Адепты Владыки: Бессмертный 4

1. Бессмертный — 84

Сегодня идёт двадцать третий день с момента, как безымянная девушка пришла в мой дом и предложила мне поклясться в верности некоему Владыке. С тех пор моя жизнь кардинально изменилась. Мне больше не нужно ходить на рутинную работу, чтобы в конце месяца получить фиксированную заработную плату. Сейчас я достиг того момента, когда за одно единственное задание, пришедшее на телефон, могу получить больше, чем за месяц в моей “прошлой” жизни.

Но даже так, я не чувствую себя достаточно счастливым. Не в деньгах счастье. Никогда не думал, что скажу это. Сколько бы я не заработал, я не могу купить себе бессмертие. Точнее, это не совсем так. Всего за двести тысяч рублей мне доступна разовая активация омолаживающей магии, которая должна будет скинуть один год жизни. И, казалось бы, чего ещё желать?

Средства к существованию имеются, а молодость доступна лишь по клику в телефоне. Только почему-то мне этого недостаточно. Люди слишком уж алчные существа и я не исключение. Чем больше мы имеем, тем большего нам хочется. И вроде бы, ещё “вчера” я не имел ничего, а сегодня уже ворочу нос от того, чего желал долгое время.

Или же это не алчность? Человечество в целом всегда стремилось к прогрессу. И пусть этот самый прогресс двигали единицы, это не значит, что все остальные не приложили к этому своей руки. Представим себе обычного древнего торговца. Сначала он покупает что-то в одной части города, а позже с крохотным наваром перепродаёт в другой. Затем, желая заработать больше, покупает повозку и начинает затариваться уже в другом городе, значительно увеличивая свою прибыль. У него на руках появляется ещё больше денег, и он вкладывает в расширение бизнеса, нанимая себе подчинённых, которые будут делать то же, что делал он сам. Сначала появляется ещё одна повозка. Затем две. Три. И вот через десяток лет человек уже владеет целой торговой сетью, которая обеспечивает товарами десятки городов.

С одной стороны, наш торговец желал лишь одного — личного богатства. С другой же, его бизнес привёл к тому, что множество людей получили новые рабочие места. А у простых жителей городов появился доступ к значительно большему перечню товаров, чем было изначально. Да, может быть цены на привозимые вещи не самые лояльные, но лучше уж иметь возможность купить что-то нужное, пусть и втридорога, чем не иметь такой возможности вообще. Алчность одного привела к улучшению уровня жизни множества.

И таких примеров не мало. Правители, которые захватывали земли, а затем, чтобы люди на них не бунтовали, давали им льготы и послабления, по сравнению с предыдущим владельцем. А ведь изначально те, кто стояли у руля, не преследовали цели облегчить жизнь простым пахарям. Они желали расширения собственного влияния. И они его получили. Но и население не осталось внакладе. Естественно в истории были и другие примеры, закончившиеся не столь радужно, как описал я.

А если вспомнить учёных, изобретения которых меняли мир семимильными шагами? А ведь редко когда люди, обладающие выдающимся разумом, творят что-то ради других. Некоторые, возможно. Только многие из них делают это ради любопытства. Во все времена они пытались открыть или придумать что-то новое, о чем никогда не слышало человечество. Далеко не все из них изначально знали, что в итоге получится. Они просто что-то делали и в конце получали результат, менявший весь мир.

Только я не правитель, не торговец и не учёный. Моя алчность направлена лишь на обретение собственного могущества, которое вряд ли как-то поможет кому-то ещё. Имея деньги и потенциальную возможность не стареть, я хочу большего. Разве можно назвать бессмертным того, кто может погибнуть в простой автокатастрофе? Или истечь кровью от сосульки, что случайно упадёт на голову с крыши многоэтажки? А с учётом моего текущего рода деятельности список того, от чего я могу умереть, расширяется до небывалого количества пунктов. Да и от десятка пуль, выпущенных из автоматического оружия, мой лёгкий бронежилет не спасёт. Меня может разорвать или даже растоптать особо крупный монстр. К тому же моё сознание не менее уязвимо, чем физическая оболочка. Один приказ, и моё тело без моего желания прыгает с небоскрёба. А ведь ещё кроме телесной, есть смерть духовная. Мою душу может поглотить какой-нибудь божок, особо жадный до силы. Или в Аду меня сожрёт кто-то, чьи силы будут на порядок выше моих.

Спустя три недели работы на Владыку я стал значительно сильнее, как в физическом, так и в духовном плане. Но я по-прежнему уязвим для обычного стрелкового оружия. Да, я способнее среднестатистического человека, но это не значит, что кто-то с должным вооружением не сможет меня убить. Что уж говорить про монстров и других сверхлюдей. Богов и приспешников Создателя вообще обсуждать нет смысла. Эти сущности совсем на другом уровне.

Получается, что если нет гарантий победы даже над простым человеком, как моё текущее состояние вообще можно называть бессмертием? А с учётом опасности работы, так и вовсе шанс умереть у меня значительно выше, чем у среднестатистического обывателя. И именно понимание этого толкает меня вперёд. Того, что имею, недостаточно. Мой верный дух-компаньон Безликий показывал мне момент боя Абрахама и Симуса. Жнеца смерти окунули в кислоту, которая за мгновения сжигала деревянную мебель. А он вышел оттуда без единого ожога. А затем ему и вовсе руку отрубили, а та приросла обратно уже в следующую секунду. Вот примерно такой уровень я могу назвать бессмертием. И именно к нему я собираюсь стремиться.

Но и про своих союзников нельзя забывать. Дух-инспиратор Безликий уже давно стал частью моей семьи. Защитница места Авдотья Митрофановна, которую я ласково называю “Дуся”, тоже входит в состав пусть маленькой и странной, но всё же семьи. Ведь семья это не только родственники по крови. Пусть остальные говорят, что хотят, но для меня семья это те, ближе кого просто нет. Эти два духа для меня единственные, с кем я могу поделиться своими переживаниями. А так же они те, кому я готов помочь просто потому, что эта помощь им необходима. Разве не так должны поступать те, кто считают себя семьёй? Я принял их со всеми их недостатками, а они поддерживают меня в стремление к моей цели.

Есть правда у меня и родственник. Он сейчас не в самой лучшей форме, да и тела у него человеческого нет. И вот его я не считаю своей настоящей семьёй. У меня и Абрахама скорее деловые отношения. Их нам навязали, но это только сплотило нас. Я знаю, к чему стремится мой прадед, а он понимает, чего хочу я. И мы стараемся оказывать друг другу помощь в рамках нашего соглашения. Правда, пока что могущественному духу, что желает выбраться из книги и обрести плоть, я ещё не особо-то помог. Проблема заключается в том, что я всё ещё слишком слаб, чтобы обеспечить выполнения его планов.

Поэтому, день ото дня я работаю над собой, стараясь стать сильнее. Мне это выгодно. Абрахаму это выгодно. Моей семье это выгодно. Может быть, моя алчность и не так уж персональна? Ведь обретённая мной сила послужит защитой не только мне, но и тем, кто мне близок. Кроме выше названных в этот список ещё входит ночной дух Мара. С тех пор, как я её подобрал, от неё не было никакого толка. Но… Чутье подсказывает, что она не так проста, как кажется. Не знаю, как это описать, но я чувствую, что она не просто тёмный комочек дыма со светящимися глазами. Что-то в ней точно есть. Какой-то нераскрытый потенциал, о котором мне не ведомо. Да, ночью она поглощает мою духовную энергию, что отображается в уменьшающихся зарядах души. Но этого недостаточно, чтобы я её прогнал. Иногда я просыпаюсь ночью и ощущаю возле себя маленькую пушистую лисичку. Пусть сейчас она слаба, но я верю, что однажды её сил хватит, чтобы спасти моё недостаточно бессмертное тело.

А ещё на чердаке живёт ворон по прозвищу Чернохвост. Его самого и его супругу я периодически подкармливаю. Сам же пернатый служит мне глазами в те моменты, когда моей собственной пары недостаточно. И пусть у него есть своя собственная семья, он мне тоже близок и очень дорог.

Жить одному тяжело. Но когда вокруг столько существ, способных сгладить одиночество, даже тёмные тучи над головой выглядят не столь ужасно. И даже дождь, что сейчас будто бы непроходимое препятствие стоит за окном, не кажется таким уж непреодолимым. Вчера на улице висел непроглядный туман, а сегодня небо будто бы прорвало. Белёсая дымка осела, дав дорогу нескончаемому потоку воды.

Стоя у окна в гостиной, я наблюдал за тем, как люди, прикрытые зонтами, куда-то спешат. Я не видел их лиц, и практически не различал одежды, но по одному лишь виду зонта старался угадать, кто под ним скрывается. Под большим и чёрным идёт, скорее всего, солидный мужчина. Его машина сейчас в сервисе, от того приходится, как и все остальные, ехать на работу, используя общественный транспорт. Почему он не заказал такси? Возможно, обслуживание машины обойдётся слишком уж дорого, и он хочет сэкономить на всём, на чём только возможно. А вот под тем розовым зонтом с цветочками бежит девчонка, опаздывая в школу. Как обычно бывает, родители разбудили слишком поздно, отчего и пришлось торопиться.

Я не Шерлок Холмс и не могу быть уверенным в своей правоте на сто процентов. Но мне этого и не нужно. Аналитика не мой конёк.

Только что я дрался против двух иллюзий, которые создал для меня Безликий. Навыки, что я получил после вчерашней тренировки, которые я затем ещё и опробовал в реальном бою, сразившись с группой монстров во время задания, хорошо усвоились, пока моё сознание окутывал ночной сон. В сегодняшнем тренировочном противостоянии я это хорошо заметил. Если вчера меня “убивали” чуть ли не каждую минуту, в этот раз мне удавалось продержаться как минимум две. Прогресс очевиден, но расти ещё есть куда. Жаль, что в гостиной места слишком уж мало. Если завтра утром не будет проливного дождя, попробую выбраться на крышу и потренироваться там. Хотя, навык сражения в ограниченном пространстве тоже важен.

Прикрыв глаза, я слегка покрутил кистью. Вроде и не болит, но лёгкая скованность в движениях всё ещё чувствуется. Вчерашняя миссия не прошла бесследно. Слишком большая нагрузка на руку привела к тому, что вечером я не мог в ней даже вилку держать. К моей радости, в тот же день я неожиданно для себя открыл новый путь развития. По телу любого человека растекается энергия, которую невозможно заметить с помощью стандартных средств. Как её только не называют. Кто-то говорит, что это “ки”, для других это “мана”, для третьих — то ли духовная, то ли жизненная энергия. И хрен разберёшься, кто прав. Знаю я лишь одно. Если перенаправить эту энергию к одному из органов или конечностей, то это их значительно усилит и улучшит способности к восстановлению. Правда, действовать надо аккуратно. Не просто же так в теле эта энергия распределена равномерно. Если слишком сильно перенагрузить какой-то орган, то это может ему лишь навредить или даже разрушить. Потерять зрение или способность ощущать вкусы я не хочу. Поэтому приходится ограничивать себя малым. Но даже небольшое увеличение притока энергии к руке, позволило ей восстановиться меньше, чем за сутки. Изначально я боялся, что на полное выздоровление уйдёт дней пять. А так, к вечеру я уже буду полностью в норме.

А ведь на вечер у меня есть планы. К сожалению, не свидание. Моя жизнь слишком опасна, чтобы втягивать в неё простых людей. В то же самое время встречаться с колдуньей, что живёт двумя этажами ниже, я тоже не хочу. Мы существуем в разных мирах. Владыку, на которого я работаю, мало кто чествует. Он для них лишь выскочка, что появился несколько лет назад и попытался заграбастать кусочек власти в свои руки. Самое интересное тут то, что, похоже, у него это получилось. Сейчас его сети раскинуты как минимум по всей Москве и области. Возможно, у него есть последователи и в других городах. Я даже уверен, что есть. Колдуны не любят тех, кто лезет в их дела. А спрашивается, кто вообще любит? Поэтому от моего текущего покровителя желают избавиться, наверное, чуть ли не все. И пусть разрушительных войн не происходит, это не значит, что подготовка к ним не ведётся. Я даже не исключаю, что Анисью подселили ко мне специально, чтобы та втёрлась в доверие. Не знаю только, что такого из меня можно достать, чтобы навредить Владыке. Ничего из того, что я знаю, не может хоть как-то помешать его планам. О которых я, кстати, совершенно не в курсе. Из информации, которая имеет хоть какую-то ценность, это месторасположение его дома, в котором нынче живёт ещё толпа детишек со сверхспособностями. Ребят и девчат я практически собственноручно вытащил из тайного убежища, где над ними проводили опыты. Мне, конечно же, немного помогли с этим делом.

Будучи неоперившимся цыплёнком, я познакомился с Чеге, который заказал у меня пачку амулетов. После этого мы не раз сотрудничали. И именно вместе с ним и его братом мы вытащили юное поколение из лап монстра. Монстра, скрывающегося под человеческим обличьем. И пусть он тоже, как и я, желал лишь личного могущества, грань явно переходить не стоило. Всегда можно найти способ лучше, чем убийство детей. Он внедрял в их тела артефакты, в надежде потом пересадить их уже себе. Только вот вытащить прижившийся артефакт из тела человека можно лишь с его смертью. И пусть Владыка давал нам это задание, действуя в своих интересах, он не стал уподобляться монстру. Если его слова правдивы, то сейчас все эти дети спокойно живут у него дома, ходят в местную школу и обучаются управлению собственными экстраординарными способностями. Да, я понимаю, что он растит собственную лояльную себе армию. Но как минимум у этих детей есть хоть какой-то шанс на нормальное будущее. В том подвале у них его точно не было.

А что я? Моё будущее всё ещё под сомнением. Возможно, сегодняшняя ночь станет для меня последней на свободе. Я ведь иду грабить музей. Кто знает, как сложатся обстоятельства? Если всё пройдёт хорошо, то никто даже меня не заметит. Но любая, даже самая крохотная деталь может всё испортить. И главное, что не пойти я не могу. За помощь, что оказала мне Дуся, я пообещал достать ей новую статуэтку, в которую она сможет переселиться. Её предыдущая не так хороша, как ей бы хотелось. А вот в музее, в котором проходит выставка египетских древностей, есть интересные экземпляры. И вперёд меня толкает не только данное слово. Эта кошка является частью моей семьи. Если она станет сильнее, то и я стану.

При этом моя совесть никак не реагирует на желание украсть чужую вещь. Да, мне неприятно воровать у города в целом и у музея в частности. Но вреда своими действиями я практически никакого не нанесу. Никто не должен будет погибнуть или потерять средства к существованию. Для обычных людей ничего не изменится. Да и выставка не станет менее интересной. Одна маленькая статуэтка никак не скажется на общем антураже, что царит в стенах музея. Более того, если о пропаже напишут в новостях, это привлечёт людей, что захотят посмотреть на столь ценные древности, пусть в них и будет не хватать одного экземпляра.

К тому же, мне нет смысла оправдываться. Ни перед собой, ни перед кем-то ещё. Я и моя семья — вот что имеет для меня ценность. Всё остальное вторично. Если будет выбор между тем, чтобы пожертвовать самым дорогим, что у меня есть, ради спасения всего мира, то… Для меня это даже не выбор. Мир — лишь место, в котором я живу и от этого я не чувствую к нему какой-либо привязанности. Но при этом я не считаю себя маньяком, способным убить кого угодно. Я ценю жизнь в любом её проявлении. Просто никакое количество чужих жизней не может перевесить мою собственную. И я пойду на всё, чтобы её сохранить.

2. Бессмертный — 85

Дождь гипнотизирует. Проверив время на телефоне, понял, что стою возле окна уже, по крайней мере, полчаса. В целом ничего страшного. После тяжёлого боя с иллюзорными братьями-близнецами всё равно нужен был отдых. Сейчас организм немного восстановился, а значит можно начать заниматься зачарованием. До вечера я планирую закончить как минимум один браслет, нанеся на него две разные схемы. Одна будет отвечать за магию барьера, а вторая за управление. В итоге я хочу получить артефакт, что будет создавать возле моей руки полупрозрачный щит, способный отразить как магию, так и кинетическое воздействие. Не уверен, что барьер выдержит попадание из пистолета или другого более крупнокалиберного оружия. Но ведь надо же с чего-то начинать? Пусть текущая барьерная схема и выглядит довольно просто, у Абрахама в книге есть её старшая сестра, от лицезрения которой у меня просто начинает закипать мозг. Пока что столь сложные рисунки мне просто физически недоступны. Нужно привыкать постепенно. Возможно, в один день я и смогу, как и мой прадед, создавать сложнейшие плетения за секунды. Я всё-таки реалист и свои силы оцениваю вполне здраво.

— Абрахам, — повернулся я в сторону журнального столика, где лежал древний артефакт, — у тебя нет случаем в книге статьи о том, как научиться накладывать зачарования в два слоя?

— А почему не меня спрашиваешь? — вклинилась со своим вопросом Дуся, не дав магу сказать и слова. — Тебе мои советы уже не нужны?

И вот что я должен ей ответить? Я даже толком не могу понять по её интонации, злится она на меня или нет. Эти вопросы она задала с лёгкое долей ехидства. Возможно, так она скрывает обиду? Нет бы прямо высказать, что она думает, вместо этого скрывает свои истинные чувства за сарказмом и иронией. Если я сейчас ей скажу, что готов её выслушать, это никак не улучшит ситуацию. С её стороны это будет выглядеть так, будто я согласился на это, лишь потому, что она о себе напомнила.

— Так ведь ты всегда говорила, чтобы я старался разобраться во всём сам, — этим ответом попытался сделать вид, что спросил совета не у Абрахама, а у “книги”. — Разве нет? А что лучше может помочь разобраться, как не книга?

Дуся фыркнула, принимая мою отмазку. Но пометку себе в голове она точно сделала.

— Нет, нету, — проигнорировав наш диалог, ответил мне маг. — Столь простые и распространённые вещи в книгу никогда не заносились.

— Жаль, — честно прокомментировал я его слова, усаживаясь в любимое кресло. — Дусь, не поможешь?

— Что, не удалось “разобраться самому”, да? — как же было хорошо, когда она могла лишь писать мне в чат, и я не мог слышать её голос. Не то чтобы проблема была именно в нём самом, а скорее в том, что теперь она легко может выражать им всё, что думает обо мне, при этом, не произнося ни единого плохого слова. Надо бы что-то придумать, а то эта атмосфера в моём доме мне совсем не нравится.

— Да, план “Б” провалился, не успев начаться. Поэтому и приходится использовать план “А”, — надеюсь, информация о том, что изначально именно на неё и рассчитывал, растопит её холодное сердце хоть немного.

— Расскажи, в чем именно заключается проблема? — она всё-таки решила мне помочь. Ещё бы не решила. Тогда бы ей снова пришлось быть второй, так как у меня есть Абрахам, который вполне мог бы всё рассказать, не кривляясь.

— Предметы в духовном плане для меня выглядят как плоские листы бумаги. И я совершенно не понимаю, как можно там нарисовать ещё один слой. Из описания управляющей схемы для своего артефакта, я понял, что она должна соединяться в определённых местах со схемой, которой и будет управлять. И судя по записям, эти две схемы должны находиться друг над другом. Управление снизу, барьер сверху. Но как реализовать подобное в одной плоскости я совершенно не понимаю. И как выйти за её пределы, тоже не понятно.

Ничего не говоря, кошка спрыгнула со спинки кресла на журнальный столик и подошла к лежащему там блокноту. Помнится, в прошлый раз она мне так показывала барьерную схему. Интересно, что будет в этот? Вырвав лист зубами, она положила на него лапы секунд на десять, а затем уселась рядом.

— Загляни внутрь, — кивнула она на оторванный листок, — и расскажи потом, что увидел.

Спрашивать ничего не стал. Просто взял в руки лист и “нырнул” в него. Обычная барьерная схема. Точно такая же, как и та, что выучил я. Правда в некоторых местах есть совсем крошечные изменения. Я насчитал четыре точки, что казались чуть больше, чем должны быть. Может это дефект? Всё-таки кошка справилась всего за десяток секунд.

— Вижу барьерную схему, — дал я ответ, как только вернулся в реальный мир.

— И всё? — спросила Дуся, как-то странно на меня посмотрев.

— Ну, единственное, что заметил, так это несколько жирных точек, стоящих в местах ответвлений.

— Сконцентрируйся на одной из них и представь, что точка, это лифт, идущий на этаж вниз. Проследи за её движением и отыщи место, куда она прибывает.

Посмотрев на сидящую рядом призрачную кошку, я попытался понять, она сейчас серьёзно или это очередная подколка. Но ничего подозрительно в её взгляде я так и не заметил. Поэтому, откинувшись на спинку кресла, принялся выполнять её указания.

Висел в духовном плане я долго. Но результата всё же добился. Сначала я вообще понять не мог, чего именно она от меня хочет. Как вообще точка, может быть лифтом? Она же двумерная! Точнее одномерная, но эти точки достаточно большие, так что их можно считать маленькими кругами. Рассматривая их с разных сторон, мне вдруг в голову пришёл образ многоэтажки, у которой нет крыши. Таким образом, если заглянуть в шахту лифта, то движущаяся кабина будет выглядеть двумерной. Но при этом ведь я точно знаю, что она не такая! А значит, если поверить, что и эта точка, тоже имеет объем, можно попытаться вообразить её маршрут. Представив, что несуществующий лифт ушёл вниз, я мысленно прыгнул в шахту, надеясь спуститься до самого низа. Вдруг, мой ракурс обзора изменился, приблизившись к точке в упор, и я провалился внутрь неё, как в яму. С учётом, что тела у меня тут нет, было сложно понять, куда именно я лечу. То ли вверх, то ли вниз. То ли просто вперёд. Особенно было странно ощущать, что в том направлении меня ничего к себе не тянет. Я как Супермен, вытянув невидимую мной руку, летел по собственному желанию. Путь, как и стоило ожидать, довольно скоро закончился, а я попытался выбраться из шахты и осмотреться. Мой обзор тут же вновь изменился, открывая мне вид на совершенно другую схему, кардинально не похожую на барьерную. Но при этом у неё имелись те же самые четыре точки, на том же самом удалении друг от друга. Слегка приблизив взгляд к рисунку, я представил, как от этих точек вверх идут столбы, пристыковывающиеся к другому этажу. Слегка наклонив “камеру” обзора, я и впрямь их заметил. А затем вдруг осознал, что вижу и второй этаж, с которого я только что спустился. Ещё немного поигравшись с собственным видением окружающего пространства, я наконец-то научился легко переходить от одной схемы к другой. А в итоге мне даже удалось отдалиться настолько далеко, что я смог увидеть всю структуру целиком.

— Вау, — только и смог произнести я, вернувшись в своё тело. Правда после этого путешествия у меня сильно закружилась голова, отчего на прозвучавший сразу за этим вопрос Дуси, я ответил спустя лишь несколько минут.

— Получилось?

— Да, — сознание всё ещё крутилось и вертелось, но тошнило уже не так сильно.

— Не благодари, — спокойно произнесла она, запрыгивая обратно на спинку кресла.

— А, — я хотел ещё спросить про то, как мне самому создать ещё один “этаж” в схеме, где существует лишь один слой, но быстро передумал. — Ладно, не буду. Но мою благодарность тебе это не отменяет, — пусть она не хочет слышать моё “спасибо”, но не мог же я оставить её без внимания.

Когда мозги восстановились, я встал с кресла и немного походил по комнате, чтобы убедиться, что теперь всё нормально и координация не пострадала. Затем, нарыв с нижней части журнального столика один из листков с барьерной схемой, которую я не успел сломать, проверяя на прочность, я вновь упал в кресло. В этот раз предстояло уже самому нарисовать свои собственные “шахты лифтов”, чтобы те открыли мне дорогу к новому слою. В целом, оказалось не так уж и сложно. Когда знаешь, что это возможно, добиться результата значительно проще. К тому же, теперь я в курсе, что на холст со схемой можно смотреть не только сверху, но и сбоку. И даже снизу, если очень хочется. Процесс придания объёма изображению мне напомнил некое видео, где какой-то парень рисовал с помощью 3D ручки. Собственно именно этот образ и помог мне. Правда, когда я вёл линию вниз, почувствовал, как схема начала неиллюзорно колебаться. Пришлось приложить довольно много усилий, чтобы уже нарисованная на первом слое картинка не пошла трещинами. Второй, третий и четвёртый столб дались легче, но всё равно приходилось постоянно удерживать всю эту объёмную структуру под полным контролем.

Чтобы убедиться, что я всё сделал правильно, нарисовал на втором слое схему накопителя первого уровня. Правда, по сложности это мне напомнило то, как я впервые зачаровывал колибри. Только тогда сама схема имела довольно высокую сложность. А тут из-за двухуровневой компоновки мне приходится удерживать уже готовый рисунок в стабильном состоянии, пока я черчу второй. Не знаю, как это можно было бы объяснить кому-то, кто никогда не занимался зачарованием. Я вроде как просто хочу, чтобы она не развалилась и структура меня слушается. Только, чем сильнее тряска, тем сильнее всё пытается рухнуть и тем мне приходится прикладывать больше волевых усилий. И не забываем, что в это же время я ещё должен создавать на холсте новые линии, иначе процесс разрушения никогда не закончится.

К моменту как добил вторую схему, я уже совершенно выдохся. Да, процесс занял всего минут сорок, но сил я угрохал просто море. Скорее всего, придётся потратить ещё сколько-то просто на восстановление. Вторую попытку подряд я не потяну. Но результатом остался доволен. Полученные две схемы оказались вполне стабильны и не пытались развалиться без моего присмотра. Только вот, когда я напитал лист маной, а затем попытался проверить его на прочность, постучав по тому пальцем, мои труды рассыпались в пыль. В прямом смысле этого слова.

— Мда…

— У бумаги очень низкая мана-вместимость. Она и один слой тянет еле-еле, а ты на неё два нанёс, — ответил на незаданный вопрос Абрахам.

— Что-то я об этом совсем забыл, — с лёгкой грустью сказал я, смотря на то, что осталось от моей упорной работы.

Посидев немного с закрытыми глазами, я всё же решил, что готов для нового подвига. Поднялся с места и пошёл за коробкой с украшениями. У мамы было много всего. Она любила на руках и шее таскать всякие необычные побрякушки, собранные из камешков или каких-то других странных материалов. Золото она не носила, а серебро покупала довольно редко. Открыв шкатулку, я понял, что не представляю, что из этого мне подойдёт лучше. Да уж. До чего дожил — выбираю, что из женских украшений стоит надеть. Есть в этом какая-то ирония. Ведь обычно я вообще ничего не ношу. Ну не считая того камешка, что я продал в качестве накопителя энергии. Но его заставила надеть именно мать. А теперь у меня на шее висит амулет из трёх камней, в котором живёт Безликий. Плюс я собираюсь ещё и на каждую руку надеть по браслету, чтобы получить защиту в виде барьеров.

— Народ, подскажите, что из этого лучше всего поддаётся зачарованию? Может есть что-то, что вместит три слоя? Просто планирую туда ещё и схему сокрытия впихнуть, — Дуся на мои слова лишь повела ухом, а Абрахам помочь всё же согласился. Всё-таки метательный нож же он мне помог выбрать. У него истинное зрение включено по умолчанию, иначе он вообще ничего видеть не сможет. Так что эта помощь ему ничего не будет стоить.

— Выкладывай на стол и разложи их в несколько рядов, — попросил меня прадед. Логичное действие. Ведь даже если он может видеть коробку насквозь то, как он мне сообщит, какой именно из браслетов нормальный? — Третий во втором ряду. И там же, только восьмой, — я ещё даже не успел закончить, когда мне указали на два лучших варианта. — И тот, что у тебя сейчас в руке, тоже отложи. Он чуть похуже, но три слоя вытянет.

— Ага, — глянул я на ничем не примечательный браслет, собранный из каких-то непонятных, вероятно серебряных фигур. — Спасибо.

Два других тоже ничем особым не отличались. Один из тёмно-зелёных побрякушек, другой из фиолетовых. Мои знания о бижутерии слишком уж слабы, чтобы я мог понять, что именно нанизано на цепочку. Главное, чтобы к лету я научился наносить на предмет три слоя, иначе меня люди на улицах просто не поймут. И пусть браслеты не то, чтобы прям совсем женские, но и на мужские не похожи. Только вот вариант “унисекс” меня тоже не устраивает. По-хорошему бы стоило наведаться в ювелирный вместе с Абрахамом и подобрать себе там что-нибудь. Но по мне это лишняя трата времени и средств. В осеннее и зимнее время вполне можно скрывать украшения под одеждой. Да и к лету, если останусь жив, научусь рисовать уже более качественные барьерные схемы, тогда и раскошелюсь на что-то более качественное и мужское.

— Только выводи схему не на одном из элементов, а черти, сразу охватив их все, включая цепочку.

— Так и сделаю, — кивнул я, закидывая оказавшиеся ненужными украшения на их родное место в шкафу.

Только перед тем, как начать портить браслет, я решил ещё немного попрактиковаться в начертании двухслойных схем. Отрезал небольшой кусочек от простыни, которая к этому моменту уже никогда не будет использована по своему назначению, и приступил к практике. Ткань я решил взять вместо бумаги, так как ещё с одной из первых бесед с Дусей помню, что та не разрушается при повторной активации схемы, в отличие от бумаги. А это означает, что мана-вместимость у ткани больше. Всё-таки мне хочется убедиться, что я всё сделал правильно. А как это проверить, не наполнив схему энергией? Ответа я не знал, потому и пошёл по уже проверенному пути.

Спустя два часа, я усталый побрёл обедать. Всё удалось. И управляющая, и барьерная схема, нанесённые на духовный план отреза ткани, работали как надо. Проверять прочность самого барьера, я не стал. Вместо этого, после того как перекусил и чуток отдохнул, начал подкручивать настройки, чтобы получить нужный мне размер щита. Кстати говоря, выглядел висящий в воздухе барьер довольно интересно. Висел он на расстоянии в три сантиметра, и был похож на обычное, слегка желтоватое стекло прямоугольной формы со слегка закруглёнными краями. То есть, скажем, если воспользуюсь им ночью, враг даже может его не заметить. Если не будет использовать магическое зрение, естественно. Уточнив у Абрахама, узнал, что этот мой щит для него очень даже хорошо заметен и чуть ли не светится.

— Главное, чтобы защищал, — сказал я сам себе, жалея, что не смогу удивить противника.

Ещё несколько часов ушло лишь на то, чтобы придать барьеру нужную форму. Как оказалось, даже расстояние от простыни легко регулировалось, но лишь в определённых пределах. Создать защищающую меня стену в десяти метрах от себя не выйдет. В теории такое возможно, но только если я сам научусь пользоваться магией. Но до этого пока далеко. Так что на данный момент предел находится в десяти сантиметрах. Прикрепив простыню к руке, я активировал схему и начал активно двигать рукой. Ведь защита непроницаема с обеих сторон. А значит, мне нужно настроить расстояние так, чтобы щит никак не сковывал мои движения. В целом ничего сложного. Немного измерений и готово.

3. Бессмертный — 86

Итоговый результат меня очень даже порадовал. “Стекло” получилось шириной в двадцать сантиметров, а длиной в тридцать пять. Этого было достаточно, чтобы полностью прикрыть предплечье и кисть руки. Плюс суммарно два браслета будут давать ширину в сорок сантиметров. Надеюсь, этого хватит, чтобы прикрыть мою тушку. А при острой необходимости, я могу свести предплечья вместе, как бы наложив два барьера один на другой. С учётом, что в такой позе мои плечи буду сведены вместе, с боков меня ничего не должно будет задеть. Я надеюсь. В крайнем случае, если пойму, что ширины недостаточно, после боя смогу её немного подкрутить. Слишком уж сильно увеличивать базовую форму щита я не хочу. Чем он больше, тем его легче пробить, так как вложенная в него энергия распределяется на большую площадь.

Чтобы зафиксировать полученные результаты, перенёс чертёж настроенной схемы на лист бумаги. В теории я бы мог не париться и просто при зачаровании браслета нырять то в одну, то в другую схему, сравнивая параметры. Но я ведь ещё не закончил. Сейчас я хочу сделать для барьера второй режим. Рабочее название — “Стена”. Такой вариант пригодится, когда в меня начнут стрелять чем-то слишком уж массивным. Тогда мне будет достаточно влить в артефакт маны больше определённого значения, и схема автоматом активирует режим “стены”. Но для того, чтобы это реализовать, нужно, во-первых, разобраться, как много маны может выдержать моя двухслойная схема. И так как в процессе эксперимента я могу случайно всё сломать, я и создал резервную копию настроек. Не хотелось бы всё делать заново.

А во-вторых, нужно определиться с размерами этой самой “стены”. Этим я и решил заняться в первую очередь. Присев на корточки, я попытался найти удобное положение, представляя, что неведомая сила давит на меня спереди. После нескольких минут, и десятка проверенных вариантов, я нашёл довольно удобную позу, в которой не падаю. Получалось, что одна нога согнута под девяносто градусов, а другая коленом упирается в землю. Я пробовал менять ноги, сравнивая ощущения, но в целом пришёл к выводу, что так сидеть очень даже удобно. А главное опуститься в такую позу и прикрыться щитом не составляет никакого труда. Измерив рулеткой расстояние от пола до макушки головы, получил сто десять сантиметров. Но немного поразмышляв, решила накинуть туда ещё десяток. Лучше перестраховаться, чем потом ходить лысым. К ширине тоже решил чуток добавить. Пяти дополнительных сантиметров должно вполне хватить, чтобы мне не подпалило бока. К тому же я в любом случае планирую прикрываться сразу двумя щитами одновременно. А значит, нет смысла слишком уж увеличивать площадь барьера там, где это не нужно.

Далее следовала более опасная часть опытов. Я бы хотел просто взять и спросить Абрахама или Дусю о том, сколько моя схема может вместить маны, но ни первый, ни вторая не оперируют маной в числах. А поделиться собственными ощущениями они со мной не смогут. Поэтому придётся всё делать самому. Метод проб и ошибок. И чтобы ошибок было как можно меньше, решил увеличивать приток маны по единичке. Вряд ли схема выдержит целую сотню, а значит, даже такими микроскопическими шажками я скоро дойду до потолка.

Решил делать так — влить единичку маны, активировать барьер, а затем нырнуть в схему, и посмотреть, всё ли с ней в порядке. С учётом, что сам факт активации барьера почти не потребляет маны, процесс оказался не очень-то и затратным. К тому же развоплощать барьер не было никакого смысла. Управляющая схема поддерживает функцию подпитки. То есть я вполне могу увеличивать плотность барьера прямо во время боя. Правда, Абрахам мне сообщил, что моя текущая барьерная схема не поддерживает функцию восстановления. А это значит, что если после вражеского попадания в защите появится трещина, то убрать я её смогу лишь отключив барьер, а затем создав его снова. Да, на это действие уйдёт всего несколько секунд, но во время интенсивного сражения врагу может хватить и этого. Но именно на такой случай у меня два защитных артефакта, а не один.

Результат моих изысканий оказался не так хорош, как я ожидал. Уже на девятой единице маны, я заметил, что схема начала сиять слишком уж сильно. Но никаких видимых разрушений структуры не происходило, отчего я влил туда ещё чуток маны. И вот тут-то и началось. Обе моих схемы пошли ходуном, будто бы в духовном плане поднялся ураганный ветер. Энергоканалы заискрились и начали расходиться трещинами. Пришлось быстро откачивать всю ману обратно и чинить повреждения. Если бы трещины не заделал, то после повторного насыщения энергией там бы всё вскоре развалилось. А ведь я ещё вторую форму барьера не начал настраивать.

В общем, когда со всем разобрался, солнце уже потихоньку начало клониться к закату. Осень. Световой день слишком уж быстро заканчивается. Но до ужина у меня ещё есть время. Поэтому я перенёс на бумагу новый вид управляющей схемы с дополнительными настройками, а затем решил всё же заняться воплощением всего этого в браслете. Надо обязательно успеть закончить до ночи. И желательно бы ещё, чтобы хватило времени на сон. Не хочу идти на дело, будучи невыспавшимся.

После плотного ужина, сел доделывать артефакт дальше. Это только может показаться, что процесс идёт легко и просто. На самом деле приходится постоянно следить за тем, чтобы схема не начала ни с того ни с сего разрушаться. Плюс надо точно помнить, где и какого размера должна быть очередная загогулина. Чуть где-то переборщишь или не дорисуешь и после активации можешь получить горстку пепла. Наверное, так себя чувствуют инженеры при проектировании деталей для каких-то новых устройств. На миллиметр промахнулся и всё, деталь можно выкидывать. У меня примерно так же. С единственным отличием, что пока не наполню схему энергией всё ещё можно исправить, если вовремя заметить. Из-за этого даже уже готовый чертёж приходится перепроверять по несколько раз, чтобы убедиться в его точности. Лучше я потрачу десять минут на осмотр, чем потом засяду на очередные два часа, делая всё с нуля.

— Оно живое! Живое! — спародировал я персонажа одного старого фильма, когда смог наконец-то активировать барьер в браслете. Я практически целый день над ним работал и вот наконец-то достиг результата.

Единственное, что омрачило мою радость, так это неправильное расположение барьера, относительно руки. Я когда наматывал себе на руку простыни, чтобы откалибровать положение, не подумал, что браслет будет висеть около запястья, а не на предплечье. Из-за этого мне понадобилось ещё пятнадцать минут, чтобы сдвинуть висящее в воздухе желтоватое “стекло” в нужную позицию. А после этого пришлось ещё и сам браслет дорабатывать. Суть в том, что барьер появляется строго в определённом месте и если, например, слегка повернуть браслет вокруг руки, то и барьер изменит своё положение. Чтобы всё держалось на той позиции, которая нужна, пришлось вплести в украшение обычную канцелярскую резинку. Надеюсь, этого будет достаточно.

Зато, когда стал проверять режим “стены” вдруг заметил, что схема при зарядке на девять единиц маны, выглядит не так пугающе, как при тестах на простынях. Приготовившись к любым последствиям, зарядил ещё единичку. Тут же нырнув в духовный план браслета, не увидел ничего серьёзного. Всё продолжало работать в штатном режиме, без каких-либо намёков на неполадки. Так вот в чем заключается повышенная мана-вместимость. Металл — явно более прочный материал, что в лучшую сторону сказывается на работе схемы. Продолжив вливать ману, остановился на пятнадцати единицах. По силе сияния, я понял, что больше она не выдержит. Ну вот, уже какой-никакой опыт наработал. Правда, получив новую информацию, пришлось немного подкрутить настройки схемы. До этого я ставил активацию увеличенной формы барьера на восемь маны, но с новым пределом, решил переключить активатор на десятку. Так будет значительно удобнее. Постоянно заряжая нож до его предела, я уже привык к этому числу и могу его легко отмерить даже во время боя. Поэтому теперь обычная форма барьера активна при зарядке от единицы и вплоть до девяти, а режим стены активируется с десяти маны и держит в себе аж до пятнадцати единиц.

Жаль только, что я представления не имею, как много урона моя защита может остановить. По-хорошему, стоило бы включить барьер, снять браслет с руки, и попробовать побить чем-нибудь в защитное желтоватое стекло. Но в таком случае, артефакт начнёт жрать ману, а лишние траты мне ни к чему. В целях экономии придётся проверять эффективность созданной мной защиты прямо во время очередной заварушки.

— Интересно, может ли барьер остановить пулю? — тихо произнёс я, рассматривая результат своей деятельности.

— Может, — вдруг ответил мне мой прадед.

— А, — я хотел спросить про калибр, но Абрахам меня перебил.

— Но вот твоя поделка, вряд ли справится. Пуля концентрирует силу удара на очень маленькой площади. А твой барьер не умеет автоматически перераспределять энергию в места с наибольшей нагрузкой. Да и общий запас маны в нём как я вижу, не велик. Так что рекомендую от пуль прикрываться чем-то более надёжным.

— Эх… — после его слов я только и смог, что тяжело вздохнуть. Нужно будет продолжать прокачивать навыки начертания схем, иначе так и буду ходить с низкоуровневыми “поделками”.

Где бы только взять на все мои планы время? Я и так сейчас параллельно качаю ножевой бой, навыки метания и энергоконтроль. Плюс к этому добавим периодические медитации, для отслеживания энергопотоков внутри себя. А ведь я ещё в зал хотел записаться! А ещё у меня уже несколько дней лежат ингредиенты к зельям, на варку которых я никак не могу выделить время.

— Да… — я откинулся на спинку кресла, закрыв глаза. Столько дел, а времени в сутках крайне мало. И при этом я даже не имею возможность компенсировать это сном. Если буду плохо спать и выйду на задание не в форме, могу случайно сдохнуть от какой-нибудь мелкой ошибки. И так жизнь постоянно на волоске висит. Не хочется усугублять ещё больше. Да и заниматься зачарованием, будучи уставшим, не менее тяжело.

Проверил время. Уже девятый час. Нужно пойти немного поспать, иначе к моменту выхода на дело меня начнёт срубать. Не ожидал, что работа над амулетом так затянется. Вроде бы и ничего не сделал, а времени потратил просто уйму. Одно хорошо, теперь у меня есть хоть какая-то защита. Пусть выстрел из пистолета и не выдержит, но от какой-то магии да прикроет. По мане, конечно, затратно, но умирать, ещё затратнее. Даже не представляю, сколько уйдёт сил, чтобы вернуться из Ада в мир живых. И времени. Абрахам там больше полувека проторчал. Только у него был на такой случай план “Б”, а как буду выбираться я, непонятно.

Проснулся по будильнику без часу полночь. Смысла лезть в музей сразу после его закрытия я не видел. Оставался не иллюзорный шанс, что там кто-то будет ещё сидеть, или ещё хуже, бродить. А так, если приеду посреди ночи, то все кто хотел, уже давно уйдут домой. Плюс я надеюсь на не очень ответственных охранников, которые решат, что нет никакого смысла делать обход каждый час и останутся сидеть в своей комнате с камерами.

Прикинув размеры статуэтки, которую присмотрел Абрахам, я освободил немного места в рюкзаке. Может стоит для переноса краденого приспособить обычный пакет? Будет обидно, если то, что я выложил, мне вдруг понадобится. Я естественно очень надеюсь, что никаких монстров в музее не объявится и всё пройдёт гладко. Но жизнь она такая… Как не планируй, всегда что-то пойдёт не так, как должно. Но и нести в пакете столь ценную вещь я не хочу. Опять же, вдруг какой-то бой, а у меня рука занята. Да и разбить могу ненароком. А рюкзак всегда на мне. На всякий случай свернул рулон из обрезков простыни и запихнул в рюкзак. Если обмотаю тканью, то даже при падении на спину будет шанс сохранить статуэтку целой. А пакет — точно не вариант.

Выглянул в окно. Дождь. По-моему он с утра так и не прекращался. Зонт брать не стал, опять же, чтоб не занимал руку. Откопал в одном из ящиков прихожей “одноразовый” дождевик, который я пару раз надевал ещё в том году. Развернул, посмотрел. Надел. Глянув в зеркало, решил, что это ещё и маскировка отличная. Ночью под ним не видно моей одежды, а если натянуть капюшон пониже, то и лицо будет скрыто.

Ещё раз перепроверил, что всё в порядке и отправился на выход. А когда вышел в коридор, понял, что что-то не так. Пришлось возвращаться и запихивать книгу, в которой нынче живёт Абрахам, в рюкзак. Если бы не её вес, то так бы и ушёл. И этот гад мне главное про себя “забыл” напомнить. Я ведь без подстраховки в лице великого мага больше никуда не хожу. Слишком уж весомый это аргумент в любой ситуации. Он и словом может помочь и делом.

Как обычно сначала поднялся на чердак, принеся птичкам гостинцев. Чернохвост вроде как порывался полететь со мной, но я его отговорил. Как минимум мне так кажется. Лишняя пара глаз мне может и пригодилась бы, но зачем ворону мокнуть? Погода явно не лётная. Пусть лучше дома сидит, за женой приглядывает.

— Слушай, Абрахам, у меня к тебе есть просьба личного характера, — начал я говорить, когда мы уже выехали на шоссе. — Было бы здорово, если бы ты с Дусей подружился.

“Мы с ней не враги”, — в своей обычной манере прозвучал голос мага в моей голове.

— Ага, но и не друзья. Дуся с людьми не общалась довольно долгое время. И теперь, мне кажется, пытается конкурировать с тобой за моё внимание.

“Я готов ей уступить”.

— Но даже так, она всё равно будет видеть в тебе конкурента. Пусть это всё происходит неосознанно и, возможно, она даже не понимает этого. Но ситуация отражается уже на мне. И пока не увидит в тебе компаньона или товарища, так и будет язвить и пытаться меня подначить на пустом месте. И что бы я ей не сказал, ситуации это не изменит. Может и существуют правильные слова, но я их не знаю.

“Так что ты от меня конкретно хочешь?”

— Может ты ей поможешь с чем-нибудь? И желательно это сделать так, чтобы она не осталась тебе должна, но при этом была очень благодарна.

“Хочешь, чтобы я потратил своё время и получил взамен хорошие отношения, вместо очередного долга?”

— Да, — кивнул я, бросив взгляд на рюкзак с книгой, что лежал на соседнем сиденье. — Ты мне этим очень поможешь. К тому же, Дуся вполне может выразить свою благодарность в каких-то конкретных положительных действиях. Я до сих пор не знаю грани её возможностей. Ты же с ней не был знаком раньше?

“Нет, и никогда не слышал о ней. Возможно, когда я родился, она уже была духом”.

— Считай, что так ты делаешь мне небольшое одолжение. И в будущем я буду готов пойти тебе навстречу уже с твоей просьбой. Не хочу считать это долгом, скорее обмен любезностями. В знак хороших отношений между нами.

“Хороших отношений? Собираешься простить мне то, что я захватил твоё тело и планировал держать твою душу в плену десять лет?” — в его голосе прослеживались нотки удивления. — “Помнится ты меня за это сжечь собирался”.

— Если тебе угодно, то пусть будет так. Ты наладишь отношения с моей кошкой, а я забуду этот момент в нашей совместной истории. И все наши дальнейшие дела будут строиться на том, что этого события никогда не происходило.

“По рукам”.

И пусть я и сказал, что забуду, но смогу ли я это сделать на самом деле? Обиды вроде бы уже нет, но чувство дискомфорта всё же осталось. Это ощущение, когда тебя предаёт единственный “живой” кровный родственник останется со мной навсегда. Может быть, я и смогу простить Абрахама, но забыть то, что он сделал, не получится, наверное, никогда.

4. Бессмертный — 87

Близко к зданию музея подъезжать не стал, остановив машину на соседней улице. Думаю, что не стоит светить свой автотранспорт. Всегда есть шанс, что какой-нибудь случайный прохожий заметит подозрительную машину, что остановилась недалеко от места кражи, и обязательно сообщит правоохранительным органам. Сознательность граждан, это конечно, хорошо. Но в данном случае я стою по другую сторону баррикады, и есть смысл перестраховаться. Понятно, что бродить по улочкам ночной Москвы в одиночку не так безопасно, как хотелось бы, но и я не беззащитен. С текущими навыками я уверен, что легко раскидаю группку бандюганов с ножами. А от случайных порезов всегда прикроет бронежилет. Не зря же я его ношу?

Нацепив рюкзак и накинув сверху дождевик, я вышел из своего транспортного средства. Огляделся, будто бы выбираю маршрут. На самом деле, куда идти я знал, но надо же понять, не наблюдает ли кто за мной. Если вдруг попадётся случайный свидетель, то лучше изменить маршрут и прийти к музею, сделав небольшой крюк. Но сколько бы я не всматривался сквозь стену дождя, так никого и не увидел. Подумав о том, что за мной могут наблюдать ещё и из окна ближайшего здания, чуть было не поднял голову. Хорошо, что быстро себя одёрнул. Всё равно ничего не увижу, а так только вызову чуть больше подозрений к себе.

Из-за риска быть замеченным, всё же решил пойти не по кратчайшему маршруту, а в обход. Тогда вероятность того, что мужчину в дождевике, что вышел из машины и отправился куда-то по своим делам, вряд ли свяжут с ограблением. Нет, конечно, если мне попадётся наблюдатель с особой паранойей, то он обо мне доложит в любом случае. Тут я ничего поделать не могу. Остаётся лишь надеяться на удачу и то, что во тьме ночи сквозь столь сильный дождь номера машины разглядеть не получится.

Вместо десяти минут, до музея шёл все двадцать. Крюк я сделал солидный. Правда и спешить мне некуда. Вечерний сон снял всю усталость, и я готов бодрствовать ещё минимум часа четыре. А за это время уж точно всё успею сделать. Фактически-то мне и надо всего-ничего. На дорогу в один конец времени ушло больше, чем мне понадобится на саму кражу.

“Абрахам, если можешь, постарайся активнее следить за округой. Всё-таки у меня всего два глаза, а ты своим зрением даже сквозь рюкзак отлично видишь”, — попросил я своего прадеда, надеясь, что он не станет отнекиваться от столь малой просьбы.

“Хорошо”, — спокойно согласился он. Ну и славно.

Когда уже подходил к входу для персонала, старался, не вертя головой, осматривать округу. И даже усилитель включил, чтобы увеличить дальность обнаружения электроники. И сделал это я явно не зря. Как оказалось, на соседнем здании возле крыши висела камера, направленная прямо на ту дверь, к которой я и шёл. Благо, что я её сначала ощутил, а потом ещё и смог найти глазами, до того, как попал в поле её обзора. Не знаю, подключена ли она напрямую к пульту управления охраны, но думаю, стоит её вырубить на всякий случай. Совсем выключать я её естественно не стал. Да, понятно, что охранники посреди ночи и в столь сильный дождь не будут вызывать ремонтников, но вполне могут насторожиться. Поэтому я попросил камеру немного ухудшить картинку. Разрешения “240p” должно быть более чем достаточно, чтобы на экране вообще ничего невозможно было разобрать. Работает? Да. А то, что хуже обычного, ну так погода влияет.

Вскрыть замок не оказалось чем-то сложным. С учётом, что навык взлома я продолжал качать через приложение вместе с остальными способностями, то и его эффективность ощутимо подросла. Жаль, что время для практики найти просто невозможно. Приходится жертвовать тем, что меньше всего влияет на мою силу в бою. Собственно взлом замков и попал в эту категорию. Но и без практики я замечаю, что процесс даётся мне легче, чем раньше. Более того, я чувствую все внутренности замка будто не отмычкой их прощупал, а собственными глазами посмотрел. Раньше этот эффект тоже возникал, но мне его приходилось активировать, а теперь то же самое доступно в пассивном режиме.

В общем два замка не стали для меня препятствием. И даже то, что один из них оказался закрыт аж на четыре оборота, сильно меня не задержало. После первого раза, взломать его ещё трижды оказалось плёвым делом. Приятно чувствовать, что можешь попасть куда угодно, где есть дверь. На данный момент я знаю только один способ, способный меня остановить. Если дверь будет не иметь физической замочной скважины, и рядом с ней не будет отпирающей её схемы. То есть открыть дверь в таком случае возможно лишь с пульта управления, который находится достаточно далеко. Тогда я не смогу дотянуться своим сканированием до “умной” электроники и соответственно не смогу попасть внутрь. Только я даже не могу представить себе место, дверь в которое можно открыть только изнутри.

Ах, да… Есть ещё одна преграда, способная меня остановить. Магия. Если дверь или замок будут полностью магическими, то я с ними ничего не сделаю. И это я вспомнил к тому, что на мне по-прежнему висит задание по поиску хранилища артефактов. Сколько я не думал об этом, так и не смог пока найти способа сблизиться с магами достаточно хорошо, чтобы они мне его сами показали. Вряд ли такое можно осуществить за год. Может, если постараться, то и получится, но нужен хорошо проработанный план. А пока что я даже и не начинал его составлять. Не до этого. Владыка со своими хотелками подождёт. У меня и своих дел полно.

Внутрь я входил со всей возможной осторожностью. Камеру в коридоре сразу попросил зациклить изображение, ещё до того как открыл дверь. В тот момент я не был уверен, заденет ли она меня или нет, но лучше не рисковать. К тому же мне это ничего не стоило. Да и камера оказалась вполне доброжелательна.

Включать фонарь сначала не планировал, но попав внутрь, понял, что без этого никак. Никакого аварийного освещения тут не наблюдалось, а окна и вовсе отсутствовали. Да и как бы они мне помогли? На улице темень непроглядная. Сначала хотел нацепить на фонарь кусочек наволочки, что я предусмотрительно взял с собой, но потом аккуратно ударил себя по лицу. Надеюсь, этого никто не слышал. Зачем извращаться, если я грёбанный мастер в управлении электричеством, и всё, что на нём работает, мне подчиняется? А уж то, что держу в руках, вообще отказать мне не может ни при каких обстоятельствах. Тем более, когда речь заходит про обычный фонарь. Иногда я просто удивляюсь тому, что забываю про такие простые вещи. Поставить камеру на паузу? Легко! Уменьшить яркость фонаря? А так можно было?! Мда…

В общем дальше я двигался уже не во мраке. Но всё равно светить старался только себе под ноги. И пусть я зациклил все камеры, что должны были встретиться мне на пути, и даже несколько тех, что просто находились не далеко, это не значит, что можно перестать скрываться. Плановые обходы никто не отменял. Конечно, я более чем уверен, что их просто никто не делает. Не на склад же с сотовыми телефонами я залез. Музеи обкрадывают довольно редко. Слишком уж тяжело сбыть награбленное. Если и идти за какой-то вещью, то за той, которую кто-то заказал и сто процентов её у тебя купит. А так, всё это бессмысленно. Искусство стоит ровно столько, сколько за него готовы заплатить. И покупателя на столь специфический вид товара найти нелегко. Да и не заплатят за ворованную вещь её полную цену. Хорошо если десятую часть выручишь. Точных цифр у меня, естественно нет, но что-то в этом я понимаю. Ведь про ограбления музеев я уже раздумывал, ещё тогда, когда получил навык взлома замков. И невыгодность этих действий стало одной из причин, почему я забросил эту идею в дальний угол.

В музее тихо и темно. Было, пока я сюда не пришёл. Теперь коридоры освещает тускло светящийся фонарик, а тишину нарушают скрипящие под ногами половицы. На самом деле, когда подо мной что-то в первый раз скрипнуло, у меня аж сердце в пятки ушло. Слишком это оказалось неожиданным. В тот момент я даже начал продумывать пути отхода, если вдруг услышу приближающиеся шаги. Замерев в одной позе, и простояв так пару минут, пошёл дальше. Похоже, местные ребята спят и видят красивые сны. Ну, либо привыкли ко всяким странным звукам. Здание пусть и получило хороший внутренний ремонт, но само по себе довольно старое. А значит, в ночной тишине разные странные звуки не являются редкостью.

Добравшись до нужного мне зала, начал осматривать решётку. И хорошо, что я в первую очередь сделал именно это, а не сразу попросил электронный замок открыться. Кроме держащего её магнита, на решётке висел ещё и обычный навесной замочек. После того, как снял это недоразумение, тут же отключил подачу электричества к магниту. Как я и думал, после этого действия дверь под собственным весом начала открываться, и будь мини-замок всё ещё на месте, раздался бы хорошо слышимый металлический звук. Такой точно не спишешь на скрипящие от времени доски.

Чтобы избежать лишнего шума, решётку сильно открывать не стал, отодвинув её лишь настолько, чтобы иметь возможность пройти внутрь. Камеры в зале я уже давно выключил, а потому пошёл прямиком к своей цели. С учётом, что именно в этом месте я провёл довольно много времени, забыть, где находится нужная мне статуэтка, было просто невозможно. Более того, дайте мне время, и я по памяти смогу провести инвентаризацию всего зала. Ну, может не всего, но большую часть предметов искусства я точно вспомню.

Присев возле нужного мне предмета искусства, аккуратно снял дождевик, а за ним и рюкзак.

“Сзади!”, — крик Абрахама пусть и оказался совершенно неожиданным, но подействовал на меня как надо.

Ещё только поворачиваясь, я успел влить в свой, пока что единственный браслет, немного маны, активируя защитный барьер. И вовремя. Желтоватое стекло пошло трещинами, а в нижней его части вдруг возникла застрявшая там… Игла? Больше похоже на небольшую хорошо заточенную спицу для вязания. Это если говорить про размер. А так, эта штука явно предназначена не для созидания, а для уничтожения. Воткнись она мне в спину, мало бы не показалось.

— Ты что, совсем сдурела?! — первое, что вырвалось у меня, когда на другом конце зала я увидел приближающуюся ко мне знакомую фигуру. Кричать я не мог, поэтому эту фразу пришлось прошипеть. Но надеюсь, Анисья поняла мой посыл.

— Не ожидала, что успеешь защититься, — спокойно произнесла она, продолжая не спеша подходить. Мой фонарь был тут единственным источником света, но я вполне хорошо её разглядел. И скажу больше, узнал я её не по лицу, которое немного прикрывал плотный капюшон. Эту фигуру, я вряд ли смогу спутать с чьей-либо ещё. Особенно когда девушка одета в обтягивающий чёрный костюм, будто бы косплеит женщину-кошку из известной вселенной комиксов. Только вместо маски — капюшон, как у кого-нибудь ассасина.

— Я тебе не конкурент. Бери, что хочешь, и вали отсюда, — говорил я, пытаясь вытащить спицу, застрявшую в барьере. Но та въелась в него конкретно, отчего пришлось буквально на мгновение выкачать ману, а затем снова подавать её в браслет для переактивации. Я боялся, что девушка воспользуется моментом и снова атакует, но ничего не произошло. Хотя в руках она и держала ещё по парочке точно таких же спиц. И боезапаса Анисья прихватила с собой не мало. У неё на ляжки нацеплены специальные ремешки, где этих игл просто не меряно. Стоит ей только захотеть и никакой барьер мне не поможет. Как пить дать превращусь в ежа. Чёрт, а ведь я тоже планировал быть метателем.

— Мне ничего тут не нужно, — она аккуратно обвела взглядом всё вокруг, на секунду задержавшись лишь на той статуэтке, что, по словам Абрахама, содержала какого-то древнего и вероятно злого духа.

— За мной пришла? — мне очень хотелось побыстрее упаковать добычу в рюкзак, но я просто не имел права отводить взгляда от Анисьи, что остановилась в центре зала. Если она хочет меня убить или захватить, то вариантов у меня не так и много. На потолке восемь одиночных ламп и плюс три камеры. Этого должно будет хватить, чтобы её хотя бы отвлечь. Вряд ли она пришла не подготовленной. А если на ней надет амулет с защитой от электричества, то таким небольшим количеством молний я его не пробью. А возможность с ней сразиться даже нет смысла рассматривать. Почему? Если бы у неё имелись в запасе только иглы, я бы ещё может и подумал. Но как я помню, всё её тело усеяно неизвестными мне магическими схемами. С таким количеством мгновенно активируемых заклинаний, я ей не противник. Даже если наши скорости будут равны, всегда остаётся шанс того, что она сможет меня подловить и атаковать чем-то, к чему я буду не готов. Поэтому, чтобы минимизировать риск, я вижу лишь один вариант — побег.

— Ты же ко мне не заходишь, вот я сама решили к тебе наведаться.

— Разве это место похоже на мой дом? — я демонстративно обвёл правой рукой зал, где мы находились. В то же самое время левой рыскал позади себя, стараясь нащупать статуэтку. Без неё я отсюда уходить не собираюсь. Если останутся следы моего вторжения или мы устроим тут погром, то боюсь, что второй раз сюда пробраться просто уже не выйдет. Охрану усилят, местность оцепит полиция. И не факт, что музей вновь откроют до окончания тематической выставки. А если статуэтку увезут, то наладить отношения с Дусей будет в разы сложнее. Не так уж и много она меня попросила за всё то, что она для меня сделала безвозмездно.

— Ну, я подумала, раз ты в прошлый раз так легко согласился остаться у меня, значит не очень-то и хотел приглашать меня к себе, — девушка пусть и не выпускала из рук свои иглы, но держалась довольно расслаблено. Как минимум делала вид, что не особо-то она меня и боится.

— Слушай, давай уже на чистоту. А то мне совершенно не нравится ходить вокруг да около. Зачем ты здесь?

— Странно, — всмотрелась она в моё лицо, — но мне кажется, что ты совершенно не удивлён. Возможно, даже ожидал моего появления?

— От колдуньи можно много чего ожидать, но не то, что она вместо приветствия начнёт кидать в тебя спицами, — собственно именно поэтому я и был так возмущён, когда меня атаковали, даже не поздоровавшись. Ведь если бы она и впрямь хотела меня убить, то возможностей для этого она могла найти предостаточно. Зашла бы ко мне в гости и с порога всадила бы свою иглу мне в горло. Я бы даже слова сказать не успел. А тут, кроме того, что я полностью экипирован и готов к бою, она сама, даже не попыталась попасть в неприкрытую шею. Да и кинуть лишь один снаряд в цель, которую пытаешься застать врасплох и убить — глупо. А значит она тут не за этим.

— Я не калду...! — она вдруг резко замолчала, прикрыв рот рукой. Всё-таки кричать в месте, в котором находишься незаконно, не лучший вариант. — Так ты уже знаешь?

— Знаю что? — как и все предыдущие фразы, эту я произнёс максимально уверенно. Нельзя, чтобы она подумала, что я боюсь её или, что не владею ситуацией. К этому моменту я уже нащупал статуэтку, и начал, не глядя, оборачивать её в простыню.

— Ты хотел, чтобы я говорила начистоту? Так может сам перестанешь играть в игры? Разве обычный ничего не знающий человек стал бы называть девушку в такой одежде колдуньей?

— Ну, будь мы сейчас в средних веках, — я обвёл её взглядом с ног до головы, особенно заострив внимание на подтянутых ягодицах, — то вполне. За столь вызывающий наряд тогда и сжечь могли.

— Только мы не в средних веках и ты не простой человек, — чуть повысила она голос.

— Просто скажи, что ты от меня хочешь, — на выдохе произнёс я, делая вид, что уже утомился от разговора, — и мы мирно разойдёмся.

— Кто ты такой и как связан с Абрахамом? — выпалила она с нажимом, а по моей спине пробежал ощутимый холодок.