Академия Даркмунд. Мой кот - некромант

Пролог

Когда я только поступила в Королевскую Академию Даркмунд, то отчаянно нуждалась в советах. Я была очень внимательным слушателем, поэтому легко запоминала, кто из преподавателей не терпит вопросов на своих занятиях, а кого они приводят в восторг. Но прямо сейчас я с удовольствием обменяла бы все те полезные сведения на один единственный совет — никогда, ни за что, ни при каких обстоятельствах не ходить на вечеринки к некромантам.

— Будет весело, — отчаянно передразнивала я. — Они на третьем курсе и знают, что делают.

— Да брось, было же весело, — заискивающе улыбнулась Сельма, моя соседка последние полгода. — Да, потом всё пошло немного не по плану, но в целом…

— Они взорвали склеп! — от избытка эмоций я топнула ногой и посмотрела в звёздное небо. — Мы едва унесли ноги от умертвий. И вполне можем влететь на очередное наказание, а потом нас отчислят. Мне придётся вернуться домой, разочаровать своих родителей окончательно и бесповоротно. А потом я покончу с собой, потому что не выдержу такого позора. И моя смерть будет на твоей совести!

— Не ворчи, — она закатила глаза так, будто ничего страшного не произошло. — Всё обошлось. Мы выжили и даже не попались дежурным.

Чудом. Я до сих пор не могу понять, как старшекурсники прошли мимо моей кривенькой “завесы” и не заметили ни нас, ни гору косточек, что лежала рядом. За пределами действия заклинания.

— Уйди с глаз моих, — почти вежливо попросила я. — Дай пару минут успокоиться, иначе я задушу тебя ночью подушкой.

— Только не долго, — подруга поёжилась. — Мне не по себе после этих их ритуалов.

— Да? А разве тебе не было весело?

Сельма показала язык и побежала вперёд. До женского общежития дорога подсвечивалась, так что я понаблюдала, как она скрывается за дверями, и только потом шарахнула молнией по отмеченному специальной руной дереву. По ним можно было дубасить магией сколько угодно — растения её впитывали и отдавали защитному контуру. Так что студенты активно выпускали пар, а заодно помогали родной академии.

— Тысячу демонов вам в души, господа некроманты! — от души выругалась я и топнула ногой.

Придумать более конкретное проклятие не получилось. В конце концов, третьекурсники с самого тёмного факультета академии не виноваты, что они такие… Ненормальные. И что шутки у них дурацкие. Каждый развлекается как хочет. Верно ведь?

Я обвела взглядом пустой двор женского общежития, словно выискивая невидимого собеседника. Но нашла только тощего котёнка. Стоп. Котёнка?

В свете фонаря его рыжая шерсть отливала золотом. Малыш крался ко мне на коротеньких лапках и жалобно мяукал. Тощий, всклокоченный, но удивительно чистый для бродяги.

— Опять чьи-то шутки? — я обиженно выпятила губу. — Фамилиара подослали? Тогда у меня два вопроса: в чём послание и где твоя хозяйка?

В том, что дух рыжего кота, временно принимающий материальную форму, принадлежал кому-то из девушек, я не сомневалась. Ведьминский факультет соседствовал с целительским, а общежитие было общим для всех девушек. Да и любили ведьмы кошек. Особённо чёрных и наглых.

— Ты будешь говорить или нет? Учти. Не дождусь послание — просто уйду. Хозяйка тебе уши надерёт.

Но рыжий фамилиар продолжал мяукать и дрожать всем телом. Замёрз, что ли? Ох, а фамилиар ли он вообще?

Я присела на корточки, разглядывая незваного гостя. Правила академии запрещали держать в общежитии животных. От них шёл запах, за ними нужно было убирать, даже за крошечными колибри, и постоянно кормить. “А мы здесь, чтобы получать знания”.

— Если ты обычный кот, тебя вышвырнут, — с сочувствием предупредила я. — Уходи, пока не поздно. У меня нет для тебя еды. Ни мелкой рыбы, ни молока, ни кусочка мяса. Понимаешь?

Наверное, он понимал. Но голод безжалостно гнал котёнка вперёд и заставлял смотреть на меня такими глазами, что нервы сдали.

— Ну не могу я тебя оставить, не могу. Я замучилась убираться в подвале. Ещё одно наказание от коменданта мне уже не по силам. До сих пор в кошмарах снится как я оттираю тряпкой грязь. Уходи по-хорошему. Умоляю.

Котёнок добрался до моих ног и ткнулся мордочкой в ученические туфли. Кажется, я пролила на них пунш. Сладкий напиток из вина и апельсина со специями. Вряд ли коты любили такое, но рыжий бедолага слизнул засохшие капли.

— Сельма нас убьёт, — простонала я. — Сначала меня, потом тебя или наоборот. Но демоны с ней. Пойдём. У соседок-зельеварок должно быть молоко. Маловат ты ещё для вина с апельсинами.

Котёнок тихо заурчал, когда я взяла его на руки. Маленький, тёплый, доверчивый. Оставлю на ночь, а утром решим, что с ним делать.

Глава 1. Ответственность

В кабинете ректора, несмотря на все приключения, я ещё ни разу не была. И слава богам! Атмосфера прямо-таки дышала серьёзными проблемами.

Тёмные шторы, массивная мебель. Тоже тёмная. И сам ректор — темноволосый, одетый во всё чёрное и угрюмый донельзя.

— Это последняя партия? — устало спросил он у секретаря — госпожи Войкот. Благодаря любви этой замечательной пожилой дамы к сладкому, мне и удавалось ускользнуть от вызова к ректору. И нет, это не взятки, а всего лишь способ выжить. — Или там есть кто-то ещё?

— Последние, лорд Андерос, — отчиталась секретарь, потом вспомнила о коробочке дорогущих марципановых конфет на столе и добавила: — Но их на месте происшествия не было. Девушки поздно вечером пошли сбросить излишки магии, но вы велели звать всех, поэтому комендант перестраховалась.

— Разберёмся, — пообещал ректор, не отрывая взгляд от папки с личными делами. — Итак, Сельма Качито и Аурика Ботем. Вы причастны к взрыву на кладбище?

— Не имеем никакого отношения, — предельно честно ответила соседка.

И не скажешь по ней, что мы вернулись далеко за полночь, а потом добывали котёнку еду и устраивали ему место в тумбочке. Пришлось снять дверцу и наложить иллюзию, но оно того стоило. Теперь кот спокойно спал в деревянном домике, и его было не видно, не слышно. Конечно, сначала Сельма на меня покричала. Потому что питомцы — это вонь и испорченная обувь. Однако я напомнила, сколько у нас возникло проблем из-за её сумасшедших идей, и мы быстро пришли к соглашению.

— Студентка Ботем? — Ректор поднял на меня глаза, и я тихонько выдохнула. В них плескалась магия. Искрилась и переливалась красными всполохами. И на мужественном лице с высокими точеными скулами, узким носом и по-мужски тонкими губами выглядело это… Завораживающе. — Аурика, с вами всё в порядке?

Я медленно кивнула. Язык не желал отлипать от нёба, что было по-настоящему удивительно. Обычно меня не заткнуть. Ну не умела я остановиться вовремя и поэтому влипала в неприятности. Однако сейчас не могла заставить себя произнести ни слова.

Закрыла глаза, стараясь взять ситуацию под контроль. Очевидно, ректор применил ментальную магию высшего порядка. Абсолютно непонятную и недоступную первокурсникам. Мы едва освоили простейшие заклинания. И какого эффекта ждал лорд Андерос? Магия запрещала лгать? Так мы с Сельмой говорили правду. Вернее, безопасную для нас часть правды.

— Что нам делать на кладбище? — всё же вытолкнула я сквозь зубы. — Туда ходят одни некроманты. Ещё, может быть, студенты с боевого факультета. Им намного легче взорвать склеп, чем нам.

— Неужели? — почему-то не поверил ректор. — Тогда откуда вы знаете, что взорвали именно склеп?

— А что ещё там взрывать? — пожала плечами Сельма. — Не магазин же цветов.

— Леди Ботем?

— Не леди, — я открыла глаза и вновь почувствовала, как меня затягивает в водоворот чужой магии. — Я из простой семьи.

— Вы маг, — не растерялся ректор. — Значит, когда получите диплом, станете леди. Привыкайте заранее.

— Если получу диплом, — поправила его я. Лорд Андерос отвлёкся на бумаги, и меня моментально отпустило. Язык привычно зажил своей жизнью: — Судя по всему, комендант женского общежития против того, чтобы я когда-нибудь стала леди. Разве вечерняя прогулка является поводом для беседы с ректором?

— Или кто-то из участников вечеринки нас оболгал? — добавила Сельма.

Я вздрогнула от её голоса. Демоны, до чего же силён ректор! Я на мгновение забыла, что в кабинете кроме нас с ним ещё кто-то есть!

— О вечеринке я тоже не сказал ни слова, — усмехнулся лорд. — Откуда вы о ней знаете, если не причастны к происшествию?

— Мы все вместе сидели в приёмной, — вмешалась я. — Народ активно обсуждал взрыв. Разве внимательность является нарушением устава?

— Внимательность, значит, — лорд Андерос взглянул на меня с насмешливым прищуром, а затем поднял папку и пальцем подвинул вперёд маленькую безделушку. — Тогда посмотрите внимательно, леди Качито и не-леди Ботем. Узнаёте?

На столе лежала заколка Сельмы. Точно такая же красовалась на её отросшей чёлке. Да вот прямо сейчас. Нам конец! От такого сложно будет отвертеться.

— Она похожа на мою, — согласилась соседка. — Но я ведь не на заказ её делала, а купила в лавке. Это ничего не значит.

Ректор щёлкнул пальцами, и от заколки к Сельме потянулась тонкая сверкающая нить. Маги уровня лорда Андероса обходились без словесных форм. Хотя прошло меньше суток с последнего контакта с вещью. Отследить, кому она принадлежит, могли бы даже мы с Сельмой. Правда, нам пришлось бы делать всё по правилам — чётко проговаривать формулу заклинания вслух.

— Две недели в подвалах за участие в повреждении памятника архитектуры, студентки, — с видимым удовольствием постановил ректор. — И ещё две за то, что нагло утаили правду. Госпожа Войкот, напишите приказ.

Мы вышли из кабинета вслед за секретарём и аккуратно прикрыли за собой дверь. Зря только мучились, разыскивая последнюю коробку марципана. Взятка не сыграла.

— Остальные получили по четыре недели, — шепотом успокоила нас госпожа Войкот. — С кем вас поставить в смену?

А, нет! Всё же взятки — отличный вид магии. Работает не всегда безотказно, зато гибко меняется в зависимости от ситуации.

— С кем угодно, кроме некромантов! — округлила глаза Сельма. — Хватит! Наобщались.

— Тогда с ведьмами, — кивнула секретарь.

Тоже не сахар, но возражать мы с соседкой не стали.

Глава 2. Рыжий кот становится фиолетовым

Дома, в нашей с Сельмой комнате, нас ждал сюрприз. Из тумбочки сквозь иллюзию вываливался хвост рыжего кота. Огромный хвост. Не чета тому крошечному недоразумению, которым обладал наш питомец.

— Э-э-э, — протянула соседка, отодвигая стул подальше. — Ты принесла второго кота? Не мог же Пушок так быстро вырасти.

— О боги, ты назвала его Пушок, — скривилась я. Ещё и со мной не посоветовалась. — Нет, конечно. Я верю в питательную силу молока, но…

От шума нашей перебранки обитатель тумбочки проснулся. Хвост сначала втянулся обратно в деревянное нутро, а затем показалась морда. Не очень-то довольная морда. Голодная так же сильно, как и вчера.

— Мяу! — требовательно изрёк кот.

— Вроде похож, — сдвинула тёмные брови Сельма. Она была родом с южных окраин империи. Темпераментная, загорелая. Если бы в первый день не представилась как донна Качито, я ни за что не распознала бы в ней высокородную леди. Хорошая девчонка. Своя в доску, как говорили в моём северном городке. — Ага, точно Пушок. Только взрослый.

— Ох уж эти зельеварщицы! — я всплеснула руками. — Ни дня без приключений. Подмешали в молоко какую-нибудь траву для ускоренного роста. Шутницы демоновы.

— Или случайно перепутали склянки, — заступилась за них Сельма. — Споили Пушку домашнее задание по травологии…

— А мы теперь мучайся, — закончила я мысль. — Он уже не влезает в тумбочку! Смотри, какой вымахал.

Пушок выбрался на красный половик и продолжил сверлить нас голодным взглядом.

— Мяу!

— У неё проси, — Сельма ткнула в меня пальцем. — Я тебя в комнату не звала. Телёнок, а не кот. И скоро, судя по всему, превратится в быка.

Опасное предположение я мужественно проигнорировала. Со вздохом сняла сумку с крючка и пошла на поиски еды. Пушок увязался за мной.

— О, нет, — я обернулась к нему, придерживая дверь. — Сиди тут. Не хватало только, чтобы тебя комендант заметила.

Но вы когда-нибудь пробовали приказывать коту? Да? Значит, понимаете, насколько это бесполезно. Пушок задрал хвост и буквально проскользнул у меня между ног.

— Удачи, — пожелала на прощание Сельма. — В подвале полгода будем сидеть. Минимум.

Я молча закрыла за собой дверь. Вовремя. Потому что чуть не потеряла пушистый хвост из вида.

— Да стой же ты. Пушок!

Коридоры в общежитии были узкими. Здание возвели двести лет назад и не рассчитывали на такое количество студентов. Предполагалось, что в каждой комнате будет жить один человек. Но академия разрослась и обзавелась десятком новых факультетов. Юношей-студентов уже расселили в два новых здания. А наша каменная обитель до сих пор строилась. Проблемы случились на востоке с доставкой мрамора. Задерживались поставки.

Я шла за котом и лихорадочно соображала, как наладить его питание. Приносить в комнату еду из столовой не вариант. Кормили нас хорошо, но на столы попадали уже готовые блюда. Не пихать же Пушку в пасть говяжьи медальоны под устричным соусом? Ладно, пример неудачный. От куска мяса он вряд ли бы отказался. Пробраться на конюшню? От лошадиного корма толку не было. И побираться по соседям нельзя бесконечно. Значит, всё-таки столовая. Или…

Я замерла в самом конце коридора. Пушок запрыгнул на узкий подоконник и внимательно что-то разглядывал в окне. Птичку?

— Великая Мать! — я хлопнула себя по бёдрам. — Ты же охотник! Хищник из семейства кошачьих. Даром, что маленький. Так может сам будешь добывать себе пропитание? В подвале полно мышей. Лично видела!

Пушок отвернулся от окна, и тут случилась уже которая по счёту неприятность. Ступени затрещали от топота ног.

— Отдай! — вопил кто-то визгливым голосом. — Отдай, Юстас, или клянусь всеми богами я тебя прокляну!

Я чудом успела вжаться в стену. Дверь на лестничную клетку распахнулась, и в коридоре появился долговязый прыщавый пацан в форме боевого факультета. За ним бежали две ведьмы в синих студенческих платьях. Блондинка с брюнеткой. Последняя и кричала.

— Юстас, это фамильный артефакт! Ты совсем тупой? Отдай!

Но боевик ответил издевательским хохотом и метнул то, что держал в руке, прямо в открытое окно. Промахнулся. Вещица, блеснувшая золотом, попала в Пушка.

Слышали бы вы то возмущённое “Мря-я-я-я-яу!” Рыжая шерсть встала дыбом. Зелёные глаза горели фонарями. Но всей кошачьей гибкости моего питомца не хватило, чтобы увернуться. Вспышка! Хлопок! И коридор заволокло розовым дымом.

— Демоны! — кашляя, ругались ведьмы. Несмотря на цвет, запах у дыма был тошнотворным. У меня слезились глаза. — Конец тебе, Юстас. Нам всем конец.

Однако прыщавого боевика уже и след простыл. Когда дым рассеялся, на полу сидел один кот. Фиолетовый кот весьма интересного окраса. Грудь оставалась светлой, полоски на спине почти чёрными, а вся остальная шерсть совпадала оттенком с любимыми фиалками моей бабушки.

— Твой кот? — кивнула на него блондинка. — Извини, мы не хотели. Юстас придурок. Учится на третьем курсе, а мозгов, как у школьника.

— Ладно, — отмахнулась я. — Главное, что Пушок жив. Чем хоть в него попало?

Брюнетка поджала губы. Если я всё верно поняла, в кота угодил её фамильный артефакт.

— Не знаю. Медальон не должен был активироваться от простого удара. В нём заключено древнее зло. Я привезла его в академию, чтобы изучать, и никак не думала, что так получится. Кстати, мы не представлены. Грета.

— А я Ундина, — блондинка протянула руку.

Ведьмы любили мужское рукопожатие. Так они считали себя равными магам.

— Аурика, — я ответила на жест. — Первокурсница. Поэтому вряд ли я смогу вылечить Пушка сама.

— Понятное дело, — Брюнетка Грета тоже пожала мне руку. — Я посоветуюсь с однокурсницами, придумаем, что делать. Понаблюдай за ним пока, хорошо? Если станет агрессивным или заметишь что-то странное — зови. Договорились?

— Договорились, — кивнула я.

Пушок, оправившись от шока, недобро покосился на ведьм и сел у моих ног.

Жизнь с каждым разом становилась всё интереснее и интереснее.

Глава 3. Истина в вине

Распределение — день, который мы ждали даже больше, чем окончания наказания. Возможно, потому что наказание у нас почти никогда не заканчивалось: только отработали, и тут же получили новое. Вот, в очередной раз за некромантов прилетело.

— Пойдём в конце? — неожиданно засмущалась всегда бойкая Сельма

— Перед смертью не надышишься, — вздохнула я. — Лучше в первых рядах идти. Быстрее домой попадём. Пушок сам не свой был с утра. У меня с трудом получилось от него отбиться — прилип как репей. Страшно ему, что ли?

— Может, наше настроение уловил? — предположила подруга. — Я читала, что коты очень чувствительные. Поэтому ведьмы предпочитают их в качестве фамилиаров.

Я пожала плечами. Если бы Пушок уловил моё настроение, он был бы спокоен. Какая разница, на какой факультет меня распределят? Зельевары — это прибыльно и стабильно. Целители ещё и огромную пользу приносят. К боевикам я вряд ли попаду, там очень мало девушек, но даже если вдруг — вполне комфортно буду себя чувствовать. А вот некроманты или ведьмы мне не светили точно. Ведьмовская сила передавалась от матери к дочери, и у некромантов дар всегда проявлялся ещё в подростковом возрасте. Кто-то голоса слышал, кто-то призраков видел. У меня же единственной проблемой в то время были прыщи. Слава богам, они пропали как только прорезалась магическая сила.

— Почему ты так переживаешь?

— Мама ведьма, — со вздохом призналась Сельма.

Про маму подруга говорила много и с удовольствием, но тот факт, что она ведьма, как-то упустила из виду.

— Тогда тем более непонятно, — я развела руками.

— Бабушка — боевик, — припечатала ещё одной новостью Сельма.

С её бабушкой, Изабель Майек, я вообще была лично знакома. Милая дама с благородной сединой передавала нам булочки с корицей через забор.

— Я должна была догадаться, когда она играючи просунула руку с лоточком через защитный периметр, — хлопнула себя по лбу я. — Но как такое возможно? Донна Изабель должна быть ведьмой, раз её дочь — ведьма.

— Всегда есть процент отклонения от привычной закономерности, — явно процитировала кого-то Сельма. — Так что у меня есть шанс стать боевиком, ведьмой или даже зельеваром, как отец. Генетическая рулетка.

— Это же здорово! — я обняла подругу, чтобы поддержать. — Такая интрига… Смотри, начинается!

Перед парадным входом в академический корпус стоял фонтан со статуей Магдалены Торсвиль, жены основателя Академии Даркмунд. Фигуристая дама в струящемся платье часто становилась предметом обсуждения среди парней всех факультетов и курсов. И не только из-за распределительной функции, просто наряд у Магдалены был полупрозрачный. Пока из бассейна фонтана вверх медленно выезжала лестница, ректор Андерос рассказывал то, что мы и так знали. Всем первокурсникам предстояло подняться к Магдалене, взять из её рук прозрачный кубок и зачерпнуть им воды. Именно напиток определит, на какой факультет определят студента после полугодового курса общей магии.

Ведьмы пили красное вино, некроманты — тёмный эль. Меньше всего повезло боевикам — им предстояло осушить кубок с чистым спиртом. Но я мечтала, чтобы мне попался травяной отвар как лекарям.

— А что у зельеваров? — полюбопытствовала я шёпотом.

— Молоко, студентка Ботем, — ответил ректор, подтверждая байку о своём идеальном слухе. — И пока вы не спросили, где логика, я сам отвечу — её нет. Изначально вода в кубке просто меняла цвет, но студенты, которые учились задолго до вас, в ночь перед распределением решили пошутить. Превратить её в вино, эль и так далее. Снять наложенное толпой первокурсников заклятье не вышло. И тогда администрация академии решила возглавить безобразие. Я удовлетворил ваше любопытство?

Вполне. Но ещё мне хотелось узнать, помнит ли он всех первокурсников в лицо или только тех, кто врал ему в глаза?

— Логика есть, лорд-ректор, — выручила меня Сельма. — Молоко хорошо впитывает тёмные чары. Те же ведьмы постоянно его пьют, чтобы очистить организм.

— Спорно и антинаучно, студентка, — хмыкнул Андерос. — Но признаю, логика прослеживается. Что ж, раз вы обе такие смелые, то с вас и начнём. Прошу! Кто желает стать первой?

Мы с Сельмой переглянулись, а потом она самым наглым образом толкнула меня вперёд, одновременно выкрикивая:

— Студентка Ботем желает! Очень желает, поверьте! Она все уши мне прожужжала: “Хочу побыстрее”. Вот. Пусть с неё и начнётся.

— У-у-у! — Вполголоса взвыла я. — Ведьма!

— Надеюсь, — также шёпотом ответила она и снова подтолкнула меня в спину. — Иди же, иди!

Если бы на нас не пялился весь первый курс, ректор и деканы факультетов, я наверняка бы вступила в спор. Или шарахнула молнией по ближайшему дереву. В общем, сделала бы хоть что-то. Но пришлось подниматься по лестнице, радуясь, что длина юбки позволяет не бояться показать присутствующим нижнее бельё.

Я замерла напротив статуи Магдалены, разглядывая её лицо. Оно действительно было как живое. Пухлые губы, тонкий нос и выразительные глаза. Через полупрозрачную ткань проступали очертания полной груди и плоского живота.

— Кубок, студентка Ботем, — то ли поторопил, то ли подсказал ректор.

Я почувствовала, как запылали жаром щёки. Хоть бы никто не подумал, что я пялилась на статую!

Руки слегка подрагивали, когда я потянулась к ней. Контраст между холодными ладонями Магдалены и тёплым кубком заставил вздрогнуть. Я присела у края подиума и зачерпнула воды из бассейна.

— Подождите немного, — инструктировал на ходу лорд Андерос. — Как только чаша мелко завибрирует, можете сделать глоток.

Я почувствовала, как кубок нагревается ещё больше, а потом… Раздалось истошное “Мя-я-я-я-у!” и прямо из толпы студентов вылетел бешеный комок фиолетовой шерсти.

Глаза Пушка горели потусторонним бирюзовым светом. В три огромных прыжка преодолев площадь перед фонтаном, он прыгнул на меня. Слава богам, я устояла на ногах! Однако кошачьи когти больно впились в руку даже через длинный рукав форменного платья.

— Пушок! — зашипела я. — Что с тобой?

Вопрос он проигнорировал. Сунул морду в кубок и начал шумно лакать.

— Так-так-так, — с холодком в голосе заговорил ректор. — Студентка Ботем в нарушение правил общежития завела домашнее животное. Вам мало двухнедельного наказания в подвале, ещё хочется?

От испуга у меня до сих пор дрожали ноги. И проклятый кот был таким тяжёлым, что держать его на весу не представлялось возможным. Но как отцепить обезумевшее животное от кубка? Он даже молоко так с голодухи не лакал.

— Вы хорошо меня слышите, студентка Ботем?

Я, наконец-то, перевела взгляд на лорда Андероса. В своём по-некромантски чёрном наряде он возвышался над толпой студентов, как надгробный камень над кладбищенской землёй. Помогала ему в этом каменная трибуна с гербом академии. О, Великая Мать! Кажется, выходка Пушка стала последней каплей. Сейчас меня отчислят.

— Слышу, — пролепетала я.

Хотела добавить что-то ещё, но рука с кубком предательски задрожала. Затем подломилась, как ветка, и растолстевший на мясных деликатесах кот рухнул на землю.

— Фамилиар! — крикнула из толпы Сельма. — Посмотрите на лужу! Она красная. В кубке было вино, Аурика — ведьма.

Действительно. Соображала я медленно, но кое-как шестерёнки в голове вращались. Статуя Магдалены только что распределила меня на ведьминский факультет. А значит, я могла выдать Пушка за фамилиара.

— Точно. Так и есть. Простите, лорд Андреас, мой дух-помощник впервые принял физическую форму, я растерялась.

Тут было уместно невинно хлопнуть ресницами. Наверное, я хлопнула. Лицо онемело. Зубы не скрежетали друг об друга каким-то чудом. В животе от страха тяжелел огромный камень.

— Странный фамилиар, — лорд-ректор наоборот расслабился. Даже повеселел. Чуть-чуть. — Почему он не говорит?

— Мр-р-рау. Не смел прер-р-рывать рассуждениями высокое собрание, — вдруг совершенно чётко произнёс фиолетовый кот. — Церемония р-р-распределения одна из самых важных в жизни первокурсников. А я нижайше прошу меня пр-р-ростить. Жажда одолела. В энергетическом поле хозяйки слегка не убрано. Фантомная пыль сушит горло.

В толпе студентов кто-то ахнул. Вроде бы Сельма. Но остальные восприняли говорящее животное спокойно. Иные фамилиары даже колдовать умели. Не говоря уже о дельных советах, шпионских навыках и защитных функциях. Да много чего умели! Вот только Пушок обыкновенный кот. Как он собирался прятаться обратно в моё энергетическое поле?

— Хорошо. — Пауза затягивалась, студенты волновались. Поэтому лорд-ректор решил вернуть себе контроль над ситуацией. — Студентка Ботем, поздравляю вас с распределением на факультет ведовства. Верните, пожалуйста, кубок в руку статуи, и можете быть свободны.

По традиции ведьмы приветствовали новую сестру громкими аплодисментами. Кто-то даже свистел и топал ногами. Я же с трудом запихнула кубок обратно в каменную ладонь статуи и почувствовала, что вот-вот потеряю сознание. Ведьма? Серьёзно? От кого из предков мне достался дар? И почему он дремал так долго?

“Ты приёмная”, — веселились младшие братья, когда во мне проснулась магия.

Шутка ли — осушить взмахом руки целую бадью. Спонтанным выбросом, ага. В семье обычных горожан, где мама портниха, а папа сапожник. Той же ночью он устроил скандал. Пытался выяснить, от кого меня нагуляла мама. Она молчала. Упорно молчала ровно до того дня, когда приехал секретарь приёмной комиссии академии Даркмунд и объяснил, что так бывает. “Чистой воды случайность”. Боги выбрали простолюдинку, чтобы наделить даром. “А как вы думали, появились первые аристократы? Именно так”.

Отец был горд. Его настроение и отношение к нам с матерью изменилось щелчком пальцев. Я больше не была плодом греха. Более того на обучение в академию меня собирали всей ремесленной артелью сапожников. Новое платье, сумка, туфли и даже гребень для волос. Я так хорошо выглядела, что ни одна урождённая аристократка в общежитии ни разу не сморщила нос.

И вот сейчас благословенный дар богов перечёркивался красным цветом вина в кубке Магдалены. Ни мама, ни бабушка и ни одна из прабабушек ведьмами не были. Значит, братья правы. Я приёмная.

Слёзы выступили на глазах. Я украдкой смахнула их за мгновение до того, как другие ведьмы бросились меня обнимать. Силой оттащили от фонтана и кричали в уши поздравления. Сельма весело помахала рукой. О том, что она тоже ведьма, мы узнали через пять минут.

А Пушок? А что Пушок? Наглый говорящий кот запрыгнул мне на плечи и молча сидел там до конца церемонии распределения.

Глава 4. Откровения Букмаро

Всю дорогу до комнаты я боролась с желанием схватить его за шкирку и зашвырнуть в открытую дверь. Что останавливало? Медальон Греты. После контакта с ним всё в кошачьей жизни Пушка и пошло наперекосяк. Начиная от фиолетовой шерсти, заканчивая прорезавшимся голосом.

— Ну и как ты объяснишь своё поведение?

Я ссадила кота на стол и возмущённо упёрла руки в бока. Сельма села на свою кровать справа от окна. Грета с Ундиной замерли посреди комнаты.

Да, они поздравляли нас наравне с другими ведьмами, но сразу после распределения молча пошли в общежитие. Разбираться с проблемами сообща.

Пушок молчал.

— Да он демон, — ткнула в кота пальцем Ундина. Золотистые локоны обрамляли круглое личико с пухлыми губами. Таких в моём городе называли куколками, настолько они были милыми. Большие глаза, длинные ресницы, крошечный нос. Правда сейчас куколка-ведьма пылала гневом. — Вы посмотрите на его самодовольную рожу! Слуга хозяина Пекла, не иначе.

— Ты льстишь ему, — сморщилась Грета. Её холодная красота подчёркивалась болезненной бледностью. А тонкие запястья украшала дюжина браслетов. Ведьма-артефактор. Была у нашего дара такая специализация. — Мелкая сошка на подхвате. Принеси-подай. Всё, что ему позволяет хозяин Пекла, вылизать его сапоги.

— Фи, как гр-р-рубо, — осуждающе мурлыкнул кот. — Но признаю, что эффективно. Будь на моём месте демон, уже слюной бр-р-рызгал бы от ярости. А вот нет, красавицы. Я не демон.

— Тогда кто? — растерянно пискнула я. — Что за древнее зло обитало в артефакте?

— Не знаю, — Пушок лизнул лапу и умылся. — Никого, кроме себя, там не видел. А я обычный человек. Только проклятый. Двести лет назад один р-р-ревнивый маг застукал меня в спальне своей супруги. Мы даже были одеты. Всего лишь пили вино. Но обезумевший от яр-р-рости проклятийник швырнул в меня чем-то заранее заготовленным. Кажется, я умер. Не знаю, не уверен. Очнулся в шкуре кота. Скитался по городу, на каждом углу рискуя пр-р-роверить, верна ли байка про девять жизней. Оказалось, что верна. В первый раз я попал под колёса проезжающего мимо экипажа. Очнулся в шкуре другого кота. Помоложе. Однако чёрного на свою беду. Какие-то культисты пр-р-ринесли меня в жертву хозяину Пекла.

— Давай покороче, — нетерпеливо стукнула носком туфли Грета. — Как ты оказался в моём фамильном артефакте?

— Последняя жизнь осталась, — кот продолжал невозмутимо умываться. — Я служил твоей пр-р-рабабке ведьме, и она меня пожалела. Заключила душу в камень. Должна была составить завещание и наказать потомкам найти способ вернуть меня в человеческое тело. Не знаю, успела ли. Судя по тому, что её правнучка приняла меня за демона, нет.

— Какая жалость, — огрызнулась Грета. — Чем докажешь, что ты не демон и что не врёшь нам?

— Фыр-р-р-р-р. — Пушок улёгся на стол. — Доказывать. Много чести рассыпаться мелким бисером перед неопытной девчонкой.

— Тогда я отнесу тебя на живодёрню. Лишившись физического тела, демон точно отправится восвояси.

— Ещё раз гр-р-рубо. — Взгляд кота стал осуждающим. — Куда делись изысканные манеры женщин рода ди Шианле? Твоя мама спуталась с базарным лавочником?

— Тебе бы тоже за языком последить, — осадила я своего фальшивого фамильяра. — Портовым грузчиком при жизни был? Назови своё настоящее имя.

— Верный вопрос, — одобрительно кивнула Ундина. — Только так можно изгнать демона.

— Да хватит уже, — Пушок снова сел. — Хотите доказательств? Хор-р-рошо, сейчас будут. Твою прабабушку звали Луиза Мария ди Шианле. Свой пер-р-рвый дом она получила в подарок от любовника. В шестнадцать-то лет. Скандал был, но его быстро замяли. Твоего прадедушку Геворга приворожили. Он был уже не так молод, отметил девятнадцатилетие, но по-прежнему глуп. Гулял на сторону. Его любовниц звали Жоржетта Савой, Лючия ди Люстре и Анна-Ленна. Гувер-р-рнантка, троюродная кузина и, кажется, певичка. Не помню. Возможно танцовщица. Луиза всех отравила. А следы спрятала мощнейшими кольцами-артефактами, которые заранее отправила жертвам в подарок…

— Достаточно, — Грета стала ещё бледнее, чем всегда. Практически сравнялась цветом лица с накрахмаленной простыней. — Оставь мне хоть один семейный секрет. Теперь верю. И чем же тебе помочь, чтобы выполнить не написанное завещание прабабушки?

— Ср-р-разу бы так, — довольно мурлыкнул кот. — Теперь чувствую породу ди Шианле. Но я уже попробовал снять проклятие. Испил из магического кубка. Весьма похожего на тот, что держала в руках прекрасная жена проклятийника. Должно быть, ошибся. Нужен др-р-ругой кубок. Или другой способ. Луиза была уже стара, когда Великая Мать откликнулась на её призыв. “Проклятье падёт, если нечистый омоется в рубиновой воде греха, камень оживёт, а прерванная любовь двух истинных засияет вновь”. Рубиновую воду греха мы с твоей прабабушкой истолковали. Вино. Так его называли в священной книге Создателя. Но вино должно быть непр-р-ростым. Я возрадовался, узнав о церемонии распределения. Думал, поможет. Ещё и кубок был похож, но нет.

Пушок вздохнул почти по-человечески, и мне на мгновение стало его жалко. Попал же в переплёт. Двести лет мучился. И человеческую жизнь нормально не прожил, и с кошачьими проблем нахватался. Последняя осталась, да? Потом он исчезнет?

— И всё-таки как тебя зовут? Вдруг это поможет снять проклятие?

— Букмаро, — фиолетовый кот шумно почесал шею. — Других имён я не помню. Многое потерялось за чередой переселений из одной шкур-р-ры в другую. Но спастись всё равно хочется. Проклятийник должен мне тридцать пять лет человеческой жизни. Так сказала Великая Мать.

— Хорошо, — Грета нервно теребила косу. — Способ снять проклятие — это уже очень много. Нужно истолковать оживший камень и найти разлучённых истинных. Последнее будет особенно сложно, сразу предупреждаю. Однако я попытаюсь. В память о прабабушке Луизе.

— Спасибо, — тихо ответил кот.

Глава 5. Катрина Таунсенд

Я скучала по временам, когда Букмаро был Пушком и не умел разговаривать. Теперь он трещал без умолку. То баранина из столовой не дожарена, то яблоки не того сорта. Кто бы знал, что у проклятого кота окажется настолько дурной характер? Мы с Сельмой иногда не знали, куда деться. Но самое неприятное — кота приходилось таскать с собой на лекции. Фамилиар не мог разлучаться с хозяйкой. Даже если он ни разу не фамилиар, а я пока не чувствовала себя нормальной, полноценной ведьмой. И вот там, в аудитории, зловредный Букмаро ни в чём себе не отказывал.

— Дилетанты. Заклинание воздушной стены всего лишь тр-р-ретьего, а не четвёртого уровня. И с каких пор оно считается атакующим? Чистая оборона. Толковая, если у боевика руки из правильного места р-р-растут. А нападать лучше “огненными стрелами” или “шипами льда”. Кто допустил бездаря до чтения лекций студентам?

Этим негодяем, очевидно, был лорд-ректор, но я благоразумно промолчала. Еле-еле успела поставить маленькую версию стены воздуха, чтобы господин Хефнер у доски не услышал последнюю фразу. Уши горели от стыда. Ещё неделя таких кошачьих выходок, и сбегу из академии сама. Не выдержав позора.

— Помолчи, пожалуйста, — зашептала я, вцепившись ногтями в фиолетовую шкуру. — Какая тебе разница третий уровень или четвёртый? “Основы боевой магии” для ведьм не профильный предмет. Мне никогда не придётся стоять на поле боя и швыряться во врагов ледяными шипами.

— Ошибаешься, — Букмаро вырвался и угрожающе выгнул спину. — Навыки боя всегда нужны. Вот нападёт на тебя кто-нибудь в тёмном переулке…

— Мы вам не мешаем, студентка Ботем? — грозно спросил господин Хефнер. — Уймите своего фамильяра. Пусть посидит внутри поля. Или вас ещё не учили обращаться с духами-помощниками?

Со всех сторон раздались недовольные возгласы других ведьм.

— Учили.

— Мы умеем.

— В отличие от некоторых.

Я послала коту умоляющий взгляд, и он сдался. Понял, наверное, что перегнул палку. Всё-таки человек в душе. Совесть имелась. Махнув хвостом, Букмаро спрыгнул под стол и улёгся у моих ног. Хвала Великой матери! Последние полчаса лекции прошли спокойно.

Однако спустя каких-то десять минут нас ждало практическое занятие у леди Таунсенд. Потомственной ведьмы и настоящей звезды академии. Сплетники с ума сходили, пытаясь выяснить, каким ветром бывшую советницу короля занесло в нашу скромную обитель. Она жила на широкую ногу. Побывала во всех соседних королевствах и неизменно оказывалась в гуще самых ярких и скандальных событий. Чего только стоил бал у лорда-командующего, где леди Катрина лично поймала двух опасных шпионов. О боги, даже я не понимала зачем ей преподавать. Что она забыла в Даркмунде?

— Давай не пойдём, — заныла я в голос. — Ну Сельма, ну пожалуйста. Королевская ведьма в миг догадается, что Букмаро — фальшивый фамильяр, и у нас будут проблемы.

— Поздно, — подруга с силой сжала мой локоть и практически втолкнула в аудиторию. Чуть не отдавила Букмаро хвост. — Мы всё ещё наказаны, помнишь? Отмываем подвалы овощехранилища под академией. Нам нельзя прогуливать.

Я со стоном плюхнулась на стул. Гадкое предчувствие чего-то дурного тучей нависло над головой. Проснулось ведьминское чутьё? Или во мне заговорила логика? Фиолетовый кот не в состоянии держать язык за зубами. Что-то сейчас будет.

— Добрый день, класс, — Катрина Таунсенд вихрем взлетела на кафедру и сорвавшимся с пальцев заклинанием захлопнула дверь. — Я знаю, вы не в восторге от лёгкой учебной программы, но совет академии настоял. Видите ли, не все знакомы с искусством колдовства с пелёнок. “Катрина, им нужны азы”. Чушь, не правда ли?

Сидящие вокруг нас с Сельмой ведьмы радостно захихикали. Одна половина недавно сформированной группы смотрела на преподавателя с любовью, а другая по-чёрному ей завидовала. Ещё бы. Выглядела Катрина потрясающе. Тёмные волосы уложены крупными локонами. Платье изумрудного цвета идеально подходило к глазам. Кожаный лиф затейливого кроя каким-то чудом держал приподнятой роскошную грудь. Туфли! Да, я выросла в семье сапожника и с первого взгляда поняла, как дорого они стоили.

— Богиня, — ахнул кто-то за спиной. — Само совершенство.

И только Сельма незаметно скривилась.

— Она распутна. Мама мне такое рассказывала…

— Итак, начнём, — леди открыла учебник и шумно пролистывала главу за главой. — Защитные чары — скучно, домовые — банально. Кто-то до сих пор живёт в доме, не окруженным плотным коконом из чар? Зачем это? Ах, вот. Задание с подвохом. Арабелла, дорогая, расскажи нам о бутылках с заклинаниями.

Рыжая девица вскочила со своего места, словно пружина распрямилась. Глаза сияли.

— Бутылки с заклинаниями испокон веков изготавливались вручную, чтобы исполнять желания. Но в последнюю сотню лет их область применения значительно расширилась. От заклинаний делового изобилия, привлечения клиентов, до крепкого здоровья.

— Отлично, садись. Род де Плесси может гордиться твоей подготовкой. Домна. Какое самое первое заклинание поместили в бутылку?

— Заклинание удачи, — так же бодро, как Арабелла, отозвалась шатенка в тёплом свитере поверх форменного платья. — Ингредиенты: лавровый лист, белый рис, кусок веревки и щепотка морской соли. Отдельные историки утверждают, что Навсикая бу Ллитл добавила ещё и цитрин, но в те времена кристаллы жёлтого кварца ещё не добывались в необходимых количествах. Единственная шахта работала на корону.

— Превосходно, леди Домна ди Элдре, — похлопала в ладоши Катрина. — Пять баллов из пяти. Продолжим. Нужно ли ставить в банку свечу или достаточно основных ингредиентов?

Ведьмы явно развлекались. По очереди вскакивали с места и шпарили наизусть страницы из учебников. Или вспоминали рассказы родственниц. В любом случае я чувствовала себя чужой на этом празднике жизни.

— Интересно, она действительно знает всех лично или готовилась к лекции? — пробурчала Сельма над моим ухом. — Досье собирала?

— Жаль, что молчат дальние ряды, — взгляд Катрины ожидаемо впился в нас. — Смелее, дамы, поучаствуйте в обсуждении. Как вас зовут?

Группа синхронно обернулась, заскрипев стульями. Ага. Нас выделили уже тем, что попросили представится. Вроде как: “Мы тут в клубе избранных, а вы чьих будете?” Сельма мгновенно вскинула подбородок.

— Донна Сельма Качито и госпожа Аурика Ботем.

— Госпожа, — повторила королевская ведьма и хищно улыбнулась. — Теперь понятно, почему ваше лицо мне не знакомо, Аурика. Ведьминский дар — подарок богов или в роду встречались свободные женщины? Те, кто шёл за сердцем и рожал детей не из чувства долга перед мужем, а по любви?

В классе стало тихо. Даже пролетающей мимо окна вороне не пришлось бы объяснять, что одну из моих родственниц только что назвали гулящей девкой. Завуалировано, почти в положительном ключе, но назвали. От злости я сжала кулаки. Букмаро под столом встал на лапы. Подождите, уважаемый проклятый маг, сама справлюсь.

— Подарок богов, конечно. Из тех, что не принято возвращать. И раз уж я здесь, леди Таунсенд, то можете быть уверены, учусь изо всех сил.

— Похвально, — растянутые в улыбке губы слегка скривились. — Но достаточно ли этого? Я сейчас не о вашем происхождении, Создатель упаси. Любая ведьма достойна занимать самое высокое положение в обществе. Я о чисто практических вещах. Как вы могли заметить, ваши сокурсницы здесь тоже не случайно. Они годами практиковались. Читали книги, слушали старших, брали уроки. Всё для того, чтобы быть не просто лучшими в группе, а во всей академии. Не посрамить репутацию ведьм. Вы слышали известную поговорку? “Если королева — женщина в квадрате, то ведьма в кубе”.

— Нет, не слышала, — ответила я, чувствуя как дрожь пробирается вверх по позвоночнику.

Мерзкое чувство. И эта заносчивая самовлюблённая ведьма тоже мерзкая.

— Очень жаль, — цокнула она языком. — И о негласном соревновании между факультетами вы тоже не знаете? О подсчёте баллов за победы в соревнованиях и конкурсах. Может, вы думали, что основы боевой магии вам преподают забавы ради?

Я вдохнула, чтобы возразить, но почувствовала лёгкий укус на ноге. Букмаро останавливал. “Молчи, Аурика”. Ещё и царапнул для верности. Хорошо. Рот на замок. Я улыбнулась Катрине, надеясь, что от внутреннего напряжения лицо не сведёт судорогой.

— Чудесно, — леди Таунсенд стала говорить тише. — И что же мне с вами делать, есть идеи? Класс?

— Выгнать, — вякнул кто-то писклявым голосом, но, судя по шуму, её пнули под столом.

— Испытать, — предложила Арабелла де Плесси. Рыжие пружинки волос на её голове подпрыгнули. — Придумать что-нибудь сложное. Если справится…

— Не справится, — припечатала Катрина. — Не стоит даже пытаться. Но милосердие — добродетель сильных. Мы дадим госпоже Ботем шанс. Назовите число от одного до тринадцати. Быстро! Не раздумывая.

— Четыре, — зашипел под столом Букмаро. — Не будь дурой. Четыре.

Я чуть было не ляпнула “пять” просто назло вредному фиолетовому коту, но в последний момент задумалась. Он явно что-то знал. И сидел тихо. Значит, заслужил толику моего доверия.

— Четыре, леди Таунсенд.

— Превосходно, — королевская ведьма перелистнула страницу. — Бутыль с заклинанием сна. Ингредиенты: лаванда, ромашка, валериана и мелисса. Подскажу, чтобы вам было легче. Мы же не изверги, правда, леди? — Ведьмы-студентки нерешительно кивнули. — Возьмите аметист вместо лунного камня и поставьте белую свечу. Тогда сон будет крепким. Проверю вашу бутыль лично. Меня последние дни кошмары мучили. Насмотрелась всякого, пока нежить в пограничье гоняла… Так вот. Жду бутыль завтра к вечеру. Принимаете вызов?

А что мне оставалось делать? Я ответила “да”.

Глава 6. Домашнее задание

Несмотря на то, что я постоянно пропадала в подвалах академии и на других отработках наказаний, учиться мне нравилось. В первый семестр у преподавателей не было никаких вопросов к моей старательности. Да, некоторые тонко намекали, что мне не место в Академии Даркмунд. Однако никто не заявлял о своём намерении выжить меня так открыто.

— Стерва! — рассерженно шипела Сельма. — Сегодня же напишу матери о ней! Может, на Таунсенд есть какой-то компромат? Я слышала о её развратности, вот если копнуть…

— Р-р-развратная ведьма, — Букмаро насмешливо фыркнул. — Ты бы ещё пр-р-ристыдила снег за то, что он холодный.

— Не все ведьмы такие! — возмутилась соседка. — К тому же, разврат разврату рознь. Вдруг у неё совсем уж жуткие скелеты в шкафу?

— Вы можете помолчать? — не выдержав, прикрикнула я. — Или помогите с дурацким заданием или прекратите говорить под руку!

Да, у меня ничего не получалось. Я переделывала работу в третий раз и в упор не видела, где ошибаюсь. Всё как по учебнику же! Что не так? Потоки пустила ровно по схеме, силы вкладываю тютелька в тютельку. Может, бутылка нужна другая? Или аметист бракованный? Свеча недостаточно белая? Что?!

— Мне не даются бутыли, — со вздохом призналась Сельма. — Если бы она задала кого-нибудь проклясть, я подсказала бы, а так… Хочешь в столовую сбегаю и попрошу на кухне сладкого? Чтобы мозги лучше работали?

— Было бы чему, — промурлыкал фиолетовый недофамилиар. — Впрочем, иди. Заодно захвати сливок, будь добр-р-ра. А мы пока сделаем задание. Зря я, что ли, столько лет бок о бок с ведьмой прожил? Сейчас мы устроим сладкие сны для леди Таунсенд!

Я обречённо посмотрела на вредного кота. Печëнкой чуяла, что ничего путного из его помощи не выйдет. Но сама я всё равно не справлюсь.

— Сдвинь схему плетения на два узла, — кот деловито рассматривал мои конспекты, указывая когтём на силовые линии. — Вот тут закольцуй петлю, ага. Свеча никуда не годится, для бутылки нужно лить воск заново. Ставь водяную баню, сейчас будем твор-р-рить!

По инструкции кота, как бы странно это ни звучало, я налила в стакан воды, опустила в него свечу и зафиксировала стазисом жидкость. Так мы получили готовую форму.

Воск мелко нарезала и бросила в котелок. Водяная баня на основе магии грелась быстрее обычной, так что очень скоро я залила расплавленную жижу в форму, едва не забыв про фитиль.

— Нитку нужно пропитать воском и кр-р-ровью, — напутствовал Букмаро. — Да не ладонь режь! Мы же не кладбище поднимаем, а ведьмину бутыль делаем. Капельки достаточно. Вот так, да.

— Ты уверен, что я делаю всё правильно? — усомнилась я. — В учебнике ничего не было про кровь и свечу.

— Ваши учебники писали бездари, — отрезал он. — Но ты ничего, неплохо справляешься. Я думал, совсем бестолковая.

— Продолжишь меня оскорблять — и я не стану даже пытаться снять с тебя проклятье, понял? — я установила свечу в бутыль, добавила аметист и закончила заранее нарисованную схему.

К тому моменту как раз вернулась Сельма со сдобным угощением для меня и сливками для Букмаро. Она замерла на пороге, прижав к груди добычу. Глаза соседки загорелись искренним восторгом:

— Вау! Ты справилась!

— Да, — на выдохе ответила я.

Самой не верилось, что миссия выполнена. Представляете? Свеча загорелась! Просто взяла и загорелась, как и должна была с самого начала! Получается, леди Таунсенд специально умолчала о том, что не каждая свеча подойдёт? Дала задание с подвохом и собиралась от души надо мной посмеяться. И другие ведьмы должны были поддержать её веселье. Она ведь богиня, а я выскочка, занявшая чьё-то место.

— Получу диплом и плюну в её идеальную рожу, — решила я. — И начхать мне, что леди себя так не ведут. Они ведь хорошо помнят, что я дочь сапожника? Вот пусть и дальше не забывают.

— Такой настрой мне нр-р-равится, — одобрил кот. — Так и должна вести себя ведьма. А то ишь, нос повесила. Грудь вперёд, плечи расправь, и пусть Таунсенд обзавидуется. Она хоть и ничего, но уже не такой сочный персик, как в молодости. Что-то ближе к поздней сливе. Червивой к тому же.

— Если это был комплимент, то очень странный, — поморщилась Сельма.

А я рассматривала горящую свечу и думала. Нормально ли, что меня хвалит фиолетовый кот? Или всё же я свернула куда-то не туда?

В любом случае, пути назад не было. Я закупорила бутылку, чтобы остановить действие заклинания, и протянула руки к Сельме:

— Ты пришла к нам с дарами, о путница?

— Да, великая ведьма свечей и бутылок! — поддержала шутливый тон подруга и размотала кулёк с булочками. — Будем пировать!

Я налила Букмаро сливок, он запрыгнуть на стол, потянулся всем телом и принялся неспеша лакать из глубокой тарелки.

До чего же всё происходящее странно, кто бы знал…

***

На ночь Джеймс всегда крепко запирал дверь. Не только трижды проворачивал ключ в замке, но и вешал дополнительные чары. Привычка. Ни одно место в королевстве нельзя считать достаточно безопасным, чтобы ослабить бдительность. Даже башню в королевской академии Даркмунд, отведённую под покои лорда-ректора.

Его покои. Он до сих пор привыкал к этой мысли. Третий год управлял учебным заведением, но своим домом пять круглых комнат на пяти этажах язык не поворачивался назвать.

— Сторожка дозорного мага, — проворчал он под нос и устало потёр глаза. — И строили её не для меня.

Бумажная работа заела. Ворох писем не давал головы поднять от рабочего стола. Бывший глава отряда элитных боевых магов, самый сильный некромант в королевстве проводил остаток жизни в пыльном кабинете ректора. Обычного, по сути, надзирателя над молодыми балбесами.

— “Посиди пару лет спокойно, Джеймс, — гнусаво спародировал он голос короля, — отдохни, расслабься. Раны залечи. Война кончилась. Теперь твой опыт пригодится будущим поколениям”. Так поставил бы меня руководить военными. Почему студенты?

Обида чёрной смолой поднималась в душе, но до сердца так и не добралась. Раны действительно были серьёзные. Прорвавший три линии обороны пустынный странник прожевал его и выплюнул. А заодно уничтожил весь отряд. Лекари не понимали, как Джеймс Андерос выжил. “Не иначе хозяин Пекла заступился за своего любимца”.

Или ему просто повезло. Холод сковал тело, не давая крови хлестать из открытых ран. Глубокий снег у подножия холма стал его спасением. Но лучше бы он больше не открывал глаза. Муторно было от своей пустой жизни. Муторно и тоскливо.

— Отвоевался ты, Джеймс. Теперь твои враги — горы писем, столбики цифр в графах бюджета и распоясавшиеся детишки аристократов. Нравится?

Ответ на собственный вопрос не требовался. Он затушил пальцами почти сгоревшую свечу и зажёг новую. Спать не хотелось. Утром его будут ждать те же письма. Так почему бы не заняться ими прямо сейчас?

Колокольчик зазвенел в коридоре. Кто-то пришёл в гости.

Тренированное тело среагировало раньше разума. Ладонь сжалась на рукояти кинжала. Два часа после полуночи. В такое время можно ждать только дурных новостей.

— Иду-иду, — тихо сказал он.

И на всякий случай пустил несколько зарядов контролирующей магии в четырёх стражей. Нетленных умертвий, запертых в каменной кладке башни. Нет, не разбудил. Всего лишь проверил — отзываются ли. Звонок колокольчика повторился. Теперь ближе. Незваный гость зашёл внутрь и поднялся по лестнице на второй этаж. Однако. Кажется, Джеймс понял, кто к нему вломился. Дверь открыл щелчком пальцев.

— Доброй ночи, Катрина. Продолжаешь убирать мои ловушки проклятием рассеивания магии?

— А ты продолжаешь их ставить? — огрызнулась королевская ведьма.

На пороге его кабинета она появилась практически голой. Не потрудилась прикрыть полупрозрачную ночную сорочку даже шёлковым халатом. Волосы собрала в высокий хвост. Так спешила, что не стала заново подводить чёрным глаза и красить перламутром губы.

— Что случилось? На тебе лица нет.

Пропустить нападение на академию он не мог. Охранные чары давно устроили бы шум и светопреставление в небе. Шпионов взяли? Катрина о них пришла доложить?

О боги, о чём он? “Шпионы” и “доложить” остались в прошлой жизни. Тут что-то другое. Неприятное, но неопасное.

— Я хочу, чтобы ты отчислил одну студентку, — выцедила сквозь зубы леди Таунсенд. — Необразованная деревенская дрянь наслала на меня демона похоти. Фитиль в свече был пропитан кровью. Клянусь, ей кто-то помог. Сама бы она ни за что не догадалась вот так изменить простую сонную бутылку.

Кажется, он всё-таки перетрудился над бумагами. Голова отказывалась соображать.

— Демона похоти? На тебя?

— Да, знаю, звучит странно, — Катрина дёрнула плечом и, не дождавшись приглашения, уселась на диван. Одну голую ногу положила на другую. Грудь угадывалась под розовым шифоном по тёмным ареолам сосков. — Как бы я пропустила демона? Но ведь ничего не предвещало беды. Обычное домашнее задание. Проклятая Ботем принесла бутылку. Я откупорила пробку и почти сразу уснула. А потом… В общем, нам нужно расследование. Конечно, если ты не против публичного скандала. Но если нет — тихо её отчисли. Я согласна замять дело.

“Какая щедрость, — мысленно восхитился Джеймс. — Она согласна. Заботится о моей репутации и о репутации, вверенной мне академии”.

Ещё бы от приступа сарказма яд не скапливался на кончике языка. В метафорическом смысле, естественно.

— Расследование? — уточнил он. — Ты и я как в старые добрые времена?

— Ты не выспался? — Катрина сощурилась. — Переспрашиваешь каждую мелочь. Да, нужно выйти на след помощников Аурики Ботем. Призыв демона похоти — чёрное, запрещённое колдовство. Наказание за него, если память мне не изменяет, пять лет в тюрьме и запрет на практику. А уж как будут недовольны родители студентов. Я прямо слышу их возгласы: “Лорд Андерос, как вы это объясните? Нас уверяли, что пребывание в стенах Даркмунда абсолютно безопасно”.

Джеймс резко встал из кресла. Шагнул к дивану и не без удовольствия заметил, как напряглась Катрина. В зелёных глазах на мгновение мелькнул испуг.

— Перестань угрожать, дорогая. — Он наклонился к ней, поставив руки на спинку дивана так, чтобы ведьма не сбежала. — В саркофаге на огне я видел официальное расследование. С газетчиками и вызовами на совет к королю. Обойдёмся своими силами. А теперь расслабься. Я всё равно войду в твой разум. Не будешь мешать — не будет так больно.

Она даже вздрогнуть не успела. Джеймс прижался лбом к её лбу, и провалился в бездонный колодец.

Долго искать не пришлось. Леди Таунсенд не врала, часом ранее у неё действительно были насильственно внедрённые видения. Тёмная фигура мужчины, разобранная кровать. “До чего противно мокрый шёлк липнет к разгорячённому телу”. Но Катрине понравилось. Джеймс отчётливо слышал громкие стоны и влажные шлепки тел. А потом видел, как она просыпается в своей комнате, тяжело дыша. Зло сталкивает с тумбы бутылку с горящей свечой внутри. Проклинает Аурику. Вот только демон похоти выглядит по-другому. Как демон. А у ночного “мучителя” Катрины было очень знакомое лицо.

— Пойдём, — Джеймс вынырнул из её сознания и резко отшатнулся от дивана. — У меня есть вопросы к студентке Ботем. И прикройся чем-нибудь. Возьми хотя бы мой плащ.

Ведьма зыркнула на него исподлобья, но возражать не стала.

Глава 7. Мой кот - некромант?

Когда стану известной во всем мире ведьмой, издам книгу “Предвестники неприятностей”. На первой странице крупным шрифтом будет написано: “Громкий стук в дверь посреди ночи”.

— Идите спать, алкоголички, — выкрикнула Сельма, не вставая с постели. — Иначе так прокляну, что и стерва Таунсенд не поможет!

Стук ненадолго прекратился, а потом дверь открылась сама собой и через порог переступила… леди Таунсенд собственной персоной. А следом за ней и ректор Андерос.

— Доброй ночи, студентки, — он обвёл взглядом комнату и остановился на тумбочке, в которой жил Букмаро. — Портим имущество академии?

— Совершенствуем, — возразила я, ойкнула и натянула одеяло под подбородок. — А вы из-за мебели вломились так поздно?

— Из-за запрещенной магии, — холодно ответила вместо ректора Катрина Таунсенд. — Вы хоть понимаете, какой опасности подвергли всех в стенах этой академии, студентка Ботем?

Ну, знаете ли, это уже ни в какие ворота! Мало того, что она на всю группу выставила меня на посмешище, заставила единственную выполнять какое-то задание, чтобы доказать свое право учиться здесь, так теперь ещё и до ректора дошла? Решила через него меня выпнуть, раз уж не получилось по-другому?

— Я спала, — пришлось свесить ноги с кровати, подтянуть к себе халат и накинуть на плечи, раз уж ночные гости не собирались уходить. — Вот настолько сильно вы хотите меня отчислить, леди Таунсенд? Дошли до ложных обвинений и доносов начальству? Я справилась с вашим заданием, в этом всё дело?

— Речь о бутылке, — лорд Андерос прошел глубже в комнату, заполнив собой всё свободное пространство.

Теперь мы стояли друг напротив друга. Его глаза вновь загадочно мерцали, выдавая использование магии. Я почувствовала лёгкое касание к своим мыслям и окончательно разозлилась. Вывалила на ректора всё, что думала о Катрине Таунсенд и её предвзятости ко мне, приправила это изначально невыполнимым заданием и посыпала сверху кучей нецензурщины, которую леди, конечно, не знала бы. В отличие от дочери сапожника!

— Я сделала всё, что мне велели, — пришлось шагнуть назад, чтобы хоть немного ослабить воздействие ментальной магии.

— Она всего лишь студентка, — добавил Букмаро, высовывая голову из своего укрытия. — Если задание из учебника оказалось опасным, р-р-разве не с преподавателя должен быть спрос?

А вот теперь я, кажется, стала понимать, где кот зарыт! Странные подсказки Букмаро, внезапно легко вспыхнувшая свеча в бутылке. Я пнула тумбочку, и голова недофамильяра вновь скрылась за иллюзией.

— Фитиль был пропитан кровью, как вы это объясните? — голос ректора стал вкрадчивым и совсем тихим, но я больше не ощущала его магию.

На секунду я замялась, не зная, как себя вести. Мне показалось, или лорд Андерос давал мне возможность солгать? Впрочем, признаваться сейчас было бы глупо. Если Катрина докажет, что я использовала запрещенную магию, то меня отчислят. Какое там наказание? Рудники? Тюремное заключение? Или казнь?

— Порезалась, пока заготавливала ингредиенты, — ответила я. — Глубоко порезалась, кровь никак не удавалось остановить. Но времени на задание было мало, я спешно наполняла бутылку. Наверное, несколько капель случайно упали на фитиль.

— А в чём проблема? — пискнула со своей кровати Сельма. — Леди Таунсенд не выспалась и решила устроить из-за этого скандал?

— Леди не выспалась, — ректор медленно кивнул, и мне показалось, что он сдерживал улыбку. Уголки его губ едва-едва приподнялись. — Потому что имела честь общаться со своим покойным… супругом. Как вы это объясните?

— Мне тоже иногда снится почившая бабушка, — я фыркнула. — Что, мне теперь бегать по академии и искать какую-то запретную магию?

— Плетение на бутылке другое, — зашипела Катрина. — Такого в учебнике точно не было!

— В учебнике и не предлагается использовать аметист вместо лунного камня, — я пожала плечами. — Вы намекнули, что поощряете эксперименты. Я немного поиграла с плетением. Ничего критичного не делала, проклятия не вплетала. Откуда я могла знать, что изменения вкупе с капелькой крови на фитиле могут вызвать дух вашего мужа?

— Это в принципе невозможно, — снова вступила в разговор Сельма. — Ведьмы не вызывают призраков, это работа некромантов.

— Значит, ваш сон — обычное совпадение, — постановила я. — Бутылка сработала как надо, задание выполнено в полном объёме. Я остаюсь учиться дальше.

— Вы точно остаётесь, — ректор Андерос потёр камень на своей печатке об рубашку и скучающе добавил: — Вопрос только, на каком факультете будете учиться. Явление души с того света не было простым сном, студентка Ботем. Это именно призыв, пусть и непроизвольный. И разумеется, речь не идёт о запретной магии. Вы случайно использовали подзабытое некромантское заклинание, но наказывать вас не за что.

— Некромантское? — я села на кровать и теперь смотрела на ректора снизу вверх.

— Так и есть, — он присел на корточки, чтобы снова заглянуть мне в глаза. — У вас редкий двойной дар, студентка Ботем. Вы одновременно ведьма и некромант. Распределение не предусматривает таких ситуаций, потому что за всю историю в академии училось не больше десятка студентов с двумя векторами силы. Я один из них. Жаль, что отдельный факультет для практикующих ментальную магию до сих пор не открыли. И выбора у меня не было. Зато вы можете решить: остаться ли вам на факультете ведьм или перевестись к некромантам.

— У них стипендия выше, — пробормотала Сельма. — И гарантированное трудоустройство.

Она скосила глаза на красную от гнева Катрину Таунсенд, но произносить очевидное вслух не стала. Я и так поняла. А ещё на факультете некромантов не будет злобной стервы, решившей меня отчислить по какой-то надуманной причине.

— Тогда я хочу перевестись.

— Хорошо, — кивнул лорд Андерос. — Зайдёте завтра перед первой парой ко мне. Обговорим детали. А теперь ложитесь спать, студентки. Надеюсь, вам для этого никакие магические ухищрения не нужны?

— Нам достаточно чистой совести, — съязвила я напоследок и едва не показала язык злобной преподше.

Ректор тихо хмыкнул и поднялся, а затем они с леди Таунсенд нас покинули. Я повторно пнула тумбочку кота и упала головой на кровать, раскинув руки в стороны. Хотелось спать и пытать Букмаро одновременно!

— Чего ты пыхтишь? — Сельма рассмеялась и бросила в меня подушку. — Всё сложилось как нельзя лучше, разве не так?

— Повышенная стипендия и отсутствие Таунсенд над душой, конечно, замечательные новости, — я подложила подушку подруги поверх своей и теперь полусидела на постели. — Вот только я не меняла плетение в бутылке! Это Букмаро призвал духа бывшего мужа Катрины!

— Леди Таунсенд никогда не была замужем, — фыркнула Сельма. — А коты не умеют колдовать.

— Рядовые уличные коты — точно нет, а мой практикует древнюю магию! — Я дотянулась рукой до тумбочки и пустила в неё легкую жалящую молнию. Букмаро по-человечески ойкнул и высунул морду наружу. — Вот зачем ты меня снова подставил? Как я завтра буду объяснять ректору, что на самом деле никакая не некромантка, а?

— Некромант — это не вектор силы, — пафосно ответил недофамилиар, вытаскивая из тумбочки свой пушистый зад. — А состояние души!

— Я всё ещё ведьма, — напомнила ему. — Прокляну и не замечу!

— Ведьма, — хохотнул фиолетовый кот. — Недоучка ты, а не ведьма.

— Ею теперь и останусь! — я застонала и закрыла лицо руками. — Ни ведьмой не стану, ни некромантом. Так и буду… Тем, что плавает в проруби.

— Может, не всё так плохо? — рядом со мной прогнулся матрас, и Сельма улеглась боком в моей постели. — Скажешь завтра ректору, что спросонья растерялась. Или что наутро передумала. А хочешь, вместе пойдём? Я уговорю его оставить тебя на нашем факультете.

— Пр-р-равильно, — неожиданно поддержал её Букмаро. Запрыгнул на меня, придавил ноги своей тяжёлой тушей и ехидно добавил: — Пускай ходит на лекции с ведьмами. А потом зловредная Таунсенд придумает следующее невыполнимое задание. Или вы думаете, что королевская ведьма внезапно пер-р-редумает выживать тебя из академии? Не-е-е-т. Я её породу знаю. С такими или ты, или тебя. Третьего не дано!

— Предлагаешь первой придумать ей невыполнимое задание и отчислить? — я дëрнула его за хвост. — У меня нет такой возможности, если ты вдруг не заметил. Не ту ведьму ты выбрал для прикрытия.

— Ты думаешь в нужном направлении, но, очевидно, не совсем нужным местом, — он шлёпнул лапой по моей руке, чтобы убрала её от пушистой метёлки хвоста. — Когда р-р-расследуют преступление, ищут человека, у которого есть мотив и возможность совершить его. Если ты всего лишь студентка, то никто не заподозрит твою вину. Даже если ты открыто и на всю академию завопишь, что мечтаешь об увольнении Таунсенд. А значит, возможностей на самом деле становится гора-а-а-а-аздо больше, чем все думают. Крайне глупо недооценивать ведьму-некромантку в качестве противника.

— Вот только я ни ведьма, ни некромантка.

— Это мелочи, — Букмаро покрутился у меня на животе, устраиваясь удобнее. — Если будешь меня слушаться, то мы выпроводим бывшую королевскую ведьму. И наконец вплотную займёмся моим пр-р-роклятием… Слушай, тебе бы есть побольше. Не то что смотреть не на что, а даже прилечь сверху неудобно. Это я тебе как мужчина с большим опытом говорю.

— Твой опыт тебя в тело кота привёл, — хмыкнула Сельма. — Не уверена, что ему стоит доверять.

— Что есть то есть, — грустно вздохнул кот и уложил мордочку на меня.

А у меня возникла идея, где можно поискать подсказки о проклятии сластолюбивого кота.

Глава 8. С вещами на… к некромантам!

Идея была до смешного простой. Я собиралась отправиться в библиотеку. Мы же в академии, верно? Тут всяких разных знаний, что грязи на городских улицах по весне. Что-нибудь о проклятиях найдётся. Жаль, Букмаро моего оптимизма не разделял. Он зевал, потягивался, царапал покрывало и нудел:

— Пустая тр-р-рата времени. Чары накладывал опытный проклятийник. Мужик, понимаешь? А спустя сотню лет тончайшее искусство делать зло своему ближнему перехватили ведьмы. Дар-р-р у них другой, подходы отличаются. Переделали всё на свой лад, и труды предшественников сожгли. Зачем им конкуренты? Так что вместо ценных знаний дырку от бублика ты найдёшь на полках библиотеки. Зря только пыли наглотаешься.

— Ладно, — я негнущимися спросонок пальцами застёгивала пуговицы на лифе форменного платья. — Почти убедил. Напишу доброй тётушке-волшебнице, она поделится знаниями. Ты смеёшься, Букмаро? Куда мне ещё идти, как не за книгами? Можно подумать, я наследница древнего рода…

— Котяра дело говорит, — буркнула из-под одеяла Сельма. Ей к первой паре было не нужно. Это меня ректор вызвал в кабинет насчёт переезда. — Сожгли труды по проклятиям. Иначе родственница Греты сама сняла бы чары, а не ходила к богине.

— Всё-всё, — замахала я руками. — Сдаюсь. Загубили идею на корню, радуйтесь. И не поминайте лихом. Щас как съеду от вас к некромантам!

— Передавай им привет, — сонно пробормотала соседка и затихла.

По коридорам общежития в предрассветный час мы с Букмаро пробирались вдвоём. Я страдала, подбрасывала монетку и никак не могла решить: поддаться уговорам проклятого мага и объявить войну леди Таунсенд или всё-таки сбежать к некромантам, поджав хвост? Будет ли вообще разница? Королевская ведьма при желании меня везде достанет.

— Тогда переводись, — зевнул Букмаро, когда мы добрались до административного корпуса и замерли у входа в приёмную ректора. — Я, так уж и быть, буду колдовать за тебя. Никто не заметит. И получится намного лучше, чем сама пыхтеть будешь. Недоучка.

Ах, Недоучка? Никто не заметит?

От всплеска негодования глаза выпучились. Я набрала в грудь побольше воздуха для потока ругательств и прицелилась отдавить Букмаро хвост, но тут в коридоре появился лорд Андерос.

— Вы вовремя, студентка Ботем, хвалю. Я поменял расписание, первую лекцию у некромантов буду вести сам. Заодно представлю вас сокурсниками. Объясню ситуацию. Вы собрали вещи? Хотя, зачем они вам? Переселения в другое общежитие не будет. Мест нет. Побудете пока с соседкой ведьмой. Возражения есть?

От такого напора я растерялась. Замерла статуей не хуже Магдалены и глупо хлопала ресницами. Вот и решилась проблема. Пришёл уверенный в себе мужчина и поставил перед фактом. Впрочем, он и вчера так поступил. Стоило ли удивляться?

— Н-нет. Разве что…

Я испуганно сглотнула слюну и не успела выпалить: “У меня нет дара”. Лорд-ректор круто развернулся на каблуках и скомандовал.

— Тогда за мной. Шевелитесь, Аурика, я не хочу опаздывать.

Вот и всё. Придётся принимать помощь Букмаро с некромантскими заклинаниями и чувствовать себя ещё большим ничтожеством, чем обычно. Благо, ректор шёл очень быстро. В попытках не потерять его спину из вида, я особо не задумывалась о своём бедственном положении. Не расстраивалась заранее. Будь что будет. Мама учила решать проблемы по мере поступления.

Занимались некроманты в самом дальнем корпусе. Старинным и, кажется, первым из построенных. Дух захватывало от острых шпилей, венчающих его многочисленные башенки. От окон, украшенных витражами. Правда, внутри было немного тесно. Зато высота потолков поражала. И аудитория. О, я влюбилась в место, где предстояло слушать лекции, с первого взгляда. Она была круглая! Резные колонны держали стеклянный купол. Вместо парт были скамьи из красного дерева, в самом центре возвышалась изящная кафедра. И всё настраивало на живое, интересное общение с преподавателем. Увидев ректора, студенты факультета некромантии дружно встали.

— Доброе утро, друзья, — торжественно сказал лорд Андерос, — Прошу садиться. Вчера выяснилось, что мы стали свидетелями редкого явления. Двойной вектор дара у студента. Знакомьтесь, госпожа Аурика Ботем. Ведьма-некромант. И, поскольку второй вектор у неё намного сильнее, я забрал её к нам.

Глаза в который раз за утро полезли на лоб. Вот так призналась, что нет дара! Великая Мать, что творил ректор?! Он сговорился с Букмаро или придумал, как довести меня до разрыва сердца самостоятельно?

— Л-лорд Анд…, — запнулась я.

— Хорошенькая, — кто-то выкрикнул с дальних рядов, и его поддержали одобрительным гулом.

Заулыбались бледные некроманты, заёрзали на скамейках. Парней у них было так же много, как у боевиков. Мужской факультет. Четыре дамы в чёрных платьях сбились в кучку и посматривали на меня едва ли дружелюбнее Катрины Таунсенд. О, боги, и здесь я буду считаться выскочкой? Хуже того, протеже самого ректора.

— Да, не дурна собой, — согласился он, чем окончательно лишил меня дара речи. — Однако не советую забывать об учёбе и бросаться ухаживать за новенькой. Она по-прежнему ведьма. Фиолетовую шерсть кота все разглядели? Поверьте, будете вести себя нагло, с вами случится кое-что похуже.

Теперь аудиторию сотрясал дружный хохот. Наверное, с парнями по-другому было нельзя. Лорд Андерос зарабатывал перед ними очки репутации и заодно недвусмысленно запрещал со мной связываться. Защищал своеобразным образом. Хорошо, пусть так. Леди Катрина поступила намного хуже.

— Достаточно, господа и дамы, — он кивнул мне на пустую скамейку в первом ряду и открыл толстый фолиант. — Вспомним, зачем мы здесь. Распределение прошло, пора углубляться в особенности своего дара. Лекции по двум предметам я буду читать лично. “Призыв потусторонних сущностей” и “Управление умертвиями”. Считаю их важными. Надеюсь, к концу курса вы сможете поднять если не маленькое кладбище, то фамильный склеп в полном составе. Но предупреждаю, будет непросто. Готовьтесь много читать и заниматься самостоятельно. Для особо прытких и пытливых есть закрытая секция библиотеки. Вход только по пропускам. А двум самым лучшим студентам курса я вручу ключ от своего книжного шкафа. Дам доступ к редчайшим фолиантам древности. Как вам перспективы? Нравятся?

Аудитория снова загудела, а кто-то захлопал. Да чего уж там, даже у Букмаро с азартом загорелись глаза.

— Ты слышала, Аурика? — прошипел кот, запрыгнув ко мне на колени. — Др-р-ревние фолианты. Редкие книги.

— Тихо! — шикнула я и ссадила кота на пол. — Помолчи, пожалуйста. Мне до лучшей студентки курса, как до столицы пешком.

— Тебе да, — сыто облизнулся он, — а я бы попробовал.

Но наши перешёптывания уже заметили и смотрели неодобрительно. Не привыкли некроманты к ручных говорящим духам-помощникам. Я виновато улыбнулась.

— Простите, лорд Андерос. Букмаро до конца лекции будет сидеть смирно.

— Надеюсь, — ответил он и перевёл взгляд на другой ряд скамеек. — Продолжим.