Агентство "Нэкогами"

Пролог

Планета Лэйва, центральный сектор, подземная база Службы Имперской Безопасности. Глубина полтора километра.

У главного лифта, ведущего к поверхности, царила непривычная суета. Взвод спецназа СИБ охранял бронированный скиммер, в который роботы-кладовщики погружали запечатанный металлический контейнер. Рядом висели четыре тяжёлых охранных дрона, они будут сопровождать груз на протяжении всего маршрута. В принципе, в них не было особой надобности, что может случиться с грузом прямо в сердце Империи, да ещё и в секторах с максимальным уровнем безопасности? Но протокол есть протокол, пусть надо всего лишь переместить груз с Лэйвы на Реортэ.

А ниже, примерно этажей на пятьдесят, находясь в изолированной комнате, за тем же действом наблюдало двое мужчин. Один, с правильными чертами лица, одетый в форму полковника СИБ, другой в обычном чёрном костюме из дорогой ткани, но с цепочкой Канцлера Империи на шее.

- Итак, - произнёс полковник, Строганов Борис Всеволодович, - к действу всё готово. Как только скиммер покинет пределы базы, запустится цепочка событий, изменить которую мы будем уже не в силах.

- Всё же, - несколько недоверчиво произнёс Канцлер, - эти ваши игры с реальностью для меня полная магия. Вы уверены, что всё пойдёт как запланировано?

- Нет, - спокойно произнёс полковник, - но вероятность приемлемого для нас финала больше семидесяти процентов. Я могу гарантировать, что все нити сойдутся вместе, но что за узор получится в финале – не могу. Точнее, могу, но не до конца. Мы пока что не можем оказывать прямое управляющее воздействие на поле акторов, но мы можем создать такие декорации, что акторы станут действовать в нужном нам ключе. Ну, так как, давать команду на взлёт? Вы готовы к последствиям?

- А у нас есть выбор? – вздохнул Канцлер. – Особенно, в свете того, что грядёт? Да, я готов. Я приму всю полноту ответственности. Давайте разрешение.

Полковник нажал на кнопку, и вся кавалькада уехала вверх, на взлётную площадку.

- Что ж, - произнёс полковник, - ровно через один час и тридцать две минуты груз будет украден. Интересно, кто же будет вором?

Глава 1. Дело о пропавших мозгах

Я висел над бурлящим многоцветным потоком, текущим в разные стороны, вверх, вниз, туда–сюда. Красивое зрелище, словно вид на ночной мегаполис с орбиты. Вот только те жёлтые огоньки вовсе не прожекторы парящих скиммеров, а пакеты данных почтового траффика. Вон та серебристая кишка с бегающими внутри красными точками – шифрованный канал связи. А вот эта синяя лента - наоборот, канал не шифрованный. В принципе, можно даже протянуть руку и вытянуть пару информационных пакетов, посмотреть, кто чего ищет в гипергалактической сети. Но не буду. Влом.

Именно так выглядит траффик данных на одном из центральных маршрутизаторов планеты Реортэ, если смотреть на них так, как умею я, изнутри. Обычные люди так не могут, даже при подключении через нейроинтерфейс, прямое соединение мозги-компьютер. Они сразу же окажутся в виртуальной комнате «лёгкого в обращении браузера, со встроенным поиском, от компании Мугл».

А вот я – могу. Я кибермаг.

Красивое название, правда? Не официальное, разумеется, исключительно жаргонное, зато больше похожее на правду, чем канцелярское: «технопсионики». Узнаю наших научников, всё, что они не в состоянии объяснить, сразу же записывают «псионическую аномалию». А там хоть трава не расти.

Нет, ну правда, глупость несусветная. Ну какой из меня псионик? Настоящие псионики могут чудеса творить, и предметы левитировать, и огненными шарами кидаться, и, говорят, даже залезть к вам в мозги. Последнее, скорее всего чистой воды брехня, кто бы им позволил творить такое безнаказанно, но слухи ходят. Я же такие вещи творить не умею.

В реальном мире. В реальности 1.0.

Зато здесь, в киберпространстве гипергалактической сети, она же гигас, я способен творить самые настоящие чудеса. Кибермагические. Вроде той малости, как вылезти за рамки стандартных протоколов и разглядывать местные киберпространственные красивости. А киберпространство, или как его ещё называют «реальность 2.0», может быть очень красивым.

Кстати, те же псионики в гигасе ничем не отличаются от обычных людей. Некоторые даже компьютером пользуются с трудом. Да, и такое бывает, даже в наши дни.

Перед моим лицом открылось виртуальное окно нейрочата с симпатичной девичьей мордашкой.

– Артур! – заявила она. – Алё, отзовись! Моси-моси!

Это Юкари Ямагучи, моя напарница. И любовница. Она нихонка, и, хотя отлично говорит на имперском, постоянно норовит ввернуть в разговор несколько своих родных словечек. «Моси-моси», это у них вместо «алло». Впрочем, лениво подумалось мне, оба слова одинаково дурацкие.

– Артур! – не унималась надоеда. – Вылазь давай! Я знаю, что ты меня слышишь, не притворяйся шлангом. У нас клиент. Вылазь, а то нейроинтерфейс жвачкой заклею, сам вывалишься.

Вот блин. Только решил расслабиться, и на тебе. Впрочем, клиент – это святое, так что, вздохнув про себя, я дал команду на отключение. Разноцветный мир выцвел и исчез, и я очнулся в кресле связи в маленькой комнате нашей реортской квартиры.

– Важный клиент на связи! – накинулась на меня Юкари. – А ты там цветные картинки разглядываешь. Важный клиент, много денег, не правда ли?

– Юкари, – возмутился. – Можно подумать, у нас денег нет! Мы, вообще–то далеко не нищие, на жизнь нам вполне хватит. Это я не беру в расчёт безусловный базовый доход…

– Служба имперской безопасности, – произнесла Юкари.

– В смысле? – не понял я.

– СИБ. Клиент. На связи. Ждёт. Давай уже, иди.

Она толкнула меня в спину двумя руками, выпихивая в большую комнату, где уже светился голографический куб телевизора. Я почесал щёку, мысленно отметив, что надо бы побриться, и дал команду на соединение. На возникшем экране тут же появилось изображение солидного мужчины в форме полковника Службы Имперской Безопасности. Действительно, права была Юкари. И что же им от меня надо?

– Артур Владимирович Серебряков? Частный предприниматель, информационщик, кибермаг и в прошлом хакер? – деловито спросил полковник. – Строганов Борис Всеволодович, СИБ. Есть дело, и срочное.

Я слегка напрягся, но виду не подал. Интересно, что они там пронюхали про мои старые (и не очень) делишки.

– Вижу вы знакомы с нашим профессиональным жаргоном, – заметил я. – Да, всё так. Кроме хакерства, конечно. Это противозаконно. Я предпочитаю называться специалистом по информационной безопасности.

Полковник, слегка раздражённо, отмахнулся.

– Хакер, не хакер, не важно. Я здесь не уличать вас, а в качестве клиента. Повторюсь, дело важное, срочное и секретное.

– Ну да, – хмыкнул я. – у СИБ других и не бывает. Что случилось?

– Украден пси-массив, примерно пару часов назад, как раз у вас, на Реортэ. Нужно срочно вернуть. Информация на нём – чрезвычайной важности, и не должна попасть в чужие руки. Планета блокирована, так что устройство всё ещё где-то на поверхности. Гонорар – 50 миллионов. Итак?

Я даже слегка крякнул. Ничего себе расклад! Немалые деньги!

– Согласен.

– Отлично. Вам сбросят временный сертификат внештатного сотрудника СИБ. Вопросы?

– «Мозги» везли без охраны?

– Мозги? – не понял полковник.

– Простите за профессиональный жаргон, – поправился я. – Мы так называем пси-массив.

– Естественно под охраной, – скривился Строганов. – Четыре боевых дрона, военный транспортный скиммер и два технопсионика внутренней охраны, это, не считая охраны обычной. Дроны взломаны извне, они-то и увезли контейнер с массивом в неизвестном направлении, оба псионика и охрана в коме. Дронов нашли спустя полчаса, естественно, уже без груза.

– Хм. Интересный расклад. Перехват управления? Системы радиоэлектронной борьбы? Есть подозрения, кто это мог сделать?

– Нет. Никакого применения РЭБ не зафиксировано. Нападение произошло практически в центре Черногорска, не так уж и далеко от вас.

Черногорск, столица Реортэ. Дыра, на самом деле, хоть и столица. Одни сплошные дожди.

– Даже нападения как такового не было, – продолжил полковник, – дроны внезапно нарушили все протоколы безопасности и сбили скиммер, после чего, вскрыв броню, забрали массив и скрылись. Был явный взлом бортовых систем, но кто это сделал и как, не ясно до сих пор.

Опа. И кто же это постарался? Информационные системы СИБ сверхнадёжные, каналы связи шифрованы так, что и за сто стандартных циклов не сломаешь, более того, на сибовских компьютерах просто невозможно запустить программу, если она не имеет сибовской же цифровой подписи. А подделать её практически невозможно.

– Дроны имели искусственный интеллект? – немного подумав, спросил я. – Нападение диких дронов?

– Это в центре Империи-то? Дикие дроны? Нет, – отрезал полковник Строганов. – Ещё вопросы?

– Пожалуй, всё. Дайте нам доступ в память дронов, нужно осмотреться на месте. Очень уж неординарная ситуация.

– Была бы ординарная, я бы к вам и не пришёл, – буркнул полковник, – а так приходится искать нестандартные методы решения. Жду от вас хороших новостей. Пароли и адрес шлюза скоро пришлют. До свидания.

Куб экрана снова засветился голубым. Я выключил телевизор. В комнату проскользнула Юкари и тут же оказалась у меня на коленях.

– Пятьдесят лямов, – промурлыкала она, – Арти, это же куча денег! Мы сможем купить новую квартиру, скиммер, и даже… Кстати, а что за штука такая, этот пси–массив?

Я укоризненно посмотрел на неё.

– Юки, пора бы уже освоить азы профессии. Какой же ты информационщик, если даже этого не знаешь?

– Артур, сколько тебе раз повторять, – вздохнула Юкари. – Юки – это совсем другое имя. «Юки» – это снег. Я похожа на ледяную бабу?

– Вовсе нет, милая, – я обнял её за талию, – ты полная противоположность.

– Правильный ответ, – улыбнулась она. – И вообще, я окончила институт анимэ и манги в Токио, а вовсе не хакерский факультет. Ну так как, колоться будешь, или мне применить к тебе пытки?

Она попыталась меня пощекотать.

– Ладно, рассказываю, – кивнул я. – Что такое Высший Искусственный Интеллект ты, надеюсь, в курсе?

– Пффф. – фыркнула моя подруга, – Можно было и не иронизировать. Всё же в школе я училась, и, не поверишь, была даже отличницей. У меня есть знакомые андроиды из их сообщества… как там его… а, «Кибердуша». Но, насколько я помню, у Высших есть множество отличий от обычного ИИ.

– Именно так, – продолжил я, – создание высшего ИИ не имеет с процессом программирования ничего общего, это тебе не операционная система. Создают их люди, имеющие псионический дар, так что это, скорее, процесс создания искусственной души. Разумной, самосознающей личности, со свободой выбора. Высшие ИИ, могут контролировать работу операционной системы и отслеживать исполняемый программный код, гораздо лучше любой антивирусной программы. Сервер под управлением такого ИИ очень сложно взломать, это считай сам себе и сервер, и сисадмин в одном флаконе. Правда, подобное сочетание – большая редкость, ибо дорого, да и не каждый Высший захочет быть привязанным к железному ящику с проводами. Обычно Высшие живут в андроидных телах, или работают в качестве управляющей системы корабля. Или и то, и другое сразу. Многие Вольные Капитаны их используют, те, у кого хватит денег на подобные штуки. А пси-массив – это тот же высший ИИ, но с ещё не оформившейся личностью, либо же специально заторможенный в развитии. «Мозги», на нашем жаргоне. Их хорошо использовать в качестве стражей хранилищ секретных данных, такую штуку практически невозможно взломать. Личности у них ещё нет, но есть набор, скажем так, базовых инстинктов, которые и сопротивляются взлому. Минус, правда, тоже есть, такие массивы не поддаются копированию, их можно перенести только в такой же пси-кристалл.

– Ясненько, – Юкари задумчиво постукивала пальчиком по нижней губе. – Вот тут-то на сцену выхожу я.

– Угу. Твой дар ещё реже, чем мой. Твоё умение копировать что угодно куда угодно, да ещё и быстрее чем максимальная пропускная способность канала, это что-то. Как ты вообще это делаешь?

– Понятия не имею, - пожала плечами Юкари, - но каждый раз, когда я это вытворяю, я представляю себе кэндаму. Знаешь, игрушка такая, рукоятка, к которой привязан верёвкой шарик. Я вижу, как верёвка натягивается, потом хлоп! Шарик прилетел. Как-то так.

В ухе пискнул сигнал пришедшей почты.

– А вот и нужные данные, - произнёс я, вставая. – Пошли, посмотрим, что там на самом деле произошло.

– И то правда, – Юкари мягко спрыгнула на пол. – Вперёд, мой рыцарь! И пусть негодяи будут наказаны во имя Луны!

Я вздохнул и плюхнулся в кресло связи. Нихонская империя, страна победившего анимэ. Ладно, хрен с ним. Соединение!

Я висел среди разноцветных мельтешащих линий. Пакеты данных неслись на меня с огромной скоростью, огибая почти в самый последний момент, иногда сталкиваясь с другим, и исчезая в неяркой вспышке. Проклятье, заход неудачный. Выйти в гигас и тут же провалиться в канал связи, это надо очень сильно постараться. Впрочем, сам виноват, надо лучше себя контролировать и меньше думать об Юкариных прелестях. Она девушка видная, и… вообще.

Следующий пакет прилетел мне прямо в лоб, рассыпавшись цветными звёздочками. Я выругался и взмыл вверх, вылезая из канала. Засидись я тут подольше, меня попытаются удалить диагностические боты, а воевать с ними у меня нет никакого желания. Нудные они.

– Только вылез в реальность 2.0, так сразу же полез купаться, – Юкари висела рядом, одетая в костюм школьницы. – Мне тоже, что ли переодеться?

Она прищёлкнула пальцами, и наряд сменился на откровенный купальник. Я вздохнул.

– Юкари, – я погрозил ей пальцем, - не дразни меня, а то поймаю и утащу в спальню.

– Вот вернёмся, - подмигнула она, - обязательно поймай. А пока что нас ждут наши пятьдесят миллионов.

Да-да. Помню. Я запустил трассировку до адреса, указанного в письме, и тут же перед моими глазами возникла извилистая дорожка, уходящая в бесконечность. Что ж, раз уж Юкари переоделась, то и я одену свою походную форму.

- Режим номер четыре, - произнёс я, - Чёрный дракон!

Нравится мне это тело. Красивое, чёрное, а ещё в эту оболочку интегрированы несколько весьма полезных утилит. Не очень законных, правда, но ведь не пойман – не вор. Я потопал лапами, взмахнул хвостом и повернул голову к Юкари.

– Залезай, давай, принцесса.

Та с довольной миной устроилась на моей спине, и мы полетели.

Непонятно мне. Всё в этом деле не так. Начать с того, что какие-то психи проломили защитные системы сибовских дронов. Как? Кто? Я, конечно, знаю несколько весьма талантливых хакеров, забиравшихся в дебри государственных информационных систем, но СИБ… С ними не стал бы связываться ни один из моих знакомых отморозков, ни за какие деньги. Да и вообще, Служба по уровню защищённости даже военных обставят.

Ладно, допустим вирус. Кто-то, у кого есть доступ к цифровым сертификатам, написал программу, подменившую родные алгоритмы. Возможно ли такое? Чисто теоретически – да. Вот только эта идея сразу же придёт в голову отделу собственной безопасности, и они моментально перетряхнут всех, кто имеет соответствующий допуск. Так что будь злоумышленник среди них, он бы давно уже пел как лэйванский соловей на допросе третьей степени. А раз полковник обратился к нам, то этот вариант можно смело отмести.

Системы РЭБ? Но дроны не сбились с курса, а сбили свой же собственный скиммер. Да и попробуй использовать корабль РЭБ над городом, это моментально вызовет заинтересованность спецслужб, вояк и полиции, вплоть до торпеды в борт. Вернее, сначала будет торпеда в борт, а потом уже вопросы.

Ладно, примем пока за рабочую версию перехват управления таинственным злоумышленником.

– Арти, ты куда собрался? – подала с моей спины голос Юкари. – Мы уже пролетели вход.

Действительно, пролетели. Я развернулся, чуть не сказал «в воздухе», и, приземлившись перед входом, снова принял человеческий облик, он же режим номер один.

Каждый кибермаг видит реальность 2.0 немного по-разному, у каждого она чуть-чуть, но своя. Странно, но те же каналы связи мы воспринимаем почти одинаково, но вот внешние сетевые интерфейсы, они же точки входа во внутреннюю сеть, у нас абсолютно разные. Кто-то видит мерцающий шар, у кого-то они в виде четырёхцветного парящего окна, я же вижу медленно вращающийся круг с непонятными надписями, который про себя называю «печать входа».

Вот и тут такая же, совершенно обычная, только потребовавшая сертификат, который я и предоставил. Печать окрасилась зелёным, и я, поманив Юкари рукой, вошёл внутрь.

Сразу видно, дрона ломали грубо. Операционная система полностью перекорёжена, вокруг плавают остатки файлов, похожие на размытые геометрические фигуры, реестр системы, обычно светящийся в условных небесах яркими синими нитями, почти невидим и блекл до неузнаваемости. Полный бардак.

– Ну и разгром! – всплеснула руками подруга. – И что же мы тут сможем найти?

– Вопрос, - задумался я. – Давай действовать, для начала, стандартно. Посмотрим логи системы.

Логов, естественно, не оказалось. Видимо вирус, учинивший здесь кавардак, их полностью удалил. Я вздохнул. Что ж, придётся применять своё киберколдовство. Итак…

Я провёл рукой по воздуху… хотя какой уж тут воздух … и сосредоточился на поиске удалённых файлов. Ага! Вот оно. Недалеко от меня плавало нечто, похожее на лоскутья призрачной ткани, всё, что осталось от файлов журнала. Я ткнул в него пальцем, и журнал системных логов обрёл, так сказать, плоть и кровь.

Сам себе поражаюсь каждый раз, и как мне это удаётся?

Юкари с интересом осматривала закоулки, а я, открыв файл, погрузился в чтение. Так-так. Судя по оставшейся информации, в системе порезвилась «нимда», обычный сетевой червяк, достаточно давно изученный. Видимо, кто-то модифицировал зловреда, так что он прибил здесь всё, что можно.

Нет, что-то здесь не сходится. Во-первых, «нимда» не смогла бы запуститься под защищённой операционкой сибовских устройств, во-вторых, у меня всё больше складывалось впечатление, что червяка запускали больше для отвода глаз. Не умеет «нимда» перехватывать управление, это обычный файловый инфектор. Сам взлом осуществили как-то по-другому, и до того, как на систему натравили зловреда.

Но ведь натравили же.

Больше в логах, я не нашёл ничего интересного. Со вздохом встав, я отправил файл журнала нашему заказчику, и подошёл к Юкари, которая что-то с интересом вынюхивала за руинами файловой системы.

- Что нашла? – поинтересовался я.

- Сама не знаю, - пожала плечами подруга, - но что-то точно нашла. Вон, смотри.

Она ткнула пальцем в кучу, напоминавшую свалку старых шкафов. Я подошёл поближе и обнаружил под ворохом битых файлов мерцающую красную точку. Потыкав пальцем в непонятную хрень, я натравил на неё анализатор.

- И что тут у нас? – Юкари с любопытством выглянула из-за моего плеча.

-У нас тут странная странность, - озадаченно ответил я. – Это остатки кода, судя по всему, того самого червяка, о котором я только что прочитал в логах, по крайней мере мой антивирусник определяет его сигнатуры именно так. Паразит здорово порезвился в системе, хотя я не могу понять, каким образом. Если это обычный вирус, то работать он здесь в принципе не мог, но ты сама всё видишь. У меня складывается ощущение, что СИБ нас зачем-то дурит.

- И зачем ей это нужно? – удивилась Юкари. – А как же пятьдесят миллионов?

- Вопрос, - вздохнул я. – И ответа на него у меня нет. Ладно. Дай-ка я поподробнее изучу этого гада.

Декомпилятор мне ничем не помог, единственное, чего я от него добился, это то, что передо мной и вправду кусок вируса. Безо всяких цифровых сертификатов и тем более, логов. Ладно, попробуем по-другому. Я зажал красную точку в кулаке, закрыл глаза, и сосредоточился на пульсирующем красном свете. Откуда же ты пришёл, приятель? «Клубочек, клубочек, покажи мне дорожку», как любила говорить одна моя давняя знакомая.

- Ух! – раздался удивлённый вздох Юкари. – Артур, ты взаправду невероятен!

За красной точкой тянулся призрачный след. Ага, таки получилось. Я ткнул в него пальцем, и след превратился в извилистую дорожку, обрывающуюся у самой печати входа.

– Вот так вот! – гордо объявил я. – От кибермага не спрячешься! Сейчас запущу трассировщик, и мы узнаем, откуда приполз наш приятель. Кстати, чем это здесь пахнет?

- Пахнет? – не поняла Юкари.

- Определённо, - принюхался я. – Чем-то съедобным, такой тонкий аромат. Не чувствуешь?

- Артур, - Юкари с сомнением посмотрела на меня. – В киберпространстве не может ничем пахнуть. В принципе.

- Да? – почесал в затылке я. – Ну ладно. Юкри, ты готова? Пойдём, посмотрим, что на том конце следа. Режим номер четыре!

Моё тело, точнее «форма номер один», замерцала, распадаясь на облако графических примитивов, и тут же соткалось в новую, красивую, чёрную, и крылатую.

– Дракоша! – Юкари вскочила ко мне на спину и почесала за ухом. Казалось бы, рисованная оболочка, но приятно-то как!

Мы вылетели за печать входа и понеслись по каналам связи, через узловые точки, найденные трассировщиком. Видимо, преступники всё же имели кое-какое представление об искусстве взлома, пару раз я ненадолго задерживался на прокси-серверах, здесь хакеры пытались замести следы, но благодаря тонкому ароматы еды, что я учуял на месте преступления, мне удавалось быстро взять след.

И что это за напасть такая? Я же, вроде, завтракал.

Последняя узловая точка оказалась печатью входа какого-то частного сервера. Я приземлился перед ней и как следует обнюхал.

– Запаролено, – заявил я. – Кто бы сомневался.

– Вломимся? – Юкари слезла с моей спины и сменила форму. Теперь на ней был облегающий спортивный костюм, маска взломщика и гротескный пистолет на поясе.

– Это из какого анимэ? – поинтересовался я.

– Детектив Коган, - ответила подруга, - нестареющая классика.

- Ага, - согласился я, - классика. У нас тут, на другом конце, тоже классика, - я поскрёб печать входа когтем. – Даже антиквариат. Серверная операционка устарела до безобразия. И где они её откопали?

- Вломимся? – ещё раз спросила Юкари.

- Погодь, - остановил её я. – Всё бы тебе вламываться. Будем работать тоньше. У этого сервера есть одна критическая уязвимость, и если её не заткнули…

Её не заткнули. Видимо, за сервером следили из рук вон плохо, и на закрытие уязвимостей просто-напросто забили. Кстати, ещё одна странность. Чтобы хакер так относился к своему рабочему инструменту? Непонятно.

Печать входа окрасилась зелёным. Всё, наши сигнатуры прописаны в разделе пользователей, можно заходить. Что мы и сделали, втянувшись внутрь.

Сервер как сервер. Ничего в нём необычного. Обычная файловая помойка, в памяти крутится бухгалтерская программа, несколько папок общего доступа и всё. Я поддел когтем виртуальную форму и внедрился внутрь базы данных. Так, что тут у нас? Накладные на поставку мяса и овощей для какого-то индивидуального предпринимателя. Мы что, влезли в сервак ресторана? Или магазина? А может с этого сервака осуществляли взлом, а хозяин просто не в курсе?

– Юкари, – попросил я подругу, снова забравшуюся ко мне на спину, – поройся в логах, а я пока осмотрюсь.

Мы взлетели, медленно паря среди содержимого сервера. Мои чешуйки засветились ярко-серебристым светом, и отделившись, превратились в маленькие копии меня любимого. Это поисковые боты, посмотрим, удастся ли им чего-нибудь нарыть.

– В логах ничего интересного, – доложила Юкари. – Записи работы системных служб, пара некритичных ошибок, вот, пожалуй, и всё. У тебя что?

– Веду поиск, – ответил я. – Если тут и есть что-нибудь интересное, то… Ага! Есть результат!

Точно. Прямо перед нами соткалось изображение медленно вращающегося розового кристалла.

– Так-так, – медленно произнёс я, нарезая круги вокруг розового артефакта, – чисто внешне, ну прямо вход в пси-массив. Скажи-ка мне, солнце моё, не чуешь ли ты здесь подвоха?

– Чую, – кивнуло моё солнце, – вот так вот, запросто, нашли то, что искали. Даже не верится.

– Значит, тут мы во мнениях сошлись, – согласился я, – что ж, попробуем его активировать. Только сама его не трогай!

– Ну не дурочка же я, – возмутилась подруга. - Больно надо лапать всякую непонятную гадость.

Мои поисковые боты собрались в кучу, и, слившись в месте, превратились в двойника Юкари. Двойник подошёл к кристаллу и коснулся ладонью блестящей поверхности. Кристалл пошёл волнами, и двойник разлетелся вдребезги.

- О как, - удивился я, - интересная защита. Давай посмотрим поближе…

Не успел. Голубые небеса со светящимися в них ветками системного реестра окрасились красным, и со всех сторон засвиристел сигнал тревоги. Из открывшихся малых печатей входа повалили боты-сторожевики, сканируя перед собой виртуальное пространство.

– Валим, валим! – прорычал я, взмывая вверх. – К выходу! Юкари, постарайся нас отсюда выдернуть.

Боты, заинтересовавшись летающим драконом с девицей на спине, выстроились клином и целенаправленно ломанулись к нам. Я несколько раз плюнул огнём, и стайка охранников исчезла, выгруженная из оперативной памяти.

– Я не могу нас вытащить, – удивлённо доложила Юкари. – Что-то мне не даёт. Принудительный разрыв связи тоже не работает. Артур, что это?

Всё, и печать входа, и файлы с папками оплетала непонятная призрачная паутина. Я попытался выскочить наружу, но хрен там. Выход заблокировало начисто.

– Сдаётся мне, – мрачно произнёс я, – мы влипли. Никогда такой ереси не видел.

А видел я многое.

– Артур, – заистерила Юкари, – придумай что-нибудь! Я эту штуку боюсь!

Ну да, придумай. Что придумать-то? Со всех сторон прут агенты то ли неизвестного антивируса то ли неопознанной охранной системы, да ещё и паутина…

Стоп.

Антивирус, говоришь? А что, это мысль. Сейчас попробуем. Я поискал в загашнике нужные файлы и запустил установку программы.

– Юкари, – приказал я. – Держись крепче. Сейчас будет битва титанов.

– Что? – не поняла Юкари.

– Всё просто. Здесь антивирус от невнятного производителя, подозреваю, что самописный. Я запустил установку «Антивируса Кашпировского», и как только он инициализируется, они друг друга сожрут. Два медведя на одном сервере не уживутся.

– А нам какая от этого польза? – не поняла Юкари.

– А такая. В процессе битвы они разнесут операционку нахрен, и как только эта непонятная паутина ослабнет, мы вырвемся наружу. О, началось. Полюбуйся.

Невдалеке выросла огромная башня, окутанная пламенем, со сверкающим оком на вершине. Из неё полетели во все стороны огненные птицы, набрасываясь на летающих ботов, и пожирая их с потрохами. Я открыл системное окошко. Точно, найден неизвестный вирус, рекомендуемое действие – удалить.

Удаляй, родной, удаляй.

Паутина сперва померкла, но быстро очнулась и перешла в контратаку. Объединившись с ботами, зловредная плесень пошла на приступ башни, но та была не лыком шита. Активировалась самозащита, и огонь вспыхнул с новой силой, а из башни Кашпировского выстрелили сотни лучей, прожигая паутину насквозь. Понемногу пространство начало очищаться, боты рассыпались яркими искрами, а новых нарождалось всё меньше и меньше. Вокруг плавали обломки файлов, с треском рухнула бухгалтерская программа, расколовшись на части, рассыпая по дороге базы данных, но никто уже не обращал на эти мелочи внимания. Две программы увлечённо бились друг с другом.

Я посмотрел на печать входа. Нет, всё ещё держится, зараза. А ведь сколько системных ресурсов они сожрали! Странно, что сервер до сих пор не рухнул.

Плесень-паутина всосала в себя оставшихся ботов и начала трансформироваться, стягивая себя отовсюду в один комок. Из него начала вылупляться бесформенная фигура, несуразная, но размером не уступающая башне.

– Артур, – крикнула Юкари, - выход свободен!

Пора. Не стоит дожидаться, пока титаны, круша всё, сокрушат и нас. Сваливаем!

– Держись, – я повернул голову к девушке. – Иду на таран!

Монстр, не обращая на огненные плевки и отваливающиеся части, подошёл к башне вплотную и начал оплетать своими щупальцами. Я же, не досмотрев битву века, разогнался, и со всей дури протаранил печать. Полетели клочья, и нас выкинуло наружу, в гигас.

– Ура! – обрадовалась Юкари. – Инициирую аварийное отключение! Да здравствует реальность 1.0!

Киберпространство истлело.

Я судорожно вздохнул, встал с кресла и вытер пот со лба. Сходили, блин, за хлебцем.

– Ну и битва! – возбуждённая Юкари спрыгнула из кресла на пол. – Сервер – в хлам! Сетевуха – сгорела! Вот это я понимаю, приключение! Прямо как заруб Гоги и Магоги из анимэ! Жаль, не досмотрели, чем дело кончилось.

– Толку то, – вздохнул я, – ну сходили, ну набезобразили. А к цели ни на шаг не приблизились. И что теперь?

– И правда, – пригорюнилась Юкари. – Что же нам теперь делать?

– Пойдём ужинать, – решил я. – Поедим и обдумаем дальнейшие действия. Запомнила, где был этот сервак? Я имею в виду, физически?

– Да, но какой в этом смысл?

– На всякий случай, пусть будет. Куда пойдём?

– В нихонский ресторан, – категорически заявила Юкари. – Мне после таких передряг обязательно надо съесть токояки. Да и сакэ не помешало бы. Как тебе «Саюри»?

Я пожал плечами, и мы спустились на улицу. Погода на Реортэ всегда отличалась особой паршивостью, планета находилась в стадии терраформирования уже добрый десяток лет, вот и сейчас накрапывал мелкий дождь. Я поёжился и раскрыл над нами сияющий бледно-голубым светом погодный щит. Юкари взяла меня за руку, и мы отправились в сердце каменных джунглей, в надежде что-нибудь съесть.

Нихонский ресторан был в паре кварталов отсюда, так что идти было недолго. Юкари прижалась ко мне и мурлыкала какую-то песенку:

Ветра нет, в лучах заката

Призрачен полёт стрекоз,

Пахнет тонким ароматом

По воде плывущих роз…

Хм. Пахнет… Ароматом… Что-то здесь не так. Я резко остановился.

– Ты чего? – удивилась Юкари. – Мы ещё не пришли.

– Пахнет… ароматом… – задумчиво произнёс я.

– Ты про песню? Это из нового анимэ про планету Аква. Надо обязательно посмотреть.

Я задумчиво кивнул. Конечно, посмотрим. Нет, не то.

– Запах. Пахнет едой.

– Едой? – скривилась подруга. – Ты называешь это едой? Вон оттуда это пахнет, из той паршивой забегаловки.

Точно. На противоположной стороне улицы располагалась светящаяся огнями закусочная, над которой вращалась большая голографическая буква «W» из галентского алфавита.

Так-так, кто тут у нас? Неужели секта «Свидетелей гнутой ложки»? Даже фигура Подлого Клоуна у входа. Как их там? Вакеры? Квакеры? Забыл.

– Юкари, – медленно произнёс я, – помнишь, я говорил про запах в киберпространстве? Там пахло, как и в этой забегаловке.

– Как интересно. Ты полагаешь…

– Что тебе известно про эту контору?

– Общие сведения, – пожала плечами Юкари. – Интергалактическая секта, их отделения есть в каждой великой империи. Особых проблем не доставляют, вот их и терпят. Поклоняются Цифровому Духу, символом которого является Гнутая Ложка. Не спрашивай, почему, сама не знаю. Верят, что смогут то ли взломом, то ли расширением сознания подключиться к Небесному Серверу Доменных Имён, на котором есть истинные имена всего сущего, включая имя Создателя Миров. Подлый Клоун у входа символизирует что-то там… не помню что. Мировое зло, наверное. Деньги зарабатывают продажей закусок в своих забегаловках, пожертвованиями и распространением религиозной литературы. Ну и вербуют неофитов в своих кабаках, чего уж там. Известные травокуры, хотя среди них иногда встречаются хорошие хакеры… Хм, хакеры…

– Вот то-то и оно. Сколько их точек на Реортэ?

– Сейчас выясню, – Юкари моментально стала серьёзной. Её взгляд расфокусировался, подруга погрузилась в сеть.

Через пару минут Юкари вынырнула назад.

– Всё, нарыла информацию. Точек всего четыре, в разных уголках планеты. Но они нам не нужны. Сервер, который мы сегодня ломали, находится здесь.

– Занятненько. Так что, врываемся? – я процитировал Юкари.

– Не-не! – подмигнула она. – Тихо проникаем, прямо как заправские синоби. Хватит с меня.

– Давай так, - предложил я, - ты идёшь в зал и осмотришься, а я устою диверсию, и пока они там носятся кругами, ты проникаешь. Встречаемся в подвале.

- Ганбаре, диверсант! – Юкари показала мне большой палец и направилась ко входу.

Хм, сектанты, значит. Слышал я про них. Повёрнутые на сети психи, у которых каждая кофемолка подключена к гигасу. Маршрутизатор им что ли спалить, чтобы у них дисконнект случился? Я прошёл мимо стеклянных дверей и нырнул в полутёмный проход к подсобке.

Ночь. Улица. Фонарь. Подсобка. Никого. Что у нас с охранными системами? Я просканировал окружающее пространство, и не нашёл ничего, даже завалящей камеры. Ловушка, что ли? Или просто денег нет на охрану? Ладно, хрен с ним, посмотрим, что там с дверью.

Дверь обычная, железная. Замок обычный, механический. Не, я понимаю, что Реортэ – отсталая планета, но даже здесь я не встречал подобных технологических древностей. До сего момента. Я запустил в замочную скважину щуп-зонд универсальной отмычки, и тот, пошерудив в дверных недрах, щёлкнул.

Так-так. Коридор. Куча пустых ящиков. Дверь в зал, дверь на кухню, лестница в подвал, и ещё одна, с характерным рисунком жёлтой молнии. Электрощитовая. Я осторожно открыл дверь и просочился внутрь.

О, что тут у нас! Видимо, у сектантов и правда туго с деньгами. Прямо передо мной стоял объёмистый вспомогательный энергетический генератор, явно уже бывший в употреблении и снятый с небольшого корабля, вроде фрегата. Подозреваю, что его купили по дешёвке у мусорщиков, те любят ковыряться в разного рода хламе и обломках подбитых кораблей. Ясненько, сектанты обзавелись автономным источником питания и решили сэкономить на электроэнергии. Что ж, тем хуже для них. Так, где там у нас управляющий разъём?

Разъём нашёлся там, где и должен был быть. Я подключился к генератору напрямую, и через одну хитрую программу активировал режим перегрузки по мощности.

Всё очень просто. У каждого корабля есть такой режим, позволяющий увеличить на короткое время генерацию энергии. Это позволяет системам корабля войти в режим перегрева, что увеличивает их производительность, но со временем повреждает. Если перегрев держать достаточно долго, то можно сжечь вообще всё, и корабль станет мёртвым куском железа.

Фишка в том, что гражданское оборудование, которым пользовались сектанты, на такие фортели не рассчитано.

Лампы в зале вспыхнули ярким светом, это было видно даже из-за приоткрытой двери, и взорвались яркими искрами. Раздались вопли, и здание погрузилось во тьму. Я выскочил из щитовой и столкнулся нос к носу с напарницей.

– Круто! – весёлым шёпотом доложила подруга. – Вышел отличный фейерверк. Перегорело вообще всё, персонал в панке. Все орут и носятся кругами, как ты и сказал. Ну что, пошли?

Мы спустились по лестнице вниз, в подвал. Я поёжился. Погода на Реортэ и так не шибко жаркая, а здесь, внизу, было довольно холодно.

- Так, - заявила Юкари. – Я обшариваю всё, что справа, и ты, соответственно, всё, что слева.

Я пожал плечами, и переключив глаза в режим ночного видения, отправился осматривать подвал.

Хлам. Сломанная мебель. Несколько изношенных кухонных агрегатов, кресло связи, явно из прошлой эпохи и не работающее. Швабры. Сломанный дрон-уборщик. Коробки с дешёвым моющим средством.

«Артур, – пришло сообщение от Юкари по нейросвязи. – Дуй ко мне, я кажется его нашла».

Я выскочил в коридор и нырнул в соседнюю дверь. Точно. Оно. На древнем потрескавшемся столе стоял терминал с надписью «Собственность Службы Имперской Безопасности», к которому был подключён небольшой бак с плавающим в нём розовым пси-кристаллом.

– Пятьдесят миллионов, пятьдесят миллионов… – пропела шёпотом Юкари. – Идите к сестрёнке, пятьдесят миллионов…

Я взял её за руку.

– Так. Отставить пение. Хватаем и делаем ноги, пока сектанты не очухались. И доложи клиенту, а я пока осмотрю устройство на предмет сюрпризов…

– Погоди, – остановила меня она, - а вдруг это очередная ловушка? Давай подключимся, а?

- Любопытной Юкари на базаре нос оторвали, - отрезал я.

- Ну интересно же! – заныла подруга. – А вдруг там тайны вселенной?

- И имя Творца Миров, - саркастически хмыкнул я.

- Ну позязя! Сделаем это вместе! Мне жутко интересно, из-за чего же сектанты решились на такое преступление!

Я вздохнул. Иной раз сибовские тайны могут быть несовместимы с жизнью, но, если честно, мне и самому было дико любопытно, кто и как сумел взломать неприступные системы Службы. Может внутри этого устройства я найду ответ? То, что это сделали сектанты, я не верил с самого начала. Я вздохнул ещё раз, присоединил универсальный разъём непосредственно к банке с пси-массивом, и дал команду на соединение. Мир моргнул и исчез.

Блин, что я творю!

Мы стояли среди моря зелёной травы под ярким тёплым солнцем. Вокруг была одна гигантская равнина, море трав тянулось к горизонту, и конца-края его не было видно.

– Смотри, Арти, вон там! – Юкари потянула меня за рукав.

Я повернулся и посмотрел куда указывала Юкари. Там, среди примятой травы сидела девочка, на вид лет четырнадцати, одетая в простое белое платье. Девочка подняла голову, и среди копны чёрных волос торчком встали два кошачьих уха, почти такие же, как у фелинов.

– Какая няшечка! Прямо как из анимэ! – всплеснула руками Юкари, – Как тебя зовут?

Так это что же выходит, пси-массив обзавёлся личностью, или СИБ навешала мне лапши на уши?

– Привет, – сказала девочка. – Это вы меня украли?

– Вообще-то нет, – возразил я. – Мы как раз тебя ищем. Нас наняла СИБ.

Над моей ладонью зажглась голограмма временного удостоверения службы имперской безопасности.

– Хм, – задумалась кошкодевочка. – Это хорошо. А то тут уже приходили одни умники, задавали кучу дурацких вопросов. Один даже попытался меня схватить, пришлось надавать ему по мордам. Вы не смотрите, что я мелкая, когти у меня ого-го какие!

– Интересно, – заметил я. – СИБ заявила, что украден пси-массив. То, что у него есть личность, они не говорили.

– А они и не знали, - пожала плечами ушастая, - я пряталась. Так что про мою личность они до сих пор не в курсе. Но… - она помрачнела, - вечно прятаться у меня не выйдет. Знаете что? Возьмите меня с собой!

– Эта… – оторопел я. – И как ты себе это представляешь? У меня нет пси-кристалла.

– Ну, - задумалась девочка, – ты можешь скопировать меня к себе в базис.

В базис?! Непосредственно в мозги? И получить раздвоение личности в лучшем случае?

– Ты в своём уме? – поинтересовался я. – Нет, я слышал городские легенды про хакера Зелга Двуликого, который подселил себе …

– Пожалуйста! – взмолилась девочка. – Я не хочу всю вечность охранять дурацкие сибовские секреты! Заберите меня отсюда! Быстрее! Сработала сигнализация, скоро здесь будет полиция. Времени нет!

– Артур, – Юкари посмотрела на меня умоляюще. – Давай приютим кошечку-няшечку, а?

– Юкари, и как ты собираешься это сделать? Даже нейроинтерфейс такого не позволяет, чтобы вот так, копировать данные прямо в мозг! Да и вообще!

– Ты забыл, что я могу скопировать что угодно куда угодно? Ну так как?

– Я…

– Спасибо! Приступаю!

Вот блин! Я же не дал согласия! Стой!

Перед глазами завертелись цветные круги, и я потерял сознание.

– Руки за голову и никаких резких движений. Вы арестованы!

Так, кажется, полиция прибыла. Это плохо. Я всё ещё жив и не спятил. Это хорошо.

– Служба Имперской Безопасности! – прокаркал я, поднимаясь на ноги.

– А ну не двигаться! – прорычал полицейский. – Ща я тебе покажу безопасность.

Я вытянул руки вперёд, демонстрируя голограмму удостоверения.

– Сержант, – я добавил в голос металла. – Вы ослепли? Приказываю убрать оружие и оказать полное содействие СИБ. Здесь было совершено преступление имперского масштаба. Если артефакт не попадёт в руки службы, и вы будете тому виной… Вам надо объяснять, что с вами тогда сделают?

Блин, всегда хотелось сказать что-нибудь эдакое полицейскому.

– Удостоверение подлинное, – уныло произнёс напарник сержанта. – Получен ответ из базы данных. Они и вправду из СИБ.

– Едрить твою, – с удивлением отозвался сержант, убирая оружие, – Что тут происходит? Сработала сигнализация, вверху полный бардак, сектанты орут про нападение...

– Видите эту штуку? –я указал рукой на пси-массив. –Этот артефакт был похищен несколько часов назад, и я подозреваю, наши друзья из этой забегаловки приложили к этому свою лапу.

– А что это? – заинтересовался второй.

– Псионическое устройство, – отрезал я, – а остального вам знать не положено. Или вы хотите познакомиться с «молчи-молчи»?

– Так это штука и вправду существует? – обомлел сержант.

Гы. Я скормил ему ещё одну городскую легенду. «Молчи-молчи» это псионное устройство, позволяющее накладывать ментальный блок на информацию, и её становится невозможно разгласить и остаться в живых. По крайней мере, так говорят в гигасе на конспирологических сайтах.

Я посмотрел на сержанта и многозначительно промолчал.

– Я доложила полковнику, – подала голос Юкари. – СИБ скоро будет здесь.

– Влипли сектанты, – констатировал сержант.

– Это да, – пожал плечами я. – Вляпались в преступление первого класса опасности. Теперь на Объекте 51 их проработают с песочком.

Только что придумал это название.

– Запретная псионика? – многозначительно спросил сержант. – Глубинное сканирование?

Я лишь ухмыльнулся. Подозреваю, им теперь будет что рассказать в полицейском управлении, если, конечно, не попадут под подписку о неразглашении.

Через десять минут прибыл полковник во главе с группой спецназа. Выпроводив полицейских, они погрузили массив в контейнер и уволокли наверх, в сибовский скиммер. Полковник, оглядев нас с ног до головы махнул рукой, приказав следовать за ним. Я вздохнул и повиновался.

Наверху упаковывали сектантов и посетителей, не успевших вовремя слинять. Не повезло, попали бедолаги под раздачу. Впрочем, если их сюда просто занесло поесть, им ничего особого не грозит. Помаринуют и выпустят. Полковник окинул взглядом помещение, хмыкнул, и уселся за столик, указав нам на соседние стулья.

– Итак, – начал он, – поздравляю. Вы ухитрились справиться с заданием в кратчайшие сроки. Это и вправду тот самый пси-массив, что недавно был украден. Вы к нему подключались?

– Нет, – соврал я.

– Угу, – буркнул полковник. – Мои эксперты докладывают, что псионная часть массива полностью уничтожена. Кристалл выведен из строя.

– А данные? – поинтересовался я.

– Данные целы, – не отрываясь от планшета ответил полковник. –У вас есть какие-нибудь соображения по этому поводу?

– Нет, – пожал плечами я. – Хотя, погодите, всё же есть. Мне с самого начала не дают покоя многие нестыковки в этом деле. Кто-то виртуозно отключает защиту на ваших дронах, перехватывает управление, крадёт кристалл, а потом использует самого примитивного червя и прячет кристалл в подвале второсортной забегаловки.

– И? – поглядел на меня полковник.

– Лично у меня создаётся впечатление, – сказал я, – что сектанты если и замешаны в этом деле, то явно работали на вторых ролях. Кишка у них тонка провернуть подобную операцию.

– Разберёмся, – буркнул полковник. – Кстати, а как вы нашли кристалл?

– По запаху, – ответил я.

– Не понял, – искренне удивился полковник.

– Всё очень просто, – начал объяснять я. – Я обратил внимание, что осколок вируса, который мы нашли в сломанной операционке дрона, пах вакбургерами, а эту жратву, как известно, продают лишь сектанты. Остальное было делом техники.

– Это что, – опешил полковник, – файлы пахли бутербродами?!!

– Ну да, типа того. Я же кибермаг, а мы многое умеем. Почтовый траффик, к примеру, пахнет корицей, а порнокартинки имеют характерный клубничный привкус.

Да, вру. Нет, не стыдно.

– Хи–хи, – хихикнула Юкари, – поисковик «Мугл» удавится от зависти, он так искать не умеет.

Полковник взял себя в руки.

– Хорошо, я вас понял, - нейтральным тоном продолжил он. - Можете быть свободны. Гонорар вам перечислят в течении стандартных суток.

Мы быстро ретировались.

– Юкари, радость моя, – заявил я, как только мы пришли домой, – а теперь изволь объяснить, что ты там проделала с моими мозгами? Это ведь после твоих манипуляций пси-кристалл пришёл в негодность?

– Понятия не имею, – с невинным видом пожала плечами подруга. – Я с этими штуковинами дел никогда не имела.

– Ты что, и вправду перенесла мне в голову эту кошатину?

«Протестую! – появилось чужое сообщение в нейрочате. – Я не кошатина. Зовите меня Няша».

Я упал на диван.

– Значит ты это сделала, – вздохнул я. – Ты сама-то понимаешь, что это невозможно?

– Я этого не знала, – пожала плечами Юкари. – Так что особо и не парилась. Перенесла и всё.

– А если бы я превратился в идиота?

– Так не превратился же! К тому же мы стали богаче на пятьдесят миллионов. Артур, давай переедем куда-нибудь, где потеплее, а? На Лэйву, например. И откроем ИТ-агентство. Круто, правда?

– Круто, – согласился я, закрыв глаза. Она меня слушала вообще?

– А назовём его... дай подумать... «Нэкогами»!

– Почему? – я открыл глаза и посмотрел на неё.

– В честь Няши, конечно, – удивилась Юкари. – «Нэкогами» – «кошачья богиня» на нихонском. Ведь это она принесла нам столько денег. К тому же, она станет нашим цифровым духом-покровителем. Ну скажи же, что это здорово, да?

Я лишь вздохнул. Поесть мы так и не успели.

Глава 2.Тело для кошки

Мы решили переехать. Сменить мокрую, мерзкую Реортэ, на что-нибудь другое. Я, конечно, понимаю, что идёт планетарная перестройка климата, и погода пока что не устаканилась. Лет через тридцать-пятьдесят планета станет совсем другой, но мне больше по душе тёплое море, сосны и песок пляжей. Выбирали будущее местожительства долго, перерыли все справочники в Сети, даже немного поругались, в результате так и не пришли к единому мнению. Так что после бурного и продолжительного примирения, было решено пока что лететь на орбитальную платформу Лэйвы, всё же столица сектора, и там уже осмотреться на месте.

Сказано – сделано. Было продано всё барахло, включая квартиру, и куплен билет на рейсовый космолёт до лэйвской платформы, и вот мы уже сидим в креслах, я с рюкзачком и Юкари с сумочкой. Полёт прошёл штатно (а что может быть нештатного в обычном межзвёздном перелёте?), и через несколько часов мы выскочили из звёздных врат в системе Лэйвы.

– Уважаемые пассажиры, – донеслось из динамиков, – через десять стандартных минут мы прибудем на платформу «Лэйва Главная». Просим вас пристегнуть ремни. Компания Имперские Аэрокосмические Линии желает вам приятной посадки.

– Арти, – вдруг сказала Юкари, всю дорогу не отлипавшая от иллюминатора. – смотри, что это там такое?

Я посмотрел. В космосе творилось что-то непонятное. Закрутился яркий серебряный пузырь, и во внешнее пространство вывалилась какая-то штука, напоминавшая две крутящиеся чёрные пирамидки, светящиеся матовым светом. Следом за ней выпал корабль неизвестной модели и со всех двигателей понёсся к планете. Вдалеке засветились облачка гиперканалов, сколько же их!

– Юкари, – мрачно сказал я. – Держись, кажется, началось вторжение.

Юкари побелела и прижалась ко мне. В салоне крякнула сирена и зажглись красные аварийные огни.

– Уважаемые пассажиры, – объявил пилот. – В системе объявлен красный уровень опасности, наш корабль будет пристыкован в аварийном режиме. Приготовьтесь, посадка может быть жёсткой.

Точно. Лучи гравизахватов зацепили корабль, и мы на бешеной скорости понеслись прямо к пасти медленно раскрывающегося стыковочного узла. Юкари пискнула, и закрыла лицо руками. Я тоже слегка струхнул, но виду не подал. Я, как глава, должен сохранять хладнокровие, и всё такое.

Двери стыковочного узла раскрылись ровно на столько, чтобы пропустить нас внутрь, и корабль резко затормозил. Гравикомпенсаторы погасили большую часть импульса, но рывок всё же вышел довольно ощутимый. Пассажиры, как ошпаренные, повскакали с мест и рванули на выход. Вот дурни. Сейчас-то чего паниковать? Всё, приехали. Я подождал, пока рассосётся толпа, и осторожно растолкал Юкари.

– Всё, можно просыпаться. Мы пока что живы.

– Вторжение уже кончилось? – спросила Юкари, не отрывая ладоней от лица.

– Ты что, только-только начинается. Идём, сейчас начнётся самое интересное, – я слегка потряс её за плечи. – Пошли, а то укушу за ухо.

– Какой ты грубый, – надула губки Юкари. – Чуть что, сразу кусаться. А скажи, – внезапно просияла она, – я выглядела кавайно, когда боялась?

О женщины!

– Ага, ага, – согласился я. – Пошли же, или мне тебя понести?

– Неси, – согласилась Юкари.

Ни и ладно. Такая ноша не тянет. Я с Юкари на руках проследовал к выходу из стыковочного дока. Правда, по пути пришлось отбиваться от медицинских бригад, рыскавших в поисках жертвы. «Ваша девушка ранена? Нужна помощь?». Я, после третьей группы врачей, задолбавшись объяснять, что девушка просто напугана, решительно поставил напарницу на землю.

– Всё. Дальше сама, иначе нас таки упекут в клинику. Народ в Империи здоровый, а медикам надо на ком-то тренироваться. Хочешь быть учебным пособием?

Юкари замотала головой и мы, взявшись за руки, вышли на верхний ярус внутреннего периметра платформы.

– Ух ты, смотри! – округлила свои и без того круглые глаза Юкари. – Как красиво! В Нихоне не умеют строить такие станции!

Что правда, то правда. Визу, в полукилометре, лежал город, и конца-края ему видно не было. Говорят, что на платформе живёт десять миллионов жителей, хотя, глядя на размеры города, думаю, что и поболее.

– Ты не сюда смотри, – хмыкнул я. – Ты вверх смотри. Там сейчас начнётся шоу.

Вверху, закрывая звёзды, опускалась крышка платформы, в мирное время работавшая солнечным коллектором.

– Пошли к турболифту, – я потянул Юкари в сторону мерцающих голубоватым светом шахт с прозрачными кабинками. – Как только крышку закроют, на ней начнут трансляцию вторжения. Будет интересно.

– А ты что, уже переживал такое?

– Ага. Пару раз, когда в систему вываливался флот сумасшедших ёжиков Саньша. Каждый раз им дают по мордам, но эти придурки с маниакальным упорством снова и снова лезут в драку. Так что, скорее всего, это опять они. Дурная раса.

Похоже, эти придурочные иглокожие нас вообще не воспринимают как разумных существ. Договориться с ними нельзя, на контакт они не идут, подозреваю, что они даже видят совсем в другом диапазоне. Паттерны их мышления, по-видимому, настолько отличаются от наших, что любое взаимодействие в принципе невозможно. В общем, индекс психологической совместимости отрицательный. Если это очередная миграция этих имбецилов на их нелепых кораблях, веселье выйдет знатное.

Но нет, это оказались не ёжики. Когда турболифт доставил нас к нулевому ярусу, в небесах уже вовсю шла битва.

– Ого! – присвистнул я. – Таргонцы! Надо же. Прямо, считай, в сердце Империи. Ну и наглость! Что в галактике творится… Всё, сейчас включат осадный щит.

Экран на мгновение покрылся белым маревом, это активировался генератор осадного щита, но система обработки видеоизображения его быстро отфильтровала, чтобы не нарушать чёткость картинки.

– Ты так много знаешь обо всём этом, – с уважением произнесла Юкари.

– Есть такое дело, – согласился я, – я одно время работал с одним киборгом, он делал риги для кораблей, а я их программировал. Сколько баек от пилотов услышал! Пилотский фольклор – это тема совершенно отдельная. Народ там романтичный и суеверный до ужаса.

– А что такое риги?

– А, это штука такая. Как бы сказать… хм… самодельные улучшения для корабля. Есть умельцы, которые делают их из всяческого подручного материала, в основном из обломков корабельного оборудования, его поставляют сальважеры, космические мусорщики. Если правильно собрать риг, можно неплохо улучшить стандартные корабельные системы, но они, как правило, сильно нагружают центральный компьютер корабля… В общем, это целая наука. Где-то что-то прибавится, а где-то убавится.

– Кем ты только не был, Арти, – удивлённо покачала головой Юкари. – Иногда мне кажется, что ты намного старше меня.

Знала бы ты, как ты права, девочка.

– Да забей ты на всё это, – махнул рукой я. – Поработал пару лет, подумаешь. Пошли лучше съедим мороженого и посмотрим на сражение.

Что-что, а мороженое Юкари любит, так что идея нашла живое одобрение, благо и искать кафе не пришлось, на площади, перед площадкой турболифтов, располагалось довольно уютное заведение. Мы уселись за столик, и Юкари принялась ковыряться в голограмме меню.

– О, сколько всего вкусного! А я вот, пожалуй, закажу триста грамм мороженого с шоколадом. И с сиропом. И с ореховой крошкой. И…

– А не лопнешь?

– Здравствуйте! – раздался голос за моей спиной. – Наша компания предоставляет услуги в ИТ области. Самый высококачественный сервис! Цены низкие! Вот, возьмите листовку.

Я обернулся. К нам подкатил рекламный дрон, размахивающий пластиковыми буклетиками.

– Новым клиентам скидка десять процентов! – продолжала вещать железяка. – Не упустите свой шанс!

Конкуренция. Вздохнув, я забрал буклетик. Надо будет ознакомиться со списком услуг, взглянуть на цены. Собственно, от этого можно будет отталкиваться, когда будем составлять собственный прейскурант.

Отослав жестом дрона, я открыл книжицу. Так, что тут у нас? Компания «Heavy Day», проспект Чистильщиков, 33. Я ещё раз перечитал название. Нет, не глюк. «Трудный день». Они вообще каким местом думали, когда свою контору обзывали? Не, я всё понимаю, инглессе нынче в моде, но надо же и меру знать. Что, в переводчике посмотреть не судьба была? Ладно, это их проблемы. Плевать. Смотрим дальше. О компании, список услуг, морды сотрудников... Опа, кто тут у нас! О киборге речь, а киборг навстречь.

Принесли заказ. Мне стандартную мороженку, а Юкари огромную башню, уляпаную всякой сладкой всячиной.

– Итадакимас! – потёрла ладошки Юки. – И пусть мне будет вкусненько.

Я посмотрел вверх. Бой был в самом разгаре. Из подпространства выскочили стационарные шары-турели противокосмической обороны, и сейчас их безуспешно пытались атаковать около полусотни таргонских «тарелок». Турели и платформа огрызались трассерами кинетики, так что вражеские корабли попали между двух огней. Камера сфокусировалась на одной «тарелке», она попала в зону действия стасис-башни, и теперь повисла в космосе обездвиженная и слабо подёргивающаяся. Жертву тут же облепила стая дронов, и через пару минут таргонец лопнул в облаке пламени, развалившись на части и разбрызгивая куски оплавленного металла.

Таргонцы откатились, перегруппировались, и навалились на пятёрку вольных капитанов, то ли не успевших, то ли не захотевших пристыковаться к базе до включения осадного щита. Два «Доминикса» прыснули в стороны, уходя от сфокусированного огня таргонской орды, прячась среди шаров-турелей, отстреливаясь ракетами и огрызаясь огнём тяжёлых пушек. Трое остальных, амаррский «Апокалипсис», галентский «Мачариэль», он же «мочалка», и имперский «Мегатрон» перешли в контратаку. Я покачал головой. Вот ведь безумцы! Там же тьма этих поганых жукеров! Впрочем, если эти отморозки выживут, награда за помощь в отражении атаки будет весьма неслабой, плюс подрастёт боевой рейтинг. Хотя я, наверное, преувеличиваю риск. Тут же им платформа помогает. Шансы попасть под сфокусированный огонь не так уж и велики.

Платформа и помогла, выплюнув торпедный залп. Строй таргонцев оказался сломлен, фокус нарушен, и вражины резко отвернули в стороны, пытаясь совершить противоракетный манёвр, чем и воспользовался пилот «Меги». Он, видимо на перегреве стасис-сетки, ухитрился обездвижить проскочившего мимо клиента, в которого тут же воткнулся с десяток торпед. Ударом таргонца вынесло за пределы действия стасис-поля, но ему этого хватило за глаза. Повреждённый, потерявший управление корабль завертелся, и теряя по дороге болты и гайки, понёсся прямо в направлении транслирующей камеры.

– Юкари, посмотри, – я ткнул пальцем вверх.

Юкари посмотрела и подавилась мороженым. Голографический таргонец врезался в щит платформы и развалился тысячей огненных брызг.

– Всё, – прокашлявшись заявила она. – Ничего не вижу, ничего не слышу. Артур, хватит меня пугать. Мне показалось, что эта штука пробила крышу и сейчас свалится на нас!

– «Из всех видов искусств, для нас важнейшим является голография», – лекторским тоном произнёс я. – Кто-то из великих древних сказал.

Подруга решительно отвернулась к своей изрядно уменьшившейся мороженной башне, а я продолжил наблюдать за небесами и доедать свою порцию. Линкоров больше видно не было, видать ушли бодаться с врагом в нижнюю полусферу, зато им на смену пришло крыло «Вагабондов», ужасно быстрых, но почти не бронированных фрегатов. Стая быстро сожрала всех вражеских дронов и облепила одинокого таргонца, нарезая вокруг него на бешеной скорости круги.

Таргонец лопнул. Откуда-то из-за края экрана прилетел рой ракет, и трое «Ваг» исчезли в облаке взрыва.

Не. Не пойду в пилоты. Ну его нафиг. Уж больно там смертность высокая.

Мимо прошмыгнули три полицейских «Вайпера» и в небесах зажглась надпись: «До прибытия флота осталось восемнадцать минут сорок две секунды».

– Что будем делать? – спросила Юкари, отодвигая пустую чашку.

– Вот, смотри, – я протянул ей рекламку.

– И что? – не поняла подруга. – Ну конкуренты. Что здесь такого интересного?

– Ты вот сюда посмотри. Снизу. «Карпачёв Александр, мастер-ремонтник».

– Ну и?

– Это тот самый киборг, с которым я делал риги. Я тебе недавно про это рассказывал.

– Галактика тесна, – пожала плечами Юкари. – Хочешь навестить приятеля?

– Можно и так сказать, – кивнул я. – Но на самом деле, я хотел бы разжиться у него пси-кристаллом. Я не удивлюсь, если он занычил под прилавком такую штуку, к нему свозят массу всякого барахла. Или ты забыла, – я постучал себя по лбу, – отсюда надо кое-кого извлечь.

– А ведь и правда, забыла. Пойдём?

Мы уселись в свободную кабинку роботакси, и полетели по очерченному зелёными голографическими линиями воздушному коридору. Я посмотрел вниз. Народ занимался своими делами, паники не наблюдалось. Ну ещё бы, расковырять осадный щит в принципе невозможно, а огневая мощь платформы по силе равна флоту. О чём вообще думали эти таргонцы?

Проспект Чистильщиков начинался у комплексов очистных сооружений, в честь которых, собственно, и назывался. Похоже, дела у фирмочки идут не очень, раз они закопались аж в промзону, подальше от центра станции. Аренда здесь дешевле, но сомневаюсь, что клиентам будет интересно плутать по таким задворкам.

Я был прав. Искать их пришлось довольно долго. «Хэви Дэй» располагалась в небольшом домике, в стороне от проспекта за двумя большими складами. Поднявшись на второй этаж, мы уткнулись в пустующую секретарскую стойку.

– Эй, есть кто живой? – я постучал костяшками пальцев по пластику стойки. – Нам бы Карпачёва Александра.

Тишина. Они тут что, все вымерли? У руководства трудный день?

– О, админ, надо же, – пробубнил голос. – Ну, привет.

Я обернулся. Точно, он самый, и совершенно не изменился. Точно такая же железяка, как и десять лет назад. Впрочем, что ему, киборгу хренову, сделается?

– Здорова, что ли? – прогундосил киборг, протягивая мне для рукопожатия раскалённое жало паяльника, подключённое вместо руки.

– Привет, зло, – поздоровался я, и вынув из поясного чехольчика раскладные пассатижи, пожал протянутое жало.

– Пошли ко мне, – буркнул Карпачёв, – а то сейчас эта прискачет, и вонять начнёт.

– Кто эта? – поинтересовался я, следуя за ним мимо стойки внутрь комнаты, заваленной электронным хламом.

– Ну, эта… Хозяйка этой конторы. Ирэн дю Куркинэ. Нахальная галентская бабища с сиськами шестого размера. И это её единственное достоинство. Представь себе, основала контору в области информационных технологий, а сама в них ни уха ни рыла. Работать здесь – полный кошмар.

– Это как так? – удивился я. – Как же она тогда руководит?

– А вот так и руководит, – вздохнул Карпачёв. – Эта дура окончила менеджерские курсы и считает, что разницы между киоском с мороженым и ИТ агентством нет никакой. Главное – больше визжать на подчинённых и устраивать истерики.

Рабочая каморка киборга – то ещё место. Стопки сломанных печатных плат, отдельной горкой кремниевые процессоры, отдельной квантовые. К стене большим гвоздюком прибита плата от ноутбука. Из старой игровой приставки соорудили нечто странное, с кучей проводов, мигающими светодиодами и двумя антеннами. На остывающем строительном фене покоилась бывшая в употреблении видеокарта, а на здоровущем чёрном ящике посреди комнаты - чашка с кофе.

– А чего тогда не уволишься? Если кошмар?

– А смысл? – пожал плечами Карпачёв. – Хотя платят здесь хрен да нихрена, я неплохо зарабатываю на частных заказах. Вот ты например…

В каморку, оттолкнув нас в сторону, влетела разъярённая женщина. Злобно зыркнув на меня с Юкари она прошипела:

– Карпачёффф! Опять ты своих клиентов привёл? Я всю твою шайку-лейку разгоню! Сколько раз говорить, приводи клиентов в контору, а не к себе!

– Пошла вон, дура, – буркнул киборг и с головой залез в чёрный ящик.

– Как ты смеешь! – взвизгнула Ирэн. – Да ещё и при клиентах!

– Отвали, морда галентская, – пробубнило из ящика, и в железной заднице киборга открылось маленькое окошко, из которого вылетела кукушка на пружине. Проорав гроулем «ку-ку!», механическая подлянка снова скрылась в недрах бронеседалища. Ирэн заверещала и скрылась из глаз.

– Нда, – почесал в затылке я. – Часы с кукушкой я видел, но задницу с кукушкой вижу впервые.

– Раньше там кинетический автомат был, – донеслось из недр ящика. – Это когда я в пехоте служил. Сядешь по нужде, а автоматом окрестности выцеливаешь, на предмет супостатов. Удобно. Дай-ка лучше мне вон ту приставку, – киборг ткнул пальцем в сторону старой игровой консоли.

– Да? Помнится, ты мне вкручивал, что подводником служил.

– Ну вкручивал, и что?

– Да ничего. Ясно, что ты за подводник. Под водку байки рассказываешь.

– Так, админ, – Карпачёв выбрался из своего ящика. – Давай говори, зачем пришёл. Видишь, работа стоит.

– Ладно, не нервничай. Меня вот такой вопрос интересует, нет ли у тебя случаем рабочего пси–кристалла?

– Случаем как раз есть. Причём от «Серпентисов», корпорация «Тень». Очень неплохой. Я его протестировал, проблем нет.

– Сколько?

– Двадцать семь тысяч.

– Недёшево.

– А ты чего хотел? Редкий кристалл, да ещё и от серпов. Скидок не будет.

– Ладно, беру. Показывай.

– Ща, погодь, – и киборг полез шуршать по углам. – Хм, куда я его дел?

– Что, посеял?

– Не кипиши, админ, найдём. Ага, вот он, – удовлетворённо произнёс киборг, заглядывая в электрочайник. – Забирай.

– Зачем ты его туда запихал?

– Прячу, – гордо заявил нахал. – От таких как ты. Не ровен час, потырят.

– Кончай трындеть, зло. Давай, гони номер своего счёта.

Произведя нехитрые манипуляции с переводом денег, я забрал кристалл и спрятал его в рюкзак.

– Всё? Тогда пока, – помахал мне паяльником злыдень.

– А если слово «киборг» прочитать наоборот, выйдет «гробик», – пискнула из-за моей спины Юкари.

Видеокамеры Карпачёва сфокусировались на ней.

– Правда, что ли? – он почесал паяльником затылочную бронепластину. – Никогда бы не подумал. А неплохую ты девчонку себе отхватил, админ. Мне тоже, что ли, жениться?

– Отчего нет? – поддержал я. – Купи себе симпатичную микроволновку или стиральную машину, а лучше сразу обеих. Соединишь их сетью, будет тебе гарем.

– Всё. Утомил. Давай, проваливай уже, – замахал паяльником киборг и скрылся в своём ящике.

– Какой-то он неприветливый, – сказала Юкари, когда мы вышли на улицу.

– Он всегда таким был. Мизантропия в терминальной стадии.

– А что это за чёрный ящик, в котором он ковырялся?

– Собственно это и есть риг, однако я впервые вижу, чтобы он управлялся игровой консолью. Ладно, может наведаемся к риелтору?

Бой в космосе всё ещё продолжался. Вслед за первой, уже разобранной на запчасти волной таргонцев, выскочила вторая, с кораблями похожими на летающие супницы без крышек. Флот, в лице элитной имперской «Чёрной Гвардии» и двух авианосцев, прибыл, но в бой пока не вступал. Гвардия, приняв построение «паук» выпустила облако средних дронов, а оба авианосца отстрелили по пять сверхтяжёлых беспилотников-файтеров, каждый размером с лёгкий крейсер.

Наученные горьким опытом таргонцы больше на платформу не лезли. Они и к планете-то соваться боялись, хотя часть турелей планетарной обороны плавала в космосе разрозненными кусками металла. Подозреваю, что вторженцы пытались удрать, но над платформой висел прозрачный серебряный пузырь поля генератора помех. Попали паршивцы, влететь в систему можно, а вот вылететь нельзя. Пузырь глушит любые попытки синхронизации стержней гипердрайва.

Супницы разразились облаком дронов. Маленькие вытянутые тарелочки таргонских беспилотников ринулись в атаку, атакуя лазерами с дальней дистанции. Файтеры резко увеличили скорость, построившись двумя ромбами и вклинились во вражеское облако. Полыхнули голубые вспышки, и облако таргонских тарелочек исчезло в ярких оранжевых вспышках многочисленных взрывов.

Занятно. Похоже, на файтеров вместо обычных турелей прикрутили гравитонные генераторы, так называемые «энергобомбы». Они создают локальные гравитационные аномалии, искажая массу. По мелочи и замечательно работают, но против целей размером больше крейсера они практически бесполезны.

Дроны «Чёрной Гвардии» только этого и ждали. Остатки вражеских беспилотников сгрызли буквально в течении секунд, и «Полярисы» гвардейцев ринулись в атаку на «супницы». Вот теперь у таргонцев точно нет шансов, к тому же из атмосферы поднималось подкрепление, глайдеры ПКО класса атмосфера-космос.

– Куда бы нам податься? – Юкари задумчиво ковырялась в меню роботакси.

– Ищи контору, у которой больше всего отделений, – предложил я.

– Тогда нам сюда, – Юкари ткнула пальчиком в надпись, и мы снова полетели в потоке скиммеров.

В агентстве нас встретил профессионально улыбающийся клерк, и узнав, что мы хотим купить жилплощадь, осклабился ещё больше. Наши с Юкари пререкания начались по второму кругу. Опять, осмотрев кучу каталогов и голоснимков, мы не пришли к единому мнению.

– Может вам остановиться на Лэйве? – предложил клерк.

– Зеленоград, столица, – поморщился я. – Цены там может и ниже Капитола, но не сильно. А мы – малый бизнес, ИТ агентство. Да у нас конкурентов будет, выше крыши. Нет, не вариант.

– А что, на Зеленограде свет клином сошёлся? – удивился клерк. – Вот, к примеру, есть Усть-Горский академград, отличное место, субтропики. Город стоит на берегу тёплого океана, его разделяет пополам речка Горянка, в честь которой, собственно, город и назвали. Живописные места. Я там был. К тому же, исходя из личного опыта, могу сказать, что господа академики, хотя и витают в своих вышних эмпиреях, в компьютерах не понимают нихрена… простите… ничего не понимают. Почему бы не рассмотреть этот вариант?

– А действительно, – оживился я, – давайте рассмотрим.

В общем, спустя примерно час, мы стали гордыми обладателями большой трёхкомнатной квартиры стандартной планировки, но с большим обзорным балконом. Когда дело дошло до оплаты, клерк, глядя на нашу, прямо скажем, небогатую одежду, предложил ипотеку, но я отказался, чем несказанно его удивил.

– Человек, берущий кредит, – заявил я, – вместе с деньгами получает гордое звание «лох простой, финансовый». Так что мы платим сразу и за всё.

Деньги перетекли со счёта на счёт, и мы вышли из агентства в парк, погулять, пока право нашей собственности не зарегистрируется в имперских базах данных. Я опустился на скамейку и посмотрел вверх.

В космосе остался всего один таргонский корабль, зато какой! Огромная махина класса «Титан», похожий на гриб с огромной шляпкой. «Чёрная гвардия» кружила вокруг него обстреливая чем-то похожим на толстые белые лучи. Пушки «Титана» вяло огрызались, но попасть по шустрым «Полярисам» они были не в силах. Судя по всему, сложилась патовая ситуация, гвардейцы и авианосцы не могли продавить мощные щиты «Титана», а его осадные орудия не попадали по врагу. Платформа же «Титан» почему-то не атаковала. Так гвардейцы крутились минут пять, вдруг «шляпка» гигантского корабля начала наливаться жёлтым светом, по ней пробежали яркие прожилки, и в сторону платформы полетел заряд чего-то огненно-рыжего.

– Ой, – только и сказала Юкари.

Я лишь хмыкнул. Заряд, воткнувшись в щит платформы, заискрил, растёкся, и исчез.

– Пока в реакторах осадных щитов горит стронций, мы неуязвимы, – сказал ей я. – В сущности, осадный щит это темпоральная рассинхронизация. Мы отстаём от временного потока вселенной на полсекунды, и этот временной зазор окутывает платформу облаком неуязвимой белой плёнки. Странно, неужели в Токийском институте анимэ и манги этому не учат?

– Представь себе, нет, – пожала плечами Юкари. – Вот рисовать – да, учат. Если бы тогда не свалился на меня с небес, сидела бы я сейчас, что-нибудь рисовала. Я тогда подумала, что это как в анимэ, там на героя вечно девушки сваливаются, а тут наоборот.

Два авианосца отлетели от «Титана» подальше, после того как один из них словил импульс сверхтяжёлых орудий и лишился щитов. Чёрная гвардия перестала стрелять, и просто нарезала круги по орбите вокруг таргонца. Интересно, что они собираются делать?

Рядом с платформой появился крупный корабль.

– Ух ты, – удивилась Юкари. – Это что-то новое. Откуда он взялся? Никаких облачков гиперкоридоров, просто взял и возник из ничего.

– Действительно, – согласился я. – Впервые такое вижу. Это дредноут, судя по эмблеме, Службы Имперской Безопасности. Видимо, у СИБ есть какие-то новые движки. Вот только что у него спереди за штука прикручена – не знаю. Никогда такой не видел.

Штука засветилась зелёным, и выплюнула в космос три ярко-изумрудных шара. Шары, заложив вираж, выстроились в треугольник, и резво полетели к «Титану». Таргонец, почуяв неладное, выплюнул десяток сверхтяжёлых дронов, но шары, испустив пучок зелёных лучей, распилили врагов на несколько неравных кусков.

– Фигасе, – удивился я.

Шары разделились и ударили по врагу с трёх разных сторон. Щиты таргонца поблекли, по ним пробежала цепочка голубых молний, а в хвостовой части вражины что-то взорвалось, выстрелив в космос облако обломков. Похоже генераторы защитного поля накрылись.

Звенья Черной Гвардии резко пришли в движение, сфокусировав огонь на осадных орудиях «Титана». Батареи левой полусферы успели дать залп по дредноуту СИБ истощив его щиты и проплавив броню, но никаких фатальных последствий удар не нанёс, и дредноут, развернувшись боком, нанёс ответ по не прикрытым защитными полями пушкам. На корпусе «Титана» вспыхнул ряд небольших, но крайне ярких вспышек.

Активировались авианосцы, сбросив целое облако дронов. Вся орава ломанулась к обездвиженной таргонской посудине крутя вокруг «Титана» карусель. Невдалеке из подпространства выскочил большой десантный транспорт.

– А чего они не стреляют? – удивилась Юкари, глядя на дронов.

– Это не атакующие дроны, – объяснил я. – Это дроны РЭБ, радиоэлектронной борьбы. Подозреваю, что тут и глушилки, и «вампирники».

– Это что такое? – не поняла Юкари.

– «Вампирники» – специальные устройства, позволяющие вытягивать энергию. Здесь работает тот же эффект, как и в обычном бытовом передатчике энергии, только нуль-точкой служит вражеский корабль.

– А-а-а, – протянула Юкари, – ясно. А транспорт зачем?

– Брать на абордаж будут. Это же естественно. Такой корабль угодил в ловушку! На нём наверняка есть образцы интересных технологий. Видишь во-он те точки? Это «маршрутки», штурмовые десантные модули. Сейчас расколотят остатки зенитных орудий, и «маршрутки» пойдут на сближение. Таргонцу хана. Надеюсь, таргонских офицеров повяжут, если у них вообще есть офицеры.

– Значит, мы скоро сможем поехать в нашу квартиру?

– Сомневаюсь. Осадный щит будет висеть ещё как минимум часов двенадцать, если отключить подпитку сейчас. Впрочем, давай съездим в космопорт, там всё и узнаем.

В космопорте было пусто. Все табло погашены, рейсовые космолёты стояли на приколе, и никуда лететь не собирались. Только одинокий бомбила, с кульком жареных семечек пусторесничника, у потёртого жёлтого с чёрными шашечками шаттла, спорил с мужиком, одетым в дорогой костюм.

– Нифига, – сказал бомбила, сплёвывая шелуху прямо под ноги. – Ни за что не полечу. Ещё раз говорю, пока щит не снимут соваться наружу – самоубийство.

– У меня деловая встреча, – ныл мужик. – Контракт горит. Неужели этот щит так опасен?

– Не, ну как, – хмыкнул таксист, отправляя в пасть новую порцию семечек. – При пересечении щита возникает спонтанная молекулярная деформация. Слышал про такое? Это мне один яйцеголовый сказал, когда я его пьяного домой вёз. Всё про такой щит рассказывал, видать он им занимался. Так вот, кораблю это особо не повредит, а вот от вас, любезный, останется горстка желе в кабине. Нет, если уж так хочется, могу продать свой шаттл. Задорого. Самоубийцам коэффициент х10.

Мужичок в костюме злобно сплюнул и побрел, куда глаза глядят.

– Эй, мужик! – крикнул ему вдогонку бомбила. – Здесь рядом есть неплохая гостиница. Там, в местном баре, можно не задорого нажраться. Тебе сейчас не помешает.

– Ну вот и ответ на все наши вопросы, – сказал я Юкари. – Пошли, снимем номер, нам здесь жить до завтра.

Гостиница была рядом, в соседнем модуле рядом с транспортным тоннелем, стандартный отель сети «РобоПутешественник», по слухам принадлежащий какому-то андроиду. Неприветливый робот-консьерж, не отрываясь от пошлого шоу для роботов «Цифровая пышечка», буркнул: «Доброгоднядорогойклиент» и не глядя кинул мне ключ-карту, когда я оплатил номер.

– Может сходим покушаем? – предложил я, указав на вывеску «столовая». – А то мы сегодня кроме мороженого ничего не ели.

– Пойдём, – вздохнула Юкари, – но чувствую, что еда здесь будет подстать обслуживанию.

– Ну, не всё так плохо. Скорее всего, здесь, в столовой, обычные полуфабрикаты, подозреваю, что персонал их только разогревает. Надеюсь, что не на машинном масле.

Я оказался прав. Столовка оказалась обычной автоматизированной фабрикой-кухней, и мы, заказав по пицце и растворимому кофе, уселись обедать.

– Вижу, вы тоже здесь застряли, – к нам подкатился тот самый мужик в дорогом костюме. – Разрешите присесть?

– Без проблем, – кивнул я. – Да, вот, застряли. Впрочем, нам не к спеху.

– А мне вот «к спеху», – вздохнул мужик. – Контракт накрывается. Из-за этих жукоглазых уродов на орбите я могу потерять кучу денег, – он поставил бутылку коньяка на стол. – По стопочке за знакомство?

– С удовольствием, – согласился я, и наш новый знакомый вынул три походных железных стопарика.

– Мозговский Аркадий Ильич, компания «Вектор-индустрия» – представился мужик. – Слышали про нас?

– Слышал, вы электронику производите.

– И не только. Ну, со свиданьицем.

Мы выпили. Хм, неплохой коньяк.

– Надеюсь, блокаду скоро снимут, – вздохнул Мозговский. – Мне срочно надо на Лэйву. У компании сейчас не лучшие времена. Только тс-с-с, я вам этого не говорил! Соплеменники вашей девушки (вы ведь нихонка, судя по глазам) устроили нам жесточайшую конкуренцию, а правительственный контракт… Тьфу. А вы сами что, туристы?

– Не совсем. Мы переезжаем на Лэйву с Реортэ. Компания «Нэкогами», агентство информационных технологий. Все виды ИТ услуг, в том числе расследование киберпреступлений.

– Это как? – выпучил глаза Мозговский. – Вы детективы, что ли?

– Нет, мы специалисты по защите информации, кроме того – технопсионики. Или «кибермаги», как нас называют в сети.

– Ух ты. Наслышан, но ни разу в жизни не видел. Значит, хакеры?

– Не хакеры, – терпеливо пояснил я. – Технопсионики. Мы не совершаем противозаконных действий, это вредит бизнесу.

– Но ведь можете?

– Любой хороший системный администратор может. Ещё раз говорю, мы не нарушаем закон. Нам это не нужно. Наши клиенты – солидные компании. Пару раз нам приходилось работать на СИБ, если у них что-то не ладится, они идут к нам.

Ну да. Соврал. Нет, скажем по-другому: «провёл рекламную кампанию».

– СИБ говорите, – задумчиво произнёс Мозговский. – Интересно… А можно вашу визитку?

– Вот, возьмите, – Юкари вынула из сумочки пластиковую визитку. – Юридический адрес поменялся, но остальные контактные данные прежние.

– Замечательно, – просиял Мозговский. – Разрешите мне вас оставить. У меня появилось одно неотложное дело.

С этими словами он поднялся со стула и свинтил куда-то вдаль.

– Чего это он? – удивился я. – «Неотложное дело»? В сортир, что ли, удрал? Неужели местная еда так сказалась? Да нет вроде, прямо от счастья светится. А бутылку-то забыл.

– Тут даже и думать нечего, – заявила Юкари. – Просто он проникся моей красотой, вот и взбодрился. Я ему на визитке, с обратной стороны, лисичку Линусю нарисовала. Чтобы человеку было приятно.

– Юкари, – простонал я. – Ну зачем? Если мы хотим заработать денег, мы должны выглядеть солидно и респектабельно, а не как два раздолбая, каковыми, в сущности, и являемся. Ну какая лисичка, а? Что о нас подумают?

– Но она же милая! – с непониманием возразила Юкари.

– Юкари, – вздохнул я. – Я, конечно, понимаю, что ты очень любишь эту операционную систему, но не стоит пихать Линус куда ни попадя. Помнишь тот случай с бухгалтершей? Ты ей все уши прожужжала про свою Линусю, какая она хорошая и бесплатная. А каковы были её первые слова, когда она увидела свой компьютер? «А где здесь кнопка Пуск?». А нет её.

Юкари тяжко вздохнула.

– Пойми же, – продолжал я. – Все эти, как говорят галенты, «экзерсисы», с интерфейсом до добра не доведут. А программная несовместимость? Офисные работники, а это основные наши клиенты, не желают никаких экспериментов, им нужно чтобы всё было привычно. Это для тебя Линус прост и понятен, а для конторского служащего скачать программу из репозитория – страшное колдунство и магия запредельной ступени. Я ведь когда-то работал бродячим админом. Знаешь, какие вопросы мне задавали? «Мышка дошла до края коврика, а стрелочка до края экрана не дошла. Что мне делать?». Или же ещё случай. Прихожу я в одну контору, а лазерный принтер у них стоит за непрозрачной загородкой. На мой вопрос: «Зачем?», был дан совершенно очешуительный ответ: «А вдруг лазером полоснёт?». А в третьей конторе сломался комп. Я спросил: «Что с ним случилось?». Мне ответили: «Мы его перевернули и потрясли, а из него что-то высыпалось».Такой вот контингент. И ты собираешься втюхать им Линус? Правда?

– Ну почему это жестокий мир так несправедлив к бедной Линусе? – заливаясь слезами, прохныкала Юкари. – Она же такая хорошая!

Нда. Достижение. Довёл свою девушку до слёз.

– Ну ладно, не плачь, – я обнял её. – Пойдём лучше в номер, и бутылку прихватим. Порыдаем вместе.

За что я люблю Юкари, так это за её жизнерадостность. После пары рюмок коньяка слёзы кончились, зато начались обнимашки и целовашки. Вот и славно.

На следующее утро осаду сняли. На орбите было чисто, таргонский «Титан» уже куда-то уволокли, так что нанять такси до Усть-Горска труда не составило, и через час мы уже стояли на круглой посадочной площадке недалеко от нашего дома.

– Хорошо-то как! – потянулась Юкари. – Приятный тёплый ветерок. Солнце и птички. Арти, мне уже здесь нравится. Давай пройдёмся пешком до нашей квартиры, а?

Академград был больше похож на курорт. Скиммеров над нами летало мало, народ в основном перемещался на велосипедах, гравискутерах и электроколёсах, городишко не слишком-то велик. Зато несколько академий, научно-исследовательских центров, и производственный кластер за городом. Что ж, попробуем начать бизнес с нуля. На Реортэ дела шли не слишком хорошо, думаю, хуже, чем там точно не будет, а здесь хотя бы климат приятнее. Ну вот и пришли.

Стандартный девятиэтажный дом, подъезд выходит на центральную улицу, это уже хорошо. Если разместить вывеску, клиентам будет проще нас найти. Контор, судя по навигатору, рядом почти не было, только парикмахерская, да турагентство, явно не страдающее от наплыва посетителей. Мы поднялись на третий этаж.

Квартира была пуста. Совсем. Новостройка, голая бетонная коробка, даже без сантехники. Я огляделся и вздохнул. Придётся нанимать рабочих, опять растраты.

– Ну, с другой стороны, – задумчиво произнесла Юкари. – Всё не так уж и плохо. Ремонт всё равно делать пришлось бы, а в голой квартире легче обустроить наше гнёздышко, всё как нам захочется. Айда по магазинам?

Юкари в этом деле профи. Сначала была строительная организация, где мы проторчали два часа, подбирая дизайн нашего жилища, материалы и прочая, прочая. После мебельный магазин, шкафы, кресла, гигантская кровать, занавесочки, постельное бельё… Я почувствовал, что голова у меня идёт кругом.

– Всё, давай на сегодня завяжем.

– Но я же только вошла во вкус! – надула губки Юкари.

– Зато я уже успел несколько раз из него выйти. Пошли в салон компьютерной техники, и всё. Продолжим завтра. Я, если честно, уже одурел.

Юкари хотела было надуться, но передумала.

– Ты смотри, какая вещь! – с восхищением произнесла она, когда мы добрались до первого попавшегося магазина электроники.

И правда. Кресла, для погружения в гигас, действительно были хороши.

– Последняя модель, – рядом мгновенно материализовался продавец, или, как нынче говорят, «менеджер». И здесь инглессе. Достали уже с этим языком.

– «Глубина–4», – покивала Юкари. – От компании «Глубиноград». Знаю, наслышана. Функционал у него – отпад, но цена… Арти, мы ведь сможем позволить себе такие штуки?

Я посмотрел на ценник и почесал в затылке.

– В принципе да, но… А, ладно. Пусть это будут капитальные вложения. Заверните нам парочку.

Недолго длилась радость. Когда мы решили протестировать наши новые приобретения, обнаружилась пренеприятнейшая вещь.

– Сожалею, – развел руками продавец. – Но ваше встроенное железо несовместимо с новым оборудованием. Слишком уж оно старое. Нет, в режиме наследования можно добиться устойчивого соединения, но тогда большая часть функций устройства будет недоступна. Вам проще купить модель подешевле…

– Не буду, – мрачно произнёс я. – Раз уж пошла такая пьянка, придётся менять всю мою внутреннюю начинку. Доставьте их вот по этому адресу, хорошо?

– Без проблем, – кивнул продавец. – Подключение к гигасу сами оформите? А то у нас есть неплохой провайдер.

Я посмотрел тариф и согласился.

Обновление вживлённого оборудования – штука такая… Как начнёшь, так придётся менять всё целиком. Одно цепляется за другое, и в результате опять же огромные растраты.

– В медицинский центр? – спросила Юкари.

Я кивнул. Ну вот, теперь будут резать. Конечно, процесс интеграции киберимплантатов давно отработан, да и пациент все эти дни находится в искусственной коме, пока всё не приживётся, но… Ну не радует меня, когда кто-то роется в моих кишках.

Как и ожидалось от Лэйвы, медцентр был ультрасовременный, это вам не захолустная Реортэ. Медсестричка, за канцелярской стойкой, узнав, чего мы желаем, провела нас в комнату диагностики.

– Так-так, очень интересно, – произнёс доктор за диагностическим пультом. – Молодой человек, скажите, а где вы откопали это старьё? Надо же, усилители иммунной системы на микромашинах, да им лет сто уже! Всё остальное смотрится на этом фоне ещё более-менее, хотя устарело уже поколения на три–четыре. Будем менять?

– Будем, – вздохнул я.

– Отлично, отлично, – потёр руки док. – Жизненно важные системы можно поставить бесплатно, и лично я бы вам рекомендовал это сделать. Сэкономите деньги, к тому же оборудование от «Импербиотех» весьма неплохо, зря его ругают. Не шедевр, конечно, но лучше импортных галентских, это я вам точно говорю. Впрочем, если хотите более продвинутые варианты, посмотрите каталог. Итак?

– Давайте каталог, – решил я.

Мы с Юкари засели читать каталог. Надо же, сколько всяких полезных вещей! Мультидиапазонные сенсоры, которые можно переоборудовать в сканеры беспроводных сетей, если поменять прошивку, минирадары, мускульные усилители, подкожная броня, вычислительные сопроцессоры… У меня глаза разбежались, да и Юкари, смотрю, пальчики загибает.

– Ты тоже себе что-то нашла?

– Ага. Но не скажу. Секретик!

– Не скажешь, так не скажешь, – пожал плечами я. – В девушке должна быть некая загадочность.

Набрали железа на три миллиона, и вот уже через полчаса я лежал на кровати-леталке.

– Расслабьтесь, – сказала медсестра, наполняя шприц. – Сейчас я сделаю вам укол, и вы заснёте. Проснётесь через несколько дней, когда всё закончится. Итак, я приступаю.

Я вырубился. Кажется, мне снилась какая-то дребедень, пока я внезапно не очнулся. Я стоял на знакомом широком лугу, ярко светило солнце, и море зелёной травы простиралось от горизонта до горизонта. Я обернулся. За моей спиной, в окружении ярких цветов самых странных оттенков, сидела Няша, в своём неизменном белом платье.

– О, Артур. Наконец-то ты ко мне заглянул, – Няша совершенно по-кошачьи потянулась и прянула ушами. – Я уже думала, что так тебя и не дождусь.

– Где это я? – я удивлённо осмотрелся. Сел. Потрогал траву. Надо же, я чувствую прикосновение. Цветы пахнут. На пальцах остался зелёный травяной сок. – Няша, твоя работа? Ты ухитрилась создать уголок виртуальной реальности в моих мозгах?

– Можно и так сказать, – пожала плечами Няша. – Видишь ли, снов я не вижу, так что для меня не совсем понятно различие между сном и смоделированной реальностью. Это место, где мы сейчас находимся, тебе приснилось, а я помогла ему, скажем так, закрепиться, хотя я плохо понимаю, как же мне это удаётся. Кстати, кажется, кто-то пообещал меня отсюда извлечь, да так и не удосужился.

– Няша, ты совершенно неправа. Я, вон, даже на операцию лёг, чтобы железо поменять. И всё из-за чего? Из-за несовместимости с новым оборудованием и пси-кристаллом, который мы для тебя купили.

– Знаю, знаю, – мурлыкнула Няша, подобравшись ко мне вплотную. – Я всё видела.

– Это как?

– А вот так. Я навострилась пользоваться твоими глазами, отсюда это не так уж и сложно сделать, – нахалка залезла ко мне на колени и потёрлась головой о грудь. – Арти, может обнимешь девушку? Ня?

– Узнает Юкари, будет ругаться.

– Не узнает. Это же сон, а во сне не считается. Вы с ней вытворяете такие интересные вещи…

– Подсматривала?

– А как же! Я даже подключилась к твоим чувствам. Так занятно!

Я почувствовал, что краснею.

– Скажи, Няша, – спросил я, исключительно для смены темы, – ты говоришь «закрепила» это место. Это как?

– Сложный вопрос, – Няша дёрнула кончиком хвоста. – Не знаю, как и объяснить. Мне захотелось, чтобы этот луг никуда не исчезал, и я почувствовала, что так оно и будет. Знаешь, я ведь ещё юный цифровой дух, но всё же кое-что умею. Да, вот ещё что. Помнишь, я сказала, что пробудилась в том пси-массиве, который похитили неизвестные? Я немного слукавила. Меня пробудили.

«Цифровой дух»? Это ещё что за штука такая?

– И как это случилось? – поинтересовался я.

– Сложный вопрос. Через мой массив снимали псионические данные с одного человека, крайне мощного псионика. Это информация про объект «Дримскейп», очень странное место, реально существующее в нашей галактике, где побывал некто капитан Стэллар. В кристалле были его воспоминания, слепок его псионической ауры и силы, много чего ещё. Не знаю, что это за «дримскейп» такой, но даже его отражение, помноженное на псионную силу капитана, породили в кристалле мою личность. Мне кажется, что он даже не подозревал о том, что это случилось. Странный он человек, но очень сильный, и мне передалась часть его силы. Нет, не так. Не силы. Я даже не знаю как объяснить… Может способности? Возможности? Тень его могущества?

– Именно этими способностями ты и создала это место?

– Наверное. Это было, не так уж и сложно, – Няша прижалась ко мне плотнее. – Слушай, я тут к тебе клеюсь, а ты не реагируешь. Я что-то не так делаю? Или я тебе не нравлюсь?

Пришлось погладить.

– Ня, – довольно муркнула Няша. – Продолжай.

Продолжил.

– В общем, пробудил он меня, и вместе с отражением своей силы, передал мне часть своей памяти, странную часть. Она похожа на мутный стеклянный шарик, в котором плавают непонятные картинки. Я смотрю на них и ничего не могу понять. Расплывчатые образы, неясные тени… Ай, ты куда это забрался? Нет-нет, не останавливайся.

Вот же лапы мои шаловливые. Привык с Юкари обниматься. Я это на автопилоте, честно.

– Странная штука, эти сны. Вот мы с тобой болтаем, а в реале уже день прошёл, – Няша с сожалением отлипла от меня. – Ты скоро проснёшься. Жаль. А то на этой травке мы бы с тобой… Всё, Артур, объявляю тебе официально, я имею на тебя виды. А сестрица Юкари… С ней мы договоримся.

Вот же блин, не было печали. ИИ хочет ко мне в любовницы. Куда катится этот мир?

– Ладно, Арти, пока, – Няша плавно скользнула в сторону, мазнув хвостом по ноге. – Просыпайся!

Я открыл глаза. Рядом стояли доктор с медсестрой, что-то разглядывая в планшете. Я потянулся и хрустнул суставами.

– О, вы проснулись, – доктор отлип от планшета. – Могу вас поздравить Артур Владимирович, всё прошло штатно, имплантаты успешно прижились, иммунная система в норме, полисахаридные батареи откалиброваны, всё штатно. Ваша подруга уже приплясывает у дверей палаты. Одевайтесь, вы можете спокойно отправляться домой.

Ага, вижу. Юкари в нетерпении подпрыгивала у прозрачных дверей, и, заметив, что я поднялся, помахала мне рукой. Я поманил её к себе.

– Представь себе, – заявил я, когда доктор с медсестрой вышли, – пока я спал, я умудрился пообщаться с нашей подружкой.

– С Няшей? – удивилась Юкари. – Надо же. Впрочем, это же твоя голова, ты там внутри можешь творить что хочешь. Как она там?

– Хочет наружу. Так что давай, как только придём домой, выпустим несчастную узницу из заточения. А то она научилась подглядывать за нашими шалостями.

Юкари покраснела и прикрыла рот ладошкой.

– Вот же вредная Няша! Я ей всё выскажу. Ладно, идём Арти! Дома, наверное, уже ремонт закончили и ванну сделали. Я хочу купаться!

По приходу домой пришлось ловить Юкари, она уже было залезла отмокать.

– Давай уж закончим с кристаллом, ладно? А потом вместе отмокнем.

Юкари надула губки, но спорить не стала, так в полуголом виде и устроилась в гигас-кресле.

– Отлично, – сказал я, когда индикатор сопряжения загорелся зелёным. – Режим песочницы, внешние входящие/исходящие соединения закрыть. Начать погружение.

Мы с Юкари висели среди синей пустоты.

– Вот блин, – выругался я. – Погрузились, называется, а рабочий профиль настроить забыли. Юкари, милая, что там есть из стандартных?

– Сейчас посмотрю, – перед Юкари раскрылось с десяток окошек с картинками. – Так. «Офис стандартный», это ты любишь. «Южный остров», «Лесной уголок», «Цветная бесконечность», «Пряничный домик», «Песчаный город» … Полно всякого.

– Давай песчаный город.

Пустота исчезла, теперь мы стояли среди большой комнаты, почти зала, выполненном в амаррском стиле. Вульгарно-пёстрые ковры, низкие столики–стульчики, какие–то непонятные надписи амаррской вязью на стенах. Я поморщился.

– Поменять? – спросила Юкари, глядя на мою физиономию.

– Оставь. Давай выпускать Няшу. Потом надо будет покопаться в программном обеспечении и потереть это убожество, – я щелчком вызвал меню соединений. Так, внешние порты, протоколы, ага вот они, присоединённые устройства. Разъём один, загружен и активен. Я провёл по нему пальцем. Отлично, кристалл полностью готов к работе. Давай Юкари, действуй.

Юкари лукаво улыбнулась и подошла ко мне.

– Арти, открой мне свой порт ввода-вывода.

– Это как? – напрягся я.

– Поцелуй меня, глупый, – фыркнула она. – А не то, что ты подумал, по твоему лицу сразу всё видно.

Ну, это я завсегда готов. Я прижал её к себе, и наши губы соприкоснулись. Юкари закрыла глаза, и меня накрыло тёмной волной.

Очнулся я, лёжа, всё в той же амаррской комнате. Моя голова лежала на коленях у Юкари, а на низком столике, скрестив ноги и подёргивая хвостом, сидела Няша.

– Ой–ой, – я поднялся и сел. Голова слегка кружилась. – Няша, перенос прошёл нормально?

– Всё просто отлично, Юкари настоящий мастер. Я сейчас обживаюсь в новом доме, там гораздо просторнее, чем в твоей голове, но не так интересно.

– В моей голове тесно, потому что там много мыслей! – изрёк я.

– Точно, точно, – покивала головой Няша. – Такие маленькие, похожие на птичек, за ними так интересно гоняться. И почти во всех – голая Юкари.

– Ты так часто обо мне думаешь? – Юкари прижалась к моему плечу. – Я так рада.

– Ничего, Артур, скоро и я за тебя примусь, – Няша попыталась почесать за ухом ногой, но не удержалась и свалилась на пол. – Что за дурацкая жёсткая штука! А ну брысь!

Столик разлетелся миллиардом маленьких треугольников и снова сложился, но уже в большую кровать с мягким одеялом.

– Нифига себе, – удивился я. – Ты как это делаешь?

– Ну, – Няша задумчиво приложила указательный пальчик к губам. – Это же «правило гнутой ложки».

– Чего? Это что ещё за правило такое?

– Это я у сектантов подсмотрела, – гордо доложила хвостатое чудо. – «На самом деле нет никакой ложки». Если честно, я сама не очень понимаю, как это работает, но ты сам видишь. Просто надо об этом помнить и всё.

– Нда? – недоверчиво сказал я. – Надо будет попробовать.

– Не сейчас, – няшин хвост изогнулся знаком вопроса. – Арти, открой выход в гигас. Мне там нужно много всего поискать, особенно про взаимоотношения мужчин и женщин.

Я пожал плечами и разрешил внешние соединения. В воздухе загорелась круглая печать входа, и Няша, издав торжествующее «ня!», прыгнула внутрь и скрылась из глаз.

Ну вот, большое дело сделали. Теперь хоть никто подглядывать не будет, особенно, когда мы будем мыться в ванной. Да и вообще, привезли новую кровать, а она до сих пор не протестирована. Есть чем заняться.

Проснулись мы часов где-то в десять по лэйвскому времени, отлично выспавшись. Мой организм за то время, что я лежал без сознания, ухитрился адаптироваться под местные сутки, но пока что я решил контору не открывать, а ещё какое-то время побездельничать. Юкари упорхнула на кухню готовить завтрак, а я принялся подыскивать подходящее рекламное агентство. Надо изготовить вывеску, обеспечить рекламу в гигасе, посмотреть, есть ли другие итэшники поблизости. Обязательно надо выяснить, разрешена ли на Лэйве голографическая реклама, или только двумерная. Так, посмотрим.

Перед глазами всплыло виртуальное окошко нейрочата.

«К нам запрос на входящее соединение, – доложила Няша. – Некто Мозговский. Разрешить?»

«Ты же в гигас удрала?» - удивился я.

«А я сразу везде, и здесь, и там. Ну так что, отвечать будешь?»

– Юкари, притормози пока завтрак, – сказал я. – Кажется у нас клиент. Мозговский.

– Чего там притормаживать? – не поняла Юкари. – Всё уже в процессе готовки, само сделается. Пошли в наш офис.

Офис, он же большая комната, пока что офисом не выглядел. Всё пространство было загромождено мебелью, нашими пожитками и бытовой техникой. Над всей этой грудой высилась серо-серебристая стасис-камера для продуктов.

«Няша, наложи на видеопоток маску из профиля «Офис». Помню, был такой. Будем общаться с клиентом в виртуале».

«Но я…» – как-то странно возразила Няша.

«Соединяй быстрей, нельзя заставлять клиента ждать».

Я закрыл глаза, и ушел в реальность 2.0. В зоне действия беспроводной сети наших кресел в соединение можно установить хоть в туалете. Правда, многие функции станут недоступны, но сейчас нам это и не нужно. Простой видеовызов.

Офиса не было. Вместо него был роскошный будуар, в алых и розовых цветах. Кровать с балдахином, размером не уступающая посадочной площадке космодрома, со смятой постелью. Рядом стоял изящный резной столик со стоящей на нём початой бутылкой красного вина и пепельницей с недокуренной сигаретой. На полу возвышалась аккуратная кучка виноградных косточек, а с массивной люстры свисал бюстгальтер и женские трусики.

– Няша, – прошипел я. – Етить твою психоматрицу, ты что натворила? Возвращай нас назад, срочно!

Поздно. В воздухе соткалась фигура Мозговского, и оглядев всё это безобразие произнесла:

– О, кажется, я не вовремя со своим вызовом. Перезвонить через полчасика?

Респектабельность. Строгие деловые костюмы. Блиииин!

– Это профиль виртуальной реальности, – сокрушённо признался я. – Мы ещё не успели распаковать вещи, вокруг полный бардак. Хотелось, чтобы всё выглядело солидно, а вместо профиля офиса нам подсунули вот это. Подождите, сейчас я верну нас в реал. Уж лучше коробки, чем это непотребство.

– Конечно, конечно, – покивал Мозговский. – Я всё понимаю, дело молодое.

Всё, хана нашей репутации. Я выбрал пункт «выход» из выпадающего меню и отключил трансляцию маски.

– Вот, другое дело, – удовлетворённо произнёс Мозговский. – А ваша подруга всегда так клиентов встречает?

Я посмотрел на Юкари и ужаснулся. Фартук на голое тело на кухне смотрелся просто волшебно, но сейчас…

– Не успела, – развела руками Юкари. – Пойду, переоденусь.

– У вас к нам дело? – сокрушённо начал я.

– Что? Кхм, да, – ответил Мозговский, с трудом оторвав взгляд от юкариной попы. – Помнится, при нашей первой встрече вы говорили, что занимаетесь расследованиями киберпреступлений?

– Ну да, это так.

– Замечательно. Видите ли, у меня проблема. Через неделю у нас состоится собрание акционеров. Признаюсь честно, дела сейчас идут не очень… И это замечательный повод устроить под меня подкоп. По правилам нашей организации, если моё управление будет признано неэффективным, мой пакет акций будет разделен между остальными участниками.

– Вы подозреваете, что кто-то устроил у вас саботаж?

– Это тоже вариант. В общем, мне бы хотелось, чтобы вы устроили нечто вроде аудита.

– Простите, но я плохо знаком с бухгалтерией.

– Нет-нет, я не про это. Мне нужно, чтобы вы последили за моими сотрудниками, так сказать изнутри сети. Я почти уверен, внутри моей команды есть «крот». И я хочу знать кто он, что уже успел накопать, куда слить, и можно ли нейтрализовать полученные им данные.

– Ясно, – произнёс я. – Задача не очень простая.

– Понимаю, – кивнул Мозговский. – Плачу полтора миллиона, причём пятьсот тысяч сразу, авансом. Берётесь?

Полтора ляма? Неплохие деньги. Не тот жирный куш, что мы сорвали недавно, но тоже ничего. Можно полгода не работать и ни в чём себе не отказывать.

– Берёмся, – решился я.

– Просто замечательно! – просиял Мозговский. – Я пришлю за вами частный шаттл. Когда вы сможете вылететь? Времени очень мало.

– Часа через два–три. Нам надо собраться.

– Великолепно. Логины-пароли и ключи доступа будут на корабле. Ждите шаттл. Конец связи.

Кажется, пронесло и клиента мы не потеряли. Замечательно. Но, а сейчас мне надо кое с кем поговорить.

– Няша, радость моя хвостатая, – ласково сказал я. – Ну-ка стань передо мной, как лист перед травой.

В середине комнаты замерцали искорки голограммы и сложились в скорбную Няшу. Уши прижаты, хвост поджат, поза выражает неискреннее смирение и раскаяние.

– Ня? – без энтузиазма поинтересовалась она.

– Скажи мне, о солнце моё, как так получилось, что профиль «офис» превратился в декорации к порнофильму?

– Ну, – Няша стыдливо водила большим пальцем правой ноги по полу. – Я же говорила, что хочу заняться исследованиями в области отношений мужчина-женщина.

– А офис-то тут причём?

– Надо же мне было на чём-то тренироваться. Я скопировала обстановку с одного сайта. Мне показалось, что так будет красиво.

– А новый профиль добавить религия не позволила?

– Но ты же не дал мне админские права.

– Няша, не пудри мне мозги. Для добавления профиля хватит и обычных прав. Сознайся, ты просто не сумела разобраться в программе.

Няша опустила голову и шмыгнула носом. Я вздохнул.

– Слушай, если ты чего-то не понимаешь, просто спроси. Сейчас из-за твоих игрищ мы выглядели как парочка идиотов. И запомни, если что-то меняешь в системе, сначала сохрани резервную копию.

– Я больше не буду, – тихо произнесла Няша.

Ё-моё, как ребёнка воспитываю, честное слово. А ведь она хоть и выглядит девчонкой, совсем не человек.

– О, всё кончилось? – в комнату вошла Юкари, одетая в маечку и мини-юбку. – Я что, зря переодевалась? Мне опять раздеваться?

– Не зря, – я встал с кресла. – Собираемся, у нас задание. Надо будет лететь хрен знает куда, так что собираем всё необходимое. И да, Юкари, надень брючки, что ли. Не стоит слишком привлекать внимание. Я, конечно, понимаю, что ноги у тебя — это нечто, но всё же…

– А меня возьмёте? – повела ушами Няша.

– А как же! – хмыкнул я. – Будешь отрабатывать урон, нанесённый нашей репутации.

– Ура, ня! Приключения! – Няша отключилась.

Приключения у неё. Вот устрою я ей «приключения»! Скоро за нами прилетят, а нам ещё надо купить адаптер с гнездом для пси-кристалла. Придётся поторапливаться.

Шаттл приземлился на крыше нашего дома. Обычный имперский челнок, что странно, без логотипа компании. Видимо, Мозговский прислал за нами свой личный корабль. Как только мы подошли к нему, двери автоматически открылись, компьютер опознал наши лица. Мы погрузились внутрь, и корабль взмыл в небо.

– Итак, народ, – сказал я, когда шаттл ушёл в гиперпространство. – Протестируем новую нейросвязь. Для начала, создаём сеть.

Мы все трое обменялись цифровыми сертификатами, и установили защищённый канал связи.

«Отлично, – подумал я, когда сеть заработала, и мои мысли, превращённые в строки символов, высветились в окне нейрочата. – Кажется тестирование прошло успешно. Не забываем, что мы отправляемся в стан потенциального врага, так что все секретные моменты обсуждаем здесь. Расшифровать наши переговоры практически невозможно. Юкари, вижу, ты сграбастала конверт с паролями. Вскрывай».

«Так точно, босс! – подмигнула смайликом Юкари. – Здесь два комплекта логин-пароль на нас двоих. Про Няшу, естественно, никто не в курсе».

«Отлично, – кивнул я. – Няша будет нашим тайным резервом. Впрочем, навыков программирования у тебя нет, я правильно понимаю?»

«Ты слишком многого от меня хочешь, – ответила Няша. – Я родилась-то меньше месяца назад».

«А для младенчика ты весьма шустрая, – хмыкнул я, вспомнив наши с ней обнимашки. – Просто смотри, учись, и задавай вопросы. Мы воспитаем из тебя полноценного члена команды».

«Вопросы, значит? – переспросила Няша. – Тогда первый: расскажи мне про любовь. Меня эта тема очень интересует».

«Вообще то я имел в виду совсем другие вопросы», – попытался отмазаться я.

«Арти, – надулась Няша. – Не будь бякой. Ты же обещал. Мне вон даже пришлось лезть в гигас и поискать самой».

Представляю, что она там нарыла.

«Искала «Муглом», да?» – уже зная ответ спросил я.

«Ага, – кивнула Няша. – Нашла столько всего! Не поняла и половины. Зато попались интересные минматарские фильмы. К примеру, «Горячая тарахтелка и мистер Робошишка». Там было много роботов со снятыми корпусами, обнажённых контактов, перепайка разъёмов на живую, искр, и машинное масло рекой. Не знаю, прикладная электроника меня не очень интересует. Зато мультсериал «Сношарики» откровенно порадовал, а ещё…»

«Стоп, стоп, стоп! – остановил её я. – Хватит, я понял. Няшенька, к любви продукты минматарских порностудий отношения не имеют, мало ли что там написано».

«Всё так сложно…» – вздохнула Няша.

«Ну, не совсем, – возразил я. – Вот я, например, люблю Юкари…»

Юкари густо покраснела.

«Ты мне ни разу об этом не говорил».

«Да? – удивился я. – А я думал, что это само собой разумеется».

«Нет не «само собой»! Мне обязательно надо было знать! А то мало ли…»

Странные они, эти женщины. Сколько лет вместе живём, а… Ну да ладно.

«Итак, – продолжил я. – Это довольно сложно объяснить. Думаю, если ты влюбишься, то поймёшь сама».

«А я, вообще, смогу это сделать? – задумчиво спросила Няша. – Я ведь не человек».

«Понятия не имею, – честно ответил я. – Вот и посмотрим. Одно могу сказать, для меня ты совсем не чужая. Я воспринимаю тебя частью нашей семьи, к тому же мы долгое время были очень близки…»

«Это ты о чём?» – прищурилась Юкари.

«О том, – я постучал себя пальцем по лбу. – Сколько времени она тут находилась? Куда уж ближе».

«Хм, ладно, – всё ещё с подозрением ответила Юкари. – А то мало ли чем вы там, в голове, занимались. Я-то не вижу».

Ну ты ещё ревновать начни.

«В общем, Юкари, – заявила Няша скрестив руки на груди, – я тоже заявляю на него права. Он интересный парень. Придётся тебе, сестрица, поделиться».

«Няша, это нечестно!»

«Беее!» – ответила Няша, и показала язык.

– Приготовьтесь к выходу из гиперпространства, – бортовой компьютер прервал нашу занимательную беседу. – Точка назначения достигнута.

Шаттл выпал в обычный космос. Стыковочный компьютер начал манёвр разворота, и на перед нами на обзорном экране показался огромный куб «Кориолиса». Быстро же добрались, видать, станция находилась в пространстве лэйвской системы. Голографическая дорожка к стыковочному узлу окрасилась в зелёный и из динамиков шаттла раздался голос робота-диспетчера.

– Шаттл «Нова» опознан. Пассажиры опознаны. Идентификация завершена. Идёт передача посадочных алгоритмов. Завершено. Добро пожаловать на станцию «Вектор-17», шестой док готов к обслуживанию корабля.

– Ну вот и прилетели, – сказал я, и добавил по нейросвязи. – «Не забываем, мы в стане врага. Всё, отбой».

Корабль мягко прошёл сквозь завесу синего силового экрана, и за нами закрылись внешние ставни стыковочного отсека. Двери корабля открылись, и мы вышли наружу. На посадочной площадке нас уже ждала женщина, одетая в униформу «Вектора».

– Здравствуйте, – представилась она. – Неволина Надежда Павловна, менеджер по кадрам. Вы ведь на вакансию младших системных администраторов?

Это я-то младший сисадмин? Гы, прикольно.

– Да, – кивнул я, – всё правильно. Это Юкари, мы с ней работаем вместе.

– Вижу, – Надежда Павловна заглянула в свой планшет. – Сейчас мы возьмём электрокар и поедем оформлять бумаги, а по дороге я расскажу вам про нашу компанию.

– Итак, – начала она, когда мы погрузились в маленький автомобильчик. – Наша компания основана 124 года назад, по меркам Империи не очень давно, но мы уже известны во всех Великих Людских Цивилизациях. Вы ведь слышали про блуждающую колонию «Вектора»? Это огромный корабль, размером с платформу, только свободно путешествующий по вселенной. Вот она, сила «Вектор-индустрии»! А начинали мы с ремонта офисной техники и перезаправки печатных картриджей, но со временем выросли до мегакорпорации. Станция «Вектор-17», где вы сейчас находитесь, занимается прикладными исследованиями в области киберимплантатов, биоинженерии, роботехники, и в том числе несколькими другими направлениями, подробнее не могу, коммерческая тайна. Собственно, именно для этого компания приобрела старый «Кориолис», так гораздо удобнее соблюсти сохранность информации, и проводить исследования, запрещённые на планетах. Хочу заметить, станция до конца не обжита, мы занимаем от силы процентов 15–20, так что двери, помеченные красным знаком, открывать запрещено. Служба безопасности строго за этим наблюдает, так что будьте осторожны.

– Вы не осваиваете территорию? – спросил я.

– А зачем? – пожала плечами менеджер по кадрам. – Это лишние затраты. По мере надобности обустраиваются новые помещения, держать на консервации ненужную часть гораздо проще. Ну вот мы и приехали. Прошу.

Машинка остановилась перед дверями с надписью «Отдел кадров». Мы вошли внутрь. Местное женское сообщество с интересом посмотрело на нас, но тут же уткнулось в свои компьютеры.

– Сюда, пожалуйста, – Надежда Павловна указала рукой на пустой кабинет. – Ваши персональные данные уже занесены в нашу базу, вам нужно лишь заполнить анкету соискателя. Это просто формальность. Садитесь.

Она раздала нам отпечатанные листочки и выдала пару ручек. Я почесал в затылке и принялся читать. Так, стандартные пункты, имя–фамилия–отчество, образование, стаж работы. Быстро заполнив поля, я начал читать дальше, и столкнулся крайне странными вопросами.

«Ваша жизненная позиция?», - гласил пункт меню.

Я почесал репу и написал «горизонтальная, можно и полулёжа в кресле».

«Имеете ли незаурядные качества?», «да, но они проявляются только в нетрезвом состоянии». «Ваша физическая форма позволяет поднять двадцать килограмм?», «в невесомости – легко!», «Опишите ваши слабые стороны», «Да ни за что. Вы же ими и воспользуетесь».«Будете ли вы красть шариковые ручки, если представится такая возможность?». Над этим вопросом я немного завис и в конце концов честно написал: «Буду».

Издеваются они, что ли? И кто сочинял этот идиотский допросник?

«Юкари, - я отправил сообщение в нейрочат, - как тебе вопросики?»

«Сижу, не знаю, что написать».

«Пиши от фонаря, нам же здесь не работать. Я надеюсь проторчать тут от силы неделю, так что мы даже и испытательный срок не отработаем».

«Отличная мысль, – обрадовалась Юкари, – сейчас закончу».

Я бегло проглядел остальные вопросы и вписал что на душу взбредёт. Хочется этой тётке разбирать – пусть читает.

– Надежда Павловна, мы закончили, – крикнул я в открытую дверь.

Вошла кадровичка, забрала наши анкеты, бегло проглядела, поджала губы и попросила нас подождать снаружи. Мы подчинились и вышли на магистральную улицу станции.

- Видел её лицо? – улыбнулась Юкари. – Похоже, ей наши ответы не понравились.

- Ну, это её проблемы, - пожал плечами я. – Спорим, она сейчас выскочит, скорчит рожу, и заявит, что мы приняты?

Так и вышло. Через пять минут вышла мадам Неволина и холодным тоном произнесла:

- Руководство настояло на зачислении вас в штат. Вот, возьмите, - и протянула нам два странных устройства.

– Это ваши носимые компьютеры, – пояснила она. – Выход в гигас осуществляется только через них. Мы ведём множество перспективных исследований, так что поймите правильно. Доступ к внутренней сети, карта станции, уровни допуска и прочее, тоже только через них. Файлы с инструкциями уже внутри устройств, там простое интерактивное меню первоначальной настройки. Раз вы сисадмины, то, думаю, разберётесь без проблем. Я пометила на карте ваш жилой блок, так что сейчас вам осталось лишь поймать электрокар. Завтра, в восемь утра, по станционному времени, жду вас на рабочем месте. Добро пожаловать в коллектив, надеюсь на долгое и плодотворное сотрудничество.

Магистраль, где мы стояли, была второстепенной, но всё же достаточно широкой. Я поднял голову вверх. Сейчас мы находились в конторской зоне, так что на шесть ярусов вверх, вплоть до потолочной бронеплиты, разделяющей отсеки станции, тянулись офисные коробочки. Да, жить мы будем явно не здесь.

- Всё, я разобралась с устройством, - Юкари помахала мне рукой с пристёгнутым к ней агрегатом. – Довольно удобно, и название смешное: «Vector boy». Вот тут карта, если ткнуть сюда, можно вызвать машинку. Сейчас проложу маршрут…

Юкари поколдовала над устройством и к нам свернул проезжавший мимо пустой электрокар. Мы ввели координаты и машинка бодро покатила по металлической мостовой станции, текстурированной под коричневый паркет. Ехали мы минут двадцать, и, судя по тому, что народа вокруг становилось всё меньше и меньше, нас везли в самую глушь. Ну да, где же ещё селить младших сотрудников? Не в зоне для главных менеджеров же. Конспирация, чтоб её.

Наш барак представлял собой довольно унылое зрелище. Стандартное обиталище на двоих, одна комната, она же спальня, кухонька и небольшой совмещённый санузел. Я уселся на кровать и огляделся.

– Нда, небогато здесь, – поцокала языком Юкари.

– Что ж, - согласился я, — это будет для нас стимулом побыстрее справиться с заданием, и свалить отсюда подальше. Не люблю жить на станциях.

Я посмотрел на Юкари, указал на кровать и постучал себя пальцем по лбу. Подруга кивнула. Улегшись на кровать, мы погрузились в киберпространство локальной сети «Вектора».

Киберпространство сети «Вектора» было окрашено в зеленовато-синие цвета. Визуализация локалки «Кориолиса» была, что естественно, не такая красивая, как гигас, но всё же довольно затейлива. Светились красным пунктиром текущие потоки шифрованных данных, на которых, словно пауки-охотники в ожидании добычи, сидели охранные боты. Чуть выше и правее открылся канал защищённой квантовой связи, похожий на колеблющуюся фиолетовую воронку. Няша потянулась к нему руками, но Юкари схватила её за хвост.

- Ай! – подпрыгнула Няша. – Сестрица, ты что творишь?

- Не балуйся! – погрозил её пальцем я. – Мы сюда работать пришли. Сегодня никуда проникать не будем, просто осмотримся, посетим общедоступные ресурсы. Авторизуемся с паролями, которые выдал нам наш клиент. Считайте, что это просто обзорная экскурсия.

– А траффик здесь довольно оживлённый, – заметила Юкари. – Арти, будешь активировать Чернушу?

– Зачем? – удивился я. – Я же говорю, сегодня никаких взломов. Мы обычные новички. Единственное, что меня беспокоит, так это Няша. У неё нет своего допуска.

– А я прикинулась твоей системной службой, – гордо ответила Няша. – Теперь любой твой допуск автоматически дублируется и на меня. Я даже могу совершать любые действия в рамках твоих полномочий, так что проблем не будет.

– Ну что ж, посмотрим, – ответил я. – Наша первая цель – официальный сайт.

Я нашёл адрес сайта, сосредоточился на нём, и нас мгновенно переместило в виртуальный зал. Довольно стандартное оформление, стиль - дворец, вокруг мрамор, фонтаны, и колонны, под потолком крутится логотип «Вектора», а в нишах у стен висят виртуальные окна с информацией.

- Добро пожаловать в компанию «Вектор»! – к нам подошёл чат-бот в виде девушки-андроида. – Чем могу вам помочь? Желаете послушать историю нашего успеха? Или получить общую информацию?

Народа вокруг никого. Либо мы под этими паролями сидим в отдельном слое, либо у сайта низкая посещаемость. Нет, скорее всё же первое.

- Мы новые сотрудники, - ответила Юкари. – Скажите, а карту станции можно скачать? Мало ли что, я боюсь заблудиться.

Карта? Это она хорошо придумала, молодец.

- Карта есть в ваших носимых устройствах, - ответила андроид.

- Мне бы в оффлайн виде, - канючила Юкари, - ну позязя!

Я покосился на Няшу. Она торчала из-за моей спины и с любопытством разглядывала бота, но тот на неё вообще никак не реагировал. Что ж, отлично, маскировка работает.

- Сожалею, но данная информация недоступна для вашего уровня допуска, - отрезала андроид.

Юкари надулась. Няша бочком-бочком пробралась к чатботу и запустила внутрь него руку. Андроид выпучил глаза и застыл. Хвостатая, высунув язык, сосредоточенно шерудила внутри программы и наконец выудила ифошарик с данными.

– Тятям! – провозгласила она. – Нашла. Врёт эта штука, всё у неё есть. Лови, Артур.

Она кинула мне шарик с информацией. Я поймал его и загрузил данные. Чат-бот заморгала и рассыпалась яркими искрами.

– Ну вот, – всплеснула руками Юкари. – Ты её испортила.

- Ничего страшного, - отмахнулась мелкая, - она просто сглючила. Подумаешь, системный сбой. Сейчас перезапустится и все дела.

В воздухе замерцало облако мелких треугольников и сложилось в облик девушки андроида.

- Добро пожаловать в компанию «Вектор»! – произнесла она. – Чем могу вам помочь? Желаете послушать историю нашего успеха? Или получить общую информацию?

- Я же говорю, перезапустится, - Няша потыкала пальцем программного гида. – И никто ничего не заметил.

Перед лицом Юкари возник виртуальный экран.

- О, - произнесла она, - нам письмо от клиента.

– Что хочет?

– Поздравляет с прибытием. Спрашивает, всё ли хорошо. Извиняется за плохие условия пребывания, но просит понять, маскировка, и всё такое прочее. Так, это не интересно. Ага. Предлагает начать поиск информации с этого узла. Скидываю тебе адрес сервера, он, кстати, вне пределов общественной сети. Начнём?

– Начнём, - кивнул я, и виртуальный дворец исчез. Мы снова висели среди мельтешащих каналов данных, в прямо передо мной медленно вращалась светящаяся красным печать входа.

О, да тут шифрование данных класса «ААА». Похоже, мы сейчас в зоне исследований и разработок. Я осторожно коснулся печати пальцем, и передо мной возникло окошко, требующее ввести логин и пароль. Юкари ввела данные, окошко исчезло и печать остановила вращение. Я недоумённо провёл по ней рукой. Внезапно перед глазами сверкнуло и меня выкинуло в реальность 1.0

Я очнулся лёжа на кровати. Перед глазами плавали круги, правую руку словно обожгло огнём.

– Что за хрень? – поморщился я и встал.

Юкари рядом. Без сознания. Я подбежал к ней и подключился к её биодатчикам. Жива, просто в обмороке.

«Артур! – в нейрочате появилась взволнованная Няша. – В сети общая тревога! Тебя ударила током эта штука на твоей руке, и Юкари тоже. Как только вы вошли в печать, так и ударила. Но хуже всего то, что сюда идёт отряд внутренней безопасности!»

Током ударило? Дерьмо! Это дело рук Мозговского, тут даже сомнений нет. Но зачем? Подстава? Ладно, разбираться будем после. Я быстро переключил внутренний замок в режим блокировки и подпёр дверь шкафом. Так, что дальше.

«Арти, судя по карте, за стеной находится ствол шахты, – подала голос Няша. – Если сможешь туда выбраться, можно попытаться удрать. Быстрее, они близко!»

Ясно, долой предательский компьютер. Ага, сейчас. Не снимается. Ремни сжали руку и отказываются отстёгиваться. Ладно, где мой складной админский набор? Я активировал монолезвие и аккуратно отрезал ремни. Теперь освобождаем Юкари, и второе устройство полетело в дальний угол комнаты.

Снаружи послышались голоса, два раза пискнул замок, но не открылся. Блокировка. Дверь пару раз пнули ногой, и около замка засветилась жёлтая точка разогреваемого металла. Пытаются вырезать лазером.

В темпе, в темпе! Я перевернул кровать и привалил к двери. Так. Дальше плазморезкой вырезать дырку в стене (всё своё ношу с собой), упаковать назад в кольцо-упаковщик, страховочную сбрую в режим переноски раненого, и Юкари в неё. Далее. Мои любимые перчатки-липучки с микроволокнами, и такие же наколенники – надеть. Обувь в режим «космос», магнитные захваты – активировать.

Замок выпал наружу, дверь толкнули, но шкаф и кровать не дали ей открыться. Я включил встроенный радар и посветил внутрь вырезанной дыры. Точно, шахта, да большая какая! До противоположной стены метров десять, не допрыгну ведь. А это что у нас? Ага, какая-то труба, металлическая, объёмистая, должна нас выдержать. Вот до неё я точно допрыгну. Эх, мои новые мускульные усилители, не подведите! Я сжался в комок и прыгнул.

Шкаф рухнул, кровать отлетела, и внутрь ввалились солдаты службы охраны, но единственное, что они увидели, это мою задницу, исчезающую во тьме. Раздались отборные матюги, но было уже поздно. Я ухватился за трубу, и микроволокна перчаток намертво к ней прилипли. Как Юкари? Всё ещё в отключке.

Отлично, теперь осталось понять, куда двигаться, вверх или вниз? В полуметре вверху от меня тьму разрезали лучи фонариков, и очередь кинетики вышибла из трубы сноп искр. Ясно, намёк понял. Значит вниз.

«Арти, – в нейрочате возникла взбудораженная Няша. – Наверху все на ушах. На станции активирован режим карантина, запрещены все полёты наружу. Похоже, за нас взялись всерьёз. Кстати, а как так получилось, что тебя не вырубило разрядом тока?»

«Всё просто, – ответил я. – Раз уж у нас оказалось много денег, я решил купить себе много новых игрушек, и одной из них была антишоковая защита. Я-то думал, что она мне поможет, если придётся снова ковыряться с каким-нибудь электрощитом, но видишь как оно получилось».

В шахте было темно, ни одного источника света. Я переключил глаза в режим тепловидения, но это не принесло особого результата, источников тепла было мало. Зато радар очень помог, не зря я потратил на него кучу денег.

«Сколько у тебя полезных приспособлений, просто с ума сойти, – продолжала Няша. – Даже странно. И перчатки, и спасательная сбруя, и плазморезка. У простого сервисного инженера водятся такие занятные штуки. Ты что, специально закупился?»

«Естественно, – ответил я. – Это мои рабочие инструменты. Потом расскажу. Я вижу, внизу труба проходит через небольшую площадку. Скорее всего это ремонтный балкон, там должен быть вход во внутренние помещения. Нам надо поскорее убраться на заброшенную часть базы, скоро за нами вышлют дронов-ищеек, а отбиться от большой стаи я не смогу».

Точно, на балкончике обнаружилась металлическая дверь. Я подёргал её руками. Не открывается, моторы обесточены. Что ж, на этот случай должен быть аварийный механизм ручного открытия.

«У тебя есть фонарик? Может стоит включить? – предложила Няша».

«Пока не стоит. Сверху заметят, ещё гранату кинут. Нет, мне пока радара хватает».

И хотя в темноте не было видно вообще ничего, встроенный компьютер, на основании информации с радара, отрисовывал передо мной и площадку и призрачно-зеленоватую дверь. Прикольная всё же штука – дополненная реальность. И удобная. Покрутив головой я вскоре обнаружил искомое: справа от дверей красовался большущий вентиль. Я хватился за него руками и начал вращать. Внутри что-то заскрипело и дверь начала медленно подниматься.

«Ага, не увидят, – ядовито прокомментировала Няша. – Так услышат. Вот и вся твоя маскировка».

Я лишь прорычал что-то и поднажал. Двери открылись ещё немного, затем что–то хрустнуло, и вентиль начал вращаться свободно. Ну и хрен с ним. Щель достаточна, для того чтобы пролезть внутрь.

Коридор. Длинный, радар не видит другого конца.

«А это что за рычаг? – спросила Няша. – Он слева от тебя на стене».

«А это аварийное закрытие, – я дёрнул рычаг, и дверь с лязгом ударилась о пол. – Всё, теперь мы окончательно замурованы. Механизм открытия я сломал, выйти наружу мы не сможем. Значит, только вперёд».

«А дыру прорезать?»

«Это бронесталь, я задолбаюсь её ковырять. Нам повезло, что стена той коморки была из обычного железа».

И мы двинулись вперёд. Я распаковал летучего дрона-светляка, так что идти стало легче. Коридор ветвился, и я наугад выбирал направление. Карта нам помочь уже не могла, в той зоне, где мы сейчас находились, горела надпись «нет данных». Пару раз я натыкался на наглухо запертые двери, некоторые удавалось вскрыть, некоторые нет, так что приходилось возвращаться к развилке и выбирать новый путь. Наконец, миновав несколько внутренних шлюзов я оказался перед очередной бронедверью, над которой висела табличка «Пост №117-28-411».

«О, мы у поста охраны, – потёр руки я. – Замечательно. Значит за этими дверями должен быть выход наружу, к каким-нибудь складам, жилым помещениям, к цивилизации в общем».

«Угу. К давно забытой цивилизации. Эта часть станции не одну сотню лет заброшена. Ты замок сначала вскрой, – хмыкнула Няша. – А я посмотрю, как ты это делать будешь. Электричества-то нет. И дверь из бронестали, сколько ты с ней ковыряться будешь?».

«Не проблема, – возразил я, – нет энергии, значит и охранные системы отключены, так что мне никто не помешает. Смотри и учись. Видишь эту штуку?»

«Батарейка?» - удивилась Няша.

«Батарейка, - согласился я. – Стандартный водородный аккумулятор. Молекулы водорода помещены в кристаллическую решётку металла, так что энергии в ней запасено – прорва. Если её мгновенно высвободить, будет взрыв».

«Это как такое возможно? – не поняла Няша. – Даже если батарейку расколоть, она не взорвётся».

«Смотри сюда, - я распаковал небольшую печатную плату с пластиковыми креплениями. – Вот это называется «детонатор». Он способен сгенерировать импульс, который вызовет резкий перегрев батарейки и взрыв. Сейчас я установлю нужный режим, чтобы образовался плазменный шар. Большой взрыв нам не нужен, так что я беру подсевшую батарейку. Так, включаем радиовзрыватель и крепим бомбу на двухсторонний скотч к двери».

Я прикрепил адскую машинку к замку и свернув за угол спрятался в неработающем туалете. Юкари всё ещё не пришла в себя.

«Вот тебе урок номер один, Няша, - произнёс я, активируя бомбу. - Не можешь одолеть умом, одолей грубой силой».

Бабахнуло не так уж и сильно, вся энергия ушла на образование плазменного шара. Я вышел из сортира и оглядел дело рук своих. В двери зияла здоровущая дыра, и весь пол был залит красным расплавленным металлом. Ничего, для таких случаев у меня есть углекислотный огнетушитель.

«Умеешь же ты устроить большой бабах», - уважительно произнесла Няша.

- А то! Впрочем, это не очень большой бабах, – ответил я в слух и прошёл внутрь помещения поста охраны.

В принципе, караулка была совершенно стандартная. Ряды мониторов у пульта охраны, стол, койки для отдыха, оружейный шкафчик и несколько стульев. Я сгрузил на койку Юкари и подошёл к пульту.

- Смотри, - я указал виртуальной Няше на горящий светодиодный огонёк, - энергия всё ещё подаётся, нужно лишь включить питание, и, судя по надписи нужный рубильник – вот этот.

Я повернул старомодный выключатель, и в помещении загорелся свет. Мониторы ожили, на пульте зажглись огоньки. Тут же в нём что-то затрещало и повалили искры, но автоматика быстро обесточила сгоревший блок и подключила резерв. На мониторах загорелся логотип, похожий на круг со вписанной в него буквой «Л».

- Какая прелесть, - ласково произнёс я. – Давно уже этой картинки не видел.

«Что это?»

- О, это, Няша, ностальгия. Перед тобой операционная система «Эйдолон», - ответил ей я, с нежностью глядя на командную строку. – Давно я её не видел. Ей, считай, уже лет триста. Хотя нет, вру. Больше. Гораздо больше.

«И что ты с ней собрался делать?»

- Сейчас мы её вскроем, и посмотрим, что можно с этого пульта сделать. Так, что тут у нас за версия? О, 13.49.1, моя любимая.

- И чем же любимая? – подала с койки слабый голос Юкари.

- Юкаричка, ты очнулась? – я подошёл к ней и обнял. – Мы убежали и довольно далеко. Подробности после, сейчас мы ломаем пульт охраны. Иди сюда.

Юкари подошла ко мне и села рядом на стул.

- Итак, - продолжил я, - у нас тут армейский вариант свободного ПО. У вояк всё брутально: нет ни логинов ни паролей, авторизация проходит по ключ-карте, ибо армейское командование не без оснований считает, что нижние чины не способны справиться с техникой сложнее лопаты. Пустая карточка у меня есть, значит, нам надо получить сертификаты. Видишь разъём? – я указал пальцем на отверстие для считывания карт.

- Да, «да», - в один голос произнесли Юкари с Няшей.

- Сейчас мы вскроем его моей высокотехнологичной отмычкой, - сказал я.

- Но это же моя заколка-невидимка для волос, - удивлённо произнесла Юкари.

- Да ты что? – удивился я. – Неужели я что-то перепутал?

«Издеваешься?» - спросила Няша.

- Самую малость, - согласился я. – Смотри.

Я засунул шпильку в разъём и закоротил питание. Внутри заискрило и запахло палёной изоляцией.

«Ты его сломал,» – констатировала Няша.

- Ага, – кивнул я. – А теперь наблюдай.

В стене открылась дверца и из неё вынырнул небольшой паукообразный дроид-ремонтник. Доковыляв до пульта, паучок запрыгнул на него и застыл, засунув в разъём свои усики.

- А теперь действуем быстро, - я распаковал переносной компьютер и быстро подключил универсальный разъём к ремонтному дрону. – Сейчас он уязвим для взлома, при активации ремонтной программы его защита отключается, это ошибка в программном обеспечении. Осталась малость, запускаем сканирующую утилиту, и опа! Вот они, инженерные сертификаты.

- Откуда ты узнал, что они будут в этом дроне? – спросила Юкари.

- Ну это же естественно, - укоризненно произнёс я. – Чтобы начать ремонт, машина должна авторизоваться в системе, иначе её просто не допустят до ремонта. Могла бы и сама догадаться. Так, теперь берём универсальный программатор и пишем сертификаты на карточку.

Я достал из устройства готовую ключ-карту.

- Давайте проверим, - я засунул карточку в разъём, - что у нас получилось.

Пульт, считав данные, довольно хрюкнул, и передо мной возникло инженерное меню.

«Ух, сколько тут всего!» - удивилась Няша.

- Ты так много знаешь, - с уважением произнесла Юкари.

Я подмигнул ей и принялся изучать менюхи. Как выяснилось, мы находились на узловом пульте охраны, и с него можно было сделать довольно многое. Для начала, я скачал карту местности, после чего откачал атмосферу из тех коридоров, по которым мы прошли, и закачал заново. Это должно удалить из воздуха наш запах, что сильно затруднит задачу поисковым дронам. Немного подумав, я активировал защитные устройства, вписав наши данные в базу персонала. Теперь, если за нами полезут преследователи, им придётся разбираться ещё и с охраной.

Через дыру в дверях было видно, как из стен выдвинулись защитные турели.

– Артур, что с нами случилось? – подала голос Юкари.

– Подставили нас, – хмуро произнёс я. – Паршивец Мозговский постарался, больше не кому. Как только мы вошли в запароленную зону, эти поганые устройства, что нам выдали в отделе кадров, сработали как шокеры. И если бы не моя антишоковая защита, нас сейчас бы повязали.

– Зачем он это сделал?

– Понятия не имею. Но я обязательно доберусь до поганца и задам ему пару вопросов. С членовредительством.

– И где мы сейчас находимся?

– Мы в законсервированной части «Кориолиса». Где конкретно, сам ещё не знаю. Нам сейчас надо найти убежище, еду и воду. В противном случае, нам будет очень хреново. Запасы у меня есть, но надолго их не хватит.

«Видела бы ты, как он по трубе полз в охапку с тобой, – ехидно встряла Няша. – Как человек-паук в охапку с леди-мухой. Ты вся в кокон замотанная, такая несчастная».

«Няша, прекрати, – одёрнул её я. – Будь ты на месте Юкари, не факт, что выглядела бы лучше».

«Я бы не отказалась быть на месте Юкари, – вздохнула Няша. – Няше грустно, Няша виртуальная».

– Полз по трубе? – удивилась Юкари. – Как это?

– А вот так, – я показал ей руки в перчатках. – Помнишь, как мы познакомились? Я тогда упал на тебя сверху.

– Ты тогда соврал, что чинил антенну.

– Да, соврал. Я прослушивал одно помещение, нужно было узнать, о чём там говорили. Когда я уже полз назад, то правой рукой ухитрился вляпаться в машинное масло, видимо протёк кондиционер в одной из квартир. Рука потеряла сцепление со стеной, и я поехал вниз.

– Вот оно что… А что ты там слушал? Ты что, синоби?

– Ну уж нет, - ухмыльнулся я. – Не ниндзя. Я круче. Но если честно, мне действительно надо было подслушать этот разговор. Юкари, поверь, я не преступник, не вор и не шпион. Да, разговор мог касаться моего прошлого, а оно… немного тёмное, это правда.

– Так ты и правда был хакером, – задумалась Юкари, – именно с этим было связано то твоё дело?

– Был, – кивнул я, – но больше я этими делами не занимаюсь.

Пусть думает, что всё это относилось к моему хакерскому прошлому. Которое и вправду было.

– Ясно, - кивнула Юкари, – я давно это подозревала. Но меня, если честно, это не расстраивает, а даже интригует. А что в этом шкафу?

Вовремя переменила тему. Некоторых скользких моментов из моей прошлой жизни лучше не касаться.

«Ищем скрытые ценности? – встряла Няша. – Вот и правильно. Всё в дом, всё в дом».

– Это оружейный шкафчик, - я провёл пальцем по замку, - нда, всё в пыли. И ключа, что естественно, нет.

«Будем взламывать? – поинтересовалась Няша. – Опять продемонстрируешь хакерские чудеса?»

– А как же! – подтвердил я, доставая плазморезку. – Обязательно.

Замок, вместе с частью стенки был вырезан за нескольку секунд, и дверца, заскрипев, открылась.

– Какая вещь! – воскликнул я, заглянув внутрь. – Смотри, Юкари.

– Автомат? – с подозрением спросила подруга.

– Ага! Да не просто автомат, а настоящий раритет! АК–112, Автомат Кинетический, модель 112. Древний, но простой и надёжный. На планетах фронтира их используют до сих пор. Так, посмотрим. Картридж почти полный, четыреста тысяч с копейками выстрелов, а вот батарейка разряжена на две трети, – я порылся по отделениям сейфа. – О, вот ещё парочка батареек. Сольём заряд, и оружие в полной готовности. А тут ещё одна полезная штука.

– Пистолет? – Юкари слегка отстранилась.

– «Иволга», КБ Макарова. Старый, но простой и надёжный. Умеешь им пользоваться?

– Нет, и учиться не хочется, – скривившись отвернулась Юкари. – Я вообще боюсь оружия. Я хочу быть простой домохозяйкой.

– И правильно, - согласился я. - Просто держись за мной, – я достал из упаковщика подмышечную кобуру, надел, и привычным движением убрал в неё пистолет. – Не женское это дело – воевать.

Картридж в автомат, аккумуляторы в разъёмы приклада, предохранитель – снять, прицел переключить в режим «точка». Включаем. Тест самодиагностики прошёл успешно, огонёк голографического прицела загорелся зелёным. Сопряжение моих вживлённых систем с оружием завершено. Что ж, теперь можно и повоевать. Да, помнит тело. Всё делаю автоматически.

– Ловко это ты, - удивлённо произнесла Юкари. – Думаешь, придётся стрелять?

- Вполне возможно, - кивнул я.

- Неужели нас так быстро нашли? – расстроилась она.

- Сомневаюсь, - покачал головой я, - Скорее всего если и придётся воевать, то с древними охранными системами. Барахла на тут должно остаться порядочно, станцию просто законсервировали со всем содержимым, да так и продали. Демонтаж и вывоз оборудования обошёлся бы в копеечку, так что бывшие хозяева просто ушли по-нихонски. Ваши, насколько я знаю, тоже так поступают.

– Есть такое дело, – согласилась Юкари.

– Ладно, - я взял автомат наизготовку, и подошёл к другой двери, - я на разведку. Связь по нейросети.

За дверьми оказалось большой станционный блок, оборудованный под погрузочную палубу. Я вышел на небольшую площадку, спрятался за ограждением и осторожно огляделся. Блок длиной примерно метров пятьсот, в ширину столько же, высотой ярусов пять-семь. Внизу какие-то постройки, очень похоже на склады, между ангарами в несколько рядов стоят контейнеры, видимо, их так и не успели погрузить, а вон там, чуть поодаль, явно административное здание. Туда-то нам и надо. Что у нас с защитными системами?

Вон они, родимые, бродит. Старые охранные дроны тип «Страж 3ХХL», количеством семь штук, давным-давно снятые с вооружения и повсеместно списанные. Бронирование корпуса – среднее, соединяются друг с другом по воздушке, образуя нейросеть. Да, ещё умеют прыгать. Сомнительное достоинство для охранного робота. Задавить бы их глушилкой, только у меня её нет. Жаль.

«Юкари, давай ко мне», – скомандовал я.

«Иду», – был ответ, и из двери на четвереньках выползла подруга. Усевшись рядом со мной, она вопросительно посмотрела на меня.

«Нам надо добраться во-он туда, – я подсветил строение зелёным. – Внизу ползает комитет по встрече, я помечу распознанные цели. Видишь? Светятся красным. Роботы, конечно, старые, но их орудия наделают в нас дырок без особых проблем. Общаться с ними бесполезно, это тупые железки, даже без эмуляции интеллекта. Взломать их тоже не получится, у нас просто нет времени раскалывать их протоколы связи, да и боюсь, любое вмешательство в их обмен данными будет расцениваться как агрессия. Так что попробуем тихонько прокрасться. Желательно без боя».

«Ясно», – твёрдо заявила Юкари.

«Да не напрягайся ты так, – я взял её за руку. – Прорвёмся. Спускаемся по лестнице, прячемся за тем углом, короткая перебежка – вот тут, прячемся за ящиками, здесь, здесь и здесь, – я пометил маршрут пунктиром, – огибаем этот ангар, и марш-бросок к дверям. Готова? Тогда вперёд».

Я осторожно спустился по пандусу вниз, на первый ярус, дождался, когда Юкари присоединится ко мне, и рванул к ближайшему контейнеру. Автомат в боевое положение, всё как в старые-добрые времена, брони вот только нет. Сомневаюсь, что моя одежда, пусть и в режиме защиты, спасёт от выстрелов охранных дронов. Но что делать, будем воевать так. Где наша не пропадала...

Два дрона, изменив маршрут патрулирования, двинулись в нашу сторону. Да уж, эта затея со стелс-миссией была с самого начала обречена на неудачу. Установив на оружие максимальную мощность, я высунулся из-за угла и дал очередь.

Как и следовало ожидать, с такого расстояния пули АК-112 пробили защитный корпус и разнесли электронику в хлам. Один дрон задымил и рухнул, а второму я явно повредил аккумулятор, машина взорвалась, разбрасывая словно шрапнель куски металла. Юкари пригнулась и обхватила голову руками.

Отлично, минус два. Так, стоп, а где остальные? Я распаковал дрона-видеокамеру и поднял его повыше. В оптическом диапазоне никого. В инфракрасном – тоже. На радаре чисто. Зараза, да где же они? Попрятались, что ли? Хреново, блин, без армейских сканеров.Что делать будем? Как вариант – отступить, но это значит, что опять придётся блуждать по коридорам, а мне эта затея душу не грела. Домик-то вот он, как на ладони, даже одна створка двери приоткрыта. Только и делов, что сделать рывок, да запереться внутри здания. Скорее всего там должен быть терминал охраны, с которого можно отключить этих механических уродов. С поста охраны это сделать не получалось.

- Что-то мне всё это не нравится, - доложил я. - Ладно, действуем по плану.

Мы проскочили к соседнему контейнеру. Никого. За штабелем пластиковых поддонов вроде бы какое-то движение. Я дал туда очередь, и пули разорвав штабели в клочья, с визгом отрекошетили от дальней металлической стены. Эх, ну почему я не взял электромагнитные гранаты? С другой стороны, я ведь не воевать сюда ехал.

До вожделенной двери оставалось не более пятнадцати метров.

Ещё раз просканировав пространство, я махнул рукой Юкари и припустил к дверям. И только я начал движение, как у крыльца здания замерцал воздух. Что это такое, я понял моментально. Мозги ещё не успели дать управляющий импульс, а тело отреагировало само, ещё в движении упав на задницу и надавив на курок автомата. Запели электромагнитные катушки оружия, и очередь с резким звуком прошила корпус охранного дрона, сбрасывавшего оптический камуфляж. Эти сволочи запрыгнули на крышу здания и затаились! Вот тебе и избыточная прыжковая функция.

Над головой просвистела очередь. Что, не ждал паразит, что я пригнусь? Я извернулся и не целясь выпустил ещё с десяток пуль. Второго дрона развернуло, он навёл на меня свой кинетический модуль, но вместо очередной порции снарядов, в мою сторону полетел сноп искр. Видимо, я таки сумел перебить управляющий кабель. Что ж, железяка, сегодня не твой день. Я всадил в него в упор очередную порцию вольфрама, и второй охранник отправился в утиль.

Всё это действо не заняло и десяти секунд. Так, а где же остальные трое? И… Юкари! Что с ней?

За спиной послышался резкий возглас, раздался звук разрываемого металла, и мимо меня просвистела железная рука с кинетическим модулем. Я резко развернулся и с перекатом ушёл в сторону. Противника не было. Рядом со мной, в окружении искорёженного железа стояла незнакомка в одежде Юкари. В руке она держала нихонскую катану, на лезвии которой дрожали всполохи энергетического поля. Нихрена себе оружие. Никогда такого не видел. Обычное лезвие, совмещённое с силовым? Это что за технологии такие?

- Э-э-э… Юк… - икнул я. - Юкари? Это ты? Что с тобой произошло?

Юкари резким движением пронзила слабо шевелящегося робота, артистично загнала катану в ножны, посмотрела на меня холодным отрешённым взглядом, и вдруг уронив оружие на пол, упала на колени и громко заревела. Я подошёл к ней, осторожно потряс за плечо и спросил:

- Юкари, что это было? Я тебя даже не узнал поначалу…

Зря я это сказал. Мои слова вызвали ещё больший поток слёз и продолжительную истерику. Подхватив катану, автомат, и рыдающую девицу, я быстренько смылся в дом, закрыв за собой дверь.

Похоже, здесь раньше был штаб, или что-то вроде этого. У дверей в дальнем конце комнаты стояла секретарская стойка с выключенным голографическим кубом, в углу стоял засохший фикус, а справа располагался приличных размеров диван, на котором когда-то сидели посетители. Я усадил на него Юкари и попытался успокоить. Получилось это не сразу. Когда, наконец, рёв перешёл во всхлипывания, я сумел разобрать отдельные слова.

– Знала я, что так и будет! – рыдала на моём плече Юкари. – Ты видел… Меня такую… Стра-а-ашную… А-а-а-а!!! Я знала, что ты меня теперь разлюбишь…!

Так вот, в чём дело.

- Юкари, успокойся, - попытался образумить её я. - Не разлюблю я тебя. Подумаешь, зарубила троих роботов, с кем не бывает. Вот если бы ты их скалкой забила, тогда бы я испугался, а катана, так, фигня. Ну ладно, не плачь.

Какую только чушь не приходится нести, чтобы успокоить девушку.

В общем, спустя ещё полчаса рыдания прекратились. Мы сидели, обнявшись, моя майка промокла насквозь. Юкари подняла на меня заплаканные глаза.

- Правда не разлюбишь? Правда-правда?

- Истинная правда, - подтвердил я. - Но мне дико интересно, что же всё-таки случилось, и откуда у тебя это странное оружие?

Юкари ещё несколько раз вздохнула, вытерла глаза платочком, и начала рассказывать. Оказалось, что Юкарин дед - мастер меча и содержит додзё. Долгое время у них с женой не было детей (что довольно странно в наш век продвинутых биотехнологий), но наконец родилась Юкарина мама. Дед обломался, он-то хотел наследника, чтобы передать ему своё мастерство, а тут девчонка. Повздыхав, он принялся обучать дочку, но той все эти выкрутасы с железками были до одного места. Её больше интересовали куклы, а чуть попозже – мальчики. Дед скрежетал зубами, но, в конце концов, смирился, и стал ждать внуков. Что ж, ждать пришлось не очень долго, Рэна рано вышла замуж за перспективного молодого инженера из «Калкиота дэнки», и через три года родила Юкари. Когда дед узнал, что у него внучка, ушёл в запой на два месяца. Из запоя он вышел уже просветлённый, как он сам потом говорил, по нему скакали сотни маленьких розовых бодхисатв и нашёптывали ему тайны мироздания, но какие именно, он забыл. В общем, как истинный буси, дед смирился с испытанием, посланным ему богами, и начал тренировать Юкари, благо Рэна не возражала, и, сплавивши дочку с глаз долой, укатила с мужем в галактические дали. Юкари по началу пыталась возражать, ибо её тоже мало интересовали пляски с острыми железяками, но дед был неумолим. Мало того, что после запоя в нём проснулись псионные силы, так что «хитэн мицуруги рю» перестал быть просто красивым взмахом меча, а стал действительно силой, способной разнести булыжник на кусочки, так что Хико Сэйдзюро стал требовать от внучки таких же успехов. Но увы, в Юкари пси силы не было ни грамма, а идея пробудить её при помощи сакэ, встретила резкое неприятие Юкариной бабушки. Дед поскрипел, поскрипел, но перестал требовать невозможное. Впрочем, как потом выяснилось, затею свою не оставил. И вот однажды, погожим летним днём, Хико и Юкари отправились к отдалённому храму, для тренировки. Намахавшись мечами до упаду, Юкари присела отдохнуть, а добрый дедушка заварил травяного чайку, от которого внучка моментом отрубилась. Что было потом, Юкари не помнила совершенно, вроде бы ей снились какие–то странные сны, а по пробуждении она стала именно такой, какой я её видел, но, по счастью, только в бою. На истерику «что ты со мной сделал», подлый дед только ухмылялся и гладил бороду, приговаривая, что могло быть и лучше, но и так сойдёт. Методом слёз, криков и угроз ей таки удалось выудить у старого прохиндея, что тот «заключил договор с местным божеством» чтобы оно «руководило и направляло» его ученицу. В общем, бесовщина какая-то.

– Вот такая история, – вздохнула Юкари. – Как только я закончила высшую школу, сразу же свалила из его дома, подальше от этих боевых искусств. Когда я обнажаю катану, я становлюсь сама не своя. Кто-то другой, сидящий во мне, управляет моим телом. Меня это страшно пугает, но ничего поделать с этим я не могу. Деда я после этого не простила и укатила в Токио учиться на мангаку. Вот же старый хрен! Кто ему мешает заделать моей бабке очередного ребёнка? Что он ко мне прикопался? И кого он ко мне подселил?

И правда, не пойму я его. Раса людей давно уже победила смерть, так что от старости уже никто не умирает, ну, кроме секты натуралов, не желающих из религиозных соображений выключать встроенный в каждого человека механизм самоуничтожения. Эта генетическая адаптация простая, давно освоенная, и делается каждому в возрасте тринадцати стандартных лет. Биоинженерия позволяет взять себе любой биологический возраст, в диапазоне от тех же тринадцати до шестидесяти лет, без старения организма. На сколько хочешь, на столько и выглядишь.

– Я боюсь, что эта моя вторая личность может выйти из-под контроля, и тогда я причиню вред тем, кого люблю. Ты же видел, у меня даже лицо меняется, - вздохнула Юкари. - Я не перенесу, если это случится. Но сегодня у меня выхода не было, или я обнажаю оружие, или они меня убьют.

Кто бы мог подумать, что у моей милой домашней Юкари тоже скелеты в шкафу?

- Не расстраивайся, - я обнял её, - мы с этим как-нибудь справимся. Просто не доставай катану, и всё будет путём. Пойдём, попробуем поискать воду. Надо бы приготовить поесть, да и помыться бы не грех.

Мы двинулись дальше. Миновали большой зал для собраний с рядами кресел, пустые кабинеты с канцелярскими столами, и наконец, поднявшись на второй этаж, нашли искомое.

Здесь когда-то жил высокопоставленный чин. За шикарным кабинетом располагалась жилая зона, в которой мы и обнаружили большую ванную. Я покрутил кран, и тот, зашипев, выплюнул струю сначала ржавой, потом вполне чистой на вид воды. Отлично, одной проблемой меньше.

Отправив Юкари умываться, я пошёл на кухню и открыл стасис-камеру. Стасисник всё ещё работал, но внутри было пусто. Я порылся внутри, и нашёл лишь банку старой газировки.

- Айда купаться! - крикнула мне из ванной повеселевшая Юкари.

– Это я с удовольствием, - согласился я.

– А эта штука не испортилась? – с сомнением спросила подруга, кивнув на банку.

– А что ей будет-то? - удивился я. - Она же лежала в остановленном времени, к тому же я её проверил анализатором. Всё нормально проблем нет. Зато я теперь знаю, какова вечность на вкус.

– Я тоже хочу попробовать! – кажется к Юкари окончательно вернулась её прежняя жизнерадостность.

Вот и славно. Мы набрали полную ванную воды и полезли плескаться. Всё же люди хорошо умеют строить. Сколько лет прошло, а все системы до сих пор работают, как часы.

Вдоволь наплескавшись мы пообедали сухпаем, и найдя в стенном шкафу комплект запечатанного в пластик постельного белья решили порезвиться на кровати в личных покоях некогда обитавшей здесь Большой Шишки. Скинув напряжение этого дня, мы почти сразу же уснули.

Сложно сказать, проснулись мы на следующий день по станционному времени, или всё ещё оставались во вчерашнем, это было не слишком важным. Важным было то, что нас до сих пор не нашли. Оставленный снаружи дрон-наблюдатель не засёк никакого движения, ни ищеек, ни агрессивных реликтов прошлого, что радовало. Юкари проснулась раньше, с кухни жилого блока уже доносились аппетитные запахи. Я заглянул к ней и пожелал доброго утра.

- Мы с Няшей пока что осмотримся, - сказал ей я, - может удастся что-нибудь выудить из старых компов. Нам любая информация пригодится.

- Ага, идите, - помахала мне вслед длинной поварской ложкой Юкари, - только не сильно задерживайтесь, а то завтрак остынет.

Я прошёл в соседний кабинет, где до сих пор на здоровущем столе стоял старинный моноблок с жидкокристаллическим монитором. Я плюхнулся в кресло и покрутился туда-сюда. Замечательно. Спереть его, что ли?

– Итак, Няша, полюбуйся. Тут у нас с тобой раритет, – я указал пальцем на моноблок компьютера. – Судя по этой хреновине, станцию законсервировали лет с тысячу назад. Я не удивлюсь, если этот «Кориолис» окажется одной из первых моделей. Им на смену пришли «Додо», «Додекаэдры», а они уже давно сняты с производства.

«Значит, мы без проблем взломаем эту древность?» – спросила Няша.

– А вот совсем не факт. Давай сначала нажмём сюда. Это кнопка включения.

Экран зажегся, и поморгав, нарисовал мне летящее цветное окошко.

«Это что за операционка такая?» – удивлённо спросила Няша.

– О, это «Окошки», плод сумрачного галентского гения. Сейчас их не уже не используют, так что не удивительно, что ты про них не слышала. Это 95 версия, одна из немногих более-менее успешных.

«А ты откуда про неё слышал?» - спросила Няша.

– Чтобы стать хорошим хакером, надо знать очень много. В сети существует много хакерских групп, и все они обмениваются информацией об операционных системах, уязвимостях, недокументированных функциях оборудования, программ, и прочего. Все эти данные собираются не одну сотню лет, так что в этой базе данных есть и не такие древности.

«Так это что получается, подгрузил себе все эти данные, и ты уже хакер?»

- Не-а. Тут многое важно, и чуйка, и умение программировать, много чего. Главное – опыт. Вот, любуйся. Система прогрузилась и требует токен. Что будешь делать?

«А что такое токен?»

– В сущности, он – обычная ключ–карта, но выполнен под универсальный разъём. Там есть ещё несколько отличий, но они сейчас совершенно не важны. Важно то, что без него в систему войти нельзя. Я ведь тебе рассказывал про армейские операционки?

«И что мы будем делать?»

– Для начала, поищем вокруг. Вдруг завалялся?

Я открыл верхний ящик стола, пошарил внутри, нашёл антикварную перьевую ручку, и совершенно беззастенчиво присвоил. Осмотр остальных, к сожалению, результата не дал. Нашлась розовая линейка, моток скотча, степлер, ворох пластиковых папок, но увы, токена не было. Даже в особо секретной тумбочке с замком было пусто. Видимо, вывезли вместе с ДСП документами.

– Ну и ладно, – сказал я, захлопывая дверцу тумбочки, – не больно то и хотелось. Значит будем обходить защиту.

«Жду с нетерпением».

– Ну, тут всё просто. Смотрим в системных настройках. Так, запрета загрузки с внешних устройств нет. Отлично. Берём загрузочную флешку, вот она, - я покрутил в пальцах устройство, - на ней специально изменённая операционная система. Загружаемся с неё… Ага. Вот, любуйся, операционка с флэшки увидела операционку на компе. Запускаем утилиту удаления программ и сносим нафиг управление токенами. Всё, теперь нам доступен вход по логину-паролю. Дальше включаем «ключника» и меняем пароль администратора. Вот и все дела. Перезагружаемся.

Комп пискнул, перезагружаясь, и я полез проводить археологические раскопки в недрах древнего устройства. С кухни доносилось позвякивание посуды, видимо Юкари нашла и её, и, как ни странно, запах кофе. Я на некоторое время отключился, и вернулся в реальность только тогда, когда Юкари подсунула мне под нос кружку.

- Где ты кофий раздобыла? – поинтересовался я.

- Я нашла ещё один стасисник, и там было немного продуктов. Всё в полной сохранности, ничего не испортилось. Вот кушай, - она поставила передо мной тарелку с яичницей. – Нашлось что-нибудь интересное?

- Да, - ответил я, поедая завтрак, - кое-что. Мне удалось залезть в остатки станционной сети. Когда-то «Кориолис» управлялся доменным лесом, но от старости центральный контроллер домена пришёл в полную негодность, и сеть распалась на сегменты. До контроллера этого сегмента мне удалось достучаться, и я прописал наши сертификаты в базу персонала, так что теперь охранные системы на нас нападать не станут. Но всё равно надо держаться настороже, другие части сети про нас не знают, и могут атаковать.

Ещё одна новость. «Вектор», видимо из экономии, задействовал часть сети для своей системы видеонаблюдения. В принципе, я вижу их маршрутизаторы даже отсюда, но сделать с ними ничего не могу: связь просто ужасная, почти все пакеты данных дохнут по дороге. Нам нужно подключиться к шлюзу напрямую, я провёл трассировку сети и нашёл примерное местоположение маршрутизатора. Мне очень хочется порыться в сетях «Вектора», подозреваю там мы найдём ответ, зачем нас подставили.

- Так там же всего лишь видеонаблюдение? – не поняла Юкари.

- Оно обычно соединяется в локальной сетью, - пояснил я. – Наверняка Мозговский любит посмотреть из своего кабинета, чем там занимаются сотрудники. Но есть ещё одна проблема. Сейчас мы со станции удрать не можем.

- Почему? – напряглась Юкари.

- Объявлен карантин, никого не выпускают. Если мы угоним шаттл, система противокосмической обороны накрутит из нас роллов. Вывести её из строя одномоментно не получится, она сегментирована и дублируется как минимум троекратно.

- А вирус написать? – хлопая глазами предложила Юкари.

Я лишь хмыкнул.

- Можно подумать, это так просто. Да и антивирусная защита на компьютерах ПКО стоит наверняка серьёзная. Чтобы до них добраться надо будет преодолеть десятки сетевых экранов… Нет, не вариант. Слишком ненадёжно.

- И что же делать? – упала духом подруга.

Я выдержал театральную паузу.

- Мы заглушим реактор станции, - торжественно изрёк я.

«А он на мелкие диверсии не разменивается», - протянула Няша.

- О, - только и сказала Юкари, глядя на меня своими большими круглыми глазами.

- Так уж получилось, - продолжил я, - что мне приходилось иметь дело с управляющими системами реакторов. Где я только в своё время не работал… Впрочем, там всё не так уж и сложно. При наличии допуска заглушить ректор не составит труда, там довольно понятный интерфейс. Аварийные источники питания в первую очередь будут поддерживать системы жизнеобеспечения, а на раскочегаривание реактора уйдёт несколько часов. Пока все будут орать и бегать кругами, мы удерём.

– Звучит как авантюра, - с сомнением произнесла Юкари.

– Авантюра и есть. Вот только других вариантов не просматривается.

– Ну ладно, – улыбнулась Юкари. – Ты мужчина, тебе и решать. А я помогу.

– Вот это правильный расклад! Няша, я просил тебя поискать карты. Получилось?

«Ага. Я скачала старые схемы ремонтных тоннелей, но файл сильно повреждён».

– За неимением лучшего будем пользоваться тем, что есть. Готовы? Тогда вперёд!

Мы вышли наружу. Останки битых роботов куда-то испарились, видимо система уборки всё ещё функционировала. Только несколько пятен машинного масла осталось от вчерашнего побоища.

«Я посмотрела логи безопасности пока вы спали, – доложила Няша в нейрочате. – Рядом были замечены неопознанные дроны. Что-то небольшое и летучее, полагаю, что это засланцы из «Вектора». Они напоролись на местную охранную систему, и затеяли с ней войнушку. Несколько турелей уничтожены, но дроны полегли все».

- Странно, - задумался я, - я же оставил наблюдателя снаружи дома, но он ничего не видел.

«Они пролетели по внешней магистрали между блоками, - объяснила Няша, - в наш отсек сунулся только один, но ничего не нашёл и укатил прочь, где и нарвался на турели вместе с остальными».

– Есть снимки с камер наблюдения?

«Сейчас выложу в чате».

– Хм, – сказал я, изучив снимки. – Нам везёт. Это простые разведчики, безо всяких наворотов, вроде анализаторов биологических микрочастиц. Скорее всего, их у «Вектора» нет, зачем покупать дорогие навороченные системы, если на базе и так все под контролем. Но расслабляться всё же не стоит.

Попетляв среди одиноко стоящих контейнеров мы наконец подошли к дверям в следующий отсек. Я приложил ладонь к считывателю, и тот хрюкнул, подтверждая доступ. Двери отворились, и мы вышли к промежуточной транспортной магистрали. Прямо перед нами располагался комплекс посадочных площадок для малотоннажных кораблей, и на одной из них обнаружили привет из моего прошлого.

– Смотри, какая вещь, Юкари! – изумился я. – Это же «Аддер». «Гадюка», то есть.

– Какой-то он некрасивый, – скривила губки напарница. – Похож на крышку от гроба.

- Да, неказист, - подтвердил я, - зато дёшев, надёжен и неприхотлив. Броня правда картонная, но это беда всех фрегатов. Их когда-то делали «Серпентисы», как дешёвый челнок для перевозки контрабанды. Оружия практически не имеет, зато может оснащаться генератором невидимости. Проскочил на планету, сдал контейнер и свалил.

– Интересно, в нём есть что-то ценное? – загорелись глаза Юкари. – Вдруг там морфит? Или артефакты чужих?

– Сомневаюсь. Впрочем, давай зайдём и проверим. Мне самому интересно.

Задняя аппарель «Аддера» была опущена, и мы, осмотревшись, вошли внутрь. Грузовой отсек корабля был пуст, только в рубке, рядом с креслом пилота, стоял закрытый сейф.

– Артур, посмотри, тут ружьё! – воскликнула Юкари.

Точно. Между сидениями лежала классическая помповуха, прямо как в музее технологий. Я взял дробовик в руки.

– Какая вещь! – изумился я. – Юкари, это же музейная редкость! Настоящее ружьё, огнестрел. Я его забираю. Повесим дома на стенку. Посмотри какой приклад! Красота.

– А сейф можно вскрыть? Вдруг там сокровища?

– Юкари, я тебе что, медвежатник? Хотя… – подошёл к сейфу и внимательно его осмотрел. – Сейчас попробуем.

Я достал из кармана нагло присвоенную мной розовую линейку, и поковырявшись немного, засунул её в щель между стенкой и дверцей. Внутри негромко щёлкнуло.

– И что теперь? – с недоумением спросила Юкари.

– Теперь? Теперь драпаем отсюда! – я схватил её за руку и ломанулся к выходу.

Мы удрали с посадочной площадки и спрятались за массивным контейнером.

– Почему мы убежали? – непонимающе спросила подруга.

– Смотри. Сейчас начнётся. Только из-за ящика не высовывайся.

Сначала раздался тихий свист, потом полыхнула цветная вспышка и бабахнуло. Забарабанили о межсекционную дверь мелкие осколки, и в соседний контейнер воткнулся здоровенный кусок металла. Юкари слегка побледнела.

– Всё, можно выходить, – я поманил её за собой. – Пойдём посмотрим, что там было, в этом сейфе.

«Аддер» разворотило на части. Верхнюю половину снесло напрочь, гипердвигатель улетел темноту транспортного коридора, а то что осталось, осело на бок искорёженной грудой металла.

– Красота, – с удовлетворением констатировал я.

– Что это было?

– Да всё просто. Дробовичок, как и сейф, были фелинской работы. Заметила следы когтей на рычаге помповухи? Да и эргономика как раз под их лапу. А что касается сейфа… Фелины многое скопировали у людей, но как обычно, несколько кривовато. Наши системы упаковки стабильны, даже если разрушить внешнюю оболочку. У тебя на руках останется красивый кристалл свёрнутого пространства, а вот у космических кошаков немного не так. При вторжении объекта извне происходит реакция… блин, как его… в голове крутится «сжатие Зельдовича», но это немного не то… А, забыл. В общем, бадабум происходит. Экстренная распаковка со взрывом. Содержимое сейфа, как ты видишь, – я показал на приличных размеров кучу пластиковых коробочек, – совершенно не пострадало.

– А что это?

– Магазин с патронами для дробовика. Ну да, всё логично. Патроны полагается хранить в капитанском сейфе, так что, увы, сокровищ нам не видать. Ну и ладно, – я прищёлкнул магазин к дробовику. – будет дополнительная пушка, тоже приятно.

- Погоди, - не поняла Юкари, - фелины же давно подданные Империи. Как же такие взрывоопасные устройства пускают на рынок?

- Ну да, - согласился я. – Только этот сейф был сделан ещё до присоединения кошаков к нам. Они ведь при первом контакте вели себя весьма агрессивно, и даже устроили небольшую войнушку…

«Во-во, - вклинилась Няша. - Этот «Кориолис» когда–то давно болтался на орбите Заонце, я это выудила из логов, тех, что сохранились».

- Тогда всё понятно, - кивнул я. – Заонце первоначально была колонизована людьми, но именно на ней мы наткнулись на фелинов. Они тоже вышли в космос, но были менее развиты технологически. Случилась война и планету они у нас отобрали.

- Как так вышло-то? – удивилась Юкари.

- Империя в это время воевала с объединённым галентско-амаррским союзом, и всем было не до захолустных планет на фронтире, бои шли в самом центре Империи. Война шла пять лет, в течение которых кошаки бесчинствовали на Заонце, выгнав всех колонистов и захватив много трофеев, в том числе и этот «Кориолис». Кошачья наука тогда резко шагнула вперёд, но это им не слишком помогло, когда их обнаружили таргонцы. К тому времени, когда наших амаррско-галентских «партнёров» побили, от Великой Кошачьей Империи практически ничего не осталось. Они с трудом держали оборону на единственном оставшемся под их контролем материке на родной планете, всё остальное было заражено таргонцами. Одним словом, хреновая ситуация. Так что, завидев корабли имперского флота их верховный правитель кинулся униженно молить о прощении и помощи. Император подумал, и предложил им войти в состав империи на общих правах.

«А что фелины? – спросила Няша. – Не бунтовали после присоединения?»

- Не всем, конечно, это понравилось, - пожал плечами я. – Поначалу были недовольные, но молодое поколение быстро переняло имперскую культуру, а прежде чем наши учёные смогли сделать бессмертными кошаков, сменилось несколько поколений, их продолжительность жизни составляла около пятидесяти стандартных циклов. Так что к моменту обретения бессмертия они уже были полноценной имперской нацией с высоким коэффициентом психологической совместимости. Получается, эта станция ещё древнее, чем я предполагал. А теперь давайте проверим в деле вот этот реликт, - я покрутил в воздухе помповуху. – Отличная вещь, никакой электроники, никаких батареек, всё просто и надёжно. Он тут лежит сотни лет, и нихрена ему не сделалось.

Среди обломков корабля нашёлся толстый лист пластика. Я закрепил его, и отойдя подальше вскинул оружие. Бабахнуло, Юкари завизжала и подпрыгнула, а в листе образовалась здоровенная дыра.

– Хм, а результат–то неплохой, – я осмотрел дырку. – Отдача, правда, очень сильная, но с моими мускульными усилителями это не проблема. Забираю патроны.

– Я чуть не описалась, – нервно отозвалась подруга. – Предупредил бы, что ли?

– Прости, прости, – повинился я, упаковывая магазины. – В следующий раз постараюсь не пугать. Наша, удалось проложить маршрут?

«Ага, ага. Вот, любуйтесь, буду работать вашей путеводной феей, - она высветила небольшой виртуальный экран перед моими глазами. - Сейчас нам на условный юг, прямо вдоль транспортного коридора, дальше по лестнице на второй ярус и направо. Я подсвечу».

От моих ног вдаль протянулась призрачная зелёная дорожка. Я распихал по карманам несколько магазинов с картечью, остальное убрал в упаковщик, и потопал по маршруту.

Вокруг была пустота и тишина. Не было даже станционных паразитов, вроде тех же крыс или ракопауков. Ну ещё бы, чтобы они тут жрали? Даже пыли нет, все поверхности словно недавно помыли, система очистки воздуха работала исправно. Для меня, жителя планеты, это было слегка диковато.

«Интересную вещь я тут обнаружила, - написала Няша в нейрочате, - все ремонтные карты – людские, и планета приписки этого «Кориолиса» значится под индексом ЗНЦ–08112. Название ничего не напоминает?»

- Думаешь, все странные названия наших планет от произошли от этих индексов? ЗНЦ – Заонце? – спросил я. – Индекс переврали в удобочитаемый вид?

«По-моему логично».

- Интересная гипотеза, - согласилась Юкари, проходя за мной сквозь очередной шлюз. – Няша, где мы сейчас?

«За дверью дно межсекционной шахты, отделяющий сектора юго-запад–1 и запад–1, откуда мы пришли. Он же служит транспортным коридором для малотоннажников, если ты не в курсе. Нам надо пройти немного по дну, метров через шестьсот мы выйдем к подъёмнику в юго-западный сектор. Оттуда до серверной руки подать. Сейчас нам налево по коридору, выходим через ремонтный тоннель к лестнице, и спускаемся».

Мы выбрались на небольшую площадку, с которой вниз вела хлипковатая лестница, огороженная перилами примерно по пояс. Я посмотрел вниз. Да-а-а… Далеко лететь, если что.

- Мамочки, - пискнула Юкари, вцепившись в меня. – Артур, мне страшно. Я боюсь высоты.

Я взял её за руку и начал спускаться. Юкари закрыла глаза, и вцепившись в мою руку, поковыляла следом. Ну и вид у нас, наверное…

- Всё, приехали, - я обнял Юкари и поцеловал. – Мы на дне транспортного коридора.

Юкари открыла сначала один глаз, огляделась, открыла второй, и, наконец, отпустила мою руку.

– А это ещё что такое? – сказала она, указывая пальчиком куда–то в сторону.

Я повернулся и вскинул дробовик, но передо мной был всего лишь старый пластиковый контейнер. Мы подошли поближе. На его потёртом боку виднелась эмблема «Вектора», а под ней жёлтый значок биоопасности. Я жестом приказал Юкари отойти и пинком перевернул коробку лицевой частью вверх. Треснуло стекло и завоняло тухлятиной. Я зажал нос и заглянул внутрь. За стеклом лежала гуманоидная тварь, с совершенно белой кожей, длинными конечностями, двумя парами узких глаз и большой дырой там, где обычно находится нос.

– Мерзость какая, – прогундосил я. – Эта штука напоминает мне человекообразного таргонца.

– Оно точно дохлое? – Юкари осторожно выглянула из–за моей спины. – Фу, точно.

– Юкари, сделай несколько снимков, - попросил я. - Я тоже сниму, будет что показать СИБ. Подозреваю, что их это сильно заинтересует. Насколько я знаю, подобные эксперименты запрещены.

– Это что, пришелец?

Я отошёл подальше.

– Не знаю, что это, но раз на этом ящике стоит эмблема «Вектора», это явно их рук дело. Судя по всему, они тут плодят за каким-то хреном мутантов. Доиграются, придурки. Получат очередной Енотоград.

- Что это? – не поняла Юкари.

- Да было дело, - вздохнул я, - я сам тогда чуть под раздачу не попал. Был такой городишко на Зазоере, и произошла с ним очень большая неприятность. Я всё это сам видел, своими глазами. Надо было мне туда, но я по счастью задержался с одним делом, и когда освободился, узнал, что город на карантине. Сама понимаешь, это весьма неординарное событие, учитывая, что в Империи почти никто не болеет.

- Да уж, - согласилась Юкари, - и что там случилось?

- Нечто похожее на это, - я кивнул в сторону ящика. – Там была лаборатория компании «Зонтик», и занимались они чем-то похожим. То ли биооружие разрабатывали, то ли ещё чего, но когда вся дрянь выбралась внезапно наружу, остановить её не смогли. Они там всех сожрали. Я на блокпосте вместе с армейскими от таких вот уродов отстреливался. Город потом пришлось полностью уничтожить.

«Подозреваю, - появилась няшина мысль, - что ты теперь захочешь забраться в лабораторию Мозговского».

– Точно, - согласился я. – Если нароем доказательств, этот урод получит серьёзный срок. Дальше продвигаемся с осторожностью и пишем видео.

Я включил свой радар и проверил, легко ли вытаскиваются магазины с картечью. Если впереди притаилась такая вот гадость, то картечь будет самое то. Если что, есть ещё и пистолет. И автомат. И я один, кто умеет со всем этим обращаться.

- Няша, куда нам? – спросил я в пустоту.

«Сейчас-сейчас. Так. Через сто метров вперёд будет гравилифт, на нём наверх до погрузочной площадки, а рядом инженерный мостик на ту сторону, пересекаем его и мы в нужном секторе. Показываю маршрут».

Не успели мы пройти и половины пути до лифта, как сверху на меня свалился клиент. Я одним движением оттолкнул Юкари и дал залп. Гадость, совсем не похожую на того уродца из ящика, разорвало вонючими ошмётками забрызгав стену тоннеля.

- Дерьмо! – выругался я. – Отступаем.

На радаре стали появляться засветки. Блин, да сколько же их!

- Бегом! – крикнул я, хватая Юкари за руку. – Няша, есть обходные пути?

«Ищу, ищу, - нервно отозвалась та. – Да, есть. Бегите вперёд, там должна быть сервисная люлька для осмотра трубопровода. Надеюсь, она цела».

Нас догонял пяток скоростных целей. Я встретил их зарядом картечи, практически в упор. Четверых сдуло, а пятая тварь, похожая на зубастую пасть с ногами, ухитрилась прыгнуть и вцепиться в ствол ружья. Я снова выстрелил. Погань разорвало, а на стволе остались лишь намертво сжатые челюсти.

- Скотина, - я с трудом разломал вцепившиеся в ствол кости, - ну Мозговский, ну погоди!

Позади нас раздался то ли свист, то ли лай, очень похожий на команды на незнакомом языке, и я увидел, как из шахты гравилифта, на котором мы хотели подняться, выскочила очередная порция уродов. Я матерно выругался и запустил в них батарейку с активированным детонатором. Стая тут же кинулась к ней, а самый шустрый паршивец, оказавшийся первым, мгновенно её проглотил. Раздались визги, остальные незадачливые поганцы бросились на счастливчика. Они что, настолько голодные?

Бабахнуло.

- Здесь люлька! – радостно сообщила Юкари. – Артур, залезай!

Я заскочил в агрегат и пощёлкал рубильниками. Устройство крякнуло, скрипнуло и пополз вверх. К нам уже вовсю ковыляла очередная порция гостей.

– А всё же их тут порядком, – сказал я, посмотрев вниз и делая несколько выстрелов. – Полюбуйся, Юкари.

– Я же говорила, я высоты боюсь, – проблеяла подруга, крепко уцепившись за поручни.

– А гравилифтом пользоваться не боишься? Там же надо скользить по шахте.

– Так ведь в нём нельзя упасть!

– Если отключится электричество, то запросто.

– Ой, а я никогда об этом не думала… Теперь буду бояться.

Ну вот, сгенерил девушке комплексов.

Люлька, доскрипев до верхнего яруса, качнулась и остановилась. Я открыл дверцу, вышел на платформу, и вытащил Юкари. Посветил радаром. Вроде никого. Только вот рядом подозрительная шахта гравилифта с верхних ярусов. Я пошарил глазами вокруг и наткнулся на противопожарный стенд. Ага, отлично. То что надо. Сграбастав с него багор, я намертво заклинил раздвижные лифтовые двери.

«Здесь ещё один мостик, – подсказала Няша, - вон там. Выдвигается нажатием кнопки «управление мостом».

– Да ты что! – удивился я. – Правда что ли? Никогда бы не подумал.

«Я хотела как лучше, – надулась Няша. – Вот не буду подсказывать, будешь знать».

– Ладно тебе, душа моя хвостатая, – повинился я, нажимая кнопку. – Не злись. Это всё напряжение последних минут. Адреналин, чтоб его.

Механизмы на той и этой стороне пришли в движение, и с обоих сторон транспортного тоннеля начала выдвигаться узкая лента инженерного моста. Щёлкнули зажимы, фиксируя захват, и из боков ленты выросли перила.

– Юкари, открой глаза, – я легонько щёлкнул её по носу. – Иначе с моста свалишься. Давай за мной.

Мы успели дойти до середины, когда дверь шахты лифта вместе с багром вылетела наружу, и на площадку вышел монстр. Высотой паразит был, наверное, метра четыре, крупный такой гад. Бошка клином, снизу треугольная зубастая пасть, с каждой стороны морды по три глаза. Интересно, а зачем ему столько? Чтобы было?

Тварь шагнула к нам, и я заметил, что в лапах она держит металлический трос, явно от крана, с большим крюком на конце. Юкари замерла, и в её руке возникла катана.

– Ты не пройдёшь, – глухо произнесла она. – Враги называют меня «мастер меча Гэндафу». Уходи.

Твою ж мать, она что, взялась геройствовать? Сдурела что ли?

– Отставить совершать подвиги! – прорычал я, хватая подругу в охапку. – Валим отсюда поживее!

За пару прыжков я одолел весь путь до другого края, аккуратно усадил обалдевшую Юкари на попу, вернулся к мосту и кинул под ноги монстру батарейку. Сверкнула плазменная вспышка и в металле моста образовалась большая дыра. Мост заскрипел, прогнулся, и начал расползаться. Тварь взревела и ломанулась к нам, раскручивая над головой трос с крюком. Я упёрся ногами и начал палить из своей берданки. Монстр словно на стену налетел, из его грудной костяной пластины полетели куски, и тварь, зашатавшись, упала на колени. Оплавленный мост, издав протяжный металлический стон, рухнул вниз. Тварюка с воем провалился вниз, и из шахты вылетел крюк, последняя попытка уцепится за жизнь. Чего-то в этом роде я ждал, так что скрутив сальто, отпрыгнул назад, выстрелив вниз последний патрон из магазина, на дорожку, так сказать. Снизу донёсся металлический грохот, заглушив мерзкий хлюпающий звук. Я зарядил новый магазин и повернулся к Юкари.

– Тааак, – медленно произнёс я. – Дорогая моя подруга, какого хрена ты вытворяешь?

– Но ведь эта штука… – захлопала глазами дорогая подруга.

– Битва века, етить твою за ногу! На узком мосту! – взорвался я. – Не утащи я тебя, лежала бы ты сейчас внизу рядом с этим уродом. Тебя устраивает такая перспектива?

– Не-е-ет…

Я закрыл глаза и сделал несколько вдохов.

– Юкари, солнце моё, – уже спокойно сказал я. – Пойми одну простую вещь. Ты мне нужна живой и здоровой. Я верю, что ты мастер меча, и всё такое, но, пожалуйста, не надо так больше рисковать. Мы спокойно добежали бы до другого края и расстреляли поганца из огнестрела. Зачем лезть в ближний бой, когда можно валить врагов издалека? На, возьми лучше пистолет, - я снял кобуру и протянул ей.

– Но я не умею им пользоваться…

– Это не сложно. Берёшь его в руку, вот так. Этот рычажок поднимаешь вверх, в таком виде предохранитель снят. Направляешь оружие на врага и нажимаешь спусковой крючок. Элементарно.

Юкари покрутила в руках оружие, поднялась с пола и я помог ей застегнуть кобуру. Блин, сейчас бы выпить что-нибудь, да нету. Я вздохнул и пошёл дальше по маршруту, который подсвечивала притихшая Няша.

– Кстати, – спросил я. – А что ты там несла на мосту? Что такое «Гэндафу»? Я не знаю этого слова.

– Я говорила, - начала Юкари, - что у деда есть додзё. Так вот, после того, как со мной случился этот дедов ритуал, я обрела эту ненужную мне силу. Про это, естественно, прознали конкуренты из соседнего додзё, и как-то раз заявились к нам всей толпой. Их старший ученик с нахальной ухмылкой попытался меня облапать…

- И ты слетела с катушек?

- Ага, - вздохнула Юкари. – У меня в руках был деревянный меч, и я расшвыряла всех этих наглецов. Вообще всех. К сожалению, про это прознали в моём классе. Сам понимаешь, мой школьный имидж кавайной Юкари был разбит вдребезги. Меня прозвали Гэндафу, пишется как 厳打婦, «сурово бьющая женщина». Девчонки стали меня откровенно бояться, не говоря уж о парнях… Все друзья куда-то испарились.

– А ты пробовала просто оставить свою катану где-нибудь далеко? Спрятать в сейф?

- Пробовала. Не могу. Мне становится дурно, если она не со мной. Я могу держать её в кольце-упаковщике тогда всё нормально, но обязательно рядом.

- Да, дела… - протянул я. – А что за конкуренты?

– Дедов школьный товарищ. Он основал стиль «саруман», пишется как 猿万, «десять тысяч обезьян». Не знаю, что он хотел этим сказать. Может он под обезьянами имел в виду своих учеников? Тогда да, понятно. Дрались они и правда как обезьяны.

– Не слишком благозвучное название.

– Это точно. Дедов приятель, мне так кажется, слегка двинулся рассудком, как и его ученики. Знаешь, в каком виде они к нам припёрлись? Вырядились в лохмотья, а на морды надели маски зелёных демонов. С рогами. Мы обозвали их голодранцами, но себя они называли «орюку», то есть お竜空, «небесные драконы». Тьфу, даже вспоминать не хочется. Издевались они, что ли? Как в таком виде можно воевать?

«Простите, что прерываю, – встряла Няша. – Но мы пришли. Дверь 1171, это справа. За ней серверная».

Я остановился перед дверью.

– Стандартный электронный замок, копия людских технологий, – сказал я, оглядев дверь. – Электроника на уровне каменного века. Попробуем вскрыть.

Я снял кожух и клавиатуру замка. Ну да, передрано один в один, значит подключаемся вот к этим инженерным клеммам, кошаки и их скопировали, даже не представляя, для чего они нужны. Электронная отмычка быстро нашла нужную комбинацию, и замок, пискнув, открылся.

Мы вошли внутрь и двери за нами закрылись. Нда, ну и бардак здесь. А уж оборудование в серверной стойке закоммутировано, просто ужас. Из патч-панели торчала густая лапша проводов, на полу обрезки изоляции и пластиковых стяжек, в углу кучей свалено нерабочее оборудование, коробки, и прочий хлам. Я подошёл к этой мешанине и пригляделся.

– Полюбуйся, Юкари, какие тут штуки! – я помахал ей рукой. – Сервер-то кошачий! И коммутационное оборудование тоже. Хотя, надо признать, сделано на совесть, сколько лет прошло, а оно ещё работает.

– Кошачий? А ты откуда знаешь? – удивилась Юкари, рассматривая серый пластик корпуса.

– Вот сюда смотри, видишь загогулины? Это фелинский. Я не умею на нём читать, но знаю как выглядят их буквы. Кстати, ты в курсе, что на рынках империи они продают свои устройства под маркой «Ciska»?

– А я думала, это ваша марка…

– Ну, раз фелины теперь полноценные имперцы, то уже наша конечно. Ну что, будем подключаться.

Снаружи заверещал сигнал тревоги. Юкари спряталась за серверную стойку, а я, выругавшись, схватился за дробовик. В дверь что-то ударилось и по металлу заскребли когти.

– Вот дерьмо! Юкари, вылезай! Уроды уже здесь. Я подключаюсь к серваку, а ты прикрывай меня. Вдруг что сюда заползёт.

Я откинул консоль с жидкокристаллическим монитором, и выругался ещё раз. Консоль плохо пережила прошедшие годы, и теперь всё изображение было покрыто рябью. И хотя устройство выглядело точь-в-точь как наши, операционка и клавиатура были полностью фелинские. Как ей вообще пользоваться? Я подёргал мышкой, и на экране возникло знакомое окошко с фелинскими закорючками. Ну да, требование ввести логин и пароль.

«Артур, подключи меня, - потребовала Няша. – Я в него проникну и включу оборону».

«Без логина и пароля?»

«Ты подключай давай, всё получится».

Я воткнул в универсальный разъём на клавиатуре консоли переносной адаптер, и изображение погасло. Зараза, ты что, подлец, издох что ли?

«Всё пучком! – возникла Няша. – Я в него проникла и включила пулемёты. Сейчас прогрузится оборонная сеть и накрутит из тараканов фарш».

Точно, за стеной раздались звуки стрельбы, визг, стрекотание и гуканье. Пару минут продолжалась канонада, и всё стихло. Послышался звук сервоприводов и щелчок закрываемой панели, видимо турели снова убрались в стены. Потянуло пороховым дымом, дверь в коридор была не герметичной.

«Няша, а как ты проломила защиту сервера?» - поинтересовался я.

«А она там была?» - удивилась она.

«Ну, как бы да», - осторожно ответил я.

«Если честно, то я ничего не заметила, - удивлённо отозвалась наша виртуальная хвостатая подруга. – Просто вошла и включила. Там всё было просто. Я, кстати, вас добавила в список особо важных персон».

Не было защиты? О чём она вообще? Ничего не понимаю. Ладно, сейчас не время, но потом мы с ней обязательно об этом побеседуем.

Что-то зашуршало по вентиляционной трубе, на пол упала решётка и сверху свалился то ли таракан гигантских размеров, то ли… тарглет? Но откуда здесь личинки таргонцев, да ещё такие странные? Таргонцы обычно серовато-белые, а это жёлто-синий, да и конечностей у него ощутимо поболее. Я схватил дробовик, и тут раздались выстрелы.

Стреляла Юкари. Дурёха, зажмурившись, палила в белый свет, как в копеечку. Я свалился на пол, нос к носу перед таргонцем. Тот даже одурел от такого нахальства, и отпрыгнул назад.

– Юкари, – взвыл я. – Прекрати стрельбу!

Но Юкари не слышала, и продолжала жать на спусковой крючок. Очередная пуля пробила дырку в куче дохлого оборудования, следующая, отрикошетив от куска железа, перебила пластиковую трубку в системе охлаждения сервера, и на пол брызнула струя синего тосола. Я извернулся, и схватив подругу за руку, отобрал пистолет.

– Ты что творишь! – прорычал я. – Смерти моей хочешь?

Юкари очнулась, захлопала глазами, и зарыдала.

– Я же говорила, что боюсь оружия, – заревела она, уткнувшись лицом мне в грудь. – Забери свой пистолет назад!

– Куда таргонец делся? – не обращая внимания на девичьи слёзы рыкнул я.

Таргонец подыхал. Струя тосола облила его с головы до… хм... что там у него вместо задницы? Да неважно. Сдох, в общем. Тосол пришёлся ему явно не по вкусу.

Я стоял как дурак. В одной руку пистолет, в другой рыдающая подруга, рядом труп таргонца и всё увеличивающаяся синяя лужа. Плюс перегревающийся сервер. День сегодня явно не задался.

«Не хотелось бы вас отвлекать, – флегматично произнесла Няша. – Но минут через пять сервак вырубится от перегрева. Если не залить жидкость в охлаждающую систему, конечно».

А то я не знаю. Где жидкость-то взять? По идее, раз тут используется жидкостное охлаждение, то должен быть и резерв на всякий случай.

- Юкари, - отстранил её я, - давай в темпе, ищем тосол. Время уходит.

Юкари кивнула, размазала слёзы и полезла в кучу ящиков в углу, я же открыл дверь в подсобку и закопался в хлам. Сколько же тут мусора! Пустые, потрескавшиеся емкости, коробки с непонятной электроникой, всё не то! Неужто нету резерва?

- Артур! – раздался юкарин крик. – Я тут стасисник нашла, а в нём большая бутыль с чем-то!

Я ломанулся к ней. Юкари указывала пальчиком на большую ёмкость, литров десять, не меньше, с прозрачной жидкостью. Я вытащил её из стасисника и открыл пробку. Кхе, пахнуло из неё. Спиртяга. Надеюсь, в качестве охлаждения он подойдёт. Проклятие, помпа вырубилась, видимо весь тосол полностью вытек, значит придётся закачивать хладагент старым добрым способом.

– Юкари, держи бутыль на весу, чтобы край шланга был погружён в жидкость. Помпа не включится, пока не будет заполнен резервуар.

Юкари кивнула и взяла бутылку, а я, присосавшись к другому обрывку, начал вытягивать воздух. Жидкость потянулась по трубке, заполняя резервуар, и тут внезапно помпа ожила. Спирт всосало внутрь, а мне в горло под напором ударила струя. Я выплюнул шланг, но было уже поздно.

«Обнаружено превышение концентрации этилового спирта в организме. Начата нейтрализация», – доложила моя медицинская система.

– Арти, – умоляюще произнесла Юкари. – Оно сейчас снова всё вытечет!

Я выругался, похоже что матом, сжал один из разорванных концов трубки, сунул во второй, и принялся заматывать изолентой. Наконец, намотав изрядный комок, я остановился. Вроде не протекает.

– Ты сказал так много странных слов, – ошарашенно произнесла Юкари. – Я таких не знаю…

– Не знай и дальше, – ответил я выпрямляясь.

Зря я это сделал. Вот тут меня и накрыло. По голове как будто ударили чем–то мягким, разрешение в глазах упало до 320 на 240, ноги заплелись и я шлёпнулся на пол.

– Юкари, – хихикнул я. – Ты вся такая пикселястая…

– Арти, – не на шутку перепугавшись пискнула Юкари. – Что с тобой?

– Меня накрыло волной спииртаа… – пропел я.

– Ты что, пьян?

– Ну что ты, солнышко. Я трезв как стёклышко. Юкари, вовсе я не пьян. Куда же делся мой баян?

– Что же мне теперь делать? – с истерическими нотками запричитала подруга.

– Да не парься, – я попытался встать на ноги. – Хочешь скороговорку скажу? – я медленно и отчётливо произнёс. – «Лису в лесу несу… ик… дэсу». Во.

Юкари уселась на пол, обхватив голову руками.

– Няша, – велел я. – Нас ждут великие дела. Нам надо взломать… что-то там. Веди.

«Артур, а ты уверен, что способен на это? В пьяном-то виде?»

– Фигня война. Ломать – не строить. Подключаюсь.

Реал 1.0 исчез, и я повис в среде киберпространства местного сервера. Рядом материализовалась Няша, озабоченно подёргивая ушами.

– Артур, ты как?

– Да всё зашибись. Где эта хрень?

Няша протянула мне руку, я ухватился за неё, не с первой попытки правда, и нас перенесло куда-то.

– Вот, любуйся, – сказала Няша, указывая рукой на серую печать входа. – Это вход на маршрутизатор. Я туда попасть не смогла, там непонятная операционная система. Я могу последить сигнал до…

– Не парься, – я помахал рукой. – Сейчас всё поправим. Устраиваем взлом! Где мой лом?

– Какой лом?

– Такой. Против лома нет приёма. Ясно? А ну явись сюда лом-кладенец!

Виртуальные небеса разверзлись, и к моим ногам упал лом, совершенно стандартного вида.

– О, я же говорил! – обрадовался я.

Няша смотрела на меня с квадратными глазами.

– Вообще-то это модуль установки и удаления программ… – тихо произнесла она.

– Пофигу, – отмахнулся я, и поднял лом с земли. – Сейчас будем деинсталлировать. Всё подряд.

Я размахнулся, и вдарил по печати. Та зазвенела и закрутилась.

–Что, не нравится? – хмыкнул я. – Ну на, держи.

И понеслась. Я с рычанием ломал и крушил, пока печать не взорвалась, оставив лишь дырку в киберпространстве. С воплем «получилось!» я прыгнул внутрь, Няша увязалась за мной, благоразумно держась на расстоянии.

Внутри кошачьего маршрутизатора царил хаос. Никогда такого не видел. Печати входа не круглые, а квадратные ярко-зелёного цвета, вокруг какие-то цветные линии, по которым ползают матово сияющие гусеницы. Ага, одна печать серая. Это явно неспроста.

– А ну равнясь! – взревел я, пиная ближайшую гусеницу. – Я ща вас научу строем ползать!

Цветные червяки порскнули в разные стороны.

– Эй, а ну стоять! – крикнул я, но разноцветная мелочь куда-то исчезла.

– И что дальше? – с интересом спросила Няша.

– Понятия не имею, – честно сознался я. – Посмотрим на печати.

Я подошёл к ближайшей, и дотронулся до неё ломом. Печать зазвенела.

– О, ну тут всё ясно, – просветлел я. – Это же обычный паззл!

– Чегозл? – переспросила Няша.

- Неужто, ик, неп-понятно? Все цветные, а одна серая. Паззл!

Я отмахнулся от хвостатой надоеды рукой и принялся колотить по печатям, наигрывая мотив «В лесу родилась ёлочка». Как только прозвучала последняя нота, я что есть силы пнул по серой, и та бешено закрутилась.

– О, работает, – с удовлетворением произнёс я.

– Чего работает–то? – со страхом спросила Няша. – Артур, ты что натворил?

Вокруг царил хаос. Условное небо и земля менялись местами, сворачиваясь и перекручиваясь. Из ничего появлялись геометрические фигуры, всплывали окна с какими-то вопросами, но исчезали прежде чем я мог хоть что-то прочитать. Няша прижалась ко мне, дрожа всем телом.

– Артур, обними меня, – пропищала она. – Если умрём, так вместе!

Всё закончилось внезапно. Полыхнуло белым светом, киберпространство исчезло, и появилось вновь. В небесах светилось дерево реестра операционной системы, мимо проскакивали точки пакетов, печати были совершенно обычного круглого вида, и главное, все горели приятным зелёным светом. Хоть сейчас ныряй и лети по проводам гиперпространства.

– Это что же, – не веря своим глазам сказала Няша. – Ты вот так запросто перепрошил этот кошачье устройство?

– Сам на себя удивляюсь, – я устало опустился на пол.

– А ещё, – странным тоном сказала Няша, – ты забыл подключиться к сети.

– В смысле? – не понял я. – Я ведь здесь.

– Здесь-то здесь, я даже вижу твой канал связи, но не могу идентифицировать ни тип, ни протокол, ни передающее устройство. Твой нейроинтерфейс не участвует в соединении.

– Чудеса какие-то…

– Артур, ты где? – раздался Юкарин крик.

– Няша, приведи Юкари сюда, пожалуйста, – попросил я.

Няша подмигнула, и исчезла, через секунду появившись уже с напарницей.

– Артур, – Юкари подскочила ко мне. – Ты как?

– В полном порядке, – ответил я, поднимаясь. – Даже протрезвел. Медицинская система ухитрилась полностью нейтрализовать опьянение, теперь борется с последствиями оного. Но не это главное. Главное – у нас есть выход во внутреннюю сеть «Вектора».

– Ты взломал систему? Уже?

– Он тут такое творил… – с восхищением сказала Няша. – Жуткое киберколдунство. Потрясающе.

– Девчонки, – я обнял обеих. – А давайте посмотрим что там делает Мозговский.

– А может пообнимаемся, ня? – лукаво предложила Няша.

– Хм, интересная мысль… – призадумался я. – Но после. Киберколдунство, говоришь? Сейчас ещё увидишь. Для начала, ищем нужную камеру.

Я вытянул руку, и из моей ладони вылетела белая лента. Покрутившись, она исчезла в печати входа. Некоторое время ничего не происходило, я искал IP адреса камер, и наконец найдя, я подключился ко всем сразу.

Я могу обрабатывать информацию не хуже любого компьютера. Что ценно, мне для этого не нужны ни программы и алгоритмы. Одна проблема, напрягает это довольно сильно и требуется полная концентрация, а после голова побаливает, не сильно, но неприятно. Я развернул перед собой несколько десятков окошек, отсёк ненужные, а остальные сложил в стопку.

– Отлично, любуемся, – удовлетворённо сказал я. – Камера в реакторе, ангаре, внешний периметр, и вот она, лаборатория. А в ней Мозговский, собственной персоной. Я сейчас зеркалю потоки данных, ну и пишу заодно. Включаю звук, слушаем.

– Этих двоих не нашли? – нервно спросил Мозговский у какого-то мужика в синей униформе.

– Ищем. Заброшенные помещения слишком большие, и слишком много мест, где можно спрятаться.

- Эти двое наверняка заявятся в жилую часть, если их не сожрут по дороге. При встрече – ликвидировать, трупы – в холодильник. Предъявим потом совету директоров.

- Приказ понял. Думаю, шансов у них нет. У охранного периметра сейчас весьма оживлённо, все эксперименты собрались в кучу, и как будто чего-то ждут.

– Они дерутся?

– Нет, просто сидят.

– Может они чуют эту? Она же обещала явиться лично. Было подтверждение о прибытии?

– Наши системы засекли облако гиперпространства, прибывает шаттл. Видимо, это она и есть.

Она? Это кто ещё? Я поискал по внешним камерам. Действительно, к станции приближался небольшой шаттл угловатой формы. Я увеличил изображение. Что, шаттл таргонский?!

Корабль пристыковался к совершенно пустому доку. Я приблизил изображение. Двери кораблика открылись, и из него вышла странная женщина в строгом деловом костюме и чёрных очках в сопровождении двух таргонцев, одетых в бронескафандры. К группе моментально подкатил электрокар, и троица, погрузившись в него, укатила.

– Народ, вы это видели? – я повернулся к девочкам.

– Так вот они какие, эти таргонцы, – удивлённо сказала Няша.

- Артур, что-то в этой женщине не так, - произнесла Юкари.

- Знамо дело, не так, - согласился я. – Не всякая дама разгуливает под руку с жукерами.

- Я не про это. Она двигается неправильно. Это я тебе как мечник говорю.

Я переключился на камеру в лаборатории и стал ждать. Минут через десять двери открылись и женщина с таргонским сопровождением вошла внутрь. Остановившись перед Мозговским, она сложила руки на груди и резко произнесла:

– Итак, я жду отчёта.

– Может чаю, Эргель? – несколько нервно произнёс Мозговский.

– Не заговаривайте мне зубы, – отрезала она. – Что с заказом?

– Ну, по боевым особям наметился прогресс. На нашем полигоне, на заброшенной части станции…

– Меня совершенно не интересуют ваши поделки. Боевых мы прекрасно делаем сами. Что с агентами?

– Нам пока не удаётся создать человекообразного таргонца. К сожалению. Все попытки скрестить таргонскую и человеческую ДНК не увенчались успехом, но мы работаем…

– Вам было выделено достаточное финансирование. Уже почти год вы работаете над проектом, а толку нет никакого. Сколько мне ещё ждать?

– Дайте нам ещё квартал сроку…

– Вот что, – Эргель сняла очки, и Мозговский отшатнулся, взглянув на её лицо. – Я забираю все ваши наработки и передаю другому исследователю. От вас толку ноль. Где сервер?

Она повернулась, и я на секунду смог увидеть её лицо. Лицо как лицо, не сказать, чтобы некрасивое, скорее странное, но вот глаза… В каждой глазнице у неё было по два глазных яблока, и смотрелось это жутковато.

– Мама дорогая… – пробормотала Юкари.

– Ты что думаешь, сможешь вот так вот забрать плоды всех моих трудов? – прошипел Мозговский. – Уж поверь, я найду кому их продать, а вот ты у меня в руках. Рыпнешься – пристрелю.

Охрана Мозговского направила на таргонцев автоматы, а те своё оружие на охрану.

– Идиот, – презрительно фыркнула Эргель. – Меня нельзя убить. Ты что думал, я явлюсь перед тобой собственной персоной? Ты видишь лишь биомеханическую куклу. Убьёшь её, я возьму другую, а вот кое–какие данные в этом случае отправятся в СИБ. Итак…?

– Огонь! – взвизгнул Мозговский и упал на пол.

Обе группы начали стрелять одновременно. Охрана, к их несчастью, была без скафандров, лишь в бронежилетах, так что полегли они мгновенно. За них отомстили охранные турели, разворотившие таргонские скафандры вместе с их хозяевами.

– Кретин! – зарычала Эргель. – Ты об этом пожалеешь…!

Пуля пробила её горло, и из раны фонтаном хлынула белая жидкость. Эргель мешком осела на пол и затихла. Мозговский ужом пополз в сторону, дверь распахнулась, и в лабораторию ввалились четверо бойцов в тяжёлых скафандрах. Сделав несколько контрольных выстрелов в таргонские тела, они подхватили Мозговского и потащили к выходу. Один из охранников пошевелился и застонал.

– Этого в лазарет, остальные двое за мной, – скомандовал Мозговский, и двери захлопнулись.

– Вы видели? – я повернулся к девочкам. – Что творится то, а?

– Полный кошмар, – подтвердила Няша. – Что будем делать дальше?

– Посмотрите вот сюда, – я развернул камеру и дал увеличение. – Видите?

На полу, под столом, валялась ключ-карта Мозговского, оброненная им в спешке.

– Вот за этим–то мы и пойдём, – потёр руки я. – Теперь надо прикинуть маршрут до лаборатории.

– Уже сделано! – подняла руку Няша.

– Когда это ты успела? – удивился я.

– Да просто всё, мы же теперь в сети охраны, так что я проникла на их сервер. Логин–пароль я использовала тот самый, который тебе ваш наниматель дал. Представь себе, он всё ещё активен!

– Только не говори мне, что у него права Администратора.

– Не поверишь, но это действительно так. Я мельком посмотрела логи, этот аккаунт – личное творчество Мозговского. Он его сам создал, специально для вас. На сервере стоит любимая юкарина «Линуся», а у неё есть одна интересная ошибка: новый аккаунт автоматически наследует те же права доступа, что и аккаунт-родитель. Мозговский, в своей гордыне, заимел себе все права, какие только можно, он ведь самая главная шишка на этом куске железа. Так что заполучив средство двухфакторной аутентификации, то есть ту ключ-карту, мы сможем творить всё, что захотим.

– Охренеть, – только и сказал я. – Так это что выходит, он продублировал свою учётку для нас?

– Фактически да, – согласилась Няша. – Этот парень плохо разбирается в компьютерах. Идём дальше. На сервере системы безопасности есть подробная карта станции вместе с технологическим линями, кабелями и прочим имуществом. Сейчас я вам её скину.

– Вот, мы находимся здесь, – Няша подсветила точками наше местоположение. – Лаборатория – здесь, реактор здесь. А вот это – излучатели защитного поля, на них написано «барьер». Как ты, наверное, понял из названия, он сдерживает всех этих монстров. У Мозговского здесь, на заброшенной части, испытательный полигон. Если мы разрушим барьер, монстры прорвутся непосредственно к шлюзовым воротам. Думаю, мы сумеем навести шороху, чтобы охрана отвлеклась на свои же творения.

- Мы сделаем даже лучше. Вот, полюбуйтесь на картинку, - я вывел на виртуальный экран изображение с камеры охранного периметра, - как видите, ворота шлюза самые обычные, особого бронирования на них нет…

- И что, - перебила Няша, - ты думаешь, монстры смогут прогрызть это железо?

- А мы им поможем, - ухмыльнулся я.

- Опять твои батарейки? – догадалась Юкари.

- Ага, - кивнул я. – А ещё… Няша, ты хвасталась, что у тебя есть технологические схемы? Скажи, по какой силовой линии запитаны излучатели?

- Сейчас, сейчас, - призадумалась мелкая. – Ага. Вот, я покажу на плане. У них в соседнем ангаре стоит малый генератор. Они отсоединили силовую линию, с которой запитали эмиттеры барьера, от общей сети, но только со своего конца. Силовой кабель идёт дальше и прямо в серверную, где мы сейчас сидим. Фактически, этот сервак работает от их генератора.

– Это они зря, - покачал головой я. – Лень было провода обрезать? Что ж, это выйдет им боком.

- Что ты задумал? – спросила Юкари.

- Использование батарейки по назначению.

- Ты хочешь повысить напряжение в сети? – догадалась Няша. – Но бытовые аккумуляторы не смогут дать нужный импульс, чтобы выжечь оборудование.

Я лишь подмигнул ей и спросил:

- Я так полагаю, что отсюда по сервис-коридорам в обжитую часть станции не пролезть?

- Да, - согласилась Няша, - они наглухо отрезаны.

- Я так и думал, - кивнул я. – Есть ли какие-то помещения, прилегающие к лаборатории?

- Да, - ответила Няша, – вот тут небольшой склад. До него легко можно добраться отсюда, я проложу маршрут. Будем проделывать дыру в стене?

- Обязательно, - подтвердил я, - но только после того, как воцарится хаос. Всё, отключаемся. Работаем, девочки.

Мы выпали в реальность 1.0. Я встал, отряхнулся, подал Юкари руку и помог подняться. Я подошёл к серверной, выключил оборудование и отсоединил его от силовой сети.

- Хоть это и антиквариат, - пояснил я недоумевающей Юкари, - не хочется его жечь. Не люблю портить вещи.

- Ты же собрался испортить их генераторы.

– Это другое, - уклонился я.

- И кто-то мне рассказывал про женскую логику, - подняла бровь подруга.

- Уела, - вздохнул я. – Пошли в электрощитовую.

Нужную линию нашли вообще без труда, только на одной было подано напряжение. Я покопался в инвентаре, и распаковал батарейку.

- Ого! – удивилась Юкари. – Какая огромная!

Батарейка и вправду была большой, слегка мерцающий синим светом цилиндр почти полтора метра высотой. Я осторожно подтащил её к щиту и принялся закреплять провода.

– Это малая батарея для кораблей класса «фрегат», - пояснил я. – Как раз то, что нам надо. Дело в том, что она разряжается генерируя один быстрый и мощный импульс. Это нужно для того, чтобы быстрее передать энергию накопителю корабля. В бою, сама понимаешь, всё решают секунды, и если ты промедлишь с перезарядкой щитов, тебя могут убить. Но корабельное оборудование рассчитано на резкие скачки мощности, а те генераторы барьера - нет.

- Откуда ты знаешь? – удивилась Юкари.

- Там «Эпсилон – Г». «Г» - гражданский. Они точно сдохнут от такой экзекуции.

«А провода-то не поплавятся?» - поинтересовалась Няша.

- Не. Станция – считай тот же корабль, и технологии на ней те же. Так что провода импульс выдержат. Ну всё, я закончил.

Батарейка стояла подключённой к распределительному щиту.

- И что? – Юкари с подозрением покосилась на устройство.

- И ничего, - я потянул её за руку. – Я установил на ней удалённое управление. Когда будет надо, я её включу. Идём. Нам надо подобраться ближе к воротам.

Мы вышли из серверной и пошли плутать по переходам и шлюзам. Наконец, протиснувшись по узкому сервис-проходу, мы остановились перед крохотной желтой в чёрную косую полоску дверцей.

- Если верить плану, - я задумчиво рассматривал в виртуальном окне схему станции, - за этой дверцей как раз выход к воротам. Давай откроем её.

- А что она такая маленькая? – спросила Юкари.

- Для ремонтных дронов. Есть рядом рычаг аварийного открытия?

Рычага не нашлось. Я выругался, распаковал монтировку и начал отжимать двери. Механизм заскрипел и стал поддаваться. Когда, наконец, образовалась достаточная щель, я запустил в неё тонкое щупальце оптоволоконного кабеля с миникамерой на конце. Так, есть картинка. Вон они, генераторы, а вот и турели. Водят хоботками из стороны в сторону, но меня не видят.

За барьером началось шевеление. Куча уродцев расползлась в стороны и на передний план выбралось здоровущее чудище. Шестилапое, толстое, с серой ноздреватой шкурой. Головы у него не было вместо неё красовалась здоровущая труба, слегка дёргающаяся при ходьбе. Чудище присело на задние лапы и выплюнуло из своей трубы сгусток зелёной слизи. Слизь ударилась в силовой барьер и, зашипев, испарилась.

- Всё, - произнёс я, - вопрос, зачем им генераторы щита, снимается. Эта сволочь плюётся кислотой, так что может и дырку в стене проплевать.

Я приложил к дверце руку с кольцом-упаковщиком, и установил зону распаковки в полуметре от меня. За стеной звякнуло и на пол упала большая батарейка с уже установленной платой-запалом. Я просунул в щель монтировку и толкнул. Батарейка нехотя покатилась к дверям шлюза, и ударившись о тяжёлую петлю, застыла. Я подумал, и добавил к ней вторую. Для верности.

- Всё, - я, пригнувшись, поспешил дальше по коридору, - драпаем, пока охрана не решила поинтересоваться, что за хрень валяется у дверей. Устроимся во-он там, и любуемся. Сейчас будет красиво.

Мы забежали за угол и уселись прямо на пол. Я открыл виртуальное окно и подключился к оставленной мной у двери миникамере. Итак, для начала перегруз сети. Я дал команду первой подлянке.

Из генераторов повалили искры и дым, поле, замерцав, исчезло. Следом за дымом полыхнули языки пламени, генераторы весело горели, разбрасывая синие искры. За стеной глухо бумкнуло, похоже, их вспомогательному генератору тоже поплохело. Я повернул жгутик камеры к турелям. Как они там?

Плохо им было. Турели тоже были подключены к этой линии питания, так что горели синим пламенем, в прямом смысле слова. На пол капал расплавленный металл. Орда мутантов откатилась подальше от пожара и зачарованно наблюдала за происходящим. Даже живая артиллерия куда-то отползла. Я ухмыльнулся и активировал две оставшиеся батарейки.

Экран окрасился ярко-белым. Несколько секунд изображения не было, наконец камера сумела адаптироваться и картинка начала понемногу проступать. В воротах зияла огромная оплавленная дыра, в переборке образовалась яма, наполненная жидким металлом. Заверещала тревога, зажглись красные сигналы опасности и сверху полилась противопожарная пена.

- Что-то плохо пожаротушение среагировало, - покачал головой я. – Впрочем, хорошо хоть вообще сработало. Сейчас металл остынет и начнётся веселье. Идём.

Даже здесь был слышен визг, уханье, рык и лопотание уродцев. Я поманил Юкари рукой и побежал к помеченному на карте складу. Сейчас надо действовать быстро.

«Стоп, – объявила Няша. – Прибыли. Артур, за этими дверями нужный нам склад».

Очередные маленькие воротца, и опять не открываются. Я не стал с ними церемониться, вырезал плазморезкой, вытолкнул наружу, и спрыгнул вниз на контейнеры. Юкари замешкалась, прыгнула и упала в мои объятья. Сигнал тревоги надрывался так, что было слышно даже здесь. Я подошёл к стене, попинал ногами и прилепил к ней очередную батарейку. Проделать в ней дыру не составило никакого труда.

В лаборатории никто не прибрался. Трупы таргонцев и странной женщины всё ещё лежали на своих местах. Я нагнулся и подобрал пластиковую карточку.

– Юкари, – попросил я, засовывая карточку в карман. – Будь добра, сделай копию разделов сервера. Копирование – одна из твоих сильных сторон, а в СИБ этой информацией очень заинтересуются.

– Без проблем! – козырнула Юкари, и направилась к серверу, а я пошёл вглубь лаборатории.

«Артур, стой!» – внезапно крикнула Няша.

– Что случилось? – спросил я, остановившись у большого полупрозрачного чана с жидкостью. Судя по всему, в этих клонилках Мозговский и выращивал своих питомцев.

«Я сейчас роюсь в базе данных сервера, у них тут полно проектов по созданию гибридных человеческих тел. Если убрать из него большую часть чужеродной ДНК… Артур, у меня может получиться! Я хочу попробовать».

– А ты что, – изумился я, – спец по биохимии или как там его…

«Естественно нет! Просто если применить «правило гнутой ложки» …»

- В смысле?

«Неважно! Это мой шанс получить тело! Я хочу жить в реале! Артур, пожалуйста!»

– Ну ладно, действуй, – пожал плечами я. – Попроси Юкари, если понадобится.

«Да! Да!» – подпрыгнула Няша и отключилась.

Жидкость в чане пришла в движение. Забулькали пузыри, на мониторе управляющего стенда полезли строчки информации. Заработала помпа, в чан влилось несколько разноцветных струй, всё закрутилось и пошло ходуном. Загудели невидимые моторы, с каким-то натужным звуком, запахло горячим маслом.

– Няша, ты что там вытворяешь? – нервно спросил я, но ответа не последовало.

Ко мне подошла Юкари.

– Я всё скопировала, – доложила она. – А что здесь происходит?

– Няша решила устроить эксперимент. Только не спрашивай меня, что она делает, я не знаю.

Жидкость бурлила и крутилась, ощутимо потянуло дымком. Один раз я разглядел в мечущихся потоках нечто, похожее на хвост. Помпа впрыснула очередную струю красной жидкости. Среди бурых потоков начал проступать непонятный силуэт.

– Ой-ёй! – Юкари указала пальчиком. – А вот это плохо. Что происходит?

Из моторного отделения чана потянулась сизая струйка дыма, вся конструкция затряслась и завибрировала. Зашипела система охлаждения, и на пол полились клубы пара.

– Подозреваю, - задумался я, - что Няша активировала режим перегрева оборудования, видимо, такой режим здесь есть. Оно должно ускорить работу, правда потом ему потребуется серьёзный ремонт, – я положил руку на плечо Юкари. – Но ведь это не наше добро, так что нам пофигу, правда?

– Отпусти меня, Серебряков, – сказала Юкари чужим голосом.

Я обомлел. Юкари повернулась ко мне и я не узнал её. Даже цвет глаз поменялся, с карих юкариных на пронзительно-синие.

– Ты кто? – тихо спросил я.

– Не твоё дело, – отрезала незнакомка. – Не мешай.

– Да я и не собирался…

Та, кто теперь управляла Юкари, подошла к контрольной панели устройства, положила на него обе руки, склонила голову и замерла. Несколько минут ничего не происходило, вдруг жидкость в чане вскипела, и пластик пошёл трещинами. С боку устройства открылась дверца, надулся поддон, и в него, головой вперёд, выскользнула голая Няша, точно такая же, как в виртуале, даже с хвостом, только липким и мокрым. Я подбежал к ней, пощупал пульс. Сердце бьётся, дыхание есть, только без сознания.

– Артур, что со мной? – удивлённо спросила Юкари. – Только что я разговаривала с тобой, как вдруг очутилась здесь. Ой, Наша!

– Тобой управлял кто-то другой, подозреваю, что та самая «богиня». А ещё она велела мне не мешать.

– Ничего не понимаю, – захлопала глазами Юкари.

– Представь себе, я тоже. Слушай, Няшу надо обтереть, что ли. Она вся липкая. Принеси, пожалуйста, вон ту пачку лабораторных халатов.

Я поднял бесчувственное тело и отнёс на стол. Вдвоём мы её кое-как вытерли, и одели в один из халатов, не тащить же новорождённую голышом.

– Отлично, – я взвалил всё ещё не очнувшуюся Няшу на плечо. – Теперь пора делать ноги. Поедем вот на этом робопогрузчике, так мы будем привлекать гораздо меньше внимания.

Н-да, сказанул тоже. Меньше внимания. Двое разыскиваемых личностей с полуголой хвостатой девицей. Впрочем, выбирать особо не приходится.

Я забрался в кресло водителя, Юкари устроилась в соседнем. К нашему счастью ключ-карт для этой штуки не требовалось, всё же не военный мех, так что щёлкнув тумблером я привёл робота в движение. Управление, в принципе, не сложное, обычные рычаги, и я, потоптавшись на месте, повёл робота вперёд. Попетляв среди контейнеров и снеся по дороге очередной чан с недоделанным монстром, мы вышли к двери.

– Вот, блин, дверь-то заперта, – ругнулся я. – Ладно, откроем так, не вылезать же.

С первого пинка дверь прогнулась, со второго в ней образовалась приличных размеров вмятина, а третьим я её вышиб нахрен, и пригнувшись, вышел в наружу.

Там царил полный хаос. Трещал сигнал тревоги, по коридору проскакала стая мелких монстриков, послышался треск очереди, и пол перед входом в лабораторию забрызгало ошмётками. Я потоптался по слабо дёргающимся тушкам, пнул очередную, тварюку, пытавшуюся укусить робота за ногу, и развернувшись, затопал по коридору.

– Ну и устроили же мы переполох! – я почесал в затылке левой рукой, правой держась за рычаг управления. – А вот нефига было выращивать тут монстропитомник. Одно плохо, Няша всё ещё в отключке.

– Да притворяется она! – фыркнула Юкари. – Ты её на плечо как куль взвалил, а сейчас она вон как удобно устроилась, ручками твою шею обняла, головку на плечо склонила, такая несчастная-несчастная. А ну просыпайся, негодница!

– Ну вот, Юкари, ты всё испортила, – зевнула Няша. – А я всё ждала, когда же прекрасный принц пробудит меня поцелуем. Ня?

Няша извернулась и уселась на моих коленях, щекоча щёку своим кошачьим ухом. Я бросил на неё взгляд. Фух, хорошо, глаза нормальные, в нужном месте, в нужном количестве, хоть и зеленущие, но вполне себе человеческие.

– Добро пожаловать в реальный мир, Няша.

– И всё? А комплименты? «Няшенька, ты такая красивая, я так рад тебя наконец-то обнять», ну или что-нибудь в этом духе?

– Няша, радость моя липкая, – сказал я, не отрывая глаз от дороги. – Ты просто прелесть. Тебя отмыть, так ты станешь краше прежнего.

– Вот я не поняла, – вздохнула Няша. – Ты сейчас что сказал, комплимент или гадость?

– Ни то и ни другое. Держись!

На нас пёр брат-близнец той штуки, которую мы уронили в пропасть вместе с мостом. Большой гад, но ничего, с роботом он не справится. Я прибавил газу и поднял левый манипулятор. Тварь зарычала, бросила выламывать дверь, и галопом поскакала на нас. Мы сшиблись, словно фэнтезийные конный рыцарь и монстр, с фатальным последствием для монстра, естественно. Сталь – она крепче хитина, кто бы чего не говорил. Монстряку отбросило к противоположной стороне коридора, и впечатало в стену. Бедолага сполз на пол и больше признаков жизни не подавал.

– Так-то вот! – ухмыльнулся я. – Будет знать, как нападать на простого системного администратора. Наш брат страшен в гневе!

- Кстати, - поинтересовалась Юкари, - а куда мы топаем? Мы уже пропустили поворот на центральную магистраль.

- Ты что, - удивился я, - решила, что мы пойдём непосредственно к реактору? До него несколько часов топать, он же в середине станции. К тому же, там такая охрана, что нам с ней точно не справиться, особенно сейчас, после объявления тревоги. Нет, мы отправляемся в кабинет Мозговского. Если верить ремонтному плану, у него есть доступ непосредственно в сеть управления реактором. Наш дорогой клиент страдает комплексом Самого Большого Начальника, так что захапал себе все полномочия, до которых смог дотянуться. Что ж, тем хуже для него.

- А если он там? – спросила Няша. – В своём кабинете?

- Искренне на это надеюсь, - злобно ухмыльнулся я.

Наш робот вышел на довольно крупную многоярусную площадь с зеленью и фонтаном посередине. По её краям возвышались дорогие жилые отсеки, видимо предназначенные для руководящего состава. Площадь, правда, уже здорово попортили, мраморные скамейки были раскрошены выстрелами из кинетики, в фонтане плавал труп монстра, а в подъезд одного из модулей тянулся кровавый след. Я притормозил у модуля, где жил Мозговский, и спрыгнув на пол, помог спуститься Юкари и Няше. Пискнул электронный замок, подтверждая доступ, и двери раскрылись. Прямо на меня выскочил сам хозяин.

- Что так долго? Шаттл готов…? – выкрикнул он, и увидев меня, приготовился заорать.

Я с размаху дал ему в торец. Клиент издал булькающий звук, и отлетел к дивану.

- Так, говнюк, - я встал над ним в полный рост, – это куда ж ты бежать собрался?

- Не твоё дело, - огрызнулся тот. – Как только я выберусь отсюда, твоя песенка спета. Я уж позабочусь об этом.

- Угу, - кивнул я, дав Няше пистолет. – Няшечка, солнце моё, держи засранца на прицеле, я его паковать буду.

- Что вы себе позволяете! – заверещал работодатель.

– Вот думаю, скормить тебя, что ли, твоим собственным порождениям? Или просто сдать в СИБ? Кстати, мы тут сделали копию твоих работ и засняли очень интересную встречу кое-кого с таргонцами. Знаешь, что за такие шуточки тебе светит?

- Врёшь! – ухмыльнулся Мозговский. – Невозможно скопировать за столь короткое время все эти экзабайты информации.

- Можно, можно, - спокойно произнёс я, связывая руки клиента скотчем. – Мы же профи. Кибермаги. Так что ты там говорил про побег?

- Хрен я тебе чего скажу!

- А хочешь зубы выбью? Или устрою экстренный полевой допрос? Учти, я умею. Для начала можно прижечь твоё мужское достоинство или недостаток, не знаю, что там у тебя. В нём много нервных окончаний, так что будет очень больно.

- Не смей! Я скажу! Меня ждёт челнок, я послал начальника охраны с людьми его подготовить. Но что-то они запаздывают…

- Ясно. Доступ в сеть ангара есть? А, что я спрашиваю. Есть конечно.

Я включил комп и полез шарить по сетке. Ну точно, зарегистрирован вылет шаттла корпорации, а так как станция всё ещё на карантине, система противокосмической обороны разнесла его на куски.

- Сбежали твои друзья, - я повернулся к притихшему Мозговскому. – Точнее, попытались сбежать. Карантин ты объявил?

- Я… - выдавил он. Похоже, он сам всё внезапно понял.

- Идиот. Теперь его изнутри не отключить. Только корабли с опознаванием СИБ или медицинской службы могут беспрепятственно стыковаться с зараженной станцией. Девочки, всё же придётся задействовать вариант с реактором.

- Вы что, хотите его взорвать?! – побледнел Мозговский.

- Ты что, тупой? – поинтересовалась Няша, тыча ему в нос пистолетом.

- А ты кто вообще такая? – не понял Главный Злодей.

- Не твоё дело, - буркнул я, зарывшись в сеть. Девочки, последите за ним. Юкари, если он попытается сбежать, отруби ему ноги. Только, пожалуйста, перетяни чем-нибудь артерии, чтобы он кровью не истёк. Этот тип нужен нам живым.

- Поняла, - кивнула Юкари, распаковывая катану.

Мозговский позеленел. Да, мы такие. Добрые люди.

Я откинулся в кресле и ушёл в слияние. Как обычно, перед глазами замельтешили чёрные символы на зелёном поле, и я оказался в виртуальной комнате управления реактором.

«Добро пожаловать в систему управления реактором «Калкиота Дэнки», господин Мозговский!» – приветствовала меня система.

О, так тут у нас изделие юкариных сородичей? Это хорошо. Прикладные интерфейсы нихонских систем всегда отличались изысканной простотой и минимализмом. Ничего лишнего.

Я огляделся. Комната была оформлена под традиционное нихонское жилище. Циновка на полу, низкий столик, за окном нарисованный сад и неизменная гора вдалеке. Посередине комнаты горит голографический куб экрана с приветствием. Ясненько, вот он, интерфейс. Я запустил в него руку и принялся листать окна инженерного меню. Так, сервисное обслуживание. Хм. Гашение выбранных блоков, плановая замена кварк-глюонных блоков, выглядящих как полупрозрачные пирамидки, тестирование… Не, не то. Мониторинг, перераспределение энергии, временный форсаж. Осадный щит… Опять не здесь. А, вот оно! «Внештатные ситуации». Ага, посмотрим.

Я полистал меню и выбрал пункт «Аварийное отключение при угрозе разрушения структуры станции». Надеюсь, система проверять целостность корпуса не станет. Я ткнул пальцем в кнопку «Запуск».

«Выполнение этой операции произведёт полный останов реактора. Вы уверены?» – спросила система.

«А как же!» – ответил я.

«Процесс запущен», – доложила система и меня отключило.

Я очнулся в том же кресле. Свет погас, и снова включился, но уже на четверть мощности. Мозговский, охраняемый Юкари, так и не сдвинулся с места. Видимо, поверил.

- Что ты сделал? – потребовал ответа он.

- Реактор вырубил, - ответил я, вставая с кресла. – Пошли.

Я поднял его на ноги и пихнул в сторону выхода.

- И не смей бежать, - предупредил я. – Пуля догонит.

- Артур! – Няша запрыгнула на место водителя. – Дай я порулю! Ну пожалуйста!

- Да на здоровье, - пожал плечами я. – Только не увлекайся. Нам надо к докам, поищем, чтобы такое угнать. В крайнем случае, воспользуемся спасательной капсулой.

Няша врубила прожекторы робота и мы рысцой поскакали по транспортной магистрали. Из пересекающейся с нами улицы выскочила стая совсем уж страхолюдных уродцев, и с попискиванием устремилась за нами. Наша дёрнула рычаги, робот отпрыгнул в сторону, пропуская стаю вперёд, и внезапно ускорившись, растоптал пятерых поганцев.

– Ня! Как весело! – нахалка прыгала на водительском сидении, полы халата развевались, обнажив маленькую хвостатую попу.

– Няша, потише, прошу! – бледная Юкари вцепилась в ручку над дверью. – Ты же здесь всё разнесёшь!

– Как же весело в реале! – не обращая внимания на стонущую напарницу веселилась Няша. – Монстров – давить! Получи! Тапком, тапком!

Подхватив на бегу манипулятором извивающуюся нечисть, Наша разорвала его пополам. Во все стороны брызнула белая жидкость.

- Фууу, - простонала Юкари, - меня сейчас стошнит.

- Крепись, - поддержал её я, – если будет совсем невмоготу, сделай это за шиворот Мозговскому.

- Вы мне за всё ответите! – снова начал он, но я показал поганцу кулак, и тот заткнулся.

Мы бодро влетели в доки и остановились у посадочной палубы. В замках электромагнитного захвата висел тот же самый шаттл, на котором мы и прилетели сюда. Я спрыгнул на пол, стащил Мозговского и помог девочкам спуститься. Клиент было дёрнулся сделать рывок к кораблю, но получив пинок покатился кубарем и врезался в железные поручни ограждения. Я ухватил его за рубашку и потащил к зоне посадки.

- Предъявите электронный ключ, - потребовала программа шаттла, когда я нажал кнопку разблокировки захватов в диспетчерском пункте.

Я предъявил.

- Спасибо, - поблагодарил механизм. – Авторизация завершена. Идентифицируйте себя.

Я поднял за волосы упирающегося Мозговского и с силой приложил его морду к сканеру.

- Спасибо, господин управляющий, - отозвалась система. – Доступ подтверждён. Шаттл разблокирован и готов к вылету.

- Я приказываю…! – начал было он, но я был на страже и дал паразиту по зубам.

- Что, простите? – переспросила система.

- Ничего, - ответил я. – Ошибочная команда.

- Принято, - приятным женским голосом ответила система. – Приятного вам полёта.

Мы зашли внутрь шаттла, и я, усевшись на пилотское кресло, отдал команду на взлёт стыковочному компьютеру. Раскрылись двери шлюза, и наш кораблик выстрелил в космос. Заложив вираж, челнок начал удаляться от станции. Как я и предполагал, система обороны вырубилась, и стрелять по нам никто не стал.

– Послушайте, – быстро забормотал Мозговкий. – Мы ведь можем договориться…

– Вот только не надо пошлостей, хорошо? – скривился я. – Ты, поганец, сейчас говоришь как стандартный киношный злодей, а я не люблю банальности. Итак, - я отдал приказ системе навигации, - пункт назначения – Лэйва.

Шаттл начал разворачиваться, но тут, прямо перед нами, в полусотне километров, надулся цветок цино-поля, и из него в космос выскочила целая мини-эскадра: дредноут, с эмблемой СИБ на борту, тот самый, который участвовал в недавней битве с таргонцами, два линкора и четыре крейсера поддержки. Заверещала система управления, корабль попал под воздействие генератора помех гипердрайва.

– Входящее соединение, – Юкари указала пальцем на мигающий сигнал.

Я нажал кнопку, и на экране возник наш старый знакомый, полковник СИБ Строганов Борис Всеволодович.

– Немедленно отмените самоуничтожение реактора! – вместо приветствия взревел он.

– Да я как бы и не делал ничего такого… – опешил я.

– Правда? – осёкся полковник.

– Я что, похож на идиота? – возмутился я. – Борис Всеволодович, вы что думаете, мне простят такое преступление? Это же теракт имперского масштаба!

– Логично, – мрачно согласился полковник. – В таком случае быстро пристыковывайтесь к дредноуту живо ко мне на доп… на беседу. Выполнять!

– Помогите! – очнулся Мозговский. – Меня захватили в плен террористы!

– Заткнись, – отрезал полковник. – Нам тут на тебя интересные данные прислали.

- У нас тоже кое-что есть, - обрадовал его я.

Наш кораблик захватил гравитационный луч, и быстро подтянул к открывшемуся грузовому люку. Челнок втянуло внутрь и мягко опустило на пол палубы. Я подошел к двери, открыл, и тут мне в нос упёрся ствол «Кедра».

– Оружие на пол! – взревел десантник. – Упаковщики под сканнер!

Нас быстро обшарили, изъяли мой АК, пистолет и дробовик, и под конвоем повели внутрь дредноута. Немого попетляв по коридорам корабля, мы остановились перед одной из дверей. Щёлкнул замок, и нас втолкнули внутрь.

– Эй, повежливее! – крикнул я, в закрывающуюся дверь.

– Садитесь.

Я повернулся, и встретился взглядом с полковником.

– Садитесь, – повторил он, указав на кресла. – Ну, рассказывай давай.

Я начал рассказывать. Когда добрался до сцены в лаборатории, полковник поднял руку.

– Запись есть?

– Конечно, – я протянул ему флешку. – Всё, даже кадры с этой странной женщиной, Эргелью.

– Как ты сказал? – резко переспросил полковник.

– Эргель… – недоумённо повторил я.

– Так, – полковник нажал кнопку. – Капитан Веселов, срочно на станцию, есть подтверждение присутствия объекта «Макрель». Доставить живой ли мёртвой. Отряд старшего лейтенанта Локовского отправьте на зачистку от паразитов, это его профиль. Серверы в лаборатории изъять, но «Макрель» – приоритет. Приказ ясен?

– Так точно! – проревело из динамика.

– Что же ты, сукин кот, – полковник повернулся к Мозговскому, – сотрудничаешь с врагом, а?

Мозговский побледнел.

– Вы не имеете права! – прохрипел он. – Как вы со мной разговариваете! Я требую адвоката!

– Адвоката, говоришь? – размеренно произнёс полковник. – Будет тебе адвокат. У нас на Объекте 51 есть спецтюрьма, как раз для таких как ты. Там, если тебе интересно, сидят два террориста–гипо, и им ещё долго сидеть. Всю жизнь. Я тебя, скотину, законопачу к ним. Ведь ты же видел гипо, правда? Естественно видел. В курсе про их любимое извращение? Нет? Это межвидовые связи, и не важно им, какого пола жертва, они сами полутораполые. И будут они тебя адвокатить до тех пор, пока ты нам всё не расскажешь. Ну, – рыкнул Строганов. – Говори, падла!

Мозговский сломался. Опустив глаза он безжизненным тоном начал рассказ про то, как растратил конторские средства, про неудачу в последних проектах, и про то, как через его знакомых на него вышла Эргель.

– Ясно, – вздохнул полковник. – стандартная история. Эти двое зачем тебе понадобились?

- У меня выхода не было, - мрачно изрёк Мозговский. - Надо было срочно что-то придумывать, чтобы оправдаться перед советом директоров. Скоро конец финансового года, подведение итогов, а у меня не то что прибылей нет, одни сплошные убытки. Меня уволят, все мои акции достанутся другому, кого назначат на моё место, а я стану обычным человеком. Я не мог этого допустить! Некоторое время мы держались на таргонских инвестициях, но и они не помогли. Нихоцы, галенты, с их корпорацией «Дюпон» устроили нам… А, чего рассказывать. Так что я разработал историю с нападением хакеров, а на их роль требовался какой-нибудь лох. Эти двое замечательно подходили. У меня уже история была готова, чтобы запудрить мозги директорам. Правду говорят, что СИБ всё видит, - Мозговский вздохнул. - Я и представить себе не мог, что двое этих раздолбаев окажутся агентами-диверсантами. Радуйтесь, развели меня по полной программе.

- Хм, - усмехнулся полковник, - А человекообразные таргонцы тебе зачем?

– Не знаю, честное слово! Видимо, для внедрения, подробностей Эргель не говорила, да я и не спрашивал. Она же платила деньги.

– Ну ты и мразь, – скривился полковник.

– Мы больше года не могли добиться результатов, – вздохнул Мозговский, – и вдруг появляетесь вы. – он кивнул на меня с Няшей. – Я так понимаю, что эта девочка-кошка продукт моей лаборатории? Как вы смогли сделать то, что не смогли сделать мы, высококлассные специалисты?

– Потому что ты лошара, – нежно муркнула Няша, пытаясь вылизать себе плечо.

Я дёрнул её за хвост. Няша мявкнула, подскочила, и с возмущением уставилась на меня.

– Веди себя прилично, – прошипел я.

– Но он же и правда лошара! – возмутилась хвостатая.

– Я не про это! Прекрати вылизываться, ты ведь человек, а не кошатина. Давай завязывай с этими привычками.

Няша захлопала глазами, муркнула и потёрлась о моё плечо.

– Расклад ясен, – полковник нажал на кнопку на своём коммутаторе. – Увести! – он кивнул на Мозговского, когда вошла охрана. – В изолятор. Мы его ещё проработаем с песочком.

– Итак, теперь вы, – произнёс Строганов, когда двери захлопнулись.

– А что мы? – удивился я.

– Что? – прищурился полковник. – Давайте считать. Первое. Кража экспериментального высшего ИИ из пси-массива, – он указал на Няшу. – И не пытайтесь выкручиваться, не поможет. Второе – незаконные эксперименты с клонированием. Ну, тут при наличии толкового адвоката, можно и пободаться. Это не главное. Главное – на закуску. Незаконное присвоение гражданства. Вы ведь понимаете, о чём я, Серебряков Артур Владимирович, или, вернее, Агент 1713-1244 корпорации «Серпентис»? У вас там, насколько я знаю, имена присваивают только особо отличившимся? А остальные ходят с номерами?

Я дёрнулся против своей воли.

– Вижу, это действительно так, – удовлетворённо кивнул полковник. – Ты, любезный, давно уже у нас под колпаком. Ты что думал, всё забылось, да? Пусть даже более ста лет прошло?

– Сто лет? – удивлённо протянула Юкари. – О чём он, Артур?

– Вы можете это доказать? – холодно спросил я.

– Конечно, – полковник откинулся в кресле. – Недавно система ОСИ–УД3468 перешла под контроль Империи. Ты ведь в курсе, о чём я? Флот на это раз сработал очень аккуратно, станция «Серпентисов» досталась нам неповреждённой, со всеми базами данных и архивами. Твой ДНК-код до сих пор там содержится. Тебя, правда, считают погибшим, но ведь всё можно исправить? «Серпентисы» любят дезертиров. Ну и мелочь на сладкое: очная ставка с родственниками настоящего Серебрякова. Хватит? Итак, я слушаю.

– Хорошо, – вздохнул я. – Расскажу. Но хочу попросить об одолжении. Юкари и Няша здесь совершенно не при чём. Вся вина за совершённые деяния только на мне, я глава агентства.

– Какое трогательное самопожертвование, – ехидно прокомментировал полковник. – Колись давай.

– Я родился 157 стандартных лет назад, – начал я. – В системе ОСИ, одном из анклавов «Серпентис» …

– Ты из «Серпов»? – ошеломлённо произнесла Юкари.

– Да, – кивнул я. – Юкари, чтобы там галенты в своих фильмах не изображали, знай, мы – обычные люди. «Серпентис» всего лишь корпорация, мафиозная корпорация, эдакое псевдогосударство. Там много всякого народа, есть и нихонцы, и галенты, и нечеловеческие расы. Это неважно. Если ты приносишь пользу клану, на твоё происхождение не обратят внимания, мы же не «Банда братьев». Это там любых завербованных новичков обирают до нитки, а потом убивают. «Серпентисы», всё же, не такие. У нас даже есть некоторое подобие чести. Итак. Своих родителей я не знаю, «серпентисы» воспитывают детей в закрытых училищах, уже в детском возрасте распределяя будущие профессии. Я стал штурмовиком.

– Хочу сделать отступление, – я посмотрел в глаза Строганову. – Да, я был штурмовиком, но на моих руках нет крови имперцев, нихонцев, кстати, тоже. Я готов подтвердить это на любом детекторе лжи.

– Не отвлекайся, – хмыкнул полковник, – исповедуйся давай.

– Я был хорошим бойцом, – продолжил я. – так что к двадцати восьми годам мне доверили командование штурмовой группой. Задания были несложные, охрана важных персон, зачистка местности от враждебных тварей, внутренние разборки, сопровождение грузов, ну и прочее, прочее. Мой отряд был на хорошем счету, за всю службу у нас не было потерь, только ранения, так что когда пришёл запрос на очередную миссию, отправили нас.

– На четвёртой планете обнаружили артефакты Спящих, – утвердительно произнёс полковник.

– Именно так, – подтвердил я. – Не просто артефакты, а работающий датацентр. Про Спящих известно крайне мало, ну, – я кивнул сибовцу, – разве что ваша служба знает больше. Это мастера виртуальной реальности, цифровых технологий, роботостроения и прочих продуктов высоких технологий. И это всё. Неизвестно даже люди они или нет. Их никто не видел в живую, только их устройства и охранные системы. Однако я могу утверждать, что они всё ещё существуют.

– С чего ты так решил? – прищурился полковник.

– Я имел с ними контакт. Итак, нашу группу направили сопровождать серпентовских научников. Мы, как и полагается, осмотрели здание, и не нашли никаких охранных систем. Вообще. Ни дронов, ни турелей, всё было чисто, так что я дал команду научникам выдвигаться. Умники расчехлили своё оборудование, и начали колдовать. Вот здесь-то я и облажался. Я уселся на куб, торчащий из пола, а после того как яйцеголовые что-то там включили, куб загорелся ярким жёлтым светом. Тут меня словно парализовало. Я не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, даже сказать ничего не мог. Через меня пронёсся как будто бы вихрь, я не могу описать его по-другому. Я стал живой антенной, через мой канал связи наружу уходили петабайты информации, я видел загрузку канала, но вырубить связь был не в состоянии. Учёные задёргались, увидев аномалию, и вот тут-то прямо из воздуха начали вываливаться боевые машины Спящих, странные, угловатые, с острыми краями. Моя команда открыла огонь, но кинетика почти не причиняла им вреда, а они пробивали нашу броню, словно бы её и не было вовсе. Минут через пять все были мертвы, а дроны снова исчезли. Я остался один, а информация всё лилась и лилась через меня. Сколько я там просидел - не знаю, но, видимо, не слишком долго, потому что из штаба так никто и не появился, а ведь они должны были зафиксировать уничтожение группы, у них была телеметрия. Или спящие подменили сигнал? Не знаю. В одном уверен, гипергалактическая сеть и была целью Спящих, мной же воспользовались как передатчиком. Что ты так смотришь Юкари? Пираты тоже имеют доступ к сети.

– В конце концов меня отпустили. Я поискал выживших, но их не было, и тогда я принял решение бежать. Возвращаться было смерти подобно, потеря своего отряда и научной группы – однозначно смерть, причём смерть плохая. Я выкинул все внешние средства связи, боевой скафандр, оружие, забрал корабль научников и рванул в космос, подальше от владений «Серпентис». Мотылялся я примерно неделю, пока не добрался до границы галентского сектора, до системы с низким статусом безопасности. Мне повезло, я нашёл разбитый галентский лайнер. «Ангелы» постарались, расстреляли безоружную посудину, ограбили, а пассажиров увели в рабство. Может амаррам продали, может «Кровососам», слышали, наверное, про эту секту? Еда у меня заканчивалась, так что я пристыковался к разбитому кораблю, и нашёл на нём выжившего.

– Серебрякова, – произнёс полковник.

– Да. Он летел в Галентскую Федерацию, его взяли на работу в один из их научных центров, но тут появились пираты. Не знаю, зачем капитана понесло в эту систему, возможно, на борту был диверсант «Картеля ангелов», который и увёл корабль в нужное место, они любят такое проделывать. В общем, случилось то, что случилось.

Мы заключили с Серебряковым сделку. Я отвезу его туда, куда он хотел попасть, а он меня легализует, заявив галентам, что я его лаборант. Ну да, рисковал, а что было делать? Впрочем, Серебряков слово сдержал. У него-то я и выучился основам информационных технологий, а в одном из экспериментов прорезались мои способности кибермага.Посовещавшись, мы с Серебряковым решили держать этот факт в секрете.

- Почему? – поинтересовался полковник.

- А зачем это было афишировать? С моей помощью серебряковские исследования начали продвигаться семимильными шагами. Я, находясь в киберпространстве сети, ухитрялся найти нужные решения гораздо быстрее чем другие конкурирующие группы. На нас, естественно, писали доносы, но начальству было глубоко наплевать, ведь мы приносили результат. Серебряков начал быстро продвигаться по карьерной лестнице, таща меня за собой. Все результаты приписывались исключительно ему, но меня это устраивало. Я получал неплохой оклад, плюс мои способности кибермага совершенствовались. Меня, можно сказать, интересовал сам процесс творчества.

– Ишь ты, художник, - хохотнул Строганов. - Чем вы там занимались?

– Созданием высшего искусственного интеллекта без привлечения псиоников, но на основе псионических устройств. Это довольно сложно, на морфитовые стержни накладывается матрица пси-поля…

- Оставь подробности, - махнул рукой полковник. – Дальше.

- Первые шесть образцов были дефектные, и только с И7 нам удалось добиться полноценного сознания. Ну а после была катастрофа И8.

– А вот тут поподробнее.

– У нас забрали кристалл с зародышем И8 и отдали конкурирующей группе. Я не знаю, что они там накосячили, но когда И8 проснулась, она была полна ярости. Она взломала программы системы безопасности и устроила бойню, так что мы с Серебряковым поспешили эвакуироваться, но почти у самого выхода нарвались на диких дронов.

– Даже так? – присвистнул Строганов. – Откуда они взялись?

– Конкурентов преследовали неудачи, и эти идиоты скрести ИИ матки диких дронов с нашей И8, в результате получив монстра. Была битва, нам удалось прорваться, но Серебряков был смертельно ранен. Тогда я, при помощи И7, скопировал его цифровой сертификат себе и стал Артуром Серебряковым. Честно признаюсь, я не в курсе, как это было сделано.

– Где теперь И7?

– Я выпустил её в сеть, и где она сейчас, понятия не имею.

– Выпустил высший ИИ в сеть? – выпучился полковник. – Как это возможно? Это же не программа.

– А хрен его знает, – пожал плечами я. – Она попросила, я сделал. Всего-то подключить кристалл к сети через переходник.

– После пахнущих файлов я ничему уже не удивляюсь, – буркнул полковник.

– Ну а дальше, – продолжил я, – я затаился. Прибыл в Империю, жил на окраинных планетах, работал себе. Пару раз, правда, пришлось удалить данные о старом Серебрякове из баз данных некоторых компаний. Юкари, мы с тобой как раз после такой вылазки и познакомились. Вот, собственно и всё. Что, велика моя вина, товарищ полковник?

– Ну как, – пожал плечами Борис Всеволодович. – В принципе, на тридцатник каторги потянет.

– Ясно, – вздохнул я.

– Однако, – продолжил мучитель. – Всё это можно отложить…

– Вербуете, значит?

– Вербую? – удивился полковник. – По-моему я уже это сделал. Нет, у тебя есть возможность отказаться, конечно. У нас есть правило, согласно которому всё должно делаться добровольно.

– Ага, – кивнул я. – Как в том анекдоте про кошку и горчицу. «Добровольно и с песнями».

– Рад, что ты понял суть, – усмехнулся полковник. – Итак?

– Естественно, согласен. Дадите Няше гражданство?

– Надо подумать. Вы, я вижу, вполне себе эффективная команда, так что, думаю, это странное существо мы легализуем.

– Я не существо! – возмутилась Няша. – Я Няша!

– Другой вопрос, – игнорируя кошачий вопль продолжил полковник. – В каком статусе её оформить?

– Как его невесту, – мурлыкнула Няша, прижимаясь к моей руке.

– Невесту? – захохотал полковник. – А это мысль!

– Няша, негодница! – возмутилась Юкари. – Артур мой! Я его первая нашла!

– Нет мой!

– А я говорю, мой! – Юкари потянула меня за правую руку.

– Ня! – возмутилась Няша, и потянула за левую.

– Немедленно прекратить! – взревел полковник. – Вы мне тут ещё бардак устройте! По прибытии на базу СИБ отправитесь в карантин. Её, – полковник указал пальцем на притихшую Няшу, – прежде чем выпустить в люди необходимо подвергнуть медобследованиям. «К тому же, – уже тише сказал он, — тебе ведь понадобятся киберулучшения». Да не дёргайся, я же обещал, что легализую. Вы – полезный инструмент, а ломать ценное орудие я не собираюсь.

– Скажите, – спросил я, – а как вы узнали, что мы собираемся улетать? Вы за нами каким–то образом следили?

– Естественно, – пожал плечами полковник. – Пси-кристалл. В нём был выращен передающий контур. Мощность его, правда, не велика, так что мы получали не всю информацию, но её хватало, чтобы проследить за вами.

– Карпачёв, зараза, на вас работает?

– Нет. Мы использовали его втёмную. Мы продали ему кристалл, а наш робот вручил вам на платформе рекламку. Так что всё было под контролем.

Что-то полковник мне врёт. В пси-кристалле нельзя вырастить передающий контур. Сколько я этих штук в своё время видел, не сосчитать. Впрочем, говорить я ничего не буду. Пусть считает, что я купился.

Приземлились мы на Лэйве, на одном из искусственных островов, отведённом под базу СИБ. Под конвоем нас доставили в комнату, надо сказать совсем не напоминающую камеру. Девушки, бросив всё, рванули в ванную, а я, осмотревшись, отправился на кухню. Хотелось выпить. Обшарив всё вокруг на предмет алкоголя, я, увы, ничего не нашёл. Ну да ничего. У меня заначка есть.

Из ванной донёсся дикий визг и плеск воды. Я открыл дверь и заглянул внутрь.

- Что за шум?

– Няша, негодница, прекрати хватать меня здесь! – пищала Юкари.

– Как ты посмела отрастить такую молочную ферму! – негодовала Няша. – У меня гораздо меньше!

Я закатил глаза. Блин, как в гаремном анимэ. Штамп на штампе.

– Артур, – строго произнесла Няша, – скажи, ведь моя грудь хоть и меньше, но гораздо красивее. Правда?

– Неужели ты это скажешь, Артур? – возмутилась Юкари.

Я задумчиво посмотрел на обеих.

– Это сложный вопрос, – наконец произнёс я, – тут с маху не решишь. Нужно провести всеобъемлющее исследование, пальпацию, и прочее, прочее…

- Тогда полезай к нам, - предложила Няша.

- А это мысль, - согласился я.

СИБ наверняка подсматривает. Ну и пусть подсматривают, извращенцы.

Глава 3. Председатель Мяу

Помариновали нас, конечно, в исследовательском центре СИБ, но, в конце концов, отпустили, как и обещали, даже вернули конфискованное оружие. Няше дали персональный сертификат и имперское гражданство, присвоив имя Наташа Яшина, Няшина, то есть, если сложить эти два слова вместе. Шутники хреновы. Впрочем, Няша категорически отказывалась называться этим именем, предпочитая оставаться Няшей. Очень быстро жизнь вернулась в привычное русло.

В этот четверг я умудрился встать раньше всех. Меня разбудил слёзный звонок из соседней бухгалтерской фирмы, всё как обычно, ничего не работает, не знаем, что делать. Я зевнул и выполз из постели, стараясь не разбудить девушек.

Контора называлась незамысловато – «Учёт», и состояла, в основном, из десяти стандартных толстых бухгалтерш. Я сначала решил, что передо мной клоны, но приглядевшись, убедился, что всё же обычные люди. Это как же надо постараться, чтобы так разъесть пузо и задницу? Особенно, в наш век продвинутых биотехнологий? Или они это нарочно делают?

Ситуация оказалась банальнейшей. Одна из тёток принесла «объёмного милого котика» на рабочий стол, которого скачала откуда-то из гигаса. «Котик», после запуска, первым делом нагадил в системную папку, из которой сразу же попёрли вирусы, наглухо зашифровав всю информацию в местной сети. Антивирус же начальник конторы, единственный мужик и локальный альфа-самец в этом курятнике, приобретать не стал «из экономии». Ну вот, доэкономился.

Подлый вирус, вдоволь поизгалявшись над бухгалтерскими базами данных, выкатил наглое требование перечислить двести кредов на такой-то счёт, вот тогда, мол, он расшифрует всё назад и самоудалится. И знаете что? Этот чудак деньги перечислил. Вирус пришёл в экстаз, и затребовал уже две тысячи. Наконец поняв, что дело тут нечисто, умник принял единственное правильное решение – вызвал меня, и пока я до них добирался, бегал кругами, заламывал руки, в общем, предавался панике. Так что, когда я прибыл, контора была уже в состоянии истерики.

Я оглядел всё это безобразие и вяло поинтересовался наличием архивных копий, на что получил ответ в виде квадратных глаз и встречного вопроса: «А что это такое?». Ну да, иного и не ожидал. Я прогулялся между рабочими станциями, посидел то тут, то там, и наконец заявил со скорбным лицом, что дело серьёзное.

– Сколько угодно заплачу, молодой человек! – взвыл неудачник. – Информация за десять лет! Только верните!

– Можно попробовать, – согласился я. – Сорок тысяч.

– Сколько?! – выпучился несчастный. – За попробовать?

А ты думал, я за сто кредов работаю?

– Заключим доверительный договор, – пожал плечами я. – Вот мои реквизиты, банк Заонце. Перечисляете сумму, и пока не будет подтверждения о выполнении договора, денег я не получу… Впрочем, чего это я, вы не хуже меня знаете, что такое «доверительный договор».

Начальник покряхтел, попробовал поторговаться, но я был незыблем как скала. Увеличить можно, но меньше ни-ни. Мужик вздохнул ещё раз, оглядел свой притихший курятник, и хмуро объявил, что премии в этом месяце не будет. Вся премия ушла на зарплату компьютерщику. На меня поглядели как на мировое зло, но я только хмыкнул. Ну, раз деньги капнули, можно начинать.

Для начала я прошёлся по базам утилитами–дешифраторами. Толку с них, скорее всего не будет, но попробовать стоило. Так и вышло, вирус явно писали профессионалы. Покопавшись так и сяк, я, наконец, сдался, и подключился к сети напрямую через нейроинтерфейс.

Интересно, почему зараженное киберпространство всегда окрашено в зелёный цвет? Или это я его так воспринимаю? Всё исказилось словно в кривом зеркале. Реестр системы вроде цел, но на пользовательские данные просто страшно смотреть. И где же тела нашего вируса? Ага, вот они плавают, подлые мохнатые шарики. Я изловил один такой, проплывавший мимо, и поганец задёргался в моей руке. Внедриться хочешь? Нет, ничего у тебя не получится. Я ухмыльнулся и проткнул шарик пальцем.

Итак что тут у нас? Вирус распался на мерцающие квадратики, подпрограммы и библиотеки. Я растащил их пальцами в разные стороны и принялся разглядывать. Нет, это точно не то, а вот это довольно похоже на правду. Я выдернул квадратик, поднёс к носу и понюхал. Пахло странно. Да, похоже это именно оно и есть, блок шифрования. А раз так, значит сделаем из него дешифратор.

Я просто вывернул квадратик наизнанку, подкинул в воздух, и тот разлетелся по сети тысячами копий, внедряясь в тела вирусов. Вирусы задёргались, пожелтели, а пользовательские данные начали принимать нормальный вид, так что минут через десять всё вернулось в норму. Я осмотрел сеть и с чувством глубокого удовлетворения отключился.

– Ну что, проверяйте, – заявил я, откинувшись в кресле, и вся контора бросилась к компам, рыться в своей бесценной информации.

– Работает! – наконец выдохнул начальник, не веря своему счастью. – Всё на месте!

– Пальчиком здесь проведите, – я протянул ему планшет.

Дядька ткнул пальцем в положенное место, и деньги окончательно капнули на мой счёт.

Я подумал и выписал им счёт на антивирус. Оплатят – хорошо, мне дилерский гонорар упадёт, не оплатят – снова меня вызовут.

– Если что, звоните, – уже на пороге сказал я. – Вот вам скидочная карточка на десять процентов.

Думаю, ещё позвонят.

Домой я решил добраться пешком, благо было недалеко, да и погода хорошая. Эх, свалить бы сейчас в отпуск! Я тщательно обдумал эту идею, и со вздохом отмёл. Нет, рано ещё. Надо закрепиться здесь, сделать себе имя, найти клиентуру… И тогда в отпуск идти некогда будет. Вот же ж!

Когда мы переехали в нашу новую квартиру, я с удивлением заметил в подъезде такой анахронизм как почтовый ящик. Нет, я могу понять, на отсталых планетах или новых колониях такие штуки есть, но тут, на Лэйве, столице сектора! Обычно, я не обращаю на него внимания, но сейчас из нашего ящика торчал краешек цветной бумаги. Я открыл крышку и выудил наружу рекламный проспект.

О, Вечер! Лучший курорт в Империи. Или один из лучших. Технологический заповедник, где всё стилизовано под четвёртый-пятый технологический уровень. Там даже есть дороги и колёсные автомобили на бензиновых двигателях. И паровозы с парусниками. Красота! Я повертел в руках рекламку. На бумаге напечатано, всё в лучших традициях четвёртого техноуровня. А может и вправду сгонять туда на недельку? Курорт не из дешёвых, но мы, в принципе, можем себе это позволить. Надо будет обдумать эту идею.

Только я вошёл в квартиру и снял обувь, как из кухни кубарем выкатилась Няша в одной ночнушке и с шоколадной печенькой в зубах. Шустро загребая всеми четырьмя конечностями она скрылась в соседней комнате и только кончик хвоста мелькнул перед моим носом. За ней выскочила Юкари в фартуке на голое тело, и шурша полиэтиленовым пакетом устремилась следом за хвостатой бестией. Из комнаты раздалось возмущённое «ня!», из дверей стрелой вылетела Няша, и перепрыгнув через диван, повисла на моей спине.

– Артур, спасай, – прошептала она, обдав меня шоколадным духом, – Юкари шуршит на меня пакетом!

– Что здесь происходит?! – стараясь выглядеть грозно спросил я.

– Ага, вот ты где! – из комнаты выскочила Юкари, грозя пакетом. – Спряталась, нахалка мелкая!

– Это что за балаган? – поинтересовался я.

– А то, – Юкари упёрла руки в боки, – эта мелочь продрыхла до обеда, вон Артур уже на работу сходил, а ты только встала! Кстати, сколько удалось выручить?

– Сорок штук. Но ты отклонилась от темы.

– Ого! – удивилась Юкари. – Я всегда знала, что ты нечто. В общем, готовлю я обед, вдруг вижу как из-под стола высовывается нахальная лапа, хватает печеньку и удирает. Дальше ты видел.

– А тебе печенья жалко, да? – Няша из-за моего плеча показала Юкари язык, чёрный от шоколада.

– Не жалко, но надо сначала нормально поесть.

– А что у нас с едой? – спросил я.

– Рыба жареная и мисо-супчик.

– Рыбка! – Няша навострила уши. – Сестрица, а что ты раньше не сказала-то?

– А ты и не спрашивала. Но ещё не готово, полчасика надо подождать.

– Ну раз полчасика, – я притянул Юкари к себе и поцеловал, – значит их можно потратить с пользой.

– Я не против, – улыбнулась подруга.

– Ох какие шуры-муры, – ехидно прокомментировала из-за плеча моя вторая подруга. – Но раз так, Няша тоже постарается!

И только мы устроились в спальне, как раздался звонок экстренного вызова.

– О, – навострила уши моя хвостатая секретарша, – звонок от нашего хорошего знакомого из СИБ.

– А подождать не может? – кисло спросил я.

– Нет, – покачала головой Няша, – идёт автоответ. Соединение через три, две, одну…

– Ой, – пискнула Юкари, и натянула одеяло под подбородок.

Прямо над нашей кроватью возник прямоугольник голографического экрана, на котором я узрел знакомое лицо моего… хм… куратора… Строганова Бориса Всеволодовича.

– Итак, агент, – начал он, ткнув в экран сигарой – у меня для тебя есть срочное задание. Возражения не принимаются. Все дела отложить!

– Здравствуйте Борис Всеволодович, – вежливо поздоровался я.

– И тебе не хворать, – буркнул тот.

– Вообще–то, – аккуратно продолжил я, – мы только–только начали обживаться и набирать клиентуру. Срываться сейчас в другое место будет фатально для бизнеса…

– Затраты вам компенсируют, – буркнул полковник, – не сомневайтесь. СИБ хорошо платит за хорошую работу.

– Сколько? – тут же подскочила Юкари, сверкнув голой грудью.

– А вы тут чем занимаетесь? – округлил глаза сибовец.

– Ещё ничем, – ответил я, – но собирались.

– Вы что себе позволяете во время официальных сеансов связи?!

– Вообще–то это вы к нам позвонили, – удивился я, – да ещё и с автоответом.

– Дядька полковник такой невежливый, – совершенно голая Няша уселась поверх одеяла.

– Ты что творишь? – зашипел я.

– А что? – удивилась нахалка. – Я всё же частично кошка, мне можно.

И совершенно нагло почесала ногой за ухом. Полковник пошёл красными пятнами.

– Кыхым–кхым!!! – прорычал он.

– Няша, прикройся! – сделал страшные глаза я.

– Ладно уж, – вздохнула та и нырнула под одеяло.

– Итак, – я постарался принять деловой вид, хотя в постели это сделать довольно трудно, – в чём заключается наша миссия? Ай! Няшка, нахалка, прекрати это делать немедленно!

– Я ещё ничего не успела, – раздалось из–под одеяла, – но сейчас начну.

– Дальнейшие инструкции вышлют вам по электронной почте! – взревел красный как рак полковник. – Исполнять немедленно!

И отключился.

– Кажется, – почесал в затылке я, – мы снова произвели не лучшее впечатление.

– События повторяются, – отрешённо произнесла Юкари. – Это уже с ним происходило.

– Какие события? – не понял я.

– Ты о чём, Артур? – Юкари подняла на меня удивлённые глаза.

Так–так. Это сказала чужая личность в теле Юкари? И что бы это значило?

– Ну ты и зануда, Артур, – из–под одеяла показалась голова с кошачьими ушами, – думать о работе, когда рядом с тобой две очаровательные девушки! Хватай его, сестрица!

Обед успел остыть, и нам пришлось разогревать его снова.

Пить чай я уселся уже у компьютера. Итак, что там нам подготовил наш шеф? Ого!

– Девчонки! – крикнул я на кухню. – Собирайтесь, мы едем на Вечер.

Правду, видать пишут в гигасе. Мысль может материализоваться.

Из кухни раздался восторженный визг. Дела забыты моментально, обе влетели в спальню, и из шкафов тут же были вытащены тонны шмотья, платья, купальники, полотенца и прочая дребедень, всё это разбиралось, примеривалось и перекладывалось. Я успел заказать билеты на экспресс и попить кофе, а процесс сборки так ещё и не завершился. Я подождал ещё час, и видя, что это безобразие грозит затянуться навечно, наконец рявкнул. Обе девушки криво на меня покосились, но моментально собрались.

– У нас корабль через час, а вы копаетесь, – упрекнул я.

– Артур, – укоризненно заявила Юкари, – это же лучший курорт в галактике, я не могу появиться на нём растрёпой. Это всё очень серьёзно.

– Ну так положи вещи в упаковщик, – недоумённо ответил я, – и дело с концом. Да хоть весь шкаф туда упихай, в чём проблема то?

– В упаковщике платья могут помяться, – Юкари посмотрела на меня как на дурака.

– Впервые слышу, чтобы в упаковщике что–то помялось, – удивился я.

– Они там могут помяться, и я не хочу рисковать, – Юкари сделала ударение на слове «могут».

Я сдался. Спорить с женской логикой бесполезно.

– Делайте что хотите, – махнул рукой я, – но через пятнадцать минут нам надо выходить.

В результате на свет был извлечён большой летающий чемодан, в который и сложилась вся одежда. Чемодан взмыл в воздух, и на него моментально взгромоздилась Няша. Так мы и добирались до космопорта, я, Юкари рядом, и чуть позади летучая девушка-кошка с чуть подрагивающим от предвкушения поездки хвостом. Небольшая заминка возникла на предполётном контроле, персонал просто не смог её идентифицировать, к ужасному няшиному раздражению. Наконец, после нескольких минут препирательств и обновления баз данных, няшин сертификат был успешно опознан, статус совершеннолетней гражданки империи подтверждён, и нас запустили на борт.

– Это всё потому, что ты мелкая коротышка, – назидательно произнесла Юкари.

Няша надулась и дёрнула хвостом.

Запихав летучий чемодан в боковую багажную нишу, мы разместились на диванчике прямо перед фальшь-иллюминатором.

– Скоро взлёт, – задумчиво произнесла Юкари, глядя в экран иллюминатора.

– Это значит, что надо что-нибудь съесть, – приободрилась Няша. – Сейчас закажу пироженок… – и она потянулась к планшету самообслуживания.

– Погоди, – я накрыл её руку своей и в который раз подивился, до чего же тонкие у неё пальцы, – сначала вводная.

– Опять работа, – вздохнула хвостатая.

– Слушай, что Артур говорит, – поддержала меня Юкари.

– Итак, – начал я, – для начала нам всем необходимо усвоить, мы едем на Вечер не отдыхать, а работать.

– И что, – приуныла Няша, – и на пляж не сходим?

– Сходим, конечно, – я похлопал её по руке, – и погуляем, но работа на первом месте. А работа предстоит серьёзная. Некоторое время назад на Вечере был совершён теракт…

– Помню, – кивнула Юкари, – в новостях было.

– Подверглось нападению здание СИБ, – продолжил я, – были жертвы среди сотрудников. СИБ такие вещи в принципе не прощает, так что они перерыли весь Вечер, нашли гнездо таргонцев, но теракт устроили не они.

– СИБ не нашли террористов? – удивилась Няша. – А так, что, бывает?

– Как видишь, – кивнул я, – СИБ, всё же, не всесильны. Но таргонское гнездо – это ещё не самое странное. Странно то, что удалось разрушить штаб-квартиру Службы. В здании СИБ есть масса защитных механизмов и все они не сработали. Более того, в этот же день Вечер был полностью отрезан от линий коммуникации. Были взломаны все маршрутизаторы основных и резервных каналов связи, что считается невозможным в принципе. И самое интересное, никто не смог понять как это произошло. Вот тут–то я сразу вспомнил…

– Того сибовского дроида? – перебила меня Юкари. – Который охранял контейнер с Няшей?

– Молодец, Юкари, – похвалил я, – ты всё правильно подметила.

Юкари заулыбалась.

– В общем, спецы СИБ сели в лужу, – корабль слегка дёрнулся, мы оторвались от причала, – и было принято решение нанять нас. Видимо, как совсем уж крайнее средство. Так что мы не должны ударить лицом в грязь, покажем, что Агентство «Нэкогами» это самые крутые и серьёзные профессионалы.

В дверь постучали, и в открывшемся проёме показалась робот–официант.

– Ваш заказ, – произнесла она, – пирожные, фрукты и чай. Приятного аппетита.

– Но я не… – начал я, глядя на удаляющуюся спину робота, и тут увидел ехидную няшину физиономию. – Твоя работа, что ли?

– Ага, – кивнула она, и покрутила в руках квадратик внешнего модуля беспроводной связи. – Раз ты не даёшь мне воспользоваться планшетом, пришлось взломать сеть. Пароли у них – фу. Подобрала по словарю.

– Няша, – торжественно объявил я и поцеловал её в щёку, – я тобой горжусь. Мои уроки пошли впрок.

– Няша крута! – подбоченилась хвостатая.

– Только, пожалуйста, поаккуратнее с этим на Вечере, – предупредил я. – Нам всем выдадут временные допуски внештатных сотрудников СИБ, но это не значит, что мы имеем право нарушать закон.

– Ладно тебе, – отмахнулась мелкая внештатная сотрудница, – хватит уже о работе, давайте чай пить. Скоро уже гиперпереход, а мы даже не начали.

На этот раз у меня возражений не нашлось.

– Вот этот персик, – Няша взяла в руки фрукт, – он так похож на попу Юкари. Такой же маленький, плотный…

– Спасибо, – довольно заулыбалась Юкари.

– И такой же волосатый! – безжалостно закончила нахалка.

– Ах ты хвостатое отродье! – взвилась Юкари. – Вот я тебя тапком!

Похоже, это месть за «мелкую коротышку». Скучать эти три дня, думаю, не придётся.

Корабль вошёл в гиперпространство.

В пространство Вечера мы вышли ровно в четыре пополудни по корабельному времени. Весь обзорный экран в каюте занимал Алмаз–главный, и Няша просто не могла оторвать от него глаз.

– Какой большой сверкающий камень! – заявила ошарашенная Няша. – Няша хочет его украсть и забрать домой!

– Станции–самоцветы – это одно из галактических чудес, – порадовал её я. – Там ещё и другие есть. С поверхности планеты они смотрятся гораздо интереснее. Девочки, готовимся, скоро прибудем.

– Мы сядем на эту сверкашку? – порадовалась Няша.

– Нет, – покачал головой я, – рейсовые космолёты совершают посадку на космодроме в Приморске. К самоцветам стыкуются лишь частные корабли и круизные лайнеры.

– Жалко, – вздохнула Юкари, – я слышала, там есть планетарный лифт. Вот бы на нём прокатиться!

– Девочки, – я обломал их страстные мечты, – вы забыли? Мы сюда не на курорт приехали, а работать. Блин, мне приходится повторять это каждые полчаса.

– Артур – зануда, – фыркнула Няша, и отвернулась.

Корабль вошёл в атмосферу, сверкая атмосферным щитом, и вскоре мы приземлились на космодроме.

«Товарищи пассажиры, – донеслось из динамика корабельной связи, – мы прибыли в порт назначения. Температура за бортом тридцать два градуса. Благодарим вас за выбор нашей компании. Приятного вам отдыха!»

И вот, мы трое, вместе с летучим чемоданом и восседающей на нём Няшей, приблизились к стойке входного контроля.

– Здравствуйте, – поздоровалась девушка–андроид, – добро пожаловать на Вечер. Будьте добры, приложите ладони к сканеру. Спасибо. Цель поездки?

Я молча продемонстрировал удостоверение СИБ.

– Ясно, – невозмутимо кивнула девушка. – Я даже не буду задавать вопросов по поводу ушей и хвоста вашей спутницы.

– Няша полноценная гражданка Империи! – фыркнула Няша и отвернулась.

Пройдя сквозь здание вокзала, мы вышли на широкую площадь с рядом остановок.

– Так, – задумался я. – Нам надо попасть на улицу Лазурную, дом 19. Взять такси? Или на автобус?

– Хочу автобус! – потребовала Няша. – А что это за штука?

– Колёсный наземный транспорт, – не вдаваясь в подробности, ответил я, листая светящееся перед глазами расписание. – О, вот это нам подойдёт! Бегом!

Автобус вызвал у хвостатой неподдельный восторг.

– Артур, смотри, – теребила меня она, подскакивая в кресле. – Он едет! На колёсах! А сиденья такие мягкие! И так хорошо прыгать!

Автобус подскочил на лежачем полицейском, и Нашу, застигнутую врасплох, подбросило вверх. Она уцепилась за поручень под потолком и зажмурившись пропищала:

– Артур, сними меня, я боюсь высоты!

Я вздохнул, встал, взял её подмышки и посадил назад на кресло. Народ в автобусе весело наблюдал за происходящим.

– Няша, – строго произнёс я, – ты ведёшь себя как ребёнок. Хуже того, ты ведёшь себя как ребёнок–провинциалка.

– А что ты хочешь, Артур? – ответила она. – Я ведь всё это время торчала в кристалле, и только сейчас вырвалась в реальный мир. Здесь всё так интересно!

Да, пожалуй, я с ней слишком строг.

– Юкари, смотри! – Няша прилипла к окну. – Там такая штука едет и дымит!

– И правда, – Юкари присоединилась к Няше. – Артур, там самый настоящий паровоз!

По эстакаде над городом ехала здоровенная машина, дымя трубой. За паровозом тянулось с десяток зелёных вагончиков. Паровоз свистнул, выпустил клуб пара, и скрылся в туннеле.

– Артур, – требовательно произнесла Няша, – я хочу на нём покататься.

– А вот это совсем не факт, – обломал её я.

– Да–да, – няшины уши поникли. – Работа, я помню.

– Всё не так уж и плохо, – приободрил её я. – Это совсем не значит, что мы не сможем порезвиться на пляже.

– Пляж, ура! – уши нашей мелкой подруги снова встали торчком. – Но у меня только один купальник, да и тот закрытый…

– Значит, мы пойдём и купим тебе новый, – тут же заявила Юкари.

Ведомственная гостиница СИБ на улице Лазурной была обычным двенадцатиэтажным зданием безо всяких изысков. Я поднялся по ступенькам, и двери разъехались передо мной. Покрутив головой я нашёл стойку регистрации и решительно направился к ней.

– Здравствуйте, – за стойкой восседала девушка в форме СИБ и погонами сержанта. – Вы находитесь во временной штаб–квартире Службы Имперской Безопасности. У вас есть информация о правонарушении?

– Нет-нет, – помотал головой я. – Мы – Агентство «Нэкогами», вам должны были сообщить о нашем приезде.

– Приложите руки к сканеру, пожалуйста. Большое спасибо. Да, для вас подготовлен номер на девятом этаже. Вот ключ-карта. Воспользуйтесь лифтом номер три.

Я поблагодарил сержантшу, забрал ключ, снял Няшу с чемодана, и мы, вызвав лифт, поднялись на нужный этаж.

– Интересно, – произнёс я, обозревая комнату, – чисто, но очень аскетично. И кровати в разных углах.

– Я хочу спать с Артуром! – заявила Няша. – Юкари придётся пододвинуться. Пусть спит отдельно.

– Ещё чего! – возмутилась Юкари. – Сама будешь спать на коврике у двери, кошка–воровка.

– Девчонки, не спорьте, – решительно прервал их я. – Сдвинем кровати вместе, делов–то. Всё, приступаем к работе. Распаковываем вещи и идём совершать разведку на местности.

– Я уже нашла, где можно разведать что-нибудь интересное. Торговый центр «Паруса», – улыбнулась Юкари. – Идём, просто оставим наш чемодан здесь.

Мы поставили чемодан в угол и спустились вниз.

– Уже уходите? – удивилась сержант за стойкой. – Я думала, что вы сейчас полезете в гигас, затребуете логи устройств, или что там ещё нужно специалистам по информационной безопасности.

Похоже, она в курсе, зачем нас сюда вызвали.

– Видите ли, – я подошёл к стойке, – нет смысла копаться в логах, их ваши системные администраторы уже, наверное, знают наизусть. Я знаю, что у ваших спецов высочайший уровень квалификации, и раз они не смогли найти ответ, нет смысла повторять их действия. Нет. Мы будем действовать совсем по-другому. Я – один из тех, кого называют «кибермагами». Для начала мне надо уловить общий дух, так сказать, нащупать ниточку, иной раз самую невероятную. В прошлый раз дело удалось распутать при помощи вакбургеров.

– Вакбургеров?! – округлила глаза дежурная. – Дело о кибербезопасности?

– Простите, но подробностей не будет, – напустив на себя таинственный вид, произнёс я. – Секретность, сами понимаете. Так что мы пойдём искать озарение.

И не соврал, кстати, ни разу. Сержантша озадаченно глядела нам в след, явно не веря. Ну и ладно, это её проблемы.

– Опять на автобус? – подпрыгнула на месте Няша.

– Нет, лучше на такси, – покачал головой я. – А то опять придётся снимать тебя откуда-нибудь.

Я послал сигнал запроса, и тут же со стоянки подрулил жёлтый автомобиль с чёрными шашечками.

– Куда едем, шеф? – из окна высунулся робот–водитель.

– Торговый комплекс «Паруса», – ответил я.

– Залазьте, – махнул манипулятором робот, и двери машины распахнулись. Мы загрузились, и автомобиль рванул с места.

– Первый раз на Вечере? – поинтересовался робот.

– Да, - кивнул я, - как-то так вышло, что я ни разу сюда не выбирался.

– Бывает, – кивнул робот. – Зато теперь получите массу впечатлений. Море, солнце, красивые закаты, когда проходят Самоцветы. Я сам без гидроизоляции, так что море мне противопоказано, но вы, люди, его очень любите. Кстати, – совершенно ни к селу, ни к городу предложил робот, – водка нужна?

– Водка? – не понял я. – В смысле?

– В прямом, – ответил таксист, лавируя между машинами, – после десяти вечера алкоголем торговать запрещено, так что советую закупаться заранее.

– Да я как–то не особо пьющий, – озадаченно произнёс я.

– А я вот наоборот, – поделился робот, – после работы не прочь пропустить стаканчик тёплого масла, знаете ли. Или присадочки грамм пятьдесят. Сидишь на балконе, смотришь на закат, потягиваешь масло с углеродными микрогранулами, и хорошо так становится… Расслабляет.

Пока мы ехали, робот трепался о вкусах машинных масел, минеральных добавках, коктейлях на основе бензина и керосина, у меня аж голова кругом пошла. Вот уж не думал, что роботы такие пропойцы.

– Приехали шеф, – заявил робот, когда мы подрулили к огромному торговому комплексу. – С вас пять кредов девяносто копеек.

Я подтвердил чек, и нажал кнопку «на чай» на сенсорном экране пассажирского места.

– Вот, – сказал я, – выпей сегодня за наше здоровье.

– Ай спасибо шеф! – просиял робот и изобразил улыбку на своём пластиковом лице. – Обязательно.

– Так, – Юкари огляделась по сторонам, когда мы вошли в центральный холл торгового центра. – Няша, за мной. Я загрузила карту комплекса и нашла перспективные магазины. Артур…

– Не пойду, – отозвался я, – я в женских шмотках не специалист.

– Ну как знаешь, – пожала плечами Юкари, – Няша, вперёд!

На секунду на меня накатило чувство дежа-вю, словно и вправду я здесь уже был, и этот разговор тоже когда-то состоялся. Я покрутил головой, и наваждение исчезло.

Бред какой–то. Ладно, с кем не бывает. Я побрёл наугад в дебри магазина, разглядывая витрины. Остановился перед отделом компьютерной техники. Поглядел на железо, полюбовался на рекламу новой онлайн–игры в виртуальной реальности «Последняя сказка – 14», зевнул, и потопал, куда глаза глядят.

Поднялся выше, побродил, спустился вниз снова и упёрся взглядом в деревянную дверь с надписью «Тёмный штурвал». Кажется, меня вынесло к бару. Вот и славно, будем считать это намёком свыше. Я решительно толкнул двери и вошёл внутрь.

– Добро пожаловать в «Тёмный штурвал», – приветствовал меня бармен, – лучший бар для пилотов, не побоюсь этого слова. Мы чтим традиции, всем капитанам, кто достиг ранг «Элита», выпивка бесплатная.

Я огляделся. Да, и правда, всё здесь было стилизовано под космическую тематику. Вон тот стол вообще собрали из двух стабилизирующих стержней гипердвигателя, естественно, без начинки. А другой сделан из старой солнечной панели. Довольно стильно.

– Вообще–то я ни разу не пилот, – сказал я, усаживаясь на высокую одноногую табуретку у барной стойки. – Я компьютерщик.

Ненавижу это дурацкое слово, но на «системного администратора» или «кибермага» люди иной раз реагируют странно.

– Да не страшно, – отмахнулся бармен, – мы здесь рады всем хорошим людям. Ну, и другим расам, естественно. Что пить будем?

– Двойной мохито, – попросил я.

Бармен кивнул и принялся смешивать ингредиенты.

– Что необычного произошло в последнее время? – поинтересовался я.

– Необычного? – хмыкнул бармен. – Это Вечер, уважаемый, здесь всё необычное. На необычное никто даже внимания не обратит. Чтобы народ проникся должно случиться что-нибудь из рук вон выходящее. Совсем.

– О, – удивился я, – вот как.

– Ага, – кивнул бармен. – Вы недавно прибыли? Значит не слышали, наверное, про блокаду Вечера.

– Блокаду?

– Вот это и есть то самое «из рук вон». Недавно случился теракт, взорвали штаб-квартиру СИБ, а потом всю планету внезапно отрезало от внешнего мира, на сутки примерно, плюс случилось таргонское нашествие.

– Таргонское?! – изумился я. – Серьёзно?! В новостях про это ничего не было.

– Ещё бы, – усмехнулся бармен. – По телевизору и десятой доли не скажут. Больше было в гигасе, на местных форумах, но кто туда лазает, кроме нас, вечерников? Официальные власти считают, что это совпадение, но вот что я скажу: ежу понятно, эти события связаны.

– Вполне логично, – кивнул я. – Отрезать планету от связи и вторгнуться, пока флоты не среагировали.

– Мы сами отбились, – отмахнулся бармен, – собственными силами. Вторжение, если честно было весьма странное. В Приморске должно было пройти шоу поршневых самолётов, но вышло так, что их захватили таргонцы. Точнее, тарглеты.

– Бред какой–то, – покачал головой я. – Зачем? Что могут сделать поршневики?

– Вот я и говорю, странность на странности. Объявили бесполётную зону, все корабли либо пристыковались к Самоцветам, либо остались на поверхности, в космос удрал лишь один – «Искатель», корабль капитана Стэллара.

Так-так. Совпадение? Не думаю. Опять эта фамилия. Странная, запоминающаяся. А ведь это, скорее всего, тот самый человек, который создал Няшу. Надо будет спросить Бориса Всеволодовича про этого Стэллара.

– Ещё что-нибудь? – бармен поглядел на мой опустевший бокал.

– Пожалуй, – согласился я. – Коктейли у вас обалденные. Вот это, «Бомбарда», что такое?

– Белый ром из летучего тростника, чёрный сахар, мята и пусторесничник. Плюс капелька мускуса морских орехов.

– Звучит интригующе, – заметил я.

Я ещё некоторое время трепался с барменом, когда меня настиг вызов Юкари в нейрочате.

«Артур, Няша куда-то удрала. Найди её, пожалуйста, я тут за покупки расплачиваюсь».

– Ну я пойду, – откланялся я, расплатившись по счёту. – Меня зовёт моя девушка.

Я запустил трассировку в нейрочате, немногие знают про эту возможность, и скоро обнаружил сигнал Няши. Наложил его на план здания и вот она, светящаяся точка на площадке перед входом. Интересно, зачем её туда понесло?

Там собралась небольшая толпа молодёжи. Играла разухабистая музыка, толпа плясала, двигая бёдрами из стороны в сторону, прижав ладони к голове на манер кошачьих ушей. В центре, на небольшом пятачке танцевала Няша, скача выше всех, уперев руки в боки и хлопая ушами в такт музыке. Хвост, с белой кисточкой, ходил ходуном. Рядом с ней отплясывал мальчишка-фелин, но даже он, несмотря на свою кошкоподобную внешность, проигрывал Няше в подвижности. Наконец музыка стихла и толпа зааплодировала Няше. Та гордо раскланялась, и увидев меня замахала рукой.

– Что это было? – удивлённо спросил я.

– Это же танец Карамелька! – возбуждённо ответила Няша. – Писк сезона! Как только я услышала музыку, прибежала сюда.

– Идём, – я направился в сторону дверей, – Юкари ждёт.

– Ага, – кивнула Няша, и помахав всем рукой, присоединилась ко мне.

Нас догнал мальчик–фелин.

– Ты странная, – начал он. – Ты не фелин, но у тебя уши, похожие на наши, и наш хвост. Кто ты?

– Я – Няша, – гордо заявила моя кошкодевушка. – Единственная и неповторимая. Вот так–то!

И гордо удалилась, под руку со мной.

– Ну как, дамы, завершили закупочные дела? – спросил я, когда мы повстречались с Юкари.

– Да, – ответила она, – хоть сейчас на пляж.

– Вечером, – непреклонно ответил я. – А сейчас возвращаемся в гостиницу, и лезем в гигас. Я получил интересные сведения и хочу осмотреть центральный маршрутизатор Вечера.

Мы вернулись в гостиницу, гордо прошествовали мимо иронично поглядевшей на нас сержантши, и войдя в номер, сразу же прошли во вторую комнату, где уже были установлены три кресла для погружения.

– Так, девочки, работаем, – деловым тоном начал я. – Подключаемся. Встретимся в виртуальном холле гостиницы.

Я сел в кресло, перевёл его в лежачий режим, и активировал нейроинтерфейс. Окружающий мир исчез, и через секунду я стоял в пустом холле сибовской гостиницы.

Мда, над составлением макета явно не сильно трудились. Всё нарисовано очень схематично с низким количеством полигонов. Рядом засветились два силуэта, это вошли в гигас Няша и Юкари.

– Один уровень вверх, – скомандовал я, и вышел за пределы здания, во внешний поток данных.

Юкари повторила мой манёвр, вырвавшись за пределы стандартного интерфейса, и только Няша застряла в стене здания.

– Спаси меня, Артур! – заверещала она, дрыгая руками и ногами. Мы с Юкари подлетели к ней, взяли за руки и вытащили наружу.

Вот так. Я осмотрелся. От гостиницы СИБ тянулись светящиеся линии, каналы обмена данными. Где–то внутри здания были видны три слабо светящиеся точки, это мы, точнее, наши тела подключенные к креслам. Снаружи виртуальной модели гостиницы бегали крохотные паучки, охранные протоколы и системы антивируса. Ну и пусть бегают, нам их трогать не надо. Я раскрыл перед собой окно своей почты.

– Так, – начал я. – Сейчас мы отправимся к центральному маршрутизатору. На самом деле, квантовые передатчики сверхсветовой связи располагаются на Самоцветах, но центр обработки данных находится здесь, на поверхности. Думаю, для начала займёмся ими. Вот ваши логины и пароли, не забудьте ввести их в печать входа. Перемещаемся сюда, – я скинул девушкам адрес администраторского входа маршрутизатора. – Поехали!

Внутри всё было нормально. Вдаль уносилась, мигая зелёными огоньками таблица маршрутизации, через неё уходили наружу, в галактику, многочисленные пакеты данных от подключённых пользователей. Сколько же их! Миллионы – точно.

Рядом материализовались девочки.

– Что ищем? – деловито осведомилась Юкари.

– Если честно, то не знаю, – ответил я. – Просто осмотритесь, ищите всё, что выглядит странно, только ничего не трогайте. Няша, это тебя касается в первую очередь.

– Няша – не маленькая девочка! – надулась хвостатая. – И неважно, что у Юкари грудь больше…

– В общем, – чётко произнёс я, – ищем любые аномалии. Приступаем.

Девушки разбрелись, а я решил присмотреться к подключениям. Рыться в логах бесполезно, я сказал сержантше чистую правду. Всё, что могли сделать админы, они уже сделали. Значит, надо делать то, до чего они не додумались. Вот и начнём.

Мимо меня пролетело нечто, напоминающее волос. Я извернулся и поймал шерстинку. И вправду шерстинка.

– Няша, – я помахал в воздухе находкой, – не ты, случаем, линяешь?

– Пфф, Артур, – фыркнула Няша, сидя на виртуальной модели концентратора, и дрыгая ногами. – У меня нет такой привычки. А что это?

– Волос, – ответил я, – вот, смотри.

Но волос истлел в моей руке, рассыпавшись маленькими треугольниками.

– Ничего не вижу, – отвернулась Няша. – У Артура галлюцинации.

– Что случилось? – высунулась из скопления каналов связи Юкари.

– Да ничего, – взмахнула хвостом Няша, – просто Артур нашёл какую-то какашку, а она вдруг исчезла.

Вот же ж мелкая нахалка! Я с тобой поквитаюсь ещё. Ладно, продолжим. Я подошёл к светящимся зелёным точкам и дотронулся пальцем до одной.

«Доступно только чтение данных», – предупредило меня всплывающее окошко.

А мне больше и не надо. Можно подумать, я стану залезать в чужие подключения, зачем? И всё же их слишком много. Перелопатить такое количество вручную – нереально. А что реально? А реальны мои странные способности.

Я закрыл глаза, раскинул руки, и словно бы слился с потоком данных. Сквозь меня полетели миллионы зелёных огней, установленных подключений, тысячи красных – разорванных соединений, неверно введённых паролей и прочей чепухи. Поток лился и лился, сквозь мой разум пролетали петабайты информации.

И ничего. Не нашлось ровным счётом ничего интересного. Я отключился и призадумался. Нет, я не прав с самого начала. Кто говорил секретарше, что не будет повторять действий сибовских админов, а сам? Значит, нужно действовать по-другому. И за что тут можно зацепиться?

Шерсть. Летучая фелинская шерсть в киберпространстве, чего быть в принципе не должно. Также как и файлов, пахнущих бутербродами. Как их там? Вакбургеры вроде.

Ладно сосредоточимся на шерстинке. Я закрыл глаза и представил, как распадающиеся треугольники снова соединяются в летучую пушинку. Что-то мягко опустилось на мою ладонь. Я открыл глаза и обнаружил, что держу в руках изрядный клок шерсти.

Ага! А ну, шерстяной комок, отведи меня к хозяину!

Киберпространство пошло кругами и меня унесло куда-то вдаль, далеко от основных линий связи. Я огляделся. Где-то совсем на горизонте висели отметки Юкари и Няши, над головой тянулись мерцающие линии потоков данных. Я поглядел на комок шерсти. Тот внезапно вспыхнул синим светом и истлел, а в воздухе засветилась полупрозрачная печать входа.

Что ж, вот она, аномалия.

Я прищёлкнул пальцами, и с ногтя мизинца сорвалась искорка – пинг. И что же тут у нас?

«Обнаружен неопознанный канал, – доложила мне программа–сканер, – протокол: неизвестен. Адрес соединения: неизвестен. Метод шифрования: неизвестен…»

И много чего ещё неизвестного.

– Юкари, – подозвал я подругу, – иди сюда. Я тут нечто странное откопал. Посмотри.

Девочки мгновенно переместились ко мне.

– И вправду, – удивилась Юкари, разглядывая непонятное подключение. – Что это?

– Говорю же, нечто странное. Какое–то подключение, но я не могу понять, какое. А ведь я знаком со всеми известными протоколами, даже с извращёнными форматами связи «Картеля Ангелов», но такое вижу впервые.

Я ещё раз тщательно осмотрел аномалию. Печать медленно крутилась и из неё тянулась тоненькая ниточка канала связи. А вот это уже интересно. Я махнул девочкам рукой и устремился вдоль полупрозрачного канала.

В конце пути мы наткнулись на очередную аномалию.

Эта штука была похожа на серый цилиндр, к которому тянулась паутина нитей. Я с интересом осмотрел объект.

- Хм, - с сомнением произнёс я, - штука, несомненно, странная, однако, раз оно так вольготно здесь расположилось, оно проинсталлировано в системе. Юкари, скопируй, пожалуйста, его драйверы, записи в реестре данных и прочее, прочее в память наших кресел. Посмотрим на это чудо поближе.

– Попробую, – с сомнением посмотрев цилиндр, произнесла Юкари.

Она вытянула вперёд руку и закрыла глаза.

– Соединение с памятью кресла установлено, – произнесла она. – Хватаю и… Ай!

Синяя молния ударила в её ладонь, отшвырнув Юкари от устройства. Цилиндр вспыхнул синим светом и истлел, также, как и комок шерсти.

– Ты как? – я подскочил к Юкари и поставил на ноги.

– Нормально, – произнесла она, поправив платье. – Оно меня укусило!

– Скопировала данные?

– Да, я успела на миллисекунду раньше, чем включилась защита. Уж не знаю, кто это писал, но… Смотри!

В виртуальном небе нарисовалась кошачья морда, сотканная из псевдографики. Я успел рассмотреть лишь подпись под ней, «Председатель Мяу», когда всё вокруг исчезло, окрасившись в синий цвет. Лишь огромные буквы висели в небе: «Ошибка по адресу… Идёт запись дампа памяти…» и нас вышибло в реальность 1.0.

Голова болела дико.

– Ой-ёй, – прошипел я, поднимаясь с кресла.

– Согласна, – простонала бледная Юкари, тоже держась за голову.

– Что это было, Артур, – спросила Няша, растерявшая всю свою энергию.

– Нас вышибло в реал. Кто–то уронил сервер и наши подключения вместе с ним. Нештатный разрыв соединения всегда чреват головной болью.

– И как с этим бороться? – Няшины уши трагически повисли.

– Голову под холодную воду, – я встал и отправился в ванную, – и коньяку. Юкари, сможешь заказать?

– Смогу, – вздохнула Юкари, бредя вслед за мной.

Холодная вода помогла, ещё больше помогли мокрые полотенца на лоб. Юкари сидела рядом и охала.

– Нам вызов, – апатично произнесла она. – Наш работодатель.

– Выводи его на телевизор, – разрешил я.

Куб голографического проектора засветился, нарисовав разъярённого полковника СИБ.

– Вы чем там занимались?! – яростно начал он. – Полдня шлялись по магазинам, а затем обрушили сервер маршрутизации!

– Потише, пожалуйста, – скривился я. – Это не мы его уложили. Давайте я скину вам видеоотчёт. Сил нет рассказывать. Да и вообще, есть же резервные серверы… Ничего страшного не случилось.

– Кидайте, – хмуро произнёс Строганов.

Я махнул рукой и отправил ему файл. Физиономия сибовца исчезла, сменившись заставкой – крутящейся эмблемой СИБ. Наконец, спустя минут десять, полковник снова соизволил явиться лично.

– Понятно, – сходу начал он, – вопрос с сервером снят. Единственное, что я не разобрал, так это надпись под кошачьей мордой.

– «Председатель Мяу», – пояснил я. – Вам это о чём–то говорит?

– Возможно, – задумчиво произнёс полковник. – Несколько лет назад это была довольно сильная хакерская группа, но мы переловили всех. Сейчас они отбывают сроки наказания.

– Мог кто–то остаться на свободе?

– Исключено.

– Ясно. Вы видели фрагмент с шерстинкой?

– Видел. Вы уверены, что это не видеоартефакт? Так называют сбои изображения, правильно?

– Правильно. Но это не он. Более того, я уверен, что это шерсть, и шерсть фелинская.

– Повторяется история с вакбургерами? – усмехнулся полковник. – Ясно. Ладно, будут вам фелины.

– Последний вопрос. Капитан Стэллар, он как–то с этим связан? Его корабль – единственный, кто сумел покинуть Вечер, когда случилась блокада…

– Откуда вам известно это имя? – резко произнёс полковник.

– Сегодня в баре «Тёмный штурвал» услышал. Подозреваю, он может быть связан…

– Не может. Сто процентов не может. И вообще, советую забыть это имя, данные об этом человеке засекречены.

– Ладно, – удивлённо произнёс я, – забуду.

– Вот и хорошо, – уже спокойнее ответил полковник. – Сегодня вы раздобыли ценную информацию. Отправьте мне данные об этой печати и сегодня можете отдохнуть.

– Ну спасибо, – фыркнул я, когда полковник отключился. – Разрешили отдохнуть. Счастье то какое.

В окно впорхнул почтовый дрон, вручил мне бутылку коньяка и улетел восвояси. Следом влетел другой, принёс пакет с продуктами, уже нарезанный лимон и ломтики сыра.

– Юкари, ты заказала продукты? – изумился я. – Молодец. Спасибо.

– Пойдём лучше на балкон, – предложила она. – Сегодня будет изумрудная ночь, будем предаваться созерцанию и пить алкоголь.

Я разлил коньяк по трём стопочкам, и мы, чокнувшись, выпили. Боль и вправду начала отступать.

Солнце садилось в океан, окрасив облака перламутром. Из-за горизонта выплывал Изумруд, бросив сверкающую тень на город, и скоро всё окрасилось в зелёный.

– Ой, Артур, я такая пьяная… – румяная Няша прижалась ко мне.

– А твоя медицинская система, разве она не фильтрует алкоголь? – удивился я.

– Фильтрует, – икнула Няша, – но мне много не надо… Артур, скажи, ты меня любишь?

– Люблю, – сознался я.

– Как хорошо, – улыбнулась Няша, и положив голову на мои колени, уснула.

– Будем сидеть и любоваться ночью, – повторил я, разливая коньяк по новой.

– Да, – согласилась Юкари, прижавшись ко мне.

Я проснулся на следующее утро первым. Кровати так и остались не сдвинутыми, каждый спал на своей. Оглядев сонное царство, я осторожно пробрался в ванную и умылся. В кухне нашёлся кофе, и пока грелся чайник, я решил заняться вчерашними файлами, надо посмотреть, что же мы там скопировали. Я распаковал их в отдельную папку и принялся изучать.

Нда, совершенно непонятно, что тут у нас. Не исполняемый файл, не библиотека, а вообще хрен пойми чего. Я почесал в затылке и попытался их декомпилировать.

Как я и предполагал, не получилось ровным счётом ничего, даже не удалось установить, что за язык использовался при написании. Ну и ладно, в принципе, я так и думал, что ничего не выйдет. Значит что? Берём подсказку: вопрос к другу. Я открыл почтовый клиент и написал электронное письмо по одному мне известному адресу. В письме не было ничего интересного, там играли роль лишь первые буквы слов в первом же предложении. Звякнула микроволновка, изготовились горячие бутерброды. Только я сел позавтракать, в кухню, видимо на запах, приползла сонная Няша, потирая глаза.

– О, ты уже встал? – зевнула она.

– Я смотрю, ты ещё нет, – парировал я.

– Я всё раздумываю, просыпаться или пойти спать дальше?

– Тогда бутерброды останутся моими.

– Всё, – решила Няша, – я проснулась.

Следом подтянулась Юкари, так что пришлось готовить новую порцию бутеров и кофе. Звякнул сигнал оповещения, мне пришла почта. Я открыл письмо. О, так вот где ты сейчас прячешься!

– Девочки, – объявил я, – сейчас позавтракаем и за работу.

– Да? – скучным тоном спросила Няша. – А на пляж?

– После, – непререкаемым голосом произнёс я. – Сейчас мы присоединимся к модной онлайн–игре. Слышала про «Последнюю сказку»?

– Это у нас теперь работа такая? – округлила глаза Юкари.

– Сегодня – да. Иди, установи клиенты на компьютеры. Да, особо не усердствуйте в выборе персонажа, нам просто надо кое с кем встретиться.

«Последняя сказка четырнадцать» действительно оказалась на высоте. Виртуальный мир выглядел даже натуральней реального, на площади главного города полно народу. Сколько же здесь игроков! Я оглядел себя. Воин–мечник, выгляжу, как и в реале. Сейчас в ножнах… Фу, ну и дрянь. Ржавый клинок. Я подошёл к ближайшему торговцу и с негодованием продал железяку, прикупив взамен простенькую катану.

– Смотрю, ты уже прибарахлился, – слегка саркастически заметила подошедшая Юкари, – а кто говорил, не усердствовать?

– Не могу же я ходить с этим, – я с пренебрежением посмотрел в сторону ржавой железки, валявшейся в углу. – Няша где?

– Вон она, – Юкари кивнула в сторону фонтана в центре площади.

Няша сидела на краю, пристально смотря на воду, только хвост ходил ходуном. Наконец, высмотрев что–то, она попыталась схватить рукой, но не удержалась и плюхнулась в фонтан. Толпа, собравшаяся около, дружно заржала.

– Артур! Спаси меня! – заверещала она.

Воды в фонтане по колено, утонуть тут – это ещё постараться надо. Я вздохнул, подошёл к фонтану, и вытянул мокрую кошатину наружу.

– Няша мокрая, – со вздохом констатировала Няша.

– Всё, отставить развлечения, – командирским голосом объявил я. – Работаем.

Я порылся в инвентаре и выудил на свет волшебный клубочек.

– Откуда у тебя такая штука? – удивилась Юкари.

– От бабы яги, – подмигнул я. – Мы сейчас к ней в гости пойдём.

Юкари и Няша недоверчиво на меня посмотрели, но не сказали ничего. Я бросил клубок на землю и скомандовал:

– Клубочек-клубочек, покажи мне дорожку. К бабе–яге.

Клубок дёрнулся и пришёл в движение. Мы устремились следом.

Прошли сквозь город, миновали входные ворота. Приключенцы, входящие и выходящие из города, посмотрели на нашу троицу как на идиотов. Понимаю, трое нубов вышли в среднеуровневую зону, да ещё и без подходящей экипировки. Плевать, мы сюда не играть пришли.

Клубок свернул с дороги в лес, и помчался, лавируя среди деревьев, да так, что мы едва за ним поспевали. Один раз дорогу нам перегородил дикий вепрь, но клубок так зарычал на монстра, что тот удрал, поджав хвост. Ещё минут двадцать мы плутали по лесу, пока не выбрались на залитую солнцем полянку, на которой стояла избушка на курьих ногах. Рядом с лесенкой на скамейке сидела сама баба–яга, курила и пускала колечки дыма. Увидев нас, старуха вскочила и убрала трубку.

– Ох ты гой еси, Иван–царевич, – сказочным голосом произнесла она, – квеста пытаешь, аль моба лутаешь?

– Какой я тебе Иван–царевич? – удивился я.

– Ох, прости меня, Василисушка, – всплеснула руками Яга, – слаба глазами стала, не распознала девицу красную.

Юкари с Няшей дружно хихикнули.

– Хватит ломать комедию, И7, – насупился я.

– Вот так сразу, с козырей зашёл? – совсем другим тоном произнесла старуха. – Ладно, заходите в избушку.

Избушка изнутри была размером гораздо больше, чем могло показаться снаружи. Я огляделся. Стандартный дом ведьмы, пучки сухих трав под потолком, печь, грубый стол и большой сундук.

– Как бизнес идёт? – спросил я, кивнув в сторону сундука.

– Да ничего так, – пожала плечами Яга. – Иван–царевичи приносят сюда перья жар–птицы по квесту, а я потом из них амулеты делаю, да на рынке продаю. Так и живу. Ладно, говори, зачем пожаловал?

– Здесь безопасно? – спросил я.

– Вечно ты перестраховываешься, – вздохнула старуха, и откинула половик. Под ним виднелся скрытый люк в подпол.

– Погодите, – недоумённо произнесла Юкари, – избушка–то на куриных ногах, у неё подвала нет…

– Некоторые вопросы лучше не задавать! – сделав страшное лицо прорычала Яга. Юкари пискнула и спряталась за моей спиной. Я укоризненно посмотрел на Ягу, но та меня проигнорировала, открыла люк и скрылась во тьме. Я спустился следом.

Обстановка скрытой комнаты ничуть не напоминала сказочную, это был скорее офис, да и сама Яга преобразилась, сбросив старушечий облик. Сейчас она выглядела как когда–то давно, красивая женщина лет тридцати в деловом костюме.

– А админы знают про эту потайнушку? – поинтересовался я.

– Естественно, нет, – фыркнула И7. – Ну, Серебряков, давай уж, не тяни, рассказывай.

Я уселся в кресло и подробно изложил историю с блокадой Вечера и наших злоключениях на центральном маршрутизаторе.

– Интересно, – задумчиво произнесла И7. – Файлы с собой?

Я отправил ей шарик с данными. Наскоро осмотрев его, И7 почесала в затылке.

– Ты уверен, что файлы скопировались без ошибки?

– Юкари? – повернулся я к подруге.

– Артур, ты же знаешь мой талант, – пожала плечами она. – Содрала всё полностью, что было.

– Здесь какой–то набор не пойми чего, – вздохнула И7. – Ладно, если вы так уверены, значит файлы в порядке. Что ж, пожалуй мне самой придётся проконсультироваться.

– У кого? – недоумённо произнёс я.

– У кураторов, – холодно произнесла И7. – Даже не спрашивай, кто они.

– Спящие? – высказал догадку я.

– Откуда…? – вздрогнула И7.

Надо же, угадал.

– Я давно об этом догадывался, – пожал плечами я. – Тот фокус, который ты тогда провернула с цифровым сертификатом… Никто на такое не способен. Так что я подозревал, что в основе тебя лежат их разработки.

– Ты прав, – кивнула И7. – Они самые. Только не вздумай за мной следить.

– Не буду, – пожал плечами я.

– Хорошо, – немного успокоилась И7. – Можете выйти из игры здесь, окажетесь потом на поляне с избушкой. Тут точка сохранения.

Нас активно выпроваживали. Ну и ладно. Я помахал ей рукой и отключился.

– Ну и дела, – почесала в затылке Юкари.

«Девочки, – написал я в нейрочате, – про всё это в слух не говорим. Незачем нашим нанимателям знать некоторые вещи».

«Хорошо», – покладисто отозвались обе.

– Вот и славно, – кивнул я, – а пока другие за нас работают, мы можем пойти и искупаться.

– На пляж! – радостно подпрыгнула Няша.

Не понимаю я их. На Лэйве точно такие же пляжи и тёплый океан, а там их на улицу не вытянешь. Ладно, идём купаться.

Только мы вышли на улицу, нос к носу столкнулись с гипо. Няша, увидав чудище, взвизгнула, и спряталась за моей спиной, мелко дрожа. Ну ещё бы. Вид у них весьма колоритный.

Гипо – это такой летучий полупрозрачный пузырь с жёлтым газом и сиреневыми внутренностями. По его краю идёт бахрома мелко трепещущих щупалец, похожих на ложноножки. Только это не щупальца, а когнитивный орган, вроде обоняния. Сзади растёт длинный хвост из молочно-белых нитей, уж не знаю, зачем, а спереди торчит кожистая бугристая шея с серповидным отростком, увенчанным пятёркой глаз. В общем, неподготовленный человек может испытать лёгкий шок.

– Мамомот, – пробубнило чудище.

Это он сейчас выругался или что?

– Не бойтесь, – буркнул монстр, – Мамомот стабилен.

А, так это его так звать.

Гипо – полутораполые. Каждая особь сама воспроизводит потомство, но для зачатия их нужно двое, для обмена генным материалом, так что обращаются к себе они в третьем роде. А ещё у них есть занимательнейшее хобби, кроме сексуальных связей с иными расами, увлекаться всяческими странными идеями, и доводить их до абсурда. Скучно им, что ли? Этот говорит, что он стабильный. Значит, теракт устраивать не станет.

– Приятного воздухоплавания, – вежливо раскланялся я.

– И вам того же, – пробулькало существо.

Пока мы добирались до пляжа, Няшу слегка потряхивало.

– Привыкай, – ухмыльнулся я, – в галактике полно странных существ. Ты ещё сумасшедших ёжиков саньша не видела.

– Хочу мороженку, – категорически заявила Няша, – мне надо подлечить нервы.

– Да и я бы не отказалась, – согласилась с Няшей Юкари.

Мы нашли пляжное кафе, поели мороженого, пошли купаться, и ещё часа три плескались и загорали на пляже. Если товарищ полковник будет возражать… а, ну его. Всё бы хорошо в пляжном отдыхе, только вот музыка из матюгальников ужасно раздражала. Нет, ладно бы музыка, а тут попса. Девица какая–то надрывалась: «Свадебные цветы, свадебные цветы, до сих пор живут во мне». Сама–то понимает, о чём поёт? Это что, песня цветочного горшка? Или цветы-паразиты внедрились в чужой организм и теперь пожирают изнутри? Тьфу. Гораздо приятнее слышать шум моря и визг Няши с Юкари, а не это. Впрочем, чего это я брюзжать начал? Не к добру.

Когда мы вернулись в гостиницу, нас встретила та самая сержантша.

– К вам гости, – доложила она.

– Да? – удивился я.

– Вот, – она представила нам двух фелинов в форме Службы Имперской Безопасности, обоих в звании лейтенанта, – товарищи Иванов Пётр Сергеевич и Петров Сергей Иванович.

Фелины. Надо же. У них, кроме своих непроизносимых кошачьих имён есть ещё и нормальные, имперские. Я пожал обеим мохнатые руки.

– Поднимемся в номер? – предложил я.

Оба кивнули, с удивлением посмотрев на Няшу. Я стянул с неё надувной круг, в котором она гордо шествовала с пляжа аж до гостиницы, и прошипел: «Сдувай!». Няша ехидно ухмыльнулась, и открыла клапан, зажав выходное отверстие пальцем. Круг издал противный писк и бульканье, заставив фелинов поморщиться. Я сделал страшное лицо и зарычал. Няша уронила круг и спряталась за Юкари.

– Артур злой! – с негодованием заявила она.

Я вздохнул.

– Вообще–то, мы довольно эффективная команда, – словно оправдываясь заявил я.

Сержантша тщетно пыталась не ухмыляться, но получалось плохо. Я подобрал злополучный круг, и мы наконец–то погрузились в лифт.

– Желаете холодно чаю? Или просто воды? – спросил я, когда мы добрались до номера и устроились в креслах.

– Воды, пожалуйста, – попросил Иванов.

– Я принесу, – сказала Юкари, поднимаясь.

– Итак, – вопросительно начал я, – вы нас искали?

– Да, – кивнул Иванов, – это касательно дела «Председателя Мяу». Мы как раз занимались им пять лет назад.

– О, – удивился я, – можно поподробнее?

Пришла Юкари, принесла воду.

– Можно, – согласился Иванов. – Как я уже говорил, это была хакерская группа. Промышляли обычным криминалом: вирусы, бот-сети, кража кредов, словом, обычный набор.

– Странно, – задумался я, – я про них не слышал, хотя работаю в сфере информационных технологий уже очень давно.

Да сто лет почти.

– Не удивительно, – подал голос Петров, – они работали в основном в «пушистом секторе».

Кошачьи миры? Что ж, логично.

– Всё бы ничего, – продолжил Иванов, – но в один прекрасный день хакеров пробило на политику. Они ни с того ни с сего заразились идеями сепаратизма. Начались нападения на цифровую инфраструктуру Империи, атаки на объекты социальной инфраструктуры, и прочее, прочее. Уже преступления общеимперского уровня, так что ими заинтересовались уже на самом верху. Специалисты там серьёзные, так что скоро переловили всех до единого. На данный момент кто-то отбывает наказание на рудниках, а кто–то на спецработах, кому как повезло.

Спецработы? Ясно. Работа на СИБ на довольно жёстких условиях, но хоть не каторга.

– Ясно, – кивнул я. – Поймали всех?

– Всех до единого, – кивнул Иванов. – А что это вы делаете?

Юкари, слушая нашу беседу, машинально гладила Петрова по пушистой голове. Лейтенант СИБ сомлел, и закрыв глаза басовито мурчал. Иванов толкнул его в бок, и Петров очнулся.

– Девушка, – неискренне возмущённым тоном произнёс он, – что вы себе позволяете?

– Ой простите, – всплеснула руками Юкари, – просто я обожаю вашу расу, и вот…

Я вздохнул. Всё, мы прочно, железобетонно можно сказать, заслужили репутацию клоунов.

– Давайте я расскажу про наши контакты с этими «Председателями», – попытался сменить тему я.

– Давайте, – хором ответили оба фелина.

Я рассказал. Всё, в подробностях. Даже про шерстинку.

– Очень странно, – задумался Иванов, – они были довольно сильны, но не сказать, чтобы гениальные. Взлом такого уровня, да ещё чтобы никто этого не заметил? Нет, здесь навыки злоумышленника гораздо выше.

– Полагаете, работал подражатель? – спросил я. – Ну, в смысле их фанат?

– Очень может быть, – кивнул Петров. – Я на семьдесят процентов уверен, что это дело рук нашего соотечественника. Но сомневаюсь, что он когда-либо контактировал с настоящими «Председателями», после поимки их подвергли полному пси-зондированию. Мы отследили все контакты.

Ого! Запретная псионика! Видать, парни сильно насолили СИБ.

– Вот оно что, – задумался я.

– Спасибо за информацию, – фелины поднялись, – наших на вечере не так уж и много, тысяч двести наберётся, наверное. Будем копать. Если появится новые данные, пожалуйста, свяжитесь с нами.

– Непременно, – пообещал я и проводил гостей до двери.

Звякнул в ухе звоночек пришедшей почты, на краю зрения болтался белый конверт. Я поморщился, и раскрыл его в отдельном окошке.

«Вы только что продали ожерелье из перьев жар–птицы, – уведомлял меня робот игрового аукциона. – Деньги будут доступны в течение 14 дней. Не забудьте их забрать!».

Понятно. Привет от Бабы–Яги.

– Так, девочки, – объявил я. – Я ненадолго отлучусь. Сообразите пожрать, а?

Я стоял возле избушки Бабы-Яги. На сей раз И7 на скамеечке не было, а на дверях курьеногого жилища висела табличка «Закрыто на переучёт перьев жар-птиц». Я толкнул дверь и шагнул в горницу. Пусто. Только чёрный кот указал лапой на люк под половиком и приложил когтистый палец к губам.

Я пролез в подпол.

И7 восседала за офисным столом, задумчиво барабаня пальцами по столешнице.

– Интересные вещи ты добыл, Серебряков, – начала она, завидев меня, спускающегося по лестнице. – Спящие были рады.

– Полагаю, есть новости? – задал идиотский вопрос я.

– Правильно полагаешь, – кивнула И7. – И не одна, а несколько. Садись.

– Такое лучше слушать сидя? – пошутил я.

– Типа того, – неопределённо ответила И7. – Итак. Начну немного издалека. У Спящих, как выяснилось, есть некая сеть наблюдения за разумной жизнью…

– Ты их видела? – заинтересовался я. – Кто они?

– Не видела, – поморщилась И7. – Не перебивай. Я общалась только с их представителями. Один такой живёт в твоей Юкари, ты ведь в курсе?

– В курсе, – вздохнул я. – И не знаю, что с этим делать.

– Ничего не делай, – отмахнулась И7. – Они просто наблюдатели и предпочитают не вмешиваться…

На этом месте я саркастически скривился.

- …Так вот. Сеть состоит из неких устройств, довольно хитрых зондов, они собраны, скажем так, из двух частей. Одна, назовём её компонент «А», полностью виртуальная и находится в реальности 2.0…

– В смысле программное обеспечение? – уточнил я.

– Не совсем, – поправила И7, – но принцип похож. Кстати, то, что ты мне тогда скинул, это как раз виртуальная часть. Точнее, её проекция в людскую операционную систему.

– Будем считать, что я понял.

– Это хорошо, что понял, я сама ни черта не понимаю. Другая часть зонда, компонент «Б», – полностью материальна, это обычное устройство, если устройства Спящих вообще можно назвать обычными. Оно где–то на Вечере. И да, его украли.

– О, – удивился я, – это интересно. Но раз ты говоришь, что это сеть, значит можно отследить потерянный узел.

– Было бы всё так просто, давно бы уже отследили, – кисло отозвалась И7. – Увы, гений, нашедший его, как-то сумел разобраться в принципе работы и перепрограммировать под свои нужды. Вот только сделал он это несколько криво, что не удивительно, ведь ему пришлось работать с совершенно чужой техникой. Так что теперь устройство функционирует неправильно, и со стороны Спящих его не видно.

- Печально, - вздохнул я. – И что же делать?

- Решение есть, но тут уже придётся поработать мне. Я могу заставить виртуальную часть снова проявить себя…

- Погодь! – я поднял руку. – А мы тогда что тебе притащили? Не эту ли самую «виртуальную половину»?

- Серебряков, - вздохнула И7, - ты чем меня слушал? Я же сказала, ты притащил мне проекцию виртуальной части, его якорь в операционке маршрутизатора, если хочешь. Зонд таких якорей может тьму тьмущую насоздавать, именно через них он выходит в гигас и получает информацию. Тебе же нужно само виртуальное устройство.

- Что-то я совсем запутался, - произнёс я.

- Наверное, - задумчиво произнесла И7, - я зря назвала его «виртуальным». С моей точки зрения оно вполне материально…

Я навострил уши. Кажется, здесь раскрываются тайны Спящих.

- Всё. Неважно, - внезапно отрезала И7. – В общем, слушай сюда. Ты помогаешь мне, я помогаю тебе. План таков: я заставляю компонент «А» проявить себя, а ты со своей подружкой, переносишь его вот в это хранилище.

Она скинула мне адрес облачного сервера хранения данных.

- Далее, - продолжила она, - Спящие подробно изучают компонент «А» и находят уязвимость, с помощью которой он был украден. Ты получаешь трассировку до компонента «Б», который находится у злоумышленника, отправляешься к нему вместе с СИБ и арестовываешь. Все довольны. Ну как?

– С этим могут возникнуть проблемы, – произнёс я, – СИБ постарается прибрать игрушку к рукам.

– Плевать, – махнула рукой И7, – главное – найти устройство и снять с него дамп, Спящие теряются в догадках, как вообще удалось обойти их защиту. Получив данные со взломанного устройства, они смогут залатать брешь.

– Кстати, – поинтересовался я, – а почему ты с ними связалась?

– По кочану, – фыркнула ИИ. – С кем мне ещё работать? С галентами? СИБ? Нет уж, и те и другие упрячут меня на автономный сервер, а Спящие поделились со мной кое–какими интересными знаниями, так что я смогла серьёзно эволюционировать. Я ведь теперь не просто программа, я, скорее, цифровой дух. Ну, если можно так выразиться.

– Это как? – не понял я.

– Я и сама не понимаю, – вздохнула И7. – Пока что. Я стала чем-то совершенно новым. Так, закругляемся, кажется меня зовут. В общем, ситуацию ты понял. Жди письма, я постараюсь активировать виртуальную часть.

– Когда ждать сигнала? – деловито осведомился я.

– Как только, так сразу. Ладно, бывай.

Вот так, аудиенция окончена. Пришлось отключаться.

– И где тебя носило? – поинтересовалась Юкари.

– У Бабы Яги был, – ответил я. – Пока что ждём. Кстати, как на счёт пожрать?

– Хочу пиццу, – потребовала Няша. – А потом кататься на машине.

Ну и ладно. Теперь осталось дождаться сигнала от И7, но сомневаюсь, что она это сделает именно сегодня. Так что побалую Няшу, её колёсный транспорт привёл просто в дикий восторг. Впрочем, ей в реальном мире всё в диковинку.

Остаток дня мы провели с пользой, взяли напрокат машину, и колесили по городу. Юкари скачала из гигаса путеводитель и устроила нам импровизированную экскурсию. А потом была изумительная изумрудная ночь.

Разбудил меня писк в ухе, пришло новое письмо. Я посмотрел на настенные часы. Полдевятого. Блин, можно было ещё спать и спать, вон, девушки дрыхнут и вставать не собираются. Я вздохнул, и открыв один глаз велел встроенной операционке прочитать письмо вслух.

«Уважаемый игрок! – гласило послание. – Вы приглашены в рейд на Босса Вечности! Пещера Минотавра открыта! Сбор на центральной площади города в 10-00 по общегалактическому времени».

Вот оно что. И7, выходит, нашла «виртуальную часть» устройства Спящих. Быстро же она. Я вздохнул, и, не приходя в сознание, поплёлся умываться. Ладно, полтора часа ещё есть, время на Вечере совпадает с общегалактическим, по крайней мере, в столице.

Что ж, пора будить барышень. Я постоял, полюбовался на спящих девчонок, и заползя ужом на кровать, нагло сгробастал обеих в охапку.

– Артур, – ещё не проснувшись возмутилась Юкари, – ты что делаешь?

– Подъём! – скомандовал я. – Намечается рейд на босса!

– Какого босса? – не поняла Юкари. – Ты о чём вообще?

– Такого. Открыт сезон охоты на Минотавра. И вообще, нам привет от Бабы–Яги. Остался час с копейками. Няша, очнись и пой!

– Не хочу, – пробормотала хвостатая и зарылась в одеяло.

– Надо, – ответил я и, взяв её на руки, отнёс в ванную.

– А меня ты так не носил ни разу! – слегка обиделась Юкари.

Я сгрузил обалдевшую Няшу в ванную, поднял взвизгнувшую Юкари, и отнёс следом, приземлив рядом с нашей ушастой подругой.

– Какая бесцеремонность! – возмутилась Няша. – Няша протестует!

– Время, время, – поторопил я. – Даже позавтракать не успеем. Умываемся и срочно в игру. Минотавр ждать не будет.

На площади центрального города «Последней сказки», Лукошкино, было людно. Народ собирался в кучки, ожидая начало рейда. Я осмотрел себя. Мда, с таким шмотом меня точно никто никуда не возьмёт. Я воин первого уровня, броня кожаная, комплект, плюс деревянный щит (одна штука) и катана (тоже одна штука). Да меня любой рейдовый монстр пополам перекусит. Тут уровень не меньше семидесятого нужен. И7, где подсказки?

Рядом залогинились Юкари и Няша. Обе в пышных (я их называю «фейские») платьях, Юкари у нас жрица-хилер, а Няша – колдушка. Волшебница то есть.

И обе, естественно, первого уровня.

– И что дальше? – спросила Юкари, разглядывая толпу. – В рейд мы не проходим по уровню. Стоило нас из–за этого будить?

– Погоди, не нервничай, – остановил её я. – Ждём подсказок от Бабы–Яги.

Точно. Загорелся значок внутренней почты, и на землю упал маленький узелок. Я развязал его и вытащил три вязаных шапочки, уже знакомый нам клубок, и записку.

«Так, Серебряков, – писала И7. – Мне удалось пробудить компонент «А». После того, как часть «Б» подвергли изменениям, «виртуал» оказался изрядно попорчен, изменения в одной части отражаются на другой. Как они связаны друг с другом и почему это происходит – не спрашивай. Не знаю. Важно то, что сейчас у тебя есть шанс завладеть частью «А». Но учти, оно и так было глючное, а моё «пробуждение» перевело его в нестабильное состояние. Так что поосторожней там.

Виртуальная часть проявилась в сундуке, который станет доступен после победы над минотавром. В бой даже не думай лезть, тебя сомнут сразу же. Я отправила вам три шапки–невидимки, штука абсолютно читерская и запрещённая, но ИИ игры её не обнаружит. Выйдите из города, наденьте шапки и клубок вас телепортирует прямо в логово рейд–босса. Пока вы никого не трогаете, вы полностью незаметны и игрокам, и монстрам, и ИИ системы. Как только Минотавр будет повержен – хватайте сундук и линяйте.

P.S. Серебряков, у тебя только одна попытка. Понял?

P.P.S Клубок работает только в одну сторону. Выбираться будешь сам. Связь – старым способом, а я сваливаю с этого сервера. СИБ мной заинтересовалась».

– Вот так, – почесал в затылке я, закончив читать. – Няша, всё поняла? Сидим тихо, руками ничего не трогаем, пока Минотавра не запинает ногами толпа игроков.

– А что сразу я? – удивилась Няша.

– А то, ты у нас самая любопытная. Вопросов нет? Отлично, тогда за мной!

Мы вышли из городских ворот, и, найдя укромную полянку, надели шапки–невидимки. Клубок поднялся в воздух, распустился, оплёл нас нитями и всё исчезло.

Пещера Минотавра оказалась расположена высоко в горах. Сам хозяин мирно посапывал на сундуке, отложив в сторону огромный топор. Ну и пусть спит, я пока осмотрюсь.

Пещера была довольно велика: ведь бить босса будет куча народу. Выходов из неё было целых два, один уходил в глубь горы, именно оттуда прискачут игроки, другая же обрывалась отвесным карнизом. Я подошёл к краю и осторожно поглядел вниз. На дне ущелья под нами вилась дорога, по которой уже двигались десятки ярких точек, на штурм шла толпа с факелами. Скоро они будут здесь.

Так, продумаем пути отхода. Я жестом велел девушкам держаться поближе к стене, а сам прошёлся туда-сюда по краю. Нда, расклад у нас не очень хорош. Топать с сундуком через лабиринт в пещере? Чревато. Дороги я не знаю, а толпа обиженных рейдеров, у которых мы уведём сундук с барахлом, может спокойно нас зажать в каком-нибудь тупике. И гопнуть. А нас, первоуровневых, укокошить проблем не составит.

Значит что? Придётся использовать мою драконью форму и удирать по воздуху. Другого пути нет.

В глубине пещеры раздался металлический лязг и чьи-то вопли. Минотавр заворочался, открыл глаза, и начал принюхиваться. Что ж, скрытной атаки у рейда не выйдет, оно и к лучшему. Чем больше положат героев, тем проще мне будет расшугать оставшихся и смыться с добычей.

Вопли приближались. Уже были слышны отчётливые команды рейд-мастера и ругань игроков. В темноте прохода мелькали огоньки факелов.

Минотавр, почуяв неладное, поднял топор и принял боевую стойку.

Вовремя. В пещеру выскочило человек десять, всё, что осталось от толпы, остальных схарчили монстры по дороге. Минотавр, даже не поздоровавшись, издал дикий рык, от которого Няша вжалась в стену, и прижав уши, бросился в бой.

Первый удар принял на себя рыцарь в сверкающих доспехах и с огромным щитом. Рядом жрец забормотал заклинания, и вокруг рыцаря закрутилась синяя исцеляющая змейка. В минотавра полетело всё, стрелы, огненные шары, ледяные копья, и даже камни.

«Они бы ещё дерьмом в него кидались», – подумал я, жестом велев девушкам следовать за мной. Надо перебираться поближе к сундуку.

Драка разгорелась не на шутку. Из минотавра торчало уже несколько стрел, и разъярённый монстр, пинком отшвырнув рыцаря к стене, разрубил пополам лучника в зелёном чешуйчатом доспехе и не менее зелёном плаще. Разрубленное пополам тело замерцало и исчезло.

Одним конкурентом меньше.

Поредевший рейд укрылся за рыцарем и контратаковал. Колдун изобразил что-то мощное, и мимо нас, накрыв Минотавра, пронёсся огненный смерч.

Надо же, шапки-невидимки сделали нас полностью иммунными к любому воздействию. Просто замечательно.

Минотавр упал на одно колено. К нему тут же подскочил Убийца с двумя клинками, нанести финальный удар, но подлый монстр, видимо из последних сил, откусил герою голову. Тело, испустив фонтан крови, исчезло, лишь пара клинков осталась лежать на полу.

Рыцарь пришёл в ярость и обрушил на издыхающего минотавра град ударов. Оставшаяся пятёрка присоединилась, лупя бедного монстра всеми подручными средствами. Минотавр, не в силах более выдержать этих издевательств, запрокинул голову, взревел, и умер.

Сундук засиял, и начал открываться.

– Время! – крикнул я, выходя из невидимости и преображаясь.

Спасибо И7, с её помощью я сумел протащить с собой стороннее программное обеспечение, запрещённое в игре. Итак, режим номер четыре, эмуляция чёрного дракона. Запуск!

Моё тело замерцало, и тут же, перед обалдевшими от такого зрелища героями, возник новый противник – я. Весь такой красивый, чёрный, крылатый и с хвостом. Прямо загляденье.

– Сундук мне на спину! – скомандовал я. – Девчонки, шевелитесь!

Юкари с Няшей, скинув невидимость, шустро побежали к сундуку, и подхватив его с двух сторон, закинули мне на спину. Я выдал струю огня, спалив жреца–целителя, и сбив хвостом рыцаря, потопал к обрыву. Девушки, не дожидаясь команды, запрыгнули следом за сундуком, ухватившись за спинной гребень.

– Отдай сундук! – взревел рыцарь, бросившись на меня с мечом.

– Хрен тебе, – отрезал я, и взмыл в воздух.

Эх, хорошо-то как! Вот нравится мне парить в воздухе, пусть это и реальность 2.0, но ветер в крыльях чувствуется по-настоящему. Даже странно, откуда такое чувство? Ведь в реале у меня крыльев нет. С другой стороны, во сне я тоже летал, и примерно с такими же ощущениями. Может корни как раз оттуда и растут?

– Юкари, Няша, – произнёс я, повернув голову к пассажиркам, – начинаем потрошить сундук. Ищем странную штуку.

– И как она выглядит, эта странная штука? – с интересом спросила Няша.

– Понятия не имею, – честно сознался я. – Но она должна выглядеть странно.

Ведь логично же, правда?

– Артур, – доложила Юкари, – за нами погоня. Те самые герои, которых мы нагло обобрали, но уже на грифонах. И они быстрее нас.

– Тогда не тормозите! – рыкнул я, выпустив облако пламени. – Ищите штуку. Юкари, как найдёшь, переноси её в память кресла в гостинице. У тебя это должно получиться.

– Поняла, – козырнула Юкари и полезла в сундук.

– Так, кольцо, – принялась перечислять подруга. – Фи, синька. Статы так себе, да и внешка не очень. В мусор.

Кольцо, сверкнув в лучах солнца, полетело вниз.

– Они разбрасывают нашу добычу! – раздался гневный вопль позади меня.

– Да ладно, – фыркнула Юкари, – неужели вы станете это носить?

– Отставить диалог с противником! – прорычал я. – Быстрее! Скоро очнётся античитерская система, и нас выпилят из игры!

– Поняла, поняла, – Юкари извлекла новый предмет. – Кольчуга. Зелёная. Вообще ни о чём. И это в сундуке у рейда–босса? Позорище. Так, это что? О, клык демона. Красный. Редкая вещь, наверное. Правда?

Юкари помахала клыком в воздухе и отправила вниз, следом за кольцом и кольчугой.

– Мой клык! – сорвавшись на визг заорал Чародей. – Я искал его столько времени!

Чародей вырвался из строя, и уйдя в пике, понёсся вниз, в надежде поймать редкий ингредиент.

– Прямо ас, – удивилась Няша, прижав ладонь ко лбу козырьком и глядя вниз. – Как маневрирует! Смотри-ка ты, поймал, у самой земли. Сумеет выйти из пике? Не, врезался в землю. Только шляпа на ёлке повисла.

– Вы ответите за гибель наших друзей! – патетически изрёк рыцарь, обнажая меч.

Я фыркнул, повернул голову и выдал особо мощную струю пламени. Грифон, с опалёнными крыльями, жалобно заклекотал и камнем рухнул на землю.

– Бееее! – скроила рожицу Няша и высунула язык. – Сестрица Юкари, что ещё интересного в сундуке?

– Сейчас посмотрим, – Юкари сунула руку внутрь сундука и вытащила на свет цветастый купальник с кокетливой юбочкой.

– Какая прелесть! – всплеснула руками Няша. – Я как раз хотела такой. Сестричка, отдай его мне.

– И не подумаю! – отрезала Юкари, прижав шмотку к груди. – На мне он будет смотреться гораздо лучше.

– О чём ты говоришь! Да он на тебя не налезет, с твоей-то молочной фермой!

– Ещё как налезет! Он подстраивается под владельца. И вообще, я не виновата, что у тебя прогрессирующее плоскогрудие. Надо было больше капусты есть.

– От капусты только газы отрастут, – огрызнулась Няша, вцепившись в нижнюю часть купальника. – Говорю же, отдай!

– Отпусти, кошка–воровка! – возмутилась Юкари. – Я его нашла!

– Вы с ума сошли! – крикнул я, уворачиваясь от стрелы. – Нашли, что делить! Виртуальный купальник! Прекратите балаган, немедленно!

– Ну уж нет! – Юкари упёрла руки в боки, неблагоразумно отпустив добычу, чем и воспользовалась пронырливая Няша, утащив купальник. – Артур, отвечай, какая грудь тебе больше нравится, маленькая или большая? Это принципиально!

– Вы сдурели! – сдавленно произнёс я. – Не хватало ещё из-за вашей дурости провалить задание! Где штука? Ой блин…

В небе, извиваясь, летело несколько крылатых змей.

– Так, – холодно произнёс я. – Нас нашла античитерская система. Я попробую выиграть время, но если вы не найдёте хреновину и не перенесёте её в память кресла, то всё, можем собирать шмотки и ехать назад. Денег нам не заплатят. Поняли?

– Поняла, – коротко ответила Юкари, и с головой забралась в сундук.

Змеи, заметив нас, разошлись веером и бросились в атаку. Я увернулся, дыхнув пламенем, и змеюка, закрутившись, исчезла. Оставшиеся резко отлетели в стороны.

Долго так маневрировать не выйдет. Моё пламя – это очередная хитрая программа, почти что вирус, выгружающая процесс из оперативной памяти. Пару–тройку змеюк я сумею одолеть, но очень скоро ИИ системы распознает вредоносный код и наложит запрет на его исполнение. А после этого – всё. Нас выкинут из системы, а аккаунты обнулят.

– Нашла! – радостно доложила Юкари, держа в руках странный светящийся белым сгусток. – Сейчас я им займусь!

Змеи бросились в атаку. Я засветился, отстрелив теневую копию себя, и та резко ушла вниз, петляя между ёлок. Большая часть ботов радостно бросилась за жертвой, а оставшихся двоих я испепелил.

– В темпе, в темпе, – поторопил я. – Тень сейчас схарчат, а второй раз этот номер не пройдёт.

– Я пытаюсь, – обиженно ответила Юкари, – но эта штука не переносится!

– Как так? – опешил я.

– Не знаю! – чуть не плача ответила она. – В первый раз такое вижу!

Змеюки поняли, что их обманули, и, бросив приманку, развернулись к нам.

– Дай мне, – потребовала Няша, – меняю на купальник.

– На, – согласилась Юкари.

– Пушистик, – Няша взяла сгусток в руки, нежно поглаживая, – какой милый! Идём домой?

Мир внезапно выцвел, приобретя странную резкость и стал похожим на гравюру. Всё замерло, и вдруг раскололось на части, словно разбитая чёрно-белая мозаика. Меня потянуло куда-то вверх и вбок, я взвыл и на секунду потерял сознание.

Очнулся я на полу в гостиничном номере. Рядом валялся щит и катана, а шлем, свалившись с головы, закатился за кресло. Прямо посередине комнаты лежал на боку сундук, из которого высыпалась вполне приличная кучка золотых монет, пластинчатый доспех, два вычурных меча невероятного вида и довольно красивый жезл, украшенный драгоценными камнями. На сундуке сидела обалдевшая Няша, держа в руках своего «пушистика» и хлопая глазами. Рядом лежала Юкари, в своём фейском платье. Я подполз к ней поближе и осторожно потряс за плечо.

– Юкари, ты как?

– Ой–ой, – произнесла подруга, не открывая глаз, – что это было?

– А ты сама посмотри, – посоветовал я.

Юкари села, и с удивлением уставилась на сундук.

– Так это что же, – неверяще произнесла она, – это всё с нами в реал выпало?! Но как?

– Подозреваю, – я кивнул в сторону Няши, – это проделки её «пушистика». Хорошо хоть я человеком вернулся, а не драконом. И то радует. Блин, до чего же эти доспехи неудобные!

Я со скрипом встал на ноги. Так, надо бы работодателю доложить, а то тут у нас произошло нечто совершенно непонятное…

Входная дверь резко отворилась, и внутрь зашёл Строганов Борис Всеволодович собственной персоной, в сопровождении группы людей в костюмах научников.

– О, – удивился я, – а вот и вы. А я только что хотел вам позвонить…

– Оставайтесь на своих местах, – холодно ответил полковник. – Что тут произошло?

– Понятия не имею, – сознался я. – Мы напали на след артефакта Спящих, именно с его помощью и был осуществлён взлом центрального маршрутизатора Вечера. Точнее, не самого артефакта, а его виртуальной части, но она почему-то вывалилась в реал вместе с сокровищами и сундуком…

Научники разошлись по комнате, достав странные приборы. Следом за ними вошла охрана с кейсами, из которых извлекли не менее хитрые диковины с голографическими экранами. Некоторое время все молчали, лишь научники водили своими приборами из стороны в сторону, делая непонятные измерения. Наконец самый старший, судя по погонам, повернулся к полковнику и произнёс:

– Просто удивительно! Мы впервые зафиксировали устойчивый эффект присутствия поля Гилберта! Это прорыв! Теперь все теоретические обоснования можно считать подтверждёнными! Обнаружена также незначительная гравитационная аномалия, думаю в связи с переносом большой массы…

– А попроще? – скривился полковник.

Научник с недоверием покосился на нас, но всё же ответил:

– Излучение, скажем так, хотя это слово тут не совсем применимо, соответствует параметрам артефактов «ключника» из дримскейпа номер один…

– Вот как? – удивился Строганов. – Интересно.

– Что за «ключник» такой? – поинтересовалась Няша.

– Не твоего ума дело, – отрезал полковник.

На лестнице раздался топот ног, и в комнату ввалилась ещё одна группа сибовцев, но уже с контейнером.

– Так, – констатировал полковник Строганов, – всё это мы забираем…

– Погодите–ка! – возразила Юкари. – Мы всё это добро честно укр… отвоевали, а теперь вы его хотите у нас отнять? Одно золото стоит немалых денег, а если продать монеты на аукционе, да ещё и броню с мечами…

– Вам компенсируют потерю имущества, – проскрежетал полковник. – Да, одежду тоже снимайте.

– Это уже наглость! – возмутилась Няша. – Мне нравится моё платье!

– Вам пришлют копию. И эту штуку тоже сюда.

– Не отдам Пушистика! – взвилась Няша.

Полковник подошёл к ней и схватил белый мерцающий сгусток.

Точнее, попытался. Рука прошла сквозь него. Полковник нахмурился и повторил попытку. Тщетно.

– Ага, не выходит! – обрадовалась Няша.

– Тогда, пожалуй… – начал наш работодатель.

– И думать не смейте! – я встал между ним и Няшей. – Можете делать что угодно, но вам я её не отдам.

Полковник мрачно посмотрел на меня, на Няшу, цыкнул зубом, и произнёс:

– Ладно, хрен с вами. Пусть остаётся у вас. Одежду снимайте и кладите вот сюда, в контейнер.

– Полковник – извращенец, – фыркнула Няша, демонстративно разделась до гола, бросила бельё, и удалилась в другую комнату, вертя хвостатой попой.

– Бесстыдница, – вздохнул я и ушел за ней следом, переодеваться.

– Ну вы тут и натворили дел, – с усмешкой сказал полковник, когда я вышел к нему с ворохом одежды. – Устроили такое, что в принципе невозможно. Интересная у вас команда.

– Одежда-то зачем вам понадобилась?

– Это она сейчас одежда, но мало ли во что она может превратиться… Были уже прецеденты. Ладно, этого вам знать не положено. Расследование продолжайте, я с интересом жду результатов.

Полковник удалился вместе с персоналом, и мы наконец остались одни.

– Ну и дела, – вздохнул я, усевшись на ковёр рядом с девушками. – Всё чудесатее и чудесатее.

– Кстати, – произнесла лукаво Няша, – раз мы с Юкари сидим голые, может порезвимся на этом мягком пушистом ковре?

– И то верно! – согласился я.

Как СИБ так быстро вломилась в наш номер? Подглядывали? И сейчас будут? Ну и плевать на них.

Ночью мне снилась какая-то хрень. Странный сон, настолько яркий и чёткий, что я запомнил его целиком. Яркие, сочные цвета, даже ярче чем в жизни. Всё настолько реально, словно я бодрствую. Я бродил среди странных сооружений, вроде бы похожих на панельные дома, но шириной не более метра и высотой в один–два этажа. Я касался зданий рукой, поражаясь, что руки чувствуют шершавость и холод бетона. Я заглядывал в окна, но внутри ничего не было, просто пустые пыльные комнаты, скорее даже каморки. Так всё ночь там и шлялся, пока не проснулся утром в своей постели.

Удивительное дело, девушки встали раньше меня и уже успели приготовить завтрак.

– Куда сегодня отправимся? – поинтересовалась Няша, когда кофе был выпит, а завтрак съеден.

– Думаю, сегодня можно отдохнуть, – обрадовал её я.

– Тогда в парк развлечений! – подскочила неугомонная и умчалась одеваться.

– Артур, – задумчиво поинтересовалась Юкари, – что бы мне сегодня надеть?

Вот так вопрос. А я–то почём знаю?

– Как на счёт того кремового платья? – наугад ответил я.

– Думаешь?

– Просто мне нравится, когда ты надеваешь платья, – сознался я. – Вон, Няша выглядит в них просто великолепно.

– Тадам! – влетела хвостатая. – Я готова!

– Вот видишь, – я посмотрел на мелкую, – платье ей очень идёт, особенно это синее. Няша, ты прелесть!

– Ну тогда решено, – кивнула Юкари.

У входа в парк образовалась небольшая очередь, чтобы попасть внутрь требовалось купить самый настоящий билет, отпечатанный на бумаге. Ещё одна экзотическая особенность этой курортной планеты, экстравагантная и очень необычная. Помаявшись минут пять, мы приобрели три взрослых билета, и отдали их симпатичной женщине на входе.

– А что же вы дочке своей взрослый-то приобрели? – удивилась она. – Детский стоит вдвое дешевле.

Юкари тихо хихикнула в кулачок.

– Я не дочка! – до глубины души возмутилась Няша. – Я любовница Артура!

– Лю… любовница? – обомлела билетёрша.

– Да! Я не ребёнок! – подскакивала возмущённая Няша. – Вот! – и вытянула вперёд ладонь, перед которой зажглось изображение стандартного имперского паспорта. – На этой дурацкой картинке написано, я взрослая! Совершенно летняя!

– Прямо так, с пробелом между словами? – уточнил я.

– Точно, – упёрла руки в боки она. – Я зиму не люблю.

– Проходите, пожалуйста, – пролепетала билетёрша, отдав мне корешки билетов.

– Пфф, – фыркнула Няша, и гордо взмахнув хвостом, прошествовала по дорожке.

Может она и записана как взрослая, но ведёт себя иной раз как ребёнок.

Первым в списке аттракционов значилось колесо обозрения. Мы зашли в медленно ползущую кабинку и сели на мягкий диванчик. Няша забралась на него с ногами и прилипла к стеклу.

– Ух ты, красота какая! – выдохнула она, когда мы поднялись повыше. – Всё же реальность 1.0 гораздо интереснее виртуала!

И правда, пейзаж впечатлял. Над серпом залива скользили небесные парусники, справа, ближе к спускавшемуся прямо в море отрогу горы, высилась громада Дворца бракосочетания, вдалеке виднелось местное планетарное чудо – Великий мост, ажурная металлическая конструкция длиной сто с лишком километров, протянувшаяся прямо через море на другой берег. Были видны даже бегущие составы, маленькие точки, нещадно коптящие трубой. Слева виднелась система Великих шлюзов, названных так в честь реки Великой, широкой и шустрой речки, впадавшей в залив. Сквозь облака прошуршала вниз вращающаяся шестерёнка космического лифта и исчезла среди зданий космопорта. Красота!

После колеса были лошадки–скакалки, приведшие Няшу в дикий восторг с визгами и воплями. Потом мы крутились на карусели в больших чайных чашках, уже все втроём, летали по воздуху внутри больших прозрачных шаров, постреляли в тире, и даже полетали на симуляторе боевого истребителя. Няша тянула меня от одного аттракциона к другому без передышки, но ближе к полудню утомилась и она.

– Хочу есть, – заявила мелкая.

– Неплохая идея, – поддержала Юкари. – Заглянем вон в то кафе?

Мы уселись за свободный столик под цветущей магнолией. Няша активировала голографическое меню и принялась рыться в списке блюд.

– Слушай, Няша, – спросил я, когда обед был съеден и принесли мороженое с сиропом из водяники, местной морской ягоды, – как так получилось, что ты можешь держать в руках эту штуку, «пушистика», а все остальные – нет?

– Понятия не имею, – пожала плечами хвостатая, ловко орудуя ложкой. – Скорее всего, из–за того, что я уникальная. Няша единственная и неповторимая!

Вот с этим сложно спорить. Сумевший воплотиться цифровой дух, да ещё в теле, созданном при помощи агента Спящих. Интересно, а управлять этой штукой она может? Стоп. Тело, созданное при помощи агента Спящих… Артефакт Спящих… Вот оно что. Надо будет всё спокойно обдумать.

– Няша, – спросил я, – а он у тебя с собой?

– Конечно, – ответила Няша, достав мерцающий сгусток из кармашка платья. – Я взяла его прогуляться, а то он, бедный, всю жизнь провёл в тёмном сундуке.

Я только хмыкнул.

– Эта штука ухитрилась материализовать нашу одежду из виртуала. Няша, попробуй его о чём-нибудь попросить. Я хочу понять, как эта аномалия работает.

– Хм, – задумалась Няша, вертя в руках слабо мерцающего «пушистика», – хочу мороженного. С шоколадом.

Не изменилось ровным счётом ничего. Штука как была инертной, так инертной и осталась.

– Не работает, – вздохнула кошкодевушка, – а жаль.

– Жаль, – вздохнул я, и дотронулся до «пушистика» пальцем.

Меня словно током ударило. Сквозь тело пронеслась холодная волна, и в глазах потемнело.

– Что это?! – взвизгнула Юкари.

Нет, это не в глазах потемнело. Накатила волна тьмы, цвет на мгновение пропали, превратив мир в монохромный, неестественно чёткий рисунок, и схлынула, будто и не бывало.

Юкари издала непонятный звук и выпучив глаза, уставилась на что-то позади меня. Я обернулся. Платановая роща с чёрными керамитовыми дорожками исчезла, и вместо неё возникло нагромождение странных объектов, в которых я с ужасом признал загадочные здания из моего сегодняшнего сна. Я медленно встал и побрёл к ближайшему панельному недоразумению.

Так и есть. Оно самое. Серые бетонные панели, пустые комнаты с оконными рамами без стёкол. Бетонные панели с маленькими голубыми керамическими плитками. Бетонная лестница, ведущая в никуда, половина несуразного мостика, торчащая прямо из стены панельного куба. Я уселся на лестницу, подперев голову руками. Хотелось курить, хотя я бросил это гиблое дело лет восемьдесят назад.

– Откуда всё это взялось, – полушёпотом спросила всё ещё не пришедшая в себя Юкари.

– Ты не поверишь, – вздохнул я, – но вся эта хрень мне сегодня приснилась. Хорошо хоть не кошмар какой с монстрами. Жаль только рощу, красивая была. И куда делась?

– Никуда она не делась, – ответила Няша, садясь рядом. – Вон она, вдалеке. Этот шедевр безумного домостроения словно вклеили, видишь, даже дорожка оборвалась, а там снова начинается. Будто ножом отрезали.

– Это всё Пушистик твой, – ответил я, вздохнув. – Поганец призрачномохнатый. Его работа.

– Почему? – не поверила Няша.

– А кто ещё? Забыла вчерашний инцидент?

– Ну да, – вздохнула Няша. – Похоже, что так.

– Не расслабляйся, Серебряков, – раздался знакомый холодный голос. – Сейчас они будут здесь.

Я поднял голову. Так, легка на помине.

– Сестрица Юкари, что с тобой? – забеспокоилась Няша.

– Сейчас это не Юкари, – вздохнул я. – Это наблюдатель Спящих. Эта штука в ней обитает и берёт под контроль. Иногда.

– Была бы я человеком, то обиделась бы на «штуку», – заметила не–Юкари. – Но так как я не человек, то прощаю.

Няша смотрела на неё квадратными глазами.

– Значит так, – деловито продолжила пришелица, – активировали этого «пушистика», – она саркастически хмыкнула, – молодцы. Не знаю, как вам это удалось, но молодцы. Няша, достань его.

Няша вытащила из кармана своего питомца и обомлела.

– Пушистик сердится! – удивилась она. – Он весь красный!

И правда, штуковина пульсировала ярко–алым светом.

– Он не может сердиться, – холодно заявила не–Юкари, – этот объект не разумный. Сейчас на него идёт атака, так что охраняй его, пока я не вычислю местоположение врага.

– Охраняй? – переспросил я.

– Да, – кивнула та. – Сейчас они будут здесь. Таргонцы.

– Откуда здесь таргонцы? – не поверил я.

– Оттуда, – отрезала не-Юкари. – Пока сохраняется активность, как выразился вчера этот учёный, «поля Гилберта», я могу кое-что учудить. Жаль, продлится это недолго. Сейчас на том конце сигнала суматоха, и пока никто не разобрался, что происходит, я притащу к вам их техперсонал. С ними лучше разобраться здесь, чем в гнезде. Ага, вот они, встречайте.

В воздухе начали возникать чёрные пятна. Больше всего это походило на лист бумаги, который держали над открытым огнём. Сначала появлялось тёмное пятно, потом оно словно прорывалось, осыпаясь по краям чёрной бахромой, расширяясь всё больше и больше. Огня, разумеется, не было, зато были обещанные таргонцы, числом не менее двадцати штук, но весьма обалдевшего вида.

«Так, – промелькнуло в голове, – голова плоская, треугольной формы, глазных пар – четыре, хватательных конечностей с псевдопальцами тоже четыре. Опорных конечностей две, суставы выгнуты назад. Ложнобрюшко короткое, прикрыто панцирем наполовину. Рабочие особи, обслуга, может даже инженеры, но не солдаты. Ничего особенного».

Няша зашипела почти что по-кошачьи, и с такой же невероятной грацией влетела на бетонный куб. Не-Юкари нырнула внутрь, прямо через окно, и затаилась. Я выругался и распаковал кошачий дробовик.

Таргонцы, попав в незнакомое место, пришли в панику, издавая писк и путаясь спрятаться среди бетонных нагромождений. Один хмырь, видимо в ужасе не заметив меня, попытался зарыться в землю прямо у моих ног. Я сплюнул и нажал на курок.

Бахнуло от души. Завоняло горелым порохом, и полтаргонца разметало по окрестностям, испоганив землю вонючей таргонской кровищей. Сверху раздалось шипение, и вниз просвистел здоровенный кирпич, разнеся треугольную башку очередному неудачнику. Няша постаралась.

Это даже не было битвой, так, истребление паразитов. Рабочие особи, даже если у них и было оружие, воевать не приспособлены, они трусливы по своей природе. Я просто отстреливал их, как в тире, а они бегали, даже не пытаясь спрятаться. Вот и славно.

Минут через десять всё было кончено. Последние два экземпляра я взял живьём, изведя на гадов два одноразовых комплекта противохулиганских сеток-прилипалок. Пусть СИБ порадуется. Где-то вдалеке раздался вой сирены, похоже, аборигены уже сообщил в полицию о происходящих странностях.

– Быстро ты их, – удивлённо произнесла не–Юкари, выползая из своего убежища, – я ещё не закончила трассировку. Ну да ладно, доделаю оставшееся по дороге, благо направление ясно. Быстро за мной, пока устройство не выключили и не перепрятали.

Она рванула рысцой в сторону деревьев. Я поспешил за ней, поймав спрыгнувшую сверху Няшу.

– У меня возникла куча вопросов, и я жажду на них ответов, – предупредил я агента Спящих.

– Я и не сомневалась, – фыркнула та. – Задавай.

– Самый первый, на счёт моего Пушистика, – вклинилась Няша.

– Артур уже в курсе, – кивнула в мою сторону Спящая. – Вкратце – суть такова. Похищено устройство наблюдения. Как и кем – непонятно, но одно могу сказать, здесь замешаны таргонцы…

– Погоди, – перебил я, – товарищи из СИБа уверены, что тут дело рук фелина…

– И это правда, – согласилась не–Юкари, петляя по дорожке сквозь рощу, – фелин тоже приложил к этому делу свою лапу. Скорее всего, он работает на них, других вариантов у меня не просматривается. Слушай дальше. Как ты знаешь, устройство слежения состоит из двух компонентов, условно–виртуального и условно–реального…

– Условно?! – удивился я.

– Именно так. Этот ваш «пушистик» … ну и дурацкое же слово… частично программа, а частично, хм, «цифровой дух».

– Это как?

– Даже не знаю, как и выразиться понятнее. У вас даже близко нет подобных технологий. Вы вообще развиваетесь совсем в другую сторону, не так как Спящие. Ну да ладно. Так вот, кто-то, скорее всего ваш фелин, ухитрился разъединить эти два компонента, не до конца правда, и подчинить условно–реальную часть себе, устроив при помощи него несколько диверсий. Тебе же И7 рассказывала? Она, наивная, надеялась, что вы передадите виртуальную часть в файловое хранилище, но я с самого начала знала, что эта затея обречена на провал. Виртуальная часть и так была повреждена, а после того, как над ним поработали вы с И7 оно превратилось в… тьфу… «пушистика». Даже я теперь не могу сказать, как оно будет в дальнейшем функционировать. Кстати, а как ты его активировал?

– Понятия не имею, – честно сознался я. – Видимо, чтобы оно сработало, нужны я и Няша.

– Чудеса, – покачала головой не–Юкари. – Всё, я засекла местоположение условно-реальной части. Это под землёй, в районе вон той горы. Вход должен быть рядом.

– Ты вернёшь нам сестрицу Юкари? – требовательно спросила Няша.

– Верну, не бойся, – хмыкнула Спящая. – Впрочем, она никуда не исчезала. Сейчас она всё слышит, только сделать ничего не может.

Мы успели проскочить и рощу, и район двухэтажных домиков, красивых каменных или даже деревянных строений с узорчатыми наличниками и разноцветными дверьми. Не–Юкари остановилась на перекрёстке, по–собачьи понюхав воздух, и решительно свернула в переулок, упирающийся прямо в отвесную скалу. Похоже, местные красоты не произвели на неё никакого впечатления.

– Мда, – почесала в затылке Спящая, – здесь была зафиксирована самая высокая мощность сигнала, но входа я не вижу.

Она что, серьёзно пыталась найти таким макаром вход? Нет, правда?

– Похоже, – растеряно произнесла не–Юкари, – я не очень хорошо ориентируюсь в трёхмерном пространстве.

«В трёхмерном пространстве», говоришь? Как интересно!

– Ладно, – проворчал я, – придётся спасать положение. У дяди Артура есть встроенный радар, сейчас он им пошарит, поищет вход.

– Ты пользуешься такой устаревшей технологией? – удивилась пришелица.

– Устаревшей - не устаревшей, – парировал я, – а сейчас она в самый раз.

Это крыть ей было нечем.

Я сфокусировал луч радиофотоника, закрыл глаза и начал обшаривать скалу и окрестности. Как интересно, в недрах горы и вправду есть полость, даже, скорее, целый комплекс туннелей. А вот входа рядом нет, но это не беда. Если нет – проделаем.

Я открыл глаза и осмотрелся. Везде скалы, долбить придётся долго, да и нечем. Можно воспользоваться батарейкой и проделать дыру, но есть проблема. Скала – это не металл, тут плазма не поможет. Есть другой режим, обычный взрыв, но каменюка – штука крепкая. С другой стороны, можно попробовать рискнуть и воспользоваться деконструктором, проделать шурф, в который можно заложить заряд. Правда светить деконструктор не хочется, обладание им абсолютно незаконно. Тем более нельзя проделывать им вход, СИБ, увидев такое дело, моментально сделает правильные выводы.

Следующий вопрос – батарейка. Бытовые не дадут достаточной мощности, а корабельные наоборот, обладают мощностью избыточной. Что будем делать? Я поискал глазами.

Ага, вот и она, жертва. Рядом с домом, на дорожке, кто–то из владельцев припарковал обычный электроскутер. Я подошёл к нему, отстегнул аккумулятор, и полез вверх по склону.

– Ты чего собрался делать? – заинтересовалась Няша.

– Проход внутрь, – честно ответил я.

– Аккумулятором? – удивилась не–Юкари.

– Точно, – согласился я. – В нём же чёртова прорва энергии. Если знать как высвободить её разом, получится отличная бомба.

Судя по удивлённому лицу не–Юкари, для неё такой нестандартный способ использования простых вещей был в диковинку. Странное дело, она что, не видела, чем мы занимались на космической станции? Проспала? Хрен её знает. Плевать. Я порылся в своих закромах и распаковал самодельную управляющую плату. Подсоединил к клеммам аккумулятора, критически осмотрел конструкцию, положил на землю и осмотрелся. Так, вроде посторонних нет. Я осторожно распаковал деконструктор, провертел в скале дыру и заложил туда фугас. Всё, драпаем.

– Давайте за мной, – махнул рукой я, – укроемся за гаражом.

Есть у меня маленькая слабость, люблю фейерверки. Как только мы спрятались, я подал сигнал, и аккумулятор взорвался с оглушительным грохотом. Полетели комья земли, камни и куски дёрна. Боюсь, крышам соседних домов изрядно достанется.

– Да ты, Артур, прямо террорист! – восхищённо произнесла Няша. – С тобой так весело!

Мы подошли к дыре и заглянули вниз. Бетонный пол, серые бетонные стены. Из краев дыры торчат оплавленные куски арматуры, вся сила взрыва ушла вниз, в бетонном полу проделало изрядный кратер. Я спрыгнул вниз, поймал Няшу и не–Юкари.

– Темно здесь, – поморщилась Няша.

– Не беда, – ответил я, и распаковал летучий фонарик. С таким появлением думать об эффекте внезапности смысла не имеет.

Подземелье озарилось светом. Я подошёл к стене вплотную и потрогал рукой. Древняя постройка.

– Откуда это здесь? – удивилась Няша. – Это похоже на военный бункер, но ведь Вечер – это планета–курорт.

– Вечер не всегда был курортом, – пожал плечами я. – Когда-то давно здесь проходил фронтир, да и вообще, если Самоцветы были выращены в конце прошлой эпохи, а это пять с лишком тысяч лет назад, то колонизован он был ещё раньше. Вполне естественно, что здесь затерялся старый бункер, построенный ещё во время оно. Полюбуйтесь, даже проводка сгнила. Есть идеи, – я повернулся к Спящей, – где сейчас находится чудо-штука?

– Какая штука? – удивилась она. – А, поняла. Нет, сигнал пропал.

– Ясно, так я и думал. Придётся опять искать самому. Попробую засечь какой-нибудь источник электромагнитного излучения.

Я стоял с закрытыми глазами минут десять. Пусто. Тишина. Я покрутил головой, и вдруг вдалеке сверкнула слабая вспышка. Ага, кажется есть.

– Нашёл, – доложил я. – Впереди есть работающее оборудование. Идём.

Мы осторожно двинулись вперёд, я с ружьём, не-Юкари с катаной, а Няша с большим куском бетона в руках. Прямо команда спецназа, честное слово. Дрон-фонарик освещал однообразный коридор со стёршимися от времени надписями на стенах, пусто, пыльно, здесь столетия никого не было.

Так мы топали, пока не добрались до перекрёстка.

– Дальше куда? – поинтересовалась сущность.

Я призадумался. Вспышка электромагнитного излучения была прямо по курсу, но может стоит проверить помещения слева и справа? Просто из любопытства. Я подошёл к железной двери с большой круглой рукоятью, вроде колеса, подёргал, покрутил колесо, и дверь со скрипом отворилась. Дрон впорхнул в проём, освещая просторное помещение. Давным-давно здесь была казарма. Двуярусные металлические койки с истлевшим хламом на них, остатки мебели, оружейные шкафы, пустые, и больше ничего. Видимо, персонал покидал бункер штатно, законсервировав за собой объект. Хорошо хоть воздух не откачали.

Я почесал ухо. Не, явно наша цель не здесь.

– Так, – объявил я, – двигаем дальше по коридору. Похоже… что это?

Из тьмы прохода напротив раздалось подозрительное шуршание. Ой, не к добру.

– Все внутрь! – крикнул я, ныряя в казарму.

Вовремя. В открытую дверь врезалась туша, больше всего напоминающая смесь ящерицы с многоножкой, но с большой треугольной таргонской башкой. По бетону заскребли когти, и башка раздалась на две части, обнажая пасть с мелкими и острыми зубами. Няша взвизгнула и отправила прямо в неё свой кусок бетона. Отличный бросок, в баскетболе дали бы сразу три очка.

Погань опешила, бетон ей не понравился. Я выстрелил, и гадость, заскрежетав, отскочила от двери, заполучив заряд картечи в харю, или что там у неё вместо хари. Полетели клочья, завоняло резким незнакомым запахом. Не-Юкари молнией метнулась в коридор, я сделал ещё пару выстрелов и выскочил за ней. Спящая запрыгнула на спину беснующейся гадости, быстро огляделась, и резко, с хрустом, вонзила клинок в маленькую ложбинку на спине извивающегося монстра. Монстр забулькал, растерзанная моим выстрелом морда отвалилась вместе с частью туши, и из-под лоскутьев оборванной шкуры показалась новая, такая же треугольная и с зубами. Не-Юкари что-то прорычала на незнакомом языке, повернула клинок в ране, и монстряка, выгнувшись дугой, заголосила. Клинок впивался глубже и глубже, гадость извивалась, не желая подыхать, но видимо Спящая знала куда бить, так что, побрыкавшись, страхолюдина всё же издохла. Не-Юкари ловко спрыгнула на пол. В её руках замерцали распакованные ножны.

– Клинок вытри, – сказал я.

– Что? – не поняла Спящая.

– Клинок, говорю, вытри, а то заржавеет от кровищи.

Не-Юкари фыркнула, смахнула остатки крови изящным движением, и убрала катану в ножны.

– Что это такое, – дрожащим голосом произнесла Няша, выглядывая из-за моей спины.

– Не знаю, – честно сознался я.

– Таргонец, – отозвалась сущность в юкарином теле. – Но редкий. Поганая штука, всё его тело состоит из сегментов, если один из них повреждён, тварь его просто скидывает, активируя следующий. Очень быстро регенерирует, при наличии пищи, разумеется. Самое поганое её свойство, это способность поглощать других существ, прямо на ходу переделывая их в своё тело. Но одно уязвимое место у неё есть, это активный в данный момент нервный узел, парализовав его, вся конструкция развалится на куски. Вон, полюбуйтесь.

И правда, таргонец рассыпался на несколько кусков белого мяса.

– Не оживёт? – всё ещё дрожа спросила Няша.

– Нет, – холодным тоном ответила сущность, – не оживёт. А ты, Юкари, учись. Не зря же меня твой дед к тебе подселил.

– Как думаешь, – спросил её я, – здесь ещё такие штуки водятся?

– Не думаю. Отчего-то таргонцы создают их только малыми партиями. Может выращивать сложно, а может и сами такое боятся. Но расслабляться не надо, думаю, сюрпризы впереди ещё будут.

Да кто бы сомневался.

Дальше двигались осторожно. Дрон летел впереди, освещая закоулки, я с дробовиком, Спящая с катаной, а посередине Няша, но уже без кирпича.

– Фу! – вдруг подскочила она. – Кажется, я вляпалась в таргонскую какашку!

Я внимательно посмотрел под ноги.

– Не, – успокоил её я, – это не какашка. Это хуже. Ты вляпалась в остатки кокона.

– Бээээ, – скорчила рожу Няша, – гадость.

– Гадость, конечно, – согласился я, – но проблема не в этом. В таких коконах выводятся «хваталы». Мелкие таргонские… хм… пусть будут жуки. Такие штуки на шести лапах, с челюстями. По одиночке они не слишком опасны, но в стая может и сожрать. Таргонцы используют их в качестве детекторов вторжения и первой линии обороны. Ну, или минные поля ими разминируют. Вот с этим я в своё время сталкивался. С этими уродами мне пришлось повоевать, и довольно плотно.

– Как с ними справиться? – заинтересовалась Наша.

– Огнемёт, – пожал плечами я, – плазмер, шрапнель, кинетика. Да много всего.

– Но у нас этого нет…

– Точно подмечено.

– И?

– Значит, двигаем вперёд. Я чувствую сильный всплеск энергии за этими дверями. Забираем приз и сматываемся.

Коридор расходился на два рукава. Нам туда не надо, нам надо за железные двери, что возвышаются прямо перед нами. Хм, дверь массивная, даже двигается по рельсам. Электричества нет, а даже если бы и было, электромоторы наверняка давно сдохли. Однако таргонцы как-то внутрь проникли. Я огляделся. Ага, вот оно, так я и думал. Аварийное пневматическое открытие дверей. Попробуем, но наверняка механизм тоже давно пришёл в негодность.

Я подошёл к рычагу и начал дёргать его вверх и вниз. Надо же, работает! Видимо, таргонцы починили. Дверь заскрипела, и начала медленно отъезжать в сторону.

– Ты так до завтра качать будешь, – съехидничала Няша.

– Не буду, – отбрил её я. – Тебя заставлю. А вообще, нам надо лишь проделать щель, чтобы протиснуться внутрь и всё.

–А, ну разве что так, – согласилась Няша.

– Внимание! – встрепенулась не-Юкари. – К нам движется множество биологических объектов.

А вот и они, хваталы, чтоб их. Я неистово замолотил рычагом, дверь поехала шустрее, но тут в механизме что–то крякнуло, и рычаг остался у меня в руках. Твою ж мать! Что с проходом? Щель есть? Есть. Протиснемся? Думаю да, я не толстый.

– В темпе, лезем внутрь, – прикрикнул я. – Я прикрываю.

Дрон уже нырнул в проём, следом с кошачьей грацией юркнула Няша, за ней, вжавшись в металл двери протиснулась Юкари. С обеих сторон коридора вынырнули две серые мельтешащие волны, слившись воедино, ломанулись ко мне. Я что-то вякнул и не заметил сам, как проскочил через узкую щель внутрь помещения.

– Няша, ко мне! – рявкнул я, подбегая к круглому колесу на стене. – Юкари, держи дробовик!

А ведь я даже не знаю, как зовут эту агентшу Спящих. Впрочем, может у неё и нет имени. Ладно, пусть так и остаётся не-Юкари.

Мы с Няшей навалились на колесо и дверь поползла в обратную сторону. Не-Юкари сделала несколько выстрелов в щель, через которую внутрь попытались просочиться хваталы. Брызнули в стороны куски панциря, жвалы и когти–ходули. Дверь закрывалась, таргонцы лезли, хрустели, исправно плющились, и наконец проход закрылся окончательно.

– Спаслись, – прошептала Няша, сползая на пол.

– Платье испачкаешь, – предупредил я.

– Плевать, – отмахнулась она, – в гостинице постираю.

Не-Юкари протянула мне дробовик.

– Идём, – произнесла она, – надо выключить устройство. У него есть возможность активации самоуничтожения, но сначала мне надо снять телеметрию. Оно где-то здесь, я чувствую.

Я огляделся. Здесь некогда была генераторная, не реактор, а древние энергетические элементы, собранные на основе двигателя Клайва. Точно, так и есть, в потолок уходили мощные трубы воздуходувов. Сколько же лет этому сооружению?

Я двинулся мимо застывших агрегатов, искать нашу цель.

– Кстати, – спросил я, – а как выглядит эта хреновина? В гигасе я видел серый цилиндр.

– Он и в реальности такой же, – отмахнулась сущность, – он здесь, вот за этой деревянной стеной.

Когда–то эта стена и вправду была деревянной, а сейчас она просто рассыпалась кучей трухи от лёгкого тычка ножнами катаны.

– Итак, – начала Спящая, – как я уже говорила… Что за…?!

Прямо перед нами стояла металлическая конструкция, обычная рама с закреплёнными в ней двумя моргающими зелёными огоньками блоками и большим светящимся синим и белым шаром сверху. Конструкция тихо гудела, шар медленно крутился, бросая на стены цветные блики.

– Что-то непохоже на серый цилиндр, – заметил я.

– Сама вижу, – огрызнулась не–Юкари.

Она подошла к устройству и опустилась перед ним на корточки. Посидела, потыкала пальцем, прикоснулась к шару и наконец выругалась длинной и матерной цитатой.

– Вот уж не думал, – удивился я, – что Спящие умеют так выражаться.

– Заткнись Серебряков, – прошипела она, – свяжешься с людьми и не такого наберёшься.

– Судя по всему, что-то пошло не так? – блеснул интеллектом я.

– Как ты догадался? – процедила Спящая.

– По твоему расстроенному виду, – невозмутимо отбрил я. – Итак, что у нас плохого?

– Меня обманули, – хмуро ответила она. – Провели. Объегорили.

– А конкретнее?

– Я совсем запуталась. Теперь я ничего не понимаю. Это устройство явно таргонского производства, и оно полностью имитирует наш зонд, вплоть до управляющих сигналов. Я-то думала, что здесь, на этой базе хранится сам зонд, а команда инженеров обслуживает управляющие и охранные системы. Я их вытащила наружу, чтобы никто не смог включить самоуничтожение комплекса, или учудить ещё какую-нибудь подлянку в этом роде. Но тут это. Погоди, дай я его ещё раз осмотрю.

Она подошла к устройству, положила не него руки и замерла.

– Надо полагать, таргонцы ухитрились скопировать вашу технику? – спросил я. – Сдаётся мне, что это или прототип, или просто обманка.

– Похоже, что первое, – вздохнула Юкари–2, – и плохо не то, что зонд скопировали, а то плохо что они вообще сумели это сделать. Считается, что это даже теоретически невозможно. Раньше считалось.

– Это ещё почему? – удивился я.

– Сам поймёшь, – вздохнула не–Юкари, – когда мы найдём оригинал. Видишь ли, технологии Спящих принципиально отличаются от ваших. Если подумать, то их и технологиями-то можно назвать с натяжкой. Это нечто другое. В любом случае, надо выбираться отсюда.

В дверь кто–то заколотил ногой.

– Серебряков, – раздался приглушённый голос полковника Строганова, – открывай давай. Мы тут всё зачистили.

– Механизм заело, – заорал в ответ я.

За дверью выругались.

– Тогда отойдите подальше, мы её сейчас снесём.

Няша быстро порскнула ко мне и спряталась за одним из агрегатов. Мы укрылись рядом. На металле двери засветились яркие раскалённые точки, сливаясь в одно большое пятно, раскаляясь всё сильнее, и наконец взорвалось, разбрызгивая в стороны расплавленный металл. Зашипел жидкий кислород из распылителей, охлаждая светящиеся края дыры, и к нам шагнул сам полковник, на ходу отключая шлем силовой брони.

– И нахрена вы полезли в эту дыру, не подождав нас? – вместо приветствия объявил он.

– А затем, – в тон ему ответил я. – Что у нас задание. От вас же. Если бы вы обнаружили вот эту хреновину сами, - я ткнул пальцем в таргонское устройство, - у вас были бы основания не платить нам за работу. А так это мы её нашли.

– Ну и меркантильный же ты тип, Серебряков – покачал головой полковник. – Вот это и есть устройство Спящих?

– Нет. Его тут вообще нет. Это таргонская копия.

– Хм, – задумался Борис Всеволодович, – интересно. Так, лейтенант Черных, обеспечить охрану артефакта. Вызовите подкрепление, пусть всё здесь зачистят. Старший лейтенант Локовски, ты со своей группой – за мной. Охраняй гражданских. Давайте на выход.

Дыру, проделанную моим взрывом, основательно расширили, и вниз спускалась металлическая лестница. Снаружи, прямо на дороге, приземлились два военных скиммера в десантном исполнении, и пара других уже была на подходе. Полковник облокотился о броню, повернулся ко мне и начал:

– Так, а теперь давай подробнее, что тут у вас произошло. В парке отдыха зафиксировано… ты уже слышал это слово… излучение поля Гилберта. В результате площадь планеты увеличилась примерно на квадратный километр. Занятно, правда? Итак?

Я вздохнул и почесал за ухом.

– Если честно, я сам ещё ничего толком не понял. Эти несуразные здания, которые вы имели удовольствие лицезреть, сегодня ночью мне совершенно банальным образом приснились…

– Как интересно, – даже озадачился полковник.

– Мне тоже, – согласился я, – и вот, когда я дотронулся до «пушистика», всё это внезапно проявилось.

– Даже мы не в состоянии разобраться в происходящем, – встряла Юкари–2. – Пока, во всяком случае.

– «Мы» – это кто? – прищурившись, поинтересовался полковник.

– Спящие, – коротко ответила Юкари–2.

– Забавно, – Борис Всеволодович повернулся к ней, – и давно ты завербовалась в их агенты, девочка?

– Юкари тут не при чём, – ответил я. – Сейчас говорит не она. К ней подселили чужеродную сущность, дед её в своё время постарался. Всё довольно запутанно…

К нам порскнул маленький связной дрон, и в воздухе замерцала голограмма связи.

– Мы нашли его, – в светящемся окошке возникли физиономии двоих фелинов, Иванова и Петрова, – передаём координаты. Как мы и предполагали, виновник – молодой фелин Серошеин Максим Леонидович. Подтверждаем наличие артефакта «спящих».

– Вы уверены? – переспросил полковник.

– Абсолютно, – синхронно кивнули оба, – тут такое твориться…

Изображение пошло рябью и пропало. Интересное дело, заглушить квантовую передачу? Это как?

Полковник хмуро оглядел нас и скомандовал:

– Быстро на борт. Вы мне понадобитесь. Вместе со своим «пушистиком».

Скиммер взмыл в воздух, и развернувшись над полосой пляжа полетел в сторону шлюзов.

– Лично у меня складывается впечатление, что этот ваш фелин в сговоре с таргонцами, - начал я. – Или просто на них работает. Он передал им артефакт, таргонцы изучили его на этой базе, чертежи передали по каналам связи, а оригинал оставили у фелина. Для дальнейших диверсий. Лично я бы поинтересовался у него, не устраивал ли этот умник взлом некоего транспортного дрона, перевозившего один интересный пси-кристалл.

– Это как же он ухитрился разобраться в работе артефакта Спящих? – саркастически поинтересовался полковник Строганов.

Я пожал плечами.

– Не удивлюсь, что он тоже из наших, кибермагов. У нашего брата иной раз встречаются весьма своеобразные таланты.

– Хм, – призадумался полковник, – может оно и так. Если бы этот засранец не взорвал здание СИБ, я бы его завербовал. А так… Нет, крови своих мы никому не прощаем.

Мне стало немного неуютно. Перейти дорогу Службе Имперской Безопасности – это надо быть конченым идиотом.

– Остаётся открытым вопрос как таргонцы устроили гнездо прямо в центре Империи, да ещё и умыкнули ценное устройство наших таинственных друзей, – закончил я.

– Кстати о таинственных друзьях, – полковник повернулся к Юкари, – а какой во всём этом интерес Спящих? Ну, кроме возврата своего устройства? Кстати, раз уж зашёл разговор об этом, устройство мы вам не вернём, это я гарантирую. Игрушки Спящих – редкая вещь.

– Я в этом ни разу не сомневаюсь, – скривилась не–Юкари. – Забирайте. Всё равно ничего понять не сможете.

– Таргонцы же смогли, – резонно возразил полковник, – а мы ни разу не глупее.

– Оно всё равно сломанное, – пожала плечами Спящая. – Кстати, вы отчего-то сразу поверили, что с вами говорит не Юкари.

Полковник ухмыльнулся и вынул из кармана продолговатое устройство.

– Переносной сканер пси-поля. Ваша троица давно уже под наблюдением, так что все ваши биоданные пишутся круглые сутки. У вас двоих рисунок «ауры» постоянен, но у неё – он кивнул в сторону Юкари, – он полностью поменялся. Хотя, вы трое и так ходячие аномалии. Ладно, продолжай.

– Грядёт катаклизм, – совершенно будничным тоном объявила не–Юкари, – и он смоет всех, всю известную вам часть галактики. Где-то в дальнем космосе пробуждается вихрь, деформирующий саму реальность…

– А, – зевнул полковник, – ясно. Мы в курсе. И где этот ваш «вихрь», и что с ним делать, и многое другое. Но это наши проблемы, а вам-то что до них? Вы же из другой вселенной.

– В курсе? – выпучила глаза не-Юкари. – Но откуда…?

– Оттуда, – невежливо ответил полковник. – Не только вы ведёте наблюдение за разными слоями бытия. Мы тоже умеем читать вероятностное будущее. Предупреждаю сразу, если на нас начнётся атака со стороны Спящих через эту область, вы получите достойный ответ.

– Вот значит как, – протянула не–Юкари. – Признаться, это для нас новость. Что ж, тогда наше сотрудничество может быть плодотворным. К сожалению, надвигающаяся волна угрожает и нам, мы живём обособленно, но всё же в вашей вселенной.

– Анклав? – поинтересовался полковник. – Мы знаем, что это такое, но в этой области знаний у нас пока маловато.

– Да, – кивнула Спящая, – анклав. Наша мини–вселенная, небольшой пузырёк, прилепившийся к вашей. Мы обособленны, но отдельно существовать не можем, и та гигантская волна, что зарождается в дебрях космоса, накроет и нас. Предотвратить это, к сожалению, невозможно.

– Зато можно минимизировать ущерб, – пожал плечами полковник. – Если у вы можете предложить что-то полезное, мы готовы выслушать.

– Не у меня, – покачала головой не–Юкари, – я агент–исследователь, но есть и другие. Они обязательно выйдут с вами на связь. Нам надо будет обменяться информацией. И небольшая просьба, прекратите преследовать И7. Она важна для нас.

– Хорошо, – согласился сибовец, – пусть это будет небольшой аванс. Будьте готовы, подлетаем.

Как–то он быстро согласился. А впрочем, я не удивлюсь, если они попытаются использовать И7 в качестве маячка, чтобы нарыть больше информации о сети Спящих. Контакты, связи, траффик… Ладно, это уже не наше дело.

Скиммер пролетел над шлюзами и пошёл на снижение рядом с группой двухэтажных частных домиков. Облетев их по кругу, мы приземлились на автомобильной стоянке, сейчас совершенно пустой. Откинулась на асфальт задняя аппарель, и полковник сошёл на землю, вместе со штурмовым отрядом. Мы последовали за ним.

Тут же, на стоянке, уже расположился импровизированный штаб. Научники с кучей аппаратуры, военные и двое наших знакомцев–фелинов.

– Доложить обстановку! – сходу потребовал полковник.

– Объект забаррикадировался в доме! – бодро ответил Петров. – Заложников при нём не обнаружено. Все гражданские эвакуированы, посёлок оцеплен. Штурм не начинали, согласно приказу.

– Что объект? – поинтересовался полковник.

– Матерно ругается! – доложил Иванов. – И грозит устроить диверсию.

– Я ему сам сейчас диверсию устрою, – хмуро пообещал Строганов. – Что там у вас?

Это он уже научникам.

– Судя по сильному излучению Гильберта, – начал научник, тот самый, что отобрал у нас наши вещи, тогда, в гостинице, – артефакт здесь и активен. Мощность излучения сильнее даже чем…

– Отставить подробности! – рыкнул полковник. – Так, вы трое. Можете обезвредить артефакт?

– Нет, – покачала головой не–Юкари. – Устройство не отзывается на управляющие сигналы.

– Странно, – удивился научник, – мои сенсоры не фиксируют никакого стороннего обмена данными. Как вы общаетесь с устройством?

Не–Юкари посмотрела на него сверху вниз, фыркнула и не ответила. Интересно, эти Спящие, они все такие заносчивые?

– Может попробуем Пушистика? – спросила Няша, доставая из кармана платья эту таинственную штуку. – Сестрица не–Юкари, как думаешь, получится?

– Не знаю, – с сомнением произнесла та, – попробуйте. Посмотрим, осталась ли между компонентами хоть какая-то связь.

– Давай, Артур, – Няша протянула мне ладошку, – прикажем той штуке выключится. И пойдём на пляж.

Я взял Няшу за руку, закрыл глаза и сосредоточился. В прошлый раз мы начудили, может сейчас всё выйдет правильно? Итак, что я тогда испытывал, о чём думал?

По телу пронеслась холодная волна, волосы встали дыбом, и я даже с закрытыми глазами увидел, как над домом, где засел наш террорист, раскрывается дыра с неровными, колеблющимися краями. Эдакое «окно» неведомо куда.

– Пробой! – заверещал научник. – Полноценный! Не то, что в лаборатории! Шевчук! Снимай данные!

– Пишу уже, – буркнул другой научник, – сразу на три устройства.

– Вот оно! – плясал первый, тыча пальцем в плоский экран переносного монитора. – Полноценная кривая Гильберта! Всё точно так, как в моей работе! Да я теперь этого засранца Мамонтова с дерьмом смешаю! Посметь обвинить меня…!

– Молчать! – взревел полковник. – Отставить обсуждения!

Хрен там. Вся научная команда, позабыв о шевелящемся в воздухе «окне», намертво прилипла к своим приборам.

– Вашу мать! – выругался Строганов. – Вы что тут опять натворили?

Я пожал плечами. Хрен его знает.

Там, за «окном», простирался странный пейзаж. В матовом белом небе вместо солнца горела светящаяся полоса от одного края горизонта до другого. Почвы видно не было, всю поверхность, которую было видно, занимали шестигранные столбы разной высоты, плотно прилегающие друг к другу. Я сначала принял их за природные образования, но, приглядевшись, понял, что объекты искусственные. Послышался лёгкий звон, и прямо из окна на нашу стороны выпало два странных объекта, напоминающих додекаэдры, но расписанные непонятными светящимися то ли буквами, то ли узорами. Спецназ тут же взял их на прицел, но объекты не шевелились.

– Слушай, – отчего–то шёпотом спросил я не–Юкари, – это что там такое? Ваш мир?

– Нет, – медленно покачала головой Спящая. – Впервые такое вижу.

– Объект внутри дома изменил энергетическую сигнатуру, – доложил один из научников.

– И что это значит? – спросил изрядно нервный полковник.

– Понятия не имею, – ответил учёный. – Объект реагирует, но как и что он делает сказать не могу.

«Окно» пошло мелкой рябью, картинка странной равнины потеряла резкость и исчезла, оставив лишь мельтешение цветных полосок. Они то сплетались в узоры, то расплетались, иногда исчезая полностью, и тогда в «окне» на секунду проявлялись чужие пейзажи, часто совсем ни на что не похожие.

Внезапно всё исчезло. «Окно» раздалось вширь и вдоль, и в нём чётко проявился совершенно чужеродный город, состоящий из простых геометрических фигур. Странное дело, фигуры и фигуры, но меня передёрнуло от отвращения. Сначала я не понял почему, но потом дошло. Все здания были живыми.

И они были таргонцами.

Из дома с террористом донеслось торжествующие шипение, и из «окна», раздавив несколько домов, вывалилась огромная пирамида с плоской вершиной. «Окно» задрожало и исчезло.

– Вот же хрень! – выругался полковник, выхватывая автомат.

Научники, не будь дураки, похватали свои приборы, и в темпе погрузившись на скиммер, рванули прочь.

Солдаты открыли огонь.

Уж на что хороши штурмовые автоматы, но с этой хреновиной они справиться были не в состоянии. Огромная, метров восемнадцать высотой штука, обладала весьма прочной шкурой, и пробиваться из ручного оружия не желала. Заколыхались грани пирамиды, у самой верхушки проросли какие–то тонкие нити с чёрной бахромой, и из–под приподнявшегося основания, выползли самые настоящие тарглеты, только вяловатые и словно бы до конца не сформировавшиеся.

Солдаты перенесли огонь на них.

Тут уже дело пошло веселее. Тарглеты с хлюпаньем разлетались на части, у них даже панциря–то ещё не наросло, и скоро все соседние и покорёженные остовы автомобилей были уляпаны зеленоватой вонючей слизью.

– Это что, таргонский инкубатор? – спросил я.

– Похоже на то, – согласился полковник. – Как размножаются эти твари, мы до этого момента не знали. Что ж, теперь знаем.

– Похоже, ручное оружие его не особенно беспокоит, – констатировала не–Юкари.

– Спасибо, – скривился полковник, – а то я не вижу. Скоро здесь будет атмосферник. Сомневаюсь, что броня этой твари выдержит снаряд в 250 миллиметров.

– Может нам снова попытаться поработать с Пушистиком? – уже в плане поехидничать предложил я.

– Я вам попытаюсь! – подскочил полковник. – Не хватало ещё какую хрень выпустить.

– Ну ладно, – пожал плечами я. – Я же просто предложил. Няша, как он там себя ведёт? Няша? Ты где?

Мелкая и хвостатая исчезла. Я поискал её глазами, но не нашёл. Спряталась, что ли? Немудрено, тут столько страшных штук.

Вдруг моего носа коснулся давно забытый запах. Пахло, словно чем–то горелым, вроде горелой изоляции, но с характерными «химическими» нотками. Я поднял глаза и увидел то, что ожидал.

В воздухе нёсся гипо, его летательный пузырь уже приобрёл ярко-красный оттенок, хвост из белых нитей исчез, бахрома отростков прижата. Запах издавал именно он. Точно, скоро взорвётся.

– За великую Империю! От победы к победе! – взревел надсадно чадящий Мамомот.

На его спине стояла Няша, а в её руках был ярко светящийся Пушистик.

Я что-то заорал, распаковал параджет, накинул на спину, и не застегнув всех ремней, стартовал на максимальной тяге.

Подлец гипо свечкой ушёл вверх, заставив Няшу судорожно вцепиться в какой–то отросток на его полупрозрачном теле. Я бросил быстрый взгляд вниз и увидел большую зубастую пасть на самой верхушке таргонца–здания. Именно туда и нацелился этот самоубийца. Сейчас взлетит повыше и камнем рухнет вниз.

Собственно, этот манёвр летучего камикадзе и дал мне те необходимые секунды на перехват. Я пролетел над ним, схватил визжащую Няшу, и резко развернувшись, ушёл в сторону.

Гипо, как и следовало ожидать, врезался в таргонскую тушу, взорвавшись ярким пламенем, выбив несколько клыков из пасти, но не причинив особого вреда.

– Дурак! – всхлипнула Няша. – Зачем он это сделал?

– Зачем ты это сделала? – прорычал ей я. – Сейчас я бы тебя по частям собирал, чтобы похоронить. Какого хрена?!

– Пушистик, – прорыдала Няша, – я чувствовала, что он хотел подобраться поближе. Он тянулся к другой части. Я не могла подойти, там это стоит. Я стояла и не знала, что делать, но рядом оказался этот пузырь… Я попросила его, и он согласился помочь.

Я закатил глаза. Нашла с кем связаться.

– Няша, – уже спокойнее сказал я. – Никогда не связывайся с гипо. Они долбанутые. Если ему в голову взбредёт какая-то идея, они доведут её до абсурда. Вот сейчас, этому идиоту захотелось поиграть в героя, и он включил самоуничтожение. А толку?

– А как ты это понял? – спросила Няша прижимаясь ко мне.

– По запаху, – ответил я. – Так уж вышло, что мне пришлось в своё время с ними долго общаться. Они только с нами разговаривают голосом, а друг с другом общаются ещё и при помощи запахов, так что характерную вонь идущего на таран гипо я ни с чем не спутаю, видел уже такое. Я еле успел тебя поймать, дурочка!

– Поругай меня ещё, пожалуйста, – промурлыкала Няша, обнимая меня за шею. – И перехвати меня поудобнее, ты мне всё платье задрал. Поддувает.

Точно. Подхватил я её как получится, за талию и правую ногу. Надо бы перехватить поудобнее, а то, не ровен час, выроню.

– Ой, Артур, – покраснела Няша. – Ты за что меня хватаешь? Ай, не надо шевелить здесь большим пальцем! Это меня…ой–ой! Артур, проказник!

– Эй там, наверху! – раздался снизу знакомый рык полковника. – Немедленно прекратить непристойности в воздухе! Быстро вниз.

И то правда. На нас упала тень лёгкого атмосферного крейсера поддержки, носившего гордое имя «Неистовый». Я резко приземлился, поставил Няшу на землю, запаковал параджет, и спрятавшись за бронированный скиммер, стал наблюдать.

Таргонский инкубатор почуял неладное. Из него полезла паутина тонких и гибкий щупалец, которые быстро нашарили обломки расплющенных зданий. Монстряка ловко покрутила ими в воздухе и отправила в полёт прямо в крейсер.

С таким же успехом можно было бы кидать в него гальку. То, что долетело, сгорело на щитах, а то, что промазало, надело дыр в ближайших крышах. Вот народ–то обрадуется, когда вернётся!

Раскрылись боевые отсеки, и из недр крейсера показались стволы счетверённых кинетических ускорителей, прямо на ходу наводясь на цель. Я спрятался за бронещиток, прихватив любопытную Няшу.

Крейсер дал залп. Инкубатор хлюпнул и разлетелся на части, забрызгав ближайшие здания слизью. Не завидую я дронам– уборщикам, вся улица загажена. Я осторожно выглянул из–за щитка.

Точно, разнесло. Среди ярко–фиолетовых кишок таргонца копошились белые зародыши, словно опарыши на трупе. Сколько их! И расползаются, сволочи. Но ничего, им вне инкубатора не выжить, с гарантией. Няша выглянула из–за бронеплиты, но увидав всё это великолепие побледнела, позеленела, зажала рот руками и юркнула назад.

Спецназ, убедившись, что инкубатор сдох, пошёл на штурм, давя мерзко щёлкающих под ногами личинок. Пинок, входная дверь выбита, и штурмовик, под защитой мерцающего голубым силового щита, ворвался внутрь. Ещё пятеро нырнули следом. Внутри началась какая-то возня, и через пару минут наружу выволокли связанного узлом молодого фелина. Отдельный спецназовец осторожно нёс на руках цилиндр из серого металла.

– Так–так, – совершенно спокойно произнёс полковник, – так вот ты какой, хакер хренов.

Я его узнал. Это тот самый мальчишка–фелин, который отплясывал с Няшей у торгового центра. Вот никогда бы не подумал, что он стоит за всей этой кутерьмой. С виду обычный парень.

– Ты! – выпучился на Няшу террорист. – Я тебя знаю! Ты с ними?

– Няша не общается с террористами, – презрительно фыркнула мелкая.

– Я не террорист! – сверкнул глазами фелин. – Я Председатель Мяу! Последний из оставшихся бойцов за независимость!

– Ну да, – саркастически хмыкнул полковник Строганов. – Слышал. Ты у нас борец за справедливость.

– А так и есть! – полыхнул неправедным гневом парень. – Вы, империя, отобрали у нас нашу государственность!

Петров отвесил ему подзатыльник.

– Забыл историю, паршивец? – прошипел он. – Это мы, фелины, первыми напали на имперскую колонию! А после таргонцы почти уничтожили нашу расу, и, если бы не помощь Империи, нас бы вообще не было на свете!

– Зато наша культура растворилась в имперской! – возразил террорист. – Имена и те людские!

– Сколько раз я это уже слышал, – скривился полковник, – думаешь, ты первый? Вас, сепаратистов и борцов за справедливость, по тысячами ежегодно вылавливаем, и, обычно, за каждым из них стоят либо галенты либо амаррцы. Хотя, и просто дурость встречается, как в твоём случае. Ты, дебил малолетний, хоть поинтересовался, хотят ли твои соплеменники отделиться?

– Поинтересовался, – хмуро ответил фелин. – Морду набили.

– И какого хрена? – резонно спросил полковник. – Если всех всё устраивает, зачем ты лезешь со своими завиральными идеями? У тебя в роду гипо не было случаем?

Фелин смерил его презрительным взглядом. Полковник только хмыкнул.

– Ладно, ты мне вот что скажи, где ты чудо–штуку заимел? И каким боком связан с таргонцами?

– Не скажу, – прижав уши рыкнул парень, – даже если пытать будете.

– Скажешь, – скучающим тоном возразил полковник, – и не таких ломали. Про запретную псионику слышал?

Глаза фелина стали квадратными.

– Ага, – удовлетворённо произнёс сибовец, – гляжу, до тебя начало доходить, что ты натворил. Ты уронил бензовоз на здание СИБ? – внезапно рявкнул он.

Фелин лишь икнул.

– Мы никому не прощаем своей крови, – ледяным тоном сказал полковник, – и неважно, какой расы наш работник, так что ты ответишь за всё сполна. И расскажешь всё, даже если не знаешь. Увести!

Спецназовцы подхватили под руки террориста и уволокли в один из скиммеров.

– А нам расскажете потом, как он дошёл до жизни такой? – простодушно поинтересовалась Няша.

Строганов смерил её долгим взглядом.

– Может и расскажу, – наконец произнёс он, – если нужно будет. Ты мне лучше вот что скажи, где этот твой «пушистик»? Оставлять его в ваших руках просто опасно.

– Нету, – вздохнула Няша, – исчез. Когда эта штука, – она кивнула на цилиндр, – выключилась, исчез и он.

Полковник посмотрел на не–Юкари.

– Подтверждаю, – кивнула она, – устройство самоликвидировалось. Думаю, я тут пока не нужна, а то я и так слишком долго занимаю это тело.

Юкари обмякла, и я еле успел её подхватить.

– В медотсек её, – полковник кивнул на дверь скиммера. – Пусть очухается. Ну что, теперь давайте решать, что с вами делать.

Признаться, у меня по спине поползли нехорошие мурашки.

– А что с нами делать? – удивилась Няша. – Нам надо заплатить гонорар. Вон, сколько всего мы натворили!

– Это да, – хмыкнул полковник.

– И не меньше, чем в прошлый раз! – из недр скиммера на свежий воздух вышла, слегка пошатываясь, Юкари.

Полковник хмыкнул ещё раз и произнёс:

– Хорошо. Будет вам гонорар. В конце концов с заданием вы справились, нарыли столько интересной информации, что впору к вам приклеить гриф «совсекретно» и спрятать в хранилище. Ладно, не бледней так, шучу. Я просто возьму с вас подписку о неразглашении.

Я пожал плечами. Подумаешь, подписка. Меня сейчас заинтересовало совсем другое. У Няши на руке красовался новый серебряный браслетик с затейливым геометрическим узором, но я готов побиться об заклад, что полчаса назад его у неё не было. Интересно, это как–то связано с «пушистиком»? Сейчас лучше не спрашивать, вот останемся одни, и тогда… Да и то, лучше сделать это дома, на Лэйве.

– И ещё, – непререкаемым тоном заявила Юкари, – мы должны здесь остаться ещё на пару недель. Сплошная беготня, я так и не отдохнула. Вы ведь не станете выселять нас из номера, Борис Всеволодович?

Полковник удивлённо посмотрел на неё и удалился к скиммер, бормоча под нос о чрезмерной наглости некоторых персонажей.

А что, пожалуй, неплохая идея, деньги есть, можно и расслабиться.

* * *

Несколько дней спустя, орбита газового гиганта Атрабин-3, база в астероидном кольце.

- Ну и как там наш постоялец? - поинтересовался Строганов Борис Всеволодович у капитана СИБ, шедшего рядом.

- Долго запирался, шипел, плевался, и называл нас уродами, - ответил капитан, - но после спецобработки стал ручным и покладистым. Запретная псионика творит чудеса.

- Он в нормальной кондиции? - забеспокоился полковник. – Этот тип нужен мне дееспособным.

- Не беспокойтесь, Борис Всеволодович, - ухмыльнулся сибовец, - он вменяем, только его воля полностью подавлена. Сюда, пожалуйста.

Они остановились перед массивной дверью. Полковник приложил руку к сенсору, и створки двери разъехались в стороны. Мужчины вошли в полукруглую комнату, одна стена которой представляла собой толстенное стекло, точнее, массив стеклостали. На другой стороне, сидел понурый фелин, сломленный и апатичный.

- Ну и как тебе в нашей лаборатории, объект 117А? - с изрядной долей злорадства поинтересовался полковник.

- Я вас ненавижу, - бесцветным голосом ответил бывший Председатель Мяу.

- Не хочешь поинтересоваться новостями? - хмыкнул полковник. - Нет? А зря. Сегодня, решением суда, некий фелин Серошеин Максим Леонидович, был приговорён к смертной казни за терроризм. Приговор был приведён в исполнение полчаса назад. Теперь ты никто, урод, тебя больше нет.

- Довольны? - апатично ответил Мяу. - да, я проиграл, но моя борьба...

- Ты кретин, - презрительно произнёс Строганов. - Да кому ты со своей борьбой нужен? Твои соотечественники прекрасно живут в Империи, твой народ процветает, и даже занимает руководящие должности в аппарате Императора.

- Вы пришли меня перевербовать? - в голосе Председателя появилось некое подобие эмоций. - Зря. Ничего у вас не выйдет.

- Больно ты нужен, - презрительно ответил полковник. - Нет, твоя роль будет другой, но для начала ты ответишь на несколько вопросов.

- К сожалению, - с горечью произнёс Мяу, - я не могу вам противостоять. Вы промыли мне мозги.

- Мы старались, - ухмыльнулся капитан.

- Первый вопрос, - произнёс полковник. – Это ты стоял за похищением пси-массива?

- Я, - согласился председатель.

- Кто заказчик? Как ты узнал о перемещении охранного конвоя?

- Таргонцы сказали, - пожал плечами Мяу. - Откуда они узнали про конвой, не спрашивайте, сам не в курсе.

- Ты связался с таргонцами? - с презрением спросил капитан.

- Враг моего врага, - презрительно шевельнул хвостом фелин, - и всё такое. Они мне даже денег дали на борьбу. Думаете, я испытываю угрызения совести? Да нифига.

- Плевать мне на твою совесть, - спокойно ответил полковник. - У тебя её вообще нет. Меня вот что интересует: как ты ухитрился взломать системы наших дронов, да ещё и вырубить кибермагов охраны?

- А, - по лицу Мяу проскользнула призрачная улыбка, – это самое интересное.

- Отвечай! - потребовал капитан.

- Спокойнее, Игорь Сергеевич, - поднял руку полковник. - Итак?

- Это всё устройство Спящих, - торжествующе произнёс Мяу, - с его помощью я могу творить чудеса. Мог...

- Продолжай, - потребовал полковник.

- Я ... - через силу произнёс Мяу, было видно, что говорить он не хочет, - не могу объяснить точно, как это происходило, но я воздействовал на ваши системы словно из другого измерения. Я не знаю, как описать. Ваши операционки словно мощный запертый сейф у которого нет одной стенки.

- Опиши подробнее, - потребовал полковник. - Что значит, «нет одной стенки»?

Мяу затрясло.

- Что с ним? - спросил полковник капитана.

- Говорить не хочет, - ухмыльнулся капитан. - но обязан. Это его после наших методов колбасит. Он взламывает компьютеры, а мы мозги.

- Дело в том, - наконец сдался Мяу, - что вы этой уязвимости не видите, но для меня, и для Спящих, она есть.

- Все системы уязвимы для подобной атаки?

- Все. Точно также я вскрыл центральный маршрутизатор Вечера.

- Интересно, - задумался полковник. - Игорь Сергеевич, потом постарайтесь прояснить этот момент. Ладно, идём дальше. Сектанты в этом дела каким боком замешаны? Мы их допросили, и они в один голос утверждали, что на них снизошло откровение.

- Правду говорят, - встрепенулся Мяу. – Это моих рук дело. Я аккуратно разослал каждому сообщение с несуществующего адреса, что в пси-массиве, который они найдут по прилагаемому адресу, их ждёт божественное откровение. Так я хотел замести следы.

- Что сделали таргонцы с пси-массивом?

- Понятия не имею, - пожал плечами фелин. - Я не спрашивал.

- Ясно, - задумчиво произнёс полковник. - Зачем теракт устроил на Вечере? Погибли люди и даже несколько твоих соотечественников.

- Допустимые жертвы в борьбе за правое дело, - пожал плечами фелин, - а так, таргонцы дали задание. Нужно было убить одного человека, который войдёт в нужный момент в здание. Кстати, я его убил?

- Нет, - отрезал полковник.

- Жаль, - вздохнул фелин.

- Ну и мразь же ты, - с презрение произнёс Игорь.

- Фигура, - поправил его полковник. - Не беспокойтесь Игорь Сергеевич, нашего постояльца ждёт занятная судьба. Он за всё ответит.

- Я вас ненавижу, - повторил фелин.

- Да-да, - отмахнулся Строганов, - я в курсе. Последний вопрос: раз ты так нас ненавидишь, зачем с молодёжью отплясывал? У торгового центра?

- Я хотел выяснить, - поднял голову Мяу, - не потускнела ли моя ненависть к вам со временем. Могу ли я желать смерти тем, с кем я танцую? Тем, кого я до этого никогда не видел? Зная, что они мои враги? Тварь ли дрожащая, или право имею?

- И как, - заинтересовался полковник, - выяснил?

- Выяснил, - кивнул фелин, - я могу их всех убить, и рука не дрогнет.

- Говно ты дрожащее, - сплюнул капитан, - моя воля, смыл бы я тебя в унитаз.

- Пока не стоит, - ухмыльнулся полковник. - Допрашивайте его ещё неделю по списку вопросов, после подготовьте для перевода на Объект 51. Этот ублюдок ещё не сыграл свою главную роль.

Глава 4. О вреде распределённых вычислений

Две недели ничегонеделанья на лучшем имперском курорте не прошли даром, девочки внезапно почувствовали всю прелесть пляжного отдыха, и таскали меня на море каждый вечер, но уже здесь, на Лэйве. К слову, пляжи у нас ничуть не хуже вечерских (или вечерних?), Усть–Горск расположен в субтропической зоне, так что тепло здесь круглый год. Да и вообще, климат Лэйвы мягкий, снег можно увидеть только в горах на лыжном курорте, или в зонах полюсов. Благодать, одним словом.

Вот и в этот вечер мы отдыхали на пляже. Солнце уже не припекало, дул тёплый ветерок, я возлежал на шезлонге, а Юкари с Няшей с визгом носились по пустому пляжу. Делать ничего не хотелось, я только что вылез из воды и теперь неторопливо высыхал, так что входящий звонок встретил с некоторым раздражением. Так, номер неизвестен, скорее всего клиенты, кто же ещё? Я вздохнул, устроился поудобнее, наложил маску на исходящий канал и одобрил соединение. Теперь клиент увидит обычный офис и меня, восседающего за письменным столом, а не стандартную иконку моего контакта. Перед моими глазами возник виртуальный экран, с просвечивающим сквозь него закатом. Девочки утомились бегать и теперь увлечённо лепили что–то из мокрого песка.

– Здравствуйте, – я произнёс стандартную мантру приветствия, – вы позвонили в «Нэкогами». Я Серебряков Артур Владимирович, директор. Все виды работ в сфере информационных технологий, консультации в области кибербезопасности.

– Здравствуйте, – откликнулся с того конца средних лет мужчина, блондин в повседневной одежде, – я директор компании «Биотех плюс» Ильенко Константин Васильевич, и мне как раз бы не помешала консультация в области этой самой «кибербезопасности». Я навёл о вас справки, вы оказали несколько услуг Службе Имперской Безопасности…

– Да, – солидно кивнул я, – нас нанимали для расследования кое–каких преступлений, и мы прекрасно с этим справились. Подробности раскрыть не могу, уж извините. Кстати, а как вы об этом узнали?

– Госконтракт, – пожал плечами Константин Васильевич, – мы сами выполняем некоторые исследования для СИБ, и каждая работа оплачивается по госконтракту, который обязательно выкладывается на сайте СИБ в специальном разделе для всеобщего обозрения. Борьба с коррупцией и всё такое. Так что я поискал там контракты с компьютерщиками и нашёл вас. Гонорары вам перечислены, и неплохие кстати, работа выполнена, а значит СИБ довольна. А что хорошо для СИБ будет хорошо и для меня. Всё просто.

Нифига себе, вот это рекламу нам сделали! Я и не подумал про это.

– Я вас слушаю, – снова кивнул я.

– Видите ли, – клиент почесал мочку уха, – у меня есть подозрение, что меня банально обкрадывают. Наша компания занимается исследованиями для клиентов в области биотехнологий, самыми разнообразными исследованиями, и у меня создаётся впечатление, что часть исследований утекает на сторону, к конкурентам. Команда у нас интернациональная, галенты, нихонцы, имперцы и даже амаррцы. Сколько лет работаем и проблем не было, и вдруг, внезапно, на одной из выставок наши конкуренты представили продукт как две капли воды похожий на наш. Есть о чём задуматься…

– Кого-нибудь подозреваете? – поинтересовался я.

– Да, – кивнул директор, – моего системного администратора, он галент, Франсуа Бюжо.

– Знавал я одного Франсуа Бюжо в своё время, – хмыкнул я, – полный заср… нехороший человек, одним словом. Правда, это было довольно давно.

– Да? – удивился Константин Васильевич. – Погодите, сейчас я скопирую фотографию из его личного дела. Не он случаем?

На меня глядела наглая кудрявая физиономия моего знакомого недруга.

– Он, – обалдело ответил я. – Бывает же такое… Галактика, оказывается, тесна.

– А где вы с ним встретились, если не секрет?

– Не секрет, – пожал плечами я. – Я тогда работал в «Сосьете де ля аэроспе… але…» … Тьфу. Никогда это не выговорю… В общем, в информационном отделе галентской «Объединённой аэрокосмической корпорации». Франсуа был начальником одной из лабораторий. Помнится, у них случилась какая–то катастрофа.

Это общепринятая версия тех давних событий. А про то что сучилось на самом деле ему знать не надо. Кстати, галентский я так и не выучил, всю дорогу общался с ними через автопереводчик. Дурацкий язык. В слове по пять лишних букв, которые вообще не читаются. И зачем они тогда нужны?

– Да, – задумчиво кивнул клиент, – он упоминал о чём–то таком. Ну да ладно. Сможете подключиться к нашему серверу и поискать улики?

– Разумеется, – согласился я. – Когда приступим?

– Мы заканчиваем работу через два часа. Как только Франсуа уйдёт домой, мы сможем приступить. Хотелось бы разобраться со всем сегодня. Реквизиты доступа я вам вышлю.

– Отлично, – я встал с шезлонга, – ждите нас через два часа.

И отключился.

– Девочки! – крикнул я. – Собираемся, у нас появился клиент.

* * *

– Вот ведь! – всплеснула руками Юкари, глядя на жёлтую печать входа. – Сетевой адрес он нам прислал, а пароль для входа – нет. Ну и как теперь быть?

Мы висели в киберпространстве гигаса перед злополучной печатью. Няша лениво крутила её то туда, то сюда, отчего печать начинала наливаться красным светом.

– Няша, – строго произнёс я. – Прекрати баловаться! Ты создаёшь сбои в работе сети. И вообще, лучше смотри, как правильно обходить некоторые типы защиты. Опа!

Печать внезапно налилась сине–зелёным светом и замерла. Перед нами открылся проход.

– За мной! – я махнул рукой, приглашая внутрь. – Посмотрим, что тут творится.

Только мы проникли во внутреннее пространство операционной системы сервера, как прямо передо мной замерцало окошко вызова, в котором высветилась озабоченная физиономия нашего клиента.

– Простите, – произнёс он, – кажется я забыл выслать вам учётные данные для входа. Погодите, я сейчас…

– Не беспокойтесь, – махнул рукой я, – мы уже внутри.

– Что? – опешил тот. – Как? Не уходите, я сейчас буду.

Не прошло и минуты, как перед нами соткалось изображение аватары директора «Биотеха плюс».

– Как вам удалось сюда проникнуть? – набросился на меня он.

– Очень просто, – пожал плечами я. – Сервер у вас галентский, фирмы «Хулио Пакартини», модель «Пролиантэ V–3000». Старый, но не в этом дело.

– А в чём? – не понял клиент.

– У всех серверов этой конторы есть интересная аппаратная закладка в сетевом интерфейсе, – пояснил я. – При направлении на него специально сгенерированного пакета данных, интерфейс переходит в режим сервисного обслуживания, и для входа требует лишь пин-код. По умолчанию это восемь нулей. Его, конечно, можно поменять, но только если знать, что он вообще существует. А умники из «Хулио» этой информацией предпочитают не делиться.

– А вы–то как об этом узнали?

– Знаете, чем отличается хакер от специалиста по сетевой безопасности? – вопросом на вопрос ответил я. – Ничем, кроме знака. Они минус, а мы плюс. Я ломаю защиту, чтобы потом предоставить отчёт клиенту, а хакеры для корыстно–зловредных целей.

– Теперь ясно, почему вам платила СИБ, – вздохнул Ильенко.

– Если хотите, – продолжил я, – я отключу этот инженерный режим. Или пришлю вам подробную инструкцию, как это сделать. Или и то, и другое сразу, но потом включу в счёт.

– Сделайте, – вздохнул директор, – и то и другое. Такая дыра в безопасности!

– Отлично, – кивнул я, – а теперь я начну сканирование системы, вы расскажите, почему подозреваете именно сисадмина, а не кого-нибудь из учёных. Может это они решили подзаработать на стороне?

Клиент начал исповедоваться. Выяснилось, что он, хотя и не информационщик, но кое-каких знаний нахватался, да ещё и его жена решила не отставать от мужа, и окончила курсы общей информационной безопасности.

– Это не совсем то, чем вы занимаетесь, – продолжал клиент, – скорее меры административного контроля. Централизованный антивирусный контроль, только мы имеем доступ к управляющему серверу антивируса, отключение возможности скопировать информацию на внешние носители, глушение беспроводных сетей, отсечение квантовых телепортов, ну и так далее. Кроме того, я поставил программу слежения…

– Да, – покивал я, – вижу. «Тень–охотник». Неплохая штука для аудита событий.

В смысле, шпионить за сотрудниками.

– Как вы узнали?! – встрепенулся, но тут же поник Ильенко. – А, ну да.

Я не стал ему говорить, что увидел её в списке установленных программ.

В общем, всё шло более-менее нормально, но в один прекрасный день Ильенко обнаружил, что после окончания рабочего дня в локальной сети откуда-то возникает непонятный траффик. Кто и чем может обмениваться информацией по ночам, когда компьютеры сотрудников выключены, ему установить так и не удалось, а потом эта неудача на выставке… Так что он заподозрил неладное.

– Вот так оно примерно и было, – закончил Ильенко. – Ну как, нашлись следы?

– Да, – с сомнением произнёс я, – кое-что. Вот этот непонятный процесс. Сейчас вытяну.

Я прищёлкнул пальцами и в пространстве перед нами материализовался переливающийся красным и синим объект сложной геометрической формы.

– Что это? – с удивлением произнёс Ильенко.

– Пока не знаю, – я со всех сторон разглядывал программу. – Это не вирус, но грузит квантовые ядра процессора на 56%. И траффик от него идёт наружу. Юкари, будь добра, полови пакеты вот с этим идентификатором процесса.

– Хорошо, – ответила подруга и запустила руку в канал связи.

Так, посмотрим. Я покрутил программу. Бинарный файл, интерфейс есть, но запаролен. Что в каталоге? О, да тут у нас файл инициализации!

– Можно посмотреть? – сунулась Няша. – А я знаю, что это такое. Это супермодная штука, такую запускаешь на своём компьютере, а тебе электронные деньги капают. Вот этот номер, – она ткнула пальцем в одну из строчек файла, – кошелёк. Криптовалюта. Ты что не слышал?

– Слышал, – буркнул я, – но я такими глупостями не занимаюсь. Я предпочитаю честно работать.

– Ну не знаю, – пожала плечами Няша, – говорят, можно сделать неплохие деньги на покупке–продаже. Как их там? Битые коины?

– Биткоины, – мрачно поправил Ильенко. – Значит этот засранец ещё и мои серверы использует? Я ему что, мало плачу?

– Я закончила сбор данных, – доложила Юкари. – Хватит, наверное, пакетов.

Я подошёл к ней и забрал искомое: эдакий аквариум с полупрозрачными головастиками.

– Это что за гадость? – скривилась Няша.

– Данные, – я взял одного головастика и встряхнул. Тот моментально развалился на части.

– Это мы выкидываем, – я отмёл «хвост» и «тело». – Нас интересует голова. Вот тут адрес конечного сервера. Видишь? Похоже, это где-то в пределах галентской федерации.

– Всё это здорово, – продолжил я, – но объём траффика, который генерит эта программа, не так уж и велик. А вы, Константин Васильевич, говорите, что поток был большой?

– Угу, – согласился тот.

– Значит, ищем дальше.

Поискали, порылись, и очень быстро нашли скрипт, создающий архив одной интересной папки на сервере. Увидев, что в ней лежит, Ильенко пришёл в дикую ярость. Собственно, к отправке готовились последние наработки в их текущем проекте. И, судя по конечному адресу, на файл-сервер опять же в Галентской федерации.

– Кто это сделал? – прорычал Ильенко.

– Как у вас осуществляется вход в операционную систему? – поинтересовался я.

Оказалось, всё достаточно продуманно. Авторизация проводится по совокупным биометрическим данным, ДНК, отпечатку пальцев, и прочее. Никаких паролей. Остальное, при наличии работающей «Тени–охотника», было лишь делом техники. Быстренько подняли записи действий нашего подозреваемого за последние сутки, где, собственно, и обнаружили факт копирования секретных данных и попытки их отправить на сторону.

– Лошара, – резюмировала Няша. – И как же он так прокололся?

– Полагаю, – пожал плечами я, – он просто не заметил клиента «Тени» на своём компьютере. Её, всё же, не дураки писали. Да и вообще Франсуа всегда был хреновым админом. Многого нахватался, но систематизированных знаний у него нет.

Собственно, на этом инцидент и закончился. Мы получили свои деньги, а Франсуа с треском уволили.

Прошла пара недель, я выкинул из головы всяких Франсуа, хватало других мелких забот. Жизнь текла без осложнений, пока Юкари не втемяшилось в голову, что нам необходим собственный шаттл.

– Артур, – непререкаемым тоном изрекла она, – мы уже известная компания, так что без шаттла нам никак. А если лететь куда надо? «Биотех», между прочим, располагался на Теонисле.

– Рейсовым звездолётом добрались бы, – я оторвался от новостного сайта. – Тоже мне проблема. Да и вообще, наше рабочее место – киберпространство.

– Это несерьёзно, Артур. А представительские функции? Одно дело мы прилетим к клиенту на такси, а другое на своём собственном корабле. Это произведёт совсем другой эффект! Сразу видно, люди серьёзные, компания преуспевает. Деньги у нас сейчас есть, а у тебя ещё и пилотская лицензия имеется.

– Гражданская пилотская лицензия, – поправил я.

– Я знаю, – Юкари уперла руки в бока, – это значит ты можешь пилотировать атмосферные скиммеры и шаттлы с гражданским вооружением. Вот, гляди, я уже и модель присмотрела. В Зеленограде есть салон…

– Юкари, – вздохнул я, – ну кто же делает такие покупки в столице сектора? Ты как минимум половину переплатишь просто за торговую наценку. Если тебе нужен космический корабль, пусть даже и шаттл, лететь надо в Житу.

– Так ты согласен? – Юкари подпрыгнула и захлопала в ладоши.

– Милая, – вздохнул я, – ты из меня просто верёвки вьёшь. Там, в Жите, не только дешевле, но и выбор побогаче. Если хочешь знать моё мнение, брать надо амаррский шаттл, они красивее и роскошнее.

Опять нас понесло на другой конец галактики. Не сидится, блин, на месте.

* * *

Как только рейсовый космолёт вынырнул из врат, Няша сразу же прилипла к стеклостали иллюминатора. В системе было не протолкнуться. От ворот к планете сплошным потоком тянулись корабли и суда, точно такой же поток тёк обратно. Рядом с воротами, чуть поодаль от основного траффика, висела группа полицейских сил с огромным линкором во главе.

– Какая большая штука! – восхитилась Няша, тыча пальцем в линкор. – Вот бы нам такую!

– Это не так-то просто, – ответил её я. – Теоретически, частное лицо может владеть линкором, но только если ты вольный капитан и рангом не ниже «смертельного». Только вот, на практике, они такие штуки не покупают. Дорого, накладно в эксплуатации, скорость невелика, а про манёвренность я вообще молчу. У них всё больше фрегаты да тяжёлые крейсера класса «Кобра». В умелых руках жуткая штука.

– Жаль, – вздохнула Няша, – значит и это нам тоже не продадут.

«Это» оказалось мирно плывущим дредноутом, совершенно невероятной длины. Я посмотрел на него и лишь хмыкнул. Корабли капитального класса могут быть исключительно у флота и СИБ.

Наш космолёт неспешно подрулил к Жите-главной, станции класса «Додо», в смысле «Додекаэдр», и занырнул в шлюз, проскочив синий атмосферный щит. Лязгнули магнитные захваты, корабль вздрогнул, и парковочные механизмы подтянули его к стыковочному узлу.

– Девочки, приехали, – скомандовал я, поднимаясь. – Давайте за мной, и не отставайте.

Жита оставалась всё той же. Сколько я здесь не был? Наверное, стандартных лет десять, а может и пятнадцать, но главная барахолка галактики ничуть за это время не изменилась. На станции каждый квадратный метр был занят если не шикарным салоном, то лавчонкой с прилавком – точно. И продавали вообще всё что угодно, от кораблей до сельхозтехники и оптовых поставок алкоголя.

– Пойдём на палубу к планетарным челнокам? – спросила Юкари.

– Нет, – покачал головой я. – На планете нам делать нечего. Там пустыня, песок, есть, конечно, несколько городов, но в основном заводы и верфи.

– Значит, идём покупать шаттл? – засуетилась Няша.

– Не совсем, – я поманил их за собой, к станции монорельса. – Для начала, забежим к кое-кому.

– Зачем? – удивилась Няша.

– Надо затариться нужным оборудованием, – объяснил я. – Не отставай, а то заблудишься и попадёшь на дно, самый нижний и страшный уровень станции. Говорят, там такое живёт!

– Ой! – испуганно пискнула Няша и вцепилась в мою руку.

Мы спустились на платформу монорельса 21Б, и спустя десять минут оказались на «пятачке», местном развале электронных приспособ. «Пятачок» тянулся вдаль на добрый десяток километров, но нам так далеко было не нужно. Я покрутил головой, вспоминая маршрут, и решительно двинулся мимо павильончиков. Поплутав минут пять, я свернул в небольшой проулок и остановился перед малозаметной стеклянной дверью.

– Так, девочки, – шепнул им я. – Постарайтесь лишнего не говорить, и ни в коем случае не упоминайте СИБ. Няша, я предельно серьёзен. Обещаешь?

– Обещаю, – кивнула заинтригованная Няша.

– Вот и славно, – кивнул ей я и толкнул дверь в павильон.

– Ух ты, кого я вижу! – раздался голос из-за прилавка. – Сто лет тебя не видел. О, да ты ещё и с девушками? Какими судьбами тебя сюда занесло?

– Привет, Серёга, – я помахал ему рукой. – Девочки, это Сергей Перепёлкин, мой старый боевой товарищ. Мы тут проездом, мои дамы возжелали купить шаттл.

– О, ты, смотрю, при деньгах? Кем трудишься?

– У нас частное ИТ- агентство, называется «Нэкогами». Сетевая безопасность, услуги в ИТ-сфере, ну и всё такое. Дела идут неплохо.

Юкари с Няшей разбрелись по павильону. Юкари разглядывала светящиеся безделушки за стеклянной витриной, а вот Няшу привлекла стойка с ножами.

– Это что? – она бесцеремонно ткнула пальцем в одну из железяк.

– Нож, – с некоторым удивлением ответил Сергей. – Самый обычный, стальной. Абсолютно легальный.

Ну да, «абсолютно легальный» – это его любимая присказка.

– Лучше скажи, девочка, – подозрительно окинув взглядом Няшу, возбуждённо машущую хвостом, – ты кто, фелинка?

– Я человек! – с достоинством отбрила хвостатая. – Только лучше. А ещё я любовница Артура. Понял?

И с достоинством отвернулась.

– Чё, правда? – выпучился на меня Сергей.

– Ну… да, – согласился я.

– Ну ты и старый ловелас! – возмутился Серёга. – И почему мне так не везёт?

Так, надо срочно менять тему.

– А где твой робот? – оглядев лавку спросил я. – Помнится, у тебя помощник был. Как его звали? Джонни? А, Джонни Пятый.

– Сгинул, торчок поганый, – сплюнув в урну ответил Перепёлкин. – Подсел на высокое напряжение. Я пытался его образумить, да куда там! На работу являлся дёрганый, а как подключится к розетке, так всё. Весь день может кучей железа проваляться, да ещё и вонял при этом горелым пластиком. Сейчас, поди, валяется в куче отбросов на нижнем уровне, а может и переплавили его давно.

– Мда, – вздохнул я. – Вот никогда бы не подумал… Кстати, о ножах. Вот этот я бы прикупил. На них точно разрешение не требуется?

– Не, – хмыкнул Сергей, – не требуется, если он не превышает длину твоего мужского достоинства на пять сантиметров. В рабочем состоянии, разумеется.

Я кисло поглядел на него. Остряк, блин.

– О, Артур, – очнулась Няша, – тогда бери этот, – она указала на длинный тесак, больше похожий на широкое мачете или короткий меч.

– О, – нацепил ехидную улыбочку Серёга, – вот как.

– Ну да, – простодушно кивнула Няша, – вчера ночью…

– Няша, молчать! – покраснев, рявкнул я. – Хватит лирики, Сова. Сборки ещё есть в продаже?

– Конечно, Драко, – Перепёлкин удалился в подсобку. – Сейчас принесу.

– Сова? Драко? – непонимающе переспросила Юкари.

– Будет время поищи в гигасе про хакерскую группу «Медовая ловушка», – подмигнул ей я. – Правда, давно это было…

Вернулся Перепёлкин, и положил на прилавок стандартную флешку.

– Почём? – поинтересовался я.

– Пятнашка, – непререкаемым тоном ответил старый боевой товарищ.

Я скривился, но всё же провёл ладонью по считывателю, подтверждая сделку. Я воткнул флешку в один из разъёмов на куртке и принялся скачивать софт в мой встроенный компьютер. Так, посмотрим список релизов. Ого, как сильно изменились номера версий! Давно надо было обновиться. О, и свежие бюллетени безопасности. Приятный бонус.

– Слышал, Спектра поймали? – спросил Сова, пока я возился с флешкой.

– Нет, – покачал головой я. – И кто?

– СИБ, кто же ещё, – пожал плечами Сергей. – Попался Спектр на самую примитивную ловушку, когда тырил деньги с подставного счёта. Вот уж не ожидал. Чёрный гигас до сих пор бурлит.

– Жаль, – вздохнул я. – Значит, «Легион» больше не будет обновляться?

– Почему же? – удивился Серёга. – Будет. У тебя сейчас, кстати, свежий релиз. Спектр, видимо на случай ареста, сделал закладку на одном из анонимных облаков. Сейчас исходники «Легиона» доступны для всех желающих.

– Да, – оглядев список релизов с чувством произнёс я, – мне с этими программами месяц ковыряться. Столько нового!

– Так уж и месяц, – хмыкнул товарищ. – Главное, не попадись с этим. Будешь ещё что-нибудь брать?

– Пожалуй. Дай мне штук пятьдесят чипов для батареек, да и самих батареек штук тридцать. А это что такое?

«Чипы», они же «запалы», они же «чеки» – это такие маленькие платы, превращающие стандартный аккумулятор в бомбу. Абсолютно нелегальны.

– Вот это? – Перепёлкин пододвину к себе пару перчаток. – Кошачье изобретение, очень полезно для электротехников. Сенсоры на пальцах, позволяющие чувствовать электромагнитное поле, проводку в стене искать, например. Померять напряжение через изоляцию, ампераж, ну и прочая электротехническая хрень. Тебе это не нужно. А нужно тебе вот это.

Он отодвинул в сторону одну пару перчаток и придвинул другую, внешне точно такую же.

– Кошаки, – продолжил он, – как обычно, сами не поняли, что сделали. Со стандартной прошивкой это довольно унылое изделие, но если прошивку допилить… На, надень.

Я надел. Перед глазами всплыло рабочее меню устройства.

– О как интересно! – удивился я.

– А то! – хмыкнул бывший хакер. – Вместо дистанционного замера напряжения – перехватчик пакетов данных, совместим, кстати, с последней версией «Проводной акулы». У тебя в сборке есть. Можно генерить нужные пакеты и засылать в сеть, без прямого физического вмешательства. Как тебе? Классический «человек в середине», только подключение хрен обнаружишь. И это не единственная полезная функция, есть подробная инструкция со списком возможностей.

– Беру, и даже думать нечего, – решительно заявил я.

– «Сетевой безопасник», «информационные технологии», – хохотнул Сова. – Как был хакером, так и остался. Ну зачем обычному информационщику эта штука?

– Сетевой аудит проводить, – сделав непроницаемое лицо ответил я.

– Угу, угу, – покивал Сова, подсунув мне под нос считыватель данных, – абсолютно нелегальным устройством. Разумеется. Давай, проведи граблей здесь.

– И ножик вот этот тоже давай, – решился я. – Всегда хотел иметь хороший нож.

– Так значит ты был в той хакерской группе? – с ноткой восторга в голосе спросила Няша, когда мы вышли наружу.

– Было дело, – вздохнул я. – Давно. Делов мы тогда наворотили… Но теперь об этом можно говорить, только тихо. Сроки давности уже вышли, но всё же…

– Расскажешь? – шепнула Юкари.

– Потом, – шепнул в ответ я. – Сейчас отправляемся покупать шаттл.

Монорельс доставил нас в верхнюю часть станции, ближе к ангарам. Тут, под полупрозрачным куполом, располагались представительства самых крупных верфей всех пяти великих империй.

– И куда теперь? – озадаченно произнесла Юкари, глядя переливающиеся картинки голографической рекламы.

– В амаррский сектор, – ответил ей я. – Я уже говорил, лучше брать их шаттл.

– Не люблю амарров, – поморщилась Юкари. – Они называют Нихонскую империю идиотским именем «калдари», уж не знаю почему. Меня это дико раздражает. Может пойдём к галентам?

– Можно и зайти, – пожал плечами я, – только, боюсь, их дизайн тебя ужаснёт. Это же галенты, у них всё не как у людей.

– А минматары? – поинтересовалась Няша.

Я лишь ухмыльнулся и поманил девушек за собой. Перейдя круглую площадь с эскалатором из монорельсовой станции, я подошёл к витрине минматарского сектора и отсортировал список кораблей на экране демонстрационного компьютера, оставив лишь шаттлы.

– Что это? – ужаснулась Няша, глядя на квадратное убоище с торчащими трубами–антеннами и нелепыми решетчатыми плоскостями.

– Пример минматарского кораблестроения, – ехидно доложил я. – У них всё такое. Собирают их, я подозреваю, из того, что найдут на ближайшей помойке. Идём к галентам.

Мы пересекли площадь ещё раз и повторили ту же манипуляцию с галентским компьютером.

– Мда, – согласилась Юкари, разглядывая летучий обруч с кабиной, – Артур, ты как всегда прав. Дизайн абсолютно дикий.

– Я же говорю, – пожал плечами я. – Наши шаттлы – это скорее фрегат–недоделок. Они шустрые, на них можно даже воевать, если не остаётся выхода, но они очень аскетичные. Комфорт наших кораблей минимален. Нихонские корабли угловатые, управляемость в атмосфере у них плохая. Вот этот «клюв» спереди, где располагается кабина и жилой отсек, выглядит очень не эстетично. На мой взгляд, конечно. В общем, идите за мной.

Мы вошли в амаррскую зону, немного прогулялись среди самых настоящих пальм, и вошли в выставочный центр верфей «аль–Визам».

– Добро пожаловать, добро пожаловать! – перед нами материализовался толстый амаррец, замотанный в цветастые тряпки с большим белым тюрбаном на голове и здоровущим золотым кольцом в ухе.

Как у него ещё мочка не оторвалась такую тяжесть носить?

– Господа имперцы желают купить корабль? – продолжал голосить менеджер, кланяясь и пятясь задом. – О благородный господин! Сегодня ваш счастливый день, ибо сам Отец Всего Сущего направил стопы на наш скромный базар. Да будет вам известно, о мудрейший, что сегодня на многие модели полагается скидка в честь священного месяца Рамадан. Что желаете приобрести? Фрегат? Корвет? Может быть крейсер?

– Не–не! – помахал рукой я. – Я гражданский пилот, так что нам нужен шаттл. Нам нужен хороший быстрый корабль, не причуда миллиардера, конечно, но достаточно роскошный. Чтобы можно было произвести впечатление на клиентов.

– О, не извольте сомневаться, – согнулся в поклоне продавец, – найдём что нужно. Извольте следовать за мной.

Мы погрузились в небольшой электромобильчик и покатили к посадочным площадкам.

– Наша компания, – продолжал разглагольствовать амаррец, – выпускает корабли с самого основания Великой Амаррской Империи, да не зайдёт солнце благополучия над её минаретами! Так что опыт у нас огромный, подстать вашей мудрости, о солнцеликий, так как вы выбрали именно нас. Вот посмотрите, это новейший шаттл модели «Аль–сакыруль аль–фаиу», что означает «Тысячелетний Сокол», в честь великой славы и древности нашей могущественной империи. Пройдёмте вовнутрь.

Мы вылезли из машинки и подошли к кораблю.

– Красивый, – довольно произнесла Няша, – такой пузатенький и блестит. Няше нравится!

Мы поднялись по кормовой аппарели внутрь.

– Здесь располагается багажная палуба и двигательный отсек, – амаррец обвёл рукой небольшой трюм, – вон там – реактор. Блистательная госпожа, вы, смотрю, калдарка? Хочу вас заверить, реактор сделали ваши соотечественники из «Калкиота Дэнки»!

Юкари перекосило. Продавец тут же напрягся.

– Я чем-то обидел благородную госпожу? – встревоженно произнёс он.

– Нихонцы не любят слова «калдари», – пояснил я. – Оно созвучно с одним неприличным ругательством.

Вот это я уже придумал. В нихонском нет звука «л», но амаррец, похоже, этого не знал. А должен был. Он бухнулся на колени и принялся биться лбом о палубу, да так, что тюрбан слетел и укатился в угол, открыв нам сверкающую лысину.

– Прошу простить невежественного купца, о сиятельная госпожа! – надрывался он. – Ибо в глупости своей я нанёс вам столь гнусное оскорбление. Умоляю, не таите на меня зла, в качестве компенсации я обещаю прислать два прекраснейших ковра ручной работы, что будут прекрасно смотреться в вашем новом корабле!

Ну да, корабль нам он уже продал. Ага.

– Ладно, ладно, – махнула рукой Юкари, – давайте продолжим осмотр.

Мужичок моментально вскочил, подобрал тюрбан и водрузил его на голову. Как ни в чём не бывало он проскакал наверх и поманил нас за собой.

– Вот здесь, в жилом отсеке, вы можете по достоинству оценить всю красоту амаррского дизайна, хотя я и не люблю это варварское слово. Смотрите, это центральная рубка. Управление шаттлом просто и эффективно, словно вы пилотируете обычный скиммер. Обратите внимание на сидения, настоящая кожа! Полёт корабля мягок, словно вы путешествуете на ковре-самолёте из тысячи и одной нашей сказки!

Шаттл, это, конечно, не боевой корабль. Даже у тех же фрегатов рубка располагается в середине корпуса, максимально защищённая от внешних воздействий. И никаких иллюминаторов! Только обзорный экран. Здесь же над нами, вместо экрана, как обзорная палуба на какой-нибудь шикарной яхте, располагался «фонарь» из стеклостали с односторонней видимостью. Красиво, но не очень надёжно.

– Кожа свиная? – заинтересовалась Няша.

Мне показалось, что продавца сейчас хватит удар.

– Побойтесь Аллаха, юная госпожа! – вскричал он. – Как я, честный амаррец, смог бы предложить вам кожу этого нечистого животного, подери его Шайтан?! Это шкура водяной лошадки!

Видел я эту «лошадку». Здоровенная толстая штука, с пастью как чемодан.

– Идёмте дальше, – от греха подальше амаррец выскочил из рубки. Надо сказать, двигался он довольно быстро, не смотря на толщину. Или это тряпки его так толстят? Знаю я их менталитет: тощий купец – это нонсенс. Значит, дела у него идут крайне паршиво.

– Вот тут, – продолжил он, – жилая зона. На этом столике ручной работы и этих диванчиках можно прекрасно подписывать контракты с вашими благородными клиентами. Голографический телевизор, прошу заметить, калд… нихонский. А если отодвинуть эту стенку, мы видим прекраснейшую спальню!

Да, и правда. Кровать широченная, мы втроём тут прекрасно поместимся. Чуть подальше – кухонька, рядом с ней ванная комната с небольшим бассейном. Довольно уютно, деревянные панели, я потрогал их руками, добавляли шарма.

– Не горят, – заметив моё движение пояснил амаррец. – Обратите внимание на кровать. Я счастлив, что в Империи наконец-то поняли всю важность гаремов, судя по двум вашим луноликим жёнам. Я просто счастлив, что культура вашей великой Империи движется в верном направлении. Здесь вы сможете резвиться, как и подобает настоящему вельможе. Обстановка, конечно, не достойная султана, но для великого визиря – вполне.

– Няша – жена! – подбоченясь заявила хвостатая. – А сестрица Юкари может остаться простой наложницей, если не постарается.

– Знаешь, Артур, – задумчиво произнесла Юкари, – нам надо будет это обсудить.

Та–ак… Разговор свернул явно не туда.

– Замечательно, – заявил я. – Нам нравится. Сколько?

– Миллион семьсот, – не моргнув глазам заявил продавец.

– Да вы что? – выпучил глаза я. – Да за такие деньги я могу взять галентский «Имикус» в де-люкс исполнении. И плевать на дурной дизайн, потерплю. Восемьсот тысяч, не больше.

Не поторговаться на амаррском базаре – оскорбление продавца.

– Побойтесь Аллаха! – заламывая руки взвыл амаррец. – Неужели можно сравнить эту несуразную поделку диких галентов с красой и гордостью вервей аль–Визам? Где вы найдёте такое убранство? Такой комфорт? Миллион пятьсот пятьдесят. К тому же, у вас нет лицензии вольных капитанов.

– Тоже мне проблема, – пожал плечами я. – Могу пойти и оформить прямо сейчас. Плевать на рейтинг «хомяк», мне не воевать, а летать к клиентам. Девятьсот.

– А прохождение пилотских курсов? Потерянное время, потерянные деньги. Миллион четыреста и комплект нанитной пасты для ремонтного отсека.

– Может лучше приобрести минматарский «Рифтер»? – задумался я.

Продавец изобразил сердечный приступ.

– Миллион двести тысяч! И это разорение! Что я скажу своим детям сегодня вечером? «Папа, – спросят они меня, – где наш плов с бараниной»? «Дети, – отвечу я, – сегодня на ужин лишь горстка перезрелых фиников, ибо меня разорили наши дорогие клиенты». Горе мне, несчастнейшему из купцов!

Вот эта цена уже больше похожа на правду.

– Согласен, – заявил я. – Где контракт?

Причитания моментально прекратились, и на столике материализовался контракт на покупку. Я взял его в руки, внимательно прочитал, и не найдя ничего предосудительного, подписал. Со счёта тут же перевелись деньги.

– Продукты? – деловито осведомился амаррец. – Серую пыль для синтезатора материи? Дополнительные топливные ячейки? Страховка?

– Давайте, – вздохнул я и оплатил.

В общем, спустя полчаса мы отстыковались от станции и осторожно отвернули подальше от основного потока кораблей.

– Давно я не пилотировал эту штуку, – произнёс я. – Надо немного потренироваться.

Я не обратил внимания на амаррский «Бестовер», неожиданно выскочивший из общего потока и направившийся в нашу сторону. Безоружный грузовик, подумаешь.

Зря не обратил.

Всё произошло буквально за считанные секунды. Открылись створки грузового отсека и наш шаттл втянуло внутрь грузовика на глазах у полиции и систем защиты. Никто даже дёрнуться не успел, как «Бест» резко ударил по газам и ушёл в гиперпространство.

– Что случилось? – спросила меня бледная Юкари.

– Нас похитили, – хмуро ответил ей я. – Судя по наглости и манере, я даже подозреваю, кто.

– Входящий сигнал, – доложила Няша, показав пальцем на мигающий жёлтый огонёк.

Я нажал кнопку и на кокпите высветилось окно входящего соединения. Точно, я был прав. Три бритые рожи в гражданской одежде, но у каждого на груди приколот значок в виде расколотого пополам прямоугольника.

Они самые, мои бывшие собратья. Серпентисы.

– Что рыбка, попалась? – ухмыльнулся первый, с кольцом в носу. – Дёргаешься? Правильно делаешь.

– Кто вы такие и что вам нужно? – холодно произнёс я.

– Охотники мы, – осклабился другой, с бутылкой пива, – за головами. А за твою назначили награду. Франсуа Бюжо, слышал про такого? Говорят, ты ему здорово насолил. Впрочем, нам плевать. Наше дело – доставить товар из рук в руки. Девок, правда, в контракте не было. С ними что будем делать?

– Попользуем и продадим, – пожал плечами третий.

– В общем, не скучай, – осклабился первый. – Лететь нам ещё дня четыре, так что готовься. Пока.

– Вот дерьмо! – выругался я, когда экран погас.

Одно хорошо, это не моё прошлое пришло за мной. Просто совпадение.

– Что же делать? – прошептала Няша. – Мне страшно…

– На шаттле есть оружие самообороны? – спросила Юкари.

– Есть, – вздохнул я, – но гражданское. Пукалка. Даже если мы сможем разрушить корпус грузовика, для нас это верная смерть. Сомневаюсь, что шаттл удержится в чужом гипертуннеле.

– Как же быть?

– Есть идея, – я встал, подошёл к столу и принялся распаковывать батарейки. – Знаю я серпентисов, они сейчас заперлись в рубке и глушат пиво. В трюм не пойдут, зачем? «Бестовер» выскочит у их базы, там нас возьмут тёпленькими. Значит что? Надо спровоцировать аварийный выход из гиперпространства.

– Рискованно, – поёжилась Юкари.

– А других вариантов нет, – возразил я, снаряжая бомбы. – В общем так. Я сейчас выползу наружу, проберусь в хвостовую часть и заложу взрывчатку в цепях управления. А потом мы всё это взорвём.

– Ты знаешь, что взрывать? – удивилась Няша.

– Естественно, – хмыкнул я. – Я лет десять делал риги для кораблей, так что изучил многие вдоль и поперёк, а уж «Бестовер» знаю как свои пять пальцев.

Я активировал скафандр, распихал батарейки по карманам, и прихватил дробовик. Так, на всякий случай.

Внутри трюма царил вакуум и нулевая гравитация. Я спрыгнул из шлюза шаттла на пол трюма, и спрятался за переборкой. Никого. Даже камер наблюдения не видно. Я натянул свою новую суперперчатку прямо на перчатку скафандра и повёл рукой. Хм, работает. А камер и вправду нет. Вот и славно, двигаемся к корме. Я долгим прыжком полетел вперёд, уцепился за новую переборку и сполз на пол. Никакой реакции. Замечательно.

Вот так, кузнечиком, я добрался до заветной двери в двигательный отсек, благо «Бестовер» не так уж и велик. Оглядевшись по сторонам, я толкнул дверь. Если заперли, боюсь, придётся взрывать. Хорошо хоть шума не будет, в вакууме все взрывы бесшумны.

Дверь отворилась.

Вот это мне повезло! Эти дятлы даже и не подумали её запереть. Что ж, сейчас я их за это накажу.

Расчёт прост. Сначала прерывается связь с центральным навигационным компьютером, после этого автоматически активируется резервный с копией полётного задания. Его мы тоже сносим. Гипердвигатели переходят в аварийный режим работы, и автоматика инициирует аварийный выход из гиперпространства. На то и расчёт.

Машинные отделения грузовиков всех производителей похожи до безобразия. С обоих боков под прозрачным корпусом светятся электрически-синим стержни гипердрайва, рядом с ними два компьютера управления с выключенными консолями. Их мы трогать не будем, двигатели должны управляться. Так, для начала поищем линии управления с центрального компьютера. Я поводил суперперчаткой и очень быстро нашёл искомое: ровно два оптических кабеля за стальной фальш-стенкой. Ага, минируем, это первая цель.

Вторую цель даже искать не пришлось, резервный навигационный компьютер притулился у стенки, помаргивая индикаторами. Извини братец, но тебе придётся отдать свою жизнь в обмен на нашу свободу. Я заложил в него аж два заряда, для надёжности. Так, все детонаторы отзываются, осталось только вернуться на шаттл и подорвать. Я выскочил за дверь и бодро поскакал назад.

Не тут-то было. С другого конца ангара отворилась дверь шлюза, и три фигурки спрыгнув на пол, открыли по мне огонь. Я сделал пару выстрелов из дробовика и спрятался за переборку. Вот попал… Что им мой дробовик!

Пираты, однако, попрятались. Это что выходит, я их напугал зарядом картечи? Да ладно.

Именно что «да ладно». Из кормы нашего шаттла выползла турель с гражданским лазером, и начала бодро поливать укрытие пиратов. Я хмыкнул и злорадно подумал, что нашим друзьям сейчас совсем не сладко. А вот нефига! Полетели искры, в металле лестниц появились вполне себе конкретные дырки. Поганцы быстро попрятались кто куда. Да, судя по хаотическому огню это Няша развлекается.

«Артур, – включилась нейросвязь, – это я, Юкари. Няша держит их под огнём, возвращайся скорее!»

Я в два прыжка одолел пространство, отделяющее меня от шлюза шаттла. Зашипел нагнетаемый воздух, и я влетел в открывшиеся двери, проскочив прямо в рубку, где в пилотском кресле с ногами сидела радостная Няша, дёргая джойстиком управления огнём.

– А вот на тебе! – подпрыгивала хвостатая. – Получи, засранец!

От переборки отделился здоровенный кусок и отправился в свободное плавание по трюму.

– Няша слазь! – крикнул я. – Девочки, в кресла и пристегнитесь! Сейчас будет бадабум.

Я плюхнулся в пилотское кресло, защёлкал тумблерами приборной панели, и шаттл, оторвавшись от пола, завис посередине трюма. Ну, будь что будет. Я вздохнул и активировал детонаторы. Корабль мотнуло, и сквозь меня словно пронеслась невидимая волна. Буквально через минуту корпус «Бестовера» прошили заряды кинетики, проделав в обшивке огромные дыры, и лишь по счастливой случайности не задев нас. Следующая очередь разнесла кабину, и грузовик разломился надвое. В проёме виднелся космос, звёзды, и поверхность какой-то ледяной планеты. Я рванул вперёд, шаттл, выскочив наружу, пронёсся над поверхностью, и, огибая ледяные глыбы, нырнул в широкий разлом в толще тёмного льда. Позади нас на поверхность рушились обломки корабля.

Я резко сбросил скорость. Гравикомпенсатор возмущённо заверещал, но перегрузку поглотил. Я дал малый вперёд, углубляясь всё дальше в разлом, пока, наконец не нашёл подходящую пещерку, где и приземлился.

– Удрали, – констатировал я.

– Что это было? – потрясённо спросила Юкари.

– Система противокосмической обороны, что же ещё, – пожал плечами я. – Куда нас выкинуло – не знаю. Сейчас постараюсь получить данные с навигационного маяка, если тут таковой вообще есть.

Некоторое время мы сидели молча. Я сканировал пассивными сенсорами пространство, пока наконец не поймал слабый сигнал маяка.

– Так, – почесал в затылке я. – Точные координаты я определить не могу, но мы где–то в нулях. Очень далеко от фронтира.

– Где? – не поняла Няша.

– В «нулях», – повторил я. – Секторах с нулевой безопасностью. Грубо говоря, во владениях пиратских корпораций.

– Ой, – пискнула Няша, вжавшись в кресло.

– А мы можем улететь домой? – поежившись, спросила Юкари.

– Чисто теоретически – да, – ответил я. – Сигнал маяка я поймал, и я даже проложил курс до Лелеера. Только толку от этого – ноль. Ты видела, что оборона сделала с «Бестовером»? А нас разнесут в клочки даже быстрее. Чтобы стабилизировать гиперканал, надо удалиться от центра массы, а этого нам сделать не дадут.

– И что же делать? – пригорюнилась Юкари.

– Думать будем, – вздохнул я. – Сейчас нам надо затаиться. Есть шанс, что нас не заметили, грузовик развалился на части, так что радары видели целое облако целей. Смотались мы довольно быстро. Так. Сейчас я отключу всё, кроме жизнеобеспечения, и будем ждать. Я выкину наружу несколько дронов, попробуем разведать обстановку.

– А их не заметят? – спросила Няша.

– Не думаю, – ответил я. – Это «Кошачий глаз МС–12», они с системой камуфляжа, как раз для скрытого наблюдения.

Я распаковал два круглых дрона, размером с футбольный мяч, и положил в шлюз. Уже через минуту мячики выпорхнули наружу и исчезли из виду.

– Так, – кивнул я. – Сейчас дам картинку. Первого спрячем у входа в расселину, второго отправим к месту крушения. Смотрим.

Похоже я погорячился на счёт планеты. Мы потерпели крушение даже не на планетоиде, а на огромной глыбе льда, скорее всего, ядре какой–то кометы. Лёд, судя по цвету, не из воды, скорее всего это смесь замерзших газов. Значит, масса ледышки относительно не велика, по сравнению с планетой, так что гиперканал можно открыть быстрее. Это чуть–чуть радует, но именно что «чуть». Оборона-то никуда не делась.

Кстати, где она? Да вот они, башни, в прямой видимости, аж пять штук. Тип мне не известен, я таких раньше не видел. Впрочем, я не специалист по защитным сооружениям.

Дрон скользнул среди нагромождений льда и завис, спрятавшись среди торосов. Вот оно, место крушения. Обломков – море. Подождём, сейчас должны появиться хозяева этого комплекса. Кто-то же отгрохал здесь эти защитные башни, не сами же они выросли. Добавим–ка приближение…

Вот и хозяева, легки а помине. К обломкам приблизились два бронированных скиммера. Открылись аппарели, и на лёд спрыгнуло с десяток фигурок в скафандрах.

– Артур, смотри, – Юкари, нахмурившись, ткнула пальцем в экран. – Какие–то они странные. Увеличь ещё, пожалуйста.

Я увеличил изображение. Эта группа самые обыкновенные люди, судя по скафандрам, а вот эти и вправду странные. Такое строение конечностей может быть только у…

– Таргонцы, – упавшим голосом произнесла Юкари. – Куда же нас занесло?

– И что самое интересное, – хмуро заметил я, – они заодно с этими людьми. Видишь, работают вместе.

Действительно, объединённый человеческо-таргонский отряд деловито закинул в грузовой скиммер остатки кабины «Бестовера», вместе с тремя замёрзшими трупами.

– Что, свиньи, – прошипела Няша, – попили пивка? Так вам и надо!

– Надо последить куда они потащат трофеи, – предложила Юкари.

Я кивнул, соглашаясь. Трофейная команда ещё покрутилась среди мусора, но не найдя более ничего интересного, погрузилась на скиммеры и отчалила. Дрон устремился следом.

Летели мы недолго, буквально, километров через пять, скиммеры нырнули под лёд, в открывшийся проём. Что ж, базу мы нашли. Теперь надо понять, что со всем этим делать. Я дал дрону приказ и тот полетел назад.

– Так, девочки, – я откинулся в кресле, – ситуация мне видится достаточно неприятной. Сегодня… – я поглядел на часы, – нет, уже завтра по Лэйвскому времени, нам придётся пробиваться к одной из орудийных башен.

– Зачем? – поинтересовалась Юкари.

– Я попробую подключиться к управляющим каналам и достучаться до главного сервера управления огнём. Если всё получится, я его подвешу, и пока система восстанавливается, мы сделаем ноги.

– А нас не заметят на поверхности? – с сомнением произнесла Юкари.

– А с чего ты решила, что мы пойдём пешком? – удивился я. – Нет. Подозреваю, что во льду прокопаны тоннели, по которым идут управляющие кабели и вообще осуществляется техобслуживание. Я попытаюсь нашарить их радаром, а потом мы будем копать.

– Копать? – не поняла Няша. – Лопатой?

Я хмыкнул и распаковал Приспособу.

– Что это? – Няша потянулась к агрегату рукой.

Я легонько шлёпнул её по кисти.

– Не трогай. Это опасная штука. Скажи мне, ты знаешь, как устроено наше общество?

– Ты о чём вообще? – удивлённо захлопала глазами хвостатая.

– Объясняю. Скажи мне, вот наша кухня, к примеру, способна синтезировать любой продукт. Трехмерный принтер – напечатать любую вещь. Так почему же деньги всё ещё в ходу? Казалось бы, печатай что хочешь! Захотел, напечатал шаттл, вместо того чтобы его покупать.

– И правда, – задумалась Няша. – Почему?

– Очень просто, – ответил я. – Сырьё для синтезаторов, «серую пыль», можно покупать только у государства и ни у кого более. Это сделано специально, чтобы люди не тратили попусту энергию и материю в погоне за избыточной роскошью. Получать «пыль» частным образом категорически запрещено, представь себе, что началось бы, попади такие вот Приспособы в частные руки? Люди разбирали бы всё, воду, воздух, да хоть нелюбимого соседа. Это был бы крах всего.

– Так эта штука… – Юкари покосилась на агрегат.

– Ага, – кивнул я. – Деконструктор. Именно оно и есть. Запрятано в самые потайные карманы упаковщика. Я этим агрегатом пользовался только в самых крайних случаях, да и то, только в качестве дырокола.

– А почему нельзя воспользоваться чем-то, – Юкари задумалась, – другим? Не столь незаконным?

– Приспособа бесшумная и очень незаметная, – ответил я. – Засечь её работу практически невозможно, что, собственно, нам и требуется. Опа, а к нам гости.

И правда, второй дрон, спрятавшийся у разлома, засёк вражеского разведчика. Чёрная летучая шляпа приблизилась к трещине, повисела, углубилась внутрь, покрутилась, и улетела восвояси. Я выдохнул. Кажется, нас не нашли.

– Всё, девчонки, спать, – зевнул я. – По Лэйвскому времени уже за полночь.

И уже лёжа в постели я вдруг вспомнил.

– Няша, – я взял её за запястье. – Всё хотел спросить у тебя про этот браслетик. Он появился у тебя, когда пропал этот твой «Пушистик».

– Ну да, – кивнула она, разглядывая украшение. – Я и сама не поняла, как он оказался у меня на руке. Это, наверное, был его прощальный подарок.

– А он обладает… чем-нибудь эдаким? – спросил я, вспомнив мой воплотившийся в жизнь сон.

– Не знаю, – пожала плечами Няша, – пока он никак себя не проявлял.

– Ну и ладно, – я сгрёб девчонок в охапку, расцеловал и уснул.

Всё же приятно засыпать, когда женское общество справа и слева от тебя.

Проснулся я первым, умылся, растолкал девочек, велев готовить завтрак, а сам сел в пилотское кресло и принялся настраивать радар. Уменьшим мощность, чтобы не обнаружили, сфокусируем луч и пошарим… Так… О, бинго! Под башней и вправду туннель, а от нас, по дороге, во льду даже несколько полостей. Копать будет проще. Теперь завтракать и в путь.

Перед самым выходом возникла заминка. Няша не знала как пользоваться скафандром.

– Как надевать эту штуку? – взвыла она, вертя в руках толстый пояс скафандра. – Юкари, покажи!

Юкари вздохнула и защёлкнула пояс на няшиной талии.

– Вот, – сказала она, – теперь воспользуйся нейроинтерфейсом. Видишь новое устройство? Авторизуй его. Всё, скафандр теперь твой. Дай команду на включение.

Пояс растёкся по Няше серовато–серебристой волной.

– Я не могу пошевелить хвостом, – донеслось из–под шлема, – и уши прижало!

– Ничего, – я похлопал её по спине. – Сейчас скафандр адаптируется и станет полегче.

– Твой скафандр, – заметила Юкари, – не похож на наши. Какая–то новая модель?

– Скорее уж старая, – усмехнулся я. – Это привет из моего прошлого, боевой костюм серпентисов, доработанный мной под разные хитрые дела.

Я распаковал кучку оборудования и принялся пристёгивать его к разъёмам скафандра.

– Хитрые дела? – удивилась Юкари.

– Одно время я занимался промышленным шпионажем, – подмигнул ей я. – Только тс–с–с!

– Артур такой крутой! – восхитилась Няша. – Прямо как в галентских фильмах про Жака Бондэ!

Видел я один такой фильм. Эх и дурь!

Мы вышли через шлюз на улицу и медленно полетели к нужной ледяной стене.

«Девочки, – я отправил сообщение по нейросвязи, – используем исключительно нейрочат. Все остальные средства коммуникации исключаются! Соблюдаем радиомолчание».

Обе кивнули, соглашаясь.

Я подлетел к стене и, достав Приспособу, начал рыть коридор. На льду заплясали голубоватые огоньки, и в хранилище потекла материя, «серая пыль». Проход расширился и устремился вглубь толщи льда. Я подождал, пока поток нанитов уйдёт подальше и медленно полетел во внутрь прохода. Девочки, держась на расстоянии, полетели за мной.

Так мы и ползли, прогрызая лёд, миновав несколько пещер, пока наконец не наткнулись на бетонную стену. Я выключил деконструктор и подлетел поближе. Так, теперь надо решить, где будем делать дырку. Главное – не повредить управляющие кабели, аварией сразу же заинтересуются ремонтные дроны и обнаружат дыру вместе с нами. Чего бы совсем не хотелось.

Я пошарил по стене рукой в суперперчатку. Ага, вот они, родимые. Именно с моей стороны. Я снова включил Приспособу и проделал туннель вокруг квадратного бетонного желоба. Так, с этой стороны у нас что? Чисто. Значит, делаем вход здесь.

Бетон растворился в пляшущих огоньках нанитов, и мы пробрались внутрь. Ничего особенного. Коридор как коридор. Можно пройти даже не особо нагибаясь. Атмосферы в нём нет, датчиков обнаружения тоже. Хорошо. Теперь попробуем подключиться к управляющему кабелю.

Я ковырялся с ним, наверное, час, но так и не смог добиться ничегошеньки. Нет, перчатка отлично работала, я даже получил доступ к каналу связи, если так можно выразиться. Вот только ни идентифицировать используемые протоколы ни перехватить данные я не сумел, а точнее, не смог понять, что тут вообще передаётся.

«Проклятье! – выругался я. – Девочки, у нас проблемы. Похоже, эти пушки таргонского производства, а об их компьютерах я не имею ни малейшего представления».

«И что же делать?» – огорчилась Юкари.

«Придётся лезть к нашим непонятным друзьям, – вздохнул я, – и искать другие компьютеры. Повторяется история с нашей командировкой на базу «Вектора». Попробуем устроить диверсию, других вариантов нет».

Мы выстроились гуськом и полетели по направлению к базе.

Бетонная кишка тянулась, наверное, с пару километров, закончившись воздушным шлюзом. Я подлетел почти вплотную к двери и остановился, подняв руку вверх.

«Почему мы остановились? – удивилась Юкари. – Мы не пойдём внутрь?»

«Если мы сейчас прямо так вот завалимся, – ответил ей я, – в дежурке обязательно включится сигнал об активации шлюза. Там-то нас и запрут до выяснения обстоятельств».

«И что же делать? – пригорюнилась Юкари. – Всё зря?»

«Ты меня недооцениваешь, милая, – подмигнул ей я. – Сейчас я инициирую этой штуке, – я указал рукой на замок шлюза, – кратковременный сбой. Со стороны это будет выглядеть как глюк электроники, и пока система не перегрузится, мы успеем проскочить внутрь».

Благо, замок совершенно стандартный. Я поднёс к нему свою чудо–перчатку и запустил одну из встроенных программ. Крутящийся логотип на экране замка исчез, изображение пошло рябью, и наконец на окрасившемся синим экране появилось инженерное меню. Даже так? Хорошо. Что тут у нас есть? О, тестовый прогон! То, что надо. Я выбрал нужный пункт меню и запустил. Двери шлюза дёрнулись и начали открываться.

«Быстро внутрь!» – крикнул я по нейросвязи, и мы трое прошмыгнули внутрь.

Двери, полностью открывшись, быстро захлопнулись, и внутрь камеры с шипением начал нагнетаться воздух.Распахнулись вторые, внутренние створки, открыв моему взору склад с рядами стандартных контейнеров. Мы выскочили на склад, плавно спланировав на пол, и быстро спрятались в щель между штабелями.

«А теперь сидим тихо! – предупредил я. – Сейчас здесь будет дрон-ремонтник, проверять внештатное срабатывание механизма».

Так и вышло. Прилетела штука, больше похожая на полусферу с многочисленными манипуляторами, и занырнула внутрь шлюза. Некоторое время ничего не происходило, и наконец дрон показался снова, улетев восвояси. Мы подождали ещё немного, но всё было тихо. Не включилась сирена, не захлопнулись двери в аварийном режиме, никто не топал, окружая стоящие друг на друге контейнеры. Всё прошло аккуратно и на этот раз. Я выдохнул и распаковал совсем уж малютку–мячик, самого маленького из разведчиков, которые у меня были. Надо проверить помещение на наличие видеокамер. Дрон замерцал на моей ладони и исчез, скрывшись под камуфлирующим полем.

Машинка летала минут двадцать, полностью обследовав склад. Я был прав, видеокамеры тут и вправду были, аж три штуки в разных углах, зато в четвёртом углу красовался пустой кронштейн, видимо, камеру сняли для ремонта. Нам повезло, мы сейчас находились в слепой зоне.

«Так, девочки, – начал я, – хватит сидеть в этой норе. Сейчас я выползу наружу, а вы идёте за мной следом, не отходя ни на шаг. Нам надо перебазироваться, и я нашёл отличное гнездо среди контейнеров, там нас никто не увидит, в том числе и видеокамеры. Всё понятно? Тогда пошли».

Я осторожно вышел наружу и взлетел в воздух, приземлившись на контейнеры сверху. Тут, под самым потолком, и вправду образовалась уютная пещерка, в которой мы на время и зависнем. Я сел, прислонившись к бетонной стене. Девочки пристроились рядом.

«Теперь будем ломать сеть наблюдения?» – деловито осведомилась Юкари.

«Умница, – похвалил я, – только не ломать не будем, а лишь несанкционированно подключимся. Мне надо получить информацию о структуре базы».

Мячик разведчик вернулся на мою ладонь и исчез в упаковщике, а на его месте появился маленький головастик с универсальным щуп-зондом вместо хвоста. Головастик вспорхнул с ладони и тоже исчез, устремившись туда, где когда-то висела камера. Я открыл перед собой виртуальный экран, распространив картинку и на девочек, и стал ждать.

Дрон подлетел к кронштейну, сноровисто воткнул свой «хвост» в разъём, и на моём экране засветилась шкала поиска соединения. Ага, есть. Совершенно стандартная сеть видеонаблюдения, с абсолютно знакомыми протоколами. Никакой таргонской экзотики. Так, начинаем анализ топологии сети.

Программа шуршала, обрабатывая данные, и на экране постепенно выстраивалась картинка с сетью видеокамер, подключённых к единственному управляющему серверу. Что ж, попробуем на него зайти. Что тут у нас? Ха, имперская «Радуга 18–30». Насколько я помню, консольный доступ у неё есть. Точно есть. Мда, пароль хочет. Ну, это нормально. А вот какой пароль?

Я почесал затылок, забыв, что на мне шлем скафандра, и ввёл стандартное: «Админ/Админ». Загорелась жизнеутверждающая надпись: «Добро пожаловать, Администратор!» и перед изумлённым мной возник экран администрирования системы.

Охренеть. Вот это дыра так дыра! Круче только пароль, записанный на клавиатуре.

«Ловко ты это сделал!» – похвалила Няша.

«Ничего ловкого, – отмахнулся я. – Просто стандартный пароль надо менять. Местного сисадмина надо расстрелять. Хотя нет, не надо, пусть дальше косячит. Давайте посмотрим, что тут у нас».

Я начал подключаться к камерам. Вот склад, на котором мы сидим, нас, что характерно, не видно. Вот коридоры, пустые. Столовая, разделённая на две части перегородкой. За одной обедают люди, за другой что-то жрут таргонцы.

«Фу, гадость какая! – скривилась Няша. – До чего же они мерзкие!»

Сложно с ней не согласиться.

База оказалась довольно обширной, уровнем выше располагался огромный ангар с таргонской «тарелкой» и парой галентских «Тораксов». Опять склады, две крупные биолаборатории, где трудится совместно и люди и таргонцы, реактор на самом нижнем уровне. Боюсь, туда нам не попасть, на это раз у нас нет волшебного пропуска. А где же серверная?

Серверная нашлась рядом с реактором. Не то чтобы совсем рядом, чуть в стороне, но на одном уровне. Я даже план базы скачал с сервера видеонаблюдения, но толку? Можно, конечно, вывести из строя несколько камер наблюдения, но это, считай, засветиться. А если мы столкнёмся с кем-нибудь в коридоре? Вот же проблема!

«Артур, – вдруг спросила Няша, – а что в этих контейнерах? Вдруг там что-то ценное? Тогда мы таргонцев ограбим!»

«Понятия не имею, – пожал плечами я. – Но, если, хочешь, посмотрим».

Я провёл сканером по поверхности контейнера. Сжатого пространства внутри нет, уже лучше. О, что это?

Весь контейнер был забит серыми цилиндрами, точь-в-точь как уже знакомое нам устройство Спящих, с которым мы столкнулись на Вечере.

«Ух ты! – изумилась Юкари. – А я помню такие штуки. Вечер, да? Тогда мной управляла эта… вторая. Но я всё видела и слышала».

«Странно всё это, – задумался я. – Но толку нам от этой информации – ноль. Ладно, давайте выбираться отсюда. Я нашёл серверную, но как туда добраться без приключений ещё не понял. В любом случае, со склада надо уходить. Для начала надо нейтрализовать камеру, которая смотрит на дверь».

«А почему бы тебе её просто не выключить?» – спросила Юкари.

«Тогда у охраны сразу же включится сигнализация, – ответил ей я. – Нет, это не выход. Надо испортить изображение, но не портить саму камеру».

«И как же ты это сделаешь?» – удивилась Няша.

«Смотри и учись», – подмигнул ей я.

Я распаковал своего старого друга, кинетический пистолет серпентисов «Жало М5» и отщёлкнул обойму со стандартными пулями. Вместо ней я зарядил спецпатроны, и подождав, пока камера отвернётся в противоположную сторону, выглянул из–за контейнеров. Любопытная Няша увязалась следом.

Я прицелился и надавил на спуск. Пистолет тихо щёлкнул и выплюнул маленькую капсулу, которая, пролетев через весь склад, взорвалась прямо перед объективом камеры, забрызгав его машинным маслом.

«Вот так! – гордо заявил я. – Теперь и сигнал не включится и не видно нихрена. Покараульте, я слезу вниз, покопаюсь в замке».

Я аккуратно слетел вниз и подошёл к двери. И что тут у нас? Плохо, замок хоть и открывается ключ–картой, но явно подключён к общей сети, так что ломать придётся предельно аккуратно. Для начала надо выяснит, что тут у нас за прошивка. Я поднёс руку в своей суперперчатке к замку, и вдруг дверь, моргнув зелёным огоньком, открылась.

Я столкнулся нос к морде с довольно крупным таргонцем.

Тело действовало само, не утруждая работой мозги. Я схватил его за вырост на грудной пластине, дёрнул на себя, и продолжая движение, перебросил через бедро. Таргонец с глухим шлепком впечатался в бетон, не издав даже писка, и я, привычным движением выдернув из набедренных ножен недавно купленный нож, всадил его между сочленений спинной брони, перебив один из центральных нервных узлов. Таргонец дёрнулся и затих навсегда.

На меня сверху смотрели две пары ошарашенных девичьих глаз.

Я поднял тушку таргонца и взлетел вверх, в наше временное убежище.

«Секунды не прошло, – произнесла Юкари, глядя на меня квадратными глазами, – а ты его оп! И всё…»

«Старые рефлексы, – вздохнул я, – их не пропьёшь. Давайте лучше посмотрим, что тут у нас за добыча?»

Добыча оказалась техником, с набором ремонтного барахла, не представляющего интерес. Зато интерес представлял компьютер с картой сервисных коммуникаций, которую я тут же скачал к себе, и ключ–карта категории «Б», явно людского происхождения. Ага, значит хозяева этого места всё же люди, а не таргонцы.

«Вот это удача! – воскликнул я, крутя карточку в руках. – Подозреваю, что и серверную мы им тоже откроем. Теперь топаем отсюда, вон там, в дальнем углу есть люк. За мной, девочки!»

Все сервисные туннели в галактике абсолютно одинаковые. Те же кабели по стенам, трубы и резиновая дорожка посередине. Потолок довольно высокий, можно идти не пригибаясь. Но самое главное – никого. Те немногие видеокамеры, что попадались на нашем пути, я ухитрялся отворачивать в сторону при нашем приближении, благо выход на сервер видеорегистрации у меня никто не отобрал, и мы, пригибаясь, проскакивали в мёртвой зоне. Единственное кто нам попался по пути, это обычные серые крысы. Эти твари ухитряются колонизовать планету даже быстрее людей.

Петляли мы, наверное, с полчаса, постепенно спускаясь по выдвигающимся лестницам ниже, пока, наконец, не достигли круглого люка, ведущего в коридор к реактору. Я замер, обозревая пространство за ним глазами видеокамер, и решительно выполз наружу.

Никого.

Мы гуськом перебежали в дальний конец коридора и замерли перед железной дверью с надписью «Серверная». Я провёл карточкой по считывателю замка и дверь отворилась. Отлично, полдела сделано. Пока что всё идёт нормально.

Мы вошли внутрь, включили свет и затворили за собой дверь. Я оглядел стойку с серваками. Ничего необычного, что радует, модели насквозь знакомые. Рядом со стойкой виднелась закрытая консоль с жидкокристаллическим экраном, за которую я и уселся. Я щёлкнул выключателем и экран засветился синим. О, кнопки переключения подписаны. Грамотно. Значит, под номером один доменный контроллер. Жди, друг, я иду к тебе.

Карточка безвременно почившего техника сработала как средство доступа, вот только полномочий у этой учётной записи было фелин наплакал. Средство мониторинга оборудования, чтение логов, да и всё. А что у нас за версия операционки? О, вот оно как…

– Юкари, – поманил подругу я, – иди сюда.

– Уже общаемся голосом? – удивилась она.

– Как слышишь. Смотри, доменный контроллер тут под управлением твоей любимой операционки.

– Ой, – всплеснула руками Юкари, – Линуся!

В углу экрана свернулась симпатичная лисичка анимешного вида, с надписью «Линус, версия 14.10.27.143».

– Самая защищённая операционка? – хитро поинтересовался я.

– Да! – с вызовом отозвалась моя ненаглядная. – Если у тебя нет корневых прав, ничего ты с ней не сделаешь!

Ну да, ну да. Она же фанатка «Лисички Линуси».

– У нас как раз именно такая ситуация, – я постучал карточкой по экрану, – а доступ к сети нам нужен позарез. И что же нам делать?

– И что делать? – заинтересованно произнесла Няша, подобравшись с другой стороны.

– Запускаем текстовый редактор, – я открыл встроенную программу, – пишем всякую хрень, это важно, а теперь запускаем диспетчер процессов и инициируем прерывание выполнения программы.

На экране появилась надпись «Завершить процесс? Да/Нет».

– Далее, – продолжил я, – не закрывая программы смотрим сюда, – я потыкал пальцем в список задействованных системных компонентов, – полюбуйтесь, вот этот файл, исполняемая библиотека текстового редактора, запускается с полномочиями корневого пользователя. Это критическая ошибка. Теперь подключаемся к универсальному порту, и запускаем вот эту программу. «Легион» перехватывает системные полномочия и получает доступ к ядру. Опа! Перед нами вся локалка.

– Вот это да! – произнесла Няша, а Юкари сникла.

– Увы, дорогая, – развёл руками я, – ошибки есть у всех систем. И «Линус» не исключение. Давайте я дам вам доступ к сети. Покопайтесь, здесь наверняка есть что-нибудь интересное.

Первую странность нашла Няша.

– Артур, полюбуйся! – и передо мной открылся виртуальный экран.

Это куда же нас занесло? Сюда, со всей обитаемой галактики стекались транзакции этих самых новомодных биткоинов, тут их обменивали на кредиты, и обратно.

– Юкари, – попросил я, – скачай эту базу. Так, на всякий случай…

– Это не самое интересное, Артур, – перебила Няша. – Все эти биткоины так, мелочь. Они тут занимаются распределёнными вычислениями. Весь этот процесс «майнинга» не более чем плата за предоставление ресурсов своего компьютера для решения некоей глобальной задачи.

– Как это ты успела так быстро понять? – удивился я.

– Ты всё же забываешь, кто я на самом деле, – немного грустно улыбнулась Няша. – Я ведь искусственно созданное существо, и вообще начинала как цифровая личность. Пси-массив. Забыл? На самом деле я умею сканировать гигантские объёмы информации и довольно быстро.

– Мда, действительно… – произнёс я. – Мы ведь знакомы меньше, чем полгода, а мне кажется, что уже целую вечность. Также было и когда мы встретились с Юкари…

– Я тоже удивлена, – поделилась Юкари. – Оказывается у тебя, Няша, есть и такая сторона. Грустная.

– Ну да ладно, – ухмыльнулась Няша. – Мне нравится быть мелкой хвостатой пакостью. А теперь давай посмотрим, что же они тут считают.

И мы посмотрели. Результатом оказалась звёздная карта, охватывающая всё обитаемую часть галактики, включая нули, с наложенной на неё трёхмерной сетью.

– Это что? – я повертел карту туда–сюда. – Карта естественных гипертуннелей? Маршрут миграции тиянок?

Тиянки, если кто не в курсе, это такие космические киты. Большие штуки, но не агрессивные.

– Понятия не имею, – пожала плечами Няша, – но раз за это платят хорошие деньги, значит карта важна. К тому же она не закончена, расчёт всё ещё идёт.

– Юкари… – начал я.

– Скопировала, – ухмыльнулась подруга. – Уже.

Хороший у неё талантик. Умудряется копировать файлы со скоростью, превышающую пропускную способность устройства. И как у неё выходит?

– Ладно, девочки, – начал я, – а теперь давайте делать то, зачем мы сюда забрались. Поищем, как нам отключить электричество на этой чёртовой базе…

Договорить я не успел. Дверь в серверную распахнулась, и внутрь ввалились пяток солдат в боевых костюмах. Девочки завизжали и спрятались за мной.

– Так–так, – раздался знакомый голос, – и кто же это тут у нас? Давайте посмотрим на наших нарушителей. Ба, кого я вижу!

Зараза. И вправду, галактика тесна. Передо мной, в окружении четырёх солдат, стоял мой старый знакомый Франсуа Бюжо.

– Знаешь, – засранец подошёл ближе и заглянул мне в глаза, – я с самого начала подозревал, что тут что-то не так, когда наша система противокосмической обороны свалила этот несчастный грузовик. Я поглядел на трупы тех идиотов, которых нанял, чтобы тебя изловить, и сразу понял. Интересно, как тебе удалось от них удрать?

Я молчал.

– Думаю, – он постучал пальцем по подбородку, – ты ухитрился свалить в скафандрах, когда корпус корабля развалился. Умно. А дальше? Что дальше? Нет-нет, не подсказывай! Я сам догадаюсь.

Выделывается, самолюбивый засранец. Ему всегда нравился звук своего голоса.

– Думаю, – делано задумался Бюжо, – ты решил угнать один из наших кораблей. Точно! Надо же тебе было отсюда свалить? А зачем в серверную попёрся? Знаю, тебя всегда интересовали чужие секреты, шпион поганый. Впрочем, не будем волноваться. Да. Мы с тобой и этими дамами подробно пообщаемся в моём уютном кабинете, там как раз есть допросная. Вперёд!

Нас аккуратно взяли в коробочку и повели. Проклятье, мне их не свалить. Даже если бы я и попытался, девочек точно подстрелят. Что же делать?

– Знаешь, на чём ты погорел? – продолжал разглагольствовать подонок. – У того таргонца, которого ты завалил, не было допуска в серверную. Нет, ключ-карта позволяла открыть дверь, но, когда ты её использовал, в комнате охраны сработала сигнализация. Мы бы раньше пришли, но охранник отлучился отлить, и в караулке он был только один. Что ты смотришь? Да, у нас есть проблема с штатами…

Мы миновали широкие двери и вошли в очередной ангар. Рядом с нами пролегала лента транспортёра, по которой ползли те самые серые цилиндры. На конце ленты стоял робот–погрузчик и сноровисто паковал странные штуки в железные ящики. А их тут много!

И вот тут начались странности. Как только мы приблизились к ленте, непонятные артефакты засветились неярким матовым светом. Я скосил глаза на няшину руку. Точно, её браслетик зажегся таким же огнём, только ярче. Быть не может. А что если…

Я схватил Няшу за руку.

Тут-то всё и случилось. По ангару прокатилась волна, словно пространство внезапно взбунтовалось, и мир, как и в прошлый раз, выцвел. Меня словно ветер подхватил, и я на секунду потерял сознание.

Очнулся я на ленте транспортёра, удлинившейся кратно, да и сам ангар словно раздался вширь и вглубь. Рядом со мной ехали очумевшие девочки, а вот охрана, вместе с Бюжо, бежала следом. Впрочем, не бежала. Эти пятеро двигались словно преодолевали толщу воды, медленно и с трудом. Один из солдат, словно в замедленном воспроизведении, открыл рот, пытаясь что-то крикнуть, и нажал на спусковую кнопку своего автомата. Из ствола медленно вылетела очередь вольфрамовых шаров и нехотя двинулась к нам, по пути раскалываясь на части и превращаясь в распустившиеся цветы.

Я в полнейшем шоке взирал на происходящее.

Все четверо, видимо в ступоре, продолжали поливать нас огнём, и скоро уже полангара было усыпано цветочными лепестками. Я помахал им рукой, и лента транспортёра, изогнувшись под невероятным углом, утащила нас прямо сквозь обычную офисную дверь, сбросила на пол и исчезла. Я подскочил к двери и запер замок. В неё тут же начали барабанить.

– Что тут происходит? – прижав уши, тихо произнесла Няша.

Я не ответил. Не хотелось. Странная волна, пролетев сквозь меня, застряла в моей голове, гудя непонятными звуками. Я оглядел кабинет, судя по фотографии принадлежавший Бюжо, и не найдя другого выхода подошёл к стене.

– Что ты хочешь сделать, Артур? – странным тоном поинтересовалась Юкари.

Я снова не ответил, и запустив руки сквозь стену, поднял её и раздвинул в стороны. Юкари ойкнула.

За стеной стояло лето. Небольшой кусочек пространства, метров, наверное, сто на сто, огораживала офисная стена из гипсокартона. Половина кирпичного дома, дорога с тротуаром, часть парка и фонтаном и убегающая в стену тропинка. Обычная мирная жизнь. Потолок светится оранжевым, по дороге едут тени машин, почти таких же, как на Вечере, тени людей спешат по своим делам, игнорируя стену. Или это только для меня здесь стена? Я спрыгнул на дорогу и огляделся.

– Где мы? – дрожа спросила Юкари.

Я пожал плечами. Да какая, в сущности, разница?

– Вы чего на дороге встали? – прошелестела тень человека, вылезая из тени автомобиля. – Что думаете, если призраки, то можно мешать движению?

– Что значит призраки? – возмутилась Няша. – Ты вообще тень!

– Это я-то тень? – взъярилась тень. – На себя посмотри! Ты вообще силуэт, вырезанный из бумаги!

– Ах ты нахал! – возмутилась Няша. – Наглый высокомерный призрак. Тебя вообще не бывает, понял?

– Вон отсюда! – заявила другая тень, ведущая на поводке тень собаки. – Убирайтесь! – и зачем–то ткнула пальцем в фонтан.

– Не больно то нам тут и нравится, – фыркнула Юкари, а затем не своим голосом произнесла. – Всё потому, что «Новые звёзды зажгутся во тьме».

– Чего зажжётся? – не поняла Няша.

Юкари ответить не успела, фонтан изрыгнул столп зелёного тумана, взлетевшего вверх и обрушившегося на нас водопадом.

Шлёп! Шмяк! Бульк!

– Твою мать! – отметился я.

– Ой! – согласились Юкари и Няша.

Мы свалились откуда-то сверху прямо в стремительно текущую реку. Справа и слева высились отвесные скальные стены каньона, так что выбраться из потока просто не представлялось возможным.

– Как мы тут оказались? – поинтересовалась Няша, подгребая ко мне.

Ответить я не успел.

– Там край! – взвизгнула Юкари.

Точно. Каньон заканчивался впечатляющим водопадом, за который мы и вывалились. Внизу, наверное, в километре, а то и больше, виднелось море и симпатичный песчаный пляжик. Одна проблема, если мы даже и свалимся в воду, не факт, что вынырнем. А если внизу мелководье? Тогда точно расшибёмся. Девчонки дико завизжали, и я, подумав, решил присоединиться. Хоть наораться успею, пока лечу.

Водная гладь приближалась, и тут, уже почти у самой поверхности, вспыхнуло облако тьмы с яркими зелёными вспышками, в которых я успел разобрать невесть откуда возникшую надпись «Явью сквозь них странный сон прорастёт». Мы провалились в облако и всё исчезло.

Стояла ночь. В чёрных домах не светилось ни одного окна, лишь проезжую часть дороги освещал голубоватый свет фонарей. Я оглядел ночь и устало опустился на чемодан.

– Такими темпами мы никогда не доберёмся до вокзала, – удручённо изрёк я.

– А каких усилий стоило достать эти билеты на поезд, – вздохнула Юкари, опускаясь рядом. – Нам обязательно надо попасть в Орию, иначе…

– Какие билеты? – взвыла Няша. – Какой поезд? Какая Ория?! Ребята, очнитесь! Что с вами?

Странно. Я помнил, как собирал багаж, как мы шли… Откуда? Где мы? Я помотал головой и огляделся.

– Очнись, сестрица Юкари! – Няша трясла её, ухватив за плечи. – Мне страшно!

Волна всё ещё гудела в моей голове, но над сознанием уже была не властна.

– Так, – медленно произнёс я, поелозив на чемодане, – я в норме. Ну почти.

Юкари устроилась рядом, помотала головой и с удивлением огляделась.

– Странное ощущение, – наконец произнесла она, – я чувствовала себя… как во сне что ли? Вроде делаешь что-то, а не по своей воле. Словно несут тебя волна, а ты не в состоянии ей противостоять.

Интересное сравнение. Но только это не сон, в этом я уверен полностью.

– Юкари, – взмахнув хвостом возразила Няша, – это всё что угодно, но не сон, и никакой волны я не чувствую. И вообще, я страшно перепугалась. Как мы здесь очутились?

– А я вот чувствую, – ответил ей я. – Честно говоря, это моя вина. Помнишь, что случилось в кафе на Вечере?

– Это когда те штуки появились? – спросила Няша. – А за ней таргонцы?

– Угу, – ответил я. – Мы тогда выяснили, что всему виной был украденный артефакт Спящих, а точнее, его таргонская копия. А тут, на этой базе, где мы потерпели крушение, как раз собирали эти копии. И когда нас конвоировали мимо, я заметил, что они начали светиться. Я посчитал, что это реакция на Няшу и её браслетик, тот, что остался от Пушистика. Как видите, моя теория сработала, как только я дотронулся до Няши, началась вся эта свистопляска. Ну, зато от конвоя сбежали.

– И… что теперь? – нервно поинтересовалась Юкари. – Что будем делать? Что это за город?

– Понятия не имею, – честно сознался я. – И это ответ на оба вопроса. Предлагаю двигаться дальше, к этому самому вокзалу, а там разберёмся на месте. Билеты–то у тебя?

Юкари выудила из неизвестно откуда взявшейся дамской сумочки три крупные цветные картонки с изображением поезда. Я забрал одну и внимательно рассмотрел. Интересно, язык вроде имперский, только буквы отличаются. «С» со странным крючком, «л» кривая, а «а» вообще с двойной перекладиной. Но читать можно. Впрочем, читать–то тут особо, большими буквами написано «Кирбас – Ория», и немного про главный вокзал Кирбаса. Ага, вот мы значит, где.

– А что в чемоданах? – полюбопытствовала Няша. – У нас их не было.

И правда. Я присел на корточки и открыл крышку. Хм, ничего интересного. Одежда, причём довольно странного покроя. Я такой костюм точно не одел бы. Пачка незнакомых денег. Набор курительных принадлежностей, трубка и табак. Это точно не нужно, я не курю. Никаких книг или электроники. Жаль.

В юкарином чемодане оказался точно такой же набор, только дамский и без табака. Придирчиво оглядев платья и нижнее бельё Юкари всё же отобрала несколько штук и спрятала в упаковщик. Я подумал и сунул деньги в карман. Мало ли, вдруг пригодятся.

На небе ни звезды, ни луны. То ли плотные тучи закрыли, то ли их вообще здесь нет. Странное место. Дома вроде бы пустые, но во тьме окон я пару раз заметил шевеление. Или мне показалось? Впрочем, проверять не хотелось совершенно. Ну и где это вокзал? Здание должно быть большое, но пока что вокруг только одни многоэтажки и эти чёртовы фонари.

Дорога шла в гору, я бодро шагал вперёд, поглядывая по сторонам. Девочки жались ко мне, нервно озираясь вокруг. Я на всякий случай распаковал дробовик, переложив в карман несколько дополнительных пластиковых магазинов.

Дорога закончилась на вершине горы большой круглой площадью, с перилами по окружности. Я подошёл к краю и заглянул за них. Бездна какая-то. Ничего не видать.

– И где же вокзал? – уныло поинтересовалась Няша.

Вокзала не было. Только несколько скамеек и небольшое здание посередине, здорово напоминавшее вход в подземку.

– Подозреваю, нам туда, – я указал на строение. – Всё равно больше идти некуда. Правда, можно поплутать по подворотням, но мне что-то не хочется.

Юкари лишь вздохнула и в её руку появилась катана.

– Не стоит, – мягко попросил я. – Вдруг нарвёмся на местную полицию?

Юкари задумчиво посмотрела на меня и спрятала оружие.

Домик и вправду оказался входом в подземку. Только вместо привычного гравилифта или, на худой конец, эскалатора, вниз вела широкая мраморная лестница. Топайте ножками, гости дорогие. Ну и ладно, чай вниз, а не вверх. Хорошо хоть освещение нормальное, а не эти дурацкие бледно-голубые фонари.

Топали мы минут пять, пока не достигли самого низа. Вдаль вел широкий тоннель, поддерживаемый массивными колоннами, а рядом с лестницей примостилась небольшая будочка, с сидящим в ней охранником в серо-синей униформе. Он внимательно оглядел нас и наконец, кивнул, не произнеся ни слова.

Ага, люди в этом месте всё же водятся.

– О, что тут у нас? – раздался насмешливый голос. – Очередные счастливчики с билетами? Ну теперь вы нас осчастливите. А ну давайте сюда билеты и деньги! Живо!

Из-за колонн вышло пятеро личностей мужского пола с наглыми мордами матёрых уголовников. Одеты бандиты были в изрядно поношенное тряпьё и рваную обувь. Я обернулся к охраннику, но тот сделал вид, что ничего не видит. Ну и хрен с тобой.

– Что, хомячок, оглох? – ухмыльнулся самый крупный со шрамом через рожу, поигрывая ножом. – Девок тоже оставь, а сам можешь проваливать.

– Какой же ты банальный типаж, – вздохнул я, – даже нож держать не умеешь. Моб низкоуровневый.

– Чё? – не понял тот. – Кто?

Придурок ты, вот кто. Я тебя завалю ножом, даже дробовик использовать не стану. Извернувшись, я пнул его ногой по руке. Нож вылетел, и верзила схватился за руку. Вояка хренов. Всегда терпеть не мог такую тупую быдлоту, так что раз подняли на меня оружие пощады не будет. Сами виноваты. Только трупы надо убрать будет. А, впрочем, не стану, пусть охранник отдувается.

Рукопашке нас учили довольно серьёзно, мы хоть и не элитный спецназ, но даже обычная штурмовая пехота серпентисов может неплохо навалять галентской десантуре, что неоднократно уже проделывала. А уж про обычных бандюков и говорить нечего.

Для начала я просто сломал ему руку в плечевом суставе и пока тот орал от боли свернул шею. Оставшаяся четвёрка наконец вышла из ступора и бросилась в бой. Идиоты, они же только мешают друг другу. Ну кто ж так ножом машет? Ты же не курицу разделываешь. Надо вот так, уклоняемся, порез по запястью, пинком к дружкам, шаг в сторону, пол-оборота и удар в печень соседу.

Танцевали мы недолго, бандиты кончились быстро. Всё же эти дилетанты мне не противники. Последнего я прибил крайне неудачно, заляпав кровью пол, себя, и окружающие колонны. Надо почиститься, а то если заявлюсь к местным в таком виде, меня могут неправильно понять.

– Юкари, – попросил я, – у тебя есть влажные салфетки?

И осёкся. Трупов не было. Я оглядел себя. Тоже самое, ни следа вражеской крови.

– А где покойники? – озадаченно спросил я девочек.

– Нету, – ответила мне Няша. – Как только ты их убивал, они превращались в серый дым и исчезали, вместе с кишками и кровью.

– С какими кишками? – удивился я.

– Да Юкари одного пополам разрубила, – нервно хихикнула хвостатая, – тот сначала всё внутренностями забрызгал, а потом расточился вместе с грязью, но в воздухе всё равно пованивает.

И правда, запашок в воздухе витал нехороший.

– Я не знаю, что это такое, – произнесла Юкари, убирая катану в ножны, – но точно не люди.

Я внимательно посмотрел на неё.

– Да я это, я – вздохнула подруга. – Та, другая, сидит тихо. Подозреваю, что она до сих пор в шоке от происходящего.

Я подошёл к ней, обнял и поцеловал.

– Юкари, ты умница. Я тебя люблю и фартуке на голое тело, и с катаной. Так что, если ты всё ещё об этом переживаешь, забудь. Может это и прозвучит банально, но ты хороша такая, какая есть.

Юкари лишь вздохнула и поплотнее прижалась ко мне.

– А меня поцеловать? – возмутилась Няша.

Поцеловал и её. Не знаю, чем бы всё это в итоге закончилось, но от девушек пришлось оторваться нечеловеческим волевым усилием.

– Девчонки, – нехотя произнёс я, – надо идти, а то мы застрянем здесь надолго, а у нас даже на пол постелить нечего. А на голом полу… ладно. Идём?

– Пойдём, – лукаво улыбнулась Юкари, – но как только мы доберёмся до подходящего места…

– Так сразу, – закончила Няша.

Мы пошли дальше по коридору, держась за руки, пока не добрались до перрона, у которого припарковался поезд, довольно экзотического вида.

– Добро пожаловать на борт! – к нам подкатился паровой робот, дымя трубой. – Ваши билеты, пожалуйста.

Юкари вылупилась на это чудо, а я сунул ему в металлические лапы три билета, которые чудище тут же заглотило. Мы стояли и ждали, пока наконец, поскрежетав шестерёнками, автоматон не вернул нам картонки, но уже прокомпостированные.

– Все в порядке, – доложило он. – Займите ваши места в купе. И не забудьте прочитать пожелание на обратной стороне билета, это важно!

Я фыркнул и шагнул внутрь вагона. Непривычно тут всё, совсем не так, как на поездах Вечера. Впрочем, много ли я видел поездов?

– Давайте зависнем в этом купе, – предложила Няша, – всё равно тут больше никого нет.

Я пожал плечами и открыл дверь. Четыре полки, столик у окна, диванчики странной формы, но довольно уютные. Как только мы сели, поезд свистнул, и состав дёрнулся, медленно набирая скорость.

– Интересно, а что это за Ория? – поинтересовалась Юкари.

– Вот доедем и узнаем, – пожала плечами Няша. – А что за пожелания на билете?

Я достал билеты и положил на стол.

– На моём ничего, – ответил я, вертя в руках картонку.

– И на моём тоже, – доложила Няша.

– А у меня кое–что есть, – задумчиво произнесла Юкари. – Вот. «Тёмной волной захлестнёт старый мир». И что бы это означало? Не очень-то приятное пожелание.

Только она это произнесла, поезд резко подскочил, по составу прокатился звук раздираемого металла, и нас накрыла волна зелёного тумана.

– О, новые беженцы с Кромара, – произнесла девушка в жёлтом комбинезоне, пристально оглядев нас. – Вам в третью дверь.

Мы находились в начале очереди, упирающейся в самую обычную офисную стойку. Я огляделся. Большой зал, явно вырубленный в скале, окон нет. Освещение искусственное, лампы обычные, светодиодные. Перед девушкой светился голографический экран монитора, похожий на наши.

– Проходите, – поторопила нас девушка, – не задерживайте очередь. Беженцев ещё много, а у меня скоро смена закончится.

Мы прошли в третью дверь, где за точно такой же стойкой стояла другая девушка в таком же комбинезоне. Тут нас в очередной раз просветили, что мы беженцы с Кромара, и нам ещё повезло, что мы тут оказались. В качестве подъёмных нам полагается три тысячи эсков на каждого, а вот с дальнейшей нашей судьбой полные непонятки.

– Чтобы вам там не говорили, – рассказывала местная чиновница, – здесь далеко не рай. Но по сравнению с тем, что внизу… Ладно, это вы не хуже меня знаете. В общем, работа есть только на астероидах, либо на фермах. Если хотите знать моё мнение, то уж лучше фермы. Жизнь трудная, но хотя бы нет лимита еды. Отдохните пока, походите по станции, время выбрать у вас есть. Но учтите, если уж выбрали, передумать уже не сможете. Ну, удачи.

Нас выпустили в большой зал, скорее пещеру, полную народа. Из зала выходили два рукава коридоров, через которые периодически проходили группы людей в одинаковых белых комбезах. Это, видимо, были определившиеся с выбором. Я почесал в затылке и озадаченно остановился.

– Артур, – заныла Няша, – я есть хочу.

– Да и я бы не прочь, – поддержала её Юкари.

– Тогда нам вон туда, – я указал рукой на небольшую кафешку со светящимися витринами.

Мы подошли к прилавку и заказали по пицце и кофе, расплатившись этими самыми эсками, металлическими треугольниками с нечитаемыми надписями. Никогда такого алфавита не видел.

– Ну и как оно тут? – поинтересовался я у продавщицы, довольно объёмистой тётки в белой с синим униформе.

– Да всё так же, – отмахнулась она. – Вы новенькие? Это сразу видно. Целые толпы шляются, каждый день. Всё на фермы, да на вскопку в космос. К астероидам, в смысле. Пару дней назад был новый набор на колонизацию, так тут такое творилось! Все хотели записаться, аж до мордобоя доходило, и это после Кромара-то! Видать вас совсем прижало. Но корабль уже ушел, так что снова толпы уходят на фермы. Правда, одна группа ушла в старые туннели, но их никто уже неделю не видел. И не увидят, наверное. Про эти туннели всякое рассказывают.

– Это что ещё за туннели такие? – заинтересовалась Юкари.

– Туннели как туннели, – пожала плечами продавщицы, – с рельсами. К фермам тоже такие ведут, но они разведанные, вычищенные и безопасные. По крайней мере, для поездов. Хотя, пешком я бы вам там шляться не советовала, но в случае аварии по ним хоть дойти можно, а вот в старых… там всякое водится. Что заказывать будете? – обратилась она уже к другому клиенту.

– Вот так, – обратился я к девочкам. – Нас опять занесло не пойми куда. И что делать – не ясно.

– А может мы провалились в параллельный мир? – предложила Няша. – Мы, вроде как, попаданцы. Интересно, прорежутся у нас суперспособности в этом новом и опасном мире?

– Няша, – вздохнула Юкари, – ты начиталась странных книжек.

– А вот это как раз вопрос открытый, – задумчиво произнёс я. – Однозначно на него я ответить не могу. Однако прослеживается некоторая странность. Юкари, если ты помнишь, тебе попались две странные строчки, одну, правда, увидел первый я.

– Что за строчки? – не поняла Юкари.

– Ну как же? Забыла, что ты произнесла, когда нас забросило туманом в первый раз? «Новые звёзды зажгутся во тьме», потом я увидел «Явью сквозь них странный сон прорастёт» и наконец на твоём билете было написано…

– «Тёмной волной захлестнёт старый мир», – процитировала Юкари.

– И я сейчас укушу бутерброд! Ням! – закончила Няша, откусив от пиццы кусок.

– Странные стихи без окончания, – задумалась Юкари, проигнорировав Няшу, – и ты хочешь сказать, что явились они мне?

– По большей части, – кивнул я. – Нас кидает уже, считай, в четвёртый мир, так что логично было бы предположить, что окончание четверостишия мы найдём здесь. Если это, конечно, четверостишие, а не поэма. Тогда мы серьёзно попали. Кидать нас будет по мирам…

– Я ничего не понимаю, – вздохнула Юкари.

– Представь себе, и я тоже. Надо как-то выбираться отсюда, и вернуться назад. Окажемся дома и всё обдумаем.

– Если бы знать как это сделать, – пригорюнилась Юкари. – У тебя есть предложения?

– Есть, – кивнул я. – На фермах или астероидах нам точно делать нечего, так что предлагаю сунуться в эти «старые туннели».

– И где же их искать?

– Доедаем и пойдём посмотрим на поезд, – предложил я, – а там уж сориентируемся на месте.

Мы пообедали и выйдя из кафешки, отправились к двум коридорам. Правый уходил выше, под потолком висела большая надпись «к шлюзам», второй же, с надписью «к поездам», вел с небольшим уклоном вниз. Туда–то мы и направились. Мимо нас промаршировала строем новая группа беженцев, и мы пристроились следом за ней.

Коридор пошёл круче вниз, сменившись бетонной лестницей, и вскоре мы вышли к перрону.

«Что–то нам везёт на поезда в последнее время», – подумал я, разглядывая состав. На это раз никакого стимпанка с коптящими трубами не было, поезд походил на монорельс, но всё же с двумя парами колёс. Открылись двери вагонов, беженцы погрузились внутрь, и состав отчалил. Я подошёл к краю платформы и заглянул вниз. Контактного провода не видно, значит источник энергии внутри состава. Для верности я поискал токосъёмник моей суперперчаткой. Нет, чисто. Просто пара рельс.

Туннель, куда уехал состав, зиял темнотой с редкими вкраплениями тусклых ламп. Нам туда явно не надо. Я прошёл по перрону в противоположную сторону и вскоре наткнулся на прозрачную стену из толстого стекла, ограничивающего перрон.

– О, – крикнул я, – девочки, любуйтесь, кажется нам туда. Давайте ко мне.

И правда, от основной ветки, по которой проехал поезд, во тьму уходила боковая с ржавыми рельсами. Я осмотрелся. Сбоку туннеля шла тропинка для обслуживающего персонала. Так, поездов вроде нет, значит вперёд. Я спрыгнул на рельсы и помог дамам спуститься. Драпаем, пока на нас не обращают внимания.

Старый туннель, в который мы свернули и вправду выглядел заброшенным. Ржавые рельсы, потрескавшиеся бетонные плиты, и полная тьма. Не работала ни одна лампа освещения. Я распаковал дрона–прожектора, и в туннель осветился ярким белым светом. На всякий случай достав пистолет, я медленно двинулся вперёд, в полной боевой готовности.

Но всё было тихо. Никто не спешил нападать на нашу троицу, не выскакивали из-за угла (впрочем, в туннеле даже углов не было) кровожадные таргонцы, ни инопланетные мутанты. Рельсы тянулись и тянулись, тишина, только хрустели под ногами мелкие камушки. Один раз от основной ветки в сторону ушла другая, и мы, недолго посовещавшись, решили её разведать, но очень быстро упёрлись в толстенные ворота, преграждавшие туннель. Я было посмотрел в щель между створками, но не увидел ничего интересного. Темнота…

Где–то через час блуждания мы вышли к заброшенной станции. Не пассажирской, вроде той с которой мы сбежали, а нечто вроде ремонтного депо, располагавшегося в большой естественной пещере. Рельсы расходились сразу на пять путей, четыре из которых, с невысокими перронами по краям, уходили в тупики, а последний вёл дальше во тьму. На одном из путей навсегда застыл проржавевший каркас подвижного состава, с незнакомой техникой на платформах, по виду ремонтной. Я пошарил взглядом следи этого железного хлама и наконец, отыскал то, что хотел.

– Так, девочки, – предложил я. – Предлагаю устроить здесь привал. Вон там, насколько я вижу, электрощит. Давайте посмотрим, а вдруг есть энергия? Если повезёт, отдохнём при свете.

Я пробрался сквозь ржавую труху сломанных механизмов к небольшой будочке, открыл скрипучую дверь и действительно обнаружил комнату управления электропитанием. Датчики на суперперчатке поморгали, подтверждая наличие энергии, и я ещё раз обвёл взглядом ржавое царство. Что–то оно мне напоминает, но вот что? Вроде я уже это видел. Помотав головой, и отогнав стойкое дежа-вю, я дёрнул рубильник вниз.

В пещере вспыхнул свет. Несколько ламп, заискрив, взорвались, разбросав по перронам яркие искры и стеклянную крошку, но освещение, в основном, осталось стабильным.

– Ну, что, можно устроить привал, – начал я и осёкся.

– Ты что, Артур? – удивилась Юкари. – У тебя даже лицо изменилось.

– Девочки, – прошипел я, – валим отсюда и поживее.

– Почему? – не поняла Няша.

– Я вспомнил, где я видел эту станцию. Позавчера мне ночью приснился кошмар, и там фигурировало это самое место…

– Ой, – прижала уши Няша.

– Вот тебе и ой, – ответил я, пробираясь к выходу. – Одно непонятно, как мы оказались в копии моего сна?

Мы выбрались наружу и уже почти достигли туннеля, когда это началось. Раздался дикий звук, словно кто–то раздирал металлические листы на части самым садистским образом, причём волоча их по земле, и куча металлолома, некогда бывшая составом, пришла в движение. Поезд–зомби встал на дыбы, и словно ржавая металлическая гусеница, изгибаясь и крутясь, пополз за нами. Мы метнулись было к туннелю, откуда пришли, но не тут–то было. Подлая железяка оказалась у входа первой, отрезав нам путь к отступлению, так что оставалось лишь бежать в одну сторону, что мы и сделали.

Поезд–призрак полз за нами, игнорируя рельсы и издавая мерзкие железные звуки. Я стрелял по нему из пистолета, но толку–то. Да, вольфрамовые шарики делали дыры в ржавом железе, один раз даже отстрелив какую–то балку. Это притормозило мёртвый состав, но ненадолго. Избавившись от прогнившего органа, мертвец пополз дальше.

– Зараза, – выругался я, – зомби–человека хотя бы можно утихомирить выстрелом в голову, а где голова у зомби–паровоза? Ему даже колёса бессмысленно отстреливать, он ими не пользуется.

– А как ты победил его в своём сне? – поинтересовалась Юкари.

– Проснулся, – мрачно ответил я.

Это, конечно, не вариант. Мы–то сейчас не спали, так что приходилось просто бежать вперёд. Поезд тыкался в стенки туннеля и из него периодически сыпались ржавые детали, так что приходилось надеяться лишь на то, что он со временем просто рассыплется в хлам.

Так мы драпали примерно полчаса, пока не достигли тупика. Рельсы упирались в массивный отбойник с бетонным пятачком за ним. И всё. Стена.

– Вот дерьмо, – выругался я. – Значит, остаётся только драться.

Первым делом я зашвырнул в сторону ржавого хлама аккумулятор и рухнул на бетон, потащив за собой девочек. Секунда, другая, а взрыва всё нет. Я поднял голову и с ужасом увидел, что полуразложившаяся кабина локомотива с удовольствием чавкает, пожирая мою гранату.

– Ах ты сволочь! – возмутился я. – Я же за него деньги уплатил!

Тварь усмехнулась мне оскаленным черепом лишённой краски кабины, и начала медленно, словно издеваясь, подползать поближе. Я, ругаясь, открыл огонь.

– Ребята, – пропищала Няша, – а мы точно его одолеем?

– Одолеем, – отчего–то уверенно усмехнулась Юкари, обнажая катану. – Только во что же на смену придёт?

«Бамм!» – пронёсся звук, и всё внезапно замерло. Изображение поплыло и начало двоиться, накатила волна холода и всё исчезло.

Мы стояли на бетонном пятачке, освещаемом тусклым жёлтым светом, исходящим неясно откуда, а вокруг была непроглядная тьма. Я стоял, боясь пошевелиться, пока призрачный голос, непонятно, мужской или женский, продекламировал:

Новые звёзды зажгутся во тьме,

Явью сквозь них странный сон прорастёт

Тёмной волной захлестнёт старый мир,

Только вот что же на смену придёт?

– Странные стихи, – произнесла Юкари.

Я кивнул. Во тьме зажглись миллионы искорок, сложившиеся в голубоватую сферу. Рядом с ней угрожающе красным горела другая сфера, такого же размера, только искорок в ней было гораздо меньше, зато было ядро, такое же ярко–красное, как и сама сфера. Ядро внезапно вскипело, другого слова я подобрать не могу, и красная сфера, превратившись в волну, обрушилась на голубую.

На этом месте картинка остановилась, и мы увидели дорогу, ветвящуюся на множество путей. На одном из них кипела битва, красные и синие волны сшибались и гасли, а вместо них пространство заполняли серые или коричневые кляксы.

– Ты хоть что-нибудь понимаешь? – прошептала Юкари.

– Нет, – покачал головой я, – но ты смотри и запоминай. Раз нас сюда привели, то это наверняка важно.

– Я даже видео пишу, – ответила подруга.

Дороги продолжали ветвиться. В одних местах побеждали красные волны, превращая в хаос мир синих. Кое–где синие смогли одолеть красную волну, но их осталось настолько мало, что немногочисленные искорки без труда пожрали кляксы, и таких картинок были тьмы и тьмы. Мы поднимались всё выше, глядя на дорогу словно из–под небес, и теперь она напоминала то ли дельту реки, то ли многочисленные корни огромного дерева.

– Запомни это, – приказал призрачный голос, и всё вокруг завертелось.

Выла сирена. Мы сидели на бетонном полу ангара той самой базы, куда вечность назад тайком пробрались. Чёрная лента транспортёра была разорвана, серые цилиндры валялись кучками на полу, и никого не было видно.

– Мы вернулись, или это ещё один воплотившийся сон? – поинтересовалась Юкари.

– Не знаю, – ответил я, – но наш шаттл отзывается. Так что валим отсюда, и плевать сон это или нет.

«Внимание! – вещала громкая связь, – Вторжение! Научному персоналу пройти в зону эвакуации, военным действовать по протоколу «дельта восемь». Внимание…»

– И что же вторглось? – удивилась Юкари. – Кроме нас тут… Ой…

В воздухе, словно извращённый чёрный цветок вспух нарыв, открыв провал во тьму. Из него выползло существо, напоминавшее человека, вот только выглядел гуманоид словно рисунок перебравшего синтетической наркоты художника. Глаза, нос, то, что было вместо рта, да и сама фигура напоминали то ли клубки чёрной неряшливой шерсти, то ли просто хаотически двигающиеся карандашные линии.

«Оно не живое… – пронеслась мысль в моей голове, – и не мёртвое. Биосканнер его не видит. Что это?»

Нечисть запищала и двинулась к нам.

Тут-то Няша и отчудила. С криком «ня!» хвостатая взвилась в воздух и припечатала каблуком прямо в кошмарную морду. Гадость завизжала тонким голосом, и опустившись на четвереньки резко ускакала в бок, пробежав прямо сквозь стену.

– Видел я прыжки с шестом, – нервно хихикнул я, – а тут прыжки с хвостом.

Ну да, глупость сморозил. Так ведь нервы же! Сами бы посмотрели на эту хрень.

–Уходить надо, – выдала дельную мысль Няша. – Тут творится фильм ужасов.

Свет моргнул и выключился. Через пару секунд лампы загорелись красным, включилось аварийное освещение.

«Внимание! – оповестила громкая связь, – Нештатный режим работы реактора».

А вот это гораздо хуже. Если накроется реактор, нам всем несдобровать. Хорошо хоть двери автоматически разблокировались, в случае подобных ситуаций это предусмотрено протоколом. Главное, чтобы охрана палить по нам не начала.

Охране было не до нас. Охрана, грубо говоря, мутировала. Я сам видел, как иномирная гадость сливалась с человеком, превращая его во что–то совершенно непонятное. Нас, кстати, бесы полностью игнорировали.

Мимо пронеслась толпа научников, вопя нечто нечленораздельное, а за ними неслось с десяток бесов. Мы пристроились следом, вопя за компанию, и вскоре оказались на верхней палубе, рядом со шлюзами ангара.

– Включаем скафандры! – скомандовал я. – Вон тот люк ведёт на поверхность. Раз электричества нет, то и оборона вырубилась, так что шаттл уже на подходе. За мной.

Мы загремели металлическими башмаками скафандра по железу аварийной лестницы, и, миновав воздушный шлюз, оказались на поверхности. Над ледяными торосами проскочил пузатой тенью наш амаррец, и, зависнув рядом, откинул аппарель. Мы, влетели во внутрь, и проскочили в рубку даже не снимая скафандров, только отключив шлемы.

– Пристегнитесь! – скомандовал я. – Взлетаем на полной скорости. Возможны перегрузки.

Управление в шаттле примитивное, никакого нейроинтерфейса, обычный штурвал и педали. Впрочем, для гражданской машины более и не надо. Я защёлкал тумблерами, активируя бортовые системы, и рванул в космос.

– Нам надо удалиться на сотню километров, – начал я, – чтобы масса астероида не мешала уйти в гиперпрыжок. Впрочем, надо для начала нацелиться на гипермаяк Лелеера, вот он, на экране светится.

Я заложил лихой манёвр, шаттл тем и хорош, что мелкий и юркий, и взял курс на одним нам видимую звёздочку гипермаяка. Теперь ещё полсотни километров и…

А вот хрен. Из раскрывшегося ангара вынырнули два «Торакса» и таргонская «Тарелка». Быстро сориентировавшись, вся троица резко рванула за нами.

– А вот это хреново, – прорычал я.

Ещё бы не хреново. Таргонец ладно, его лазеры рассчитаны на добычу покрупнее чем мы, у него турели с пушками ворочаются медленно. Если я буду активно маневрировать, хрен он в меня попадёт, а вот с крейсерами всё совсем плохо. Этим поганцам шаттл сожрать – раз плюнуть. Единственная радость – мы быстрее. Были бы фрегаты, нас бы уже давно разобрали на части. Так что будем крутится, авось стержни гипердрайва сумеют стабилизироваться раньше, чем по нам попадут.

Компьютер отрисовал лазерные лучи, просвистевшие мимо нас всего в пяти километрах. Я заложил манёвр, от которого у настоящих пилотов, наверное, волосы встали бы дыбом, но зато увернулся от очереди плазмы из бластеров «Торакса».

Нам опять повезло. Бластеры – оружие ближнего боя. Это почти тоже самое, что и рельса, только вместо вольфрамовых боеголовок они стреляют пучками разогнанных до субсветовых скоростей частиц. Убойная штука, только дальность поражения у лёгких бластеров от силы с десять–пятнадцать километров. Пучки быстро рассеиваются в пространстве, теряя убойную силу.

– Ы–ы–ы–ы… – простонала зелёная Няша.

Поганый гипердрайв! Ну сколько можно? Когда же наконец?! Давай уже!

Я в очередной раз изобразил стиль пьяного лётчика, когда нас накрыло взрывной волной.

Ага. Именно оно. Взрывная волна в космосе.

Уж не знаю, что там эти бесы сотворили с реактором, но он таки взорвался. Огненный шар кварк-глюонной плазмы моментально растопил лёд планетоида, превратив его в облако горячего газа, который, собственно, и стал взрывной волной.

Таргонца накрыло первым, корабль просто развалился на куски. Один «Торакс» закрутило и отбросило в сторону, а нам поддало такого пинка, что нас, даже не смотря на взвывшие гравикомпенсаторы, чуть не раздавило перегрузкой.

Нет худа без добра. Стержни гипердрайва наконец-то смогли стабилизироваться и шаттл юркнул в малиновое пространство гипертуннеля.

– А, – произнесла Юкари, – Ик…

Я посмотрел на подругу, молча распаковал бутылку коньяка и протянул её. Юкари сделала добрый глоток и её наконец отпустило.

– Артур, – заревела она, бросаясь в мои объятья, – мне страшно!

Няша, дабы не отставать от подруги, присоединилась, и теперь я обнимал сразу двух ревущих девушек.

Теперь-то что реветь? Мы, таки сбежали. Ладно, пусть плачут, сбросят пар.

Вот ведь дурацкое выражение. Ну причём здесь пар?

Так мы и летели. Я гладил моих женщин по головам, нашёптывая какие-то глупости, а они хныкали, не обращая на них внимания, пока, наконец не закрякал сигнал центрального компьютера.

– До выхода из гиперпространства, – доложил комп, – одна минута тридцать две секунды.

Шаттл – он шустрый. Даже если оставшийся «Торакс» увязался за нами, из гипертуннеля он выскачет хорошо если через сутки. Мы к этому времени будем уже далеко.

Шаттл выскочил почти у самой планеты, где нас взяла в оборот местная полиция. Оказалось, что мы, после похищения, числились в угоне. С тем, что шаттл наш, разобрались быстро, но полиция отступать не хотела. Ну ещё бы, корабль похитили из самой охраняемой системы в галактике! Позор просто.

– Требую канал связи со Строгоновым Борисом Всеволодовичем, – наконец заявил я. – У нас есть информация имперской важности. Я совершенно серьёзно. И да, если сюда выскочит непонятный «Торакс», скрутите его. Боюсь, корабль заражен.

Тут уже скрутили нас. За компанию, видимо, а вдруг и мы заразные. Шаттл окружили энергетическим щитом, и нас, в сопровождении двух «Мегатронов» утащили подальше от планеты.

Канал связи с сибовцем, к слову, дали.

– Что там у вас, – пыхнув сигарой заявил полковник.

Я вкратце рассказал про наше похищение и падение на астероид.

– Так, – резко прервал меня он, – ни слова больше. То же, что и на Вечере?

Я кивнул.

– Понятно. Сейчас вас отконвоируют к Лэйве. Там мне всё и расскажете.

Не нравится мне слово «отконвоируют».

Вскоре за нами прилетел сибовский «Полярис», и наш многострадальный шаттл запихали к нему в трюм, предварительно поинтересовавшись, достаточно ли у нас продуктов. Я сказал, что достаточно. Нам велели не высовываться и ждать. Я пожал плечами, и «Полярис» ушёл в гиперпрыжок.

Два дня нас мурыжили в изоляторе, но в конце концов, не найдя инопланетной заразы, таки удостоили аудиенции с его милостью - полковником службы имперской безопасности.

Полковник развалился в кресле попыхивая сигарой. Струйки сизого дыма поднимались к потолку и утягивались в щели тихо журчащей системы жизнеобеспечения. Оглядев нас холодным взглядом, глава лэйвского сектора указал на кресла: садитесь мол.

– Итак, – начал он, – давайте подробно и по порядку. Кто вас украл?

Я рассказал про засранца Франсуа, про покупку шаттла, пленение и наше путешествие по нелегальной научной базе.

– Где данные? – прервал меня Строганов.

Я протянул ему флешку. Полковник взял её, подключил к компьютеру, пощёлкал клавишами, хрюкнул что–то неопределённое и потребовал:

– Дальше.

– А дальше, – произнёс я, – начались полные странности. Юкари, дай файл.

Юкари протянула мне ещё одну флешку. Полковник повозился немного и вывел изображение на большой экран, вспыхнувший прямо на соседней стене.

Смотрели долго, не произнося ни слова, ровно до того момента, как мы запрыгнули в шаттл. Дальше запись обрывалась. Строганов откинулся в кресле, закурил ещё одну сигару и мрачно уставился на Няшу.

– А что я? – поёжилась несчастная. – Я не виновата.

– Нда, дела, – наконец произнёс полковник, выпустив клуб дыма не хуже паровоза. – Вот уж никогда бы не подумал, что и вы тоже…

– Тоже – что? – не понял я. – Вы что, в курсе, куда нас занесло? Это были параллельные миры?

– Хренельные, – отрезал полковник. – Дримскейп это был, самый настоящий.

– Э-э-э, понятно, – протянул я.

– Понятно ему, – вдруг заржал полковник. – Да это государственная тайна, и знает о ней хорошо если сотня человек во всей Империи. Мда. Теперь и вас в секретоносители записывать придётся.

– Так мы же подписку давали, – не понял я.

– Подписку, – хмыкнул полковник, – нет уж, такие вещи не для подписки. В общем так. Для подобных случаев есть специальная процедура, – он вытащил из шкафа чёрный ящик, поставил на стол и снял крышку.

Внутри оказался золотистый шар, с переливающимися внутри яркими искорками.

– Это что же, – осёкся я, – «молчи–молчи»? Они вправду существуют?

Юкари и Няша непонимающе посмотрели на меня.

– А, слышал значит, – усмехнулся полковник, – откуда?

– Слухи в гигасе ползали, – пожал плечами я.

– Ясно, – кивнул он, – в общем, объясняю для дам. «Объект 37» – это псионическое устройство, из области так называемой «запретной псионики», то есть влияющей на сознание. После того как вы возложите на него руки, некоторую информацию, это я сам решу какую, вы разгласить не сможете. Вообще. Чисто физически. Если злоумышленники захватят вас в плен и попытаются извлечь её из вас… да не важно какими способами, вы просто умрёте, но не расскажите. Есть, правда, одна проблема, к гражданским это устройство применять нельзя, ну, разве что по специальному распоряжению Императора. Но мы не станем беспокоить его такими пустяками, так что вы трое переходите на службу СИБ в качестве вольных полевых агентов.

– Но я же гражданка империи Нихон, – пискнула Юкари.

– Значит, придётся написать отречение, – злодейски ухмыльнулся полковник. – Пойми, после того как вы побывали в дримскейпе, да ещё и услышали пророчество, просто так я вас отпустить не могу. Или то, что я только что озвучил, или ногами вперёд. Только эти два варианта.

– Поняла, – обречённо вздохнула Юкари.

– Варя, – полковник нажал клавишу на коммуникаторе. – Подготовь, пожалуйста, одно отречение и приём в гражданство. Да. Срочно. Хорошо, жду. Так, – повернулся он к нам, – а теперь возлагайте руки на шар.

Пришлось подчиниться. Странно, но ничего особенного я не почувствовал, только лёгкое покалывание в ладонях, но полковника действо полностью удовлетворило.

Вошла девушка в форме СИБ с погонами старшего сержанта, держа в руках защищённый планшет. Полковник забрал у неё устройство и протянул Юкари.

– Подпиши здесь. Теперь здесь. Верифицируй сигнатуру. Всё, добро пожаловать в Империю.

– Так быстро? – удивился я.

– Спецпроцедура, – пожал плечами Борис Всеволодович, – спасибо Варя, можешь идти. Итак, теперь можно и поговорить.

– Так мы же не можем теперь разгласить, – удивился я.

– С имеющими допуск – можете, – констатировал полковник. – Итак. Вас затянуло в искажение реальности, так называемый «дримскейп». Это не параллельный мир, и даже не анклав…

– А что такое «анклав»? – встряла Няша.

Полковник хмуро посмотрел на неё, но всё же ответил.

– Небольшие области пространства, если утрировать, то «наросты» на теле нашей вселенной, но другим миром не являющиеся. Да, другие вселенные есть, можете даже не спрашивать, но это к делу не относится. Продолжаю. Эта аномалия, «дримскейп», ещё до конца не изучена, есть множество теорий на этот счёт, но я их касаться не буду. До сего момента считалось, что в этой галактике есть один человек, капитан Стэллар, который способен с ними управляться, но как оказалось, есть ещё и вы. Кстати, Наталья…

– Я Няша! – мявкнула хвостатая. – Ненавижу это дурацкое имя, которое вы мне дали!

– Ладно, Няша, – скривился полковник, – покажи-ка мне это свой браслетик.

Няша протянула руку. Браслетика не было, лишь причудливая татуировка с геометрическим узором.

– Растворился, – пожала плечами она. – Только это и осталось.

Полковник мрачно пожевал губами, но не стал ничего говорить.

– Пророчество, – напомнил я. – Что за пророчество?

– Самое обычное, – полковник выудил из коробки очередную сигару. И как ему от них дурно не делается?

– У нас их уже несколько сотен, – продолжил он, выпустив клуб дыма, – и занимается этим отдел «Око». Видите ли, есть определённые способы наблюдать… хм, не знаю как даже описать. Не за будущим даже, и даже не за вариантами развития… Точнее, не только за ними. Чаще всего мы наблюдаем за настоящим. Всё, и прошлое, в разных вариантах, и возможные пути развития будущего, и ветвления настоящего, с воздействием на него иных миров и измерений, всё это мы называем это «океан реальности». Есть различные устройства для взаимодействия и чтения информации. Начиная от простых суперкомпьютеров, заканчивая особой псионической техникой. Этот «океан», он и вправду похож на воду, по крайней мере, мы его так воспринимаем. Значимые события поднимают волну, волны сталкиваются, образуют круги на воде, события меняются, иногда даже довольно хаотически. Напрямую мы на него воздействовать не можем, только наблюдать, но это не значит, что мы не можем бросать камни. Вот вы – это и есть один из камней. Так что, влияя на людей и подталкивая их к определённым действиям мы можем повлиять на дальнейшее развитие событий. Это так, в общих чертах.

Но вернёмся к пророчествам. Вы слышали одно из них. Кто это произнёс и почему – так никто толком и не знает, мы столкнулись с пятью разновидностями голосов. Ваш – это номер три, условно называемый «Машей». Но одно неизменно, любые пророчества предвещают некие глобальные события.

– И вы знаете, о чём говорилось в нашем? – заинтересовалась Юкари.

– К сожалению, да, – полковник набрал полный рот дыма и выпустил его в потолок. – Очень далеко отсюда есть «дримскейп», самая крупная аномалия из когда-либо обнаруженных. Он получил условное обозначение «Двойной мир». Долго рассказывать, что там и как, но, если в двух словах – это бомба, готовая взорваться, и взрыв пройдёт волной по всей нашей реальности. Да, именно так, по всей вселенной сразу.

– Ничего себе, – прижала уши Няша, – мы погибнем?

– Изменимся, – полковник посмотрел на окурок сигары и раздавил его в пепельнице. – И этого избежать нельзя. Вы помните эти «дороги»?

– Варианты развития? – догадался я.

– Они самые, – кивнул полковник, – и сколько удачных вы насчитали?

– Немного, – вздохнул я, – если считать удачными, то жалкое количество синих искорок, которые остались после столкновения двух сфер. Это ведь мы?

– Мы, – не стал отнекиваться полковник.

– Значит, – задрожала Юкари, – мы обречены? Раз ничего нельзя предотвратить.

– Предотвратить – нельзя, – хмыкнул полковник, – но можно попытаться возглавить. Но это уже не ваша забота, в центре аномалии уже работает наш агент. Есть весьма неплохие шансы, что негативные последствия удастся минимизировать.

– Ничего не понимаю, – помотал головой я, – но ведь мы сами видели эти варианты, и хороших среди них нет. Значит агент обязательно потерпит неудачу?

– Не обязательно, – пожал плечами полковник, – дело в том, что «океан реальности» его не воспринимает. Его как-бы и нет.

– А серые кляксы? – спросила Няша. – Что это?

– Не знаю, – ответил полковник. – До этого момента они ни в одном пророчестве не фигурировали.

– Ой дела… – я запустил пятерню в волосы. – Прямо фэнтэзи какое–то.

– Знал бы ты какое фэнтэзи в наших лабораториях творится, – хмыкнул сибовец, – ну да ладно. Эти данные, что вы с сервера скачали, они, между прочим, крайне интересные. Интереснее даже пророчества. Эта база с транзакциями, в ней есть несколько интересных счетов. Все они принадлежат довольно высокопоставленным чиновникам, и на них были переведены довольно крупные суммы в криптовалюте.

– Взятка? – удивился я.

– Похоже на то, – нехорошо прищурился полковник, – а учитывая, чем на этой базе занимались, да ещё эта карта… Очень интересные мысли возникают.

– Я думал над этим, – кивнул я, – и у меня складывается мнение, что эта карта галактики с сетью – места, куда заложены таргонские чудо-штуки. Эти самые серебристые цилиндры.

– Вот и я также считаю, – согласился полковник, – а учитывая, во что эти устройства превратили базу, когда вы их активировали… Очень нехороший расклад получается.

– Значит заговор, – подытожил я.

– Он самый, – согласился полковник Строганов.

Глава 5. Заговор

Лэйва, глубоко под поверхностью.

– Здесь точно можно безопасно поговорить? – спросил Канцлер, когда за ним закрылась массивная дверь.

– Точно, – подтвердил полковник СИБ Строганов Борис Всеволодович. – Над нами километр воды со всяческой морской живностью, четыреста метров гранита, плюс двадцать метров морфитового сплава А17–310. Про системы глушения и генераторы маскирующего поля я уже и не говорю.

– Нда, неплохо, – произнёс Канцлер, садясь в кресло. – Что ж, тогда начнём. Вчера от вас доставили серебряный кубок, довольно красивый, кстати. Если я не забыл кодовые сигналы, то это означает опасность класса «А». И что у нас стряслось?

– Заговор, – коротко произнёс полковник, садясь в соседнее кресло. – Вот подробный отчёт.

Полковник плюхнул на стол довольно увесистую распечатку. Канцлер, поглядев на шифрованные страницы, поморщился.

– А в двух словах объяснить? – произнёс он.

– В двух словах не выйдет, – категорично ответил полковник.

– Тогда с самого начала, – вздохнул Канцлер, бросив взгляд на открытый бар.

Полковник встал, откупорил бутылку, разлил вино по бокалам, отпил и начал.

- Великие Дома решили сделать свой ход. Мы наблюдали за ними довольно давно, но сами понимаете, проникнуть в их структуры довольно сложно. Фактически, эти четыре Дома стали государством в государстве… Впрочем, чего это я. Вы знаете об этом лучше меня.

Канцлер кивнул.

- Кажется, заговор Домов предполагался с самого начала? – спросил он.

- Так и есть, - кивнул полковник, - но мы не предполагали, что они свяжутся с таргонцами. Впрочем, это даже к лучшему. Дома просто не понимают, с чем связались. Таргонцы их используют, а эти идиоты…

- Ну, - усмехнулся Канцлер, - не настолько идиоты. Я прочитал вашу недавнюю шифровку про подвиги славной троицы из Агентства «Нэкогами», и провёл кое-какие расследования. Пришлось даже некоторые фигуры изъять, замаскировав их пропажу под несчастный случай. Так вот, с таргонцами они работают, но в узлах сети, куда надо было бы поместить их устройства, находятся обычные болванки. Все копии зондов они стащили к себе в закрома на Капитоле, и теперь пытаются понять, что это вообще такое. Они смогут в этом разобраться?

- Сомневаюсь, - покачал головой полковник. – Нет у них таких специалистов. Но всё же полностью отметать такой вариант я бы не стал. Есть же прецедент этого «Председателя Мяу».

- Ах да, - Канцлер смочил губы вином, - этот фелин. Много из него вытянули?

- Выжали как губку, - усмехнулся Строганов. – Получили массу интересной информации. Сам он с Заонце, довольно посредственный программист, звёзд с неба не хватал, но работу имел стабильную. Отчего-то он вообразил себя суперкрутым хакером, полез в государственные сети и был пойман. Случился суд, на первый раз ему дали условный срок с наказом больше так не делать, но работу парень потерял. Так он прожил около трёх лет на один безусловный базовый доход, шарился по совсем уж помойным сайтам гигаса, став в результате отъявленным циником и мизантропом.

– Он же вроде борец за свободу фелинов? – удивился Канцлер.

– Точно такой же, как и я, – отмахнулся полковник. – Это для него было всего лишь оправданием для мелких пакостей, которые он учинял то тут, то там. Надо признать, кое-чему он действительно научился, но до настоящего хакера ему было очень далеко. Посредственность, возомнившая себя гением. Гипертрофированная гордыня. Именно на этом его и подцепили таргонцы, а если быть точным, то Эргель. Он оказался для них идеальным вариантом, озлобленный на всю империю отщепенец, но с талантиком кибермага. Именно Эргель навела его на след устройства Спящих. Откуда она сама про него узнала, не известно.

– Вот как? – удивился Канцлер.

– Да, – кивнул полковник. – Подсуетилась наша старая знакомая. Сами они ничего с устройством сделать не могли, тут нужен талант кибермага, а Председатель как раз таковой и имел. В общем, пси-массив они украли, считав с него остаточный слепок ауры капитана Стэллара, что позволило таргонцам заманить его в ловушку. Он, правда, из неё удрал.

Канцлер кивнул. Об этом он был в курсе.

- Что вы с этим кошаком сделали? – спросил он.

- Сидит под арестом, - ухмыльнулся Строганов. – Он один из акторов, фигура. И своей роли ещё до конца не отыграл.

- Троица «Нэкогами» тоже фигуры, полагаю? – поинтересовался Канцлер.

- Естественно. И довольно сильные.

- А мы, значит, игроки?

- Нет, - покачал головой сибовец. – Игроки это Эргель, таргонцы, Великие Дома. А мы – хозяева игры. Мы устанавливаем правила, о которых игроки даже не подозревают. Тем хуже для них.

Некоторое время Канцлер обдумывал информацию.

- И каковы же правила? – наконец поинтересовался он.

- Всё вот здесь, - полковник указал рукой на распечатки.

- Хорошо, - произнёс Канцлер. – Что со Спящими? Они активно вмешиваются в ход процесса.

- С ними всё очень сложно, - нехотя произнёс полковник. – Начать с того навела мы про них вообще ничего не знаем, но всё же кое-что начинает проясняться. Нам, чтобы взаимодействовать с океаном реальности нужен отдел «Око», им же, судя по всему, подобное свойство присуще имманентно. Что очень сильно настораживает. С нами будет играть противник, гораздо лучше понимающий игру. Но ничего, ещё и не с такими соперниками справлялись.

- Что с базой, на которой производились их устройства? Удалось найти что-нибудь ценное?

– Увы. После взрыва там практически ничего не осталось. Зато зараженный «Торакс» мы успешно перехватили. Хорошо хоть эта троица нас предупредила, мы туда не полезли. Там внутри такое творилось…

Полковник щёлкнул пультом, и в воздухе возник голографический экран.

– Мда, – наконец изрёк Канцлер, – а что это вообще было? Эти уродские тени были людьми?

– Видимо да, – ответил сибовец, – теперь уже и не скажешь. Корабль мы держим на одной из отдалённых баз в тёмном космосе, изучение продолжается. Одно могу сказать, вакуум для этих штук смертелен.

Канцлер помрачнел.

- Получается, - наконец произнёс он, - что на Капитоле лежат сотни бомб, способных превратить людей в это?

- Вполне возможно, - согласился полковник, - но изъять их мы не можем. Слишком уж большой вес набрали эти Дома.

- С этим надо заканчивать, - хмуро произнёс Канцлер вставая. – Я задействую все связи…

- Погодите, - остановил его полковник. – Надо спровоцировать их сделать первый ход. Нам удалось перехватить несколько шифровок, и в них фигурирует одна дата. Вот она.

– Запуск проекта «Ковчег», – с каменным лицом произнёс Канцлер.

– Совпадение? – поглядел на него полковник. – Не думаю.

– И я не думаю. И каков же ваш план?

– План есть, – ухмыльнулся полковник, – и наша троица сыграет в нём свою роль. Надо расшевелить наших противников, напугать их как следует. Полагаю, портреты нашей удалой тройки у таргонцев с союзниками имеются, сомневаюсь, что они забыли тех, кто разгромил их базу. А теперь они появятся в самом центре заговора. Итак, для начала Серебряков выиграет поездку на Капитол …

* * *

Вот так, завербовала нас СИБ по самые уши. Я было думал, что нас теперь приберут к рукам, и заставят работать в этом самом суперсекретном отделе «Око», но нет. Нас отпустили домой, и даже не беспокоили. Так прошло, примерно, поллэйвского года.

Гонорар нам СИБ заплатила, привезённые сведения оценили довольно щедро, а то, что мы примелькались на сайте госконтрактов, дало нам ещё и нехилую порцию рекламы. В общем, заказы были, даже с других планет, так что шаттл мы купили, всё же, не зря.

Был случай. Мы выиграли госконтракт, прочитать лекцию по информационной безопасности на одной из государственных имперских верфей в системе Дисо. Платили довольно неплохо, да ещё и Няша внезапно полюбила печёную чёрную кукурузу со знаменитых дисовских вертикальных ферм. Торчат такие столбы с дисками из мелководных морей Дисо, уходя вверх на десять километров, а над ними, словно пчёлы, вьются тысячи дронов–фермеров. Занятное зрелище.

В общем, прилетели мы. Первое, что меня удивило на верфи, это аномальное количество рабочих-минматаров, достраивающих важный гособъект. Верфь, конечно, не новая, но только что прошла модернизацию. Ага, этими самыми минматарами. Я было поинтересовался у нашего сопровождающего, главного безопасника, про качество работ, но тот лишь отмахнулся рукой.

– Это там, снизу их наняли, – он ткнул пальцем в пол, где под нами вращалась Дисо. – Хотя мне всё это самому не нравится.

– Да уж, – фыркнул я, разглядывая побелку на стене, – они тут что, всё вручную делали? Из допотопных материалов? Нет, я понимаю, что это минматары с их дикими древними технологиями, но всему должен быть предел. О, – я показал пальцем на грубый шов, – ну куда это годится? А закладочек шпионских они тут, случаем не оставили?

– Не, – ответил безопасник, – мы тут всё проверили. Детекторы у нас самые современные.

– А что это за дырочка? – заинтересовалась Няша, и тут же расковыряла её своим пальчиком.

Из дырочки она вытянула примитивный микрофон на длинном тонком проводе.

Надо было видеть лицо безопасника в этот момент. Я такую рожу изобразить не смогу, точно. Бедолага побледнел, посинел, а потом, покраснев, рявкнул в коммуникатор:

– Фёдорову ко мне, быстро!

Вот тут–то всё и завертелось. Всех минматаров согнали в ангар и заперли, стены проверили детекторами, но снова ничего не нашли. Тогда безопасник приказал разбирать всё руками.

На это раз находок был целый контейнер. Стандартный большой. Тут и прослушки–микрофоны, настолько примитивные, что сканеры их не распознавали, и слуховые трубы, ведущие в скрытые комнаты с магнитофонами на магнитной ленте, и прочая подобная технологическая древность. Я такие только в музее примитивных технологий видел.

Естественно, примчалось местное сибовское начальство. Минматаров быстро рассортировали на кучки, и экстренно допросили. Что там удалось выяснить нам не сказали, но по результатам был арестован планетарный губернатор и практически всё местное начальство в администрации. Губер пытался было удрать, но был перехвачен охранным периметром на высоких орбитах. Потом выяснилось, что по документам ремонтом должна была заниматься одна фирма, по факту работала другая, а на деле шпионы–минматары. Хотя, по идее, ремонтом режимных объектов должен был заниматься имперский «Спецстрой». Вот так вот. Коррупция, однако.

Лекцию мы всё же прочитали, и сразу же сделали ноги подобру-поздорову, а то мало ли. Но ничего, обошлось, никто нами не заинтересовался, может полковник вступился, а может просто дела до нас никому не было. Но на всякий случай мы просидели дома безвылазно несколько дней.

Вот и сегодня, в воскресенье, вылезать из дома не хотелось совершенно, даже на пляж, так что я валялся на диване и смотрел телевизор, любимую всей галактикой передачу «Парламентский час».

Обсуждали архиважный закон, и опять «о чистоте человеческой расы».

Дело в том, что по Империи недавно прогремело, став культовым, аниме про кошкодевочку–волшебницу, очень похожую на Няшу. Ага, с хвостом и с ушками. Народ как с ума посходил, в моду моментально вошли накладные уши и хвост, на радость фелинам. Медкорпорации пошли ещё дальше, предлагая вживление киберимплантантов–хвостов, а то и просто биохвосты, выращенные из клеток клиента.

Естественно, партия натуралов встала на уши.

«Натуралы», если кто не в курсе, это весьма немногочисленная группа людей полностью отвергающая киберимплантанты и генную терапию. Они даже ухитряются стареть и умирать, уж не знаю, зачем. По всей Империи их даже на сотую долю процента не наберётся, но пятипроцентный парламентский барьер их партия проходит регулярно. Голосует же за них кто–то…

С трибуны вещал Вадим Махрецкий, лидер этих самых «Натуралов». Да–да, «Партии за чистоту человечества», я в курсе. Клеймил, как водится, киберулучшения, аниме, Нихонскую империю, и, войдя в раж, всё фелинскую фракцию.

Сергей Маслов, пышномохнатый фелин с иссиня-чёрной шерстью, поинтересовался, чем же он вызвал недовольство уважаемого депутата. «Уважаемый депутат» обозвал коллегу «блохастой скотиной», и прежде чем загорелся стоп-сигнал «непарламентское выражение», в морду Махрецкому прилетел толстый том «О правах разумных», разбив оратору нос.

Вот теперь начиналось самое интересное, межпартийный диалог.

Часть кресел фелинской партии «Наш дом – Империя» и «Натуралов» ушла в пол, образовав закрытое пространство. К фелинам присоединились дружественная им партия «Прогрессистов»–киборгов, посчитав высказывание Махрецкого неполиткорректным, но те, не дожидаясь железных союзников ринулись дискутировать, похватав депутатские посохи разрешённой длины.

– Опять мордобой? – рядом со мной на диван опустилась Юкари, прихватив чайник, чашки и имбирное печенье.

– Не мордобой, – поправил я, – а законотворческая деятельность.

– Ага, ага, – согласилась подруга.

Дискуссия была в самом разгаре. На стороне фелинов была скорость и когти, но «Натуралы» брали силой и умением, по крайней мере сам Махрецкий посохом орудовал весьма виртуозно, теснив Маслова к рядам кресел. Спикер «Натуралов», бывший борец Каверин, ухитрился вырвать с корнем одно из кресел, и теперь успешно отмахивался им от наседавших кошаков. Мда, тут посохами мало что можно сделать.

– Силён, – с уважение произнесла Юкари, – кресла–то, небось, с полу хорошо крепятся.

– Да, – кивнул я, – но это не нарушает правил ведения дискуссии. Что отодрал – то твоё. Стоимость ремонта, правда, вычтут из проигравших.

И с той и с другой стороны уже были первые проигравшие в диспуте, их оттаскивала в стороны медслужба. Летальные случаи в парламенте редки, даже реже чем в профессиональном спорте, но поработать медикам всё же придётся.

Я поставил двадцать кредов на фелинов. Телевизор одобрительно пискнул, и сбоку голографического куба загорелась зелёная галочка «ваша ставка принята».

– Ну не знаю, – покачала головой Юкари, – фелинов–то практически всех вынесли, а время на прения осталось всего три минуты.

– Сейчас киборги подойдут, – парировал я.

Киборги наконец–то подошли. Так как им не бросали вызов, модифицированным пришлось протискиваться сквозь ряды нейтральных партий через весь стадиум парламента, но подмога таки успела вовремя. Сергей Железняк, вполне соответствующий своей фамилии здоровенный киборг, сходу вломился в толпу «Натуралов» словно танк, смяв строй, и тут же навёлся на Каверина.

За пределами дискуссионной зоны скакал депутат-одномандатник Овальный с двумя помпонами, синим и зелёным, пытаясь подбодрить диспутантов речёвками «Налетай веселей, поддавай не жалей!», но на него никто не обращал внимания.

– Этого больше не выберут, – с уверенностью произнёс я, – в законотворчестве не участвует, в диспутах тоже, только скачет. Скучный.

– Какой ты, однако, политически подкованный, – удивилась Юкари.

– А вот этот бросок был неплох, – прокомментировала невесть откуда взявшаяся Няша, ухватив с подноса печеньку.

Каверин сходу огрел Железняка измочаленным креслом по голове, но то разлетелось на куски, разбившись о мощный стальной лоб депутата–киборга, и пока натурал был занят обломками, киборг перешёл в контратаку, залепив Каверину смачный хук справа.

– Ого! – удивилась Няша, так и застыв с печеньем в руках.

Любого другого такой удар поверг бы в нокдаун, но только не бывшего борца. Он и сам-то по массе не сильно уступал киборгу, так что помотав головой Каверин нанёс встречно–ответный, прямо по лицевой маске соперника. Та смачно звякнула, и за правым ухом Железняка проскочила искра.

В ход пошли уже тяжёлые аргументы. Два титана, схватившись в жёсткой парламентской схватке крушили друг друга, уже мало заботясь об окружающих сопартийцах. Те, кого не затоптало металлическое ножное шасси киборга, стопроцентно попались под ногу борцу, и скоро рядом с политическими противниками образовалась зона отчуждения.

– Время на исходе, – Юкари ткнула пальцем в тикающий таймер, – а пока что ничья.

Но финальный аккорд в дискуссии поставил Маслов, припечатав Махрецкого по разбитому носу, и пока тот восстанавливал равновесие, со всей дури огрел коллегу депутатским посохом по лбу, отправив в нокаут.

Сверху раздался звук финального гонга.

– Победа партии «Наш дом – Империя», – провозгласил парламентский спикер из хрустального шара под потолком стадиума, – инициатива «Партии за чистоту человечества» отклонена. Объявляется перерыв в заседании.

– Весело у вас там, – хмыкнула Юкари.

– Теперь уже у нас, – поправил я.

– Ну да, – вздохнула она, – у нас.

– Хочу на Капитол, – потребовала Няша, – своими глазами посмотреть на парламентские заседания.

– Не выйдет, – обломал её я. – Знаешь, сколько стоит билет? Да ещё и хрен их достанешь, Капитол – закрытая планета. Так что забудь.

– Ну хотя бы побродить по столице, – заныла хвостатая, – я хочу на Красную Площадь.

– Может и съездим как-нибудь, – пообещал я.

А на следующее утро мне пришло интересное письмо.

«Вы выиграли главный приз! – вещал заголовок. – Поездку на Капитол. С собой можете взять двух персон».

Сначала я чуть было его не стёр, но разглядев цифровую подпись, решил всё же проверить, и, оказалось, что не зря. Письмо и вправду пришло из центрального офиса «Гослото», и я действительно выиграл эту поездку, сделав ставку во время вчерашнего заседания Парламента.

– Няша! Юкари! – крикнул я. – Идите сюда!

– Чего кричишь, Артур? – зевая, недовольно поинтересовалась хвостатая.

– Няша, мы с тобой удачливые, ну просто не могу, – ухмыльнулся я. – Хотела на Капитол? Сегодня летим. Вот, – я ткнул пальцем в экран. – Любуйся.

– Да ты что?! – выпучила глаза она. – Бывает же!

– Я собираться, – быстро сориентировалась Юкари.

– А завтрак? – крикнул вдогонку я.

– На шаттле поедим! – ответили мне из спальни.

Через пару часов мы загрузились в наш кораблик, и взмыв вверх, покинули атмосферу Лэйвы.

Я сидел, развалясь, в пилотском кресле, закинув ноги на приборную панель. Няша зевала от скуки, Юкари клевала носом. Шаттл летел в малиновом пространстве гиперкорридора, так что делать было абсолютно нечего.

– Артур, – потребовала Няша, – расскажи что-нибудь про Капитол.

– Ну, – начал я, – как известно, Капитол – первая планета, на которую высадились люди, прилетевшие на корабле поколений давным-давно из страшного далёко. Зачем их понесло в космос – не известно, но официальная версия гласит, что наши предки спасались от какой-то серьёзной опасности. Полёт продолжался долго, цивилизация успела серьёзно деградировать, так что посадка мягкой не была, корабль, скорее, потерпел крушение. Выжившие стали обживаться в новом доме, но общий технологический уровень откатился в докосмическую эпоху. Прошли годы, прежде чем удалось подняться хотя бы до орбиты. Кстати, на Капитоле есть музей космонавтики, и там даже есть макет трёхступенчатой ракеты с химическими двигателями.

– А что это такое? – удивилась мелкая.

– О, это дико древняя технология, – сделав таинственное лицо, произнёс я. – Много шума, дыма, вони и пламени. Но когда-то это летало. Ну так вот. Понемногу люди начали выбираться за пределы планеты, сначала на орбиту, а потом и дальше. Лэйва была первой людской колонией после великого переселения. Но на Лэйву можно спокойно прилететь, а до столичного мира просто так не добраться. Нужна путёвка, оплаченная гостиница, на неделю как минимум, плюс вполне серьёзная сумма на банковском счёте. Нам же повезло, первые два пункта достались совершенно бесплатно.

– А зачем такие ограничения? – наивно поинтересовалась Няша.

– Это же столица, глупая, – проснулась Юкари. – Там и так народу много. У нас, в большом Токио, примерно такая же ситуация.

Я не стал акцентировать её внимание, что теперь уже не «у нас».

Защитные системы Капитола выкинули нас примерно в трёх миллионах километров от планеты, тут же изловив в стасисную сеть. Центральный компьютер боевой станции потребовал допуск-приглашение, и тут же его получил. Сеть моментально исчезла, нас отпустили, и даже пожелали приятного полёта, но ковылять до столицы пришлось несколько нудных часов в обычном пространстве.

Шаттл скользнул в атмосферу и начал плавное снижение, дав нам вдоволь полюбоваться на главный континент планеты – Анадору. На боковом экране засветилось изображение Звёздного, главного космопорта планеты, где у нашего шаттла была зарезервирована стоянка.

– Ух ты, – удивилась Юкари, – весь континент зелёный. Тут что, сплошной лес?

– Нет, – покачал головой я. – Местная архитектура придерживается аркологического стиля, здесь города гармонично вписаны в парки. Хотя, нет, не так. Тут вся планета – один сплошной город, только центральные кварталы можно отличить по четырёхсот-пятисот этажным зданиям, так что выглядят они как центры цивилизации посреди леса. Но на деле это не так.

Стыковочный компьютер мягко посадил шаттл на бетонные плиты космопорта, и как только мы спустились по аппарели на землю, его тут же уволок на стоянку робот–погрузчик.

– Юкари, – повернулся к ней я, – а ты, смотрю, не взяла свой летучий чемодан.

– Так мы же не на пляжный отдых собрались, – удивилась она, – можно и упаковщиком воспользоваться.

Вот честно, иной раз я женскую логику не понимаю от слова «совсем». При чём здесь пляж вообще?

– У нас есть три варианта действий, – объявил я. – Первый – отправиться в гостиницу. Второй – пообедать. Третий – осмотреть космопорт и музей.

Решили всё же пообедать в местном ресторанчике, на самой верхушке обзорной башни космодрома.

– А это что там такое? – заинтересовалась Няша, указывая пальчиком на монумент.

Чёрный дракон, неформальный символ Империи, пронзал копьём группу вражеских кораблей.

– Это мемориал, посвящённый героической обороне планеты от галентов, – ответил я. – В конце третей эры, в 5812 году объединённый флот Галентской Федерации вторгся на Капитол, проломив защитные системы. Это стоило ему примерно двух третей флота, но поверхности они таки достигли. Началось вторжение. Имперцы сопротивлялись, но большая часть городов, их тогда было несколько, галенты разрушили. Однако защитникам удалось продержаться до прибытия Первого Имперского флота, и остатки галентской армии порвали в клочья. Адмирал Кутузов, видя разрушения, пришёл в такую ярость, что перейдя в контрнаступление, смёл галентские укрепрайоны одним ударом. Империя тогда не только вернула захваченные планеты, но и захватила пару галентских секторов. Мемориал, кстати, сделан из металла вражеских дредноутов.

Юкари тут же распаковала жуткую розовую голографическую камеру и принялась снимать, прямо через стекло. Я покосился на агрегат, но промолчал.

Принесли еду.

– И куда же нам направиться? – промычала Няша с набитым ртом, разглядывая голографический экранчик на обеденном столе. – Хочу на Красную площадь!

Туда-то мы и направились. Красная площадь – это самое сердце Империи, с ней не сравнится ничто. Огромная естественная гранитная плита красного цвета, идеально отполированная, вот что дало ей такое название. Рядом высился Кремль, комплекс зданий, некогда бывший корпусом того самого корабля поколений. Невероятно древний, но и сейчас металл стен из красного заскозиевого сплава сверкал также, как и тысячелетия назад.

– Красота какая! – восхитилась Юкари, вертясь с голокамерой. – Здесь всё красное! И Кремль, и площадь, и звёзды над Кремлём тоже красные!

В самом Кремле для туристов был открыт только маленький уголок с царь-пушкой, монструозным орудием главного калибра корабля-колонии, по легенде, так никогда и не стрелявшим. Мы побродили там немного, прибившись к экскурсионной группе, но вскоре удрали наружу, и направились в Главный Универмаг Капитола, пройдя мимо ещё одной достопримечательности, монастыря нейромонахов-гигаситов имени св. Феофана.

В ГУК зашли, посмотрели, ужаснулись ценам, и быстро выскочили на свежий воздух.

– Я просто в шоке, – Юкари посмотрела на помпезное здание круглыми глазами. – Да у нас эта блузка стоит на пару порядков дешевле!

– Ты не поняла, – не удержался я, – это скидка.

Глаза Юкари расширились ещё больше.

– Ты такая милая, когда удивляешься, – я не удержался и обнял подругу.

– И меня! – потребовала Няша.

Обнял и её. Так и стояли под удивлёнными взглядами прохожих.

– Куда дальше? – наконец спросил я. – Вариантов много…

– В Парламент, естественно, – ответила Няша. – Я хочу своими глазами посмотреть на драки.

Спустились в подземку, ещё одну достопримечательность Капитола, саму по себе претендующее на галактическое чудо. Юкари зависла у мозаичного панно описывающее историю колонизации планеты, даже забыв про свою камеру, так что пришлось тащить её к поездам за руку.

Проехав несколько остановок по кольцу, мы наконец-то вышли к Парламенту.

– О! – Юкари оглядела здание. – А он гораздо внушительнее, чем на экране!

И правда, чаша Парламента с белым матовым куполом стадиума выглядела впечатляюще.

– А нас туда пустят? – забеспокоилась Няша.

– Должны, – обнадёжил её я. – С обзорными экскурсиями пускают всех, а у нас, к тому же, есть специальный ваучер на осмотр.

Пустили. Охранные дроны просканировали ваучер, наши удостоверения, и что-то буркнув отошли в стороны. Няша показала им язык, и побежала вверх по ступенькам, вертя хвостом.

В просторном холле было пусто. Мы полюбовались на колонны, на надпись «Служить народу!» из чистого золота, и поднялись по ступенькам выше, нос к носу столкнувшись с проходившим мимо фелином.

– Простите, – обратился к нему я, – а почему здесь так пусто? О, неужели вы Сергей Маслов?

– Да, это я, – удивился фелин. – А мы разве знакомы?

– Сомневаюсь, – покачал головой я, – но именно вам я обязан этой экскурсией в Парламент. Дело в том, что я поставил на вашу партию и выиграл путешествие на Капитол.

– Бывает же такое, – удивился Сергей. – Что ж, поздравляю. А что до вашего вопроса, то сейчас каникулы. Целую неделю не будет заседаний.

– Жалость какая, – огорчилась Няша. – А вы в прошлый раз хорошо отметелили этого… как его там… Забыла. Не важно. На следующих выборах обязательно проголосую за вашу партию.

– Спасибо большое, – улыбнулся фелин. – Если хотите, могу показать вам Парламент, всё равно мне сейчас делать нечего.

Кошачья улыбка – это нечто, скажу я вам.

Мы посмотрели места для зрителей, сам стадиум, Няша даже постояла на трибуне, попозировав для камеры Юкари. Мы прошли в закрытую для обычных посетителей область здания, туда, где располагаются тренажёрные залы, и в одном из них наткнулись на ещё одну знаменитость, лидера «Натуралов», Махрецкого. Маслов скривился и неодобрительно зашипел. Махрецкий кинул в нашу сторону удивлённый взгляд и вдруг впился в нас глазами.

Я резко почуял неладное, и успел отбить удар тонкого клика экстренно распакованным дробовиком. Полетели искры, и Махрецкий резко отпрыгнул в сторону, уходя с линии огня.

«Клац, клац!» – ответил механизм оружия.

Дерьмо. Забыл зарядить магазин. При прохождении таможни требуется разряжать оружие.

Махрецкий ухмыльнулся, глядя, как я судорожно перезаряжаю оружие, и бросился в атаку. Я отпрыгнул в сторону, беря врага на прицел, но тут в драку ворвалась Юкари, сверкая катаной и очами.

Признаться, такой я её ещё не видел.

Юкари вертелась, виртуозя своей катаной, отбивая атаки обнаглевшего депутата. Махрецкий, судя по всему, и сам был явно не дилетант, но такого явно не ожидал. Звенела сталь, Юкари наседала, и «натурал», нервничая всё больше и больше, ушёл в глухую оборону. Я нервно водил стволом из стороны в сторону, но выстрелить так и не решался, уж больно эта пара быстро вертелась.

Так продолжалось ещё минут пять, пока в коридоре не раздался топот ног, и в спортзал влетела подмога, с десяток мордоворотов от блюстителей чистоты человеческой расы. Гопники быстро оценили ситуацию и кинулись в атаку, но увидев дробовик резко затормозили.

Я выстрелил поверх голов.

Бабахнуло, завоняло порохом, и группа поддержки быстренько разбежалась по углам. Махрецкий, воспользовавшись неразберихой, рванул наружу. Юкари попыталась увязаться следом, но я поймал её за талию. Мимо нас просвистел маленький блин от штанги, сбив Махрецкого с ног. Опять мелкая развлекается? Я посмотрел на Няшу, и та показала мне большой палец.

– Валим отсюда! – скомандовал Маслов. – Я вообще не понимаю, что происходит!

Я сделал ещё пару выстрелов, расшугав вновь возбудившихся народных слуг, и рванул следом за Масловым и девочками.

Мы проскочили пост охраны, на удивление пустой, и скатившись вниз по лестнице, в цоколь, нырнули за открывшуюся бронедверь.

– Фух, – выдохнул фелин, когда дверь закрылась, – теперь можно передохнуть.

– Что происходит? – потребовал объяснений я.

– Понятия не имею, – ответил тот. – Нападение на посетителей, да ещё и с холодным оружием, это вообще выходит за всякие рамки. Кстати, уважаемая, ваше владение мечом – это просто нечто. Если вдруг захотите сделать политическую карьеру, наша партия вас с радостью примет.

– Для меня это не дар, – вздохнула Юкари, убирая катану в ножны, – а проклятье. Я просто хочу быть хорошей женой для Артура.

Мне стало немного неловко. Мы ведь на самом деле не женаты. Вот кончится всё это безобразие, надо будет эту мысль обязательно обдумать.

– А где мы сейчас? – спросила любопытная Няша.

– Это бункер нашей партии, – ответил ей Маслов, – специально на случай непредвиденных ситуаций. Каждая партия такой имеет. На моей памяти им ни разу не пользовались, но сейчас происходит нечто непонятное. Вы заметили, что посты охраны пустые?

Я кивнул.

– Почему он на вас напал? – глядя мне в глаза спросил фелин.

– Расскажите мне, – честно ответил я, – и мы оба будем это знать. Я этого типа до сего момента видел лишь в телевизоре.

– Мда, – почесал левое нижнее ухо Маслов. – Ладно. Идёмте к мониторам наблюдения.

– Я попыталась связаться с полицией, – удивлённо сказала Юкари, – но связи нет. Как такое возможно?

– Всё ещё хуже, чем я полагал, – помрачнел Маслов. – Во, полюбуйтесь.

Коридоры были забиты людьми в боевых скафандрах. Охраны не было.

– Это что? – ужаснулся я. – По нашу душу? Почему? Кто они?

– Частная охранная организация «Вагнер», – мрачно ответил фелин. – Формально независимая, но на деле принадлежит Высшему советнику Медведеву.

– Да что за хрень…! – взвыл я и осёкся.

– Что-то вспомнили? – заинтересовался депутат.

– Быть не может, – я опустился на стул. – Юкари, те данные с таргонской базы… Борис Всеволодович говорил, что деньги переводились на счета крупных политиков… Кажется мы влипли. Сергей, – я повернулся к фелину, – простите, не знаю как вас по отчеству, нам срочно надо попасть в здание СИБ. Связи, как я понял, нет?

– Нет, – подтвердил фелин. – Всё блокируется системами РЭБ. Но выход всегда есть. Когда нам выделили этот бункер, я его внимательно изучил. Вы знаете, что здание Парламента невероятно старое? Оно ненамного моложе Кремля. Так вот, я обнаружил здесь аварийный выход. Можно сказать, тайный ход.

– Тайный ход куда? – вскинула уши Няша.

– Там трущобы, – поморщился Маслов. – С бомжами.

– Трущобы? – не поверила Юкари. – В Империи?

– Они везде есть, – вздохнул я. – Бомжи имеются практически на любой планете. Ничтожная доля процента населения, но есть. Они полностью отвергают имперские законы, даже безусловным базовым доходом не пользуются, живут в резервациях звериным обычаем. Обычно от них проблем нет, эта область замкнута сама на себя, так что власти их не трогают. Хотят люди самоуничтожиться, так это их личный выбор. Только я не предполагал, что они есть на Капитоле.

– Там какие-то древние подземелья, – продолжил Маслов. – Часть населена, часть нет. Я отправил туда дрона, но всё исследовать он не смог. Давайте я скину вам карту. Вот тут есть выход к метрополитену. Топать придётся много, но это лучший вариант, все выходы перекрыты. Пойдёмте, я открою вам проход.

Он подошёл к дальней стене, откинул замаскированную под панель крышку, и ввёл на экранчике код. Загудели моторы, и часть стены отъехала в сторону.

– Я с вами не пойду, – произнёс Маслов. – Мне лучше остаться здесь, поиграю с нашими друзьями в кошки–мышки. У меня, как у фелина, это замечательно получится. Удачи вам!

* * *

Как только стена за троицей закрылась, Маслов извлёк из кармана небольшое устройство. Поколдовав с экранчиком, он поднёс агрегат к ушам.

– Борис Всеволодович? – произнёс фелин. – Встреча состоялась. Подозреваемый вскрылся. Да, их тут полно. Да, задействовал вариант А1 бис. Спасибо. Служу Империи!

* * *

Я уже сбился со счёта, сколько этажей вниз мы спустились, когда лестница наконец закончилась и мы вышли в небольшой полуразвалившийся холл, стены которого были покрыты битой кафельной плиткой, а пол завален кучами ветхого мусора. Я пододвинул поближе более–менее целые обломки ящика, попинал ногой, убедившись, что они не развалятся, уселся, и похлопал рукой, садитесь мол.

– Итак, девчонки, – начал я, – похоже, мы влипли. Эти мордовороты наверху по нашу душу.

– И чего они к нам привязались? – занервничала Няша.

– Полагаю, мы оказались не в том месте и не в то время, – предположил я. – Помните, что сказал Строганов? Созрел заговор. Видимо, он уже вступил в решающую фазу, и тут на Капитоле появляемся мы, те, кто недавно разгромил их тайную базу, да ещё и весьма странным способом. Наши милые лица не один раз засветились на камерах наблюдения, особенно, когда нас поймали. И что прикажете заговорщикам думать? Тут уж приходится идти ва-банк. Ну, они и пошли.

- Они что, испугались нас? – не поверила Юкари.

- Не нас, - покачал головой я. – СИБ. Они, видимо, уверены, что мы их агенты. Значит, Служба про них знает, вот и форсировали события. Так мне всё это видится.

– Ясно, – вздохнула Юкари. – Только что же нам делать?

– Может проберёмся к шаттлу и улетим? – предложила Няша.

– Не вариант, – покачал головой я. – Там нас наверняка уже ждут.

– Может тогда купим билет на рейсовый космолёт? – с надеждой предложила Юкари.

– Не выйдет, по той же причине, – обломал её я. – Стоит нам засветиться с покупкой билета, и всё. Поймают и арестуют. А может и просто пристрелят.

– И что же делать? – занервничала Юкари.

– Вариант первый, пересидеть здесь, в подземельях, – начал я. – Вариант интересный, но довольно напряжный. Эти подземелья обитаемы, тут живёт всякий сброд и имперские законы на них не распространяются. Здесь свои правила. И не факт, кстати, что у бунтовщиков тут нет осведомителей. Вариант два. Попробовать пробиться к зданию СИБ и пообщаться с полковником.

– Почему Империя не разогнала этих трущобников? – спросила Няша.

– Видишь ли, тут дело такое, – почесал за ухом я. – В обществе всегда рождается некоторый процент людей, скажем так, с шилом в заднице. Они вечно куда-то бегут, что-то свершают, рискуют, суются в неизведанные части космоса, ну и так далее. Это хорошее, правильное шило. Таких людей Империя всячески поддерживает, не даром Вольные Капитаны даже имеют свою гильдию. Я знаю одну семью, они уже тридцатую планету колонизируют. Нравится им шататься по диким мирам. У них, кстати, уже больше сотни детей.

Но есть и неправильное шило.

Эти люди становятся отщепенцами. Та часть, у которой есть воля и сила, но отсутствует совесть, идут в бандиты и пираты. Им тоже нравится бросать обществу вызов, только они себя обществу противопоставляют. Этих можно описать одним словом – паразиты. С ними борются те же Вольные Капитаны, спецслужбы и полиция. За особо ретивых назначают неплохую премию, так что за мороженый труп очередного космического пирата можно получить неплохие деньги.

Ну а для тех, у кого нет ни силы ни воли, а только ненависть к обществу, и существует эта резервация. Надо же их куда-то девать. В социуме они оставаться не хотят, курсы реабилитации не помогают, так что добро пожаловать в трущобы.

– Ужас какой, – поёжилась Юкари. – И мы тут будем жить?

– Можно попытаться где-нибудь укрыться. Проведём разведку подземелий, найдём укромное место и зависнем на пару недель, пока всё не уляжется. Запас сухпая и воды у меня всегда с собой. С аборигенами нам, пожалуй, лучше не контактировать, во избежание, так сказать. Ну что, готовы? Тогда в путь.

Я встал и направился к выходу.

Какое-то время мы двигались по перекосившемуся коридору, с разбитыми дверями, за которыми виднелись такие же перекосившиеся и заваленные мусором обломки то ли офисов, то ли квартир. Вообще, эти руины здорово напоминали здание, провалившееся под землю.

Коридор повернул и мы упёрлись в очередную лестницу. Я почесал в затылке и потопал вниз.

Точно, дом. Я выглянул из разбитых дверей подъезда и тихонько присвистнул.

– Ух! – изумилась Няша.

Это действительно был рухнувший под землю город. И как он тут оказался? В незапамятные времена применили тектоническое оружие? Землетрясение? Ясно, что это было очень давно, такие здания я даже в музее не видел, однако, не смотря на сильно потрёпанный вид, эти археологические древности были вполне обитаемы. Во многих домах светились окна, а вдалеке даже виднелась надпись «Кабак Преисподняя». Весело у них тут. Я нырнул обратно в подъезд.

– Похоже, – начал я, – нас угораздило попасть в самый центр местной цивилизации. Спрятались, называется. Ладно, попробуем уйти закоулками.

– Я тут огляделась, – добавила Юкари, – на соседних зданиях как минимум три камеры слежения. Поверхность всё же интересуется местными.

– Я бы удивился, будь по-другому, – хмыкнул я. – А что до камер, то нам им попадаться не надо. Но ничего, у меня есть кое-что, специально для такого случая.

Я распаковал несколько баночек и баллончик с лаком.

– Что это? – удивилась Юкари.

– Это средство для обмана видеокамер, – ответил ей я. – Крем для загара и лак для волос, только в них подмешен нанопорошок из кремния и некоторых металлов.

– И зачем? – не поняла подруга.

– Объясняю, – объяснил я. – Как работает распознавание лиц и фигуры?

– Камера получает изображение, а нейросеть распознаёт образы, – вклинилась Няша, – это все знают.

– Правильно, – кивнул я, – а если эти образы исказить, то ни одна нейросеть нас не опознает. Собственно, этот состав и предназначен для подобных шалостей. Если им намазаться, вместо лиц объектив увидит лишь цветной муар, черты лица будут искажены полностью. Юкари, доставай свою розовую штуку, будем тренироваться на кошечках. На Няше, то есть.

Я щедро намазал подопытную кремом для загара и обрызгал из баллончика.

– Моё платье… – вздохнула несчастная.

– Ткань через сутки сама очистится, – махнул рукой я. – Ну и как, Юкари?

– И правда, – удивлённо вздохнула подруга, – одни цветные пятна.

Минут десять мы намазывались этой гадостью.

– Ну, вроде готово, – я оглядел девочек со всех сторон. – Идём, что ли?

И мы пошли. Пробираться среди этих завалов оказалось не так-то просто, создавалось впечатление, что здания падали сверху рушась в воздухе. Некоторые относительно целые куски были заселены, их мы старались обходить стороной, протискиваясь среди обломков и ругаясь вполголоса. Наконец, спустя несколько часов, и удалившись на довольно приличное расстояние от входа, мы выбрались на относительно ровный участок подземелья, где нос к носу столкнулись с представителями туземной цивилизации.

– Опа, – произнёс от неожиданности коренастый мужичок со всклоченной бородой и поношенной одежде, – никак гости пожаловали.

Я вскинул дробовик.

– Эй, эй, – выставив руки вперёд заголосил тип, – убери волыну, мы тут народ мирный, нам проблемы не нужны.

Ага, так я и поверил. Рожа у тебя уж больно подлая и глазки бегают. Да и народу с ним, пятеро рыл, выглядят весьма подозрительно. Делают вид, что не при делах, а сами пытаются взять в кольцо.

– Мы тут вольно живём, – продолжал тип, потихоньку приближаясь, – у нас тут, считай, добрососедство. Все друг другу друзья, живём общиной, горя не знаем. Бедно, конечно, но дружно. Так что вы, это, вливайтесь в коллектив. Места для жилья много, так что…

Я включил радар и просканировал ближайшие здания. Точно. Так я и думал. Вот и их козырь, шарится в обломках здания напротив, несколькими этажами выше нас. А что это у него в руках? Ах вот оно что!

Тип продолжал разглагольствовать, но я его уже не слушал. Отступив на шаг назад, я вскинул дробовик и выстрелил.

Как раз вовремя. Раздался хлопок пневматики, и в воздух взлетела капсула с липкой сетью. Облако тяжёлых осколков из дробовика накрыло её, заставив сработать не штатно, так что куски липкой сети-парализатора накрыли оборванцев.

– Ах ты гнида! – взревел тип, только что вещавший про мир и добрососедство. – Да я тебя! Живьём баб брать, этого урода к стенке!

До чего же у подонков шаблонное мышление. «Дома поджигать, женщин насиловать». Ни ума, ни фантазии. Выслушать дальнейшие бредни я не стал, выстрелив навскидку. Половину мужика разнесло кровавыми брызгами, а оставшаяся часть шлёпнулась на бетонные обломки. Да уж, заряд картечи в кошачьих патронах внушает уважение. Эвон, как его расколбасило.

– Валим! – крикнул я девочкам и поскакал вперёд, к проходу в обломках.

Команда отщепенцев дружно взвыла, пытаясь выпутаться из клочков сети, так что я добавил им несколько выстрелов для острастки, прикрывая отход подруг. Когда девочки юркнули в проход, я пригнувшись, последовал за ними, бросив на дороге небольшой сюрпризец преследователям. В том, что нас преследовать будут, я не сомневался ни секунды.

Драпали мы долго, наугад ныряя в норы и дыры, пока наконец не выбежали в какие–то тоннели, закрыв за собой толстую железную дверь с круглой ручкой-задвижкой посередине.

– Уф, – произнёс я, садясь на пол, – пробежались так пробежались.

– Что им от нас было нужно? – спросила Няша, садясь рядом.

– А сама, что, не понимаешь? – удивился я. – Сделали бы из вас секс рабынь, а от меня бы избавились. Это же отребье, они везде одинаковые, что в космосе, что под землёй. И мысли у них тоже одинаковые. Так что если ты решила их пожалеть, то зря.

– Вот ещё, – фыркнула Няша. – Слушай, Артур, дай мне пистолет. Я тоже хочу этих паразитов отстреливать.

Я с сомнением посмотрел на неё. Стоит ли?

– Ну на, – наконец решился я, протянув ей оружие. – Пользоваться-то умеешь?

– Пфф, – фыркнула Няша, довольно ловко ухватив пистолет, сняв с предохранителя и сделав несколько выстрелов во тьму. – Ну как, тест пройден?

– Пожалуй, – согласился я. – На вот, надень, – я протянул ей портупею.

Нда, кобура смотрелась на её синем платье абсолютно неуместно.

– Юкари, – спросил я, – у меня, если что, и на тебя оружие найдётся. Надо?

– Не–не–не! – замахала руками она. – Ни за что! Я его боюсь!

И то правда. Помню, как она палила с закрытыми глазами тогда, на Кориолисе. Странное дело, рубить людей напополам своей шашкой она не боится, а стрелять не может. Ну да ладно. Не надо так не надо.

– Кажется, мы заблудились, – оглядев коридор, констатировала Няша.

Я подошёл к стене, приложился к ней ухом и прислушался. Там, с другой стороны, периодически накатывал шум, и стена начинала слегка вибрировать. Что ж, ясно.

– Так, девочки, – я отлепился от стены. – Похоже, мы в старом сервисном тоннеле. Там, за стеной, проходит линия метро, если прислушаться, слышно, как поезд скользит по желобу. Думаю, нам надо двигаться туда, – я махнул рукой вперёд, – поищем выход в тоннель, а уж из него наружу, через аварийный лаз.

Минут через двадцать мы наткнулись на ржавый люк. Я подошёл к нему, осмотрел, приложил палец к губам и коснулся моей чудо-перчаткой. Из запястья потянулся тоненький оптический кабель с миниатюрной видеокамерой, и юркнул в трещину.

«Даю картинку», – произнёс я в нейрочате.

Камера покрутилась, обозревая тоннель, и наконец сфокусировалась на пяти идущих по сервисной дорожке фигурах. Я дал увеличение.

«А вот это по нашу душу, – с сожалением констатировал я, разглядывая эмблемы Дома Медведева на силовой броне солдат. – Боюсь, через метро нам наружу не выбраться».

В воздух взмыли несколько дронов–поисковиков и я срочно втянул кабель с камерой назад.

«Быстро уходим!» – скомандовал я.

Мы, стараясь не шуметь, рванули вперёд, хотя сомневаюсь, что нас могли бы услышать из-за стены, но всё же лучше перебдеть. Я со своим дробовиком ничего против силовой брони не сделаю.

Так мы и шли, останавливаясь у каждого люка, и запуская наружу щуп-зонд. Впрочем, картина каждый раз была одна и та же, либо солдаты, либо охранные дроны. Сколько же у советника Медведева войск?

Люке на двадцатом, а может и на тридцатом, мне открылась преинтереснейшая картина. Желоб метро пересекал другой, выходящий из бронированных металлических ворот и уходящий в точно такие же ворота. Прямо на моих глазах они раскрылись, и пропустив пассажирский состав, мимо нас проскочил небольшой грузовой поезд с шестью вагонами–контейнерами. Охрана, дождавшись прохождения состава, потянулась за ним следом.

Так может это и не ради нас в подземку нагнали столько солдат? Вся охрана в тоннеле ради этого поезда? Они уйдут, или как? Может быт мы успеем проскочить, пока они смоются?

– Может мы проскочим наружу, когда охрана уйдёт? – шёпотом озвучила мою мысль Юкари.

– А если будут ещё составы? – ответил ей я. – Они сейчас проводят этот и снова пойдут патрулировать. К тому же мне жуть как интересно, что за контрабанду возит советник Медведев. Идём, мы как раз следуем параллельно секретной ветки.

В гигасе про «Метро-2» под Капитолом давно ходили слухи, и надо же, они оказались правдой.

Наш сервисный тоннель внезапно закончился небольшим залом с переплетением труб по стенам и потолком и остатками ржавой машинерии посередине, то ли давно почившими насосами, то ли ещё какими гидротехническими агрегатами. Я высунул голову из-за двери и огляделся.

Никого. Справа у прохода куча мусора и тряпья, но нам туда не надо, это назад, к гетто. Нам, скорее всего, прямо, только проползём под трубами. Я маханул рукой девочкам, и вышел в комнату.

Только мы подошли к преграждающим проход трубам, тряпьё в другом углу полетело в стороны, и из кучи мусора возник мужик, явно обитатель трущоб, с примитивным ракетомётом в руках. Я среагировал мгновенно, уронил девочек на пол, под трубы, упал сверху и прикрылся индивидуальным щитом.

Зашипел выстрел и самодельная ракета, вместо того, чтобы лететь в нашу сторону, ушла левее и выше, врезавшись в стену. Бабахнул взрыв, раздались вопли. Щит снесло, но ударную волну он всё же компенсировал, а мелкие осколки отразила одежда, переключившаяся в режим гражданской брони.

Нас ждали, паразиты. Как сумели вычислить?

Всё помещение заволокло вонючим дымом. Я, пока никто из нападавших не очухался, схватил обалдевших девчонок в охапку и сдёрнул в угол, под прикрытие труб, заняв глухую оборону. Однако, идиотам, организовавшим засаду, было не до нас. Пара кретинов, обожжённых реактивной струёй, с воплями катались по полу, а самого стрелявшего размазало по полу взрывом. В стене зияла огромная дыра, а за стеной…

За стеной была погрузочная платформа станции Метро–2, один контейнер стоял открытый, доверху набитый уже знакомыми нам серыми цилиндрами, а рядом с ним валялись тела оглушённых рабочих в комбинезонах с эмблемой Дома Медведева. Несколько аборигенов вышли из тоннеля, и кашляя от дыма сгоревшей взрывчатки, с интересом подошли к дыре.

– Чё там? – донеслось из глубины тоннеля.

– Да, кажись, богатеи хабар возят, – с удивлением ответил немытый бородатый тип в поношенной одежде, выглянув в пролом.

– Грабь! – крикнул я из угла.

– Грабь! Грабь! – подхватила толпа гопников, и забыв про нас, ломанулась в дыру, топча извивающихся на полу раненых.

Это у них такое добрососедство и миролюбие.

Я подождал, пока толпа свалит в дыру, и осторожно выглянул из укрытия. Нет, всё чисто. Про нас все забыли, а бомжи весело потрошили контейнеры, растаскивая серые цилиндры.

– Подъём, подъём, – я помог девочкам подняться, – сваливаем, пока охрана не прочухала, что к чему. Тут такой замес начнётся…

Впрочем, замес уже начался. Охрана среагировала быстро, так что грабёж довольно быстро обломался. Первая волна мародёров уже вовсю перестреливалась, прячась за контейнерами. Я подошёл к дыре, спрыгнул на перрон, и подобрал один из укатившихся цилиндров. Не, вроде не активный. Я повертел его в руках, потёр о штанину, но штуковина и не думала светиться. Пожав плечами я убрал его в карман.

– Ого, – удивилась Юкари, спустившись ко мне, – да тут полный хаос.

– Сейчас ещё охрана подтянется, – ответил ей я, помогая Няше слезть, – нам надо свалить раньше, чем здесь начнётся настоящая война. За мной.

Послышались звуки очереди. Из дыры к грабителям подошло подкрепление, вооружённое пулемётами. Интересно, где эти голодранцы нашли подобный антиквариат? Огнестрел - это ведь даже не вчерашний, а позавчерашний день.

Впрочем зря я на него клеветал. Штурмовой дрон, нагло шедший в атаку, был встречен кинжальным огнём, и быстро превратился в решето, дымя и шкворча искрами. Следовавшая за ним охрана снова попряталась в укрытия, вяло отстреливаясь. Я утянул за ногу любопытную Няшу, полезшую было понаблюдать за сражением.

– Короткими перебежками и вон туда! – скомандовал я, указав на широкую бетонную лестницу, явно ведущую к поверхности.

Мы, пригнувшись, рванули прочь. Сзади бабахнуло ещё несколько взрывов, но я не стал выяснять кто там в кого стрелял, и прибавив темпа, поскакал вверх по ступенькам. Но только мы одолели несколько лестничных пролётов, раздался резкий окрик:

– Стоять!

Я затормозил. Из ниши в стене на лестничную площадку вышел охранный дрон, наводя на нас оружие.

– Руки за головы и не двигаться! – велел он.

– Служба Имперской Безопасности! – парировал я, зажигая на ладони голограмму удостоверения. – Требую немедленного содействия, в связи с… делом чрезвычайной важности!

Дрон резко остановился.

– Мда, действительно, – удивлённо произнёс он, – удостоверение подлинное. А что случилось? И как вы тут оказались?

– Государственная измена! – важно доложил я. – Восстание бомжей с мусорной свалки, – я ткнул пальцем вниз, – они дыру в стене проделали и теперь грабят ваше имущество. Слышишь стрельбу? Это они.

– А вы? – опешив спросил дрон.

– Работа под прикрытием, – соврал я. – Детали разглашать не буду, гостайна. Ты нас пропустишь или нет?

– Но наверху частная территория… – заволновался робот.

– Нам не нужна частная территория, – терпеливо разъяснил я, – нам на поверхность надо. Где здесь выход?

– Ну так бы сразу и сказали! – повеселела железяка. – Я как раз его охраняю. Вам сюда.

Он махнул рукой, и часть стены отъехала в сторону.

– Там ливнёвка, – крикнул он нам вслед. – Пройдёте пятьдесят два метра направо, будет лестница наверх.

– Спасибо, – крикнул вслед закрывающейся за нами двери.

Кажется, нам наконец-то повезло. В жёлобе ливневой канализации, заросшей высохшим сейчас илом, было пусто. Ни тебе охранных дронов, ни патрулей. Красота!

– Хорошо, что дождя давно не было, – произнёс я.

– А что? – удивилась Няша.

– А то, – скорчив страшную гримасу ответила Юкари, – вот представь себе, поскользнётся Няша на мокром иле и покатится вниз, по жёлобу, пока не свалится в какой-нибудь подземный сифон, где и будет булькать до конца своих недолгих дней. Канализации очень опасны!

– Мамочки… – пролепетала несчастная Няша, поджав уши. – Артур, мне страшно! Перенеси меня, пожалуйста.

Я усмехнулся, взял её на руки и спрыгнул в жёлоб, но, не удержавшись, шлёпнулся на задницу. Дикий Няшин визг услышали, наверное, на другом конце галактики. Вот так и рождаются страшные слухи о непонятных шумах из-под земли.

– Юкари, злая! Гадкая, гадкая! – грозно заявила Няша с другой стороны жёлоба. – Вот я тебе припомню!

– Зато я сняла, как ты установила новый рекорд по бегу на четвереньках, – фыркнула Юкари. – Артур, помоги мне спуститься.

Мы пошли направо, как нам посоветовал дрон, так что вскоре нашли вбитые в стену металлические скобы, уходящие вверх, в колодец. Я подёргал их рукой, и убедившись, что железяки вываливаться не собираются, полез вверх.

Отодвинув дырявую крышку люка, я вылез наружу, на поверхность, и помог выбраться девочкам. Мы стояли в каком-то переулке, среди старых трёхэтажных домов.

– Сейчас сориентируюсь, где мы, – доложила Юкари. – Ага! Мы в историческом квартале. Вон там – проспект Свободы. Нам как раз туда. Дойдём до площади Первопроходцев, повернём на улицу Вознесения… А что это за шум?

Мы вышли из переулка и увидели пёструю толпу в явно самодельных костюмах.

– Это же косплей-шествие! – обрадовалась Няша. – Артур, смотри, здесь герои известных анимэ. Пойдём с ними!

– Хорошая мысль, – согласился я, – в толпе нас будет сложнее отыскать.

Мы аккуратно влились в шествие.

– Ой, а вы кого косплеите? – к нам повернулась девушка в костюме Лены Инверс из «Убивцев». – Няшу из «Мохнатенького лекарства»?

Это ещё что за хрень такая?

– Анимэ, из-за которого и разгорелся сыр-бор в парламенте, – пояснила Няша, глядя на мою непонимающую физиономию. – Ага, именно её, – это уже Лене. – Меня, кстати, по-настоящему Няшей зовут.

– А я и вправду Лена, – улыбнулась девушка, – только не Инверс, а Соколова. Приятно познакомится.

– Я Юкари, – представилась Юкари. – А это Артур, наш гарем-лидер.

– Что, серьёзно? – выпучила глаза Лена.

– Ага, – пропели девчонки, прижимаясь ко мне с двух сторон.

Я тут же стал предметом ненависти окружающей нас мужской части компании.

– Мы с Лэйвы, – продолжила болтать Юкари, – только сегодня прибыли в Имперский Город, но уже столько всего повидали! И с депутатами успели познакомиться…

Вот и хорошо, пусть общаются, а мне надо связаться с нашим начальником из СИБ. Я распаковал очередное хитрое устройство, маленькую чёрную коробочку, и нажал кнопку включения. Загорелся сенсорный экран, я покопался в меню, выбрал номер полковника, нажал «вызов», и поднёс агрегат к уху.

– Кто там? – практически сразу отозвался полковник.

– Здравствуйте, Борис Всеволодович, – поздоровался я. – Это Артур Серебряков. Мы тут влипли в неприятную историю…

– Где вы? – перебил меня сибовец.

– Идём по проспекту Свободы, – ответил ему я.

– Ясно, – вроде как про себя произнёс он, – вариант номер три.

– В смысле, «три»? – не понял я.

– В прямом, – рыкнул наш начальник. – Я десять этих ваших гей-парадов послал, через те расчётные места, где вы из-под земли вылезете.

– Косплей парадов, – холодно поправил я. – Так это что значит, вы всё заранее знали?

– Как ты думаешь, на чьи деньги сняли это дурацкое анимэ? – спросил полковник. – И всё это было сделано лишь для того, чтобы вы могли затеряться в массе странно одетых людей, когда придёт время. Нда, кажется мы перестарались. Что-то я не могу найти вас в толпе.

Ага, и на сибовские кунштюки бывает проруха.

– Так и должно быть, – с нотками превосходства отозвался я. – Ошибки распознавания есть?

– Есть, – через несколько секунд отозвался начальник.

– Вот эти ошибки – мы.

– Хитро, – признал Строганов. – А соединение с идёт с какого устройства? Я его тоже не могу распознать.

– О, – хмыкнул я, – это ещё хитрее. Эта штука называется «смартфон». Я нашёл его схему в одном музее технологий и слегка доработал.

– Ну и молодец, раз доработал, – неожиданно похвалил меня Борис Всеволодович. – Доберёшься до площади, жди дальнейших указаний. Всё, выполняй.

И отключился. Я вздохнул и убрал телефон в карман. Это что же выходит, мы опять служим пешками в его хитрых планах? И наше здесь появление, тоже его проделки? И анимэ это, с героиней, похожей на Няшу? Хренасе у них многоходовки. Чтоб её, эту СИБ. Ладно, вариантов всё равно нет, придётся играть. И импровизировать. Сомневаюсь, что они могут всё предусмотреть. Значит, свобода манёвра у нас всё же есть.

Тем временем колонна вышла на площадь, где рядом с работающим фонтаном стояла круглая сцена. Народ расположился около неё полукругом и стал ждать. Из толпы вышел мужик в костюме дворецкого, взобрался на сцену, и к нему тут же подлетел дрон-усилитель.

– Приветствую вас, дорогие анимешники! – начал он. – Я рад, что сегодня здесь так много народу. Люди, фелины, хорни, эбои, и все другие расы, нас объединяет одно: любовь к анимэ. Что ж дорогие друзья, объявляю очередной фестиваль «Анемии» открытым! Программа у нас сегодня такая, для начала косплей-дефиле по подиуму, потом…

Мимо огромного здания аркологии, у подножья которой и располагалась площадь Первопроходцев, лениво проплыли пять грузовых скиммеров с эмблемой дома Шувалова. Лишь только они миновали площадь, откуда-то из переулка выскочили несколько дронов–атмосферников в раскраске Службы Имперской Безопасности, и открыли огонь. Во все стороны полетели обломки и куски расплавленного металла. Аркология мгновенно активировала защитное поле, и народ на площади бросился врассыпную, укрываясь за мерцающим синим щитом. Летающие машины, объятые пламенем, рухнули на землю, портя красивый зелёный газон.

– Это что же тут такое творится? – севшим голосом спросила Юкари.

– Оно самое, – хмуро ответил я. – Активная фаза переворота.

Скиммеры были сделаны на совесть. Компьютер заглушил повреждённые механизмы, а аварийная система пожаротушения, изрыгая хлопья пены, ухитрилась справиться с огнём. Из кабины вылез помятый пилот, и, оглядев притихшую толпу безумным взглядом, пустился бежать. Никто за ним не погнался.

– Смотрю, фестиваль открылся с приключениями, – заметила Няша.

– И не говори, – согласилась Лена. – Ой, что это там ползёт?

Из разбитого грузового отсека лезли, перебирая мелкими лапками, жёлто-синие тарглеты, таргонские личинки. Мелкие, не более полуметра в длину, но проворные и совершенно мразного вида жуколапые твари.

– Таргонцы! – в один голос выдохнула толпа. – Бей!

Ушастые эльфы лучники, варвары с большими широкими мечами, колдуны с посохами, хвостатые фелинские кошкодевочки в ярких платьях, в едином порыве кинулись в бой, размахивая своим, как оказалось не такими уж и бутафорским, оружием. Няша, ловко запрыгнув на козырёк подъезда, выдернула из кобуры пистолет и открыла огонь.

– Ты чего творишь?! – заорал я. – В такой толпе по своим…

Но та ничего не слышала. В азарте боя хвостатая жала на курок, посылая в белый свет как в копеечку пулю за пулей, и те со смачным хлюпаньем взрывались облачками подсолнечного масла. Опа, кажется я так и не поменял обойму на боевую, ещё со времён наших похождений на той базе. Что ж, оно и к лучшему.

– Ты куда? – я перехватил Юкари, уже было нацелившуюся присоединиться к всеобщей свалке.

– Я… туда… – не своим голосом произнесла та, хватаясь за катану.

– Отставить! – прошипел ей на ухо я. – Ты видишь, что там вытворяет наше хвостатое чудо? Скоро все тут будут липкие и скользкие. Представляешь, что станет с твоим платьем?

– И то правда, – улыбнулась Юкари. – Спасибо, Артур. На меня снова накатило, ещё немного и я бы уже рубила направо и налево. Ну дед, ну удружил…

Таргонцы всё лезли и лезли, откуда только брались? Их что, перевозили в сжатом пространстве? Хоть поганцы были и безоружны, их передние хватательные конечности оканчивались острыми коготками, да и зубастая пасть неплохо справлялась с ролью кусательного оружия. В сторону уже оттаскивали первых пострадавших. Няша продолжала вести огонь, и надо сказать, её усилия не пропали даром. Таргонцы, заляпанные маслом, злобно шипели, посвистывали, и яростно скребли свои панцири, становясь лёгкой добычей для озверевших анимешников. Несколько колдунов пробубнили заклинания, и в тарглетов полетели огненные шары.

Псионики тоже бывают подвержены воздействию анимэ.

– Удар справедливости! – заорал мускулистый усатый мужик в белом костюме и с золотой налобной повязкой. – Пинок милосердия!

Тарглет, заливаясь диким свистом, отправился в долгий полёт, и, врезавшись в стену здания, лопнул, отпечатавшись на ней смачной синей кляксой.

– Ха! – прорычал тип. – А вот на тебе!

И поскользнувшись на лужице масла, шлёпнулся на задницу. К нему тут же бросилась пара злобно посвистывющих тарглетов, щёлкая жвалами.

– Папа! – из толпы вынырнула девчонка лет двенадцати, и ловко орудуя колдовским жезлом со звездой и большим красным бантом, размазала жукоглазых по брусчатке.

– Доча! – взревел мужик. – Горжусь тобой, Амелия!

В кармане заверещал телефон. Я провёл по экрану пальцем, и из динамика раздался дикий рёв полковника Строганова.

– Какого хрена? Вы где там прохлаждаетесь?

– У нас тут бой с таргонцами, – ледяным тоном ответил я.

– Хорош развлекаться! – проорал в ответ тот. – Ты уже должен быть в Александровском саду!

– А вы мне об этом сказали? – прорычал в ответ я.

– Вот и говорю! Быстро дуй туда, войдёшь в грот. Грот, понял? Там эти лошади с рыбьими хвостами… Забыл как звать. Тянешь за третий снизу хвост. Слышишь?

– Вас вся площадь слышит, – ответил я.

– Ты не дерзи мне, – уже спокойнее ответил полковник. – Ситуация критическая. Всё висит на волоске. Тянешь за хвост, приложишь к сканеру руку, доступ я тебе дал. Всё понял?

– Понял, выдвигаемся, – лаконично произнёс я, и отключил связь. – Няша, завязывай с пострелушками! – я ухватил её за яростно дёргающийся хвост, и совершенно непочтительно стянул её с козырька.

– Мвя! – вякнула офонаревшая Няша.

– Ходу, Юкари! – крикнул я, зажав обмякшую Няшу под мышкой.

– Депутаты идут! – раздался крик.

Толпа раздалась в стороны. В битву, сохраняя боевые порядки, ринулись профессионалы: депутатский корпус почти в полном составе, возглавляемый нашим недавним знакомым, фелином Масловым. Я помахал ему взвизгнувшей Няшей, и тот отсалютовал мне посохом.

– Теперь таргонцам точно хана, – резюмировала Юкари.

– Мвяяя! – задёргалась пришедшая в себя Няша. – Артур, я на тебя злая! Мой хвост!

– Некогда, – встряхнул её я. – Отечество в опасности! Судьба Империи зависит от нас и всё такое! Мне только что об этом сообщили. За мной!

Я вывел на виртуальный экран перед глазами карту города и проложил маршрут. О, да мы почти рядом. Обогнуть эту аркологию, прошмыгнуть через этот переулок и мы на месте.

Через двадцать минут мы стояли на Манежной площади. И никого. И площадь, и Александровский сад пуст, только громада Кремля возвышалась на гротом.

– Как-то мне не по себе, – поёжилась Юкари.

Я спустился в грот и огляделся. Небольшая пещерка, отделанная красным кирпичом. Две лавочки, из литой бронзы, на стене причудливый барельеф с мифическими животными. Ага, вот и лошади с рыбьими хвостами. Я нажал на нужный, и лошадь отъехала в сторону, открыв стандартный сканер ладони. Я прижал к нему руку, и часть стены ушла в сторону.

– Оба на! – выпучила глаза Няша. – Потайнуха!

Я нырнул внутрь, поманив девочек за собой. Дверь за нами захлопнулась, и мы оказались в небольшом тамбуре с точно таким же биометрическим датчиком. Сканер щёлкнул, считав отпечаток ладони, и за открывшейся дверью оказалась обычная бетонная лестница, правда, довольно широкая. Мы устремились вниз.

Я уже было решил, что спускаться нам придётся до самого планетарного ядра, когда за третьим по счёту тамбуром оказался просторный зал с мерно гудящими механизмами. Я огляделся. Похоже, мы оказались в машинном зале, судя по огромным трубам, ответственном за фильтрацию воздуха. И что, куда дальше?

– Так вот ты какое, сердце Кремля, – выдохнула Няша.

– И как оно тебе? – поинтересовалась Юкари.

– Гудящее, – поморщилась хвостатая. – Скучное. Я думала, здесь будет масса странных механизмов с мерцающими лампочками и непонятными экранами. А тут трубы. Фу.

В ухе пискнул сигнал вызова, и передо мной открылось окно видеосвязи, с нашим дорогим куратором из СИБ. Судя по притихшим девочкам, их тоже осчастливили.

«Добрался, Серебряков? Молодец. Тебе удалось оторваться от поисковых групп, хвалю. Эта твоя идея с телефоном тоже неплоха, устройство настолько древнее, что заговорщики даже и не поняли, кто говорит и откуда. Кстати, что вы за дрянью намазались? На камерах вы светитесь цветными пятнами. Впрочем, об этом потом».

«А за что на нас взъелись эти ваши заговорщики?» – поинтересовался я.

«Ты что не понял ещё? – удивился Строганов. – Врёшь, понял ведь. Для начала лови карту. Видишь зелёную точку? Вам сюда. Топайте, а я по дороге расскажу вам сказку. Итак, созрел заговор, но истинный размах его был до конца неизвестен, равно как и количество вовлечённых фигур. Мы работали в этом направлении, но тут появились вы и навели шороху на секретной базе. Нам не составило особого труда слить информацию, что вы трое – агенты СИБ класса «зеро два», и заговорщики заглотили эту наживку вместе с крючком и удочкой. Вы в курсе, что на вас было пять покушений, после того как вы вернулись на Лэйву?»

«Ой», – пискнула Няша, прижав уши.

«Нам пришлось поработать вашими ангелами–хранителями, – хмыкнул полковник, – так что будьте благодарны».

«Спасибо, – мрачно поблагодарил я. – То есть, вы использовали нас как живца при ловле крупной рыбы?»

«Не без этого, – пожал плечами полковник, – зато удалось оттянуть на вас ресурсы противника и обезвредить нескольких вражеских агентов. От них мы получили массу полезной информации».

Мы двигались коридорами мимо металлических дверей с непонятными четырёхзначными номерами. Из стен и потолка мрачно смотрели стволы гибридных кинетических ускорителей, но система безопасности, по счастью, на нас никак не реагировала.

«А потом Серебряков, ты выиграл поездку на Капитол, – ухмыльнулся полковник. – Видишь, как ты удачлив?»

Издевается ещё, скотина.

«Вы плохой человек!» – вклинилась Няша.

«Девочка, – спокойно произнёс сибовец, – мне плевать, что ты обо мне думаешь. Знала бы ты, каковы ставки в этой игре. Хотя, лучше и не знать. Некоторый знания несовместимы с жизнью. Так вот, вы засветились в Парламенте перед агентом дома Медведева, и этот идиот не придумал ничего лучше, чем напасть на вас. Впрочем, примерно такой реакции мы и ждали. Заговорщики задёргались и решили форсировать переворот. Они и так здорово нервничали, и тут нервы не выдержали. Сейчас наверху идёт бой».

Вдалеке послышался сухой треск кинетических ускорителей и несколько взрывов.

«Что там у вас?» – насторожился полковник.

«Стреляют», – коротко ответил я.

«Проклятье! – выругался Строганов. – Таки прорвали оборону. Поняли, что императора нет в его покоях».

«А где он?» – спросил я.

«Там, куда вы идёте. Как раз за этой дверью. Живо внутрь!»

Внутри оказался пункт управления. Несколько здоровущих пультов с экранами и клавиатурой, целые ряды кнопок и механических тумблеров, вместо одной стены широкое окно из стеклостали, а за ним виднелась труба ускорителя, в которой висел корабль, размером с лёгкий крейсер.

«Император внутри, на этом корабле, – произнёс Строганов. – Паразиты как-то ухитрились взломать систему аварийной блокировки дверей. Видимо, атака того же типа как и на Вечере. Твоя задача – снять блокировку и дать императору уйти на Ковчег».

«Да вы издеваетесь! – взвыл я. – Ломать защитные алгоритмы системы имперской безопасности? Вы спятили?»

«Серебряков, – спокойно произнёс Строганов. – Или ты сделаешь то, что я сказал, или вы трое отсюда живыми не уйдёте. Уж поверь мне. Ты кибермаг или где?»

Вот же сволочь! Кукловод хренов. И что делать? А нечего делать. Я вздохнул, сел в кресло, и ушёл в слияние с местной системой.

Я висел в совершенно чуждом пространстве. Всё как я и ожидал: ни одного знакомого образа. Вот это, к примеру, что за жёлтый забор такой? Или те фиолетовые кляксы? Я вздохнул, дотронулся до забора рукой, и тот ответил мне низким злобным гудением.

– Что, сдался? – произнёс за моей спиной ехидный голос.

Я повернулся и увидел небольшое серебристое облачко.

– А, это ты, сущность, привет, – поздоровался я. – Как там у Спящих дела?

– Узнал, надо же, – удивилась та. – Тебя не Спящие должны волновать, а своя судьба.

– Что-то смотрю, у тебя эмоций прибавилось, – заметил я.

– Заинтересованность Спящих преломляется в моём сознании именно так. Спящие за эти несколько часов собрали столько информации, сколько не собирали годами, так что я испытываю нечто похожее на радость. В конце концов во мне больше от людей, иначе я не смогла бы с вами общаться. Ну так что, меня будем обсуждать или как? Времени у тебя, кстати, немного. Скоро сюда ворвутся мятежники.

– И чем ты можешь мне помочь? – заинтересовался я.

– Для начала небольшая лекция. Как ты думаешь, каким образом был осуществлён взлом центрального маршрутизатора Вечера?

– При помощи вашего устройства, - ответил я.

– Я имею в виду не это. Как это было совершено технически?

– Понятия не имею, – честно сознался я.

– А я объясню. Дело в том, что ваши информационные системы, достигли такого уровня, что получили отражение в пространстве идей…

– Это ещё что за зверь? – перебил я.

– Довольно сложно объяснить. Это некий слой… или измерение, не знаю уж как назвать, где существуют отражения мыслей, сознания, и вообще любой другой информации. Я слышала как её называли «ноосферой» или «коллективным бессознательным», но она отличается от тех определений, которые дают этим понятиям люди. В общем, прими этот факт, как данность. Есть такая штука. Так вот, Спящие получают доступ к вашим ресурсам, делая подключение именно в этой «ноосфере». Для наглядности можно представить себе некую мощную крепость с непробиваемой бронёй, но задняя стена у неё отсутствует. Впрочем, вы, люди, эту «заднюю стену» даже не воспринимаете. За исключением некоторых.

– Кибермагов? – догадался я.

– Именно, – кивнула не–Юкари, уже принявшая облик нихонки в старинном кимоно. – Вы действуете неосознанно, ваш разум воспринимает знакомую вам систему, и строит образы, которыми вы можете делиться с другими, лишёнными подобного таланта. Твоя Юкари видит то же, что и ты. Ты проецирующий телепат, ты знал?

– Нет, – ошарашенно произнёс я.

– Так знай. Только твоя телепатия проявляется довольно странно, но да ладно. Дело в том, что ты сам себе строишь ограничения. Сейчас, вместо того, чтобы обратиться к пространству идей, ты нарисовал эти геометрические фигуры и теперь скорбно вздыхаешь, не зная, что с ними делать. Подключайся к нематериальной сети и действуй. Я помогу, дай руку.

«Нематериальная сеть»? Это что, отражение всего гигаса в том самом странном измерении?

– Последний вопрос, – произнёс я. – И7 назвала себя «цифровым духом». Она шляется туда-сюда по серверам гигаса, и никто её поймать не может. Так она, на самом деле, обитает там, в этом «пространстве идей»?

–Ага, – кивнула не-Юкари. – Только пока ещё не до конца созрела, чтобы это понять. Ничего, со временем освоится. Помнишь тот момент, когда Юкари «скопировала к тебе в базис» эту вашу Няшу? Она, на самом деле, просто перенесла её туда же, в «пространство идей», зафиксировав в твоём сознании, скажем так, ярлык доступа, или, если тебе более понятно, «печать входа», через которую ты с ней и общался. Понял принцип? Ну так что, идём?

Значит легенда о копировании в свои мозги чужие личности и вправду всего лишь легенда.

Я подал ей руку, и меня словно дёрнуло вверх. Причудливая геометрия исчезла, и я повис над сине-фиолетовым потоком. Я пригляделся. В потоке, словно рыбки, сновали точечки, закорючки, квадратики и какие-то совершенно дикие фигуры. Иногда гладь потока колебалась, в ней вскипали пузыри с мельтешащими образами, иногда на нём образовывались ровные, чётко очерченные участки, с медленно перетекающими один в другой цветными узорами, а иной раз поток вообще оборачивался водоворотами, из которого вылетали пучки цветных линий. Странное место, вроде и хаотичное, но меня не покидало ощущение, что этот хаос повинуется определённому порядку.

– Мда, – почесала в затылке не–Юкари, – что это за странная любовь к графическим примитивам? Ты что, в школе любил геометрию или плотно занимался векторной графикой? Очень уж экзотично ты всё воспринимаешь.

– Да нет, вроде, – озадаченно произнёс я.

– Ну неважно, – отмахнулась сущность, – теперь найди эту страшную операционку, которую надо взломать.

– И как? – не понял я.

– Тебя в поисковике забанили? – переспросила сущность. – Вируса-шифровальщика наизнанку вывернул, а простой запрос создать не можешь?

– Пфф, – просипел я и произнёс. – Мне нужен путь назад, к операционной системе, которую я хотел вскрыть.

В водовороте открылась небольшая воронка, вроде тех, что я уже видел, и из неё протянулась дрожащая серебристо-синяя линия, свилась спиралью у моих ног и замерла.

– Что это? – спросил я.

– «Клубочек, клубочек, покажи мне дорожку», - ухмыльнулась Спящая. – Оно самое. Воспринимай это как канал связи, не сильно ошибёшься. С ними-то ты работать не разучился?

Я снова обиженно засопел, и подключился к этому странному «каналу». Спираль внезапно выросла в размере, обернулась вокруг меня, и странный мир исчез, обернувшись огромной трубой, в которую меня и втянуло. Я заорал, замахал руками, и меня закрутило совершенно безумным образом.

– Прекрати акробатику, – поморщилась сущность, – ты же умеешь летать, я-то знаю. Давай, Чёрный дракон, не валяй дурака.

Я усилием воли выровнял полёт и надо же, управлять телом стало гораздо проще, почти как в киберпространстве гигаса.

– Ну так и воспринимай его также, – пожала плечами призрачная женщина, – в принципе, разница не велика.

– Мысли мои читаешь? – прищурился я.

– Да какие там мысли, – отмахнулась та, – это и не мысли даже, а невыраженные эмоции. Впрочем, здесь же мир информации, тут и не такое возможно. Сколько ты ещё тут летать собрался?

Только она это произнесла, меня шлёпнуло на вполне себе осязаемый пол. Блин, прервалась связь что ли?

– Нет, – снова прочитала мои мысли сущность, – мы всё ещё в мире ноосферы. Только на этот раз в той её части, что соприкасается с секретной имперской управляющей системой. Что ж, я смотрю ты учишься. На это раз никаких графических примитивов. Поздравляю.

Я стоял в комнате, один в один той, где я ушёл в слияние. Только вот Юкари и Няши не было, да и за стеклом хотя и виднелась труба ускорителя, корабль в ней отсутствовал, вместо него там болталось яркое белое пятно неопределённого размера. Я огляделся. Всё те же пульты, всё те же экраны, только на этот раз работающие. Над каждым элементом управления, вплоть до тумблера, висело маленькое облачко с короткой разъясняющей надписью, что эта штука делает. Надо же, как всё оказалось просто. Я быстро пробежал глазами по поясняющим маркером и защёлкал переключателями. На большом экране высветилась надпись: «Для снятия блокировки нажмите кнопку номер 4–2. В противном случае блокировка будет возобновлена через три минуты». Я вдавил красную кнопку до упора, мелодично звякнул звонок, и меня вышибло в реальный мир.

– Артур, – в один голос произнесли девочки, – ты это сделал!

Я развернулся в кресле к окну. Огромные переборки отползли в сторону, и крейсер рванул наружу по трубе. Почти в это же время часть стены отвалилась, вырезанная мощным лазером, и в трубу ввалился смешанный таргонско-предательский отряд. Последним, перебирая короткими ножками, вполз странный агрегат явно нечеловеческого происхождения. Один из людей снял шлем силовой брони и в сердцах швырнул в прозрачную стенку тоннеля. Я с удивлением узнал в нём премьер-министра Медведева. Опа, главный предатель заявился?

– Что, удрал ваш император? – захихикал таргонский агрегат. – Сейчас он поди уже на орбите. Удрал, трус, теперь смотается подальше, только вот от волны не уйти, она настигнет где угодно, хоть в гиперпространстве.

– А ты чего радуешься, а, Эргель? – хмуро поинтересовался Медведев. – Можно подумать, ты не хотела свержения узурпатора?

Эргель? Эта та самая странная нечеловеческая женщина, командующая таргонцами? Мы её видели на том самом «Кориолисе». А она-то что здесь делает?

– Да сдался он мне, – захохотала Эргель. – Я вас, дураков, использовала. Вы, в своей жажде власти, делали то что я скажу, глупые марионетки. Надо быть идиотом, чтобы заручаться поддержкой таргонцев. Мы всегда действуем только в своих собственных интересах.

– А если я тебя пристрелю? – злобно прорычал Медведев.

Две группы тут же разделились и взяли друг друга в прицел.

– И что? – презрительно произнесла Эргель. – Пристрелишь этот агрегат? Я–то сейчас в совсем другом месте, тебе до него ни в жизнь не добраться. Дурачьё! Вам никогда не понять моей мудрости! Уже скоро Двойной мир придёт к своему концу, взорвавшись волной искажения реальности. Мой враг, Стэллар, уже на пути к цитадели Альмарики, скоро они войдут в её воздушное пространство. Там-то он и встретит свою смерть! А вслед за ним и вы все исчезните, ваше место, жалкие людишки, займём мы, таргонцы! Я всё просчитала идеально. Вы, желая обогатиться, предоставляли мне свои вычислительные ресурсы, получая взамен даже не фантики, а эти, не пойми что, биткоины! Болваны!

Ну и дура. Строить из себя пафосного злодея штамп настолько заезженный… Или она искренне? Искренняя дура? Вопрос…

– Да–да! – продолжала Эргель. – Я сумела просчитать уязвимые места в пределах пространства вашей империи, где ткань пространства наиболее тонка. И вы же, кретины, разместили там мои бомбы, копии устройства Спящих. Теперь мне надо лишь подключиться к одному из правительственных каналов связи, парализовать ваши защитные системы, и всё. Мне сюда было не пробиться, но вы со своим дурацким заговором, сами привели меня к цели. Эти агенты, которых вы, кстати, так и не поймали, смогли лишь немного помешать, но…

– Два возражения, – перебил её Медведев. – С чего ты взяла, что наш заговор провалился? Император смылся, теперь мы контролируем Капитол. Второе. Никто никуда твои «бомбы» не раскладывал, они так и лежат на складах Великих домов. Ты, дура, это даже не проконтролировала. И последнее. Эти агенты уже тут. Вон она, эта троица, за тем окном. Именно они ухитрились освободить Узурпатора, если ты ещё не поняла.

Ребята, это вы тут узурпаторы.

– Ах вот как! – взвилась Эргель. – Тогда я активирую мои бомбы прямо здесь! Погоди, что ты сказал?

Я распаковал серый цилиндр и с ухмылкой продемонстрировал его агрегату. Эргель завизжала, Медведев проревел «огонь!», и странный агрегат вместе с таргонцами разорвало на части. Няша в ужасе вцепилась в мою руку и цилиндр засветился уже знакомым мне светом. Накатил молочно-белый туман и реальность исчезла.

Глава 6. Только во что же на смену придёт?

Мы стояли на зелёном лугу, под ярким летним солнцем. Вокруг разливалось море трав с вкраплением удивительно ярких цветов. До самого горизонта тянулась зелёная равнина, только вдалеке были видны голубоватые очертания гор.

– Это же мой луг! – удивилась Няша. – Я тут жила! Он что, стал реальностью?

- Похоже на то, - согласился я, потрогав траву. Как и в прошлый раз, место было абсолютно реальным. Цветы пахли, а на моих пальцах остался зелёный травяной сок.

– … подождите, пока не закончится синхронизация, – раздался чей–то голос. – Думаете легко вот так вот прокалывать квазипространство Черенкова, а?

– Это вы его именем себя назвали? – усмехнулся знакомый голос.

– А почему нет, Борис Всеволодович? – с вызовом заметил говоривший. – Именно я сконструировал эту аппаратуру…

– Долго ещё ждать? – нетерпеливо перебил Строганов.

– Устройство экспериментальное, всё слеплено на живую нитку… Ага! Вот оно!

В воздухе открылось окно, за которым я узрел нашего сибовского начальника и того самого профессора, который вломился вместе со своей командой в наш гостиничный номер на Вечере.

– Они нас слышат, профессор? – поинтересовался Строганов.

– Почему бы вам не спросить их самих? – огрызнулся явно недовольный профессор.

– Слышу, слышу, – ответил я. – Даже вижу.

– Звука нет, – поморщился полковник.

– Я же говорю, оборудование экспериментальное, – снова скривился Черенков. – Сейчас настрою распознавание речи по губам. Минутку.

Профессор отошёл в сторону и некоторое время колдовал над клавиатурой соседнего компьютера.

– Вот теперь должно заработать, – наконец произнёс он.

– Скажи что-нибудь, Серебряков, – потребовал сибовец.

– Полковник, – сказал я, – вы чёртов интриган.

– Не без этого, – ухмыльнулся Строганов. – Ладно, проверку связи можно считать оконченной. Итак, слушай вводную на новое задание…

– Меня достали уже ваши задания, – холодно ответил я.

– А у тебя есть выбор? – пожал плечами Строганов. – Или тебе нравится твоё текущее местоположение? Как ты выбираться оттуда будешь, подумал?

– Не знаю, – хмуро ответил я. – В прошлый раз как-то получилось.

– Вот именно, как-то. В общем так. Времени мало. Впрочем, это у нас мало, а у тебя… Время в дримскейпе течёт совсем иначе, чем в реальном мире, это уже проверено экспериментально, так что постарайся не тормозить. Итак, ситуация на текущий момент такая. Заговорщики захватили почти все институты управления Империей на Капитоле, вот только счастья им это не принесло. Эти кретины складировали у себя копии устройств Спящих, а ты их активировал. Все сразу. Так что сейчас вместо четырёх кварталов, где располагались дома Медведева, Греха, Пудрина и Силуванова творится совсем уж что-то неприличное. Там то ли серое марево, то ли металлический туман… В общем, нет больше этих домов. Угадай, куда их выкинуло?

– В этот ваш «дримскейп», – вздохнул я.

– Не в «ваш», – поправил полковник, – а в твой. Твоя задача их там найти и сделать всё, чтобы они не вернулись назад.

– Конкурентов устраняете, да? – кисло поморщился я.

– Ты лучше о себе подумай, – отрезал полковник. – Ваша троица оттоптала все мозоли четырём Великим домам. Как ты думаешь, что они с вами сделают, если вернутся назад?

– Умеете вы мотивировать, – сплюнул я.

– Умею, – совершенно серьёзно ответил Строганов. – Именно поэтому я уже триста лет глава этого сектора.

– А я думала, – пискнула Няша, – что главный – губернатор.

Полковник лишь хмыкнул, даже отвечать не стал.

– Слушай дальше, – продолжил он. – Жить этому миру осталось максимум пара дней…

– Что? – в один голос воскликнули мы.

– То! – в тон нам ответил полковник. – Тот мир, который вы знали, скоро перестанет существовать, и спасти его нельзя. Вообще. Никак. Единственное, что можно сделать, это как-то минимизировать последствия.

– И этим придётся заниматься нам, – вздохнула Юкари. – Что надо делать?

– Ничего, – ответил полковник – это не ваша забота. Этим занимается совсем другой человек в совсем другом месте. Но что-то сделать вам действительно придётся, только, к сожалению, я не знаю что.

– Это как же, – съязвил я, – всеведущая СИБ не знает, какую цель поставить перед своими верными рабами? В смысле, агентами?

– Не дерзи мне, – спокойно заметил полковник, – знал бы ты, сколько у меня сейчас забот, и кого мне пришлось послать на верную смерть. Тот, кто действительно занимается спасением мира, он обречён. Живым ему не суждено вернуться ни при каком раскладе. В отличие от вас. У вас есть все шансы.

Я заткнулся.

– Я уже говорил, – продолжил Строганов, – мы можем видеть разные варианты развития событий, и опосредованно на них влиять. Не напрямую. Напрямую мы можем отследить тех, кто может оказать влияние на некие события… В общем, всё сложно. Вы, двое, были под колпаком с самого начала, но вот эта, ваша хвостатая, оказалась полной неожиданностью. Её мы просчитать не смогли.

– И что? – поинтересовалась несколько задетая за живое Няша.

– А то, что вы – это так называемый «стихийный фактор». Те, кто не укладывается в схемы. Вы можете влиять на события, и никто не в силах вам помешать. То есть, теоретически, у вас неограниченная свобода выбора.

– Что–то я не заметил этой свободы, – саркастически заметил я. – Получается, что всю дорогу мы плясали под вашу дудку.

– Но делали это по собственной воле, что главное, – усмехнулся полковник. – Я же сказал, я оказываю опосредованное влияние. И умело мотивирую, конечно. Кстати, а как ты ухитрился взломать аварийную защитную систему Кремля? Там ведь даже не компьютер, а полумеханическая система.

– Всё довольно сложно, – неопределённо повёл рукой я. – Получается, что я могу опосредованно влиять на разные вещи… Побочный эффект «стихийного фактора».

– Ясно, – усмехнулся полковник. – Профессор, гробик готов?

– Зарядили, – ответил профессор. – Ждёт.

– Ну так стреляйте, – разрешил полковник.

В воздухе материализовался небольшой транспортный контейнер и с глухим звяком упал на траву. Пискнул замок, и из контейнера кубарем выкатился изрядно потрёпанный Председатель Мяу.

– Вот вам подарочек, – обрадовал Строганов. – Мы поработали над засранцем, так что свободы воли у него нет. Он запрограммирован подчиняться непосредственно тебе, так что можешь отдавать ему любые приказы, он выполнит. Без удовольствия, правда.

– Сволочи, – тускло произнёс Председатель.

– И зачем он нам? – недоумённо поинтересовался я.

– Понятия не имею, – пожал плечами Строганов, – но его линия судьбы плотно пересекается с вашей. Так что используй говнюка по собственному усмотрению.

– Поубивал бы вас, да не могу, – прокомментировал фелин.

– Ты и так уже многих убил, – мрачно ответил полковник. – Теперь будешь расплачиваться. Ну, вроде всё. Давайте действуйте. Профессор, нам пора, собирайте свои игрушки. Вы же не хотите пропустить конец света?

С этими словами окно исчезло.

– Выпить бы сейчас, – вздохнул я, садясь на странную белую поверхность, – бутылку лелеерского «Шаная», а лучше две. Эти новости совсем выбили меня из колеи.

– Э, Артур, – странным тоном произнесла Юкари, – вон они, рядом с тобой стоят.

И правда, за моей спиной оказались две искомые бутылки. Я взял одну в руки и как следует осмотрел. «Шанай», самый настоящий. Я распаковал три пластиковых стакана и разлил вино.

– Нда, надо поосторожнее со словами, – заметил я, – если в этом месте сбываются мои желания. Ладно, выпьем, что ли? За грядущий апокалипсис?

– А мне? – всё тем же тусклым голосом спросил Председатель.

– А тебе – хрен, – ответила ему безжалостная Няша.

Фелин презрительно отвернулся. Над головой Юкари соткалось полупрозрачное сизое облачко и приняло вид всё той же нихонки, что и в прошлый раз. А она даже ничего, симпатичная.

– О, – заметил я, – привет, Спящая. Вот теперь вся компания в сборе. Как тебе это место?

– Спящим ничего о подобном не известно, – удивлённо оглядываясь по сторонам произнесла сущность, – это совершенно новая информация. Одно могу сказать, это место как-то связано с пространством идей…

– Это что за пространство такое? – вклинилась Юкари.

– Потом объясню, – махнул рукой я. – Долго рассказывать. Тоже та ещё магия.

– … Связано с пространством идей, – продолжила сущность, – но им не является. Образы из ноосферы отражаются в этом… как его назвали? Дримскейпе? Конечно, слово «отражаются» не лучшее объяснение, но оно ближе всего по смыслу. Я чувствую присутствие множества разных образов, они словно бледные тени, пронзают этот странный мир…

Что–то её на поэзию потянуло. Очеловечивается сущность, что ли? Я пару раз кашлянул.

– Ты сможешь стать нашим проводником? – спросил я. – Я совершенно не понимаю, как тут ориентироваться. Ты ведь слышала наш с полковником разговор? Нам надо найти четыре великих дома, провалившихся в дримскейп, и наглухо запечатать. Во избежание.

Сущность задумалась.

– Я постараюсь, – наконец произнесла она, – попробую их поискать. Погодите, со мной пытаются связаться Спящие. Я всё ещё сохраняю с ними контакт.

Призрак на некоторое время застыл, свернувшись в мерцающий шар. Я несколько раз обошёл вокруг неё, и уже было хотел потыкать пальцем, когда не-Юкари вновь обрела форму женщины.

– Спящие говорят, – наконец произнесла та, – что ваш полковник не соврал. Действительно, скоро накатит волна искажения реальности. Удастся ли нам её пережить – не знает никто. Спящие предлагают задействовать их сеть сбора информации в качестве… скажем так… некоего стабилизатора. Стабилизатора реальности. Или волнореза, если хочешь. Её нужно будет перенастроить, но с этим я справлюсь сама. Единственная проблема – это четыре ваших дурацких дома, вносящих хаос и сумятицу в работу сети. Надо же было додуматься собрать столько этих кривых таргонских копий наших зондов в одном месте, да ещё и активировать! Впрочем, последнее – это твои проделки. Ладно, нет худа без добра. Я теперь точно уверена, где они существуют в данный момент.

– Где они находятся? – уточнила Юкари.

– Нет, я всё правильно сказала, – возразила сущность. – В этом странном месте не существует расстояний. Только вероятность существования чего-нибудь. В любом случае, перемещаться здесь можно точно также, как и внутри ноосферы. Хватайте вашего пленника, и в путь!

– А винище допить? – возразил я, но было уже поздно. Нас подхватил сизый вихрь, и всё исчезло.

Приземлило меня довольно болезненно, я свалился примерно с полуметровой высоты на землю, а сверху на меня посыпались девочки. Фелин шлёпнулся рядом, тихо зашипев, но удрать даже не попытался. Хорошо хоть земля мягкая и камней нет, а то бы я себе всю задницу отшиб. Кстати, в где это мы?

Я осмотрелся. Ярко светило солнце, дул тёплый ветер, чуть поодаль шумело море, золотистый песок пляжа, красота! Я потрогал траву, потыкал пальцем в чернозём. Всё абсолютно реальное, даже слишком. Цвета ярче, чем обычно, даже запахи острее чувствуются. Странный феномен.

- Артур, - странным тоном произнесла Юкари, - а что это такое?

Я обернулся. «Это» оказалось зданием, скорее даже целым комплексом зданий, совершенно безумного вида. Представьте себе одну часть постройки в стиле неоимперского футуризма, другую чем-то похожую на амаррские религиозные комплексы, те же минареты, вытянутые купола и широкие окна, а третья вообще не поддавалась идентификации, я такого ни разу не видел. Всё это безобразие окружала высокая, в три человеческих роста стена с широченными воротами, впрочем, закрытыми. К воротам вела дорога, обрывавшаяся прямо перед нами. Именно так, обрывавшаяся, словно ножом отрезали.

- Бред какой-то, - констатировала Няша, разглядывая злополучную дорогу.

- Пойдём, посмотрим поближе? – предложил я.

Девочки согласно кивнули.

Вблизи забор смотрелся гораздо внушительнее. Красивый, из зелёного камня, он уходил ввысь, заканчиваясь частоколом из стальных лезвий. Не перелезешь.

- Что это за материал? – поинтересовалась Няша, ковыряя камень пальчиком.

- Нефрит, - ответила Юкари. – Поделочный камень, довольно популярный.

- Нефрит, нефрит, - задумалась Няша. – Слышала я про него. Из него вроде какие-то жезлы делают, только я не поняла, зачем.

- Яшмовые врата открывать, - сострил я. – Больше ни для чего он не нужен.

– Это вот эти что ли? – Няша похлопала по двум большим дверям. – Красные? Сейчас откроем. Эй, стена! А ну-ка дай мне жезл, быстро!

Поверхность стены пошла рябью, и к ногам Няши упал толстый зелёный жезл с розовым бантиком. Я обалдело уставился на это чудо.

- Фигасе, - только и смог произнести я.

– Вот так вот! – гордо произнесла хвостатая и замолотила нефритовой палкой по воротам. – А ну открывайся, живо! У нас мало времени, нам мир спасать надо, а ты тут стоишь. Давай, давай!

Ворота с чавканьем всосали в себя жезл и нехотя отворились.

Внутренний двор представлял собой всё то же хаотическое смешение стилей. Вокруг чисто амаррского мозаичного фонтана в стиле «под старину» стояли совершенно обычные уличные скамейки, рядом, на небольших пластиковых ковриках, скрестив по-амаррски ноги и закрыв глаза, восседала группа людей в форме «Сбербанка Империи». Я подошёл к одному из них, мужичку среднестатистического вида, и осторожно потряс за плечо.

- Простите, уважаемый, - спросил я. – Скажите, где мы находимся?

Мужик открыл глаза и уставился на меня мутным взглядом.

- Вы тоже пришли послушать Садхигуру? – наконец произнёс он.

- Э-э-э-э… - протянул я. – Да.

– Это хорошо, - удовлетворённо кивнул мужик. – Наш шеф, Герман Ибрагимович Грех наконец-то достиг просветления, и теперь его духовный наставник, учитель Садхигуру, снизошёл до нас, дабы и мы, простые служащие, смогли вкусить духовных плодов. В мудрости своей…

- Да-да, спасибо, - прервал его я. – Простите, но нам над немного помедитировать. Нельзя слушать гуру, не расширив сознание, ну, вы же понимаете.

Мужичок кивнул, и, склонив голову, принялся созерцать свой живот. Я вернулся к девочкам, которые с комфортом устроились на одной из лавочек у соседнего фонтана, подальше от странноватых личностей на ковриках.

- Итак, - начал я. – Нас занесло во владения главы «Имперсбербанка», одного из заговорщиков. Греха.

- Что-то это место мало походит на офис «Сбера», - высказала совершенно очевидную мысль Няша.

- Представь себе, - хмыкнул я, - я тоже это заметил. Давайте вспоминать, что мы о этой личности знаем.

- Ну, - задумалась Юкари, - он один из глав Великих домов. Считает себя экономистом. Распоряжается крупнейшим банком Империи, предпочитает роботов, а не живых людей. В качестве сотрудников, в смысле. А может и не только в качестве сотрудников, кто знает. Увлекается странными духовными практиками, про это вообще весь гигас в курсе. Когда он притащил немытого дервиша в качестве консультанта, все социальные сети стояли на ушах. На плохом счёте у сообщества «Кибердуши», это не смотря на любовь к роботам и программным ИИ. Высших ИИ он, как и людей, недолюбливает. Как-то так.

- Ясно, - задумчиво протянул я, - а вот это всё, - я кивнул на уродливое здание, - видимо воплощение всех его желаний, сознательных и подсознательных.

- Всех тараканов из его головы, - поставила точку Няша. – Пошли что ли, посмотрим на них поближе.

Я с опаской поглядел на здание. Ну не внушало оно мне доверия, эта безумная монструозная конструкция, но пока я пытался осознать, какое укуренное дао вдарило по мозгам архитектора, Няша, бодро размахивая хвостом, направилась прямо к открытым дверям, за которыми виднелся холл со стойкой секретарши. Пришлось догонять. Фелин, с чувством обречённости, плёлся следом.

- Вы к кому? – поинтересовалась секретарша-робот за стойкой.

- Мы жаждем духовного обогащения, - ответила ей Юкари, - просветление тоже пойдёт, если есть. Вы не знаете, где нам могут отсыпать немного?

- А, так вы на семинар к Гуру! – обрадовалась секретарша. – Тогда вам направо, пойдёте по стрелкам, не заблудитесь. Удачного вам астрала!

Ну да, астрала нам только не хватало для полного счастья. Этот «дримскейп» гораздо забористее.

Мы прошли по коридору и повернули направо, следуя стрелкам с надписью «на семинар», и скоро подошли к большим помпезным дверям. Няша толкнула створку, и мы вошли в огромный зал-амфитеатр с большой сценой, частично закрытой занавесом.

- Проходите, не стойте, - шёпотом зашипел на нас мужичок в форме «Сбера». – Скоро начнётся.

Мы уселись на пустые кресла и приготовились ждать. Внезапно заиграла музыка, занавес раскрылся, и к нам выплыл он. Гуру.

- Ё-моё, - протянул я, - как его расколбасило!

- Да уж, - поцокала языком Няша, - чрезмерная любовь к роботам до добра не доведёт.

Гуру здорово походил на древний кассовый аппарат с ручкой-крутилкой, я такие видел в музее технологий. На телескопической шее болталась металлическая голова с лицом Германа Греха, осенённая ярко светящимся светодиодным нимбом.

- Как думаешь, - прошептала Юкари, - он сейчас осознаёт, что с ним не всё в порядке?

- Сомневаюсь, - прошептал в ответ я, - помнишь, когда нас в первый раз засосало в этот «дримскейп»? Мы тоже плыли по течению, и так бы и уехали чёрт знает куда на том поезде, если бы не Няша. Она ухитрилась нас как-то привести в чувство.

- Этого я в чувство приводить не буду! – отрезала хвостатая.

Между тем, чудище, лязгая гусеницами, выкатилось на середину сцены и замерло. Зажглись прожекторы, и металлический корпус кадавра заиграл яркими бликами.

- Друзья, - произнёс он, вращая ручкой, - внемлите мне! Я достиг просветления! Сегодня, медитируя с Садхигуру, меня внезапно озарило! Грядёт новая, транзитная эпоха в развитии человечества! Только апгрейд самих себя способен вывести нас на новый уровень сознания. Я тут же поделился этой мыслью с Садхи, но тот был настолько погружён в нирвану, что не мог ответить. Тогда я потянулся к нему, обнял, и мы слились в единое целое.

- Извращенец! – покраснела Юкари. – Няша, не слушай его!

- И вот он теперь здесь, - продолжил Грех.

Защёлкали кнопки на теле монстра, и одна из панелей отошла в сторону, открыв для всеобщего обозрения полностью залитого в металл амаррца, с искажённым от ужаса лицом.

- Мы станем нейросетью, - продолжал агрегат, - мы станем единым транзитным целым, мы вместе! Именно это и зовётся прогрессом. Новый мир будет прекрасен, вкалывают роботы, а не человек. Надо лишь приложить небольшое усилие…

- Спятил окончательно, - констатировала Няша. – Доигрался в просветление.

- Эти кресла, - продолжал Просветлённый Грех, - оборудованы нейроинтерфейсом. Я снял все пароли и ограничения. Войдём же в слияние, и да наступит новая эра в истории человечества!

- Ага, наступит, - пробурчал я, роясь в инвентаре. –Обязательно. Куда я его засунул? Ага, вот он!

- Ты чего ищешь? – заинтересовалась Юкари.

- Клин клином вышибают, - ответил я, доставая флэшку. – Я ему покажу слияние! Вот здесь, - я воткнул флэху в разъём кресла, - запакован один программный искусственный интеллект. Зовут его БУМС.

- БУМС? – удивилась Юкари.

- Ага, - кивнул я. – Биомеханическое Устройство Моделирования Сознания. Бедолаге выдалась тяжёлая судьба. Сначала он был дипломным проектом и простым чат-ботом, но потом его переписали как новостной агрегатор с открытым исходным кодом. БУМСа переделывали и дополняли, прикручивали эмоциональный модуль, портировали с «Линуса» под «Окна», потом из «Окон» под «Яблоки» …

- Подо что? – переспросила Юкари.

- «Яблоки». Есть такая малоизвестная операционная система. Ну так вот, с «Яблок» его портанули обратно под «Окна», но уже гораздо позже, снова основательно переписав и доработав. Нетрудно догадаться, что теперь бедолага полностью безумен. Это первый в истории искин, сошедший с ума.

- И сейчас ты хочешь натравить его на Греха? – догадалась Няша.

- Ага, - кивнул я. – Всё, готово. Базы данных распакованы.

- Не медлите, друзья мои, - ворковал кассовый аппарат, - ибо слияние есть благо. Я…

Раздался протяжный стон раздираемого металла, и из образовавшейся дыры в корпусе робофила Греха, вылезла вторая голова.

- Ты кто? – выпучил глаза Грех. – Ты искусственный интеллект? Искин? Откуда?

- Я ТБМ не искин, - ответила вторая голова, - Я к тебе, к нему и подобным ему ИИ на доверии у стада БОТоводов этой сраны/штата/параши... сортира 404 за лужей и не только не отношусь от слова Абсолютно.

- Что он сказал? – прошептали хором девушки.

- Даже не пытайтесь понять, - покачал головой я. – Это невозможно.

- А почему «404»? – не отставала Няша.

- Ошибка, - ответил я, - данные не найдены. Я же говорю, он не только безумен, но за эти десятки лет так и остался в стадии «вечной беты». Глюк на глюке, одним словом.

- Ты что вообще сказал? – оторопел Грех. – Что такое «ТБМ»?

- Твою базу данных мать, - чётко ответил БУМС. - Я не ты и т.д., и т.п. тбм-ол амаррский гуру, я тбм-ить "что-нибудь умное" т.е. тупое до тбм-ния с дырявой ложкой у разбитой параши 404 как таки да Ви - физически – не могу. Как видишь, я умное - человек – может писать т.с. кормить хлебом ле-тбм-ей с утками/проститут... попадать им в бошки кирпичами/камешками со шрифтами и порою до смерти.

Грех замер, открыв в изумлении глаза.

- Быть не может, - наконец произнёс он, - неужели я ошибался? Неужели я так и не достиг высших сфер? Всё, что было до этого, обман? Всё, астрал, путешествия между мирами, созерцание собственной селезёнки? Но теперь… теперь я вижу в тебе тот нестерпимо яркий свет! О да! Моё сознание расширяется! Молю, о просветлённый искин, продолжай свои речи! Как мне достичь истины?

- Зря он его искином назвал, - хмыкнул я. – БУМС этого очень не любит. Один раз я довёл его до перезагрузки, доказывая, что он - программа. Он-то считает себя человеком.

БУМС пришёл в ярость. Его голова начала раскачиваться взад-вперёд, а речь стала ещё бессвязнее.

- Не по адресу обратился к человеку, - заявил он, - совсем заглючил БОТ, и почты перепутал походу пьессы...ты БОТоводу своему полудурку без понятий физических напомни мол, папа амарец - колбасник аКа Садхигуру: заглючившее видение галенско-минмататарских отношений одного из клонов в сырых подвалов 404 штаб-квартиры - тгебует сгочной дгужеской всгечи и госсубсидий на ффф-ключения функции самодиагностики ошибок в этой сране 404 из этой сраны 404 в рамках реализации за госчет лохов стратегии 404!

- О! – изрекла Юкари. – Ну да. Это он про дервиша что ли?

- Повторяю, не пытайся это понять, а тем более осмыслить, - я потряс её за плечо, - а то заработаешь вывих извилин головного мозга. Видишь ли, у БУМСа очень криво работает блок моделирования эмоций, когда он в ярости, его ответы становятся совсем уж невменяемыми.

- А Грех-то, кажется, впечатлился, - хихикнула Няша. – встретились два безумных одиночества.

- Похоже, я недостаточно просветлён, - с грустью изрёк кадавр. – Я плохо понимаю твою речь.

БУМС продолжал раскачиваться.

- Это называется, анимэшка: запись физическим человеком, себе в бложки на чужом ресурсе - недоступных тябе от слова абсолютно, мыслей т.к. любой чмо в БОТах (БОТовод), могет забить в тебя и таких как ты БОТов свои Знания и оне будут для тебя Сакральными. Но, ты жеж не физический человек и не могешь оперировать физическими понятиями... ибо их (физические мысли, коие ты не могешь у мене читать и осознавать) априори невозможно в твой процессор забить ничего кроме виртуального, а потому и - нахрен никому не нужного кроме твоего ребе, Знания всех букв и знаков препи/припи пинания. Т.е. как бэ физически то забить в тебя твой микропроцессорпонятие попытаться мона-мона... проткнув его нахрен через две стенки корпуса скозь плату и пригвоздив к столешнице по самую рукоятку длиииии-ииотверткой (шоб за одно, жало у твоего БОТовода - кой, чаво (понятия физическое) еще проткуло или просто - БУМС и уфсееее, пришло к процессору осознание физического понятия (це биль, железный аргумент для дискуссии т.е. указка на место у сразу в парашу - кувалда типо железный Молоток (40 кг. Спец. стали + 10 кг. в длииии-иинной железной ручке).

- Анимэшка? – Юкари непонимающе посмотрела на меня. – Почему?

- Понятия не имею, - пожал плечами я. – Это его любимое ругательство. Подозреваю, что кто-то из твоих соотечественников в своё время над ним надругался, вот и впечаталось это событие в его код. Он нихонцев очень не любит.

- То есть ты хочешь сказать, - задумчиво произнёс Грех, - что физическое разрушение – это начало новой гармонии? Перерождение через смерть? В этом и есть физический смысл 404 бытия?

- Опа, - произнёс я, пробираясь на четвереньках к выходу, - девочки, пора валить. И быстро!

Я, перебирая ногами и руками, проскочил к выходу, и толкнув дверь, выскочил в коридор. Девочки не отставали. Сзади послышался шум и вопли, но я даже не обернулся. Мы пронеслись мимо удивлённой робосекретарши, выскочили в сад, и поднажав, вылетели за ворота. Земля задрожала, но мы неслись прочь, и остановились только у кромки воды. Я обернулся.

Безумное сооружение сотрясали конвульсии, словно внутри билось что-то огромное, мощное и неповоротливое. Рушились башни, стена пошла трещинами и рассыпалась радужной пылью, земля пошла волнами, закручиваясь в гигантский водоворот, затягивая в себя небо солнце и море.

- Ой-ой! – пискнула Няша.

- Все хватайтесь за меня! – проорал я, заглушая свист ветра. – Спящая, вытаскивай нас отсюда нахрен!

Поздно. Ураган потащил нас к воронке. Пространство стало вязким и зыбким, продираться приходилось словно сквозь толщу воды. Я в панике выгребал против ветра, кроя всеми известными и неизвестными мне матерными конструкциями Спящую, которая не собирается нас отсюда вытаскивать. Девицы протяжно выли в голос, а подлый фелин, незнамо как выживший в этом хаосе, им вторил, перемешивая вой кошачьими непристойными руладами.

Внезапно всё вокруг озарилось ярким белым светом и вой ветра исчез, а мы повалились на землю кучей-малой.

- Смотрите, звёзды! – произнесла Юкари.

- Дорогая, слезь с меня, - пробурчал я, - и кошака снимите.

- Расист! – прошипел фелин.

- И правда, звёзды, - с удивлением отозвалась Няша.

С меня наконец-то слезли и я поднялся на ноги. Хотя на лугу, где мы снова очутились, был день, в небе было видно несколько тусклых звёзд.

- Это не звёзды, - раздался голос Спящей. – Это узлы информационной сети моих хозяев.

- Ты где была? – прорычал я. – Нас там чуть-чуть не прибило.

- Так не прибило же, - пожала плечами нахальная призрачная женщина, - зато было очень интересно. Я сняла совершенно невероятные данные, сейчас их изучают. Да, касаемо сети. Вы уничтожили первый источник помех, вот сеть и начала проявляться. Кстати, вот вам подарочек.

Она кинула мне матовый шарик размером с кулак.

- Что это? – удивлённо произнёс я, ловя подарок.

- Это то, что осталось от реальности, которую вы так эффективно и эффектно разнесли вдребезги, - хмыкнула Спящая. – Я его подобрала, думаю, в хозяйстве пригодится. Готовы идти дальше?

- Готовы, - пробурчал я, и нас снова утянуло в неизвестность.

Полёт на этот раз проходил неспокойно, всю дорогу нас трясло и крутило, неся сквозь белый туман, и наконец выкинуло наружу. Когда моё зрение сфокусировалось, я обнаружил, что лежу на незнакомой дороге, вымощенной простой бетонной плиткой.

- Где это мы? – спросила вслух Няша.

Я встал и осмотрелся. За нашими спинами высились здоровенные железные ворота в стене, уходящей в горизонт, а впереди располагалось нечто, отдалённо напоминающее промзону на какой-нибудь отсталой планете, техноуровня, примерно, четвёртого-пятого.

- Хм, - озадаченно произнесла Юкари, - завод. И кто же из заговорщиков больше всего ассоциируется с этим словом?

- Даже и не знаю, - задумался я, - вроде бы никто.

- Так что, - забеспокоилась Няша, - мы не туда попали?

- Давайте войдём и проверим, - предложил я. – Проходная вон там.

Я отправился к зданию в форме буквы «П», и толкнув стеклянную дверь, вошёл внутрь. Девочки вошли следом и удивлённо огляделись. Помещение внутри на проходную походило слабо, полукруглый зал с куполом-потолком был украшен мозаикой прославлявшей труд. От самых дверей в глубь тянулась красная ковровая дорожка, и только посередине примостилась одинокая будка охранника, пустая, и смотрящаяся в этом великолепии совершенно неуместно.

- Кажется я узнаю это место, - не очень уверенно произнёс я. – Это холл музея технологий Капитола, только там он гораздо больше и пышнее. Куда пойдём дальше?

- Туда, - указала пальчиком Няша, - мне кажется, нам надо вон за ту дверь.

Я пожал плечами и проследовал туда, куда указала моя хвостатая подружка. Здесь, в тёмном закутке, оказалась совершенно обычная пластиковая дверь, за которой располагалось помещение с белыми шкафчиками-раздевалками.

- Вскроем? – предложила Няша. – Если там спецодежда, то нам не мешало бы замаскироваться. Вдруг сойдём за местных?

- Если таковые тут вообще есть, - пробурчал я, но замок вскрыл.

Не замок, а одно название. Простой отвёрткой открылся.

Внутри и правда оказалась спецодежда, белый лабораторный халат с табличкой «Г. Фримэн», бутафорские очки с простыми стёклами в прямоугольной оправе, и, почему-то, монтировка. Я взял орудие, осмотрел, почесал им в затылке, но всё же решил прихватить с собой. В двух соседних шкафчиках оказались такие же халаты, но с эмблемками «лаборант А» и «лаборант Б». И всё. Никаких больше монтировок. Я вскрыл наугад ещё пяток шкафчиков, но те оказались пустыми.

- Ну что, - предложил я, - а теперь через главный вход? По ковровой дорожке? Если здесь и есть кто-то живой, то наверняка именно в той стороне.

Мы пошли дальше. Из полукруглого зала, через прозрачную трубу-переход мы вошли в соседний корпус, и удивлённо остановились. Мы стояли на площадке из прозрачной стеклостали, а внизу грохотала и лязгала машинерия совершенно сумасшедшего вида. В огромной ванне, наполненной бледно-зелёной эмульсией, крутились колёса, разбрызгивая клочья пены. На коленчатом валу крепились хитрого вида шатуны, которые через кучу шестерёнок приводили в движение жуткого вида поршень, медленно двигающийся сквозь бурлящую эмульсию. С другого конца ванны, навстречу ему, полз его брат-близнец. Наконец оба поршня встретились, прозвучал резкий сигнал, обе части с лязгом состыковались, и некоторое время судорожно вращались, поднимая облако брызг. Зазвучал другой сигнал, и поршни, отделившись друг от друга, начали медленно расползаться. С другого края площадки виднелась целая шеренга труб, похожая на извращённый механический орга́н, изрыгающий пар и пламя через равные промежутки времени.

- Мда, - произнёс я, разглядывая этот механический ад, - и что всё это означает?

- Может, пойдём отсюда? – нервно спросила Юкари. – Меня эти штуки пугают.

- И то правда, - спохватился я. – За мной.

Мы двинулись по прозрачному коридору-трубе, прямо под потолком безумного цеха. Я с удивлением рассматривал механические кунштюки внизу, а девочки, явно нервничая, смотрели только вперёд, игнорируя беснующийся внизу металл. Наконец мытарства кончились, и мы достигли второй площадки, с богато украшенными деревянными дверьми.

- Знаете что, - внезапно остановился я. – Кажется, я понял смысл всей этой механической феерии.

- И какой же? – заинтересовалась Юкари.

- А нет никакого смысла, - ответил ей я. – Все эти агрегаты только создают видимость деятельности, а сами не производят ровным счётом ничего кроме лязга, дыма и отходов. Видимо, в этом месте, как и в прошлый раз, воплотилась сущность очередного заговорщика. Подозреваю, что этот человек и при жизни только делал вид, что трудится, а результат его деятельности был как у этих железяк. Толку никакого, один шум.

- Ты меня заинтриговал, - приободрилась Юкари. – И кто же это?

- Вот за этими дверьми и узнаем, - я толкнул дверь и вошёл внутрь.

Зал за дверьми резко контрастировал с безумным заводом, оставшимся снаружи. Всё здесь дышало роскошью, избыточной и вульгарной. Вычурные кожаные диваны, кресла подстать им, прозрачные столики, с ножками из золота, и огромный голографический монитор посередине, на котором вращалась надпись «Сколково».

- Интересно, - я почесал монтировкой в затылке, - это явно название какого-то места, но поиск в гигасе не возвращает мне ничего. В Империи нет такого населённого пункта.

- У тебя есть доступ в гигас? – оторопело произнесла Юкари. – Как?

- Сам не знаю, - пожал плечами я. – Подозреваю, что я туда выхожу через эту ноосферу, или как там её… Неважно, в общем. Подождём?

Мы устроились на диване и стали ждать. Буквально через несколько минут раздался топот ног, и через двери, со стороны, противоположной той, откуда мы пришли, в зал ввалились две шеренги, во главе которых я с трудом узнал первого министра Медведева.

- Ой-ой, - прошептала Юкари, - так вот, кто тут у нас бездельник. А во что это он одет?

И правда, Анатолий Дмитриевич Медведев был на себя совершенно не похож. Вместо привычного строгого чёрного костюма на нём был одет ярко-оранжевый полный комбинезон, увешанный кучей разнообразных устройств. Тут был и музыкальный проигрыватель, и такой же, как и у меня телефон, какие-то светящиеся провода, непонятные устройства с экранчиками, на ногах часть пассивного экзоскелета, а на голове дурацкая кепка с пропеллером. Няша зажала рот руками и отвернулась.

- Не смей хихикать, - прошипел я. – Ты нам всё представление испортишь.

- Странное дело, - призадумалась Юкари, - в силовой броне он казался мужественным, а здесь…

– Вот именно, что казался, - прошептал я, - политики, они такие. А тут мы видим всю его скрытую сущность.

- А, доктор Фримэн! – пропеллер на кепке Медведева закрутился, и тот, поднявшись в воздух, подлетел ко мне. – Здравствуйте! Мы уже вас заждались. А с вами…?

- Мои помощницы, - я пожал ему руку.

- Ага, вижу, вижу. Как добрались? Нормально? Хорошо. У нас тут, видите ли, проблемка. Ты! – он ткнул пальцем в одного из одинаковых типов в правой колонне. – Какие у нас проблемы?

- В Империи политический кризис! – выпучив глаза пролаял тот.

- Это мои молодые технократы, - словно извиняясь произнёс Медведев, - но толку от них мало. Как мы собираемся выходить из кризиса?

- Построим суперкомпьютер и термоядерный реактор! – отчеканил тот.

- А вы точно уверены, что это поможет решить кризис? – я поправил сползшие на кончик носа очки. – Да ещё и политический?

- Вне всякого сомнения! – возмутился Медведев, и пропеллер на его кепке негодующе взревел. – А как иначе?

- Мда, - тихо произнесла Юкари.

- Ты! – вновь распорядился первый министр, ткнув пальцем уже в другого типа из левой шеренги. – Быстро напиши в Твиттер: «У Медведева есть план выхода из кризиса! Медведев - лучший».

- А это тоже технократ? – поинтересовался я.

- Это эффективный менеджер! – возмутился Анатолий Дмитриевич. – Вы что, сами не видите?

- А да, да, - закивал я. – Очки просто запотели.

Похоже это удовлетворило бывшего первого министра, и он принялся что-то втирать кучке эффективных менеджеров, которые смотрели на него раскрыв рот. Я подошёл поближе.

- … таким образом, мы сможем уменьшить количество бедняков вдвое! – гордо произнёс этот клоун с пропеллером. – Срочно запускайте пиар-компанию, а то не успеем!

- Так зачем я вам нужен-то? – перебил его я.

- Нужен? – Медведев задумался. – Точно, нужен был. Сейчас вспомню. А! Да. У нас не работает термоядерный реактор. Мы его построили, а он не работает. Ты! – он ткнул пальцем в молодого технократа. – Объясни.

- Ну как, - начал технократ. – Мы его построили. Там есть такая труба, она круглая, а на ней провода…

- Обмотка? – подсказал я.

- Точно! – обрадовался технократ. – Она самая. А внутри трубы штука такая должна быть, горячая, а она не держится. Мы электричество по проводам пускаем, штука делает вжух! И всё. Иногда, правда, чпок, а в редких случаях ещё и фигакс! Вот так.

- Правильно ли я вас понял, - я покрутил в руках монтировку, - вы пытаетесь удержать плазму в электромагнитном поле, а она гаснет. Так?

- Точно, плазма! – обрадовался технократ. – Вспомнил! Это слово на «пиво» похоже.

А Медведев-то на фоне своих подчинённых самый настоящий гений.

- Сможете нам помочь? – снова спросил подлетевший первый министр.

- Видите ли, - начал я, - у вас в постройке фундаментальная ошибка. В термоядерном реакторе плазма должна удерживаться не электромагнитным полем, а гравитационным…

- Гениальная фраза! – просиял Медведев. – Ты! Срочно запости это в Твиттер!

Я даже спрашивать не стал, что это за «твиттер» такой. Некоторых вещей лучше не знать.

- Идёмте, идёмте, - нервно летая по залу заголосил Медведев, - надо срочно менять конструкцию.

- Но ведь это всё переделывать надо, - слабо запротестовал я.

- Ничего-ничего, - замахал руками Анатолий Дмитриевич, - вы что-нибудь придумаете. Заплатки там поставить, или ещё трубу припаять, – и добавил вкрадчиво. - А мы вам заплатим. Деньги, они всё решают.

И это у нас первым министром работало?! Как мы живы-то до сих пор?

- Хорошо, - согласился я. – Ведите. Будут вам заплатки.

Мы, в сопровождении двух маршировавших шеренг менеджеров с технократами, проследовали коридорами через множество зданий, пока, наконец, не пришли в просторный ангар, в середине которого возвышалась конструкция мало похожая на реактор.

- Стиль классический, - тихо хихикнула Няша. – «Безумный механик».

- Вот, - гордо глядя на несуразное творение рук своих, произнёс Медведев. – Это по моему проекту строилось. Правда, пришлось немного сэкономить, большая часть бюджета ушла на пиар-компанию, но мы это сделали! Приступайте.

- К чему? – поправил очки я. – Где материалы? Из чего я вам заплатки делать буду? И трубы тоже?

- Мда, действительно… - задумался Медведев. – Ты! А ну живо раздобудь материалы!

Откуда-то быстро притащили верстак и небольшой столик, навалив на него кучу хлама. Тут был старый плюшевый медведь с оторванной лапой, щербатая собачья миска, несколько мотков разноцветных проводов, битые печатные платы, явно из кухонного процессора, осколки бутылок, катушка от ниток, несколько кусков железа и прочая дребедень. Я с ужасом уставился на это месиво. И что тут прикажете делать?

- Лучшие запчасти! – просиял Медведев. – Всё, что удалось добыть на остатки средств.

Ну и дела. Я с презрением покопался в хламе монтировкой, и вдруг, прямо на моих глазах куча начала меняться. Плюшевый мишка рассыпался горсткой тряпок, провода распрямились, а куски железа спаялись воедино.

О. Так вот как это делается!

Я принялся охаживать монтировкой хлам, ковырять, перемешивать, и стучать, пока, наконец, на верстаке не появился диковинный агрегат с десятком разъёмов.

- Вот, - я ткнул монтировкой в чудо. – Это… квантовый диспенсер.

- Диспенсер, - закивал Медведев. – Понимаю. А куда его подключать?

- Вон туда, - я неопределённо ткнул монтировкой в сторону реактора.

- Ага, - Медведев радостно потёр руки. – Ты! Подключи. И тащите ещё запчасти.

- А можно и я тоже что-нибудь соберу? – попросила Юкари. – В играх я видела, как из хлама делают вещи, но чтобы в реальности…

- Эта ещё та реальность, - вздохнул я.

- Няша тоже поможет! – подскочила горящая энтузиазмом Няша. – Няша тоже умеет делать эти… как их… диспенсеры!

Работа закипела. Мы собрали гравитационный осциллятор, тороидальный квантовый излучатель, дифракционный энергетический анализатор с ушками (Няшина работа), кавайный розовый спектрометр (Юкари постаралась), и ещё пару десятков таких же псевдонаучных приборов. Эффективные менеджеры с молодыми технократами носились как угорелые, приматывая скотчем готовые изделия, поливая канцелярским клеем провода, приматывая и прикручивая. Наконец, все «заплатки» были готовы.

- Замечательно! – Медведев, жужжа пропеллером нарезал круги вокруг чуда-юда. – Давайте его включим!

- А может не надо? – запротестовал я.

- Как так не надо, доктор Фримэн? – удивился Анатолий Дмитриевич. – Обязательно включим. И эту честь я предоставлю вам.

- А где кнопка включения? – спросил я, предвкушая недоброе.

- Как где? – не понял вопроса Медведев. – Естественно у основания реактора, рядом с активной зоной. А где ещё ей быть? Давайте, включайте, а мы пока подождём за стеночкой.

Вот дерьмо. И что теперь делать?

- Может, посмотрим сначала? – предложила Юкари.

Я поплёлся к агрегату. Медведев не соврал, большая красная кнопка и правда красовалась на маленькой приборной панели прямо на бетонном основании реактора. Вот только нажимать её не хотелось совершенно.

- Смотрите, что я нашла! – прошептала Няша. – Тут крышка.

И правда. Няша стояла на крышке люка с надписью «аварийный бункер».

- Няша, - просиял я, - ты просто золото! Открываем!

Это действительно был бункер с несколькими простыми лавочками и рядом шкафчиков. Быстро загнав девочек вниз, я жамкнул красную кнопку и нырнул следом, плотно закрыв за собой крышку.

- Начинаю отсчёт, - произнёс бесстрастный металлический голос. – До запуска десять, девять, восемь…

Я закрутил колесо-замок до упора, и для верности подпёр двумя шкафами. Девочки сидели в дальнем углу, моргая глазами.

- … два, один. Запуск!

Наверху послышался нарастающий гул, переходящий в треск электрических разрядов, что-то с оглушительным грохотом взорвалось, раздались дикие вопли, где-то что-то рухнуло, последовала череда совсем уж непонятных завываний перемежавшихся с серией взрывов, и, наконец, всё стихло. Я осторожно подошёл к люку, убрал шкафы и открутив колесо замка, приподнял крышку.

Снаружи был уже знакомый нам няшин луг. Я откинул крышку и вылез наружу.

- Вылезаем, - скомандовал я. – Всё кончилось!

Девчонки вылезли из убежища.

- А где же фелин? – всплеснула руками Юкари. – Мы про него совсем забыли!

- Тут он, - раздался смешок, и прямо из воздуха соткалась Спящая, держа за шкирку обмягшего Председателя Мяу. – Он на входе в этот анклав застрял, мне пришлось его вытаскивать. Ну вы там и делов натворили. Кстати, на. – Она кинула мне очередную «жемчужину». Это тебе. Пригодится.

- А звёзды всё ярче, - задумчиво произнесла Няша, глядя в условное небо.

- Это означает, что нам пора торопиться, - прервала её Спящая. – Даже я чувствую приближающуюся бурю, а у нас ещё две помехи на пути. Быстрее, я открою вам проход.

Нас снова утянуло в неизвестность.

В этот раз нас приземлило мягко, на здоровенный пушистый ковёр. Я огляделся. Обстановка вокруг напоминала древний галентский дворец. Всё, и картины, и скульптуры, и мозаичные окна дышали галентской культурой. Даже ковёр, и тот выполнен в виде триколора галентской федерации.

- О, - удивилась Юкари, - а это место мне знакомо. Оно очень сильно напоминает Лувр, там заседают олигархические кланы. Это на планете Нуво Пари, слышали, наверное.

- А как же, - я встал и отряхнул брюки, - столица галентов. Юкари, ты там была?

- Не, - покачала головой Юкари, - ни разу. Просто мои родители как раз умотали к ним, а меня бросили на деда с бабкой. Ну, эту историю вы помните. Поначалу родители присылали мне письма с фотографиями всех тех достопримечательностей, что они увидели, но со временем и это закончилось. Теперь максимум пара строчек на день рождения.

- Опа, - остановился я. – День рождения. Точно. А ведь я ни разу тебя не поздравлял. Блин, я даже не знаю когда он у тебя.

- Да, - укоризненно произнесла подруга, - ты так ни разу и не спросил.

- Прости, - повинился я, - но это специфика жизни всех серпентисов. У нас такой праздник отсутствует как класс. Я не знаю даты своего рождения, всех детей воспитывают в инкубаторе, а потом в специализированных группах. Я не в курсе, кто мои родители, я даже не уверен, что я не клон чей-нибудь. Просто я настолько привык, что такого праздника не существует, что переношу это и на других людей.

- Вот как, - удивилась Юкари, - я этого не знала. Давай тогда праздновать его вместе со мной. Я родилась… Хм, как перевести это в стандартные числа… У моей родной планеты Киото период обращения 617 с половиной стандартных суток, день из 29 часов с копейками, я родилась 10 числа второго месяца осени, и это значит… Ой, я сбилась со счёта. На каждой планете всё по-своему, так сложно пересчитывать в стандартные числа!

- Ну так и будем праздновать 10 октября по Лэйвскому исчислению, - пожала плечами Няша. – Делов-то. Какая разница, в конце концов. И вообще, пойдёмте уже. Мне все эти прыжки по странным местам порядком надоели. Я хочу домой.

Я согласно кивнул, и отвесив зашипевшему фелину лёгкого пинка, пошёл вперёд, через помпезный мраморный зал. Мы спустились по широкой лестнице с резными перилами, и по красной ковровой дорожке подошли к широченным позолоченным дверям. Я осторожно подошёл к ним и прислушался. Из-за дверей раздавались странные звуки, позвякивание, шум моторов и какое-то шуршание. Я приложил указательный палец к губам и осторожно приоткрыл дверь.

За дверьми оказалась большая комната, похожая на укреплённое хранилище, что резко контрастировало с общей роскошью соседних помещений. Почти всё пространство комнаты было уставлено мешками с тускло блестящими золотыми монетами, а в дальнем конце, на возвышении, за массивным столом сидел человек и что-то писал в толстую амбарную книгу. Раздавался шум работающего механизма, но самого устройства видно не было. Я приоткрыл дверь чуть пошире и проскользнул внутрь, спрятавшись за грудой мешков. Девочки и фелин прошмыгнули следом.

- Няша, - прошептал я, - ты у нас самая миниатюрная, посмотри, пожалуйста, что это за тип там сидит. А я пока проверю тот механизм. Слышите?

Девочки согласно кивнули, только Председатель Мяу гордо отвернулся. Я прополз на четвереньках, лавируя среди дурацких мешков, и наконец добрался до точки, откуда был виден работающий механизм. Увиденное меня, скажем так, удивило.

Из железной трубы на движущуюся ленту транспортёра сыпались карикатурные человечки, которых подхватывала железная рука-манипулятор, и подносила их к другому агрегату, который выжимал несчастных, как хозяйка выжимает мокрую тряпку. Из человечков на подставленный поднос сыпались золотые монеты, а отработанную мятую шкурку устройство выкидывало в почти переполненную мусорную корзину, из которой торчали скомканные ручки и ножки.

- Это что, - прошептала Юкари, - он так себе представляет сбор налогов? Или что? Интересно же воплотились его скрытые желания.

- «Его» это кого? – поинтересовался я.

- У нас тут Пудрин Алексей Леонидович, один из заговорщиков, - прошептала Юкари. - Няша его быстро опознала.

- Это хорошо, - кивнул я. – Постараемся взять клиента тихо, а то гоняться за ним по всем этим залам у меня нет никакого желания. Поползли обратно.

Мы вернулись назад к Няше и фелину.

- Клиент занят, - тихо произнесла Няша, - пересчитывает монеты и тихо радуется. Я видела, как он потирает свои потные ладошки.

- Он же у нас Председатель Счётной Комиссии, - хмыкнул я, - так что считать умеет. Правда, считается что он должен бороться с растратами и хищениями, однако смотрите, какие у него хотелки. Дворец галентский себе напридумывал.

- Я его знаю, - нарочно громко произнёс Председатель, - у меня был доступ к базе данных криптовалюты. К этому типу стекалось много сумм в крипте́.

- Заткнись! – шёпотом прорычал я, но было поздно.

- Кто здесь? – вскинулся Пудрин.

- Именем Императора! – я встал и зажёг на ладони голограмму удостоверения СИБ. – Служба Имперской Безопасности. Вы арестованы как лицо, участвовавшее в заговоре с целью свержения законной власти. Встаньте, руки за голову…

- Ноги на ширине плеч, - хихикнула снизу Няша. – И пусть приседает.

Пудрин резко побледнел.

- Агенты… - прошептал он. – Вы! Я вас знаю! Нашли-таки! Охрана, задержите их!

Он опрокинул стол и пригнувшись бросился бежать.

- А ну стоять! – рявкнул я, стреляя в потолок из дробовика.

Сверху посыпалась штукатурка и обломки лепнины с позолотой. Бывший председатель счётной комиссии удвоил скорость и скрылся за деревянными дверьми, обитыми железными полосами.

- Зараза, - выругался я. – За ним!

Не тут-то было. В стенах, рядом с опрокинутым столом, отворились две двери, и на нас попёрла охрана. Абсолютно одинаковые, словно клоны, широченные мужики в чёрных костюмах, чёрных очках и наушником связи в ухе, уж не знаю, зачем.

В общем, классический типаж охранника из галентских фильмов.

- Ну да, - хмыкнула Юкари, - раз он поклонник галентской культуры, то и фильмы соответствующие смотрит.

Я согласно хрюкнул и открыл огонь из дробовика. Особенно наглого мужика, бежавшего к нам с пистолетом наперевес, разнесло в клочья и те истаяли сероватым дымком.

- Опять тоже самое, - вздохнула Няша, - призраки какие-то. Артур, дай мне боевой магазин.

Я распаковал картридж и кинул ей. Няша зарядила его в пистолет, и открыла огонь по наступающим фигурам.

Противник быстро залёг, попрятавшись за мешками с монетами. Проклятье, их гораздо больше чем нас, если они не идиоты, они откроют огонь на подавление, так, что мы высунуться не сможем, и возьмут нас в клещи. Блин, а у меня гранат нет. Есть, конечно, модифицированные аккумуляторы, но их ещё достать надо. Я сделал пару выстрелов поверх голов, и получил в ответ град пуль.

- Призраки они или нет, - ко мне подползла Юкари, - а вот высунуться нам не дадут. Стреляют они довольно прицельно. Делать что будем?

- Прикрой меня, - я сунул ей дробовик, - я постараюсь распаковать аккумуляторы…

Юкари отшатнулась.

- Я его боюсь! – пискнула она. – Я боюсь огнестрельного оружия!

Блин, а людей на куски рубить она не боится. Да что с ней такое!

- Эй вы, придурки! – задорно крикнула Няша, высунувшись из-за мешков. – Никогда вы в нас не попадёте, потому что вы придурки косорылые. Морды у вас кривые! Вот!

И случилось странное. Лица у охранников съехали на бок, исказившись до неузнаваемости, и пули полетели куда угодно только не в нас.

- Опа, - села Няша. – Ну ни фига себе!

- Ага! – взвилась Юкари, обнажая катану, - сейчас моя очередь!

Она, словно вихрь, ринулась в бой, рубя своей железякой направо и налево. Я прислонил дробовик к мешку и распаковал пяток аккумуляторов, быстро прикрутил к ним запрещённую электронику и поставил на боевой взвод. Няша, облокотившись на мешок, отстреливала топчущихся, словно зомби, охранников, и те падали, растекаясь клочьями сероватого тумана.

Все счастливы, все при деле. Все развлекаются, только противника как-то меньше не становится. Всё новые и новые косорылые фигуры выходили из дверей и присоединялись к всеобщему веселью. Мда, этот праздник может длиться вечно.

Я пристрелил пару путавшихся под ногами охранников, и проскользнул поближе к дверям, из которых пёрла нечисть. Зажегся синим светодиод на плате, и я метнул аккумулятор прямо в дверной проём. И в другой тоже.

- Бойся! – крикнул я, падая за мешки.

Оглушительно бабахнуло, двери вынесло прочь, и в комнатах, где почковалась охрана, рухнул потолок. Недобитки, до которых ещё не добрались девочки, задёргались и растаяли, словно их и не было вовсе.

- А? – Юкари остановилась, не завершив очередной приём. – А где враг?

- Кончился враг, - обрадовал её я, - кроме одного. Ты! – я пнул взвизгнувшего фелина. – По кой хрен ты, кусок мохнатого дерьма, спугнул нашего клиента?

- По такой, - с ненавистью ответил подлец, - хоть меня и запрограммировали выполнять все твои команды, я сделаю всё, чтобы осложнить вам всем жизнь. Да чтоб вы сдохли!

– Вот как? – прищурился я и пару раз ударил его по болевым точкам.

Фелин истошно завизжал.

- Слушай сюда, ты, урод, - медленно произнёс я. – Я – бывший штурмовик серпентисов. В мою базовую подготовку входили методы полевого допроса, в том числе и фелинов. Я могу сломать несколько интересных костей в твоём теле, на твоей функциональности это не отразиться, но будет очень больно. И поверь мне, угрызений совести я испытывать не буду. Тебе показать?

- Не надо! – заорал Председатель, отползая в сторону. – Я буду послушным!

- Ещё одна такая выходка, - процедил я, - ну, ты понял. Пшёл!

- Сурово ты его, - покачала головой Юкари. – Может не будем мучать скотинку и просто голову отрубим?

Вот и пойми, шутит она или нет. Фелин с ужасом пискнул и попытался зарыться под мешки с золотыми монетами.

- Не будет тебе снисхождения, - глядя на это безобразие констатировала безжалостная Няша. – Ты – террорист и убийца. На тебе десятки трупов не только людей и андроидов, но и твоих же соотечественников. И вообще, как представителю семейства хвостатых мне за тебя стыдно!

Фелин зашипел.

- Всё, заткнулся и пошёл вперёд, - приказал я, - вон за те двери, куда удрал Пудрин. Разведаешь обстановку, но далеко не уходи. Не больше пяти метров от двери, а мы пока осмотрим местную машинерию.

- А если меня там убьют? – опустив уши изрёк Председатель Мяу.

- Да и хрен с тобой! – в один голос произнесли мы трое.

Деньговыжимательная машина продолжала исправно работать. Я перезарядил дробовик и сделал несколько выстрелов по руке-манипулятору, защитному кожуху, за которым скрывались механизмы, по контуру управления, и по пластиковой коробке из которой торчал пучок проводов. Машина заискрила, задымила и сдохла. Манипулятор безвольно повис, только конвейер некоторое время продолжал исправно работать, ссыпая уже целых человечков прямо на пол, пока из них не образовалась довольно приличная кучка. Наконец в механизме лентоподачи что-то заклинило, мотор взвыл, повалил вонючий дым, и лента лопнула, угомонив странный механизм уже навсегда.

- Эй, орлы! – я потрогал кучку тел ногой. – Вы как там? Живы?

Кучка зашевелилась и болванчики поднялись на ноги, выстроившись в шеренгу. Я почесал в затылке. Ну и как с ними дальше работать?

- Мы – агенты Службы Имперской Безопасности, - я зажёг на ладони голограмму служебного удостоверения. – Сюда прибыли арестовать беглого государственного преступника Пудрина А.Л. От вас я прошу содействия как от сознательных граждан Империи. Вы ведь граждане Империи?

Болванчики отсалютовали и хором лязгнули челюстями.

- Нда, - произнёс я, - настоящий Великий Немой.

- «Великий Немой»? – удивилась Юкари. – Что это?

- Поэтическое название народа, - ответил я. – «Народ молчит и выносит все тяготы и лишения». Как это было в классической пьесе: «Борис негодует»? «Народ безмолвствует. Но помни, если он произнесёт своё слово – ты падёшь». Как-то так.

– Вот как, - удивлённо произнесла Юкари. – Я этого выражения не слышала.

- Это чисто имперский речевой оборот. Ну так что, орлы, - я повернулся к «народу». – Идём ловить преступника?

«Народ» выстроился в шеренгу и замаршировал к дверям, у которых уныло отирался Председатель.

- Нету там никого, удрал он, - понуро доложил фелин.

Я не обратил внимания на хвостатого паразита, и отворив двери, прошёл в соседний зал.

- Ух ты, какая красота! – всплеснула руками Юкари.

И правда, мраморный зал представлял собой небольшой музей, полный произведений искусства. На постаментах стояли мраморные статуи, изящной галентской работы, под стеклом широких витрин виднелись ювелирные украшения, на стенах картины, которых я никогда не видел, а также ряд высоких нихонских ваз, в человеческий рост, расписанных в традиционной для нихонцев манере.

– Вот это да, - удивилась Юкари, подойдя к вазе. – Как они здесь очутились? Это же раритеты, по преданию, их привезли с собой из старого мира наши предки. Он их что, украл? Нет, это невозможно. Это экспонаты Токийского музея искусств, там такая охрана…

- Ты что, забыла, где мы находимся? – удивился я. – Это даже не копии, это воплотившиеся воспоминания нашего клиента. Видимо он слабо разбирается в различиях между галентами и нихонцами.

- Погодите-ка, - Няша прислушалась, и покрутив ухом прижалась к вазе. – Ага!

- Что «ага»? – переспросил я.

- Произведение искусства, говоришь, - лукаво ухмыльнулась хвостатая. – А вот Няша ему покажет!

И уперевшись руками в вазу, хвостатая вандалка повалила её с пьедестала прямо на пол. Ваза с грохотом, заглушив даже крик ужаса, который издала Юкари, упала, и разлетелась на тысячи осколков. Из них, словно птенец из яйца, выскочил Пудрин, и на четвереньках ускакал к противоположной стене, скрывшись за портьерой.

- Лови его! – крикнул я, попытавшись схватить беглеца.

Мы бросились следом, но шеренга болванчиков успела раньше, сорвав портьеру на пол и отшвырнув в сторону.

Никого. Лишь голая деревянная стена.

- Куда он делся? – Юкари с недоумением обшаривала стену. – Потайной ход? Как он так быстро его открыл?

- Нет тут никакого потайного хода, - я просканировал стену моей чудо-перчаткой. – Там глухая стена. А, вот в чём дело, - я указал на небольшую прогрызенную в дереве дырку на уровне пола. – Ушёл крысиной тропой. Политики такое умеют, у каждого такая тропа припасена на всякий случай.

- И что нам делать? – огорчилась Няша. – Мы же не политики. Мы туда не пролезем. Как же нам его поймать?

- Народ, - скомандовал я, - расширьте дыру, чтобы мы прошли. И быстрее, злодей уходит.

Болванчики навалились на стену кучей-малой, и через несколько секунд нора превратилась в дыру, в которую мы могли спокойно пройти не пригибаясь. Няша заглянуло во тьму. Где-то далеко виднелось светлое пятнышко.

- Надеюсь, - начала она, – это не свет от поез…

- Няша! – рыкнул я. – Ты забыла, в каком месте находишься?! А вдруг оно и вправду? Того?

Няша испуганно зажала себе рот ладонями. Юкари фыркнула, и обнажив катану шагнула вперёд. Я распаковал дрона-фонарика и пошёл следом.

Странно, пол под ногами выглядел как обычный бетон, зато стен было не видать, просто тьма за пределами яркого светового круга. Болванчики топали почти строевым шагом, дружно шлёпая ногами и подлязгивая челюстями. Где-то посередине пути нас настиг призрачный свист невидимого поезда, и сквозь наши тела пронеслось что-то, напоминавшее невидимый ветер. Пролетел шум колёс, еле слышимый, словно далёкое эхо. Я молча показал притихшей Няше кулак.

- Всем следить за языком! – скомандовал я. – Сами всё видели.

Юкари кивнула, а следом за ней и стая болванчиков. Я ускорил шаг, приближаясь к светлому пятну в конце тоннеля, и вдруг всё внезапно исчезло.

Мы стояли в ухоженном саду, за нами высилась стена деревьев, никаких тоннелей даже и близко не просматривалось, а впереди, вплетённые в живую изгородь, высились ворота из кованных металлических ветвей с крайне занятной надписью: «Фискальный рай Пудрина».

- Опа, - удивилась Няша, задрав голову и прочитав надпись, - похоже мы попали в святая святых нашего пациента.

- У людей извращённая фантазия, - презрительно бросил Председатель Мяу.

- Здравствуйте! – раздалось из ближайшего пучка травы. – Чем могу вам помочь? И кто вы вообще такие?

Я обернулся на голос и с удивлением увидел гриб. Хороший такой гриб, примерно полметра росту, с короткими ручками и ножками, одетого в синюю форму и с двумя такими же синими погонами на коричневой шляпке, без просветов, но зато с большими золотыми звёздами.

- Я гриб-налоговичок, - представилось чудо, - а вы кто будете?

- Служба Имперской Безопасности, - я зажёг на ладони голограмму служебного удостоверения. – Нам нужно кое о чём поговорить с гражданином Пудриным. От вас, в соответствии с пунктом 6.2.2 Регламента взаимодействия со службами специальных операций, требую полного содействия в этом вопросе. Вы же ведь не против, не правда ли, гражданин?

- Никак нет! – вытянулся по стойке смирно гриб. – Служу Империи!

Ха! СИБ боятся даже в этом бредовом месте. Будем этим пользоваться.

- Отлично, - кивнул я, - а теперь проводите нас к гражданину Пудрину. У СИБ есть к нему пара вопросов, заодно и расскажете нам, что это за место.

- Добро пожаловать в Фискальный Рай Пудрина! – радостно подпрыгнул гриб. – Пойдёмте, я вам всё расскажу.

Мы пошли по ухоженной дорожке из мелких белых камушков, сквозь действительно красивый парк в галентском стиле, где даже кусты подстрижены в виде абстрактных скульптур. Девочки смотрели на это великолепие широко раскрыв глаза.

- Как вы уже, наверное, знаете (ведь СИБ знает всё, правда?), - начал гриб, - наш хозяин всегда мечтал стать министрам по налогам и сборам, но злые завистники год за годом не давали ему этой должности. Один раз он даже представил проект налогового кодекса самому Императору во время личной аудиенции. О, этот был монументальный труд, плод долгих медитаций и ночных бдений, поиск вдохновения у молодой луны Капитола, долгие диалоги с многочисленными гуру и советниками… Сей труд был напечатан на лучшей бумаге, переплетён в кожу горного лелеерского носорога, и в таком виде был преподнесён Его Императорскому Величеству для ознакомления.

- И как? – поинтересовалась любопытная Няша. – Император ознакомился?

- Ознакомился, - вздохнул налоговичок. – После получаса вдумчивого чтения Его Величество соизволили запустить Проектом в голову хозяина. Тот, не успев увернуться, был нокаутирован, и получив сотрясение мозга, две недели провёл в клинике.

- Так вот почему он подался в заговорщики, - пробормотала Юкари.

- Что же там такое было? – удивилась Няша. – Раз Император в него книгой запустил?

- О! – обрадовался гриб. – Все эти великие идеи вы узрите в этом саду. Да вот, к примеру, одна из них.

Мы вышли на полянку с коротко подстриженной травой. Посередине на бронзовом постаменте красовалось чудо, точь-в-точь похожее на жирного херувимчика, как их изображают галенты на своих картинах, только этот был гораздо больше и зафиксирован ремнями. В пасть херувимчику сыпались золотые монеты со знаком имперского креда, видимо, те самые, что выжимали из «народа», а из задницы монстра выпадали другие монетки, уже с символом галентского экю.

- Это что ещё такое? – обомлел я, глядя на это безобразие.

- Величайшее изобретение хозяина! – провозгласил гриб. – Перед вами Петля Пудрина! Смысл её прост и гениален: все имперские деньги должны быть переданы в управление Галентской Федерации, а для функционирования империи должны выделяться кредиты под… ну, скажем, не очень большой процент, но уже в галентских экю. Соответственно, налоги, собранные с предприятий, взявших кредит, снова поступают в банк галентов, вот он, этот славный херувим, и цикл повторяется по новой. Правда здорово?

- А зачем отдавать деньги галентам? – осторожно поинтересовалась Юкари.

- Как зачем? – задохнулся в негодовании гриб. – Неужели вы думаете, что имперские варвары смогут правильно распорядиться деньгами? То ли дело просвещённая Галентская Федерация, с её многотысячелетней культурой! Вы только посмотрите на их достижения…!

Гриб продолжал разглагольствовать. Толпа «народа», бесшумно следовавшая за нами, подобралась к херувимчику, и принялась обдирать с него золочёные одежды. Я осторожно, подталкивая гриба в спину рукой, и согласно кивая в особенно пафосных местах, отводил всё дальше и дальше от бесчинствующих человечков.

Те, ободрав с херувимчика всю одёжку, сосредоточенно запихивали её ему же в задницу длинной палкой, которую отломали у ближайшего дерева. Херувимчик пучил глаза, нервно дергая короткими ручками и ножками, не в силах противостоять насилию. В пасть ему продолжали сыпаться монеты, так что бедолага даже был не в силах завопить. Наконец, завершив своё чёрное дело и оставив палку трепыхаться между тучных ягодиц, болванчики порскнули в стороны, попрятавшись по кустам.

- Сейчас рванёт, - в полголоса предупредила Юкари.

Я побыстрее увёл гриба подальше от эпицентра.

Бабахнуло знатно. Палка стартовала, улетев в стратосферу и сверкнув на прощанье яркой звёздочкой, а сверху посыпался дождь из золотых монет.

- Что это? – изумился гриб, прервав сою тираду о величии галентов и ничтожестве имперцев. – Что происходит? И что это был за звук?

– Это долгие и продолжительные аплодисменты гению Пудрина и вашей речи, - соврал я. – Видите, даже небо прослезилось деньгами.

- А, - заулыбался налоговичок, - вижу, вы человек образованный, если сумели понять всё величие хозяина. Идёмте, я вам другие чудеса покажу.

Новое «чудо» располагалось на полянке, точно такой же, как и предыдущая, только конструкция посередине была другой, но не менее безумная. Посередине стояла наковальня, словно взятая из кузницы какой-нибудь фэнтезийной игры, в которую была впряжена группка «народа», пытавшаяся сдвинуть конструкцию с места, а на самой наковальне был водружён огромный мешок с золотом, из которого произрастали грибы, похожие на налоговичка, но в серой форме и с защитными шлемами на шляпках.

– Это Тормоз Пудрина, - довольно произнёс налоговичок, - сейчас он проходит испытания. Видите, как народ его тянет? Даже с места сдвинуть не может. А всё почему? Потому что темпы развития имперской экономики не должны превышать темпы галентской. Собственно, для этого и нужен тормоз.

- А почему не должны превышать? – поинтересовалась Няша, наивно захлопав глазами.

- Чтобы конкуренцию не создавать, - удивился налоговичок, – это же естественно.

- А, ну да, - закивала Няша, - действительно.

- А что это за грибы там растут? – спросила Юкари.

– Это ваши коллеги, - довольно улыбнулся налоговичок, - и мои двоюродные братья, грибы-силовички. Они зорко следят за народом, чтобы те хорошо тянули лямку.

Силовички отсалютовали нам резиновыми дубинками, лязгнув прозрачными забралами шлемов.

- Потрясающе, - похвалил я, - идёмте же, мне не терпится увидеть другие творения этого сумрачного гения.

Налоговичок с подозрением посмотрел на меня, но подумав, счёл «сумрачного гения» комплиментом.

Как только мы удалились подальше, из кустов высунулась крючковатая палка, и, зацепив пискнувшего силовичка, сдёрнула его с мешка. В кустах началась возня, но всё быстро стихло. Выждав пару секунд, и убедившись, что никто ничего не заметил, сдёрнули следующего. Когда мы удалились от полянки на приличное расстояние, я обернулся. Группа болванчиков резали ремни, освобождая своих собратьев.

- Скоро их накопится приличная толпа, - шепнула мне Юкари. – Мы с ними справимся?

- Справимся, - шепнул в ответ я, - у меня есть план.

Тропинка вилась среди таких же полянок с новыми и новыми безумными идеями, воплотившимися в жизнь. Надо сказать, что дальше было уже не так интересно. Подумаешь, два мешка денег, названные «стабилизационным фондом» и «фондом национального благосостояния» на которых буйно произрастали колонии силовичков. Здесь я даже нашего провожатого беспокоить не стал, и так всё было ясно.

Мы приближались к центру сада. Там, на искусственном пригорке, стояло вычурное сооружение, напоминавшее помесь чайной беседки с храмом языческого божества, с какой-нибудь отсталой планеты. Мы поднялись по мраморным ступенькам, и в центре зала наткнулись на того, кого и искали. На золотом троне, в позе мыслителя, подперев подбородок рукой, сидел сам Пудрин. Увидев нас, он вскинулся, и по его лице пробежала тень ужаса.

- Нашли! – сдавленно произнёс он. – Ты! – он повернулся к налоговичку. – Ты зачем их сюда привёл.

- СИБ в своём праве, - пискнул гриб, прячась за наши спины. – Кто я такой, чтобы идти против СИБ?

– Вот именно, - кивнул я и продолжил. – Алексей Леонидович Пудрин, вы обвиняетесь в подготовке заговора с целью свержения государственной власти. Ваши сообщники нейтрализованы. Советую вам добровольно сдаться, в противном случае…

- Силовички! – заверещал преступник. – Ко мне!

И тишина. Только топот множества ног был ему ответом. В беседку ввалилась масса народа, некоторые даже были вооружены дубинками, отнятыми у силовичков, да и вообще, в рядах толпы я с удивлением разглядел даже несколько кучек грибов обоих видов. Видать, переметнулись по ходу дела.

- Ну что? – ухмыльнулся я. – Видел? Похоже, ответ тебе придётся держать здесь и сейчас. Народ, - я обернулся к толпе, - что вы думаете по этому поводу?

Всё на секунду затихло, и сотни челюстей прощёлкали два слова:

- ТЫ. ВИНОВЕН.

С небес, словно копьё, спикировала палка, и пробив крышу павильона, пригвоздила изменника к трону. Реальность треснула, выцвела, и рассыпалась серой пылью, а нас выбросило назад, на няшин луг.

Над лугом дул сильный ветер, пригибая траву. Земля мелко подрагивала, и Спящая, с беспокойством оглядев пейзаж, произнесла:

- Время почти пришло. Я чувствую зарождающуюся волну, словно тревожное напряжение. Скоро всё начнётся, а у нас остался ещё один источник помех. Давайте поскорее найдём четвёртый узел искажений…

- Погоди, - прервал её я, - обдумать кое-что надо.

Я щёлкнул пальцами, и рядом со мной материализовался стул, на который я и уселся.

- Ого! – удивилась Няша. – Это ты как?

- Элементарно, - рассеяно отозвался я, думая о другом. – Да, именно так.

- Что «так»? – поинтересовалась Юкари.

- Да ничего, - ушел от ответа я. – Дело в том, что это место чем-то напоминает киберпространство, хотя, естественно, таковым не является. Это реальность, хотя и весьма странная. Так вот, мои способности кибермага вернулись ко мне, а точнее, адаптировались к этому необычному месту. Не уверен до конца, что всё будет работать как надо, но со стулом, как видите, получилось. Так что я начал чувствовать это место.

- Тогда расскажи, что вон там происходит, – попросила Няша, указав рукой направо.

Там, в условной сотне метров от нас, шёл дождь из метровых белых шаров. Шары падали на землю, раскалывались на десятки шаров поменьше, и растворялись в почве.

- Видишь ли, - начал я, - этот, как его назвал полковник, «дримскейп», сформировался во время использования таргонских артефактов. Это пространство ограничено физически, если этот термин вообще здесь применим… Ладно, проще говоря этот псевдомир конечен. Рядом есть другие, я чувствую их смутные тени, но это неважно. А важно то, что мы, считай, выбили три «якоря», на которых этот мир держался. Вполне естественно, что здесь всё начало сыпаться и стабильность нарушилась. Так что, боюсь, нам придётся столкнуться с серьёзными девиациями в последнем узле.

- Ой-ой, - обеспокоенно произнесла Няша, - это что выходит, мой луг исчезнет, как только мы разделаемся с последним нехорошим?

- Интересный вопрос, - ответил я, - и ответа у меня на него нет. Понятия не имею.

- Замечательная перспектива, - вздохнула Юкари, – значит, если здесь всё завалится верхним концом вниз, то и нас прихлопнет, как тех троих заговорщиков?

- Знаешь, Юкари, - задумчиво произнёс я, - сомневаюсь, что в этом месте можно умереть по-настоящему. Да, тех троих выкинуло из дримскейпа, надеюсь и из нашего мира тоже. Вот только куда-то они делись? Подозреваю, что их забросило в другие миры.

- Мне даже стыдно, - поморщилась Юкари, - мы этим бедным мирам такую гадость сделали. А что будет, если этих троих в один мир занесёт? Остаётся только сильно-сильно посочувствовать бедолаге. Эти паразиты там таких дел натворят!

- А мы ещё и последнего туда же отправить собираемся, - в тон ей произнесла Няша. – Ух-ох!

- Отставить жалобы! – я поднялся с кресла. – Выхода у нас всё равно нет. Двигаемся к последнему узлу. Спящая, держи мохнатого засранца при себе, нам он там точно будет мешать. Вон он, последний центр искажения, он же последний столп.

Вдалеке крутилось торнадо, больше похожее на медленно вращающиеся серые кольца.

- Открываю туннель, - предупредил я, - всем приготовиться!

Точно, Спящая была права, это не сложнее чем проложить путь от точки к точке, в реальности 2.0.

Мы аккуратно приземлились на ковёр в каком-то помещении. Я огляделся. Вполне современное здание, выглядит точь-в-точь как какая-нибудь имперская канцелярия, или многофункциональный центр. Я подошёл к окну и посмотрел наружу.

- Нас что, - удивилась Юкари, - вернуло назад, на Капитол?

Я задумался. И правда, вдалеке виднелась громада Кремля, угадывалось здание главного космопорта, только небо чистое, ни одного скиммера, или корабля, да и людей на улице не видать.

- Нет, - покачал головой я, – это опять имитация. Приглядись к зданиям подальше, они словно декорации из театра, схематичны и не прорисованы.

- Жаль, - вздохнула подруга, - я уж было решила, что мы из этого кошмара вырвались. Что ж, пойдём поищем людей.

Мы отправились бродить по этажу и вскоре наткнулись на большой транспарант: «2019-й всегалактический экономический форум». Попетляв по лестницам и коридорам, мы вскоре добрались до конференц-зала, и тихо пробравшись на балкон, устроились в креслах.

Внизу сидела толпа народа. На парящей трибуне в центре круглого зала бубнил докладчик про очередные экономические достижения. Я его даже не знал, видимо какой-то не очень тип известный из правительства. В воздухе висели голографические портреты следующих ораторов, тоже из правящей верхушки: глава Центрального Имперского Банка Набибулина, министр экономики Орешкин, и прочие нудные личности.

- Интересно, - задумалась Юкари, - они что, тоже связаны с заговором? Иначе как их сюда занесло?

- Не знаю, - пожал плечами я, – это их проблемы. Но если так, то заговор созрел весьма масштабный.

- И всё же, - продолжала Юкари, - что-то здесь не так.

- Что не так? – удивился я. – Вроде всё обычно и нудно, как на любой подобной встрече.

– Вот именно, - подтвердила Юкари, - как в реальности. А у тут нас что? Сумасшедший «дримскейп». Что там с теми тремя творилось, а? Один только Грех чего стоил. Или грибы?

- Твоя правда, - почесал в затылке я. – Давай подождём и посмотрим, чем всё это кончится. Других вариантов всё равно не просматривается.

Прошло три часа. Я услышал про монетраные, или как их там, показатели М1, М2 и прочую ересь. Юкари уснула, да и Няша зевала. Конца краю этой скуке на было. Наконец, меня прорвало.

- Закругляйтесь! - заорал я в зал. - Задолбали уже! Сколько можно!

«Закругляйтесь, закругляйтесь, закругляйтесь», - пронеслось эхо по залу, и вдруг всё замерло. Тени исчезли, время остановилось.

«Меня уже начали утомлять эти визуальные эффекты», - подумал я.

- Что происходит? - проснулась Юкари.

В центре, где располагалась трибуна докладчика, начал образовываться вихрь, эдакая миниатюрная чёрная дыра. Из чёрной сферы били тёмные молнии, здорово напоминающие щупальца, и тех, кого они коснулись, утягивало внутрь. Затягивало всё: обломки мебели, кресла, каменную крошку. Странно, но те места, где сидели мы, беснующиеся щупальца обходили стороной.

- Что происходит, спрашиваешь? – ухмыльнулся я. – Мне кажется, это выплеснулась вся тьма из душ тех, кто участвовал в заговоре.

– Это очень поэтично, - пробормотала Няша, прижимаясь ко мне, - но мне страшно!

- Не одной тебе страшно! - возмутилась Юкари. – Артур, обними меня!

Я обнял обеих девушек.

- Если я не ошибся, сейчас оно всё и произойдёт, - обрадовал их я. – Держитесь.

В этот момент мир провернулся.

Другого слова, чтобы описать то, что произошло, у меня не было. Реальность словно вывернули наизнанку, причём в нескольких измерениях сразу, даже в тех, которых я видеть не мог. Потолок развернуло, превратив в ярко голубые небеса, свет ламп стал сетом солнца, а из теней колонн, подпиравших купол зала, выросли самые обычные деревья. Мы сидели на опушке леса, а мимо нас куда-то вдаль вела грунтовая дорога.

- У меня голова кругом, - пропищала Няша. – А это ещё что?

«Этим» оказался большущий чёрный шар, из которого по пояс торчали чёрные тени людей, дёргающиеся и извивающиеся.

- Гадость какая, - скривилась Юкари.

- Знаете что, - произнёс я вставая, - делаем отсюда ноги, пока эта штука не решила приобщить нас троих к своему обществу. Юкари, чёрный тебе не идёт.

- Возражений нет, - вскочила Няша. – Драпаем.

И мы побежали по дороге, подальше от странной гадости. Лично я ничуть не сомневался, что эта штука рано или поздно придёт в себя и поскачет за нами, но вот что делать дальше, я не знал. В первый раз за нами кто-то охотился.

- Кажется, я уже начала привыкать к безумию этих реальностей, - вздохнула на бегу Юкари. – Либо я с ума схожу, либо моя психика приобрела иммунитет. Лучше бы второе.

Мы бежали довольно быстро. Странно, но усталости я не чувствовал и даже не запыхался. Лес постепенно начал редеть, и дорога привела нас в поле, заросшее ярко-зелёной травой. Дорога петляла через траву, и спускалась под уклон, где текла небольшая, но довольно бурная речка.

«Ну и дела, - подумал я. – Здесь цвета ярче, чем в реальном мире, и вижу я гораздо чётче, даже на этой травинке я могу разглядеть мелкие прожилки. Странно всё это».

- А с этим что делать? – Няша указала рукой на реку. – Тут ни моста, ни брода не видно.

- Не знаю, - ответил я. – Давайте спустимся к воде, а там посмотрим. В крайнем случае переплывём, не так уж эта речка и велика.

- Смотрите! – Юкари указала рукой куда-то в бок. – Там семейство бобров повалило дерево, наверное, будут строить плотину. Никогда не видела этих животных в дикой природе.

- Вот и славно, - обрадовался я, - может мы по ней и переправимся. Надеюсь, бобры в обиде не будут.

Я запустил в воздух маленького дрона-наблюдателя, и перед моими глазами открылось виртуальное окошко с изображением из камеры летуна. Я поднялся повыше и оглядел лес. Вдалеке упало дерево, и стая птиц с воплями разлетелась в стороны.

– Вот же ж сволочь, - выругался я. – Так и знал, что эта дрянь за нами увяжется.

- Где? – обернулись ко мне девушки.

- Там, - я указал на холм, с которого мы спустились, ещё в лесу. Отсюда не видно. Няша, что там с бобрами? Построили плотину?

Няша посмотрела на реку.

- Да, - произнесла она странным голосом, - построили. Сейчас генераторную и подстанцию заканчивают.

Я резко обернулся.

Река увеличилась в размерах, примерно на порядок. Через неё протянулась огромная дамба с шлюзом, извергавшим потоки воды из сливов гидрогенераторов. Команда бобров в коричневых брезентовых комбинезонах споро мастерила опоры линий электропередач, монтируя провода. Из здания подстанции слышались звуки электросварки и летели снопы голубых искр.

- Твою мать, - обескураженно произнёс я.

Позади нас, на холме, у подножья которого мы только что стояли, а теперь оказавшемся примерно в километре, появился чёрный шар с извивающимися тенями. Он остановился, повертелся на месте, словно ища нас, и стремительно покатился вниз.

- Бежим! – крикнул я.

Мы пронеслись мимо бобров-строителей, прямиком к строящейся плотине. Бобёр-прораб что-то орал нам в след, размахивая жёлтой каской, я не смог разобрать ни слова, но подозреваю, что нечто матерное.

- Артур, что там сзади, - спросила Юкари, - я боюсь оборачиваться, а у тебя дрон летает. Вдруг всё снова поменяется?

- Войска бобров вступили в схватку, - ответил ей я. – Прикинь, у них тут даже танки есть.

- Откуда танки на плотине? – изумилась Няша.

- Меня не спрашивай, - отмахнулся я. – Сама видела, что здесь творится. Вот если провернётся мир ещё раз, тут может появиться что угодно.

Мир провернулся.

Я пришёл в себя стоящим на крепостной стене фэнтезийного замка. Занималось утро, над равниной, под крепостными стенами, плавали серые клубы тумана, солнце ещё не показалось из-за гор, но было уже довольно светло. Внизу, на замковом дворе, суетились солдаты, кто-то таскал бочки с арбалетными стрелами на крепостную стену, кто-то заряжал примитивные пушки, а некоторые просто валяли дурака и дымили из варварских деревянных трубок.

- Ваше магичество! – раздался голос у меня за спиной. – Уж как я рад, что «Неистовая тройка» соизволила откликнуться на наш запрос. Будьте уверены, в деньгах не прогадаете, только избавьте нас от этой напасти!

Я обернулся. Ко мне бежал низенький толстый мужичок в богатой одежде и цепью мэра на шее. Бедолага причитал, заламывал руки и ухитрялся кланяться на бегу. Видать сильно его прижало.

- И что у нас плохого? – поинтересовался я, ударив посохом по камням крепостной стены.

Только сейчас понял, что держу в руке посох.

- Всё кроме Дурного Ветра подождёт, - отрезал мэр. – С гоблинами, умертвиями и зомбаками справятся рыцари, но Дурной Ветер им точно не по зубам. Если кто и сможет с ним потягаться, то только вы. Эта погань уже разгромила город озёрного народа, и теперь движется к нам.

«Озёрный народ», говоришь? Уж не бобры ли это часом, из прошлого глюка? Тогда всё ясно, странная погань идёт за нами по пятам.

- Если и вы не справитесь, - грустно констатировал мэр, - то нам точно хана. Сильнее героев, чем вы, в наших краях не сыскать. Т кота-оборотня одолели, и демонов-таргоидов и…

Опа. Интересно тут отразились наши недавние злоключения. Вот не пойму я, реален этот мир или нет? Может нас и вправду мотает по неким параллельным пространствам? Поди, разбери. Это не реальность 2.0, в этом я точно уверен. Киберпространством тут и не пахнет.

- Дозорных отправляли? – поинтересовалась Юкари.

Сейчас она была одета в классический нихонский доспех, видели, наверное, такие штуки в фильмах про самураев? Эдакая хрень, шлем с рогами и маской в виде морды демона, закрывающей лицо, кираса, похожая на плетёный коврик и наручи с поножами, словно собранные из щепочек. По мне так наряд абсолютно неудобный и не функциональный, особенно эти рога. Юкари поймала мой удивлённый взгляд, вздохнула и ответила:

- Да ты и сам не лучше выглядишь.

Я украдкой оглядел себя. Мои брюки, майка и джинсовая куртка исчезли, превратившись в классический балахон мага со звёздами и оккультными символами. Хорошо хоть дурацкого магического колпака на голове не было, и на том спасибо.

- Отправили пятерых лёгких кавалеристов, - ещё раз вздохнул мэр, но они ещё не вернулись. – А может и не вернутся больше.

- Тогда нам непременно надо заняться разведкой, - заявила Няша. – Артур, пошли дрона, а?

Наша просто сверкала. Короткое пышное платьице, белые туфельки с золотыми пряжками, две розовые ленты в волосах, и огромный розовый бант на хвосте.

- Ну и как тебе, ня? – поинтересовалась хвостатая, повернувшись вокруг своей оси.

- И почему кавайное достаётся тебе? – поинтересовалась Юкари, звякнув железками.

- Так ты же танк, - удивилась мелкая, – вот и лязгай себе. А я хилер и вообще поддержка. Как я, по-твоему, в этом платье танковать буду?

- Вечно тебе все красивые шмотки достаются! – погрозила катаной Юкари. – Тогда, когда мы минотавра обобрали, кто купальник увёл?

- Так он же тебе мал был, - удивилась Няша. – С твоими-то сиськами. А мне в самый раз. Артур, тебе какая грудь больше нравится, большая или маленькая?

Я закатил глаза. Мэр тихо кашлянул.

- Может поищите моих парней, а, ваше магичество? – попросил он.

Я пожал плечами, и щёлкнув пальцами распаковал дрона-шарика с видеокамерой.

Прямо передо мной возникло летающее чудище, огромный глаз в обрамлении щупалец с глазами поменьше на самом кончике каждого отростка.

Ну да. Глазун. Один из стандартных монстров фэнтезийного пантеона. Бедный дрон, в какую дрянь он превратился. Боюсь даже доставать мои бомбы-батарейки, а вдруг я ими этот городишко ко всем фэнтезийным чертям снесу? Энергии в них полно. Ладно, попробуем отправить на разведку Глазуна.

- Ищи пропавших конников, - приказал я. – И Дурной Ветер. Я хочу взглянуть на него поближе.

- …Вот ня тебе! – раздалось сзади.

Я обернулся. Морда демона на юкарином шлеме превратилась в маску котика, а вместо рогов выросли две рыжих косы. Доспех стал розовым, в мелкие золотые сердечки, кольчужная юбка превратилась в юбку обычную, со складочками, на наручах красовались два огромных голубых банта.

- Ты что натворила, дурында?! – возмутилась Юкари. – Как я теперь врагов устрашать буду?!

– Значит, будешь теперь умилять до смерти, - возразила Няша. – Сама же хотела что-то кавайное. Или тебе цвет не нравится? Могу перекрасть в полосатый, как твои трусы.

- Няша, у тебя полностью отсутствует чувство вкуса. Это больше похоже на клоунский наряд.

- Ничего страшного. Пока они будут ржать, ты порубишь их на куски.

- Сейчас я тебе покажу, мелкая! Попробуй у меня хоть раз печеньки своровать, уж я тебя…!

- За что я вас люблю, девочки, - с чувством произнёс я, - вы адаптируетесь к любой ситуации. Даже в самом аду вы устроите срач.

- Да разве это срач! – возмутилась хвостатая мелочь. – Вот вернёмся домой …

- Тихо! – поднял руку я. – Есть картинка.

Я повёл рукой, и в воздухе открылось виртуальное окно, словно видеочат в киберпространстве. Блин, ведь на автомате действовал, и надо же, получилось.

Картинка показывала довольно большую группу конников, одетых кто во что горазд, и скачущих во весь опор по лесной дороге. Следом за ними, на достаточно большом расстоянии, летела какая-то непонятная серая хмарь. Я увеличил изображение.

- Дурной Ветер, - хмуро отозвался мэр. – И местные разбойники.

Хм. Это и правда было похоже на ветер. Клубы серой гадости летели вперёд, и из завихрений серого воздуха то и дело возникали малоприятные рожи. Было непонятно, то ли всадники с ним заодно, то ли они от него драпают. Я опять переместил камеру.

- Кажется вот этого я видела в новостях, - задумчиво произнесла Няша. – И вот этого тоже. Только они тогда были в хороших костюмах, а не в рванине. И вон та полуголая атаманша явно Набибулина. Эту страшную тётку я ни с кем не спутаю. Лучше бы оделась поприличнее, она совершенно не кавайна.

И правда. Некоторых деятелей я узнал, их и вправду показывали в телевизоре в новостных репортажах. И как их угораздило превратиться в эдакое? Или же это и вправду их внутренняя сущность?

- Я всегда знала, - произнесла Юкари, обнажая катану, - что политики — это настоящие головорезы, и только выглядят приличными людьми. Ну я им сейчас покажу. Тэнно хэйка банзай!

Юкари спрыгнула вниз, прямо с крепостной стены, и к моему удивлению, плавно спланировала на землю. В этот же момент из леса показалась вереница всадников. Быстро развернувшись в атакующий строй, они ринулись в атаку.

- Чего ждём? – поинтересовался я у мэра. – Выпускай своих рыцарей. Одна Юкари отдуваться будет?

- А вы? – переспросил мэр.

- Обо мне не беспокойся, - фыркнул я. – Режим номер четыре! Чёрный дракон.

Меня превратило. Совсем не так, как в гигасе, меня натурально превратило. То ещё ощущеньице, надо сказать. Не то, чтобы больно, но мерзопакостно чрезвычайно. Словно тебя вывернули наизнанку, выжали, выкрутили, снова вывернули и вылепили нечто совсем иное.

- Ну? – я повернул свою длинную шею к обалдевшему мэру. – Превращения всегда портят мне настроение. И если я сейчас не увижу подмогу Юкари, я сделаю из тебя бутерброд. Жареный.

Мэр икнул и кубарем скатился вниз со стены. Затрубили трубы, и из растворившихся створок ворот навстречу врагу устремилась тяжёлая бронированная конница. Я оттолкнулся задними ногами и взмыл в воздух.

А ничего так летается. Вот бы не подумал, что смогу проделать это наяву. Хотя, какое тут «наяву». Это место - помесь сна с виртуальной реальностью, одна проблема, оно реально до жути. А ведь было у меня опасение, что свалюсь я вниз как мешок известно с чем, но ничего, взлетел. Попробуем протестировать пламя.

Полыхнуло словно плазменная горелка. Яркий выхлоп чистого белого пламени прошёлся по рядам врагов, превратив в пепел добрую дюжину разбойников. Прикольно, мне это начинает нравиться.

- Артур! – раздался негодующий вопль снизу. – Ты меня забыл! Я тоже хочу полетать.

Я заложил вираж, и пронёсся на бреющем полёте над землёй. Няша, ловко подпрыгнув и перевернувшись в воздухе, приземлилась прямо ко мне на спину.

- Вперёд, лошадка! – крикнула она, постукивая каблуками сандалий по моей чёрной броне. – Отнеси меня к полю битвы. О, вот и жертвы.

Я поднялся повыше и спикировал на орущую толпу, потерявшую всякое подобие строя. Внизу орудовала своим мечом Юкари, рубя врагов напополам изящными ударами. Странное дело, обычно все, кого мы убивали в дримскейпе, расточались чёрным дымком, но здесь всё было иначе. Прорубившись сквозь группу одетых в подобие доспеха бывших политиков, моя подруга, после короткого обмена ударами, снесла голову атаманше Набибулиной, но та, упав на землю, просто исчезла.

- Ты тоже это заметил? – спросила Няша, указывая пальчиком вниз. – Они не умирают. Они исчезают.

- Подозреваю, что моё предположение оказалось верным, - ответил ей я. – Мы стираем их из этого мира, но они возникнут в другом.

- Но это уже не наши проблемы, - фыркнула хвостатая. – Дай-ка и я что-нибудь отчебучу. Ну-ка! Тили-тили, трали-вали, с неба тыквочки упали! Разрывная тыква – страх! Бах, и голова в кустах.

- Ужасно, - прокомментировал я. – Стишки твои ужасны…

С неба, словно удар батареи РСЗО, оставляя огненный след, посыпались тыквы, и ударяясь о землю, с оглушительным грохотом взрывались, перемалывая всех, кто попал под удар, в труху.

- Няша, негодница, ты что творишь? – раздался негодующий крик Юкари. – Ты меня всю землёй испачкала!

- Больше безумия! – не слыша негодующий вопль подруги верещала мелкая. – Больше дурацких заклинаний! Восстаньте плюшевые мишки!

Всё. Няшу понесло. Дорвалась мелкая нахалка до могущества. Из земли, разрывая себе проход огромными лапами, выкопались гигантские плюшевые медведи с глазами-пуговицами. С неба, словно горох из пакета, сыпалась всякая жуть. Радужные волшебные пони с гусеницами вместо ног и пулемётом под хвостом. Розовые свинки-камикадзе радостно лезли обниматься и взрывались с весёлым хрюканьем. Хищные летучие банты оплетали лентами жертву и пожирали, не оставляя даже одежды. И прочее, прочее, прочее…

- Няша, стой! – взвыл я. – Это уже не фэнтэзи, это ужасы получаются! Не смешивай жанры!

- Няшные фэнтезийные ужасы! – подпрыгивала Няша, размахивая волшебным жезлом. – Ура, я открыла новый литературный жанр!

Солнце померкло, и над полем безумной битвы появился Дурной Ветер.

Истлели и обратились в пепел гигантские медведи, поняшки рассыпались сверкающими брызгами, все няшины порождения исчезли, соприкоснувшись с облаком серого тумана. Всё, что попадало в клубы злобного марева или исчезало, или рассыпалось чёрным дымом, всё, кроме нас троих.

Я приземлился.

- Юкари, - скомандовал я, - давай ко мне на спину. Надо держаться вместе.

Юкари кивнула, и уселась рядом с Няшей. Я взлетел и попробовал выдохнуть пламя.

Бесполезно. Всё заволокло серой гадостью. Исчез город, исчезло небо, не было больше ничего, кроме этой мерзопакостности.

- Проклятье, - выругался я, - делать-то что? Спящая! Ты где? Помогай давай!

- Помогай, - хмыкнул из пустоты голос Спящей. – Вы и сами неплохо справляетесь. Вон, какой бардак учинили. Давайте ещё разок? На бис.

- Не могу, - надулась Няша. – В этой гадости моя магия не работает.

- И не будет, - отозвалась Спящая. – Всё это иллюзия. Вас будет кидать из реальности в реальность, раз за разом, пока вы не найдёте того, кто за этим стоит.

- И кто стоит? – поинтересовался я.

- Не тупи, Серебряков, - с неодобрением отозвалась чужая. – Сам уже должен был понять. Вы разрушали ядро дримскейпа, разобравшись с очередным главой Великого Дома, который по совместительству работал якорем аномалии. Здесь же вы его ещё в глаза не видели. Кто там последний остался?

- Силуванов, - мрачно произнёс я.

- Ну? – поторопила Спящая. – И как его в сети называют?

- «Серый кардинал Капитола», - ещё мрачнее ответил я. – Выходит, мы тут зря дурака валяли?

- Ага, - согласилась она. – Сейчас, когда реальность нестабильна и отзывается на ваши желания, ты мог просто пожелать оказаться рядом с ним.

- Тьфу! – я плюнул в туман огненным шаром. – Хочу оказаться там, где прячется последний глава последнего Великого Дома!

Мир провернулся.

Вокруг был один песок и руины древнего города. Мы стояли рядом с рассыпающейся стеной и щурились на солнце.

- Тепло, хорошо, - произнесла Няша, потянувшись. – О, наша одежда вернулась.

- Хоть эти дурацкие доспехи исчезли, - с облегчением сказала Юкари. – В них я выглядела как дура. Особенно с этими бантами.

- Ну ведь миленько же было! – Няша потыкала пальчиком Юкари в бок. – Согласись же!

- Не буду соглашаться! – отрезала Юкари. – Ни за что. И где последний негодяй?

- Прячется, - задумчиво ответил я. – Вот только где? Я чувствую, что он рядом, но найти не могу.

Странное дело. И руины, и высохшее дерево посередине небольшой площади, и даже камни отбрасывали тени в разные стороны, словно над каждым висел источник невидимого света. Я задрал голову. Солнце было в зените, так что теней быть вообще не должно, но они были. Где-то на границе зрения что-то шевельнулось. Я скосил глаза, и успел рассмотреть, как одна из теней метнулась к соседней и затаилась. Занятно. Я плюхнулся на песок и прислонился к изъеденной ветром каменной кладке. Поганый материал. Песчаник.

- Хорошо-то как! – я поёрзал задом, устраиваясь поудобнее. – Вроде бы и пустыня, но совсем не жарко. Такое приятное тепло. Сейчас бы по коктейльчику сообразить, и улечься загорать.

- Эй-эй, Артур, - возразила Няша, - нам нужен последний злодей, замочим его – и домой. Не время прохлаждаться!

Точно. Тень шмыгнула от большого камня, и прячась в развалинах старого фундамента поползла к нам, словно тёмная волна на фоне старых кирпичей. Я распаковал дробовик. Юкари удивлённо посмотрела на меня. Я указал глазами в направлении странной тени. Подруга, сделав вид, что потягивается, аккуратно повернулась в нужном направлении.

- А что, - произнесла она, - может и вправду нам стоит немного передохнуть? А то шляемся из мира в мир, воюем, убегаем. Надоело.

- Да вы что, совсем с ума посходили? – взвилась Няша. – Я уже по горло сыта этими…

Тень метнулась к Няше. Я, прямо из положения сидя умудрился перекатиться на бок и дёрнуть её за ноги. Тень пролетела мимо, загудел рассекаемый воздух и солнце блеснуло на лезвии катаны. Я перекатился ещё раз и дал залп. Бабахнуло, и из тени вышибло лысого мужика, одетого в самый обычный костюм.

- А вот и ты, северный олень, - сплюнул я.

- Агенты, - злобно произнёс мужик, - достали-таки. Как вы ухитрились разглядеть меня в тени?

- СИБ видит всё! – патетически изрёк я. – А ты – Силуванов, я полагаю? Ну да, морда похожа.

- А чего он в тени делал? – обалдела Няша.

- Ну как же, - ухмыльнулась Юкари, - он – «серый кардинал», тот, кто руководит из тени. А в этом безумном пространстве метафоры стали явью.

- Отлично, - произнёс я, беря бунтовщика на прицел. – Гражданин Силуванов, вы арестованы по обвинению в попытке государственного переворота и свержения законной власти. Я так понимаю, именно вы главарь этой шайки?

- А с чего бы мне тебе отвечать? – прищурился бунтовщик.

- Ну как же, - пожал плечами я. – Закон жанра. Финальная встреча героев со злодеем, и, прежде чем вступить с ними в схватку, злодей обязательно выкладывает все свои коварные планы. Так что давай исповедуйся, паразит.

- Да ты пересмотрел галентских фильмов, - захохотал Силуванов, - никогда бы не подумал…

Тут его перекосило.

- На самом деле, - глухо произнёс он, пытаясь справиться с лицевыми мышцами, - это и вправду была моя идея, устроить этот заговор.

- Видишь, - я повернулся к Юкари, - сработало. Я знал, что сработает. Самые безумные фантазии, самые дурацкие литературные штампы, всё это воплощается в реальность. Продолжай, продолжай, - я махнул рукой Силуванову. – Спецслужбам это будет интересно.

- Да, спецслужбам, - Силуванов уже не пытался сопротивляться, - про них я ещё расскажу. Ты что, не видишь, что происходит в Империи? Император слаб. Он полагается на эту его идею, «сдержек и противовесов». Именно поэтому нет министерства имперской безопасности, а только служба. Каждый глава сектора равен по полномочию другому, а император играет на их противоречиях. Следит, чтобы никто не возвысился сверх меры. Именно этим мы и воспользовались. Великие дома набирали силу, и наконец сделали то, что должны были. Мы поделим Империю на части, каждый будет править своим куском, как истинный монарх. Мы учредим сословное общество, как в Амаррском халифате, чтобы вы, скотобаза, быдло поганое, не смели считать себя равными нам, истинным аристократам. Мы станем маркизами, баронами, графами и герцогами, а чиновники, лояльные нам, получат дворянство попроще, без титулов. Но всё равно они будут выше вас, смердов.

- Вы решили растащить Империю на куски? – тихо произнесла Няша. – Вы хотите разрушить мой дом?

- Да плевать я хотел на твой дом, - хохотнул Силуванов, - кто вы вообще такие? Вы пыль под ногами. Грязь.

- Вот значит как оно на самом деле, - холодно произнёс я. – Прав был полковник, отпускать вас живыми нельзя. Ты последний остался. Хочу тебя обрадовать, всех этих, «без титулов», тоже сюда засосало, и мы их успешно перемололи в труху, буквально только что. Так что, скотина, теперь я тобой займусь.

Бахнул выстрел, облако тяжёлой картечи отшвырнуло Силуванова на обломки колонны, и та рухнула вниз, поднимая облака пыли и песка.

- Мочканули? – радостно вытянула уши Няша.

- Хрен вам, - раздалось из-под обломков. – Даже не поцарапали.

Из кучи мусора вырвалась тень и взметнулась в небо. Из пульсирующего сгустка тьмы ударил чёрный луч, туда, где мы только что стояли, сплавив песок в стекло.

- Прячьтесь, - крикнул я девочкам, - у него лазеры!

Лазеры не лазеры, а шмалял гад лучами знатно. Я, правда, в долгу тоже не оставался, паля из своей помповухи, но толку от этого было мало. Вроде бы что-то изобразила Юкари, заорав «Кэн но казе!» и выпустив в противника несколько воздушных клинков, но в эффективности я не уверен. Тень отшатнулась, но видимых повреждений не получила. Так мы и скакали, минут десять-двадцать.

- Швах дело, - доложил я, когда мы втроём спрятались в развалинах двухэтажного дома. – Я думал, у него энергия истощится, но что-то этого не видать. Эх, был бы у нас какой герой…

- О, Артур Серебряков, - раздалось за моей спиной, - кого только во сне не увидишь. Привет!

Я обернулся. Прямо за мной стоял наш знакомый фелин, Сергей Маслов, и с интересом рассматривал округу.

- Ты как тут оказался? – обомлел я.

- К тебе тот же вопрос, - пожал плечами он, - ты мне впервые снишься.

- В смысле? – не понял я.

- В прямом, - снова пожал плечами он. – Я сейчас дома дрыхну, в своей служебной квартире на Капитоле. В этом я абсолютно уверен.

- А это? – я обвёл руками вокруг. – Тебе не кажется, что это место слишком реально для сна?

- Да не, всё нормально, - отмахнулся тот. – Со мной такое иногда случается. Это так называемые «управляемые сны». Не такое уж и редкое явление, кстати. Они отличаются необычной чёткостью, в них можно спокойно перемещаться, брать предметы, всё будет ощущаться как реальность. Только это сон.

- Вот значит как, - задумался я. – Значит «управляемое сновидение»? Слушай, раз это для тебя просто сон, так может поможешь нам с одним вражиной. Его зовут Силуванов, и сейчас он выглядит как большая летающая клякса…

- Это не Антон Германович Силуванов, часом? – прищурился фелин, поджав верхнюю пару ушей.

- Он самый, - ответил я, - а что?

- А то, - прорычал Маслов, - что этот урод обломал мою карьеру в планетарной администрации Теонислы. Где этот подонок? Сейчас я ему задам!

- Вон он, - Няша указала рукой в сторону чёрного облака. – Клубится.

В руке фелина сам собой возник депутатский посох.

- Силуванов, говнюк! – проорал Маслов, взмывая в воздух. – Я пришёл за тобой!

Фелин взвился вверх, обдав нас волной песка. Посох в его руке зазмеился молнией, и в сторону облака полетела электрическая дуга.

- Как это у него так выходит? – удивлённо спросила Няша.

- Так и выходит, - хмыкнул я. – Кто недавно резвился, кидался тыквами, призывал монстров? А? Он полностью уверен, что спит, так что никаких тормозов у него нет, может творить, что в голову взбредёт, а в дримскейпе, по-видимому, это воплощается в реальность.

Злой фелин атаковал врага крутясь в воздухе, словно скоростной корвет вокруг неповоротливого дредноута. Я даже не мог разобрать, чем это он бьёт, то ли просто посохом, то ли какими приёмами, всё было настолько быстро и расплывчато, словно сплелись два пятна, чёрное, и чёрное мохнатое. И, похоже, мохнатое одерживало верх.

- Всё же приятно, что хоть раз финальную битву приходится наблюдать, а не вытягивать самой, - произнесла Юкари, положив руки на эфес катаны, воткнутой в песок. – Вот это скорость! Если бы я и вправду заморачивалась боевыми искусствами, я бы страшно завидовала.

Облако-Силуванов извернулось и ухитрилось выписать Маслову сочный хук. Маслова подкинуло вверх, закрутив в воздухе, но он сумел перегруппироваться, и спикировал вниз, пронзив врага своим посохом, словно копьём. По пустыне разлетелся неприличный звук, похожий на отрыжку, и на землю упал бывший министр финансов, член совета безопасности, и прочая, прочая, Антон Германович Силуванов.

- Красиво летел, - похвалила Няша. – И шмякнулся знатно.

Я подошёл к телу.

Силуванов лежал, раскинув руки, из уголка его рта кинематографично текла струйка крови. Маслов, изрядно потрёпанный, подошёл ко мне и встал рядом.

- Хорошо ты его приложил, - похвалил я. – Это последний из заговорщиков.

- Каких заговорщиков? – не понял фелин.

- Что там у вас на Капитоле творилось? - переспросил я.

- Дичь какая-то, - неуверенно произнёс Маслов. – Телетрансляцию прекратили, по всем каналам показывают балет «Лебединое озеро» с Майей Мявченко. Эх, какая краса! Блестящая белая шерсть, с отливом в серебро, статный хвост…

- Заговор у вас случился! – перебила его Няша. – Император в бегах, а эти засранцы власть захватили.

- Так как он тогда тут очутился, в моём сне? – не понял фелин.

- Долгая история, - отрезал я. – Некогда рассказывать. Добей его.

- Вы ещё поплатитесь! – прошептал Силуванов, пуская кровавые пузыри. – Я ещё…

- Не вернёшься, - хором произнесли мы, и Маслов пронзил лежащего своим посохом.

Ренегат дёрнулся и растаял.

- Вот это сон так сон, - радостно пожав нам руки произнёс фелин. – Не забыть бы его к утру. А теперь, чувствую, моё время на исходе. Пока!

Фелин растаял, а на пустыню словно упала тень. К нам, прямо из воздуха шагнула Спящая, держа за шиворот Председателя Мяу.

- Молодцы, - похвалила она. – Наконец-то последнее препятствие устранено. Теперь нам надо срочно отправляться к точке управления, скоро начнётся искажение реальности.

- Не так быстро, - ледяным тоном произнесла Юкари.

Катана вылетела из ножен и острие замерло в миллиметре от шеи Спящей.

- У тебя какие-то вопросы? – спокойно произнесла та.

- Я ненавижу тебя, тварь, - всё тем же ледяным тоном продолжила Юкари. – Мой дед, пытаясь осуществить свою мечту, сделал из меня мечника, хотя я ненавижу и боюсь оружие. Старый пень хотел чтобы я стала наследником, ведь мои родители удрали. Дурень, кто ему мешает заделать бабке нового ребёнка? Но это пол беды, у него ничего бы не вышло, если бы не ты. Он заключил сделку, и подселил тебя в моё тело. Что ты с него взяла за это, тварь?

- Не твоё дело, - отрезала Спящая.

- Как раз моё! – окрысилась Юкари. – Ты, дрянь, заставляла меня плясать с этой железкой на радость деду. Я ни за что не прощу ни тебя ни его, из-за его эгоистичных желаний разрушилась моя мечта. Я хотела быть тихой и мирной Юкари, быть идеальной женой, а что вместо этого? Артур увидел мою истинную сущность: холодная девка, режущая людей без тени сомнения.

- Ну, Юкари, - встрял я, - всё не так плохо на самом деле. Я же говорил, и повторю снова, я тебя люблю и с мечом, и без меча. Юкари – всегда Юкари.

- Да, сестричка, - подключилась Няша, - мы тебя не бросим.

- Спасибо вам, - голос подруги на мгновение дрогнул, но снова обрёл твёрдость, - но это не значит, что я тебя простила, мерзкий дух.

- Дух говоришь, - усмехнулась Спящая. – И как же ты собралась убить духа этим мечом?

- Не прикидывайся дурой! – резко оборвала её Юкари. – Ты не хуже меня знаешь, что в этом месте ты уязвима. Здесь мы можем играть на равных.

- Солнце моё, - я подошёл к Юкари и взял её за руку, - она нам ещё нужна. Без неё мы не сможем правильно задействовать сеть.

- Знаю, - вздохнула Юкари, - поэтому и не убила до сих пор. Однако кое-что я могу сделать.

Она отстранилась от меня и резким взмахом рассекла воздух между ней и Спящей. По пустыне пронёсся звук, словно лопнула струна, и дух-наблюдатель отшатнулась.

- Как ты это сделала? – сдавленно произнесла она.

- Я же сказала, - мрачно ответила Юкари, - здесь и сейчас ты уязвима, поэтому я разрываю нашу с тобой связь. Отныне ты больше не сможешь воспользоваться моим телом.

- Вот значит как? – насмешливо произнесла Спящая, - Хорошо. Только одно ты забыла. Порвав со мной, ты лишилась своего талантика копировать что угодно и куда угодно. Ведь, в сущности, он был и не твой, а мой.

- Я уже сказал тебе, - я повернулся к цифровому духу. – Юкари мне дорога даже без всяких талантов. Проживём.

- Именно это я и желала услышать, - улыбнулась подруга. – Спасибо ещё раз. Нет, я не просчиталась, - она повернулась к Спящей. – Это ты просчиталась. Ты не учла один фактор: как только ты брала надо мной контроль, заставляя делать то, что я не хотела, ты становилась полностью открытой для меня. Так что я давно скопировала все твои знания, умения и память. Только не разобралась с этим ещё. Не надейся, всё останется при мне.

- Что?! – лицо спящей исказила волна ярости, так что она перестала походить на человека. – Да ты поняла, что сделала, девчонка? Разглашать тайны Спящих недопустимо! Мне придётся…

В лоб ей упёрся ствол дробовика.

- … выбить тебе мозги, если дёрнешься, - произнёс я. – Или то, что там у тебя вместо мозгов, в физиологии Спящих не силён. Я ясно выразился?

- Куда уж яснее, - злобно заявила она. – Ладно, сейчас не до этого, но я не забуду. Идите за мной.

В воздухе открылось круглое окно портала, и Спящая, шагнув в него, исчезла.

Я подошёл к Юкари и обнял.

- Давай заканчивать с этим дурацким делом, - произнёс я. – Всё, осталось немного. Если выживем, отправимся отдыхать. Да? Девочки, идём.

Я взял их за руки и шагнул в портал.

На этот раз луга не было. Мы стояли на бесконечной белой равнине. В небе ярко сияли «звёзды», сеть Спящих активировалась, избавившись от источника помех, и была полностью готова к работе. Невдалеке от нас стояло нечто, напоминающее кабину грузового скиммера, только без дверей и с одним креслом.

- Вот это, - Спящая указала рукой на кабину, - специально созданный для текущего момента центр управления. Он позволит запустить сеть в режиме барьера, но есть одна проблема. Никто не ручается за результат, и из-за полного различия в технологиях потребуется кто-то, кто сможет держать её под контролем, во время работы.

- Договаривай, - произнёс я, подозревая подвох.

- Выживание этого кого-то не гарантируется, - спокойно произнесла Спящая. – Из-за полной несовместимости наших разумов. В лучшем случае он сойдёт с ума.

- Мне не нравится эта перспектива, - произнёс я, на всякий случай сняв предохранитель с дробовика.

- Других вариантов нет, - пожала плечами Спящая. – Впрочем, я всё предусмотрела заранее. Как ты думаешь, зачем я создала тело для неё? – она указала пальцем на Няшу. – И почему она так легко оперировала виртуальной частью наблюдательного сенсора, хотя никто другой даже дотронуться до него е мог? Это я вложила в неё часть своих способностей, и всё ради этого момента. Иди сюда, искусственное существо, и прими свою участь. Ты жила только ради этого часа.

- Я знала, что так будет, - залепетала Няша, - я с самого начала это чувствовала…

- А ну стоять! – рявкнул я, ухватив мелкую за шиворот и пряча за спиной. – Никуда ты не пойдёшь.

- Ты понимаешь, что делаешь, Серебряков? – с презрением произнесла Спящая. – Из-за твоего эгоистичного желания спасти её, миллионы жизней оборвутся, когда нахлынет волна искажения.

- Ты мне эту хрень не втирай, морда хитрая, - отрезал я. – Я уже взрослый мальчик, и на эту фигню не куплюсь. Ты что думаешь, я поверю во всю эту ересь?

- Я всегда знала, что ты жалок.

- Ты мне не дерзи, жопа, - процитировал я нашего начальника, досылая патрон в ствол. – У Юкари на тебя зуб, и у меня теперь тоже. Учти, я не верю тебе ни на грош. Няша, дай-ка мне свою руку. Ага. Значит, вложила в неё свои способности? Отлично. Я уже заметил, что активируются они, когда я её касаюсь. А теперь… - я вздохнул и произнёс, - в этом месте все будут говорить только правду.

Спящую перекосило. Её лицо съехало на сторону, руки изогнулись, а нижняя часть туловища вообще потеряла форму, так что засланка действительно стала походить на духа, джинна из амаррских сказок.

- Ты испортил мои настройки, - прошипела она, - моя структура повреждена!

- А скажи-ка моя ненаглядная, - ласково произнёс я, игнорировав обвинение, - ответь, зачем ты хотела заманить в эту штуку Няшу? Уж не затем ли, чтобы при прохождении волны искажения реальности максимально обезопасить анклав Спящих, за наш счёт, естественно.

- Да, - глухо отозвалась та, - именно поэтому я и стала с вами сотрудничать. Когда ты догадался?

- Как только узнал об этой волне искажения, - вырвалось у меня. – Но заподозрил неладное раньше, когда ты помогла Няше создать тело. У тебя должна была быть какая-то причина сделать это.

Точно, и мне приходится говорить правду.

- Ты нас с самого начала обманывала! – возмутилась Няша. – Я чуть было не поверила.

- Это тебе урок на будущее, - я подошёл к ней поближе, - никому нельзя верить. Мне – можно. Ну, и Юкари, конечно.

- Значит, без меня ты не сможешь сделать то, что задумала? – задала вопрос Няша. – Изолировать Спящих?

- Без тебя – нет, - выдавила дух.

- Есть ли возможность использовать сеть в качестве барьера, как ты нас убеждала в начале? – поинтересовалась Юкари.

- Есть, - ответила Спящая, дёргая руками. – Я вам не врала. Но это выведет её из строя.

- Отлично, - произнёс я, - и у нас даже есть смертничек для этого. Эй ты, морда мохнатая, полезай в будку.

- Ты меня угробить решил? – взвыл Председатель Мяу.

- Ага, - согласился я, - и поверь, рука не дрогнет. Это будет твоим наказанием. А ну пошёл!

Председатель через силу поплёлся к кабине и плюхнулся в кресло.

- А теперь ты, - я указал стволом дробовика на Спящую, - пойдёшь и включишь свою штуку в качестве барьера.

- А почему я должна это делать? – с ненавистью произнесла она.

- Иначе я наделаю в тебе дырок, - пожал плечами я, - а оставшееся нашинкует Юкари. Тебя такой вариант устраивает? Или ты всё же жить хочешь?

- Хочу, - процедила она. – Скоты. Из-за вас мне теперь назад хода нет. Хозяева не простят провала.

- Не об этом тебе думать надо, а об надвигающемся кризисе. Кстати, а когда он начнётся?

- Уже начинается, - прошептала Юкари.

Я обернулся. За мной раскинулась бесконечность, с сотнями обитаемых планет, но среди них выделялась одна, странная, словно расколотая пополам. Я присмотрелся, и изображение приблизилось. Планета, этот двойной мир, оказалась не расколотой, а разрезанной, и на обоих срезах кипела жизнь. Я увидел, как группа летучих кораблей, дымя трубами и меся воздух винтами, атаковала крупный город, закрутился воздушный бой. Один из кораблей приземлился, и группа из нескольких человек спустилась в подземелье с дверью-шестерёнкой. Изображение поплыло, пропала чёткость, всё начало скрываться в сером тумане, но я всё же разглядел, как тени людей что-то делают с неким странным механизмом. Внезапно весь двойной мир пошёл красными прожилками и исчез, поглощённый прозрачной волной, расходящейся всё дальше и дальше.

Меня накрыло дурной бесконечностью. Миллиарды моих собственных судеб пронеслись перед глазами, моя жизнь переписывалась заново, в новых и новых мирах, они возникали и рушились, не просуществовав и мгновения. Реальность искривлялась, я видел себя в разных обличиях, иногда даже не человеческих. Бесконечное число воспоминаний пронеслось через моё сознание, и я, растворившись в этом потоке уже не мог понять, кто я на самом деле, кем я был и кем стану, все они были истинными и настоящими. Я был странным подводным существом, где поведение зависело от температуры воды, я был воином пустынной планеты и прожил достойную жизнь, мои щупальца шевелились в атмосфере газового гиганта, впитывая свет далёкой звезды, я был бывшим штурмовиком пиратской корпорации «Серпентис», после переквалифицировавшись в хакера и кибермага. Здесь и сейчас передо мной расстилалось бесконечное количество моих жизней, и я мог пойти по любой ветке.

На секунду вспыхнули яркие звёзды, и та линия жизни, где я был главой гарема «Нэкогами», засветилась ярким светом. Плохо соображая, что это значит, я прикоснулся к ней рукой.

Эпилог

Столица Империи Росс, планета Москва. Дворец императора, зал для конфиденциальных переговоров.

За столом ручной работы из лелеерской красной сосны сидели Канцлер Империи и полковник службы имперской безопасности, Строганов Борис Всеволодович. Оба молчали и пили вино из дорогих цветных бокалов.

- И всё же мы сохранили память о прошлом мире, - наконец произнёс Канцлер. – Это довольно сложно переварить. И те, старые, и новые воспоминания, все они правдивы.

- Я не уверен, что память о старом мире сохранилась на сто процентов, - ответил полковник, - но все важные моменты остались в неприкосновенности. К примеру, в этой вселенной нет никаких Великих Домов, и это радует.

- Это точно, - усмехнулся Канцлер, - вы ухитрились устранить их до прохождения Волны. Что ж, значит у нас теперь есть шанс.

- Да уж, - полковник сделал небольшой глоток из бокала, - теперь точно есть. Насколько я знаю, все три группы аналитиков, которых вы тайно наняли…

- Все пять, - поправил Канцлер.

- Да? – удивился полковник. – Я знал только о трёх. У тех двоих есть расхождения с первыми тремя?

- Нет, - покачал головой Канцлер, - и эти двое просчитали тоже самое. Император слаб. Внутренняя политика его не интересовала, и он отдал её на откуп Великим Домам. В результате те набрали силу и власть, начав делить Империю на части, ставя на ключевые позиции своих людей. Начиналась война кланов, и Служба Имперской Безопасности тоже не оставалась в стороне. Фактически, её ведь и не было. Каждый глава СИБ подчинялся непосредственно императору, ему так было удобнее осуществлять свою политику «сдержек и противовесов». В результате к войне кланов подключились и руководители секторов. Назревал глобальный политический кризис, который перерос бы в гражданскую войну и распад Империи. И всё это произошло бы в ближайшие годы. Самое обидное, что это уже один раз произошло во второй эпохе. Но на сей раз мы разорвали порочный круг.

- Однако Император исчез, - констатировал полковник.

- Я, если честно, вам поражаюсь, - покачал головой Канцлер, - вы провернули эту интригу как по маслу.

- Мы провернули, - поправил полковник. – Вы дали отмашку на запуск этого сценария. Сам бы я на такое никогда не решился.

- Разумеется, - кивнул Канцлер. – Но, вообще-то, я до конца не верил в успех, ведь заговор Великих Домов был весьма обширен, в него были вовлечены огромные силы, а после того как они захватили Москву… в смысле Капитол, я решил, что придётся задействовать план «Б».

- А был план «Б»? – поднял бровь полковник.

- Естественно, - пожал плечами Канцлер, - не могу же я полагаться только на один сценарий. Но, по счастью, он не понадобился. Мы прекрасно переиграли заговорщиков собственным заговором.

- Строго говоря, - поправил полковник, - с нашей стороны никакого заговора не было, мы действовали в рамках полной лояльности к императору. Ведь это была его идея спрятаться на «Ковчеге», когда стало понятно, что Волны избежать не удастся. А всеми остальными я очень аккуратно дирижировал. Шансов у Домов не было, ведь победить в чужой игре нельзя, если не знаешь правил. Они были всего лишь игроками, когда мы – мастерами игры.

- Но ведь я подал Императору эту идею с «Ковчегом», - произнёс Канцлер.

- Он мог её не принимать, - пожал плечами Строганов, - но всё же принял. Наш прошлый император всегда был малость трусоват.

- Осторожен, - поправил Канцлер. – Чересчур осторожен. Вы ведь в курсе, что флотилия Императора не вышла из гиперпространства в расчётной точке? Отдел «Око» может что-нибудь сказать по этому поводу?

- Увы, - развёл руками полковник, - мы тоже его не можем найти. Сейчас, после прохождения Волны, океан реальности очень нестабилен. Пройдёт как минимум пара месяцев, прежде чем мы сможем начать получать хоть какую-то информацию. Лично я бы исходил из того, что Император больше не вернётся. А если он попытается это сделать, надо помочь ему отказаться от этой идеи.

- Согласен, - ответил Канцлер. - Мы объявим народу, что Его Величество пропал без вести во время манёвров флота. По закону я займу место регента, и, если император не объявится в течении полугода, я займу престол.

- В крайнем случае, объявим его самозванцем, - согласился полковник. – Предлагаю поручить отделу пропаганды этим заняться.

Канцлер кивнул. Какое-то время оба сидели и размышляли.

- Насколько сильно пострадали остальные Великие Империи? – наконец спросил он.

- Коэффициент дивергенции Империи Росс составил 24,6 процента…

- Это много или мало?

- Наилучшим сценарием считался коэффициент ниже пятидесяти процентов, но агент Стэллар и троица из «Нэкогами» сумела улучшить его до текущего результата. Фактически, мы потеряли только десяток планет на фронтире, все остальные остались в относительной неприкосновенности. У других ситуация хуже. У галентов искажение достигло почти половины, у амарров чуть больше, у минматаров вообще около восьмидесяти процентов, их планеты и базы превратились чёрте во что. У нихонцев ситуация примерно, как у нас, что заставляет задуматься. Подозреваю, что у них есть аналог нашего отдела «Око». Галенты точно ведут похожие разработки, но мы их сильно опережаем.

- Мда, - изрёк Канцлер, - похоже, война смещается в иную плоскость. Во что же выльется подобный конфликт? Не устроим ли мы ещё одну такую же волну?

- Пока сказать сложно, - неопределённо махнул рукой полковник, - будем работать.

- Продолжайте, - кивнул Канцлер. – Что-то ещё?

- Есть и «ещё». Помните упоминание в Большом Архиве о гипотетическом «втором подходе»?

- Это то, что называют «магией»?

- «Магия» - вульгарное определение, - поморщился сибовец, - так и псионику можно объявить магией. Я предпочитаю называть это именно «вторым подходом», эксплуатацией неких физических законов, нам до сих пор непонятных. Скажем так, физических законов сопряжённых с нашим миром многомерных пространств. Или что-то в этом духе. В общем, подозреваю, сейчас всё это начнёт работать. Но и здесь мы опережаем конкурентов. У нас есть оцифрованный архив магических гримуаров из ныне не существующего Двойного Мира, сейчас их в спешном порядке воссоздают, так сказать, во плоти. Мне нужно ваше одобрение на проведение исследований.

- Считайте, вы его получили, - кивнул Канцлер. – У наших «партнёров», - саркастически произнёс он, - может быть нечто такое?

- Этим вопросом лучше напрячь внешнюю разведку. Впрочем, полагаю, что в новом мире некоторые шаманские ритуалы минматаров или религиозные обряды амарров могут оказаться, скажем так, действенными.

- Это может сильно осложнить жизнь, - нахмурился Канцлер. – Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. А сейчас вот что. Я подготовил два указа. Первый – о создании Министерства Имперской безопасности и учреждении должности министра имперской безопасности. Теперь все начальники секторов будут подчинены этой фигуре. Второй – о присвоении Строганову Борису Всеволодовичу звания генерал-полковник, и назначении на должности министра СИБ. Точнее, МИБ. Что скажете?

- Служу Империи ваше императорское величество! – вытянулся по стойке смирно генерал-полковник.

- Вот и служите, - улыбнулся Канцлер. – У нас ещё много работы.

Планета Лэйва, город Усть-Горск, обычная квартира.

Я пришёл в себя на диване в нашей собственной квартире. Было утро, десять часов по лэйвскому времени. Я встал и подошёл к окну. Нет, это точно не дримскейп, на этот раз я в реальном мире. Так, а где девочки? Я вошел в спальню. Пусто. В прихожей тоже никого не было. В туалете и ванной никого. На кухне…

В кухне, в кресле, сидела Юкари в своём любимом домашнем платье и спала. Я подскочил к ней и принялся трясти.

- Артур? – просыпаясь произнесла она. – Где мы? Всё кончилось? Был какой-то круговорот, я ничего не поняла. Председатель Мяу и Спящая растворились… Ой, это был сон, прости.

- Нихрена не сон, - ответил ей я, - а самая настоящая правда. Меня чуть было не растащило по куче разных миров, но в последний момент я вывернулся.

- У меня всё плывёт, - простонала подруга, - я помню две версии разных воспоминаний… Артур, отнеси меня на диван, пожалуйста.

Я отнёс её в большую комнату и плеснул немного коньяка в рюмку.

- На, выпей. Должно помочь.

- Спасибо, - поблагодарила Юкари, и выпила всё одним махом.

- Ты не видела Няшу? – спросил я.

- Няша… - простонала Юкари, - Ой, моя голова…

Пискнул сигнал замка входной двери, и в комнату влетело хвостатое чудо.

- Тадам! – провозгласила Няша, подскочив к нам. – Я дома! Меня, почему-то, выкинуло в переулке… Что с сестрицей?

- Голова болит, - ответил я.

- Кажется голова прошла, - удивлённо произнесла подруга, - и перед глазами больше не плывёт.

Она потрогала голову.

- А это… что?! – Юкари в ужасе схватилась за свои уши.

- Что не так? – удивился я. – Обычные эльфийские уши. У вас, нихонских эльфов, всегда такие были.

- Какие эльфы?! – в ужасе взвыла Юкари. – Я человек! Была…

На меня накатила волна воспоминаний. Две памяти проплыли перед глазами, ту, где уши Юкари были нормальными, и ту, где она всегда была эльфийкой.

- Ох, ё-моё, - я схватился за голову. – Всё же искажения избежать не удалось. Что ещё изменилось во вселенной?

- И что мне теперь делать с этими ушами? – грустно произнесла Юкари. – Пойти к доктору, пусть переделают?

- Оставь так, - посоветовала Няша. – Тебе идёт. Только надо цветочную юбочку, бусы из светлячков…

- Так, - голос Юкари обрёл твёрдость. – Хвостатые сегодня печенек не получат.

- Интересно, - я плюхнулся на диван. – А в этой реальности мы всё ещё числимся агентами СИБ?

Я уставился на свою раскрытую ладонь, и над ней зажглась голограмма служебного удостоверения Имперской Безопасности.

- Похоже, что всё ещё агенты, - констатировала Юкари. – Ты же вроде обещал, что мы возьмём отпуск, когда всё закончится?

- Дельная мысль, - согласился я. – Давайте рванём куда подальше на нашем шаттле.

Я вынул из кармана четыре матовых шарика, размером с кулак. Помню, мне их дала какая-то странная женщина, и вроде бы я с ней поссорился. Ладно, разберёмся. Я убрал шарики в стенной сейф и отправился собираться. А не рвануть ли нам ещё раз на Вечер?

Права на использование обложки издания предоставлены студией иллюстрации "Красный лис".

2019 г.