Адвокатское агентство Ноктюрн
Глава 1 Дракула сан и дело о вампире подражатели
Пролог: Законы вечности
История графа Владислава Дракулы знала много глав: воин и правитель, проклятый бессмертный, ночной кошмар Европы, затворник в своем замке... А потом наступила эпоха, когда мир стал тесен, а легенды — достоянием поп-культуры. Его существование стало невыносимо скучным. Преследовать испуганных крестьян? Банально. Устраивать пиршества в заброшенных аббатствах? Клишированно. Да и эти вездесущие охотники на вампиров с их профессиональными камерами отбили всю охоту к классическому злодейству.
Он наблюдал, как человечество, вместо того чтобы благоговеть перед тьмой, начало ее патентовать, упаковывать в пластик и продавать со скидкой. Это было хуже любого осинового кола — абсолютное обесценивание сакрального ужаса. И тогда, в конце XX века, Дракулу посетило прозрение. Если ты не можешь победить систему, нужно стать ее частью. Более того — стать ее мастером.
Юриспруденция привлекла его своей готической, почти вампирской эстетикой. Это была вселенная, построенная на прецедентах — эдаких бессмертных законах, пьющих жизнную силу из текущих обстоятельств. Суды — его собственные соборы, где вместо святой воды лились риторические потоки. А закон... Закон был идеальной игрой для вечного ума: бесконечный лабиринт правил и исключений, где можно было вечно охотиться за истиной, или, по крайней мере, за ее тенью.
Он потратил несколько десятилетий, получая образование в лучших университетах мира (ночью, естественно), овладевая правовыми системами разных эпох и стран. Его фотографии в студенческих альбомах всегда были слегка размыты, а однокурсники позднее с трудом могли припомнить его лицо — лишь пронзительный взгляд и чувство легкого холода на лекциях по уголовному праву.
Япония же стала его конечным пунктом по целому ряду причин. Во-первых, это страна, где уважают возраст и мудрость, даже если этот возраст исчисляется веками. Во-вторых, японское общество с его сложными, не всегда озвученными правилами игры было для него родственной душой — это напоминало дворцовые интриги времен его земной юности. В-третьих, именно здесь, на островах, где сосуществовали синтоистские духи, буддийская философия и высокие технологии, его собственная природа не казалась такой уж невозможной. Здесь верили, что в старом лесе может жить юрей, а в небоскребе — цукумогами, дух вещи. Так почему бы в успешном адвокате не обитать древнему вампиру? Это была страна тонких граней, и Дракула чувствовал себя на этих гранях как дома.
Но главной причиной была японская система правосудия с ее ошеломляющим процентом обвинительных приговоров. Это было вызовом. Защищать невиновных в системе, настроенной на признание виновным практически любого, кто оказался на скамье подсудимых, — это была настоящая охота. Охота на настоящих грешников, подлецов и глупцов, которые прятались за фасадом формальных обвинений. Он ненавидел грешников. Их лицемерная, беспорядочная, жадная порочность оскорбляла его древнее, строгое зло. Они портили репутацию профессионального злодейства.
Итак, в Токио появилось адвокатское бюро «Ноктюрн». А у графа Дракулы появилась новая вечность — вечность, измеряемая судебными заседаниями, процессуальными кодексами и священной, почти рыцарской миссией: защищать невинных, используя силу, которую когда-то боялись, и остроумие, отточенное за пятьсот лет наблюдений за человеческой комедией.
Глава 1: Дракула-сан и дело о вампире-подражателе
Кабинет адвокатского бюро «Ноктюрн» располагался на третьем этаже ничем не примечательного здания в районе Синдзюку. На табличке из темного дерева скромно значилось: «Граф Владимир Дракула, адвокат по уголовным делам». Внизу мелким шрифтом: «Консультации — только после захода солнца».
Граф Дракула сидел за своим массивным дубовым столом, доставшимся ему еще из трансильванского поместья, и с отвращением разглядывал современный японский документ. Его длинные пальцы с изящно подпиленными ногтями нервно постукивали по папке с делом. Он носил безупречный черный костюм от Brioni, который великолепно сидел на его вечной, худощавой фигуре. Его темные волосы были зачесаны назад, открывая высокий лоб и пронзительные глаза цвета старого вина.
— Опять обвиняют в убийстве с обескровливанием, — вздохнул он, откладывая папку. — И снова полное отсутствие логики. Если бы я, великий вампир, совершал убийства, разве оставлял бы такие очевидные следы? Это оскорбительно для моего многовекового опыта.
На столе рядом с компьютером (который он ненавидел, но терпел, как необходимое зло XXI века) стояла серебряная рамка с изображением его замка в Карпатах. А также кружка с надписью «Лучший папа-вампир» — подарок от его приемной дочери Мидори, студентки юридического факультета Токийского университета.
Внезапно в коридоре раздались голоса и быстрые шаги. Дверь распахнулась без стука — граф считал, что умение проходить сквозь закрытые двери — дурной тон для юриста — и в кабинет влетела его ассистентка, молодая женщина по имени Юки.
— Дракула-сан, срочно! — выдохнула она, поправляя очки. — В приемной истеричная женщина. Ее мужа арестовали по обвинению в серии нападений на девушек в парке Инумари. Все жертвы были укушены в шею. Полиция считает, что он вампир-подражатель!
Граф медленно поднялся, и его тень, невероятно длинная и неестественно извивающаяся при свете неоновой лампы, уперлась в потолок.
— Вампир-подражатель? — он приподнял одну идеальную бровь. — Как вульгарно. Ну что же, проведите ее, Юки-чан. И принесите, пожалуйста, чашку... моего специального чая.
Клиентка, г-жа Танака, оказалась хрупкой женщиной лет сорока с заплаканными глазами. Ее муж, Кендзи Танака, был скромным бухгалтером и заядлым фанатом готической литературы. На прошлой неделе полиция ворвалась в их квартиру и обнаружила там коллекцию вампирских фильмов, несколько бутылок искусственной крови (он использовал их для атмосферы на своих хоррор-вечеринках) и дневник с описанием «вампирских фантазий».
— Он не мог этого сделать! — рыдала г-жа Танака. — Он боится настоящей крови! Когда я порезала палец, готовя сукияки, он упал в обморок! Он просто любит ужасы и играет по выходным в ролевые игры про вампиров! А эти укусы... они же настоящие! Мой Кендзи не стал бы никого кусать! У него кариес, он стесняется!
Дракула слушал, закрыв глаза, будто принюхиваясь к истории. Потом открыл их и спросил:
— Вы уверены в его невиновности, даже зная о его... увлечениях?
— Да! Он добрый! Он подкармливает бездомных кошек!
— Хм. Доброта к животным — хороший признак, — кивнул граф, хотя в его личной шкале ценностей это не значило ровным счетом ничего. — Я возьму это дело. Но учтите: я защищаю только невиновных. Если ваш муж окажется виновен в этих мерзких подражаниях моей изысканной природе, я не просто откажусь от защиты. Я лично явлюсь к нему в камеру для... беседы.
Он улыбнулся, и на мгновение в полумраке кабинета блеснули безупречно острые клыки. Г-жа Танака вздрогнула, но кивнула с решимостью.
Токийский следственный изолятор в сумерках выглядел особенно мрачно. Дракула, в плаще цвета воронова крыла (он считал это небольшим профессиональным баловством), прошел через КПП, небрежно кивнув охраннику. Тот на мгновение замер, глаза его остекленели, и он машинально пропустил адвоката, не проверив ни сумку, ни документы.
— Гипноз — вульгарно, но эффективно
в бюрократических процедурах, — пробормотал граф, направляясь к камере.
Кендзи Танака, маленький, лысеющий мужчина в очках, сидел на краю койки, дрожа. Увидев своего адвоката, он ахнул.
— Вы... вы и есть граф Дракула? Настоящий?!
— Я — ваш адвокат, — холодно поправил его Дракула, садясь на единственный стул. — Итак, расскажите мне все. Опустите эти глупые фантазии и сосредоточьтесь на фактах. Где вы были прошлой пятницей между полуночью и четырьмя часами утра?
— Д-дома! Смотрел повторы «Манчкина» и ел соломку Pocky!
— Есть свидетели?
— Моя жена спала... А кот... наш кот Тора может подтвердить!
Дракула тяжело вздохнул. Живя пять столетий, он думал, его уже ничто не удивит. Но японская поп-культура и ее обитатели все еще оставались для него загадкой.
— Ваши дневники, господин Танака. Вы описываете там «жажду» и «ночные полеты». Что это значит?
— О, это... это метафоры! Жажда признания в ролевом коммьюнити! А ночные полеты — потому что наш клуб собирается по ночам, после работы! Мы же не можем днем, все офисные работники!
Дракула слушал, а его вампирские чувства анализировали каждую деталь. Сердцебиение Танаки было быстрым, но ровным — он не лгал. Запах страха был чистым, без примеси лжи или жестокости. Но был еще один запах... едва уловимый, прилипший к одежде Танаки как тень. Запах чужой магии, дешевой и грязной.
— Кто-то подставил вас, господин Танака, — заявил граф, вставая. — И этот кто-то не только совершил преступления, но и имел наглость имитировать вампирскую методику. Это личное оскорбление. Я вытащу вас отсюда.
Позже той же ночью Дракула парил над парком Инумари в облике огромной летучей мыши. Его острый слух улавливал каждый шелест листьев, каждый скрип ветки. Он опустился на место последнего нападения. Земля хранила отголоски недавних событий, и для вампирского восприятия они были ясны, как буквы на пергаменте.
Здесь был Танака — его запах, слабый и старый, от прогулки недельной давности. И был другой... холодный, с примесью химии и черной магии низшего сорта. Дракула поморщился. Это была не врожденная сила, а наспех приобретенная. Ритуал, возможно.
Он последовал за этим следом, который вел к маленькому синтоистскому храму на окраине парка. И там, среди древних криптомерий, он увидел его: молодого человека в черном плаще с красной подкладкой, который репетировал перед зеркальцем «вампирские» позы и зловещий смех.
— Ну как? Страшно? — парень спрашивал у своей подружки, сидевшей на ступеньках. — Завтра снова попробую. Главное — купить побольше того фальшивого клыкастого грима в магазине тематических костюмов
Дракула материализовался позади него из клуба тумана.
— Позвольте выразить свое восхищение, — голос графа прозвучал ледяным бархатом. — Ваша пародия на мою сущность одновременно оскорбительна и до смешного бездарна.
Парень вскрикнул и обернулся. Увидев настоящего вампира во всем его величии (и с настоящими, сверкающими в лунном свете клыками), он издал писклявый звук и рухнул в обморок. Его подружка закричала.
— Успокойтесь, мадемуазель, — Дракула поднял руку в умиротворяющем жесте. — Я здесь как адвокат, а не как хищник. Ваш... друг, я полагаю, ответственен за нападения в парке?
Девушка, рыдая, кивнула. Он хотел произвести впечатление на их ролевую группу, купил какой-то дешевый ритуальный набор в интернете и начал нападать на случайных прохожих, имитируя укусы с помощью специальных накладных клыков и бутафорской крови. Он случайно увидел дневник Танаки в клубе и решил подставить его, зная о его странной репутации.
— Как вульгарно, — повторил Дракула с бесконечным презрением. — Подражание без понимания сути. Жалко.
Он достал телефон (последнюю модель iPhone, с чехлом в виде готического витража) и сфотографировал лежащего в обмороке «вампира» и его грим. Затем набрал Юки.
— Юки-чан, приготовьте материалы для обжалования ареста господина Танака. И вызовите полицию. У меня для них есть... признание.
На следующий вечер Кендзи Танака вышел на свободу. Настоящий виновник, 19-летний студент, дал полные признательные показания, особенно после того, как Дракула «внушительно» на него посмотрел.
Г-жа Танака плакала от счастья и попыталась заплатить графу.
— Деньги мне не нужны, — отмахнулся Дракула. Они ему и правда были не нужны — состояние, накопленное за пять веков, позволяло ему работать практически бесплатно. — Но я приму этот дар.
Он взял из ее протянутой рук коробочку. В ней лежала пара носков с рисунком — маленькие летучие мышки на черном фоне.
— Г-жа Танака связала их в знак благодарности !
Дракула посмотрел на носки. Он, переживший крестовые походы, Инквизицию и две мировые войны, был тронут.
— Они... очаровательны. Я надену их на следующее судебное заседание.
Проводив счастливую пару, он вернулся в кабинет. Юки уже ставила на стол чашку с теплой, свежей... плазмой, добытой этичным путем (у графа был контракт с японским Красным Крестом).
— Еще одно дело закрыто, Дракула-сан! — улыбнулась она.
— Да, — граф пригубил свой напиток и взглянул на ночной Токио за окном, сияющий миллиардом огней. — Но зло многолико, Юки-чан. Оно не всегда носит плащ и клыки. Иногда оно прячется в законах, бумагах и человеческой глупости. А с этим мне, к сожалению, придется бороться без превращения в туман. Принесите-ка следующие дела. И выключите этот ужасный свет, он мне глаза режет.
И в кабинете снова воцарился уютный, густой мрак, нарушаемый лишь светом монитора и красным отсветом в глазах самого древнего и самого необычного адвоката Токио.
БОНУС
ДОСЬЕ БЮРО «НОКТЮРН»
ФАМИЛИЯ: Дракула (настоящая утеряна в веках, текущая — официально признана в Румынии в 1893 г.)
ИМЯ: Владислав (предпочитает «Владимир» в деловой переписке, счел более солидным)
ВОЗРАСТ: Биологический/физический: выглядит на 35-40 лет Хронологический: 547 лет (на момент составления досье). В графе «Дата рождения» в паспорте стоит 15 мая 1579 года — первая дата, которую он счел достаточно «исторической», чтобы не вызывать лишних вопросов при продлении документов.
ВНЕШНОСТЬ: Рост 188 см. Телосложение — аристократическая худощавость. Глаза — цвет «старого бургундского» (по его формулировке) или «тёмный янтарь с красноватым рефлексом» (по мнению офтальмолога, который после приёма ушёл в запой). Волосы — тёмные, с исторически сложившейся седеной, которую он не скрывает («Это придаёт солидность в зале суда»).
ГРУППА КРОВИ: O (I) отрицательная. Предпочитает «винтажные» года, но вынужден довольствоваться современными банковскими запасами. Аллергических реакций на синтетические антикоагулянты не имеет, но брюзжит по их поводу на каждом приёме.
СТАТУС: Вечный иммигрант. Имеет вид на жительство в Японии по категории «Высококвалифицированный специалист». В графе «Основание для пребывания» указано: «Адвокатская деятельность, представляющая национальный интерес». Подавал на гражданство, но застрял на этапе проверки, так как не смог предоставить свидетельство о рождении родителей.
ОБРАЗОВАНИЕ:
· Неофициальное: Школа выживания в Восточной Европе (XV-XVII вв.), Инквизиторские преследования (курс повышения квалификации, пройден экстерном).
· Официальное: Доктор права (Оксфорд, 1898, ночью), магистр сравнительного правоведения (Токийский университет, 2005, заочно).
ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ НАВЫКИ: Уголовное право, риторика, гипноз (использует исключительно для ускорения бюрократических процедур и успокоения истеричных клиентов), превращение в туман/летучую мышь (используется для быстрого перемещения между заседаниями и несанкционированного, но этичного осмотра мест преступления), анализ запахов эмоций (превосходно отличает запах лжи от запаха паники).
СЛАБОСТИ:
1. Солнечный свет (работает только при крайнем стечении обстоятельств и с SPF 10 000, который наносит Юки).
2. Чеснок (не смертелен, но вызывает «непрофессиональную мимику» и портит деловую хватку).
3. Современные технологии (отношения с принтером — отдельная трагикомедия; считает, что Wi-Fi — это «ненадёжная магия бедных»).
4. Поп-культурные стереотипы о вампирах (выходит из себя при виде блёсток на плащах или вампиров, пьющих томатный сок).
ХОББИ:
· Реставрация старинных глобусов. Особенно тех, на которых ещё нет Америки. Считает это «медитативной практикой по возвращению мира в правильные пропорции».
· Собирательство диковинных носков. После случая с г-жой Танакой коллекция неожиданно пополнилась. Гордость коллекции — носки с принтом «Hello Batty» (подарок Мидори) и вязаные носки от фан-клуба бабушки из Киото с узором «летучие мыши в сакуре».
· Написание язвительных рецензий на исторические драмы и вампирские романы под псевдонимом «Старый Граф» на Amazon.jp. Его разбор анахронизмов в костюмах эпохи Эдо считается в узких кругах эталонным.
· Тайное ведение кулинарного блога (только рецепты блюд, которые он помнит на вкус). Подписчиков восхищает его скрупулёзность в описании «забытой текстуры жареного фазана с можжевельником, 1682 год».
ДЕВИЗ: «Fiat justitia, et pereat mundus» («Да свершится правосудие, хоть и погибнет мир»). На рабочую кружку нанесена более практичная формулировка: «Не буди старого дракона в час дня».
Глава 2 Кровавый налёт и призрак в машине
Глава 2: Кровавый налет и призрак в машине
Неделю спустя бюро «Ноктюрн» погрузилось в рутину. После успешного дела Танаки к графу потянулась вереница клиентов, несправедливо обвиненных в «сверхъестественных» преступлениях. Большинство дел были на редкость скучны: пенсионерку обвиняли в колдовстве после того, как у ее соседки-завистницы скисло молоко, а подростка — в ликантропии из-за вспышки агрессии и неудобной посадки брюк. Дракула решал их с легкостью истинного аристократа, слегка презирая эту суету.
— Они путают подлинную тьму с плохим характером и гормональным дисбалансом, — ворчал он, разбирая почту. — Это все равно что спутать бургундское 1787 года с винным напитком из соседнего комбината.
Юки, его секретарша, согласно кивала. Она была вампиршей — не такой древней, конечно (ее история начиналась где-то в эдвардианской Англии), но достаточно старой, чтобы ценить хорошие манеры и ненавидеть солнечный свет. Ее изысканная бледность и старомодная прическа-пучок идеально гармонировали с офисной готикой.
Раздался звонок, и Юки пригласила в кабинет нового клиента. Им оказался Акира Судо, владелец сети успешных круглосуточных магазинов «Convenience Nocturne». Мужчина лет пятидесяти, обычно уверенный в себе, сейчас он походил на загнанного зверя. Под глазами были синяки, руки дрожали.
— Дракула-сан, меня обвиняют в вооруженном ограблении банка! — выпалил он, едва усевшись. — И… и в убийстве охранника. Его нашли… обескровленным.
Дракула перестал разглядывать свой маникюр.
— Обескровленным? Расскажите подробнее. И главное — где вы были в ночь с 12-го на 13-е?
— В своем офисе! Работал над квартальным отчетом! Камеры в здании это подтверждают, я никуда не выходил с 8 вечера до 6 утра! Но полиция говорит… они говорят, что есть кадры с места ограбления. И там… там я! С оружием! Но это невозможно!
— Двойник? — предположила Юки, занося данные в планшет.
— Или вампир, способный к мимикрии, — мрачно добавил Дракула. — Хотя в наши дни это считается дурным тоном. Не спортивно. Господин Судо, у вас есть враги? Кто-то, кто мог бы желать вам такого… тотального падения?
Судо опустил голову.
— Был… партнер. Такэши Кобаяси. Мы открывали бизнес вместе. Я… выкупил его долю полгода назад. Он был против. Угрожал. Говорил, что я «высосал из него всю кровь». Это же метафора, да? ДА?!
Дракула промолчал, выразительно подняв бровь.
— Юки-чан, подготовьте договор. Мы берем дело.
Когда формальности были почти улажены, Юки вручила Судо внушительную папку.
— Временное соглашение и предварительная калькуляция издержек, Судо-сан. Ознакомьтесь, пожалуйста.
Акира начал листать. Лицо его было сосредоточено, затем озадачено, потом побелело, как бумага. Он замер, уставившись на один из последних листов.
— П-простите… это опечатка? — он ткнул дрожащим пальцем в пункт «Оплата услуг».
Юки вежливо наклонилась, чтобы посмотреть.
— А, нет, Судо-сан. Все верно.
— Но здесь… здесь написано… — он зачитал вслух, голос срываясь на шепот, — «…Оплата: два литра крови царской группы, не старше суток. Или… или эквивалент в виде девственницы, возраст не старше…» ЭТО ЧТО ЕЩЕ ЗА ДЬЯВОЛЬЩИНА?!
Он смотрел на Дракулу, потом на Юки, в глазах читался чистый, немой ужас.
В кабинете повисла напряженная пауза. Юки хлопнула себя по лбу ладонью с изящным, но совершенно нечеловеческим хрустом костяшек.
— О, тысяча извинений, Судо-сан! — воскликнула она, с укором вырывая у него злополучный лист. — Я по ошибке дала вам старый бланк. Из архива. Совершенно неактуально!
Она с легкостью разорвала пергамент пополам (бумага с треском разорвалась, как плохо выделанная кожа), и протянула клиенту современный, ламинированный прайс-лист с четкими колонками иен и банковских реквизитов.
— Вот, пожалуйста. Наличный и безналичный расчет, включая криптовалюты. Предоплата 50%.
Акира Судо, все еще в легком шоке, молча кивнул, судорожно сжимая нормальный договор. Дракула же, наблюдавший за сценой, прикрыл глаза, словто страдая от мигрени.
— Юки-чан, — произнес он устало. — Пожалуйста, еще раз проверь архив. И сожги все, что старше Тайсё. Мы не в Валахии.
— Слушаюсь, Дракула-сан, — без тени раскаяния ответила секретарша.
---
Расследование началось с визита к бывшему партнеру, Такэши Кобаяси. Тот жил в скромной квартирке в не самом престижном районе. Он встретил их с явной неприязнью, но узнав, что перед ним адвокат Судо, нервно пригласил внутрь.
Пока Дракула задавал вопросы о его алиби (которое, как выяснилось, было — он играл в онлайн-маджонг с друзьями из Осаки), его вампирские чувства работали. Запах злобы и зависти в комнате был густым, как бульон, но… чистым. Не было запаха крови, лжи или темной магии. Только горькая человеческая обида.
— Он высосал меня! — кричал Кобаяси. — Но чтобы грабить банки… нет. Я бы лучше ему колеса на его новом «Лексусе» порезал. Это эффективнее.
— Поразительная житейская мудрость, — сухо заметил Дракула, уже выходя.
Следующей точкой стал банк. Место преступления было очищено, но для вампирского восприятия оно все еще говорило. Дракула стоял в центьре зала, закрыв глаза, вдыхая историю, запечатленную в самом воздухе, в микроскопических частицах на стенах.
— Страх… паника… порох… — бормотал он. — И… озон? Как после грозы. Искрящийся, металлический привкус. И… да, мимикрия. Чужеродная, грубая. Не вампир. Что-то… электрическое.
Он открыл глаза. Его взгляд упал на потолочные камеры наблюдения, а потом на розетку в углу.
— Юки, узнай, не было ли в этом районе в ту ночь сбоев в электроснабжении. Кратковременных, локальных.
Пока Юки звонила, Дракула отыскал в архивах полиции фото и видео с камер. На них был четко виден Акира Судо. Слишком четко. Лицо было неподвижным, маскообразным, движения — слегка механическими. А глаза… если увеличить изображение, в глазах, казалось, мелькали не вспышки света, а крошечные статические разряды.
— Призрак в машине, — произнес граф. — Но не духовный, а цифровой.
Выяснилось, что за час до ограбления в квартале действительно был секундный скачок напряжения. Этого хватило.
Ночью Дракула нанес визит местному цукумогами — духу трансформаторной будки неподалеку, старому и сварливому созданию, состоявшему из ржавых деталей и обид.
— Да шумело тут что-то! — проскрежетал дух в ответ на вопрос. — Не по природе, а по натУре! Чужак! Прыснул из проводов в эту вашу сеть, в «интернет». Чавкал данными, светился чужеродно! Намусорил и сбежал. Сквозь камеры того банка глядел, а потом… вылез.
«Вылез» оказался ключевым словом. Используя связи в… не совсем традиционных кругах, Дракула вышел на след. Оказалось, в городской сети обитал молодой, наглый цифровой ёкай — дух, родившийся из свалки электроники, вирусных атак и народного гнева на сотовых операторов. Он научился ненадолго материализовываться, «скачивая» свое сознание в любую подходящую технику и принимая облик, «списанный» из соцсетей или баз наблюдения. Он выбрал лицо Судо наугад, «найдя» его в статье о успешных бизнесменах района. Грабеж был не целью, а побочным эффектом его «прогулки» в реальный мир — он просто хотел посмотреть, каково это, держать в руках что-то материальное. Охранник умер от шока и сердечного приступа, увидев, как грабитель на его глазах на секунду «рассыпался» на пиксели.
Дело рассыпалось, как только Дракула предоставил следствию «запись с камеры наблюдения соседнего здания», на которой было видно, как фигура Судо выходит из стены банкомата, и техзаключение о «редкой форме интерференции данных, симулирующей образ». Никто, кроме прокурора-ветерана, который смотрел на графа слишком долгим и понимающим взглядом, не стал вникать в детали. Судо был оправдан.
На прощание Акира Судо, все еще бледный, но уже улыбающийся, спросил:
— Дракула-сан, а этот… цифровой дух? Он будет наказан?
Граф поправил печатку с фамильным гербом, на котором был изображен дракон, пронзенный не копьем, а стилизованным пером.
— Не ваша забота, Судо-сан. Но могу заверить, что он получит… стопроцентный роуминг за чертой города. Навсегда. И познакомится с очень старыми и очень голодными вирусами из моего личного архива.
В его голосе прозвучало леденящее душу удовлетворение. Охота, пусть и на электронного зверя, удалась.
Вернувшись в офис под утро, Дракула застал Юки, которая сражалась с принтером, извергавшим листы с кляксами красного тонера.
— Проклятая техника, — шипела она. — Лет сто назад все было проще: перо, чернила, душа грешника для скрепления договора…
— Ностальгия — признак старения, Юки-чан, — заметил граф, снимая плащ. — Как и мой внезапный интерес к этому. Что это?
На его столе лежал конверт из плотной, дорогой бумаги. Внутри была единственная визитка. На ней не было имени. Только эмблема — стилизованное солнце, заключенное в клетку, и адрес в старом, аристократическом районе Токио. И едва уловимый, знакомый за тысячи миль и лет запах — ладан, старое дерево и холодная сталь.
Запах Ордена.
Дракула медленно сел в кресло, положив визитку перед собой. В глазах его вспыхнул не добрый огонек.
— Похоже, прошлое решило проверить мою текущую практику. Как кстати. Мне как раз начало казаться, что дела становятся слишком… современными.
БОНУС
ДОСЬЕ БЮРО «НОКТЮРН»
ФАМИЛИЯ: Фортескью (урождённая). В Японии использует Юки (雪).
ИМЯ: При рождении — Виктория Амелия Фортескью.
ВОЗРАСТ:
· Хронологический (с рождения): 128 лет (родилась в 1898 г.).
· Вампирский (с момента обращения): 108 лет (обращена в 1918 г.).
· Биологический/внешний: выглядит на 25-27 лет (остановка в возрасте 20 лет).
ДАТА И ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ПРЕВРАЩЕНИЯ: Апрель 1918 года, Лондон. Была обращена хаотичным и неопытным вампиром низшего рода по имени Эдгар во время блэкаута, связанного с воздушным налётом. Сам Эдгар не пережил следующего рассвета — был уничтожен, по слухам, из-за конфликта с более древней нежитью. Юки осталась одна, без наставника, с жаждой, которую едва могла контролировать, и в мире, который только что закончил Великую войну.
ЗНАКОМСТВО С ГРАФОМ ДРАКУЛОЙ: Лондон, 1923 год. Юки, едва справлявшаяся со своей новой природой и влачившая жалкое существование в трущобах, совершила отчаянную и неуклюжую попытку нападения на графа, приняв его за изнеженного аристократа. Дракула, скорее раздражённый, чем рассерженный её наглостью и дилетантством, не стал её уничтожать. Вместо этого он увидел в ней редкую в вампирском мире черту: острый, системный ум и отчаянное желание порядка, утраченного со смертью её человеческой жизни. Он предложил сделку: она обретёт покровительство, кровь и знания, а станет его личным архивариусом и управляющей. Для Юки, которая пять лет металась в ужасе, это был якорь спасения. Она приняла, не раздумывая.
ВНЕШНОСТЬ: Рост 167 см. Фарфоровая кожа, тёмно-каштановые волосы в безупречном пучке. Глаза холодного серого оттенка. Носит очки в тонкой оправе для солидности и маскировки отсутствия отражения.
ГРУППА КРОВИ: A (II) положительная. Предпочитает «интеллигентные» сорта. К синтетике относится прагматично, но с лёгким презрением.
СТАТУС: Старший администратор и операционный директор бюро «Ноктюрн». Цемент, который скрепляет вековую гениальность графа с реалиями японского правового поля.
ОБРАЗОВАНИЕ:
· До обращения: Курсы стенографии и машинописи (1917).
· После: Самообразование под руководством графа. Фактический доктор наук в области «Исторической бюрократии и обхода административных систем».
ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ НАВЫКИ:
1. Гипноз средней силы (для бюрократических целей).
2. Сверхскоростное делопроизводство (бумажное и цифровое).
3. Наследие выживания: умение находить лазейки, договариваться и нейтрализовать хаос.
СЛАБОСТИ:
1. Солнечный свет (переносит чуть лучше графа, но с дискомфортом).
2. Ностальгия по настоящему эрл грею и человеческим запахам Лондона до Великой войны.
3. Абсолютная нетерпимость к беспорядку в архивной системе.
ХОББИ:
· Реставрация и каталогизация старинных бланков и документов. Личная коллекция — её гордость и отдушина.
· Тайное ведение инстаграм-аккаунта @Gothic_Office_Life (45 тыс. подписчиков). Граф в неведении.
· Создание и ведение каталога вампирской геральдики и печатей. Считает это важным историческим трудом.
· Просмотр классических британских детективных сериалов с их последующим разбором на предмет логических несоответствий.
ДЕВИЗ: «Ordo ab chao» («Порядок из хаоса»). На её кружке написано: «Я кофе не пью. У меня и так проблемы со сном. И с вечностью».
Глава 3 Дело о зомби-менеджере и носки с сюрпризом
Глава 3: Дело о зомби-менеджере и носки с сюрпризом
Кабинет «Ноктюрна» переживал кризис. Кризис бытовой. Старенький сервер, на котором Юки хранила все архивы, наконец испустил дух, окутав помещение запахом палёной пластмассы и мистического бессилия.
— Семь кругов ада! — шипела Юки, пытаясь воскресить железный ящик с помощью комбинации из отвёртки и древней руны, выцарапанной на его крышке. — Я говорила, нужно было купить облачное хранилище!
— Облака ненадёжны, — отозвался с порога мрачный баритон. — Их может развеять ветер. Или солнечный луч. А этот гроб с микросхемами, по крайней мере, материален.
В дверях стоял Дракула. В его руках был небольшой, но тяжёлый ящик, а под мышкой — скрипучая клетка, накрытая тканью, из-под которой доносилось сердитое шипение.
— Встречайте пополнение, Юки-чан. Я нашёл временное… и постоянное решение.
Из-за его спины с визгом колёс выкатилась тележка с тремя мониторами, старым системным блоком в корпусе цвета хаки и… живым человеком.
— Йо-хо-хо и бутылка… э-э-э… плазмы? Приветствую, готичные дамы и… э-э… графы? Я — Такуми! Ваш новый IT-специалист, гейм-мастер, разнорабочий и мастер на все руки, в которых не горит! — Парень лет двадцати пяти вынырнул из-за стопки коробок. Он был одет в футболку с принтом «ERROR 404: SOUL NOT FOUND» и слишком яркие, пёстрые штаны. Его волосы были выкрашены в зелёный и фиолетовый, а улыбка была настолько широкой и искренней, что в сумрачном кабинете она казалась порталом в другое, более солнечное и глупое измерение.
Юки замерла с отвёрткой в руке, глядя на него так, будто увидела оживший узор со своих носков.
— Дракула-сан… что это? И откуда?
— Это, Юки-чан, внук нашего бухгалтера, господина Фудзиты, — невозмутимо пояснил граф, ставя клетку на стол. — Тот самый, что помогает нам с налоговыми отчислениями вот уже сорок лет. Молодой Такуми, по его словам, «разбирается в цифровых штуках и ищет необычную подработку». Я решил, что его энергия… уравновесит нашу устоявшуюся атмосферу.
— В смысле, взорвёт её? — уточнила Юки.
— Динамизм — двигатель прогресса, — отрезал Дракула, снимая ткань с клетки. Внутри, на жёрдочке, сидела огромная, недовольная на вид летучая мышь с интеллигентными глазами. — А это — Архимед. Он мой… питомец и помощник. Обладает феноменальной памятью и способностью к систематизации. Пока вы будете настраивать новое оборудование с Такуми-куном, Архимед будет хранить ключевые данные в своей… биологической памяти. Для подстраховки.
Летучая мышь издала скрипучую трель, явно недовольную переездом.
— Живой RAID-массив, — безразлично констатировала Юки. — Надеюсь, он приучен к лотку для… дезинфекции данных?
В этот момент в приёмную буквально вплыл новый клиент. Им оказался господин Танака, тот самый бухгалтер-готофил, которого граф защищал в первом деле. Теперь он вёл за руку своего босса — седовласого, важного господина в дорогом, но помятом костюме.
— Дракула-сан, простите за вторжение! Это мой начальник, вице-президент компании «Корпорейшн Нэкст», господин Судзуки! Ему срочно нужна ваша помощь! Его обвиняют… — Танака понизил голос до шёпота, — …в создании корпоративного культа и зомбировании подчинённых!
Господин Судзуки, человек лет шестидесяти, выглядел абсолютно разбитым.
— Это абсурд… — начал он, но его взгляд, скользнув по фигуре графа, зацепился за его ноги. А точнее — за носки. Те самые, вязаные, с маленькими летучими мышами, подарок г-жи Танаки. Дракула, вопреки своему обычному стилю, носил их сегодня с классическими оксфордами, и в момент, когда он сел за стол, брюки чуть приподнялись, открывая милый узор.
Судзуки замолчал. Его лицо, искажённое горем, сначала выразило недоумение, затем — щемящую надежду.
— Эти носки… — прошептал он, указывая дрожащим пальцем. — Мистер Дракула… Вы… вы тоже… вы понимаете? Да? Это знак? Знак человечности в пучине кошмара?!
В кабинете воцарилась неловкая тишина. Такуми, разбирающий провода, фыркнул. Юки прикрыла глаза ладонью. Дракула медленно, очень медленно наклонился, поправил носок и задрал брюки ещё на сантиметр, демонстрируя полный дизайн.
— Это, господин Судзуки, знак благодарности одного невинного человека. Не более. Но да, иногда и через такие детали говорит… справедливость. Теперь, пожалуйста, о зомби.
История была до абсурдности японской. Судзуки, старый школа менеджер, верил в корпоративный дух, пожизненный найм и утренние распевки гимна компании. Чтобы мотивировать молодых, безответственных сотрудников, он начал проводить «тимбилдинг-ретриты» на заброшенном горячем источнике в горах. После последнего такого ретрита пять его подчинённых вернулись… странными. Они ходили на работу с 9:00 до 21:00 без перерыва, говорили монотонно, выполняли задачи с пугающей, бездушной эффективностью и на вопрос «Как дела?» хором отвечали: «Горим на работе. Сгорим за компанию». Один из них, самый инициативный, даже попытался укусить санитарку, выговаривавшую ему за переработку. Полиция, обнаружив у Судзуки в столе книгу «О чём молчат HR: древние ритуалы сплочения коллектива» и бутылку подозрительного травяного отвара, выдвинула версию о «зомбировании с целью эксплуатации».
— Я просто хотел, чтобы они прочувствовали дух самурайской преданности! — рыдал Судзуки. — Отвар был из успокаивающих трав! Из интернет-магазина «Дух Самурая»! С оценками 4.8!
— Первым делом, — сказал Дракула, подписав договор, — нужно поговорить с «зомби». Лично.
---
Визит в офис «Корпорейшн Нэкст» стал сюрреалистичным опытом даже для Дракулы. Пятеро сотрудников сидели в ряд, уставившись в мониторы. Их движения были синхронными, как у роботов. Запах… был интересен. Не магия, не разложение. Апатия, стресс, депрессия и… что-то химическое, едкое, прилипшее к одежде.
Дракула подошёл к первому, молодому человеку по имени Кенго.
— Господин Кенго. Опишите ваши ощущения после ретрита.
Кенго медленно повернул голову. Его глаза были остекленевшими.
— Ощущения… эффективные. Мы — единый организм. Компания — тело. Мы — клетки. Клетки не устают. Клетки горят, — он монотонно процитировал корпоративный слоган.
— Вас тянет на… человеческую плоть? — спросил граф без тени иронии.
— Только на… бенто из конбини после 21:00. Со скидкой 30%.
— Логично, — кивнул Дракула.
Второй «зомби», девушка по имени Айми, на вопрос о запахах в источнике, ответила: «Было пахнет тухлыми яйцами и старой надеждой». Третий безучастно заметил, что в самом дальном углу источника «стены были склизкие и зелёные, как PowerPoint-презентация за 2003 год».
Тем временем Такуми, оставшийся снаружи, уже вовсю гуглил на своём телефоне.
— Босс! — прошептал он в рацию, когда Дракула вышел из офиса. — Я что-то нашёл! Этот источник «Оокура-но-Ю» был закрыт ещё в 90-е! Неофициальная причина — сероводород и какая-то редкая термофильная плесень! Говорят, их споры при высокой влажности и вдыхании могут вызывать головокружение, апатию и… лёгкие галлюцинации! Особенно у уставших людей! Это как плохой трип, но корпоративный!
Дракула принюхался к образцам воздуха, которые он невидимо собрал в пробирку (с помощью телекинеза и кармана плаща). Да, тот самый химический, металлический привкус сероводорода и едва уловимая, сладковатая нота биологического загрязнения.
— Не колдовство, — заключил он. — Химия и плохая психология. Классическое человеческое безрассудство.
Ночная вылазка на источник с Такуми (который тащил дрон и портативный анализатор воздуха, купленный Юки по безналу) и Юки (оставшейся с Архимедом налаживать новый сервер) подтвердила догадку. Датчики зашкаливали по сероводороду, а инфракрасная камера дрона показала странные тепловые аномалии в том самом «склизком углу» — колонию термофильной плесени.
Дело было выиграно блестяще. Дракула представил суду не только экспертизу, но и психологический портрет: «Массовая психогенная реакция, индуцированная токсичной средой и авторитарными методами тимбилдинга». Судзуки оправдали. В качестве благодарности он попытался подарить графу годовую подписку на корпоративные носки с вышитым логотипом.
— Один уникальный подарок дороже тысячи стандартных, — с ледяной вежливостью отказался Дракула, в очередной раз поправив манжету, из-под которой мелькнула серая мышка с розовым носом.
---
Вечером в отремонтированном офисе царило редкое оживление. Новый сервер тихо гудел. Такуми, наконец настроивший Wi-Fi, смотрел стрим, комментируя: «Вау, этот парень строит замок из булыжника! Смельчак! Почти как наш босс, только у того хоть вкус есть!»
Архимед, выпущенный из клетки, спал, повиснув вверх ногами под самым потолком, укутанный в тёплую тряпочку.
Юки, наливая «чай», бросила на нового сотрудника оценивающий взгляд.
— Он… эффективен, — нехотя признала она. — И его болтовня, хоть и действует на нервы, но… отвлекает вас от ворчания по поводу синтетических антикоагулянтов.
— Баланс, Юки-чан, — загадочно произнёс Дракула, разглядывая визитку с заточенным солнцем. — Вселенная его требует. Между молчанием веков и… этим. — Он кивнул в сторону Такуми, который сейчас пытался научить сонного Архимеда давать «пять» крылом.
В этот момент в тонированное окно кабинета что-то врезалось не с глухим стуком, а с тихим, но чётким звенящим ударом, будто по стеклу ударили отточенным стальным пером. Ничего не разбилось, но в стекле, на уровне головы Дракулы, осталась вибрирующая серебряная игла-дротик, к которой был привязан свёрток.
Такуми ахнул: «Кибер-ниндзя?»
Юки мгновенно оказалась в тени. Дракула же, не меняя выражения, подошёл, вытащил иглу (её острие слегка дымилось) и развернул свёрток. Внутри лежала современная цветная фотография, распечатанная на матовой бумаге высокого качества. На ней был он сам, граф Дракула, выходящий из здания токийского окружного суда буквально вчера. Фото было снято сквозь ветровое стекло автомобиля. Оно было обведено аккуратным красным кругом. А на обороте, тем же твёрдым, знакомым почерком, было написано:
«Призрак прошлого отбрасывает длинную тень. Даже под японским солнцем. Готовьтесь к проверке. Орден следит. P.S. Носки — мило. Не по уставу».
Дракула медленно повернул фотографию к свету. Его лицо было каменной маской, но в глубине тёмно-янтарных глаз вспыхнул тот самый, холодный красный отсвет, на этот раз ярче и злее.
— Такуми, — произнёс он ровным, металлическим голосом.
— Д-да, босс? — отозвался парень, впервые за день говоря почти шёпотом.
— Закажи самые прочные, свето- и пуленепробиваемые шторы. С доставкой «на вчера». И серебряную краску в баллончике. Не для искусства. Для… напоминания о границах.
Он подошёл к окну и посмотрел в ночную тьму, где среди огней таилось нечто древнее и неприятно знакомое.
— Похоже, период спокойной адаптации закончен. Начинается следственная проверка со стороны старого «акционера». И судя по почерку и серебряному наконечнику… их внутренний регламент стал куда строже. Им явно не понравятся ни наши методы работы, ни, — он бросил взгляд на свои носки, — мой неформальный дресс-код.
БОНУС
ДОСЬЕ БЮРО «НОКТЮРН»
ФАМИЛИЯ: Фудзита (по деду). В сети — TakuTheChaos.
ИМЯ: Такуми (巧) — «Искусный». По иронии судьбы, искусный он только в создании контролируемого хаоса.
ВОЗРАСТ:
· Хронологический: 25 лет (родился в 2001 году, что объясняет всё).
· Психологический: Гибрид гиперактивного щенка, энциклопедии интернет-мемов и инженера-самоучки, которого в детстве уронили головой в системный блок.
· Уровень энергии: Постоянно в состоянии «три чашки кофеина внутри, а кофе он не пьёт».
ПРОИСХОЖДЕНИЕ: Внук почтенного бухгалтера господина Фудзиты, который сорок лет ведёт тёмные финансовые дела графа. Сам Такуми, узнав, что дед «работает на какого-то эксцентричного иностранного аристократа-юриста», воспринял это как приглашение в реаль-life RPG и буквально напросился на работу. Дракула, оценив его навыки и полное отсутствие нормального человеческого страха перед сверхъестественным, решил, что тот может быть полезен в качестве «интерфейса с современным миром».
ВНЕШНОСТЬ: Ходячее противоречие офисному стилю. Рост 175 см. Постоянно меняющийся цвет волос (текущая схема: «ядовитое море в шторм» — зелёно-фиолетовое месиво). Одежда — футболки с геймерскими и IT-принтами, яркие штаны, которые больно смотреть на глаза, и разноцветные кроссовки, которые светятся в темноте. Носит на шее несколько шнурков с флешками, гаджетами и фигуркой тотемного животного — енота.
РОЛЬ В БЮРО: Официально — IT-специалист и разнорабочий. Неофициально — «сварочный аппарат между XIX и XXI веком», живой батарейка, оператор дронов, гуглер номер один и единственное существо, способное вести диалог с принтером без угроз физической расправы.
НАВЫКИ:
1. Может найти в сети что угодно, от чертежей вампирского капкана 1603 года до отзывов на травяной отвар для тимбилдинга.
2. Чинит всё, что имеет провод или аккумулятор, методом научного тыка, подкреплённого дикой интуицией.
3. Обладает врождённым иммунитетом к готическому пафосу и способен снизить градус драматизма любой ситуации до уровня абсурдного мема.
4. Единственный, кто не боится Юки (воспринимает её как «крутого готичного админа») и общается с графом как с нестандартным, но уважаемым боссом в тематической игре.
СЛАБОСТИ:
1. Полное отсутствие такта и понимания личных границ. Может спросить у Дракулы, «через сколько вампирских линьков у них обновляются клыки».
2. Физически не способен говорить тихо или сидеть на месте. Его энергия нарушает многовековую ауру спокойной тьмы в кабинете.
3. Искренне считает, что летучую мышь Архимеда можно научить стримить на Twitch.
4. Питается исключительно доставной едой, энергетиками и чипсами. Юки подозревает, что его кровь состоит из RGB-подсветки.
ХОББИ И ФАКТЫ:
· Ведёт тайный блог «My Boss is a Vampire (No, Seriously)», где в завуалированной форме (игры, аниме-аналогии) описывает рабочие будни. Имеет 10 подписчиков, которые думают, что это арт-проект.
· В свободное время пишет мод для The Sims «Gothic Lawyers of Tokyo», где пытается воссоздать офис «Ноктюрна».
· Пытается подружить Архимеда с голубем, который постоянно садится на карниз outside окна. Пока что летучая мышь шипит, голубь воркует, а Юки подумывает об установке противовоздушной обороны.
· Считает визитку Ордена «крутым артом» и предлагал сделать им логотип для мерча.
ОТНОШЕНИЕ К РАБОТЕ: Воспринимает всё как квест. Защита клиента — миссия. Расследование — сайд-квест. Серебряные дротики в окно — ивент PvP. Получение зарплаты — прокачка внутриигровой валюты. Его энтузиазм одновременно бесценен и невыносим.
ДЕВИЗ: «Когда life дает вам лемонов… найдите в Гугле, как собрать из них электробатарею, взломать сервер и заказать пиццу!»
ПРИМЕЧАНИЕ: Несмотря на клоунскую манеру объект демонстрирует незаурядную смекалку и лояльность. Является эффективным «щитом от скуки» и невольным антидепрессантом для вечных существ, погрязших в рутине. Уровень угрозы для бюро: НИЗКИЙ (если не считать риска, что он однажды перепутает провода и подключит священную реликвию к умной розетке). Уровень угрозы для спокойствия: АПОКАЛИПСИС.
Глава 4 День, когда вампир пошёл за туалетной бумагой
Глава 4: День, когда вампир пошёл за туалетной бумагой
Граф Владимир Дракула стоял перед открытой дверью своего холодильника. Если точнее, перед климатической камерой с идеальной температурой +4°C, стилизованной под антикварный буфет из морёного дуба. Внутри аккуратно, по группам и срокам годности, были расставлены пакеты с донорской кровью. Всё было идеально. Кроме одного.
— Юки-чан, — его голос, обычно звучавший в зале суда как удар хлыста, теперь был окрашен легчайшей, едва уловимой нотой бытового страдания. — У нас заканчивается… э-э… «чай». И, как выяснилось, туалетная бумага. Последнюю пачку, судя по запаху, использовал Такуми для какого-то «арт-проекта» с клеем.
Юки, сидевшая дома в видеоконференции (на экране только её идеальный пучок и тёмная комната), вздохнула.
— Я предупреждала, Дракула-сан, что нельзя доверять ему закупки бытовых товаров после случая с энергетиком «Bat Blood», который светился в темноте.
— Что делать? — вопрос прозвучал почти экзистенциально.
— Вам придётся сходить, Дракула-сан. В «Seven-Eleven». Он в двух кварталах. Сейчас там мало людей.
Так граф Дракула, переживший турецкие ятаганы и наполеоновские пушки, отправился на свою самую опасную миссию — в круглосуточный супермаркет.
Это был сюрреалистический ад. Ярче тысячи солнц люминесцентные лампы. Навязчивый, сладкий джемс из динамиков. И бесконечные ряды товаров, чьё назначение он часто не понимал.
Эпизод с кассой самообслуживания стал для него чистилищем. Дракула, потратив двадцать минут на поиск штрих-кода на упаковке «премиум O-отрицательной, обогащённой железом», был остановлен роботизированным голосом: «Пожалуйста, поместите товар в зону сканирования». Он поместил. «Неожиданный товар в зоне упаковки. Пожалуйста, уберите Руководство по средневековой баллистике из вашей сумки». Он убрал. «Пожалуйста, воспользуйтесь помощью сотрудника». Сотрудник, сонный школьник, увидев бледное, искажённое тихим бешенством лицо графа в чёрном плаще, медленно отступил, пробормотав: «Я… я сейчас менеджера позову…»
Далее была стычка с демонстратором. Пожилая женщина настойчиво предлагала ему попробовать новый соус «Чесночный рай». Дракула, побледнев ещё больше, прошипел: «Я… аллергик», и ретировался в отдел гигиены так быстро, что оставил после себя лёгкую дымку тумана.
Кульминация наступила у стойки с горячими закусками. Молодой работник, видя его бледность и напряжённую позу человека, ожидающего засады, с искренним участием спросил: «Сэнсэй, может, о-нигири с тунцом? Выглядите очень уставшим! Или кофе?»
В глазах Дракулы вспыхнул тот самый красный отсвет. Он медленно обернулся.
— Юноша, — произнёс он ледяным шёпотом, от которого у парня застыла улыбка. — Я устал… от столетий. И это не лечится кофе. Туалетную бумагу, пожалуйста. Самую нейтральную.
Он вышел, купив на кассе у испуганного менеджера всё необходимое, заплатив наличными из пачки купюр эпохи Сёва (что вызвало новые подозрения). Его возвращение в тёмный офис напоминало триумфальное отступление Наполеона из России — без победы, но с тяжёлым уроком.
---
Юки Фортескью не отдыхала. Она упорядочивала. Её квартира в старом, но престижном доме в районе Ёёги была образцом эдвардианского минимализма, смешанного с японской аккуратностью. Ни пылинки. Однако сегодня ей пришла посылка из Англии. От дальних, совершенно не подозревающих о её истинной природе, родственников Фортескью.
В коробке был семейный альбом 1890-1910 годов. И письмо: «Дорогая кузина Виктория, мы нашли эти фото на чердаке. Ты так похожа на нашу пра-пра-бабушку Викторию Амелию! Просто удивительно!»
Юки села разбирать альбом. Это было ошибкой. На фото она, в человечестве, 16 лет, на пикнике. Улыбалась. Неуклюже. «Боже, какие у меня были дурацкие кружева», — сухо прокомментировала она. На другом снимке — её предполагаемый «жених», нелепый молодой человек с усами. «Хорас Пембертон. Скучнейшее создание. Выпил бы мою кровь за вечер, даже не заметив. К счастью, этого не случилось.»
Но настоящий кризис наступил, когда она нашла свою старую куклу. Фарфоровую, с потрескавшимся лицом. В её пустых глазах было что-то жуткое. «Я, кажется, боялась её, — отметила Юки. — А теперь я страшнее». Она аккуратно, без сантиментов, упаковала куклу обратно в коробку, а альбом поставила на полку — как артефакт из чужой жизни.
Вечером она зашла в свой тайный инстаграм (@Gothic_Office_Life). Вместо готичного поста, она, движимая странным порывом, выложила одно старое фото пикника (обрезанное, без лиц). Подпись: «Некоторые тени когда-то были солнечными. И носили ужасные шляпы. #ретро #призракипрошлого #шляпныйужас». Это был её способ ностальгии — сухой, ироничный и безопасный.
---
Свободное время Такуми было понятием растяжимым. Оно обычно происходило ночью в офисе, который он считал своей второй (и более интересной) квартиру.
Его план был гениален: снять тикток с летучей мышью. «Архи! Бро! — шептал он, показывая спящему под потолком Архимеду телефон. — Смотри! Звук «Oh no… oh no… oh no no no…», а ты летишь на камеру! Бум! Вирусный хит!»
Архимед, разбуженный нахалом, лишь издал сердитый писк и повис у него прямо на голове, запутавшись когтями в зелёно-фиолетовых прядях.
— Ааай! Ладно, ладно! Не за мем — кричал Такуми, пытаясь освободиться. — Давай тогда ASMR? Типа «Расслабляющие звуки старого вампирского особняка»? Скрип половиц, шуршание пергамента… твоё дыхание?
Архимед, судя по фырканью, был против.
Тогда Такуми перешёл к проекту «Умный офис». Он пытался подключить голосового помощника к основной системе, чтобы тот по команде «Алекса, атмосферу ужаса» затемнял окна и включал органную музыку. Вместо этого, из-за перепутанных проводов, команда «Алекса, закажи пиццу» привела к тому, что по всему офису замигал красный аварийный свет, а на принтере самопроизвольно начали печататься гексаграммы.
Юки, подключившаяся к камере наблюдения из дома, прислала сухой текстовый message: «Фудзита-кун. Если вы сейчас не выключите то, что мигает, я завтра заменю ваш энергетик на цикорий. Навеки.»
Такуми выключил. И решил закончить вечер просмотром старых судебных драм, комментируя их в пустоту: «Нет, так свидетель не может давать показания! Надо было, как граф, посмотреть ему в глаза и спросить: «Правду ли ты говоришь, смертный?» Вот это был бы поворот!»
Архимед, наконец устроившись спать на самом тёплом роутере, тихо скрипел, будто смеялся.
---
На следующую ночь они все вернулись в офис. Дракула принёс новую пачку бумаги (нейтральной) и выглядел так, будто провёл ночь в осаждённой крепости. Юки разложила идеальные папки, но её взгляд иногда замирал где-то вдаль, вспоминая дурацкие кружева. Такуми ходил с торжествующим видом, демонстрируя небольшой ожог на руке от «эксперимента с проводкой».
— Коллеги, — произнёс Дракула, попивая свежий, спокойный «чай». — Прошедшие… выходные подтвердили простую истину. Порядок в этом мире — штука хрупкая. Его легко нарушить. Чесночным соусом, семейными альбомами или… — он бросил взгляд на Такуми, — …неуёмной креативностью. Но именно за этот порядок, наш маленький, тёмный, специфический порядок, мы и боремся. Так что давайте вернёмся к работе. Пока есть кому охранять покой невинных… и закупать туалетную бумагу.
Он отпил из чашки, и в его глазах, отражавших мягкий свет монитора, не было ни красного отсвета, ни ужаса супермаркета. Был лишь твёрдый, привычный, вечный покой. Ненадолго, потому что на его стол, прямо в центре, легла визитка. Та самая, с солнцем в клетке. Но на этот раз на обратной стороне было написано от руки: «Аудит назначен. Завтра. 23:00. Будьте готовы. И смените шторы. Они безвкусны.»
Дракула медленно поднял глаза. За окном, в ночном Токио, что-то мелькнуло — не вспышка неона, а холодный, отражённый свет, похожий на отблеск начищенной серебряной пряжки.
БОНУС
ДОСЬЕ БЮРО «НОКТЮРН»
ВИД: Myotis draculae (подвид, выведенный/обнаруженный графом, не зарегистрирован в научных каталогах).
КЛИЧКА: Архимед.
ПОЛ: Мужской (предположительно).
ВОЗРАСТ: Точно неизвестен. По оценкам графа — «где-то между Великой французской революцией и изобретением парового двигателя». Выглядит на расцвете сил для летучей мыши.
ПРОИСХОЖДЕНИЕ: Обнаружен графом Дракулой в подземных книгохранилищах его карпатского замка в конце XVIII века. Сидел на полке с трудами по геометрии и скрипел на проходящего мимо графа, выражая явное недовольство нарушением тишины. Было решено, что существо с таким отношением к порядку и древним фолиантам достойно лучшей участи. Был «приглашён» к сотрудничеству.
ВНЕШНОСТЬ: Крупная летучая мышь с размахом крыльев около 45 см. Мех густой, цветом «пыльный бархат» с седыми вкраплениями на морде, что придаёт ему вид учёного старой закалки. Глаза необычайно выразительные, тёмные, с умным, слегка надменным блеском. Никаких очков не носит — это эстетическая выдумка Такуми.
РОЛЬ В БЮРО:
1. Живой навигатор: Обладает феноменальной памятью на географию и запахи. Может найти что угодно в радиусе 20 км, если ему дать понюхать образец.
2. Биологический сервер: Способен запоминать и воспроизводить до нескольких часов сложной информации (тексты, цифры, схемы) в виде серии ультразвуковых щелчков и скрипов. Дракула и Юки умеют это «считывать». Для Такуми это «зашифрованный zip-архив».
3. Система безопасности: Чутко реагирует на присутствие посторонних, серебра и агрессивных намерений. Способен бесшумно висеть под потолком и наблюдать.
4. Живой барометр графского настроения: Если Архимед спит, свернувшись клубком на своей любимой тёплой полке — всё в порядке. Если нервно перепархивает с места на место — граф чем-то раздражён. Если шипит и показывает клыки — лучше не подходить ко всем в радиусе 10 метров.
ХАРАКТЕР: Ворчливый интроверт. Ценит тишину, покой и стабильную температуру воздуха. Относится к людям (и не-людям) в бюро с терпимостью, граничащей со снисходительностью.
· К Дракуле: Относится с уважением, как к источнику крыши над головой и стабильных поставок мучных червей особого сорта. Исполняет поручения, но позволяет себе выражать недовольство скрипом.
· К Юки: Взаимное уважение двух профессионалов, ценящих порядок. Юки никогда не беспокоит его по пустякам, а он не шипит на неё, когда она поправляет занавески.
· К Такуми: Открытая вражда (со стороны Архимеда). Такуми считает его «крутым готичным питомцем» и постоянно пытается с ним взаимодействовать. Архимед считает Такуми источником невыносимого шума, хаоса и пытается всеми способами избегать его, вплоть до демонстративных отлётов в самый дальний угол.
ПРИВЫЧКИ И СЛАБОСТИ:
· Любит спать, закутавшись в тряпочку из мягкой, тёмной ткани, которая хранится в верхнем ящике стола Юки.
· Обожает мучных червей определённой фермы в Гунме. Все остальные сорта отвергает с брезгливым фырканьем.
· Панически боится ярких вспышек света (включая камеру телефона Такуми) и громких, резких звуков.
· Имеет тайное пристрастие к классической музыке. Когда в офисе тихо играет Бах или Вивальди, он затихает и может даже слегка покачиваться в такт, повиснув на одной лапке.
ДЕВИЗ (ПОДРАЗУМЕВАЕМЫЙ): «Тишина — золото. Скрип — моё серебро. А этот разноцветный обезьянник с проводами — моё вечное испытание».
СТАТУС: Ценный, хоть и не всегда добровольный, сотрудник. Уровень незаменимости — ВЫСОКИЙ. Уровень желания уволиться (особенно после «мем-инцидентов») — ПОСТОЯННО РАСТУЩИЙ.
Глава 5 Аудит Ордена и провальное поручение
Глава 5: Аудит Ордена и провальное поручение
Холодный, отражённый свет за окном исчез так же быстро, как и появился. Но в воздухе остался шлейф – не запах, а скорее ощущение. Строгости, дисциплины и вычищенного до скрипа старого серебра. Орден.
Дракула не двигался, глядя на визитку. Он вспоминал. Не конкретных людей – за столетия их сменилось много, – а принцип. Орден Солнца в Цепи. Не фанатики с факелами и вилами. Хуже. Бюрократы тьмы. Они верили, что Сверхъестественное должно быть учтено, проконтролировано и вписано в регламент. Как таможенники на границе миров. Их оружием были не только серебряные клинки, но и печати, протоколы и неумолимая логика. С ними нельзя было сразиться в открытом бою – они подавали иск в Высший Эфирный Суд. Их появление в Токио означало, что его деятельность вышла из тени и стала… статистически значимой.
— Юки-чан, — его голос был спокоен, но в нём появилась стальная жила, которую не услышишь в спорах с прокурорами. – Завтра в 23:00 у нас будет проверка. Приведите в порядок все архивные записи с 1893 года по нынешний день. Особенно те, что касаются… нестандартных методов сбора доказательств.
– С бессрочным хранением? – уточнила Юки, уже мысленно перебирая папки.
– С бессрочным. И, пожалуйста, уберите с видного места череп господина Хигаши. Он хоть и был невиновным призраком, но производит двусмысленное впечатление на проверяющих.
В этот момент дверь распахнулась, и в кабинет влетел Такуми, его лицо сияло от возбуждения, а в руках он сжимал планшет.
– Босс! Супер-кейс! Прямо по нам!
– Фудзита-кун, – Дракула поднял руку, останавливая поток. – Если это ещё один «запутанный» случай с котом, который, по словам соседей, читает мысли, я…
– Нет! Серьёзно! – Такуми сунул планшет ему под нос. На экране была статья из местной газеты: «Загадочные кражи в храме Асакуса. Исчезают только подношения в виде моти. По ночам очевидцы слышат шуршание и… чьё-то бормотание на древнем японском».
– Ерунда, – отозвалась Юки. – Скорее всего, енотовидные собаки.
– Но! – Такуми перелистнул экран. – Вот ключ! Клиент! Его прислал дед! Это… – он понизил голос до драматического шёпота, – …бывший якудза! На пенсии! Он теперь смотритель при том храме! И он в ярости! Говорит, что это оскорбление традициям и лично ему! Он хочет нанять нас, чтобы найти «вора-невидимку», и готов платить! Наличными! И… он упомянул, что у него есть связи, чтобы «убедить» местных копов не лезть!
Дракула задумался. Дело казалось незначительным. Но… проверка Ордена была назначена на завтра. Весь день нужно будет готовиться. А Такуми буквально прыгал от нетерпения. Идея отправить его куда подальше от офиса (и от серебряных пряжек проверяющих) на безопасное, пусть и глупое дело, обрела привлекательность.
– Хорошо, – сказал граф. – Это будет ваше первое самостоятельное поручение, Фудзита-кун.
– Ура! – Такуми подпрыгнул.
– Вы и Архимед. Он обладает необходимыми сенсорами. Ваша задача – наблюдение, сбор информации и ни в коем случае не вступать в конфликт. Выясните, кто или что ворует моти. Доклад – завтра утром. Юки-чан, составьте для него памятку «Как не спровоцировать международный инцидент при общении с пенсионером-якудза».
Архимед, услышав своё имя в таком контексте, издал скептический скрип и зарылся глубже в свою тряпочку.
---
Храм Асакуса ночью был другим миром. Древние ворота Каминаримон отбрасывали длинные тени, а запах благовоний смешивался с прохладным воздухом. Такуми, облачённый в чёрную худи с капюшоном (для «скрытности»), и Архимед, недовольно устроившийся у него на плече под курткой, ждали встречи.
Клиент, господин Кэндзи Ватанабэ, оказался мужчиной лет шестидесяти с коренастой фигурой, короткой седой щёткой волос и взглядом, который заставлял задуматься о том, где он их «наработал». На его руках были едва заметные татуировки, выглядывающие из-под рубашки. Он поклонился, но в его поклоне чувствовалась привычка к доминированию.
– Так вы и есть… специалисты от графа? – он окинул Такуми и торчащий из-под куртки мышиный нос скептическим взглядом.
– Ага! Такуми Фудзита и… э-э… Архимед, наш сенсор! – Такуми попытался выглядеть серьёзно. – Расскажите, что происходит.
Оказалось, что воруют не просто моти, а специальные, рисовые лепёшки с красной печатью, которые приносят в дар для особых церемоний. Пропадали они только по ночам, с закрытого подноса. Никаких следов, кроме… мелкой, липкой пыльцы и едва слышного бормотания.
– Это дух! – уверенно заявил Ватанабэ. – Насмехается надо мной! Раньше… – он сурово хмыкнул, – …с такими вопросами разбирались быстрее. Но теперь я человек законный. Поэтому – вы. Найдите. Или мне придётся… вспомнить старые методы.
Архимед, почуяв скрытую угрозу, тихо зашипел.
Такуми решил действовать по науке: установить наблюдение. Он устроился в тени пагоды с ноутбуком, подключив дешёвую камеру, наведённую на поднос. Архимеда отправил в патруль с наказом «нюхать всё подозрительное».
Первые два часа ничего не происходило. Такуми начал дремать. Архимед, устав от бестолковости, устроился спать на голове каменного льва-комаину.
А потом случилось оно.
На CCTV Такуми увидел, как из-за огромной каменной фонарной тумбы выкатилось… нечто маленькое, мохнатое и невероятно пёстрое. Это была тануки – енотовидная собака-оборотень, но не в своём традиционном облике, а в виде плюшевой, гипер-стилизованной фигурки из какого-то аниме. У неё были огромные глаза и глупая улыбка. Она подкатилась к подносу, достала моти и, заговорив голосом популярного сэйю, прошептала: «Моти-моти! Вкуснятина получена! Миссия выполнена!» Затем раздался звук из игры – «Level Up!» – и существо, сверкнув неоновыми бликами, скрылось в темноте.
Такуми онемел. «Цифровой… тануки?» – прошептал он.
Архимед, разбуженный вспышкой, взлетел и, повинуясь инстинкту, ринулся в погоню за вором, издавая ультразвуковые крики ярости.
Погоня превратилась в хаотичный карнавал. Аниме-тануки, визжа тем же голосом сэйю («Ааа! Пре-пре-преследование!»), металась между храмовых построек, оставляя за собой след мишуры и пиксельных искр. Архимед, ослеплённый мигалками, врезался в связку деревянных молитвенных табличек эма, устроив грохот. Такуми бежал сзади, спотыкаясь, и кричал: «Архи, стой! Он же цифровой! Ты его не укусишь!»
Шум привлёк внимание. Не Ватанабэ, а трех молодых крепких парней в тёмных костюмах, явно бывших (или настоящих) подчинённых старика. Увидев незнакомца с летучей мышью, устроивших погром в священном месте, они приняли стойку.
– Эй, ты! Это ты всё устроил? – прогремел один из них.
Ситуация стала опасной. Такуми вспомнил памятку Юки: «Не провоцировать». Он решил действовать.
– Я… я расследую! Вор – вот он! – он указал на мелькающую вдали неоновую тануки.
Один из якудза фыркнул: «Ты что, обкурился?»
В этот момент Архимед, оправившись, сел Такуми на голову и, расправив крылья, издал самый грозный, пронзительный скрип, на который был способен. В тишине ночи это прозвучало жутко.
На мгновение все замерли. Этим воспользовался цифровой тануки, юркнув в старый вентиляционный люк и исчезнув.
Шум привлёк самого Ватанабэ. Увидев картину – своего подчинённого, тыкающего пальцем в пустоту, парня с летучей мышью на голове и разбросанные таблички, – он тяжело вздохнул.
– Ну что, «специалист»? Нашёл вора?
– Да! – выдохнул Такуми, показывая запись на телефоне. – Он… цифровой! Дух, застрявший в интернете и материализующийся в форме поп-культурного образа! Он крадёт моти, чтобы… чтобы «прокачивать» свою виртуальную сущность! Видите, печать на моти похожа на иконку буста в игре!
Ватанабэ долго смотрел на трясущееся видео, потом на Такуми, потом на чистящего крылышки Архимеда.
– Цифровой… – он произнёс слово с таким презрением, что казалось, оно вот-вот умрёт. – Раньше воры хотя бы людьми были. Ладно. Значит, драться не с кем. Жалко.
Он кивнул своим людям, и те, бросив на Такуми последний недоверчивый взгляд, растворились в темноте.
– Ваша работа сделана. Вора выявили. – Он протянул конверт с деньгами. – И… передайте графу. Если у него когда-нибудь будут проблемы с… реальными бандитами, он знает, к кому обратиться.
Возвращение в офис было триумфальным лишь для Такуми. Он взахлёб рассказывал о цифровом тануки, погоне и якудза. Архимед, вернувшись на свою полку, свернулся калачиком и демонстративно отвернулся к стене, всем видом показывая, что пережил унижение и более не желает участвовать в авантюрах.
Дракула слушал, поглаживая печатку. Дело было смехотворным, но… клиент удовлетворён, Такуми получил опыт, а Архимед – повод для вечной обиды. Приемлемый результат.
Но главное было впереди. Часы показывали 22:55.
– Всем, кроме меня, покинуть офис, – тихо приказал граф. – Фудзита-кун, идите домой. Юки-чан, вы – на удалённую связь. Архимед… – он взглянул на летучую мышь, – …останьтесь, если хотите. Но спрячьтесь.
Ровно в 23:00 в дверь бюро «Ноктюрн» постучали. Не звонком. Три чётких, отмеренных удара костяшками пальцев. Дракула поправил галстук и расправил полы пиджака.
– Войдите, – прозвучало в тишине.
Дверь открылась. На пороге стояли двое: мужчина и женщина в безупречных, почти военного кроя, тёмно-серых костюмах. На лацканах – та самая эмблема: солнце, заключённое в геометрическую решётку. У мужчины на поясе висел не меч, а узкий кожаный планшет-портфель. Взгляд женщины был холодным, сканирующим, как луч эхо локатора. Она первой перевела взгляд с Дракулы на его ноги и произнесла голосом, лишённым всяких интонаций:
– Граф Владислав Дракула. Мы – инспекторы Постоянного Комитета по Надзору за Не каноническими Сущностями. Начинаем плановую проверку. Первый вопрос: согласно нашему регламенту, пункт 4-б, все вампиры старше 300 лет обязаны иметь видимый опознавательный знак в светлое время суток. Где ваш? И почему, согласно нашим данным, вы приобрели вчера в магазине «Seven-Eleven» товары, не входящие в утверждённый рацион существа вашего класса?
Аудит начался.
БОНУС
ДОСЬЕ: ПОСТОЯННЫЙ КОМИТЕТ ПО НАДЗОРУ ЗА Не каноническими СУЩНОСТЯМИ (ПКННС)
НЕОФИЦИАЛЬНОЕ НАЗВАНИЕ: «Орден Солнца в Цепи», «Серебряные Бухгалтеры», «Аудит из Преисподней».
СУТЬ: Если сверхъестественное — это хаос, то Орден — это попытка натянуть на этот хаос стандарт ISO-666. Это не охотники, а регуляторы, инспекторы и страховые агенты потустороннего. Они не уничтожают вампиров — они проверяют, есть ли у них лицензия на оборот крови и правильно ли заполнены декларации о сверхъестественных доходах. Не воюют с оборотнями — выписывают им штрафы за несанкционированную смену формы в общественных местах. Не изгоняют духов — требуют от них сертификат о происхождении и патент на полтергейст.
ИДЕОЛОГИЯ: «Контролируемая тьма лучше неконтролируемой. А учтённый демон — потенциальный налогоплательщик».
МЕТОДЫ РАБОТЫ В XXI ВЕКЕ:
1. Юридический прессинг. Их главное оружие — регламент толщиной с телефонный справочник Токио. Они могут завалить любое существо исками о нарушении тишины (вой на луну), несоблюдении санитарных норм (склепы) и неуплате метафизического налога.
2. Технический мониторинг. Используют модифицированные дроны с датчиками аномальной активности, алгоритмы для анализа «проклятых» хештегов в соцсетях и спутники, калиброванные на всплески магической энергии.
3. Аудит и сертификация. Выдают лицензии на право существования (с ежегодным продлением), проводят плановые и внеплановые проверки соблюдения «Кодекса сверхъестественного поведения». У них есть формы для всего: от «Уведомления о временной остановке сердца (для нетленных)» до «Акта о материализации призрака (форма П-7)».
4. «Серебряное воздействие». В крайних случаях применяют не клинки, а административные меры: наложение санкций (например, временный запрет на превращение в туман), блокировку магических способностей или принудительную депортацию в измерение-дублёр.
ЦЕЛЬ В ТОКИО: Мегаполис — рассадник не учтённой сверхъестественной активности. Орден открыл здесь филиал, чтобы навести порядок. Бюро «Ноктюрн» для них — частная охранная фирма, работающая в серой зоне. Они не против его существования (он снижает их нагрузку), но требуют, чтобы он действовал по их правилам. Граф Дракула для них — сложный, «не отремонтированный» актив с огромным историческим багажом нарушений, который теперь нужно взять на карандаш и интегрировать в систему.
ДЕВИЗ (НЕОФИЦИАЛЬНЫЙ): «Подпиши здесь, здесь и распишись в ведомости об ознакомлении. И да хранит тебя Свод Правил».
Спасибо за чтение
Вернуться к книге