Академия «Альтаир». Сиротка против наследника

Глава 1

Иногда самая заветная мечта может превратить твою жизнь в триллер. Так случилось со мной…

Противное дребезжание телефона врывается в подсознание. Шарю рукой вокруг, но грохот упавшей со стола кружки, заставляет подскочить и тут же застонать.

Все тело отзывается болью, а щека горит. Провожу по ней и морщусь когда под пальцами ощущаю следы от клавиатуры.

Опять я отключилась прямо за работой.

Телефон не смолкает. Нахожу его на полу, и из меня вырывается стон, когда замечаю новые трещинки от падения.

Номер не определен, но это может быть очередной заказчик.

– Слушаю, – язык с трудом подчиняется, и я выдаю хриплым голосом единственное слово на которое только способна в данную минуту.

Стоит мне поднести мобильный к уху как раздаётся ледяной голос.

– Юлианна Гордеева, добрый день. Вас беспокоят из приёмной комиссии Академии «Альтаир». Меня зовут София. Вы готовы?

– К чему?

Голос скрипит после сна. Хватаю со стола кружку с остывшим кофе, делаю глоток чтобы побороть сухость во рту и морщусь. Фу, какая гадость!

– К поступлению в академию, конечно же. Через два часа с причала отходит паром. У нас освободилось одно место и система выбрала вашу кандидатуру, – шокируют меня новостью, которую я ждала каждый день последние три месяца.

– М-меня? Выбрали?

– Вас выбрала система. Вы подавали заявку на грант, – сообщают мне механическим голосом. – Так вы готовы? Или вы передумали?

– Меня ждет паром? – я продолжаю переспрашивать, как идиотка.

Вскидываю руку на которой надеты самые простые и дешевые смарты, чтобы посмотреть дату. Может, я что-то пропустила в своей жизни?

Но дата мне ни о чем не говорит, кроме того, что сегодня двадцатое сентября.

– Совершенно верно, – продолжает механическим голосом София. – Вам стоит поторопиться, если вы планируете учиться в нашей академии.

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

– А-а-а, да, конечно! Конечно, планирую, и я успею.

Я нагло вру. Пять минут назад я мирно похрапывала на клавиатуре своего древнего ноута и никуда не собиралась. А тут мне предстоит за два часа совершить невозможное.

– Мы на это надеемся, иначе вы потеряете место в академии.

Уж в этом я ни капли не сомневаюсь.

Академия «Альтаир» – самая таинственная и престижная академия на всём полушарии. Попасть в эту академию – схватить удачу за хвост. Тем более, таким как я. Без рода и племени. Еще и из детдома.

– Я скоро буду, – любезно проговариваю я и прерываю вызов.

Меня тут же бросает в жар. Два часа! У меня два часа, чтобы собраться, доехать до причала, который на другом конце города и сесть на паром, который доставит меня в лучшую жизнь.

Я шла к этому не один год. Я обошла всех во всевозможных олимпиадах, битвах и соревнованиях. Заняла второе место в рейтинге программистов страны, чтобы сейчас вот так всё просрать? Ну уж нет! Это не входило в мои планы.

Осматриваю крохотную комнату в кризисном центре, которую мне выделили после того как выперли из детского дома по достижению совершеннолетия. На моё счастье вещей у меня немного: спортивная сумка с которой я сюда приехала полгода назад, мой дряхлый ноутбук который не дал мне умереть с голоду, и Пончик – моё долларовое дерево.

Смотрю на часы и переключаюсь в режим Turbo.

Сгребаю нижнее бельё с сушилки, и, не заботясь о его сохранности, отправляю на дно сумки, хватаю со скрипучей кровати джинсы и худи, которые отправляются туда же куда и белье.

Заворачиваю ноут во второе худи, потому что так и не выделила пару тысяч на сумку, и вот когда дело доходит до Пончика, я замираю в растерянности.

– И как тебя упаковать, дорогой мой друг?

Пончик только грустно качает листьями в ответ.

В итоге решаю просто везти его в руках как знамя.

Не оставлять же своего боевого товарища другим хозяевам. Не для этого я покупала его за шестьдесят рублей у бабульки возле пешеходного перехода, когда Пончик был совсем крохотным отростком. К тому же этот цветок слишком много знает обо мне.

Время тикает, действуя мне на нервы и подгоняя.

Сгребаю с кровати казённое постельное, закидываю сумку на плечо, запихиваю Пончика подмышку и сдуваю пепельную прядь со лба.

В последний раз окидываю комнату, которая за несколько месяцев стала моим домом и кусаю щеку, пытаясь справиться с тоской схватившей меня за горло.

– Спасибо этому дому – пойдём к другому, – тихо проговариваю в пустоту.

Быстро захлопываю хлипкую дверь, и проворачиваю ключ. Все. Пути назад нет.

На этаже никого. Только слышно хныканье маленьких деток из комнат. Этот центр спасает девушек и женщин оказавшихся в тяжёлой жизненной ситуации.

Я полгода назад тоже оказалось в такой, когда мне вручили тонкую папку со всеми моими документами, и пнули под зад, сказав, что я теперь взрослая и могу позаботиться о себе сама.

Заботилась как могла. Старалась, цеплялась за все возможности, и месяц назад со мной связались из Академии «Альтаир».

«– Юлиана, мы вас поздравляем! В связи с вашими успехами Академия «Альтаир» выделяет вам грант на обучение.»

Мне кажется эту реплику я сохраню в памяти до конца жизни.

Теперь я часть академии, о которой слагают легенды. Кто-то даже давал интервью известному блогеру, что тут действует кастовая система и людей продают в рабство.

Я тогда про себя посмеялась. Ну какое рабство в наше время ещё и в учебном заведении, где учатся наследники влиятельных империй? Там и сыновья нефтяных магнатов, и корпораций по разработке искусственного интеллекта, и наследники политической верхушки.

Кто бы позволил торговать людьми в таком заведении? Такое мог сказать только завистник, которого не взяли в число лучших.

Единственное, чему я верю, так это тому, что Академия «Альтаир» откроет мне двери в большой мир и в мир огромных денег.

Поэтому нужно торопиться, так как в запасе у меня остаётся меньше часа…

Глава 2

Мне приходится сцепить зубы и раскошелиться на такси, ещё и бизнес-класса, потому что он, по закону подлости, оказывается с минимальным временем ожидания.

С тоской смотрю на стоимость поездки, но тут же мысленно шикаю на себя. Всё же меня ждёт новая, лучшая жизнь. Насколько мне удалось выяснить в «Альтаире» мне не нужны обычные рубли. У них своя валюта, которую зарабатывают учащиеся выполняя разную работу.

А вот какую именно, мне предстоит узнать на месте.

Всю дорогу до порта таксист как-то странно косится на меня. Видимо, его удивляет, что я заперлась к нему в машину с горшком и мило беседую с Пончиком обо всякой чепухе.

Но привычка у меня такая – болтать со своим цветочком. Получается на автомате. Иногда уже и сама не замечаю как начинаю озвучивать Пончику мысли, которые меня беспокоят.

Такси заезжает на небольшую парковку на набережной, и я пулей вылетаю из машины, в последний момент успев поблагодарить водителя.

Мой взгляд мечется между пришвартовыми катерами и яхтами. Я судорожно ищу паром, который отправляются в Академию «Альтаир». Должен же быть на нем хоть какой-то опознавательный знак? Табличка или фото. Хоть что-то, что поможет мне узнать его.

Моё внимание привлекает одна из яхт. Вся чёрная с тонированными стёклами и хромированными полосками по всему корпусу. Название «Таврида». На палубе орёт музыка, по палубе ходят девчонки с модельными параметрами, а еще возле ограждения стоят несколько парней. Считываю по их виду, что эти парни не простые тусовщики. Над яхтой так и витает дух богатства. Баснословно богатства.

– Тавр, тут какая-то красотка кажется к нам, – раздается надо мной громкий и нагловатый голос.

Я и не сразу понимаю, что речь идёт обо мне. У меня сейчас в голове совсем другие проблемы, и нет времени обращать внимание на богатую компашку.

– Эй, а ты не к нам ли приехала? – кричит мне один из парней, стоящих возле ограждения на палубе.

Я непроизвольно отступаю, поднимаю взгляд, но меня тут же ослепляет солнце и я не могу рассмотреть парней, но мотаю головой. Над заливом тут же раздаётся взрыв хохота этой компании.

– Жа-аль, – проговаривает уже второй.

В его голосе отчётливо слышится издёвка.

– Такая внешность у тебя, – он делает паузу и щёлкает пальцами, – экзотическая. Я б попробовал с тобой.

Его белоснежные виниры ослепляют. Сам парень скрывает глаза за тёмными очками.

– Данис, ну что ты как дикарь? – лениво спрашивает третий, выступая из тени каюты. – Пугаешь девочку.

По моей коже проносится холодок при виде высого парня во всем белом и с растрепанными черными волосами. Взгляд, как и у друзей, скрыт за солнечными очками, но я почему-то уверена, что он сейчас смотрит четко на меня.

Я отхожу подальше, чтобы продолжить поиски парома. Но на спине ощущаю въедливый взгляд. Сразу догадываюсь, что он принадлежат тому парню в белом.

Поэтому делаю вид, что мне плевать.

Внешность у меня экзотическая.

Громко фыркаю.

Ну да…пепельные длинные волосы и гетерохромия делают меня слегка необычной. Но это скорее минус, чем плюс. Потому что частенько моя внешность привлекает ненужное внимание. Может, поэтому, я решила связать свою жизнь с компьютерами? Это позволяет с чистой совестью прятаться за стенами и не выходить в люди.

– Простите! – замечаю мужчину в оранжевом жилете с эмблемой и бегу к нему. – Простите, не подскажите паром до Альтаира где стоит?

Мужчина оборачивается, услышав мой вопрос, и откидывает меня заинтересованным взглядом.

Беру себя в руки, чтобы не начать притопывать ногой от нетерпения. Даю ему пару минут на то, чтобы поглазеть на меня.

– Альтаир, говоришь? – переспрашивает он и я киваю, – так он уже отчаливает сейчас.

– Как? – Внутри всё обрывается.

У меня же было ещё десять минут. Десять!

Шестьсот секунд, мать его!

– Если сейчас рванёшь, то может и успеешь, – продолжает издеваться этот мужик.

– Куда? Где? – мой голос становится резче.

Если из-за этого козла я опоздаю, я его покусаю на глазах у той компании, что сейчас наблюдает за моими метаниями с огромным интересом на своих богатеньких мордашках.

– Пятая платформа.

– Эй, давай к нам! – кричат мне с чёрной яхты. – Мы тоже в Альтаир.

Дальше я уже не слушаю. Я ж не самоубийца садится на яхту к незнакомым.

Срываюсь с места и бегу. Мысленно вычисляю: мы стояли на третьей. Должно быть недалеко. На периферии мелькают дорогущие яхты, но я не сбавляю скорость. Сердце колошматит так что всё тело содрогается. Кровь шумит в ушах, а к горлу подкатывает тошнота от непривычки. Я не бегала с шестого класса!

А сейчас мне приходится включать спринтерскую скорость. Пару раз подворачиваю ногу, ругаюсь сквозь зубы, но игнорируют взорвавшуюся в голени боль. Не успеваю выдохнуть, как вижу, что работник порта собирается закрывать проход.

– Стойте! – кричу я и машу рукой, чтобы привлечь внимание.

Пончик чуть ли не выскальзывает у меня из рук, но я успеваю его перехватить.

– Подождите, – продолжаю кричать на всю улицу. – Я тоже еду!

Подбегаю как раз вовремя. Меня замечают:

– Куда? – мужик в такой же оранжевой жилетке, как была на первом, грубо перехватывает меня за локоть. – Паром отправляется. Опоздала.

– Нет, нет, я Юлиана Гордеева, – тараторю я. – Меня ждут!

Глава 3

Чужой взгляд сверлит мою спину, и чтобы избавиться от этого липкого и неприятного ощущения я передергиваю плечами. Видимо, делаю это слишком заметно, потому что работник порта удивленно приподнимает бровь.

– Мне нужно попасть на палубу, – показываю рукой в сторону парома.

– Мне жаль, милочка, но двигатели запущены и я ничем не могу помочь.

– Гордеева Юлиана – это вы? – раздаётся у меня над головой.

Задираю её и нахожу взглядом подтянутого мужчину с седыми волосами и бородой. На нём капитанская форма, взгляд выгоревших глаз направлен четко на меня.

Под этим взглядом хочется вытянуться по струнке и отдать часть.

– Это я, – радостно кричу я и улыбаюсь своей самой очаровательной улыбкой.

– Пропустите, – безапелляционно проговаривает мужчина и работник порта безропотно подчиняется ему.

А я готова повиснуть на шее у этого прекрасного мужчины и благодарить за свое спасение.

Бегом поднимаюсь по трапу, и, проходя мимо капитана, еле слышно благодарю.

Он кивает и скрывается в ходовой рубке, а я выдыхаю и решаюсь осмотреться. Понимаю, что здесь со мной никто не будет нянькаться и объяснять, куда мне идти, поэтому придётся со всем разбираться самостоятельно.

Пожимаю плечами и вдыхаю солёный воздух Финского залива.

Волны бьются о причал, рассеивая брызги, над головой с громким криком и хохотом кружат бакланы. Над портом возвышаются краны, стоят суда в ожидании отправки. И от этого зрелища в груди появляется волнение.

О местоположении Академии в открытых источниках не так много сведений. Их тщательно скрывают в целях безопасности, потому что там учится будущее страны: политики, разведчики, шпионы, компьютерные гении. И всё это под грифом «Совершенно секретно». Но я была бы не я, если бы не сунула нос глубже, чем официальные и открытые источники.

Поэтому я знаю координаты самодельного острова в Финском заливе, где стоит элитная академия, в которую мы сейчас и направляемся, судя по усилившемуся гулу двигателя парома.

Огромная махина дёргается, и я чуть не падаю от резкого рывка. Прижимаю Пончика крепче к груди и зажмуриваюсь, когда меня оглушает вой гудка.

Неуверено прохожусь по палубе и вижу накрытые тентами машины. Их тут штук десять, но я не сомневаюсь даже, что они все супер дорогие и принадлежат наследникам.

– Ой, – из двери выскакивает девчонка, чуть не врезаясь в меня. – Ты чего тут бродишь?

Она осматривает меня – я её. На ней чёрная водолазка закрывающая шею, серые гольфы и юбка чуть выше колен тоже серая. Волосы винного цвета заплетены в две толстые косы спускающиеся до самой попы. Кожа такого цвета, будто девчонка не одну неделю провела в солярии. А глаза ярко-карие. Даже ближе к жёлтому цвету, как у кошки.

– Это не линзы, – показывает пальцем на свои глаза девушка и громко смеётся. – Ну это я так, на всякий случай. Замучили меня этим вопросом.

– Я не…, – мотаю головой, показывая что не планировала спрашивать об этом, хоть и удивилась.

– А у тебя? – кивает девушка на мое лицо.

– Все свое, и даже цвет, – слегка дергаю себя за кончик волос.

– Вау! Некоторые бы убили за отсутствие желтизны на волосах. Пойдём, покажу где все сидят.

– Все? А вас много?

Девушка смотрит на меня будто я спросила её «Как ты считаешь, а Земля круглая?».

– Конечно, мы после праздников возвращаемся. А ты новенькая?

– Типа того. Сегодня позвонили и сказали, что меня взяли в академию.

– О, супер! Добро пожаловать тогда. Я Инга.

Она широко улыбается, и я замечаю камушек в её зубе.

– Юлиана.

– А это? – кивает моя новая знакомая на цветок.

– Это мой зелёный друг. Не смогла его оставить дома.

Инга понимающая кивает и хватает меня за руку.

– Пойдём, а то сейчас будет шумно, ветрено и холодно.

Она тянет меня в небольшое помещение заполненное людьми.

– Чёрт, пока я бродила, все места заняли, – с сожалением проговаривает Инга.

– Что, Ингулька, не взял тебя к себе твой хозяин? – скалится какой-то парень с длинной осветленной чёлкой и в такой же форме, как у Инги.

Девушка выставляет средний палец и вращает им по кругу.

– В задницу тебе, Тёмик. Может хоть так удовольствие получишь.

Со всех сторон раздаются смешки и тихое бормотание.

Тут собралась довольно разномастная публика. Я со своей внешностью не так уж сильно выделяюсь.

Все, как один, в чёрных водолазках и серых в юбках или брюках. На шеях висят флешки на серебряных цепочках.

Не успеваю рассмотреть их, как меня снова хватают утянут на выход.

– Ничего не поделать, придётся сегодня ехать снаружи, – объясняет Инга.

Мы проходим мимо стеллажа и она хватает с полки два пледа, один из которых вручает мне.

– Надеюсь, ты не мерзлячка, – подмигивает она мне и мы оказываемся на ветреной площадке впереди парома.

– Не замечала за собой.

Я с благодарностью принимаю плед, но не тороплюсь в него укутаться. Хочу насладиться моментом свободы и полёта. На деревянных сидениях, расставленных по небольшой деревянной площадке сидят такие же учащиеся, как Инга. Кто-то смотрит на меня с интересом, кто-то зависает в телефонах, кто-то сидит с закрытыми глазами. Инга занимает два свободных места и сползает по сидению, сложив руки на груди.

Я ставлю Пончика рядом с ней и подхожу к перилам. Смотрю на серые волны, которые рассекают нос парома.

В лицо летят освежающие брызги от которых сбиваются дыхание. Слева раздаётся рев двигателе и я непроизвольно дергаю головой в ту сторону.

Вижу уже знакомую яхту «Тавриду», и при виде неё сердце от восхищения ускоряется.

Красавица!

Смотрится на волнах залива как космический корабль.

Яхта приближается слишком близко и до меня доносится грохот музыки и визки девушек.

За штурвалом стоит парень во всём белом, которого я уже видела на причале, и его одежда выигрышно контрастирует с яхтой. Он ведёт её очень уверенно, как будто он был рождён со штурвалом в руках.

Глаза за чёрными очками, такими темными, что невозможно понять, куда направлен его взгляд. К нему подходит другой парень и что-то говорит активно жестикулируя. В какой-то момент он показывает в сторону парома и капитан яхты поворачивает голову в нашу сторону. На его губах мелькает улыбка, от которой по спине приносится холодок.

– Я бы на твоём месте отошла от ограждения, – проговаривает Инга за моей спиной.

– А? – поворачиваюсь и смотрю на девушку. – Почему?

– Мало ли что в башке у этих отморозков, Юлиан. Они не пай мальчики, и...

Шум двигателя нарастает. На палубе яхты раздаются одобрительные крики и свист. Я поворачиваюсь в тот момент, когда меня окатывает волной ледяной воды и не сдерживаю визга.

Поднимаю взгляд и сталкиваюсь с взглядом того, кто управляет яхтой.

– В яблочко! – кричит он и его громкий хриплый смех проносится над заливом.

– Так-то, Тавр! – орёт его дружок и свистит. – Вот это я понимаю веселье!

Набираю в грудь побольше воздуха, чтобы наорать на гада, который меня окатил водой, но Инга закрывает мне рот ладошкой и тянет подальше от ограждения.

– Прежде, чем что-то сказать, хорошенько взвесь каждое свое слово, – шепчет она мне на ухо.

– Пончик, – пищу я и тянусь к сидению на котором я оставила своё дерево.

– Пончик? – усмехается Инга. – Ты назвала дерево по имени?

Пожимаю в ответ плечами и прижимаю горшок к себе. Я уже увидела, что тут есть психи. Так что нет никакой гарантии, что Пончик будет в безопасности.

– Это самый лучший друг.

– О, да! Молчит и не надоедает болтовней.

– Куда ты меня тащишь?

– А ты собираешься мокрой ходить ещё минут 40? Учти, в «Альтаире» администрация не очень терпима к тем, кто постоянно чилит в больничке.

Инга затаскивает меня в крохотный туалет и захлопывает дверь перед носом какого-то парня с рыжими волосами и огромными очками со словами:

– Нам нужнее!

Шум волн остаётся снаружи. Инга кивает на мою сумку, которую она успела схватить, и вопросительно поднимает бровь:

– Надеюсь, у тебя есть сменка. Потому что я налегке.

– Конечно, – не нахожу место для Пончика и вручаю его Инге. – Подержи-ка, пожалуйста. Чёрт! Мой ноутбук.

Ставлю сумку на унитаз и открываю почти не дыша. Надеюсь, вода не намочила мои вещи, иначе мне будет плохо. Зубы уже начинают стучать друг от друга. Мокрая и холодная ткань неприятно прилипает к телу. Это настолько раздражает, что хочется содрать её с себя поскорее.

– Ты ведь не смущаешься, что я тут? – спохватывается Инга.

– Вообще ровно.

В детском доме приходилось переодеваться и не в таких шикарных условиях. Так что сейчас для меня тут почти лакшери раздевалка.

– Фух, супер.

Я быстро избавляюсь от мокрой одежды, радуюсь, что нижнее бельё почти сухое и его не придётся менять.

– Привет, Пончик, – Инга крутит горшок туда-сюда, рассматривая его со всех сторон. – Почему Пончик?

– Люблю их.

Беззаботно говорю это, упуская тот момент, что ела их за всё восемнадцать лет от силы три раза, но вкус запомнился, мне кажется, на всю жизнь. Особенно с сахарной пудрой. Думаю сейчас о них и во рту слюна. А ведь я сегодня не позавтракала, не считая глотка холодного кофе.

Ну и к этому я привыкла. Приходилось иногда и по три дня голодать.

– Юлиан, ты будь аккуратнее с нашими Патронами.

Я выныриваю из воротника сухого худи как раз в тот момент когда Инга договаривает.

– С патронами?

– Ну вот эти на яхте – это были Патроны. Элита академии, самые привилегированные ученики.

– А-а-а, которым всё можно? – язвительно тяну я.

Да, вроде того.

– Ты тоже в их числе?

Инга звонко и открыто смеётся. У неё от смеха на глазах слёзы, которые она смахивает пальцами.

– А ты забавная, новенькая. Патроны не передвигаются на общем пароме. Максимум, могут новую игрушку на ней перевезти. У них личные вертолёты, пароходы, яхты. А мы так, – она взмахивает рукой. – Их зверушки, которых можно выкинуть за ненадобностью.

От слов Инги желудок сворачивается в тугой узел.

– Что ты имеешь в виду?

– Мы считаемся Тенями – это что-то вроде персонального питомца у Патронов. Но иногда Патроны могут остаться без тени не по своей воле.

– А почему?

Инга беззаботно дёргает плечом, не обращая внимание на то, что я сейчас на неё таращусь не скрывая паники.

Одно дело – выживание в детском доме, и совсем другое, когда ты принадлежишь какому-то богатенькому сыночку.

– Много причин, – продолжает вводить меня в курс дела новая знакомая. – Я бы сказала – дофига.

– Каких, например?

– Например, Тень упала в рейте и больше не соответствуют Патрону, или накопали что-то на родителей Тени.

У меня проваливается сердце и я сглатываю ком в горле.

– Что?

– У кого-то предки замечены в госизмене, у кого-то в распространении и нарушении договора о конфиденциальной информации. Кое-какие Тени сами вляпывались в продажу инфы.

Я выдыхаю с облегчением, потому что моя мать не замечена ни за чем похожим.

Но следующая реплика заставляет меня похолодеть:

– Бывает и так, что Тени умирают. Вот недавно одна, которая принадлежала Таврину, владельцу яхты «Таврида», умерла при невыясненных обстоятельствах.

Глава 4

Остаток пути до острова, где находится Академия Инга меня не трогала, как будто чувствовала, что мне нужно время подумать. Шестерёнки в моей голове крутились, извилины активно шевелились.

Но даже после того, что именно я узнала про Патронов и Теней, я осознавала, что я не откажусь от учёбы в «Альтаире».

Быть в собственности у какого-то богатея не проблема. Не думаю, что это хуже десяти лет, проведённых в детском доме.

Дать отпор я могу. Постоять за себя тоже.

Дальше-разберёмся.

В любом случае, престижная Академия с проживанием намного лучше кризисного центра, где раз в месяц мне стабильно выбивал дверь очередной псих, в поисках сбежавшей жены.

– Подгребаем, – шепчет Инга.

Над головой пролетают несколько вертолётов, и я инстинктивно пригибаюсь. Волосы разлетаются, попадая в нос и глаза.

Запрокидываю голову и вижу в небе четыре птички.

– Ого, откуда тут их столько?

– Личное такси Патронов, – с усмешкой произносит Инга тоже наблюдая за тем, как над нами кружат вертолёты.

А ещё со всех сторон нас окружают яхты. Я непроизвольно шарю глазами в поисках чёрной. Не потому что её владелец как-то меня заинтересовал, а потому что больше сухой одежды у меня в сумке нет, а от этого Патрона можно ожидать подляны.

Наш паром с громким гудком приближается к плавающему причалу. Все, кто находится на палубе, начинают вскакивать со своих мест и проталкиваться к выходу.

– О! Все соскучились по своим хозяевам? – издевается Инга и получает толчок в бок, – Эй! Я тебя сейчас так толкну, что ты сразу вспомнишь, что боишься глубины.

Инга крутит головой. Кивает кому-то, цепляет меня за руку и тащит за собой. Я еле успеваю протискиваться мимо других учащихся, но послушно иду следом за девушкой.

– Клювом не щёлкай, новенькая, и учись всегда и везде быть в лидерах. Иначе затопчут.

Я хватаюсь за Пончика как будто он мой спасательный круг и начинаю работать локтями, пробивая себе путь. К тому моменту, как паром причаливает и его закрепляют, мы с Ингой уже стоим в первом ряду.

– Прямо игра на выживание, – бормочу я, оглядываясь вокруг.

– Хуже. Добро пожаловать в ад, новенькая!

Всё что я сейчас вижу перед собой – это густые заросли деревьев и кустарников. Узкая тропинка, протоптанная от причала не открывает ничего другого. Дальше видны каменистые скалы. Глядя на них внутри появляется волнение. Громкий рёв волн, разбивающихся о каменистой берег, оглушает. Выглядит остров необитаемым и неприветливым.

От одного взгляда от пальцев вверх по рукам поднимается холодок. Хочется спрятаться в трюм и притвориться ветошью.

– Страшно? – загробным голосом спрашивает моя спутница.

Я вздрагиваю от неожиданности.

– Вот ещё. Просто осматриваюсь.

– Не показывай никому своего страха, Юлиана. Здесь очень много пираний, скрывающихся под маской милых заек.

Проход открывают и я ориентируюсь на этот раз лучше. Первая цепляю Ингу за холодные пальцы и мы вырываемся на свободу.

Позади слышится рёв мотора. Я резко поворачиваюсь и сердце бухает о рёбра. Чёрная яхта замирает напротив парома. Музыка замолкает, с палубы соскакивают девушки – за ними несколько парней.

Они ощущают себя королями. Это становится понятно по расправленным плечам, вздёрнутым подбородком и нахальным улыбкам на лицах.

Инга не тормозит и по инерции отходит от меня на несколько шагов вперед, а я зачем-то ищу хозяина яхты, но быстро забиваю на это.

Я всё равно сейчас его никак не проучу. Он – Патрон, А я, видимо, будущая Тень. Потому что у меня за спиной нет богатых и влиятельных родителей. Я простая сирота, которой повезло родиться с мозгами и выбить себе место в этой Академии.

Мы с Ингой идем по узкой тропинке, стараясь никого не задевать. Не разговариваем. Каждая погружена в свои мысли, да и у меня сейчас нет настроения вести беседу. Мне нужно все разложить по полочкам в голове.

– Э, чернь, расступились, – проносится над тропинкой громкий голос какого-то парня. – Хозяевам дорогу.

Мы с ингой переглядываемся и одновременно закатываем глаза. Кажется, когда раздавали самомнение, кое-кто немного охренел и взял лишнего.

Нас толкают в спину, и я чуть ли не теряю равновесие.

– Галицкий, ну что ты как бульдозер? – за спиной проговаривает уставшим хриплым голосом невидимый парень.

Мне приходится слегка обернуться, но из-за плотного потока учащихся я не вижу, кто именно говорит.

– Тавр, – тянет другой. – А ты решил изобразить рыцаря в ржавых доспехах?

– Не в ржавых, Вадя, а в платиновых.

Мне всё же удаётся отыскать глазами троицу, между которой происходит этот диалог. Шатен, блондин и ещё один шатен. Компания с чёрной яхты. Они стоят в стороне от тропинки. Все высоченные, спортивные и красивые. По их лицам явно плачут модные журналы.

Я сразу вижу того, кто был за штурвалом. На нём больше нет солнцезащитных очков и его взгляд направлен чётко на меня.

Давлю в себе порыв покорно опустить глаза в знак подчинения. Но аура этого парня будто чёрное облако, окутывает меня и мои ноги предательски подгибаются. Настоящий альфа.

Рвано выдыхаю, приподнимаю бровь и ловлю усмешку этого парня.

Интересно кто из двух шатенов – Тавр. Блондин – Вадя, судя по диалогу, который я услышала.

А Тавр?

Таврин? Таврида.

Мой мозг моментально выстраивает цепочку из информации. Точнее из её обрывков.

Тот Тавр, у которого погибла Тень.

– Дёма, уже на Теней засматриваешься? – блондин ударяет того, кто не сводит с меня взгляда, по плечу.

Судя по тому, как качнуло этого Дему, блондин вложил в удар всю свою силу. А эти парни не выглядят слабаками. В отличие, от парней Теней. Вот тут прямо звание отлично сочетается с внешностью.

– О-о-о-о, а это же та, с причала, – широко улыбается блондин, проследив за взглядом друга, и увидев меня. – Ну да, ничего так. На пару палок.

Блондин бросает в мою сторону дерзкий взгляд, видимо, ожидая, что я сейчас покраснею от стыда, но такие шуточки в моем детдоме были нормой и меня ими уже не пронять. Хотя слышать такое в свой адрес не очень приятно, а внутренний голос вопит, чтобы я защитилась и поставила этого Вадю на место. Ну или спустила с его пьедестала.

– Юлиан, нам, как бы немножко не до игр в гляделки.

Видимо, Инге надоедает наблюдать за нашим молчаливым обменом взглядами.

– Это и есть Таврин? – киваю на шатена, который меня облил.

– Ага, но он тебе не по зубам, детка.

Я приподнимаю брови и перевожу удивлённый взгляд на Ингу. Она поднимает руки будто сдаётся и улыбается.

– Без обид, – она наклоняется к моему уху. – Просто, Патроны – это сборище худших представителей элиты. А Тавр, по слухам, самый безжалостный из них. И у него слишком много тайн.

– И его Тень совсем недавно погибла.

Инга щелкает пальцами возле моего лица.

– В точку! Так что погнали и молись, чтобы Демьян тебя сразу же забыл.

Я не собиралась молиться, и очень скоро пожалела об этом…

Глава 5

– Далеко нам ещё идти? – пыхчу я, стараясь не отставать от Инги.

– Привыкла сидеть за компом, детка? – подкалывает меня моя спутница.

Я сжимаю губы, чтобы не ответить грубо. Я голодная, не спавшая и у ставшая. Комбо для того, чтобы я сейчас была в отвратительном настроении.

В первый день ссориться с девчонкой, которая не окатила меня презреньем, а всеми силами пытается помочь и ввести в курс дела, было бы глупо и недальновидно. Поэтому я в ответ на вопрос Инги равнодушно пожимаю плечами.

Инга, в отличие от меня, выглядит намного бодрее.

– Да, лесополоса тут широковата. Но, – девушка поднимает указательный палец. – Это всё в целях нашей безопасности. Тут везде камеры, детка.

Она указывает на стволы вековых сосен, но я и без её слов успела заметить чёрные глазки, которые следят за каждым нашим шагом.

– А Патроны? – я оглядываюсь по сторонам, но вижу на тропинке только тех, кто был на пароме.

И снова мой вопрос вызывает приступ громкого смеха у Инги. Мимо в это время проходит несколько учащихся академии и тоже фыркают.

– Эх, сколько же тебе предстоит узнать, Юлиана, – Инга закидывает на моё плечо руку, слегка задев Пончика.

Награждаю её недовольным взглядом, который она игнорирует. Не люблю, когда кто-то покушается на моего зеленого друга.

– Патроны у нас ножками не ходят. У них свои тачки, гольф-кары, мотоциклы и даже элитные скакуны.

Мои глаза округляются.

– Скакуны?

– Ага, лошади. Скачки тут у нас бывают, прикинь?

Я только шокировано качаю головой.

Ошалеть!

Да тут у них не скучно. По крайней мере Патроном точно скучать некогда.

Лес резко расступается и в глаза ударяет солнечный свет. Я зажмуриваюсь и быстро моргаю, чтобы избавиться от бликов перед глазами.

– А вот и наша красотка, – радостно выкрикивает Инга.

Я открываю глаза и фокусируюсь на том, что передо мной открывается. Удивленно округляю рот и оглядываю Академию в которой проведу ближайшие четыре года.

– Охренеть! – не сдерживаю эмоций. – Пончик, ты это видишь?

Кованые чёрные ворота высотой метров пятнадцать. Над ними табличка с названием Академии выгравированным элегантным шрифтом. На заборе острые пики, также оснащены камерами.

Сквозь кованые ворота можно увидеть, что в центре огромной территории стоит старинное здание – главный корпус. Тёмно-серый каменный фасад с арочными окнами и остроконечной сложной крышей. На окнах – решётки. Над крышей летает дрон. К главному зданию ведут несколько подъездных дорожек выложенных белой брусчаткой.

По бокам фонтаны.

– Патруль, – просвещает Инга, показывая на дрон.

Скрип ворот застает меня врасплох, и я непроизвольно отступаю. Ворота открываются, приглашая учащихся внутрь.

Сглатываю комп в горле, чтобы не заорать от восторга.

Это не сон!

Я правда сейчас зайду на территорию Академии, и стану её частью.

– Я бы не торопилась так открыто радоваться, новенькая, – мимо вальяжно проходит какая-то девчонка и награждает меня колючим взглядом.

Она выше и намного спортивнее меня.

– Ой, иди уже, Валиса. – Огрызается Инга.

Валиса? Что за имя?

Девушка ерошит коротко стриженные чёрно-синие волосы и её улыбка превращается в звериный оскал.

– Думаешь, попала в рай, новенькая? Смотри, как бы из этого рая не провалиться в ад.

– Вали! – Инга толкает Валису и та, сверкнув чёрными глазами, шагает дальше.

– Не обращай внимания. Тут любят проверять на прочность, – отмахивается моя спутница и мы шагаем на тропинку, выложенную белоснежной брусчаткой.

Вдоль забора простирается аккуратно подстриженная живая изгородь.

По обе стороны от главного корпуса, немного закрытого деревьями, стоят современные жилые корпуса. В них по три этажа. Тонированные чёрные окна, кирпичные белые фасады.

Это все, что мне удается рассмотреть от ворот. Но, насколько я успела узнать, территория тут огромная.

К воротам приближается рёв моторов, и стоит мне по инерции отскочить с подъездной дороги, как на территорию врываются машины, поднимая столбы пыли. Из машин доносится тяжёлые басы, визги девчонок и свист парней. От этого тут же закладывает уши.

Я смотрю как тачки проносятся к жилым корпусам, и удивлённо хлопаю глазами. В веренице мелькают разные автомобили: и немцы, и американцы, и ретро, и электромобили. Стоимость этих игрушек достигает нескольких десятков миллионов. Я в жизни не то что не держала, не видела даже как выглядят такие суммы.

Перед нами тормозит чёрная спортивная машина и Инга заметно напрягается. Она бросает на меня взгляд, в котором я замечаю страх.

– Иди, – кивает она на главный корпус. – Тебе в администрацию. Там есть Вера, она самая адекватная. Она тебе поможет и всё объяснит.

Я стискиваю ладонь Инги, привлекая её внимание и выражая молчаливую поддержку.

– Ты в порядке? Я могу помочь?

Инга усмехается и качает головой.

– Тут никто и никому не может помочь. Это под силу только Патроном. Иди, а то у тебя будут проблемы, новенькая.

Раздается резкий и громкий свист.

– Эй, собака, к ноге, – грубый голос ударяет по перепонкам.

Я поворачиваюсь к машине и вижу парня. Аккуратная щетина, явная работа лучшего барбера. Волосы уложены гелем так, что не один не выбивается. Глаза мёртвые. Бледно-зелёные почти лишённые пигмента.

Парень хоть и привлекательный, но от него веет какой-то смертельной опасностью.

– Ты плохо слышишь, собака? – рычит он, глядя на Ингу. – Кто твой хозяин?

Инга неуверенно шагает к машине.

– Вот так, – на лице парня появляется улыбка маньяка.

По моему телу проносится мороз.

– Давай на своё место, есть работёнка, – рявкает парень. – А то расслабилась за выходные, пора отрабатывать.

Он садится в машину и рвёт с места, окатывая камнями застывшую девушку.

– Инга...

Она поворачивается. На её лице нет эмоции, кожа заметно побледнела.

– Иди, – повышает голос и кивает в сторону центрального здания.

Сама же разворачивается и торопливо идёт в ту сторону, где скрылась машина с её Патроном.

Я не шевелюсь. Ноги отказываются идти дальше, хоть все уже и разошлись по корпусам. Надо бы идти и найти Веру про которую говорила Инга, но я стою перед Академией о которой грезила не один день и пытаюсь дышать полной грудью.

Воздух тут влажный и соленый, но такой вкусный, что хочется втягивать его не прекращая.

Поудобнее перехватываю горшок с покачивающимся на ветру Пончиком и выдавливаю улыбку. Ладно, тут не может быть так уж жутко и плохо. Это просто проверка, как и любого новенького.

Я справлюсь.

Мне кажется, что что-то за моей спиной тихонько рычит, но я мысленно отмахиваюсь. Мало ли кто-то из Патронов проехал мимо, не буду же я оборачиваться на каждую машину. Но спустя несколько мгновений в мои ноги что-то толкается сзади, и я резко поворачиваюсь. Передо мной байк на котором сидит парень в шлеме. И, хоть его глаза скрыты визором, я ощущаю его взгляд на себе.

А потом он поднимает визор

Глава 6

Передо мной на странном байке сидит Демьян Таврин. Капитан яхты и тот, от кого стоит держаться подальше. Он остановился в нескольких сантиметрах от меня. Именно его колесо легонько коснулось моей икры.

Мои ноги тут же прирастают к тропинке, а дыхание застревает в легких.

Глаза похожи на воду в Финском заливе. Глубокие и серые. В них можно утонуть и не выплыть. И никто из этой бездны не в состоянии будет спасти.

А я из тех, кто боится глубины. И сейчас, глядя в эти серые бездонные провалы я ощущаю, как горло стискивает от страха.

Зря я, видимо, не последовала совету Инги и не помолилась. Демьян Таврин меня запомнил и даже не побрезговал подъехать и коснуться своей супер дорогой резиной моих простых джинс.

– Садись, подвезу, – лениво проговаривает Демьян, и смотрит при этом так, словно я уже согласилась. – Ты ж новенькая. Заблудишься еще.

Я делаю шаг назад и прикрываюсь Пончиком словно щитом. Стараюсь, чтобы глаза не расширились от страха.

– С-спасибо, не стоит, – мой голос звучит менее уверенно, чем обычно, за что я готова дать сама себе подзатыльник. – Не думаю, что нам по пути.

– Ты не поняла, птенчик. – Его голос все такой же ленивый и хрипловатый. Он склоняет голову на бок. — Это был не вопрос.

От его интонаций в голосе внутри что-то вздрагивает и начинает вибрировать. Кажется, это мое сердце, которое не привыкло к вниманию со стороны богатых парней. И пусть это внимание просто ради забавы. Такие, как Таврин не могут на полном серьезе предлагать подвезти сироту. Такие как Таврин с такими как я только ведут игры. Изощренные и опасные.

Я знаю такой тип парней.

Они цари…и они умеют избегать наказания и ответственности за свои поступки.

Я осматриваю его байк. Впервые вижу подобный. Он не похож на обычный спортивный, на которых гоняют по городу. Он больше похож на «скелет» байка, но очень притягательный дизайн. Карбон, алюминий, титан. Все это похоже на скульптуру. Фантастическую и завораживающую.

Черт!

Я не хочу садится на этого железного монстра. Но как мне отказать, чтобы Патрон не записал меня во враги.

– Боюсь, у тебя нет места для меня, – стараюсь мило улыбнуться.

Тавр приподнимает темную бровь. Он медленно сдвигается назад и хлопает по бензобаку.

– Сядешь сюда, птенчик. Место идеальное.

Жар бросается мне в лицо. Сесть ему между ног?! Это звучит дико, откровенно пошло… но самое страшное — в его глазах нет ни намека на шутку. Таврин не заигрывает со мной. Он приказывает.

Потому что уверен, что он тут Бог.

– Правда, не стоит.

– Села на байк. Быстро, – его голос становится жестче, вся расслабленность слетает с него.

На руках волоски приподнимаются от стали, которая отчетливо слышна в голосе этого парня.

Я сглатываю ком и оглядываюсь по сторонам в надежде, что мне на помощь кто-нибудь придет.

– Никто тебя не спасет, – читает он мои мысли и его губы дергаются в подобии улыбки.

А жаль…

– У меня цветок и сумка, – продолжаю отмазываться от поездки с этим парнем. – А на вашем байке слишком мало места для всего этого.

Кажется до меня долетает его смешок. Плевать, что все мои слова сейчас звучат как беспомощность и неуверенность. Я не собираюсь садится на эту железяку, и уж тем более. находиться так близко к Таврину.

Не после того, что он со мной сделал и не после того, что я о нем успела узнать.

Рядом с байком Таврина тормозит оранжевый спорткар. Стекло со стороны пассажира медленно ползет вниз и я с трудом давлю в себе стон, когда вижу, что за рулем сидит блондинчик.

– Тавр, чего ты тут церемонишься? Перекинул через байк, шлепнул по заднице и свалил в свою берлогу. Она ещё кипятком будет ссаться из-за того, что ее сам Тавр трахнул.

Тавр резко поворачивает голову в сторону друга и блондинчик тут же замолкает. Поднимает руку и на его лице появляется самодовольная улыбка.

– Не, ну могу и я закинуть. Ты-то у нас весь такой белый и пушистый. Без залетов.

Пока они меряются силенками мне удается медленно отойти от байка на котором восседает Тавр и приблизиться к главному корпусу. В итоге, я решаю рискнуть. Повернуться к хищнику спиной и просто свалить.

Не хочу испытывать удачу и дальше. Блондинчик оказывается слишком хорошим объектом для смещения внимания.

К главному корпусу я уже буквально подбегаю на всей своей возможной скорости и перед тем как дверь передо мной распахивается я оборачиваюсь. Байк и Тавр стоят на том же месте. Визор все так же поднят и его взгляд пронзает меня.

Меня охватывает дикая паника, которую я пытаюсь стряхнуть с себя.

И почему этот парень вызывает такой животный страх? И почему мне хочется бежать от него в другую сторону?

Глава 7

Я вваливаюсь в главный корпус и перевожу дыхание. Выглядываю в окно. Тавр скрылся, и я могу выдохнуть.

Почему-то мне показалось, что он готов пойти за мной. Хмыкаю. Ну да, такие как ТАвр и ему подобные не ходят за Тенями. Все, как раз, наоборот. Тени идут за Патронами. Так, как это случилось с Ингой.

Перед лицом появляется голограмма в виде красного креста. Я дергаюсь и вжимаюсь в дверь за спиной.

Окидываю взглядом просторный холл. Тут никого. Ни охраны, ни администратора у которого я могла бы спросить, куда мне идти. И как найти Веру, про которую мне успела сказать Инга.

Переступаю с ноги на ногу и жду, пока меня хоть кто-то заметит и пропустит внутрь.

Пока осматриваюсь и замечаю, что в здании переплетаются современные технологии и старинный дизайн. Лепнина, массивные дубовые двери, витражные окна, расписанные под полотна великих мастеров. Тут и Мона Лиза, и Тайная вечеря, и Геринка.

Я открываю рот пока рассматриваю стекла.

Поразительно.

Я впервые вижу такое.

Под моими потрепанными кедами паркет, по которому страшно ступать. Он выглядит таким отполированным, что кажется, если я наступлю, то меня заставят оттирать свои же следы.

Нервно прижимаю к себе Пончика и тяну вниз рукав худи, скрывая запястье. Переступаю с ноги на ногу. Красный крест все ещё горит перед носом.

— Нужно назвать свое имя, милая барышня, — раздается низкий голос откуда-то сверху.

Я инстинктивно задираю голову и замечаю стоящего на лестничной площадке профессора. На нем строгий темно-серый кардиган и черные брюки. Белоснежная водолазка слепит.

Седые волосы аккуратно зачесаны назад. Цепкий взгляд быстро проходится по всей моей фигуре, и он хмурит белые густые брови.

Я прокашливаюсь.

— Юлиана Громова. Новенькая.

— Ах вот оно что, — задумчиво тянет профессор. — Пропустить.

Он произносит это слово чуточку громче и красный крест тут же пропадает, открывая мне путь.

Я делаю небольшой шаг, опасаясь, как бы сейчас сверху не упала гильотина, но в холле ничего подобного не происходит.

— Спасибо вам, — я замолкаю и жду, что профессор представится.

Но он склоняет голову и слегка улыбается.

— Увидимся на занятиях, милая барышня.

И он скрывается за одной из многих дверей, расположенных на втором этаже. Я снова остаюсь одна.

На первом этаже я замечаю только одну дверь, в которую я не рискую зайти. Сразу же направляюсь к широкой лестнице, ведущей на этаж, где и встретил меня незнакомый профессор.

Где же мне найти эту Веру?

— Ничего, ничего, Пончик, мы же справимся? Будем считать, что это очередная олимпиада.

Пончик лишь грустно качает листочками.

Я вдыхаю побольше воздуха и шагаю по коридору. На дверях только таблички с номерами и я впервые с момента как мне позвонили, осознаю, что мне не хватает Инги. Она бы помогла и сказала, куда мне идти дальше.

— Кого-то ищете? — раздается за моей спиной уже женский голос.

От неожиданности чуть ли не роняю Пончика и резко оборачиваюсь.

— Добрый день, — голос звучит уверенно. — Я только что приехала и мне нужна Вера.

Передо мной стоит девушка лет двадцати пяти. На ней черная водолазка и расклешенная юбка ниже колен. Она поправляет очки в темной оправе и проводит рукой по идеальному пучку из светло-русых волос.

— Вы Юлиана? — девушка склоняет голову на бок и ждет ответ.

— Да, Громова.

Девушка улыбается и подходит ко мне, остановившись в паре шагов.

— Это я Вера, и я вам тут все покажу и расскажу. Прошу.

Она указывает на лестницу по которой я только что поднималась.

— А документы? Ничего не нужно?

— Все уже у меня, я вам отдам, как только покажу вашу комнату.

Киваю и послушно следую за Верой. Не спускаю глаз с ее узкой спины. Она вся прямая словно натянутая струнка. Тоненькая и точеная. Пару раз пока мы двигаемся на выход из корпуса Вера бросает быстрый взгляд через плечо, будто боится, что я сбегу.

Мы выходим на свежий воздух и я разрешаю себе немного перевести дыхание.

— Не отставайте, Юлиана. Тут очень легко заблудиться.

Прибавляю шаг и мы с Верой идем по засыпанной белым гравием дорожке. Мимо фонтанов, мимо низких двухэтажных корпусов.

— Это жилые корпуса для начальных курсов Патронов. Нам дальше.

Меня очень сильно распирает от желания спросить, кто сама Вера, но я не рискую. Это знание никак мне не поможет.

— А как к вам обращаться?

Девушка сбивается с шага и поворачивается ко мне. Кажется, что мой вопрос ее удивил.

— Меня? Просто Вера. Я тут помощник, самый простой.

В ответ я просто киваю и мы продолжаем путь. На улочках Академии безлюдно. Видимо, все сидят по своим комнатам и готовятся к учебному году.

Но тишина внезапно рассеивается и сзади раздается рев мотора…который я уже слышала. И, кажется, на этот раз байк не один.

Вера слишком громко вздыхает и в ее вздохе столько безысходности, что мне становится не по себе. Я бросаю на нее удивленный взгляд, но Вера никак не объясняет свою реакцию. Она просто продолжает идти дальше.

Мне ничего не остается кроме как идти за ней. Остаться одной на улице, где сейчас будет шумно, меня не прельщает.

Перед Верой разворачивается первый байк поднимая столб пыли. За ним ещё три или четыре. От рева моторов у меня перед глазами плывет, а в ушах звенит и это мешает мне сосредоточиться.

Я непроизвольно ищу взглядом Тавра на его монстре, но среди тех, кто окружает нас с Верой нет его.

Байкеры берут нас в кольцо, громко рычат моторами, поднимают пыль. Один из байкеров чуть ли не проезжает по моим пяткам и я чудом сдерживаю вскрик. Во мне вспыхивает желание вжать голову в плечи и убежать, но так я покажу свою слабость. А Инга мне прямо сказала, что слабым тут не место!

Бросаю взгляд в сторону Веры. Судя по ее спокойствию, она уже привыкла к таким представлениям. Девушка просто замирает, складывает руки в замок перед собой и ждет.

Я продолжаю шарить взглядом по площади перед фонтанами и замечаю его.

Тавр не участвует в представлении. Он стоит поодаль, уперев ногу в дорожку. Руки сложены на широкой груди, визор закрыт, скрывая его взгляд.

Но судя по дрожи, которая проносится по всему моему телу смотрит он на меня.

Это длится пару минут. Потом Тавр резко отталкивается от поверхности и взревев мотором скрывается в арке.

— Пойдем, Юлиана. Представление для тебя окончено.

Я округляю глаза и смотрю на Веру с непониманием.

— Для меня?

Она усмехается и пожимает узкими плечами.

— Ты же в статусе новенькой, а не я. Пойдем, я покажу, где ты будешь жить.

— А…

Я оборачиваюсь и смотрю в сторону арки, в которой скрылся Тавр. Зачем? Зачем нужно было это делать? Чтобы напугать меня? Отомстить за мой отказ?

Но он ещё не знает, что я так просто не сдаюсь.

Глава 8

У Теней отдельный корпус. Под землей два этажа для новичков и младших курсов, и над землей два этажа для старших курсов.

Мне, как новенькой, и студентке первого курса достается комната внизу.

Комната мне нравится. И плевать на то, что она расположена в самом дальнем корпусе на минус втором этаже. Так даже лучше. Никто не будет доставать и в окна лезть.

Да и ограбления можно не бояться. Думаю об этом и тут же наружу прорывается смешок.

Ну что у меня брать?

Вон, если только Пончика сопрут. А так…у меня и одежды толком нет. Старенький ноутбук тоже вряд ли кого-то может заинтересовать, потому что тут такие технологии, что мой динозавр проигрывает даже мышке для компов.

— Ну вот, — Вера остается в дверях, пропуская меня внутрь. — Добро пожаловать, Юлиана. Теперь это твой дом.

Я улыбаюсь. Скидываю спортивную сумку и чувствую, как расслабляется мое плечо.

— Тут…уютно, — искренне говорю я.

И не капли не вру.

Тут есть все для моего функционирования. Самая новейшая техника, кровать у стены, удобное кресло и журнальный столик с диванчиком.

По минимуму, но большего и не нужно.

По периметру на потолке протянута светодиодная лента, на компьютерном столе настольная лампа.

А еще…мой взгляд прилипает к небольшой тумбочке в углу комнаты. У меня теперь будет своя кофемашина!

— О, — Вера прослеживает за моим взглядом. — В месяц дается тридцать капсул эспрессо. Если привыкли к изыскам, то за свой счет. Также вам выделяется по сто Альтов. Это наша валюта, она не приравнивается к привычным рублям, и Альты можно заработать. С перечнем вакансий можешь ознакомиться у своего куратора. Завтра в десять начало занятий. Расписание придет на почту.

Вера собирается выходить из комнаты, но в последний момент будто что-то вспоминает и опускает руку в карман юбки.

Достает цепочку на которой качается серебристая флешка.

— Тут все твое досье, с которым знаком только один человек из службы безопасности академии и ты сама. Это твоя гарантия безопасности. И только от тебя и твоих навыков будет зависеть доберется ли до этого досье кто-то кроме тебя. Здесь же можешь прятать тайны других, — Вера наклоняется ближе ко мне и понижает голос. — Но я тебе этого не говорила.

Вера протягивает мне цепочку и ждет пока я ее заберу. Я аккуратно подцепляю флешку и поднимаю ее на уровень глаз. Интересно, что могли на меня накопать? Насколько глубоко проникли в мою жизнь?

Думаю, что очень глубоко. Возможно, узнали даже то, чего я и сама уже не помню. Потому что в академии работают только лучшие из лучших.

— Форма ждет тебя в шкафу, — Вера кивает куда-то. — Тут с этим строго.

— Я уже заметила, — еле слышно проговариваю.

На лице Веры вспыхивает еле заметная улыбка, и она тут же ее скрывает. Становится серьезно.

— Ну все, береги эту флешку, как самое дорогое, что у тебя было. Хорошего дня, располагайся.

Вера выходит из комнаты, прикрыв за собой дверь. А я остаюсь одна.

Ещё раз осматриваю комнату, в которой я планирую провести ближайшие полтора года. И если я продержусь, то переселюсь в комнаты для старшекурсников.

Места не так много, но для одной меня этого хватит.

Ставлю Пончика на самое видное место. Цветку будет тяжеловато без солнечного света, но для этого существуют лампы.

Думаю об этом и тут же замираю. Хлопаю себя по лбу. Интересно, а тут есть что-то типа магазинов, где можно купить необходимое?

Надо будет порыться в компьютере.

— Ну что, Пончик? Наша мечта начинает сбываться.

Плюхаюсь на кровать и стону от ее мягкости. Давно я не спала на таком мягком и комфортном матрасе. Ещё один плюсик Академии.

Разжимаю кулак и смотрю на флешку. Но решаю, что сейчас я не готова заглядывать внутрь. Нет необходимости.

Сажусь за компьютер и провожу пальцами по клавиатуре. Новенькая, удобная, мигающая всеми оттенками радуги. Рядом с монитором наушники и мышь, под клавиатурой тоже коврик с подсветкой.

Не рабочее место, а мечта!

Кручусь на кресле вокруг оси и тихо вскрикиваю от восторга. Все работает, не тормозит, не скрипит и не сыпется.

Запускаю системник и погружаюсь в изучение расписания. Ничего серьезного и сложного. Завтра вводный день после отдыха и он будет для меня как разгон.

Погружаюсь в изучение всего, до чего смогу дотянуться. Нахожу сайт для заказов всякого разного. Нажимаю на одну из вкладок со звездочками и мои щеки тут же вспыхивают, когда сайт подгружает товары для взрослых.

Переключаюсь дальше, потому что ничего из этих товаров мне не нужно.

Изучаю цены и постепенно мое настроение падает. Да того, что выделяется, не хватит даже на коробку кофе.

Сжимаю кулаки и резко выдыхаю.

Я справлюсь!

Тут же нахожу карту всего острова. У меня от количества заведений глаза лезут из орбит. Тут и клуб, и конюшни, и гоночные треки, и бассейны, и тренажерные залы, и кофейни, и лаундж-бары, и даже кинотеатры с прачечной.

И тут меня окатывает холодной волной.

Прачечная!

— Черт, Пончик, я совсем забыла про мокрые вещи!

Подскакиваю и открываю сумку. Достаю все и пытаюсь придумать, где все развешать. Тут нет ничего похожего на сушилку. Даже вешалок нет. Прохожусь по периметру комнаты и приваливаюсь к стене напротив кровати. Что-то под плечом щелкает и дверь приоткрывается.

— Ого, — выдыхаю я, глядя в недра небольшого шкафа.

Зато тут есть и вешалки, и форма академии в трех экземплярах о которой говорила Вера, и небольшая раскладная сушилка.

В стене этих дверей и не было заметно.

Это тоже вызывает восторг.

Оставшийся день я занимаюсь наведением порядка, изучением плана Академии и подготовкой к завтрашнему дню. Нахожу в ящике толстую тетрадь и пару ручек. Не густо, но это лучше, чем ничего. Будет куда записывать лекции. Хотя с моей памятью не всегда мне нужна тетрадь, но я не знаю правил Академии. Допускаю, что преподаватели могут потребовать конспекты.

Нахожу небольшую ванную комнату. Тут стиралка, душевая кабина и ящик для всяких баночек. Тоже приятный сюрприз.

Уставшая падаю на кровать и проваливаюсь в сон, из которого меня выдергивает навалившееся на меня тело и закрытый огромной рукой рот.

Глава 9

Я начинаю вырываться изо всех сил, чтобы скинуть с себя тело незнакомца, но он слишком сильный по сравнению со мной. И, явно, тяжелее меня. Поэтому я терплю неудачу даже после третьей попытки.

Царапаю его запястье и слышу, как он шипит. Но слишком быстро берет себя в руки и приближается к моему лицу. Я ощущаю его теплое дыхание на своей щеке. Кажется, ему мои царапины до одного места.

Горло перехватывает от страха. Я пытаюсь вдохнуть, но ничего не получается, потому что на лице большая и явно мужская ладонь.

В глазах скапливаются слезы, за что я ненавижу себя. Все годы в детском доме я не плакала, даже когда мне отрезали ночью волосы, а тут расклеилась из-за того, что мне не хватает силенок, чтобы освободиться от веса постороннего, который непонятно как проник в мою комнату.

Пытаюсь прикусить руку, но и в этом простейшем деле я терплю крах. Незнакомец будто считывает все мои действия наперед и опережает.

Черт!

В будущем буду оставлять ночник, чтобы избежать таких ситуаций. А то что-то я расслабилась и не учла, что я новенькая. А ещё подумала, что отсутствие окон меня как-то может спасти от проникновения в мою комнату.

— Ты кто такая и что ты делаешь в этой комнате? — раздается хрипловатый шепот возле моего уха.

Я дергаюсь, но незнакомец прижимает мои руки коленями к кровати.

— Я сейчас медленно уберу руку, и ты ответишь мне на вопрос. Орать не советую, иначе можешь остаться без языка и вообще не сможешь больше разговаривать.

Незнакомец разговаривает шепотом. И от этого по спине ползет мороз. Он сковывает тело.

Я понимаю, что в такой ситуации я ничего не смогу сделать. Тот, кто сейчас меня удерживает, в разы сильнее. И я не уверена, что он говорит это все просто для того, чтобы меня запугать.

Во-первых, я не знаю, кто скрывается в темноте.

Во-вторых, я не из тех, кто испытывает удачу.

Да и какая может быть удача у девчонки, которую отправили в детский дом?

— Кивни, если до тебя дошел смысл каждого моего слова.

Я тут же киваю, давая понять, что готова молчать и не закричу.

Уверена, что, даже если мой крик кто-то услышит, никто не прибежит мне на выручку. Тут каждый сам за себя, как успела сказать Инга. И я склонна ей верить.

Незнакомец медленно убирает с лица свою ладонь. Будто ждет от меня подвоха. Крика. Мольбы о помощи.

Но я молчу, как и обещала.

Возможно, это глупо, но сейчас мне важнее выбраться из этой передряги, чем что-то доказать.

— Кто ты такая? — раздается тихий вопрос в темноте комнаты.

И вот тут отсутствие окон, скорее, минус, чем плюс. Потому что я не могу рассмотреть даже силуэт того, кто так нагло вломился ко мне. Так был бы вариант, что я узнала бы его днем среди учащихся.

— Я новенькая, — тихо проговариваю я, чтобы незнакомец не решил, что я громким голосом привлекаю внимание к комнате. — Юлиана Громова. Первый курс.

— Как ты тут оказалась? — следует ещё один вопрос.

— Меня сюда поселили.

Слышится шорох одежды, и тяжесть с моего тела исчезает, а я, наконец-то могу вдохнуть полной грудью и избавиться от страха, который уже подбирался ко мне.

— Поселили, — эхом повторяет незнакомец, и я слышу, как он проходит мимо меня.

— Я ни при чем.

Ответом мне служит тишина. Я прислушиваюсь, в ушах шумит, но я каким-то шестым чувством понимаю, что я осталась в комнате одна.

Соскакиваю с кровати и подбегаю к выключателю. Щелкаю им и тут же морщусь, когда свет ударяет в глаза. Какое-то время мне требуется для того, чтобы зрение привыкло и я могла различать происходящее.

Осматриваюсь.

Никого…

Подхожу к кровати и плюхаюсь на матрас, провожу рукой по покрывалу, и пальцы цепляются за что-то, чего тут не должно было быть. Я хватаю с кровати какой-то браслет и поднимаю на уровень глаз.

Белое золото и буква Д вплетена в звенья.

Д…

Что это такое? Имя? Фамилия?

Так себе подсказка, потому что в Академии может быть сотни тех, у кого имя или фамилия начинается на Д.

Но я все равно кладу браслет на стол и внимательно смотрю на него. Мне кажется, что я его видела, но память пока не подкидывает подсказок.

Я сижу со светом на кровати до звонка будильника. Глаза болят от бессонницы, но после произошедшего я сомневаюсь, что я смогла бы уснуть. Мне всю оставшуюся ночь казалось, что к моей двери кто-то подходит. И дышит…

Жуть.

Встаю и умываюсь, потому что опоздание в Академии приравнивается к прогулу, а их тут не любят.

Чья-то ночная нелепая шутка (а именно так я и решила), не испоганят мне планы и не заставят вылететь из колеи.

Я стала полноправной ученицей Академии, поэтому я буду цепляться за это место как могу. И никто мне не помешает. К тому же есть шанс увидеть того, кто проник ночью в мою комнату.

Я оставила на его запястье царапины. Не просто так же с его руки слетел браслет.

Умываюсь, накладываю простой макияж и убираю волосы в два пучка.

Надеваю форму, приглаживаю юбку и натягиваю гольфы так, чтобы мой внешний вид не выглядел вызывающе.

Иду по коридорам в памяти воскрешая план здания. Навстречу мне попадаются другие Тени, которые смотрят на меня с интересом. В этот момент я жалею, что рядом нет Инги.

И тут меня толкают в спину, чуть ли не сбивая с ног. Я оборачиваюсь и вижу Валису.

— Что, новенькая, кинула тебя твоя защитница?

Я в ответ только закатываю глаза и иду дальше по своим делам.

Нахожу первую аудиторию, в которой у нас будет пара. Тут уже собралось человек тридцать, и все периодически поглядывают на часы. У каждого под мышкой ноут, а на плечах огромные сумки. И тут я жалею, что у меня только тетрадь. Как я не додумалась взять свой ноут?

На меня бросает заинтересованные взгляды парень с бледной кожей и черными волосами, которые закрывают лоб. На переносице у него круглые очки, в брови серьга.

— Новенькая? — кивает он мне.

— Да.

— Я Даня. Будем знакомы? — протягивает руку, на пальцах которой массивные серебряные кольца.

Я на автомате всматриваюсь в его запястье, но следов никаких нет. Хотя не факт, что их нет на другой руке.

Боже…кажется, у меня разблокирована одна новая паранойя.

— Будем. Юлиана, — стараюсь изобразить дружелюбную улыбку.

— Заходим, — раздается грубый голос преподавателя.

Дверь автоматически отодвигается, когда он подносит к считывателю карточку и толпа потоком проникает в аудиторию.

Я стараюсь не задерживать толпу, но все равно осматриваюсь и чуть заметно приподнимаю брови.

Тут каждое место отделено перегородкой и на столе стоит персональный компьютер.

Хм, а тут не все так просто. Видимо, ноут нужен, чтобы никакие персональные данные не утекли в систему Академии. А, значит, мне придется попотеть, когда буду заниматься на компьютере, который стоит у меня. И придумать такую защиту, которую будет невозможно вскрыть.

Но для меня это плевое дело. Я создавала сотни ключей, которые не могли вскрыть другие. Это моя стезя.

И сейчас я с этим справлюсь.

Сажусь в середину, чтобы все видеть и слышать. Впереди садится Даня и поворачивается ко мне, когда я включаю комп.

— Не советовал бы тебе пользоваться этой машиной, — кивает он на комп.

— Я справлюсь, — улыбаюсь ему и захожу в свою запасную систему.

Там пусто. Она девственно чиста и нужна только для конспектов или книжек. Ничего личного. Даже даты рождения.

Даня пожимает плечами с видом, что он предупредил. Но я прекрасно понимаю все риски.

Преподаватель быстро переходит к лекции и перед нами на доске мелькают разные картинки и коды.

Я все запоминаю, кое-что записываю и внимательно слушаю, глотая каждое слово преподавателя.

***

В учебе и попытках догнать поезд, который на всех скоростях мчится вперед по учебной программе пролетает пару недель. Мне удается не привлекать внимания Патронов. Да я практически сливаюсь с окружающей обстановкой, чтобы никого не задет взглядом, потому что уже успела услышать не один жуткий слушок про Патронов и быть у них на виду нет никакого желания.

Да и сами Патроны не обращают на меня никакого внимания, что меня очень даже устраивает. Я будто бы стала персоной «нон-грата». Но и это меня никак не задевает.

Пусть лучше так, чем терпеть нападки богатеньких и глотать это все.

С Ингой мы больше не виделись и где она я понятия не имею. Пыталась спросить у Дани с которым я начала общаться больше, чем с другими, но и он ничего нового мне не сказал.

Я смирилась и сосредоточилась на себе и на учебе. Даже успела расслабиться.

Я погружаюсь в лекции, конспекты, изучение тем и мне даже удается забыть о ночном в первую ночь. Правда, приходится перед сном прибегать к некоторым мерам безопасности. Например, я подпираю дверь креслом и ставлю на него Пончика. Если он слетит с кресла из-за того, что кто-то открыл дверь, то я услышу и проснусь. Сплю я после детского дома очень чутко, что часто играло мне на руку.

Сижу на очередной паре и слушаю лектора.

За пять минут до конца лекции, дверь в аудиторию после короткого стука распахивается и на пороге появляется уже знакомая мне Вера. Она находит меня взглядом и прищуривается.

— Извините, можно Громову забрать? — она показывает на меня. — К декану вызывают.

Преподаватель тормозит, и с недоумением смотрит на всех, кто сидит в аудитории.

— Громова? Кто это?

— Новенькая, — кивает на меня Вера.

Преподаватель удовлетворяется этим ответом и возвращается к лекции. А я усмехаюсь. Ну да, тут преподаватели не отслеживают, кто новенький, а кто учится давно. Внимание преподавателя нужно только нам.

— Так можно? — снова привлекает к себе внимание Вера.

— Конечно.

Вера кивает на выход, а мне ничего не остается, кроме как взять сумку и идти за ней.

Интересно, что могло понадобиться декану после первой же пары?

Глава 10

Я стараюсь не отставать от Веры, но она так быстро идет, что я пару раз сбиваюсь с темпа, и приходится чуть ли не бежать.

— Мы так торопимся на казнь? Да, Вера? — выдыхаю, когда Вера подходит к лестнице.

Она оборачивается и окидывает меня строгим взглядом.

— Иван Петрович не любит, когда ему приходится ждать.

— А что за повод?

Вера игнорирует мой вопрос и начинает подниматься по лестнице. Мне же ничего не остается, кроме как следовать за ней.

Я перешагиваю через две ступеньки и запоминаю дорогу, чтобы потом я могла спокойно вернуться на занятия.

Осматриваюсь. Это другое крыло, не то, в котором я была в первый день в Академии. Тут все стены отделаны темными дубовыми панелями, которые давят словно плиты. На этих стенах висят огромные портреты. В основном мужчины в возрасте, с благородной сединой на висках и прищуренными глазами. Они будто пытаются следить за каждым твоим шагом.

Я замедляюсь и вглядываюсь в один из портретов.

— Это ректоры, — поясняет Вера не притормаживая. — Прошлые и последний.

— Прям аллея звезд, — бурчу себе под нос.

Передергиваю плечами, потому что взгляды этих дядек, реально, заставляют тебя поежиться. Они словно живые, художник явно постарался, когда писал их.

Душу вложил…

— Я не опоздаю на следующую пару, Вера?

— Не опоздаешь. Иван Петрович очень пунктуален и не отрывает студентов от занятий без острой необходимости.

— Значит, сейчас она острая? Иначе меня бы не позвали во время пары?

— Очень.

И это все, что мне говорит Вера. Я только вздыхаю и продолжаю путь.

Мы поднимаемся на третий этаж, идем по длинному коридору. Тут уже не так мрачно, как на лестнице, но все равно в воздухе витает мрачное настроение. Мы с Верой сворачиваем направо и упираемся в дверь, которая спрятана в нише. Справа серебристая табличка с витиеватым узором.

Я слегка приподнимаю бровь и с трудом сдерживаю смешок. Надо же, в таком месте, где создаются технологии и ими же управляют почти всем миром, деканы предпочитают старинные таблички.

«Градов Иван Петрович, к.т.н, декан факультета «Связи с общественностью»

Кривлю губы. Это не мой факультет. Я в «Высоких технологиях».

Вера притормаживает. Приглаживает и без того идеальную прическу, расправляет плечи, одергивает серый пиджак и оглядывается на меня через плечо. Я изображаю на лице бодрую улыбку и тоже осматриваю себя, чтобы убедиться, что моя форма в порядке.

Вера стучит костяшками пальцев по гладкой поверхности двери, и глухой стук разносится по пустому коридору.

С той стороны слышен низкий голос, который приглушен из-за массивной двери.

Вижу, как от глубокого вдоха и выдоха плечи Веры сначала приподнимаются, а потом резко опускаются. Она снова одергивает пиджак и нажимает на дверную ручку. А меня ее реакция заставляет напрячься. Тут не нужно хорошо знать человека, чтобы понять — она нервничает.

Это что же там за Градов?

Страшный Серый Волк?

В любом случае, не думаю, что если я буду показывать свой страх, мне станет лучше. Наоборот, слабаков сожрут быстрее. Поэтому цепляю на лицо равнодушную улыбку и спина прямо, а там по ходу дела будем разбираться, что за декан такой, от которого у Верочки дрожат коленки.

Вера открывает дверь и отступает, открывая мне проход.

— Добрый день, Иван Петрович, я привела студентку Громову.

Иван Петрович оказывается мужчиной, которому на вид не больше сорока. Аккуратная щетина, карие глаза, внимательно смотрящие в мои, на его высокой фигуре строгий костюм, сидящий на нем как броня. Каштановые волосы аккуратно зачесаны назад, на жилетке виднеется цепочка от часов.

И тут я снова не сдерживаю эмоцию и приподнимаю бровь.

Табличка, часы на цепочке…что дальше?

— Юлиана, проходите, пожалуйста, — декан кивает на кресло возле своего массивного черного стола.

Я переступаю порог, и мне открывается оставшаяся часть кабинета. Я не сразу понимаю, почему мое тело сковывает, а потом перевожу взгляд вправо и вижу.

Вижу его…

Таврин Демьян.

Он на первый взгляд расслаблен. Холодные глаза сразу же врезаются в меня. Но я замечаю, как мускулы на его сложенных на груди руках слегка дергаются. Будто Таврин напряг их.

Черные волосы в беспорядке, зато одежда в идеале. Серый жилет выгодно подчеркивает грудные мышцы и узкую талию. Черные брюки со стрелками подчеркивают длину ног и туфли начищены так, что в отражении которых можно увидеть себя.

Рукава белоснежной рубашки закатаны, на запястье правой руки надеты массивные часы.

Странно…

Мне казалось, что мужчины предпочитают носить часы на левой. Это, типа этикет.

— Проходи, Юлиана, — шипит мне Вера в спину.

И до меня медленно доходит, что я так и застыла одной ногой в кабинете, второй в коридоре.

Тавр холодно усмехается и переводит равнодушный взгляд на декана.

— Вы уверены, что она должна находиться в Академии? — его низкий голос эхом отскакивает от стен.

Я округляю глаза и смотрю на Таврина таким взглядом, по которому мои однодомцы понимали, что я не оценила их шутку.

Иван Петрович слегка приподнимает уголок губ, но его карие глаза остаются цепкими и сканирующими мою фигуру.

Я все же делаю несколько шагов внутрь кабинета, и за моей спиной слышится хлопок двери.

Мы остаемся втроем. Даже не так…я чувствую себя, словно добыча, которая попала в капкан и к ней приближаются два опасных хищника.

Демьян, кажется, даже не дышит, так внимательно следит за мной и слушает каждый мой вдох. Я прилагаю огромные усилия, чтобы мое дыхание не сбивалось и никак не могу отвести взгляд от запястья Таврина.

Почему меня так сильно зацепили его часы?

— Итак, Юлиана, — вклинивается в мои мысли голос декана, и я на автомате отрываюсь от руки Демьяна.

Сосредотачиваюсь на лице декана.

То, что он скажет сейчас, должно быть, очень важным, но никаких предположений у меня нет.

Я в Академии меньше месяца, а уже побывала в передряге и меня дернули к декану.

А что, если декан вызвал меня именно из-за проникновения на мою территорию?

Тут же отбрасываю эту догадку. Если бы это было так, то меня вызвал бы декан моего факультета, а не Градов. И, уж точно, не спустя две недели после этого случая.

— Не буду отнимать у вас драгоценное время, которое наши студенты обычно тратят на подготовку к следующей паре. Особенно студенты, которые находятся на бесплатном образовании.

Стрела летит четко в цель.

Ты, девочка, тут никто и звать тебя никак. Ты должна сжимать зубы и терпеть все тычки со стороны сильнейших.

— Не так давно в Академии случился несчастный случай, и теперь Демьяну требуется временная замена его напарницы.

— Напарницы? — переспрашиваю, не совсем понимая, о чем декан.

— Мне нужна тень, новенькая, — подает голос Демьян.

— Но…

— Да, Теней выбирают, обычно во втором семестре, но у нас чрезвычайная ситуация, поэтому нами было принято решение пойти навстречу Демьяну и предоставить в его распоряжение вас.

— Я что, вещь? — вырывается вопрос, и я тут же о нем жалею.

Декан улыбается чуть шире, чем все это время.

— Конечно же, нет, но так устроено, что для обучения в нашей Академии, вам нужен Патрон. Только так вы останетесь в нашем заведении и сможете получить лучшее образование на континенте. Если это вам, конечно же, все ещё интересно.

Я сжимаю зубы. Перевожу взгляд с декана на расслабленного Таврина, и внутри все закипает от злости.

Инга была права, тут Тени на птичьих правах, которые у меня сейчас нагло вырывают.

И декан прекрасно понимает, что мне это нужно! Что это единственный билет в лучшую жизнь. И нагло этим пользуется.

— А мое согласие не учитывается? — складываю руки на груди и смело встречаю пронзительный взгляд Таврина.

Таврин широко улыбается, только от его улыбки по спине ползет мерзкий холодок.

— Не учитывается, птенчик.

— В целом, это все, что я хотел сообщить вам, Юлиана. Вы оба можете идти на пары.

Демьян не спорит. Он, проходя мимо меня, цепляется за мое запястье. Не давая вырваться.

— Что ты…

Таврин чуть ли не выволакивает меня из кабинета и, кивнув декану, захлопывает дверь.

Мы остаемся с ним вдвоем в нише, где нас никто не увидит. Даже декан не вмешается. В этом я уже убедилась.

В руках Патронов все…даже люди, которые не родились с золотой ложкой во рту.

— Готовься, птенчик, тебе придется очень упорно и много работать, — Демьян поднимает руку и касается костяшкой пальцев моей щеки.

Дергаюсь как от ожога, и прищуриваюсь, глядя в две льдинки, которые по нелепой случайности стали глазами этого парня.

— Я не твоя рабыня, Демьян.

Он пододвигается вплотную и приближается к моему уху.

— Ошибаешься, птенчик. Ты теперь принадлежишь мне официально на бумаге. Надеюсь, ты будешь послушной Тенью.

Я чувствую на щеке горячее дыхание Демьяна Таврина и стараюсь не дергаться. Не показывать, что меня его близость выбивает из колеи. Он не дождется страха в моих глазах. Не увидит в них паники или чего-то похожего. А именно этого он и ждет.

Такие люди привыкли запугивать, чтобы перед ними робели и выполняли каждую их прихоть.

Но я росла в детском доме, и я так просто не готова сдаваться. И плевать я хотела, что он мой новый Патрон. Это не сделает меня бесхребетной девочкой, которая готова подтирать зад хозяину.

«А что, если Таврин в отместку будет тебя наказывать? И тебя выгонят из Академии?» — шепчет внутренний голос.

Я мысленно отмахиваюсь от него.

Я с этим как-нибудь разберусь.

— И не надейся, — цежу сквозь зубы, глядя в его глаза.

— Это не предложение, птенчик.

Он отодвигается от меня так резко, что я непроизвольно шатаюсь, потеряв опору в виде его высоченной фигуры.

Демьян разворачивается и медленным шагом идет по коридору. Я смотрю на его широкие плечи, закованные в форму Академии и игнорирую то, как сильно сбивается мой пульс.

Мы с ним точно не станем друзьями.

Глава 11

Проходит почти две недели и мне уже начинает казаться, что Таврин забыл о моем существовании.

Он не трогает меня, не дает никаких поручений. Ничего не требует. Он словно испарился.

И в Академии я его не вижу. Хотя мы иногда пересекаемся с другими Патронами даже на наших парах. Вижу даже друзей Демьяна, с которыми он был в первый день на своей яхте. Но самого Таврина с ними нет.

Патроны приходят на наши пары ради развлечения, и обычно такие пары превращаются в состязание между Патронами и Теням. Кто умнее и кто кого победит в дебатах.

И стоит отметить, не все Патроны тупицы, как я думала, когда узнала, что они — это наследники многомиллиардных корпораций.

Каюсь, у меня сработало стадное мышление и предрассудки.

На самом же деле оказалось, что наши богачи тоже умеют и знают немало, просто в другой отрасли.

Как плести интриги, как засаживать других, как уничтожать репутацию соперников, как сплести паутину сплетен так, чтобы к тебе не привел ни один кончик этой паутины.

Часть Патронов отлично справляется с контролем мышления масс. И не всегда Тени могут этому противостоять.

На моих глазах, казалось бы, подкованные и умные Тени несколько раз попадались на расставленные капканы Патронов и верили в какой-то вселенский заговор.

А ещё я нахожу общий язык с Даней. Он оказывается очень интересным собеседником. Узнаю, что он занимается проектом для своего Патрона и его Патрон почти не вмешивается в колдовство Дани, как он сам называет этот процесс.

Мы сидим с ним рядом на всех парах, и иногда я даже прошу у Дани ввести меня в курс дела прошлых лекций, но я быстро включаюсь в работу. Просто потому, что другого выбора у меня нет.

Ночами я сижу за конспектами и книгами, чтобы наверстать весь материал и не выглядеть в глазах преподавателей тупицей. Потом вливаю в себя по несколько чашек дешевого кофе и топаю на пары.

После случая с проникновением в свою комнату я до сих пор на ночь подпираю дверь креслом и оставляю ночник, а ещё ставлю на кресло Пончика, чтобы в случае повторного взлома грохот от его падения меня разбудил.

Жестоко по отношению к своему зеленому другу, но я оправдываю себя тем, что именно так он может спасти мне жизнь. А разве это не дружеский долг?

После очередного учебного дня я бреду обессиленная к своей комнате. Сталкиваюсь с девушкой и на автомате прошу прощения. Поднимаю глаза и вижу Ингу.

От неожиданности сначала делаю шаг назад, а потом до меня доходит, что это именно она сейчас стоит передо мной и слегка кривит губы, держась за руку.

Опускаю глаза и хмурюсь. На коже отчетливо виден большой синяк.

Инга прослеживает за моим взглядом и нервно опускает рукав черной водолазки.

— Что с тобой? — вылетает вопрос.

Инга мотает головой и собирается молча уйти, но я перехватываю ее за другую, не поврежденную, руку.

— Вот так просто уйдешь? — в моем голосе возмущение, смешанное с упреком. — Мы не виделись больше недели. Что с тобой происходило?

Инга прикрывает глаза, и я вижу, как по ее щеке ползет слеза. Мне становится не по себе. На первый взгляд Инга не из тех, кто будет показывать слабость другим.

— Юлина, давай не сейчас, — она качает головой.

Ее глаза закатываются, и она падает на пол. Я успеваю только придержать ослабевшее тело Инги, чтобы она не ударилась головой.

— Боже мой, — вырывается из меня, когда я падаю следом за Ингой на колени.

Пытаюсь поднять девушку с пола, но ослабленное тело слишком тяжелое для меня. Мы с ней весим почти одинаково, и сил хватает только на то, чтобы сдвинуть Ингу с места на немного.

Боюсь причинить боль и забиваю на попытки оттащить Ингу в свою комнату. Но и оставить лежать ее тут даже для того, чтобы добежать до кулера, который стоит за поворотом, я не могу.

Немного узнав о повадках некоторых Теней, я не могу спокойно уйти, потому что есть такие личности в Академии, которые не упустят возможность уничтожить своих же сокурсников и тех, кто учится с ними.

Я слышала, как кто-то из Теней выставил в местный даркнет голые фото своей сокурсницы. Другие Тени не стали марать руки и не нашли эту тварь, а девчонке пришлось отчисляться, потому что фото там были очень грязные и девочка не могла после них глаза поднять.

В общем…подленькое общество здесь собралось.

Приходится подключать все свои навыки, которые были приобретены ранее, чтобы просто дожить до следующего дня и не вылететь из Академии.

Но мне иногда даже нравится. Потому что именно такой ритм не дает расслабляться и держит тебя в тонусе.

— Инга, — легонько хлопаю девушку по щекам, в надежде, что она очнется.

Одергиваю ладонь от ее лица, потому что Инга вся горит. Кручу головой в поисках хотя бы кого-то, кто сможет помочь. Ну не совсем же тут все конченные, которые даже воду не принесут.

Или все?

— Даня! — кричу я, увидев, как он идет по коридору, не беспокоясь о том, что меня могут услышать.

Даня вздрагивает и поворачивается ко мне. Его брови слегка приподнимаются, когда он видит нас с Ингой на полу, но он все равно не убегает и не включает равнодушие. Наоборот, идет к нам, поправляя на ходу очки.

— Что случилось?

— Ей плохо стало, она вся горит, и я не могу ее перетащить. Сил не хватает.

Даня зарывается пальцами в черные волосы и наводит в них еще больший беспорядок.

— Чем я могу помочь?

— Можешь позвать врача и принести воды? — делаю невинный взгляд и хлопаю ресничками.

Даня как-то странно косится на Ингу, прокашливается, а я мысленно готовлюсь к тому, что он пошлет меня куда подальше и пойдет по своим делам.

— Давай я лучше помогу тебе занести ее в комнату, а потом…

— Поняла, а потом я сама буду рулить, — язвлю я.

Да, да, правило — каждый сам за себя никуда, – не исчезло и не стоит о нем забывать.

— Извини, Юлиан, просто…

— Да не стоит оправдываться, Дань. Давай хотя бы в комнату ее занесем, чтобы она на полу не лежала. Только, — я хмурюсь. — Я не знаю, в какой она комнате.

— Так, вон, — Даня кивает через две двери от нас. — В той.

Я оборачиваюсь и стараюсь не показать своего удивления. Комната Инги через дверь от моей. И за время, что я тут, мы с ней ни разу не пересеклись. Видимо, все это время, Инги и не было в нашем корпусе.

Значит, ее забрал тот психопат, и больше не отпускал от себя?

Передергиваю плечами, и мою реакцию замечает Даня.

— Что?

— Все нормально, давай уже покончим с этим, и ты спокойно займешься своими делами.

— Юлиан, я бы помог, правда. Просто если меня с Ингой увидит ее Патрон, то мне не жить.

— Дань, — я кладу руку на его предплечье. — Я все понимаю. Не первый день тут, и я быстро понимаю правила игры.

Я даю понять, что диалог закончен, и наклоняюсь к Инге, чтобы поискать ключ от комнаты. Он находится в кармане ее пиджака.

Взгляд непроизвольно задерживается на флешке, и я делаю в голове пометку что надо бы ее спрятать, пока Инга будет без сознания.

Для своей на ночь я нашла укромное местечко в комнате. В щели между стеной и душевой кабиной. Так мне спокойнее. Никто не сорвет ее, пока я спокойно смотрю сны.

Я все еще не уверена, что мое кресло у двери может служить стопроцентной гарантией моей неприкосновенности. А так хоть флешка не пострадает, если меня придушат во сне.

Думаю об этом, и из меня вырывается невеселый смешок.

Да уж, а я думала, что Академия станет моей крепостью. На самом же деле тут на каждом шагу тебя поджидает опасность и враги.

Даже незнакомые могут стать для тебя палачами. Особенно незнакомые…

Даня подхватывает Ингу под коленки и под шею. Я бегу впереди, чтобы открыть дверь. Мой знакомый же постоянно озирается, будто боится, что кто-то заметит его помощь другой Тени. Я стараюсь не закатить глаза.

Ну что за люди?

Это же люди. А не машины…но иногда складывается впечатление, что у некоторых Теней вместо сердца жесткий диск.

Щелкаю замком, у самой уровень адреналина в крови подскакивает до такой степени, что я не с первого раза попадаю в замочную скважину. Мы заносим Ингу в ее комнату. Даня быстро укладывает девушку на кровать и чуть ли не выбегает из комнаты.

Я же только вздыхаю.

Аккуратно снимаю с шеи Инги флешку и ищу место, куда можно ее запрятать. Место находится под ножкой кровати. Пыхчу, покрываюсь потом, но мне все же удается приподнять ножку и затолкать флешку под нее.

Флешка из металла, поэтому вес кровати она выдержит.

Непроизвольно хватаюсь за свою и проверяю на месте ли она. В первые дни я хотела вообще ее уничтожить. Нет компромата — нет проблем. Но меня что-то остановило.

Если бы все было так просто, то все бы именно так и сделали.А значит, взять и просто стереть все с памяти флешки не вариант. А там есть что стирать…

Выхожу из комнаты и прикрываю за собой дверь. Поворачиваю ключ в замке и решаю сначала сходить за водой.

Стоит мне подойти к кулеру, как над ним загорается красный экран и громкий голос вещает на весь этаж.

— Громова Юлиана, пройдите в библиотеку. Вас ожидает ваш Патрон.

Черт!

Смотрю на стаканчик в своих руках, а потом перевожу взгляд на горящий красный экран.

Глава 12

Выбираю все же для начала помочь Инге и уже потом отправиться на ковер к своему Патрону.

Ну что он мне сделает? Убьет за то, что я не кинулась сразу же к нему?

И тут по спине проносится холодок, когда я вспоминаю, по какой причине Тавр остался без прошлой Тени. Ее не стало по непонятным причинам. И впервые с момента появления в Академии мне захотелось разобраться, что тогда произошло с Тенью Тавра.

Кажется, мне придется немного глубже нырнуть в это, раз нас теперь с Демьяном связывает то, что я стала его Тенью.

Я не могу просто взять и доверить свою жизнь какому-то непонятному богачу и надеяться на то, что я не повторю судьбу своей предшественницы.

И тут я сталкиваюсь с первой проблемой. С чего бы начать?

Для начала нужно закончить с Ингой. Хотя бы убедиться, что с ней все будет в порядке, насколько это возможно в ее комнате. Возвращаюсь в комнату Инги со стаканом водички и убеждаюсь, что она все ещё в отключке. Плохой знак. Обычно обморок длится не так долго. Значит, с Ингой что-то серьезнее и нужно будет прибегать к помощи медперсонала.

У нас тут нет мобильников, как я поняла, исключительно в целях безопасности Академии и острова. Хотя какая к черту необходимость, если над островом круглосуточно летают дроны и патрулируют тут все. Есть часы, фотоаппараты, компы, принтеры, а вот мобильников нет. Их изымают при поступлении. Родители потом связываются со своими чадами по специальной линии, которая проведена в Академию. Кажется, наследничков это никак не парит. Наоборот, они очень рады, что над ними не трясутся их мамы и не контролируют каждый их шаг влиятельные отцы.

А Теням и так никто не звонит и не интересуется их судьбой. На то мы и Тени. Нас выбирают, чтобы о нас никто не беспокоился.

Удобно.

Зато в нашем корпусе есть кнопки вызова. Панель с ними у каждого учащегося возле двери.

Там есть дежурный медработник, охрана и Вера, которая отвечает за порядок в нашем корпусе.

Нажимаю на кнопку дежурного медработника и по комнате Инги раздается гудок. Вижу, как ресницы Инги вздрагивают и девушка открывает глаза.

Я бросаюсь к ней. Неосторожно падаю на колени, и их тут же прожигает боль, которую я по привычке игнорирую.

— Юлиана? Ты как? — Инга дергается, но я придерживаю ее за плечо.

Она тут же падает обратно на подушку и морщится. Прикладывает ладонь ко лбу и шумно выдыхает. Вижу, как по ее виску скатывается капелька пота.

— Я врача вызываю, Инга.

— Зачем? — испуганно вскрикивает она.

— Потому что тебе плохо. Тебе нужна помощь. Ты была в отключке слишком долго. Это опасно.

— Нет, — Инга мотает головой. — Не нужно. Я сама справлюсь.

На всю комнату раздается женский голос из динамика.

— Слушаю вас, что случилось?

— Ничего.

— Девушке из пятнадцатой стало плохо. Она была в отключке. Нужно проверить, что с ней.

— Не нужно, со мной все в порядке.

— Так что у вас произошло, девочки?

— Обморок. Ничего серьезного, — торопливо проговаривает Инга, а я смотрю на нее с непониманием.

Да что с ней не так? Почему она так боится, чтобы ее осмотрели врачи?

Но я прикусываю язык. Если человек не хочет, чтобы ему помогали, то кто я такая, чтобы к этому человеку лезть и навязывать свою помощь?

Пусть живет как хочет, а я умываю руки. Я сделала все, что от меня зависело. Дальше выбор за ней.

— Вы меня отвлекаете от работы. Мне приходить или нет? — снова звучит строгий голос из динамика.

— Нет, нет, все хорошо, — тараторит Инга и вызов автоматически сбрасывается.

Награждаю девушку непонимающим взглядом. Она это замечает и вздыхает.

— Просто не лезь в это все, Юлиан, — она устало прикрывает глаза и проводит по лицу ладонью.

Я равнодушно пожимаю плечами и собираюсь выйти из комнаты.

За спиной слышу вскрик. Оборачиваюсь и вижу, как Инга шарит рукой по груди. На ее лице написана паника.

— Твоя флешка под ножкой кровати.

Инга смотрит на меня и вижу в ее глазах облегчение, смешанное с еще не отступившей паникой.

— Просто подумала, что пока ты в отключке, так будет безопаснее.

Инга кивает.

— Спасибо тебе, — тихо благодарит она. — Ты не должна была.

— Я же человек, а не робот. Мне не чуждо помогать другим.

Я не жду, что она мне скажет, просто молча выхожу и прикрываю за собой дверь. Дальше пусть она уже делает то, что считает нужным.

Стоит мне оказаться в коридоре, как вспоминаю, что меня ждет Патрон. Ускоряюсь. Почти бегу в другой корпус, туда, где библиотека.

Пробегаю мимо компаний, которые провожают меня равнодушными взглядами. Бок колет от быстрой ходьбы. Но лучше потерпеть, чем сейчас предстать перед раздраженным Патроном.

Забегаю в библиотеку и тут же врезаюсь в мощную фигуру. Отлетаю от нее и вскидываю взгляд.

Взгляд Тавра обдает меня холодом. Я ежусь и сглатываю.

Демьян показательно вскидывает руку, на которой надеты часы и прищуривается.

— Ты опоздала, Тень.

— А ты разве назначал определенное время? — складываю руки на груди и смело встречаю взгляд Демьяна.

Чудом замечаю, как уголок его рта дергается в усмешке. Но она так быстро пропадает с его идеального лица, что кажется миражом.

Мы замираем в проходе, за нами открывается дверь библиотеки, и кто-то пищит, что мы мешаем пройти, но хватает одного взгляда Таврина за мою спину, как этот кто-то испаряется.

Я делаю шаг в сторону, чтобы освободить проход. Тавр обхватывает мое запястье и тянет к стеллажам с книгами. Прячет за одни из них, блокирует рукой выход.

Я делаю вид, что меня никак не парит его близость. Но пульс подскакивает. Потому что в голове все ещё бьется мысль: именно у Тавра погибла Тень. И почему-то этот факт заставляет все внутри замереть.

— Когда я тебя вызываю, ты должна примчаться и встать по стойке смирно.

Наши взгляды снова сталкиваются. Тавру приходится наклониться, чтобы смотреть в мои глаза. Он сильно выше, а я не собираюсь задирать голову, чтобы смотреть в его льдинки.

— Так мы не в армии, — дерзко отвечаю я.

— Ага, — лениво тянет он, пряча руку в карман. — Мы в заведении похуже, Тень. И если бы ты была чуть сообразительнее, то сразу бы это поняла.

От его слов по коже проносится неприятный холодок, который я пытаюсь стряхнуть еле заметным движением плеч.

Демьян цепляется пальцем за мою цепочку, на которой висит флешка, и тянет к себе. Мне ничего не остается, кроме как шагнуть навстречу этому монстру.

И, вроде бы, он ничего не делает плохого, но его аура прижимает к полу. Мешает спокойно дышать. Пульс сбоит, а кожа покрывается мурашками. Я боюсь смотреть в его холодные и бездушные глаза, но в то же время меня будто затягивает в них и я не могу отвести от лица Таврина взгляд.

Загадка, которую я пока не могу разгадать.

— Отработаешь, — тихо произносит он, продолжая лениво водить пальцем по цепочке.

— Что?

— Опоздание свое, — устало отвечает Таврин, будто я успела его утомить своей тупостью.

— Я никуда не опаздывала, — пожимаю плечами. — У нас с тобой нет никакого регламента и расписания.

— Твое расписание на ближайшие месяцы — появляться передо мной молниеносно.

— У меня могут быть дела, — вспыхиваю я.

— Это твои проблемы.

Демьян медленно накручивает цепочку себе на палец, сжимает ее, укорачивает, и я ощущаю как она врезается в мою шею. Я делаю жадный вдох.

Таврин приближается к моему лицу. Его глаза сканируют мое лицо и на лице появляется хищная улыбка. Я смотрю так, чтобы в моих глазах не считывалось то, что я близка к панике.

Вздергиваю подбородок выше и приподнимаю бровь.

— Сегодня ты идешь ко мне. Отрабатывать первый косяк.

— Что? — задыхаюсь я.

— В восемь вечера я тебя жду. Не опаздывай, птенчик.

Глава 13

Таврин не сказал мне даже, как его найти. Просто вкинул вот это про восемь часов и ушел.

Я пыталась спросить, на что он мне сказал, чтобы я напрягла свои извилины, если она у меня есть, и нашла сама.

И теперь мне приходится рыться в системе, чтобы хоть что-то найти на своего Патрона. Но его в системе словно и не существует. Имя есть, есть фото на белом фоне, как будто на паспорт он фотографировался. И все!

Меня это удивляет, потому что не может человек прожить больше двадцати лет и не отсветить нигде. Ну не может.

Все равно какой-то цифровой след остаться должен.

Я уже два часа сижу и ломаю голову, с какой стороны к нему подойти, но везде влетаю в тупик. Вспоминаю его друзей. Галицкий Вадим и Кесаев Данис. По фото вспоминаю этих двоих. Именно они были в первый день с моим Патроном. О них инфы и компромата столько, что можно помойки в соцсетях снабдить статьями на век вперед.

А вот Демьян…

Этот человек заставляет меня задуматься. Как он это провернул?

Стучу ногтями по столу и снова зарываюсь в сеть. Ни-че-го.

И как мне теперь его искать? И где?

Не могу же я просто пойти в крыло Патронов, бегать по коридорам и искать Таврина. Это будет мега-тупо.

Или…

А что мне помешает так сделать? Чтобы избежать проблем из-за Демьяна я могу пойти и на такое. Мне же потом не крестить детей с этими наследниками. Могу и попозориться.

Почему-то я уверена, что если я не приду в назначенное время, то Таврин устроит мне веселую жизнь.

Но как…как? Он остается в тени.

Вон Галицкий и Кесаев звезды Академии. У меня глаза заслезились от количества видео с ними. И там контент 18+.

Закрываю очередную вкладку с местными звездами. Провожу руками по лицу и шумно выдыхаю.

Таврин оказывается не так прост, как кажется. Слишком сложный, я бы сказала. И эту загадку придется разгадать мне.

Иду к Инге, чтобы проверить, как она себя чувствует. Стучу, но мне никто не отвечает. Я жду пару минут, пожимаю плечами и разворачиваюсь, чтобы уйти.

Но за спиной приоткрывается дверь.

— Юлиана? Ты чего здесь? — раздается тихий голос Инги.

Я меняю курс и оборачиваюсь к ней. Она бледная, глаза потухшие, кожа с синим отливом. И эта Инга совсем не похожа на ту, которую я встретила в первый день на пароме.

Из нее словно всю жизнь выкачали.

— Ты как?

Инга пожимает плечами.

— Жить буду, а это все, что сейчас от меня нужно.

— Тебе что-то принести?

Инга поднимает на меня удивленный взгляд.

— Тебе нужно.

— Что? — хмурюсь не совсем понимая, что она имеет ввиду.

— Тебе нужно держаться от меня подальше, — серьезно заявляет Инга.

— И почему же я должна это делать? — складываю руки на груди и впериваю требовательный взгляд в Ингу.

— Я слышала, что ты стала Тенью Тавра, — перескакивает с темы Инга так и не ответив на мой вопрос.

— Допустим.

Инга вздыхает.

— Повезло, как и мне.

И я считываю намек. Пододвигаюсь к Инге так, чтобы нас не услышали другие, которые шастают по коридору.

— Это из-за твоего Патрона? Который тебя забрал в тот день.

Инга коротко кивает.

— А где твоя комната? — быстро тараторит она и делает это так громко, что я вздрагиваю от неожиданности.

А потом чуть повернув голову замечаю Валису. Эта девчонка вызывает во мне только неприязнь. Сейчас она стоит облокотившись о стену и сверлит нас с Ингой тяжелым взглядом.

— Хочешь присоединиться к нашей беседе? — вскидываю брови и зеркалю позу Валисы.

Она усмехается. Отталкивается от стенки и подходит ко мне.

— Вот ещё я с расходным материалом не беседовала, — наклоняется ко мне слишком близко. — Тавр тебя проглотит и не подавится, новенькая. Как это сделал с Диной. А через пару дней никто о тебе не вспомнит.

Почему-то ее слова заставляют меня вздрогнуть.

— Ой, Валиса, отвали, а, — толкает Инга ее в плечо.

Валиса послушно отступает и усмехается. Переводит потемневший взгляд на Ингу.

— А ты, псина, бежала бы к своему хозяину, а не отлеживалась в конуре. А то Данечка разозлится, на цепь посадит.

Валиса взмахивает своими волосами и уходит, оставляя за собой тяжелую ауру.

— О чем она? — кривлюсь я, поворачиваясь к Инге.

— Она тут возомнила себя цербером. Ходит и пытается всех под себя подмять, — пожимает плечами Инга.

Все же она затаскивает меня к себе в комнату и закрывает дверь.

— Слишком много ушей. Достали.

Плюхается на кровать и прикрывает глаза. Вижу, что ее дыхание ускоряется.

— Ты врачу показывалась?

Мотает головой.

— Слушай, — я оглядываюсь на дверь. — А тут вообще плевать всем на нас?

— Абсолютно. Твоя задача — выжить и обрести сильного Патрона. Тебе, можно сказать, повезло. Дема очень сильный, но…но…но.

— Но слишком опасный? — догадываюсь я.

— Не то что бы…, — обтекает Инга. — Слишком загадочный.

— Это я уже поняла. Ты, случайно, не знаешь, где мне этого загадочного найти? А то он меня будет ждать через час.

— Не-а. Единственное, что я знаю, что он в бунгало, а не в общем корпусе. Больше ничем не помогу.

— Черт.

— Прости, — делает виноватую мордашку Инга.

— Значит, придется искать, – вздыхаю я с преувеличенной тоской в голосе.

Инга усмехается.

— Попробуй узнать у Кесаева. Он более адекватный, чем Вадюша, — Инга произносит имена друзей Демьяна и передергивает плечами. — Вадя вообще отбитый.

— И на том спасибо. Пошла искать этого Кесаева.

Берусь за ручку, но Инга останавливает меня.

— Так где тебя поселили?

— Через две двери от тебя.

— Вот черт, — выдыхает Инга.

Я резко поворачиваюсь и вижу, как она бледнеет, прикусив губу.

— Что такое?

— Это же комната Дины.

— Тени Демьяна?

Инга кивает.

Вот же черт! Мне этого еще не хватало. Я все сильнее оказываюсь втянута в эту историю с Тавриным и его прошлой Тенью. И мне это не нравится. Я поступала в Академию, чтобы учиться, а не участвовать в интригах и попытках выжить.

Инга видит мою реакция и я вижу, что в ее взгляде появляется сочувствие, поэтому мысленно я приказываю себе не раскисать. Пока ничего страшного не произошло кроме того, что на меня в моей комнате напали. Но я все еще считаю, что это было просто чтобы я не расслабилась.

Посвящение в новенькую. Мало ли какие у них тут в голове тараканы.

— Мне пора. Пойду искать своего Патрона, — натягиваю на лицо улыбку.

— Удачи, — доносится до меня тихий голос Инги, когда я открываю дверь и переступаю порог ее комнаты.

Делаю несколько вдохов и выдохов и шагаю на выход из нашего корпуса. Смотрю на часы, у меня пятьдесят минут. Не так мало, но, если учесть, что я понятия не имею, куда идти, то этого недостаточно.

Воскрешаю в памяти карту нашего острова и Академии. Бунгало в противоположной стороне от корпуса Теней. Отдельные домики для Патронов стоят в отдалении, практически в лесу острова.

Иду по тропинкам и прислушиваюсь к звукам природы. Залив бушует сегодня, меня окутывает холодный ветер и мне приходится запахнуть пиджак, чтобы не замерзнуть. Жалею, что не взяла с собой худи, но тут строго запрещено носить что-то помимо формы. А теплую верхнюю одежду мне еще не выдали.

Поэтому…сжимаю зубы и быстро иду по тропинкам в сторону бунгало.

— А я тебе сказал, что ничего подобного там не было, — слышу недовольный мужской голос.

И он приближается ко мне сзади. Я делаю шаг в сторону, чтобы невидимый парень меня не сбил с ног.

— Нет, ну и что, что штрафы.

Так, стоп!

Я притормаживаю. Разве тут не запрещены телефоны? Или Патронам и эти законы до одного места?

Усмехаюсь.

Ничего удивительного.

Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть, кто идет за мной и вижу Даниса. Я аж радостно подскакиваю.

Надо же, какая удача.

Только вот Кесаев не выглядит дружелюбно. Наоборот, его темные брови съехались на переносице, а черные глаза смотрят с такой яростью, что я непроизвольно сглатываю. На лбу замечаю продолговатый шрам, по которому Данис проводит пальцем.

Черные короткие волосы треплет ветер, но Кесаев будто и не замечает холода. Идет в жилетке и рубашке и даже не ежится. А у него ещё и пуговицы расстегнуты на груди и виднеется узор тату на ключице.

При виде него я непроизвольно ежусь.

— Все, давай, до связи, — Данис скидывает звонок и я замечаю, как маленький мобильник исчезает у него в кармане.

А потом Кесаев замечает меня. Яростное выражение не меняется, когда мы сталкиваемся взглядом.

— Ты что тут забыла, Тень?

Интересно, и в каком месте Инга нашла этого парня более адекватным, чем Вадима?

— У меня что, на лбу написано, что я Тень? — недовольно бормочу я.

И слышу смешок Даниса. Он склоняет голову на бок и внимательно смотрит на меня. Как будто увидел интересный экземпляр, который хочется изучить под микроскопом.

— Да по одежде у тебя это написано, — смеется парень.

И впервые мне не страшно в присутствии Патрона. Хотя, стоит признать, от этого парня исходит не меньшая сила, чем от Таврина. Но этот как-то…не такой давящий, что ли.

Или мне так кажется.

Оглядываю свою форму.

— И что с ней не так? — дерзко спрашиваю.

Данис показывает сначала на себя, потом на меня.

— Как минимум то, что у нас форма разная. Ты это увидишь, если разуешь глазки. Или монитор совсем зрение посадил?

— Еще не совсем, — складываю руки на груди и смело встречаю взгляд черных глаз.

Данис приподнимает бровь. И его интерес становится острее.

— Как забавно, — еле слышно проговаривает он. — Ты откуда такая дерзкая?

— Из детдома.

Выдаю я, даже не притормозив. И сама же удивляюсь. Обычно, я не сильно охотно делюсь информацией о себе. А тут даже не забуксовала.

— Тогда ясно.

— Ничего тебе не ясно. Куда тебе?

Данис кивает, и, кажется, совсем не обижается на мой выпад.

— Согласен. Сорян. Так куда ты так торопишься? — он складывает мощные руки на груди и вопросительно выгибает бровь.

— Ну раз уж пошла такая пьянка. Ты не скажешь, как мне найти Демьяна?

— Дему? А зачем он тебе? — тут же становится собранным Кесаев.

Как будто я могу чем-то угрожать его дружку, а он готов кинуться на его защиту.

— Я теперь его Тень, — и тут я снова без задержек выпаливаю правду.

Да что ж такое? У этого Даниса какой-то талант?

— Надо же…ну пойдем, Тень. Имя-то есть?

— Юлиана.

— Юлька, что ли?

Сжимаю губы, на что получаю смешок Даниса.

— Шутка юмора, Юлиана. У меня хватает мозгов, чтобы понимать, что это два разных имени.

— Я и не утверждала обратное, — смущенно бормочу я, продолжая удивляться своей реакции на этого парня.

С ним легко. Неожиданно. И это плохой знак. Потому что тут не может быть легко с Патронами. С ними нужно быть максимально внимательной.

— Типа мы не знаем, как вы все к нам относитесь.

Данис кивает мне в сторону дорожки и направляется к одному из бунгало. Я с опаской оглядываюсь. Никого вокруг, но у меня нет варианта кроме как довериться Данису.

Навстречу нам выходит парень в котором я тут же узнаю Патрона Инги. Сжимаю кулак при виде этого смазливого лица.

— О, Данис, а ты объедки после друга собираешь, что ли? — высокомерно спрашивает этот идиот.

На лице Даниса не вздрагивает ни один мускул. Он закидывает руку мне на плечо и скалится, глядя в холодные глаза собеседника. Я округляю свои и кошусь в сторону Кесаева.

— А тебя, я не пойму, так сильно беспокоит, кто в моей койке? М? Дениска? — Данис поигрывает бровями.

Денис. Да, про него говорила Валиса. Я стараюсь не скинуть руку Даниса, потому что если выбирать из двух Патронов, то я, определенно выберу Даниса. Точнее, его компанию.

— Да ещё я не трахал это отребье, — морщит точеный носик Денис и проходит мимо, окутывая нас удушливым запахом своего парфюма.

Я морщусь и тут же избавляюсь от руки Кесаева, на что он только усмехается и продолжает идти.

Послушно топаю следом, пока мы не доходим до самого дальнего бунгало. Окна выходят на лес, вокруг забор. Данис толкает калитку и приглашает внутрь.

У меня возникает мысль, что это не бунгало Таврина, но я смело шагаю вперед и оказываюсь во дворике, засеянном газоном.

— Смотри, чтобы наш Серый Волк тебя не съел. Ты мне понравилась, — раздается за спиной голос Даниса, а потом калитка захлопывается и я остаюсь одна.

Иду по тропинке, и оказываюсь во дворе.

Ноги тут же отказываются идти дальше, потому что я вижу своего Патрона. Он без рубашки, несмотря на вечерний холод, в спортивных штанах низко спущенных на бедрах. И он остервенело подтягивается на турнике. От напряжения каждая его мышца выделяется на смуглой коже.

Тишину нарушают только его резкие выдохи.

И, кажется, мои…

Я во все глаза смотрю на это тело и слежу за каждым его движением. Сглатываю.

Демьян спрыгивает с турника и оборачивается ко мне. Поднимает часы, лежащие поверх майки, скинутой прямо на газон, и проверяет время.

— Смотри-ка, не опоздала, — его голос способен заморозить и я не понимаю, чем он в этот раз недоволен, но молча жду.

Демьян кидает часы обратно на майку, и сокращает расстояние между нами. Вторгается в мое личное пространство.

Обхватывает мой подбородок. Заставляет смотреть в свои холодные глаза.

— Еще раз к тебе кто-то прикоснется, кроме меня, — тихо проговаривает он рядом с моим ухом. — И мне придется принять меры, разноглазка.

Глава 14

— Ты меня позвал, чтобы пытаться напугать?

Пытаюсь высвободиться из захвата сильных пальцев, но Демьян только усиливает хватку на моем лице.

Стараюсь не поморщиться от боли, которая пронзает подбородок. Таврин резко разжимает пальцы и медленно проводит по месту, где только что было больно. Серые глаза ненадолго вспыхивают интересом, но это длится несколько секунд.

— Я тебя позвал, чтобы ты поработала.

Таврин подхватывает с мягкого покрытия майку и натягивает ее, скрывая свое точеное тело. Ерошит волосы и ведет плечами.

Я стараюсь смотреть куда угодно, но только не на эту груду мышц. Но попытки проваливаются и мой взгляд постоянно возвращается к Демьяну. Он неторопливо застегивает часы на правом запястье. И мой взгляд цепляется за белесую полоску на его внутренней стороне запястья.

След от зажившей царапины. И на его смуглой коже она видна слишком отчетливо.

— Не зависай, разноглазка. Вперед, — Демьян обхватывает мое предплечье и подталкивает меня к входу в бунгало.

Я упираюсь. Пытаюсь притормозить.

Мне нужно сейчас выяснить, он ли был в ту ночь в моей комнате. Вырываюсь из захвата и разворачиваюсь к Таврину лицом. Он недоволен тем, что я не кинулась выполнять его приказ.

Складывает руки на груди и приподнимает бровь, ожидая, что я скажу или сделаю в дальше. Я зеркалю его позу, не позволяя ему подавлять меня своей энергетикой.

Какое-то время мы молча сверлим друг друга взглядами. Его спокойный холодный взгляд пробирает меня до костей. Я будто голой вышла на мороз в минус тридцать и теперь все моя кожа покрывается корочкой льда.

Чертовы глаза Таврина.

— Это был ты? — все же выталкиваю этот вопрос из себя.

Таврин дергает уголком губ. Он не переспрашивает и не уточняет, о чем именно я спрашиваю. Потому что он прекрасно знает ответ.

— В моей комнате, ночью, — сама уточняю просто чтобы не стоять тут в тишине.

Над нами с громким рокотом проносится дрон и я задираю голову. На инстинкте. А когда возвращаю взгляд, Демьян уже заходит в бунгало.

— Эй! Я задала вопрос! — иду за ним.

По всему телу разливается злость на этого наследничка. Да кем он себя возомнил? Думает, если есть деньги, то он может творить вот это вот все и оставаться в тени?

Переступаю порог и оказываюсь в типично мужском жилище.

Просторная гостиная. Стены обшиты деревянными панелями, мебель вся в черном. Угловой диван занимает большую часть помещения, перед ним стоит массивный каменный журнальный столик и плазма во всю стену. Замечаю так же приставку.

Надо же, а у нашего наследника так много времени, что он рубится в игры?

Кухонная зона огорожена высокой барной стойкой так же сделанной из камня. На окнах черные блэкауты. Над головой световые полосы, которые дают недостаточное количество света и мне приходится присматриваться.

Демьян, так и не ответив на вопрос, подходит к черному холодильнику, распахивает его и будто о чем-то вспомнив, захлопывает дверцу, и поворачивается ко мне.

Опирается бедром на кухонную столешницу, вперивает в меня тяжелый взгляд. Кивает на холодильник.

Я хмурюсь, не понимая, чего он от меня ждет.

Демьян закатывает глаза.

— Какая ты тугая, оказывается, — проговаривает он, вроде бы, и тихо, но я при этом слышу каждое его слово.

— Я так понимаю, ты ждешь, что я начну тебе прислуживать.

Таврин пригвождает меня тяжелым взглядом к месту.

— Это твоя прямая обязанность, Тень. От твоего поведения будет зависеть, насколько я буду к тебе щедр.

Черт!

Уверена, Таврин прекрасно знает, сколько у меня на счету Альтов и что я почти на грани. А мне нужно ещё дожить до первого числа.

Во мне зреет протест, но разум побеждает.

— Отлично, — выдыхаю я и направляюсь к холодильнику.

Распахиваю дверцу и достаю бутылку ледяной воды. Открываю ее, ощущая не себе внимательный взгляд своего Патрона. Сглатываю ком в горле.

Мне неприятна его близость. Дышать становится тяжело, и пульс постоянно сбивается.

— Стаканы где? — слегка поворачиваюсь к Демьяну, который, кажется, не сдвинулся ни на миллиметр.

— Ищи.

Сжимаю руку в кулак и беспардонно начинаю шарить по шкафчикам Демьяна. Черная посуда, аккуратно расставленные специи, крупы, при виде которых я слегка округляю глаза. Он готовит? Или это так…пыль пустить в глаза? Везде порядок, никакого неприятного запаха или рассыпавшейся крупы на дне ящиков.

Наконец, с пятой попытки я нахожу стакан и достаю его. Наливаю воду и протягиваю Демьяну.

Он не берет. Только скользит взглядом по моим пальцам, которые сжимают стакан.

— Что не так?

— Лед.

Выдыхаю. Ставлю стакан и лезу в морозильный отсек. Достаю пакет со льдом и бросаю в стакан несколько штук. Снова протягиваю.

— Пей, — звучит приказ.

Приподнимаю бровь.

— Серьезно? Я же при тебе все налила.

— Пей, я сказал. Баллы тают, разноглазка.

— Боишься, что отравят? — язвлю я, но в ответ только молчание.

Да чтоб тебя.

Делаю маленький глоток. Ледяная жидкость обжигает горло и я стараюсь не поморщиться. Не люблю холодные напитки. Слишком легко ангину подхватить.

— Умничка, — хвалит Патрон и берет стакан.

Поворачивает той стороной с которой пила я и прикасается губами к тому самому месту.

О. Боже. Мой.

Почему при виде этого у меня внизу живота вспыхивает пожар? Он же ничего такого не делает.

Демьян выпивает ледяную жидкость почти залпом. Пару капель срывается со стакана и падает на его грудь. Я зажмуриваюсь и передергиваю плечами.

Боже, я надеюсь, в этой воде ничего не было.

— Ты же даже не подождал, — мой голос хрипнет, за что я сама себя ненавижу.

— Умрем вместе, — слышится…что это? Шутка?

Я моргаю, таращась на невозмутимое лицо своего Патрона.

Таврин ставит стакан на столешницу и кивает на диван, который стоит в гостиной.

Послушно топаю, решив, что чем быстрее я выполню все его приказы, тем быстрее я избавлюсь от его компании, которая мне неприятна. А если повезет, то и Альтов заработаю. Я бы не отказалась от коробки лучшего кофе. Иначе скоро буду выть на Луну из-за того, что мне приходится пить по утрам.

Демьян давит на столешницу и она приподнимается. Патрон достает из скрытого отсека ноутбук и ставит передо мной. Открывает крышку, падает рядом со мной, задевая коленкой мою ногу.

Отодвигаюсь, чтобы увеличить между нами расстояние и слышу тихий смешок Демьяна.

— Прям такая непорочная, — шепчет он рядом с моим ухом.

Кошусь в его сторону.

Он слишком близко и мое тело снова на него реагирует. Черт! Ещё одна такая реакция и я, реально, подумаю, что Таврин что-то подсыпал в ту воду.

Таврин щелкает по клавиатуре, вводя пароль, так быстро, что я даже не успеваю запомнить.

Где он научился так быстро печатать? Даже у меня нет такого навыка! А я тренировалась не один месяц.

— Даже не пытайся, разноглазка, — насмешливо говорит Демьян.

Открывает окно и на меня с экрана смотрит…Патрон Инги. Даже на фото он вызывает во мне ужас. Хочется захлопнуть крышку ноутбука и забыть эти глаза. Взгляд маньяка, хоть и мордашка у этого Дениса миленькая.

Но глаза не обманут.

— Мне нужно все на него, Тень, — тихо проговаривает Демьян. — И когда я говорю все, это значит, что тебе нужно сделать невозможное, а не поискать на просторах то, что знают все и кинуть мне это как кость.

Вижу, как Демьян, проговаривая это, сжимает кулак так сильно, что вены на его руке вздуваются.

Не показываю удивления, но мысленно делаю пометку.

Видимо, они не дружат.

— Ты не ответил, — возвращаюсь к прерванному на улице разговору. — Тогда в моей комнате был ты?

Таврин смотрит четко мне в глаза. Я не отвожу свои.

— Ты же не дурочка, разноглазка, — он проводит костяшкой по моей щеке.

— Ты даже не отрицаешь?

— Зачем?

— У тебя будут проблемы.

Таврин усмехается. От его усмешки по спине проносится холодок.

— Интересно будет посмотреть на это, разноглазка.

— Меня зовут Юлиана.

— Рад за тебя.

Он встает.

— У тебя два часа.

— А ты куда?

Демьян сверкает глазами.

— Тебя это не касается.

Он разворачивается и направляется к двери. Но в последний момент оборачивается.

— Это не твоя комната, Тень.

И после этих слов он скрывается в комнате, оставляя меня наедине со своими мыслями.

Мне ровно. Пусть делает, что хочет и сваливает куда захочет. Мне нужно сделать то, что он мне приказал, получить вознаграждение и вернуться к себе. У меня уже была мысль брать подработки, чтобы поправить свое финансовое положение и существовать в Академии более-менее нормально, потому что на сто Альтов, которые нам выделяются, тут просто не прожить. А тут Альты сами плывут мне в руки.

Кто я такая, чтобы отказывать себе в удовольствии?

Почему-то сомнений в том, что я нарою на этого Дениса что-то, что удовлетворит Демьяна, у меня нет.

Ставлю на часах таймер и приступаю к делу. Отвлекаюсь только на секунду, когда слышу, что дверь комнаты Таврина открывается и он проходит мимо меня, не сказав ни слова.

Мне не до него. Я занята поиском информации на Патрона Инги. Возможно, эта информация поможет и ей избавиться от этого козла, который ее мучает и относится, как к животному.

Мои пальцы порхают по клавиатуре. Я нахожу всех, с кем контактировал Денис. Нахожу все, на что он тратил деньги в последнее время, но все ещё ничего особенного. Это может нарыть любая Тень.

Мне же хочется утереть Демьяну его богатенький нос и показать, что я в Академии не просто так. Не по ошибке. А именно потому, что в моей голове работают извилины. И работают очень хорошо.

Пусть он своим ядом захлебнется. У меня уже сработало дело принципа.

Ненавижу, когда меня считают слабой, тупой и никчемной. Поэтому продолжаю вскрывать сайты, пароли Дениса и искать новые сведения об этом парне. При виде сумм, которые он тратит у меня ненадолго округляются глаза. Яхты, машины, байки, скакуны из ОАЭ.

Оп-па.

Мой взгляд цепляется за странное название конторы и я присматриваюсь. Три миллиона на леденцы? Он что, решил купить там фабрику?

Усмехаюсь. Без проблем нахожу ФИО владельца фирмы и уже переключаюсь на него. Офшоры, махинации с недвижкой, обман людей.

Да тут криминалом попахивает.

Глаза шарят по строчкам, мозг работает со скоростью хорошего процессора.

Я скидываю все в скрытую папку на компьютере Таврина. Паролю ее. Скажу пароль наследничку только после того, как он оплатит мою работу.

Срабатывает таймер, сообщая, что мое время вышло и одновременно с ним дверь открывается и на пороге появляется Демьян в шлеме. Он стягивает его и приглаживает растрепавшиеся волосы.

— Давай, — звучит короткий приказ.

Таврин проходит в бунгало и стягивает куртку, разминая плечи.

Последний сайт, наконец-то грузится и я вижу Дениса с какой-то девушкой. Она стоит перед ним на коленях и рыдает.

Я хмурюсь.

Девушка мне незнакома. Но очень красивая. Даже издалека это заметно.

Сзади раздаются шаги и по обе стороны от меня появляются руки Таврина. Он опирается на спинку дивана и нависает надо мной.

Я сворачиваю вкладки и поворачиваюсь к Патрону. Наши взгляды сталкиваются и Демьян задерживает свой дольше обычного. Его зрачки пульсируют…но он быстро берет себя в руки.

— Отчет, — низкий голос задевает нервные окончания.

— Утром деньги — вечером стулья.

— Что? — хмурит он черные брови.

Я усмехаюсь.

— Классика кинематографа. Неужели, не смотрел?

Демьян не отвечая, достает из кармана маленький мобильник. Такой же был и Кесаева.

Да уж…Патронам правила не писаны.

Таврин что-то набирает на клавиатуре и часы на моем запястье вжикают. Опускаю взгляд на дисплей и мои глаза округляются.

— Это половина. Вторая после того, как все покажешь. Если меня не устроит, я верну все обратно ещё и штраф заплатишь.

Как предсказуемо.

Но тысяча Альтов меня очень сильно мотивирует и я открываю папку, куда успела накидать самое главное.

Я открываю на отдельных вкладках денежные переводы на подставные фирмы, предпоследним открываю видео. Собираюсь открыть ещё вкладку, но Таврин кладет руку поверх моей.

— Стой.

Я смотрю на его профиль. Он внимательно следит за тем, что происходит на экране. Его рука все сильнее сжимается на моей, причиняя боль, которую я с трудом терплю.

— Ш-ш-ш, — пытаюсь вырваться.

— Сука, я так и знал, — выдыхает Таврин и отталкивается от дивана. — Свободна.

Бросает мне.

Я послушно встаю и собираюсь уйти. Но…

— Стой, Тень. Это ещё не все.

Глава 15

Теперь у меня тоже есть телефон, который никто не должен видеть. Для связи Патрона со мной. В тот вечер Демьян засунул мне его и приказал постоянно быть на связи. Я пока слабо понимаю, как это воплощать, потому что если кто-то из преподавателей или администрации увидит меня с мобильным, то у меня могут быть проблемы.

Да и отчисление тоже.

Но спорить с Тавриным себе же дороже.

Поэтому пришлось импровизировать и делать резинку на бедро, чтобы прятать телефон под юбкой. Хорошо, что длина позволяет это сделать.

— Ты на меня дуешься? — на одной из пар ко мне поворачивается Даня и опирается на парту.

Я смотрю на него и пытаюсь понять, злюсь ли.

— Все нормально. Никто не обязан никому помогать, Дань, — наклоняюсь к нему так близко, чтобы мои слова слышала только он.

Потому что перехватываю взгляд Валисы, которая уже настроилась подслушивать. Цербер. Вот уж точно.

— Просто я…

— Дань, забей.

— Точно? — парень ерошит свои черные волосы и смотрит на меня с такой надежой, что я не могу сказать ему что-то другое.

Дверь в аудиторию резко распахивается и порог переступает Вадя. Вся аудитория поворачивается на громкий звук. Некоторые Тени вжимают головы в плечи. Некоторые, наоборот, одаривают Вадима улыбками.

За ним следует Данис, и замыкает шествие мой Патрон.

Кесаев видит меня и подмигивает, а потом и вовсе посылает мне воздушный поцелуй. Мои щеки вспыхивают и я сползаю по стулу.

Боже мой.

Что он творит?

Демьян награждает его тяжелым взглядом. Мне кажется, что сейчас он кинется на своего друга, но Кесаев перехватывает взгляд друга и громко хохочет.

— Тавр, расслабься, — хлопает друга по плечу.

Демьян тут же скидывает руку Даниса и проходит мимо ржущих друзей. Смотрит в мою сторону, и я вижу в его холодных глазах желание кого-то раскромсать.

Проходя мимо моей парты Таврин тормозит и нависает надо мной. Даня тут же поворачивается к себе и делает вид, что он очень сильно чем-то занят. Начинает активно что-то печатать у себя в ноуте.

— Это что такое? — вкрадчиво спрашивает мой Патрон.

— Спроси у своего друга, — отвечаю я.

— Я у тебя спрашиваю, Тень.

— Попытка выбесить тебя?

Демьян усмехается.

— Зря.

Пожимаю плечами и сосредотачиваюсь на ручке, которую кручу в руках.

— Не мои проблемы.

— Сегодня после пар жду тебя у себя. Есть ещё работенка.

Он проходит мимо и падает за парту, которая находится за мной. Странный выбор, если учесть, что тут сидят только Тени. Но…Патронам все равно на мнение других. Они делают только то, что нравится им.

После звонка заходит преподаватель и обводит всю аудиторию строгим взглядом. Видит у меня за спиной Демьяна и недовольно поджимает тонкие губы так, что его тонкие усы почти скрываются из вида.

Кесаев с Вадимом падают в стороне где расположились другие Патроны. Эт двое что-то бурно обсуждают и громко хохочут на всю аудиторию.

— Таврин, а у вас что, места нет?

— Мне и тут прекрасно, Павел Ильич. Какие-то проблемы? — спокойно отвечает мой Патрон.

У меня от его тихого голоса по спине проносится холодок.

Как он это делает? Вроде и не кричит, но от его тона несет таким морозом, что в аудитории становится на несколько градусов холоднее.

— Главное, чтобы проблем не было у вас, Демьян. Остальное меня не волнует.

Слышу за спиной хрипловатый смешок.

— Так я же за своей Тенью. Так что…

Преподаватель только вздыхает и приступает к лекции. Я стараюсь не реагировать на то, что за моей спиной сидит Демьян. Все конспектирую и стараюсь не отвлекаться на взгляды, которые летят в мою сторону со всех сторон.

В середине пары в аудиторию вваливается Денис — Патрон Инги.

— Романов, — кривит губы Павел Ильич. — А вы что тут хотите?

Денис находит меня и от его взгляда мне впервые становится так страшно.

Черт.

Почему он на меня так смотрит?

Потом Патрон Инги медленно переводит взгляд мне за спину и его лицо еле заметно меняется. На нем появляется неприязнь и разочарование.

— Да я ищу знакомую, Павел Ильич. Ну вот, — кивает в мою сторону. — Считайте, нашел. Отваливаю.

Он дерзко усмехается и взглянув на меня ещё раз, покидает аудиторию и только после этого я выдыхаю.

Пульс постепенно приходит в норму.

Данис с Вадимом смотрят на Таврина, но что делает за моей спиной Таврин, я понятия не имею. Но Данис кивает и молча покидает аудиторию.

А Таврин остается до конца пары.

Я собираюсь сбежать, но мне не удается. Демьян перехватывает меня за запястье и втаскивает обратно в аудиторию, когда там никого не остается. Я вскрикиваю и меня вжимают в прохладную поверхность двери.

Холодные серые глаза внимательно проходятся по моему лицу. Таврин будто что-то ищет на нем.

— Кому ты сказала что нашла видео?

Хмурюсь.

— Какое видео?

— Дуру выключай и включай серое вещество, — спокойно произносит Демьян.

— Никому не говорила, — уверенно говорю я.

— Не ври мне, разноглазка.

— Я серьезно, — пытаюсь оттолкнуть тело Таврина, но парень не поддается, только сильнее вжимает меня в дверь. — Я ни с кем тут не общаюсь.

Демьян еле заметно улыбается.

— А у меня другие сведения, разноглазка. Как минимум с моим другом и с Тенью Романова. А ещё с Тенью, которая сидела перед тобой. Уже трое.

— Я никому не говорила, — продолжаю гнуть свою линию.

Демьян проводит пальцем по линии моего подбородка. Приближается к губам. Мы сталкиваемся взглядами. Таврин усмехается, а я задерживаю дыхание.

— Ты же знаешь, что будет за предательство, Юлиана?

— Знаю, — шепотом проговариваю я.

— Умница. Ты же хочешь тут оставаться?

— Хочу.

Мы переходим на шепот. Но из-за тишины в аудитории мне кажется, что мы кричим.

— Значит тебе придется играть со мной в одной команде, Тень.

Он так резко оттакливается от меня, что я инстинктивно подаюсь вперед.

— После пар жду.

Он отодвигает меня от двери, будто я ничего не вешу и выходит из аудитории.

Но теперь мне становится самой интересно, что же там на видео.

Возвращаюсь в комнату вместо того, чтобы пойти пообедать. В меня сейчас ничего не влезет, пока я не попробую выяснить, кто же был на видео с Патроном Инги.

Но одной перемены мне оказывается недостаточно. Приходится почти весь остаток дня искать.

И я нахожу. На видео с Патроном Инги — Дина — прошлая Тень Демьяна.

Мне становится страшно.

Получается…Тень Демьяна его предала?

Глава 16

Жужжание часов напоминает мне о том, что мне пора идти в берлогу своего Патрона. Что ему нужно от меня на этот раз я не имею понятия, но и злить его я больше не хочу.

Мне нужна информация по этой Дине. Где жила, с кем общалась и почему она обратилась к Денису и рыдала перед ним на коленях. И мог ли наказать ее за это Демьян.

Почему-то мне кажется, что это вполне в его характере. Показывать провинившемуся, кто тут главный.

Торопливо преодолеваю аллею где взмывают в воздух фонтаны и вижу в нескольких шагах от меня Дениса. Он стоит возле желтого спортивного авто и прищурившись смотрит на меня. Я непроизвольно замедляю шаг. Возвращаю взгляд Денису, стараясь, чтобы меня не охватил страх перед этим парнем.

Он такой же студент, как и я, только с огромными деньгами.

К моему сожалению, мне предстоит пройти мимо Дениса, потому что дорога, ведущая к бунгало Патронов, как раз рядом с Патроном Инги.

Черт!

Надо было зайти к Инге и узнать у нее, как она себя чувствует, но я так сильно провалилась в поиск сведений про прошлую Тень, что совсем забыла про девушку. А она может стать хорошим источником информации, которой мне так сильно не хватает.

Значит, надо будет зайти к ней после того, как я выполню очередное поручение Таврина. Надеюсь, сегодня, как и в прошлый раз, это не займет много времени и вечер у меня будет свободен.

Подхожу к бунгало под номером тринадцать и стучусь в калитку. Она поддается и распахивается передо мной.

Во дворе никого, поэтому сразу же топаю к небольшому дому. Дверь тоже открыта и я переступаю порог, прислушиваясь к звукам, которые доносятся откуда-то снизу.

Звуки ударов и резкого, тяжелого дыхания.

Внимание привлекает приоткрытая дверь, отличающаяся от других. Я подхожу к ней и толкаю с опаской. Готовая в любую минуту защититься, независимо от того, кто скрывается за той дверью.

Звуки становятся громче, а возле моих ног лестница, ведущая вниз.

Я спускаюсь и оказываюсь в небольшой тренажерном зале. Ну конечно, каким же ещё может быть зал у Патрона вроде Таврина? Только собственный, куда никто больше не придет.

В центре помещения установлена груша, по которой отчаянно и как-то остервенело колотит кулаками Таврин. Никаких перчаток. Кулаки обмотаны спортивными бинтами.

Сегодня он хотя бы догадался встречать меня одетым.

Таврин резко останавливается и разворачивается ко мне. По лицу стекает пот, мышцы напряжены, сам он словно вибрирует.

— А, пришла, — с пренебрежением, которое даже не пытается скрыть, проговаривает мой Патрон.

Я опираюсь плечом на ближайшую стену и смело встречаю его взгляд.

— Какие сегодня будут указания, мой господин? — язвлю я, и вижу как уголок губ Демьяна дергаться в подобии улыбки.

Я удивляюсь его человеческой эмоции, но мне удается сохранить непроницаемое лицо.

— Мне нравится, — тянет он и хватает полотенце со стула, стоящего в углу комнаты.

Вытирает лицо, и перекидывает через шею.

— Немного поиграешь в прислугу мою.

Приподнимаю бровь.

— В каком смысле? Попку помыть и колыбельную спеть? — вырывается из меня прежде, чем я успеваю подумать и отфильтровать слова.

Таврин замирает в нескольких шагах от меня и поворачивает голову. Его взгляд окутывает холодом, но я дергаю подбородок выше и расправляю плечи.

Молниеносное движение, шею обжигает от боли. Я шикаю, а потом опускаю взгляд на раскрытую ладонь Таврина, на которой лежит моя флешка. Внутри все опускается.

— Отдай, — пытаюсь забрать, но Демьян поднимает руку над головой.

Разница в росте играет ему на пользу. Я даже в прыжке не могу дотянуться до своей флешки. Таврин хватает меня за талию и больно впечатывает в стену. Я зажмуриваюсь. Из меня вылетает стон боли.

— Я тебя предупреждал следить за этой штукой? — вкрадчиво проговаривает мой Патрон, прижимаясь ко мне всем телом. — Или ты думаешь, что все вокруг тебя тут ангелы и не позаряться на чужие тайны, разноглазка?

— Верни, — цежу сквозь зубы.

— С чего бы мне это делать?

— Потому что это мое, — зло соплю я.

— Ты слишком легкомысленна, — лениво тянет Таврин.

Я замираю у стены. Делаю вид, что смирилась с потерей. Демьян немного ослабляет давление на мою грудь, и я делаю рваный вдох.

И я делаю то же самое, что сделал он. Дергаю за цепочку, на которой болтается флешка Демьяна.

Но Таврин даже не дергается. Он предельно спокоен…В отличие от меня.

— Хороший ход, разноглазка. Но глупый.

Я нажимаю на кнопку, которая должна выдвигать USB-разъем, но он пуст. Я какое-то время таращусь на флешку Демьяна, а потом начинаю хохотать. И, кажется, мне впервые удается сбить Таврина с толку.

Он хмурит темные брови, смотрит на меня как на сумасшедшую. А потом проверяет мою флешку, крутит ее в руке. И тут он впервые начинает смеяться. Громко и искренне.

Потому что моего разъема во флешке тоже нет. Точнее он есть, но без внутренностей.

— Догадалась, значит, — проговаривает он, отсмеявшись.

— Не так уж я тупа, правда? — язвлю я.

— Пока рано давать такую оценку твоим способностям, разноглазка, — проговаривает Демьян рядом с моим лицом.

Таврин отталкивается от стены и отходит от меня.

— За работу, Тень.

Он выходит из тренажерного зала, оставив меня одну. Я бегу следом.

— Эй! Верни мне мою флешку, — перепрыгиваю через две ступеньки, пока Таврин не свалил куда-то типа душа после занятий.

Демьян оборачивается. Протягивает руку и раскрывает ладонь, даже не сопротивляясь. Хотя, чему он должен сопротивляться? У меня, как и у него, на флешке ничего не найдут.

Я тянусь за флешкой. Наши руки соприкасаются и по телу проносится разряд. Демьян сжимает пальцы, удерживая мои. Ненадолго. Но меня этот жест заставляет заволноваться.

Все тело будто факел вспыхивает. А это всего лишь Таврин меня коснулся.

Таврин!

Высокомерный наследник, который таких как я ни во что не ставит.

— Ужин мне приготовь, — бросает он и скрывается за дверью комнаты.

Но спустя минуту выглядывает, находя меня на том же месте.

— И мышцы мне разомни после тренировки.

— Что? — хлопаю я глазами.

Таврин цокает. Слегка закатив глаза.

— Ты что…

— Я слышала, — выставляю я руку вперед. — Я не массажист, и могу навредить тебе, если что-то не так нажму. Ты этого хочешь?

Приподнимаю бровь в ожидании ответа.

— Ладно. Хватит ужина, — быстро соглашается Таврин и скрывается из вида.

Я открываю рот, чтобы спросить, с какой стати, но напоминаю себе, что это моя новая роль. И приготовить мажору что-то съедобное — это не самое страшное, что может потребовать Патрон от Тени. И снова вспоминаю об Инге.

Денис не так прост. И у него много тайн. Хотя, мне кажется, что тут у каждого не один скелет спрятан в шкафу.

Таврин вон тоже какой-то темный. Слишком много вопросов из-за Дины.

Везде информация, что с ней произошла случайность и она упала со скалы и утонула в заливе. Но моя интуиция почему-то подсказывает, что это неправда.

Зачем Дине нужно было идти к скалам? Они на расстоянии километров двадцать от Академии. Пешком идти долго. Да и прогуляться там совсем не хочется. Бушующие волны Финского, пронзительный ветер и серые камни. Такое себе место для прогулки.

Ещё и то видео с Денисом никак не дает мне покоя и перед глазами стоит образ Дины, которая перед Денисом рыдающая на коленях.

Это ненормальное поведение для девушки у которой все было хорошо.

— Тень, — раздается низкий голос Демьяна.

Я дергаюсь и оборачиваюсь. Зажмуриваюсь, когда передо мной Таврин предстает в одном полотенце на бедрах.

— А тебя одеваться не научили? — голос повышается от смущения.

Слышу его смешок.

— Я у себя дома, могу даже без всего ходить.

— Ты не один, — продолжаю я.

— Ужин где?

— Тебя не было минут пять.

— Двадцать, — бесстрастной поправляет меня Патрон.

— Этого недостаточно, чтобы я что-то успела.

Демьян подходит ко мне. Между нами остается небольшой шаг. Я вижу капельки влаги на его коже и мне становится жарко.

— Меня это не волнует. Хочешь штраф?

— Не хочу, — недовольно проговариваю я. — Омлет подойдет?

— Норм.

Дает свое царское согласие Таврин и уходит в комнату. Надеюсь, что на этот раз он оденется.

Я подхожу к холодильнику и принимаюсь за готовку. Нахожу помидоры, сыр, бекон и молоко с яйцами.

У Патронов, в отличие от нас холодильники ломятся от еды. У нас же этой роскоши в комнатах нет.

Демьян выходит из комнаты и садится на диван. Он следит. Я чувствую его взгляд у себя между лопаток. Видимо, бдит, чтобы я ничего ему не подсыпала или не плюнула.

Поворачиваю голову так, чтобы посмотреть на него и удивляюсь, когда вижу, что Таврин лежит с закрытыми глазами, а его грудь медленно поднимается и опускается.

Он что спит?

Сжимаю кулаки от злости.

Это ж надо быть таким говнюком, чтобы напрягать меня, а самому потом лечь спать.

Когда я заканчиваю с омлетом Таврин продолжает спать. Я делаю глубокий вдох и шагаю к нему, чтобы разбудить.

Легонько трогаю его за плечо. Ноль эмоций.

— Демьян, — тихо зову его.

Хотя могла бы заорать, чтобы у него сердце разорвалось от резкого звука.

Стальная хватка обхватывает меня за запястье, и я с визгом падаю на грудь Таврина.

Он приоткрывает глаз. Смотрит на меня и расслабляется.

— Это ты, — хрипло говорит он.

— Там ужин готов, — тихо говорю я, ощущая как он дышит подо мной.

— Иди, ешь, — приказывает он.

— Что? А ты?

— Это тебе.

Он отпускает меня и чуть ли не скидывает с себя. Встает, трет лицо ладонями и резко выдыхает.

— Сегодня ты остаешься у меня.

— С чего бы? — тут же злюсь я.

— Я сказал, — в голос Демьяна появляются стальные нотки. — Ты спишь в моем доме сегодня.

Глава 17

— Эй! — кричу в широкую спину Таврина.

Наследничек, ожидаемо, никак не реагирует, продолжая свой путь к комнате.

Я бросаюсь за ним. Оббегаю и встаю перед ним, преграждая дальнейший путь. Таврин недовольно хмурится, опускает на меня холодный взгляд, и приподнимает бровь.

— Что значит, я сплю в твоем доме, Демьян?

Я киплю. Меня раздражает, когда моей жизнью начинают вот так распоряжаться и командовать. И ладно бы был какой-то веский повод, а не потому что так захотела его левая пятка.

Кажется, Демьян делает глубокий вдох, наполненный раздражением и страданием одновременно.

— Моего слова тебе должно быть достаточно, разноглазка, — проговаривает он, склоняясь ближе ко мне.

Я ощущаю, как его теплое дыхание касается виска, а его грудь теперь слишком близко к моим глазам.

— А у тебя что, язык отвалится, если ты нормально ответишь мне? — я злюсь.

Злюсь на его твердолобость и уверенность, что мне вот так можно вкинуть ответ как косточку собаке бродячей и я буду довольна. И буду, как послушный песик, спать у его ног или на коврике в коридоре.

Но нет!

Он ещё не понимает, что очень зря выбрал меня в свои Тени.

Таврин приподнимает бровь. Это микродвижение я замечаю только потому что слишком пристально сейчас смотрю в его холодные глаза.

— Ты как со мной разговариваешь, Тень? — его голос понижается.

В нем появляются опасные стальные нотки.

— Как с человеком. Или что, — вскидываю руки, продолжая сверлить лоб Таврина глазами. — Ты у нас божество? Тогда где твой нимб?

— Разноглазка, — с предупреждением произносит Демьян.

Но я уже успеваю разогнаться. Упираюсь пальцем в его каменные мышцы.

— Я недоговорила, — перебиваю его. — То, что у твоих родителей золотые горы и унитазы, не делает тебя каким-то особенным. И уж тем более, не дает тебе права распоряжаться жизнью других, Таврин. Ясно тебе это?

Желваки Таврина активно перекатываются под кожей. Глаза опасно сужаются. Я уже готовлюсь к тому, что он просто схватит меня за горло и впечатает спиной в стену.

Судя по молниям, которые метают его глаза, он сейчас на грани срыва.

— Все? — одно слово, сказанное ровным тоном, охлаждает весь мой пыл.

Я сдуваюсь как шарик. Моя рука безвольно падает вдоль тела.

— С чего я должна остаться у тебя? — повторяю свой вопрос.

Таврин склоняет голову к плечу и пробегается взглядом по всему моему телу.

— Завтрак мне приготовишь.

У меня вытягивается лицо.

— Так же как и ужин, который тебе не нужен.

— Зато нужен тебе. Допрос окончен, разноглазка?

— Я Юлиана, — цежу сквозь зубы.

Таврин оставляет мой последний выпад без ответа. Отодвигает меня в сторону и проходит в свою комнату, плотно закрыв за собой дверь.

И что в итоге?

После ужина (ну а что, не пропадать же моим трудам? Тем более, я старалась, как себе.) я сижу и пялюсь в стену.

Давлю в себе желание просто послать Демьяна к чертям и пойти по своим делам, которых у меня накопилось очень много. Мне не терпится начать узнавать больше про Дину.

Если бы я знала, что Таврин решит оставить меня возле себя, то взяла бы ноутбук. На штраф я нарваться не хочу, вот и приходится сидеть в его берлоге и прокручивать все, что мне удалось выяснить.

Дина — прошлая Тень Демьяна, и она зачем-то встречалась с Денисом — Патроном Инги. А еще Таврин что-то искал в моей комнате. И у меня есть доказательство в виде браслета.

Что же он мог там искать?

Сижу и постукиваю по подбородку, но я слишком мало знаю. В голове нет ни одной здравой мысли, за которую можно зацепиться.

Перевожу взгляд с двери в комнату Таврина на дверь, которая ведет на свободу. И меня не отпускает мысль, что же будет, если я сбегу, а вернусь сюда под утро. Таврин все равно у себя, и вряд ли будет проверять меня каждые пять минут.

А так у себя я смогу ещё порыться в системе и может что-то смогу узнать про Дину и Таврина.

Принимаю решаю на свой страх и риск. Рывком поднимаюсь с дивана. Если что, могу сказать, что мне срочно понадобилась зубная щетка, потому что я не могу уснуть, не почистив зубы.

Тупая отмазка, но на другую у меня нет настроения.

Подхожу к двери, ведущей в комнату моего Патрона, за которой он скрылся ещё до ужина и до сих пор не высовывался. Там тихо.

Видимо, уже спит.

Окончательно решаю смотаться и иду на выход. Из бунгало Демьяна я выхожу без проблем и даже добираюсь до своего корпуса. Иду по тихим и пустым коридорами, прислушиваюсь к каждому шороху.

Сама же над собой смеюсь.

Когда я успела стать такой трусихой? Или это, наконец-то, просыпается инстинкт самосохранения.

Подхожу к своей комнате. Оглядываюсь по сторонам, но в коридоре все ещё пусто. И я расслабляюсь? Как будто бы я не к себе в комнату, а к другому проникаю.

Прислоняю часы, и замок тихо щелкает. Я переступаю порог, и горло перехватывает от открывшегося вида.

Вся комната перевернута. Все мои шкафы вывернуты. Немногочисленная одежда порвана и свалена на пол. За компьютером тоже кто-то сидел. Я вижу это по переставленному креслу. Я специально придвигаю его плотно к столу, а сейчас оно отодвинуто дальше. И мышка…она стоит криво.

А самое страшное…Пончик.

При виде того, что стало с моим зеленым любимцем я готова рухнуть на колени и заорать как раненный зверь.

Какая-то сволочь его перевернула, и теперь землей усыпан весь пол перед моими ногами.

Это становится последней каплей. На глаза наворачиваются слезы, которые я зло стираю рукавом водолазки. Несусь в ванную проверить, на месте ли моя флешка. Точнее часть нее.

Шарю под душевым поддоном и нащупываю нужную деталь. Выдыхаю.

Хоть это не тронули. Хотя я уверена, что они искали именно ее.

Не они…он!

Поднимаю голову и вижу надпись на стекле душевой кабины, которую я не видела, когда ворвалась сюда, потому что моя голова была забита только сохранностью носителя.

«Не лезь в это дело, сиротка!»

Надпись сделана красным маркером. Огромная…занимающая почти всю переднюю стенку.

Я сжимаю руки в кулаки. Плевать на надпись! Плевать на угрозы! С ними я сталкивалась уже не раз.

Мне нужно спасать Пончика. Сейчас он самое важное, что у меня осталось в жизни, и я не прощу себе, если он погибнет из-за тупой прихоти Таврина.

Разворачиваюсь на пятках и возвращаюсь в комнату. Присаживаюсь на пол и начинаю бережно сгребать землю в горшок.

— Прости, Пончик, — с ресниц срывается слеза и падает на подол юбки, оставляя мокрую точку. — Прости, что оставила тебя одного.

Мне кажется, что листья моего зеленого друга успели зачахнуть, и это причиняет мне почти физическую боль.

Значит, в комнату пробрались почти сразу же после моего ухода. И это сделал тот, кто знал, что в ближайшие часы я буду у Таврина.

Не Таврин. Он же был почти все время у меня на виду. Но это не отменяет того, что он мог от себя кого-то послать. Чтобы за него сделали всю черную работу. Уверена, что ему на это хватит ресурсов.

Он же у нас богач!

Ему все можно, и все сойдет ему с рук!

Но не в этот раз… В этот раз мне плевать на его угрозы, штрафы и темную ауру, которая может уничтожить.

Потому что он покусился на самое дорогое. На самое ценное, что есть. На моего друга.

Устанавливаю Пончика обратно в грунт и смотрю на пальцы, испачканные землей. Внутри разгорается нечеловеческая злость.

На Таврина.

За то, что он выдернул меня на всю ночь из моей комнаты. За то, что он решил таким грязным способом расчистить себе дорогу и проникнуть ко мне.

Это он во всем виноват. Он!

По всему телу проносится разряд, который отключает мне все тормоза.

Достаю телефон, который мне вручил сам же Таврин, и с яростью вжимаю кнопки, набирая Таврина. Не прощу! Я ему этого не прощу!

Он отвечает после двух гудков.

— Это ты, да? Ты? Снова решил попугать меня и вломился в мою комнату? — я ору, не заботясь о том, что меня может кто-то услышать. — Ты все тут испортил! Испоганил! Обязательно нужно было своими грязными руками трогать мое?

Я смотрю на повисшие листочки Пончика, и сердце разрывается от боли.

Я некрасиво всхлипываю.

— Кто тебе давал право? Кто?

— Ты у себя? — раздается в динамике спокойный вопрос.

— Да не твое дело, где я!

— Жди.

Глава 18

Дверь распахивается резко. С грохотом ударяется о дверь и я вижу на пороге Таврина. Судя по горящим глазам — он в ярости. И эта ярость направлена на меня.

— Какого черта ты тут делаешь? — слишком тихо и спокойно говорит мой Патрон и от этого по спине бегут мурашки.

— Зубную щетку забыла, решила вернуться за ней.

Он меня не напугает своим рычанием. Я уверена процентов на восемьдесят, что это его рук дело. Что все это устроил именно Таврин.

Таврин цепляет меня за запястье и подтягивает к себе. Я против его силы не сопротивляюсь. Послушно делаю шаг, но все равно продолжаю гордо задирать подбородок и смотреть в серые глаза, которые сейчас заполоняет тьма.

— Не ври мне, разноглазка, — почти шепотом проговаривает Таврин возле моего лица.

Я сглатываю.

Дергаю руку, чтобы освободиться из захвата Демьяна, но он не отпускает. Наоборот, пальцы сжимаются крепче на моей коже. Причиняют боль.

— Отпусти меня, Таврин, — шиплю сквозь зубы, не сводя глаз с лица наследника.

— Послушай меня, — проговаривает Патрон. — Ты, наверное, думаешь, что ты попала на курорт. Но ты очень сильно ошибаешься.

Почему у меня такое ощущение, что он мне многого не договаривает?

Хотя…с чего бы ему мне все рассказывать?

— Это ведь ты устроил, — взмахиваю рукой и показываю на комнату вокруг. — Ты решил меня приструнить таким способом?

Он качает головой и усмехается.

— И тогда ночью был ты, Таврин. Ты же! И нечего отрицать! — я срываюсь.

Повышаю голос, но, кажется, на Таврина это никак не влияет. Он спокоен. Лицо будто из камня высечено, что жутко раздражает.

— Я не отрицаю, что тогда был я.

И он отпускает меня. Так резко, что меня ведет вперед.

Демьян проходит мимо меня. Заходит в ванную, всматривается в надпись и делает фото.

Складываю руки на груди. Слежу за ним внимательно, чтобы он не выкинул что-нибудь плохое.

— Когда ты сюда заселилась, ты не находила ничего? — Таврин прячет телефон в карман брюк и поворачивается ко мне.

— Ничего. Комната была пуста.

Быстро отвечаю я, и, Таврину, кажется не нравится такой быстрый ответ. Он снова отворачивается и проводит пальцами по стенам. Будто что-то ищет.

— Что ты делаешь? — оббегаю его и встаю перед Патроном так, чтобы он видел меня.

Демьян игнорирует.

Обходит мою комнату и ванную несколько раз по периметру.

— Скажи уже, что с этой комнатой не так, — вскидываю руки.

Телефон в кармане Демьяна оживает и он достает его. Быстро читает сообщение. На лице дергается мускул. Он снова прячет мобильный и поднимает глаза на меня.

— Ты идешь со мной.

— Что? — складываю руки на груди и приподнимаю бровь. — Ничерта подобного. Пока ты мне не расскажешь все…

Я не договариваю, потому что Таврин одним шагом сокращает расстояние между нами и дергает меня к себе.

— Ты не поняла, разноглазка? — от его тона по спине катится холодная капелька пота. — Я не спрашиваю. Я ставлю перед фактом. Собирайся, я жду тебя снаружи. У тебя пять минут.

— Да что за тайны? — дергаюсь я, в попытке оттолкнуть тушу Таврина, но терплю поражение.

Демьян ни на миллиметр не сдвигается. Наоборот, прижимается ещё крепче к моей груди.

— Четыре минуты пятьдесят секунд.

Разворачивается и выходит за пределы комнаты, оставляя меня наедине с собой.

Сжимаю и разжимаю кулаки. Делаю глубокий вдох и медленный выдох через нос.

Все под контролем.

Хочет он, чтобы я была у него на виду? Да кто я такая, чтобы сопротивляться? Тем более, в этом есть определенные плюшки. Там есть хорошая еда, больше пространства, тренажерный зал.

Буду считать это отдыхом на дорогом курорте.

И плевать, что у меня под боком будет Таврин. Он ни одним взглядом и словом не показал, что я его интересую не как личная прислуга.

Сгребаю комп, книги, тетради. Кто знает этого Таврина, сколько мне придется торчать в его бунгало.

Может он вообще меня в рабство возьмет до конца года.

Усмехаюсь своим мыслям. Иду в ванную, чтобы и там собрать все нужное.

Скидываю щетку, беру кольцо с маленьким камушком синего цвета, которое мне подарили девчонки из детского дома на выпускной. Не скажу, что это кольцо мне дорого как память, но оно у меня одно, и я его берегу.

Но эта зараза выскальзывает из пальцев и летит под душевой поддон.

— Черт.

Такими темпами у меня кончится отведенное время и Таврин вломится в мою комнату.

Наклоняюсь. Лезу под поддон. Шарю рукой по полу, но кольцо только дальше отодвигается.

— Есть! — нащупываю украшение.

Опираюсь локтем на плитку под поддоном и что-то щелкает под пальцами.

Я опускаю взгляд и вижу, что одна плитка отошла от основания пола.

— Это что такое? — шепчу себе под нос.

Приподнимаю ее и вижу что в бетоне маленькое углубление в котором лежит флешка.

Меня бросает в пот.

Такая же флешка, как у меня и у других учащихся в этой Академии.

Только вот кому она принадлежит?

А потом меня пронзает будто током. Вопрос Таврина. Не находила ли я в комнате что-то.

Неужели под чем-то он подразумевал именно флешку.

Сгребаю флешку и возвращаю плитку на место. Пока не знаю, зачем я это делаю, но вопросов становится все больше, а мне все больше хочется найти на них ответы.

И начну я, пожалуй, именно с этой находки.

***

К Таврину в бунгало мы попадаем около четырех утра. Я валюсь с ног, но найденная флэшка прожигает карман пиджака и мне не терпится вскрыть ее.

Мой Патрон молчит всю дорогу и о чем-то сосредоточенно думает. Меня это молчание ни капли не напрягает. Наоборот, есть время поразмыслить и собрать все воедино.

Дина.

Почему-то у меня стойкое ощущение того, что все дело именно в ней. Она как-то связана с Денисом. Но вот как, остается вопросом.

Судя по реакции Таврина, в мою комнату проник не он. Слишком тщательно он изучил все перед тем, как мы ушли.

Только вот Демьяна так просто не раскусить. На лице маска, в глазах полная отстраненность. Тем больше меня удивляет то, что он потащил меня с собой. Ему не должно быть никакого дела до того, что со мной будет.

Но ощущение, будто бы дело есть.

— Быстрее, — летит мне в спину, когда я замедляюсь.

Закатываю глаза и топаю по дорожке, которая ведет в входу в бунгало Демьяна. Небо заметно светлеет, но у меня нет сил полюбоваться на это зрелище и послушать, как ревет Финский залив.

Сейчас я надеюсь только на то, что Таврин так же как и я вымотан и упадет как только окажется рядом с кроватью. Другого времени изучить флешку у меня может не быть. Поэтому придется вставить в глаза зубочистки и сражаться со сном.

Как только переступаем порог бунгало Демьяна, он скидывает кроссовки и исчезает за дверью комнаты.

— А мне куда? — проговариваю ему вслед, но ожидаемо в ответ только игнор.

— Ну окей, сама решу.

Оглядываю просторную гостиную. Диван не так уж и плох. Минус только в том, что если Демьян выйдет из своего укрытия, то он сразу же обнаружит, что я не сплю.

И завалит меня вопросами. Ну да ладно. Скажу, что я усиленно занимаюсь. И что мне нужно до утра доделать доклад.

Достаю ноут из сумки и со всеми удобствами располагаюсь на диване, который скрипит у меня под попой. Я морщусь и кошусь в сторону двери.

Демьяна нет.

Выдыхаю.

Достаю из кармана находку и поднимаю ее на уровень глаз. Ничем не отличается от моей флешки и от флешки Демьяна. Только эта в отличие от наших — целая.

И это огромный плюс.

Разминаю пальцы и шею прежде чем начать разгадку тайны.

Сосредотачиваюсь на бегающих цифрах, на комбинациях, на всевозможных вариантах.

«Пароль неверный» на экране загорается красный крест. И раздается резкий звук разрывающий тишину комнаты. Я подскакиваю. Кручу головой и прислушиваюсь к звукам за дверью комнаты Демьяна.

Выдыхаю.

Там все ещё тихо.

Надо ж было не выключить звук на ноуте. И сесть за свое черное дельце.

Из-за нервного напряжения по спине ползет капелька пота. Я ерзаю на диване, чтобы избавиться от неприятных ощущений на коже.

Ещё одна попытка проваливается так же как и первая. Поэтому я решаю прибегнуть к тяжелой артиллерии.

Подключаю к ноуту свой универсальный ключ. Моя гордость и моя разработка. Он не раз спасал меня в таких вот моментах. Когда я не могла с первого раза подобрать пароль и мне нужно было открыть очередную цифровую дверь.

На экране снова начинают ползти коды, слова, строки то исчезают, то появляются. Процесс запускается и я даже подаюсь вперед в предвкушении, что сейчас открою ещё одну тайну. Но на экране вспыхивает красный крест и процесс тормозит.

— Да чтоб тебя, — шиплю я сжимаю пальцы в кулаки, чтобы не ударить кулаком по клавиатуре.

Мой ноут не виноват в том, что я не могу своими мозгами дойти, как подобрать ключ.

Видимо, тот, кто прятал информацию на этой флешке был очень крут.

Я бьюсь над носителем часа два. За окном уже светло, когда вместо кодов появляется окно с папками и файлами.

— Да ладно?

Не то чтобы я сомневалась в своих способностях, но я впервые за много лет взламывала флешку почти три часа.

Фото, видео, паспортные данные, медицина.

Похоже на биографию.

Вот только чью?

Начинаю с паспорта.

— Ну давай познакомимся, дорогуша, — шепчу я и открываю файл со сканом.

«Таврова Дина Армановна»

Рука замирает над клавиатурой и я сглатываю.

Закрываю этот файл и открываю следующую папку.

На фото ничего важного и интересного. Фото конспектов, какие-то незнакомцы, даже Таврин несколько раз мелькает, но я игнорирую укол вонзившийся прямо в грудь.

Плевать, что их связывало. Я просто хочу докопаться до правды и понять, что за девушка эта Дина.

Глаза печет от напряжения, но и это я игнорирую. Нужно использовать шанс пока Таврин мирно посапывает на своей кроватке и не подозревает какая бомба, по стечению обстоятельств, оказалась в моих руках.

Дальше…куда дальше?

Почему-то выбор падает на Медицину.

Просматриваю анализы, выписки, назначения. Кажется, эта девушка чем-то болела. Но так как я не медик, выводы делать не могу.

Рецепты на лекарства. Некоторые названия я слышала и знаю, что они от сильных болей.

Под ложечкой начинает неприятно сосать. А я продолжаю изучать личность Тени Таврина.

Следующий файл заставляет меня застыть.

Тест ДНК. Дины и Демьяна.

И судя по этому анализу…они были братом и сестрой.

— Помочь, разноглазка?