АГЕНТЫ: поезд в сибирь
Глава 1 ДРАКА В БАРЕ
Детройт, 1986 год. Бар «У Слепого Пса». 23:17.
ЧАСТЬ I ДЕТРОЙД НАЧАЛО
Джек Код сидел в углу и делал вид, что пьет пиво.
На самом деле он уже час следил за входной дверью, но тот, кого он ждал, так и не появился. Плевать. Задание было провальным с самого начала — какой-то второсортный информатор, который обещал слить имена русских агентов за пятьсот баксов. Джек знал, что это ловушка. Но начальство сказало: «Сиди и жди». Он сидел.
Пиво было теплым и горьким, как дерьмо. Джек ненавидел теплое пиво. Он ненавидел этот бар с его липкими столами, дешевым табаком и пьяными криками. Он ненавидел свою работу. Но это была единственная работа, которую он умел делать хорошо.
Бар гудел. Где-то в углу играл старый музыкальный автомат — «Born to Run» Брюса Спрингстина, хриплый и надрывный, как голос уставшего города. Кто-то смеялся, кто-то ругался, кто-то бил по бильярдному столу. Дым стоял стеной — смесь сигарет, дешевого виски и человеческого пота. Джек уже несколько раз ловил себя на мысли, что хочет просто встать и уйти. Но он ждал. Он всегда ждал.
Он уже хотел уходить, когда к его столику подсел кто-то. Джек не услышал шагов — только скрип стула и тяжелый вздох, будто человек тащил на себе груз невидимых лет. Джек медленно поднял глаза.
Незнакомец был высоким — даже сидя, он возвышался над Джеком, словно башня, высеченная из скалы. Рыжие волосы, сальные и длинные, падали на широкие плечи, обрамляя лицо, изрезанное морщинами и шрамами. Горбатый нос, который явно ломали не раз, придавал ему сходство с хищной птицей. Дешевые черные очки скрывали глаза, но Джек чувствовал их тяжелый взгляд — холодный, цепкий, как стальной крюк.
На шее, чуть ниже уха, Джек заметил темное пятно — татуировку. Он не успел разглядеть, что именно, но что-то в её очертаниях показалось ему зловещим. Звезда? Или что-то иное?
Незнакомец был одет в черное пальто, дорогое, но поношенное — на локтях блестели затертости, воротник был вытерт до нитки. На руках — кожаные перчатки, хотя на улице было не так холодно. От него пахло дешевым одеколоном и чем-то металлическим — не кровью, нет, скорее машинным маслом и порохом. Запах человека, который привык к оружию. Запах смерти, которая всегда была рядом.
— Теннессийский виски, — сказал незнакомец бармену, даже не взглянув на того. Голос — низкий, хриплый, с легким акцентом, который Джек не мог идентифицировать сразу. Восточная Европа? Русский? Поляк? Акцент был неуловимым, как тень в сумерках.
Бармен кивнул и поставил перед ним стакан. Незнакомец взял его, но не пил. Он просто сидел и смотрел прямо перед собой — в никуда, сквозь дым и лица. Пальцы его левой руки постукивали по столу — медленно, ритмично, как тиканье часов, отсчитывающих чей-то последний час.
Джек сжал пальцами бутылку. Сердце забилось быстрее, но лицо осталось каменным. Он научился не показывать эмоции — это было первое, чему его научили в FBR. Вторым было умение убивать, и третьим — умение молчать.
— Мы знакомы? — спросил Джек, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. Он почти не узнал свой голос — он звучал отстраненно, как будто принадлежал другому человеку.
Незнакомец улыбнулся. Криво. Зубы — желтые, один передний сколот, обнажающий темную пустоту. Он медленно повернул голову и посмотрел на Джека. Только теперь Джек понял, насколько опасен этот человек. В его взгляде была та особенная пустота, которую он видел только у самых отъявленных убийц — тех, кто потерял связь с человеческим, кто перешагнул черту и уже не вернулся.
— Еще нет, — ответил он. — Но скоро.
Он говорил с легким акцентом, растягивая гласные, словно перекатывая их на языке. Определенно, русский. Или тот, кто долго жил среди русских. Джек почувствовал, как холодок пробежал по позвоночнику.
Джек допил остатки пива. Поставил бутылку на стол. Отодвинул стул, чтобы встать.
И в тот же миг незнакомец с силой толкнул его в плечо. Джек потерял равновесие — стул опрокинулся, и он рухнул на грязный пол, больно ударившись локтем о бетон. В голове на секунду потемнело. Он услышал, как кто-то в баре закричал, но звук казался далеким, приглушенным, как сквозь толщу воды.
Незнакомец уже был сверху.
Огромные ладони сомкнулись на шее Джека — жестко, по-звериному, без капли сомнения. Пальцы вдавливались в кожу, перекрывая воздух. Джек захрипел, хватаясь за запястья незнакомца, но тот был словно выкован из чугуна. Мышцы под пальцами не прогибались — стальные тросы, не человек. Он попытался ударить коленом, но тот предвидел это и прижал его бедро своим весом.
Звон в ушах. Пятна перед глазами. Джек чувствовал, как легкие горят, как сердце бьется где-то в горле, пытаясь вырваться наружу. Кислород уходил, уступая место панике.
«Это не случайность, — мелькнуло в голове. — Он знает, кто я».
Он пытался ударить незнакомца коленом, но тот предвидел это и прижал его бедро своим весом. Джек попытался головой ударить в лицо, но незнакомец отклонился. Он был быстрее, сильнее, холоднее.
Пальцы незнакомца сжимались все сильнее. Джек чувствовал, как трещат сосуды в глазах. Он уже не видел — только слышал собственное тяжелое сердцебиение. Где-то вдалеке кто-то кричал, но звук таял, как дым.
И тогда он нащупал справа от себя осколок.
Бутылка разбилась при падении. Он не видел, но пальцы сами нашли острый край. Стекло впилось в ладонь, порезало кожу, но Джек не чувствовал боли — только холодное осознание: «Это мой шанс».
Джек не раздумывал.
Он вонзил осколок в правую руку незнакомца — туда, где сухожилия.
Незнакомец взвыл. Не громко — скорее глухо, со звериной яростью, рвущейся из глубины. Кровь хлынула на лицо Джеку, теплая и липкая. Она пахла железом. Хватка ослабла — незнакомец отдернул руку, и Джек увидел, как сквозь пальцы хлещет кровь, заливая рукав пальто.
Джек рванулся.
Он вскочил на ноги, шатаясь. Голова кружилась, в глазах все еще темнело, но он не мог останавливаться. Он ударил — кулак врезался в скулу незнакомца. Очки слетели на пол, и Джек увидел его глаза — холодные, белые, как лед. Никакой боли, только ярость. Только желание убивать.
Удар, еще удар — Джек не останавливался, даже когда костяшки его пальцев намокли от крови и разбитой кожи. Он вбивал кулаки в лицо рыжего, чувствуя, как хрустит нос, как лопается губа. Но незнакомец не падал. Он стоял, как скала, принимая удары и скалясь в кровавой улыбке.
— Сука, — прохрипел незнакомец, сплевывая зуб. — Сука...
Но он не сдавался. Он схватил Джека за воротник и рванул на себя, впечатывая спиной о край стойки. По позвонкам пробежала острая боль. Джек услышал хруст — что-то сломалось. Возможно, ребро. Возможно, позвонок. Он не мог определить.
Бар взорвался.
Соседние столики: кто-то за Джека, кто-то за рыжего. Те, кто сидел с краю, не поняли, что происходит, но вскоре уже все лезли в драку. Бутылки разлетались на осколки. Ломались стулья, падали стойки, кто-то визжал, кто-то орал, а где-то в углу все еще играла музыка — идиотский рок-н-ролл, который казался насмешкой над происходящим.
Джек успел заметить, как какой-то здоровяк в кожаной куртке схватил стул и разбил его о голову другого посетителя. Женщина в углу кричала, прикрывая лицо руками. Бармен спрятался под стойку, и оттуда доносился его испуганный шепот: «Господи, только не это...»
Джек и незнакомец стояли друг напротив друга.
Оба в крови. Оба задыхались. Между ними — хаос. Они не видели ничего, кроме друг друга.
— Кто тебя послал? — спросил Джек, смахивая кровь с разбитой губы. Голос его был хриплым, почти шепотом. Он с трудом держался на ногах.
Незнакомец ухмыльнулся — окровавленной щербатой улыбкой. Он вытер рукавом лицо, но кровь все равно текла из разбитого носа, заливая подбородок.
— Ты узнаешь, когда умрешь.
Он бросился на Джека снова. На этот раз они бились молча, только тяжелое дыхание и глухие удары. Удары — в корпус, в голову, по ребрам. Джек чувствовал, как трещит его собственная грудная клетка, и слышал, как у незнакомца хрустнуло ребро. Они больше не пытались победить. Они пытались убить.
Джек поймал его руку и вывернул. Незнакомец зарычал, но не сдался. Он ударил Джека головой в переносицу. В глазах взорвались звезды. Джек упал на колени, но успел ударить незнакомца в пах, оттолкнуть его.
«Не до первой крови, — подумал Джек. — До смерти».
Он поднялся, сплевывая кровь. Незнакомец стоял, пошатываясь. Оба были измотаны. Но ни один не собирался отступать.
Где-то за окном раздался вой полицейской сирены. Он приближался, прорезая ночной воздух.
Незнакомец замер на секунду. Он явно не хотел встречи с копами. Он перевел взгляд на Джека, и в его глазах промелькнуло что-то — уважение? Нет. Только холодная злоба. Ненависть, которая не утихнет никогда.
Он что-то прошептал на непонятном языке — русский, теперь Джек был уверен. Затем схватил Джека за куртку и со страшной силой швырнул его в сторону окна.
Стекло взорвалось облаком сотен блестящих осколков. Джек вылетел на улицу, больно приземлившись на асфальт, лицом в битое стекло и грязь. Осколки впились в ладони, щеки, в колени. Он чувствовал, как по лицу течет кровь, смешиваясь с дождевой водой.
Сирена приближалась.
Он поднял голову и посмотрел на разбитое окно. Там стоял незнакомец. Окровавленный, с торчащими из руки кусками стекла. Он смотрел на Джека сверху вниз, и в его мутных глазах читалось четкое обещание:
«Это еще не конец».
Он медленно поднес руку к горлу и провел пальцем по татуировке — звезда с тремя лучами. Джек запомнил это. Навсегда.
Джек вскочил. Сломанные ребра прострелили болью, но он побежал. Он бежал в ночной Детройт, хромая, истекая кровью, зная, что за ним никто не гонится. Но это было хуже — он знал, что рыжий найдет его снова.
Он свернул в подворотню, уперся руками в ржавые мусорные баки и остановился. Попытался перевести дыхание, но ребра болели так, что каждый вдох был пыткой. С губ скатилась капля крови.
И он тихо сказал в пустоту:
— Это было лучше, чем сражаться с ним...
Но он соврал. Он сам не знал, с кем только что дрался. И это пугало его больше, чем любая пуля.
Глава 2 ЗВОНОК
Джек влетел в свою квартиру, захлопнул дверь и прислонился к ней спиной. Сердце колотилось где-то в горле. Он с трудом переводил дыхание — каждое движение отдавалось болью в сломанных ребрах.
Весь пот смешался с кровью. Липкая, теплая влага пропитала рубашку, куртку, джинсы. Костяшки пальцев были разбиты в мясо — саднило так, будто их обожгли кислотой. На скуле вздулась огромная гематома, на ребрах при каждом вдохе отдавалась острая боль. Он чувствовал, как что-то хрустит внутри при каждом движении.
Он посмотрел на себя в зеркало в прихожей.
Из отражения на него смотрел не Джек Код — агент под прикрытием. Смотрел какой-то бродяга, только что выбравшийся из мясорубки. Глаза — бешеные, с красными прожилками. В них застыл ужас. Он не боялся драки. Он боялся, что не знает, с кем дрался.
Лицо было в порезах. Губа разбита, на лбу — рассечение. Кровь запеклась на щеке, смешиваясь с грязью. Он выглядел так, будто только что вылез из аварии. Или из ада.
— Что за хрень сейчас произошла? — прохрипел он в пустоту. Голос его сорвался.
Он сделал шаг к кухне, чтобы налить воды, но пошатнулся — ноги подкашивались от усталости. В глазах потемнело на секунду, и он схватился за стену, чтобы не упасть. Голова кружилась. Возможно, у него было сотрясение. Возможно, он потерял слишком много крови.
Он добрался до кухни, налил стакан воды, выпил залпом. Вода была теплой, но она успокоила горящее горло. Он поставил стакан на стол и заметил, что руки дрожат. Он сжал их в кулаки, пытаясь унять дрожь.
И в этот момент раздался звонок.
Телефон стоял на тумбочке в коридоре. Черный, пластиковый, с круглым диском, он казался реликвией из прошлого. Он зазвонил резко, пронзительно, разрывая тишину квартиры. Джек вздрогнул. Звук показался ему оглушительным, как выстрел в пустой комнате.
«Кто, черт возьми...»
Он подошел, снял трубку и приложил к уху. С губ сорвалось тяжелое дыхание. Он попытался успокоить его, но не получилось.
— Алло?
На том конце повисла пауза. Слышался лишь легкий треск — линия была не чистой. Кто-то явно звонил с защищенной связи. Или, что хуже, линию прослушивали. Джек напрягся.
— Восход садится за горизонт, — раздался голос. Низкий, спокойный, с легкой хрипотцой.
Джек узнал его мгновенно. Начальник. Тот самый старый волк, который сидел в подвальном офисе и пил черный кофе, даже когда за окном была ночь. Он был единственным человеком, которому Джек доверял. Единственным, кто знал его настоящую историю.
— Яблоки упали далеко от яблони, — ответил Джек по коду. Голос его звучал хрипло.
— Молодец, мальчик. Ты не забыл уроки.
— Сэр, у меня сейчас...
— Тсс... — перебил начальник. Голос стал тише, почти шепотом. — Говори коротко. Линия не наша.
Джек сглотнул. Он посмотрел на разбитые костяшки, на кровь на рубашке. В горле пересохло.
— У меня был... контакт, — сказал он осторожно. — В баре.
— Я знаю, — голос начальника был ледяным. — Сорока принесла весть на хвосте.
— Это была засада. Он знал, кто я.
Пауза. Слышно было, как начальник медленно выдыхает в трубку. Джек мог представить, как он сейчас сидит за своим столом, потирая переносицу, обдумывая каждое слово.
— Огурец продолжает расти, — сказал он вдруг. — Слышишь меня? Огурец. Продолжай.
Джек нахмурился. «Огурец» — это был код на то, что информация не для чужих ушей. И одновременно — приказ: «Ситуация под контролем, не дергайся». Но он чувствовал, что ситуация далеко не под контролем.
— Я его не знаю, — сказал Джек. — Рыжий. Горбатый нос. Говорил с акцентом. Он бросил меня в окно.
— А ты выжил, — в голосе начальника послышалась едва заметная гордость. — Молодец. Но теперь он знает твое лицо.
— Что мне делать?
Начальник затянул молчание. Потом Джек услышал, как он отпил кофе — или виски? Время было позднее. Наверное, виски.
— Ты помнишь наше любимое место?
— «Красная дверь»?
— Нет. Старый склад на Мичиган-авеню. Загляни ко мне в гости, — начальник произнес это буднично, даже лениво. — Захвати с собой... гм... яблочный пирог. И не забудь зонт. Говорят, дождь будет.
Джек напрягся. «Яблочный пирог» — это означало: «Возьми все свои документы и оружие». «Зонт» — «Будь готов уехать надолго». Это был не просто вызов. Это было начало чего-то большого. Чего-то смертельно опасного.
— Понял, — ответил Джек. — Когда?
— Скоро. Очень скоро, — начальник вздохнул. — И еще... Джек.
Джек замер. Начальник впервые назвал его по имени за весь разговор. Это было нарушением протокола. Значит, было что-то серьезное. Что-то, что не терпело отлагательств.
— Слушаю.
— Тот рыжий... у него была татуировка на шее?
Джек закрыл глаза и попытался вспомнить. Сквозь кровавую пелену драки он видел мельком — что-то темное на коже, чуть ниже уха. Звезда. С тремя лучами. Она горела в его памяти как клеймо.
— Да, — сказал он. — Что-то вроде... звезды. С тремя лучами.
Молчание на том конце стало тяжелым, как стальная плита. Джек слышал только дыхание начальника.
— Бляха-муха, — выдохнул начальник почти шепотом. — Слушай меня, Кэдди. Ты ничего не видел. Ты ни с кем не дрался. Ты сидел дома и смотрел телек. Ты меня понял?
— Сэр, я...
— ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛ?
— Понял, — ответил Джек, чувствуя, как холод пробегает по позвоночнику. Голос начальника звучал так, будто они оба стояли на краю пропасти.
— Жди звонка, — сказал начальник. — И Джек...
— Да?
— Ты умеешь завязывать галстук?
Джек опешил:
— Какой еще галстук?
— Самый обычный, — в голосе начальника проскользнула усмешка. — Тебе придется ехать в гости. На поезде. В Россию.
Послышались короткие гудки. Начальник повесил трубку.
Джек стоял посреди коридора, сжимая в руке теплую трубку. На разбитых костяшках запеклась кровь, и он чувствовал, как она пульсирует в такт сердцу. Холодный пот выступил на лбу.
«Поезд. Россия», — пронеслось в голове. — «Какого черта?»
Он положил трубку на рычаг. Прошел в гостиную, сел на диван. В голове был хаос. Драка, рыжий, татуировка, начальник, поезд. Все это не укладывалось в голове.
Он подошел к окну, выглянул на улицу. Детройт спал. Дождь моросил, оставляя мокрые пятна на асфальте. Но где-то в темноте между фонарей мелькнул огонек сигареты. Кто-то стоял и смотрел на его дом.
Джек отошел от окна.
Зажег лампу на кухне, достал аптечку. Начал перевязывать разбитые руки. Кожа была содрана, пальцы распухли. Он морщился от боли, но не останавливался.
«Поезд. Татуировка. Рыжий», — думал он. — «А черт с ним. Главное — не искать его самому. Пусть он ищет меня. А я буду готов».
Он перевязал руки, поднялся и пошел в спальню. Достал из-под кровати чемодан. Начал собирать вещи. Он не знал, надолго ли уезжает, но чувствовал — надолго. Может быть, навсегда.
Глава 3 ХВОСТ
Джек вышел из дома, натянув капюшон глубоко на лицо. Ночь была холодной, но он не чувствовал холода — адреналин все еще бурлил в крови. Он быстро прошел два квартала, петляя между гаражами, прежде чем нырнуть в свой.
Старый «Шевроле» стоял на месте. Ржавый, с вмятиной на крыле, но надежный. Джек открыл багажник, достал запасные номера и за пару минут сменил их. Потом сел за руль, завел двигатель и выехал.
Двигатель чихнул, но завелся. Джек выехал на улицу. Он знал, что за ним следят. Слишком уж все было гладко. Слишком тихо.
На первом же перекрестке из-за поворота вылетела темная машина. Джек не придал этому значения — Детройт не спит. Но когда он свернул налево, она свернула следом. Еще один поворот — и снова она.
«Хвост», — понял Джек. — «Профессиональный хвост».
Он сжал руль. Сердце забилось быстрее. В голове пронеслось: «Если я открою огонь в городе — переполох, жертвы, газеты. Меня вычислят за пять минут. Нельзя вести их на базу».
Он резко вывернул руль и направился к шоссе. Ночной хайвей был пуст — только редкие фары вдалеке. Идеальное место, чтобы разобраться.
Джек дал газу, но преследователи не отставали. Он видел их в зеркало заднего вида — черный «Линкольн», тонированный, с погашенными фарами. Он двигался плавно, как акула в мутной воде. Никаких признаков полиции. Только преследование.
«Ну давай, подойди поближе, сукин сын».
Он сбросил скорость. «Линкольн» приблизился вплотную — почти бампер в бампер. Джек увидел силуэты. Трое. Все в черном. В руках — автоматы. У одного была татуировка на шее.
«Русские», — выдохнул он.
Он выхватил из-под сиденья револьвер. Старый, надежный «Кольт» .38 — его верный спутник. Высунул руку в окно и выстрелил.
Пуля пробила лобовое стекло «Линкольна». В ответ раздалась автоматная очередь — пули застучали по кузову «Шевроле», выбивая искры из металла.
— Твою мать!
Джек пригнулся, выкручивая руль. Машину занесло, но он выровнял. Он чувствовал, как каждая пуля пролетает мимо, как взрываются стекла. Он выстрелил еще раз — в колесо. «Линкольн» дернулся, но не остановился.
Погоня продолжалась. Они таранили его сзади — раз, второй. «Шевроле» тряхнуло так, что Джек прикусил язык до крови. Во рту стало солоно. Он чувствовал, как от ударов болят сломанные ребра.
— Хотите поиграть? — прорычал он. — Давайте.
Он нажал на тормоз и резко вывернул руль вправо. «Шевроле» развернуло, и он врезался в бок «Линкольна». Машины сцепились на мгновение, завизжал металл. Русские закричали в салоне.
Джек ударил еще раз — и «Линкольн» вылетел на встречную полосу.
В этот момент из темноты вынырнул грузовой «Камаз». Дальнобойщик не успел затормозить — огромная махина протаранила «Линкольн» с такой силой, что его смяло, как жестяную банку. Взрывной звук металла, стекла, хруст — и все затихло.
Джек остановился в сотне метров. Посмотрел в зеркало. «Камаз» стоял на месте, а от «Линкольна» осталась груда искореженного железа. Из-под обломков текла кровь.
— Прости, парень, — прошептал он, глядя на дальнобойщика, который выскочил из кабины с круглыми от ужаса глазами. — Ты ни в чем не виноват.
Джек нажал на газ и исчез в ночи.
Он заехал в темный переулок, быстро сменил номера на запасные, проверил, не поврежден ли бензобак, и направился к базе.
Он перевязал руки, поднялся и пошел в спальню. Достал из-под кровати чемодан. Начал собирать вещи. Он не знал, надолго ли уезжает, но чувствовал — надолго. Может быть, навсегда. Склад на Мичиган-авеню выглядел заброшенным. Ржавые ворота, облупившаяся краска, битые окна. Но Джек знал — внутри все по-другому. Он нажал кодовую комбинацию на скрытой панели, и часть стены бесшумно отъехала в сторону.
Внутри было светло. Горели лампы. Пахло кофе и машинным маслом. Слышалось тихое гудение вентиляции.
Начальник сидел за столом, листая бумаги. Он поднял глаза, когда Джек вошел, и уставился на его окровавленную одежду.
— Ты весь в крови, — сказал начальник. — Похоже, не только твоя.
— Хвост был, — ответил Джек, падая на стул. — Трое. Русские. Я от них избавился.
— Как?
— Косвенно, — Джек сглотнул. — Они вылетели на встречку. Их смял грузовик. Думаю, они мертвы.
Начальник помолчал. Он подошел к бару, налил виски в два стакана.
— Шумно?
— Я старался сделать без шума. Не получилось.
Начальник вздохнул и протянул стакан Джеку.
— Держи. Ты заслужил.
Джек взял стакан, но пить не стал. Он смотрел на начальника.
— Что случилось, сэр? Что за срочность?
Начальник откинулся на спинку стула и потер переносицу.
— Сегодня ночью, примерно в тот же час, когда ты дрался с рыжим, произошло кое-что похуже. Русские нанесли удар.
— Какой удар?
Начальник бросил на стол несколько фотографий. На них был научный комплекс в пригороде Детройта — наш секретный объект. Здание горело. Трупы. Разбитое оборудование. Стены в крови, выбитые двери.
— Они взяли штурмом научную станцию №7, — сказал начальник голосом, в котором звенел металл. — Уничтожили охрану, вынесли серверы. И главное — украли документы по проекту «Мороз».
— «Мороз»? — Джек почувствовал, как похолодела спина. Он знал этот проект. Каждый агент FBR знал его.
— Да, — перебил начальник. — Биооружие. Вирус, который выкашивает всё живое за 48 часов. Они забрали формулы, образцы, карты распространения. Всё.
Джек поставил стакан на стол. Он не мог оторвать глаз от фотографий. Один из трупов был его старым знакомым — агентом по кличке Лис. Он всегда носил смешные галстуки.
— Но мы кого-то поймали, — продолжил начальник. — Во время рейда нам удалось захватить нескольких. Они были частью группы захвата. Мы их уже «готовим».
Он нажал кнопку на столе, и в стене открылась дверь. Оттуда тянуло холодом и запахом крови.
— Они знают, куда они везут документы. На поезде, — сказал начальник, вставая. — Мы знаем, что они направляются в Сибирь, на секретную станцию. Но точный маршрут и номер поезда нам неизвестны. А без этого мы не можем их перехватить.
Он посмотрел на Джека.
— Ты должен их допросить. Они уже не в том состоянии, чтобы играть в молчанку. Мы начали без тебя, но они крепкие. Твоя задача — узнать название поезда и маршрут.
Джек поднялся. Разбитые костяшки саднили.
— А если не заговорят?
Начальник ухмыльнулся. Ухмылка была холодной, как лезвие ножа.
— Тогда мы продолжим «разговор». Но ты умеешь убеждать. Я тебя знаю. Иди.
Джек шагнул в открытую дверь. Впереди был длинный коридор. Горели тусклые лампы. Где-то в конце слышались глухие стоны.
Он выдохнул. Взял себя в руки.
«Начинается работа», — подумал он и пошел на звук.
Глава 4 РАЗГОВОР
В подвале пахло кровью, железом и страхом.
Трое русских сидели на стульях. Руки за спиной, головы опущены. Двое были в сознании, третий — без сознания, с разбитым лицом, из носа текла темная струйка. На их одежде были пятна крови. Кто-то уже поработал с ними до Джека.
Джек остановился напротив них. Он не был палачом — по крайней мере, не по профессии. Но когда дело касалось тысяч жизней, он умел переступать через себя. Он делал это много раз. Каждый раз думал: «Это последний». Но всегда был новый раз.
Он подошел к столу. На столе лежали инструменты — плоскогубцы, ножи, провода. Он взял плоскогубцы, повертел в руках, положил обратно. Он не хотел их использовать. Но был готов.
— Кто говорит первый? — спросил он тихо.
Молчание. Только тяжелое дыхание и капли крови, падающие на бетонный пол.
Джек подошел к одному — молодому парню с коротким ежиком волос. Он задрал его голову за волосы. Парень смотрел в пустоту. Глаза застекленели — он уже был сломлен. Из разбитой губы сочилась кровь.
— Название поезда, — сказал Джек. — Маршрут.
— Иди к черту, — прошептал парень.
Джек отпустил его голову и отошел к столу. Он взял нож. Провел пальцем по лезвию.
— Я не хочу причинять вам боль, — сказал он. — Но у меня нет выбора. Вы украли то, что может уничтожить миллионы людей. Поймите, я не враг вам. Я просто пытаюсь предотвратить войну.
Он подошел ко второму — мужчине лет сорока, с сединой на висках. Тот смотрел на Джека с ненавистью. Настоящей, животной. Он был старше, опытнее, и его не так легко было сломать.
— Ты не заговоришь, — сказал русский. — Это всё, что я могу тебе сказать. Ты не заговоришь.
— Я не хочу причинять тебе боль, — сказал Джек. — Мне нужно только название. Скажи его — и я отпущу тебя. Честно.
Русский сплюнул ему под ноги.
Джек вздохнул. Он опустился на корточки перед русским, заглянул ему в глаза.
— Ты ведь знаешь, что не сможешь терпеть вечно. Давай сделаем это быстро.
Он взял его за руку. Тот дернулся, но наручники держали крепко. Джек поднес нож к его пальцу.
— Ну давай, — сказал Джек. — Что за поезд?
Русский смотрел на него. В его глазах была пустота. Он молчал.
Джек медленно провел ножом по пальцу. Русский дернулся, но не закричал. Только сжал зубы.
— Название, — повторил Джек.
— Поезд «Полярная стрела», — вдруг прохрипел тот. — Он идет по маршруту Москва — Иркутск — Норильск. С остановкой в станции «Тайга-Узловая». Отправление через двое суток.
Джек замер. Он не ожидал, что это будет так легко.
— Откуда отправляется?
— С Ярославского вокзала, — выплюнул русский с ненавистью. — Там будет загрузка. Там будет...
Он замолчал, закашлявшись.
Джек поднялся. Повернулся к начальнику, который стоял в дверях.
— Записали?
— Я всё слышал, — ответил начальник. — «Полярная стрела». С Ярославского вокзала. Через двое суток.
— Теперь его надо остановить, — сказал Джек.
Начальник покачал головой.
— Нет. Не остановить. Ты должен сесть на этот поезд и выкрасть документы, пока они не доехали до Сибири. У тебя будет время до прибытия в Норильск. Если они успеют передать это на станцию — конец.
Он подошел к столу и разложил карту. На ней был отмечен маршрут поезда. Красная линия пересекала всю Сибирь.
— Слушай план, — сказал начальник. — В Норильске тебя встретят наши люди. Там — группа поддержки. Трое мужчин: Виктор Захаров, Олег Савельев и Георгий Петров. Они будут ждать тебя в условленном месте.
Он провел пальцем по карте.
— Ты сядешь на поезд в Норильске. Поезд идет до конечной станции — секретного объекта в сибирской тайге. У тебя есть примерно сутки, чтобы найти документы и уничтожить их. Если не успеешь — поезд прибудет на станцию, и «Мороз» окажется в руках русских.
Джек внимательно смотрел на карту.
— Какие у меня будут ресурсы?
— Группа поддержки обеспечит тебя оружием и транспортом, — ответил начальник. — Но на самом поезде ты будешь один. Мы не можем отправить туда целый отряд — это вызовет подозрения. Ты должен действовать тихо.
Он достал из стола папку и положил перед Джеком.
— Здесь — план поезда. Вагоны, расположение охраны, предполагаемое место хранения документов. Изучи. Запомни.
Джек открыл папку. На чертежах были изображены пять вагонов:
1. Оружейная — два охранника, склад оружия.
2. Хранилище — металлические шкафы, бумаги.
3. Столовая — место отдыха агентов.
4. Топливный бак — цистерна с топливом.
5. Штабной вагон — генерал Орлов, главный документы.
— Твоя цель — пятый вагон, — сказал начальник. — Красная папка. Гриф «Мороз». Если не сможешь выкрасть — уничтожь. Любой ценой.
Джек захлопнул папку.
— Понял.
— Теперь слушай самое важное, — начальник наклонился ближе. — Рыжий, с которым ты дрался в баре, будет на поезде. Его зовут Евгений Волков. Он — главный курьер. Он знает твое лицо, и он будет искать тебя. Так что на поезде ты — Ярослав Кузнецов. И ты не должен дать ему шанса тебя узнать.
Джек кивнул.
— Как мне его узнать?
— У него на шее татуировка — черная звезда с тремя лучами. Это элита КГБ. Если увидишь её — знай, что он рядом.
Начальник протянул Джеку билет.
— Вылет через несколько часов. Удачи, Код. Ты нужен миру.
Джек взял билет и вышел.
Глава 5 ПРОШЛОЕ ДЖЕКА
Детройт, 1986 год. 3:00 утра.
Джек сидел в пустой комнате, прижимая к ребрам лёд.
Боль не утихала. Каждое дыхание отдавалось огнём в груди. Он смотрел на разбитые костяшки и вспоминал — не драку, не рыжего, не бар. Он вспоминал другое.
---
1982 год. Бейрут.
Джеку было двадцать шесть.
Он сидел в разрушенном здании, прижимая к груди раненого напарника. Тот умирал. Кровь хлестала из пробитой артерии, заливая руки Джека.
— Держись, — сказал Джек. — Я вытащу тебя.
Напарник улыбнулся. Он был моложе Джека — двадцать три, с веснушками и добрыми глазами.
— Не надо, — прошептал он. — Ты знаешь, что я не выживу. Просто... скажи моей матери, что я погиб как герой.
— Ты погибнешь как герой, — сказал Джек. — Но ты не умрёшь. Ты будешь жить в моей памяти.
Он сжал его руку, но напарник уже не дышал.
Джек закрыл ему глаза.
Снаружи раздались выстрелы.
Он поднялся, взял автомат и вышел в бой. Он не знал, сколько врагов было. Он не знал, выживет ли. Он просто знал, что должен отомстить.
---
1984 год. Берлин.
Джек сидел в кафе, пил кофе и ждал курьера.
Он был под прикрытием — бизнесмен из Цюриха. Никто не знал, что он агент FBR. Никто не знал, что он носит пистолет под пиджаком.
Курьер пришёл. Он сел напротив, положил на стол конверт.
— Это всё, что я знаю, — сказал он.
Джек взял конверт, не глядя.
— Ты знаешь, что я не могу тебя защитить, — сказал он.
Курьер улыбнулся. Он был старый, седой, с усталыми глазами.
— Я знаю. Но кто-то должен знать правду.
Он встал и ушёл.
Через два часа Джек узнал, что его убили.
---
1985 год. Детройт.
Джек сидел в баре и пил в одиночестве.
Это был тот самый бар — «У Слепого Пса». Тогда он был чище, тише. И он пришёл сюда, чтобы забыть. Но забыть не получалось.
Он смотрел на стакан с виски и думал:
«Сколько ещё людей умрёт из-за меня?»
Он не знал ответа.
Но он знал одно: он будет продолжать. Потому что, если он остановится, все эти смерти будут напрасны.
---
Настоящее время.
Джек моргнул и вернулся в реальность.
Лёд растаял. Рука онемела. Он положил кусок ткани в раковину и посмотрел в зеркало.
Из отражения на него смотрел не молодой агент, который дрался в Бейруте. Не бизнесмен из Берлина. Не тот, кто сидел в баре в 1985 году.
Смотрел человек, уставший от войны.
— Ты ещё не закончил, — сказал он своему отражению. — Ты ещё должен спасти мир. Или умереть, пытаясь.
Он отвернулся и пошёл собирать вещи.
Глава 6 ЯРОСЛАВ КУЗНЕЦОВ
ЧАСТЬ II СИБИРЬ. ПОДГАТОВКА
Штаб-квартира FBR, Детройт. 8:45 утра.
Джек не спал всю ночь.
Он сидел за столом, перебирая снаряжение, когда в кабинет вошел начальник. В руках у него был коричневый конверт. Толстый. С сургучной печатью.
— Вот, — сказал начальник, бросая конверт на стол. — Твоя новая жизнь. С сегодняшнего дня ты — Ярослав Кузнецов.
Джек вскрыл конверт. Внутри лежали:
· Паспорт гражданина СССР. На фотографии был Джек, но с более темными волосами и усами. Фальшивка, но идеальная.
· Водительские права.
· Командировочное удостоверение инженера-строителя.
· Билет на самолет Москва — Норильск.
· Бронь в мотеле «Северная Звезда».
— Ярослав Кузнецов, — прочитал Джек вслух. — Родился 13 августа 1968 года. Инженер. Едет в Норильск на строительство.
— Идеальная легенда, — кивнул начальник. — Ты едешь на стройку. Там тебя встретят наши люди. С ними ты и будешь готовить операцию.
Джек поднял глаза.
— А что там, в Норильске?
Начальник посмотрел на него тяжелым взглядом. Он подошел к окну, за которым занимался рассвет.
— Джек, я скажу тебе прямо, — начал он. — От тебя зависят не миллионы. Миллиарды. Если русские получат «Мороз» и изучат его, они смогут создать биологическое оружие, которому нет равных. Они развяжут третью мировую войну. И у нас не будет шансов.
Он обернулся.
— Ты должен сделать так, чтобы документы не прибыли на станцию в Сибири. Любыми способами. Укради их. Взорви поезд. Перережь всех, кто их везет. Мне всё равно. Дубликаты «Мороза» у нас есть, так что не беспокойся о сохранности. Просто не дай им довезти.
Джек кивнул.
— А если не получится?
— Тогда будем спасать мир другими способами, — сказал начальник. — Но это будет стоить крови. Много крови. Ты понял?
Джек сжал паспорт в руках.
— Я понял.
---
10:00 утра. Аэропорт Детройта.
Джек стоял в очереди на регистрацию. Он был одет как обычный инженер — недорогой костюм, советский галстук, очки. В руках — кожаный чемодан, внутри которого лежало всё необходимое: смена одежды, документы, тайник с оружием.
Он чувствовал, как в кармане лежит пистолет. Тайник был незаметен, но он знал, что русские на таможне могут проверить. Он молился, чтобы этого не случилось.
Когда он подошел к стойке, девушка-регистратор улыбнулась:
— Ваш билет, пожалуйста.
— Конечно, — сказал Джек с легким акцентом, который он оттачивал неделями. Он говорил с легкой хрипотцой, чтобы голос звучал естественно.
Она проверила документы и сказала:
— Ярослав Кузнецов? Вы летите рейсом до Норильска с пересадкой в Москве. Посадка через два часа.
Джек забрал билет. Он уже собрался пройти в зону вылета, как вдруг заметил странных людей. Трое мужчин в черных пальто стояли у входа и внимательно разглядывали пассажиров. Их лица были жесткими, глаза — холодными. Похоже на КГБ.
«Не начинай драку, — сказал он себе. — Протокол запрещает».
Он прошёл контроль, сел в кресло в зоне ожидания, взял газету «Правда» и углубился в чтение. Но каждые пять минут он поглядывал на тех троих. Они не двигались. И смотрели в его сторону.
«Надо быть незаметным».
Он встал и направился в туалет. Заперся в кабинке и сидел там, пока не услышал объявление о посадке. Вышел, прошёл к выходу на посадку и сел в самолет. Всё прошло гладко.
Глава 7 МОСКВА ПЕРЕСАДКА
Москва, 1986 год. Аэропорт Шереметьево. 14:00.
Самолет коснулся взлетно-посадочной полосы с глухим грохотом. За иллюминатором плыл серый, промозглый город — огромный, чужой, враждебный. Джек сжал ручку кожаного чемодана и почувствовал, как сердце забилось чаще.
Он впервые был в Москве.
Всё вокруг казалось ему неправильным. Здания — слишком массивные. Небо — слишком низкое. Люди — слишком серьезные, с каменными лицами и настороженными взглядами. Даже воздух был другим — тяжелым, с примесью бензина и угля.
— Ярослав Кузнецов? — раздался голос из громкоговорителя. — Пассажиров рейса из Детройта просят пройти к выходу №4.
Джек поднялся. Он поправил галстук, одернул пиджак и вышел в коридор.
---
Зона паспортного контроля.
Очередь двигалась медленно. Перед каждым пассажиром стоял офицер КГБ в серой шинели, с холодными глазами и лицом, лишенным всякого выражения. Он проверял документы так, будто искал преступника в каждом.
Когда очередь дошла до Джека, он протянул паспорт.
Офицер взял его, посмотрел на Джека, потом на фотографию. Задержал взгляд на секунду дольше, чем нужно.
— Ярослав Кузнецов? — спросил он с акцентом.
— Так точно, — ответил Джек спокойно.
— Цель поездки?
— Строительство. Норильск.
Офицер кивнул, поставил печать и вернул паспорт.
— Проходите.
Джек забрал документы и пошёл дальше, чувствуя, как взгляд офицера сверлит ему спину. Он не обернулся.
---
Зал ожидания.
Джек сел на жесткую скамью, положил чемодан рядом и огляделся. Здесь было многолюдно. Семьи с детьми, пожилые пары, военные, какие-то люди в одинаковых костюмах. Но кое-что его насторожило.
У стены стояли трое мужчин в черных пальто. Они не разговаривали. Они смотрели на людей. Искали кого-то.
Джек отвернулся, взял газету «Правда» и сделал вид, что читает. Через пять минут один из мужчин в черном направился прямо к нему.
— Извините, — сказал он на русском. — Ваши документы?
Джек поднял глаза. Мужчина был высоким, худощавым, с длинным лицом и короткой стрижкой.
— Зачем? — спросил Джек, стараясь говорить спокойно. — Я уже прошел контроль.
— Повторная проверка, — ответил мужчина.
Джек протянул паспорт. Его сердце билось ровно, но он знал, что может выдать себя в любую секунду. Одно неверное слово — и всё кончено.
Мужчина изучал паспорт несколько минут. Потом вернул его и сказал:
— Можете идти.
— Спасибо, — ответил Джек и встал.
Он взял чемодан и пошел к выходу. Но на выходе он заметил, что мужчина в черном достал рацию и что-то сказал в неё.
«Они знают, что я здесь», — подумал Джек. — «Они не знают, кто я, но они знают, что здесь кто-то есть».
Он вышел из здания и вдохнул холодный московский воздух.
---
Москва, центр. Улица Горького.
Джек сел в такси и назвал адрес — гостиница «Москва», куда у него была бронь на три часа до вылета в Норильск.
Таксист, пожилой мужчина с седыми усами, закурил и сказал:
— Из Америки, что ли?
Джек напрягся.
— С чего вы взяли?
— Акцент у тебя, — усмехнулся таксист. — И вещи. Американские вещи.
Джек решил рискнуть.
— Работаю в Норильске, — сказал он. — Инженером.
— Норильск, — таксист покачал головой. — Суровое место. Там тебя не ждут с распростертыми объятиями.
— Я знаю.
Таксист замолчал и просто вез его по заснеженным улицам.
Джек смотрел в окно. Москва проплывала мимо — сталинские высотки, темные аллеи, светящиеся окна, из которых доносились голоса, смех, звуки телевизоров. Он чувствовал себя чужим здесь. Он был чужим.
Он подумал о том, как оказался в этой чужой стране, в этом чужом городе, в этом чужом теле — Ярослава Кузнецова. Он был агентом FBR. Он был американцем. Он был Джеком Кодом. Но здесь, в Москве, он никто. Только тень.
— Приехали, — сказал таксист.
Джек расплатился, забрал чемодан и вошел в гостиницу.
---
18:00. Гостиница «Москва». Номер 412.
Джек сидел на кровати и смотрел на телефон. Он знал, что не может звонить. Линия прослушивается. Он не знал, кто здесь из своих, а кто из чужих.
Он открыл чемодан и проверил тайник с оружием. Всё было на месте: пистолет «Макаров», нож, две гранаты. Он закрыл чемодан и застегнул ремни.
— Через два часа я сяду на поезд до Норильска, — сказал он себе тихо. — А оттуда — на «Полярную стрелу». Остался один шаг.
Он подошел к окну и посмотрел на Москву, утопающую в снегу.
— Я сделаю это, — сказал он. — Я должен.
---
19:00. Вокзал «Ярославский».
Джек стоял на перроне в толпе пассажиров.
Поезд до Норильска стоял огромным стальным змеем, пар вырывался из-под колёс, пахло углём и железом. Он поднял глаза — часы на вокзале показывали 19:00. У него был час до отправления.
Он зашел в вагон, нашел свое место — плацкарт, нижняя полка, у окна. Сел, достал книгу и открыл на первой странице.
Он не читал. Он просто ждал.
Глава 8 МОСКВА. ПОГОНЯ
Глава 9. «Москва. Погоня»
Москва, 1986 год. Ярославский вокзал. 19:30.
Джек сидел на нижней полке плацкартного вагона и делал вид, что читает книгу. На самом деле он считал.
Четыре охранника на перроне. Двое в форме, двое в штатском. Один из них — с татуировкой на шее.
«Они не просто проверяют билеты, — подумал Джек. — Они ищут меня».
Он закрыл книгу и встал. Чемодан был при нём. Пистолет — в кобуре под пальто.
— Ярослав Кузнецов? — раздался голос за спиной.
Джек медленно повернулся. Перед ним стоял мужчина — высокий, лысый, с холодными глазами и квадратной челюстью. На шее — татуировка. Звезда с тремя лучами.
— Да, — ответил Джек спокойно. — Чем могу помочь?
— Пройдёмте с нами, — сказал мужчина. — Нужно проверить ваши документы.
Джек улыбнулся. Улыбка была ледяной.
— Конечно. Только возьму пальто.
Он наклонился, якобы за пальто, и в то же мгновение схватил из чемодана пистолет «Макаров».
Два выстрела — в грудь и в голову. Мужчина упал, не успев вскрикнуть.
Поезд дернулся. Вокзал взорвался криками. Где-то закричала женщина. Где-то залаяла собака.
Джек выскочил из вагона на перрон.
Двое охранников уже бежали к нему, автоматы наизготовку.
Он выстрелил снова — один упал, второй пригнулся и открыл ответный огонь. Пули засвистели над головой Джека, разбивая фонари и стёкла. Кто-то кричал, кто-то плакал, кто-то пытался спрятаться за колоннами.
Джек рванул к выходу, петляя между людьми, перепрыгивая скамьи. Сзади — топот ног и звук сирены.
Он выбежал на улицу. Ночь встретила его ледяным ветром.
В переулке, в двадцати метрах, стояла «Волга». Ржавая, но на ходу. За рулём — пьяный мужик, который вышел покурить.
Джек подбежал к нему, рванул дверцу, оттолкнул водителя на снег и прыгнул на его место. Двигатель взревел, колёса взвизгнули по льду, и он врезался в стену гаража, отскочил, вырулил на дорогу.
Сзади — чёрная «Чайка» с тремя мужчинами внутри. Автоматные очереди застучали по заднему стеклу, разбивая его в мелкую крошку.
Джек пригнулся. Стекло осыпалось на его затылок.
— Ну давай, — прорычал он, нажимая на газ. — Поиграем.
Он влетел на Тверскую, лавируя между редкими машинами. Сзади — «Чайка» не отставала. Мигалки. Шум. Свист пуль.
Джек резко вывернул влево, в какой-то узкий переулок. Впереди — тупик. За ним — стена. Он нажал на тормоз, выскочил из машины на ходу и спрятался за мусорным баком.
«Чайка» влетела в переулок. Двое мужчин вышли из неё. Автоматы в руках.
— Выходи, Кузнецов, — крикнул один из них на русском. — Мы знаем, кто ты.
— Не выйду, — ответил Джек, вынимая гранату.
Он выдернул чеку и швырнул её.
Взрыв. Огненный шар разорвал тишину. «Чайка» взлетела в воздух и рассыпалась на куски. Двое мужчин исчезли в пламени.
Джек поднялся, отряхнулся и посмотрел на горящие обломки.
— Кто теперь будет знать? — сказал он тихо.
Повернулся и исчез в ночи.
---
20:00. Москва, заброшенный склад.
Джек стоял в тени и переводил дыхание.
Рука была порезана осколками стекла. Он перевязал её куском ткани. Всё тело ныло, но он улыбнулся.
— Надо мной смеются? — спросил он у темноты. — Ещё нет.
Он знал, что теперь не сможет сесть на поезд до Норильска. Они будут ждать его там. Он должен найти другой путь.
Он открыл карту. Смотрел на рельсы, уходящие в Сибирь.
— Значит, поезд отменили, — сказал он. — Я поеду на грузовике. Или пешком. Я должен быть там.
Он убрал карту и зашагал на восток, сквозь московскую ночь.
Глава 10 НОРИЛЬСК. ВСТРЕЧА
16:00. Аэропорт Норильска.
Самолет приземлился. За окном была белая пустошь — снег, ветер, серое небо. Температура за бортом минус тридцать. Джек вышел из самолета первым, чтобы не теряться в толпе.
Он прошел паспортный контроль, забрал багаж и направился к выходу из аэровокзала. Снег хрустел под ногами, холод обжигал легкие. Джек глубоко вздохнул.
Выйдя из здания, он свернул в переулок между двумя старыми домами. Там, как и обещал начальник, его ждали.
Они стояли у старой «Волги». Трое мужчин. Невысокие, коренастые, в тяжелых зимних куртках и ушанках.
Джек узнал их по сигналу — один из них почесал нос мизинцем. Это была условность. В ответ Джек достал пачку сигарет «Прима», постучал по пачке пальцем ровно два раза.
Мужчина кивнул и подошел.
— Ярослав? — спросил он на русском с легким южным акцентом.
— Ярослав, — ответил Джек.
— Я Виктор, — мужчина протянул руку. — Добро пожаловать в Сибирь.
---
19:00. Штаб в заброшенном здании.
Внутри было тепло. Пахло солдатским борщом и машинным маслом. За столом сидели трое мужчин:
· Виктор Захаров — сорок лет, бывший военный, командир группы. Лицо в шрамах, глаза внимательные. Настоящий волк. Он видел смерть так часто, что перестал её бояться.
· Олег Савельев — тридцать пять лет, худой, с нервными пальцами. Специалист по взрывчатке. Он мог разобрать и собрать бомбу с закрытыми глазами.
· Георгий Петров — сорок пять лет, огромный, как медведь, с окладистой бородой. Бывший снайпер. Он говорил мало, но его взгляд пронзал насквозь.
— Садись, Кузнецов, — сказал Виктор, указывая на стул. — У нас есть план. Но сначала — плохие новости.
Он подвинул к Джеку стакан горячего чая.
— Наша база в Детройте уничтожена, — сказал Виктор. — Русские устроили рейд. Твой начальник и несколько человек выжили, но почти все мертвы. Они знают, что на поезде будет американский агент. И они не знают твоего лица, но знают, что ты где-то здесь.
Джек сжал стакан.
— Отправление?
— Через тринадцать часов, — сказал Георгий. — У нас есть время, чтобы подготовиться.
Виктор встал.
— Идем. Покажем тебе нашу оружейную.
---
Оружейная комната.
Здесь было всё. Небольшой склад, забитый оружием. На стенах висели автоматы, пистолеты, гранаты. В углу стояли ящики с патронами. В воздухе витал запах металла и пороха.
— Выбирай, — сказал Виктор. — Под рукой есть:
· Автомат Калашникова (АК-74) — надежный, в любом морозе.
· M14 — американская классика, но тяжелая.
· Пистолет «Макаров» — для скрытого ношения.
· «ТТ» — мощный, пробивает даже зимнюю одежду.
· Снайперская винтовка СВД — если придется работать издалека.
· Гранаты Ф-1 — «лимонки».
· Ножи и заточки — для тихой работы.
Джек задумался. Он посмотрел на оружие и выбрал:
— АК-74. И Макаров. Нож возьму. Гранаты — пару штук. Остальное в машину, на всякий случай.
Георгий кивнул с одобрением.
— Умный выбор. АК не подведет.
Виктор положил руку на плечо Джека.
— План такой, — начал он. — Через тринадцать часов поезд «Полярная стрела» прибывает на станцию. Ты загружаешься в последний вагон. Документы, скорее всего, в служебном купе под охраной. Рыжий, которого ты встретил в Детройте, будет там.
Джек замер.
— Рыжий?
— Да, — сказал Олег, скручивая сигарету. — Его зовут Евгений Волков. Он — главный курьер. И он тебя знает.
Джек выдохнул.
— Значит, будет весело.
Виктор ухмыльнулся.
— Весело — не то слово. Теперь слушай детали. На поезде пять вагонов. Первый — оружейная. Второй — хранилище. Третий — столовая. Четвертый — топливный бак. Пятый — штабной, там генерал Орлов и документы.
Он разложил чертеж.
— Ты проходишь через все вагоны. Тихо. Без шума. Если будет шум — охрана поднимет тревогу, и тогда всё кончено. В идеале — ты добираешься до пятого вагона, забираешь папку и исчезаешь.
— А если не получится тихо? — спросил Джек.
Виктор посмотрел на него холодными глазами.
— Тогда устраиваешь ад. Сжигаешь документы, взрываешь поезд — делаешь всё, чтобы «Мороз» не доехал до станции. Даже если это будет стоить тебе жизни.
Джек кивнул. Он знал, на что идет.
— Когда отправление?
— Завтра, в 20:00, — сказал Виктор. — У тебя есть время отдохнуть. Иди в мотель. Выспись. Завтра будет долгий день.
---
19:00. Мотель «Северная Звезда».
Джек сидел в тесной комнате и смотрел на фотографию рыжего, которую ему дал Виктор. Евгений Волков. Татуировка на шее. Холодные глаза. Человек, который уже однажды пытался его убить.
Он убрал фото в карман и лег на кровать. За окном выла метель.
«Завтра всё решится», — подумал он. — «Или я умру, или остановлю войну».
Он закрыл глаза и уснул.
Глава 11 ГРУППА ПОДДЕРЖКИ
Глава 11. «Группа поддержки»
Норильск, 1986 год. Штаб в заброшенном здании. 19:30.
После того как Джек познакомился с Виктором, Олегом и Георгием, он понял, что эти люди — не просто солдаты. У каждого из них была своя история, своя боль.
---
Виктор Захаров.
Он родился в маленьком городке под Киевом. В двадцать лет пошёл в армию, воевал в Афганистане. Он видел смерть так часто, что она стала его постоянной спутницей. Он потерял друзей, товарищей, часть себя. Но он не сломался.
Он стал командиром группы поддержки, потому что не мог смотреть, как другие гибнут. Он решил, что лучше умереть сам, чем потерять ещё одного.
Когда он смотрел на Джека, он видел в нём отражение себя. Того себя, который ещё не потерял надежду.
---
Олег Савельев.
Он был специалистом по взрывчатке. Он мог разобрать и собрать бомбу с закрытыми глазами, за десять минут, в любых условиях. Но он не любил взрывы.
Он стал им, потому что хотел защищать. Он хотел, чтобы никто больше не гиб от взрывов, которые он создавал.
Когда он смотрел на Джека, он думал: «Ты тоже ненавидишь это. Ты тоже хочешь, чтобы всё закончилось».
---
Георгий Петров.
Бывший снайпер, который видел слишком много. Он не говорил о войне. Он не говорил о том, что видел. Он просто делал свою работу.
Он был молчаливым, но его взгляд говорил больше, чем слова. Он был человеком, который знал, что такое одиночество. Он знал, что такое страх.
Когда он смотрел на Джека, он видел в нём того, кто тоже живёт с грузом прошлого.
Глава 12 Тайга-Узловая. Перестрелка
Сибирь, 1986 год. Станция «Тайга-Узловая». 18:30.
Джек вылез из кузова грузовика, в котором он проехал последние двести километров. Всё тело ныло — холод, тряска, бессонница. Но он не чувствовал усталости. Только холодное напряжение.
Он стоял на краю леса и смотрел на станцию.
Маленькая. Заснеженная. Два перрона, деревянное здание вокзала, несколько фонарей, тускло освещающих платформу. И поезд. «Полярная стрела» стояла на рельсах, как огромный чёрный зверь, готовый к прыжку.
— Почти приехал, — прошептал он.
Он достал бинокль и начал осматривать станцию.
Пять охранников на перроне. Двое у входа в здание вокзала. Один у кассы. И ещё трое в форме КГБ — в чёрных шинелях, с автоматами и рациями.
— Девять человек, — сказал он себе. — Плюс те, что внутри поезда.
Он убрал бинокль и достал автомат. АК-74, заряженный, с глушителем. Два запасных магазина.
— Девять человек не смогут меня остановить.
Он шагнул на станцию.
---
18:40. Станция «Тайга-Узловая». Перрон.
Джек шёл спокойно, не скрываясь. На нём была тёплая куртка, шапка-ушанка, за спиной — рюкзак. Он выглядел как обычный человек.
Один из охранников остановил его.
— Документы, — сказал он.
Джек протянул паспорт. Охранник посмотрел на него, потом на Джека, задержал взгляд на лице, ухмыльнулся и сказал:
— Проходи.
Джек спокойно пошёл дальше, к перрону.
---
18:45. Вокзал.
Он вошёл в здание вокзала. Там было тепло, пахло борщом и табаком. Несколько людей сидели на скамьях, пили чай из гранёных стаканов, читали газеты.
У кассы стоял охранник в шинели. Он смотрел на Джека.
Джек подошёл к кассе.
— Билет до Норильска, — сказал он.
Кассирша — пожилая женщина с усталыми глазами — посмотрела на него, взяла билет и сказала:
— Вагон №7, место 14.
— Спасибо.
Джек взял билет и пошёл к выходу.
---
18:50. Станция. Перрон.
Он вышел на перрон и направился к поезду.
Но на полпути его остановил другой охранник. Высокий, в чёрной шинели, с татуировкой на шее. Звезда с тремя лучами.
— Минуту, — сказал он. — Ваши документы.
Джек протянул паспорт. Охранник посмотрел на него, потом на Джека, потом на паспорт.
— Ярослав Кузнецов? — спросил он.
— Так точно, — ответил Джек.
Охранник ухмыльнулся.
— Мы тебя ждали.
---
18:51. Перестрелка.
Джек ударил первым.
Кулак врезался в лицо охранника. Тот отлетел назад, ударившись спиной о стену. Джек выхватил автомат и выстрелил.
Очередь — охранник упал, не успев вскрикнуть.
— Тревога! — закричал кто-то на перроне. — Тревога!
Остальные охранники — восемь человек — уже бежали к Джеку. Автоматы в руках, лица — злые.
Джек пригнулся и начал стрелять. Очередь за очередью. Пули разрывали воздух, разбивая фонари, стёкла, стены. Кто-то кричал. Кто-то плакал. Кто-то пытался спрятаться за колоннами.
Джек выстрелил в первого — в грудь. Тот упал. Во второго — в голову. Тот покатился по земле.
Но они не останавливались.
Он слышал, как автоматные очереди проходят над его головой. Пули разбивали бетонные колонны, выбивали искры из металла. Кто-то из охранников зашёл сзади, и Джек почувствовал боль — пуля задела плечо.
— Проклятье! — выругался он, прижимая руку к ране.
Он перекатился, достал гранату и швырнул.
Взрыв! Вспышка, грохот, осколки. Двое охранников взлетели в воздух.
Остальные залегли, стреляя в ответ.
Джек выстрелил ещё раз и уложил четвёртого.
18:55. Конец.
Он стоял посреди перрона, окружённый телами.
Вокруг него было тихо. Только ветер — ледяной ветер сибирской ночи — свистел в ушах.
Он перевёл дыхание, сплюнул кровь и посмотрел на поезд.
«Полярная стрела» была перед ним.
— Я здесь, — сказал он тихо.
Он вошёл в вагон и занял место у окна. Глаза его горели — он чувствовал, что финал близок.
Но он не знал, что на другом конце поезда, в штабном вагоне, сидел генерал Орлов и ждал его.
И он не знал, что рыжий уже знал, что он здесь.
Глава 13 ИСТОРИЯ РЫЖЕГО
Глава 13. «Евгений Волков. История рыжего»
Сибирь, 1986 год. Станция «Тайга-Узловая». 22:00.
Он стоял на перроне и смотрел на снег.
Евгений Волков — рыжий, высокий, с холодными глазами и шрамом на скуле. В руке — сигарета. Дым таял в морозном воздухе, смешиваясь с паром от поезда.
Он не спал уже третий день.
Мысли его были далеко — в другом времени, в другом месте.
---
1979 год. Афганистан.
Евгению было двадцать три.
Он сидел в окопе, прижимая к груди автомат, и смотрел на горизонт. Где-то там, за холмами, шёл бой. Он слышал взрывы и крики. Он чувствовал запах гари.
— Волков, — раздался голос командира. — Ты идёшь первым.
— Есть, — ответил он.
Он поднялся и побежал. Вокруг него свистели пули. Он видел, как падают его товарищи — один за другим.
Но он не останавливался.
Он бежал. Он стрелял. Он убивал.
Когда бой закончился, он стоял посреди поля, покрытого телами. Он был жив. Он один был жив.
Он поднял голову к небу и закричал.
---
1981 год. Берлин.
Он сидел в тёмном подвале и смотрел на человека, привязанного к стулу. Тот был агентом ЦРУ. Он знал секреты, которые могли уничтожить целую сеть.
— Говори, — сказал Евгений.
— Я не скажу, — ответил агент.
Евгений взял нож и подошёл к нему.
— Ты скажешь. Все говорят.
Он не хотел этого делать. Но он знал, что должен. Потому что, если он не сделает это, его убьют другие. И они будут делать это дольше и больнее.
Он начал.
Через два часа агент заговорил.
---
1984 год. Детройт.
Он стоял у входа в бар и смотрел на человека, который сидел за столиком.
Джек Код. Агент FBR.
Евгений ждал этого момента два года. Два года он искал его. Два года он готовился.
Он вошёл в бар и сел напротив.
— Мы знакомы? — спросил Джек.
— Ещё нет, — ответил Евгений. — Но скоро.
Он ударил первым. Он должен был убить его. Но Джек оказался быстрее, хитрее, сильнее. Он выжил.
Евгений понял тогда, что это не просто агент. Это — враг.
---
Настоящее время.
Евгений докурил сигарету и затушил её о перила.
Он посмотрел на часы. Поезд отправлялся через час. Документы «Мороз» были в надёжном месте — в красной папке у генерала Орлова.
Но он знал, что Джек Код был где-то рядом.
Он слышал о перестрелке в Москве. О взрыве. О том, как один человек уничтожил трёх агентов КГБ и сбежал в ночь.
— Ты здесь, — сказал он тихо, глядя на метель. — Ты всегда находишь способ.
Он вытащил нож и провёл пальцем по лезвию. Он чувствовал злость. Ненависть. Желание убить.
— На этот раз я не позволю тебе уйти.
Он повернулся и пошёл к поезду.
Глава 13.5 ПОСАДКА
Сибирь, 1986 год. Станция «Тайга-Узловая». 18:55.
Джек стоял в тени у деревянной колонны и смотрел на поезд.
«Полярная стрела» возвышалась над перроном, как стальной зверь, готовый к прыжку. Чёрные вагоны, красные звёзды на бортах, пар, вырывающийся из-под колёс. Где-то вдалеке гудел гудок, приглашая пассажиров на посадку.
Он перевёл дыхание. Рука всё ещё болела, но он не обращал на это внимания. Он знал, что сейчас — самый опасный момент. Посадка. Проверка документов. Охрана. И всё это — в толпе, где один неверный шаг мог стоить ему жизни.
Он посмотрел на часы. 18:57. Три минуты до начала посадки.
Он поправил шапку-ушанку, одёрнул куртку и шагнул вперёд.
---
18:58. Перрон.
На перроне было многолюдно. Семьи с детьми, военные, пожилые пары, какие-то люди в одинаковых костюмах. Пахло углём, мазутом и морозом. Где-то играла музыка — старый советский вальс, который звучал из динамиков на столбах.
Джек двигался медленно, стараясь не привлекать внимания. Он видел охранников — пятеро на перроне, двое у входа в здание вокзала, один у кассы. И ещё трое в чёрных шинелях — агенты КГБ, которые стояли у самого поезда.
Он подошёл к своему вагону — седьмому. У двери стоял проводник, пожилой мужчина с усами и усталыми глазами.
— Билет, — сказал он.
Джек протянул билет. Проводник посмотрел на него, сверил с паспортом и кивнул.
— Проходите.
Джек зашёл в вагон. Внутри было тепло, пахло борщом, табаком и потом. Он нашёл своё место — нижняя полка у окна, у самого выхода.
Он сел, положил рюкзак рядом, и начал наблюдать. Через окно он видел перрон. Люди шли, кто-то смеялся, кто-то плакал, кто-то просто стоял и смотрел в небо.
Но он также видел их. Агентов КГБ. Они не двигались. Они стояли и смотрели на поезд.
Он сжал руку в кулак.
«Они ждут меня. Они знают, что я здесь».
---
19:00. Отправление.
Раздался протяжный гудок. Поезд дернулся и начал медленно отходить от станции. Колеса заскрежетали по рельсам, издавая низкий металлический гул. За окном поплыли фонари, затем деревянные дома, затем снежные поля.
Станция начала удаляться.
— Ну всё, — прошептал Джек. — Теперь или никогда.
Он встал и направился к туалету.
В тесной кабинке он заперся, проверил оружие и выглянул в окно. Ветер ударил в лицо — ледяной, резкий, полный снега. Он вылез наружу, цепляясь за поручни, и забрался на крышу поезда.
Он посмотрел вперёд. Впереди, в метели, угадывались очертания вагонов — там, где начиналась запретная зона. За ними — тайга, бесконечная и безмолвная.
— Пять вагонов, — сказал он себе. — Пять — это немного.
И он начал движение вперёд — туда, где его ждала судьба.
Глава 14-18 ПОЛЯРНАЯ СТРЕЛА
Часть III. ПОЕЗД. КОНЕЦ
Сибирь, 1986 год. Поезд «Полярная стрела». 20:00.
Джек стоял на крыше поезда. Ветер резал кожу, снег бил в лицо.
Он перепрыгивал с вагона на вагон. Впереди, в метели, угадывались очертания пяти вагонов. Запретная зона.
Он спрыгнул на платформу между вагонами и отцепил сцепку. Пассажирские вагоны остались позади.
— Пять вагонов, — сказал он себе. — Пять — это немного.
Он вытащил нож и двинулся к первому.
---
Глава 15. «Вагон №1. Оружейная»
Поезд «Полярная стрела». 20:15.
Джек открыл дверь и шагнул внутрь.
Здесь пахло маслом и порохом. Вдоль стен — стеллажи с оружием. В центре — двое охранников.
Они увидели Джека, но отреагировать не успели.
Джек бросился к первому — удар ножом в шею. Тот упал. Второй вскочил, но Джек уже был рядом. Удар в горло, ещё один — в грудь.
Джек вытер нож, взял автомат и пошёл дальше.
---
Глава 16. «Вагон №2. Хранилище»
Поезд «Полярная стрела». 20:25.
Здесь было холодно. Стены покрыты инеем. Вдоль стен — металлические шкафы с бумагами.
Джек открывал шкаф за шкафом. Строительные отчёты, бланки. Но ничего о «Морозе».
— Их здесь нет.
В дверях показался силуэт. Джек выстрелил.
Он пошёл дальше.
---
Глава 17. «Вагон №3. Столовая»
Поезд «Полярная стрела». 20:35.
Джек открыл дверь и увидел трёх человек. Они ели суп из алюминиевых мисок.
— Стоять!
Джек выстрелил. Один, второй, третий. Пуля пробила плечо, но он удержался на ногах.
«Осталось два вагона».
---
Глава 18. «Вагон №4. Топливный бак»
Поезд «Полярная стрела». 20:45.
Это была не цистерна, а вагон с топливным баком. Огромный, стальной, с платформами сверху.
Джек залез наверх. Ветер дул сильнее, снег бил в лицо.
Он переходил на другую платформу, когда услышал шаги.
Перед ним стоял рыжий.
Глава 19 ПОЕДИНОК С РЫЖИМ
Глава 19. «Поединок с рыжим»
Поезд «Полярная стрела». 20:50.
— Я же говорил, — сказал Евгений. — Это ещё не конец. А теперь — это твой конец.
Он выхватил нож. Джек тоже достал свой.
Рыжий бросился первым. Удар. Джек отбил. Ещё удар — лезвие скользнуло по куртке. Ответный взмах — нож Джека рассек руку рыжего.
Рыжий взвыл, но не остановился. Они бились на обледенелом металле. Рыжий был сильнее, но Джек был хитрее. Он подставил ногу, и рыжий потерял равновесие.
Джек ударил. Нож вошёл в плечо рыжего.
— Где документы? — прорычал Джек.
— В последнем вагоне. У генерала. Но ты не успеешь.
Джек скинул рыжего с платформы. Тело исчезло в темноте.
Последний вагон.
Глава 20-23 ПОБЕДА
Глава 20. «Вагон №5. Штабной»
Поезд «Полярная стрела». 20:55.
Джек вошёл внутрь. В вагоне горели лампы. За столом сидел генерал Орлов — статный, седой, в идеально отглаженной форме.
Перед ним на столе лежала красная папка с грифом «МОРОЗ».
— Агент Код, — сказал генерал, поднимаясь. — Я вас ждал.
---
Глава 21. «Генерал Орлов. Мотивация»
Поезд «Полярная стрела». 21:00.
— Ты думаешь, что делаешь добро, — сказал генерал. — Ты думаешь, что спасаешь мир. Но ты ошибаешься. Мой народ заслуживает победы.
— Ты готов убить миллиарды людей ради победы? — спросил Джек.
— Я готов сделать всё, чтобы сохранить свою страну.
Генерал нажал кнопку под столом.
— Ты умрёшь здесь.
---
Глава 22. «Последний выбор»
Поезд «Полярная стрела». 21:05.
По вагону разнёсся голос: «Внимание! Активирована система самоуничтожения. Эвакуация через пять минут».
Джек шагнул к столу. Генерал выхватил нож и вонзил ему в бок.
Джек упал на колени. Генерал наклонился к нему.
— Ты проиграл.
Он повернулся, чтобы уйти. Но Джек поднял голову.
— Нет. Не проиграл.
Он вытащил пистолет и выстрелил в потолок.
---
Глава 23. «Взрыв»
Поезд «Полярная стрела». 21:10.
Пуля пробила железо и ушла в топливный бак.
Химическая реакция была мгновенной.
Взрыв.
Огненный шар разорвал поезд на части. Сталь, стекло, снег, огонь — всё смешалось в хаосе. Вагоны разлетались в щепки. Небо озарилось багровым заревом.
Джек летел в пустоте. Он видел осколки, пламя, чёрный дым. А потом — только снег. Он падал лицом в сугроб, чувствуя, как холод обжигает раны.
«Я сделал это. Документов нет. Поезда нет. Следов нет».
В глазах темнело. Последнее, что он увидел — бесконечное звёздное небо над Сибирью.
Потом всё исчезло.
---
Эпилог. «Неизвестный герой»
Сибирь, 1986 год. Три дня спустя.
Поисковый вертолёт обнаружил обломки поезда. Среди искореженного металла и снега нашли тело. При нём был паспорт на имя Ярослава Кузнецова.
Его похоронили в безымянной могиле на окраине города. На кресте написали:
«КУЗНЕЦОВ Я.И. 1968–1986»
---
В штабе FBR, в закрытом сейфе, лежала папка с грифом «СЕКРЕТНО. НАВСЕГДА». В ней — фотография и резолюция начальника:
«Агент Код. Погиб при исполнении. Уничтожил документы проекта «Мороз». Предотвратил третью мировую войну. Награждён посмертно. Считать операцию завершённой.»
---
Виктор Захаров вернулся домой. Он открыл бутылку водки, налил два стакана. Один поставил на подоконник — в сторону тайги.
— За тебя, Кузнецов, — сказал он. — Ты спас всех.
---
Прошли годы. О проекте «Мороз» забыли. Никто не узнал имени агента, который взорвал поезд в сибирской тайге.
Но те, кто был рядом — Виктор, Олег, Георгий, старый начальник — они знали. И каждый год, в день крушения, они поднимали стакан за неизвестного героя.
За Джека Кода. За Ярослава Кузнецова. За человека, которого никогда не было — и который спас мир.
---
Конец.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге