Адский День Сурка или Это проклятое бессмертие!

Глава 1. Точка отсчета

Кто я? Теперь – Рина Артай. А до этого меня звали Ирой. И да, я – ходячее воплощение невезения. "Чёрная полоса", принявшая человеческий облик. Это не шутка, увы.

Все эти попаданцы обычно приземляются в тела принцев или могущественных архимагов. Ну знаете, стандартный набор: замки, магия, обожающие свиты. А я? Я умудрилась попасть в анти-принцессу. В ту, кому достаются одни проблемы. Ну, не будем забегать вперёд.

Итак, начнём с той самой скучной предыстории, из-за которой всё и началось.

Раз уж я застряла в этом… цирке, и мне снова и снова приходится это повторять, то слушайте, версия тысяча один:

***

Всё началось с тоски. Зелёной, пронзительной тоски, которая въелась в кости от бесконечных отчётов и мрачного вида из окна. Умереть от скуки – это про мою прошлую жизнь. Офис, бумажки, забытое богом село с дурацким названием… Кажется, Тарашеево? Или Тараканино? (название уже вылетело из головы). А какое именно? Серьёзно, это хоть кому-то интересно? Вряд ли.

Кем же я была? Самой заурядной девушкой. Не блещущей умом, не отличающейся талантами. Я была тем самым винтиком в конторе, затерянной в глухом селе. Моей жизнью было бессмысленное перекладывание бумаг. Из стопки "А" в стопку "Б". Потом обратно. Иногда – отчёт для начальства. Короче, скука: смертельная и беспросветная.

Как же я ошибалась, считая это худшим вариантом развития событий!

***

Потом я очнулась в захолустном городишке Риате, в какой-то Тёмной Империи. Я никогда не мечтала о другом мире, так что счастья мне это не прибавило. Кстати, знаете, какое самое реалистичное развитие сюжета у попаданца? "– О, динозавр! – А-а, динозавр! Хрум-хрум. Конец."

Поэтому я не стала лезть в высокие материи магии, а просто продолжила "карьерный путь" моей предшественницы – той самой Рины Артай, чьё имя теперь моё. Она служила подручным у мелкого провинциального мага, который грезил о столице. Проблема была в том, что он был слишком глуп для великих свершений, а она – слишком ленива, чтобы искать другую работу. Идеальный тандем, не так ли?

Так мы и влачили свое жалкое существование: он безуспешно пытался стать тем, кем не мог быть в принципе, а я получала свои гроши за то, что молча таскала свитки и прибиралась в его лаборатории после очередного провального эксперимента. Мои обязанности сводились к "принеси", "подай" и "убери это, пока оно не взорвалось". Взрывалось часто, но не сильно, что меня искренне радовало.

И знаете… Сейчас я бы отдала всё, чтобы вернуться в ту скучную, бессмысленную рутину. Увы, продлилась она недолго. Может, полгода? Не больше, я думаю.

Кстати, о личном… У меня был жених. Ларри. В общем-то, неплохой парень, работал в доках, подрабатывал в лавке для моряков. Надеюсь, у него всё хорошо. Мы тогда неплохо сошлись.

Но…

Это было шестое ноября 3850 года. Или, если переводить на старый, мой календарь –шестое ноября 2021-го. Эту дату я помню отлично. С тех пор я всегда стараюсь в этот день напиться. Хотя и не всегда получается.

Тот злополучный вечер был туманный и откровенно паршивым. Холод, пронизывающий до костей, и противный мелкий дождь. Моё настроение идеально гармонировало с погодой – такое же серое и отвратительное. Люди на улицах хмуро косились друг на друга, старательно обходя стаи крыс, шныряющих среди кучек мусора.

Но больше этих хвостатых меня нервировали бандиты, которые начинали мне подмигивать. Нет, конечно, и в прошлой жизни на меня заглядывались не самые приятные личности. Но в этой "Империи" концентрация темных и сомнительных субъектов была зашкаливающей. Я даже шутила как-то, что именно поэтому её и назвали Тёмной. Правда, мои шутки тут почти никто не понимал.

В общем, был самый обычный четверг. Если бы, конечно, это им и оставалось.

Мой работодатель-неудачник снова провалил свой дурацкий экзамен. И, как водится, в отместку всему миру, урезал мне и без того тощую зарплату. Вот ведь гад...

Теперь, вариантов, куда идти работать, у меня не было, а этих грошей едва ли хватало бы на еду. Так что я отправилась в ближайшую таверну. Выпить. Возможно, в последний раз – перед прекраснейшей голодовкой на гречке и воде. Что может быть лучше, верно?

Да, именно в таверну. Я пила? Ещё как. Много? Безбожное. Часто? К счастью, нет. Ничего хорошего в этом не было.

Всё началось с совершеннейшей ерунды: по пути в таверну меня остановила местная гадалка – ну знаете, одна из тех, что торгуют дешёвыми предсказаниями за пару монет. Я согласилась. Почему бы и нет? Дёшево и хоть какое-то развлечение. А настроение моё и так было ниже плинтуса: вокруг мокро, грязно, холодно, а начальник – законченный дегенерат. Радовало меня в тот вечер только одно – его настроение было еще хуже, его не просто не пустили выше, а понизили до какого-то там подмастерья. Это был тот еще удар под дых его самолюбию. Ну а он в ответ решил отпинать мое.

Так вот, я повернулась к этой "гадалке"...

Эти карты до сих пор снятся мне в кошмарах.

Пожилая оборотница, закутанная в лохмотья, выложила на мой вопрос о будущем три проклятые карты: Висельник, Смерть и Шут. Старые, потрёпанные, будто их тысячу раз роняли в грязь, а рисунок был выведен неумелой рукой на грубом пергаменте.

Я уже хмуро разглядывала эти мрачные картинки, мысленно ругая все миры разом, как вдруг… старуха попросту сбежала! Вы бы видели как она сверкала пятками! Она даже бросила свой старый костыль и оставила всю колоду на столе – и была такова! Оп, и ее просто нет! Прелесть.

Вот же ж карга! Самое странное, что она даже не взяла с меня ни монеты. А я, глупая, не придала этому значения.

Зря. Ой, как зря! Изменилось бы что-то, будь я чуть умнее? Вряд ли. Но стоило бы прислушаться к совету из всех этих книг – никогда не пропускай мимо ушей дурные предсказания. А я в них не верила. Вот где была моя башка. Не верить в магию в мире, простите за тавтологию, магии! Дура, полнейшая дура.

Я добрела до таверны, на ходу сунув карты в рюкзак.

Темные, пропитанные годами залы, молчаливый бородач-трактирщик, стаканы с зазубринами и мебель в тёмных подтёках, в которых кровь было не отличить от вина. Почти каждый вечер здесь завязывалась поножовщина… Да. Райончик был тот ещё. Но зато до безумия привычный. Главное – не выёживаться и не светить кошельком, и тебя оставляли в покое.

Внутри несло знаменитым коктейлем из запахов: кислое пиво, пот, перегар и вездесущая квашеная капуста. Довольно забавно было смотреть, как наш народный "деликатес" употребляют местные облезлые эльфы или вшивые оборотни. Но больше всего его ценили дворфы, уж не знаю почему этим шкафчикам она так нравилась.

А что куда важнее – там всегда можно было найти собутыльника и проснуться в незнакомой постели. Правда, после того как у меня объявился жених, постель была строго одна-единственная. Со скандалом, конечно… Но, благо, Ларри было плевать на градус в моей крови, а мою единственную «измену» он благополучно забыл к утру. В конце концов, сложно было не изменять, будучи абсолютно не в курсе, что у тебя, вообще-то, есть кольцо! Видимо, Рина продала его в ближайшем ломбарде. Как, собственно, и сам Ларри.

Да и где он, извините, шлялся первые пару месяцев моей жизни?

***

Эх… Не стоило мне тогда так глушить. До сих пор не помню, сколько налил тот орк. А может, это и вовсе была палёнка…

Я напивалась. Основательно. Всём, на что хватало медяков и что в этот вечер гнали по сходной цене – скорее всего новая партия краденого как раз прибыла.

Да, Тёмная Империя не была курортом для простого обывателя, но стала настоящим раем для откровенного ворья, убийц и прочих порядочных граждан.

Но я отвлеклась. Итак, я была в стельку. Меня шатало, а перед глазами плясали те самые злополучные карты. Шла я одна – у Ларри был какой-то важный клиент. Но это не мешало мне надеяться на тёплую постель, так что брела я ровненько в его сторону.

Плелась я, как обычно, по привычному маршруту и орала малопристойную песню на дворфийском. Почему на нём? Как-то раз пьяные дворфы пять часов подряд вбивали мне её в голову, заставив вызубрить каждое слово. Так что балладу о Матильде я знала назубок. О жене и секире, названной в её честь, о её пышной бороде, могучих плечах и мускулистых руках. И, конечно, о предателе-эльфе, который увёл жену, но был хладнокровно убит.

Я пьяно хрипела, представляя рожу какого-нибудь эльфа, услышавшего, что сородич совратил… дворфийку с бородищей, сравнимой разве что с пещерами Яхира. И с талией, не уступавшей в объёме глубинам Кхара. Кто такой этот Кхар, я не знала ни тогда, ни сейчас. Дворфы при этом вопросе только округляли глаза и тяжко вздыхали. Видимо, нечто весьма внушительное и пугающее.

Я шла вдоль побережья. Море у нас, кстати, было и правда красивым. Никакого мусора – местные свято чтили чистоту вод. А как иначе, если оттуда периодически выходят русалки и топят первого попавшегося, стоит докам покрыться какой-то дрянью? Они даже топили несколько кораблей, а власти пытались за ними гоняться. Ага, как же. Русалки позвали сирен и кракена и весь порт затопило на добрый месяц. Веселое было времечко.

Со временем власти махнули рукой и велели сбрасывать мусор на окраинах, а не в гавани. Так что вид открывался хоть куда: корабли на фоне чистого моря и лунная дорожка, мерцающая на воде… Мне нравилось. Главное – не смотреть под ноги, где постоянно хрустели чьи-то кости, булькала какая-то алхимическая дрянь и звенело стекло. Из чего была сделана набережная я до сих пор не поняла.

И именно на этом моменте история, по идее, должна была закончиться. Точнее она даже закончилась.

В прямом смысле. Настоящий, окончательный конец для Рины Артай и Ирины Яковлевой.

Потому что потом мне взбрело в голову посмотреть на своё отражение в воде.

Я хотела оценить, обрадуется ли меня жених или пошлёт куда подальше: растрёпанная девушка, чёрные волосы, такие же потухшие глаза, бледная кожа, покрытая лёгкими прыщиками – не мудрено, с учетом того сколько всяких испарений от "художеств" босса я вдыхала каждый день. Худая, как щепка. Вздёрнутый нос, тонкие губы и вечно выбивающаяся прядь на лицо. Ей было двадцать два, мне – двадцать три. Алкоголь хоть немного румянил щёки и заставлял глаза блестеть… В общем, я сочла своё состояние более-менее сносным. Ларри видел меня и в худшем состоянии, но послал ровно один раз – когда из-за очередного провала мага у меня выросла борода. Стальная, прошу заметить, отдирать ее было весело...

Вот только я была пьяна. И…

Глава 2. Адский приём

***

Стою я, значит, над морской гладью, любуюсь своей рожей...

***

А что было дальше – полнейшая загадка. Тут моя память ставит жирную точку и уходит в бессрочный отпуск, даже не помахав на прощание лапкой. Стерва. Но винить её, в принципе, не в чем _ накануне я дегустировала авторский коктейль под нехитрым названием “С-ног-сшибательный”.

Что он в него мешает? Великая тайна. Одному Хаосу известно... Интересно, Раг сам знает рецепт, или просто сливает в бочку всё, что не допили накануне?

Общественное мнение на этот счёт разделилось: одни подозревают Рага в сговоре с алхимиками, другие клянутся, что ему сливают отходы местные некроманты. Лично я ставлю на то, что это выдержанная орочья моча. Учитывая, что сортира у этого заведения в принципе не бывало… Версия мне казалась убедительной.

Но всё это с лихвой искупала одна деталь – цена. Всего пара серебрушек за полную кружку! Как я охренела от здешних цен, выраженных в серебре и золоте, вы бы знали… Пока не выяснила, что когда-то маги, устроили тут жутчайшую инфляцию, наколдовав золота больше, чем воды в проповедях Светлых. С тех пор даже докеры получают зарплату золотыми. Настоящий кошмар для дядюшки Скруджа, право слово!

В голове проплыла утиная башка в цилиндре… Брр…

***

Меня разбудила чудовищная головная боль и едкая вонь, будто дракон переел капусты. Перед глазами все еще витал Скрудж и махал своей тростью, обвиняя меня в бессмысленной трате его золота. Почему это его!? Я его честно заработала, и... начала думать я и тут до меня дошло.

Черт подери. Мы горим!

Пожар!

Первая смутная ленивая мысль: “Ну какого чёрта?

Ларри опять камин раскочегарил до состояния горна? Или это Рага наконец-то перестал разбавлять свое пойло и его таверна взлетела на воздух?”

Я через силу продрала глаза: последний раз так болела башка, когда мы отмечали с Ларри сбривание той самой стальной бороды. Удаление этого чуда магической мысли – тот ещё квест – неделю кузнеца упрашивали, чтобы тот одолжил нам свой волшебный режик…

Вот только сегодня я лежала отнюдь не в знакомой, грубой, как и сам парень, комнатушке Ларри. Я обреталась в незнакомом, чертовски богатом и что важнее – пылающем особняке.

Этот самый дом теперь является моим личным кошмаром номер два, сразу после тех трёх веселых карт.

Огонь был повсюду. На потолке, на изысканной (когда-то) мебели, на полу, на несчастных комнатных растениях, на шторах и даже в отражении окна.

Огонь уже с явным аппетитом принялся уплетать ковёр, на котором я, собственно, и валялась.

Я быстро вскочила. В панике оглянулась.

Шелковые шторы на окне с шипением превращались в пепел, а с позолоченной спинки кровати на меня глазело моё же перекошенное лицо. Я сначала было отшатнулась, потом дошло – отражение. А за спиной болтался мой вечный спутник – рюкзак. Простая вещь, сшитая ещё в те дни, когда я только-только очнулась в этой долбанутой Империи.

Огонь подбирался все ближе и ближе. Я, пятясь, наткнулась на окно. Оглянулась.

Пятый этаж. Чёртов ПЯТЫЙ ЭТАЖ! Кто вообще строит такие высокие особняки?! Сумасшедший архитектор с манией величия!? Я даже не сразу поняла, то ли я вернулась домой, то ли все ещё в дурацком фентези.

Дверь уже благополучно превратилась в костёр, а из окна выглядывала балка. Выбор, конечно, шикарный: сгореть заживо или сделать из себя котлетку.

Лёгкие уже вовсю сигналили: "Хозяин, тут что-то не так с воздухом!" А я, как загнанная крыса, носилась по комнате, отчаянно ища... что? Потайной люк? Ведро с водой? Телепорт? В книгах же всегда что-то находится!

Увы, мой запас везения исчерпался ещё вчера, вместе с последней кружкой пойла. Подбежав к пылающему окну, я успела заметить внизу одинокое деревце. Так, видимо, и выглядел мой "спасительный план Б" – хлипкая веточка.

Честно? Я испугалась. До дрожи в коленках. Прыгать через горящую перекладину с пятого этажа на тощую палку – это было слишком.

Я ждала чуда, но…

Ничего. Его не было.

Полное, отвратительное ничего.

Оглушительная тишина, если не считать весёлого треска пожара. Мой мозг любезно предоставил мне на выбор целый ноль идей.

В итоге созрел план, гениальный в своей простоте: окно, дерево, свобода!

Но плану не суждено было сбыться.

ХРЯСЬ.

Вместо того чтобы полететь вниз, я провалилась ещё глубже – прямо этажом ниже. Видимо, Вселенная решила, что падать с пятого этажа слишком банально для меня. "А не устроить ли нам падение ЧЕРЕЗ пятый этаж?" – подумала она, и пол великодушно расступился под моими ногами.

Я тихо вскрикнула, пытаясь зацепиться за его край, но…

Но меня просто завалило обломками. В ГОРЯЩЕМ доме.

Вы наверняка думаете: "Раз ты это рассказываешь, значит, спаслась!"

А вот и нет.

Я орала не от страха, а от дикой боли – я приземлилась прямиком на раскалённые угли.

Всё было ОЧЕНЬ ПЛОХО.

Просто отвратительно.

Я умерла.

***

***

Да-да, та самая, капитальная, безвозвратная концовка. Свет в конце тоннеля и всё такое.

То есть... по-настоящему.

А вы когда-нибудь горели заживо?

Нет, не обжигались о сковородку, а… Когда огонь пожирает плоть, в глазах белеет от боли, и вы уже не слышите собственного крика?

Когда вокруг только угли и пламя, а разум отключается, и ты, обезумев, царапаешь доски до крови, пытаясь выбраться из-под завала...

Последнее, что я запомнила: треск горящего дерева… и тлеющего плюшевого мишку. Миленький, кстати...

Вот так я и умерла. В первый раз? Или уже во второй? Я не знаю.

Упала ли я тогда в воду? Случилось ли что-то ещё? К несчастью...без понятия... И очень жаль.

***

Это конец?

Нет. Это только начало. Я не знаю почему. Я не знаю как. Но я обязана это выяснить.

***

Понимаете ли в чем была штука?

Я проснулась в горящем доме. В ЭТОМ САМОМ. СНОВА. ОПЯТЬ. Как будто ничего и не было.

Мозг отказывался в это верить. Я пыталась проснуться, вырваться из кошмара, ущипнула себя за руку... Больно кстати. Но воспоминания впивались в меня когтями: Я ПОМНИЛА. Помнила, как плавится кожа. Помнила запах горелого мяса. Помнила, как боль выжигала разум, оставляя лишь животный ужас.

Я умерла. Я это точно знала. По-настоящему, без шуток, без... Самая настоящая смерть.

Сначала белое пятно в глазах от боли, потом – чёрная, бездонная пустота... Разум проваливался куда-то глубоко, что-то пыталось подхватить его в свои ласковые (или не очень объятия).

Но...

***

Я здесь. Снова. Здесь. Зачем? Почему?! КАК?!

Я смотрела на свои руки – чистые, без единого ожога. Меня пробрала дрожь: та же одежда. Тот же чёртов рюкзак. И тот же самый огонь, который с предательским треском пожирал шторы.

Безумие. Это было чистое безумие.

Я закричала – и на мой крик отозвался голос этажом ниже.

***

Мозг лихорадочно цеплялся за любые детали, выхватывая из хаоса абсолютно ненужные мелочи. Теперь я успела разглядеть, что комната была ухоженной, даже роскошной. У окна стоял пышный фикус в дорогом кашпо. Возможно, это был дом купца или чиновника. В стороне виднелся массивный письменный стол, заваленный картами... судя по надписям, я всё ещё не была дома. Я всё ещё была... ЗДЕСЬ. В этом проклятом месте и дурацком мире.

И снова всё вокруг пожирало пламя, черт... Я в панике оглянулась – пожар был в самом разгаре, будто и не прерывался ни на секунду.

Пока я исполняла свой панический танец, до меня допёрло: я все в той же дурацкой ловушке. Единственный выход – то самое злополучное окно, которое уже один раз любезно предложило мне тур вниз… Но я не могла заставить себя подойти к нему – воспоминание о том, как пол уходит из-под ног, было слишком свежо. Спасибо, память, очень вовремя! Экспресс доставка...

В этот раз я ринулась не к нему, а к заваленной двери и попыталась убрать помеху… на двери уже благополучно пылал массивный шкаф

Я сунула руку в самое пекло и моментально обожглась: стоило мне дотронуться до раскалённого дерева, как я с визгом отпрыгнула назад, споткнулась о собственные ноги и не слишком грациозно грохнулась на спину.

И в этот раз меня прикончил не огонь, а обычная вешалка для одежды. Ну знаете, такая, с тупым верхом. Но я так лихо на нее шлёпнулась…

Вы когда-нибудь чувствовали себя бабочкой на булавке?

Незабываемые впечатления.

Боль... можно сказать, мы с ней стали неразлучными подругами.

***

И снова я проснулась. В этом чёртовом горящем особняке. Снова!

В этот раз я не металась. Не кричала. Просто села на пол посреди горящей гостиной и засмеялась. Истерично, горько, до слёз.

Я не стала церемониться – с диким воплем ринулась к окну, отшвырнула балку (до сих пор гадаю как) и выпрыгнула, как сумасшедшая белка.

Пятый этаж…

Хрясь.

Идея была так себе.

***

А дальше – снова пробуждение. В аду. В одном и том же аду.

Я начала сходить с ума по-настоящему: билась головой о стену, царапала лицо до крови, умоляла невидимого режиссера этой кошмарной комедии наконец крикнуть "Стоп!".

Но шоу продолжалось. Огонь приближался с убийственной пунктуальностью, словно говоря: "У нас, дорогая, контракт на вечность".

***

Я проснулась…

***

Я проснулась…

***

Я проснулась…

***

Вы когда-нибудь мечтали о бессмертии? Ну, чтобы совсем – умереть и снова очнуться, целым и невредимым?

Наверное, да. А вы бы хотели ТАКОГО бессмертия?

Очень сомневаюсь.

Лично я уже готова подать заявление об отказе от вечной жизни. В двух экземплярах. С нотариальным заверением и печатью самого Хаоса.

Везение ли это?

Серьёзно?

Это не везение. Это то самое проклятие, про которое шепчутся в тавернах и крестятся, услышав со стороны.

Когда ты становишься лабораторной крысой у вселенной, которая раз за разом ставит один и тот же жестокий эксперимент. И имя этому эксперименту – твоя жизнь. Вернее, твои смерти. И если это была не вселенная а чья-то жестокая игра, я обязательно найду его и выскажу все, что о нем думаю. Я никогда раньше не дралась, но ради такого...

Так что нет, спасибо. Такое "везение" я с удовольствием отдала бы первому встречному. Бесплатно. И даже приплатила бы.

***

...Ещё с десяток смертей – и я, наконец, начала вникать в правила этой дурацкой игры.

Я проснулась. В этот раз меня трясло мелкой дрожью, но ум был холоден и ясен – боль оказалась прекрасным, хоть и отличающимся изрядным садизмом учителем. И так, что мы имеем? Богатый особняк. Судя по изящной мебели и картине с лесом – эльфийский. Книжные шкафы, дорогой стол, кровать с балдахином и роскошные зелёные простыни.

На моём лице расползлась безумная улыбка. Я окинула взглядом богатую деревянную дверь, намертво заваленную обломками того самого шкафа.

Ну что ж, повторение – мать мучения. Дверь была завалена основательно, разгрести завал за короткое время было попросту невозможно. Отлично. Значит, план "Б" нова в силе. Оставалось окно. Тоже заваленное, конечно, но не то чтобы совсем безнадёжно – всего одна балка, правда, не Кхар, кто бы это ни был, но тоже впечатляющих размеров.

Я заставила себя замотать руки в куртку. Сгребла эту дубовую штуковину... и тут же получила горячий привет с потолка. Видимо, дом решил, что я задерживаюсь...

***

Я проснулась. И вместо традиционного крика сразу бросилась к окну. Логика была железной: раз ситуация не меняется, значит, это я должна действовать быстрее. Не разглядывать эльфийские обои, не восхищаться дорогой вазой – хотя она очень пригодилась, чтобы выбить стекло, а ДЕЙСТВОВАТЬ. Отшвырнуть балку и…

Дерево! Да, оно там было. Я прыгнула... И не долетела. Совсем чуть-чуть.

И разбилась… А ведь оно было совсем близко…

Я все ещё помню как надо мной какой-то мужчина закричал в ужасе. Я даже ему подмигнула.

Зачем?

***

Я проснулась. И, не тратя ни секунды на раздумья, рванула к окну. Отшвырнула балку, схватила вазу – та уже стала моим верным спутником – и выбила стекло. Осколки посыпались на меня, но какая разница? Порезы заживут. А вот огонь…

Потом меня осенило. Точно! Есть вариант! Я передвинула ту самую балку в проём так, что она застряла, как неудачный мостик. Прошлась по ней, качнулась – и прыгнула!

И... о да!

Я смогла! Впилась в реденькие ветки, как бешеная наскипидаренная белка, и завыла от облегчения. Получилось! Я выбралась из этого ада!

***

Как только первый адреналин спал, я посмотрела на горящий особняк. Красотища, прям как в Светлых Странах! Иронично, подумалось мне. Прекрасная могила. Всё белое с золотом, ставни резные, а на крыше – самая издевательская деталь – феникс.

Все это горело, весело потрескивая. А я, как бродячая кошка, с испугу забравшаяся на дерево, сидела на верхней ветке. Пальцы не гнулись, намертво вцепившись в дерево. Я плакала. От радости.

Я выбралась! Правда, теперь надо было придумать, как слезать с этого прекрасного дуба. Но это уже были приятные хлопоты.

Руки, конечно, были обожжены, волосы подгорели, вся одежда была в осколках, которые впивались в кожу, но чёрт побери, я была на седьмом небе! Я уже НЕ горю. Это превосходно! Как мало человеку надо для счастья.

Не знаю, сколько просидела в этом блаженном оцепенении, но в какой-то момент мозг настойчиво просигналил: стекло не слишком полезно для здоровья! И я начала осторожно доставать его…Занятие так себе, скажу я вам.

И тут меня осенило: а как, собственно, слезать-то? Мои таланты в лазании по деревьям ограничивались уровнем "испуганный кот на заборе". А доброго самаритянина с лестницей что-то не предвиделось. Вообще-то, странно – особняк горит, как новогодняя ёлка, а пожарных нет.

Хотя... если подумать, в контексте моего личного “дня сурка”, это была уже не самая странная деталь.

***

Я просидела так несколько часов, наблюдая, как догорает моё персональное чистилище. Потихоньку приходила в себя, и в душе затеплилась робкая надежда: а что если... кошмар и правда закончился?

Ха! Наивная дурочка.

Закончился он, как же.

В конце концов, пришлось начать экстремальный спуск. Пальцы пришлось разжимать силой, руки почти окоченели от испуга. Я ползла вниз со скоростью улитки в сахаре, с перерывами на молитвы и проклятия. Руки дрожали, сил не было вообще. Итог был закономерен и предсказуем: я благополучно свалилась с последних метров. Ну, хоть не с пятого этажа! И на том спасибо.

***

Я проснулась.

И о чудо! Всё ещё внизу. И, что самое удивительное, вроде как жива.

Упала я, благо, не насмерть.

Видимо, падение с дерева после бегства из горящего особняка – это уже не смерть, а так, лёгкая неприятность. Надо мной возвышался тот самый дуб, с которого я так грациозно спустилась. Рядом мирно лежала та самая балка-предательница.

Ну что ж... похоже, спектакль продолжается. Интересно, что будет в следующем акте?

Я пролежала в кустах ровно столько, чтобы понять: пора делать ноги. И поползла прочь.

Незнакомый город, непонятные вывески, чужая страна... И я – этакая Темная овечка в стане Светлых. Появилась ниоткуда, без паспорта и приглашения – идеальный гость для допроса с пристрастием.

Этот мир был странным. Он делился на эти две категории, которые терпеть друг друга не могли: Светлые и Темные. А насчёт Светлых, кстати – не обманывайтесь. Они не добрые, они просто... другие. И ещё у них тут правят маги, которые могут ради эксперимента пару кварталов в пыль превратить. Обычное дело, бывает, правда?

Опасно ли мне было среди Светлых? Ну, если не считать риска умереть от их благочестивой заботы – вроде как нет. А вот неприятно – ещё как! Темных от здешней магии тошнило. Буквально, хотя сейчас это могло быть от пожала и... Ну, вы поняли.

Поколебавшись ровно три секунды, я подошла к местному стражнику, которого заприметила вдали. Высокий эльф в доспехах, сияющих так, что глазам больно. И, конечно, с символом того самого Ара – главного бога в их коллекции. Эти ребятки обладали самомнением размером с их собственный храм и мечтали спасти всех, даже тех, кто об этом не просил, а скорее готов вернуть им их добро в двойном размере и запихать во все возможные места. Воинственные ребятки, короче.

Ар, как известно, не слишком жаловал Темных. Но выбора у меня не было – если только не считать, конечно, варианта снова вернуться в тот гостеприимный горящий особняк...

Прекрасно. Казалось бы, ставь точку. Я выбралась и даже дошла до людей! Вот только в голове вертелся один неудобный вопрос: а почему, собственно, я оказалась в том проклятом особняке?

Слишком уж гладко всё вышло…

У Светлых наверняка нашлась бы куча удобных теорий – от "воли богов" до "кармического воздаяния". Но я-то знала правду…

Глава 3. Чужая кожа

Стражник уставился на меня во все свои прекрасные зеленые глаза. Красивые, кстати, с легким таким разрезом. Длинные белые волосы, благородные черты – вылитый лесной эльф. И явно новичок. И знаете, он был куда растеряннее меня. Даже испугался! А вокруг – тишина, благодать...

Меня это позабавило. Похоже, я стала самым захватывающим событием его службы за последние лет… сто? Или сколько там живут эти ушастики.

А вид у меня был... скажем так, непарадный. Вся в саже, в ожогах, безумная улыбка до ушей. Одежда дымится, в коже сидят осколки. – прямо ходячая реклама курорта в Бездне. Хотя в Темной Империи я и не такое на улицах видала. Кажется, я уже говорила об их милых порядках?

А вот бедный эльф... Совсем зеленый.

И тут я вспомнила про Гринпис и книжных эльфов. Интересно, эти ушастики и правда одну травку жуют, или …?

Не успела достроить мысль, как он опомнился и выдал что-то на своем певучем языке. Понадобилось время, чтобы он сообразил: перед ним не очередное исчадие ада (или первое в его жизни), а просто ходячая катастрофа в потрепанной одежде.И, к тому же, ни слова не понимает.

Ну вот не не понимала я ни эльфийский, ни обще-светлый – хоть ты тресни! Хорошо еще, что Темный от прошлой хозяйки остался в придачу.

Он это наконец понял. Сначала, конечно, пытался что-то втолковать. Потом внимательно оглядел мое потрепанное тельце, вздохнул и вежливо направился в сторону ближайшей больницы. Какой милый мальчик... Спасибо!

Правда, перед этим он пошел звать подмогу. Наверное, по инструкции: “Уход за потрепанными Темными: шаг первый – самому не паниковать”. С этим пунктом у него, честно говоря, вышло не сразу – движения были дерганными.

***

Больница... Она так отличалась от тех, к которым я привыкла. У нас были два варианта: для богатых, где ты – бог, пока платишь. Или для бедных. И в последние шли только от отчаяния, или если у тебя не было ни гроша за душой... Да и самой души, пожалуй, тоже, как и головы. Короче проще было заплатить, дорого, конечно, но чтобы тебя все же подлатали, чем…

И я про Темную Империю, если что, а вы о чем подумали?

Там обычно работали либо некроманты – лечили даром, но с перспективой легкого зомбирования. Либо маги-экспериментаторы – тоже бесплатно, но можно было проснуться с хвостом и без памяти. Ладно, иногда лечение заканчивалось летально, но это редко! Чаще просто вылезала какая-нибудь дурацкая побочка: то крылья отросли, то чешуя, то рука отвалится в самый неподходящий момент.

Но жить-то можно! Я, например, знавала одно существо... Кем он был изначально – большой вопрос. Так вот, он постоянно ходил к одним и тем же магам. Те честно исправляли прошлые косяки... и награждали новыми. Круг замыкался. И все были довольны!

Ну, почти...

.

А эта больница оказалась на удивление чистенькой, светленькой, и перед ней топталась разношерстная очередь – от простых ремесленников до поблескивающих золотом типов, купцов, что ли. Или у них тут и аристократы туда бродят? Не знаю.

Их всех медленно, но верно пропускали внутрь, и, похоже, абсолютно бесплатно! Даже сортировка была: вот этот – с пальцем, подождет, а вон тот – с копьем в боку, ему вне очереди. Удивительная забота, правда?

Меня проводили в кабинет скорой помощи, где юная целительница в белоснежной мантии и с улыбкой, способной осветить пару темных переулков, тут же принялась приводить меня в божеский вид.

Миленько. И что главное – почти не больно! Особенно если сравнивать с тем, как еще недавно я была живым факелом. Но думать об этом... ну, вы поняли.

***

Минут через пять в кабинет зашел еще один экземпляр местной фауны. И что удивительно – Темный! Я такого здесь не ожидала увидеть, у светлых церковников обычно с трудоустройством наших строго. Хотя, откуда мне знать? Я ведь тут не так долго.

Так вот, это был простой такой, крепенький мужичок лет пятидесяти, в черной мантии, ну и со знаком того самого светлого бога. Представился Кайлосом, сложил руки на груди и уставился на меня как на диковинный экспонат.

– Кто вы? – спросил он, вглядываясь в мою потрепанную физиономию.

Слава богам! Он знал мой язык. Редкость, для здешних мест.

Ну, рассказывать ему всю свою сагу о пробуждении в чужом теле и пьяных похождениях по берегу? Не буду. Как-то не солидно, что ли. Проще тбрехаться классикой жанра: благо, магия – штука такая, на нее можно было списать любую дичь.

– Рина Артай, гражданка Темной Империи, – выдала я. – Не знаю как, но проснулась в горящем особняке. Чудом выжила.

– Просто... проснулись? – голос Кайлоса прозвучал сухо, словно скрип пергамента. – Что предшествовало?

Пока целительница выводила на моей коже затейливые узлы из лечебной магии, я выдала простую версию. Не очень-то хотелось, но… А варианты?

Коротко, без лишних деталей:

– Я из Риата, Темная Империя... Подошла к воде, чтобы посмотреть на свое отражение... Дальше – не знаю. Очнулась уже в огне.

Упал, очнулся – гипс. Классика же.

Кайлос прищурился, бросив взгляд на горящий желтым светом артефакт у стены.

– Дальше? – протянул он, явно ожидая чего-то большего.

Я вздохнула. Черт, ну конечно, он видит, что я вру. Или по крайней мере недоговариваю. Есть у местных “полицаев” такая радость, как амулет, отличающий правду, натуральный такой светофор: красный – ложь, зеленый – правда, желтый – что-то тут не чисто. Что ж, ладно, понеслась.

– И я умерла. А потом снова очнулась в этом проклятом особняке. И еще раз. И еще... – меня передернуло от одного воспоминания. – Это было очень, очень больно.

– То есть… вы хотите сказать... что умирали уже несколько раз? – он поднял бровь с таким скептицизмом, будто я только что объявила себя реинкарнацией королевы эльфов.

Правда, я не знала, есть ли у них королева. Какой у них тут вообще строй?

– В-верно... – выдавила я, снова почувствовав на коже призрачный жар огня.

– И что не планировали нелегально пересекать границу Страны Ара? – продолжил он.

Это прозвучало куда страшнее, чем его недоверие.

– Я в Стране Ара? – выпалила я. – Я думала, это регион Светлой Империи!

Это действительно не сходилось. Мой Риат граничил со Светлой Империей, но до этих мест было ехать недели три на быстрых ящерах, что тут использовали вместо автомобилей – гадят меньше, чем лошади, ходят быстрее. Но сильно дороже стандартных лошадок, на тех и вовсе целый месяц было бы ехать.

Кайлос медленно сложил руки.

– Мисс Артай, – произнес он с легким укором. – Вы либо гениальная актриса, либо самая невезучая особа, что я встречал. Страна Ара – независимое теократическое государство. Попасть сюда "случайно" из горящего особняка... Звучит неправдоподобно даже для магии..

Он сделал паузу, давая мне осознать всю глубину своего провала.

– Так что да, вы нелегально пересекли одну из самых охраняемых границ в этом мире. И мне предстоит выяснить, каким чудом вы остались живы. И зачем вас подбросили именно к нам.

Как меня сюда занесло? Телепортация – удовольствие дорогое и сложное, не для пьяных гуляк. Если сравнивать с моим старым миром, это как купить билет в бизнес-классе на другой континент.

Нет, конечно в ЭТОМ мире бывали спонтанные порталы, но тут мы возвращаемся к Стране Ара. Эти ребята так перекрыли свою границу, что мышь не проскочит, не то что стихийный портал. Я бы просто въехала мордой в их стену и благополучно бы сгорела от их защитки. Иронично, конечно.

И тут в голове щелкнуло леденящее душу подозрение.

– А какое сегодня число? – спросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Может, меня вывезли? Или...

–Кайлос изучающе посмотрел на меня, его пальцы медленно постукивали по рукаву.

– Седьмое ноября, – четко произнес он, не отрывая от меня глаз. – Три тысячи восемьсот пятидесятого года.

Мир вокруг поплыл. Шестое ноября. ШЕСТОЕ. Проклятые карты, побег, пожар, смерти... Вся эта адская карусель уложилась в одни сутки.

Он выдержал паузу, давая мне осознать сказанное.

– Для справки: вчера вечером, шестого ноября, в городе не было зарегистрировано ни одного необычного магического всплеска, способного перенести человека через полконтинента. Ни телепортаций, ни разрывов. – Его взгляд стал тяжелее. – Так что ваше появление здесь... либо результат магии, о которой мы не знаем, либо вы лжете. И поверьте, мы это выясним.

Он шагнул ближе.

– Ваша история рассыпается, как пепел. И сейчас у вас есть один шанс рассказать, как вы на самом деле оказались в том особняке. И зачем.

Жрец – а это был именно жрец, с той самой каменной невозмутимостью, которую, видимо, раздают с посвящением – смотрел на меня с немым вопросом в глазах. Ну, знаете, таким взглядом: "Говоришь, умерла несколько раз, а сама – жива-здорова. Как так-то?"

Нет, дорогой, я говорю не все. Но первую часть – про тело, про Иру – тебе знать совсем не обязательно.

Не знаю, почему, но раскрывать эту карту не хотелось категорически. Инстинкт, что ли?

А в тот момент... в тот момент я просто блаженствовала. Наконец-то не было боли. Допрос, его недоверие, скрытые угрозы – все это отступило куда-то далеко. Целительница творила чудеса – ее магия струилась по телу прохладной волной, затягивая ожоги, смывая грязь и копоть. Лучшее, что случалось со мной с тех пор, как я открыла глаза в этом странном мире.

Жрец медленно сложил руки за спиной, и его взгляд потяжелел.

– Вы умалчиваете ключевые детали, – произнес он без единой нотки вопроса. – Боль, плохой советчик. Но смерть... смерть оставляет следы, которых я на вас не вижу.

Он вышел без единого слова, за ним слуга аккуратно унес мой потрепанный рюкзак.

Спустя несколько минут Кайлос вернулся, неся небольшой ларец с мерцающими символами.

– Стандартная процедура, – сухо пояснил он, расставляя на столе странные приборы, похожие то ли на компасы, то ли на чаши для благовоний. – Ваши вещи будут изучены на предмет... скрытых угроз. А вы... – он бросил на меня пронзительный взгляд, – пройдете несколько тестов.

Его движения были отточены, но в уголках губ пряталась едва заметная напряженность.

– Капля крови, – произнел он ровным, безжизненным голосом. Взгляд его был тяжелым и пристальным, как у хищника.

Я тут же насторожилась. Кровь – это тебе не конфетка, с ней шутки плохи! Я как-то сама навела порчу на прыщи на какого-то бедолагу, если честно, это было мое первое и последнее заклинание. Мне просто было интересно… прости, кто бы ты ни был, прости! Сомневаюсь, что оно прошло даже сейчас.... Я взяла совсем случайную кровь тогда, дура....

Хотя о прыщах ли мне сейчас думать? Тем более чужих.

Будь передо мной чистокровный Темный, я бы уже вспомнила все ругательства, какие знаю (в основном орочьи), и отправила бы его прямиком в Хаос. Первое правило Темной Империи: любой темный использует тебя, если сможет. Доверять им – себя не уважать.

Но… Но это же светлый жрец...Хотя кто их разберет, этих праведников? Да и праведник ли он, если это мой собрат? Не понимаю.

Но выбор-то какой был? Послать его? Не вариант.

Я просто молча протянула руку. Он ловко уколол палец и поднес каплю к прибору... Тот не издал ни звука.

Он провел тест еще раз, потом еще. Тишина. Его пальцы сжали коробочку чуть сильнее.

– На вас ничего нет, – отрезал он, откладывая артефакт. В его голосе не было удивления – лишь сухое, профессиональное недовольство. – Ни следов магии, ни искажений. Абсолютная чистота. – Он посмотрел на меня как на ошибку в расчетах. – Так не бывает. Особенно у тех, кто побывал на той стороне и вернулся.

– А такие бывали? – я невольно пододвинулась к нему. Это было важно.

– Да, – бросил он, недовольно прищурившись. – Но это не ваше дело.

В смысле как это не мое!? Еще как мое! Но…

Он сделал шаг вперед, и воздух в палате стал гуще.

– У вас есть немного времени, чтобы вспомнить, как вы пережили то, что не должен пережить смертный. А я...я поищу ответы, пока вы отдыхаете.

– Никуда не уходите, – бросил он через плечо, направляясь к выходу. – Мина, проследит. – Он кивнул на целительницу.

Уходить? Мне бы хоть немного поспать! Я рухнула на подушку с чувством, будто меня переехал караван груженых телег.

Засыпала я, несмотря на его угрозы, с дурацкой улыбкой: все позади, я спасена, меня накормят похлебкой и все такое...

Жрецы Ара – народец строгий, но справедливый. Ну, поругаются, ну подержат взаперти – и ладно. Невиновных-то они не карают, а я что плохого сделала? Кроме разве что нелегального проникновения в их священные земли через горящий особняк. Мелочи!

В общем, я была уверена, что в безопасности. Твердо. Искренне.

А зря.

***

Вы, я думаю, догадываетесь, что произошло? Правда?

А вот и нет!

Я открыла глаза все в той же чистой палате, и даже ожоги уже казались уже не такими страшными. А когда дверь открылась и на пороге появился Кайлос, я чуть не расплакалась от облегчения. Пока что всё шло... ну, относительно нормально.

Он прислонился к косяку, скрестив руки: – Ну, как вы?

– Жива, – выдохнула я, и на губы сама собой наползла глупая улыбка. – И в порядке. Пока что.

Вот именно: "пока что". Но … Тогда мне казалось, что все самое страшное позади.

– Мисс... Артай. Или кто вы там, – голос Кайлоса вернул меня к реальности. – Боюсь, у нас к вам еще много вопросов.

Печально. Значит, они так и не поняли, что со мной случилось...

– Видите ли… Вчера вечером сообщили о пропаже Рины Артай. Это так. Но…

– Д-да? – выдавила я, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

Он протянул небольшое зеркало. Я машинально взяла, ожидая увидеть знакомые черты – те, что помнила по грязным лужам и витринам.

И обомлела.

Да, общие черты угадывались: телосложение, цвет кожи... Поначалу под бинтами я и не заметила. Но это была не я.

Совсем не я.

Совсем-совсем не я.

На меня смотрело незнакомое лицо. Милое, юное, лет восемнадцати. Россыпь веснушек, пухлые губы и огромные, чужие, ярко-голубые глаза.

Лишь моё собственное выражение – полное, абсолютное охренение – подтверждало, что это не сон. На всякий случай я глянула в оконное стекло... и там повторилось то же самое незнакомое личико. Да ещё и пару новых родинок на руках разглядела – таких у меня отродясь не было.

Стало по-настоящему страшно. Что, опять? Меня снова куда-то перебросило? Этот мир вообще тот же? Или?

Хотя стоп... Мне только что сказали, что Артай пропала. То есть я... я...

– Успокойтесь, – сухим тоном прервал мой внутренний разгон Кайлос. – Дышите. Вдох… Выдох.

– Согласно официальному магическому сканированию, вы – Лианна Марей, – его голос был ровным и не оставлял пространства для возражений. – Дочь владельца сгоревшего особняка. Объясните, на каком основании вы присвоили себе имя Рины Артай?

– Но я и есть Рина... – прозвучало скорее как вопрос, чем утверждение.

Внутри все оборвалось. Снова чужая судьба, чужая жизнь... Неужели опять начинать с нуля? Не хочу!

Я была в шоке… Что мне сейчас было. делать? Утверждать что я – это не я?

Как? Почему? Что вообще произошло?

– Возможно, в вашей магии ошибка? – слабо выдохнула я. – Или это... последствие вчерашнего пожара?

В любом случае, имя я уже назвала старое. Отступать было поздно.

Кайлос холодно посмотрел на меня, словно я только что предложила отменить законы магии. – Магия не ошибается, мисс Марей. Ошибаются люди. Притворяясь кем-то другим, вы лишь усугубляете свое положение.

– Х-хорошо... – я сглотнула, чувствуя, как почва уходит из-под ног. – Но давайте включим логику. Какой смысл Лианне Марей притворяться кем-то из Темной Империи? – я развела руками, пытаясь поймать его взгляд. – В этом же нет никакой выгоды! Наоборот, это верный способ вызвать подозрения.

Кайлос не моргнув глазом выдержал паузу, его лицо оставалось каменным. – Выгода? – он произнес слово медленно, словно пробуя слово на вкус. – Возможно, вы рассчитывали на менее строгий допрос под чужим именем. Или пытались скрыть настоящие причины пожара. Его пальцы слегка постучали по столу. – Но это не меняет главного. Вы – Лианна Марей. И у вас есть ровно один шанс рассказать, что на самом деле произошло в том особняке.

По щекам уже текли предательские слезы. Я не знала, что еще сделать! – Но я же говорю вам правду! – голос сорвался на шепот. – Я Рина Артай, я всегда жила в Темной Империи!

Ну ладно, не всегда, но на тот момент это даже выпало из головы и амулет горел зеленым. Иногда пустая голова – приобретение полезное, но редко.

Я начала лихорадочно перечислять все, что приходило в голову: имя своего вечно недовольного начальника-мага Райдона, дурацкие поручения, которые он давал, название таверны "У Рага", даже имя Ларри... Мелочи, которые вряд ли попадут в отчеты или газеты, но которые были моей жизнью.

– Проверьте, если не верите! – выдохнула я, понимая, что мои слова – всего лишь тонкая соломинка. И что ему еще только предстоит проверить каждую из них. И неизвестно, во что это выльется.

Глава 4. Протокол испытаний на прочность или Премия Дарвина для эльфа

Кайлос выслушал мой сбивчивый рассказ, не проронив ни звука. Его лицо оставалось непроницаемой каменной маской. Ну и характер у него! Я тут чуть ли не в истерике, а этот… даже глазом не моргнул.

Когда я замолчала, чтобы перевести дух, он неспешно достал из складок мантии тонкий серебряный амулет и жестом активировал его. Щелчок. Вспыхнул яркий свет.

– Каждое упомянутое вами имя будет проверено, — проскрипел он. – Каждый факт — подтвержден или опровергнут. – Он сделал паузу, и золотистый свет амулета отразился в его темных глазах. – Но знайте, мисс: если вы лжете, магия это почувствует. И тогда наш разговор из гостиной плавно перетечет в подвалы. И надолго.

Он повернулся к двери, но на пороге бросил через плечо: – А пока... отдыхайте. Вам понадобятся силы.

И ушёл, не оставив мне ни малейшего шанса для возражений. Я с трудом уняла дрожь в руках и откинулась на подушки. Что ж... Теперь можно отдохнуть, наконец-то!

Недолго, наверное, но зато в чистой палате, а не в сыром подвале.

За дверью встал в караул тот самый эльф-стражник. Я помахала ему рукой – он ответил неуверенным кивком

Вдохнула поглубже и принялась уговаривать себя успокоиться: Во-первых, я жива. Уже неплохо. Во-вторых, меня лечат. В-третьих, меня пока даже не заковали в цепи! Жизнь вообще прекрасна! Правда только если прищуриться, но.. Что поделать.

Убедить себя было нелегко, но в конце концов под монотонный гул тревожных мыслей я уснула.

***

Утро выдалось на удивление спокойным, ожоги почти не беспокоили. Поговорить было решительно не с кем – моего языка здесь, судя по всему, не понимал никто. Оставалось лишь покорно ждать возвращения Кайлоса.

Он объявился ближе к вечеру, и его хмурый, тяжёлый взгляд красноречиво намекал, что разговор с начальством прошёл не лучшим образом. Мой стражник-эльф, завидев его, вытянулся в струнку.

Он подошёл к столу, уперся в него костяшками пальцев и навис надо мной.

– Мы описали ваше имущество. Колода карт представляет… особый интерес. – Он сделал паузу, и в воздухе повисло напряжение. – Среди них есть одна… Дурак. – Он выплюнул это слово с таким отвращением, будто глотнул Раговского фирменного коктейля. – Ее хранение считается крайне нежелательным. И очень опасным. Объясните, каким образом она оказалась в вашем рюкзаке.

– Какие еще карты? – я искренне вытаращилась на него.

О чем идет речь? Какие к чертям карты? Я значит, тут умерла, и не один раз, а его интересуют какие-то бумажки? С огромным трудом в памяти всплыла та самая карточная история. Неужели речь о них?

– Стойте-стойте, какие гадальные карты? – не удержалась я. – У вас тут есть запрещенная гадальная карта? – я перебирала в голове тот эпизод.

Мозг лихорадочно перебирал обрывки того вечера. Что за дрянь мне тогда подсунули? Шут, Смерть, Висельник, вроде бы…

Дурак… Он сказал “дурак”. Кто у нас подходит под это? Так, кто из этой компании подходит? Нет, Смерть – вряд ли дура, Висельник – тот ещё придурок, но явно не в этом контексте. Выходит, остается только Шут.

В моем старом мире это была самая заурядная карта Таро. Странно, что здесь ее возненавидели до такой степени...

Об этом я у него и спросила:

– Шут, что ли?

Хотя... В голове, словно вспышка, мелькнуло воспоминание. Я же незадолго до... всего этого делала расклад… Дурацкое увлечение, знаю. Но что же тогда мне выпало?

Прежде чем я успела собрать в кучу обрывки памяти, он резко вскинул голову.

– Не называйте ее! – рявкнул он, и в его глазах блеснула сталь.

Я растерянно моргнула. – Да в чем проблема-то? –вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.

– Это имя не стоит называть вслух, – рыкнул он, и его пальцы судорожно сжались. – Откуда эта карта у вас?

– Понятия не имею! Была какая-то гадалка-оборотница, погадала на судьбу – и выпала эта карта! Откуда мне было знать, что она у вас тут под запретом?

Черт подери, кто вообще запрещает карты. И из-за чего?

– Не под запретом… – он тяжело вздохнул, и в этом вздохе слышалось не просто раздражение, а глубокая усталость. – Все… значительно сложнее.

– Человек, который мог бы пролить свет на эту... ситуацию, сейчас занят более глобальными проблемами.Так что вам предстоит задержаться в этих стенах. И не пытайтесь их покинуть – это упростит жизнь всем нам.

Он говорил тихо, сухо и четко.

– Х-хорошо… – я откинулась на подушку, прикрыв глаза.

***

Описывать мои больничные будни – дзанятие неблагодарное. Меня лечили, я много спала и изрядно скучала. Еда, к слову, оказалась на удивление съедобной – не чета той бурде из поликлиник моего прежнего мира.

Жрец больше не навещал меня, а раз местный язык оставался для меня тайной за семью печатями... Было скучно.

Все казалось... вполне себе нормальным.

Я почти успокоилась. Мало ли какие бывают магические инциденты, верно? Ну карта и карта…

Правда, ожоги по-прежнему напоминали о себе тянущей болью.

И я тогда даже забыла, что при мне был мой верный рюкзак. Жрец забрал его "на проверку" и не вернул...

Ровно через четыре дня с того инцидента, десятого числа, после очередного ничем не примечательного дня, я снова уснула.

С меня уже сняли часть бинтов, но двигаться все равно было мучительно больно.

Я окончательно решила, что все наладится.

Как вы, наверное, уже догадались... наладилось оно весьма своеобразно.

***

Ну вот, надо же было так поздно сообразить! Я открываю глаза – и сразу где-нибудь что-то горит, взрывается или вот, на тебе, – в поезде качу! А я хоть бы раз насторожилась! е догадалась же сказать тому жрецу, что мне спать нельзя! Нет, не подумала! Надеялась, что вся магия закончилась на том злополучном случае. Ан нет!

Я... проснулась! Опять. И снова не там, где надо. Чтоб вас всех дракон забрал и выплюнул прямиком в Хаос!

Выспалась, кстати, на удивление хорошо. от только открыла я глаза не в больничной палате, а... в поезде.

Я пару раз моргнула: да, купе. Диваны, полка, окошко... Неужели домой вернулась?!

С замиранием сердца рванулась к окну, и тут же… мимо пролетел дракон.

…

Ну, есть и другой вариант – я окончательно тронулась умом. В общем-то, оба варианта были одинаково пугающими.

Драконы не должны сочетаться с поездами.

Или… должны?

И тут до меня наконец дошло. Магические поезда за последние лет десять-пятнадцать прочно вошли в обиход. Дороговато, конечно, но куда приятнее, чем трястись в повозке или топить пешком. Я сама на таком ни разу не ездила, но наслышана была знатно – комфорт, скорость, красота!

Сначала я наивно подумала: ага, жрецы, видно, решили отправить меня домой с комфортом. Только вот странно... Почему не предупредили? Или хоть разбудили бы, в конце-то концов, а?

А потом до меня дошла ма-а-аленькая такая деталь: поезда между Светлыми и Темными землями не ходят от слова совсем. Порталы – да, иногда. Дирижабли – в единичных случаях. Но у нас же вечная борьба на уничтожение, какие уж тут железнодорожные сообщения! Да и в стране Ара их, вроде как, и вовсе не было – я сама читала в одной газетенке.

И тут у меня в горле встал ком. Если меня никак не могли отправить на поезде…

Нет-нет-нет... Этого не может быть. Значит, я снова...

Но я же не умирала! Я была жива! Ну какого черта?!

Я резко вскочила, в панике огляделась и тихо взвыла: на мне не было ни единой царапины.

Вы когда-нибудь мечтали быть ранеными? А я – да! Потому что мое идеальное здоровье означало лишь одно: кошмар начался снова. Хотя... стоп, а разве он вообще прекращался?

Ни потертостей от бинтов, ни следов ожогов, ни шрамов от стекол – ничего. Одно сплошное "здравствуйте, с вами снова ваша любимая петля времени, приятного апокалипсиса!"

Так… Там была еще одна деталь. Я была Маррей… Пусть я буду Маррей… нет, лучше Артай... Чёрт, пусть я буду... Кем я должна быть на этот раз?!

Не-е-е-ет…

Я осторожно потянула себя за волосы – короткие, светлые, неестественно мягкие. Руки – чуть полнее, чем я привыкла, с ухоженными ногтями, выкрашенными в вызывающе-яркий красный. На лице – слой косметики – на обивке дивана остался четкий, насмешливый след от пудры.

Это была совсем другая девушка. Ни ко мне, ни к той Лианне – никакого отношения не имеющая.

Черт. Черт, черт, черт...

Чужие, наманикюренные пальцы, подрагивали от ужаса, который принадлежал только мне.

Я дико озираюсь: поезд вроде нормальный.

Я была одна в купе, сиденья мягкие, дверь деревянная, за окном – кромешная тьма. До боли знакомо…

Я ведь… Я на таком же мчала к сестре в тщетной попытке помириться… Она звала меня переехать к ней в Нейтральные страны, а я тогда…

Стоп.

Стоп-стоп-стоп. Какой сестре?! У меня отродясь НЕ БЫЛО никакой сестры.

Откуда это в моей голове?

Черт! Да это же воспоминания Рины Артай! Прошлого–позапрошлого тела! Почему они лезут в мой и без того перегруженный мозг?!

Яркая вспышка, и я вспоминаю, как мы тогда так и не помирились. Моя сестра была профессиональным фанатиком! Неважно, что в голову взбредет: собака, замужество за светлым эльфом или язык темных – все должны срочно разделить ее помешательство!

Собака? Все друзья срочно заводят щенков! И не важно что уже через месяц ее пес будет слоняться по квартире с несчастным видом и вообще потом переедет к матери...

Язык дроу? Учим все вместе! А через неделю она уже забывает все слова, а я до сих пор могу поддержать беседу о погоде с темным эльфом. Хотя какая к чертям погода в пещерах… Хренов разговорник.

И так ВСЕГДА! От новых духов до поклонения богине асфальта – кстати, до этого слава богам не дошло… Какой асфальт в этом мире…

А теперь скажите – неудивительно, что я не переехала к ней, верно? Эта Лиззи... Она всегда была слишком легкомысленна. Даже для меня, а я, между прочим, считала, что достигла дна легкомыслия в своей прошлой жизни!

Однажды она решила, что мы обязательно должны стать вегетарианками – во имя спасения и сохранения природы! Через неделю я застала ее жарящей стейк с криком "Но они же такие вкусные!"

Самое веселое, что в этом мире я вообще о таком движении не слышала, а собственно, зачем? С природой тут все зашибись.

Другая ее гениальная идея разводить – ручных крылатых змеев. Через месяц она передумала, потому что узнала, что у змеев бывает линька, а яйца этих проглотов я сбывала на черном рынке.

А один раз, она поклялась, что выйдет замуж только за светлого эльфа... Хотя до этого клялась, что никогда не свяжет жизнь с "этими зазнайками". В общем, через две недели она влюбилась в темного магната и устроила истерику, потому что он не хотел бросать жену.

Так что нет, я не переехала. И знаете что? После всего этого я чувствую себя почти разумным человеком. Почти.

Господи, да какая разница?! Я снова в чужом теле, мчусь бог знает куда, а в голову лезут воспоминания об инцидентах десятилетней давности! Это уже не смешно! Это...

Со всем этим я разберусь потом – и с головой, и с сестрой, и с картами. Сейчас куда важнее был чертов поезд!

После всех последних... воскрешений... эта обыденность казалась неестественной. Я чувствовала подвох. Но в чем? Что должно случиться?

Вокруг – ничего подозрительного. Только я, сменившая тело, да мой верный рюкзак. Я вскрыла его – и да, все тот же набор: термос с горячей водой, пучок собранных трав, смена одежды... моей старой одежды... и три карты: Висельник, Смерть и Шут.

Я моментально вышвырнула в окно последнее – эти чертовы карты. Может, в них все и дело? Они весело улетели в ночь, словно радуясь свободе.

Может, это был плохой знак. А может – просто клочки бумаги, не стоящие внимания.

В конце концов, я вздохнула и заварила чай. Вода в термосе все еще была горячей, а знакомый аромат мяты знатно успокаивал нервы.

Я пила чай, глядя в темное окно, и пыталась понять: что происходит? И почему я, собственно, здесь?

Минут десять все было спокойно... Я даже успела поверить, что на этот раз все обойдется.

И буквально через десяток минут поезд вдруг дернулся так, будто решил станцевать джигу. Я вскочила...

Но было поздно.

Меня швырнуло вперед с такой силой, что я успела подумать: "Может, выкинуть карты было плохим знаком?"

Поезд устроил себе аварию. На таких скоростях это... впечатляюще. На этот раз меня просто расплющило. Последнее, что я помню – ароматный мятный чай, весело разливающийся по полу.

***

Я проснулась. Снова здесь. Все на своих местах: поезд, купе, эта глупая челка перед глазами. Даже чайный термос стоит нетронутый. Ничего не изменилось. Кроме одного – я снова жива.

– Что происходит?! – закричала я в идеально чистый потолок, чувствуя, как медленно схожу с ума.

Ответа, разумеется, не последовало. Если, конечно, не считать ответом проводницу, которая возникла в дверях минуту спустя

– Что случилось? Вы кричали? – поинтересовалась она на обще-темном, и я едва не расцеловала ее за родное "ррр" в гортани.

Милая женщина, лицо доброе, уставшее. Пахнуло чем-то таким домашним, прямо ностальгия по продащицам в родном мини-маркете... Эх.

Я лишь покачала головой. Объяснять, что поезд только что благополучно разобрался на запчасти вместе с моей тушкой – совершенно бессмысленно. В лучшем случае вежливо предложат травку поприличнее.

Эм… А тут была травка? Местные что-то курили, но я не особо вглядывалась. В конце концов употреблять что-то в магическом мире… Ну его, себе дороже. Если у нас ты подсадишь здоровье и мозги, тот тут ты можешь этих мозгов лишиться абсолютно буквально, или памяти. Или еще чего. Это и так случалось на постоянку из-за какой-то дряни. То Хаос куда-то чихнет не туда, то какая-нибудь мировая катастрофа, то маги опять что-то нахимичат и в городе повальная амнезия начнется. Весело, короче.

Но вернемся…

Что делать? Куда идти? И главное – зачем, если все равно окажусь здесь же, с этой вечной челкой и рюкзаком?

***

К чертям. Я вышла и решила пройтись по вагону. Не может же все это происходить просто так, верно! Должна быть какая-то причина аварии: пробоина в реальности, злобный маг с чувством юмора – что угодно!

Или я теперь обречена вечно проживать эти десять минут, как заевшая пластинка? Нет, думать об этом категорически не хотелось. Что-то просто обязано быть!

Я в панике пронеслась по вагону, но это был самый заурядный поезд – сиденья, окна, пассажиры... Никаких намеков на временную аномалию или хотя бы табличку "Добро пожаловать в ад".

Что ж, я снова убедилась – я не дома. Более того, вокруг был настоящий зоопарк: змеемордые юань-ти, темнокожие дроу, люди, парочка бледных вампиров... В общем, стандартный набор для наших краев.

Я уже привыкла, что здесь как ни выйдешь на улицу – полная солянка.

Ничего необычного, если не считать, что все это уже разбивалось насмерть минуту назад.

Я обратилась к ближайшему пассажиру, это оказался человек среднего возраста в какой-то черной одежде… Классика: – Простите, а куда следует поезд? На меня посмотрели как на умалишенную: – В Темную Империю. Мы уже едем несколько дней, вы… Не заболели? Так-так-так. Может, меня все-таки отправили домой? Надо проверить. – А откуда мы едем? – Из Анклава.

Анклав… АНКЛАВ?! – ЭЛЬФЫ?! – выдохнула я. Я там в жизни не была! Да и попасть туда... это ж целая история! Там такие допуски, амулеты и все в таком духе… Я даже не знала, что у них есть сопряжение с Темными. Ну, видимо есть. Я забегала из стороны в сторону, а пассажир благоразумно ретировался, видимо, решив, что перед ним сумасшедшая. Может он и прав, я хихикнула.

Я остановилась. Вдох-выдох. Да какая разница откуда и куда он едет! Я все равно в другом теле. Надо что-то делать с желанием этой груды металла (если это, конечно, металл, кто этих магов знает) превратиться в тарелочку!

Не успела.

***

Я проснулась, вся в холодном поту, меня вырвало от остаточной боли... Как же я ненавижу этот момент! В ушах все еще стоял тот самый хруст – мой личный саундтрек к очередному провалу. Мои кости.

На этот раз я рванула в другую сторону. Должна же быть какая-то причина, черт возьми! Что-то, что заставляет поезд вдруг решить, что он – гармошка!

Увы, мне снова не повезло.

В той стороне не оказалось ничего подозрительного. Вообще. А поезд, надо сказать, был до неприличия длинным. Десять минут пролетели мгновенно...

***

Авария…

***

Авария…

***

Авария…

***

В конце концов я просто вышла на крышу. Наугад. Почему бы и нет? Хоть свежий воздух, хоть последние впечатления перед очередным превращением в лепешку.

И да. Здесь был выход на крышу. Не спрашивайте зачем. Ветер, конечно, был знатный, но стоять было реально.

И вот на этот раз мне повезло. Там сидел лесной эльф, скрестив ноги. В дорогой одежде, с видом потомка древнего рода, который явно считал, что законы физики – для плебеев. Медитировать на крыше несущегося поезда! Премия Дарвина, прямо тут, в натуральную величину! Ладно я, я здесь экспонат для этой премии, но зато постоянный. А он-то одноразовый. Наверное.

Я уже открыла рот, чтобы порекомендовать ему более безопасные способы просветления – например, в лесочке под дубом... Но не успела.

Он встал, потянулся, словно только что проснулся в уютной постели, и...

– Какого?!

***

Я проснулась.

Я же упомянула, что он аристократ? Его защита оказалась на уровне "мой предок лично знал создателей этого мира". И этот неудавшийся кандидат на эволюционный отбор – готова поставить головы оставшихся трех тел на то, что он выжил – умудрился заклинить колеса.

Поезд, естественно, решил, что рельсы – это скучно, и грациозно съехал прямиком в ближайший лес. А лес тут был – просто мечта дровосека! Вековые ели, крепкие, как убеждения фанатика...

И в одну из них врезалась я. С тех пор хвойные у меня вызывают стойкую аллергию. Особенно елки.

Мне хотелось и плакать, и кричать, и устроить истерику с битьем посуды. Но если я не хочу в двадцатый раз превратиться в котлету, нужно было что-то делать. Похоже, я окончательно схожу с ума.

А может, это уже произошло, и галлюцинации стали моей новой реальностью?

Глава 5. Рыбка ты, наша

Я снова поднялась на крышу и обратилась к эльфу:

– Привет!

...Он почти не отреагировал, лишь ухо дернулось, как у кота, которого отвлекли от наблюдения за мухой.

– Что, жизнь не мила? – продолжила я.

Тут он резко обернулся, и я увидела его глаза… Но какие они были! Янтарные, горящие хищным огнем. Мать моя женщина... Полукровка. С оборотнем.

ЭЛЬФА с оборотнем. Кабздец пацану. Я чуть не отшатнулась, с трудом удержавшись на краю крыши, ветер радостно хотел мне помочь, но я все же удержалась.

Знаете, только у потомков этой звериной расы бывает такой яркий свет. А оборотни, это вам не домашние песики – народ дикий, не признающий никаких законов, кроме силы, разумные, конечно, но опасные до чертиков. Я их всегда опасалась.

А судя по руническому плащику на его плечах – он еще из знатного такого эльфийского рода.

А эльфы и оборотни терпеть друг друга не могут; еще бы, и те и другие живут в лесах, но если первые предпочитают с разумными все же договариваться (иногда, перед тем как нашпиговать стрелами, не самые добрые ребятки), а вот вторые с людьми не церемонились и просто приглашают на обед. В качестве главного блюда.

Я прикрыла рот рукой… Бедный парень. Он позор крови для обеих рас, так еще и все остальные ребята не слишком любят оборотней.

Он поймал мое взгляд, его губы исказила горькая усмешка, и…

Рыбка ты наша, ну зачем ты так!

И снова здравствуй, елочка. Любимая моя, зеленая, твердая.

С-собака…

И как я теперь новый год буду праздновать? Дурацкая мысль, да?

***

Я проснулась и уже даже не удивилась. Если бы у меня была монетка за каждое такое пробуждение, я бы уже купила себе этот чертов поезд и разобрала его на запчасти.

И сейчас мне не хотелось вставать от слова совсем, в голове крутились дурацкие мысли: например, насколько канонично праздновать новый год, ну там, с дубом? А насколько вообще можно его праздновать в мире магии, если это вроде как христианский праздник? Хотя стоп. Христианский – это рождество, а Новый Год – языческий. Но почему тогда его празднуют все, даже верующие?

Потом вспомнила насколько вообще весело трансформировалась легенда о деде, который, простите, замораживал насмерть принесенных в жертву снегурочек, а теперь он стал выполнять роль Санты… Который вообще-то буквально святой. С другой стороны. Причем тут рождение Христа и сильно более поздний Николай, который стал Клаусом… Хотя я явно чего-то не знаю.

Я встряхнула головой. Сомневаюсь, что Санта мне сейчас поможет, и вряд ли, если я напишу ему письмо и попрошу спокойную жизнь он положит мне в это в носок и завяжет ленточкой, так что лучше сейчас думать о чем-то более насущном. Об оборотнях, например.

Кстати насчет оборотней. Знаете, они жили в Темной Империи и черт возьми, я чуть не грохнулась в обморок, когда в одной закусочной заказала дамские пальчики. Знаете, есть такой десерт, да?

А мне принесли ПАЛЬЦЫ. Настоящие такие, человеческие. Девушка подала мне их с такой милой улыбкой. Меня чуть не вырвало прямо на официантку, а она еще спрашивала, что не так… Мол, свежие же…

У темных нет запрета на мясо разумных, видите ли. Нде… Надеюсь этот полуоборотень не решит мной позавтракать, если я все же оттащу его от края.

– Ну что, Рина, – бодро сказала я сама себе. – Опять в путь. Люди живут и в иглу живут, и в халупах без отопления, а ты тут в роскошном дне сурка-мазохиста застряла. Надо не ныть, а думать!

Я снова влезла на крышу. Подошла к нашему местному философу и хлопнула его по плечу так, что он аж подпрыгнул.

– Привет, красавчик! Не знал, что здесь открыли филиал ада? – … – он молча смотрел вперед, намертво меня игнорируя. Миленько. – Ты в курсе, что если ты решишь превратиться в лепешку, то весь этот поезд составит тебе компанию?

Он приоткрыл глаза. О, эти янтарные провалы в никуда, мне с трудом удалось не вздрогнуть, контраст тот еще. – Плевать, – выдохнул он. – Я вам всем ничего не должен. – Ага, – подсела я рядом. – Жизнь – конечно, та еще шутка. Но не полностью же безнадежная?

Я поежилась, сидеть на краю несущегося поезда, когда тебя пытается сбить ветер… То еще удовольствие. – Ты сама в это не веришь, – фыркнул он. Ну да. Попал пальцем в небо, Шерлок, не верю.

– Слушай, а вот еще один странный вопросик... Ты случайно не прыгал тут минут десять назад? – шоковая терапия – это тоже неплохо. Тем более, а вдруг кто-то еще знает?

– Что?! Нет... С чего вдруг? – он смотрел на меня так, будто я предложила ему сожрать дракона.

Ясно, очень-очень жаль. Дежавю – исключительно моя привилегия. Хотя... Логично. Если бы они все помнили, вокруг уже стояли бы оглушительный вопль и давка. А так – лишь “легкий” ветерок в лицо и тихий звон в ушах. Это мой личный аттракцион, а не всеобщий. Узнать бы еще кто запустил эти американские горки…

– Потому что я это помню, – выдавила я. – Уже... несколько раз.

...

Он уставился на меня широко раскрытыми глазами, в которых читался целый спектр эмоций: от "эй, за вами выехали" до "интересно, с какой скоростью она сейчас полетит с крыши?".

– Что? – он в полном недоумении уставился на меня. – А как тебя зовут? – резко сменила я тему.

Шок – это хорошо, шок – прекрасно, это отвлекает.

– Элларон... Элларон Лойр Лиоллин Кайлон Кион…– он выдал это явно на автомате, правда, имечко свое он терпеть не мог, слышно это было превосходно.

Длиннющее, точно аристократ. – Удивлена? – Ага... – Я чуть не добавила "и как ты это все в детстве писал?", но вовремя остановилась. – А я – Рина Артай!

Хотя он все равно это забудет... Я видела, как его взгляд снова пополз вниз, к рельсам. Ну уж нет! Не позволю этому повториться снова! – И с чего вдруг решил? – спросила я, стараясь звучать небрежно.

Он явно не горел желанием делиться. – Да какое тебе дело…

Абсолютно никакого, дорогой, но... – я мысленно развела руками.

Тут есть маленькая проблемка. Я хочу жить. Точнее, я очень не хочу снова так умирать. Хотя то, что ждет впереди, мне тоже как-то не нравится. Поэтому... Черт, у меня даже нет хорошего аргумента.

– Я... – Вот именно. Никакого, – усмехнулся он, резко перебивая.

– А как так вышло-то? – мне стало искренне интересно. Наполовину оборотень – это вам не шутки! – Хм. Отец обладает... своеобразным вкусом, – он указал на свои глаза, – а его официальная жена об этом не в курсе... Ну а мать... сама понимаешь, как это бывает.

Я кивнула. Еще бы не понимать.

Он судя по одежде – сын лорда, не меньше. Парень влип по полной программе... Хотя, конечно, до моих проблем ему еще как до луны пешочком.

– Сын лорда? – Какие еще лорды у Лесных?! – он фыркнул с презрением. – Старейшины.

– Я... мало знакома с лесными... – честно призналась я. – Не доводилось сталкиваться, они слишком... светлые.

– Хмф... – он презрительно отвернулся.

Черт. Его же собственная раса… Расы отвергли, а он все равно расист, с кровью это, что ли передается? С каждой минутой он нравился мне все меньше и меньше, но выбирать сейчас не приходилось.

– Прости. Но тебя явно ценят, раз ты так хорошо защищен.

Остановить поезд, это вам не дешевый амулет с барахолки, такое стоит целое состояние.

Он резко повернулся, глаза вспыхнули желтым огнем. Мимо, ой как мимо, зря я это сказала: – Статус не позволяет им всем бросить бастарда без защиты! Но они все меня ненавидят. ВСЕ! Родная матери – за то, что я не могу обернуться волком. Семья отца – за то, что мои глаза вечно напоминают об их позоре…!

...

Черт. Черт, черт, черт... Что делать? Как до него достучаться?

– А девушка есть? – выпалила я наугад.

Судя по его глазам – он вошел в ярость. Да боги, что вообще его не злит!?

– Да кто меня полюбит! – он рванул меня за ворот, и ткань с треском порвалась. – Даже ты... даже ТЫ смотришь на меня с жалостью!

Даже я. Миленько! Я тут помочь пытаюсь а он…

И этот истеричный эльф буквально швырнул меня с поезда.

Что ж... В этот раз последним, что я увидела, было ночное небо. Звезды, редкие облака, луна, темно-синяя бездна над шапками елей... Даже романтично, если бы не обстоятельства.

***

Я проснулась, заходясь в крике. Смерть на этот раз была стремительной – я даже не успела как следует испугаться, словно кто-то щелкнул выключателем.

Со злости я вмазала кулаком по стеклу. Ненавижу этот поезд! Ненавижу этого эльфа! Ненавижу эти дурацкие перерождения! И, наконец, ненавижу весь этот мир! Хоть бы смысл во всем этом был!

Я закатила истерику на – со всеми полагающимися… Но, как говорится, истерике время…

***

Смерти час. Я проснулась. Снова. Меня трясло, как в лихорадке. Выскочив из купе, я помчалась по коридору, заорав на всю железнодорожную братию: – Сверху Светлый! Эльф! Он собирается устроить тут аварию!

Проводница – мы с ней уже были знакомы по прошлым "сериям" – мягко притормозила меня за плечо. – Успокойтесь, гражданка. Все под контролем.

– Какой еще контроль?! – взвизгнула я. – Там, на крыше, красавчик с комплексом бога и плохим чувством юмора!

Она снисходительно улыбнулась, глядя на меня. – Поезд под защитой, повторяю. Никакой эльф нам не страшен.

– Да я сама так подумала, пока он не отправил нас всех в лучший из миров семь раз подряд!

Может не семь, но… Не важно!

Но было поздно. Пока я размахивала руками и пыталась объяснить, что крыша вагона – не место для эльфийских медитаций, знакомый гул магии уже пронзил воздух. Эльф, конечно, снова оказался расторопнее.

***

Я проснулась. – А-а-а-а-а! – это был уже не крик, а полноценный душевный выплеск многострадальной психики.

И, не отдавая себе отчета, я рванула вперед, взлетела по лестнице на крышу и вцепилась в мантию того самого эльфа: – Даже если ты, Элларон, бастард, это не повод отправлять под откос целый поезд!

Он отшатнулся, его идеальное лицо исказилось неподдельным шоком: – Откуда ты...?

– Ты САМ мне все в прошлой жизни по полочкам разложил, пока мы летели под откос! – проорала я, тряся его за шиворот. – Я уже КОТОРЫЙ раз пытаюсь не разбиться, а ты все портишь! Прекрати!

Кажется, мне удалось добиться нужного эффекта – он онемел. Отлично! Развернув его в сторону лестницы, я потащила за собой. Он почти не сопротивлялся, слишком силен был шок... но на скользком краю крыши он оступился.

Мы полетели вниз.

И этот момент – его окровавленное лицо (моей же кровью!), искаженное ужасом и непониманием, – я, пожалуй, не забуду никогда.

***

Авария…

– Нееет! – вырвалось у меня горлом, сорванным на крик.

В купе появилась новая проводница. Интересно, почему? Другой тембр голоса или что-то все же меняется? Ладно. Не важно. Она смотрела на меня с легким испугом и огромным недоумением. – Мисс Ригия, с вами все в порядке? – Нет! Абсолютно! Поезд разобьется минут через десять, если ничего не сделать..!

На ее юном лице, казалось, сошлись все мыслимые и немыслимые эмоции стажера, столкнувшегося с суровой реальностью. Лет семнадцать, первая неделя на работе... И тут такая нервная пассажирка с пророчествами о конце света. Сочувствую, девочка, сама бы не справилась.

– Вы... уверены? – выдавила она, безнадежно пытаясь сохранить профессиональное спокойствие.

Она покачала головой, но колебалась. Видно было, что она новичок – бейджик с именем "Мира Ганнос" еще не успел потускнеть. – Да! Немедленно остановите поезд! – Я... я могу сообщить машинисту... – Нет времени на бюрократию! Это срочно! Вы хотите жить?! – я попросту встряхнула ее. – Д-да... – прошептала она, и в ее глазах мелькнула решимость. – Хорошо...

Неужели... сработало? Есть еще шанс, кроме как в сотый раз спорить с тем эльфом на крыше?

Она кивком подозвала меня за собой и указала на аварийный рычаг у дальней стены. РЫЧАГ! Точно!

Но мы не успели. Знакомый удар, скрежет, крики...

А ведь она действительно была милой. Поверила сумасшедшей незнакомке. Мы и умерли нос к носу, в облаке осколков и обломков.

***

Я проснулась. И, не теряя ни секунды, рванула к тому самому рычагу. Но едва пальцы коснулись холодного металла, по телу разлился леденящий ток – меня сковало магическим параличом.

Вот же жесткие правила! Оказывается, рычаг защищен от пассажиров. Теперь я могла только стоять столбом и ждать неминуемой аварии.

Первыми, как и положено, прибежали члены экипажа. Пока они снимали заклятие, я мысленно вспоминала все проклятия, что знала.

Что ж... паралич параличем, но боль он не отключает. Незабываемые ощущения, когда твое тело складывают в гармошку, а ты не можешь даже пошевелиться, не то что крикнуть.

Авария. Опять.

***

Я проснулась. Сердце колотилось, будто пыталось вырваться из груди. Не теряя ни секунды, я рванула по коридору, отыскивая взглядом знакомое лицо. Вот она – та самая юная проводница, которая в прошлый раз хоть и засомневалась, но все же поверила мне.

– Мира! – выдохнула я, хватая ее за рукав– Слушайте, сейчас это покажется безумием, но вы должны мне верить! Через несколько минут поезд разобьется!

Ее глаза округлились.

– Мисс, пожалуйста, успокойтесь! С вами все в порядке? – Нет, не в порядке! – почти закричала я. – На крыше эльф! Он собирается устроить катастрофу! Вы должны остановить поезд! Сейчас же!

– Я не могу просто так остановить поезд… Мне нужно сообщить машинисту, получить разрешение… – Нет времени на бюрократию! – перебила я. – Вы хотите жить? Я уже видела, как мы все умрем! Вы мне поверили тогда, поверьте и сейчас!

В ее глазах мелькнула борьба – долг против инстинкта самосохранения. Наконец, она кивнула. – Хорошо… Рычаг аварийного торможения в конце вагона. Но это серьезное нарушение…

Мы бросились вперед. Мира дернула рычаг. Раздался оглушительный скрежет, и поезд дернулся, начав медленное, мучительное торможение.

– Получилось… – прошептала я.

Секунда.

Вторая.

Но радовалась я рано.

Торможение заняло несколько минут – слишком много. И тогда с крыши донесся крик. Короткий, обрывающийся. Эльф не удержался и рухнул вниз. Его тело с грохотом ударилось о локомотив.

Авария… Снова.

Мы с Мирой лежали в обломках, нос к носу. Ее рука все еще сжимала мой рукав.

Я не успела даже ответить.

***

Я проснулась. Опять. Чертов поезд, чертов эльф! С Мирой ясно – милая девочка, но не спасительница человечества или по крайней мере поезда. Рычаг – путь тупиковый, хоть и были надежды…

Эх. Придется идти к главному источнику проблем – к его изящному эльфийскому величеству.

Взобралась на крышу. Ах, какой романтичный вечер: ветерок, звезды, смертельная опасность... И этот красавец в позе "трагедия на закате".

– Элларон! Не смей! – выпалила я, выскакивая как черт из табакерки.

Он аж подпрыгнул. Янтарные глаза вытаращил – видимо, не ожидал.

– Твоя жизнь тоже ценна! – попыталась вразумить его я. Заезженно? Да. А что делать?

– Какое тебе дело? – прошипел он.

Отличный вопрос. Жаль, что у меня нет на него вменяемого ответа. Что остается? Правильно, нести полную околесицу! Главное вытащить его с крыши.

– Я люблю тебя! – выдохнула я с пафосом шекспировской героини.

Это был полный бред, я скрестила пальцы...

Глава 6. Тот, кто помнит

Его глаза стали круглыми-круглыми. Луна в них отражалась очень живописно, надо заметить. Жаль, смотреть было некогда – надо было спасать ситуацию.

– Спускайся! Умоляю! – протянула я руку с самым искренним видом. Честно, если он сейчас слезет, я готова буду расцеловать его! Да хоть что угодно сделать! Лишь бы это все прекратилось.

Он медленно подошел, изучая мое лицо. – Мы... не знакомы.

Вот ведь придира! Пришлось пускать вторую волну бреда.

Так. Что мы о нем знаем? Ничего? Абсолютно. Только то, что он полукровка… Маловато. Ладно. Хорошо.

– Я следила за тобой с самой станции! – вдохновенно продолжила я свою тираду.

Ну! Давай! Ты же хочешь, чтобы тебя любили? Все хотят! И прости за ложь, я обязательно потом извинюсь.

–И тебе все равно, кто я? – его голос приобрел опасную мягкость.

– Да! Чёрт возьми, да! – в голосе прозвучала настоящая мольба. – Я сделаю что угодно, только не умирай!

Он медленно приблизился, его пальцы коснулись моей щеки– жест был на удивление нежным, почти трепетным. На мгновение в его глазах мелькнуло что-то похожее на надежду. Он действительно проверял и искал в моих глазах хоть крупицу правды.

Сейчас, я действительно молилась за его жизнь, по другим причинам правда, но, надеюсь, бурю в моих глазах он заметит…

Потом его губы коснулись моих. Поцелуй был долгим, глубоким, в нем была какая-то отчаянная, почти горькая нежность. Как будто он и правда хотел верить. Как будто это был его последний шанс.

Но…

Когда он отстранился, в его глазах не было ни злости, ни разочарования– только бесконечная, леденящая пустота.

— Ты лжешь,– прошептал он, и на его губах появилась горькая, усталая усмешка. Он понял. С самого начала понял.

И тихо прошептал на ушко: – Умри...

Обнял – и …

Авария.

***

Я проснулась. Опять.

Смотря на потолок пустым взглядом, черт… Меня даже проняло… Я прикрыла горящие щеки руками, какая глупость.

Я встряхнула головой, какие уж тут чувства… Это становится уже утомительно. Этот чертов эльф с его рентгеновским взглядом – он ведь каждую мою ложь видит насквозь! Или я просто никакущий актер..? Это плохо. Но не важно. Значит, нужно менять тактику.

Я не умею врать? Хорошо! Пойдем ва-банк.

В термосе я заварила чай – свой фирменный сбор: липа, клевер, иван-чай, горсть сушеных ягод для сладости. Налила ему в крышку, сама буду пить из термоса. Ну что ж, поехали.

***

Он стоял там, как и всегда – изящный силуэт на фоне ночного неба. Протянула ему чай без лишних слов.

– Что... – начал он.

– Помолчи хоть немного, а? – перебила я. – И пей чай.

К моему удивлению, он взял крышку и сделал глоток. Я тем временем устроилась рядом и уставилась на звезды. Небо здесь было совсем другим, чем дома. Звезды ярче и их было намного больше, я бы, может, сказала, что созвездия мне были незнакомы… Но надо отдать должное, я и дома их не знала.

– Вкусно... – промолвил он через паузу.

– Еще бы, – буркнула я. – Мой фирменный сбор. Сама собирала.

Я откинулась назад. Честно говоря, это все действительно утомляет, хотелось просто… Отдохнуть? Прийтй в себя?

Мы пили чай в тишине.

Он смотрел как плавают листья в чашке, я наблюдала как проносится пейзаж. Интересно, это эльфийский лес? Или нет? Всегда хотела побывать в нем. Может быть еще получится, однажды.

Странно было сейчас думать о будущем. Будет ли оно у меня вообще?

Когда он попытался встать, я положила руку ему на плечо:

– Сиди. – Я сейчас не смотрела на него, самой было о чем подумать.

О матери, например, как она там, дома, без меня? Старенькая же уже, я планировала помочь ей с переездом, а теперь вот, здесь сижу. Кто ей поможет теперь? И что со мной стало? Кому? Или вовсе умерла?

Я тяжело вздохнула уперев голову в ладонь.

– Пей чай, – тихо попросила я, заметив, что эльф все еще напряжен. – Жалко же заварку. Она приятная, правда?

На удивление, он послушно опустился обратно.

– Да... Чай хороший. Действительно хороший... Спасибо...

Он тоже смотрел вдаль, глаза будто даже потускнели и он выглядел… Обычно?

Знаете, раньше у меня была плохая такая привычка помогать таким ребятам: грустным-грустным, как будто их судьбу сжевал дракон и не подавился, но обычно это заканчивалось плохо. Действительно плохо, мало кто ценит помощь. И я настрого запретила себе лезть – хочет человек проблем, значит всегда найдет. Комплекс спасателя вещь опасная, в первую очередь для того, кто им обладает.

Вот только кто бы меня спас, что тогда, что сейчас…

И тут меня прорвало. Слезы потекли сами – от усталости, от бесконечных смертей, от нелепости всей этой ситуации.

Он повернулся ко мне, и в его глазах я увидела... сочувствие? Не может быть. Этот высокомерный эльф? Но нет – его взгляд был мягким, почти человечным.

Странный парень.

– Может, хватит на сегодня? – предложила я, все еще всхлипывая. – Мы ведь можем просто посидеть? Хотя бы до следующей станции?

Он медленно кивнул.

Я просто разрыдалась. А этот... этот гад неожиданно приобнял меня и начал гладить по спине, словно пытаясь успокоить. Боги... Как же сильно мне этого не хватало.

Нет, не подумайте. Романтики в этом не было, ни у меня, ни у него. Мы… Слишком устали, наверное. Оба, нашу судьбу закрутило в какую-то карусель, а достать забыли…

***

Мы просидели так несколько часов, на крыше поезда, смотря в никуда, считая звезды. Сначала мы не хотели говорить ни о чем серьезном, так что или молчали, или просто болтали о мелочах:

– Ты знаешь созвездия? – спросила я, выводя мысленно линии?

– Конечно, – он снисходительно улыбнулся, –Вон там, – он показал на мерцающий разными огнями круг звезд, – Знак Хаоса. Под ним рождаются дети с сентября по октябрь. Считается, что это самый опасный из знаков.

– А во-он там, – он показал на кривой треугольник, – Мелодия, считается эльфийским созвездием.

– Почему мелодия?

– Он улыбнулся. – Говорят, похоже на народный инструмент, на арфу, только эльфийскую, Ли’Ладе. Очень мягкий звук. Меня… Учила играть на нем бабушка.

– Я играла немного на гитаре, – я посмотрела на проплывающую мимо деревушку. Уже явно среди людей.

– Гитара, – он презрительно хмыкнул.

– За то можно брать с собой в походы! А эту твою… Арфу. Можно? – подмигнула ему я.

Он замолк и отвернулся, видимо, подловила.

– Те, с кем я ходил не особо играют, – буркнул он. – Оборотни предпочитают барабаны, а эльфы… Они живут в лесу, зачем им идти глубоко и надолго?

– Не видела эльфов, если честно. Очень редко.

Он резко вперился в меня глазами.

– Врешь? – но это прозвучало уже совсем неуверенно.

– Разве? – я наклонила голову набок.

А он осторожно протянул руку и коснулся пальцем кончика моего уха…

Острого. Я вздрогнула, вашу мать, я – эльф!

Я на секунду выпала. Полная эльфийка с ярко-красными ногтями, мне и в голову не пришло, что я из этого народа теперь! Я всю жизнь думала ,что они все тростинки! Меня подвели мои же шаблоны, а он не сводил с меня взгляд. Не хотелось портить этот вечер. Вот совсем.

И я рассказала ему все. О бесконечных горящих особняках, об этом проклятом поезде... И о том, как до смерти устала умирать.

***

– Прости... – его голос прозвучал тихо и, черт побери, искренне. – Я не знал... Не думал, что ты переживаешь это снова и снова. Я не помню этого.

– Конечно, не помнишь, – я проводила взглядом луну. – Никто не помнит. Кроме меня.

И тут до меня дошло…

– Ты... веришь мне? – всхлипнула я, по-детски шмыгая носом.

Почему-то это было очень важно, чтобы кто-то поверил, наслово, просто так, чтобы меня помнили, не только как сумасшедшую. Я не сводила с него глаз, искренне надеясь на него в этот момент.

– Да. Я хорошо чувствую ложь. А ты говоришь правду... – он мягко погладил меня по волосам, и от этого жеста что-то екнуло внутри. – Не сегодня.

– Что? – я вгляделась в него.

– Я не умру сегодня. – Он бережно подал мне руку и проводил в купе, а затем сел рядом. – И ты тоже.

Похоже, он ехал в ТОМ ЖЕ купе, что и я. Ирония судьбы? Или кто-то свыше решил поиздеваться? Впрочем, какая разница.

Хотя с учетом всего, почему-то мне не кажется, что это случайность. Есть ли в этом какая-то закономерность, или…?

Я выбросила это из головы. Не сейчас, чай сейчас был важнее. То, что происходило заставляло ценить момент, именно настоящее...

Мы сидели и пили чай, а я рассказывала ему о своей жизни – о мастере-неудачнике, о Ларри, оставшемся в прошлом– ...Представляешь, ему было все равно, даже если я приходила пьяная в стельку!

Он рассмеялся – искренне, по-настоящему.

– А у меня никогда не было девушки. Меня пару раз вообще выгоняли... и оборотни, и эльфы! – он размахивал руками, как ветряная мельница. –Ты представляешь, оборотни пытались учить меня драться на дуэлях и есть СЫРОЕ мясо! А лесные вообще не ели его! Одни требовали есть сырое мясо, другие морщились от одного его вида!

– Погоди, – перебила я. – Ты имеешь в виду, что лесные эльфы… все же веганы?

– Не все! – он сделал глоток чая и я подлила ему еще. –Просто в наших лесах бегают разумные животные и часть из них сами маги. Так что охота дело очень неблагодарное и может навлечь беду на весь анклав. А теперь представь: лесные презирают меня за то, что я вообще ем животных, а оборотни – за то, что не могу проглотить свежевырванное сердце оленя без соли!

Потом он как-то странно улыбнулся и с кривой улыбкой добавил:

– С солью все же смог.

Он с наслаждением вгрызся в шашлык, который принесла проводница, и продолжил с полным ртом:

– А мой отец... – он все же проглотил. – Однажды ко мне наемного убийцу послал, представляешь? Говорил, что "сын-полукровка – позор для рода".

Я смотрела на него, не зная, смеяться или плакать. Возможно, оба варианта были уместны.

– Тебя прислали, солнышко. – Добавил он, щелкнув меня по лбу.

– Чего?! – я всплеснула руками. – Я в жизни комара не обидела! Ну, почти...

И тут до меня дошло. Так вот почему он смотрел на меня, как на ядовитую змею! А я-то думала, это у него такое природное обаяние.

– Ладно, верю, что не ты, – он закатил глаза. – Но тогда объясни вот это.

С этими словами он с видом фокусника вытащил из-под моего матраса два кинжала и склянку с чем-то зеленым и недобрым. Находчивость – что надо, не спорю.

– Я нашел это вчера.

– Послушай, – я ухватила его за рукав. – Я тут, скажем так, непостоянный гость. Как мыльный пузырь – хлоп, и нету. Понимаешь? Я только что тебе все объяснила!

– Угу, – пробурчал он, рассматривая склянку с явным профессиональным интересом. – Но это не отменяет того факта, что у тебя под матрасом яд. Мантикоры кстати, дорогая штука.

– Э, мантикоры существуют?

Он фыркнул.

– Не просто существуют, их даже разводят и держат в качестве домашних питомцев ил цирковых существ. Домашние, это, конечно, скорее на показ, но все же знавал я пару аристократов.

Я представила себе как БОЛЬШАЯ кошка с крыльями и жалом бегает по дому и содрогнулась. Ну и вкусы у ребят, это же еще хуже, чем льва на диванчик пустить поспать.

Он приоткрыл бутылочку и понюхал ее, я мгновенно выхватила это из его рук.

– Нет! Я не хочу, чтобы ты умирал.

Он не отпускал бутылек.

– Ты... хороший. Я уверена, среди людей или в простом городе ты смог бы найти себе местечко. Попробуй. Хорошо?

Он скептически посмотрел на меня.

– Пожалуйста. Мне... мне очень не хотелось бы, чтобы единственный, кто проявил ко мне доброту, погиб.

Эльф изучающе смотрел на меня так долго, что я уже мысленно начала прощаться с этой временной линией. Но… наконец тяжко вздохнул так, будто на его плечи упали все грехи этого мира.

– Ладно, – буркнул он.

– Ладно, – повторил эльф. – Тогда я постараюсь что-нибудь разузнать. Если найду – оставлю в Гильдии Информаторов. Пароль "Элларон-Артай". Сможешь передать весточку... если, конечно, захочешь.

Стоп, что? Это было неожиданно. У меня отвалилась челюсть. Черт возьми, он был прав! Я могла оставлять сообщения самой себе, если бы только нашла способ! Этот циничный эльф, оказывается, умел не только язвить и устраивать катастрофы.

– Спасибо... – прошептала я, чувствуя, как в горле комом встает непрошенная благодарность. – А что это за Гильдия?

Информаторы… Не особо о них слышала. Он уставился на меня так, будто я только что призналась, что никогда не слышала о существовании воздуха.

– Ты... не знаешь? – в его голосе зазвучали нотки неподдельного изумления.

– До... всего этого я была в другом мире, – неуверенно объяснила я.

– То есть? – он аж поперхнулся. – Как это?

– Ну, раньше я была... – и тут я осознала ужасную вещь.

Я забыла свое имя. То самое, настоящее, тот клочок памяти, что связывал меня с прошлой жизнью, просто испарился! Я помнила свою жизнь, частично, но имя – НЕТ!

– Я не помню... Вот черт. В любом случае… в том мире не было магии. Совсем.

Мы сидели в гробовой тишине, пока он переваривал тот факт, что перед ним застрявшая в петле времени межмировая эмигрантка с амнезией. Я же, что потеряла имя. Теперь я могла назваться только Риной, Риной Артай, мне вдруг стало холодно. Я не хотела этого, не хотела забывать… Даже если воспоминания приносят только боль.

– Серьезно? – наконец отмер он и поднял бровь с таким видом, будто я сообщила, что в моем мире небо было зеленое.

Я на секунду замерла, пытаясь вспомнить о чем мы говорили. А, да, точно. О моем мире,

– Серьезно. Никакой магии, совсем. И ни оборотней, ни эльфов. Только люди.

– Наверное, было неплохо? Никакой вечной вражды между расами? – в его голосе прозвучала легкая зависть.

Я горько усмехнулась:

– Если бы. Люди всегда найдут, из-за чего устроить войну. Даже без магии и древних проклятий.

Он фыркнул, скрестив руки:

– Ну конечно. И какие же благородные причины? Цвет знамен? Споры о том, чей бог великодушнее?

– Цвет кожи, ресурсы, переписанная история, власть, деньги…– я загибала пальцы. – И да, боги тоже. Все как всегда, – я пожала плечами.

Элларон потянулся и плюхнулся на кровать.

– Как всегда... – протянул он. – И ты правда думаешь, что у меня есть шанс там? Среди вечно ссорящихся людей?

– Конечно! Пока ты жив – все возможно! – я сказала это так искренне, что даже Эл не удержался и улыбнулся.

В конце концов, у него точно есть шанс.

***

Мы решили отдохнуть – пока это было возможно. Поезду предстояло трястись еще недели две. Он, конечно, несся с приличной скоростью, но не настолько, чтобы пролететь полконтинента за пару дней.

Элларон предлагал покопаться в архивах или навести справки, но... Черт возьми, мне нужен был просто отдых! Хотя бы немного, хотя бы парочку дней!

Я уже и не надеялась на счастливый исход всей этой истории, так зачем же тратить драгоценные часы с единственным, кто меня понимал, на пыльные фолианты? Но он не унимался.

– Насчет Гильдии... – Эл облокотился на спинку кровати. – В самом здании обычно живут Информаторы. Постучишься к ним, назовешь пароль. Я оставлю там немного денег и письмо... если успею. И ты тоже сможешь. Договорились?

Я кивнула.

– А кто они, эти Информаторы?

– А? А, по сути они служат Арзуми, Темной Богине Знаний, продадут тебе любую информацию, за соответствующую цену, конечно.

– А их не пытались прибить? Это же…

Он рассмеялся, откинув голову, первые лучи солнца весело играли в его волосах.

– Пробовали, как же. Но Арзуми очень жестоко мстит любому, кто хоть пальцем тронет информаторов. Но что важнее, ее контракты слишком распространены. Ну да это уже тонкости.

– Хватит об этом, мне хочется просто отдохнуть.

– Ты сама спросила, – он скосил на меня глаз.

– Знаю! Но заткнись. Хочешь еще чаю?

***

Такого не случалось со времен моего детства... Мы дурачились, играли, болтали без умолку о всякой чепухе. Я научила его дворфийской "Матильде", а он в ответ обучил меня эльфийской "Галлане".

Песня рассказывала о деве, что отвергала всех женихов подряд – то нос слишком длинный, то доспехи звенят, – а в итоге отдала сердце не кому-то, а самому лесу и стала вечной рощей.

– Красиво, – прошептала я, когда последние ноты растаяли в воздухе.

– Моя любимая. Мне... ее бабушка пела, – он потупился, перебирая складки плаща. – Она единственная по-настоящему любила меня, но...

– Погибла? – осторожно предположила я.

– Нет... – он горько усмехнулся. – Отец поставил ультиматум: или я ухожу, или она больше не увидит других своих внуков. Пришлось выбирать... Хотя она тайком продолжала слать мне письма.

– Мне жаль...

– Да уж... Зато теперь я знаю семь способов незаметно передавать сообщения через магические барьеры.

***

Он и вправду оказался тем еще парнем – веселым, остроумным и, что удивительно, немного заносчивым.

Так и прошли три дня: смех, дурачества, разговоры до хрипоты. Я даже как-то умудрилась заснуть у него на плече, пока он вполголоса напевал ту самую эльфийскую балладу.

А на четвертую ночь все началось снова.

Глава 7. Бирюзовый апокалипсис

Мы с Элом торчали у окна, как два подвыпивших студента. За ним клубилась непроглядная тьма, изредка вспыхивая странными искрами – визитками местного магического шоссе.

История вскрытия этого милого оконца– отдельный анекдот.. Хорошо еще, что местная проводница не нагрянула с проверкой. Или тамошний аналог МВД. Я уже начинаю путаться в реалиях.

***

–Нет, нет, Ри, ты не понимаешь тонкостей! – Эл ловко отстранил мою руку, когда я потянулась к замку. Его глаза весело блестели. – Тут же магический замок, смотри! Тут надо его артефактом вот так поджать…

С этими словами он сдернул с шеи один из своих дурацких амулетов – этакий позолоченный подгнивший зуб с дыркой посередине, настоящий кошмар стоматолога. И, с торжествующим видом прилепил его к стеклу.

Амулет весело булькнул и юркнул под переливающуюся защитную пленку. Та вспыхнула фиолетовым светом и – бабах! – с оглушительным треском разлетелась на тысячи сверкающих осколков. Они испарились, даже не долетев до подоконника.

Весь вагон весело подпрыгнул. Мы с Элом прилипли к стене, как два пойманных хулигана, затаив дыхание в ожидании, что сейчас в дверь вломится разъяренная проводница... Но из коридора доносился только храп.

Мы переглянулись и нервно рассмеялись. – Чёрт возьми, пронесло! – выдохнул Эл, проводя рукой по волосам. – Хорошо, что местные так крепко спят.

Когда успокоился, эльф продолжил.

– Знаешь, в чем проклятие нашего века? – он самодовольно усмехнулся, отряхивая ладони. – Все помешались на магии! Это же верх глупости! Поставь они сюда старый-добрый ржавый засов – и ни у кого бы и шанса не было его взломать изнутри. А так... Оп!

Раздался мягкий щелчок. Замок поддался.

– Воу! – я зааплодировала. – Красиво! Эл, а ты где такому научился?!

– Бабуля показывала! – рассмеялся он. – Эта старая лисичка в сама юности не раз сбегала из дома через окно второго этажа. Как-то раз показала мне, как сунуть записку в щель, чтобы защита даже не пикнула... Эх, золотые были деньки! Правда, я не рассчитывал на взрыв… То ли защита у поезда все же хорошая, то ли амулетик был сильнее,чем я рассчитывал.

– А что, сойдет любой амулет? – я с завистью разглядывала его побрякушки. У меня в прошлой жизни был только заговоренный от порезов кухонный нож, да и тот украли.

– Вообщем-то да, – Эл снисходительно похлопал меня по плечу. – Но лучше всего – защитный. Тогда щиты начинают драться, как два кота в мешке. Главное – включить его уже ПОД щитом, вот такой фокус. Основа основ! По сути, происходит перегрузка, магические нити рвут друг друга и... Хлоп!

– И это везде работает? – у меня в голове уже загорелась робкая, но упрямая надежда. А что, если так можно и портал домой вскрыть? Или хоть дверь в булочную?

– Пф, – он снова посмотрел на меня с легким снисхождением. – Дорогая, это работает только там, где защиту ставили спустя рукава. Например, в особняках эльфов, которые думают, что красивое заклинание важнее надежного. Или на окнах в поездах, которые разве что от детей защищают. Но в критической ситуации – да, может выручить. А теперь...

Он сделал паузу и резко дернул за ручку, – и окно распахнулось, открывая вид на темный лес.

В комнату ворвался густой, пьянящий запах ночного леса – хвоя, сырая земля и что-то неуловимо волшебное. Этот трюк, конечно, не спасет меня от нового костра, но пока здесь пахло не дымом, а ночной свежестью и надеждой, это уже было немало.

– Класс! – выдохнула я.

Мы устроили прямо перед окном. Организовали самое настоящее гнездышко. Эл за секунду соорудил из ничего магическую лежанку-гамак, а я стащила все одеяла и подушки, какие нашла в комнате.

Но... пальцы все же предательски подрагивали. Я сжала ладони в кулаки, лишь бы он не заметил. Вся эта уютная идиллия была такой хрупкой…

По моим подсчетам, эта ночь была последней. Завтра... завтра меня снова ждет…

Я резко встряхнула головой, отгоняя мрачные мысли. Нет уж, лучше думать о том, как пахнет хвоя и как смешно Эл рассказывает свои байки, размахивая руками. Пусть завтра наступит позже.

Мы изо всех сил старались не думать о завтрашнем дне. Я даже пыталась бороться со сном, но... мерный голос Эла, рассказывающего о тонкостях магии и веселые истории из детства, сделали свое дело.

– ...а меня в десять лет пытались научить быть оборотнем. Представляешь? – он фыркнул. – Эльфы-то меня, конечно, воспитывали как благородного отпрыска: манеры, этикет, все эти скучные церемонии…

Он многозначительно поднял бровь:

– Но однажды меня похитили оборотни. Видимо решили, что у эльфийского дитятки слишком скучная жизнь и мне пора вернуться в стаю... Целый месяц они учили меня рычать с достоинством, выть на луну и пугать лесных зверюшек. А потом... эльфы меня отбили обратно!

Эл рассмеялся:

– И вот на балу у эльфов... костюм, прическа, все как положено. Подхожу к самой важной даме в павлиньих перьях, раскланиваюсь... – Он сделал многозначительную паузу… – И вместо изящного комплимента – рычу ей прямо в лицо!

Я рассмеялась, он не удержался и подхватил.

– Отец чуть не поседел, а вот мама… Они с отцом, мягко говоря, не ладили, потом тайком шепнула, мол, молодец.

В общем, под его убаюкивающие рассказы я незаметно уснула, уткнувшись носом в его плечо. Он тихонько гладил меня по спине, подбирая истории повеселее – про то, как в детстве пытался приручить дикого ежа, или как на балу у эльфов случайно превратил парик герцогини в семейство енотов. Мы оба понимали, что будет завтра, и от этого в груди становилось тяжело. Так хотелось остаться в этом теплом моменте навсегда – где пахнет хвоей, а не дымом, и где смех заглушает тиканье невидимых часов.

Но... По крайней мере, меня согревала одна простая мысль. Хоть кого-то я все же успела выдернуть из этого ада. Неужели и в бесконечном кошмаре может найтись капля смысла? Должна же в этом хаосе быть хоть одна светлая точка! Хотя бы одна.

Когда я уже почти провалилась в сон, он обнял меня крепче, почти судорожно и прошептал прямо в ухо:

– Я найду способ связаться. Запомни: Элларион-Артай, “Гильдия информаторов”. Если что-то узнаю – оставлю там записку. Жди каждый вечер с десяти до одиннадцати... если смогу прийти, буду там…

***

Ночь выдалась... на удивление спокойной. И снилось мне что-то светлое, но от этого еще более грустное.

И вот… Наступил рассвет.

***

Просыпалась медленно, нехотя. Не было ни сил, ни желания открывать глаза, но... пришлось.

Я снова была одна. На душе – тошно и пусто, будто меня вывернули наизнанку. Мой единственный друг остался где-то там, в другом витке этого бесконечного кошмара... А я теперь... Кто я?

И где, черт возьми, на этот раз?

И помнит ли он меня? Осталось ли что-то от нашего разговора, от этого теплого вечера у окна? Или для него ничего не было...

Меня вдруг пробрала дрожь. А если он меня забыл? Если я для него – просто очередной сон, который растворился с рассветом?

***

Встряхнула головой, прогоняя тоску. Так, Ри, соберись! На лице – улыбка, хоть и натянутая. Хватит ныть, надо двигаться дальше.

Оценила свой новый облик. Бикини.

Серьезно? Пляжная серия? Видимо, вселенная решила, что мне пора отдохнуть на солнышке. Что ж, не буду спорить. Ну, посмотрим, что мне выпало на этот раз.

Новое тело – загорелая красотка лет двадцати пяти. Фигура – просто загляденье: стройная, подкачанная. Длинные волосы цвета вороньеува крыла, модная соломенная шляпка... Вокруг – песок, море, крики чаек.

Присмотрелась к окружающим – пестрая компания: эльфы, люди, пара оборотней. Значит, Нейтральные территории. Отлично! Здесь мой темный хотя бы поймут.

На пляже творилась настоящая идиллия. Тихое утро… Волны лениво лизали песок, солнце пригревало так ласково, что даже зануды-эльфы расстегнули воротники своих идеальных рубашек. Люди смеялись, пушистые облака плыли по небу... Прямо открытка для рекламы курорта “Райские кущи”!

Я пробормотала себе под нос: – И что на этот раз? Кракен? Наводнение? Или просто стая акул?

А со мной снова был мой верный рюкзак. Все тот же вечный термос, те же три проклятые карты... Они вернулись, как назойливые мухи.

***

А знаете, я тут кое-что вспомнила. Еще в той, прошлой жизни, я встречала этого Шута.

Была у меня тогда дурацкая привычка – иногда залипать в онлайн-гадания. Ну знаете, эти сайты с мистическим дизайном, где всплывает красное окошко: “Судьба твоя в твоих руках”. Выглядело все это настолько пафосно, что всерьез воспринимать мог разве что школьник.

А я ведь никогда не верила ни в магию, ни в карты. Ну разве что в приворотное зелье из растворимого кофе – и то только в понедельник утром, после тяжелой пьянки. Для меня это все было просто дурацким развлечением.

И вот однажды, от нечего делать, я тапнула по виртуальной колоде. И мне выпал Шут. Я тогда фыркнула: “Ну конечно, я та еще дура, раз занимаюсь такой ерундой.”.

А теперь думаю... Может, это было не просто совпадение? Жаль, другие карты из того расклада не помню. Хотя кто его знает, может, и к лучшему. Нет, спасибо, хватит с меня и одного Шута на всю оставшуюся жизнь.

***

Пожав плечами, я принялась за чай. В конце концов, от первой смерти мне все равно не уйти – а откуда ждать опасности, я понятия не имею. Сколько у меня есть времени? Минута? Десять? Час? Вряд ли больше.

Пока вокруг царила идиллия: крики чаек, детский смех, шепот волн. Решила поплавать – давно не была в воде. В Темной Империи море было холодным и мрачным, а денег на поездку к теплым берегам у меня отродясь не водилось, ни здесь, ни тогда еще, дома.

Ну что ж, – усмехнулась я, заходя в воду. – Здравствуй, море. Наша с тобой первая встреча, если не считать грязных волн у порта Темной Империи.

Погружаясь в ласковые волны, я вполголоса размышляла:

– Вряд ли это акула или морской монстр... Слишком уж просто. Достаточно просто не лезть в воду, и ты в безопасности. А мне никогда не везет настолько, чтобы опасность была так очевидна.

Вода оказалась удивительно теплой и мягкой, словно обнимала все тело. Я никогда не была фанатом плавания, но сейчас это был единственный доступный отдых – правда, с устойчивым привкусом тревоги на языке. И ведь чем спокойнее все вокруг, тем сильнее грызет мысль: что будет?

– Нападение? Или просто стихия решила порезвиться? – я с истеричной веселостью кружилась в воде, брызгаясь с местной детворой. – Отличное утро, не правда ли? И-и-и…

Все началось минут через двадцать. Дно подо мной вдруг дрогнуло – нежный песок будто выскользнул из-под ног. Я глотнула соленой воды, беспомошно закрутившись в волне, что потащила меня в открытое море.

Черт! Ну конечно, надо было лезть в воду, зная, что закончится все предсказуемо плохо. В прошлый раз горела в замкнутом пространстве – теперь тону на курорте! Прогресс налицо. Ну вот где была моя голова! Вот что за фатализм, первой смерти не избежать! А если было можно!

Пока я пыталась вспомнить, как вообще плавать, дно подо мной взбунтовалось окончательно. Меня подбросило, как пустую пробку, и я успела подумать: "Какой живописный вид – солнце, небо, вот только каменное дно приближается слишком уж стремительно..."

Очнуться бы в следующий раз где-нибудь в менее экстремальном местечке. Например, в библиотеке. Или в кофейне. Мечтать не вредно.

***

Проснулась. И сама удивилась – на душе было неприлично спокойно. Даже как-то легко. Все кончилось быстро... И уж точно лучше, чем жариться в особняке или превращаться в фарш в аварии поезда.

Что ж... раз уж я снова здесь и прекрасно знаю финал, можно не спеша насладиться плаванием. Так что – с чувством, с толком, с расстановкой – поплыла купаться. На этот раз решила попробовать плавание на спине.

Дамы и господа, не повторяйте этого дома! Плыть навстречу стихийному бедствию может только законченный идиот.

Как я.

И я ведь уже говорила себе, что такой фатализм – идиотизм, но ведь нет! Давать себе хорошие советы – это мы всегда молодцы. А вот следовать им!

***

Результат-то один – снова проснулась в том же месте. Хотя... если подумать, в этом есть свои плюсы. Хоть знаешь, где и когда тебя прибьет следующей волной. Можно успеть заказать коктейль с зонтиком.

Черт... Так нельзя, надо выбираться отсюда. Авось удастся выиграть пару лишних дней.

Я осмотрелась: живописное побережье, ухоженные леса, элегантные белые виллы... И вулкан совсем рядом. Идеальное место для отпуска, не правда ли? Так что за хрень тут происходит?

Решено – проверяю, что будет, если просто убраться от воды подальше. Побрела по гравийной дорожке к городу. Виллы вокруг – прямо с открытки, чистые, с ухоженными лужайками, прям игрушечные домики. И охрана на каждом углу – видимо, место для толстосумов.

Любопытно, чье тело я на этот раз одолжила? И куда деваются хозяева, когда я их покидаю? Жива ли та бешеная убийца из прошлого раза? И тут меня осенило – а что с Элларионом? Надеюсь, женщина, очнувшаяся в моем прежнем теле, не натворила делов… Я похолодела. Ведь та женщина была убийцей! А я так спокойно уснула на его плече... Если он проснется рядом с ней вместо меня…

Тихо... Спокойно... Сейчас ты все равно ничем не сможешь ему помочь.

Но на душе скреблись кошки. Тяжелые, когтистые. И настырные. "А если он уже мертв? А если это ты его погубила?"

Глупости. Паника никогда никому не помогала. Но от этой мысли легче не становится.

Были слышны обрывки разговоров: – Золото снова в цене! Вкладывайся! – Слышала, ее дочь сбежала с полуэльфом-арфистом! – А он женился на бедной… – Пф-ф, мы их компанию за копейки скупим!

Забавный контраст. Минут через двадцать земля снова дернулась – как в прошлый раз. Курортники взвыли, помчались кто куда... А я стояла, спокойная как удав. Нервничать? Да ну, в гробу я все это видела!

Раз я все равно умру, то стырила с ближайшего столика какой-то многослойный коктейль и пошла дальше, прихрамывая и потирая ушибленную ногу. Не упасть у меня все же не вышло. Эти толчки – явно не финальный аккорд! Но коктейль спасла. Вкусно.

Минут через десять – второй заход, уже посерьезнее. В прошлые разы я тут благополучно откидывалась, но город-то в целом стоит. Пока что все было довольно мило.

Да, я шлепнулась на землю, но... жива. Что ж, мой невидимый недоброжелатель пока не оправдывает ожидания…

***

Ладно, беру свои слова назад. Признаюсь, зрелище было шикарным! Вы ведь видели обычные волны? А теперь представьте стену воды высотой с десятиэтажный дом. Бирюзовая, искрящаяся на солнце, вся в радужных брызгах – прямо как из рекламы круиза на райских островах!

Правда, идиллию слегка портили визжащие курортники. Интересно, сколько тонн воды обрушилось на город? Это примерно как вылить на спичечный домик озеро Байкал.

Особенно впечатляюще смотрелось, как роскошные виллы превращались в щепки. Впрочем, какая разница: меня моментально накрыло водной махиной, будто таракана...

И знаете, я потихоньку начинаю привыкать к хрусту собственных костей. Но вот к ощущению, будто тебя пропускают через мясорубку вместе с песком и пальмами, привыкнуть невозможно. Это как оказаться в центре блендера, включенного на максимальную скорость. Напоследок успела подумать: хоть смерть от гигантской волны – это хотя бы не скучный пожар...

***

Доброе утро, пляж и море... Я просто сидела на песке и раскачивалась, словно маятник. Всё ещё ломило кости и скрипели суставы – вот такая утренняя зарядка. Это было чертовски больно! Как... Почему именно я?

– Что я такого сделала, чтобы заслужить это?! – выкрикнула я в безразличное небо.

Небо, ясное дело, промолчало. Кругом стояла тишина, если не считать криков чаек и довольного визга детей на побережье.

Ладно. Если уж мне суждено это переживать снова и снова, может, стоит попробовать выжить? Мне правда нужна информация. Итак, что это было? Цунами? Что я вообще о них знаю?

А теперь вопрос на миллион: как пережить ЭТО?

Я стояла и смотрела на мирное море чувствуя себя идиоткой. Ну серьёзно, какие варианты?

Вариант первый – добежать до гор. Смешно. В бикини и шлепанцах, с моей-то физподготовкой? Да я и ста метров не осилю. Хотя попробовать может и стоит.

Вариант второй – найти того мага-недоучку, который это устроил. Если это маг, что вообще не факт. Ага, щас. Где его искать? В первой попавшейся вилле? "Извините, не подскажете, где тут живет местный разрушитель миров?"

Вариант третий – смириться. Лечь на шезлонг и встретить конец с коктейлем в руке. По крайней мере, стильно. Ага, хруст костей всё равно испортит впечатление.

Может, карты подскажут? Или спросить у "гостеприимных" местных – не случалось тут раньше катастроф по расписанию?

Глава 8. Первая зацепка

Вот что значит раскиснуть! В этот раз я думала слишком долго. Волна – настигла меня прямо на пляже.

А народ-то ничего не подозревает! Кто ракушки собирает, кто селфи на фоне внезапно возникшего морского дна делает. Милые вы мои, это не аттракцион, это ваша последняя фотосессия! Хотя какие здесь селфи… Я вгляделась, а, ну да. Переговорные камни, немного не то. Видимо просто о чем-то разговаривают. Ну да ладно.

***

Вопрос был в том, как выжить... Но пока что ответа не находилось.

От одного вида воды уже мутило. Солнце, еще недавно ласковое, теперь жарило огнем. Серьезно, чему здесь радоваться? Тому, что все это станет большим таким аквариумом? Прекрасно… Настроение резко упало.

Я рванула в центр города, пулей несясь по набережной. Увы, волна оказалась расторопнее. Она настигла меня с тем же изящным безразличием, что и прежде

***

Я возненавидела это тело – эти чужие ноги, эти изящные пальцы, этот ровный загар. Но кошмар, продолжался с завидным постоянством.

***

Я остановилась и резко встала. Все. Хватит.

Истерикой, делу не поможешь. Поорали, поплавали… Хватит. Странное дело, но… Я начинаю привыкать. Не то чтобы нервы стали крепче, просто крыша начала окончательно отъезжать. Меня это даже немного пугало, но…

Пора действовать.

Побежала к ближайшей вилле – стражник в сияющих доспехах преградил путь. Нет, конечно, тут должны были быть знаки отличия, но все эти закорючки мне мало что говорят, так что чья она не имели ни малейшего понятия.

– Цунами идет! – выдохнула я, пытаясь просочиться под его рукой.

Он снисходительно усмехнулся: – В Заливе Вечного Спокойствия-то? Милости просим в наш мир, юная леди. Их тут отродясь не бывало! Успокойтесь, выдох…

– Да вы посмотрите, море отступило! – перебила его я.

И правда, обнажилось дно с торчащими ракушками и растерянными крабами.

– Отлив, – пожал он плечами. – Успокойтесь.

Но тут земля дёрнулась так, что у него с головы слетел шлем и с грохотом покатился по мрамору. – Видите?! – выдохнула я. – Сейчас будет волна!

Стражи переглянулись, и внезапно побледнели. Они пустили меня внутрь, начав срочно эвакуировать постояльцев, других наоборот загоняли внутрь. Я хотела было сунуться за теми, кто уходил, но меня резко остановили. – Готовьте оборону! – скомандовал их начальник.

Вот только это оказался пятизвездочный отель с панорамными окнами, а не крепость. Красиво, конечно: стены расписаны дельфинами, полы из дорогой древесины, потолки в три метра. Явно строили для романтических отпусков, а не для апокалипсиса.

И вот тут я кое-что заметила. Тут были шкафчики, видимо, для постояльцев, и один из них, под номер 42 был приоткрыт. Не то, чтобы это что-то значило, мало ли, но это было мое любимое число, было оно в одной книге…

Я заглянула внутрь и там лежала какая-то бумажка… Приглашение в цирк, а на обратной стороне… “Купить разговорник эльфийского. Срочно”. Видимо, это кто-то использовал как записную книжку. Я прикрыла глаза. И так это важно, или мне просто уже мерещится всякое?

Я подошла к охраннику, глупо, конечно, но ладно.

– Простите, а кто владел шкафчик 42?

Он удивленно посмотрел на меня, конечно, снаружи такое, а я тут о каком-то шкафчике.

– Это важно?

– Да. – Вряд ли, но проверить стоило.

– Хм… Если я правильно помню, там хранила свои вещи одна эльфийка, точнее полукровка… Как же ее. Ригия, кажется? Она уехала неделю назад.

– Спасибо.

Это имя… Что-то цеплялось, но вспомнить не могла. Но, если кто-то подсунул сюда это, то может быть… Или это просто случайность? Знать бы.

Стражник кивнул и убежал дальше, а я порылась в шкафчике еще. Обрывок эльфийского разговорника, того самого… Буквально несколько фраз, конечно, но мало ли. Я автоматом сунула это все в рюкзак.

***

Мы столпились на верхнем этаже, как сардины в банке. Кто-то молился, кто-то звонил родным, бизнесмен в углу пытался продать акции подешевевшего курорта... А потом пришла волна.

Прекрасный отель со всеми его дорогими интерьерами и паникующими гостями превратился в мокрую пыль. Что ж... хоть умерла в дорогом месте.Это был неудачный выбор…

***

Когда я проснулась, то проверила рюкзак и… Объявление было на месте, как и кусок разговорника.

Рюкзак? Дело в нем? Почему я раньше не подумала, черт возьми! Это же было очевидно, он всегда со мной. Я провела рукой по его старенькому боку, вот спасибо… Значит у меня есть шанс.

Я снова посмотрела на цирковое объявление и достала карту шута. А ведь действительно, один из клоунов был оочень похож на дурака на карте. Хотя это все еще могла быть случайность. Вопрос в том, все ли можно таскать с собой или только… особые вещи. Ну, проверить несложно. Я взяла пару ракушек с пляжа и сунула в рюкзак к картам. Проверим.

Жаль, идти в ту виллу и проверять шкафчик некогда. Надо было выбираться.

Это же мир магии! Магии, черт возьми! А в мире магии существуют защитные заклинания. И эти заклинания должны спасать даже от цунами, верно? Верно.

Если это курорт – и курорт явно не для бедных – значит, здесь могут отдыхать маги. Причем маги состоятельные, а следовательно, могущественные. Местная магократия способна мне помочь. Верно?

Верно. Осталось лишь найти самого щедрого и не слишком брезгливого волшебника, который согласится потратить заклинания высшего круга на какую-то помешанную девчонку в бикини, несущую бред о гигантских волнах.

Что может пойти не так?

Если не лично мага, то, может, его семью? Или ставку? Или хоть контору по магической безопасности! Ну кто-то же должен здесь сидеть и защищать все эти золотые виллы от всяких... внезапных апокалипсисов? Не могут же они рассчитывать только на стражу с красивой улыбкой!

Может, тут есть магический щит? Или подземное убежище для избранных? Или хоть портал для экстренной эвакуации.

Где-то же должен быть аварийный выход из этого курортного ада!

Или, может, тут есть ЛЮБОЕ – слышите, любое! – здание, где можно переждать эту дурацкую волну? Не обязательно из чистого золота, сойдет и деревянное, но с хорошими замками!

Неужели вся архитектурная мысль свелась к тому, чтобы виллы красиво смотрелись на открытках, но рассыпались от первого же серьезного чиха?

Где-то же должен быть хоть один практичный человек, который построил тут что-то неприступное. Хоть сарай, хоть склад, хоть подземную парковку!

Пока я стояла и философски размышляла о несовершенстве местной архитектуры…

– Здравствуй, милая, – мысленно вздохнула я, чувствуя, как леденящий ветер уже треплет мои волосы.

И тут до меня наконец дошло: думать надо было БЫСТРЕЕ.

***

Прежде чем снова куда-то идти, я проверила карманы и… Нет, ракушек не было. Хотя, рюкзак же чинился каждый раз, может это просто за мусор сошло?

Я подумала, и кинула в него ближайшее полотенце. Это не кража, все равно его смоет в океан… Ладно, кража. Но этого точно не заметят.

***

Теперь я решила подойти к вопросу с умом – направилась к группе охранников. Отряхнула песок с бикини и сделала самое деловое лицо, какое только могла изобразить в пляжном наряде. Информация – наше все.

– Доброго дня! Я журналистка из "Светлого Вестника", – соврала я с обаятельной улыбкой. – Пишу материал о вашем чудесном курорте!

Ближайший стражник расплылся в улыбке: – Правда? Наконец-то и о нас кто-то напишет!

– Конечно! – кивнула я, делая вид, что делаю пометки в невидимом блокноте. – Скажите, а какое здание здесь самое... несокрушимое? Хочется начать с самого надежного! Может, где живут сильнейшие маги? Чтобы написать о высочайших стандартах безопасности!

Охранник наклонился ко мне с доверительным видом:

– Хм... – стражник задумчиво почесал подбородок. – Пожалуй, ставка Семьи Баалтор. Говорят, их особняк устоит даже если гора на него рухнет!

То, что нужно! – И где же этот чудесный особняк?

– Вон тот, – он украдкой указал на здание с сияющей крышей, – с золотыми колоннами. Только, чур, я вам этого не говорил... Шепчутся, будто он из чистого золота от фундамента до шпиля. Но соваться туда я бы не советовал.

– Но почему? – не удержалась я.

Стражник оглянулся и наклонился поближе, понизив голос до шепота: – Потому что могут прибить. Так, что и кости не соберешь.

– Ну-у... – он смущенно потупился. – В общем, не советовал бы туда соваться без приглашения. Лучше напишите про наш новый спа-комплекс!

– Понятно... – я сглотнула. – То есть вариант идти туда хуже некуда.

– Для большинства – да, – он вдруг ухмыльнулся, и его веснушчатое лицо оживилось. – Даже если выбирать между концом света и гневом Баалтора... Лично я б предпочел конец света. Оно хоть быстро.

– А кто они вообще такие, эти Баалторы? – сделала я вид, что просто собираю материал.

Парень оживился – видно, обрадовался возможности почесать языком. – О, это целая история! – его веснушчатое лицо расплылось в улыбке. – Золотые драконы, понимаете? Говорят, весь черный рынок в их лапах. А во главе – один... э-э-э... видный деятель. У него, ходят слухи, пятьсот жен и триста мужей!

Я поперхнулась: – Зачем ему столько?

– А кто их разберет, этих драконов? – стражник развел руками. – Говорят, косо посмотрел – и ты уже коврик у входа. Лучше пройдите в пляжный ресторан – шеф-повар просто замечательный!

– Спасибо за совет, – улыбнулась я. – Обязательно упомяну в статье вашу помощь. А насчет Баалторов... Может, просто взгляну на их особняк со стороны?

– Только издалека! И помните – я вас не знаю и ничего не говорил!

– Неужели все так серьезно? – сделала я круглые глаза.

– О, это еще мягко сказано! – парень оглянулся и понизил голос. – Во-первых, они драконы. Золотые, древние. Обидишь – лет через сто найдут и напомнят.

– Но я ведь просто журналистка.

– Им все равно, – многозначительно покачал головой стражник. – У них свои правила. Раз не приглашали – значит, лезешь без спросу. А за это... – он сделал выразительную паузу. – Говорят, в прошлом месяце один купец решил ворота без разрешения починить – так его самого потом в фундамент нового флигеля замуровали. Для везения.

– Надолго его хватило? – поинтересовалась я.

– Флигель-то стоит до сих пор! – стражник одобрительно кивнул. – Так что если решитесь – советую просто посмотреть издалека. А то мало ли что...

– У них везде глаза и уши, – прошептал второй. – Видите кот у ресторана? Возможно, информатор. Хватает тех, кто в зверей превращается. Да я сам... – он вдруг резко замолчал и выпрямился. – В общем, держитесь от них подальше.

– Спасибо за помощь! – сказала я, искренне улыбаясь. – Обязательно упомяну в статье самого внимательного стражника на побережье.

– Т-только не надо имен! – он замахал руками, но глаза заискрились от гордости. – И... удачи с репортажем. Если решитесь на материал про Баалторов... э-э... пришлите мне копию. Тайком.

– Договорились, – подмигнула я, разворачиваясь к золотому особняку.

– Эй! – окликнул он меня уже вдогонку. – Если увидите у входа статую дракона с изумрудными глазами... просто бегите. Не оглядывайтесь!

Я лишь помахала ему рукой через плечо. Жаль, не спросила, как зовут этого смешного парня.

***

До той самой горы, которую видно вдалеке, мне было как до Луны – слишком далеко и абсолютно нереально. Так что единственным хоть сколько-то подходящим укрытием оставалась эта самая ставка.

Мой путь лежал к огромному белоснежному зданию, которое так и сверкало на солнце позолотой. Его фасад был расписан золотыми узорами, а по карнизам восседали золотые же драконы – одним словом, пафос. Полная безвкусица, как по мне. Я всегда предпочитала что-то попроще. Но кто бы меня спрашивал, верно?

К счастью, ставка находилась довольно близко. Правда, первый толчок уже прогремел, а это означало, что времени на долгие церемонии не оставалось. Пришлось переходить к отчаянному плану "Б".

Я подбежала к золоченым воротам, за которыми виднелись двое стражников в латах, отполированных до зеркального блеска.

Стража у ворот, конечно же, оказалась из его бесчисленного семейства.Они выглядели на удивление живо для потомков драконов. Впрочем, эти ребятки не так уж сильно отличались от людей: двое загорелых парней с золотистыми волосами и россыпью переливающихся чешуек на скулах. И да, драконы умели летать – изящные переливчатые крылья за их спинами ясно на это намекали. Была ли для них проблема в предстоящем цунами? Вряд ли.

Никогда раньше не видела драконидов вблизи, так что на секунду даже залюбовалась. Правда, я не думала, что они так похожи на людей. Ну, кроме чешуи и крыльев. Не все сказки правда, верно? Или они еще и оборачиваться умеют? В душе не чаю.

Может, в полнолуние превращаются в гигантских ящеров? Или, наоборот, становятся еще человечнее? Жаль, спросить не успею – цунами ждать не будет.

Они бодро перебрасывались шутками, и в их глазах искрилось беззаботное веселье, хоть и приправленное изрядной долей скуки – видимо, дежурство у ворот позолоченного дворца было не самым захватывающим занятием.

Я, сделав самое невинное лицо, начала:

– Добрый день! – выдавила я, не придумав ничего более оригинального, наскоро сообразив, что вряд ли стоит начинать с фразы "Спасайте, щас всех нас накроет!" Уже пробовали.

Первый стражник – высокий драконид с аккуратно убранными золотыми волосами – оценивающе посмотрел на меня. Его крылья нервно подрагивали, выдавая напряжение, хотя лицо оставалось невозмутимым. – Чем можем служить? – спросил он строго, следуя протоколу.

Его напарник – второй, чуть более молодой и беззаботный – фыркнул: – Да уж, "служить". Лорин, ты звучишь как наш дворецкий. Девушка, ты не туда зашла? Заблудилась, солнышко? Обычно гости приезжают в каретах, а не прибегают в бикини.

Лорин бросил на него предупредительный взгляд: – Протокол есть протокол, Кайл. – Но в уголках его губ играла улыбка.

– Он усыпляет лучше, чем колыбельная, – парировал Кайл, поворачиваясь ко мне. – Так в чем дело, милая? Решила оценить нашу "скромную" обитель?

– Да уж, скромную... – Лорин покачал головой. – Отец в прошлый раз чуть не подавился, когда ты это сказал при послах Империи.

– Зато они сразу поняли, что у нас есть чувство юмора! – Кайл подмигнул мне.

– А сейчас они думают, что у нас нет чувства меры, – Лорин вздохнул. – Простите моего... коллегу. Он считает, что формальности существуют только для того, чтобы их нарушать.

– Потому что это скучно! – Кайл беззаботно оперся на алебарду. – Мы тут пятый час стоим, а мимо только чайки да пафосные купцы проходят. Наконец-то хоть кто-то интересный! – Он ободряюще улыбнулся мне. – Так что привело тебя в наши объятия, солнышко? Может, просишь убежища от надоедливого поклонника? Или просто захотелось посмотреть, как живут по-настоящему богатые драконы?

Лорин покачал головой, но уже без упрека: – Кайл, не пугай гостя. Хотя... – его взгляд скользнул по моему пляжному наряду, – он прав в одном. Вы действительно выглядите... нестандартно для посетителя нашей ставки.

Кайл фыркнул: – Это он мягко сказал. Последняя, кто являлась к нам в таком виде, была русалка!

Вариант, конечно глупый, но…

– А вы не шутили, про укрытие?

Кайл моргнул:

– Все же поклонник достал? Прости, милая, это была шутка.

– Мы не можем никого пускать, запрещено.

Я, собрав остатки достоинства, выпалила: – Здесь скоро будет цунами!

Парни переглянулись. Более разговорчивый стражник снисходительно улыбнулся: – У нас тут магические барьеры. Даже если весь океан вздумает переехать...

– У вас есть дело к Семье Баалтор? – выученно перебил его Лорин. Черт... Видимо, протокол. Плохо.

– Я... Тут скоро будет цунами... – повторила я, чувствуя, как звучу все более нелепо.

– Вы не ответили на вопрос, – он слегка снисходительно улыбнулся.

– Но... Скоро весь город превратится в труху!

– Бывает, – он безразлично пожал плечами. – И что с того?

– Лорин, девушка же явно не местная... – попытался вступиться второй стражник.

– Тише, Кайл! Ты же знаешь правила! – шикнули на него. – Ты помнишь, что было в прошлый раз, когда ты затащил в дом того котенка? А этот "котенок" оказался младшим сыном герцога Теней, – Лорин повернулся ко мне, и в его глазах читалось искреннее сожаление. – Так что, видите ли, у нас строгие правила насчет незваных гостей. Даже если... – он многозначительно посмотрел на мое бикини, – они выглядят совершенно безобидно.

– ...Еще бы не помнить, – Кайл сник. – Месяц крылья вправлял...

Он вздохнул, но отошел в сторону, явно помня ту историю. Лорин же сложил руки на груди, и его крылья расправились чуть шире – знак, что разговор окончен.

– Но разве вам не нужно уходить… Цунами… – почти выдохнула я, чувствуя, как подкашиваются ноги.

Лорин, тот что был строже, изучал мое лицо холодным оценивающим взглядом. Но Кайл, его напарник с веснушками, не удержался и фыркнул:

– Цунами? – на его губах играла улыбка, а глаза искрились весельем. – Дорогая, если океан вдруг решит к нам зайти с визитом, мы ему не только тапочки предложим, но и печенек поднесем! У нас тут, знаешь ли, не пляжный домик, а самая что ни на есть крепость!

– Кайл, хватит шуток, – жестко оборвал его Лорин, не отводя от меня холодного взгляда.

– А… Могу ли я просто попросить защиты? – голос дрогнул, выдав отчаяние.

– Нет, – его голос прозвучал ровно и холодно, будто отчеканенная монета. – Без официального обращения, заверенного печатью гильдии или знатного дома, мы не имеем права вас впустить. Таков протокол. Никаких исключений. – Его пальцы ритмично постукивали по рукояти меча.

– Назовите официальные основания для предоставления защиты. Иначе мне придется попросить вас удалиться.

Кайл дрогнул, в его золотистых глазах мелькнуло неподдельное сочувствие. Он уже открывал рот, но Лорин был быстрее:

– Но…

– Нет, – Лорин неподвижно стоял, как каменная гора. – Последнее предупреждение: покиньте территорию.

– Так как вы не из известной семьи, боюсь, мы не можем даже впустить вас без особой причины, – холодно констатировал он.

Глава 9. Петля долга

Кайл отвернулся, смотря куда-то в сторону моря, – ему явно было неловко. А Лорин продолжал смотреть на меня безразличным взглядом, полным молчаливой угрозы.

– А какая может быть особая причина? – уточнила я, чувствуя, как время безжалостно истекает.

Страж наклонился чуть ближе, в его глазах вспыхнул жесткий деловой интерес:

– Например, – его голос стал тише и многозначительнее, – деловое предложение к Семье. Компромат на конкурентов. Сведения о важных торговых делах... или о чьем-то предательстве. Внезапно изменившиеся маршруты караванов, необъяснимые протечки информации. Все, что может представлять интерес для тех, кто держит руку на пульсе черного рынка. Или, – его взгляд скользнул по моему потрепанному рюкзаку, – нечто... материальное. Семья Баалтор всегда ценила конкретные предложения.

Кайл за его спиной нервно переступил с ноги на ногу, но промолчал

Ну конечно, материальное. Мяту им предложить, что ли? Драконам-то... Охрененно… Или может это прекрасное объявление о цирке, мол сходите, там весело?

Пока я думала, снова началось землетрясение. Черт-черт-черт, оно уже близко. Почва уходит из-под ног в прямом смысле. Стражи переглянулись и подняли золотистый маг. щит.

Я на секунду задумалась. Мысль пронзила сознание, как молния.

– Понятно... – медленно проговорила я, собираясь с духом. – А за последний час вам не сообщали ничего подобного?

Если они скажут "да", я хотя бы буду знать, куда направиться в следующей жизни. Если "нет"... что ж, по крайней мере, попытка не пытка.

Лорин поднял бровь, в его взгляде мелькнуло легкое удивление, смешанное с любопытством.

– Конкретика? – уточнил он, скрестив руки на груди. – О чем именно идет речь?

Кайл украдкой повернул голову, явно заинтересовавшись поворотом беседы.

– Ну... Просто любопытно, что действительно интересует Семью, – я слабо улыбнулась. Глупая, глупая причина, но голова уже отказывалась работать.

Страж изучающе посмотрел на меня, затем его взгляд скользнул в сторону Кайла. В воздухе повисла пауза, и внезапно оба стража синхронно повернулись к морю.

– Интересует? – тихо проговорил он, глядя на внезапно обнажившееся дно. – Сейчас Семью больше всего заинтересует, как, черт возьми, это объяснить патриарху.

Кайл медленно выдохнул, глядя на обнажившееся морское дно: – Протокол, да, Лорин? Теперь у нас цунами, не думаю, что оно есть в инструкциях.

Он резко развернулся ко мне, распахивая дверь: – Входите! Быстро!

Но Лорин молнией преградил нам путь. – Нельзя! Назад! – его рык был обращен как ко мне, так и к напарнику. – Глава тебе голову за такое снесет! Молись, чтобы до него не дошло! Правила есть правила!

– Да какие правила! Ее жизнь на кону!

– Не наше дело! Черт, Кайл, возьми себя в руки, тут сейчас пол города в руинах будет, всем побежишь помогать!?

– Но она-то уже здесь! – Кайл уже почти кричал.

– Успокойся, – голос Лорина похолодел. – Я запрещаю.

А потом он обратился ко мне:

– Просим прощения, но Семья Баалтор не альтруисты, – он говорил вежливо, но его поза оставалась непоколебимой, оружием он преграждал путь. – Если у вас нет ничего конкретного для семьи, мы ничем не можем вам помочь. Абсолютно.

– Прости, Солнышко, но... Глава... – Кайл тяжело вздохнул, и его беззаботное выражение лица сменилось на маску искреннего ужаса. – Он не делает исключений. Если мы тебя впустим. Нам самим головы не сносить.

– И это не в переносном смысле, – мрачно добавил Лорин, впервые за весь разговор выглядевший по-настоящему серьезным. – Мы попросту сдохнем. А потом и тебя найдут – за незаконное проникновение. Но только твоя смерть будет куда... продолжительнее. Понимаешь?

– Н-нет? – выдавила я, чувствуя, как холодеет внутри.

– Дериан Лайт! – прошипел Лорин, и оба стражника невольно передернулись. – Мастер пыток. Он тебе не просто тело сломает – он душу вывернет наизнанку, посмотрит, а потом вернет на место и скажет, что так и надо! Профессионал до мозга костей! Вот к нему тебя и отправит Глава. На пару лет. Как тебе ТАКАЯ перспектива? И нас потом – вместе с тобой. Поверь, цунами сейчас кажется куда более приятной альтернативой. Ты будешь УМОЛЯТЬ о нем, если мы нарушим приказ.

А Кайл... Кайл потупился. Он явно был не уверен в их правоте – его взгляд метался с моего испуганного лица на неестественно отступившую воду и обратно. Но Лорин крепко держал его за плечо, не давая сделать шаг вперед.

Я глубоко задумалась, пока земля снова содрогалась под ногами. Времени оставалось катастрофически мало.

– Вы могли бы хотя бы рассмотреть мое предложение? – попыталась я в последний раз.

– Боюсь, мы прекрасно понимаем, что вы просто хотите потратить время впустую, – Кайл на этот раз произнес это без обычной улыбки, с искренним сожалением.

Черт... Видимо, еще одной смерти не избежать. Я вздохнула и кивнула.

– Тогда просто для интереса, чисто гипотетически... – я посмотрела на них обоих по очереди, – что я должна была сказать, чтобы меня пустили?

Лорин и Кайл переглянулись. И неожиданно оба рассмеялись – Лорин коротко и сухо, Кайл – с грустью.

– Чисто гипотетически, –второй подмигнул, – вы могли бы просто сказать: "У меня есть деловое предложение для патриарха". Пока бы ваш запрос передавали по инстанциям, пока выясняли кто вы такая, да что, вы бы уже сидели в приемной. Скорее всего прошло бы пара часов, к тому времени основная волна уже прошла бы. Но... – его улыбка потухла.

– ...Но мы прекрасно понимаем, что предложения у вас нет, – закончил за него Лорин, и в его голосе впервые прозвучало нечто похожее на сочувствие.

– Я понимаю, – тихо сказала я.

Я повернулась и пошла прочь, навстречу нарастающему рокоту. Хватит, это уже просто жалко. Сзади донесся тихий вздох Кайла: "Жаль..."

Это было до отчаяния печально. Последняя надежда таяла на глазах.

– Я... правда ничего не могу предложить взамен? – голос сорвался на шепот, я развернулась к ним опять. Надежда умирает последней.

– Сомневаюсь, – Лорин покачал головой, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на сожаление. – Наша Семья давно не меняет репутацию на деньги.

– А... чисто теоретически, – я цеплялась за соломинку, – что вообще могло бы их заинтересовать?

Стражи переглянулись. – Мы всего лишь охрана, – развел руками Кайл. – Не нам решать.

Я уже думала на будущее. Сейчас я уэе не выживу, это точно. Но потом… Это вариант. Действительно вариант, только сначала снова Это.

– А если бы я вошла, а перед приходом того, кто рассматривает предложения, передумала? – пыталась я найти лазейку в будущем..

– Ничего, – Лорин пожал плечами. – Вас бы внесли в черный список. Но за такое не убивают, – он криво улыбнулся. – Вы точно хотите так тратить свои последние минуты, на пустые разговоры с нами?

Вот ведь...

Снова толчок, на этот раз такой силы, что я едва устояла. Мне стало по-настоящему страшно. Я ведь знала, что будет дальше.

– Вы... совсем не можете меня впустить? – прошептала я в последней отчаянной надежде. – Пожалуйста!

Кайл толкнул Лорина локтем: – Она же вежливо просит... Может...

– Боюсь, нет, – Лорин оставался непреклонен, но смотрел на меня с искренним сочувствием. – Четкий приказ – не помогать посторонним. Простите, мисс...

Они оба вздохнули, глядя, как на горизонте поднимается стена воды. Я побледнела и закрыла глаза. Чего я ждала? Баалторы всегда были безжалостны.

И они просто стояли и смотрели…

***

В тот миг, когда стена воды обрушилась на меня, мир превратился в грохочущий ад. Я инстинктивно зажмурилась, ожидая удара, который должен был размозжить кости.

Но его не было.

Вместо этого я увидела, как Кайл резко развернулся ко мне. Его лицо было искажено не болью, а молниеносным решением. Его глаза встретились с моими – и в них не было ужаса. Были отчаяние и какая-то безумная надежда.

– Назад! – его крик был сорван ветром.

Золотистый щит перед ним погас на долю секунды. Но он не ослабил его – он разорвал магию в клочья, направив весь оставшийся заряд в одну точку – в меня.

Меня рвануло назад, как из катапульты, сквозь теплый, упругий кокон энергии. Я пролетела над камнями, влетела в распахнутую дверь и рухнула на мокрый пол приемной.

Оборачиваясь, я увидела ад.

В щит, который Лорин отчаянно пытался стабилизировать, врезалась вся ярость океана. Но брешь, которую пробил Кайл, стала точкой отказа. Магия взвыла и лопнула с оглушительным хрустом.

И Кайл… Он стоял, раскинув руки, принимая удар на себя, стабилизируя щит. Последнее, что я увидела, – как его тело, озаренное светом рушащихся заклятий, сломалось под многотонной толщей воды, ударившей в него, как молот. Золотистые чешуйки с его скул вспыхнули и погасли.

Он дернулся, встретился со мной взглядом, прежде чем тело безвольно рухнуло на мокрый камень.

– НЕТ!

Рев Лорина был страшнее грома. Он рухнул на колени, тряся бездыханные плечи напарника.

– Что ты наделал, идиот!

Его взгляд, поднявшийся на меня, был лишен всего – кроме ненависти. Чистой, как дистиллированный яд.

– Ты... Ты видишь? – его голос срывался. –Он не ослабил щит. Он разорвал его. Направил всю энергию, чтобы защитить тебя. Это цена твоей "вежливой просьбы".

Я не могла вымолвить ни слова.

Лорин поднялся, превращаясь из стража в палача.

– Приказ был ясен, – ледяной скрежет. Клинок в его руке поймал отсветы барьеров. – Кайл нарушил. Впустил тебя. Теперь мой долг – ликвидировать угрозу.

Шаг вперед.

– Он умер за тебя.

Я отползла, спотыкаясь. Страх сменился чем-то хуже – пониманием, что мои.Я замерла. Выбор? Какой у меня выбор? Умереть – или жить с клеймом должника, чья жизнь куплена чужой смертью. Все пошло наперекосяк...

И тут Лорин внезапно опустил меч. По его лицу потекли слезы, оставляя следы на застывшей маске ярости. Он резким движением руки – заставил тело Кайла исчезнуть в золотистой дымке телепортации. Затем, не глядя на меня… Он развернулся. Ушел. Дверь захлопнулась.

Я осталась одна между несущейся стеной воды и неприступной крепостью, в полном одиночестве.

И выбор, который теперь вставал передо мной, был куда страшнее, чем просто жизнь или смерть. Если я умру сейчас – цикл начнется заново.

И Кайл... Кайл, возможно, будет жив. Он снова будет улыбаться у ворот, ничего не зная о своей жертве. Его душа не уйдет в небытие из-за моего выживания.

Но если я останусь жить... то его смерть станет окончательной.

Черт… Я никогда не хотела играть в ЭТО.

В поезде все было просто, они спасались ВМЕСТЕ со мной, а не вместо.

И что хуже всего – сомневаюсь, что это в последний раз такое вижу. На душе скребли кошки...

Гадство...

Я посмотрела на приближающуюся стену воды и сделала шаг навстречу гибели. Но в тот же миг в мои плечи вцепились стальные пальцы.

– Не смей сейчас ЭТО делать! – Лорин рычал прямо у меня в ухо.

– Ты... не понимаешь, я... – попыталась я вырваться, но его хватка была мертвой.

И тут я увидела нечто, от чего кровь застыла в жилах. Вода начинала отступать. Цунами шло на спад.

– Нет-нет-нет... – зашептала я, леденяя от ужаса. – Время уходит...

– П-послушай, ты должен убить меня! – выдохнула я, вцепившись в его манжеты. – Прямо сейчас!

Что я несу? Минуту назад я готова была пойти на все, чтобы выжить, а теперь умоляю о смерти. По его потрясенному взгляду было ясно – он думает то же самое.

– Нет, ты не понимаешь! – голос сорвался до хрипа. – Черт, вникни же! Я воскресну! И он тоже! Это петля! Петля времени! Мы все застряли!

Лорин отшатнулся, будто его ужалили. Его взгляд метнулся от моего искаженного лица к месту, где лежало тело Кайла, затем к отступающей волне, и в его глазах вспыхнуло не просто недоверие – жуткое, медленное прозрение.

– Ты... – он прошипел, сжимая рукоять меча. – Что ты за тварь?

– Тварь? – я горько рассмеялась. – Это проклятие! Мы все в этой ловушке!

Лорин не двигался, его лицо было искажено внутренней борьбой. Ветер трепал его волосы, разнося запах морской соли и смерти.

Я резко указала на пустое место.

– Когда я умру, все начнется сначала. Он снова будет стоять у ворот, улыбаться, шутить…

Я не была в этом уверена, но очень на то было похоже.

По лицу Лорина пробежала судорога. Он медленно опустился на колени и положил руку на холодный камень, где минуту назад лежало тело.

– Он мертв, – глухо сказал Лорин. – И если ты лжешь...

– Тогда убей меня! – перебила я. – Если я не воскресну – ты ничего не теряешь. Но если воскресну... Тогда и он вернется. И у тебя будет шанс все исправить. – Я схватила его руку и прижала к своему горлу.

Лорин вырвал руку, будто обжегся.. – Безумие... Это безумие...

– Нет! – я заслонила собой пустое место. – Это единственный способ спасти его!

Лорин поднял на меня взгляд. В его глазах бушевала война – между долгом, горем и зарождающейся надеждой.

– Если ты врешь... если это какой-то трюк...

– Какой трюк? – я засмеялась, и смех прозвучал истерично. – Какой трюк может заставить меня просить о смерти? Посмотри на меня! Я вся трясусь! Мне страшно!

Лорин сделал шаг назад. Еще один. Его взгляд метался между мной и пустым камнем.

– Петля... – прошептал он, и впервые в его голосе прозвучала не ярость, а растерянность. – Если это правда... сколько раз?...

– Я сбилась со счета, – прошептала я. – Десятки.

– Как ты умирала раньше? – спросил он тихо.

– От воды. От огня. Под обломками. – я сглотнула. – Это не имеет значения. Важно то, что каждый раз все начинается заново.

Он медленно поднялся.

– Если ты обманываешь меня... – он не договорил, но в его голосе прозвучала бездонная угроза.

– Я не могу тебя обмануть, – тихо сказала я. – Потому что если это не сработает, я никогда об этом не узнаю.

Лорин с минуту смотрел на меня, словно пытаясь прочесть в моих глазах истину. Потом резко выпрямился, и вложил мне в руку амулет.

– Хорошо, это его защитный амулет, – сказал он. – А теперь. Умри.

И его меч сверкнул в закатном солнце.

Я не успела даже вздрогнуть. Только увидела, как сталь рассекает воздух, и почувствовала резкий, холодный укол в груди. Боль пришла не сразу – сначала лишь ощущение внезапной пустоты, будто что-то важное и незыблемое внезапно исчезло.

Я посмотрела вниз. На бикини алело маленькое, почти аккуратное пятно, быстро растущее, как цветок, распускающийся со скоростью смерти.

Кашель вырвался сам собой, и губы заполнил теплый, медный привкус. Ноги подкосились. Я рухнула на мокрый камень, глядя в небо, которое вдруг стало таким далеким.

Последним, что я увидела, было лицо Лорина. Не искаженное ненавистью и не холодное от ярости. А просто... пустое. Словно он сам не верил в то, что только что сделал.

А потом тьма накрыла меня с головой.

***

***

Вот же ж... Опять. Голова болела сильнее, а прикоснулась рукой к виску и… Вздрогнула. Амулет был со мной. Глаза расширились: это был маленький золотой дракончик на цепочке! Настоящий, с гравировкой: “Кайлу, с любовью от брата”.

Я быстро сунула его в рюкзак, еще пропадет… Но я начала обживаться хоть каким-то имуществом, уже вперед, верно?

Птички щебечут, солнышко светит, песочек блестит. А у меня в груди дыра, и на душе скребутся кошки. Причем в прямом смысле. Ладно, не в прямом. Но ощущение, будто меня переехал каток, а потом попросили сделать это еще разок – на всякий случай.

Я наконец открыла глаза: небо синее-синее, наглое такое. Как будто и не было ни стены воды, ни хруста магии, ни... Кайла. Словно он не крикнул "Назад!" в ту самую секунду, когда решал, стоила ли моя жизнь его.

А Лорин... "Хорошо. Умри." – сказал он. И я послушалась. Как дура. Добрый парень, ничего не говори.

Подниматься не хотелось. Совсем. Хотелось провалиться сквозь песок, авось, в следующей реальности будет уютнее. Но как бы не так.

Смех, которым я пыталась прикрыться, застревал в горле комом.

После огня и поезда – было больно, но просто.

А вот после такого... Подниматься снова – все равно что заново учиться дышать.

Словно часть тебя навсегда остается там, в прошлой петле. На этом моменте я застыла.

Потом что-то щелкнуло. Не будто бы!

Я посмотрела на свои руки и поняла, что я не помню, как они выглядели дома. Я даже не помню как меня звали, и на душе пусто. Это ведь, не метафора.

Я похолодела, часть меня все еще остается там, эти смерти не проходят даром! Ну естественно, есть плата, я просто ее не знаю!

Я прокрутила воспоминания и… поняла, что не помнила детства. Совсем, в ноль, как будто кто-то стер все до совершеннолетия, а вместо МОЕГО детства в голове какие-то обрывки детства Рины, и этой, Лорин, какая-то странная гильдия… Нет! Я не хочу. Но пусто. Я не могла вытащить из памяти ни одного дня СОБСТВЕННЫХ малых лет.

Знаете, я всегда боялась не смерти, а потери личности, себя, и вот, это сбывается.

Значит, умирать попросту опасно, и, кто знает, что еще я потеряю в следующий раз. Состояние при пробуждении было все хуже и хуже, смерти явно не проходили даром, теперь был вопрос – сколько еще перерождений я вытерплю прежде чем… Прежде чем что? Я не знаю, но узнавать катастрофически не хотелось, я и так умирала слишком много.

Надо вставать. Всегда надо вставать, черт возьми.

Ни отступить, ни сдаться, ни закрыть глаза в надежде, что все исчезнет. Только вперед. Сквозь дрожь, через тошноту, мимо трещин в собственной психике.

Вздохнула. Пахло морем. Иронично.

***

Поплелась обратно. К этим чертовым Баалторам, их позерству и дурацким правилам.

Тело вспомнило удар стали и попросилось обратно на песок, но я шла. Потому что есть одна, чертова, неоспоримая проблема. У меня НЕТ выбора.

Глава 10. Пароль для одинокой души

Но делать нечего – пришлось тащиться. Плевать, что в прошлый раз меня тут прикончили. Плевать, что они меня не узнают.

Главное – убедиться, что я все же не убийца. Снова увидеть эти веснушки и дурацкую ухмылку. Чтобы не остаться вечным должником по квитанции "жизнь за жизнь".

Тащусь по дороге, сердце колотится, как сумасшедший дятел... Поднимаю глаза – а они там. У ворот. Двое. Стоят, травят байки. Я выдохнула, почти осев на землю, вашу ж мать, мы не были близки, один чертов разговор, но… Я все же передивала.

Кайл. Живой-здоровый, ухмыляется во всю рожу. А рядом Лорин – стройный, собранный, со взглядом, способным заморозить лаву. Стоит в своей фирменной позе "я начальник, ты дурак".

Что-то внутри екнуло и оборвалось.

Глупая, широкая улыбка сама по себе растягивает губы. Подбегаю и бросаюсь обнимать Кайла – того, кто уже раз пожертвовал для меня всем.

А он... Резко, почти грубо, отбрасывает меня в сторону. Я спотыкаюсь о камень и едва не падаю.

– Ты что, ненормальная?! – его голос, резкий, он не узнает меня. В нем только раздражение и настороженность.

И тут же Лорин – быстрый, как тень. Холодная сталь его клинка уже прижалась к моей шее.

– Кто ты и как посмела? – его голос тихий и обжигающе-опасный.

Кайл хмурится, тоже за рукоять взялся. Смотрят на меня, как на прокаженную. Как на угрозу.

Его жертва стерлась… Как и моя.

Елки-иголки! Они же ничего не помнят. Вообще.

Только пустота в их глазах – и острая, режущая боль под ребрами. Я так надеялась, что у них останется хоть чувство дежавю, хоть смутное "где-то я тебя видел"... Но нет. Ничего.

Они-то меня видят впервые. Для них я – просто какая-то странная девчонка в бикини, которая тащится к их воротам с диким взглядом и бросается на шею. Нормально, да?

Я прикрыла глаза. А Элларион? Он тоже забыл? Или петля по-разному действует? Я вообще что-то меняю в этом бесконечном дне сурка, или просто бегу по кругу?

Паника готова была совсем меня увлечь – спасибо, не дал меч на горле. Лорин прижал клинок чуть сильнее, и холодный металл вернул меня в реальность.

– Последний раз спрашиваю, – его голос прозвучал прямо над ухом. – Кто ты?

А что я могла ответить? "Мы с вами умирали вместе, а теперь я снова здесь, потому что вселенная решила пошутить"? Сомневаюсь, что это смягчит бдительных стражей. Так, ладно…

– Кто я? – фыркнула я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Обычная девушка с прекрасным чувством юмора и ужасным вкусом к курортам! У вас тут будет небольшой потоп, если вы не в курсе.

Лорин не дрогнул, но бровь все же поползла вверх. Кайл за моей спиной фыркнул:

– Потоп? В Заливе Вечного Спокойствия? Милая, тебя солнце перегрело!

– Именно! – подхватила я с наигранной веселостью. – И теперь у меня видения! Вижу, как ваши блестящие латы превращаются в аквариум для рыбок! Хотите – верьте, хотите – нет, но через десять минут мы все будем плавать. Кроме вас, – кивнула я Лорину. – Вы слишком серьезный, чтобы позволить себе намокнуть.

Кайл фыркнул, но в его взгляде мелькнуло любопытство. Лорин нахмурился:

– Ты хочешь сказать, что цунами...

– ...будет вот примерно с тот золотой шпиль, – уверенно соврала я, показывая на самую высокую башню. – Так что предлагаю либо бежать, либо наконец-то проверить, правда ли ваш магический барьер такой прочный, как в рекламе!

– А обниматься... это я от радости, что не упала! – выдавила я, потирая ушибленное колено. – Видите, как меня качает? Солнце, жара... Думала, сейчас грохнусь, а вы тут как тут – красивые, в блестящих доспехах. Рефлексы сработали!

Кайл фыркнул, но меч убрал: – Ну, рефлексы у тебя, милая, своеобразные. Лучше бы за дерево схватилась.

– Деревья тут не растут! – огрызнулась я, с трудом поднимаясь. – А вы как статуи. Кстати, насчет цунами...

– Вы серьезно собираетесь встречать это в парадных латах у ворот? – фыркнула я, показывая подбородком на странно обнажившееся дно залива. – План, конечно, надежный... как швейцарские часы!

Лорин нахмурился: – Какие еще часы?

Черт. Совсем вылетело из головы, что я не в своем мире. Кайл смотрел на меня с растущим подозрением.

– Э-э-э... – замялась я, чувствуя, как горит лицо. – Это... дворфийская поговорка такая! Есть у них такие мастера, швейк... швейцары... – я отчаянно заморгала, пытаясь выдумать хоть что-то правдоподобное. – А может, мне это просто приснилось!

Я расплылась в самой глупой и неестественной улыбке, какую только могла изобразить. Ладно, пусть лучше подумают, что я спятила. Сошла с ума я или нет – это сейчас было меньшей из проблем.

Так. Я выгляжу нелепо: бикини, растрепанные волосы, дикий взгляд... Но они же сами говорили про русалку! И вообще маги часто сходят с ума. Что ж... Ври, милая, ври!

Я выпрямилась, стараясь придать лицу выражение таинственности, и с легким намеком на пренебрежение к опасности обвела стражей взглядом.

– Я... от Русалочьего Клана, – заявила я, вкладывая в голос все нотки надменности, на какие была способна. Способна была не очень. – Только что с их подводного совета. У морского народа есть к вашей Семье предложение. Потому я и заглянула... несмотря на некоторые... временные неудобства.

Я многозначительно посмотрела на отступившее море.

– Они предупредили меня о волне. Надеюсь, ваша Семья будет достаточно мудра, чтобы выслушать их посланницу, прежде чем все здесь скроется под водой.

Так стоп, меняем стиль речи, а то вызовут еще Главу или кто там у них.

– Понимаю, что вы не торопитесь, – сказала я, делая вид, будто смахиваю невидимую пылинку с плеча. – Но мне нужен не срочный совет, а... пропуск. Русалки могут ждать, а их предложение может принести вашей Семье выгоду. Так что, если можно...

Я изобразила легкую улыбку, полную намеков, и сделала шаг к воротам, будто мое проход само собой разумеется.

Лорин медленно опускает меч, но взгляд его остается стальным.

– Предложение русалок? – в его голосе скепсис борется с любопытством. – У них свой способ заключать договоры. Обычно через жемчужные послания, а не... – он оценивающе оглядывает ваше бикини, – визитеров в пляжной одежде.

Кайл подается вперед, глаза горят азартом: – Стой, Лорин! Если это правда... Глава прибьет нас, если мы упустим такой шанс!

– И убьет, если это ловушка, – холодно парирует Лорин. Но он делает шаг назад, освобождая путь. – Ладно. Проходи. Но знай: если это обман... – он многозначительно смотрит на ваш наряд, – Дериан Лайт получит новую игрушку. А мы с Кайлом – премию.

Кайл уже энергично кивает: – Иди, иди! Только если увидишь старика в черном мантии – беги. Это Дериан.

– Молчи, дуралей!

Ворота с глухим скрежетом начинают открываться...

Победа. Черт возьми!

Теперь главное – пережить это долбанное цунами, а потом... Судя по всему, у меня есть примерно четыре дня. Четыре дня, чтобы не попасть в лапы к тому... Лайту.

Значит, надо смыться. Быстро, тихо и желательно до того, как кому-то в этой позолоченной мышеловке придет в голову спросить: "А где, собственно, та самая посланница русалок?"

Пока я скольжу в полумрак прохладного холла, за спиной слышу отрывок их разговора:

– ...и чтобы комендантский час для всех посетителей сдвинули, пока не выясним, кто она, – это Лорин, его голос ушел в непробиваемый административный тон.

– Да брось, смотри, какая симпатичная! – Кайл явно продолжает жевать мою версию про русалок. – Может, правда с предложением?

– Иди и проверь периметр. И выбрось из головы этот бред про "симпатичную". Помнишь, что случилось с последней "симпатичной", которую ты впустил?

За тяжелой дверью их голоса стихают, сменяясь оглушительной тишиной.

А внутри... Боги.

Все вокруг – ослепительно-белый мрамор и золото. Не просто акценты – тотальная позолота: от завитушек на балюстрадах до чешуек на крылатых скульптурах, стоящих вдоль стен. Громадные окна в резных золотых рамах, но свет от них будто тонет в этом великолепии.

Меня встретил тип с каменным лицом – видимо, здесь всех учат одним и тем же выражениям. И проводил в комнату ожидания. Бархатное кресло-мешок, о боги...

И все бы ничего, но этот дворецкий, говоривший как клон Лорина, вдруг спросил имя для гостевой книги.

И тут моя голова, видимо, решила, что паника – лучшее время для откровений. Я и выпалила:

– Рина Артай...

Как только слова слетели с языка, я осознала весь ужас ситуации. Ну вот, Рина, ты чего натворила? Теперь если эти позолоченные ребята начнут копать, окажется, что меня в этом месте быть не должно.... Отличная работа, мозг, просто блестяще! Теперь сиди и жди, когда за тобой придут с тортиком... или с тем самым Дерианом Лайтом.

Нет бы соврать что-нибудь элегантное! Вроде "леди Заоблачная Роса" или "графиня фон Хрен Знает". Ладно. Врать я тоже не умею. Но я ведь никогда не отличалась умом и сообразительностью, вот и выдавила из себя первое, что пришло в голову…

– Мы передадим ваше имя, ожидайте, – произнес дворецкий.

И ушел. Оставил меня одну в этой позолоченной клетке с бархатными креслами, которые на ощупь напоминают подушку для булавок. Сиди теперь и гадай, через сколько минут за мной явятся и с чем – с распростертыми объятиями или с наручниками.

Внутри здание оказалось до боли похоже на его наружность: эпатажное, богатое до тошноты, кричащее белыми и золотыми тонами так, что глаза вытекали. Казалось, каждый сантиметр пространства орал: "Смотри, как я могу!" Эта семья раздражала меня все сильнее.

Прошло минут десять – и земля наконец затряслась. Отлично. Осталось только смыться, когда волна отступит, и...

Ко мне вышел лунный эльф. Черная облегающая одежда, наглая улыбка до ушей, и небольшой, но заметный знак принадлежности к Семье. Яркие голубые глаза, кожа такого же холодного оттенка, длинные острые уши... Просто красавец, да?

Ах да, я же забыла – эта раса славится не только внешностью, но и отвратительным характером, и повышенной, я бы сказала, творческой жестокостью. Просто прекрасный собеседник для моей незадачливой персоны!

Но самое веселое – ПОЧЕМУ ТАК БЫСТРО?! Стражи же говорили, что пройдет минимум час, а я даже не успела толком осмотреться, не то что придумать хоть какой-то план! Видимо, местная бюрократия работает с пугающей эффективностью, когда дело касается потенциально опасных гостей в бикини.

Меня начала одолевать паника. Это был уже не просто испуг, а настоящая волна ужаса, накрывающая с головой. У меня ведь и правда НЕТ никакого предложения! Я вообще ничего не придумала, даже самого примитивного плана! Черт, черт, черт!

В голове пронеслись обрывки мыслей: "Сказать, что русалки передумали? Сделать вид, что это все был розыгрыш? Притвориться, что я и есть русалка, и внезапно 'забыть' язык от стресса?"

Но все это было бредом, отчаянием загнанной в угол крысы. А лунный эльф смотрел на меня своими ледяными глазами, и его наглая улыбка, казалось, становилась все шире. Он видел мой страх. Чувствовал его. И, похоже, получал от этого удовольствие.

– Вы и есть Рина Артай? – эльф непринужденно оперся о косяк двери, и в его улыбке плескалась усталая насмешка. – Когда мне принесли справку на вас, я даже решил лично заглянуть.

Гад. Циничный и чертовски проницательный.

– Что, предложение русалок внезапно... испарилось? – он лениво махнул рукой в сторону окна. – Ничего страшного. Всегда можете выйти и... обсудить детали с приближающимся цунами. Верно?

Я невольно дернулась, и его улыбка расползлась еще шире, холодная и торжествующая. Он угадал. Угадал с первого взгляда, что перед ним – загнанная в угол врунья, отчаянно пытающаяся выиграть несколько лишних минут жизни.

– Как я вижу – не хотите, – его улыбка стала еще шире и ядовитее. – Тогда у меня есть предложение к вам, мисс Рина.

– А? – выдавила я, чувствуя, как мозг отказывается работать.

Я не ожидала такого поворота и откровенно не понимала, что происходит. Все, на что я была способна – это пялиться на него, как рыба на лед, в полной прострации.

– Из-за некоего Элларона через Гильдию Информаторов – а оттуда уже к нам – поступила занятная информация. О вас. – Он лениво поправил рукав. – И как только я на днях сделал соответствующий запрос... Мне намекнули, будто бы вы обладаете уникальным даром перерождения.

Он сделал паузу, давая мне прочувствовать весь ужас ситуации.

– Ну что, ходячая катастрофа, – эльф скрестил руки на груди, глядя на меня с видом будто ему подкинули очередного проблемного питомца. – Ты хотя бы ведешь счет своим смертям? Или просто плывешь по течению этого великолепного бардака? Мне было бы чрезвычайно интересно с этим... поработать. Вижу, ты опять влезла по уши. На этот раз даже я впечатлен.

Я попыталась что-то сказать, но он продолжил, лениво махнув рукой и ловко перевернул в пальцах тонкий кинжал:

– Бесполезно тебе сейчас что-то говорить, если мы и поговорим то… Позже, милая. Смотри, можешь забыть об этом разговоре, а можешь. – Его голос звучал почти небрежно, но взгляд был тяжелым и пристальным.

– Если в следующий раз назовешь стражникам пароль "Аэрсоне", пропустят без вопросов и сразу позовут меня. Тогда и поговорим по-настоящему, что я могу дать тебе, что ты можешь дать мне... Запомнила? Повтори.

Я не понимала ровным счетом ничего, но инстинктивно кивнула:

– Аэрсоне.

– Умница. – Он мягко улыбнулся, и в его глазах мелькнуло что-то почти похожее на одобрение. – А теперь... Умри.

– Что? – я не успела даже испугаться.

Он двинулся с нереальной, отточенной скоростью. Легкий взмах рукой – и холодная сталь впивается в горло. Я стояла, широко раскрыв глаза, чувствуя, как теплая кровь заливает шею и грудь, перекрывая дыхание. Последнее, что я увидела, – его спокойное лицо, прежде чем мир поглотила тьма.

***

Я проснулась, вцепившись в шею. Пальцы искали рану, но нашли лишь гладкую, загорелую кожу. Вот же гад!

Пляж. Бикини. Проклятое солнце.

И слово, что жгло сознание: Аэрсоне.

Какой у меня выбор, в сущности? Из всех зданий устоял только его позолоченный кошмар. А его слова... Он знает. Знает о петле. Знает обо мне. Надеяться на его помощь? Это все равно что просить палача сделать массаж.

Но... на кого еще? На стражей, что не помнят меня? На русалок, что я выдумала? На Эллариона, который, возможно, тоже стерт?

Я улыбнулась. Черт. У меня все же есть друг!

Этот гад в золотых стенах упомянул Эллариона. Значит, эльф жив, помнит и... действует. Не бросил меня в этой карусели смертей. Гильдия Информаторов, пароль...

Черт возьми. У меня все же есть друг! Это не спасение, не ключ от всех дверей, но...

Как же невыносимо приятно знать, что ты не одна в этом бесконечном кошмаре.

Это уже было похоже на план: поговорить с этим чертом, добраться до гильдии информаторов и узнать что-то о себе. Даже если эльф меня снова прибьет, я могу добраться до гильдии.

Я долго смотрела на свои руки, вроде бы, физически, все более менее в порядке. Но что остается в каждой петле? И на самом деле, вопрос еще более любопытный, можно ли это забрать обратно? Что, если я смогу добраться до того особняка? Или до родного города?

Есть ли где-то тело Рины Артай, и могу ли я в него вернуться? Вопросов много, ответов мало. Но…

Аэрсоне.

Одно слово. Пароль. Приглашение в ловушку? Или единственная ниточка в этом хаосе?

Всякое может быть, этот разговор мог повернуться по-разному, со-овсем по-разному. Узнаем. Сейчас планировать на будущее было сложно, но я попытаюсь.

Я медленно поднялась, отряхивая песок. Выбора нет. Снова идти к золотым воротам. Снова видеть его усталую усмешку.

Но на этот раз я приду не как просительница. Я приду за ответами.

Глава 11. Вопрос на доверие

Так что я снова поплелась к страже. Старые добрые мои знакомые... Я смотрела на Кайла, и в душе скреблось что-то теплое и колючее. Вот же ж…

Не ожидала, что кто-то действительно решит спасти мне жизнь, пусть и в прошлом цикле. А теперь это знание было только моим, а он смотрел на меня как на незнакомку.

Правда, теперь вопрос оставался открытым. Быть... или не быть? У меня есть возможность пройти так: липовое имя, выдуманное предложение к Баалторам –только одежду бы стянуть подостойнее, и ладно. Это даст мне пережить цунами.

А можно... назвать пароль.

Чувствую себя ослом, перед которым повесили морковку и смотрят, съест или нет. А пахнет-то вкусно...

Человек... в смысле, эльф (боги, я так и не привыкла называть их по расам, хренов мирок). Короче, этот типчик явно богат, имеет доступ ко всему, в том числе библиотеку... И он может сказать мне хоть что-то полезное. Или, наоборот, может…

Я остановилась. А собственно, что?

Вот что он мне сделает?

Убьет?

Ха. Напугали ежа голой попой.

Пытки? Четыре дня– это, конечно, много и страшно. Но что он этим добьется? Ничего. Совсем ничего, верно? Я ведь не знаю того, что могло бы быть ему интересно.

Я просто перерожусь и буду знать, что сюда лучше не соваться.

А значит это бесполезно! Не будет же он совать меня к этому, как ему… Лайту. Ну и фамилия, для мастера пыток, просто так. Верно?

Тогда давайте думать логически: что такому, как он, может быть нужно от такой как я?

Тут два варианта: бизнес или что-то научное.

Со вторым все ясно, а вот первое...

Ну конечно же! Боги. Все проще некуда. Если знать то, что происходит за пару дней до событий – или даже за пару часов, – компания может заработать очень много. Очень-очень много.

Вот зачем я ему. Просто и тупо– деньги.

Я остановилась. Но тогда... тогда ему нужно будет убить меня снова. Чтобы я вернулась в начало и, собственно, принесла ему информацию.

Снова умирать... Хотя, с другой стороны, я все равно умру– так или иначе. Не верю я, что этот кардебалет закончится на следующем акте. Но при этом отдавать что-то отс себя и своей личности за это… Стоит ли оно того. А выбор? Может, надо думать о том как сохранить, а не о том, как не терять? Может это и глупо, на я сейчас постараюсь сосредоточиться на СЕБЕ. То есть хотя бы на том, что я ощущаю как себя. Посмотрим, поможет ли.

А этот цирк я-явно продолжится. А вот будет ли у меня еще возможность получить хоть крупицу информации? Совсем не факт. Вот что можно было узнать в особняке? Ничего, наверное.

Я остановилась.

А ведь я в теории могу провернуть это несколько раз, верно? Прийти к нему, рассказать то, что он хочет услышать, спросить что-то свое... умереть. И повторять, пока вопросы не закончатся.

Можно попробовать. Ведь у меня есть козыри на руках.

Я фыркнула. Ну да. Шут, например..

Так что я все же решилась. Ну что ж, эльфик, здравствуй...

***

– Аэрсоне...– выдохнула я, глядя в лица стражей.

Стражи переглянулись. Лорин нахмурился, пробежался глазами по какому-то списку, затем кивнул. Кайл что-то прошептал ему на ухо, но тот лишь шикнул: “Молчи!”

– Ваше имя? – обратился ко мне Лорин с подчеркнуто холодной вежливостью.

– Рина Артай... –чуть не сорвалось «опять», но я вовремя остановилась.– Меня звал какой-то лунный эльф.

Оба выпрямились, как по команде, и отдали честь. Даже Кайл побледнел и сделал вид, что внезапно увлекся изучением узора на мраморном полу. Видимо, мой “знакомый” – шишка та еще...

“Может, зря я сюда суюсь?” – мелькнуло у меня в голове. Но было поздно. Меня уже вежливо, но неумолимо проводили в тот самый зал ожидания, аккуратно отрезая все пути к отступлению.

Здравствуй, бархатное кресло-мешок, давно не виделись...

И вот, через пять минут в дверях появился он. Тот самый лунный эльф. Он громко, с искренним восторгом аплодировал, а его глаза горели таким живым интересом, что стало почти страшно. Кажется, я все-таки повеселила его от души.

– Госпожа Рина! – произнес он, и в его голосе звучала неподдельная радость. – Как я счастлив вас видеть! Если бы я лично не подстроил все так, что никто, кроме охраны, не знает это слово, и абсолютно никто, кроме меня, не знает, что оно связано именно с вами... я бы решил, что меня обманули. Но... – он многозначительно улыбнулся, – это практически невозможно.

Он изящно поклонился, в его движении элегантность политика, который слишком давно играет в эти игры.

– Меня зовут Блейз. Блейз Баалтор, я заместитель Главы. Вы... интересный индивид. А наша семья... – его взгляд стал тяжелым и изучающим, – ценит таких, как вы.

Тут он скинул с себя официоз, как надоевшую мантию, и развалился в ЭТОМ ЖЕ кресле, словно мы старые собутыльники. Придвинувшись так близко, что я невольно отклонилась.

– Эту милую оболочку зовут Ливия Риз,. –бросил он небрежно. – Никак не связана с тобой и… в общем-то, не имеет никакого значения.

Устроился поудобнее, закинув ногу на ногу и уставился на меня с нескрываемым любопытством:

– И как тебе все это?

Я сидела с таким видом, будто мне только что сообщили, что я случайно стала реинкарнацией Ара. Я ждала чего угодно – допроса, угроз, магических пыток. Но чтобы со мной вот так…

И снова резкая смена поведения. Боги, что за тип! Он будто уловил ход моих мыслей. Мол, хочешь угроз – получай, мне не жалко.

Он только что он сидел, как свой в доску, а теперь – будто королевский сокол, учуявший добычу. Взгляд стал острым-преострым, руки сложились на груди. И в комнате вдруг похолодало.

– Предложение к вам простое, – отчеканил он. –Передайте ко мне в прошлое сообщение. Боюсь, отказаться вы уже не можете. – На его губах заиграла ледяная улыбка.

А потом он снова откинулся на спинку кресла, закинул руки за голову и наигранно вздохнул:

– Ладно-ладно! – замах он руками. – Давайте без угроз. Хотя имейте в виду... – тут его глаза озорно блеснули, – я могу так испортить вам жизнь, что мама не горюй. До состояния «лучше бы меня сожрали саламандры».

Он широко и задорно улыбнулся, словно предложил сходить на пикник, а не....

– Но сейчас я этого делать не буду. Просто объясню выгоду. – Он поднял указательный палец. – Один вопрос. Ты сможешь задать мне один вопрос, и я пробью его по каналам, если хотя бы в теории буду знать, что у нас такое есть.

Он задумчиво уставился в потолок.

– И дело не в жадности. Просто это требует времени, а уже понятно, что его у тебя не очень-то много.

– Или... – Он поднял руку с тремя растопыренными пальцами. – Три вопроса. Но не полный ответ, а то, что найду быстро ради тебя. – Он пожал плечами. – Все проще некуда! А взамен – просто твоя смерть и сообщение. Просто, легко А взамен информация. Неплохо, верно?

И я уже открыла рот, чтобы задать вопрос, как его рука резко сжала мою шею, перекрывая кислород. В глазах помутнело, а его голос прозвучал прямо в ухе, тихо и отчетливо:

– И, милая моя... Если то, что я скажу, перейдет в чужие руки... – пальцы впились еще сильнее, – я найду способ вырвать тебя из твоего ада. Только затем, чтобы засунуть в худший. Уже без возможности передышки. Запомни это.

И он снова широко улыбнулся, будто мы только что поделились шуткой, и протянул мне сочное яблоко.

– Голодна?

Твою мать! Я захлопала на него глазами. Какого черта? Но яблоко взяла и вгрызлась в него, будто это был последний привет из нормального мира. Еда – она ведь прекрасна, правда?

Я коротко кивнула. Отказываться было глупо. Да и какой, собственно, выбор? И, когда я согласилась, он снова расплылся в своей широченной улыбке. И выпалил:

– Ты любишь матерные стишки?

Я уставилась на него как на восьмое чудо света. Какие, к демонам, стишки? Это я у него так и спросила – взглядом, полным немого вопроса.

– О, самые обычные! – воскликнул он и начал декламировать с таким пафосом, будто читал древний эпос:

Ходит дворф внутри болота

Хвать кикимору за что-то.

Та ему– пошел назад!

Тот и взял ее за зад.

Я уставилась на него как баран на новые ворота. И честно спросила, в порядке ли он.

Его взгляд снова похолодел, словно я только что оскорбила его предков. Ну и качели настроения у тебя, дружок-эльф. Биполярка, ты ли это?

– Милая моя, это сообщение, – произнес он с ледяным терпением. – Тебе его еще учить.

– ЭТО? – я выдохнула, не отрывая от него глаз.

– Да, дорогая, именно это. А ты думала, я буду тебе цифры диктовать, как бухгалтер?

Я хлопнула себя по лбу. Неужели... шифр. "Доверяй, но проверяй". А с чего, собственно, ему вообще мне верить? Верно… А так, попробуй еще понять, что эти кикиморы еще значат.

– То есть мне действительно прийти к тебе снова с паролем “Аэрсоне”?

– Нет, милая. “Дисоне”.

– “Дисоне”? – переспросила я, чувствуя, как в голове начинает складываться пазл.

– Да. Приходишь с этим паролем и стишком. Я получаю, что хочу, ты – защиту от цунами и ответ на вопрос. И, кстати... – он лениво подмигнул, – если как-нибудь твоя дорожка снова заведет к Баалторам, можешь сделать то же самое. Лавочка еще будет открыта.

И он снова мило улыбнулся, насвистывая незатейливый мотивчик. А потом заставил меня на десять раз повторить этот дурацкий стих... прежде чем попросту свернул мне шею.

Какой милый мальчик. И главное – его улыбка даже не дрогнула. Он даже помахал мне на прощание, пока мир поглотила тьма.

Гад.

***

Пляж и птички. Обожаю. Я никогда больше не захочу на море – оно слишком любит обнимашки. А я уже нет.

Я проанализировала себя… И… Вроде бы ничего? Этот нехитрый трюк помог? Хотя кто знает насколько, я ведь теряю. А значит забываю. Надо будет хоть воспоминания записать…

Именно этим я сейчас и занялась. На том клочке бумаги о цирке начала записывать важные моменты в жизни, которые еще помню. Ну там, институт, мама, друзья… Про этот мир не писала, он из памяти не вытесняется, а вот прошлый – очень даже. Что еще? Знаете, я, пожалуй запишу еще пару таких вещей. “Не убивать просто так”. “Не мучить детей и животных”, “Не красть без необходимости”. Должны же быть у меня какие-то принципы, даже в этом. Первое, что пришло в голову, у меня не так много времени. Ах да. “Помогать тем, кто помог тебе: Элларион, Кайл”

Не густо…

Я потерла шею. И теперь мне идти к НЕМУ? Я смотрю на воду. Ну да. Или к тебе, морюшко. Вариантов-то совсем немного. Хотя...

Я могу, конечно, не идти к лунному. Он ведь обо мне не знает, верно? Я могу просто укрыться там. С другой стороны, я уже умерла дважды из-за него, а теперь могу выжить. И получить ответ. Было бы глупо сейчас отказываться от дармовой информации. Теперь-то мне уж точно нечего терять.

Я устало прикрыла глаза...

***

Вашу мать, ну надо же мне было уснуть! Вот это пробуждение, ну, спасибо! Ну за что?! Я побилась головой о песочек. Глупая смерть, идиотская. Заснуть на пляже во время цунами...

Грах!

Я поплелась к стражникам, просто зашла внутрь, бросив “Дисоне” и что меня ждет Блейз, и плюхнулась в кресло. Лорин пытался что-то сказать, но при имени Блейза резко остановился и пропустил.

На этот раз эльф явился весь такой серьезный, взгляд острый, колючий. Ну, думаю, началось.

И... Видели бы вы его лицо, когда я ввернула про дворфа и кикимору! Физиономия вытянулась...

– Это еще что за...? – начал он. – Ваша же информация, – фыркнула я. – Дословно!

Он зажмурился, схватившись за виски. – Ты это... серьезно? – Ага.

Блейз уставился в потолок, будто искал там ответы. – Так. Жди здесь, мне надо... – Эй! А мой ответ? – не выдержала я.

Он резко развернулся. – Если это правда – получишь. Пока подумай, что спросишь. Но если врешь...

Будто подменили человека! Честное слово! Хотя мы же помним, что у него биполярочка, да?

И не надо на меня так глазеть, черт ты ушастый! Естественно, я тебя матерю.

Лааадно. Что остается? Ждать. А на улице, похоже, начинается местный апокалипсис – легкая версия. Сижу, значит, изучаю потолок...

Нет, ну и мажоры, честное слово! Не удивлюсь, если у них тут и унитаз золотой, а туалетная бумага с вензелями. Кошмар. Это жа надо было позолотить зубочистки, или как их там называют, короче то, что втыкают в закуски! Честное слово… А вкусно однако.

***

Я задремала, а проснулась оттого, что кто-то меня довольно грубо тряхнул.

– Блейз... – пробурчала я, с трудом открывая глаза. – Он самый, – ответил он, и вид у него был чертовски довольный, будто кот сметаны наелся. Что ж, выходит, моя информация ему все же что-то да дала. Неплохо.

Эх, теперь эта дурацкая кикимора будет мне и во сне являться!

– Ну что же, дорогая, могу тебя поздравить. Информация оказалась настоящей. Правда, удивила ты меня знатно.

– Я? – я фыркнула. – А по-моему, вы сами себя и разыграли.

Блейз пожал плечами и плюхнулся рядом. Но во взгляде было что-то... непривычное. Неужели жалеет?

– Что? – буркунла я.

– Милая, я не садист, а твоя история… Заметно хуже моей, если честно. А я ведь обычно предпочитал считать, что мой вариант мягко скажем, неприятный. Хотя… Немало я видел ситуаций и похлеще. И вот передо мной воплощение.

– Твоя история? – я уперлась подбородком в ладони. – Теперь ты обязан рассказать.

На самом деле мне было любопытно, как лунный, оказался правой рукой ДРАКОНОВ. И… Хотелось тут хоть немного отдохнуть. Так что послушать старые байки было неплохим вариантом.

Он покачал головой, но в глазах мелькнула искорка.

– А тебе это надо?

– А почему нет? Только этот вопрос был не в счет!

– Хорошо, – фыркнул он. – Ты тут все равно ненадолго. Да и не тайна это. Но ты все равно не слишком об этом распространяйся.

– Ага!

Он ностальгически уставился в потолок.

– Видишь ли, я не всегда был в этом проклятом роду.

– Баалторов?

– Ага… Я не всегда был зажатым типом в дорогих одеждах. Когда-то я был лучшим вором на Светлом континенте! Носился по крышам, очаровывал герцогинь и воровал их драгоценности... И знаешь, что меня погубило?

– Герцогинин муж?

– Хуже! Глава клана Баалторов. Я тогда ограбление королевской казны организовывал. Дело тонкое, я тогда месяца три к нему готовился!

Он театрально вздохнул, подмигнув:

– И вот представь – ночь, туман, я уже почти внутри... И тут появляется ОН. Весь такой важный, в золоте. Стоит, скрестив руки, и смотрит на меня с таким видом, будто застал ребенка за поеданием варенья. Говорит: “Мальчик, у тебя неплохо получается. Пойдешь ко мне на работу”. – Блейз поморщился. –И самое поганое, это был факт, а не вопрос.

– И ты сдался?

– Как бы не так! Сбежал, сверкая пятками, и подальше! – он размашисто жестикулировал. – Так этот тип через неделю в другой стране на меня всю стражу натравил. Я уж думал, сам попался... Ан нет! Когда мне веревку на шею натягивали, он вдруг выступает – весь в белом, этакий благодетель! "Что это вы с моим личным ассистентом делаете?" – и делает такое оскорбленное лицо.

Блейз иронично улыбнулся:

– Предлагает "простить" мои грехи в обмен на службу. При всем честном народе! Вот так из вора в личные рабы попал. Говорю же – лучший работодатель всех времен и народов.

– И ты выбрал скучную работу вместо веселой смерти? Как практично!

– Ага, "практично", – передразнил он меня, скривившись. – Милая, когда тебе на шее уже петля поскрипывает, даже самая скучная работа кажется неплохой альтернативой.

Он откинулся на спинку стула, закинув ноги на стол.

– Ненавижу бизнес, ненавижу политику, – Блейз развел руками, – но знаешь, что ненавижу еще больше? Мысль о том, что мои сапоги будут так красиво болтаться на городской площади. Народ, конечно, оценил бы эстетику, но я предпочитаю дышать.

Он невесело усмехнулся:

– Вот и работаю. Судьба, детка, иногда вместо приключений подкидывает тебе счет за твои же грехи. И знаешь, что обиднее всего? – Он наклонился ко мне с игривым подмигиванием. – Этот хитрец оказался чертовски хорошим работодателем. Лучшая медицинская страховка в королевстве и отпускные.

–Хотя, если честно, – Блейз понизил голос до конспиративного шепота, –переработки тут просто адские. Скинул на меня половину своей работы, вечно ворчит: “Справляешься же!”

Он многозначительно поднял бровь:

– А сам пропадает в лаборатории. Там, понимаешь, какой-то... проект. – Блейз сделал паузу для драматизма. – Оживляет кого-то. Нет, серьезно! В прошлый раз я зашел, а у него там... – он огляделся и прошептал, – девушка в хрустальном гробу лежит. И он с ней разговаривает!

Он откинулся на спинку стула:

– Ну, я, конечно, сделал ноги. Работа работой, но когда начальник начинает мертвых будить –это уже перебор. Хотя... – он вдруг хитро улыбнулся, – может, это его новая секретарша? Все-таки предыдущую он уволил… на тот свет, после того, как она его утренний кофе пролила

– На тот свет? – я невольно понизила голос. – Серьезно? За пролитый кофе?

Блейз мрачно хмыкнул, и его обычно насмешливое лицо стало вдруг серьезным.

– Серьезно? – он горько усмехнулся. – Детка, тут все куда хуже. Убивает за любой чих. В прошлом месяце исчез повар, который суп пересолил. На прошлой неделе – горничная, которая пыль на портрете не стерла.

Он нервно оглянулся и понизил голос до шепота:

– Его личная охрана трясется, как осиновые листья. Шутки шутками, но когда твой начальник может в любой момент превратить тебя в... – Блейз задумчиво почесал подбородок, – скажем, в костяную зубочистку для его коллекции... работа становится очень, очень мотивирующей.

– Кошмар, – я откинулась на спинку стула, закрыв глаза.

– А теперь ты, сидишь тут, как мокрая кошка,– фыркнул он, будто не слышал. – Вся перемазанная, глаза грустные... И ведь знаешь, что тебе теперь по гроб в этом болоте, а все равно надеешься на чудо. Глупая. Прямо как я когда-то. Знаешь, сколько раз я думал как выбраться из этой кабалы? Но Ваал… Глава, очень хорошо умеет связать клятвами. Так что никогда их не давай, очень, очень опасная вещь. Пока ты свободна – все еще возможно.

Он повернулся, и в его взгляде мелькнуло что-то почти... человеческое.

– Ладно, хватит раскисать. Заработала свой ответ – задавай вопрос. Только один, так что выбирай с умом.

Взгляд его снова стал острым, как клинок.

Он отодвинулся, и его голос снова прозвучал холодно и отстраненно, ясно давая понять: этот разговор ничего не значит.

– Мы не друзья и никогда ими не будем. Ваал... – он на мгновение запнулся, поймав себя на фамильярности, – то есть, глава, – поправился он, – не одобрит, если я стану помогать посторонним. Так что не рассчитывай ни на что больше. В нашем роду друзей не бывает, только союзники. И ты – не одна из них.

– А теперь запомни главный урок, глупышка, – он снова развалился на стуле, закинув руки за голову. – Те, кто говорят с тобой сладким голоском, обычно точат нож за спиной. Всегда. – Он подмигнул. – Ну так что? Решайся, а то я могу передумать. Один вопрос. Используй с умом.

Я задумалась. Вопрос-вопрос-вопрос... Вопросов – куча! А правила просты: либо один солидный вопросище, либо три мелких. О чем спросить? О чем спросить?

Как разорвать эту чертову петлю? Но знает ли он сам? Что там с картой Шута? Мелковато... Как поживает Элларион? Дурацкий вопрос. Хотя чертовски интересно. Теряю ли я что-то, когда умираю? Однозначно да. Что происходит с теми, в кого вселяюсь?

Боги, я не знала, что выбрать. Но самый жгучий вопрос напрашивался сам…

Глава 12. Неудачный козырь

– Как разорвать эту дурацкую петлю?

Он внимательно посмотрел мне в глаза, словно взвешивая что-то.

– Что ж, отличный выбор! – Он откинулся назад, закинув ногу на ногу. – Варианты, дорогая, следующие: Первое: это все, – он обвел меня рукой и показал мне первый палец, – вряд ли аномалия. Слишком направленно. Значит, за этим кто-то стоит. Найди его – и либо переубеди, либо убей.

Второй палец:

– Вариант два: умри по-настоящему. Настолько окончательно, чтобы и души не осталось. Кардинально, но эффективно.

Третий палец: – Найти специалиста по душам. Правда, эта магия запрещена, да и мастеров таких – раз-два и обчелся. И нужно заставить его привязать твою душу к чему-то. Сложно, и не факт, что сработает.

И последний палец: – Самостоятельно научиться управлять душой. Но даже Ваал… – он запнулся,– даже наш обожаемый Глава, – он многозначительно поднял бровь, – не смог этого освоить. Так что удачи тебе.

Я прищурилась.

– Это что, ответ? Вы сказали что делать, но не как. А я, между прочим, умерла за эту информацию. Не слишком ли дешевый обмен?

Он медленно поджал губы, выпустил воздух, молясь о терпении.

– И что ты предлагаешь? Чтоб я тебе полную инструкцию с иллюстрациями выдал? С картинками “куда тыкать” и “чего не трогать”?

– Было бы здорово, но у меня сейчас ничего нет!

– Понимаю. – Он на мгновение прикрыл веки. – Хорошо. – Он снова уставился на меня. – Один уточняющий вопрос. Один. И никаких “а можно еще”. И только потому, что твоя смерть... впечатлила.

Его взгляд внезапно стал острым, как клинок:

– И да – не вздумай снова устраивать цирк с собственной гибелью! Если думаешь, что я стану твоим личным инструктором по выходу из петли – ты сильно заблуждаешься.

Я замерла. Как он догадался? Это было слишком логично... Или он действительно читает мысли?

Уголки его губ дрогнули в хитрой улыбке:

– Милая, экономь мое время. И да – вопрос должен быть по той же теме. Никаких новых тем – только уточнение.

Задумалась. Черт, я в жизни не распутывала даже спутанные шнурки, не то что петли времени! А этот тип... смотрит так, будто разгадывает ребусы на завтрак. Может, стоит его развлечь?

– Скажи честно, – наклонилась я к нему, – с чего бы ты начал, окажись ты на моем месте? Ну, с тем багажом знаний, что у тебя есть?

Он замер, затем фыркнул, расхохотался, поаплодировав.

– О, милая! Надо же, а ты умеешь думать! – Его глаза блеснули. – Совсем неплохо. Ну что ж...

Его взгляд стал максимально серьезным.

– Понимаешь, я всегда был азартным парнем. На твоем месте... я бы поискал, кому бы сбыть свою душу. Моих скромных способностей маловато для остановки петли времени. Особенно, если нет зацепок

Я не выдержала и влезла:

– А если есть козырь в рукаве?

И с театральным флером шлепнула на стол карту Шута.

Воздух в комнате застыл. Блейз, секунду назад улыбавшийся, резко побледнел, будто увидел призрака. Его пальцы впились в край стола.

– Идиотка. – его голос прозвучал тихо, почти беззвучно, но в нем зашипела такая ярость, что по коже побежали мурашки.

Он медленно поднялся, и его тень вдруг заполнила всю комнату.

– Ты только что... – он сделал шаг вперед, и я инстинктивно отпрянула к стене, –...поставила меня под удар. Ты знаешь, что это? Нет, конечно не знаешь. Иначе бы не тыкала ею… – Его пальцы впились в край стола, костяшки побелели. – Эта карта – не шутка. Никто не знает, кто Он. И существует ли вообще. Но судя по тому, что попадались... следы. Есть. И ты теперь в Его сетях. И есть шанс, что я…

Он резко развернулся, отшвырнул кресло. Оно с грохотом врезалось в стену.

Он обернулся. В его глазах не было ни намека на прежнюю игривость – только сталь.

– Все. Игры окончены. – Он говорил сквозь зубы, и каждое слово было похоже на удар хлыста. – Никаких вопросов. Никаких сделок. Убирайся. И молись, чтобы Ваал никогда не узнал об этом. Иначе твоя петля покажется тебе утренней прогулкой.

Он резко взмахнул рукой, даже не оглянувшись.

– Стой! – я перехватила его руку. – Ты обещал дать ответ!

Блейз замер, его плечи напряглись. Он медленно повернулся, и в его глазах бушевала настоящая буря – ярость, страх и что-то ещё, похожее на отчаяние.

– Обещал? – его голос прозвучал тихо и опасно. – Хорошо. Получай свой ответ. – Он рванул руку и вплотную придвинулся ко мне. – Те, кто связан с этой картой... они не живут долго. И не умирают окончательно. Они становятся пешками. Игрушками.

Он постучал рукой по карте и сунул её мне в рюкзак так, будто это была раскалённая подкова.

– И если ты думаешь, что смерть в петле – худшее, что может случиться... – он горько усмехнулся, – ты даже не представляешь, как ошибаешься. Безумие – это только начало. А вот когда твоё собственное сознание начнёт тебе врать, когда ты перестанешь понимать, где сон, а где явь... – он с силой хлопнул ладонью по столу. – Вот тогда ты вспомнишь этот разговор и пожалеешь, что не сгорела в том проклятом особняке!

Он резко взмахнул рукой, указывая на дверь.

– А теперь – вон. И если у тебя есть капля разума, сожги эту карту. Хотя... – он горько усмехнулся, – уже поздно. Он уже заметил тебя. Добро пожаловать в самый весёлый цирк на свете. Где главный клоун невидим А по поводу твоего главного вопроса… – он обернулся ко мне. – Найди кукловода или выиграй его игру. Только так ты разорвешь это.

Магический удар пришелся не по телу – прямиком по сознанию. Грубо, без предупреждения, будто вырывая волю с корнем. Я даже вскрикнуть не успела – лишь короткий выдох, и тело обмякло на стуле.

Но слова я все же разобрала, отключалась она не мгновенно.

– Ты подставила не только себя. Мою семью. Мой клан. – Его шепот обжег ухо – Ты получила свой ответ. Когда проснешься – делай что хочешь. Но если снова посмеешь принести эту карту в мой мир... – его рука сжала мой подбородок, – я лично найду способ разорвать твою душу на кусочки. Медленно.

Он резко выпрямился, отступая в тень.

Шаг. Еще шаг. Хлопнула дверь.

Тишина. И только на полу, в луче света, лежала карта Шута. Как приговор.

***

***

И снова утро, и снова здравствуйте. Судя по ощущениям, проспала я долго и прекрасно выспалась.

И сразу такой привет: здравствуй, жесткий пол, прощай, тропический рай!

Знаете, я ведь раньше ворчала, что просыпаться на пляже – это слишком банально. Так вот, официально заявляю: была не права! Это не банально, это божественно! Готова подписать петицию, чтобы меня вернули в ту самую петлю. Может, найти вариант поуютнее? С пальмами, коктейлями и ежедневной смертью ровно в полдень, после завтрака?

Что за бред лезет в голову? Добровольно согласиться умирать каждый день? Видимо, вчерашний удар магии по голове не прошел даром…

И эта чертова карта! Я вдруг четко представила, как Блейз – тот самый шикарный эльф с ледяным взглядом – теперь знает, что я имею дело с Шутом. И вся его могущественная семейка Баалторов, скорее всего, повесила на меня табличку “Не помогать, а то самим влетит”. Отлично. Просто фантастически удачно. Своим гениальным жестом я умудрилась обзавестись врагами среди тех, кто мог бы помочь. Правда теперь вопрос. Он меня все же убил, или кинул меня в эту дыру?

Посмотрела на свои руки. Ну что же, кожа бледная, однозначно что-то новенькое. Значит, по крайней мере цунами я пережила. Уже победа.

Так… Что у нас тут с собой. Я запустила руку в рюкзак. Полотенце… На месте. Мои записи тоже, кусок разговорника тоже валяется. Ага, вот и они, мои “сокровища” – три загадочные карты. Лежите себе спокойно, как ни в чем не бывало. Предатели.

Тяжелый вздох так и просился наружу. Эпичный провал! Прямо хоть в Книгу рекордов вноси. Хотя нет, стоп... Я ведь узнала, что моего мучителя, похоже, не переваривают даже драконы. Если это, конечно, действительно он, а не какой-нибудь местный шутник подкинул мне карту Шута просто ради развлечения.

И выходы... ах да, эти “замечательные” выходы! Научиться запретной магии – звучит как “стань тем, с кем боролся”, но это еще можно пережить. Но КАК? Второй… Отдаться в руки какому-нибудь маньяку-демону, или кто там за них в этом мире? Ну уж нет, спасибо… Хотя…

Умереть по-настоящему – слишком финально.

Или пойти бить морду неведомому чудовищу... А можно просто договориться с тем, кто всем этим цирком заправляет! Что по сути одно и то же. Или, на крайний случай, понять правила игры и выйти победителем. Это уже звучит как план. Правда, его слова о том, что не факт, что этот кто-то вообще существует, немного напрягают. А если я буду играть со своим подсознанием? Вот это будет номер!

Вот такие веселые перспективки. Прямо глаза разбегаются – не знаешь, с чего начать самоуничтожение.

Огляделась. На этот раз... Меня угораздило угодить в каменную коробку. Очень маленькую, тесную, освещенную лишь парой чадящих факелов. И все. Серьезно, вот прям все: два факела, четыре стены и, само собой, мой верный рюкзак-спутник.

И каким же “оригинальным” способом я на этот раз отойду в мир иной? От голода? Не, долговато как-то... От жажды? Термос у меня еще на литр полный... Может, воздух кончится? Опять же, скучновато. Ни тебе драмы, ни зрелищности. Обидно!

Ну что ж, присесть и умирать – это не в моих правилах. Уже. Решила осмотреть свое новое «жилище». Прошлась вдоль стен, отмеряя шагами. Длина – около семи моих шагов. Если брать за стандарт 60 сантиметров, выходит чуть больше четырех метров. Ширина и вовсе скромная – меньше двух шагов, то есть где-то метр.

Подошла к дальней стене, прислонилась... и похолодела. Она двигалась. Самое мерзкое – эта стена медленно, но неумолимо поползла в мою сторону.

Знаете, быть раздавленной – это, полагаю, очень и очень больно. Совсем не хочется.

Медленно встала, поставила ногу сантиметрах в пяти от края. Засекла время. Стена приблизилась к носку за... примерно три минуты. То есть 10 сантиметров за 6 минут... или 4 метра за 240 минут. Четыре часа.

Что ж, отличные новости! У меня есть целых четыре часа, чтобы придумать, как не стать фаршем. Начинается самое интересное...

Черт, это же будет медленно. И ой как больно! Очень-очень больно... Я не хочу!

Очнулась, когда стена продвинулась уже на половину комнаты. Боги...

Паника снова подкатила к горлу, но я до крови прикусила губу – и вдруг услышала тихое пение из угла. Факелы почему-то стали краснее...

Какого черта?

Но... это же значит, что здесь что-то есть!

Это явно намного лучше, чем просто ловушка, верно?

Я медленно подобралась к углу и затаила дыхание. Звуки были совершенно незнакомыми – ни одного понятного слова. Неужели они оставили подсказку, которую я не в состоянии расшифровать? Черт... Рина, соберись, тряпка! Это... сложновато.

Итак, что мы имеем: Факт 1 – стена движется (не самый приятный бонус). Факт 2 – как только я поранилась, в дальнем углу раздалось пение – тонкое, низкое и жалобное. Факт 3 – факелы покраснели (видимо, для атмосферы). Факт 4 – в углу никого нет (классика жанра).

Вывод? Я без понятия. Ладно, попробуем иначе... Чем еще можно пораниться в таких условиях? Ножа нет, острых предметов тоже... Может, ногтями? Кстати, а кто я на этот раз?

Осмотрела одежду: похоже, какая-то путешественница. Волосы короткие, одежда дорожная, прочная. Если у нее и были при себе вещи, то сейчас их при мне нет. Значит, с ножом не сложилось... Ногти... Черт, короткие и грязные. Хорошо, что с такой продолжительностью жизни вопрос заражения крови не стоит... Хотя, если тело потом снова оживет... Ладно, не будем о грустном.

***

Ладно, будем.

Решила все же промыть ногти драгоценной водой из термоса... и заодно заварила чай. А чего бы и нет? В конце концов, когда тебя ждет превращение в лепешку, чашечка чая – самое то! – убеждала себя я, с наслаждением делая глоток из кружки.

Вот ведь ирония: сижу в смертельной ловушке, попиваю чаек... Вспомнилась Британия. Интересно, сейчас пять? Было бы весело. А можно мне белого кролика, который меня выведет?

Нет? Я оглянулась.

Эх, ладно, видимо он тут демонический. Или призрачный, так что…

Снова поранила себя, на этот раз сильнее – провела ногтями по коже до крови. Противно, но что поделать! Но сработало! Детский голос стал четче, а факелы побагровели.

Взяла один из них– дай, думаю, посмотрю, кто там такой певучий сидит. Направила свет в угол... Камень. Обычный камень. Пусто, как в моей жизни до всей этой истории.

Заметила на стенах царапины– ох, не я первая, не я последняя! А эти бурые потеки... Сначала решила – может, ржавчина или плесень? Ан нет, похоже, предыдущие “гости” оставили на память о себе не самые приятные сувениры. Бхе… Стать очередным пятном на стене – не очень-то хочется.

– Эй! Ты кто? – крикнула я в пустоту.

Пение продолжалось, не меняясь.

– Может, поможешь выбраться? Очень тебя прошу!

В ответ – тишина. Ну что ж… Или она глухая, или немая, или я говорю не на том языке.

– Думай, Рина, думай! – я прильнула к холодной стене, вглядываясь в пустой угол. Тихий скрежет надвигающейся стены сводил с ума. Главное– не думать, что выхода нет. НЕ ДУМАТЬ я сказала!

Наверняка тот, кто устроил этот аттракцион, оставил лазейку... Надеюсь. Не мог же он… Или мог. Брр…

Ладно, попробуем с другой стороны. Потушила один факел – задача та еще! Пришлось жертвовать курткой. С третьей попытки получилось.

Эффект был – пение стало громче. Подобралась к углу... и снова облом. Просто голос прибавил громкости. Вот бы еще знать, о чем она поет...

Может, это тупик? Комната стремительно уменьшалась – уже полтора метра! Второй факел ярко освещал угол с этой невидимой певуньей.

Осмотрела движущуюся стену: микроскопические зазоры, но подсунуть туда что-либо невозможно. Камень как камень – серый, с прожилками. Держатель факела... Стоп! Он утапливается в стену, если нажать! Но в нишу поместится разве что мышь. На грызуна я тянула слабо... Хотя после всего пережитого уже не уверена.

Что ж, осмотр окончен: четыре стены, потолок и пол. Ни намека на подсказку. Ни тебе стрелочки "выход тут", ни волшебной дверцы...

Значит, все крутится вокруг этой невидимой певуньи. Если, конечно, создатель этой ловушки не был полным садистом без намека на чувство юмора.

Длина комнаты стремительно сокращалась до метра. Смерть приближалась неумолимо. Опять. Времени оставалось в обрез. Еще немного, и можно будет познакомиться со стеной поближе.

Я подобралась к углу, где раздавалось пение.

– Кровь тебе нравится, милая? – прошептала я. – Сейчас будет шоу!

Вспомнила про карты и резко провела картой Шута по руке.

– Вашу ж мать... – вырвалось у меня непроизвольно.

Глаза на карте загорелись алым. Ну просто прелесть!

– Это ты меня здесь запер?! – рявкнула я в пространство.

Молчание. Лишь Шут подмигивал мне своим окровавленным взглядом. Остальные карты лежали мертвым грузом – ни намека на магию.

Пригляделась к карте – да это просто кровь впиталась в бумагу! Белые глаза стали красными, вот и вся магия… Остальные части были как-то заламинированы, что ли… Гениально, просто гениально. Я трачу последние минуты на игру в угадайку с куском картона!

Комната сжалась до метра. Вернее, это теперь была не комната, а каменный шкаф для одного.

И тут до меня дошло.

Пение, боги, это же эльфийский, самый настоящий эльфийский! Я медленно засунула руку в рюкзак и достала кусок разговорника. Полотенце, кстати, было на месте. Значит, у меня есть шанс носить что-то с собой.

Я вчиталась в обрывок в чадящем свете факела, умирать больше не хотелось.

Там разбирался какой-то детский стишок и… Я поняла, что теперь понимаю, что говорит ребенок, не дословно, но…

“Мама”, “Свет”, “Нет”. Многое не разобрать, а потом повторяется.

Никогда не любила головоломки, ну что ж, знаете, есть такой квест, выход из комнаты? Вот я теперь в нем.

Причем тут мама я не знаю, но света быть не должно. Но сначала… Я задумалась. В прошлый раз, значит, я нашла подсказку. Подсказку для этой загадки. Может тут что-то есть? Надписи, цифры, вещи…

Я сунула к себе факел в рюкзак. Что еще?

В отчаянной попытке я провела пальцами по швам между камнями – и в самом дальнем углу, у пола, нащупала шероховатость. При тусклом свете удалось разглядеть выцарапанные знаки:

Три параллельные черты, перечеркнутые, а четвёртая нет. И ниже, почти нечитаемо:

“Λ > Ø”

Ну, прелесть! Абсолютно непонятно. Но на всякий случай быстро перескребла это себе в “записную книжку”.

Может, это что-то значит, а может и нет.

Я затушила второй факел и начала капать кровью на то место, где, как мне казалось, сидела девочка. Вслух и мысленно я умоляла ее помочь мне выбраться отсюда, вкладывая в эту просьбу всю свою искренность и отчаяние.

И в какой-то момент... она появилась.

Получилось, черт возьми! Догадка была правильной.

Передо мной стояла призрачная девочка, очень худая, с растрепанными волосами и заплаканными глазами. В руках она сжимала потрепанного плюшевого мишку. Мне показалось, что я уже видела его где-то... Но нет, тот мишка сгорел, верно? Или это был не он? Неужели все это как-то связано? Боги, я не понимала...

Может, это просто галлюцинация, а мой мозг отчаянно ищет смысл там, где его нет? А что, если в том доме были подсказки, как в поезде или в Городе Цунами? Но... я же не могу вернуться туда теперь?

Или могу.

Я схватилась за голову, пытаясь осмыслить эту путаницу. Как во всем этом разобраться?

К счастью, мое самокопание прервал тихий, немного отдаленный детский голосок:

– Мама?

Я встряхнулась, снова увидев перед собой девочку и надвигающуюся стену. Пора было действовать.

Глава 13. Призрачная игра

До меня только сейчас дошло. Это тело… тело, в котором я сейчас была, могло принадлежать ее матери. Господи, то есть… Девочка пропала или забежала в ловушку и… погибла? А ее мать… Она пошла за ней, отчаянно ища свое дитя, и нашла его – уже в виде вечного призрака. И сама должна была умереть, запертая в каменных объятиях этого склепа.

В горле встал ком. Я не знала этих людей, но их судьба меня задела. Я хотела помочь. Я должна была помочь! Хотя бы этой женщине.

– Я… не твоя мама, – выдохнула я – Но… я очень прошу, помоги мне отсюда выбраться. И я сделаю для тебя все, что ты захочешь.

Девочка смотрела непонимающе. Я говорила на общетемном. Черт, ребенок языка не знает, и как с ней общаться?

– Может быть, твоя мама вернется, если я выживу? – тихо предложила я, сама не веря в эту надежду. – А тебе… тебе не стоит ее ждать.

Что я творю?

– Не мама? – ее голосок дрогнул, и в нем погас последний лучик.

– Нет, – мягко ответила я. Отчаяние заставило мозг работать быстрее. Что там еще было в этом разговорнике? “Кровать”, “дерево”, “еда”… Все не то. А, вот.

– Идти, – твердо сказала я, показывая рукой на стены вокруг. Потом указала на себя. – Не мама. Идти.

Глаза девочки вдруг вспыхнули. Незнакомое слово, сказанное мной, очевидно, что-то для нее значило.

– Играть? – прошептала она, и в ее взгляде затеплилась хрупкая, мучительная надежда, у меня сжалось сердце.

Боже.. Ладно!

– Да.

Только бы не здесь... Я уже чувствую стену. Времени оставалось в обрез.

Она протянула ко мне свою крохотную, светящуюся ручку. Я, не раздумывая, вложила свои в ее холодные, едва осязаемые пальчики. И в тот же миг…

О, Боги…

Это было не прикосновение. Это была пытка. Из самой глубины моего существ с корнем вырывалась жизненная сила. Похолодела не только рука – ледяная волна поднялась по руке, к плечу, ударила в сердце. Тело стало тяжелым.

– Нет! – успел сорваться с моих губ хриплый, полный ужаса стон. Я попыталась отдернуть руку, но ее хватка, невесомая для мира живых, для моей души казалась стальной.

Она не слушала. Она просто смотрела на меня широко раскрытыми глазами, в которых плясали отблески вечной тоски. А холод тем временем добирался до самого сердца.

Сознание поплыло. Темнота на краю зрения сомкнулась в плотное кольцо, затягивая внутрь. Последнее, что я почувствовала, прежде чем тьма поглотила меня целиком, – это тихий, радостный смешок.

И всепоглощающий холод.

***

Я проснулась.

В каменной комнате. Опять. Давивший на виски знакомый запах сырости и пыли, холод плит под спиной. Судя по тому, где вновь оказалась стена… девочка меня убила.

Что ж, это по крайней мере было не так больно, как могло бы.

Если так подумать… Цвет волос, светлая кожа, даже покрой их простой одежды – все было до жути похожим. Они и правда могли быть родственниками. Мать и дочь, навеки запертые в этом проклятом месте.

Что ж. Попробуем еще раз.

Я затушила оба факела, погрузив комнату в густой мрак. Острая боль – вспыхнула на ладони от лезвия карты. Капля крови упала на камень, и я двинулась в угол, туда, где тьма сгущалась особенно плотно.

Она была там. Ее полупрозрачный силуэт мерцал в темноте. И произошло то, чего я не ожидала:

Девочка широко улыбнулась. Ее лицо, до этого полное печали, теперь сияло неподдельной радостью.

– Снова играть?

Мир замер. Я похолодела. Она… помнит.

Неужели время не откатилось? Я не умирала? Нет, не может быть. Я опустила взгляд на ладонь – второй раны не было. Я точно умерла. Факелы горели на своих местах, куртка лежала там же. Время ушло назад. Но ее память… ее сознание осталось нетронутым.

Что-то новенькое.

– Весело! Весело! – ее звонкий голосок эхом отзывался в камнях, пока она прыгала вокруг меня, словно в самой беззаботной из игр.

У меня перехватило дыхание. Это чертовски важно! Призраки,… они “помнят”. Они знают о том, что происходило во время этих откатов!

Значит… Время не стирается дочиста? Оно не переписывается, а… наслаивается? Это не прошлое, которое можно изменить. Это что-то иное. Лабиринт, где каждое ответвление реально. Но почему? По какому закону устроено это место?

И если призраки помнят… что тогда с ними? С теми, кого я, как мне казалось, спасла в других петлях?

Умирали ли они действительно в тех мирах, откуда я их выдернула? Или, вырывая Эла из-под поезда, не давая быть погребенным под цунами Кайлу… я просто… создавала новую версию их судьбы? В то время как в бесчисленных других реальностях они все так же корчатся в агонии?

Действительно ли я их спасла? Или я просто по кусочкам собираю разные версии одного и того же события, оставляя за собой шлейф из обреченных миров?

Так… Ответов нет, но, надо сделать заметку. Призраки, мне нужны призраки.

– А что случилось со мной потом? – тихо спросила я, глядя в ее сияющие глаза. – После того как мы… поиграли?

Естественно, она не понимала. Язык не тот. Что еще я хотела от нее? Ей на вид – года четыре. Может, пять-шесть, если учитывать возможное недоедание при жизни, но не больше.

Она лишь пожала маленькими плечиками.

– Помоги мне, пожалуйста… – в моем голосе слышались отчаянные нотки, я умоляла. – Вытащи меня отсюда! “Выход”!

Она захлопала глазами.

– Выход? – прошептала она.

Она знала это слово. Она понимала, чего я хочу.

Это слово я помнила с табличек пары эльфийский таверн.

Она радостно указала на движущуюся стену, ту самую, что раздавила меня в прошлой петле? Ну, что ж. Чем Хаос не шутит! Она снова протянула ко мне руку. Я, преодолевая сжавшееся в комок сердце, с опаской взяла ее.

И…

Ничего. Лишь легкая, почти невесомая прохлада прошлась по коже, словно от прикосновения шелка, пропитанного утренним туманом. Ни высасывающей пустоты, ни леденящего душу холода.

Она, весело припрыгивая, побежала к стене и… растворилась в камне. Я зажмурилась, сделала шаг вперед, ожидая удара, и…

Оказалась по ту сторону. Рядом с массивным, тихо потрескивающим механизмом, что управлял ловушкой. Отсюда вели два прохода: один – поворот в сторону, а другой – вглубь, откуда шла стена.

– Выход? – снова обратилась я к девочке, повернувшись.

В ответ – лишь тишина. Ее сияющий силуэт исчез. Конечно. Здесь было слишком светло от магических артефактов, и, что самое главное, – кровь на моей ладони уже запеклась, перестав сочиться. Видимо, она питается жизненной силой.

Что ж, значит, пока – сама.

Но теперь у меня была надежда. Интересно, а что будет, если я погибну сейчас? Вернется ли она в тот угол, когда время откатится? Или… Нет, не хотелось даже думать об этом. Одна лишь мысль о том, чтобы снова оказаться в ловушке…

Честно говоря, напрягало меня больше всего не ловушка. Смерть, в конце концов, можно принять. Как горькое, но конечное лекарство.

Но что, если однажды я окажусь в ловушке, из которой действительно нет выхода? Не потому, что я его не нашла, а потому, что его не существует в принципе. Глухая каменная сумка на краю мироздания, где время будет крутиться по одному и тому же жуткому кругу, пока мой разум не сотрется в прах. Но я буду возрождаться вновь и вновь, вновь и вновь…

Шанс того, что все это – не чей-то злой замысел, а просто игра магических случайностей, пугал меня куда сильнее. Если это чья-то игра, будь то демон, бог или падший архимаг или тот же ШУТ, кем бы он ни был, то выход, скорее всего, будет. Пусть в конце, пусть за высокую цену, но он будет. Игре нужны правила. Игре нужна развязка. Даже самая жестокая кошка, заигравшись с мышью, в конце концов ставит точку. Он, конечно, может засунуть меня в бесконечную петлю со смертью, но мана все же однажды кончится.

А вот случайность… Случайность жалости не знает. Она не зла. Она безразлична. Она может бесконечно складывать атомы в одну и ту же безысходную конфигурацию, не испытывая ни скуки, ни удовлетворения. Нет ни победы, ни поражения. Вот тогда, я действительно могу просто застыть в вечности, потому что из-за случайности мана может прийти и из самого Хаоса, а вот там она может и не бесконечна, но очень к этому стремится.

Я заставила себя успокоиться. Без паники. Хватит, это не поможет. Пробовали, знаем..

Я осторожно осмотрелась. Те же грубые каменные стены, те же чадящие факелы, но весь этот проход был нешироким, в метр от силы, а сам коридор уходил вдаль, в зыбкую, колышущуюся темень. Взгляд скользнул по механизму движения стены: сложная конструкция из шестеренок и рычагов, но в ее сердце пульсировало нечто явно магическое – вставленные в пазы самоцветы, испещренные рунами, от которых в воздухе стояло слабое гудение и пахло озоном после бури.

Сердцевина была живой. Не в прямом смысле, но внутри пульсировала сила, от которой звенело в ушах.

И я не стала это трогать, идти в ту сторону, откуда ЭТО прихеало форменное самоубийство.

Первое правило живого мага – и уж тем более его помощницы, коей я имела честь (и несчастье) являться – никогда, слышите, “никогда” не трогать неизвестные артефакты и не переться в магические части здания. И уж тем более в служебные помещения.

Это не просто прописная истина, продолбленная мне боссом, нет. Это завет, выжженный в памяти десятками, если не сотнями жутких, и, к несчастью, абсолютно правдивых историй.

Историй не о тех, кто просто умирал. Смерть – это почти милосердие.

Нет. Я вспоминала статьи. О людях, чье сознание, чья душа, была буквально вышвырнута за пределы мира. Они не умирали. Они оказывались в Безвременье, в серой пустоте, лишенной точки отсчета. И медленно, неотвратимо сходили с ума, пока их душа, подчиняясь неведомым законам, дрейфовала обратно. Для внешнего наблюдателя проходило мгновенье. Человек касался артефакта, вздрагивал и… просыпался. С совершенно пустым взглядом и воем безумия на устах. Потому что для него прошла вечность в Нигде.

Чью-то душу просто стирало в пыль. Кто-то становился живым артефактом – пустой оболочкой, навеки привязанной к источнику своей погибели, вечным стражем собственной могилы. А кого-то, по слухам, закидывало в прошлое, заставляя снова и снова переживать самый ужасный момент жизни, пока сознание не превращалось в изодранную в клочья ленту.

Нет, уж спасибо. У меня и своих проблем хватает.

Я отступила от механизма, ощущая, как по спине бегут мурашки. Эта штука была опасной.

Быть может, я, когда в воду свалилась, то коснулась на дне одного из таких артефактов? Мысль заманчивая, но… нелогичная. Для подобных перемещений во времени и создания стабильной петли требуется уйма энергии. Артефакт мог бы создать ее длиной в пару секунд на тысячу повторений. А не ЭТО. Тут бы потребовалось много. Неизмеримо много. На однократный бросок через пространство – еще можно было бы поверить. Но на то, что происходит со мной сейчас – эта энергия должна быть поистине титанической. Она не могла просто так храниться в заброшенном реликте на дне моря.

Нет. Это должен быть кто-то. Очень сильный, кто постоянно подпитывает механизм свежей магией… Или же он должен быть подключен к источнику, мощному и неиссякаемому.

Внезапно вспомнилось предупреждение Блейза. Присутствие некоего “Шута” все более вероятным. И, значит, в этом был какой-то смысл. Но говорить прямо, видимо, не хотели. Что ж, придется собирать картинку по кусочкам, как всегда.

Мог ли это быть сам Хаос, бог изменений, беспорядка и безумия? Нет. Сомневаюсь. Он не любит настолько выверенные механизмы. Для его природы все это – слишком уж постоянно, предсказуемо. А больше я не знала тех, кто хотя бы в теории мог бы устроить нечто столь затратное.

Но, черт возьми, много ли я вообще знаю?

В любом случае, нужно двигаться дальше. Идти в коридор, откуда шла стена, к – идея была просто отвратительной. Такие места редко рассчитаны на хрупкую человеческую плоть. Я могла погибнуть, даже не коснувшись ничего, просто от чудовищной концентрации магии. Знаете, как если пройти вплотную к слишком большому источнику электромагнитного излучения?

Значит, поворот. Остается только он. Я сделала шаг вперед.

А ведь этот Шут… Будем называть его так. Хотя, кто тут на самом деле шут? Ладно…

А ведь этот Шут мог бы запланировать, что единственный выход – только там, откуда пришла стена. В самой сердцевине ловушки. Изощренный ход. Но разве тогда не было бы хоть какой-то подсказки? Хотя… в принципе, нет. Он меня ими вообще не балует. Только смерть и тишина.

Я выбросила это из головы, вжала плечи и пошла в сторону поворота.

***

И резко села на каменный пол. В воздухе, прямо на уровне горла, со свистом пролетело что-то на огромной скорости. Теплая капля крови медленно скатилась по щеке – меня все же оцарапало.

Та стена была не единственной ловушкой.

– Я вам что, искательница сокровищ что ли?! – прошипела я в пустоту, сердце бешено колотилось в груди. – Какого черта?! Куда эти двое, мать с дочерью, залезли-то? И, что самое главное, зачем?!

И кто этот параноик, что все это построил? Что он хотел защитить с таким рвением? Может, это какая-то гробница забытого тирана? Или, наоборот, чей-то дом? Дом, в котором стреляют на поражение. Просто прелесть!

Я тихо, смачно выругалась и, не поднимаясь с колен, осторожно поползла к стене, куда вонзился снаряд. Это был не стрела, а массивный арбалетный болт. Вечно их путаю. Стальной наконечник, и ни грамма ржавчины.

Значит, одно из двух: либо в ловушки вложили и правда кучу магии, заклинания сохранения и обновления, работающие столетиями… Либо хозяин этого “гостеприимного” комплекса еще жив и вполне себе следит за сохранностью своего жилища. Оба варианта “радовали”.

Ощущала себя геймером в самой дрянной онлайн-игре, когда с усилием вытащила болт из камня и сунула его в рюкзак. Мало ли, зачем может пригодиться, верно? На память. На сувенир. На доказательство, если когда-нибудь выберусь. Как оружие, в конце концов.

И что же теперь? Сидеть и ждать, пока хозяин, если он есть, лично явится проверить, кто тут у него по коридорам шляется? И что я ему скажу? “Извините, я тут мимо пробегала, не подскажете, как выйти?” Глупость.

Впереди, в конце этого проклятого коридора, виднелся просвет. Что ж, значит, это самое его начало. Логично.

– Давай думать, – прошептала я сама себе, зажимая рану на щеке. – Сюда прошел даже ребенок. Умер он только на ловушке со стеной. Значит, физически это не может быть слишком сложно. Верно?

Скорее всего, основную опасность я уже прошла. Огромную, давящую, магическую стену. Осталось справиться лишь с остатками, а их не должно быть много. Ребенок, судя по всему, погиб не на них. Он добрался до конца. До той комнаты. До своей матери.

Эта мысль придала мне немного решимости. Очень немного. Но в этом месте и этого было достаточно.

Логика. Меня сейчас спасет только она. Я осторожно, словно сапер, расстегнула сумку и достала термос. Не самый элегантный инструмент для обезвреживания ловушек, но что есть, что есть. Я протянула его вперед, на уровень своей груди.

БУММ!

Громкий, сухой хлопок, от которого заложило уши. Еще один стальной болт, точно такой же, как и предыдущий, врезался в стену в сантиметре от термоса, осыпая меня каменной крошкой.

– Точнее, болт, – поправила я себя вслух, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Вечно их путаю.

А теперь… а если чуть ниже? Я опустила термос, водя им у самого пола. И… ничего. Тишина.

– Простой датчик движения на высоте взрослого человека, – констатировала я с горьким торжеством. – Главное теперь, чтобы там не было ловушек на полу, и я спасена.

Надеюсь впереди нет целого комплекса разнообразных ловушек...

Глава 15. Цвет настроения – зеленый

Я осторожно начала ползти вперед и…

Упала на пол, тихо застонав. В глазах побелело от вспышки боли.

Стрела впилась мне в плечо. У них все же был датчик движения и снизу! Как здесь прошел ребенок?! Пробежал?!

Стоп… Я замерла, уставившись в зазубренные камни потолка. А ведь это… вариант.

Бег.

Мысль ударила с обжигающей ясностью, пробиваясь сквозь туман боли. Это более чем вероятно! Что, если они не шли, как я, крадучись и выискивая ловушки? Что, если они просто пробежали? Испуганная девочка, спасающаяся бегством, не глядя под ноги, не замечая щелчков механизмов…И ее мать, в панике… И болтов в стенах я не вижу! Если бы они прошли этим же путем, тут стены были бы похожи на ежика! А они чистенькие!

Мысли путались. Правая рука висела плетью, отказывалась слушаться, и было сложно думать о чем-то, кроме стрелы, торчащей в руке… Болта то есть… Плевать сейчас на названия!

Темнота…

***

Не знаю, через какое время я медленно пришла в себя, все еще лежа на холодном полу этого чертового коридора. Боль утихла до глухого, нудного гула. К счастью, стрелы хотя бы не были отравлены – а значит, очередной немедленный круг перезагрузки мне не грозил.При условии, конечно, что я смогу выбраться отсюда и не истеку кровью.

Не хотелось бы снова думать о себе как о возможной котлетке, право слово! Стиснув зубы, я медленно и осторожно поднялась на ноги, ожидая подлянки.

Ничего.

Что ж.

Пан или пропал!

Я побежала со всех ног вперед, рванула, как только могла...

Воздух свистел в ушах. Где-то сзади раздался резкий, холостой щелчок – механизм не успел сработать. Потом еще один, ближе. Датчики были плохими, они не успевали среагировать! Отлично! Мысль была верной.

Это было бы верхом нелогичности и безрассудства для создателя этого поля чудес, не знай я тот факт, что впереди, в той комнате, их ждала настоящая, неизбежная смерть. А раз так, то создатели этого ада имели полное право сэкономить на второй линии обороны. Зачем тратить ресурсы на то, что и так будет уничтожено? Милые ребятки, ничего не скажешь. Шаг, другой и…

Сердце колотилось где-то в горле, из раны на плече сочилась кровь, но я была на другом конце. Я выбежала! Господи, победа!

В лицо ударил порыв прохладного, затхлого воздуха, но я почти сразу уловила под ним знакомый букет – запахи гниющей органики, пота, дешевой еды и выхлопов алхимических фабрик.

Город?

Какого черта?!

Я оглядела стену, через которую только что прошла насквозь. И… ничего необычного. Обычная кладка, покрытая плесенью в каком-то забытом богом трущобном квартале. С недоверием я протянула руку и пальцы бесшумно утонули в камне. Иллюзия. Хорошая, однако.

Картина сложилась. Девочка играла и случайно убежала в “стену”. Мать, обезумев от страха, бросилась за ней… и попала в ловушку. Причем непонятно сразу, или через пару дней… И, здравствуйте, вечный покой в каменном мешке.

Но кто и, самое главное, зачем оставил эту смертельную гадость прямо в городе? Это же не защита. Это самый настоящий капкан! Черт, ладно, не до этого сейчас, а жаль. Засунуть бы этому магу болт в самую… Ну вы поняли. Я покрутила в руках снаряд. Не-ет. Когда-нибудь мы к этому еще вернемся! Просто верх наглости!

***

Я отступила от стены и наконец осмотрелась по-настояшему. Знакомая, хоть и неприятная картина: на узкой, заваленной хламом улице толклись люди, пара оборотней в полузверином облике разгружали ящики, у стены лениво покуривал какой-то человек, а в тени переулка мелькнула чешуйчатая голова юань-ти. Отсутствие патруля… Кучи мусора и всепроникающая атмосфера безнадеги.

Отлично! Я почти дома, да здравствуйте, дорогие мои темные!

Это Темная Страна. Однозначно. Где законы писались теми, у кого длиннее клыки и толще кошелек. Правда, надо отдать ребяткам должное, они этого хотя бы не скрывали. И честно говорят – если у тебя дубинка длиннее, можешь попробовать ее использовать.

Но если это Темная Страна, и здесь говорят на общетемном, почему девочка не понимала меня? Это странновато. Если только… если только они не были неместными. Может, они приезжие?

И ведь не подойдешь же к девочке средь бела дня, не ткнешь пальцем в стену-убийцу с вопросом “Как ты милая, туда попала?”. Разве что ночью сюда вернуться, когда улицы опустеют. Если, конечно, к тому времени меня не настигнет очередной виток этого кошмара.

Мысль пожаловаться страже или хотя бы предупредить кого-то отпала сразу же. В этих-то странах? Всем всегда было плевать.

Ну, подумаешь, оставил тут какой-то маг-идиот целую кучу смертельных ловушек! Прямо посреди улицы! Это же не государственная измена и не покушение на чей-то кошелек, верно? Мелочь, бытовуха. Гуляй, Вася!

Люблю я здешних “законников”. Жители здесь – расходный материал. Один исчез, другой появился. Никто не станет заморачиваться над убийством, оно тут вообще-то законно.

Нет, я серьезно. Это в принципе законно. Вот настолько тут плевать. Правда, в большинстве стран все же предпочитают дуэли, но принцип “мой дом – моя крепость” тут стальной. Прелесть, да?

Что ж… Единственное, что я могу сделать здесь и сейчас, пока силы еще не покинули меня окончательно – что-то начеркать. Нужно найти что-то, чем можно написать предупреждение. Хоть какое-то. Для таких же недотеп, кто решит свернуть в этот богом забытый тупик в поисках приключений или просто укромного уголка.

Я порылась в карманах рюкзака. Ни мела, ни угля. Класс

Облом. Писать попросту нечем.

Кровью?

А что, вариант. Благо, собственная сочится из плеча вполне исправно. Я обмакнула палец и вывела прямо на грубой поверхности стены, рядом с роковым проходом, корявые, стекающие буквы:

“ОПАСНО. ЗЛОЙ МАГ. ЛОВУШКИ”

Какая прелесть, прям из фильма ужасов. Может быть, кого-то остановит. Я оглядела результат своей работы – мрачное, первобытное граффити, больше похожее на предсмертную записку. Антуражненько, подстать всем этим страшным квестам.

А может, и нет. Сочтут за чью-то глупую шутку или заявление уличной банды. В этом квартале и не такое на стенах увидишь. В плане, я как-то видела распятое тело, еще живое. И проклятое. Обожаю местных…

Но свое дело я сделала. Совесть, если эта эфемерная субстанция у меня еще оставалась, теперь была чиста. Я хотя бы попыталась. Верно? Верно.

Что же. Теперь оставалось только пережить немного времени здесь, и, быть может, добраться до Гильдии.

Пора было выбираться из этого тупика. В прямом и переносном смысле.

Элларион явно там был, может, даже получится с ним встретиться. У меня в запасе где-то четыре дня – отдыхать больше некогда. Я и так потратила кучу времени в том проклятом поезде, да и Блейз не был настолько добр, чтобы позволить мне что-то поискать в той временной петле. Но сейчас, наконец-то, был шанс хоть немного осмотреться вокруг. Я была счастлива, даже боль в плече не так сильно омрачало мое настроение.

Но сначала нужно было что-то сделать с болтом в плече… А в отсутствии денег… У меня ни медяка, ни единой монетки. А значит, дорога мне только в “бесплатное”.

Я вам скажу так: бесплатные лекари у Светлых еще ничего, те, что от государства… к ним очереди, конечно, огромные, можно просидеть полдня, слушая кашель и стоны. Но… зато вылечат. Честно. А вот здесь, в Темной Стране…

Что ж, как говорится, на безденежье и некромант – лекарь. Осталось только его найти. И чтобы он не решил, что мое тело после лечения ему нужно куда больше, чем репутация. Нде…

Я вышла из тупика на грязную, шумную улицу.

***

Таких “специалистов” обычно по району знают местные.Осталось понять, к кому тут подойти и узнать, где тут местный костоправ и костолом в одном лице?

Прохожие в этих краях бывают или откровенно богатые (и потому опасные), или отчаянно опасные (и потому к ним лучше не лезть), или нищие – но те, почуяв легкую добычу, сами не преминут нажиться. Нужны были те, кому деньги не слишком нужны в принципе, или те, чья цена – не в монетах.

Я оглянулась: это был простой переулок в дальнем конце какого-то города. Справа – та самая стена-обманка, оказавшаяся городской. Вот это наглость! Сделать такое в собственности города! Вот за это его могут и взгреть. Слева – простые, бедные, но не разваливающиеся домишки.

Сверху колыхались на веревках выстиранные лохмотья, под ногами хрустело битое стекло и скользили какие-то овощные очистки. Знакомая картина. Я почти чувствовала себя как дома!

Вот пара подростков, лет десяти, играли в салки прямо на мостовой – эльфенок с острыми ушками и коренастый человеческий мальчишка. Одежда на них была бедной, но качественной, чистой и аккуратной. Эти точно вряд ли знают что-то о подпольных лекарях. Слишком ухоженные. Значит, мамы следят.

Нет, не то. Нужен кто-то… старше.

Взгляд скользнул по занавешенным окнам, за которыми слышались ссоры, по темным подворотням, откуда доносился запах дешевого самогона... Вот где нужно искать.

Пара шагов дальше и вот – пара пьющих орков во дворе какого-то дома. Они расселись на грубых стульях за столом и передавали друг другу бутылку с мутной жижей, подливая в огромные кружки.

В принципе, вариант. Если ничего лучше не найду, конечно. Правда, придется с ними основательно нажраться. Просто в край. А потом еще надеяться, что их “лечение” не сведется к прижиганию раны тем же самогоном. Орки – ребята относительно дружелюбные, вспыльчивые и неприхотливые. Но иногда найти с ними язык было можно.

Дальше – пара дворфов, что-то яростно мастерят, разложив инструменты прямо на крыльце. Бороды заплетены, одежда хоть и в пыли, но из добротного сукна. Эти – точно нет.Такие ходят в дорогую гильдейскую клинику.

Справа, у стены таверны, какой-то вампир неспешно “обедает” из какой-то девчонки… Нет, не подумайте плохого. Здешние кровососы довольно цивилизованны. За обед они платят. И довольно неплохо. Сдача крови здесь – что-то вроде донорства, только ценник повыше и последствия… индивидуальнее. Некоторые вампиры, особенно старые и сытые, даже лечат просто так – в качестве благодарности или чтобы поддерживать хорошую репутацию среди “поставщиков”.

Так что будь я чуть голоднее и здоровее, можно было бы подойти и предложить сделку: кровь за помощь. Но этот господин выглядел сытым и довольным. А новых “доноров” они набирают не так уж часто и всегда на своих условиях. А с моей дырой в плече я выглядела не очень презентабельно.

Дальше по дороге – тройка не самых дружелюбно настроенных господ. Взгляд тяжелый, блеск стали из-под плащей. Так… Нехорошо! Надо смываться. И прямо сейчас. СРОЧНО.

Я судорожно огляделась, куда бы скрыться, а то ребятки уже зыркают на меня. Люди, знаете ли, тоже товар.

Остаются орки, где вы, мои хорошие? Зеленый народец хоть и грубоват по натуре, но с ними можно иметь дело. Была у меня парочка знакомых, да и Раг парень был в целом неплохой. Это с ним меня как-то и поймал Ларри… Кхм. Не о том думаю.

Ох, я надеюсь, это тело хотя бы изредка прикладывалось к чему-то крепче кефира, иначе вот будет смех – умру я не от болта в плече, а от перепоя.

Решено! Орки, ждите меня!

Я медленно, преодолевая пронзающую боль в плече, перелезла через низенький забор, отделявший их дворик от улицы. Ну да. Он ткт скорее для уюта, чем для защиты. Эти сами кого хочешь “защитят”.

Орки даже не заметили этого, громко гогоча над какой-то шуткой. На скрипучем столе стояло несколько глиняных кружек и та самая бутыль с мутной жидкостью. Я взяла одну из… э, почти бочек, и с размаху сделала огромный глоток.

Ну и крепкая же бодяга, вашу мать! Слезы выступили на глазах, но я, сглотнула, и с силой стукнула пустой кружкой о стол. С чувством. Гадость редкостная. А я думала, что хуже чем бодяга у Рага не бывает! Наивный чукотский ребенок.

– Ну что… За что пьем? – я пьяно и широко улыбнулась им, глядя попеременно на двух громадин.

Боги, да я вообще градус не держу! От одного глотка меня уже заметно шатало! Просто прелесть!

Два мордоворота загоготали, выдохнув в мою сторону облако перегара, в котором чувствовались нотки самогона и копченого мяса. Отлично, значит, они уже в хорошем настроении… или я просто показалась им смешной. Тоже неплохо, может помогут хомячку? Пож-жалуйста! Ик… Черт.

Как и многие орки: оба зеленоватого оттенка, мускулистые, с черными, грубо остриженными волосами. Их кожаная одежда была прочной, но простой, сшитой на скорую руку. Черты лица – крупные, почти вырубленные топором. И, конечно, фирменный яркий аромат – коктейль из пота, перегара и дыма костра. Хотя, честно говоря, сомневаюсь, что после всех этих приключений я сейчас сама пахну фиалками…

Они весело оскалились, обнажив внушительные клыки.

– У Хрога, – первый из них, который выглядел чуть моложе и азартнее, с силой хлопнул своего товарища по плечу, отчего тот только фыркнул, – доча замуж вышла! И за кого, ты представь, за эльфа!

Он снова расхохотался, а Хрог насупился, его брови грозно сдвинулись:

– Полуэльфа, прошу заметить! – проворчал он, заливая очередную порцию этого нечто в свою глотку, меня передернуло. – А наполовину – орк. Кровь сильная! И в клан мой принят… Уважают.

– Ничего не знаю! – отмахнулся первый. – Уши острые? Острые! Значит, эльф! Все!

Да что же меня эта раса просто преследует?! Везде одни эльфы, даже в семейных драмах орков!

Они начали переругиваться. Я лишь кивала, делая вид, что внимательно слушаю эту сагу, и украдкой прижимала руку к ране. Кровь, кажется, немного подсохла, но боль нарастала.

Главное, чтобы их словесная перепалка не дошла до драки. Хотя… стоп. А может, наоборот, лучше, если они подерутся?

Наверное, да. Риск – благородное дело.

Вообще-то нет, но вариантов было не оч много… Черт, как шатает-то…

Я вмешалась в их спор, стараясь говорить максимально отчетливо:

– Остроухие нынче вообще обнаглели!

Черт. Я сама себе не проверила! А ведь девочка-призрак говорила на… Я инстинктивно потрогала свои уши. Острые. Острые, вашу мать! Я тут вся в благородной эльфийской крови! Которые обнаглели, класс… Я осторожно прикрыла их прядями волос, надеясь, что дуболомы этого не заметят.

Благо, два пьяных орка не обратили на мою реплику особого внимания. Они болт-то не заметили, какие уж тут уши. Тот, что помоложе (Шмыг? Шрыг?), активно закивал и начал перечислять все мыслимые и немыслимые грехи эльфов, а Хрог, хмурясь, защищал зятя, утверждая, что тот «не такой». Пока ничего. Я тихо добавила масла в огонь:

– А орки разве вообще отдают своих дочерей за остроухих?

Шмыг…Шрыг активно закивал, его возмущению не было предела, а Хрог, не выдержав, и таки… Вдарил ему. Хорошо так, от души. Смачный удар в скулу, и мужик отлетел, с треском разломав стул в щепки, и бахнулся башкой об забор.

Победа! Сейчас главное – слегка отползти, чтобы драка благополучно завершилась. Для них такой удар – синяк. Мне же могло и кости переломать.

Я просто отступила за угол сарая, прислонилась к холодным доскам, глубоко выдохнула и с тихим, сдавленным вскриком резко выдернула болт из плеча. Мир на секунду поплыл… Не думая, я плеснула на рану из своей кружки. Боль пронзила тело от макушки до пяток.

Ставки поднимались. Если теперь они мне не помогут – крышка. Как говорится, хочешь гарантированно умереть – вытащи из раны предмет и залей ее самогоном.

Я вышла к ним, шатаясь, держась за стену. Драка, впрочем, уже затихала. Шмыг потирал челюсть, Хрог тяжело дышал... Их взгляды одновременно упали на меня, а точнее – на мое плечо, с которого алым пятном проступала кровь.

Шрыг даже вытер рукавом кровь, текущую из его собственного разбитого носа, и тихо, с искренним недоумением, поинтересовался:

– Эт мы так?

Ну… Была не была.

Глава 16. Свадьба пела, и-и-и плясала...

Тут главное без лжи… Некоторые расы ее чувствуют просто нутром! Убедились уже, не так давно. Элларион мне сколько сделал эксклюзивных экскурсий под поезд? Вот то-то и оно! Не хотелось бы снова попасть под такое же.

Так что я рявкнула во весь голос:

– А тут есть еще кто-то есть?!

Здесь ведь никого, верно? Верно.

… Они переглянулись, угрюмо кивнули, и взяли меня под мышку, потащив вглубь клановых земель. Причем буквально, перехватив за талию. Так меня еще не таскали, конечно. Спор тут же был забыт.

– Не, Шрыг… Так нельзя, – проворчал Хрог, глядя на мою окровавленную руку.

Так все же это Шрыг! Не Шмыг. Запомним.

– Согласен! Девочек бить – последнее дело … Обалдуй! – тут же отозвался Шрыг, ковыляя и потирая ушибленный бок, и пихнул Хрога.

– Я?! Это ты ей вмазал! – вспылил второй.

– Да когда!? Это явно твоих рук дело! – они снова встали лоб к лбу, нависая друг над другом. Нет-нет-нет. Так не пойдет.

Я тихо, но выразительно застонала, напомнив им о себе. Еще одну драку я действительно могу попросту не пережить. Уже без шуток.

Они тут же заткнулись и виновато покосились на меня, зашагав быстрее.

– Эт, ты прости… – Шмыг потер нос.

– Ага. Этого мы не хотели. – Хрог как-то печально потупился.

Черт, даже как-то неуютно стало. Извинюсь потом… Когда протрезвеют.

А вы их дикарями считаете! Милый народец. Ну, немного грубоватый, да, и руки-лопаты, и клыки торчат… Но сердце-то, сердце есть! А что важнее сердца? Мне это место нравилось куда больше пафосного дворца драконов.

В конце концов меня привели в довольно чистый домик местного… А кто их знает, кто там у них? Шамана? Лекаря? Главное, что старый орк, знал медицину. Не бельме не понимал, конечно, на обще-темном, но что-то обсуждал с орками на их языке. Ему тут же под белы рученьки подсунули меня. Он осмотрел мою рану, очень скептически вскинул бровь, что-то попытался объяснить этим парням…

Видимо мой обман раскрыли, но благо они уже напились и яро начали спорить. Старик лишь махнул рукой, мол: “ладно, мордовороты, как хотите”, – и осторожно принялся за лечение. Точнее первым делом он таки напоил меня какой-то бодягой…

Он уложил меня на низкую деревянную лавку, застеленную звериной шкурой, и принялся осматривать мое ранение. Его пальцы, несмотря на грубую кожу и размер, двигались удивительно аккуратно. Профессионал, ни дать ни взять. Повезло…

Он промыл рану какой-то пахучей, но не жгущей настойкой (орочий антисептик, надо думать), пробормотал что-то одобрительное, и принялся за дело. (Отключилась я от крепости его бодяги мгновенно. Тот еще вкус, надо сказать. Будто пьяный слизень наблевал.)

***

Проснулась я и резко открыла глаза… Ну что, где я?!

Я вскочила, оглядываясь.

Фух! Тот же шаманский домик, запахи трав и дыма. Рука была туго перевязана чистой тканью, боль сменилась глухой ломотой. Вокруг никого. Значит, таки подлатали меня! Мои вы хорошие! Жива и относительно здорова! Жизнь наконец-то налаживалась. Ненадолго, да, но, может быть, удастся из всей этой каши выжать что-то полезное.

Что ж, спасибо вам, господа орки, но мне пора. Надо найти Эллариона, пока не кончились эти четыре дня.

Только я попыталась неслышно выбраться из домика и ступить во двор, как навстречу мне вышел Хрог с такой широкой, радостной улыбкой на все тридцать два зуба… Или сколько их там? Ну, по крайней мере оба клыка были на месте.

– О! Ты! Проснулась! – он не спрашивал и, не дав опомниться, заграбастал меня здоровой ручищей.

Он легко подхватил меня и потащил за собой, как котенка. – Не убегай! Доча моя, Шийра, сегодня замуж выходит! Праздновать будем! Всем кланом!

– Постой, у меня дела… – попыталась я отмахнуться, но мой голос прозвучал жалко и неубедительно на фоне его могучего рева.

– Какие дела?! – искренне удивился Хрог. – Самые важные дела сейчас – у нас! Есть, пить и песни петь!

Он нахмурился, и его брови поползли навстречу друг другу.

– Ты что! Не друг мне?! – рявкнул он, и его морда, еще секунду назад сияющая, перекосилась в самой что ни на есть оскорбленной гримасе. По всему было видно – сейчас врежет, если откажусь.

Ох ты ж… Нет, это уже опасно. Оркское понимание дружбы включало в себя полное и безоговорочное участие во всем. Особенно в семейных праздниках.

– Боже, конечно, друг! – я закивала как заправский болванчик, чувствуя, как под его взглядом сохнет во рту.

– Тогда пошли пить! – он снова оскалился в улыбке, от которой по спине пробежали мурашки.

Он потащил меня к центру поселения, где уже собиралась шумная толпа, несся запах жареного мяса и раздавались первые аккорды какой-то дикой, но залихватской музыки. Сбежать сейчас было бы не просто невежливо – смертельно опасно. Обидеть весь клан отказом от праздника – верный способ снова оказаться на грани жизни и смерти. Оказывается этот заборчик отделял территорию орков от этого города. Деревня в городе, миленько, однако.

Что ж, Элларион, подожди немного. Похоже, мне предстоит познать все прелести оркской свадьбы. С неподшитой раной на плече и смутным предчувствием, что этот день запомнится надолго. Если, конечно, я его снова не просплю.

Меня усадили на почетное место – точнее, на толстенное бревно, застеленное медвежьей шкурой, – и вручили огромную, с мою голову, кружку чего-то пенистого и темного. Отказаться было нельзя – взгляд Хрога и стоявшего ясно говорил, что отказ будет расценен как личное оскорбление.

– Пей! – рявкнул Шрыг, подсаживаясь ко мне и смачно хлопая меня по здоровому плечу. – Для силы! Чтобы рана быстрее заживала!

Я сделала небольшой глоток, ожидая горечи и.... На удивление, это оказался не отвратительный самогон, а довольно приличный темный эль, крепкий, с хлебным послевкусием. Видимо, к свадьбе приготовили что-то особое. Приятненько. В нашем мире такое сейчас хрен встретишь…

Вокруг царило веселье. Орки пели хриплыми голосами, отбивая сложный ритм ладонями по столам, пара молодых орков устроила показательную борьбу, вызвавшую одобрительные крики, а запах жареной свинины сводил с ума. В центре всего этого стояла невеста, Шийра – высокая, статная орчиха с длинными черными волосами, заплетенными в сложную косу, и умными, веселыми глазами. Мышцы у нее были в батю. Интересно, кто из них больше таскает веса…

Рядом с ней – тот самый полуэльф-полуорк, ее избранник. Он выглядел немного потерянным, но счастливым, и его острые уши под общий гогот периодически заливались краской. Тоже зеленоватый, крепкий, но посреди этого племени, конечно, казался почти хрупким. Ну, насколько мог быть хрупким мужик под два метра ростом и весом килограмм в сто двадцать. Просто остальные его были еще на голову выше и настолько же шире.

Но эльф… Точнее полуэльф, надо отдать ему должное, носил ту же кожаную броню и орочий ятаган, а невесту и вовсе на руки поднял.

– Видишь? – Хрог ткнул в их сторону толстым пальцем. – Хороший парень! Сильный! Уважает обычаи! А Шрыг – болван, ничего не понимает!

Шрыг что-то пробурчал в ответ, но беззлобно, и тут же принялся выпивать за здоровье молодых.

И вот тут меня осенило. Я выжила в ловушке, нашла странных, но надежных (в своей категории) союзников, и сейчас сижу на орочей свадьбе. Это был не просто перекур между смертями. Не просто информация. Это были связи! А может и новые друзья. Возможно, именно такой и была цель того, кто меня сюда забросил – не просто убить, а учить выживать, приспосабливаться, обращать хаос в пользу.

Или это я уже придумываю. В любом случае, утро хоть раз было хорошим.

Я поймала на себе взгляд старого шамана-лекаря. Он сидел в стороне, курил длинную трубку и смотрел на меня с таким выражением, будто видел насквозь. И его чуть заметный кивок сказал мне больше, чем любые слова.

Я подняла свою тяжеленную кружку, поймав взгляд Хрога.

– За клан! – крикнула я что есть мочи. – За новых друзей! И за то, чтобы твоя дочь была счастлива, несмотря ни на какие острые уши!

Громовой рев одобрения был мне ответом. Шрыг снова хлопнул меня по плечу, отчего я едва не свалилась с бревна, а Хрог обнял меня так, что хрустнули ребра. Жизнь, черт возьми, действительно налаживалась. Самым причудливым и непредсказуемым образом.

***

Свадьба у орков – это не просто застолье. Это стихийное бедствие.И я оказалась в его эпицентре.

Столы, сколоченные из грубых досок, ломились под тяжестью яств. Главным украшением была тушка гигантского вепря, зажаренного целиком, с яблоком в зубах. От него исходил волнами божественный аромат дыма и специй. Орки не церемонились – отрубали куски мяса прямо на месте, используя для этого кто охотничий нож, кто топор, а кто и просто мощные руки.

Мне вручили деревянную плашку с дымящимся окороком и свой собственный, внушительных размеров, нож. Когда я попыталась его вернуть, мне рявкнули, что это подарок на свадьбу и вообще! Без оружия - не дело в этих-то местах!

– Ешь! – скомандовала сидевшая рядом орчиха лет пятидесяти, с седыми висками и боевым шрамом через глаз. – Худющая! Не выживешь же! А как рожать будешь!

Пришлось есть. Мясо таяло во рту, было невероятно сочным... Я ела, запивая темным элем, и чувствовала, как силы понемногу возвращаются.

После первой волны обжорства начались “развлечения”.

– ИСПЫТАНИЕ ЖЕНИХА! – проревел кто-то, и толпа с восторгом подхватила этот клич.

Бедного полуэльфа заставили помериться силой в армрестлинге с дядей невесты (который напоминал скалу), продемонстрировать меткость, бросив топор в цель с завязанными глазами (он попал, причем лучше Хрога, от чего тот зарычал. Эльфийская кровь тут была в плюс), и, наконец, выстоять в “Битве за невесту” – ритуальной потасовке с друзьями невесты, где главным правилом было “не калечить жениха насмерть”. Он отбивался отчаянно, вызывая уважение даже у скептически настроенного Шрыга. Хотя, конечно, было видно, что давалось это парню с трудом.

Но он выигрывал ловкостью, а не силой, проскользнув мимо мощных рук соперников и дав тому самому дяде пинка под зад. Тот упал, пятой точкой кверху и громко загоготал.

Потом начались танцы. Если вы думаете, что орки неуклюжи, вы их не видели в плясе. Их движения были лишены изящества, но полны дикой, неукротимой энергии. Они топали, кружились, сталкивались грудью в ритм барабанов, и от их топота дрожала земля. Я честно прижалась к хлипенькому заборчику. Такое столкновение могло закончитсья очень плачевно, но… СТОП! НЕТ!

Хрог, уже изрядно выпивший, схватил меня за здоровую руку и потащил в круг.

– Остановишься – убью! – рявкнул он на ухо, но беззлобно. – А теперь пляши!

Вот это угрозы, знаете ли… Пришлось изображать нечто среднее между конвульсиями и попыткой устоять на ногах под их мощные толчки. Это было утомительно и… чертовски весело.

В разгар веселья я заметила, как шаман подозвал к себе молодых. Он что-то негромко говорил им, держа их руки в своих. В шумной орде на мгновение возник островок тишины и уважения. Старик возложил им на головы руки, провел ритуал благословения. И в его глазах светилась не гордость клана, а простая, человеческая радость.

Праздник бушевал, но мои силы были на исходе. Рана ныла, эль ударил в голову, а дикие пляски отняли последние силы. Я отползла в тень, прислонившись к стене амбара, и смотрела на это буйство жизни.

Ко мне подошел Шрыг. Он молча протянул мне уже не кружку, а небольшую деревянную флягу.

– От шамана, – буркнул он. – Для заживления. И для сна.

Я сделала глоток. На этот раз это была не отвратительная бодяга, а густой, травяной, горьковатый бальзам. Тепло разлилось по телу, боль отступила, а веки налились свинцом.

Перед тем как сон окончательно сморил меня, унося в благословенную темноту, я из последних сил ковырнула пальцем пристроившегося рядом Шрыга.

– Эй, Зеленомордый… – выдохнула я, голос был сиплым от усталости и хмеля. – А фляжку… эту… можно с собой?

Мне было дико неловко просить еще что-то после того, как они, по сути, спасли мне жизнь. Но этот бальзам был не просто лекарством. Это страховка от следующей ловушки, от новой раны, от того, чтобы снова валиться с ног от боли.

Шрыг покосился на меня, его глазки блестели в темноте. Он что-то пробормотал себе под нос на орочьем, явно нелестное о моей наглости. Но потом его огромная, вся в шрамах и мозолях, ладонь грубо потрепала меня по волосам, чуть не свернув шею.

– Бери, мелочь, – буркнул он, отводя взгляд, будто совершая нечто постыдное – проявление сентиментальности. – Только смотри… вернись. Отдашь полную. С лихвой.

Это не было простым “да”. Это было обещание, что на этом наши пути не разойдутся. Что у меня теперь есть место, куда можно вернуться. Не как к случайным спасителям, а почти как в клан… Черт, это было приятно, слезы навернулись на глаза и я в чувствах обняла его лапищу, он отвернулся, но я успела заметить слабую улыбку.

– Ну все, все! Мне пора. Никакий нежностей!

Он снова потрепал меня по волосам.

Я судорожно сгребла фляжку, прижала ее к груди здоровой рукой, словно драгоценный талисман. И на этот раз, проваливаясь в сон, я чувствовала не только изнеможение, но и крошечную, теплую точку где-то под сердцем. Похоже, это место я запомню надолго.

Последнее, что я увидела перед тем, как сон сморил меня прямо там, в углу, под звуки оркской свадьбы – это как Хрог обнимал и своего нового зятя, и Шрыга, и все трое орали какую-то похабную песню.

Да, жизнь определенно налаживалась. Самым неожиданным и, пожалуй, лучшим из возможных способов. А завтра… Завтра. Будет потом…

***

Утро застало меня там, где я и ожидала – прямо на грубом столе, среди остатков пиршества и храпящих орков. Похоже, меня перенесли. Голова гудела, будто в ней поселился рой разъяренных шершней, а во рту явно ночевало некое мохнатое и крайне неприятное существо. Но плечо... плечо болело уже терпимо, лишь глухо ныло, напоминая о вчерашнем приключении. Крепкое лекарство у шамана, ничего не скажешь.

А вот кстати и он, лежит в обнимку с какой-то орчихой.

Рядом, прислонившись к тому же столу, где спала я, мощно похрапывая, спал Хрог. На его лице застыла блаженная улыбка. Хороший мужик. Прямо… хороший. Искренне пожелала я ему в мыслях: пусть его дочь будет счастлива с этим полуэльфом, и пусть теща попадется такая же классная.

Я осторожно сползла со стола, едва не угодив ботинком в миску с салатом и чуть ткнула хозяина празднества.

– Спасибо, Хрог… – тихо, но искренне сказала я, глядя ему в глаза. – За все. В самом деле.

Он приоткрыл один мутный глаз, узнал меня, смущенно хрюкнул и махнул рукой, словно отмахиваясь от назойливой мухи.

– Ээх… Пустое. Заходи, если что! – И в подтверждение своих слов так дружески хлопнул меня по здоровому плечу, что я чуть не села от удара, а по телу прошла знакомая волна тошноты. Ну и силища у ребят! Легко могли и кости пересчитать.

Я остановилась, сделав уже несколько шагов по пыльной улице, и обернулась. Сердце колотилось где-то в горле. Совесть, эта зловредная сука, грызла изнутри пуще вчерашней раны.

“Нет, – строго сказала я себе. – Так нельзя. Они… они по-своему честные”.

И, пересилив гордость и страх, я медленно побрела обратно. Хрог все также сидел у стола, сонно потирая лицо. Его взгляд был мутным, но он с удивлением поднял брови, увидев мое возвращение.

Я подошла вплотную, готовая в любой момент отскочить от дружеского похлопывания, и, глядя куда-то в район его могучей ключицы, выпалила:

– Э… Слушай… Прости. Это я в тот раз… Вы меня не ранили, – я ткнула пальцем в свою перевязанную руку. – Это я сама, еще до вас, в дыру влезла… такая к вам и приплелась. Просто… помощь нужна была. Отчаянно. Не хотела вам врать. А правду… правду сказать побоялась. Почти стравила вас друг с другом. Мне… Мне стало стыдно.

Я замолчала, сглотнув комок в горле и готовясь к любому исходу – к гневу, к презрению, к тому, что он сейчас встанет и вышвырнет меня со своего подворья.

Хрог несколько секунд молчал, его мозг, затуманенный вчерашним элем, с видимым трудом перерабатывал информацию. Потом он хрипло рассмеялся, один короткий, как удар топора, звук.

– Значит, не мы? – переспросил он, и в его глазах мелькнуло нечто, отдаленно напоминающее облегчение. – А я уж думал… Точнее не был уверен. Ладно. Врать – нехорошо. Но пришла и призналась. Это… – он поискал слово, – это по-орочьи. Уважаю.

Он кивнул, и на его лице не было ни капли злобы, лишь своеобразное понимание. Он фыркнул – коротко, громко:

– Да и знаю я уже, остроухая. Шаман-то нам все сказал. Да и плевать нам было, с какого прибоя тебя прибило к нашему углу.Да и врешь плохо, – отрывисто бросил Хрог, все так же глядя куда-то мимо меня, в сторону покосившегося забора. – Видно же за версту. Наш старик… – он кивнул в сторону спящего шамана, – …сказал, что на тебе печать чужая. Не здешняя. И смертью пахнет. Старой.

Он наконец повернул ко мне свою лобастую голову, и в его маленьких, глубоко посаженных глазах я увидела не упрек, а нечто иное. Любопытство? Нет. Своеобразное уважение.

– Так что не позорься, – проворчал он. – Пришла – значит, судьба. Помогли – значит, так надо. А теперь вали, пока Шрыг не проснулся и не начал тебя на продолжение пира требовать. И… – он на секунду запнулся, подбирая слова на чужом языке, – …не попадайся больше. И помни – заходи. Но в следующий раз сразу говори, как есть. Эльфа в тебе, я смотрю, много, а честности – мало. Исправляйся.

И с этими словами он повернулся, отпил из стоявшей рядом кружки и закрыл глаза, словно решив, что на сегодня разговоров достаточно.

Стыд начал понемногу растворяться, сменяясь чувством благодарности. Они все знали. И все равно помогли.

Я развернулась и пошла, не оглядываясь. Теперь у меня был не просто союзник. Теперь у меня был долг. А в этом мире, как я начинала понимать, долги ценились куда выше денег. И фляжку им тоже надо вернуть, однако.

Осталось… Два дня.

Глава 17. Гильдия истуканов

Что ж. Теперь бы только найти Эллариона и “завернуть” в Гильдию. Ну как… завернуть. Её ещё бы найти, честно-то говоря. В этом городе-лабиринте это могло быть задачей посложнее, чем выжить в паре ловушек. Карты у меня нет, а спрашивать дорогу у первых попавшихся прохожих в Темной Стране — верный способ нарваться на неприятности.

Сделав ещё пару шагов, я снова обернулась, поймав на себе спокойный, протрезвевший взгляд Хрога.

— Спасибо… — повторила я ему, уже увереннее. — Честно говоря, если захотите связаться… ну, или если понадобится что, то можно через Гильдию связаться. Оставьте сообщение по… — я на секунду замялась, подбирая слова, которые бы и запомнились, и не вызвали лишних вопросов у посторонних.

Хрог приоткрыл один глаз, явно заинтересованный.

– По паролю… – я на секунду задумалась, вспоминая вчерашние переругивания. – Хрог-Артай, а?

Я посмотрела на него, проверяя реакцию. Хрог хмыкнул.

– Ага, – буркнул он. – Свяжемся.

– Отлично. И, кстати… – ради этого я и вернулась. – А где эта ваша Гильдия-то сейчас находится? А то я новенькая.

Хрог фыркнул, будто я спросила, где тут солнце на небе.

– Как всегда! – он махнул рукой в сторону самых обшарпанных, тёмных и, казалось бы, безнадёжно разрушенных кварталов. – В во-он той той развалюхе, что на трёх гвоздях держится. У них, это, стиль такой. Хер его знает зачем.

– Поняла. Спасибо ещё раз!

– Ступай уже! – он снова сделал вид, что раздражён, но в его глазах читалось одобрение. – И смотри под ноги. Не лезь где не надо! Это ладно мы в настроении были! Всякое тут водится, знаешь ли.

С этим направлением я наконец-то повернулась и зашагала прочь, на этот раз уже не оглядываясь.

***

Денег не было, от слова совсем, но если Элларион мне что-то оставил, и я смогу это получить, то был шанс. Наконец-то информация!

***

Я прошла по улице дальше, насвистывая веселую, дурацкую мелодию из прошлой жизни, пытаясь заглушить внутреннюю тревогу. И вскоре увидела то, о чём так живописно рассказывали Хрог и Эл.

Это был не просто дом. Это был памятник то ли архитектурному упадку, то ли чьему-то больному воображению. Старый, покренившийся, деревянный, в три этажа, будто пьяный великан, застывший в падении. Окна были разбиты, сверкая острыми зубьями, стены испещрены потёками и похабными граффити. Дерево почернело от времени и сырости, местами уже рассыпалось в труху, обнажая кривые балки. От него веяло плесенью и забвением. Любой режиссер дешевого фильма ужасов был бы в восторге и поставил бы первое место этому чуду в номинации “Старье года”

Как говорится, если ты не идиот — внутрь заходить не будешь. Потому что он в любой момент мог рухнуть тебе на голову. Или из его тёмных недр могло выпрыгнуть нечто с слишком большим количеством зубов.

Что ж, с своей задачей он справлялся на отлично. Ни один нормальный человек сюда бы и носа не сунул.

С учетом местности и общего “гостеприимства” этого города, что-то зубастое, голодное и с непредсказуемым количеством глаз вполне себе могло облюбовать эти развалины. И, если честно, я бы его даже не винила. Место располагающее. Уютное, в своём роде. С прекрасным видом на гниющие трущобы и вдохновляющей атмосферой тотального упадка.

Прелесть, да? Не знаю, как Гильдия умудряется тут работать, не превратившись в чей-то обед. Хотя… С другой стороны, если ты можешь спокойно ходить на работу в логово какого-нибудь людоеда, так еще и взять у него интервью, если у кого-то возникнет в этом надобность на кой-то черт, то с клиентами и делами у тебя, наверное, проблем не возникает. Отличный фильтр для идиотов и слабаков. У них денег нет.

Я явно была ненормальной, раз все же пошла внутрь этой ловушки. Сделав глубокий вдох и поправив перевязь на плече, я подошла к полуоторванной двери. Оставалось только надеяться. И что внутри меня ждёт не чудовище.

Я толкнула дверь. Скрип был душераздирающим, просто прелесть. И вот как она умудряется издавать такие звуки, держась откровенно говоря, скорее на честном слове и вере проходящих мимо людей, чем на шарнирах?

Но стоило сделать всего шаг внутрь — и обман был раскрыт.

Снаружи — ветхость и тлен. Внутри — сухо, тепло и... темно. Не угнетающая тьма склепа, а мягкий, густой полумрак. И главное — ни намёка на плесень, ни запаха гнили. Воздух был чистым и неподвижным и очень теплым. Теперь это уже гораздо больше было похоже на логово загадочных ребят. Маскировка сработала безупречно.

Я осторожно зашла и оглянулась. Небольшая, пустая на первый взгляд комната. Грубые каменные стены, ни единого окна. В центре — единственный предмет мебели: массивный деревянный стол, окружённый несколькими стульями. И в глубине — единственная дверь, ведущая куда-то дальше. Всё. Ни стойки, ни теней-привратников. Лишь тишина, нарушаемая биением моего сердца. А окна-то пропали… Те разбитые штуки были или иллюзией, или… Не настолько я хороша в магии, чтобы сказать.

Я подошла к двери и, как учил меня друг, постучала. Не громко, но отчётливо.

Тук... тук-тук... тук.

Звук был поглощён тишиной, не вызвав ни эха,. Я замерла в ожидании, ладонь всё ещё прижата к прохладному дереву.

Дальше — неизвестность. Дверь могла открыться. Пол подо мной мог провалиться. Потолок мог обрушиться. А могло и вообще ничего не произойти.

***

Минуту ничего не происходило. Тишина стояла абсолютная. Я уже подумывала было толкнуть дверь самой, либо вообще ретироваться, пока не поздно. Вот смеху-то будет, если это и впрямь окажется просто чей-то дом (или логово), а я тут стучусь, как последняя дура!

Ан нет.

Буквально через мгновение дверь бесшумно отъехала в сторону. В проёме стоял разумный (наверное), закутанный в черно-синюю мантию с ног до головы. Складки ткани лежали так, чтобы не было видно ни единого изгиба тела. Даже лицо было скрыто глубоким капюшоном.

Информатор собственной персоной.

Вот откуда у них этот эпатаж? Любые другие уважающие себя маги, особенно столь скрытные, не считая всяких полубезумных пророков, предпочли бы пару точных заклинаний маскировки. А тут — плащ, который скрывает лицо. Самый что ни на есть дешёвый трюк. Ненадёжный, бросающийся в глаза и абсолютно театральный.

Или… Или он тоже магический? Не просто кусок ткани, а нечто большее? Может, эта мантия искажает не только внешний вид, но и само восприятие смотрящего, заставляя мозг скользить по ней, не цепляясь за детали? Или, что ещё хуже, она является частью его самого?

А не важно… Я тут не за этим.

Существо не произнесло ни звука. Оно просто стояло, ожидая. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Они не просто прятались. Они создавали легенду. И, чёрт возьми, это работало.

Хотя, если так подумать, похоже гильдия в принципе не пряталась, а скорее именно что скрывала личности своих людей? Ведь говорили же мне, что эти милые домики есть в почти любом городе

И вот что мне делать дальше, скажите на милость?

Мы смотрели друг на друга как два барана. Он молчит, и я молчу. Может, что-то скажешь, дружок? Хоть “здравствуй”, хоть “пошла нахрен”? Но нет, изображает из себя загадочную статую. Просто прелесть!

Минута, вторая… Тишина такая, что слышно, как пылинки кружатся в луче света, падающем из дыры в крыше. Романтика! Ничего не скажешь. И не спрашивайте меня как это звучит! Это нервы.

— Здравствуйте? — наконец, неуверенно выдавила я, чувствуя себя полной дурой.

Молчит. Может, это и вовсе магический истукан? Типа, подождите, идёт загрузка, не выключайте питание...

Но нет ведь… Что-то живое там точно было. Какое ИИ в фентези? Хотя может тут и есть маг. аналоги? Поезда-то ходят.

Так, хорошо, хорошо… Я переступила с ноги на ногу, демонстрируя нетерпение. Он — недвижим. Напоминает королевскую гвардию у Букингемского дворца — ни единого шороха, ни намёка на движение. Прелесть, просто очаровательно.

– Эм… Я попала в гильдию информаторов? – спросила я, всё ещё не веря, что это не ловушка. Ну, мало ли, и…

Сработало! Сообщение дошло.

– Да. Именно так, – раздался безжизненный, механический голос из-под капюшона.

Пауза. Я моргнула. То есть… “Да”? Вау! Оно говорит!

Я чуть не подпрыгнула на месте от внезапного облегчения. Победа! Я всё же здесь! Итак, что там дальше?

– И как мне получить нужную мне информацию? – постаралась говорить твёрже. – Мне должны были оставить сообщение.

– Кто? Пароль? – голос был глухим и абсолютно безэмоциональным. Просто констатация факта, без капли интереса. А догадка про ии мне все больше нравится. Прямо как в наше время, точнее, пару лет назад.

Так. Что он там спрашивает? Пароль-пароль-пароль… А, точно! Он же был максимально простым.

– Элларион-Артай, – гордо заявила я, чувствуя, как уголки губ сами собой ползут вверх.

Фигура в мантии замерла на секунду, будто сверяя что-то в невидимом каталоге. Затем кивок, почти неощутимый.

– Сообщение для вас есть. Ожидайте.

Что-то же они должны были мне сказать, верно?! Блейзу эта информация тоже досталась, и бог весть знает кому еще. Но что же теперь? Самой не читать?! Нет уж! Ни за что!

Он кивнул, ненадолго отошел, и за ним клубился мрак… Не метафорически. Действительно, какой-то черный туман, переливавшийся всеми оттенками черного и глубокого фиолетового. Эта магическая штука моментально скрыла его фигуру.

Если думаете, что у черного нет оттенков – спросите дизайнеров. Я как-то нарвалась на этот миф, пытаясь подобрать цвет для сайта… Закончилось всё тяжелой мигренью и спором с подругой.

Он вернулся буквально спустя пару минут и протянул мне небольшой конверт из плотной, желтоватой бумаги. И всё? Просто “держи”? Итак, что у нас там внутри?

Я с замиранием сердца взяла конверт. А ведь на нём была аккуратная восковая печать – стилизованное изображение раскрытого листика…Чего-то. Я не ботаник, не разбираюсь чего.

И тут же в голове зашевелился чёрвячок сомнения: откуда они узнали содержимое, чтобы передать его драконам? Что, у них тут есть местный аналог рентген-сканера, или они все послания наизусть знают? Или, что более вероятно, это не оригинал, а копия?

Что ж, содержание сейчас было куда важнее моих догадок. Я сломала печать и развернула лист.

«Здравствуй, Рина!

Надеюсь, это письмо до тебя все же дойдет. Начну с главного. По переселению душ информации практически нет. Ты знакома со стандартным кругом жизни и смерти?»

Нет… Я же только недавно здесь.

«Надеюсь, что знаешь. Твоя душа явно выпала из него и переселяется не так, как надо.»

Стоп-стоп-стоп. Ты мне не расскажешь о нём, об этом круге? Просто бросил фразу и всё? Вот ведь гадство. Но как минимум мы теперь знаем, что тут есть какая-то система, какой-то порядок, из которого я выпала. Это уже направление для поиска.

Я вернулась к письму.

«Кстати, та убийца после того как ты ушла, проснулась. Мне стоило немалых трудов понять, почему ты вдруг на меня напала, но она теперь мертва… Надеюсь, на тебя это никак не повлияло.»

Выжил! И даже не поранился! Надеюсь. Это меня радовало, губы сами расползлись в широкую улыбку. Отлично! Значит, в той петле всё обошлось.

И можно сделать вывод, что люди потом оживают, после того как моя душа куда-то там улетает. Это хорошо! Одна проснулась в больнице, вторая…

Ой. Я загнала ту девушку в рабство к Баалторам. Или Блейз её потом отпустил? Кто ж теперь знает. Что ж, зато она не умерла в цунами! По крайней мере, она выжила. Всё лучше смерти, верно?! Я вздохнула, чувствуя лёгкий, но неприятный укол совести. Что там дальше?

«Ты знаешь, что магия душ давно запрещена? Ею владеют лишь очень древние маги, боги и духи. Раньше были целые расы, управлявшие этим, но они вымерли, точнее истреблены. И вблизи твоего города никаких ставок древних или бывших рас нет, никаких старых магов, никаких домиков духов, обычное захолустье. Так что если тебя перенес артефакт, то очень древний. Но откуда тогда он черпает силы на поддержание?»

Вот это уже серьёзно. Запретная магия. Истреблённые расы. Древний артефакт…

А вот источник энергии... Откуда эта штука берёт силы, чтобы снова и снова перезапускать время? Ответа у меня, разумеется, не было. Но одно было ясно — масштаб происходящего был куда больше, чем я думала.

Артефакт – очень вряд ли, слишком большой запас нужен. Я пришла к тем же выводам. А вот духи? Кто это? Призраков знаю, как та девочка в ловушке… Любопытно.

Хотя всё равно это скорее всего тот самый Шут, спасибо Блейзу за наводку. Да и тому жрецу тоже. Я начала читать дальше.

«Богов, которые могли бы этим заняться, я не знаю, да и масштаб не тот. Для Хаоса мелковато, для остальных слишком глупо, разве что эксперименты Арзуми или Зайто… Но тоже сомневаюсь. Я бы поставил на то, что тобой заинтересовался злонамеренный дух.»

Злонамеренный дух. Не бог, не артефакт, не древнее заклятье. Нечто бестелесное, разумное и враждебное. Которое играет мной, как кошка с мышкой. От этой мысли по коже поползли мурашки. Это объясняло всё – и непредсказуемость, и личный, почти издевательский подбор ситуаций.

Хаос… Да. Это тот еще типчик. Я уже как-то думала, что для него все слишком последовательно. Слишком “точно”. Он предпочитал спонтанность, сюрпризы и непостоянство. А тут цикл.

Арзуми, как говорил Эл, Темная Богиня Знаний.

Для нее это все как-то… Тупо. Ну честное слово! Вот что она так узнает?! Тысячу оттенков паники?! Так это и без моей помощи проследить можно.

Кто такой Зайто я в душе не знала, впервые слышу. Ладно, потом узнаем.

«Это пока всё, что я нашёл. Удачи тебе. И оставь хоть пару слов. Буду искать ещё. Элларион. P.S. Я оставил деньги ещё на тройку писем. Плюсом тебе 100 золотых. Надеюсь, поможет! Береги себя.»

Ниже на отдельном листке лежал чек на те самые 100 золотых.

Сначала я просто не поверила.

Элларион… Он не просто искал информацию. Он заботился. Оставил деньги на связь.

Я медленно опустилась на ближайший стул, сжимая в дрожащих пальцах хрустящий чек. В горле встал ком. Впервые за долгое время я почувствовала не всепоглощающее одиночество в этом кошмаре, а тонкую, но прочную нить. Нить, протянутую из прошлой жизни. Кто-то знал. Кто-то верил. Кто-то помогал. Орки не знали всего, Эл же был вкурсе.

Даже злонамеренный дух уже не казался таким всесильным. У меня появился ресурс. И появилась цель – выяснить, что это за сущность, и зачем она меня преследует.

«Оставь хоть пару слов», – напомнил я себе.

Я перевернула письмо, обдумывая каждое слово. Потом решительно повернулась к истукану в мантии.

– Можно у вас перо? – спросила я, чувствуя себя немного нелепо, прося канцелярские принадлежности.

Он безмолвно протянул руку – точнее, складку мантии, из которой возникло изящное перо с темным, почти металлическим наконечником.

Посеребрянное, перо, дай боже не павлинье. Вы уж решите, бедность или эпатаж… Но ладно.

Оно было холодным на ощупь. Я развернула письмо и вписала на свободном месте свой ответ, стараясь выводить буквы четко:

«Привет! Это Рина!

Спасибо, Элларион, информация интересная, но, к несчастью, пока ничего не дает. После тебя я переродилась еще дважды, и сейчас нашла время зайти в гильдию. Удачи!

Буду ждать новостей.

P.S. Надеюсь, ты нашел себе дом!

И спасибо. Огромное. Мне важно знать, что у тебя все хорошо.

P.P.S. Хрог-Артай. Пароль. Хрог и Шрыг – пара моих новых друзей, орки, но они не знают кто я. Мало ли.»

Про Баалторов, Блейза и прочие щекотливые темы лучше не упоминать. Гильдия информаторов – структура полезная, но кто знает, куда утекут эти сведения. Некоторые подробности лучше оставить при себе. А судя по тому, как отерагировал эльфик на карту, говорить о Шуте – подвергать опасности самого Эла. Так дело не пойдет.

Я аккуратно сложила письмо и вернула перо. Тень в мантии приняло его, и мой ответ бесшумно исчез в складках ткани.

– Передано, – прозвучал тот же безжизненный голос.

– Хорошо. И еще. Я могу оставить сообщение под паролем Хрог-Артай?

– Да. Гоподин Элларион оставил деньги на письма.

– Отлично! Тогда если что, сохраните их для меня! И…

Я задумалась на секунду. Рисковать? Пожалуй, да. Честность уже сработала с самим Хрогом. Почему бы не повторить?

– Покажите это письмо тем, кто придет по паролю, – я кивнула на тот самый листок с ответом Эллариона, – и скажите, кто я. Я же могу передать информацию о СЕБЕ бесплатно?

Фигура в мантии замерла, будто сверяясь с внутренним уставом. – Корреспонденция, исходящая от вас о вас же, не тарифицируется при небольшом количестве, но мы не почтовая служба, – после паузы произнёс информатор. – Сообщение будет доставлено.

Идеально. Теперь орки будут знать, что я жива, где меня искать, и что я не исчезла, не попрощавшись. У темных такие мелочи значат больше, чем договоры, скреплённые кровью.

– Благодарю, – кивнула я и сложила руки на груди груди.

– Вы выкрали часть информации обо мне, – заявила я. – Из моего письма. Вы сделали копию или просто прочли её, чтобы найти для Блейза. У вас не было на это моего разрешения.

Безмолвная фигура не пошевелилась, но я почувствовала, как воздух в комнате стал гуще.

– Я не буду спорить с Гильдией о её методах, – продолжала я, делая ударение на слове “спорить” – Но я хочу знать, что именно вы узнали. И я хочу, чтобы вы передали ЭТУ информацию – ту, что выкрали – оркам, всмысле тем, кто придет по паролю… Содержащему часть Артай. Вместе с письмом. Считайте это… исправлением оплошности.

Это был рискованный блеф. Я смотрела в непроглядную тьму под капюшоном, ожидая ответа. Готовясь к тому, что дверь захлопнется у меня перед носом. Или к чему-то похуже.

Глава 18. Маленькая победа

Я сделала паузу, давая ему переварить мои слова.

Фигура в мантии оставалась неподвижной. Когда он заговорил, его безжизненный голос приобрел оттенок угрозы.

– Вся информация, проходящая через Гильдию, является ее собственностью, если не внесена отдельная плата за сокрытие Но… вы можете запросить информацию о себе. Так как она относится к уровню общего пользования, мы можем сделать вам скидку и предоставить ее без оплаты. Один раз. Как первая покупка в Гильдии, по общим правилам.

Он не извинился. Он не признал нарушение. Он просто констатировал правила игры и сделал минимальную, чисто символическую уступку, чтобы замять потенциальный конфликт. Если это вообще была уступка.

Прежде чем я успела что-то сказать, его рука – или то, что было ее подобием – скользнула в складки мантии и извлекла еще один конверт, абсолютно матово-черный, буквы блестели серебром. Он протянул его мне.

– Ваша личная карта. Передача исходных данных третьей стороне уже должна быть оплачена ими или вами. Но мы можем передать ваше пожелание.

Я раздраженно кивнула и взяла конверт. Это не была победа. Это было напоминание: я имею дело с системой, для которой я – всего лишь единица данных.

Развернув конверт, я увидела лаконичную справку:

РИНА АРТАЙ. Также когда-то Лианне Марей, и Ригия Лей. (неподтвержденные данные, уровень доверия, 86%) Статус: РИНА АРТАЙ – пропала. Последняя известная локация: Ка’Рот. Темная Империя (неподтвержденные данные, уровень доверия, 86%) Примечания: скорее всего проклята. Элларон Лойр Лиоллин Кайлон Кион подозревает влияние сильного духа, и что душа выпала из Круга. (не подтверждено. Уровень доверия 60%)

Известные реинкарнации: 3 (неподтвержденные данные, уровень доверия, 86%) Уровень доступа к данным: ОБЩИЙ.

А, да. Имя. Элларон, я успела перепутать… Хотя в пароле он указал Элларион…

А ведь они знали. Они все отслеживали. И “общий уровень” означал, что любой член Гильдии, заплатив скромную сумму, мог узнать обо мне все это.

Я подняла взгляд на безликую тень. – Благодарю за “жест”, – сказала я, и мой голос прозвучал чуть раздраженно. – Деньги храните у себя, как и письма.

Он лишь кивнул и исчез. Что ж, а дальше было не сложно узнать информацию, про каждую из моих “личностей”

Теперь предстояло самое сложное – дождаться ответа. И понять что делать дальше.

Так… Я повернулась к нему и снова постучала. Возник он также, как и в первый раз.

– А что насчет Шута? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал деловито, а не отчаянно. – Сколько будет стоить информация о нем?

Фигура в мантии замерла, и на сей раз пауза затянулась.

– Гильдия не берет официальные заказы на Шута, – наконец раздался безжизненный ответ. – Проверенной информации, удовлетворяющей нашим стандартам, не существует.

Я чуть не сжала кулаки от разочарования, но он продолжил:

– Однако… в архивах имеются непроверенные данные. Слухи. Обрывки. Доступ к ним не гарантирует истину и стоит пятьдесят золотых.

Пятьдесят. Целая половина моего внезапного богатства. И все это – за кучу слухов. На это можно было бы нанять охранника, но…

Сердце упало. Отступать было нельзя. Даже намек, даже ложный след был лучше, чем полная тьма.

– Я понимаю риски, – сказала я, доставая из кошелька золото, монеты покатились по ней с тихим звоном.– Я готова заплатить.

Далее. Информатор, казалось, не двигался, но из глубин его мантии послышался тихий шелест, будто перелистываются невидимые страницы. Его голос зазвучал ровно, зачитывая сводку.

– Шут. Классификация: мифическая сущность, угроза неопределенного уровня. Первые упоминания относятся к периоду около двенадцати тысячелетий назад. Со временем ряд необъяснимых событий и аномалий начали приписывать ему.

Известно, что некоторые могущественные духи и прочие сущности пытались присвоить себе этот титул, имитируя его почерк. Однако, если Шут реален, то он оперирует магией душ, вероятности и времени.

Его мотивы и цели неизвестны. Общим для предполагаемых случаев контакта является одно: личности, с которыми он взаимодействовал, в момент контакта находились в эпицентре или оказывали ключевое влияние на масштабный катаклизм. После такого события они в большинстве документированных случаев бесследно исчезали. Неизвестно куда. Существует также множество неподтвержденных отчетов, где жертвы… или избранные… оставались живы. Общим элементом часто является Карта Шута.

Статистический анализ, проведенный Гильдией, показывает: те, кто видел эту карту, в среднем живут значительно меньше и с гораздо более высокой вероятностью становятся ядром или жертвами пространственно-временных и реальностных аномалий. В связи с этим Карта Шута признана артефактом высочайшей опасности и запрещена.

Примечательно: в магическом сообществе этот феномен внушает особый страх, так как личная сила мага, по всей видимости, не является значимым фактором защиты, если Шут действительно проявил интерес. На данный момент не зафиксировано ни одного подтвержденного, однозначного контакта.

Его голос, монотонный и лишенный всяких эмоций, продолжил, вынося мне окончательный приговор.

– Согласно неподтвержденным отчетам, его возможные жертвы… или цели… начинали страдать тяжелой паранойей и навязчивым поиском скрытых смыслов и закономерностей в самых обыденных событиях. Неизвестно, насколько это является частью его природы или просто следствием столкновения с необъяснимым.

Уровень психических отклонений у лиц, предположительно контактировавших с феноменом, в среднем значительно возрастал. Также… все случаи и связи, которые изначально приписывались Шуту, при детальном рассмотрении по отдельности могли быть объяснены как цепь случайных совпадений. Нити рвались, доказательства рассыпались.

Гильдия не смогла установить точной, неопровержимой взаимосвязи. Однако совокупность всех этих “совпадений”, растянутая на тысячелетия, позволяет строить гипотезу о том, что Шут может существовать. Достоверной информации, повторюсь, нет.

В связи с этим, Гильдия официально не берет задания на поиск и проверку информации о Шуте. Ни за какие средства. Мы признаем эту задачу… невозможной для нас на текущем уровне понимания мироздания.

Он замолчал. В воздухе повисло тяжелое, гнетущее признание собственного бессилия со стороны организации, которая, казалось бы, должна знать все.

Просто превосходно! То есть дальше… Я или погружаюсь в паранойю и возможно схожу с ума, или пытаюсь найти то, что не смогли найти ОНИ. И как вот с этим работать?

Я стукнулась головой о стену, стена ответить мне на захотела. Пятьдесят золотых. Много, но по крайней мере стало чуть более ясно.

***

– Хорошо, – выдохнула я, чувствуя, как почва уходит из-под ног. – Есть ли кто-то еще, кто знал Шута? Предположительно? Или… кто его искал?

Тень в мантии замерла, и на этот раз пауза была особенно долгой и многозначительной.

– Да, – наконец прозвучало, и в этом одном слове почудилось нечто, отдаленно напоминающее предостережение. – Дух, известный как Старый Паук. Он активно искал Шута и неоднократно пытался имитировать его почерк, подстраивая “случайности” под свои цели. Кроме него, в списках значатся еще несколько… сущностей.

Он сделал очередную паузу.

– Возможно, они сами вас найдут, когда узнают, что вы спрашивали о Нем. Интерес к Шуту редко остается незамеченным в тех кругах, где водятся такие охотники.

Вот так. Мне не просто продали информацию. Мне выписали приглашение на охоту, где я была одновременно и охотником, и дичью. Спросив о Шуте, я повесила на себя невидимую метку, которую теперь учуют все те, кто одержим этой же тайной.

Я медленно кивнула, сжимая в кармане конверт с деньгами, который внезапно показался не платой за ответы, а гонораром за мою собственную голову.

– Понято. Будет… интересно.

Развернувшись, я вышла из полумрака гильдии на грязную, шумную улицу. Но теперь ее звуки и запахи казались чужими. Где-то там, в тенях между мирами, Старый Паук и ему подобные уже, возможно, повернули свои многочисленные глаза в мою сторону. Погоня началась.

Я достала Карту Шута из кармана и вгляделась в простые, грубые линии. “Вот ведь… – прошептала я. – И зачем ты все это делаешь? Какой во всем этом смысл?”

Ответа, конечно, не последовало. Лишь тихий шепоток паранойи в подсознании, на который я уже почти перестала обращать внимание.

Хватит. С меня довольно. Хрен с ним, с Шутом, с его играми...

Я резким, решительным шагом развернулась и направилась в сторону городской стражи. Пусть прикроют ту лавочку. Гильдии и магам на мои жалобы будет плевать. Но вот страже не все равно на собственность города… Иллюзорная стена, прячущая смертельную ловушку в жилом квартале… Это уже посягательство на их территорию. На их власть.

Особенно если намекнуть, что тот, кто это поставил, явно над ними издевается.

Я сунула карту обратно и ускорила шаг, на лице у меня застыла решительная ухмылка. Черт. Ну, маг! По крайней мере ты ответишь за убитого ребенка.

***

На улице уже начинался вечер.

Впереди, в конце улицы, виднелась сторожка – убогое каменное зданьице с потертой вывеской. Так. Главное – чтобы меня сразу не приняли за сумасшедшую и не пришили за сопротивление. Я, набрав воздуха, распахнула дверь.

Внутри царила атмосфера скуки и витал дешевого табака. Два стража в поношенных кирасах лениво перекидывались в кости. Третий, похожий на начальника, с отвращением разбирал какие-то бумаги.

– Эй! – громко, с вызовом, начала я, привлекая их внимание. – У вас тут один маг своевольничает! Наглым образом проделал дырку в городской стене! Устроил там полосу препятствий!

Начальник медленно поднял на меня уставшие глаза.

– Какая еще дыра? – переспросил он с явным недоверием. – И кто ты вообще?

– В тупике за землями орков! – я ткнула пальцем в сторону. – Целый участок кладки – одна большая иллюзия! Нарушение целостности городских укреплений! Кто ему такое разрешил? У него есть лицензия на проведение строительно-магических работ в обход городского Управления?

Я сделала ударение на словах “городские укрепления”, и “лицензия”. Лицо начальника потемнело. Его подчиненные переглянулись. На трупы и магию им могло быть плевать, но на то, что какой-то маг самовольно ковыряет их стену, да еще и без отката… это било по самым болезненным струнам – по гордости.

– Ты это… – начальник тяжко поднялся, его взгляд стал собранным. – Покажешь. И если это розыгрыш…

– Это не розыгрыш, – парировала я. – Идете? Увидите сами, как кто-то похабно нарушает городские регламенты.

Я резко, не дожидаясь их, рванула обратно к тупику и, подбежав к злополучной стене, ткнула пальцем в свою же кривую надпись “ОПАСНО. ЗЛОЙ МАГ. ЛОВУШКИ”

– Вот! – выдохнула я, поворачиваясь к запыхавшимся стражам, которые бросились за мной. – Видите? Сплошное нарушение! И вид, извините, неэстетичный. И целостность нарушена! Вы ведь вернете стене нормальный вид? И призовете этого магического хулигана к ответу? А то что же это получается – любой умелец может тут, в историческом центре, дыры под себя пропиливать?!

Я стояла, уперев руки в боки, с видом оскорбленной горожанки, которой испортили любимый вид из окна. Главное сейчас – сделать вид, что вся эта история исключительно о бюрократии и внешнем виде города, а не о ловушках и призраках.

Старший стражник, тяжело дыша, подошел вплотную к стене и провел рукой по камню. Его пальцы бесшумно ушли внутрь из-за чего он чуть не упал.

– Твою мать… – с неподдельным изумлением пробормотал он. – И вправду дыра.

Его напарник свистнул.

– Ну, этот “художник” попал, – злорадно хмыкнул старший, поворачиваясь ко мне. – Ладно, гражданка. Будем разбираться. Спасибо за бдительность.

Он уже доставал из-за пояса амулет связи. Магическая аномалия была одним делом, а несанкционированная перепланировка городских укреплений – совсем другим, куда более понятным и доходным. А темные терпеть не могли, когда нарушают ИХ правила и наступают ИМ на гордость. Все. Теперь этой гадости тут не будет.

Пока стражи, ворча и сверяясь со схемами, обшаривали проход, я отступила в тень, туда, где стена казалась особенно бесплотной. Острая боль – быстрая, знакомое жжение – и капли крови упали на камни. Я приложила ладонь к холодной поверхности и тихо прошептала, вкладывая в простые слова всю надежду, на которую была способна:

– Милая… Уходи. Ловушку… уберут. – Я сглотнула комок в горле, подбирая слова на ломаном эльфийчком, зная, что она поймет лишь суть. – Мама… скоро. Придет. К себе.

Я не знала, правда ли это. Не знала, сможет ли она вернуться в мое тело и уж точно не была уверена, что будет с девочкой, когда ее земное тело окончательно истлеет в той каменной ловушке. Но я должна была дать ей этот шанс. Дать ей уйти, не держась больше за это место надеждой на встречу.

Воздух передо мной дрогнул. На мгновение показалось, что в глубине камня мелькнуло знакомое сияние – не радостное, но… спокойное. Или это просто отсвет факела стражи?

Пальцы разжались. Кровь на руке уже запекалась. Я отступила, чувствуя странную, горькую пустоту. Свою работу здесь я сделала. Остальное было не в моей власти. Но хотя бы один дух я отпущу. И…

Но хотя бы одного духа я отпущу. И…

Я стояла, глядя на неподвижную стену, и это знание согревало что-то холодное и сжавшееся внутри. Пусть ловушки останутся, пусть Шут продолжает свою игру, пусть Гильдия ведет свою…

Но духи все помнили. А значит, это не сотрется. Мое шепчущее обещание, ее тихое прощание – они останутся в ткани этого мира, крошечной, но настоящей победой сострадания над равнодушием.

Я повернулась и пошла прочь, не оглядываясь, оставив стражей разбираться с дырой в их стене. У меня были другие дела. Деньги в кармане, зацепка в голове и странное, тихое тепло на душе. Одинокий огонек в кромешной тьме, но он был мой.