнительных вопросов – пятьдесят.Дополнительные задания можно использовать для восполнения недостающих баллов.

Пропуск уже открытого дополнительного задания невозможен.

За невыполнение дополнительного задания – дополнительный штраф.

За невыполнение основного задания – штраф не полагается.

Покидать своё место до конца экзамена запрещено.

На этом всё. Проверьте, у всех ли под рукой лежат табула и перо. Старт экзамена через две минуты. Вы услышите сигнал. Желаю всем успехов!

Она хлопнула в ладоши и опустилась на своё место.

Дейн перевёл взгляд на парту, как будто итак не проверил всё уже дюжину раз.

– Господа первокурсники!

Весь их ряд резко поднял головы – место за кафедрой занял улыбавшийся Митцуя и, судя по жестикуляции Заккари, это не было запланировано протоколом.

– Вы проделали длинный путь. Потратьте первый час на то, чтобы его вспомнить. Всё, что от вас потребуется показать сегодня, вы уже делали. Нужно просто повторить. Если к началу второго часа поймёте, что получилось хуже, чем планировали, сделаете паузу и подумаете, как это можно исправить. Пожалуйста, помните: это важный экзамен. Но это всего лишь экзамен. И ещё кое-что, – его взгляд поднялся к верхнему ряду. – Вы лучшие.

Минута прошла, завершившись гулким звоном. Под его эхо песочные часы сделали медленный оборот, запустив обратный отсчёт. Лекторий окутал туман, низко зависший над всеми партами. На молочно-белой карточке проявились витиеватые синие буквы первого задания. Дейн осторожно посмотрел вправо, на Кенту. Тот глубоко вдохнул, натянуто улыбнулся и занёс перо, очевидно, над табулой. Стало понятно, почему идея списать была обречена – слой тумана не позволял разглядеть ничего дальше небольшого пятачка прямо перед собой. Вернее было бы сказать ничего, кроме своей собственной табулы, за перемещением которой, как вскоре выяснилось, тот следовал неотстающей тенью.

Митцуя сказал правду – вопросы, фразы, диалоги – всё это они уже разбирали. Даже не раз. Это должно было успокаивать, но каждый ответ сопровождался воспоминанием. О том, как они отрабатывали эти темы с Кентой. О том как Митцуя заставлял их переделывать всё заново, чтобы экзаменационная комиссия не смогла придраться. О том, как при повторении они отбрасывали часть тем, переключаясь на что-то, казавшееся более важным, надеясь, что этих не будет вовсе. Но они были. Он продолжал время от времени поглядывать на Кенту, встречаясь иногда взглядом с Лекс, сидевшей следующей. Глаза Кенты не отрывались от табулы. Успокаивало, что он, по крайней мере, не сидел с опущенным пером, оставалось надеяться, что он пишет не наугад. Система с дополнительными вопросами давала шанс выкарабкаться, но морально она могла привести к провалу раньше, чем истекло бы время. Несколько неверных ответов могли выбить из равновесия, заставить паниковать. Для Кенты это был бы конец.

Дейн мысленно поблагодарил Митцую. Его несерьёзный тон, смог сбить градус накала, который задала Флоранс. Он усмехнулся. Скажи, ему тогда, в июле, как сильно он будет рад, что этот летящий без оглядки странный парень с цветными волосами, окажется их куратором, он бы ни за что не поверил. Но сейчас само его присутствие уже помогало.

К концу первого часа счётчик баллов Дейна, отображавшийся в правом верхнем углу табулы, выводил число сорок один. Здесь уже были учтены пять бонусных баллов. Кента начинал с минус двух.

Через четверть часа – сорок семь. Основные вопросы закончились. Исправить что-то или дописать больше не получалось. Нужно было добирать ещё три. Он снова посмотрел на Кенту. Тот так и не поднял головы. Дейн порадовался, что туман скрывает его табулу. Он верил, что за последнюю неделю они втроём натаскали Кенту на самые важные темы. И всё равно, он боялся увидеть это число в правом верхнем углу. Он стыдился этой мысли, но ничего не мог с ней поделать.

Два первых дополнительных вопроса принесли штраф. Захотелось выругаться, но он решил не выдавать никаких эмоций. Любой выход из равновесия мог запустить цепную реакцию. Кента услышал бы его и начал нервничать сам. Так бы и было.

Не давать ответа на уже открытое задание было нельзя, поэтому он решил не спешить и думать над каждым из них подольше. Митцуя снова оказался прав. В конечном счёте это сработало. Рука начинала выводить фразы и после нескольких повторных прочтений мозг сам подсказывал более удачную формулировку, вытаскивая её из каких-то немыслимых чертогов подсознания.

Восемнадцать с половиной минут до конца. Он прошёл экзамен.

Пальцы, сжимавшие перо, зависли над табулой. Он повернулся вправо и столкнулся взглядами с Лекс. Дейн понял, что они думают об одном и том же. Что будет, если закончить раньше? Начнёт ли Кента нервничать, или это наоборот его успокоит? Лекс прикусила губу и медленно отодвинула от себя карточку. Дейн кивнул и сделал то же самое. Кента продолжал смотреть на задание, но его губы растянулись в улыбке. Дейн выдохнул – первая эмоция, которую он себе позволил за последние два часа. Он всё ещё не знал, какое число показывает табула Кенты, но он держал контроль над ситуацией, а это сейчас очень много значило.

Дейн откинулся на стену. Юми уже закончила. Энжи, Анкер, Баки и Курама продолжали писать. Среди сидящих ниже многие уже отложили карточки, и всё же, бо́льшая часть по-прежнему выполняла задания. Дейн подумал о том, как много людей обучалось в академии. Он не знал, где находятся спальни старшекурсников, но их было много. Очень много. Наверное, это означало, что процент тех, кто отваливался на первом курсе всё же не должен был быть настолько большим. "Не думал, что в этом году будут набирать первый курс". Эта фраза сама пронеслась в голове. Какой-то незнакомый парень сказал её, когда Лука спрашивал у того дорогу к телегам. Могла ли академия измениться? А что, если Эревард и Сорроу не соврали, и раньше тут уже происходило что-то, повлиявшее на отношение руководства? Что если на их потоке правила стали гораздо строже?

Он дёрнул головой, отгоняя пугавшие его мысли. Боковое зрение заметило движение. За ним прозвучал щелчок. Дейн повернулся.

Перо Кенты лежало в держателе его отодвинутой табулы. Его щёки горели, а глаза блестели. Сжатые губы вытянулись в улыбке.

Дейн упал лицом в ладони и растёр пальцами лоб. Экзамен был завершён. Четыре с половиной минуты до истечения времени.

Глава 93

С падением последних песчинок раздался звон, завершивший экзамен. Весь лекторий тут же повскакивал с мест. Началась настоящая суматоха – поздравления и радостные выкрики перемежались с вопросами и слезами. Невозможно было понять, кто провалил экзамен, а кто просто смог наконец дать волю эмоциям. Казалось, сам пол под ногами, ходил ходуном.

Тесный нестройный поток понёс их к выходу.

– Направо, пожалуйста!

Голос Митцуи раздался из-за спины. Дейн обернулся и потянул Кенту с Лекс за собой. Митцуя стоял возле одного из гобеленов, высматривая в толпе оставшихся.

– Энжи! Юми!

Те повернулись и сразу же свернули в их сторону.

– Не очень хочется толкаться, правда? – лукавая улыбка Митцуи вернулась. – Идите за мной, немного сократим дорогу.

Кажется, Митцуя нарушил правило, которое запрещало первокурсникам без уважительной причины заходить за барьеры, потому что по дороге он провёл их через пару. С другой стороны, в его характере было бы искренне считать, что избежание столпотворения на общей лестнице – это достаточно уважительная причина. Так или иначе, они смогли оказаться перед аудиторией Альфа за считанные минуты, что было рекордом.

– Всем отдыхать, я ставлю чайник, – Митцуя махнул ладонью в сторону диванов и направился к камину.

– Это что, правда закончилось? – Курама выдохнул и откинулся на спинку.

– У меня виски сейчас канкан станцуют, – Анкер снял очки, протирая вспотевший лоб.

– Поможете с чашками? – Митцуя махнул головой, указывая на шкаф. – И с пирогом. Он там же, на верхней полке.

Всех увлекла суета с накрыванием на стол. Пока вскипала вода каждый успел рассказать о самых неудачных дополнительных вопросах, на которые попал. Обойтись без них удалось только Лекс, о чём Дейн догадался по её молчанию. Кента, сохранявший хладнокровие весь экзамен, разошёлся на полный пересказ каждого пункта в котором ошибся, заверяя, что завтра не вспомнит ничего из этого, включая половину того, на что смог ответить верно.

– У всех чай налит? – Митцуя обвёл их быстрым строгим взглядом. – А пирог? Отлично.

Он подошёл к своему креслу, удерживая на весу чашку и блюдце с пирогом. Он широко улыбнулся и хотел что-то сказать, но остановил себя на полуслове. Затем снова улыбнулся:

– А давайте просто выпьем вместе чаю.

Его ладонь с чашкой приподнялась, изображая тост.

– За нас! – Баки поднял свою.

– ЗА НАС!

Звон заполнил кабинет. Дейн, как, наверное, и половина за столом, пролил на себя добрую четверть, но все смеялись и поздравляли друг друга.

– А знаете что? – Анкер потянулся за третьим по счёту куском пирога. – Меня снова спас виноград. Представляете? Это был мой пятидесятый балл.

– Только не говори, что на казахском, – Баки тяжело дышал, борясь со смехом, после своего собственного рассказа о панике на пятом проваленном подряд вопросе.

– К сожалению, на английском. Но представляете? Второй раз за семестр!

– А я, мне кажется, за этот семестр столько диалогов на русском не проговорил, сколько меня за сегодня на английском заставили составить, – Курама наклонился вперёд, завязывая на затылке хвостик из взъерошенных волос, которые с сентября успели отрасти чуть ли не в два раза.

Все в который уже раз согнулись от смеха.

За пирогом последовали тосты, что было нелогично ни с какой из точек зрения, но никто не возражал. Многие не стали завтракать из-за нервов и теперь нагоняли упущенное.

– Кажется, я больше не могу, – Энжи отставила пустое блюдце, обняв себя за живот.

– Поддерживаю, – Лекс последовала её примеру.

– Пирог был безумно вкусным! – Юми, начала собирать тарелки в общую стопку, чтобы помочь Митцуе. – Давайте повторим на следующей неделе? Пока до выпускного экзамена ещё далеко.

Митцуя улыбнулся и перевёл взгляд правее её плеча. Дейн обернулся – Баки встал со своего места, прихватив со стола чашку. Пробравшись между креслами он остановился по другую его сторону и довольно выпятил грудь.

– Ребят, – он приподнял чашку, – я... Я хочу сказать тост. Он, пожалуй, будет длинноват, поэтому подливайте пока чай, – Баки задёргал бровями, подбадривая всех шевелиться. – У нас собралась самая лучшая группа, – он смущённо улыбнулся. – Нет, правда. Раньше я думал, что я – самый позитивный человек из всех, кого я знаю, а потом я познакомился с Юми. Энжи – говорить самые странные вещи с самым серьёзным лицом – я тобой восхищаюсь. Дэнни. Если бы кто-то так заботился обо мне, как ты об успеваемости Кенчика, я бы был счастливым человеком! Я уже счастливый. Но был бы счастливее, это факт. Кенчик, ну тобой я просто восхищаюсь. Без тебя эта группа не была бы этой группой. Лекс. Твоя отвага в дебатах на занятиях у Флоранс до сих пор трогает моё сердце, – он прикрыл глаза и приложил ладонь к груди. – Анкер, твои постоянные напоминания о том, что ты ещё глупее меня, всегда помогают мне не терять дух.

– Потому что потом ты всегда отвечаешь, что на самом деле это ты глупее меня, и это помогает не терять дух мне.

Все засмеялись, в бесчисленный за это чаепитие раз.

– Ну и, конечно... Курама! Мой лучший друг! Вы итак все это знаете, другие слова тут излишни, – Баки вытянул руку, готовя тост. – Но ведь за нас мы уже пили, не так ли? – он с хитрым прищуром повернулся вправо. – Вы нам этого не говорили, но я знаю, что вы нас любите. Это в ваших глазах. Вы знали, что они у вас чертовски болтливы? Что не подумаете – всё сразу видно. И знаете... Мы вас тоже любим. Так! Все кто считает, что нам достался лучший куратор поднимает свою кружку!

Баки высоко поднял свою:

– За вас профессор!

– ЗА МИТЦУЮ!

Когда звон чашек наконец замолк, Баки поднял свою во второй раз.

– А теперь... Я хотел бы сказать это всем вам. Я люблю вас ребята...

На лице каждого появилась улыбка, наступила непривычная трогательная тишина.

– Мне бы хотелось, чтобы вы это знали. И чтобы однажды... – его голос осёкся. – И чтобы однажды... – пальцы потянулись к уголку глаза. – И чтобы однажды мы ещё обязательно вот так вот собрались, – вторая рука смахнула побежавшую слезу. – И чтобы вот с этим вот пирогом, – он усмехнулся и силой втянул воздух. – Потому что... следующую неделю я, боюсь, пропущу, – ладонь снова коснулась влажной щеки. – Боюсь, сегодня мой последний вечер с вами.

Одним большим глотком он осушил чашку. Сквозь слёзы улыбнулся и поставил её на стол.

К горлу подступил ком. Покрасневшие глаза Митцуи блестели. Дейн повернулся и увидел, застывшие в оцепенении лица. Внутри что-то оборвалось.

Глава 94

Ноябрьский поезд отправлялся со станции в три часа, пока ещё было светло.

За день до наступления зимы выпал настоящий первый снег. После Хэллуина увидеть сутра из окна занесённые им поля казалось чем-то необычным.

Митцуя дал всем указание быть у главных ворот к двум. Всей группой они договорилась пообедать вместе и направиться туда прямо из Атриума. Баки был в хорошем расположении духа – как и всегда, он шутил больше всех. Они смеялись почти всю дорогу, но с каждым шагом тянущее чувство гнетущей тоски прорастало внутри всё сильнее.

Он шли неспеша, вспоминая, как несколько недель подряд не могли без Руфим найти дорогу до лектория Скай, как их отправили в подземелья, запертые барьером, как они постоянно путали винтовые лестницы башен, что продолжалось до сих пор.

Наконец, они увидели впереди, у приоткрытых на одну створу ворот, Митцую. Он стоял в отороченной мехом накидке, поправляя светлые атласные перчатки.

– А вы пунктуальны. Прошу за мной, – Митцуя улыбнулся и направился к выходу.

Уже спускаясь по занесённым снегом ступеням, они увидели на подъездной дорожке большие, отливающие серебром сани.

Митцуя перепрыгнул через борт и занял место в носовой части:

– Я тут за вас предположил, что пешей прогулке вы предпочтёте немного покататься, – изящным движением руки он снял треугольную шляпу с выдающегося вперёд носа саней. Теперь он начал напоминать капитана небольшого корабля посреди искрящегося снежного моря. – Все на борт!

Он зазывальчищески подмигнул.

Внутри сани оказались просторнее, чем от них можно было ожидать. Ввосьмером, не считая Митцуи, они свободно разместились не рядах широких лавок. Зимние повозки, на удивление, были намного комфортнее летних.

– Никто не против небольшого отступления от обычного маршрута? – Митцуя облокотился на полукруглый рычаг, обернувшись в их сторону. – Пристёгиваться тут нечем, поэтому держитесь за борта. Или друг друга.

Он посмотрел вперёд, потянул рычаг на себя и резко крутанул его вправо. Подняв в воздух густой сноп снежинок, сани рванули с места. Тело потянуло назад, морозный ветер хлестнул по щекам, а полозья рассекли белоснежную гладь поля, оставляя дорогу в стороне.

– Ююю-хууу! – Анкер, практически приземлился на Дейна, пока он сам почти упал на Кураму.

– Или всё-таки большого отступления! – Митцуя, засмеялся, перекрикивая ревевший ветер.

Сани полетели по крутой дуге, изображая круг почёта прямо под окнами замка. Уши закладывало, щёки немели, а они дружно кричали от каждого крутого поворота. Подпрыгивая на снежных наносах, они зависали в воздухе, и само время в этот момент замедлялось. Каждый поворот, спуск, подъём, становились новым маленьким приключением, новым воспоминаем.

Они добрались до предгорий, с вершин которых замок начинал сливаться с горизонтом. Проскочив последний затяжной спуск, Митцуя повернул обратно, но теперь, отдалившись от полей, они направились к реке. Взлёт на крутой холм заставил их тела задержаться в невесомости. Сердце замерло. Они перемахнули высокий берег и на скорости летели вниз. Кента со всей дури заорал над ухом Дейна. Удар. И они снова скользят по твёрдой поверхности. Мягкий снежный покров уступил место твёрдой зеркальной глади. Заледенев, река превратилась в настоящий сверкающий каток, с захватывающей дух скоростью возвращавший их обратно к замку.

Обернувшись на них, Митцуя рассмеялся. Они летели наперегонки с ветром, забыв обо всём. Золотые блики бежали впереди, игриво, перепрыгивая повороты. Справа сверкнула вспышка – окна Фэйбэла отразили солнце. Сани скользнули вбок и плавно пронзили рыхлую снежную колею. Замок по левую руку от них приветствовал своих студентов каскадом отражений голубого зимнего неба.

– Неплохо покатались? Теперь можно и на вокзал!

Взгляд Митцуи задержался на Баки. Тот широко улыбнулся и помахал, проносящимся мимо башням. Они успели заметить, удивлённые лица сокурсников, которые начали рассаживаться по новым подъехавшим ко входу саням.

Впереди показался лес из секвой, где-то там начиналась дорога к станции. Они устремились к нему, набирая скорость перед крутым подъёмом. Слева из-за Юго-Западной Башни вылетели чужие сани. Если бы не сильный ветер, их крики, наверное, слышало бы всё крыло. Вторые сани с другой группой студентов, управляемые незнакомцем в чёрном развевающемся на ветру плаще, вырвались вперёд.

– Оу-оу-оу! – Митцуя обернулся. – Все помнят, что нужно держаться покрепче?

Они влетели в крутой склон, подпрыгнули при приземлении и на скорости вошли в правый поворот. Над головами сомкнулись тёмно-зелёные ветви.

Дорога к станции началась, а вместе с ней стартовала гонка. Летом сложно было представить что двое крупных саней способны тут разойтись, но у них это невообразимым образом успешно получалось. Ценой этого успеха были постоянные уклонения под навес из ветвей, которые подбадривающе хлопали их по головам и плечам, осыпая снопами снежинок.

– Хэй!

Дейн успел уклониться в последний момент, и адресованный ему снежок прилетел в шапку Кенты.

Хаварра, довольно ухмыляясь, уже лепил следующий.

– Парни, нас атаковали! Защищаем корабль!

Под довольный смех Митцуи лавина из снежков понеслась в обоих направлениях. То обгоняя, то уступая в гонке, они не успели заметить, как лес начал редеть, и в его просветах слева показалась железная дорога.

Тормозить начали лишь в самое последнее мгновение, отчего носовые части обоих саней ушли на полметра в снег.

Спрыгивая на землю, Дейн почувствовал, как ноги подкашиваются. Всё тело гудело от напряжения, но это было приятное чувство. Они обменялись рукопожатиями с Лукой и Хаваррой. Дейн не стал спрашивать напрямую, но мысленно отметил, что у них не было с собой вещей, значит они тоже провожали кого-то из своих. Митцуя же на ходу обнял незнакомца в плаще, похлопав его по спине.

– Давно так не гоняли? – на морозе голос отдавал хрипотцой.

Невысокого роста, в чёрном балахоне с широким капюшоном и воротником, закрывавшим половину лица, он походил на профессора ещё меньше, чем Митцуя.

– Лет пять?

– Вечность назад, – звонкий и одновременно скрипучий смех звучал по-ребячески.

Незнакомец дёрнул за ближайшую разлапистую ветку, снег с неё густым облаком упал на Митцую. Парень захохотал, отвернулся и побрёл к перрону.

Митцуя опустил голову, рассмеялся и, проводив взглядом фигуру в балахоне, повернулся к своей группе:

– Пойдём?

Пересекая границу леса, дорога делала пологий, но долгий подъём. Они прибыли заранее, поэтому никуда не спешили. Снег продолжал прилетать Дейну то за ворот куртки то, прямо в лицо. Он пинали ботинками невысокие сугробы, цепляли ладонями еловые ветки, продолжив снежную битву уже между собой.

Выходя на перрон, все были белыми с ног до головы. Краснели только щёки и ладони тех, кто не догадался взять с собой перчатки – практически всех. Поезд уже дожидался их, пуская серые клубы дыма. Баки быстро занёс свои вещи в вагон и тут же вернулся обратно. Они стояли и гадали, как им удалось добраться сюда в полном составе – у каждого была своя история о том, как он чуть не вылетел на одном из поворотов. Баки радовался, что на этот раз они с Курамой сидели в хвосте, а не первыми, как тогда на горках, иначе они бы точно потеряли его раньше, чем тронулся поезд. Курама доказывал, что ещё не один человек не обнимал его столько, сколько Баки по дороге сюда, а тот возражал, что это было ради их общей безопасности.

Раздался первый гудок.

Баки прервался на полуслове, вдохнул и сделал шаг назад.

– Пора, кажется, да?

Он улыбнулся.

– Знаете. На самом деле всё хорошо. Огромному количеству людей не довелось побывать тут. А мне вот повезло. Я думаю, это очень здорово. Я возвращаюсь обратно... да.... Но... Теперь у меня есть вы, и это место... Я тут был. Этого ведь никто не отнимет?

Он посмотрел по сторонам и засмеялся.

– Ребята... Митцуя... Спасибо вам. Я теперь как будто заново родился – столько эмоций, воспоминаний – это всё вы. Обнимемся?

Он широко расставил руки, и Юми с Энжи чуть не сбили его с ног. Сквозь всхлипы и прерывистое дыхание все пытались как-то пошутить. Последним к Баки подошёл Курама. Он остановился, растирая покрасневшие глаза:

– Покатаемся ещё.

Баки зажал его в объятиях.

Митцуя стоял в стороне, прикрыв лицо тыльной стороной ладони. Его глаза блестели. Когда Курама наконец шагнул назад, к остальным, Баки медленно обвёл всех взглядом.

– Обещайте мне только одну вещь.

Все закивали, не дожидаясь просьбы.

– Мы ещё выпьем вместе чаю.

Они засмеялись.

– И желательно со вчерашним пирогом. Он мне понравился.

– Обещаю, Баки, – Митцуя протянул ладонь для рукопожатия.

Баки протянул свою в ответ и смахнул с глаз снова подступившие слёзы.

Раздался второй гудок.

Митцуя подтянул Баки и, похлопав по плечу, потрепал по волосам.

Баки засмеялся, качнул головой и запрыгнул на ступени вагона. В следующее мгновенье спрыгнул обратно, пробежался, обняв каждого, и уже окончательно поднялся в вагон. Он свернул влево и бегом добрался до своего окна. Провозившись с задвижкой, распахнул его.

Поезд тронулся. Рыжая голова просунулась в окно, а за ней и сам Баки чуть ли не по пояс:

– Люблю вас!

Густые клубы дыма заволокли платформу.

Они махали друг другу и вытирали, предательски не останавливающиеся слёзы.

Глава 95

– Когда мне грустно, я обычно читаю. Чтобы переключиться, – Широйя поставил поднос на стол.

Он с сочувствием бросил взгляд на Кенту, вяло разминавшего ложкой пюре.

– Ты же постоянно читаешь?

Широйя улыбнулся и подтянул графин с соком:

– Можно в шахматы.

– Баки любил играть в шахматы, – Лекс опустила подбородок на сложенные на столе руки. – Мы с ним часто играли.

– Он и сейчас любит, – Широйя покачал головой. – На вас, ребята, больно смотреть.

Они только вздохнули.

После ужина, не сумев придумать, чем можно заняться в таком паршивом настроении, они всё-таки последовали совету Широйи. План был взять по книге и отправиться с ними в какую-нибудь пустую небольшую аудиторию, но уже у стойки господина Харриса, они забросили эту идею и уныло побрели в читальный зал.

Полумрак, журчание водопадов и шелест листвы помогли отстраниться от окружения и угнетающих мыслей. Ни у кого не было версий, что за книгу им выбрать, и Широйя попросил у Харриса ту же историю, что читал сам, посчитав, что так они, по крайней мере, смогут потом её вместе обсудить.

Дейн перелистнул первую страницу и усмехнулся. Он собирался начать читать любимую историю Широйи. Парня, который в июле бросил его у карты замка, даже не попрощавшись. Парня, который сидел сейчас напротив, и пытался придумать хоть какой-то способ их отвлечь.

Исключение Баки забрало частичку ставшей уже такой привычной жизни в замке. Без него что-то из неё безвозвратно пропало. И всё же, что-то другое за последний месяц в ней появилось. Дейн не представлял, каким одиноким себя почувствует, если когда-нибудь исключат Кенту, но он не мог не признать, что сидеть за этим столом вчетвером было веселей, чем вдвоём. Теперь против неизвестности и трудностей окружавшего их нового мира, они были не одни. Эта мысль согревала.

Засиживаться допоздна не стали. Когда они вернулись в спальное крыло, не было ещё и девяти вечера. Прощаясь, они остановились у спальни Кенты, как и всегда, она была не заперта. Кента задержал взгляд на прикроватной тумбочке. Свет фонарей из коридора падал на стоявшую на ней фоторамку. Он шагнул ближе и вздохнул.

– Теперь нас семеро.

Дейн и Лекс встали позади него. Никто ничего не произносил. Они просто стояли и смотрели, каждый в своих мыслях.

– Я, наверное, пойду, – Широйя помахал им.

– Ой. Нет. Подожди. Я вспомнил.

Кента опустился на колено и открыл самый нижний ящик тумбочки, из которого извлёк что-то прямоугольное, обёрнутое в пергаментную бумагу.

– Я узнал у Митцуи, как проявить снимки. С этим экзаменом вылетело из головы.

Он разорвал упаковку и протянул каждому по рамке.

– Напомните мне потом Рэю тоже отдать, – Кента убрал пятую рамку обратно в ящик и посмотрел на ту, что осталась в его руках. – И не скажешь что на руинах фотографировались.

– Да. Вышло темновато, – Широйя подошёл поближе к фонарю, всматриваясь в изображение. – Но всё равно спасибо. Моя первая фотография отсюда, – он улыбнулся, и в его больших тёмных глазах отразились огоньки.

– О, тогда сейчас тебе понравится ещё больше, – Дейн подошёл ближе и коснулся ладонью нужного места на тыльной стороне рамки. – Фотус-фокус-поворотус.

Пальцы второй руки провернули изображение.

– Уау. А вот теперь очень даже светло.

– Сможешь менять ракурс по настроению.

– Нет-нет-нет-нет-нет... Нет! – Кента вытянул руку, в которой держал фотографию. С приоткрытым ртом он отрицательно мотал головой. – Скажите мне, что вы этого не видите.

Дейн забрал фотографию и присмотрелся. Широйя и Лекс заглянули ему через плечи.

– Страшновато. Согласен.

– Но это же руины, – Широйя пожал плечом. – Мало ли там разрушенных стен. Или арок...

– Не было там никаких разрушенных стен! – Кента запустил пальцы в волосы, зачесав их назад. – Проход там обычный был. Я помню. Чёрт, чёрт, чёрт...

– Тени по-разному бывают падают... – Лекс вертела свою фотографию, сравнивая изображения. – Хотя выглядит жутенько. Это правда.

– Жутенько?! Там стоит кто-то за нами! Ох ты ж блин...

– Кенчик, ты сейчас пугаешь больше, чем эта тень.

– Вы помните те звуки? Вы сейчас понимаете, что нам не показалось? Мы же реально тогда от кого-то убегали!

– Так. Мы, кажется, ложиться спать собирались. Давайте без этого всего перед сном, – Лекс демонстративно перевернула свою рамку тыльной стороной.

Кента нервно хмыкнул:

– Решайте, у кого я сегодня ночую. Дейн, Широйя, Лекс?... Лекс, тебе хороших снов. А вы двое выбирайте сами. Мне эта штука ночью будет сниться.

Широйя посмотрел на Дейна из-под капюшона:

– Он сейчас шутит или серьёзно?

Дейн смерил Кенту оценивающим взглядом.

– Похоже, серьёзно.

– Можем посидеть с ним, пока будет засыпать.

Дейн склонил голову:

– Как вариант.

– Широйя, сходишь за своей книгой? – Лекс кивнула в сторону коридора. – Можем ему на ночь почитать – быстрее уснёт.

– Я остановился на переходе через Лес Мрачных Теней. Боюсь, мы его добьём.

– Так себе вы друзья, – брови Кенты сошлись на переносице.

– У нас односпальные кровати, – Дейн развёл руки, с сочувствием покачав головой. – Могу постелить на полу.

– Я согласен.

– Расчёт был на то, что ты откажешься.

– Твой расчёт провалился.

Кента сгрёб с кровати подушку и одеяло, свободной рукой выудив из шкафа пижаму.

– Тяжело тебе с ним, да? – Широйя сочувственно хлопнул Дейна по плечу.

– В следующий раз ваша очередь, – Дейн протяжно выдохнул и побрёл к лестницам на верхние ярусы.

Глава 96

Воскресенье стало первым днём декабря. Всю ночь шёл снег, поэтому к утру замело даже дорожки, что к вечеру привело к заполнению всей призамковой территории снеговиками.

Два первых урока в понедельник были общими и то, о чём не хотелось вспоминать, получалось от себя отгонять. Только, когда началось третье занятие говорения с Митцуей, печальное осознание навалилось всей своей тяжестью. Без Баки кабинет опустел.

Наверное, Митцуя чувствовал то же самое, потому что весь урок он провёл в понуром настроении.

– На этом по теме на сегодня всё, но есть ещё пара организационных вопросов.

– Про финальный экзамен? – Энжи нахмурилась.

– Да. Это первый из них.

Он состоится утром в воскресенье двадцать девятого декабря. Утром тридцатого – поезд домой.

– Как в воскресенье? – Анкер подался вперёд и посмотрел на остальных. – Я слышал, что праздничный ужин будет в последнюю пятницу месяца, разве нет?

– Да, мне тоже про это говорили, – Юми кивнула.

– Всё верно. Праздничный ужин состоится в пятницу двадцать седьмого числа. Занятий в этот день уже не будет. Ваш экзамен вынесен позже. Понимаете почему?

– Не очень, – Юми откинулась на спинку, глядя на Митцую с подозрением.

– Чтобы утро той пятницы не прошло как это, – Митцуя вздохнул и бросил папку с материалами на стол. – В конце месяца вас ожидает праздник. Никаких грустных мин.

– А как же подготовка? – Кента быстро обернулся на Дейну и Лекс, те нервно хмыкнули.

– Её не будет.

– Что?

– Подготовки к финальному экзамену нет. Этот месяц вам остаётся только учиться.

– Так просто?

– Тут уже кому как, – Митцуя улыбнулся, а все остальные засмеялись. – Думаю, с этим разобрались, теперь второй момент.

Он направился к камину и вернулся от него со стопкой листов.

– Это форма пожеланий по графику поезда, – он протянул каждому свой экземпляр. – Не могу гарантировать, что они будут полностью выполнены, но к ним постараются прислушаться. Со второго семестра у вас появится возможность ездить домой на выходные. В бланке нужно указать даты, которые для вас важны и оставшиеся по желанию. Старайтесь рассчитывать свои поездки не чаще раза в две недели, потому что, такие же бланки заполняет вся академия и итоговый график будет построен, исходя из общих потребностей. В сентябре получите на руки разрешение на выезд в утверждённые даты.

– Но ими же не обязательно будет пользоваться? – Курама, отложил просмотренный бланк.

– Конечно. У вас есть месяц. Подумайте хорошо. А вот теперь, у меня точно всё. Занятие окончено.

***

Первая учебная неделя декабря прошла до странности спокойно – профессора вернулись к профилю своих предметов, никто больше не напоминал им о важности каждой отработки и не подсчитывал баллы. Наконец-то получилось выдохнуть. О потрясениях месячной давности напомнило только новое расписание – занятия Варанея были отменены вслед за дайвами. Надежды погулять по новым локациям рухнули вместе с решимостью разобраться с загадкой Астрариума. Упоминание об экскурсии пока ещё значилось в графике на месяц, но ничего конкретного в нём не говорилось, и появится ли отдельное объявление можно было только гадать.

В субботу Кента предложил собраться поиграть в футбол. Помимо эмоциональной разгрузки, это было поводом рассказать Эреварду и Сорроу об их походе в музей. Ещё больше его, конечно, подталкивало любопытство. После того, как он увидел на фотографии руин тень, его интерес к истории замка резко возрос.

***

Когда на заходе солнца все стали расходиться, Эревард и Сорроу подошли к ним сами.

– Ну, как вам экскурсия? – Эревард начал переодевать футболку, чтобы потянуть время.

– Интересная... – Кента, отвлёкся от рассматривания вечернего пейзажа, помахав Луке и Хаварре, которые последними покидали Трофейный Зал. – На счёт львов вас, кажется, дезинформировали. Зато нашлось кое-что позабвнее.

– Ничего не слышали об Астрариуме?

И Эревард, и Сорроу покачали головами.

– Жаль, – Дейн поджал губы. – Но, кажется, дело в нём. Это какой-то круглый прибор. Что-то наподобие часов, только без цифр. Есть версия, что наш лев сидит на нём.

– Версия?

– В музее эта штука была вмонтирована в пол. А у нас стрелок под ним вроде как нет. Так что всё не точно. Но узор прям похож.

– Узор? Сходим глянем? – Сорроу махнул головой влево, в сторону северного выхода из зала.

– Да, почему нет.

Остальные последовали за ним.

Оказавшись на площадке со львом, Сорроу первым склонился над круглым постаментом, всматриваясь:

– И правда, причудливый такой.

– А на счёт стрелки вы, возможно, ошибаетесь, – Эревард присел на колено и постучал указательным пальцем по кисточке хвоста.

– Думаешь... – Кента опустился рядом и прищурился, – она под ним?

– Вполне может быть.

Они оба поднялись.

Дейн отошёл назад, разглядывая льва со стороны:

– На табличке в музее было что-то про предсказание астрономических явлений. Не знаю, как это должно работать, но, если это что-то вроде часов, и под этим хвостом действительно стрелка, до конца дня тут ещё больше половины.

Эревард подошёл к нему, посмотрел на льва и согласно кивнул.

– Так. Вы опять за это? – Кента отошёл ото льва на самое большое расстояние и в итоге с ногами забрался на подоконник. – Давайте без нагнетаний. Лучше расскажите, что случилось в прошлом году.

– Так не нагнетать или рассказать?

Кента закатил глаза.

– Ладно, рассказывайте.

– История неприятная, но на самом деле короткая – под вопросительные взгляды Дейна и Кенты Сорроу откинулся спиной на постамент льва. – Что? Подоконник ты занял, мне лень стоять. Он же время считает, а не сам проклинает.

Кента в сомнении склонил голову.

– И, судя по всему, началась немного раньше прошлого года, – Эревард приподнялся на выпрямленных руках и сел возле Сорроу. – В день, когда его тут поставили – Эревард указал большим пальцем на морду льва, – в замке появился кое-кто ещё. Догадываетесь?

Дейн и Кента переглянулись.

– Подсказка: мы вас к нему провожали, – Сорроу улыбаясь сжал подбородок.

– Харукай? – Дейн сам удивился, что смог вспомнить это имя.

– А-га, – Сорроу засмеялся.

– Он появился в замке года полтора назад – в мае.

– Все девчонки тогда восхищались новым красавчиком.

– Ага. Пытались узнать, что он будет преподавать, чтобы знать, куда записываться.

– А что он преподаёт? – Дейн непроизвольно поёжился, вспомнив ледяной холод кабинета в подземелье.

– Ммм... – Сорроу уставился в потолок. – У вас пока нет этого предмета.

– Но назвать-то можно?

– Ммм... нельзя. Но это не суть.

– Вообще-то суть, – Эревард подтрунивающе усмехнулся.

Сорроу посмотрел на него исподлобья и вытянул губы ровной линией:

– Не суть. Главное, что во время ужина весь замок знатно так тряхнуло.

– Это как? – бровь Кенты поползла вверх.

– Прям тряхнуло. Стены дрожали. Все перепугались, но дело обошлось пылью в тарелках.

– А уже к ночи этот парень появился вот тут, на площадке, – Эревард погладил гриву льва. – С этого всё и началось.

– Звучит и правда не очень... Но вы не думали о... – Дейн выглянул в окно в поисках идей. – Не знаю... О землетрясении?

– И причём тут первокурсники? – вторая бровь Кенты скрылась за чёлкой.

Сорроу бросил удивлённый взгляд на Эреварда:

– Так вы уже знаете?

– Что знаем?

– Про первокурсников.

– Только разговоры старшиков о том, что… нас не должны были набирать, – последние слова Кента намеренно растянул.

– А, – Сорроу хмыкнул. – Ходили такие слухи, да.

– Но у этого была неплохая причина.

Дейн и Кента вытянули шеи, ожидая продолжения.

– Проблема в том, что об этой истории нельзя распространяться, – Эревард спрыгнул с постамента и, озираясь, подошёл к ним почти вплотную.

Он наклонился, и им пришлось подвинуться ещё ближе.

– На ваших предшественников были нападения.

Эревард сделал шаг назад, а Кента выпятил глаза. Дейн так и застыл, не зная, как реагировать.

– Было похоже на недавний Хэллуин – всё объяснили чьей-то очень неудачной шуткой, – Эревард продолжал говорить полушёпотом.

– А подробнее можно? – Кента с надеждой подался вперёд.

Ответом стало отрицательное покачивание головой.

– А как же наша безопасность?

– Раз вас набрали, руководство решило, что всё в порядке. К тому же, серьёзно никто не пострадал. Скорее и правда больше испугались.

Кента о чём-то задумался, посмотрел на Дейна, затем на Эреварда, и, наконец, задал ещё один вопрос:

– А про руины вы случайно ничего не знаете?

– Те, возле гор? – Сорроу надоело стоять у льва и он подошёл к ним.

Кента кивнул.

– Только что в них нельзя попасть.

Взгляды Дейна и Кенты встретились.

– Это... как? – Кента приоткрыл рот.

Сорроу пожал плечами:

– Крутое ущелье. Куча народа пыталась найти переход, пока никому не удалось. Мы сами раз десять, наверное, вокруг бродили – без шансов.

Ни Дейн, ни Кента ничего не сказали.

– Ну а всё остальное – легенды похлеще проклятия академии. Это же руины. Было бы странно, если бы их не было.

Пока они говорили, солнце окончательно село, и теперь в неярком свете настенных фонарей Кента показался Дейну бледнее снега за окном.

***

Они попрощались с Эревардом и Сорроу на площадке пятого этажа. Когда на шестом они свернули в ведущий к их спальням коридор, Кента заговорил о том, что не всю дорогу не выходило у Дейна из головы.

– Мне не нравится эта история с руинами.

– Мне тоже. Но, если честно, эту тропинку и правда сложно заметить. Особенно летом или зимой.

– Я хочу ещё раз посмотреть.

– Боюсь, там сейчас снега по колено.

– Спятил? Туда я больше ни ногой. Я про фотографию. Хочу приблизить и убедиться, что там игра теней.

– А. Потом расскажешь.

– Не угадал. Будем смотреть вместе. Если я увижу там руку или лицо, кому-то придётся меня откачивать.

Дейн устало выдохнул и, усмехаясь, качнул головой.

Они свернули в комнату Кенты. Тот достал из тумбочки рамку и вручил её Дейну. Он снова вздохнул, и они расселись на кровати, всматриваясь в тёмное изображение. Дейн приложил палец к камню и начал медленно приближать, ту часть фотографии, что была позади них. Внутри пробежал холодок – загадочная тень слишком сильно походила на человеческий силуэт. Он услышал, как Кента нервно сглотнул. Снова вгляделся в силуэт тени и забарабанил пальцем по камню.

Свет вокруг погас.

Глава 97

Дейн шарахнулся в сторону: он больше не сидел на диване. Он стоял посреди тёмного промозглого помещения. Дейн повернул голову и беззвучно вскрикнул. Он смотрел на самого себя. Смеющегося, обнимающего за плечо Лекс. Они готовились позировать. Время словно замедлилось.

– Давай быстрее! – его собственный голос торопил Кенту, возившегося с отложенным запуском.

Дейн застыл, прикованный к этому странному зрелищу. Его плеча коснулась рука. Почувствовав, как сердце проваливается в груди, он обернулся и увидел расширенные от ужаса глаза второго Кенты – с мокрыми после футбола волосами. Дейн хотел жестами показать, что всё нормально, но Кента силой развернул его вправо – к аркам, уводившим вглубь руин. Чёрный силуэт стоял за одной из них. Он махал им рукой.

Вдох застрял в горле. Жгучее желание отвернуться, пронзило тело, но страх того, что за этим последует не позволял отвести глаза.

Щелчок камеры. Белый густой туман.

Его собственный голос:

– Ребят... Вы ничего не видели? Вон там.

– Тут всё-таки живут мыши? – шаги Кенты, возвращающегося к фотоаппарату.

Тень шевельнулась и слилась с чернеющим коридором.

– Только если размером с человека...

– Плохая шутка, Дейн...

Голос Лекс начал затихать, превращаясь в эхо.

Туман рассеялся.

Вернулся свет.

Глава 98

Сердце колотилось как бешеное. Появилось сильное чувство тошноты. Дейн повернулся вправо. Лоб Кенты покрылся испариной, грудная клетка прерывисто вздымалась.

– Надо поговорить с Рэем. И с Лекс. И с Широйей. Со всеми, кто сможет объяснить, что за чертовщину мы только что увидели.

Кента, смотревший в стену стеклянным взглядом, кивнул.

Глава 99

На следующий день они показали фотографию Лекс и Широйе. Экспериментальным методом удалось понять, что для совместного погружения достаточно было находиться в радиусе метра друг от друга. Кента, наотрез отказавшийся возвращаться внутрь, наблюдал за ними сначала из коридора, а затем из дверного проёма. Три попытки привели к общему соглашению, что это что угодно, кроме случайной тени.

В понедельник после чтения они остановили Рэя. Кента вручил ему фотографию и уговорил посмотреть на неё новым способом. Оказалось, что пользоваться такими рамками Рэй уже умел, но по его напуганному лицу стало понятно, что о странной тени, он знает не больше них.

– А когда ты был там раньше, ничего такого не видел? – Дейн поджал губы, не зная, какой ответ предпочёл бы услышать.

Рэй покачал головой.

– Могу спросить у Сэта – мой одногруппник, мы там вместе лазили. Может он что-то вспомнит.

Рэй помрачнел почти так же, как Кента. Спрятав фотографию, он вздохнул:

– Жаль, мне нравились эти руины.

– А больше ты про них ничего не знаешь?

– Говорят, они старше, чем Фэйбэл. Но это итак понятно. Больше ничего.

– Так хотелось закончить семестр в каком-нибудь рождественском дайве с Сантой и оленями, – Дейн с досадой надул щёки и протяжно выдохнул.

– А приходится делать ставки на более реальную страшилку? Может это и есть наш финальный экзамен? – Широйя подмигнул Кенте.

Тот замотал головой:

– Тогда я отчисляюсь.

Рэй засмеялся.

– Думаешь он шутит? – Широйя направил большой палец через плечо. – Неделю назад эта фотография выгнала его из собственной спальни.

Рэй захохотал, и к нему присоединились все остальные.

***

За несколько последующих дней ничего нового про руины узнать не удалось, и история с фотографией стала понемногу забываться. С наступлением новой недели замок захлестнула предновогодняя суета. Утро понедельника встретило студентов тысячами снежинок, сосулек и всевозможных гирлянд из хвои. Её запах заполнил все центральные коридоры замка, а Атриум и вовсе превратился в лесную поляну, до самого потолка потонув в еловых украшениях.

Группа Митцуи устроила соревнование в попытках угадать, на ком из профессоров лежала осветственность за то или иное крыло замка – каждое было украшено в своём чудаковатом, но неизменно сказачном стиле и не походило на другое. Проще всего оказалось с Митцуей, который сам повёл их на экскурсию по коридорам у юго-восточных башен. Переливавшиеся серебром изумрудные и иссиня-лиловые декорации говорили сами за себя, но Митцуя всё равно потрудился рассказать о них целую историю. Она описывала три долгих вечера, когда он придумывал один вариант композиции за другим, остановившись в итоге, на чарующем мотиве загадочного звёздного неба.

Праздничная атмосфера прогнала все дурные мысли, и к вечеру пятницы главной проблемой стало решение об очерёдности помощи Кенте на чтении. Последнее на неделе занятие проходило в читальном зале. Комиксы, подаренные Руфим, успели закончиться, и теперь, сидя за круглым столом, Дейн, Лекс и Широйя закрывались каждый своей книгой, игнорируя летящие в них бесконечным потоком вопросы.

– Если не хотите мне помогать, начните с какого-нибудь другого предмета. Я готов вылететь из академии из-за чего-угодно, но только не из-за чтения. Пожааалуйста.

Все трое выглянули из-за своих укрытий, но смотрели не на Кенту, а ему за спину. Он обернулся, увидел абсолютно холодные лицо Руфим и дёрганно улыбнулся. Рука Руфим вытянулась, зависнув перед его глазами. Широйя поджал губы, кивнул и вложил в неё пачку с орешками:

– Приятного аппетита.

Глаза Дейна и Лекс расширились, а Кента замер в предобморочном состоянии.

Дейну показалось, что профессор стоит возле них слишком долго и сейчас произойдёт что-то непоправимое, но Руфим развернулась и направилась вниз по лестнице.

Все трое выдохнули, а Широйя беззаботно извлёк запасную пачку.

– У меня чуть сердце не остановилось, – Кента сполз по спинке дивана.

– Зато теперь меньше шансов, что она вспомнит про твоё непочтение к её предмету, – Широйя со смехом разгрыз орешек.

– Спасибо, – Кента с приоткрытым ртом качнул головой. – Так. Он меня спас, значит кандидаты на помощь теперь вы двое.

– Какую историю ты хотел выбрать? – Широйя щёлкнул очередным орешком.

– Любую, с которой мне не придётся разбираться самому.

– Выбери интересную.

– Это... согласие на помощь? – брови Кенты недоверчиво сползли к переносице.

Широйя медленно прикрыл глаза, показывая согласие.

– Ух ты! Спасибо. А почему сразу не согласился?

– Ты очень весело страдал. Прости.

Дейн и Лекс засмеялись.

– Кстати. Раз с этим разобрались. Во сколько завтра встречаемся? – Дейн выглянул из-за книги.

– По-моему там всё как обычно в два, значит, если выйти без двадцати, успеем, – Лекс ответила, не отрываясь от чтения.

– Завтра вы без меня.

– В смысле? – книга Лекс опустилась.

– У нас в этом месяце экскурсия в воскресенье.

Дейн нахмурился:

– Мы же хотели поискать завтра этот объект "двадцать четыре"?

– Ну, не факт, что мы вообще отправляемся в Рим.

– Египет, Греция, что ещё может быть третьим?

– Ладно, согласен, но с расписанием я всё равно ничего не сделаю.

– А если забить на расписание? – Кента прикусил карандаш. – Просто пошли завтра с нами.

– Кстати, почему нет? – Дейн закивал. – По-моему там за этим вообще никто не следит. Ну не пустят, так не пустят.

– А в воскресенье мне идти во второй раз?

– Если наткнёмся на что-то интересное, это может сыграть нам на руку. Если пустят, пойдём с тобой.

Широйя задумчиво постучал кулаком по подбородку.

– Ладно. Мне, в целом, без разницы. Попробуем так.

– Отлично.

– Ребят...

Кента указывал пальцем вниз, на стол Руфим.

– Что?

– Ест орешки.

– Так я же предложил.

Широйя флегматично пожал плечом. Дейн с приоткрытым ртом качнул головой:

– Прямо в библиотеке...

Они переглянулись и, беззвучно засмеявшись, погрузились в чтение. Первую четверть часа Кента старательно пытался выписывать и подчёркивать фразы, на которые ему указывал Широйя, но, израсходовав на это последнюю силу воли, он всё чаще начал клевать носом. В какой-то момент он просто сполз по мягкой спинке дивана и уткнулся ухом в плечо Широйи, окончательно уснув. Тот поднял бровь, посмотрел на Дейна и Лекс и, усмехнувшись, все трое продолжили чтение под мерное сопение Кенты.

Глава 100

Утро началось с осознания, что они наконец-то запомнили дорогу до галереи Лиры. Митцуя снова был в составе профессоров, которые их сопровождали, что Дейн посчитал хорошим знаком – даже Лекс и Широйя приняли сегодня добровольное решение пожертвовать своей любовью к экскурсиям, ради твёрдого намерения найти Астрариум.

Белая поволока вновь поглотила арку, и студенты побрели сквозь неё шумной толпой. Стоило бы попросить Широйю вести себя непринуждённо, но именно в его случае в этом не было никакой необходимости – у него на лице было такое спокойствие, будто это они пытаюсь нелегально проникнуть в портал вместе с ним, а не наоборот.

Митцуя, широко улыбаясь, помахал им, и они вчетвером прошли барьер.

Широкие мощёные мостовые и высокие светлые здания с каменными колоннами и красными треугольными крышами говорили о том, что их предположение подтвердилось. Вера в успех их начинания сразу окрепла. Оставалось узнать задание и надеяться, что город, в который они попали, не был слишком большим – если бы “объект двадцать четыре” оказался таким же музеем, как и тот, из Греции, не хотелось всё время потратить только на его поиски.

Они стояли посреди просторной городской площади. Появившись из портала, Митцуя сразу же повёл свои группы подальше от основной толпы на одну из прилегающих улиц.

– Прекрасный денёк, не правда ли? – он остановился в тени трёхъярусного здания, закрывавшего их от застывшего почти в зените солнца. – Мне понравилась наша прошлая компания, считаю, мы все прекрасно провели время, я постарался организовать нам сегодня похожий состав. Кто тут новенький, не переживайте, сейчас сориентируетесь, – Митцуя помахал, обозначая приветствие. – Для тех, кто ещё не знает, или успел забыть, – меня зовут Акира Митцуя и я не очень сильно люблю экскурсии, – он расширил глаза и поджал губы. – Но! На наше общее счастье, сегодня она носит самый поверхностный характер. Мы находимся в Римсуле. Похоже на Рим, но в действительности не совсем. Римсула – гигантский архитектурно-исторический памятник под открытым небом. Город-музей, если хотите. Римская империя никогда не была той, что вы видите сейчас, однако, она была всем, что вас окружает. Получается уловить суть? Что такое Римсула?

– Какое-то крутое место? – Ким, одногруппница Найта и Лочи лопнула пузырь жевательной резинки, которую у неё постоянно отбирали, так же, как у Широйи его орешки. Осознав ошибку, она быстро улыбнулась и скрылась за плечом Лочи.

Дейн усмехнулся – со стороны было странно видеть, как кто-то боится Митцую из-за таких мелочей.

– Это верное определение, – Митцуя кивнул. – Ещё версии?

– Эти здания разных веков? – Лекс предположила это так тихо, что Митцуя услышал её только потому, что она стояла прямо перед его носом.

– Совершенно верно! Здесь воспроизведена не эпоха, но целая история. Самые выдающиеся памятники, о которых вы могли слышать, скорее всего, окажутся тут. Через несколько минут в ваших табулах отобразится задание. Оно состоит из пяти писем. Задача – расставить их по дате отправления – от самого раннего к позднейшему. Перевод, тема – неважны. Засчитан будет только единственный верный вариант. Попытка – одна. Так что... Рекомендую насладиться прогулкой по этому чудесному городу и никуда не торопиться. Через четыре часа собираемся на этом же месте. Будет небольшой сюрприз, – он пространно улыбнулся. – Ах да. Те, кто всё же желает послушать об этом городе, могут присоединиться к вооон той группе, – правая рука Митцуи изобразила изящный взмах, в направлении другого конца площади.

Лекс и Широйя, оба ниже по росту, чем Дейн и Кента вытянули шеи и, сумев разглядеть, о ком шла речь, одновременно быстро закачали головами. Дейн опёрся на плечо Кенты и привстав на бордюр, усмехнулся. Ближайшую к ним группу вёл Заккари. Ещё одну, стоявшую в отдалении, возглавляла Амалия, и здесь уже Дейн не горел желанием присоединяться – история с Трофейным Залом была ещё свежа в его памяти. Хоть он и мог понять справедливость того запрета, они, с подачи Раксли, продолжили его нарушать, а значит не попадаться ей на глаза лишний раз казалось благоразумным.

– Всем удачи! – Митцуя поклонился и в мгновение исчез, затерявшись в толпе.

Дейн махнул в сторону узкой аллеи неподалёку. Там они нашли новый тенёк, теперь уже под непривычно высокими кронами деревьев, названия которых Дейн не знал. Кента запрыгнул на каменную изгородь прямо с ногами, остальные опёрлись на неё спинами. Все четверо достали табулы. Задание в виде изображения пяти пергаментных писем к этому времени успело появиться.

– Лееекс, – Кента бросил попытки вдуматься спустя минуту.

– Нет, я не могу это перевести.

– Митцуя говорил переводить не надо. Просто скажи, что из этого старее.

– Ну вот у третьего бумага самая дряхлая. А первое как будто даже новое.

– Не смешно.

Широйя хмыкнул:

– Смешно.

– А можно юмор понаучнее?

– Мы решали прошлую загадку, – Широйя закрыл задание, убрал табулу и вышел на дорогу, осматривая окрестности. – Ваша очередь.

– Вот теперь точно не смешно. И совершенно точно ненаучно.

– А нам вообще нужно это решать?

Все обернулись на Лекс.

– Экзамен прошёл. Баллы нам больше не начисляют.

Широйя пожал плечом:

– Технически мы этого не знаем.

– Я тоже про это думал, – теперь Дейн убрал свою табулу во внутренний карман. – Есть все шансы, что итоговый экзамен совместит два предыдущих. Помните, Митцуя говорил, что обучение в Фэйбэле несёт какую-то философию? Дать закончить семестр только тем, кто не бросит придерживаться того, чему их учили, но уже без жёстких правил – очень даже по-философски.

– Думаешь, мы до сих в бальной системе, но теперь без открытого счёта? – Широйя задумчиво проводил взглядом птицу, пролетавшую над рыжими черепичными крышами.

– Так. Вы сейчас что начали? – Кента нахмурился и застучал кроссовком о каменную стену под собой.

– Это только версия. Просто иначе зачем мы тогда здесь?

– Руфим говорила, – Кента спрыгнул с ограждения, – что ради знаний.

Он зашагал в направлении ближайшего перекрёстка.

– У тебя появился план? – Дейн сдержал смех.

– Не сидеть без толку на месте. Как вам?

– Хороший план, – Широйя поправил капюшон и неспешно направился за ним.

Прогулка по городу оказалась приятной. Здесь не было той духоты, что морила их в Египте, и в то же время было приятно пройтись под солнечными лучами, после прохладных коридоров Фэйбэла. Город стоял на холмистой местности поэтому здания тут росли друг над другом. Повсюду встречались лестницы – широкие, узкие, косые и ломаные. Светлый камень красиво оттенялся зелёными кронами, а красно-оранжевые крыши придавали городу красок.

С четверть часа они просто бродили, без понимая направления и цели, рассматривая храмы, лавки и даже бани. У многих зданий имелись крупные фасадные надписи на латинском языке, но это пока ничем не помогало. До сих пор им удалось лишь поделить все постройки на три типа: архитектурные памятники предназначенные для разглядывания со стороны, архитектурные памятники, предполагавшие посещения и попросту не памятники, задававшие общую атмосферу и вдыхавшие в город жизнь. К последним относились многочисленные бани, трактиры и торговые площади. Памятники же имели табличку и номер.

Повстречав их уже с дюжину, они пришли к интересному наблюдению: двадцать четвёртое строение или павильон, чем бы оно ни было, они пока не нашли, но видели номера тридцать восьмой и пятнадцатый, а значит, скорее всего, то, что они искали, было тоже где-то здесь – в Римсуле.

Как только это понимание наступило, мотивация разобраться с заданием побыстрее резко усилилась. Можно было не сомневаться в размерах города и, если они рассчитывали найти в нём Астрариум, начинать поиски следовало как можно раньше.

Они остановились возле круглого строения, напоминавшего ротонду со множеством колонн. Табличка гласила: "Объект №12. Храм Весты". Как и в греческом музее, подписи к объектам хотя бы частично, дублировались на языке оригинала, которым тут являлась латынь. Все снова посмотрели на Лекс. Она вздохнула и согласно кивнула.

Пролистав на всякий случай несколько раз все письма, она повернулась к табличке.

“Храм играл роль главного очага…” Угу-угу-угу. Так. “Упоминания о храме относятся к VII веку до нашей эры. Период его основания предположительно соотносится с эпохой правления царя Нумы Помпилия. Храм пережил множество пожаров и восстановительных работ. В 394 году при императоре Феодосии I язычество стало запрещено, из-за чего культ Весты канул в прошлое. Эти события привели храм к запустению.” Ага. Допустим.Лекс зашагала к следующему ближайшему строению с табличкой. Дейн и Широйя задержались у той, что зачитала Лекс, кивнули и последовали за ней.

– Вы что-нибудь поняли? – Кента, оставленный позади, поспешил их догнать. – Скажите, что поняли.

Вместо ответа Лекс начала зачитывать описание следующего здания:

– “Храм Божественного Августа. Крупный храм, изначально построенный в честь обожествлённого первого римского императора Августа. Был возведён на месте дома, в котором жил Август до того, как начал заниматься общественной деятельностью в середине I века до н. э.”.

Она достала табулу и вновь начала листать письма.

– Думаешь, тут есть упоминания зданий или основателей? – Широйя облокотился на её плечо и полез в карман за своей.

– Боюсь, это было бы слишком сложно – город немаленький. Но, думаю, Митцуя не зря рассказал про анахроническую застройку.

– Какую? – Кента влез между Лекс и Широйей, заглядывая в карточку то к одному, то к другому.

– Не соответствующую эпохе, – Широйя протянул Кенте свою табулу, и тот отошёл назад.

– Если бы это не было важно, Митцуя не стал бы тратить на это время. В прошлый раз он нам вообще ничего не объяснял. Значит, сейчас нужно сделать из этого какой-то вывод.

– В одном из писем есть странные буквы, по-моему они из греческого. Нет? – Дейн перевернул ладонь, показывая всем приближенное изображение.

– Ага, – Лекс кивнула. – Оно наверняка самое старое.

– Рим моложе Греции, – Широйя обвёл взглядом подножие холма, на котором они стояли. – Получается, это могут быть общие элементы с ранних времён?

– Угу. Как у греческого и финикийского в самом начале.

– Если вы трое правы, то в других письмах тоже должно быть что-то... уникальное?..

– По идее да, – Дейн опустился на бордюр, продолжая рассматривать тексты. – По-моему, все остальные буквы стандартные. Нет?

Широйя задумчиво хмыкнул, а Лекс начала быстро пробегать глазами по письмам вверх-вниз.

– Я помню, мы когда-то проходили, что буква “W” – это позднее нововведение. Вижу её только в одном письме... Скорее всего, оно самое последнее.

– Отлично! Значит, ищем уникальное в оставшихся трёх? – Кента сел возле Дейна и полез за своей табулой.

Тот ткнул в экран, постучав по нему:

– Мне кажется, или в этих трёх оставшихся проблемы с гласными?

– Ммм… И правда. Такое у нас тоже было, – Лекс прикусила стеклянное перо. – Буква “V” когда-то использовалась одновременно для гласных и согласных…

– А потом ей на смену пришла “U”?

– В точку. Получается, то, что с буквой “U” – предпоследнее.

– А точно не последнее?

– Кенчик. Д-а-б-л юуу.

– А? Ааа. Шикарно! Осталось разобраться с двумя и можем идти искать двадцать шестой объект.

– Двадцать четвёртый.

– Двадцать четвёртый объект.

Широйя, всё это время делавший какие-то росчерки, остановился:

– “Y” и “Z”. Уникальные буквы из оставшихся двух писем.

– Ипсилон, дзета… – обе были в древнегреческом, – Лекс постучала пером по подбородку.

– Давайте паузу. Что у нас есть? – Широйя присел на одно колено. – Обеих букв нет в письме с явно греческими буквами. Но обе есть в последних двух письмах с буквами “U” и “W”. Значит они появились между зарождением и вымиранием латинского. Скорее всего, в период его расцвета... Что у нас тогда происходило?

– Рим захватил Грецию, – Дейн скрестил пальцы, уперевшись в них лбом. Он пытался восстановить в памяти хоть что-то из того, что они проходили в университете. – Где-то в районе первого века.

– В принципе, пару букв могли позаимствовать... – Лекс начала ходить взад-вперёд. – Вместе с новыми названиями и словами взяли буквы, чтобы их записывать... Обычно, вроде, так происходило. Вопрос, какую из них взяли раньше?

– Может наугад? – Широйя поднял на неё уставший взгляд. – С вероятностью пятьдесят на пятьдесят угадаем.

– Должна быть какая-то логика… Думаю, дзета, которая «зэт», была раньше, – Лекс остановилась и повернулась к остальным. – В самом старом письме есть “Тэта” и “Фи” – греческие буквы, которых нет в классическом латинском – это архаизмы из эпохи формирования латинского. В четвёртом и пятом у нас буквы “U” и “W”, которых не было в греческом – это буквы, придуманные за Закате Римской империи уже в средневековье. Посередине остаются Z и Y. Согласный и гласный. Согласный мог быть просто редкой буквой и не пользоваться популярностью. Гласные же не берут, если таких звуков нет в самом языке, и буква для несуществующего звука им не нужна... Но потом они захватывают Грецию, ассимилируются...

Широйя наклонился к Кенте:

– Принимают новое.

Тот саркастически вытянул губы.

– Римляне заимствуют местные названия, вместе с гласным звуком и буквой, которой раньше не было в их обиходе. Игрик. "И" греческая...

Она закачала головой, соглашаясь с собственной версией.

– Я в восхищении, – Кента зааплодировал.

– Звучит очень даже, – Дейн склонил голову, подперев подбородок. – Меня только одно смущает. Зачем мы здесь? Мы сейчас воссоздали порядок, не сходя с места.

– С нами профессиональный лингвист, – Кента с довольным видом откинулся на локтях, примяв газон.

Лекс неуверенно улыбнулась:

– Теоретически, если знать греческий алфавит и немного историю, лингвистом быть не надо.

– А ты знаешь хоть одного не лингвиста, знающего греческий алфавит?

– Греки, – Широйя засмеялся.

Натянутая улыбка вернулась на лицо Кенты.

– Знаете что? – Дейн поднялся и отряхнулся. – Я думаю, нам пора совместить полезное с полезным, – он махнул головой в сторону площади. – Проверим теорию с порядком появления букв и параллельно поищем наш двадцать четвёртый объект.

– Погоди, – Кента поднялся вслед за ним. – Ты понял, как нам помогут здания?

Дейн улыбнулся и одними глазами медленно кивнул.

– Надписи?

Снова кивок.

– Буквы в надписях...

– И...

– И даты постройки? – с опозданием осознав собственные слова, Кента выдохнул, быстро моргая.

– Ребят, – Широйя поднялся последним. – Мне кажется, или он специально притворяется, что не умеет думать? – он потрепал Кенту по волосам с пробивающейся сквозь укорительный взгляд улыбкой.

– Не понял.

Дейн и Лекс засмеялись.

– Это был комплимент, – Дейн обнял Кенту за шею, и они двинулись в сторону площади.

Для начала было решено обойти круг по центральному району города, чтобы понять логику нумерации. Постоянные лестницы, внезапные косые перекрёстки и плотная застройка делали этот процесс сложнее, чем они рассчитывали. Трижды сворачивая, как им казалось, к главной площади и поднимаясь на очередной холм, они обнаруживали, что на деле только отдалились от центра. Ситуацию облегчало то, что в построении районов и правда не было прямой отсылки к конкретному веку, что означало, что любое здание на их пути, в какие бы дебри их не занесло, могло стать ключевым для подтверждения теории.

Когда они остановились возле богатой виллы, датированной третьим веком до наступления новой эры, прошло меньше получаса. В латинской надписи, им встретилась буква “Z”, что оказалось на четыре века раньше надписи у храма, содержавшей букву “Y”. Выбранный ими порядок полностью подтвердился.

Обрадованные решением загадки, они сконцентрировались на поиске логики в расположении музейных строений. Впереди было ещё много времени, но терять его не хотелось.

Теперь, когда все убрали табулы и забыли про латынь, энтузиазм проснулся у Кенты. Его постоянно уносило с обычной дороги, заставляя остальных перебегать газоны и перелазить через изгороди. Когда они нашли двадцать третий объект, которым оказался огромный длинный комплекс высоких построек с яркими голубыми крышами, их поиски зашли в тупик в виде длинной стены, не имевшей в обозримой дальности даже подобия входа. Пока они стояли, размышляя, в какую сторону им лучше пойти, Кента забрался на торчавший из кладки камень и, опираясь на несколько таких же, взобрался наверх.

– Кенчик, ты нормальный? – Дейн огляделся по сторонам. – Нас из-за тебя выгонят, не дожидаясь вечера.

– Кто? Тут никого нет.

Осмотревшись, Кента присел на колено.

– Вообще за стеной какая-то посадка – на парк похоже. Но вооон там, ниже по склону, есть что-то вроде башни. Кажется, с воротами. Предлагаю спуститься – может повезёт?

Подходя к месту, на которое указывал Кента, они поняли, что, вероятно, достигли цели. Длинная, мощённая крупным серым камнем дорога поднималась к просторному арочному проходу посреди высокой стены, напоминавшей те, что обычно окружают старинные крепости. Прямо перед ним они увидели крытый павильон с большими цифрами "24". Обрадованные, они бегом поспешили внутрь.

Светлое помещение с высокими потолками, поддерживаемыми массивной колоннадой, оказалось совершенно безлюдным. За длинной мраморной стойкой светилось каменное табло. Вернее было бы сказать, что подсвечивались бронзовые буквы на нём.

“ВНИМАНИЕ: ИДЁТ ЭКСКУРСИЯ”

Отсчёт времени под надписью показывал одиннадцать минут.

Вот блин, – Дейн ударил в ребристую поверхность колонны.Подожди паниковать, – Широйя, прищурившись, приблизился к стойке. Он указал на другую надпись, она была гораздо меньше и не читалась издалека.

"Уважаемые посетители!

В целях более глубокого погружения, мы настоятельно рекомендуем переодеться в специальные гостевые тоги. Вы можете найти их в секциях у стены.

Благодарим за посещение нашего комплекса!"

– У них тут самообслуживание что ли? – Дейн обернулся на остальных и дёрнулся от раздавшегося хлопка.

А вот и тоги, – Кента стоял возле распахнутой дверцы шкафа, занимавшего большую часть стены справа.А вот и билеты, – Широйя помахал светлыми пергаментными прямоугольниками, облокотившись на стойку с внутренней стороны. – “Пожалуйста, порвите билет пополам при завершении экскурсии”. Про опоздания ничего не сказано. Попробуем?– Как у них тут всё просто, – Дейн зачесал волосы назад и выдохнул. – Давайте попробуем.

Кента постучал по табличке на дверце.

– Тут просят оставить свои вещи. При переодевании. Толстовку придётся снять, – Кента скинул с подошедшего к соседней секции Широйи капюшон.

Тот усмехнулся:

– Это вряд ли.

Оставив на полках накидки от униформы и схватив билеты, они выбежали на улицу. Посмотрев по сторонам, они быстрым шагом направились к арке.

Высокий каменный свод погрузил их в приятный прохладный полумрак. Впереди послышались голоса и грохот повозок. Все переглянулись – кажется, музей их “пропустил”. Длинный коридор плавно перешёл в крытую галерею, поддерживаемую колоннами, и продолжавшую уклон вверх. Шум вокруг нарастал.

Наконец, они вышли на свет. В глаза ударило солнце. Совсем близко застучали копыта, и из-за поворота прямо на них выехала гружённая доверху телега. Дейну пришлось раскинуть руки и оттолкнуть всех вправо – на тротуар.

– Вот это… да… – Лекс остановилась с приоткрытым ртом.

Дейн хмыкнул:

– Первый раз в дайве?

– В Древнем Риме, а не выдуманном городе!

Они оказались на узкой, оживлённой улице. По правой стороне тянулась глухая стена, слева – череда из небольших двухэтажных домов с широкими распахнутыми деревянными дверьми. Почти квадратной формы, они напоминали большие ставни, которыми в старину закрывали окна, только без резьбы и украшений. Люди, в похожих на их одеждах, спешили по делам, стараясь держаться тротуаров, заметно возвышавшихся по обе стороны от дороги.

– Пошли, – Дейн, усмехнулся и подтолкнул Лекс плечом.

– Нет, вы понимаете? Это же Рим... Настоящий... – глаза Лекс заворожённо обегалали улицу. – Готова искать тут ваш Астрариум хоть до вечера.

– А чего всё такое пёстрое? И вот это... нормально? – Дейн указал на стены, нижняя часть которых была на метр выкрашена в яркий красно-коричневый цвет.

Белая штукатурка выше служила полотном для десятков неровных кричащих надписей. Внутри помещения пестрели геометрическими узорами. Жёлтые, зелёные, голубые и красные – они были буквально повсюду. Кое-где виднелись настоящие фрески с пейзажами и людьми.

– Добро пожаловать в античность, – теперь Лекс похлопала его по плечу, – Люди жили не в музеях. И не в выцветшем за пару тысячелетий камне.

– Какое-то знакомое место, – Кента засунул руки в карманы штанов, которые никто не стал снимать, переодеваясь в тоги.

– Ты тайно посещал экскурсии с другими группами? – Дейн насмешливо повёл бровями.

Кента скосил глаза к небу.

– С другими курсами?

– С родителями. Мама обожает Италию. И запах какой-то странный...

– Средневекового рынка?

– Да, но нет. Какой-то ещё...

Дейн сделал глубокий вдох и поморщился. В нос ударила непривычная смесь из выпечки, рыбы, обрабатываемого неподалёку, судя по звукам, металла, скота и чего-то, что он был не в состоянии определить, но что явно не добавляло городу привлекательности.

Широйя засмеялся:

– Я бы не принюхивался.

– Вот это уровень реализма, – Дейн засмотрелся на левую сторону улицы, где за проходом в стене рабочие заканчивали укладку черепицы на треугольной крыше здания, сильно напоминавшего храм. В это время их коллеги занимались покраской стен и колонн в непривычно яркие жёлтый, красный и синий цвета.

– Там вообще дом перестраивали, – Широйя указал большим пальцем за спину. – Основательно тут всё продумали.

– Оу. Сколько же здесь народу? – Кента, шедший первым, остановился.

– И какое всё белое, – Дейн посмотрел под ноги на крупную светлую плитку, сменившую серый камень.

Прямо перед ними вытянулась огромная площадь. Переполненная людьми, она уходила далеко влево. Здесь же, в её начале, прибывавших встречала грандиозная статуя конного всадника. Облачённый в дорогие одежды, он с величием взирал на город с высоты своего белого мраморного постамента. Позади него сквозь настоящие триумфальные ворота, с квадригой на крыше, тянулась бесконечная вереница людей. Они громко переговаривались, разбредаясь по бесчисленным заведениям, которые скрывались за длинными двухъярусными галереями. Их колоннады шли вдоль площади, завершавшейся далеко слева богатым храмом. Цветной прямоугольный орнамент его фасада странным образом перекликался с такими же яркими, непривычно окрашенными скульптурами, расставленными тут в каком-то хаотичном порядке. После узкой улочки, это место казалось по настоящему огромным и величественным.

– А вы слышите? – Лекс практически подпрыгивала, пытаясь всё разглядеть. – Это же латынь! Как живая. С ума сойти.

– Её вообще все что ли знали? – Кента, приподняв брови, кивнул в сторону группы горожан, состоявшей из представителей явно разных рас.

– Захочешь торговать с Римом тоже выучишь.

– Возвращаясь к этому, – Дейн подтолкнул их поближе к постаменту угольно-чёрной статуи какого-то лучника, чтобы не перегораживать проход. – Экскурсия крутая – не спорю. Но нам бы Астрариум найти.

– Если тут воспроизвели весь город, это очень крутая экскурсия, но у нас очень большие проблемы, – Широйя с беспечной улыбкой провёл пальцем по отполированной стопе лучника.

– Я как раз об этом.

– Исходя из того, где мы видели его в прошлый раз, нам бы обсерваторию какую-нибудь найти. Ты ничего такого не вспомнил? – Лекс повернулась к Кенте, тот отрицательно покачал головой.

– А тут прохладно. Никому не кажется? – Широйя шмыгнул носом и посильнее натянул рукава толстовки, которую так и не снял.

– Это потому что мы остановились.

– И правда прохладно, – Кента растёр ладони. – Погода хорошая, а по ощущениям градусов пятнадцать. Может у них тут осень? Кто-нибудь знает какая погода в Италии зимой?

– Так это ты тут был, тебе и виднее, – Дейн скосил на него укорительный взгляд, но рука сама потянулась запахнуть тогу поплотнее. Переодеваясь он отметил, каким мягким и плотным у неё был материал, он напоминал шерсть. Тогда это показалось странным, но, как оказалось, это было очень кстати.

– Господа, я бы тут ещё с час простояла и всё порассматривала, но нам бы к вечеру в замок вернуться. Может пройдёмся?

– И погреемся, – Широйя дёрнул плечами.

Они влились в снующую во всех направлениях толпу. Нависающие над головами статуи из всех возможных материалов, цветные фасады зданий, заполнивший слух древний язык и лица, словно сошедшие со старинных фресок, не давали свыкнуться с происходящим. Почему-то вид оживших руин, знакомых по сотням изображений, казался более нереальным, чем поселения из дайвов Митцуи. Мозг легко принимал новое, но не мог осознать, что белёсый пустынный мир из учебников истории оказался таким шумным, пёстрым, неряшливым и таким живым.

– Видимо, погода портится, – Лекс кивком указала на небо, с показавшимися на горизонте тучами.

– Тогда нам точно стоит поторопиться, – Кента ускорил шаг. – Если мы в такую погоду умудримся ещё и промокнуть, поиски можно будет сворачивать.

Вскоре стало понятно, что найти хоть что-то похожее на обсерваторию в районе площади им вряд ли удастся. Всё, что они могли разглядеть сквозь широкие ворота, оказывалось лавками, рынками или храмами. Пара зданий выделялись из этого списка, но они скорее служили местным муниципалитетом и фабрикой. Всё становилось ещё сложнее из-за шума – говорить в толпе было и без того непросто, но в среде чужого языка, грохота колёс повозок с прилегающих улиц и доносившегося издалека лая собак, они практически прекратили обсуждения. Перемещаться в беспрерывном потоке людей, было непросто, и они направились к аркам, видневшимся за храмом в дальнем конце площади.

Новая улица, на которую они попали, оказалась шире и оживлённей, чем предыдущая. Они остановились у ступеней очередного небольшого храма. За перекрёстком возвышалась ещё одна мраморная арка – нужно было решить, куда двигаться дальше.

Яркий запах свежего хлеба и варёных бобовых заполнил воздух – слева, в нескольких метрах от них люди толпились возле того, что можно было бы назвать таверной. Занимая первый из двух этажей, как и прочие лавки, она собрала с десяток посетителей вокруг серой мраморной угловой стойки. В другом заведении по соседству торговали вытянутыми амфорами с вином. Прямо на глазах Дейна бородатый мужчина зачем-то подписывал очередную проданную тару. Наблюдая, как довольный покупатель перебегает дорогу по высоким камням, служившим, очевидно, пешеходным переходом, Дейн задумался, на сколько сотен лет назад их занесло.

– Я, конечно, не против развлечься и нагрянуть в местную администрацию, – Широйя усмехнулся с заговорщическим прищуром и обернулся к аркам, через которые они недавно покидали площадь, – но мы уверены, что нас не выкинет за это отсюда?

Кента пожал плечами:

– Вернёмся снова.

– А мы уверены, что так можно?

Дейн закусил губу и обернулся на Лекс, надеясь, что она, предложит что-то рассудительное. Та, застыв, смотрела прямо перед собой.

– Ребят... – она вытянула руку, указывая на горизонт.

Дейн поднял глаза и увидел за аркой высокий столб дыма от огромного пожара. В следующую секунду чуть ниже он разглядел силуэт горы.

– ...мы в Помпеях.

Глава 101

Голос Лекс дрогнул, и Дейн почувствовал ту же дрожь своим телом. Понимание пришло мгновением раньше, чем эти слова были произнесены. Лекс медленно повернулась. Кента и Широйя, стоявшие позади неё, выглядели одинаково потерянно. Наверное, как и он сам.

– Так, – после долгого молчания Широйя выдохнул. – Нужно помнить, что это дайв. Что бы вокруг ни происходило, мы можем из него выйти. – Давайте сейчас хорошо всё обдумаем.

Он зашагал вдоль ступеней храма, показав, чтобы они следовали за ним. Дейн решил, что они возвращаются на площадь, но уже через несколько метров Широйя свернул влево, под крышу галереи. Колонны, которые её поддерживали, соединяло каменное ограждение чуть выше колена. Широйя сел на его край, остальные встали рядом, чтобы не мешать проходу.

– Нужно понять, сколько у нас времени. Кто-нибудь что-нибудь про это знает?

Кента закачал головой. Дейн попытался вспомнить хоть что-то, но то ли из головы всё напрочь повылетало, то ли они вообще ничего такого не проходили.

– Я когда-то смотрела про извержение Везувия... Лет пять назад. Кажется, у нас есть несколько часов. Я помню, что город засыпало постепенно...

Широйя кивнул:

– Это уже что-то. Тогда у нас ещё есть шансы.

– Лучше поторопиться, – Лекс обвела улицу потерянным взглядом. – Дома... будут падать. И пепла... будет очень много.

Вновь наступило молчание. Перед глазами крутились разрозненные картинки из воспоминаний и воображения. Столб чёрного дыма, поднимавшийся всё выше, никак не мог соотнестись с тем, что сулил финал – к концу дня пепел и пемза, что находились сейчас в нём, скроют под собой весь город. До самых крыш. Это не укладывалось в голове.

– Может быть это всё-таки не Везувий? – голос Кенты надломился. – Мы были в Помпеях. Я его видел. Он был выше... Выглядел по-другому...

– Кента. Прошло две тысячи лет, – Лекс опустошённо откинулась на колонну. – Всё меняет форму. Особенно извергающиеся вулканы…

– А Помпеи... Это большой город? – Широйя посмотрел вверх на стоявшего над ним Кенту.

– Поменьше, чем Рим. Намного.

– Это хорошо. И сколько нужно, чтобы обойти тут всё?

– Минут двадцать от ворот, где мы вошли до другого конца... Но это в одну сторону по одной улице. Есть же и другие. И ещё куча переулков. Понятия не имею, сколько.

– То есть, если бродить туда-обратно несколько часов мы убьём... – голос Широйи скрипуче растянул последние слова.

Дейн продолжал всматриваться в лица прохожих и только теперь понял, что всё это время казалось ему странным:

– Люди нервничают, – он плотнее сжал, скрещённые на груди руки. – Скоро начнётся паника. Сколько бы улиц тут ни было, разделяться нельзя.

– Дейн прав, – Лекс оторвала взгляд от горизонта, где продолжала разрастаться чёрная туча. – Многие останутся, но бо́льшая часть будет бежать из города. Тут будет хаос. Если разделимся, больше не встретимся.

– Думаю, они уже его покидают, – Широйя повернулся в сторону двух следующих друг за другом повозок.

– Тогда какой у нас пла...н...

Дейн осёкся, завалившись на плечо Широйи. Низкий гул пронзил тело мелкой дрожью. Кента и Лекс, пошатнувшись, сохранили равновесие. С крыши слетели и вдребезги разбились несколько черепиц. Взгляды устремились к горе. Облако пепла взлетело ввысь. Секунда. Оглушительный грохот.

Ладони машинально закрыли уши. Глаза зажмурились, а открывшись увидели, как чёрный морок, превратившийся в гигантское древо, затягивает голубое небо. Люди начали кричать что-то друг другу. Многие поспешили распрощаться с владельцами лавок.

– Началось, – Широйя медленно встал.

Дейн сглотнул:

– Так... какой у нас план?

Землю снова тряхнуло, и несколько новых черепиц пролетели прямо перед ним.

– Убраться из-под этой крыши.

– Минуту, – Лекс растёрла лицо ладонями. – Давайте подумаем логически. Что мы знаем?

– Ничего? – Кента щёлкнул губами. – Прости, плохая шутка.

Лекс слабо усмехнулась.

– Город не слишком большой. Здесь много переулков, но шансов найти что-то похожее на обсерваторию там мало, так? Город засыпет только к ночи, значит до момента, пока тут станет не пройти часа два-три у нас наверняка есть. Что ещё?

– Форма города... – Широйя нахмурился. – Римляне любили правильные формы – квадраты, прямоугольники. Можно попробовать обойти самые крупные улицы, чтобы примерно осмотреться. Будем ориентироваться на крышу того храма на площади. Кажется, это центр...

– Форум, – Кента хмыкнул, удивившись собственному голосу. – Всплыло в памяти. Не знаю, откуда.

Широйя улыбнулся.

– Когда поймём, что обстановка ухудшается, вернёмся на Форум. Если понадобится.

Мимо них пробежали две женщины, оставив за собой неровный след расплескавшейся из их кувшинов воды. Дейн, с трудом успевший отойти назад, качнул головой:

– Так и поступим. Тогда давайте ускоряться – хочется побыстрее выбраться отсюда.

Кента встретился с ним напряжённым взглядом, кивнул и первым развернулся обратно к перекрёстку, за белоснежной аркой которого темнел пробудившийся Везувий. На перекрёстке он свернул влево. Остальные старались не отставать. Теперь, в толпе спешащих напуганных людей, это стало сложнее, чем на площади. Пройдя с десяток метров, он остановился осматриваясь и как будто что-то припоминая.

– Ой.

Все обернулись на Лекс.

– Cave canem, – её палец указывал на пол позади распахнутых ворот ближайшей лавки.

Там на белом мозаичном фоне мелкой чёрной плиткой был выложен силуэт чёрной собаки с ярким красным ошейником.

– Cave canem? – Кента приподнял бровь.

– Остерегайся собаки, – Лекс, словно извиняясь, хмыкнула. – Мы это проходили. Самая ранняя такая штука в истории. С ума сойти.

Кента с усмешкой выдохнул.

– И правда. С ума сойти...

– Милая же собачка. Чего остерегаться? – Широйя присел, погладив тыльной стороной ладони морду пса.

Кента ещё раз оглянулся, и, поморщившись, прикрыл лицо отворотом тоги. Все почувствовали это одновременно: в воздухе появился отвратительный запах серы. Лица пришлось скрыть тканью. Это частично помогло. Людей вокруг окутала паника, почти все обходили их, толкаясь и бранясь – кто-то себе под нос, другие не сдерживаясь.

– Вон то здание огромное… в которое упирается улица… по-моему там конец города. Тут центр... это не центр. Почему-то… Так. Свернуть сейчас или пройти дальше? Свернуть или пройти дальше? Ладно, лучше сразу пройти и забыть.

Никто и не думал спорить. Мысль о том, что среди них есть кто-то способный хоть как-то ориентироваться в таком месте, казалась чем-то непостижимым.

Пройдя ещё на пару десятков метров, они поняли, что Кента был прав – дороги дальше и правда не было. Улица по правую руку разделялась на две – пошире и поуже. Прямо на перекрестье, откуда они расходились, стояла ещё одна таверна, из которой доносился яркий запах свежего хлеба – вероятно, в ней его и пекли. Посетители что-то громко обсуждали, активно жестикулируя. Ещё ближе к краю выпиравшего треугольником тротуара располагался невысокий питьевой фонтан. Квадратный, обрамлённый, как и множество других построек, светлым камнем, он имел по центру небольшое скульптурное изображение – орёл, держащий в клюве зайца, из морды которого выходила небольшая труба, подававшая воду.

– Ух ты, – Широйя опустил руку от лица. – А вот это круто. Как думаете, её можно пить?

Лекс неуверенно пожала плечами:

– Если в воздух попала сера, в воду тоже что-то могло. Я бы не рисковала.

Дейн отмахнулся от чего-то тёмного, пролетевшего перед его носом. Он поднял голову. Пепел, похожий на крупные хлопья чёрного снега, медленно опускался на город. Широйя посмотрел на небо.

– А я, пожалуй, рискну – неизвестно, что тут будет через полчаса.

Наклонившись к крану, под их застывшие взгляды, Широйя вытянул сложенные ладони, набрал воды и выпил её залпом.

– Так. Ну, я всё ещё с вами – уже неплохо, – он вытер губы рукавом. – Привкус странный, но терпимо. А ещё она тёплая. Вряд ли так задумано, да?

Под нервный смех они сделали по несколько глотков и продолжили путь. Кента выбрал более широкую развилку налево. Почти сразу им пришлось сместиться на тротуар – запряжённые лошадьми и мулами телеги одна за другой, проезжали мимо, следуя в том же направлении.

– Кента? Мы случайно не к выходу из города идём? – Широйя кивнул на очередную повозку. – Многовато людей туда собралось.

– Наверное, ты прав… Два года прошло, я плохо помню. Сейчас придумаем, где свернуть.

Они шли мимо домов и лавок, владельцы которых взволнованно переговаривались, принимая решения, о важности которых, скорее всего, даже не догадывались. Некоторые из строений были повреждены и только теперь становилось понятно – город не строился, он восстанавливался после землетрясений, что ему довелось пережить в ожидании катастрофы, разворачивавшейся прямо сейчас.

– Свернуть не успели, – Кента резко остановился и указал рукой на три арки. – Городские ворота.

– Уверен? – Широйя закашлялся, прикрыв лицо локтем.

– Ага. За ними гробницы. Нам там экскурсию проводили.

Кента поднял брови, удивляясь собственным словам, и направился в обратную сторону.

– А город и правда небольшой, – Широйя продолжал откашливаться.

– Мы пока с одного его конца. Другие улицы длиннее. Намного.

– Ты в порядке? – Дейн потянул Широйю за плечо.

Тот подавил кашель, улыбнулся и кивнул.

Кента почти бегом вернулся на квартал назад и повернул налево. Им пришлось ускориться, чтобы не отстать. Новая улица была совсем узкой. Закованная в высокие сплошные стены, она давила, словно вместе с пространством отсюда исчез сам воздух. Лишь изредка то справа, то слева им попадались ворота, за которыми можно было разглядеть небольшой двор или островок сада. Ощущение ловушки начало сковывать рассудок. Дейн почувствовал головокружение.

Наконец, они вышли к новому перекрёстку с более широкой улицей. Лёгкие сделали глубокий вдох. Щиплющий запах, которым он наполнился после извержения, стал немного привычнее, он уже не так бил в нос, но не прекращающийся дождь из пепла по-прежнему заставлял прикрывать лица. Светло-серый камень под их ногами покрылся чёрным рыхлым ковром.

– Это же та арка? От которой мы уходили? – Кента указал вправо.

Вдали, в сотне метров от них, белел каменный силуэт.

– Она, – голос Широйи охрип. – Я, наверное, ещё попью.

Он присел на край фонтана справа от них. В этот раз вместо орла с зайцем, тут была человеческая голова с крыльями в волосах и посохом сбоку.

– Нам бы запасы пополнить, – Широйя наклонился, чтобы умыться. – Вода всё теплее. Боюсь, час-другой и эти штуки перестанут работать.

– А ещё через пару часов их засыплет, – Лекс опустилась на колено, чтобы намочить край ткани, которым она прикрывала лицо.

Широйя снова закашлялся.

Дейн повернул голову влево. Везувий стал ещё ближе. Его покатые склоны мрачнели за башней городской стены. Небо над ним потемнело настолько, что отсеки всё остальное, и увидишь глубокую ночь. Солнце над их головами начало заволакивать серой дымкой.

– А может вернёмся?

Он наконец сказал это.

– Дейн, – Кента положил руку ему на плечо. – Мы в дайве.

– Я понимаю. Но... Это всё слишком. Широйе трудно дышать. Мне... Мне не по себе. Вам, наверняка, тоже. И это только начало. Сколько тут сейчас времени? Одиннадцать? Час? Два? К вечеру мы успеем крышей поехать. Я не думаю, что оно того стоит.

– Так в этом и дело, – Кента грустно улыбнулся. – Если Астрариум находится в таком месте... мне страшно.

Он засмеялся и, почему-то, от этого стало легче.

– Нет, правда. Я же не один об этом всю дорогу думаю? Если в Фэйбэле стоит такая же штука, как тут... Это пугает. Но, ведь от того, что мы сейчас уйдём, реальность не изменится. Поэтому я предпочту узнать о ней здесь. Сегодня.

– А разве всё итак не понятно? – Дейн сделал шаг назад и откинулся головой на каменную кладку углового дома.

– Мы же сейчас здесь.

– Прямо как и эти бедолаги.

– Многие спасутся, – Лекс выпрямилась и посмотрела на спешащих в разные стороны людей.

– Да, – Дейн поднял взгляд. – Но не город.

– Город – не только стены, – Широйя повёл ладонью всколыхнув ровный поток воды. – Люди, предметы... Память. – Он поднялся и отошёл от фонтана. – Если есть шанс сделать хоть что-то, мне бы хотелось о нём знать. Да просто знать, что этот шанс существует.

Лекс и Кента по очереди кивнули.

– Дэнни. Я же понимаю, что для тебя значит академия. И, знаешь... если тебе тяжело, ты ведь можешь вернуться. Я серьёзно. Нам не обязательно искать этот Астрариум всем вместе. Я останусь.

– Кента, прав. Может вам с Широйей и правда лучше вернуться? – Лекс встала напротив. – Мы и вдвоём сможем тут всё обойти. Всё нормально.

– За меня не беспокойтесь. Я просто пыли наглотался... – Широйя подавил кашель. – Обойдём втроём.

– Ребят...

– Дэнни, это называется друзья. Они для этого и нужны.

Кента, широко улыбаясь, обнял за плечи Широйю и Лекс.

– То есть вы мне сейчас предлагаете друзей бросить? – Дейн с усмешкой закачал головой.

– Мы предлагаем на них положиться.

– Ну уж нет. Я готов отложить прояснение судьбы академии, но бросать вас тут – уже чересчур, – он обнял Широйю за шею, и того повело вперёд.

– Так и скажи, что будешь там один без на скучать, – Кента со смехом потрепал его по голове.

– Скажу, что вы тут без меня пропадёте. Два психопата и один раздолбай. Так себе у вас команда.

– Ребят, он признался нам в любви.

– Я назвал вас идиотами.

– Он продолжает.

– Придурок.

– Ладно-ладно, тоже тебя люблю.

Они засмеялись.

Люди вокруг словно не замечали их. Это было к лучшему – позволяло хотя бы немного отстраниться от происходящего.

Кента вышел к краю перекрёстка и обернулся к остальным:

– Ну что? Справа – арка, от которой мы начинали, слева городская башня. Пойдём дальше, прямо?

– В этот узкий перешеек? – Дейн вытянул губы, показывая сильнейшее сомнение.

– Есть другие предложения?

– Нет.

– Тогда в этот узкий перешеек.

Кента шёл первым. Дейн держался за его спиной. Разглядеть небо меж пятиметровых стен и нависавшей черепицей было непросто, но в сдавливающем полумраке то, как быстро оно темнело, было ещё заметнее.

Земля под ногами завибрировала. Толчок.

Они остановились. Выдохнули. Снова перекрёсток с такой же узкой улочкой. Кента прошёл прямо, не сворачивая. Опять толчок. Голова закружилась. Дейн почувствовал, как его повело вперёд. Третий толчок. Сверху вместе с черепицей посыпался щебень. Мелкая крошка и пыль заволокли всё перед глазами.

– Осторожней!

Крик Лекс донёсся почему-то сбоку. Это было странно – она всё время шла позади. Удар в плечо. Грохот. Дейн спиной влетел в каменную стену. Доля секунды и на его грудь упала Лекс. Часть обшивки крыши и несколько крупных камней сорвались, превратившись в груду руин, завалившую часть неширокого проёма в котором они оказались.

– Твою же... – Кента ударил ладонью в красную окантовку стены трёхметрового коридора.

– Спасибо, – Дейн обернулся на Кенту. Тот всё ещё сжимал в кулаке горловину его тоги.

Широйя, стоявший перед самым выходом, повернулся с приоткрытым ртом. На его щеке алел порез. Лицо покрылось плотным слоем серой пыли.

– Сильно задело? – Лекс осторожно докоснулась до него краем ткани, которую недавно смачивала, убирая вокруг раны грязь.

– Не. Порядок, – он мягко улыбнулся.

– С таким раскладом мы тут сами до конца извержения не дотянем, – Дейн откинулся на стену.

– Об этом мы не подумали, да? – Кента усмехнулся и стряхнул с себя осевшую пыль.

– Да. Кажется, иммунитет вместе с билетом не прилагался, – Широйя провёл ребром ладони по скуле в районе пореза. – А миленько у них тут, – он высунул голову в противоположный от улицы проход.

Зелёный сад с высаженными высокими деревьями в обрамлении крытой колонной галереи переходил на другом конце в террасу. Видимо, за ней располагались основные постройки, потому что оттуда доносились громкие голоса людей.

– Мы вломились в чужой дом, – Кента со свистом втянул воздух. – Круто. Надеюсь, тут это не против правил.

– Боюсь, часа через три-четыре тут вообще правил не останется, – Лекс осторожно прошла вперёд, с любопытством разглядывая двор усадьбы.

– А к Астрариуму мы пока не приблизились, – Дейн качнул головой и только теперь разглядел в полумраке напротив себя приоткрытую деревянную дверь. Он подтолкнул её. По размерам комната походила на подсобку, но мебель говорила о том, что скорее здесь кто-то жил, возможно, кто-то из слуг.

– Что тут? – Кента протиснулся внутрь.

Дейн заметил, как тот посмотрел на лежавшую в углу продолговатую амфору. Кента сел на корточки и, приподняв её за узкое горлышко, вытащил пробку. Он принюхался.

– Вода. Вроде.

– Уютненько у вас тут, – заглянувшая к ним голова Широйи быстро скрылась, а звук его шагов направился в сторону двора.

Вслед за ним появилась Лекс. Опустившись на колено, она перехватила у Кенты амфору.

На этот раз тряхнуло так, что все трое повалились на пол. Грохот смешался с криками людей.

Треск. Темнота.

Стало трудно дышать. Где-то за стеной продолжали падать, отскакивая друг от друга камни.

Дейн прокашлялся:

– Кента? Лекс? В порядке?

– Да, – судя по звукам справа, Кента отлетел к дальней стене.

– Ага...

– Широйя! – Дейн попытался подняться, сплёвывая песок.

– ШИРОЙЯ? – Кента старался перекричать продолжившийся камнепад. – Чёрт.

Дейн прикрыл спиной Лекс. Потолок над ними дребезжал, осыпая их мелкой крошкой.

Когда толчки прекратились, они замерли, в ожидании. Несколько ударов о пол раздалось со стороны коридора. Наконец всё стихло.

Дейн поднялся первым. На ощупь он нашёл деревянную поверхность двери. Захлопнувшись она, кажется, слетела с петель: вверху он видел узкую косую щель, сквозь которую пробивалась едва заметная полоса света. Потянув на себя ручку, Дейн понял, что их положение хуже, чем казалось.

– Кенчик, поможешь?

Тот уже стоял за его спиной. Перешагнув в темноте через поваленный скарб, он повторил движение Дейна, и, поняв в чём дело, упёрся в стену, пытаясь хоть немного приподнять дверь.

– Широйя! Ты там как?

Дейну никто не ответил.

– Мне это не нравится, – Кента с силой потянул ручку, но она не поддалась. Дверь словно пригвоздило к месту.

– Мне тоже, – Дейн приложился к ней плечом, пытаясь продавить дерево.

Глаза привыкали к темноте, но отсутствие воздуха в запылённом помещении начинало становиться испытанием.

– Лекс. Отойди-ка там подальше, хорошо?

– Ага.

Шаги прохрустели по заваленному полу. Тёмный силуэт Кенты посторонился вбок.

Дейн с размаху нанёс удар ногой. Тихий треск дал понять, что результата это практически не дало. Следующий удар был от Кенты. По очереди они били по деревянному полотну, оставляя на нём лишь вмятины. Между неудачными попытками они продолжали звать Широйю, но тот так и не откликнулся.

– Её завалило как будто, – разозлившись, Кента ударил со всей силы.

Тяжело дыша, он отошёл назад, к стене.

– Скорее всего, – Дейн нервно усмехнулся и обессиленно осел на пол. – Это плохо.

Кента захохотал:

– Я представлял, что мы пробудем тут до ночи и всё равно не успеем ничего найти. Представлял, что придётся выпроводить отсюда вас и шататься тут одному. Представлял, что мне в голову прилетит отломившийся кусок вулкана, и меня выкинет. Но застрять в чулане... Смешно.

Теперь засмеялись они с Лекс.

– На самом деле хорошо, что Широйю выкинуло, – Лекс, всё это время державшаяся подальше, подошла к двери, прислушиваясь. – Их экскурсия только завтра. Если куратором поставят Руфим, а он не явится, выйдет не очень.

Дейн поднял левую руку, остановив запястье у пробитой ими щели.

– Мы здесь уже больше часа. Как раз успеет вернуться к остальным.

– Интересно, что нам потом скажут, – дыхание Кенты успело выровняться.

– Если нам удастся отсюда выбраться, – опёршись на саднящее колено, Дейн поднялся и ударил в дверь плечом, – и придётся остаться тут до ночи, – второй удар, – скажем, что выбраться не удалось. Хотя нет, скажешь ты. Ты у нас дурачок, тебе скорее поверят.

– Как грубо, – Кента усмехнулся, оттолкнул его и снова ударил по двери с ноги.

Дейн услышал, быстрое прерывистое дыхание Лекс.

– Мне кажется, или это запах дыма? – она сделала глубокий вдох и закашлялась.

Дейн и Кента принюхались.

– Вот чёрт, – Кента начал колошматить дверь, нанося удары один за одним.

– Намочите ткань – будет легче дышать, – Лекс протянула амфору, которая всё ещё лежала возле неё.

Последовав совету, они начали вкладывать последние силы в попытки проломить неподдающееся дерево. Запах гари ощущался всё резче. Глаза начали слезиться. Стало так жарко, что пот собирался в капли, стекавшие по коже при каждом рывке.

– НУ ДАВАЙ ЖЕ!

Доска проломилась под их совместным ударом. За ней показался каркас обвалившейся крыши, побитая черепица осыпалась на пол. Гнетущее осознание окатило волной холодного пота, но они не остановились. Понимание патовости их положения прибавило злости. Злость прибавила силы. Пока они ещё оставались, никто не соглашался сдаваться.

– ДЕЙН?

– КЕНТА?

Они замерли.

– ДЕЙН? ГДЕ ВЫ?

Нет, им точно не послышалось.

– ЗДЕСЬ! ДВЕРЬ ЗАВАЛИЛО!

– СЕЙЧАС ПОМОЖЕМ!

Голоса приближались.

– Уж ты ж ё...

– Нормально вас занесло!

Послышался звук растаскиваемых камней.

– Дверь внутрь открывается?

– Ага!

– Посторонитесь тогда! Немного ещё продержитесь…

Впервые за этот длинный день поднявшийся грохот сулил им что-то хорошее. Каждый откинутый камень приближал их к спасению из душного заточения, поминутно терявшего кислород.

– Вы там отошли?

– Да.

– Хаварра, сноси её.

Дейн и Кента повернулись друг к другу, прикрывая Лекс. Отлетевшие щепки ударили в рукава. Дверь влетела в стену, и к ним проник долгожданный воздух. Сухой, задымлённый, он всё-таки давал возможность полноценно вдохнуть.

– Не задело? Привет! – улыбающееся лицо Луки выглянуло из-за проёма.

– Спасибо! – не веря глазам, Дейн качнул головой и обнял его.

Лука в ответ засмеялся и похлопал его по спине. Они с Хаваррой помогли им троим перелезть через обломки крыши. Спрыгнув на территорию внутреннего двора, они подняли новый столб пыли – пепел сейчас доходил до щиколотки. От этой картины стало не по себе. Вершины нескольких колонн обвалились. Посреди двора лежало высокое поваленное с корнем дерево. Дейн пригляделся.

– Твою...

Он рванул вперёд, подняв в воздух вихрь из смога и пыли. Дейн затормозил и упал, взрыхлив коленями пепел.

– Широйя! Эй, друг! Быстро сказал мне что-нибудь...

Кента и Лекс тут же опустились по обе стороны от него. Втроём они приподняли длинный сук, сдавливавший Широйе грудь. Тот хрипло вдохнул.

Дейн перескочил через ветки, подставив под его голову колено.

– Ты почему билет не порвал? Идиот.

Широйя слабо улыбнулся и, на секунду приоткрыв глаза, снова закрыл их.

– Жд... ждал... пока вы меня... спасёте. Уснул... пока дождался.

Сквозь кашель он засмеялся.

– Нас самих пришлось спасать, – Кента выдохнул и рассмеялся.

Хаварра помог им сдвинуть верхушку дерева подальше, чтобы у Широйи получилось выбраться.

– Держи, попей.

Дейн обернулся и только сейчас заметил, что Лука и Хаварра были не одни. Их соседи по комнатам – Найт и Лоча тоже были сейчас тут. Найт протягивал Широйе небольшой, в сравнении с амфорами, что они видели прежде, сосуд.

Тот медленно приподнялся, кивнул и сделал несколько глотков. Рядом с ним на колено опустился Лоча. Он разложил какую-то карту и теперь медленно водил пальцем по её левому краю.

– Вилла Фавна. Сквозная. Можем прямо через неё сейчас вернуться на улицу Фортуны.

Кента заглянул к нему через плечо:

– Обалдеть. Откуда у вас это?

– В начале экскурсии было оповещение с предложением взять буклеты. Самый полезный буклет в истории человечества.

Лоча говорил ровно, без эмоций. На занятиях это поначалу звучало странно, но к его манере получилось быстро привыкнуть. Здесь же, сейчас, это снова казалось чем-то неестественным, но по совершенно иным причинам. Его равнодушие вносило хотя бы какое-то спокойствие в хаос, всё плотнее окутывавший всё вокруг.

– Не ранен хоть? – Лука помог Дейну поставить Широйю на ноги.

Тот пошатнулся.

– Мышцы… затекли, – он усмехнулся и облокотился на плечо Дейна.

– Сейчас разомнёшь, – Лоча убрал карту под тогу. – Придётся поторопиться. Город начал разрушаться.

– А как вы вообще тут оказались? – Дейн внезапно понял, насколько маловероятной была их встреча.

– Предполагаю, так же, как и вы, – Лука насмешливо прикусил губу. – Тоже не хочется, чтобы Фэйбэл закрылся?

Дейн улыбнулся и кивнул.

– Жалко, что пока мы видим только подтверждение обратному, – Лоча обвёл рукой задымлённый двор и встретился глазами с Хаваррой.

Тот только устало выдохнул и обернулся на Широйю:

– Идти можешь?

Широйя поднял большой палец.

– Тогда предлагаю двигать отсюда.

Хаварра обошёл Найта и направился к внутренней террасе виллы.

– Уверены, что нам туда? – Кента окликнул его в спину.

– Нет, но вон там, – Хаварра показал себе за спину, – мы уже были.

– А там, кажется, уже были мы.

Дейн сказал это себе под нос и решил не спорить. По крайней мере, теперь у них была карта.

– Да ладно! – Лекс остановилась как только они оказались под крышей террасы, соединявшей, как выяснилось, два внутренних двора.

Дейн повернулся вправо, куда указывала Лекс.

– Ух ты.

– Что у вас там? – Лоча вернулся на несколько шагов. – Хмм. Прям как из учебника.

– Из учебника и есть, – Дейн запустил руку в волосы и с придыханием усмехнулся.

Весь пол небольшой крытой террасы был выложен цветной мозаикой, изображавшей темноволосого Александра Македонского на коне во главе войска. Несколько фрагментов повредилось, но это не мешало рассмотреть разыгрывавшийся в ярких цветах древний бой. Бой, сошедший с иллюстраций школьных пособий по истории.

– Круто, – Кента положил подбородок на плечо Дейна. Интересно, насколько эта штука древняя. На этот момент…

– Не слишком, – в голосе Лочи проскользнуло удивление. – Македонский жил в четвёртом веке до нашей эры. Сейчас первый. Вряд ли этой штуке больше пары сотен лет.

– Для нас ей больше двух тысяч, – опустившись на колено, Лекс провела пальцами по тёмной гриве коня.

– Крутой парадокс, – Широйя присел возле неё и тем же движением коснулся отколотого края мозаики.

Послышались быстрые шаги.

– Разворачиваемся, – Хаварра, успевший пройти вперёд, возвращался к ним, прикрывая лицо. – Там всё в огне. Несколько соседних домов полыхает, скоро затянет всю улицу.

Бегом, перепрыгивая через обломки колонн и осколки черепицы, они преодолели двор. Перебираться через завал, образовавшийся в коридоре нужно было по одному. Первым пошёл Хаварра. За ним Кента и Лекс. Дейн страховал их сзади. Через несколько минут они в полном составе вновь стояли посреди узкой улицы. Затянутая дымом, покрывшаяся пеплом и обломками, она зарождала только одно желание – как можно скорее её покинуть.

Словно читая его мысли, Кента первым поспешил направо – подальше от разгоравшихся пожаров. Его догнали Лоча и Хаварра. Дейн не слушал, о чём они говорили. Скованное пространство давило, он снова почувствовал себя нехорошо. Позади слышался кашель Широйи – за последние несколько минут он только обострился. Лекс не подавала виду, но Дейн заметил на её тоге несколько порезов – скорее всего, было задето плечо.

Они пропустили перекрёсток, и Дейн с сожалением проводил его беглым взглядом – та улица была хотя бы немного шире их колодца. Видимо, те, кто шёл впереди успели построить какой-то новый план. В голове мелькнула мысль, что сам он на это уже не был способен. Чувствовалась большая усталость. Тяжело было просто дышать, не говоря о всём остальном.

Солнце полностью скрылось за гигантской клубящейся тучей, затянувшей почти всё небо. Его свет поблек словно во время самого полного затмения. Кирпично-рыжие крыши зданий превратились в пепельно-серые, цветные фасады поблёкли. Многие дома оказались повреждены. Появилось понимание, что нового обвала можно было ожидать в любой момент. Черепица теперь осыпалась практически постоянно, а вместе с ней с неба падал дождь. Вязкий, грязный. Он состоял из сгустков пепла и обломков пемзы.

Как и остальные, Дейн накинул на голову отворот тоги. С удивлением он отметил, что этого хватило, чтобы прилично ослабить бесконечные удары вулканических осадков. Кажется, предложение надеть их перед экскурсией подразумевало не только погружение в эпоху, но и буквально увеличивало шансы не вылететь отсюда раньше времени.

– Направо, – голос Кенты прозвучал холодно, практически командным тоном.

Все повернули, и Дейн выдохнул с облегчением – они наконец-то вышли на широкую улицу.

Хаварра остановился возле башни с очередным фонтаном, изображавшим оскаленную морду какого-то хищника.

Кента покачал головой:

– Он уже не работает.

Хаварра шагнул ближе, наклонился, помахал перед краном ладонью – воды действительно не было.

– Ничего, скоро найдём рабочий, – Кента приобнял Широйю.

Тот всё ещё пошатывался. Дейн отступил назад, чтобы поглядывать за ним.

Кента и Хаварра снова шли первыми. Теперь, когда они вновь оказались на оживлённой улице, масштаб разыгрывающегося бедствия предстал во всех его мрачных красках. Из многих домов доносился плач. Раскаты грома и рокот вулкана, заглушал вой собак и испуганные крики детей. Троих они видели, пробегавшими дорогу прямо перед ними, по ещё не засыпанным каменным переходам. Пройдёт, наверное, с полчаса и всё, что было когда-то дорогами и тротуарами, превратится в один плотный ковёр из пепла, пемзы и скальных обломков. Лица людей посерели, как и их одежды. Поравнявшись с распахнутыми настежь воротами очередного дома, они увидели собаку. Находясь на цепи, она не могла до них дотянуться, только подпрыгивала, истошно лая.

– А вот и вода, – Кента вытянул руку. На углу большого перекрёстка белел ставший уже привычным квадратный мраморный силуэт.

– По-хорошему надо поискать какие-то старые запасы, – Лоча склонился над краном, принюхиваясь. – Мы не знаем, не проникла ли в почву какая-нибудь зараза.

Его слова заставили всех замереть, но Широйя, с трудом удерживавший равновесие, молча обогнул спину Лочи и, упав на колено, набрал полные ладони.

Когда стало понятно, что их опасения не оправдываются, вокруг фонтана выстроились остальные. Обращать внимание на вкус уже не приходилось, но вот температура была такая, что можно было спокойно принимать ванну. Все постарались умыться и смочить побольше слоёв ткани.

– А где Лекс? – Дейн обернулся. – Лекс! Ты что там делаешь?

Стоя на кромке бордюра, ещё проглядывавшего из-под пепла, та смотрела на собаку.

– Иди попей, и пойдём дальше.

Подбежав к ним, Лекс неловко улыбнулась и склонилась над фонтаном. Обдав лицо водой, она повернулась к остальным:

– Там, кажется, собачку бросили.

Найт нахмурился:

– С чего ты взяла?

– Вещи повалены, внутри никого нет. А она одна. В проходе сидит. Ей страшно… мне кажется.

– Лекс, – Кента с сочувствием положил руку ей на плечо. – Мы в дайве.

Она кивнула.

Дальнейший спуск по улице они продолжили под предводительством Хаварры. Дейн, шедший последним, увидел, как Лекс несколько раз повернулась на вой собаки.

– Простите. Я вас догоню.

Она побежала обратно.

– Лекс! – Кента с сокрушённым выдохом сжал губы. Та остановилась и обернулась. – Нам надо двигаться дальше.

– Не могу.

Дейн увидел, как на её глазах выступили слёзы. Она развернулась и понеслась вверх по улице.

– С ума сошла что ли? – Хаварра посмотрел сначала ей вслед, потом на Кенту. – Пойду помогу этой чокнутой.

– Я с тобой.

Переглянувшись, они кинулись за Лекс.

Дейн замер, не зная, что делать и, всё-таки, решил пойти следом.

– Посмотришь за ним? – он указал Луке на Широйю. Тот с бледнеющим лицом осел у стены.

Лука кивнул.

Когда Дейн остановился напротив ворот, Кента и Хаварра уже держали пса, пока Лекс пыталась расстегнуть его ошейник. Будто чувствуя, что ему пытаются помочь, животное перестало лаять, с напуганными глазами, ожидая, пока они закончат. Как только пальцы Лекс растянули ремень, собака сорвалась с места и умчалась за поворот – налево, туда, где вдалеке виднелись одни из городских ворот.

– Теперь можешь идти? – Кента покачал головой, выдыхая с усталой усмешкой.

Лекс радостно закивала.

– Прекрасно. Тогда давайте поторопимся.

Они снова направились вниз.

Хаварра хмыкнул, глядя в спину приближавшейся к воротам собаке. Дейн улыбнулся.

Они ускорили шаг, возвращаясь к остальным. Хаварра показал Луке большой палец. Тот со смеющимся прищуром кивнул:

– Да, мы видели.

Кента попросил у Лочи карту. Поводив по ней пальцем, он вернул её:

– Нам почти до конца улицы.

– Куда хоть? – Дейн окинул взглядом Широйю. Тот, заметив это, усмехнулся.

За Кенту, который теперь шёл впереди, ответил Лоча:

– В Амфитеатр.

Увидев в глазах Дейна вопрос, он добавил:

– Одно из мест, отмеченных на карте. Как рекомендация к посещению.

Найт поравнялся с Дейном и пожал плечами:

– Мы подумали, что такой объект, как Астрариум, должен быть чем-то вроде диковинки. Место, где он находится, наверняка что-то вроде достопримечательности.

– И много их там?

– Почтиии... – губы Найта вытянулись трубочкой – ...полторы сотни.

Дейн присвистнул.

– Но… Мы решили, что таверны, пекарни и рынки можно сразу отмести. Больше всего тут усадеб – их оставили на последнюю очередь.

– Кроме пары, да? – Лука обернулся к ним и подмигнул. – Если бы не та с лабиринтом, по соседству с вашей обвалившейся, мы бы с вами не столкнулись.

– С лабиринтом? – Лекс, замыкавшая их цепочку, потому что постоянно отвлекалась на всё, что попадалось на глаза, тут же их нагнала.

– В честь мозаики на полу, – Найт пнул ногой пепел, и тот поднялся невысокой густой тучкой. – Я предположил, что это может быть как-то связано, но... нет.

Пропустив пару развилок, они остановились на следующем крупном перекрёстке – самом просторном из тех, что им попадались. Кента поднял взгляд на внушительное здание с куполообразными крышами, кивнул сам себе и заявил, что в конце квартала им нужно будет уходить направо. Достигнув этого поворота, они прошли всего несколько десятков метров, когда их глазам предстала высокая торжественная колоннада.

Приметив прямо перед ней очередной фонтан, Дейн вслед за остальными свернул под её своды. Несколько рослых мужчин в гладиаторских доспехах выбежали им навстречу. Длинная галерея и сменившие её арочные проходы, которыми вели их Кента и Хаварра, практически никак не освещались, зато, здесь они, впервые за долгое время, смогли укрыться от вулканического дождя и наступить на твёрдую поверхность.

Преодолев затяжной путь наверх, они остановились в небольшом прямоугольном проёме.

Кента опёрся ладонью на угол кладки и выглянул наружу:

– Ну. Кажется, на месте. Как будто в Атриум вернулись.

Он покачал головой и шагнул обратно под крышу.

Дейн с любопытством продвинулся вперёд.

Вид, который ему открылся поразил. Они стояли на самом верху огромной полукруглой арены. Белые мраморные ступени, служившие сиденьями, ещё проглядывали местами сквозь пепел. Они спускались к просторной сцене, за которой возвышалась многометровая стена. Разделённая на два яруса, она состояла из ниш, обрамлённых десятками колонн. Вероятно, ещё час назад в каждой из них находилось по красивой статуе с выкрашенными в яркие цвета одеждами и причёсками. Сейчас часть из них осколками лежала внизу. На фоне чёрного грозового неба под мрачным пепельным дождём, с трудом перебивающим рокот вулкана, этот вид приковывал к себе.

Невзирая на липкий вулканический дождь и многочисленные предупреждения, Лекс побежала вниз, к сцене, прикрывая своё любопытство заверениями, что это может быть хорошим местом для Астрариума. Широйя неспешно направился за ней, "чтобы проследить". Дейн хотел возразить, что последить следовало за ним самим, но промолчал.

– Так это же не амфитеатр, – Лоча высунулся наружу и исподлобья посмотрел на Кенту.

– Амфитеатр, – Кента картинно вытянул руку, указывая на ступени.

Лоча повторил его движение:

– Полукруг.

– Полукруг.

Плохо скрывая раздражение, Лоча полез за картой.

Развернув её, он ткнул в правый нижний угол. За его пальцем находился большой объект овальной формы.

– Так это стадион.

– Это "амфитеатр". Для недоверчивых есть подпись. А это, – палец Лочи снова сместился в направлении ступеней, – "театр".

– Бред какой-то.

– Все вопросы к римлянам.

На лице Лочи не было ни следа улыбки, впрочем, как и агрессии. Лишь апатия.

– А не всё равно? – Дейн склонился над картой, которую тут же перехватил Кента. – Этот "театр" у них тоже отмечен.

Лоча перевёл полный обречённой усталости взгляд на Найта. Тот усмехнулся:

– Мы хотели успеть обойти периметр на ранней стадии извержения, пока ещё можно относительно спокойно передвигаться. Амфитеатр в самой дальней части города, поэтому мы планировали посмотреть его одним из первых. Если Астрариум там, через пару часов пробраться к нему станет намного сложнее.

– Это, если мягко выражаться, – Лука поднял валявшийся в проходе обломок и подкинул его прыгать по ступеням, как делают с камнями на водоёмах.

Дейн встряхнул головой:

– Так. Пока мы под крышей, давайте обсудим, какой вообще сейчас план.

– Наш мы уже рассказали, – Хаварра облокотился о стену, – Можете изложить ваш.

– Осмотреться, – изучавший карту Кента поднял взгляд, кисло улыбнулся и уткнулся обратно.

– Осмотреть, я так понимаю, получилось только каморку привратника? – Лука насмешливо склонил голову.

– Не. Там как раз оказалось темновато.

Они засмеялись.

– Мы обошли Форум, проверили пару вилл и встретили вас, – Найт пальцем прочертил на карте их маршрут.

– Плохо, – Дейн прикусил губу. – Мы с вами были в одних и тех же местах. А дальше куда планировали?

– В Амфитеатр, – Лоча клацнул языком и протяжно вздохнул.

Найт усмехнулся:

– От Амфитеатра сюда, а дальше по плану шли храмы. Но, если честно, надеялись, до них не дойдёт.

Дейн прищурился:

– Есть ставки на это место?

– Ага, – Найт с любопытством обернулся на возвращавшихся к ним Широйю и Лекс.

Те поднялись и, заметив выжидающие взгляды, отрицательно покачали головами.

– А в помещениях за сценой были?

Широйя кивнул:

– Красиво, интересно, но ничего. Даже отдалённо похожего. Гладиаторов видели – их на соседней улице целая толпа. Но они неразговорчивые.

Дейн заметил, как Найт и остальные помрачнели.

– Ставки, видимо, были большие?

– Основные, – Лука расстроенно пнул с лестницы кусок пемзы.

Широйя с интересом проследил за его полётом:

– А можно поподробнее?

Лука постучал по оборотной стороне карты:

– Это место отмечено в плане экскурсии как финальная точка маршрута. Тут сказано, что отсюда город когда-то начинался.

Услышав эти слова, Лекс начала рассматривать карту вместе с Кентой.

– Мы подумали, что все указывает сюда. Место основания, место, которое предлагают посетить последним...

– И место, которое слишком сильно напоминает Атриум академии, – мрачно закончил за брата Хаварра.

Лекс остановила палец на какой-то точке в карте, Кента кивнул, и они оба выглянули в проём, вытянув головы вправо.

– Не хотите немного пройтись?

Вопрос Кенты был риторическим. Они с Лекс быстрыми шагами направились влево – дальше по коридору. Остальные, ничего не понимая, последовали за ними. Кента высунулся в следующий проём и в следующий за тем. Им пришлось пройти практически до самого конца, оказавшись в итоге на противоположном конце трибун.

Выглянув в очередной раз, Кента указал остальным куда-то наверх.

Театр, в котором они сейчас находились, был выстроен у подножия холма. Его вершина поросла густыми деревьями, поэтому пришлось присмотреться. Наконец, сквозь серую завесу смога проступили светлые очертания какого-то строения. Дейн обернулся:

– Выглядит интересно. Это что?

Лекс вытянула руку:

– Город начинался вон там.

– Храм красивый, но их тут, если верить экскурсионному плану, несколько, – Найт, задумчиво перевёл взгляд с карты на здание на холме.

– За этим на карте форум.

– Чего?

Оторвавшись от мрачного пейзажа, он выхватил карту из рук Кенты.

– Подождите. Вы куда смотрели? До форума отсюда несколько кварталов.

– А их два.

– Форума?

– А-га. Видимо, тот, где мы с вами были, появился позднее.

– Я что-то не понял, – Хаварра дёрнул плечами, разминая спину. – Это сейчас нам на руку или нет?

– Нуу... Версия с местом, похожим на Атриум, рушится. Но та часть с основанием и концом ещё может сработать.

– Часть с концом я бы тоже выкинул.

Под удивлённый взгляд Лекс Кента скрестил руки на груди и откинулся на стену. Остальные повернулись к нему в ожидании. Он усмехнулся:

– Нет догадок, почему это место в плане экскурсии конечное? Подсказка: это цинично, но эффектно, – он щёлкнул губами. – И, надо признать, логично.

Дейн огляделся. С сожалением он отметил, что белый мрамор почти заволокло осадками извержения.

– Хорошая точка для обзора?

Сказав это, Лоча кивнул сам себе.

– Но сцена всё закрывает, – на лице Лекс сохранялось непонимание.

Кента пожал плечами:

– Сцена скоро рухнет.

– Но... она повёрнута от города.

– Осадки, – Дейн произнёс это, и перед его глазами предстала трагичная картина.

Кента вздохнул:

– Осадки. Отдалённый от Везувия конец города. Театр. Возвышенность. Лучшее место для просмотра финала.

Он печально усмехнулся.

– К моменту, когда всё будет подходить к концу, бо́льшая часть стен рухнет. Сюда нанесёт пару-тройку метров отложений, и новая сцена для заключительного акта готова.

– Да ты поэт, – Широйя с безмятежной улыбкой поднял голову к небу.

– Я пытаюсь думать. Сами меня этому научили.

Рука Широйи коснулась груди:

– Это самое трогательное, что мне говорили.

– Идиот.

Они засмеялись.

Пейзаж снаружи начал меняться. Укрытое смогом небо проре́зала огненная полоса. За ней ещё. И ещё.

– Плохо дело, – Лука ударил ладонью в стену. – Кажется, времени ещё меньше, чем мы рассчитывали.

Дейн посмотрел на часы, с трудом разглядев под слоем пыли цифры:

– Извержение началось где-то два часа назад.

Лоча мрачно вздохнул:

– Да. Только к его концу город превратится в руины. Вместе с Астрариумом.

– Если не уложимся к середине, – Найт задумчивосжал подбородок, – можно возвращаться обратно.

Хаварра дёрнул бровями в сторону улицы. Лука кивнул и повернулся к остальным:

– Попробуйте придумать нам новый план, а мы пока проверим тот храм на холме. И что там за ним? Форум? Если вернёмся с пустыми руками, он, походу, станет последним.

Увидев взгляд, с которым Лекс посмотрела им в спину, Дейн предупреждающе покачал головой:

– Помогай придумывать план. Уже не до экскурсий.

Она расстроенно поджала губы и опустилась на пол, поджав обе щеки.

На какое-то время воцарилось молчание. Дейн перебирал одну догадку за другой и внутренне признавался сам себе, что, скорее всего, оставшиеся несколько часов они проведут в попытках укрыться от новых последствий извержения. Лоча был прав – город погибал прямо сейчас. На их глазах. Даже, если они с опозданием поймут, где искать Астрариум, они вряд ли смогут до него добраться. Даже если каким-то чудом доберутся, вероятно, уже не смогут ничего найти под метровыми завалами.

Из мрачных размышлений его выбил усилившийся кашель Широйи. В следующее мгновение в крышу над ними что-то влетело. Стены дрогнули. Вскочив за секунду, они понеслись обратно по коридору. Краем глаза в проёме слева Дейн заметил, как нечто, похожее на огненную комету, обрушилось на вершину холма. Раздался оглушительный грохот. Сначала там – вдалеке. Затем прямо за спиной. Удары ног о каменный пол отбивали превратившиеся в вечность секунды. Пыль и осколки взметнулись в воздух. Начинал разыгрываться кошмар наяву.

С пульсирующими висками и колотящимся сердцем Дейн наконец остановился. Они вернулись к началу галереи. Коридора позади них больше не существовало.

– Мы же минуту назад… Прямо там… Минуту всего… – Кента тяжело дышал. – И всё… Бум...

– Не только он, – Найт опустошённо сполз по стене. – В храм что-то прилетело. Он тоже… бум…

Широйя осел на пол с кашлем, от которого сотрясло всё его тело. Лекс и Кента тут же склонились над ним. Взгляд Дейна на мгновение застыл. Он закусил губу и опустился на колено. Его рука легла на плечо Широйи.

– Возвращайся.

– Я... – он закашлялся. – Я... Я в порядке.

– А я не об этом.

Кента и Лекс повернулись, ничего не понимая.

– Четыре часа истекают. Мы все тут можем прикинуться дураками, застрявшими на музейном объекте. А тебя тут быть не должно.

Кента улыбнулся и кивнул. Он понял, к чему тот клонит:

– Найдёшь нас завтра, поможешь вернуться в замок.

Лекс встретилась взглядами с Дейном и Кентой:

– А сегодня прикроешь.

– Вы... – Широйя хрипло засмеялся, подавив кашель. – Вы...

Дейн посмотрел ему прямо в глаза:

– Мы серьёзно. Маловато будет толку от нахождения Астрариума, если нас отчислят.

Широйя продолжал смеяться. Дейн постучал по стеклу часов. Широйя слабокивнул, и его рука скрылась под тогой, нащупывая внутренний карман. Когда он наконец достал билет, Лекс, с подступившими слезами, сжала его в объятиях. Сразу за ней его обнял Кента. Дейн усмехнулся:

– Придумай там что-нибудь поэпичнее, когда будешь нас отмазывать.

– Скажу, что все доверились твоему хорошему зрению, но ты забыл очки.

Дейн захохотал и с силой обнял Широйю.

– Восточные террасы я тогда разглядел.

– Потому что тогда... очки ты не забывал. За... душишь.

– Вали давай.

Дейн услышал хруст надорванной бумаги и упал ладонями на пол. Развернувшись на спину, он со смехом закусил губу:

– И снова не попрощался.

Все выдохнули. Понимание, что в любую секунду они могут всё закончить и вернуться, одновременно принесло облегчение и сомнения. Вопрос "Зачем всё это?" боролся с осознанием, как далеко они зашли. И за ними, на краю подсознания,звучали догадки о том, что их могло ожидать.

Из навалившихся мыслей их выдернул приближавшийся топот.

– Вы тут? – Хаварра, весь в поту, остановился в проёме, выводившем на внутреннюю лестницу. Отсюда... надо уходить.

Найт обрадованно подскочил:

– Вас не выкинуло!

– Было близко.

– Там снаружи... огромные камни... как бомбы. Разносят здания, – Лука появился за спиной брата. – Что-нибудь придумали? А где Широйя?

– Ему стало хуже. Дейн уговорил его порвать билет.

– Я так понимаю, сработало? Это радует. А с планом как?

Найт покачал головой:

– Нас самих чуть не накрыло. Пришлось срочно уходить.

– Есть мысли, где можно это всё переждать? Останемся здесь, вылетим из-за следующего обвала.

Словно подтверждая его слова, новый удар пришёлся в верхний ярус сцены. Несколько ниш вместе со статуями, разлетелись сотнями осколков. Один пролетел в сантиметра от края проёма, разбившись о стену. Проводив его остекеневим взглядом, Лоча сложил ладони у лица:

– Что-то с толстыми стенами. И сводами. На плоских поверхностях скапливаются осадки – это дополнительный риск обвала. С покатых будут осыпаться. Хотя бы какое-то время…

– Тогда мы можем просто спуститься вниз, – Хаварра махнул головой в сторону лестницы.

– Не очень хорошая идея, – Лекс прищурилась, что-то обдумывая. – Мы сейчас на краю города. И всё тут осмотрели. Оставаться здесь – терять время.

– А идти наугад – трата сил.

– Термы.

Все обернулись на Кенту.

– Помните то большое здание, где мы останавливались в последний раз? На большом перекрёстке у фонтана. У него крыша была в форме куполов. Выглядело надёжно. И отсюда недалеко, и к центру ближе.

– Ты где это всё скрывал? – Дейн потрепал Кенту по волосам и отвесил ему невесомую затрещину.

Он усмехнулся:

– Ориентироваться на картах проще, чем в вашей грамматике.

– А предложение по делу. Сваливаем отсюда, – Хаварра махнул рукой, чтобы все следовали за ним.

В самом низу, уже на выходе, они остановились.

В небе практически не осталось просветов. Солнце скрылось. Сложно было сказать, где над ними оно сейчас находилось. Город лишился красок, превратившись в серый пыльный набросок самого себя. Колонны входной галереи стали ниже. То, что лежало перед их ногами было похоже на грязные сугробы. Сугробы по колено.

– Дойти бы... – Лука сухо сглотнул.

– Посматривайте по сторонам, – Кента повысил голос, чтобы все его услышали. – Если получится, укрывайтесь в дверных проёмах. Только не внутри зданий.

Хаварра обернулся:

– Это ещё почему?

– Я был тут. В наше время. Всё, что уцелело – каркасы первых этажей. Крыши, колонны – почти всё рано или поздно рухнет. Кроме них.

– Вот это уже похоже на план, а? – Лука засмеялся, накинул на голову импровизированный капюшон и шагнул под вулканический дождь.

Рыхлый пепел успел утрамбоваться, но ноги всё равно увязали. Обратный подъём до терм, к которым их вели Хаварра и Кента, не должен был занять и нескольких минут, но время словно замедлилось. Улицы опустели. Копоть от пожаров смешалась со смогом извержения, затрудняя дыхание. В какой-то момент под обломками дома, Дейну померещилось чьё-то тело. Он отвернулся, чтобы не проверять свою догадку.

Когда они поднялись по новой незнакомой улице, вдали справа Дейн с трудом узнал большой перекрёсток, у которого они в последний раз делали остановку. Сверившись с картой, которую он теперь не выпускал из рук, Кента повернул туда же, но на середине дороги остановился, указывая на открытый широкий проём слева:

– Вход. В термы.

– Что это вообще? – Лука поднял голову, рассматривая сводчатые крыши, видневшиеся из-за разрушенных лавок, выходивших на эту улицу первой линией.

Несколько куполов соседствовали друг с другом – видимо, каждая комната имела тут свой потолок.

– Понятия не имею. Как написано, так и назвал.

Хаварра, отходивший проверить фонтан, который они видели на том большом перекрёстке, повернул обратно:

– Пересох!

Дейн вспомнил фонтан у входа на территорию театра и ещё один – на перекрёстке, с которого они только что свернули. Оба едва виднелись из-под пепла. Другой результат был бы удивителен.

Кента первым свернул на территорию терм. Следуя за ним, они прошли между двух необычных овальных колонн и сразу же оказались в вытянутом прямоугольном дворе. Окружённый помещениями и галереями, он напоминал маленькую версию форума. Там, где уцелела черепичная крыша ещё можно было различить цветную роспись. Жёлтые стены с большими, залитыми красным рамами и чёрными колоннами между ними. Дейн усмехнулся – любовь местных жителей изображать на стенах архитектуру показалась ему странной. Вдвойне странно было понимать, что в их времени эти стены станут памятниками сами по себе.

Все свернули направо, под сохранившийся ещё участок галереи. Несколько шагов и они остановились. Три массивных арки поддерживали сводчатый потолок, образуя два своеобразных зала – каждый метра три-четыре в ширину и раза в полтора больше в длину. Тусклый свет падал сюда из дверных проёмов, которых тут было несколько по всем сторонам. Окно здесь заменяло круглое отверстие в стене высоко над входом.

Что-то внутри никак не могло свыкнуться с действительностью этого мира. Яркие красные стены, всё с теми же чёрными колоннами уступали место белоснежному своду, украшенному множеством голубых барельефов в форме кругов и многогранников. Расставленные в причудливом шахматном порядке на поле из красных и голубых линий, каждый из них выдвигал свою фигуру.

Осознав, что не может их толком разглядеть, Дейн усмехнулся, вспомнив Широйю. Только сейчас он понял, что очки Руфим всё ещё на нём. Он опустил их на глаза – стало не сильно лучше – даже укрытые под тогой и защищённые своей странной магией, они успели запылиться. Кое-как протерев их, в темноте он смог распознать лишь пару крылатых людей и несколько хвостатых существ из мифологии.

– Перегрелся? – Кента щелкнул по дужке на его носу.

– Красиво же.

– А. Ну да. Ты тут погуляй, осмотрись, – он спиной начал отступать к следующему залу. – А мы пока придумаем, как найти никому не известный артефакт, предсказывающий будущее посреди... города.

– Рушащегося города забыл добавить, – голос Луки донёсся откуда-то из дальних помещений.

Дейн, поджал губы, кивнул и убрал очки обратно за волосы.

– У них тут ремонт. Прикиньте, – голова Луки показалась из проёма в конце второго зала.

– Как и в четверти города, – Дейн прошёл вперёд.

Второе помещение оказалось выше и просторнее предыдущего. Здесь на мраморных лавочках лежали, забытые кем-то вещи. Над ними, прямо в стене, по обе стороны находились каменные ниши, в которые сейчас заглядывал Найт, мерно вышагивая туда-обратно. Лекс присела на одну из лавок, задумчиво перечитывая оборотную сторону карты. Дейн направился к ней, и, в этот момент, следуя их же путём в помещение забежали трое мужчин. Видно было, что они сильно напуганы, но суть их разговора понять было невозможно. Словно не замечая, что тут уже кто-то есть, они заняли скамью напротив Лекс, продолжая громко спорить.

Все переглянулись – на такой расклад никто не рассчитывал. Хаварра расширил глаза и встряхнул головой. Он направился обратно в первый зал, помахал остальным и скрылся в боковой комнате справа.

Дейн зашёл последним. Это помещение оказалось самым небольшим и самым странным. Круглое, с отверстием в купольном потолке и подобием такого же круглого бассейна по центру. Украшенная яркой росписью, комната воспроизводила на своих стенах подводный мир.

– Кажется, тут что-то вроде купален. В центр не наступайте, там, по-моему, вода. Была когда-то, – Хаварра бросил мрачный взгляд на тёмную густую субстанцию, медленно поднимавшуюся из-за прибывающих через отверстие в куполе осадков.

– Разбираем места, садимся и думаем, – Кента обвёл рукой бортик, над бассейном, а сам занял ближайшую из четыре глубоких ниш, вдавленных в толстые, наверное, не меньше метра, стены.

Дейн и Лекс сели рядом с ним. Найт и Лоча свернули влево. Хаварре с Лукой достались места по центру – напротив входа.

Дейн постарался сосредоточиться, но вновь вернулся к рассуждениям о том, что, вряд ли, их затея к чему-то приведёт. Пытаясь, отогнать от себя эти мысли, он начал рассматривать комнату.

Голубой потолок, усыпанный белыми звёздами, плавно темнел, превращаясь в синие воды океана. Стаи рыб проплывали по стенам над густыми зелёными водорослями, напоминавшими подводный хвойный лес. На дне, посреди красной аркады, отдыхал бородатый мужчина с венком на голове.

– А точно стоит?

Голос Лочи, вернул его в реальность.

– Думать? – Кента скривил губы.

– В том числе, – палец Лочи указал на пепельный водопад, продолжавший заполнять бассейн между ними. – Давайте честно. Кто-нибудь ещё сомневается в том, что... "Проклятие Замка" существует?

Он усмехнулся. Впервые за всё время, что Дейн его знал. Это было так странно, что стало не по себе.

– Может кто-нибудь сомневается, что Хэллуин и то, что происходит вокруг сейчас, имеют… что-то общее?

Никто не ответил.

– Тогда какого чёрта мы до сих пор тут? Астрариум делает предсказания. Но мы в них уже нуждаемся. Нам нужно понимание, как этого избежать. И мы его уже увидели – в самом начале.

Найт уставился на него со смесью испуга и непонимания.

– На повозках, покидающих город.

– Лоча...

– Найт. Ты настолько любишь академию? Она прекрасная, замечательная, бла-бла-бла... Я не спорю. Но не за красивые пейзажи и камины в кабинетах рисковать собой.

– Но и не в них одних дело, – Кента подался вперёд.

В тусклом свете Дейн увидел на его лице непривычную для него уверенность.

– Дайвы, занятия Варанея... – он посмотрел на Дейна и Лекс. – Люди.

– Вокруг оглянитесь. Когда стены рухнут, для дайвов, Варанея и всех остальных места уже не останется.

Лоча обернулся на Найта и встал.

– Дело ваше. Но для меня это слишком.

Найт остался на месте, растерянно обернувшись на Луку и Хаварру.

– Удачи вам тут. И простите.

Пальцы Лочи надорвали билет. Поволока тумана оставила пустоту на месте, где он сидел мгновение назад.

Найт упал лбом в ладони. Лука придвинулся ближе и хлопнул его по плечу.

– От нас так легко не отделаешься.

Найт улыбнулся и кивнул.

– Это же Лоча, – Хаварра откинулся назад и уставился в потолок. – Подвиг, что он ещё так долго тут протянул.

– А нас всё меньше, – Кента сомкнул пальцы замком, постучав ими по подбородку.

– Как и времени, – Лекс перевернула карту лицевой стороной.

В сгущавшейся темноте рассмотреть на ней хоть что-то можно было только при огненных всполохах в небе.

Лука покачал головой:

– Можешь не портить зрение. Мы по ней прошлись вдоль и поперёк. Амфитеатр или храмы.

– Или одна из сотен вилл, – Хаварра щёлкнул губами, провожая взглядом оседавший пепел.

Лекс протяжно вздохнула:

– Тогда Амфитеатр или храмы.

Хаварра хмыкнул:

– Сотни вилл не понравились?

– В нашем положении они не имеют смысла. Если Астрариум на одной из них, мы уже проиграли. А с храмами и амфитеатром шанс ещё есть.

– Ну… С одной стороны… – Лука сложил ладони в подобии молитвы. – Все храмы удачно собраны в центре. Вот только с другой, они и Амфитеатр в противоположных от нас направлениях. Придумаем план поточнее или разделимся?

– Давайте только без “разделимся”, – Дейн откинулся назад.

Его взгляд снова остановился на фреске напротив. Мужчина с венком беспечно отдыхал в компании гуся и павлина. Вопрос, что они делают под водой, навёл его на версию о морском дворце, какого-нибудь местного божества.

Он прищурился и повернулся к остальным:

– Никто не в курсе, у римлян нет культа кого-то, повеливающего небосводом? Бога, нимфы или чего-то такого? Может героя? Кого-то, связанного с созвездиями или наукой?

– А вот это уже версия... – пальцы Найта отбили быструю дробь.

– Кто-то пришёл на ум?

– Пока нет. Но, кто-то такой точно должен быть.

– А кто-то и не нужен, – Лекс приподняла карту. – У нас тут есть кандидаты.

Первая настоящая версия заставила всех оживиться. Какое-то время они потратили на перепроверку, получившегося списка. Когда каждый прошёлся глазами по карте и не обнаружил новых вариантов, Кента зачитал получившийся список вслух:

– Храм Юпитера – тот, самый большой на Форуме. Храм Веспасиана – там же, сбоку. Святилище Аполлона – у входа на Форум. Храм фортуны Августа – тот, возле которого мы стояли, когда началось извержение. Храм Афины и Геракла – на холме у театра. Уже рухнул, но его успели проверить Лука и Хаварра. Храм Исиды – его мы прошли, он был прямо за театром. Храм Эскулапа – там же, прямо за храмом Исиды. Зачем им два храма рядом? Ладно. Святилище Венеры – было на самом входе за стеной, мимо которой мы шли от городских ворот. Ммм. Всё – это последний.

– Получается, мы возле каждого были? – Дейн задумчиво ударял кулаком о ладонь.

– Ага.

– Обидно. Ну... По крайней мере, мы примерно знаем, куда идти.

– Пока ещё не знаем, – Найт вытянул губы в невесёлой улыбке. – Я из этого списка половину даже не слышал. Кому они тут поклонялись? Зачем Гераклу храм?

Лекс бормотавшая что-то себе под нос, подняла взгляд:

– Кенчик, зачитай имена ещё раз.

– Юпитер... Веспасиан, Аполлон, Август. Ммм. Афину с Гераклом пропускаем, остаются... Исида, Эскулап, Венера.

– Август – кто-то из императоров же? Первый обожествлённый… Мы вроде его храм сегодня в Римсуле видели?… – Дейн вспомнил одну из табличек, которые они зачитывали, гадая над письмами. В какой жизни это вообще было? Он тряхнул головой, отметая эти мысли. – Если он император, может, Веспасиан тоже?

– Они ставили храмы... императорам? – брови Луки поползли вверх.

– Гераклу же поставили.

– Логично.

– Получается... – Лекс прищурилась, глядя в потолок. – Юпитер, Аполлон, Исида, Эскулап, Венера. Юпитер, Аполлон, Исида...

Она начала барабанить пальцами по мрамору сиденья.

Кента повернулся к ней, уткнувшись носом в сжатые ладони:

– Есть версии?

– Я не помню, чем знаменита Исида, и имеет ли она отношение к наукам... – Лекс приоткрыла тронутые улыбкой губы. – Но вот Аполлон, помимо того что управлял солнцем... ещё известен как бог-провидец. Предсказывающий будущее.

– Скажи, что ты не шутишь.

– Ни разу.

Общий вздох облегчения разнёсся по комнате. Кента притянул к себе Лекс, потрепав её по волосам:

– Ты гений!

– Гений у нас Дейн. Я пыталась найти привязку к Форуму и храму Юпитера.

– Получается, пикник окончен? – Лука поднялся.

Хаварра встал следом и, перешагнув через Найта, выглянул в зал:

– Да начнётся прогулка в пекло.

***

Снаружи их встретила ночь. Огненные всполохи один за другим прорезали небо. Дейн вгляделся в циферблат – с момента извержения прошло больше четырёх часов. Впрочем, он мог и не смотреть на время – слой отложений перевалил за пол метра.

– Когда мы пропустили закат? – Дейн вытянул руку, с трудом различая собственные пальцы.

Выбираться во двор из-под остатков крыши галереи пришлось пригибая головы. Жар и тяжёлый воздух заставили их укрыть лица. Дышать снова пришлось через ткань, хоть это уже почти не помогало. Ноги вязли в нарастающем слое пепла. Каждый шаг давался с усилием, ослаблявшим веру в успех их плана. Но, самая страшная картина ждала их за территорией терм.

Они вышли на городскую улицу, Дейн посмотрел вправо и что-то внутри замерло.

Зарево пожаров разбивал чёрный столб пепла. Дважды он превосходил тот, что они видели прежде. И в десятки раз гору у его подножия. Огненные всполохи мятущимся вихрем окрашивали его клубы в алый. Прорезаемые бесчисленными молниями, вырывавшимся из жерла, они растворялись во мраке, укрывшем город.

Лука оглядел разрушенную улицу:

– Добро пожаловать в апокалипсис…

Людей тут больше не было. Кто-то сейчас прятался где-то там, внутри, под самыми толстыми сводами. Кто-то уже лежал под теми, что обвалились.

Дейн отогнал эти мысли и уставился под ноги. Хаварра, хромавший ещё с тех пор, как они с Лукой вернулись от храма на холме, шёл теперь позади. Роль их проводника занял Кента. Дейн догадывался, какую ответственность он на себе ощущал, но каждый раз, когда они сталкивались взглядами, Кента улыбался. Одними глазами, видневшимися из-за повязки. И этого хватало, чтобы не терять дух.

В чудом уцелевшей лавке Лука нашёл брошенные прямо на полу амфоры. Те, что оказались с вином отдавали приторным пряным запахом – их пришлось отложить. Отыскав воду, они за минуту осушили полуметровый сосуд, смочили остатками отлога своих тог и продолжили путь.

Дейн видел карту и знал, что им нужно было пройти всего пару кварталов, но очень быстро он понял, что это окажутся самые долгие несколько сотен метров в его жизни. Трижды им пришлось укрываться от летящих в них огненных шаров. Кента оказался прав – каркасы большинства домов несмотря на проломленные крыши и обвалившиеся вторые этажи, продолжали держаться. Возможно, дело было в слое отложений, на добрую половину метра увеличившем их фундамент. Так или иначе его совет работал – дверные проёмы, хоть уже и не такие высокие, оказались самым надёжным прикрытием от вулканического дождя, превратившегося сейчас в настоящую огненную бомбардировку.

– С водой придётся туго, – Кента остановился, склонившись над белым каменным женским лицом, видневшимся из-под пепла.

Фонтан, который оно украшало, был полностью погребён. На ближайшие пару тысяч лет. Эта мысль заставила Дейна задержать взгляд. Усталость, смог и нехватка кислорода размывали черты скульптуры, но он продолжал смотреть.

– Опять!

Летевший в них шар, он заметил в последний момент. Он успел отскочить, но его дёрнули ещё дальше. С трудом удержавшись на ногах, он увидел, как град полыхающих огнём обломков врезается в землю там, где они только что стояли. Один из них задел лицо скульптуры и на скорости зарылся в пепел. Стало сложно дышать. Облако едкой пыли поднялось в воздух вместе с языками пламени от нового пожара.

Они попятились, отступая от удушающей завесы. Дейн споткнулся и упал на ступени. Левый локоть, на который он приземлился, пронзила боль. Он пошевелил пальцами – кажется, обошлось. Найт помог ему подняться. Дейн с благодарностью кивнул, и они вместе взбежали по лестнице к остальным. Неширокий коридор здания, в котором они оказались, ещё освещался тусклыми лампами – видимо, не так давно тут ещё были люди.

Звук ударов снаружи не прекращался. Они стояли, переводя дыхание. Улица внизу расплывалась в красно-оранжевом зареве.

– Ребят... – Найт указал наверх.

Потолок дрожал, издавая дребезжащий звук. В отличии от каменных сводов терм, здесь их защищала простая черепица. Все переглянулись.

Пламя отрезало обратный путь. Стоять на месте означало ждать обрушения. Выбора не оставалось.

Подавшись назад, они продвинулись вглубь здания. Мерцающий свет лампад вырывал из темноты изображения красных колонн на чёрных стенах. Всё это напоминало какую-то неправильную страшную историю. Вот только её нельзя было просто взять и закрыть.

– Оу! Леди, разрешите пройти, – Лука изобразил поклон.

Высокая светлая статуя женщины с покрытой головой и струящимися одеждами стояла на белом мраморном постаменте в нише стены справа. Её благородное лицо с выкрашенными в розоватый цвет волосами было таким живым, что казалось, будто они случайно столкнулись с хозяйкой дома, увлечённой своими мыслями. Словно не замечая нагрянувших гостей, она смотрела куда-то вверх.

– Красивая, – Лекс подошла поближе и коснулась пальцем надписи на постаменте. – Ев-ма-хиа. Наверное, так её звали.

– Ох, блин… – Кента растерянно оглянулся. – Надо убираться отсюда…

Хаварра проследил за его взглядом:

– В чём дело?

– Я её помню. Мы тут были, – Кента сжал губы, а его глаза поднялись к дребезжащей крыше. – Эта статуя стоит под открытым небом. Возле единственной уцелевшей стены.

– Нехорошо, – Дейн нервно усмехнулся.

Свист пролетающих над ними обломков начинал бить по ушам. Дейн почувствовал головокружение, с которым боролся с тех пор, как они покинули термы.

Хаварра шагнул ближе к постаменту, рассматривая его:

– А статуя хотя бы целая была?

– Вроде да.

– Хм. Ну… По крайней мере, сюда не прилетит кусок горы, который тут всё раз…

ЧЁРТ…Крик Кенты потонул в грохоте. Ребро постамента больно врезалось в спину. Свет сжался в одну дотлевающую точку. Выросшая перед глазами стена, с треском оседала под продолжавшими сыпаться обломками.

Дейн попытался вдохнуть – не вышло. Паника настигла его. Он глядел на слабое мерцание поднявшихся в воздух песчинок и не понимал, почему до сих пор находится здесь. Это было неправильно. Всё это было неправильно.

– Цел? Эй. ЦЕЛ?

В грудь прилетел удар чьей-то ладони. Пыльный воздух с силой ворвался в лёгкие. Он закашлялся, пытаясь закрыть лицо от облака пепла. На языке появился привкус цемента.

– Прости. Кажется, я тебе в солнечное сплетение попал.

Хрипящий голос Хаварры раздался над самым ухом.

– Это т-ты... меня... – Дейн никак не мог подавить кашель. – Ты меня оттолкнул?

– Ага.

– Спасибо.

– Ага.

– ХАВАРРА! ДЕЙН!

– В НОРМЕ, – Хаварра ответил за них обоих. – У ВАС КАК?

– ЦЕЛЫ.

Дейн начал понимать, что произошло. Голос Луки приглушал завал, образовавшийся между ними. Спиной он ощущал гладкую поверхность постамента, к которому его вытянул Хаварра. Его догадка помогла им двоим уцелеть. Вот только теперь они оказались в ловушке. Оба прохода – и к улице, и к остальным превратились в груду руин.

Дейн выдохнул и дотронулся до лба, боль в районе локтя тут же напомнила о неудачном падении. Пальцы нащупали что-то влажное. Догадываясь, что почувствует, он коснулся одним из них языка – железо. Остатки рассудительности подсказали, что, раз он до сих пор стоит на ногах, рана вряд ли серьёзная. Голова продолжала кружиться, но, это он чувствовал давно, а значит, в расчёт не шло.

Наступило гнетущее ожидание. Они с Хаваррой оказались отделены от остальных, но по любую сторону от обвала, они были отрезаны от выхода. Никто не решался двигаться с места, пока последние обломки черепицы не перестали осыпаться, заставляя тело вздрагивать от каждого звука.

Сложно было сказать, сколько времени прошло, но, как оказалось, бездействие могло вымотать сильнее гонки под вулканическим дождём. Каждый треск и шорох, заставлял тело замирать, обостряя все органы чувств. В какой-то момент он понял, что может неплохо видеть в темноте. Дейн попытался занять мысли, разглядывая образовавшуюся стену, но в итоге начал думать о всё более пугающих вещах.

Какими ушибами отделались остальные? Все ограничились заверениями, что всё в порядке – Дейн тихо усмехнулся, слизывая подступающую к губам дорожку крови. Получится ли у них преодолеть эти пару сотен метров? Идут ли они в верном направлении? Сможет ли Астрариум рассказать им что-то? Не испортит ли это всё?

Последний вопрос никак не удавалось выкинуть из головы. Он понимал, что реальность не изменится от того, известно ли о ней что-то или нет. Понимал, что разумнее подготовиться к тому, что замок придётся покинуть. Чего он не мог принять – Фэйбэл будет разрушен.

Эта мысль отказывалась представляться реальной. В этом была его проблема. Рациональная часть говорила, что стоит подумать хладнокровно и расставить приоритеты. Другая не понимала, зачем это делать: есть Фэйбэл и с ним не может ничего случиться. Рациональная часть напоминала о вопросе, который он задал себе в августе. Тогда он сомневался, не зная, покажет ли ему побег от привычной жизни новый путь. Другая часть не хотела признавать, что ответ на этот вопрос уже получен. Отказывалась признавать сам ответ.

Мог ли замок продержаться до конца семестра? Почти наверняка. Ещё пару лет? Пока, он освоит язык… Пока сможет подготовиться к взрослой жизни. Вполне возможно. А может быть за годы их обучения и вовсе ничего не успеет случиться? И это было возможно. Так ли вообще важна дата, если она неизбежна?

Конечно, ему хотелось заглянуть в будущее. Хотелось услышать, что они успеют закончить обучение. Хотелось убрать эту ужасную переменную из решения своегоуравнения. Но сможет ли это сделать Астрариум, который они сейчас ищут? Разумеется, нет.

Тогда почему они до сих пор здесь?

Огонёк лампады, слабо извивавшийся над их головами, дрогнул от громкой усмешки Хаварры:

– Даже любопытно. Что там сейчас показывают предсказания этой штуки? Выбраться-то мы хотя бы успеем? Уже, наверное, вечер.

Дейн поднёс левое запястье к полоске света.

– Почти пять часов. С извержения.

Секундная стрелка плыла над шестерёнками, отсчитывая оставшееся у них время. Ему всегда нравилось их мерное движение. "Интересно. Есть ли что-то подобное в Астрариуме? Как он ведёт свои вычисления?"

Взгляд Дейна замер. Это был оно.

Ноющая боль в руке, саднящий лоб, ломота в теле – на какое-то мгновение всё это исчезло. Он понял, ответ на какой вопрос на самом деле хотел получить. Вопрос, который зародился тогда, в вечер в Хэллуина. Вопрос, который не переставал донимать его со дня посещения музея Греции.

Они не смогли бы тут узнать, что за предсказание сделал Астрариум в замке. Зато они могли попытаться понять, как он это сделал. Дейн не надеялся узнать дату грозящей Фэйбэлу катастрофы. Он надеялся понять, можно ли её предотвратить. Он улыбнулся. Этот ответ, стоил сил, потраченных на его поиск.

– Кажется, затихло.

Голос Кенты выдернул его в реальность. Треск рушащихся конструкций стих.

Хаварра шагнул вперёд и коснулся окружившей их стены. Он всегда выглядел хмурым, но сейчас его лицо стало совсем угрюмым.

– Что там?

– Плотно встала. Придётся попотеть.

– Я думал сильнее уже не выйдет, – Дейн усмехнулся, утирая влажные дорожки на шее. – Ладно, плохая шутка.

Хаварра изобразил улыбку. Дейн оглядел груду камней перед собой, насколько это позволял почти отсутствующий свет. Хаварра потянулся за булыжником, выпиравшим из обвалившейся кладки. Двумя руками он перехватил его, осторожно приподнял и тут же упал на колено. Камень с грохотом ударился о пол, выскользнув из его пальев.

– Что у вас там происходит?!

Дейн услышал тревогу в голосе Кенты и сейчас он её разделял. Он видел, как лицо Хаварры искривилось от боли.

– Ты как?

Осторожно, стараясь ничего не задеть, Дейн присел возле него. Накативший страх дал понять, что с ним самим было что-то не так. Он посмотрел на левое колено. Светлая ткань пропиталась кровью, а сквозь неё проглядывала разодранная кожа.

– Нормально.

Хаварра попытался встать и тут же упал обратно.

– Что у вас там, мать вашу?!

Теперь голос принадлежал Луке.

– Да не ори ты, – Хаварра закатил глаза. – Камень упал.

– Надо отсюда уходить. Пока ещё здание не упало. Последите пока тут за обстановкой. Мы с Лукой осмотримся.

Несколько следующих минут ни Дейн, ни Хаварра не решались возобновить попытки разобрать завал – по ту сторону оставались Лекс и Найт. Неверное движение могло навредить им. Стоило дождаться возвращения Кенты и Луки.

Наконец, до них донёсся звук быстро приближающихся шагов.

– Не поверите! – Лука тяжело дышал, видимо, они успели пробежаться. – Мы другой выход нашли. За поворотом, в самом конце коридора.

Дейн услышал, как на той стороне облегчённо выдохнули. Они с Хаваррой обрадованно переглянулись.

– Осталось придумать, как вызволить наших пленников, – к Кенте вернулся его насмешливый тон.

Дейн снова поймал взгляд Хаварры, но теперь в нём читалось что-то иное. Хаварра молча указал на его окровавленное колено, а затем, с большим трудом, не издав ни звука, поднялся с пола. Дейн всё понял. Он кивнул и встал вслед за ним.

– Не тратьте время! День заканчивается. Мы тут разберёмся и догоним.

– Дейн! Потрогай моего братишку за лоб! У него там жар?

– Он прав. Пока вас не было, мы тут прикинули... Так будет быстрее. Обвал приличный – кучу времени потеряем.

– Белены объелись? Предлагаете бросить вас в здании, которое скоро рухнет?

Дейн впервые слышал в голосе Кенты злость.

– Об этом и речь. Лучше выкинет нас двоих, чем всех сразу.

– Вы что-то темните, – теперь злился Лука. – Хаварра, говори прямо.

Поджав губы, тот посмотрел на Дейна.

– Хаварра!

Он дёрнул плечами, извиняясь:

– Ноге стало хуже.

– Ты возвращаешься.

– Не настолько хуже.

– Мы это обсуждали.

– Лука. Я в порядке. Не тратьте время, – он сделал паузу, – Пожалуйста.

– Ты попросил вас бросить. Я представляю, насколько хуже. Мы вызволяем Дейна, и ты сваливаешь. Я сам твой билет порву.

– Если честно, мне тоже прилетело. Так что Хаварра прав – уходите.

Дейн уткнулся лицом в сжатые ладони. Он совсем не хотел произносить то, что произнёс. Не хотел расставаться с Кентой и Лекс. Не хотел оставаться в ловушке, которую они, говоря по правде, вряд ли смогут преодолеть. Соглашаться на добровольное заточение в темноте в ожидании нового обвала, который их выкинет, было страшно. Но это было правильно.

Какое-то время на той стороне сохранялась тишина. Наконец, он услышал голос Кенты.

– Денни. Уходите.

– Кенчик. И ты туда же?

– Я серьёзно. С вас на сегодня достаточно.

– Я не могу оставить вас в этом пекле, а сам просто взять и вернуться.

– Ты тянул меня весь семестр. Моя очередь.

– Получше ничего не мог сравнить?

– Мне было важно остаться в академии. Без тебя я бы давно вылетел. Тебе важно понимать своё будущее… Важно понять, как работает Астрариум. И я это узнаю. Обещаю.

– Кенчик...

– Пожалуйста, не заставляйте нас уходить, зная, что вы сидите тут, – Лекс сказала то, о чём Дейн не задумывался.

– Поверьте, – теперь говорил Найт, – нам будет гораздо проще уклоняться от вулканических булыжников, не думая о том, как вы тут задыхаетесь под завалами, истекая кровью.

Дейн с усмешкой откинулся на уцелевшую стену.

– Хаварра. Ты обещал.

Голос Луки прозвучал громко и неожиданно спокойно. Хаварра выдохнул и кивнул. Он посмотрел на Дейна. Тот слабо улыбнулся.

– Проследите там за этим олухом без меня! – пальцы Хаварры сжали билет.

Дейн потянулся за своим:

– Спасибо вам, ребят.

Глава 102

Серая дымка проскользнула сквозь щели. Лука засмеялся и покачал головой.

– Первый раз с ним расстаёшься? – Найт насмешливо хлопнул его по плечу.

– За последние годы, вроде того. Странное ощущение. Ну, – Лука повернулся к Кенте, – теперь ты у нас проводник?

– Наверное? – он слабо улыбнулся и тряхнул головой. – Давайте убираться отсюда.

Они свернули влево – за угол и, растянувшись шеренгой, быстро зашагали по длинному, едва освещённому коридору. В самом конце слева появился просвет. Наступив в рыхлый слой вулканических отложений, они остановились. Теперь стало ясно, что время работало против них не только в фигуральном смысле. Проход, превышавший когда-то человеческий рост, был завален почти на метр.

Лука опустился, подставив колено. Опираясь на него, Кента запрыгнул наверх и помог выбраться остальным. Поднятая ими пыль проникла под их импровизированные повязки и осела на языке. Откашливаясь, они огляделись. Под их ногами лежали руины того, что недавно было крытой колоннадой. Пустынный прямоугольный двор, в торце которого они оказались, освещался только отблесками незатухающих пожаров. Поднимаясь высоко в воздух, они вырывали из темноты обломки белых ребристых колонн, бордовые черепки крыш и ярко-красные куски разрушенных стен с ещё различимыми на них фрагментами фресок.

Кента махнул рукой вправо. Там находился самый широкий и высокий проём. Все согласно кивнули и, увязая, в рыхлом грунте, двинулись в его направлении. Вулканический дождь даже не думал прекращаться, болезненными ударами напоминая, что нужно спешить.

За прямоугольной аркой просматривались остатки длинных колоннад – одна, сохранившая сверху перекрытие, стояла совсем близко. Другая виднелась напротив первой – вдалеке. Они вышли за территорию здания и, совершив короткую перебежку, остановились под уцелевшим пролётом. Укрывшись под ним от камнепада, они огляделись.

Множество статуй окрасились в единый серый цвет, высокие постаменты им заменило гигантское вулканическое поле. Многие лишились каких-то частей, став олицетворением новой эпохи, забиравшей прямо сейчас город. Взгляд не мог больше различить зданий и улиц – лишь океан пепла и пемзы, омываемый волнами затухавшегоего и вновь разгоравшегося пламени.

На горизонте справа чёрный ревущий Везувий, истекал алой кровью, освещая принесённую им ночь молниями и огненным звездопадом. Эта картина ужасала с той же силой, что и завораживала.

Светлым пятном на ней выделялся, белый силуэт храма. Кента, успевший на ходу достать карту, убрал её обратно – больше она им не понадобится.

– Это же Форум? – Лекс повернулась к нему с расширенными глазами.

– Ага. Прилично ему досталось.

Как только он это произнёс, совсем рядом в землю влетел крупный обломок. За ним последовало несколько других.

– Вот чёрт. Этого ещё не хватало, – Кента вжался в колонну, подтянув к себе Лекс.

Лука и Найт укрылись за колонной напротив.

– Придётся переждать немного! – Кента повысил голос, перекрикивая окруживший их грохот.

Лука кивнул. Найт тяжело дышал, то и дело оборачиваясь.

– Думаешь, колонны устоят? – Лекс придвинулась ещё ближе, с опасением посмотрев наверх.

– Эти должны.

– А вот я что-то не уверена…

– Я их помню. Тут всего несколько уцелело. А других целых, поблизости уже не осталось.

Перепроверяя собственные слова, он быстро высунулся, оглядываясь по сторонам. Лекс кивнула. Под бомбардировкой из обломков вулкана время замедлилось, превратившись в наполненную страхом вечность.

– Кенчик. А колонны были целые или с кирпичом?

– Чего?

– Ну из них кирпич там... никакой не виднелся?

Кента нахмурился.

– Был по-моему. Он там вообще повсюду был.

– Ой-ёй, – Лекс сглотнула.

– Дай угадаю. Это плохо? Да?

– Вроде того. Их восстанавливали, Кенчик.

Лекс подпрыгнула от нового пришедшегося совсем рядом удара.

– И я почему-то боюсь, что рухнули они... – снова удар – ...после этого самого камнепада.

На этот раз выругались все.

– Видите вон ту треугольную крышу? – Кента указал на противоположную сторону разрушенного Форума. – Это храм, который нам нужен. Сможем добежать?

– Боюсь, вариантов нет! – Лука покачал головой, усмехнулся и, поправив подобие капюшона, будто это могло помочь, рванул через через площадь.

– Надеюсь, не прощаемся, – Найт выдохнул с ужасом в глазах и побежал следом.

Кента повернулся к Лекс, подавая знак, что теперь её очередь. Она неуверенно приподняла бровь, но спорить не стала. Быстро оглядевшись, она выскочила из-под укрытия и со всех ног понеслась вслед за Найтом. Кента задержался, давая остальным фору – он хотел убедиться, что не потеряет никого из виду. Выждав достаточно, он глубоко вдохнул и рванул в неизвестность.

Горячий воздух размыл очертания. Огненные пятна вспыхивали в поднятом ими пепле, ударяясь о землю в такт бешено колотящемуся сердцу. Увернуться от обломка. Затормозить. Дальше. Взять левее. Ещё левее. Почти... Вправо! Резко!

Кента пролетел между высокими опорами ворот, взбежал по ещё не засыпанным верхним ступеням и, проскальзывая, затормозил у самых дверей храма. Его крыша нависала над просторной террасой, защищая их. Все четверо покрылись потом, осели на пол и не могли произнести ни слова из-за сбившегося дыхания.

Кента поднялся первым. Казалось, что сюда долетало меньше крупных осадков, иначе храм пострадал бы гораздо сильнее. Это было хорошим знаком. Но теперь они столкнулись с самой ответственной частью своего безумного плана – им предстояло отыскать Астрариум.

Лука поднялся следом. Вдвоём им удалось открыть покосившуюся дверь. Кента увидел слабое свечение – снова удача. Не теряя времени, они вошли внутрь.

Храм оказался совсем небольшим. Всё убранство тут составляли два изваяния: статуя божества на пьедестале и непонятный предмет овальной формы. Он был похож на драконье яйцо, вросшее наполовину в пол возле левой стены. Выглядело интересно, но никак не приближало их к цели. Роспись стен и потолка, к которой они за сегодня привыкли, тоже не наводила ни на какие мысли. Найт и Лекс присели на корточки, рассматривая пол: широкая белая полоса мозаики по периметру комнаты сменялась тонкими чёрной и красной. Центральную часть занимал геометрический орнамент из кубиков с белой, чёрной и зелёной гранями. Получался необычный объёмный эффект, но и он не имел никакого отношения к тому, что они искали.

Кента разочарованно сжал губы и вышел обратно вслед за Лукой.

– Не слишком обещающе, да? – тот обвёл взглядом засыпанный двор.

– Совсем.

Будто на поле древнего боя несколько статуй взирали друг на друга с противоположных сторон принадлежавшего храму двора. Одна из них, самая дальняя, обозначала своё присутствие лишь отражением языков пламени, плясавшим на её отполированных чёрных гранях. Древняя воительница натягивала тетиву, готовая выпустить очередную стрелу. Она стояла по правой стороне, в то время как место напротив неё пустовало.

Видимо, тоже обратив на это внимание, Лука прикрыл голову и выбежал из-под крыши. Оглядев пустующий участок, он направился на противоположную сторону двора – к статуе лучницы.

– Оу! Блин!

Кента бросился к нему:

– Ты чего?

– А? Нет. Ты это видел?

Кента поднял голову и невольно вздрогнул. Древние статуи слились с представлением чего-то возвышенного и отстранённого. Эта же глядела в небо настоящими человеческими глазами. Конечно, вероятно, их сделали из камня, но сделали так искусно, что казалось, добавь её телу красок и она отпустит в полёт стрелу, насмешливо подмигнув.

Посторонившись, Кента обвёл взглядом территорию храма. Крыша галереи, которая окружала его двор, во многих местах успела обвалиться вместе с колоннами, которые её поддерживали. Сам храм пока держался, но на нём уже скопился приличный слой осадков. Пока какая-то их часть ещё опадала с треугольных скатов крыши, но, вряд ли, её прочности хватило бы надолго.

Из дверей показались Лекс и Найт. Кента помахал им.

– Оцени. Тебе понравится, – он указал вверх.

Лекс подбежала и принялась с восторгом бродить между статуй. Впервые за этот долгий день, у них появилось на это время.

– Надо бы по территории пройтись. Найт, со мной?

Тот кивнул. Вдвоём с Лукой они обогнули белую мраморную колонну у ступеней храма и направились в дальнюю часть двора, где ещё сохранилась галерея.

– Думаешь, есть шансы, что он всё-таки тут?

Лекс опустила голову:

– Есть шанс, что мы на нём стоим. Только, сомневаюсь, что мы успеем его выкопать. Даже знай мы, где копать...

– Если бы я тогда хотя бы немного слушал, что нам рассказывали… – Кента с досадой пнул кусок пемзы.

– Да ладно тебе. Ты ни при каких условиях не мог предположить, что когда-то произойдёт... это.

Кента засмеялся. Несколько минут они бродили, разглядывая настенные фрески, статуи и колонны. Вернувшиеся Найт и Лука новостей не принесли.

Лука смахнул с головы налипшую паутину:

– Там есть комната, – он отмахнулся от поднявшегося пыльного облака, – но, кроме пано с полураздетыми людьми и зверушкой, ничего интересного.

– Да тут по периметру, по-моему, все подвиги Геракла изобразили, – Кента понимающе вздохнул.

Найт дёрнул плечами, стряхивая с тоги пепел. Он оттянул край драпированной ткани и извлёк из-под неё запылённую амфору.

– Мы там немного воды нашли. Возьмите. Уцелело ещё две таких же и, боюсь, это всё.

Кента с благодарностью кивнул и движением бровей показал, чтобы Лекс попила первая. Та сделала несколько быстрых глотков и протянула сосуд Кенте. Тыльной стороной ладони она вытерла губы, а затем провела рукой по лбу. На влажной коже остался густой слой чёрной сажи.

Найт перешагнул обломок колонны и обессиленно опустился на верхние ступени храма:

– Кажется, настал момент признать...

Все повернулись к нему, понимая, что он скажет дальше.

– Куда не посмотри мы провалились, – он скинул с головы отворот тоги и с силой растрепал волосы. – Может мы ошиблись с местом. Может, эта штука сейчас в метре под нами. Но вот что точно – мы опоздали. Чёрт знает, сколько сейчас, но вечер явно уже наступил.

– Найт. Больше всех, хотел разобраться ты. Мы с Хаваррой для себя всё давно решили. Хочешь уйти – пошли. Хочешь остаться, я с тобой. До конца. Ты сам знаешь, – Лука по-гладиаторски вытянул руку с отжатым большим пальцем. – Решение твоё.

Кента встретился глазами с Лекс. Она качнула головой:

– Я не хочу сдаваться.

Найт хмыкнул:

– Дейна тут нет. Вряд ли он хотел бы, что бы вы застали финал извержения.

– До него ещё есть время. Значит можно продолжать пытаться.

Кента улыбнулся и кивнул. В следующее мгновение его взгляд остановился на мраморной колонне слева от ступеней храма.

– А знаете... может быть в этом есть какой-то смысл.

Не дожидаясь вопросов, Кента указал на полукруглое навершие колонны. Он усмехнулся и повернулся к Лекс:

– Я кое-что вспомнил. Эта штука – солнечные часы.

– Кента, – Лука обвёл рукой небо.

Тот поджал губы и хмыкнул:

– Акцент на слове "часы". Они напомнили мне наши. Из замка.

Теперь все трое посмотрели на него с явным сомнением. Кента закатил глаза.

– Все же слышали эти "Бумы"?

Найт нахмурился:

– Ты сейчас про реальный бой часов или легенду, – его пальцы изобразили кавычки, – "о загадочных часах".

– Про второе. Мы с Дейном их слышали.

– Опустим вопрос вашей адекватности. Как это поможет сейчас?

– Там – возле льва и потом на Хэллуин, мы слышали громкий звук. Похоже на бой часов, только это был не он. Главное, что он громкий. Я к чему... Если предположить, что мы не спятили и это то, что издавал Астрариум, можно предположить, что бил он не просто так. Понятия не имею, зачем, но факт остаётся фактом. "Бом" раздавался, пока замок ещё… стоял.

– А это хорошая мысль, – Лекс закусила губу и медленно кивнула.

– Если ты поняла, о чём он, можно простым языком? – Найт поднял к ней уставший взгляд. – Потому что я – ни черта.

– Если легенда права, Кента прав и наша версия с Астрариумом верна, есть шанс, что он проявит себя под конец. Может успеем его как-то заметить. Или даже откопать.

– То есть наш план – ждать конца? – Лука закинул руки за голову и рассмеялся.

– До него ещё надо дотянуть, – Кента с усмешкой отбил летящий в него небольшой кусок пемзы.

– А вот тут ты прав, – Найт вскочил. – Там сзади от ремонта что-то типо лесов осталось. Можно забраться на крышу. Я бы занялся счищением с неё пепла, иначе до завершения этот храм не дотянет.

Кента и Лука согласно кивнули. Спрыгнув со ступеней, Кента обернулся на Лекс:

– А ты куда?

– Очищать крышу.

– Она четверых не выдержит.

– Но выдержит троих?

– Разберёмся. Сиди где-нибудь тут и слушай. Раздастся долбящий по ушам "бом", сразу зови нас.

Лекс вытянула губы и медленно моргнула.

– Вот и договорились.

– Вы там сверху не попадайте. Когда этот "бом" раздастся.

Она мрачно вздохнула и направилась обратно.

***

Время потянулось, превратившись в бесконечное ожидание. О том, что оно не замерло говорили лишь затухающие очаги огня и поднимающийся слой пепла. Когда с расчисткой заносов на крыше было покончено, сил практически не осталось. Лекс сидела, скрестив ноги, на полу перед дверьми храма.

– Ничего? – Кента растёр ладонями лицо и опустился рядом.

Лука и Найт последовали его примеру, приняв практически лежачее положение. Лекс отрицательно качнула головой.

– Мне казалось, город накроет раньше, чем мы закончим, – Лука откинул голову и зачесал мокрые взъерошенные волосы назад.

– Мне тоже... – Найт запнулся, его голова склонилась, рассматривая что-то в темноте.

Кента попытался вглядеться, но ничего не увидел. Найт прокашлялся:

– Слушайте. Помпеи же нашли закопанными? В смысле целиком?

– Угу, – Лекс кивнула и тут же перехватила взгляд Найта. – А вот это действительно странно…

– Ребят, – Лука опёрся лбом на ладонь, – голова итак ходуном ходит. Заканчивайте с загадками.

Кента всё понял:

– А город до сих пор не засыпан.

Лука издал протяжный стон и прикрыл глаза:

– Это хорошо или плохо?

– Нуу... – Лекс нервно хмыкнула. – У нас ещё есть время... Но, кажется, мы чего-то не знаем про это извержение.

– И не знаем, сколько нам тут ещё торчать, – Лука окончательно сполз вниз, упав головой на колени Найта.

Кента почувствовал, как кровь запульсировала в висках. Он говорил себе, что продержаться нужно ещё немного, что скоро они все смогут наконец выдохнуть. Но теперь он смотрел на медленно опускавшийся пепел и слой, который тот успел образовать. От силы метра полтора. Даже первые этажи ещё не были скрыты. Они выложили все силы на середине пути.

Эта мысль наполнила всё тело тяжестью, словно сорвав засов, что так долго удерживал её. Но ещё сложнее оказалось сохранить остатки самообладания. Если физически он был вымотан, то психологически просто опустошён.

– Кто-нибудь помнит, сколько времени было, когда мы сидели в том здании... со статуей? И надо мне было часы забыть…

Голос Лекс звучал ровно, даже рассудительно. Кента усмехнулся. Кто-то способный сохранять присутствие духа был сейчас необходим. Это помогало вернуть его себе.

Лука постучал пальцами по виску:

– Дейн говорил что-то про пять часов с начала извержения.

– Там же был тот засыпанный фонтан... Получается слой отложений был уже выше колена, но ниже пояса. Так? – она выдохнула и откинула волосы назад. – Можно попытаться прикинуть скорость, с которой засыпает город...

– Дайте пару минут.

Найт подтянул к себе осколок камня и начал выводить числа прямо по слою пыли.

– Примерно, конечно. Но сантиметров десять-двадцать в час... На весь город… это... – он сглотнул. – Чуть меньше суток.

Обречённость, которую принесли эти слова, вылилась в тишину. Ни сокрушаться, ни злиться, сил уже не было. Голова Лекс упала на плечо Кенты, Найт, откинулся назад и закрыл глаза. Время, замедлившееся с тех пор, как они прибыли в храм, теперь перестало существовать.

Казалось, что утро, где Митцуя выдавал им задание, было сном, не происходившим в реальности. А утро, наступление которого им теперь предстояло дождаться в слабой надежде хоть на какой-то результат, представлялось чем-то невероятно далёким. Чем-то, что, возможно, и вовсе не наступит.

Неизвестно, как долго стихали пожары, но с их последними всполохами город погрузился во тьму. Слабое алое зарево иногда крапило небо. Наверное, это был сам Везувий. Теперь он был за их спинами, за стенами храма. В какие-то моменты казалось, что его и вовсе не существовало. Даже лавовые потоки, которые они видели на его склонах, так и не добрались до города. Только багряное зарево в небе напоминало, что вулкан не дремлет.

Дважды они возвращались на крышу. Надломным треском она напоминала им о сохранявшейся опасности. Вулканический слой начал подбираться к платформе, на которой стоял храм – лишь пара ступенек лестницы ещё оставались на поверхности.

Прошла уже, наверное, целая вечность. Глаза начинали слипаться, голова опрокидывалась к коленям. Мысль отключиться начинала казаться неплохим планом. В момент, когда Кента уже начал проваливаться в сон, земля дрогнула и раздался грохот.

Все подскочили. Треугольная крыша высокого здания напротив рухнула, подняв в воздух густые клубы пыли и каменной крошки. На её месте заплясали языки огня.

– Я надеялся на тот самый "бум", – Лука зевнул и растёр ладонями лицо.

Кента прикрыл глаза и в следующий момент распахнул.

– Тот звучал по-другому. И мы его уже слышали!

Низкий гул пробрал всё тело. Ладони зажали уши. Кента рванул влево – из-под крыши храма. Он остановился, глядя прямо на Везувий. Все бросились за ним.

– Он сейчас опять рванёт что ли?! – Лука пытался проморгаться, всматриваясь в темноту.

Кента не ответил. Он и сам ещё не знал, что должно было произойти, но был уверен – оно произойдёт.

Прошло несколько мгновений. Колонна пепла над жерлом вулкана рухнула.

Тело замерло. Глаза не мигая смотрели, как клубы пепла, с трудом различимые на фоне левого склона горы, стремительно понеслись вниз. Дыхание замедлилось. Рычащий гул сопровождал эту страшную гонку ещё какое-то время, пока наконец не стих, будто всё случившееся было лишь их видением.

– Геркуланум погиб.

Лекс отвернулась, растерянно глядя по сторонам. Кента коснулся её плеча:

– Вспомнила что-то?

Она кивнула.

– Помпеи убил не пепел. А эта штука, – она сделала паузу, припоминая. – Пирокластический поток. Лавина из раскалённого газа и обломков... Первый ночью сошёл на соседний город. Геркуланум. – Она подняла взгляд. – Помпеи накроет такой же. Утром. Вот почему храм до сих пор стоит.

Кента медленно втянул воздух. Лука и Найт переглянулись. Лука заговорил первым:

– Так. Ну это уже что-то. Что-то неприятное, но... что-то. Кента, перед этим... ты сказал, что вы такое уже слышали?

Кента встряхнул головой:

– Да. Думаю, да. И не только в замке… – он посмотрел на Лекс. – Когда началось извержение, мы стояли под крышей галереи за форумом и раздался грохот. Не помнишь? Я тогда не обратил внимания – рванул вулкан, это казалось... нормальным. Но сначала точно был громкий гул. Потом только извержение. И уже от него грохот. Теперь понятно, что первый был не от вулкана. Это был Астрариум, – он снова выдохнул. – Точно, как сейчас.

Лука посмотрел на Найта:

– Не помню особого грохота. А ты?

– Тоже...

– А вы где находились в тот момент?

– Возле каких-то гробниц. На выезде из города.

– Если вы правда ничего не слышали... – Кента слабо улыбнулся. – Возможно... мы нашли Астрариум. Потому что это дребезжание я узнаю. И в момент извержения оно вдарило не так сильно… как сейчас.

Лука запустил пальцы в волосы и откинул голову:

– Обалдеть. Нет, правда. С ума сойти. У меня, кажется, второе дыхание открылось.

– Никто не понял, откуда эта штука бабахнула? – Найт отступил назад, оглядывая двор храма.

Вера в то, что они почти у цели, дала им новые силы, которые, как им недавно казалось, уже иссякли. И, всё же, теперь у них была новая проблема – темнота. Когда пожары утихли, дышать стало легче, но вот разглядеть что-то стало практически невозможно. Ночь, которая сегодня наступила в Помпеях, была мрачнее любой иной, что видел город. Ни луна, ни звёзды не могли пробить плотный покров дыма своим светом. А никакого иного тут больше не осталось.

Начались часы томительного ожидания. Было решено устроить дежурство. Пока двое спали, двое других следили за горизонтом.

В какой-то момент, понимая, что начинает проваливаться в сон, Кента решил снова отправиться на крышу. Лекс осталась наблюдать за ним снизу. Впрочем, сейчас понятие "снизу” потеряло свой прежний смысл. Основание храма, которое днём превышало человеческий рост, уже скрылось под пеплом, вместе с подножиями колонн, поддерживавших крышу.

Закончив с расчисткой первого участка, Кента остановился, чтобы передохнуть. Он прищурился. В начале это показалось обманом зрения, но, всмотревшись, он увидел вдали светлые полосы, покачивавшиеся, словно на воде. Продолжая наблюдать, он понял, что его догадка оказалась гораздо ближе к истине, чем он предполагал.

– Лекс! Давай сюда!

– Что-то случилось?

– Забирайся.

Он протянул руку и помог ей подняться.

– Помнишь, я говорил, что почувствовал знакомый запах? Когда мы только прошли ворота? – он указал рукой за городскую стену. – Море.

– И правда...

– Когда мы приезжали на экскурсию, оно было совсем далеко от этих мест. А здесь у самых стен. Вот это пейзаж.

Они опустились на расчищенный пятачок крышы и устремились взглядами вдаль. Постепенно всё больше очертаний становились различимы. Наступал рассвет.

Медленно из темноты начал показываться и сам город. Разрушенные остовы вторых этажей, одиночные, устоявшие колонны, несколько купольных крыш, ворота и городские стены – всё, что до сих пор оставалось на поверхности. Первые этажи были скрыты теперь уже окончательно.

Ночь словно перенесла их в другое пространство. Узкие оживлённые улицы сменились серой бескрайней пустыней. Липкий чёрный вулканический дождь уступил место медленно опадавшему пеплу.

Было решено разбудить Луку и Найта. Как только Кента спрыгнул с крыши, неподалёку послышались голоса. По телу пробежали мурашки. Из-за завалов дома неподалёку показались люди. Хромая и закрывая лица почерневшей одеждой, пять человек направились туда, где ещё виднелись уцелевшие ворота. Те самые, через которые они сами прошли вечность назад. Город и правда ещё не погиб.

На какое-то время эта картина заставила его погрузиться в мысли, но он быстро опомнился – новый гонг Астрариума мог прозвучать в любой момент. Им стоило быть начеку.

Наступивший блеклый полумрак сложно было назвать полноценным утром, но теперь они хотя бы видели очертания храма. Вместе с ними стала очевидна одна логичная, но не самая приятная мысль – искать Астрариум нужно было где-то внутри – в любом ином случае их затея была обречена. Рассвет наступал слишком долго. Раскопать что-либо теперь, они бы уже не смогли.

– Мы не уберегли часы, – Лука смахнул слой пепла с белого обломка колонны.

Кента скривил губы:

– Ну, солнце мы тут уже тоже не застанем.

Он, задумчиво посмотрел наверх. Когда-то, чтобы узнать время по этим часам, пришлось бы задирать голову. Теперь на той же высоте перед ним была треугольная крыша храма.

Перед глазами что-то мелькнуло. Руки потянулись к вискам.

Грохот заложил уши.

Он попытался сфокусировать зрение – вот оно! Круг! На треугольном фасаде, в окружении богов и грифонов, по самому центру был круг! В следующее мгновение его взгляд застыл на горизонте. С грохочущим рокотом колонна пепла обрушилась вновь.

Гигантской клубящейся чёрной стеной, она заслонила собой Везувий и понеслась на них.

Страх не успеть поборол оцепенение. Кента ударил в плечо Луку, показывая, чтобы тот помог. Минута-две? Этого бы хватило.

Его рука зацепилась за барельеф. Соскользнула. Ухватила другой. Найт подставил плечо. Получилось подтянуться и зацепиться за верхнее ребро крыши. Он перегнулся вниз, вгляделся в рельефное изображение. Толчок. Чудом удержав равновесие, он обернулся.

Многометровая чёрная волна ударила в городскую стену, взлетев ещё выше. Дыхание перехватило. Пальцы крепко зажали карниз. Будто это могло помочь.

Горизонт заволокло гигантскими клубами пыли, и всё закончилось.

Не понимая, что произошло, Кента посмотрел вниз. Взгляды остальных были прикованы к горизонту. Они всё ещё стояли в Помпеях.

Выругавшись, Кента упал головой в ладони.

– Я сегодня поседею. Это что ещё не конец?!

Лекс закашлялась – облако пыли добралось до них.

– Видимо, потоков было несколько, – она подняла ткань, закрывая нос. – Этот остановили стены, – она покачала головой, словно сама не верила, что это возможно. – Скорее всего, следующий будет последним. Город почти засыпало.

Кента закусил губу и кивнул.

– Ну. В таком случае, можете на него посмотреть, – он сплюнул осевший на языке пепел. – Эта штука всё это время была у нас над головой.

Внутри разлилась самая искренняя и усталая радость. Поверить в то, что им и правда удалось, оказалось чуть ли не сложнее, чем в попадание в Помпеи.

Из обломков колонн они соорудили что-то вроде помоста, с которого теперь могли спокойно разглядеть Астрариум. Круг, заложенный в фронтальную композицию крыши храма оказался не таким большим, как они ожидали. Во всём же остальном он полностью повторял знакомые им узоры.

– А ведь это и правда часы, – Найт осторожно коснулся длинной тонкой стрелки.

Та была в шаге от изображения луны в самом низу.

– Отсчёт времени до конца... – Лука выдохнул, стоя с раскрытым ртом.

– Вот только не по принципу часов, – Кента, до сих пор находившийся на крыше, сел, свесив ноги с карниза.

– Ты про удары?

– Ага. Ход стрелки. Она не движется, пока что-то не произойдёт.

Найт заворожённо провёл пальцами по острию:

– Она движется, когда происходит… что-то важное.

Кента запустил руку в волосы и тряхнул головой:

– Что же такое важное происходит в Фэйбэле?

– И в каком положении там сейчас эта стрелка… – Лука спрыгнул с колонны, на которой стоял.

Всё наконец встало на свои места. Они могли возвращаться. И, всё же, никто об этом не говорил. Этого не произносили, но каждый хотел убедиться. Увидеть последнее подтверждение. Своими глазами.

Обломки колонн откатили назад, превратив их в подобие лавки. Перед их глазами разыгрывался кошмарный спектакль, и они оказались в первом ряду.

Столб пепла постепенно набирал высоту. Словно песочные часы, обращённые вспять, он медленно отсчитывал отведённое городу время. Его последний час.

Стрелка дёрнулась. Финальная позиция была достигнута. Воздух задрожал. Каждый понимал, что будет дальше.

Невидимая волна ударила в грудь, дыхание перехватило. Лишь секунды спустя медленно затихающий гул наконец ослаб, поглощённый рёвом взорвавшегося вулкана. Их пальцы коснулись угольно-серых тог, в спешке извлекая слепящие белоснежные билеты. Лука качнул головой, ухмыльнулся и положил руку на плечо Найта. Кента протянул открытую ладонь. Лекс слабо улыбнулась и накрыла её своей. Пальцы сжались. Тело била дрожь.

Клубящиеся облака пепла неслись, поглощая друг друга, вздымаясь всё выше, затмевая небо. Чудовищная волна взлетела над стенами города. Рухнула. И устремилась на них.

Зубы зажали помятую бумагу. Надрыв. Туман.

Глава 103

Дейн приоткрыл глаза. Моргая, он встряхнул головой. Светлый холл музея проявился как давно забытое воспоминание. Боковое зрение уловило движение. Дейн повернулся вправо и увидел, как дёрнулся Кента. Его голова ударилась о спинку кресла, дыхание резко участилось. За ним в таких же креслах Дейн заметил Лекс, Найта и Луку.

Он вскочил:

– Здание всё-таки обрушилось?!

С перепачканной изодранной одежды Кенты осыпался пепел. В следующее мгновение плечи Дейна сжали крепкие объятья.

– А тебе, видимо, ещё и по голове прилетело?

Слова приходилось выдавливать из-за нехватки воздуха.

Когда Кента наконец перестал прерывисто дышать ему в ухо и отпустил его, Дейн увидел, что Широйя и Лоча тоже были тут.

– А ты почему не на экскурсии?

Широйя непонимающе тряхнул головой.

– Я только вернулся. Какая экскурсия? Мне интересно, что вы все тут делаете?

– Откуда вернулся?

– Из Помпей. Мы с тобой прощались минуту назад.

– Минуту назад мы с Хаваррой сидели под обвалом.

Он начал понимать и повернулся к Кенте:

– А вы где были?

– Стояли на трёхметровом слое пепла с живописным видом на кучеметровый поток обвалившейся вулканической колонны… – он дёрнул плечом. – Летевшей на нас.

– Трёхметровом?! Сколько времени вы там после нас проторчали?

Найт, выглядевший лишь немногим спокойнее Кенты, закатил глаза, бормоча что-то под нос.

– Часов десять. Может тринадцать.

Дейн приоткрыл рот. Он переводил взгляд с одного на другого, не зная, что сказать.

– С ума сойти, – Широйя скинул с головы капюшон. Затем посмотрел на тогу, которая всё ещё была на нём, и принялся её стягивать. – Интересно, сколько времени сейчас.

– И кто здесь был помимо нас, – Лука, только теперь выпустивший из объятий Хаварру, подошёл к столу-стойке у арочного входа.

С опозданием Дейн осознал, что они находятся в новом зале. Светлый мрамор и ребристые колонны тут были всё те же, но обстановка вокруг заметно отличалась. Два ряда мягких кресел смотрели друг на друга в окружении высоких остролистых зелёных растений. Вытянутый каменный стол находился в конце этого импровизированного прохода. Лука приподнял крышку с огромного пузатого керамического графина и заглянул внутрь.

– Господи, это вода!

Даже не пытаясь быть аккуратным, он быстрыми движениями разлил её по стоявшим тут же восьми стеклянным бокалам. Каждый залпом осушил свой, и Лука, не задавая вопросов, заполнил их по второму кругу.

– Этих кого-то было двое, – Кента, утирая губы, кивнул на две чашки с чаем на дне.

Лука сбрызнул остатки воды себе на ладони и протёр ими лицо:

– Проскочить незаметно не удалось.

Найт печально улыбнулся:

– Перед исключением нужно будет посмотреть, как близко мы дотянули до её разрушения.

– Вы нашли его?!

– Вы нашли его?!

Дейн и Лоча выпалили этот вопрос одновременно.

– Ага. Даже увидели в процессе... работы.

***

Несколько минут ушло на рассказы и вопросы. Следующие десять на переодевание. Все восемь тог были аккуратно свёрнуты и разложены на стеллаже, пояснительная табличка на котором просила всех, завершивших экскурсию, так поступить. За высокой стеной из папоротника они обнаружили проход к душевым. Здесь же располагался длинный шкаф, оказавшийся двусторонним. Оставленная ими униформа ждала своих хозяев на прежних полках. Кое-как умывшись и облачившись в неожиданно родную униформу, они собрались вокруг стойки.

– Проснулись?

Сердце ёкнуло. Дейн медленно обернулся.

Улыбающееся лицо Митцуи смотрело на них из арочного проёма. Он шагнул внутрь, с усмешкой заглянул в графин, а затем неспешно развернулся к Луке и Хаварре.

– Профессор Йоши не смог дождаться вашего пробуждения. Он попросил меня взять вас под опеку до конца этой экскурсии. Что касается остальных... Широйя, верно? Перед Руфим я вас прикрыл. И вы... Найтери и Лоча, да? Насколько я понял, Флоранс не знает о вашем отсутствии. В любом случае, советую не поднимать при ней эту тему. Не уверен, склонна ли она поощрять авантюризм в своих студентах.

Глаза Митцуи задержались на каждом по очереди, он кивнул сам себе и хлопнул в ладоши.

– Вчера вы не попали на завершающее представление сезона экскурсий. Я попросил смотрителя отложить время вашего пробуждения, чтобы вы успели отдохнуть. Сейчас воскресенье, половина шестого. Вечера. Мы как раз успеваем. Прошу, следуйте за мной.

Он улыбнулся, резко развернулся и быстрыми шагами покинул комнату.

Кента повернулся к Дейну:

– Кажется, лучше не отставать?

Они встретились взглядами и засмеялись.

Кента первым последовал собственному совету. Дейн обернулся к остальным:

– Это вообще не шутка.

Они покинули здание. Свежий воздух оказался настолько чистым, что голова закружилась. Мантия Митцуи развевалась на ветру далеко впереди. Широйя ускорился, поравнявшись с Лекс:

– Он это серьёзно? Про прикрытие и вот это всё?

Они кивнула:

– Крутой, да?

Лекс широко улыбнулась, а Широйя с усмешкой качнул головой.

По мере того, как они продвигались к центру города, им на пути попадалось всё больше студентов. В чистой одежде, с лицами не впитавшими в себя сажу и пепел, они будто были из другой жизни. Они смеялись и с любопытством разглядывали дома и храмы, тесно заселившие холмы Римсулы. Светлые, с цветными орнаментами, старинные здания украшали улицы. Но никто не вёл перед ними послеобеденную беседу. От них не доносился запах свежеиспечённого хлеба. Они не ожидали гостей и не провожали покачиваювшуюся в каменной колее повозку. Их двери были закрыты.

***

О цели их назначения они начали догадываться ещё за пару кварталов, которые, как и весь остальной путь, они прошли в тишине.

Митцуя остановился перед одним из множества арочных проёмов. Четыре каменных яруса возвышались над их головами. Два средних напомнили Помпейский театр. Даже слишком сильно. Так же, как и там, статуи занимали тут свои ниши, приветствуя зрителей.

Внизу уже собралась длинная очередь. Митцуя провёл их каким-то запасным путём. Уже внутри он указал им на трибуны, велел занимать места и, по обыкновению, растворился в толпе.

Здесь, в окружении сотен голосов и блеска декораций, происходящее окончательно утратило реальность. Они побрели на самый верх – подальше от взглядов, которые притягивал их потрёпанный вид. Заняв целый ряд, они переглянулись. Никто так и не произнёс ни слова.

Солнце медленно опускалось над развивающимися флагами. Многочисленные ряды и ложи заполнились зрителями. На овальной арене начали выстраиваться люди в сверкающих доспехах. Мужчина в белоснежной тоге и золотом венке вышел вперёд, жизнерадостно распахнув руки.

– Колизей, в моём лице, приветствует достопочтенную публику!

Гладиаторы, стоявшие позади него ударили по щитам, и их звон заглушили ликующие аплодисменты.

– Не переживайте, мечи не заточены.

Между Дейном и Кентой протиснулась рука с большим стаканчиком.

Дейн неуверенно забрал его, и следом тут же появился второй. Они обернулись. Митцуя стоял в обнимку с деревянным ящиком, внутри которого виднелось ещё шесть таких же. Кента кивком поблагодарил и забрал свой. Дейн сделал глоток и поднял удивлённый взгляд:

– Тут продают мятный чай?

– Не продают.

Лукавая улыбка вернулась на лицо Митцуи.

Глава 104

Вечер воскресенья Дейн провёл в кровати, проспав до раннего утра понедельника. За окном шёл снег. Обычно вставать в такие дни было сложнее, но сегодня он спал так крепко, что выбрался из постели почти сразу, как раскрыл глаза.

За семестр у него набрался целый список странных пробуждений, но это было особенным. Всё, что происходило в выходные стало казаться очень длинным красочным сном, воспоминания о котором ярко вставали перед глазами, но реальность которых не осознавалась. Впрочем, было и кое-что иное, что осознать не получалось – наступила последняя учебная неделя. Несмотря на надежды, что на таинственный выпускной экзамен прольют хоть какой-то свет, этого так и не произошло, а значит, начавшаяся неделя могла оказаться последней не только в этом семестре.

Отбросив эту мысль, Дейн потянулся и направился в душ.

***

Перед завтраком Кента подошёл к доске с расписанием:

– Про экзамен ничего... – он подвинул ветку ели, скрывавшую часть объявлений. – Зато в пятницу занятий не будет. Точно… Митцуя же про это говорил.

– Серьёзно? – Широйя шагнул ближе. – И правда, – он повернулся к Дейну и Лекс. – В шесть праздничный ужин – занятия отменены.

Дейн с удивлением качнул головой:

– Получается четыре дня осталось?

– С ума сойти, – Кента обнял их с Широйей за плечи.

Пропустив группу сокурсников, они двинулись в сторону Атриума на завтрак.

***

Первое занятие с Руфим вычеркнуло её предмет из кандидатов для финального экзамена. Впервые за семестр она не проверила ни у кого дневник чтений. Периодически Руфим упоминала то одну, то другую историю, но лишь для того, чтобы задать с её помощью тему для разговора. В какой-то момент речь зашла о книгах, которые рекомендовал прочитать Вараней, и это заставило всех оживиться. Никто не знал, что именно спросят на экзамене, поэтому на всякий случай, все три были прочитаны, а некоторыми даже перепрочитаны. Их обсуждение оказалось самой академической частью урока.

Практикумов чтения в этом семестре больше не было, поэтому отменялись и занятия в читальном зале. Руфим подошла к камину, сомкнула ладони и улыбнулась одной из своих редких довольных улыбок:

– Что ж, молодые люди. Благодарю за компанию и приятную беседу. Рассчитываю увидеть каждого из вас снова в стенах этого кабинета.

Рэй хмыкнул, а Руфим, продолжая улыбаться, кивнула.

– До встречи за праздничным ужином!

***

Вторым уроком была теория грамматики, и прояснений по экзамену она не принесла.

В отличии от Руфим, профессор Скай начала занятие с обсуждения вопросов по пройденному материалу, но те быстро закончились, и она перешла к общим разговорам – о графике поезда, праздничном ужине, и каникулах. Ни слова об экзамене. В какой-то момент благодаря уговорам Кенты, Широйя всё-таки задал этот вопрос напрямую. Лицо Скай помрачнело, она выдала короткое: "К сожалению, я не могу разглашать вам эту информацию" и тут же заговорила о важности вдумчивого отношения к заполнению графика поездок домой.

***

После обеда они направлялись к Митцуе, полные решимости выпытать из него хоть что-то. На этот раз тему поднял сам Кента. Несколько минут он задавал всевозможные наводящие вопросы, каждый из которых Митцуя обходил с изящной невозмутимостью.

– Профессор. Ну ладно вам. Дайте хотя бы намёк. Ну хоть что-нибудь полезное.

Рука Митцуи, сжимавшая белую чашку, вытянулась одновременно с улыбкой на его лице.

– Чаю?

***

Вторник новостей не принёс. Хотя и Тайли, и Флоранс попытались выдать им общие советы о важности повторения материала и "закрытии хвостов", пока ещё есть такая возможность, о формате самих заданий они ничего конкретного не сказали. Среда оказалась примечательна лишь тем, что Скай, проводя своё последнее практическое занятие в этом семестре, уделила почти всё время "студентам, чаще всего выполнявшим задания по отработке", поэтому Кента и Анкер заявились на урок Митцуи, стоявший после неё с просьбой "сегодня их больше не мучить".

***

Четверг стал последним учебным днём. За завтраком сначала Дейн, а за ним и Кента объявили, что у них пропал аппетит. Лекс и Широйя одарили их взглядами непонимающего сочувствия, пожали плечами и отправили в себя по большой горбушке поджаренного хлеба, от души смазанной клубничным джемом.

– От ваших... нервов... – Широйя проглотил последний кусок – ... не поменяется вообще ничего.

Лекс кивнула:

– Ваши урчащие животы смотивируют Митцую только на очередное чаепитие. Придумайте план пожалостливее.

– Ты сейчас уничтожила мой единственный козырь, – Кента угрюмо надул губы.

– Попробуй обаяние. С Флоранс может сработать.

– Тогда лучше сразу Хайма просить.

– С Тайли могут сработать щенячьи глаза, – Лекс хрустнула сырным крекером. – Она добрая.

Кента прищурился:

– Ты вот серьёзно или издеваешься?

– Вообще издеваюсь, хотя какой-то шанс, думаю, есть. А если серьёзно, Широйя прав.

***

На своё последнее занятие Митцуя опоздал, влетев в кабинет с папкой, набитой бумагами.

– Простите. Мы с вами немного затянули с подачей графиков, – резкими движениями он всучил каждому по пустому бланку.

– Вы не говорили, что их пора сдавать, – Юми растерянно захлопала глазами. – Я думала, они потребуются только после экзамена.

– Вы не спросили, я не ответил. Предлагаю разделить вину пополам. – Митцуя скрылся в дальнем конце кабинета, перебирая там другие папки. – Оказывается, их ждали уже к обеду. Понедельника. Но, в текущих обстоятельствах, обед четверга всех тоже устроит, поэтому постарайтесь вспомнить, что вы там писали. Если, конечно, писали...

Голос Митцуи затих, приглушённый массивной дверцей большего отделения шкафа.

Анкер с неохотой потянулся к сумке, чтобы достать перо:

– Очень важное решение... Отнеситесь ответственно...

Дейн хмыкнул и полез за своим. Сам бланк он ещё не заполнял, но о том, что там напишет думал не раз. По началу он размышлял, получится ли как-то совместить обучение в Фэйбэле с попытками начать карьеру дома. Возможно договориться о стажировке с периодическими отчётами или чем-то похожим. Эта идея была быстро отброшена – вряд ли он потянул бы это физически – количество занятий во втором семестре по слухам значительно увеличивалось. Ещё маловероятнее, что он смог бы справиться морально. Выбор, который он не смог принять в августе, до сих пор не давал ему покоя. Встать же перед ним в реальных обстоятельствах, означало бы воплотить в жизнь известную метафору о молоте и наковальне.

Дейн приложил ладонь к груди. Пальцы нащупали хранившийся во внутреннем кармане свёрнутый лист. Решение всё ещё не было принято.

"Непринципиально" – перо сделало быстрый росчерк. Наскоро он вписал свои данные и протянул бланк Митцуе.

Кента вытянул шею, проверяя, что тот поставил, и изобразил галочку напротив того же поля. Вместе они повернулись к Лекс. Заметив их взгляды, она развернула заполненную форму лицевой стороной. "Непринципиально".

Заполучивший все бланки, Митцуя быстро убрал их обратно в папку и, заметно повеселев, снова направился к шкафу. В этот раз он возвращался к ним с чайником.

– Курама, достань, пожалуйста, с нижней полки торт. Последнее занятие необходимо отпраздновать!

Глава 105

Щебетание возле уха нарастало, пока не смолкло одновременно с ударом в лоб. Дейн лениво отмахнулся и приоткрыл левый глаз. Наклонённая голова Кенты с любопытством смотрела прямо на него. Второй глаз тут же открылся.

– Не мог их отогнать?

– Всегда было интересно, как это выглядит со стороны.

– Завалился полюбоваться птичками? – Дейн зевнул и неохотно принял сидячее положение.

– Сегодня пятница. Занятий нет. Ужин вечером. Скажи спасибо, что я дождался будильника. Мог и раньше разбудить.

– Ну, мой лоб был бы целее, – Дейн потёр место удара и вылез из постели. – Есть мысли, чем заняться?

– Сходить разбудить Широйю.

– Угу. Мыслей нет.

– Если серьёзно...

Кента замялся. Дейн нахмурился.

– Кое-что мы так и не сделали.

Пояснения не требовались.

Ещё в воскресенье они решили, что проведут последние дни в замке самым обыденным способом, каким это вообще было возможно. До конца обучения легенды, пророчества и тайны попали под запрет к обсуждению. Им просто необходим был отдых после всего, что произошло.

Всю неделю они безупречно соблюдали этот договор, но время их пребывания в академии истекало, а значит пора было отправиться в северное крыло четвёртого этажа.

***

Атмосфера праздника захватила замок с самого утра. Во время завтрака в Атриуме собралась почти вся академия. Из общей воодушевлённой толпы выделялись только первокурсники. Они вместе со всеми радовались окончанию занятий, но на многих лицах можно было заметить тень тревоги.

На доске с расписанием появилось два новых объявления. Первое сообщало о начале экзамена в девять утра воскресенья. Второе об отправлении поезда в одиннадцать утра следующего дня.

Кента подтянул поднос с жареными сосисками.

– Я вот даже не знаю, в каком случае чувствовал бы себя хуже. Если бы точно знал, что завалил экзамен, или, сидя в его ожидании, как вот сейчас.

– Ефли бы завалил, – Широйя запил чаем надкусанный ещё дымящийся пирог.

Кента вяло улыбнулся.

Когда их тарелки опустели, за столами всё ещё не было свободных мест.

Дейн глазами указал наверх:

– Прогуляемся?

***

Пустые коридоры замка придавали их начинанию особую атмосферу. Статуя льва по обыкновению наблюдала за горным пейзажем. Они переглянулись. Затаив дыхание, Дейн шагнул вперёд и опустился на колено перед постаментом.

– Кенчик. Ты уверен, что правильно запомнил? Сверху солнце, снизу луна?

Тот медленно кивнул. Дейн сглотнул.

Тонкий острый наконечник, еле заметный, выглядывал из под кисточки хвоста. Замени звёзды на числа, до полуночи оставалось бы чуть больше часа.

Глава 106

– А знаете. Я готов праздновать! – Кента заложил руки за голову, пропуская шумный поток студентов на главной лестнице.

– Пятнадцать минут до праздничного ужина? – Дейн посмотрел на левое запястье.

– Да вы поняли, о чём я. Я перебоялся.

Дейн, Лекс и Широйя одарили его сомневающимися взглядами, но Кента их проигнорировал.

– Как минимум до завтра. Давайте хотя бы сегодня забудем об экзаменах, пророчествах и львах. Просто отдохнём, а?

Широйя подбросил орешек, поймал его и с усмешкой надкусил:

– Ну, если ты настаиваешь.

– Нет, пускай он нас сначала поуговаривает, – Лекс запустила руку в пачку Широйи.

До Атриума их донёс галдящий поток студентов. Уже издалека до них донеслись переливы праздничных мелодий.

Из-за новогодних украшений зал выглядел, ещё торжественнее, чем первого сентября. Столы профессоров теперь стояли ещё дальше друг от друга: место между двумя центральными отвели под огромную многометровую ёлку.

– Так, сегодня же ничего не бахало, да? – Кента с подозрением обвёл пальцем снежные наносы, скрывавшие подножие дерева. – Я надеюсь, это декорации.

– Пока мы не начнём трястись от холода, я бы не переживала, – Лекс кивнула влево, где уже сидели Юми, Энжи и Курама.

Из волос Курамы торчала пара оленьих рогов. Другая похожая была на голове Энжи, которая накручивала вокруг пучков Юми гирлянду, явно призванную заменить рога, навязанные Кураме. Анкер, раздобывший где-то ярко-красный свитер, сидел на ряд ниже, болтая с Хаймом и Соулом.

Стены скрыл иней, обледеневший купол отражал тысячи огоньков, украшавших зал. Сам воздух искрился мельчайшими снежинками.

Было так шумно, что они почти не говорили – просто вертели головами, разглядывая всё вокруг. Голубая дымка, обегавшая Атриум по кругу, напомнила Дейну гонку саней по заснеженным горным склонам. Наблюдая за ней, он погрузился в воспоминания о произошедшем за последние месяцы. Останавливаясь на каждом новом, он, в какой-то момент, потерял уверенность в том, что всё это и правда случилось с ним. Что всё это не сон. Он плотнее сжал кулаки так, что ногти впились в кожу. Боль заставила его усмехнуться. Если это и был сон, он стоил каждой минуты, проведённой в нём.

Махания рук Кенты перед глазами вывели его из забытья. Митцуя, в сверкающей атласной тёмной мантии в тон его волосам, остановился в проходе, приветствуя их издалека. Дейн спохватился и, улыбнувшись, замахал в ответ.

Как и первого сентября, Митцуя занял место за средним левым столом между Симусом и Скай. За пару минут до начала ряды Атриума оказались забиты так, что разглядеть свободные места было почти невозможно.

Ровно в шесть голубая дымка окрасилась золотыми искрами, превратившись в бегущий фейерверк. Сидящие ближе к стенам восторженно закричали. Перезвон колокольчиков слился с музыкой, создав новую мелодию. Напоминая сказочную капель, она возвестила о начале праздника.

Гомон начал затихать, а, следуя за ним, неспешнее становились её переливы. Когда, уже можно было расслышать, свист, с которым дымка облетала зал, из-за стола поднялась профессор Скай. Она обошла его край и остановилась перед ёлкой.

Кента подался вперёд, с подозрением прищуриваясь:

– Они там жребий что ли кидают каждый раз, кто будет с речью выступать?

Скай взмахнула рукой, приветствуя собравшихся, и золотистые блики от фонариков гирлянд побежали по её волосам и ниспадавшим рукавам изумрудной мантии.

– Я рада приветствовать всех в этом зале в такой праздничный вечер! Новый учебный год принёс с собой немало поводов для будущих воспоминаний. Мне хочется верить, что многие из них останутся с вами на долгие годы, принося с собой улыбку. Многие благодаря Фэйбэлу впервые столкнулись с чем-то в своей жизни, но что-то оказалось новым и для академии. Мы впервые смогли построить мосты с уголками, отдалёнными от замка. Надеюсь, вы нашли стоящим время, проведённое там. Впервые популярностью начал пользоваться наш Трофейный Зал, что навело господина Аркавахху на идеи по остеклению нескольких новых территорий.

Зал вопросительно зашептался, а Дейн по очереди поймал смущённые взгляды Кенты и обернувшегося к ним Хайма.

– И, конечно же, в новом году наши ряды пополнились прекрасными первокурсниками.

Скай сделала паузу, оглядывая зал.

– Прибыв в Фэйбэл, вы переступали порог замка как гости. Покидая его, знайте: у вас появился дом.

Ещё один взмах руки и по стенам от пола до самого купола зажглись сотни свечей. Причудливая игра огня и льда неуловимо преобразила Атриум.

– Мне хочется, чтобы каждый в этом зале помнил: пока вы тут, вы не одни. У вас есть эти стены, ваши профессора и ваш директор.

Скай приложила ладонь к груди, склонила голову, и за её спиной начали медленно подниматься три гобелена.

– Прекрасного вечера и счастливого наступающего нового года!

Под радостные громкие аплодисменты и взлетевшие к потолку фейерверки, Скай вернулась за свой стол. Бо́льшая часть зала тут же повскакивала с мест, направляясь к открывшимся проходам в обеденные залы.

– Она сказала “директор”? – Дейн повернулся сначала к Кенте, затем к Кураме. Оба с удивлением кивнули.

– Срочно вспоминайте, как сильно я косячил на грамматике, – Кента нервно прикусил губу – сначала нижнюю, за ней верхнюю.

– Думаю, все твои косяки перекрыли "идеи господина Араваххи по остеклению нескольких новых территорий", – Широйя рассмеялся и первым из них поднялся со скамьи.

Дейн встал следующим и покачал головой. Они начали медленно спускаться по проходу. Уже в самом низу, Дейн повернулся влево – к преподавательским столам. Митцуя, беседовавший с Симусом, заметил его взгляд. Зажав между пальцев ножку серебряного кубка, он поднял его и расплылся в улыбке.

Дейн снова качнул головой, на сей раз с усмешкой. Рукой он подтянул к себе шею Кенты. Тот притянул к себе Лекс, а её рука легла на плечо Широйи. Пошатываясь, они преодолели последнюю ступень и направились к центральному залу, встречавшему их десятками блюд, сотнями огоньков и нескончаемым потоком тостов и взаимных поздравлений.