Адепты смерти

Глава 1

ГЛОССАРИЙ

Лея – мера расстояния, 1,2 км

Оборот – временной промежуток, равен часу

Малый оборот – временной промежуток, равен минуте

ЗИМНИЕ месяцы (исп. старославянские названия):

грудень – декабрь, январь – снежень, февраль – студень

ВЕСЕННИЕ месяцы (исп. старославянские названия):

март – березень, апрель – кветень, май – травень

ЛЕТНИЕ месяцы (исп. старославянские названия):

июнь – червень, июль – липень, август - жнивень

ОСЕННИЕ месяцы (исп. старославянские названия):

сентябрь – вересень, октябрь – рюень, ноябрь - листопад

ПРАЗДНИКИ

Весенний праздник Возрождения Светлой Ари – с 20 по 25 апреля

Осенний праздник Плодородия – с 1 по 5 октября

Осенний праздник День усопших 30 ноября

Зимнего равноденствия, начало нового года – 21 декабря – 27 декабря

РЕЛИГИЯ

МАТЬ БОГОВ – вечно юная Светлая Ари, 25 октября уходит в пещеру высоко в горах и до весны засыпается мёртвым сном. В марте богиня возрождается к новой жизни и принимается вышивать покров, который 20 апреля расстилает по оттаявшей земле. Из вышивки появляются растения и цветы.

ОТЕЦ БОГОВ – Двуединый. Могучий, грозный бог имеет две ипостаси – светлую и тёмную.

Младшие боги, рождённые от Светлой Ари и Двуединого, разделяются на Светлых и Тёмных. Зачатые Двуединым в светлой ипостаси – Светлые, зачатые Двуединым в тёмной ипостаси – Тёмные.

Однако не значит, что Светлые – добро, а Тёмные – зло.

Особняком стоит старший сын Двуединого и Светлой Ари – бог разума Тарай. Хитрец Тарай выделялся завистливым, честолюбивым характером, он хотел править миром самостоятельно, поэтому опоил зельем забвения отца. После чего Двуединый утратил гармонию между двумя своими ипостасями и стал Отшельником. А Тарая прозвали Отступником.

ВМЕСТО ПРОЛОГА

Кто ты, таинственный магистр ренегатов, по воле которого похищают и убивают людей, грабят обозы, натравливают на мирные города тёмных тварей?

БЕГЛЯНКА

До рассвета дождь лил как из ведра. В сложенном из почерневших от времени брёвен доме, что местные власти отвели под станцию для пассажирских и почтовых карет, скопились более двух десятков человек. Пассажиры, которые могли себе позволить дополнительные дорожные расходы, восседали на длинных деревянных скамьях по обе стороны крепкого стола с засаленной столешницей. Крестьяне и бедняки устроились на мешках с соломой или по-простому на полу. На трёхногом табурете у окна скорчился закутанный в тёмно-серый плащ худощавый парнишка лет пятнадцати.

Толстая подавальщица в грязном фартуке разносила пиво и закуски: пересохший сыр, попахивающую гнилью рыбу и чёрствые булки. У многих подобная еда вызывала откровенное сомнение. Однако кое-кто соглашался рискнуть здоровьем и делал заказ.

– Пива, молодой господин? – окликнула юношу подавальщица. Клиент в добротной, чистой одежде выглядел небогатым, но вполне платёжеспособным.

Парнишка нервно вздрогнул и ответил нарочито низким, хрипловатым голосом:

– Благодарю! Я уже поел.

– Три медяка за кружку и кусок мясного пирога, – настаивала подавальщица.

– Спасибо, я неголоден. – Из-под надвинутой до бровей широкополой шляпы сверкнули настороженные ярко-синие глаза. Юноша брезгливо покосился на поднос с кусками подгоревшей выпечки и упрямо мотнул головой. Копошившаяся в пироге жирная муха с обиженным жужжанием взмыла к потолку.

Тётка пренебрежительно фыркнула и направилась к группке зажиточных крестьян, оживлённо обсуждающих виды на урожай. Парень снова отвернулся к крохотному окошку и принялся разглядывать скользкую от бурой грязи дорогу.

Ливень сменился мелким, унылым дождиком. Здоровенная рыжая дворняга с обрубленным хвостом нехотя вылезла из будки и лениво гавкнула на нищего в насквозь промокшем рванье. Нищий попытался войти в дом, но на пороге его остановил станционный смотритель «иди, мол, мил человек, своей дорогой! В зале и без тебя дышать нечем»!

При появлении смотрителя дворняга умильно затявкала, подобострастно виляя обрубком хвоста. Проводив рассеянным взглядом ковыляющего к лесу нищего, смотритель бросил псу кость с остатками мяса, немного постоял, задумчиво покручивая длинный, с сединой ус, и вернулся в дом.

***

Прибывшая спустя три оборота пассажирская карета до столицы оказалась переполненной, и парнишке в сером плаще места не досталось. В безнадёжном ожидании прошло ещё два оборота. Народу в комнате заметно прибавилось. Крепко воняло перегаром, прокисшим пивом и потом. Юношу на табурете оттеснили от окошка в угол.

К полудню свежий ветер разогнал тучи, и дождь, наконец, прекратился. Из-за облаков робко выглянуло солнышко. Парень перебрался на крыльцо. Присев на край узкой скамейки, он достал из дорожного баула кусок булки с сыром, сбросил длинный плащ и торопливо съел незатейливый обед. Стряхнув со штанов крошки, юноша обеими руками поправил съехавшую на нос шляпу и с опаской оглянулся по сторонам. Похоже, парень впервые путешествовал в одиночестве и поэтому боялся всего и вся.

– В столицу учиться? – полюбопытствовал смотритель, некоторое время внимательно наблюдавший за юношей.

Парнишка кивнул.

– И куда, молодой господин, желаете поступить?

Юноша испуганно посмотрел смотрителю в лицо. Суровый дядька с военной выправкой добродушно ухмыльнулся. Парень сделал вывод, что мужчина опасности не представляет, и успокоился. Юноша уже успел убедиться, что господин смотритель – человек серьёзный, и порядок на станции поддерживался образцовый. Отпетые задиры и скандалисты вели себя скромно, ворьё остерегалось шарить в чужих карманах. Двое крепких молодцов шустро выставляли вон драчунов и азартных игроков, перебравших местного пшеничного самогона.

– На кого желаете учиться? – повторил смотритель. Парнишка громко вздохнул, поднял подбородок и твёрдо произнёс: – Еду в академию магии, хочу стать целителем.

– Эт-то дело хорошее! Благородное дело, – одобрил смотритель. – Только ближайшая карета до столицы будет послезавтра.

Юноша замер, осмысливая услышанное, и плечи его опустились. Синие глаза наполнились подозрительной влагой. Будущий маг-целитель сделался похожим на одного из тех грустных нахохлившихся воробьёв, что пережидали непогоду под крышей конюшни. Смотритель покачал головой, жалея неопытного мальчишку. У бедняги, небось, денег с собой самая малость, едва на проезд наберётся, и заступиться за него, если что случится, некому.

– Слушай, парень! После обеда в столицу поедет богатый купец. У него карета, пару возков с товаром и охрана. В лесу, понимаешь, разбойники с зимы на дорогах шалят… Перекатный сброд… Плетей им Нура! – выпалил усач, смачно сплюнул влево, а потом добродушно продолжил: – Сейчас кузнец карету купцову чинит, ось сломалась. Сам купец с дочкой и слугами в городской гостинице сидят. Могу попросить его по старой памяти захватить с собой будущего мага.

– У меня денег мало, – признался парнишка.

– Денег мало? Не переживай! Поговорю с купцом, много с тебя не возьмёт. Я у него пять лет в охране прослужил, хороший мужик... Не обидит, не бойся! – пылко заявил смотритель и по старой привычке снова дёрнул себя за ус. – С полгода прошло, как на купца не работаю. Старый для такой работы стал. За службу на границе и в охране кое-что скопил, купил эту хибару, – бывший пограничник небрежно обвёл рукой покосившееся строение станции.

Приобретение выглядело, мягко говоря, непрезентабельно. – Ничего, что дом старый! – с жаром продолжал смотритель, внезапно ему захотелось пооткровенничать, поделиться любовно взлелеянными мечтами с малознакомым, но располагающим к душевной беседе юношей. – Главное – у меня теперь должность есть и право открыть трактир! Место здесь бойкое, народу за год останавливается немало. Людей найму, за год построюсь… Женюсь, обзаведусь детишками и заживу в удовольствие. Хватит, навоевался за двадцать лет!

Юноша с пониманием кивнул и улыбнулся.

Из дома послышались громкие крики, грохот разбитой посуды и женский визг.

– Ну, вот опять! Без драки никак, поганцы!! – воскликнул в сердцах отставной пограничник и бросился в дом.

Немного погодя дверь широко распахнулась. Головой вперёд, минуя в полёте высокий порог, на крыльцо вылетел косматый тип с разбитым носом в заляпанном пивом и кашей кафтане, встал на четвереньки, огляделся, икнул и погрозил кому-то за дверью увесистым кулаком. Промычав нечто нечленораздельное, буян с третьей попытки поднялся на ноги и, покачиваясь на ходу, медленно спустился по шатким ступенькам. Справив во дворе малую нужду, мужик грубо выругался, утёрся рукавом и поплёлся к телегам.

***

Смотритель слово сдержал. Юношу за символическую плату в две серебряные монеты усадили в карету вместе с купцом и его дочкой. Вскоре парень понял, почему ему оказали такую честь. Купцу до колик в животе надоела болтовня милой дочурки, румяной, голубоглазой блондинки на год или два старше будущего мага. Купец был искренне рад, когда у говорливой девицы появился новый собеседник.

Молодой человек представился Милантием Хованом, сыном учителя танцев и изящной словесности из Збруча, провинциального городка на юге королевства. Купца звали Богданом Дагусом, а его дочку – Заряной.

Господин Дагус, невысокий, плотный мужчина с улыбчивым толстогубым ртом и лукавыми карими глазами, по-приятельски подмигнул будущему магу, предложил ему не стесняться и указал пухлой рукой на соседнее сиденье. Простое и приветливое обращение купца юноше понравилось.

В столице отец с дочерью намеревались остановиться у свояченицы сестры жены, которая десять лет назад удачно вышла замуж за состоятельного лэра и последние годы постоянно жила в Арконе.

Сверкнув ровными зубками, Заряна жеманно улыбнулась, изображая утончённую барышню, и принялась щебетать, не умолкая ни на миг.

– Вы раньше бывали в Арконе, нет?!

Милантий огорчённо развёл руками.

– Ах, как вы много потеряли! Там лучшие магазины!! А балы – просто чудо! В прошлом году нас пригласили на бал в три известных дома. Познакомились со многими важными лэрами и лэри. Милантий, вы не представляете, какая прелесть вращаться в приличном обществе!

Юноша без возражений согласился. Далее последовало подробное описание тех самых лэров и лэри, обсуждение новинок моды и столичных развлечений.

Прелестная барышня не слишком нуждалась в ответах, а рассказ её ровным, мелодичным ручейком плавно вытекал из неутомимых девичьих уст. Спустя половину оборота, подложив под голову бархатную подушку, купец заснул. Милантий старательно таращил на девушку постоянно норовившие закрыться глаза и послушно поддакивал. Пару раз он потерял нить разговора и не к месту улыбнулся, отчего заработал несколько укоризненных взглядов, а затем, утомлённый подробным перечислением достоинств и недостатков столичных красавиц, медленно погрузился в дремоту.

Дружно посапывая под девичьи ахи и охи, почтенный господин Дагус и будущий маг безмятежно проспали до следующей остановки. Выговорившись, Заряна заметила, что никто её не слушает, и обиделась. На привале девушка демонстративно повернулась к Милантию спиной.

Молодой человек проявил сообразительность – пожаловался, что в карете очень душно, и попросил разрешения перебраться на козлы к кучеру. Господин Дагус ответил будущему магу наклоном головы и укоризненным взглядом.

***

К вечеру погода наладилась окончательно. Обоз бодро продвигался по хорошо утрамбованной дороге. Пахло терпкими дикими травами, полевыми цветами и влажной, согретой летним солнцем землёй. По обеим сторонам дороги мелькали поля с созревающими злаками, виноградники и фруктовые сады.

Разомлевший от всего этого благолепия кучер дядька Будан улыбался, мягко понукая лошадок. Охрана обоза – дюжина конников, половина которых оказались ветеранами со значками пограничников, весело переговаривались между собой. Милантий уважительно посматривал на всадников в боевой экипировке, пытаясь разобрать, о чём они говорят.

– Вон те с южной границы! – дядька Будан указал юноше на двоих охранников впереди, гарцующих на поджарых, буланой масти высоких жеребцах. – Орки на юге уже лет шесть, как воевать ордой не ходят. Малые отряды переберутся через границу, ограбят пару деревень и назад. А раньше от степняков покою не было! Говоришь, на целителя собираешься учиться? Молодец! Повезло мне с одной целительницей… Девчонка та, парень, была тебя годков на пять-шесть старше. Если б не она, орочья война стала бы для меня последней! – Кучер повернулся к юноше, заглянул в юное, раскрасневшееся от солнца лицо и на миг замолчал. После чего нахмурился, отгоняя неожиданно промелькнувшую мысль, окинул соседа внимательным, изучающим взглядом и продолжил рассказ. – В бою, понимаешь, живот разворотило, кишки руками держал. Думал, конец пришёл! Меня и других магичка с того света вернула, а сама потом двое суток в забытье пролежала.

Юноша слушал, затаив дыхание. Широкополая шляпа сползла к затылку, открыв белый лоб и золотисто-русую чёлку.

– Брат мой служил на западной границе, где Гнилые болота. Из тех болот нечисть лезет – жуть, ни эльфам в их лесах, ни нам жизни нет! Не вернулся домой брат… Хуже Гнилых болот, разве что, граница с Фрастеном на севере – Туманные горы. Знающие люди рассказывали, будто к вечеру с гор спускается густой серый туман, а в тумане – нежить и тёмные твари кишмя кишат! Против нежити и тёмных самая надёжная сила – некроманты! Когда мертвяки и прочая нечисть сотнями с гор прёт, что людям, что нелюдям – верная гибель! – Дядька Будан вытер со лба рукавом пот и продолжил: – Без магов смерти тут никак… Жаль, что мало их осталось. Считай, двести лет некромантов, не понимая их пользы, вместе с семьями на кострах жгли, да и после не сильно жаловали. Вот нежить и расплодилась. Из стихийников с тёмными тварями и мертвяками недурно справляются огневики, а маги воды или воздуха не годятся! Пока прибьют одну-две твари, скажем, Ледяным Копьём или Водяным Шаром, другая нежить до них самих доберётся! Вода и воздух – влага… – Бывший пограничник назидательно указал пальцем на мелкую речушку за обочиной дороги. – В сырости нежить чувствует себя привольно и размножается быстро. Мертвяки, которых не добили, не успеешь оглянуться, опять на ногах стоят! А если кто из наших пал, нежитью поднимаются…

***

Солнце скатилось к горизонту, когда маленький обоз въехал в лес. У Милантия вдруг резко испортилось настроение. Поначалу он тревожно вглядывался в заросли вдоль дороги, позже, прислушиваясь, принялся беспокойно ёрзать на козлах. Дядька Будан с недоумением посматривал на побелевшую, с расширенными глазами физиономию будущего целителя.

– Не волнуйся, мальчик, через один-два оборота будет постоялый двор. Там и отдохнёшь! – попытался успокоить юношу кучер.

– Чужая, враждебная магия, – прошептал начинающий маг и вцепился в плечо кучера тонкой рукой. – Кто-то неподалёку плетёт Ловчую Сеть!

Дядька Будан подозвал охранника, скакавшего рядом с каретой, и вполголоса сообщил ему о словах юноши. Тот коротко переговорил с командиром отряда, и двое бывших пограничников на буланых жеребцах, повинуясь приказу, ринулись вперёд на разведку. Вернулись они спустя четверть оборота.

– Остынь, парень! Тракт людный, ныне обоз за обозом идёт. Лес просматривается, как на ладони, и дорога широкая. Разбойникам здесь укрыться негде, – уверенно заявил охранник постарше, подъехав к карете.

Милантий пристыжено опустил голову. Однако мучительное предчувствие неминуемой беды, ощущение, словно вот-вот случится нечто очень плохое, юного мага всё-таки не отпустило. Парень сжался в комок, его знобило от нарастающего, неуправляемого страха.

Тихий, тёплый вечер постепенно перетёк в светлую, лунную ночь. Охранники мирно дремали в сёдлах. Основная часть пути осталась позади. Ещё оборот – и лес закончится. А за лесом находилось большое село и гостеприимный постоялый двор.

Стараясь побороть охватившую его панику, Милантий судорожно сглотнул. Будущий маг уже ничуть не сомневался – нечто опасное и злое притаилось в мирном лесу, выжидая удобный момент для нападения. Юноша умоляюще посмотрел на опытного дядьку Будана. Кучер пожал плечами и успокаивающе хлопнул парня по плечу.

***

За поворотом обоз выехал на широкую поляну. Внезапно охранник, с которым не так давно разговаривал Милантий, вскрикнул и свалился с коня. Юноша успел заметить древко стрелы, пронзившей спину мужчины.

Раздался чей-то испуганный вопль. Поляну озарила яркая вспышка, и послышался лязг мечей. Дядько Булан, приподнявшись в седле, отчаянно закричал, понукая лошадей. Ещё одна вспышка, и карета начала заваливаться на бок. Кучер грубо толкнул Милантия в спину, и парня снесло с облучка. Мгновенная оглушающая боль – и темнота…

Сознание возвращалось медленно. Пелену забытья прорвали голоса извне. Боль сдавила голову стальным обручем. Сдерживая подступающую тошноту, та, что выдавала себя за Милантия Хована, приоткрыла глаза и сглотнула солёную, с привкусом крови, вязкую слюну. Сквозь густую поросль молодого ельника хорошо просматривалась залитая призрачным светом полной луны поляна.

Девушка с трудом приподняла тяжёлую голову, пошевелила пальцами рук и ног. Руки и ноги работали, значит, позвоночник не сломан. Она справится, только нужно немного времени! Сухими губами прошептала «Рада», её собственное имя, затем попробовала встать и бессильно распласталась на траве. Боль и слабость сковали израненное тело.

Протяжный женский визг острым сверлом пронзил мозг.

– Улыбайся, тебе говорю! Улыбайся, грязная шлюшка! – проговорил где-то поблизости низкий мужской голос со странным шипящим акцентом.

Раздался хлёсткий звук пощёчины. Приглушённый, хриплый возглас. Снова пощёчина, сдавленное сипение, и женщина замолчала… Хрустнула ветка. Затем последовала некая торопливая возня, и Рада отчётливо услышала довольное сопение незнакомца.

Парализованная ужасом девушка затаилась в ельнике. В памяти пёстрым калейдоскопом промелькнул сегодняшний день. Дождливое утро. Отсутствие свободных мест в пассажирской карете до столицы. Добрый смотритель пристроил «бедного парня» в купеческий обоз. Ночью в лесу на обоз напали разбойники. Карета падала, и дядько Будан намеренно столкнул Раду с облучка. Видимо, она крепко приложилась обо что-то головой. Повезло, что ельник и мягкий мох смягчили удар.

Девушка закрыла глаза и сосредоточилась. Сначала следует убрать боль, после определить характер повреждений и запустить регенерацию. Целительница, как её учили, потянулась сознанием к внутреннему магическому источнику.

От жуткого, вибрирующего женского крика, замершего на высокой ноте, связь с источником прервалась. И вовремя. Открыв глаза, Рада заметила кружившийся над ней потревоженным шмелём алый огонёк поискового артефакта, весьма чувствительного к магии. На лбу выступила испарина. Отрыжка Отступника!! Стоит артефакту опуститься на ладонь ниже, и у разбойников появится очередная живая игрушка!

Целенаправленно сдерживая внутренний источник, девушка заставила себя успокоиться. Остаток неиспользованной магии впитала земля. Артефакт немного покрутился над ельником и рванул в противоположную сторону поляны. Рада мысленно поблагодарила Учителя за то, что изо дня в день старый самодур упорно заставлял её повторять приёмы магической маскировки.

– Нашёл ещё одного! – радостно сообщил скрипучий голос. Рада осторожно повернула голову в другую сторону и увидела, как разбойник в серебристой кольчуге вытащил на поляну из кустов юного слугу купца. К парню деловито подошёл заросший чёрной курчавой бородой мужик и поднёс какой-то предмет к голове дрожащего пленника. Вспышка жёлтого цвета. На лице юноши застыла тупая покорность, глаза утратили осмысленное выражение, плечи безвольно опустились. Рада ахнула. Падавляющий волю артефакт Усмирения! Правом его использовать обладает только стража!

– Веди его к остальным! – приказал кому-то чернобородый, по-видимому, он был у разбойников главным. Разбойник в кольчуге схватил парня за шиворот и поволок несчастного на середину поляны, где пассивно застыла группа из пяти человек – трое молодых охранников, служанка Заряны и мальчишка лет четырнадцати, что ехал на одном из возов.

– Змей, где вторая девчонка? – сердито спросил бородач.

Справа, в нескольких шагах от затаившейся Рады прозвучал грубый смех. – Употребил по назначению! Что, нельзя было?!

– Хозяин велел привести молодых и сильных рабов. Ты ослушался приказа! – рыкнул атаман шайки.

– Да какая она сильная? – искренне удивился тот, кого чернобородый назвал Змеем. – Не успел я начать забаву, сразу испустила дух! Не злись и хозяину не говори, мы же с тобой приятели…

Из кустов выбрался обнажённый по пояс здоровенный, мускулистый мужик с исчерченным неровными полосками старых шрамов длинным торсом. Заросшее тёмной щетиной худое лицо с выдающейся вперёд верхней челюстью тоже пересекал рваный шрам, из приоткрытого рта высовывались длинные клыки. Глаза Змея светились зелёным.

«Оборотень в фазе частичной трансформации!» – догадалась Рада.

– Больше никого! – отрапортовал, передавая поисковый артефакт атаману, низкорослый, непропорционально широкий в плечах разбойник. – Славно поохотились! И золота добыли, и хозяину угодили! – довольно проговорил он. Рада заметила в руках у него аккуратный сундучок купца.

Разбойники собрались на поляне, их оказалось человек десять. Бородач вытянул вперёд руки и старательно проговорил заклинание, активирующее портал. Немного погодя на поляне не осталось ни разбойников, ни пленников.

***

Короткая летняя ночь подошла к концу, когда Рада, пошатываясь от слабости, смогла подняться на ноги. В предрассветных сумерках девушка выбралась из ельника, сделала несколько шагов и почувствовала, как к горлу подкатывается тугой ком, от увиденного перехватило дыхание…

Заряна лежала с широко раздвинутыми, замызганными подсохшей кровью ногами. Обнажённая грудь девушки была исполосована рваными ранами-укусами. Белые руки с синюшными ногтями на тонких переломанных пальцах, с которых алчно сорвали дорогие кольца, раскинулись на траве. Светло-голубые глаза мёртвой Заряны безжизненно смотрели в небо, разорванные, окровавленные губы жертвы убийца-шутник раздвинул в неестественной улыбке. Рада расплакалась.

Трупы охранников и слуг валялись по всей поляне. У половины мертвецов тела обуглились до костей – следы воздействия запрещённого боевого артефакта. Купец сидел, неестественно привалившись спиной к перевёрнутой на бок карете, у трупа отсутствовала голова. Одежда на теле купца склеилась от загустевшей крови. Обрубок шеи плотно облепили насекомые. Раду вырвало.

Спотыкаясь на ходу, девушка медленно побрела прочь. Солнце стояло высоко, когда она наткнулась на мелкую речку. Стащив с себя одежду, Рада долго полоскалась в прохладной, прозрачной воде. Немного успокоившись, девушка выстирала одежду и разложила сушиться на плоском тёплом камне. Плащ и шляпа остались на поляне.

Постепенно к Раде вернулась способность рассуждать здраво. Первой мыслью было желание отправиться к местным властям и рассказать о нападении на обоз. Позднее девушка вспомнила Учителя, его насмешливые глаза, лицо в старческих морщинах и едкий, надтреснутый голос. «Иди, глупышка, иди! Помоги найти преступников. Но сперва разложи в своей неразумной голове всё по полкам…»

Что она может рассказать судебному магу? То, что разбойники применили запрещённые артефакты, забрали с собой к какому-то хозяину пленных и перебили остальных. И ещё Рада видела оборотня. Любой маг, даже начинающий, по ходу беглого осмотра узнает и об артефактах, и о пленниках, да и о том, что дочь купца растерзал оборотень. Поскольку следы нападавших имелись только на поляне, напрашивался вывод, что разбойники использовали портал. Выходит, практической пользы от свидетельницы никакой! Но вопросы появятся. Например, почему уцелела она одна? Неужели её не смог обнаружить поисковый артефакт? Короче, не договариваете, девушка. Почему в мужской одежде? Шпионите? Безусловно, подлинную личность свидетельницы легко установить по медальону рождения с отпечатком ауры, который носят на шее все подданные королевства. Тогда у следователя непременно появятся другие, неприятные для беглянки вопросы…

Настоящий Милантий Хован, романтичный, субтильный юноша, сейчас, скорее всего, сочиняет очередную поэму, запершись в комнате, чтобы никто не отвлекал. Нет, она, конечно, не скрывала собственного имени, просто чуть-чуть его сократила и выбрала девичью фамилию матери, законом не возбраняется.

Родители умерли? Обратятся к другим родственникам. А вот с ними Радане Ивор встречаться не следует. Родня вряд ли удержится от искушения отправить сироту на кладбище раньше положенного. Пусть лучше считают её пропавшей или погибшей. И будет им спокойно, какое-то время…

Любопытно, откуда у разбойников артефакты стражи? Кто их хозяин, не высокопоставленный ли лэр, которому проще простого чужими руками избавиться от нежелательной свидетельницы? Так что простите, добрый господин Дагус и бедняжка Зоряна, мне следует продолжить путь в столицу! Увы, помочь вам ничем не смогу, но и забыть о вас тоже не получится… Хвала Двуединому и Светлой Ари, что укрыли меня от смерти!

Девушка проспала в укромном уголке на мягком мху до обеда. Чтобы больше походить на юношу, Рада обрезала ножом волосы до плеч. Нож в ножнах из мягкой кожи она прятала за поясом штанов. После чего беглянка оделась в сухие вещи и направилась на поиски дороги. Хорошо, что деньги, что дал Учитель, и подаренное мамой ожерелье Рада зашила в наскоро сооружённый из ночной сорочки нательный жилет. К вечеру девушка вышла к тракту. На попутных крестьянских телегах Рада добралась до Гавеля, откуда до столицы оставалось пару дней пути…

Глава 2

НОВИЧКИ

Бабка Ильмера умерла на рассвете. Витан просидел подле неё всю ночь. Накануне ничто не предвещало смерти знахарки. Ильмера как всегда, спокойно и деловито, возилась в маленьком домике на краю села: перебирала травы, готовила отвары и настои, раскладывала по склянкам мази. Разве что в свой последний день знахарка не взяла ни одного нового заказа и наотрез отказалась принимать больных, отсылая их за помощью к травнице в другое село. Вечером, когда пастух пригнал коров с пастбища, бабка послала за Витаном.

Ещё на пороге парень заметил, что знахарка ведёт себя странно. Бабка порывисто обняла любимого внука, и в её тёмных, по-девичьи ясных глазах заблестели слёзы. Ильмера усадила Витана за стол, достала из печи пышный яблочный пирог и налила в кувшин душистый травяной отвар. Пока парень ел, знахарка задумчиво перебирала старые свитки.

– Баб? Ты здорова? Крыша опять протекает, или кто обидел? – встревожено спросил Витан. Бабку он любил и уважал.

Ильмера покачала головой. – Никто меня не обижал, дорогой. Я позвала тебя, чтобы попрощаться.

– Ты хочешь уехать?! – удивился юноша.

Знахарка невесело улыбнулась. – Скорее уйти. Думаю, к утру меня не станет.

– Баб! Что ты говоришь! – ахнул Витан.

– Я умираю... Чувствую, как меня покидает жизнь. Кровь застывает в венах, ноги наливаются свинцовой тяжестью.

– Бабулечка! Я всё для тебя сделаю, скажи, что надо!?

– Дорогой, от старости нет лекарств! Я и так долго жила, теперь мне пора уходить. До того, как умру, я должна рассказать тебе нечто важное… О чём-то ты догадываешься, но толком ничего не знаешь. - Ильмера быстро взглянула на внука и продолжила: - Когда-то я совершила роковую ошибку и заплатила за неё высокую цену. Видишь ли, мы принадлежим к старому магическому роду. У тебя тоже имеется магический дар, который передаётся из поколения в поколение. – Пытаясь побороть подступающую слабость, Ильмера смахнула ладонью выступившие на лбу капли пота и откинулась на спинку резного кресла: – После окончания академии я влюбилась. Мой избранник был одним из самых талантливых магов в королевстве... Несчастного сгубила тяга к власти и непомерное честолюбие. Он стал слугой Отступника, ренегатом. Отказаться от возлюбленного я не смогла… – Знахарка шумно, со свистом выдохнула. Под загорелой кожей на тонкой шее Ильмеры набухли вены. Глаза женщины потухли, голос зазвучал тускло и отрешённо: – Войну маги-ренегаты проиграли. Мужа казнили, а меня изгнали, предварительно заблокировав связь с внутренним магическим источником... Я долго скиталась, пока не нашла пристанище в Малом Дворище, где встретила твоего деда. Чудо, что появилась на свет твоя мать, наша дочь. Правда, прожила она недолго, и неудивительно, обычно «лишенцы» не имеют потомства. Моя единственная дочь родилась вопреки всем магическим законам, и её жизненная сила изначально была ограничена.

– Ба, последняя война с магами-ренегатами закончилась более ста двадцати лет назад! - ахнул Витан.

– Сейчас ты знаешь, какая я древняя старуха! – невесело усмехнулась Ильмера. – Вообще-то, прирождённые маги живут намного дольше. Но во мне магии осталось совсем немного. Зато в тебе её полно. Ты маг, Витан. Совсем скоро твой внутренний источник окрепнет, и тебе будет сложно его контролировать. Ты обязан поступить в академию магии!

– А как же отец, братья, мастерская?! – Парень чувствовал себя ответственным за дальнейшую судьбу младших братьев от второго брака отца.

– Не губи свой дар, Витан! В ларец я положила несколько свитков, они тебе пригодятся. Ты должен учиться… И не совершай ошибок, подобных моей. Поверь, слуги Отступника убивают всё лучшее в себе и других, их деяния приносят лишь горе, - с горячностью пробормотала знахарка.

Ильмера схватилась руками за грудь и захрипела. Витан уложил бабку в кровать, и она погрузилась в тяжёлый, беспокойный сон. Во сне знахарка кого-то звала, о чём-то просила, плакала, даже кричала. Перед рассветом бабка, наконец, успокоилась и открыла глаза.

– Витан! Попроси, чтобы меня похоронили на холме возле леса, – тихо проговорила Ильмера, судорожно всхлипнула и умерла.

За ночь знахарка из моложавой женщины превратилась в худенькую, маленькую старушку с впалыми щеками и совершенно седыми волосами. Тело высохло и сморщилось. Витан со страхом и жалостью вглядывался в бабкино лицо, с трудом узнавая любимые черты.

***

Ильмера появилась в Малом Дворище лет за пятьдесят до рождения Витана. С тех пор внешне она почти не изменилась, разве что в тёмных волосах появилась седина, а на лице – тонкая сетка морщин. Издали незнакомые люди принимали стройную, подвижную бабку Ильмеру за молодую женщину. Односельчане и жители ближайших деревень приписывали задержавшуюся молодость знахарки её магическому дару и радовались, что в селе практикует сильная ведунья. Кто она и откуда Ильмера никогда не рассказывала, да её особенно и не спрашивали.

О себе пришлая незнакомка сообщила, что она – знахарка, умеет лечить людей и животных, заговаривать от дурного глаза и прочих напастей. Сколько ей лет никто не знал. Выглядела ведунья, словно молодая девушка. Но истинный возраст знахарки выдавали глаза, так умно и проницательно умеют смотреть только прожившие долгую жизнь старики. Однако люди не удивились, когда самый завидный в Малых Дворищах жених, силач и красавец мастер-краснодеревщик, позвал Ильмеру замуж. Гибкая, точно ива, темноглазая приветливая женщина нравилась многим.

Супруги прожили душа в душу долгие годы. Одно огорчало краснодеревщика – единственная в семье дочь родила сына и угасла в неполные двадцать лет. К счастью, зять достался толковый. Мастер обучил его секретам работы с деревом и передал по наследству мастерскую.

Когда Витан изложил просьбу бабки быть похороненной на холме возле леса, служитель Нура, бога-хранителя порядка в мире мёртвых, возмутился. Покойной знахарке, мол, место на кладбище, там, где земля отдана в полное владение бога усопших. Иначе почившая ведунья непременно встанет из могилы и примется вредить живым. Родные Витана служителя поддержали, и бабку похоронили на сельском кладбище. Вечером, во время поминального ужина из щелей в полу полезла рыжая жирная кладбищенская земля, и отчётливо запахло мертвечиной. Односельчане в ужасе разбежались по домам.

Дальше сделалось страшнее. Мёртвая знахарка начала появляться в самых неожиданных местах, колдовать и пророчить всякие беды. К кому-то Ильмера подошла среди бела дня на улице. Кто-то видел, как ведунья к вечеру возвращалась с кладбища в её домик. Кузнец рассказывал, будто покойница, склонившись над колыбелью его больного сына, шептала заклинания. Повезло, что младенец после этого выздоровел...

Видел бабку и Витан. Он работал в мастерской над комодом для городского заказчика, когда чья-то рука невесомо коснулась плеча. Витан обернулся и увидел Ильмеру. Знахарка появилась перед внуком не сморщенной, седой старухой, а молодой, красивой женщиной в длинном до пят синем платье и с распущенной чёрной косой. Ильмера грустно смотрела на Витана, укоризненно качая головой.

Служитель Нура провёл над могилой ведуньи обряд очищения. Не помогло. Ильмера продолжала бродить по селу. Тогда народ потребовал перезахоронить знахарку там, где она хотела. Служитель Хранителя усопших произнёс длинную прочувствованную речь о мятежной душе ведуньи, поохал и с решением односельчан о переносе тела на холм согласился. При жизни Ильмера любила там сидеть летними вечерами. Погрузившись в собственные мысли, знахарка наблюдала, как солнце на закате прячется за верхушками деревьев, и долина погружается в ночь. После перезахоронения мёртвую ведунью в селе больше никто не видел.

***

В середине лета Витан попросил отца отпустить его в магическую академию. Тот расстроился. Старший сын был гордостью и надеждой мастера. Вещи, сделанные ловкими руками парня, отличались прочностью и раскупались в первую очередь. Именно Витану должна была со временем отойти мастерская деда. Но отказаться исполнить волю покойной тёщи краснодеревщик не посмел.

Сборы в академию магии по разным причинам затянулись до середины серпня. После сбора урожая и последовавшей за ним большой ярмарки, будущий маг, простившись с семьёй, пристроился в купеческий обоз, который направлялся на север. Когда Витан проезжал мимо любимого бабкой места, юноше показалось, будто на вершине холма стоит Ильмера и машет ему рукой.

С обозом Витан добрался до Любича, большого торгового города, где купил место в пассажирской карете до столицы. Поскольку время отбытия в Аркон было назначено на утро следующего дня, Витан решил переночевать в ближайшей к станции корчме. Заведение выглядело вполне приличным: просторный обеденный зал, хорошая еда и чистые гостевые комнаты. За ужином Витан познакомился со столичным купцом – парнем на три-четыре года старше него.

Чернявый, белозубый купец оказался отличным рассказчиком. Не только Витан, но и прочие гости слушали остроумные байки о столичной жизни с раскрытыми ртами. Утром весёлый «купец» бесследно исчез вместе с кошелем Витана и деньгами других постояльцев корчмы. Пришлось продать новые сапоги, специально купленные для академии, и зимнюю куртку.

«Какой из меня маг?!» – переживал Витан. – «Доверился вору, не почувствовал ни малейшего подвоха!» Парень начал сомневаться в собственных магических способностях. Чем меньше становилось расстояние до столицы, тем сильнее юношу одолевали сомнения…

***

До Аркона оставался один перегон. Последнюю остановку возница сделал в маленьком зелёном городке. К завершению утомительной дороги, занявшей седмицу и три дня, Витан окончательно убедил себя, что он – неудачник, и в академию его не примут.

Пассажиры до столицы успели сесть в карету, когда на станции нарисовалась занятная группа. Старик-маг со значком представителя суда на коричневой мантии и двое стражников – пожилой здоровяк с сумой на плече, вслед за которым размашисто шагал его товарищ, вооружённый мечом. Мечник тащил за руку тощего парнишку с огненно рыжими растрёпанными волосами и густо усыпанным веснушками лицом. Рыжий парень, примерно одного возраста с Витаном, зорко посматривал по сторонам, дерзил стражникам и магу, пытавшимся в три голоса что-то втолковать осуждённому.

– Всё равно сбегу! – упрямо заявил Рыжик сопровождающим, когда процессия приблизилась к карете. Стражник с мечом ухмыльнулся в русую бороду и дёрнул цепь, крепившуюся к стальному браслету на запястье парня.

– Не сбежишь! Не такие, как ты, пробовали сбежать. Ни у кого ещё не получилось! – уверенно проговорил маг. – Пока не закончишь учёбу, воли тебе не видать! А когда закончишь, сам не захочешь.

– Слушай, малый, что умный человек тебе говорит! Уважаемым гражданином сделаешься, честно разбогатеешь, – веско заметил мечник.

– Скорее моя душа к предкам отправится!

– Глупый ты ещё, потому что молодой! Где теперь твои товарищи? Молчишь? – встрял в разговор до сих пор молчавший пожилой стражник. – Я тебе скажу где. Одни – на кладбище, радуют свежим мясцом могильных червей, другие – на рыночной площади кормом для ворон висят, а третьи – на королевской каменоломне. Тебе повезло, что не попался, и дар у тебя обнаружился. Поэтому с тобой и возятся!

Парень опустил голову и помрачнел. Маг достал короткий жезл и кивнул мечнику. Стражник подтащил упирающегося Рыжика к магу и распахнул рубашку на груди осуждённого. На верхушке жезла вспыхнул ярким оранжевым светом прозрачный камень. Маг, прикоснувшись жезлом к груди юноши, невнятно забормотал заклинание. Парень взвыл от боли и зашатался. На белой коже заискрилось затейливое клеймо.

Витан сидел у окошка и наблюдал за исполнением приговора. Отчаянно сопротивляющийся магу Рыжик вызывал у него сочувствие. Судебный маг закончил бормотать заклинание. Клеймо перестало искриться и побледнело. Браслет соскользнул с руки парня. Пожилой стражник с довольным видом подобрал судебное имущество, и, улыбаясь во весь рот, небрежно сунул браслет с цепью в суму на плече.

Маг окликнул возницу, предъявил ему свиток с королевской печатью и потребовал усадить осуждённого в карету. Стражники подвели к карете неуверенно перебирающего ногами Рыжика и пристроили его рядом с Витаном.

– Держи! Подъёмные от королевства, – седой здоровяк бросил осуждённому небольшой мешок из плотного холста. – Потом отработаешь!

Карета тронулась. Сосед Витана закрыл глаза и прислонился к стенке. Толстая тётка напротив шустро задвинула под скамейку большую корзину с ароматными колбасами и прочими копчёностями. По дороге толстуха периодически нервно поправляла цветастый платок на голове, с опаской поглядывая на рыжего парня. Остальные пассажиры старательно его не замечали.

Желая сэкономить время, возничий свернул на просёлочную дорогу. Карету крепко тряхнуло на очередном ухабе, мешок свалился с колен осуждённого прямо под ноги Витану. Витан поднял мешок и тронул соседа за плечо. Рыжий парень мгновенно открыл глаза и дружелюбно подмигнул.

– Ярек, – представился он. – Спасибо.

Витан улыбнулся. Ему очень хотелось расспросить нового знакомого о том, в чём тот провинился перед законом, и о клейме на груди. Но, не желая обидеть парня, Витан промолчал.

– Видел, с каким почётом меня в карету усадили? – заговорил Ярек.

Витан кивнул.

– Отправили в академию магии на учёбу в принудительном порядке! – продолжал Рыжик.

– Да ну?! – воскликнул Витан.

– Не удивляйся. У меня магические способности седьмого уровня! Вредный дед, то есть господин судебный маг, так говорил. И поскольку я не совершил ничего, ну, скажем, почти ничего незаконного, меня отправили не на каменоломни, а на учёбу в академию. Надо же кому-то на границах нежить гонять!

– Повезло тебе.

– Ты что, шутишь?! – фыркнул Ярек. – Сдалась мне эта магия! Боевые маги на границе долго не живут. А мне умирать не охота…

– Почему сразу умирать? Жизнь у магов, говорят, длинная, – неуверенно заметил Витан.

– Если не прибьют или не съедят!

– Ты неправ! У тебя появился шанс раскрыть свой дар, научиться его использовать, сделать что-нибудь достойное! – горячо возразил Витан.

В ответ Ярек насмешливо фыркнул и закатил вверх глаза. – Мечтатель ты, парень! – печально вздохнув, заключил он.

– Вовсе нет! Слышал, если одарённый не научиться контролировать магический талант, то со временем потеряет разум.

– И кто это сказал?

– Моя бабка, она недавно умерла.

– Бабка была магичкой?

– Да. И она велела мне поступить в академию. Но я не уверен, что у меня получится, – негромко добавил Витан и покраснел.

– Выходит, товарищи по несчастью? – уточнил Ярек.

– Я не считаю несчастьем магический дар!

Разговор угас сам собой. До столицы парни молчали. Каждый думал о своём. Витан переживал, что его не примут в академию по причине отсутствия способностей к магии. Ярек размышлял, как избавиться от клейма и заодно от сомнительных благ магического образования.

***

Выскочив из душной кареты на пассажирской станции Аркона, Витан растерялся. Такого количества народа он ранее никогда не видел. Отъезжающие с сумками, мешками и корзинами суетились вокруг трёх десятков карет. Кричали дети, громко переговаривались возницы. Торговцы едой и напитками толкались в толпе, заманивая покупателей.

Кто-то больно двинул Витана локтем в бок. Юноша резко развернулся и увидел плотного, румяного мужика с полным пирогов лотком. Горячий, сытный дух свежей выпечки ударил в нос, и в животе предательски заурчало. После скудного ужина из чёрствого хлеба и чашки простокваши у Витана не было ни крошки во рту, денег на покупку еды тоже. Торговец уловил голодный взгляд парня и принялся с удвоенной силой расхваливать товар. Витан помотал головой в знак отказа и быстрым шагом покинул территорию станции.

Очутившись в городе, юноша с восторгом провинциала принялся разглядывать незнакомые улицы с затейливыми светильниками, каменные двух и трёхэтажные дома с многочисленными лавками, магазинами и трактирами, мощёные светлым камнем дороги. Побродив по улицам часа два, Витан устал от разнообразия впечатлений и городского шума. Юноша уселся на скамейку возле фонтана и задумался о вступительных испытаниях в академию.

– Эй, хорошо сидишь! – окликнул Витана знакомый голос. Парень повернул голову и увидел Ярека. Рыжик улыбался во весь рот и с аппетитом уплетал пирог с капустой. Витан невольно сглотнул слюну.

– Держи! Этот, наверно, с яблоками, – Рыжик протянул Витану пышный круглый пирожок. – Ешь, не стесняйся! Я ещё достану. – Приговорённый к учёбе выразительно помахал холщовым мешком. С того момента, когда Витан в последний раз видел подъёмные Ярека от королевства, мешок существенно потолстел.

У Витана зашевелилась нехорошая мысль на предмет способа приобретения пирожков новым знакомым. Однако голод победил, и юноша с наслаждением откусил сразу половину пирожка. Ярек рассмеялся.

– Пойдём искать академию? – предложил Рыжик, когда пирожки закончились. Витан согласно кивнул. После еды его настроение заметно улучшилось, и мрачные мысли о том, что ему откажут в приёме, на время канули прочь. По дороге парни спросили у пожилой супружеской четы, как добраться до академии магии. Старички окинули будущих магов уважительным взглядом и, не упуская ни малейшей детали, подробно описали дорогу до самого знаменитого учебного заведения столицы.

***

Академия магии находилась за чертой города в парковой зоне. Солнце алело на горизонте, когда парни добрались до места. Первое, что попалось им на глаза, были высоченные, выкованные из тёмного металла ворота. За оградой из того же металла просматривалась дубовая аллея и широкая галечная дорога. Витан и Ярек приблизились к воротам вплотную. Однако охрана не давала о себе знать.

Четверть оборота парни терпеливо протоптались перед воротами, разглядывая припаянные к ним полукругом гербы. Сверху на одном уровне крепились два изображения, имеющие полностью противоположное значение. Два меча, один с серебряной рукоятью в венке из зелёных листьев, направленный острым концом вверх, другой – в обведённом чёрной линией круге остриём вниз и простой, без украшений рукоятью. Со стороны меча в зелёном венке красовались гербы с синим копьём и серебристым луком на светло-голубом фоне. От направленного рукоятью вниз меча имелись ещё два герба. Первый – огненный шар с кинжалом в центре, второй – молот, разбивающий скалу.

Прождав ещё около половины оборота, Витан в отчаянии толкнул ворота рукой, и они тотчас же распахнулись. Юноша смело направился вперёд по аллее. Ярек попытался пойти в противоположном направлении, но непослушные ноги застыли на месте, отказываясь повиноваться. Пришлось топать вслед за Витаном.

Дорога привела к огромному зданию из белого камня. Около здания прогуливались адепты, одетые в основном в тёмно-серые рабочие мантии из плотной, грубой ткани. К Витану и Яреку подскочил высокий адепт с белыми нашивками и эмблемой с серебристым луком на груди – знаком стихии воздуха.

– Новички? Идите за мной, – важно проговорил воздушник. – Собственно, сегодня у нас последний приёмный день! Обычно с приёмом новеньких укладываемся за первую седмицу серпня, иногда до конца месяца дополнительно подходят ещё один – два человека, не больше! А тут напоследок сразу трое поступающих, такое на моей памяти впервые!

Воздушник подвёл Витана и Ярека к одетому в лёгкую серебристую мантию худощавому светловолосому мужчине средних лет.

– Учитель, явились ещё двое! – громко произнёс адепт.

– Да? – светловолосый маг обернулся. Витан почувствовал, как нечто незримое мягко коснулось его разума. – Приветствую вас в академии магии, адепты! – одухотворённое лицо преподавателя с едва заметными морщинками в уголках небесно голубых глаз выражало искреннюю радость. – Я – декан факультета магии воздуха магистр Элвин, – широко улыбнулся маг. – Надо же, все трое с даром Двуединого! – воскликнул он. – Славин, отведи новеньких к госпоже Варине, пусть она их поселит и выдаст, что полагается. Кстати, где девушка?

Из тени деревьев показался тоненький синеглазый паренёк с золотисто-русыми волосами до плеч.

– Госпоже известно, что в академию принимают с пятнадцати лет? – обратился магистр Элвин к «мальчишке».

– Пятнадцать мне исполнилось месяц назад! Медальон рождения подтвердит, – тряхнув густой чёлкой, звонко ответил «паренёк».

– Это, видимо, нужно отдать вам. – Ярек протянул магистру письмо судебного мага. Магистр Элвин вскрыл магическую печать и быстро пробежал глазами текст. Хмыкнул. Затем окинул насмешливым взглядом Ярека и, тщательно выделяя каждое слово, проговорил: – Приступайте к учёбе, адепт! Здесь вы – равный среди равных. Прошлое не имеет значения. Отношение к вам будет основано на вашем трудолюбии и поведении в стенах академии.

Ярек стушевался и покраснел.

– Господа адепты первого курса, я вас больше не задерживаю! – заявил магистр Элвин, жестом подзывая Славина.

– А когда начнутся вступительные испытания? – затаив дыхание, поинтересовался Витан.

– Какие испытания? – удивлённо приподнял брови магистр Элвин. – Вы о чём, молодой человек? Испытания вы прошли. Ворота пропустили вас беспрепятственно?

– Разве они были заперты? – не понял Витан.

– Для тех, кто не имеет магических способностей, да. В общем, не сомневайтесь, вы приняты. Подробности завтра на построении расскажет ректор.

У Витана камень свалился с души.

Глава 3

ПЕРВЫЕ ШАГИ

Во сне Витан шёл через луг с высокими пахучими травами к бабке Ильмере. Ярко светило солнце, стрекотали кузнечики, в небе заливался жаворонок. К разочарованию юноши, домик знахарки оказался пустым. На столе лежала раскрытая толстенная книга в чёрном кожаном переплёте. Витан принялся поспешно переворачивать исписанные незнакомыми буквами листы, но прочитать ничего не сумел. Вскоре терпение парня истощилось, он сплюнул с досады и проснулся…

Витан открыл глаза и поначалу не понял, где находится. Незнакомая комната с двумя узкими, длинными окнами и белыми стенами, массивный письменный стол… Солнечный луч упал на пол из красного, гладко отшлифованного камня. Юноша потянулся, с наслаждением вдохнул прохладный утренний воздух и, свесив ноги, уселся на постели. Каменный пол под босыми ступнями был тёплым и приятным. На соседней кровати кто-то тихо посапывал… И тут память услужливо развернула картинку вчерашнего дня. Академия магии! Его вчера приняли на первый курс. А на кровати дрыхнет рыжий Ярек.

Размышления адепта прервал басовитый гул колокола на главной башне. Витан вскочил с постели и отворил дверцы шкафа, где висели две новые тёмно-серые мантии. Также первокурсникам выдали сапоги, по два комплекта верхней одежды и письменные принадлежности. Витан окликнул спящего соседа, тот сонно пробормотал короткое ругательство и перевернулся на другой бок, укрывшись с головой под одеялом. Витан философски пожал плечами, быстро оделся и отправился в умывальню. Там уже толпились будущие соученики.

Повесив на шею полотенце, юноша встал в очередь к ближайшему умывальнику и начал потихоньку разглядывать однокурсников. Его внимание привлёк стройный, широкоплечий парень, энергично растирающий полотенцем тренированное тело. Мышцы плавно перекатывались под гладкой смуглой кожей, а на боку виднелся свежий рваный шрам.

Парень связал в аккуратный хвост тёмные вьющиеся волосы и, почувствовав взгляд Витана, обернулся. Чёрные глаза скользнули по лицу и фигуре юноши. Точёные черты сурового лица на миг застыли. Витан почувствовал себя неуютно, будто его застали за подглядыванием. Незнакомый парень расслабился и вполне дружелюбно улыбнулся.

– Врон! – представился он. Витан тоже назвал своё имя. Врон был старше Витана на несколько лет и успел послужить на северной границе следопытом. Магические способности проявились у него совсем недавно во время стычки с нежитью. По рекомендации отрядного мага начальство направило Врона в академию.

В умывальне появился розовый со сна Ярек. Бойкий Рыжик стушевался, когда натолкнулся на бывшего следопыта. Витана замешательство товарища позабавило, и он тотчас же познакомил Ярека с грозным Вроном.

После завтрака опять зазвучал гонг, и адепты гурьбой отправились на круглую площадь перед центральным входом в академию. На возвышении в центре площади показался ректор и деканы факультетов в парадных мантиях, на террасе расположились преподаватели. Первокурсников набралось более ста человек, их выстроили рядами напротив помоста. По обе стороны от новичков стояли группы адептов второго и третьего курсов, мантии которых отличались от мантий первокурсников количеством нашивок.

Адепты старших курсов красовались в разноцветных мантиях из прочного ларнесского шёлка. Цвет мантии соответствовал определённому факультету. Серебристые мантии носили адепты воздуха, синие – адепты воды, алые – огня и коричневые – земли. Особняком расположидись слушатели факультета магии жизни в зелёных мантиях и небольшая горстка адептов, магов смерти, в чёрном.

Первокурсники напряжённо ждали выступления ректора. Адепты второго и третьего курсов весело переговаривались. Старшекурсники откровенно скучали, снисходительно поглядывая на новичков. Наконец пропел гонг, призывая собравшихся к вниманию. Ректор в коричневой мантии с алыми нашивками и эмблемами факультетов земли и огня взял слово.

– Поздравляю от себя и преподавателей академии адептов-первокурсников и тех, кто готов продолжить обучение в высшей школе магии. Сегодня адепты, закончившие в этом году третий курс, впервые надели парадные мантии своих факультетов. Завтра они по традиции разъедутся на целевую практику под руководством преподавателей по основной специальности. Адепты-первокурсники после построения отправятся в лабораторию на первом этаже здания академии, дабы определить характер и уровень магического дара.

Говорю специально для первокурсников, по окончанию третьего курса адептам выставляются три оценки – уровень магического дара, знание теории и практики магии. Первая оценка зависит от развития внутреннего источника мага, со временем она обычно повышается, вторая и третья – от старания и усердия.

После посещения лаборатории первокурсников разобьют на группы по характеру магического дара. Первые два года в академии обучают базовой магии, то есть для всех предлагается одинаковая программа, но со второго курса начинаются профильные факультативы. На третьем курсе адепты изучают основные разделы магии, соответствующие типу источника и выбранной специальности.

Для поступления на старшие курсы уровень развития магического источника должен быть не менее пятого. Те, у кого червёртый уровень и ниже, после третьего курса получают диплом мага первой ступени и направляются на работу по выбранной специальности с учётом знаний теории и практики магии…

В рядах первокурсников послышались огорчённые вздохи. Кое-кто расстроился. Ярек горделиво расправил плечи. Он со своим седьмым уровнем точно попадёт в высшую школу!

***

Возле лаборатории на первом этаже главного здания первокурсников снова выстроили в несколько рядов. Чуть погодя перед каждым рядом распахнулась тяжёлая дубовая дверь. Витан вместе с Яреком оказались в очереди последними. Адепты один за другим входили в лабораторию, каждый находился там не более пяти-семи малых оборотов. Однако очередь тянулась медленно. Витан успел проголодаться, когда наступил его черёд.

Лаборатория юношу немного разочаровала, пустой, с голыми стенами прямоугольный зал без окон. Освещение давали магические светильники на потолке. По команде преподавателя Витан встал на гладкую площадку, покрытую полупрозрачным белым камнем. Внезапно в голове адепта послышался тихий шёпот, который постепенно делался громче и настойчивей. Но смысла произносимых слов разобрать не удалось. Витан ощутил, как внутри него зреет некая мощная сила, выходит за пределы тела, окружая его незримым коконом. А дальше разом всё прекратилось. Парень услышал голос преподавателя и по его знаку покинул площадку.

– Поздравляю, у тебя на данный момент шестой уровень, магический дар Двуединого. Твой источник пробудился совсем недавно, так что имеются хорошие перспективы роста. Ты – маг жизни или смерти, как со временем решишь сам.

– Что значит решу сам?

– Видишь ли, жизнь и смерть – две стороны одного дара. Кто-то развивает в себе магию жизни, становится целителем или, допустим, аграрием. Кто-то выбирает стезю мага смерти, некроманта. Короче, повторяю, окончательное решение за тобой.

Во дворе возле центрального входа адептов разделили на пять групп от пятнадцати до двадцати пяти человек в каждой. Разделение проводилось по характеру магического дара, адепты стихии огня, воды, земли, воздуха и носители магии Двуединого. Последняя группа выглядела самой многочисленной, более трети в ней составляли девушки. Ярек и Врон попали в одну группу с Витаном.

– Что-то ты задержался, приятель! – приветствовал Витана Ярек. – Признавайся, какой у тебя уровень!

– Шестой.

– А ты ещё переживал, что не поступишь!

Врон сообщил Витану, что у него седьмой уровень. С некоторым удивлением Витан заметил в их группе тоненькую девчонку, которая тоже приехала в академию вчера. Девчонка с нарочито невозмутимым видом стояла отдельно от других девушек. Спустя пару малых оборотов к группе носителей магии Двуединого присоединился ещё один адепт – красивый парень с вьющимися светлыми кудрями до плеч и выразительными карими глазами.

– Дарен. Шестой уровень, – громко представился он и ослепительно улыбнулся.

При появлении последнего однокурсника адептки оживились и принялись строить ему глазки. Лишь тоненькая девчонка с золотисто-русой чёлкой не проявила к нему ни малейшего интереса.

– Группа! Слушайте мои указания! – длинный, сухой как жердь магистр в серой рабочей мантии с эмблемой факультета смерти приблизился к носителям дара Двуединого.

– Я – магистр Грегор Лойко, ваш первый куратор. Второй куратор ждёт в учебном классе, – резким, властным голосом заявил некромант. – Заканчивайте разговоры и следуйте за мной! – приказал он. Адепты моментально замолчали и, робко переглядываясь, отправились вслед за куратором.

Девушки, да и часть ребят с трудом поспевали за быстрым, размашистым шагом некроманта. Магистр Грегор провёл группу по узким, запутанным коридорам второго этажа и свернул в правое крыло здания. Место, куда куратор привёл адептов, было библиотекой.

– Опаздываете, Грегор! Я вас уже заждался, – тихо, почти шёпотом проговорил некто из-за стеллажей с книгами.

– Прошу меня простить, уважаемый магистр Тарциус!

– Не извиняйтесь. Новая группа? Негусто. В прошлом году на первый курс набрали в полтора раза больше. – Из-за стеллажей, прихрамывая, выбрался тощий, сутулый маг с жуткими шрамами на жёлтом лице и перекошенным ртом. Одно плечо магистра Тарциуса было заметно выше другого, на правой руке уцелело всего два пальца – большой и мизинец.

– Зато трое с седьмым уровнем и пятеро с шестым, у семи адептов признаки активного развития источника.

– Недурно! – кивнул библиотекарь. – Весьма недурно. – На лице магистра Тарциуса заиграла улыбка, более напоминающая страшную гримасу.

Кто-то из девушек ахнул. Улыбка библиотекаря сделалась шире.

– Если вовремя не залечить раны от магического оружия, остаются крайне неприятные последствия, – вполголоса произнёс магистр Грегор.

Рада, одна из немногих, кто не спешил отвести испуганный взгляд от калеки-магистра, заметила, как серые, холодные глаза куратора оценивающе вглядываются в новичков. На исчерченном глубокими морщинами лице некроманта промелькнуло подобие улыбки.

– Итак, займёмся делом. Сейчас вы получите набор учебников на первое время. Отнесите пособия в ваши комнаты. После чего возвращайтесь к главному входу, – буднично проговорил магистр Грегор, склоняясь над большим сундуком. Куратор извлёк из сундука внушительный поднос и водрузил на стол. – Подходите по очереди за книгами.

Магистр Грегор сделал лёгкий пас рукой, и на подносе появились четыре толстые книги. Ярек аккуратно взял набор учебников, уступая место следующему. Взмах руки куратора, и очередная стопка книг досталась другому адепту.

Учебники оказались тяжёлыми. Рада пошатнулась, и книга, что лежала сверху, едва не упала на пол. Библиотекарь ловко подхватил «сбежавший» учебник.

– Спасибо! – пробормотала адептка и осеклась. Глаза её встретились с пронзительным взглядом жёлтых глаз магистра Тарциуса. Девушка опустила голову и увидела на мантии инвалида эмблему мага воды. Сразу вспомнился рассказ покойного дядьки Будана о том, что оружие магов воды плохо справляется с нежитью. «Пока прибьют одну-две твари, скажем, Ледяным Копьём или водяным шаром, другая нежить до них самих доберётся!»

– Пожалуйста, малышка! – прошелестел тонкими, бескровными губами библиотекарь. Рада громко вздохнула и сглотнула слюну. Магистр Тарциус по-птичьи мотнул головой и отвернулся. Девушке захотелось его окликнуть, сказать ему что-то хорошее. Но библиотекарь неловко поковылял к стеллажам.

Оставив полученные учебники в комнате, Витан с Яреком отправились на встречу с куратором к главному входу. Адепты так торопились, что проскочили нужный поворот и заблудились. Правда, заблудились они не одни. К неудовольствию магистра Грегора, группа собиралась более половины оборота.

Второй куратор, низенькая полноватая магичка жизни в светло-зелёной мантии целительницы, разбила адептов на маленькие группы – по три человека в каждой. Витан попал в одну группу с Дареном и девчонкой с золотисто-русой чёлкой. Девчонку звали Рада. У всех троих имелся шестой уровень внутреннего магического источника. На последнюю, восьмую тройку с седьмым уровнем, куда вошли Врон, Ярек и миловидная блондинка, соученики посматривали с уважением и некоторой опаской.

Далее магистр Нейра рассказала адептам о программе обучения на первое полугодие. Перечень предметов впечатлял. Приуныли даже самые подготовленные. Магическое рунное письмо, травоведение, история магии, обычные и магические животные, основы картографии и политического устройства королевства и сопредельных государств, основы алхимии, боевая подготовка для всех, включая девушек, и работа с внутренними магическими резервами…

В заключение магистр Нейра сообщила, что в первом полугодии лекции будут совместными для всего курса. До обеда первокурсники прослушают лекцию по истории магии, которую традиционно читает ректор. После обеда предстояла лекция по картографии и политическому устройству, завершала учебный день лекция по травоведению. Каждое утро до завтрака в течение часа планировалась работа с внутренними магическими резервами, а после завтрака – лекции и практические занятия. В пять вечера – боевая подготовка. На самостоятельные занятия отводилось время по окончанию ужина и до утра, кто как будет справляться!

***

Кормили в академии без затей, но вкусно и сытно. В столовой Витан с Яреком встали в очередь к двум огромным котлам, откуда поварята наливали щи и накладывали кашу в миски адептов. Ярек дёрнул Витана за рукав и указал в середину зала, где за одним из обеденных столов сидели две девушки – Рада и блондинка с седьмым уровнем источника.

– Пойдём, составим девчонкам компанию!

Витан неуверенно пожал плечами. Навязывать кому-либо своё общество было не в его привычке.

– Пошли, тебе говорю, нужно налаживать контакты с будущими партнёрами! – вкрадчиво улыбнулся Ярек и подмигнул блондинке. Девушка отвернулась и приняла строгий вид.

– Может, не надо? Им и без нас хорошо.

– Почему-то мне думается, что ты положил глаз на малышку с чёлкой.

– Тебе показалось! – возмутился Витан. – И она ещё мелкая…

– Ты не представляешь, до чего быстро девчонки растут! Не заметишь, как подле неё пристроится кто-нибудь из наших однокашников, – не унимался Ярек. – О, гляди! Я прав!

За стол к девушкам подсел Дарен и с жаром принялся что-то им объяснять.

– Ты на него полюбуйся, каков ходок! Кстати, клеится он как раз к твоей малышке. Но она – ни-ни, – прокомментировал Ярек. – У меня в этом деле имеется опыт! – самоуверенно ухмыльнулся Рыжик.

– Ладно, пошли «налаживать связи с коллегами»! – сдался Витан.

– Нас разбили на тройки, исходя из равной силы источников для удобства отработки практических навыков, и чтобы в перспективе мы могли работать в команде, – говорил Дарен. Девушки внимательно его слушали.

– Ты прав! – бесцеремонно влез в разговор Ярек.

Дарен бросил на него недовольный взгляд и приготовился продолжать.

Но рыжий бесцеремонно его перебил: – Поскольку Витан в тройке с Радой, а я с ...

– Сияной, – блондинка назвала её имя. Ярек моментально расплылся в улыбке. – Не следует обсуждать важные вещи в неполном составе! – договорил рыжий. – Вот и Врон идёт!

Витан окликнул следопыта. Темноволосый адепт повернул голову. Выразительно жестикулируя, приятели позвали Врона за стол к девушкам. Дарен нахмурился и криво усмехнулся красиво очерченными губами.

– Предлагаю познакомиться ближе! Всё-таки, нам вместе учиться, – жизнерадостно произнёс Ярек. Врон удостоил Ярека мимолётного кивка и, прищурив веки, уставился на Дарена. С лица блондина пропала улыбка, он поджался, точно хищник перед прыжком, в его глазах промелькнула сдержанная угроза. Далее последовала затянувшаяся на малый оборот пауза. Врон и Дарен оценили друг друга, потом разом успокоились и заулыбались.

Витан понял, насколько взрослее и опытнее их с Яреком легкомысленный на первый взгляд красавчик Дарен и прослуживший не один год в Туманных горах следопыт. Беседа-знакомство затянулась до третьего удара гонга. Однокурсники поспешно сдали миски поварятам и помчались на лекции.

***

После капустного супа и каши с мясом клонило в сон. Картографию читал маленький, подвижный маг земли магистр Щур. Лекцию магистр сопровождал образными комментариями в адрес адептов.

– Вы, да-да, вы, молодой человек, карта висит на стене, а не на потолке! Ах, вам так лучше запоминается? Тогда, будьте добры, изобразите мне по памяти к завтрашнему дню основные картографические обозначения, используемые в королевстве!

– Милые девушки! Да, в третьем ряду справа, не старайтесь привлечь внимание адепта в четвёртом ряду слева. Он уже давно спит! Что, уже проснулся? Значит, мы его спросим, как обозначают на карте село, насчитывающее более ста дворов. Не знаете? Напишете к концу седмицы краткое изложение не менее, чем на десяти страницах…

Витан вздохнул. «Краткое» изложение предстояло писать именно ему.

На боевую подготовку адепты-первокурсники явились вялые и заторможенные. Объём свалившихся на них сегодня знаний оказался неподъёмным. Магистр Терин неодобрительно оглядел удобно расположившихся на зелёной травке первокурсников, адептов дара Двуединого, и зычно скомандовал:

– Встать! Бегом три круга по полигону, быстро!

– Целых три круга! – возмутилась полная девушка с толстой русой косой.

– Для тех, кому не нравится – четыре круга…

По завершению пробежки магистр Терин заявил, что первое полугодие большинство адептов посвятит отработке навыков самообороны. Безошибочно выделив из группы Врона, Дарена и ещё одного парня, магистр поинтересовался, где и в каких подразделениях они служили.

Преподаватель присвистнул, когда услышал, что Врон служил следопытом в Туманных горах, одобрительно кивнул плечистому мечнику Радиму, дружелюбно улыбнулся Дарену, успевшему закончить военную академию в приграничье и поучаствовать в стычках с орками на юге. У этих троих занятия будут строиться по индивидуальной программе.

После тренировки у большинства однокурсников по причине переутомления пропал аппетит. Но Врон и Дарен, казалось, совершенно не устали. За ужином они перебрасывались шутками и смеялись. Ярек хмуро поглядывал на веселившихся однокурсников и нецензурно ругал про себя магистра Терина. Перед сном Витан попытался почитать картографию, но уснул на второй странице, положив голову на учебник.

Глава 4

МЕРТВЕЦ НА СНЕГУ

До праздника зимнего равноденствия свободного времени у адептов-первокурсников было ничтожно мало. Тройки Витана и Ярека успешно пережили экзамены за первое полугодие, и, наконец, наступила долгожданная передышка…

– Сейчас я понимаю, почему старый морж заявил мне, что сбежать отсюда не получится! – глубокомысленно проговорил Ярек. Старым моржом Рыжик называл судебного мага, отправившего его в академию. – Здесь не дают ни спать нормально, ни думать о чём-то другом, кроме учёбы!

– Скажи, а за что тебя осудили? – полюбопытствовал Витан. – Если не желаешь, не рассказывай. – За четыре месяца ребята сдружились, но тёмное прошлое соседа по комнате не давало Витану покоя.

– Да, в общем, ни за что, – с показным равнодушием пожал плечами приятель. – Тётка определила меня в ученики к ювелиру. Жадный он оказался, просто жуть! Учить меня ничему не собирался, держал за прислугу, а в мастерскую пускал разве что с метлой и тряпкой. Зачем чужинца мастерству обучать, когда у самого сын и двое племянников? Я, конечно, за работой в мастерской наблюдал, хотел профессию получить. Но не сложилось…

– А тётке говорил, что тебя мастер ничему не учит?

– Говорил! Для тётки главное, что ей меня кормить и содержать не нужно, пока я в учениках состою. Пришлось терпеть! Сынок ювелира особо не перетруждался. Как отец из дома уйдёт, меня за работу засадит, а сам к девкам или в кости играть сбежит. Двоюродные братья помалкивали, боялись дядьке докладывать, что прохвост вытворяет. А в сумерках к папе-ювелиру люди захаживали, в основном одни и те же, приносили золотые вещи и камни на продажу. Я сразу смекнул, что там не всё чисто. Но хозяин разъяснил, что часто многие тайно продают семейные драгоценности, потому что не желают огласки по разным обстоятельствам. Однажды на рынке мне показали такого «продавца семейных ценностей». Матёрый ворюга!

– Почему ты в стражу не заявил?

– Шутишь! Ювелир вторым браком женился на сестре городского казначея, бабе из себя страшной, как болотная жаба, и злой, точно меняла с перепою! Зато породнился с влиятельным человеком, к господину казначею в нашем городке больше, чем к кому другому прислушивались. Если ювелир по-тихому краденное скупал, то сынок его, проигравшись в кости, действовал открыто. Даже меня к делу приспособил – камни из украшений доставать и золото плавить. Как-то принесли ему браслет со здоровыми изумрудами. Мне пришлось камни из него вынимать. После оказалось, что браслет тот украли у проезжего мага. «Потерю» маг отыскал быстро, и проделки папы с сыном выплыли наружу. Проезжий маг – серьёзный мужик, ушлый. Вызвал стражников аж из столицы! Арестовали разбойников с большого тракта, пяток воров и ювелира с сыном и племянниками. Я тоже под раздачу попал. Хотя, за исключением еды на кухне у ювелира, никогда ничего не крал!

– Признайся, пирожки, когда мы в академию приехали, всё-таки украл?

– Пирожки! – рассмеялся Ярек. – Пирожков мне тётка на рынке дала, замок ей на ларе починил!

– Спите? – в комнату заглянул Дарен.

– Выспались уже. До обеда провалялись! – буркнул Ярек.

– Тогда быстрее шевелитесь! Пойдём в трактир обмывать сдачу экзаменов. Девчонок я уже пригласил.

– Прости, Дарен. У нас с деньгами негусто. Стипендию на зимнюю одежду потратили и немного в долг прихватили, – признался Витан.

– Пустяки! Я угощаю. С трактирщиком год прослужили в одном отряде. Случайно встретились, так он пригласил меня вместе с однокурсниками. Хитрый лис рассчитывает на будущее обзавестись полезными связями среди магов.

– Вот это да! Я – за! – Ярек резво соскочил с кровати и бросился к шкафу с одеждой.

– Не так скоро. Девчонкам нужно время собраться. Встречаемся через оборот возле ворот.

***

Стряхивая на ходу с одежды хлопья снега, весёлая компания ввалилась в «Золотого бычка». В гостевом зале пахло жареным мясом, свежими досками и можжевельником. Веники из можжевельника, по народному убеждению, растения весьма действенные против нежити и тварей тьмы, красовались на бревенчатых стенах вперемежку с плетёнками лука и душистыми травами для приправ.

В большом зале стояла дюжина крепких новых столов, половина из них была занята. В середине зала вальяжно восседал толстый купец с шарообразной супругой и тремя взрослыми отпрысками. У окна о чём-то тихо беседовала пара эльфов. За столом перед стойкой трактирщика, откушав в удовольствие, мирно попыхивали трубками гномы. Перед огромным камином, зябко кутаясь в подбитый лисьим мехом плащ, тощий клерикус пил горячее вино с пряностями. Его потрёпанная сума со свитками лежала перед ним на столе.

Над камином висела картина с изображением аппетитного окорока с гарниром из тушеных овощей, пузатого кувшина вина и вазы с фруктами. По-видимому, картина предназначалась для повышения аппетита у посетителей. Деревянная лестница вела на второй этаж, где, скорее всего, жил хозяин с семьёй, и размещались гостевые комнаты. Справа от лестницы шумно праздновала удачную сдачу зимних экзаменов другая компания адептов.

Дарен подвёл однокурсников к длинному столу налево от лестницы, а сам направился к стойке, откуда ему навстречу важно выбрался крепкий, широкоплечий мужик в чистом фартуке. Трактирщик поздоровался с Дареном и с подчёркнутым уважением пожал адепту руку. Витан заметил, что вторая рука мужчины выточена из дерева. Тем не менее, трактирщик активно пользовался «деревяшкой», поддерживая блюда с едой и тяжёлые кружки с пивом.

– Эй, смотрите, кто пожаловал! – донеслось справа. Невысокого роста чернявый адепт с нашивками третьекурсника на шерстяной тунике сорвался со стула, указывая пальцем на первокурсников. – Салаги решили погулять! Но сначала из уважения к старшим пусть проставят нам выпивку. – Третьекурсники одобрительно загоготали.

– С какой это радости?! – возмутился Витан.

– Я же объяснил – из ува-же-ния!

– Ещё чего!

– Кажется, нас не уважают?! Я правильно услышал, Гард, младшие нас не уважают?

Тот, кого чернявый назвал Гардом, медленно поднялся из-за стола, расправляя богатырские плечи. Судя по выпученным дурным глазам, парень выпил больше, чем следовало благовоспитанному адепту. Пробурчав неприличное ругательство, Гард набычился и стукнул кулаком по столешнице. На столе, расплескав содержимое, подпрыгнули пивные кружки. Вареные раки посмертно обрели необычную резвость и выскочили из тарелки.

– Девчонки у них – милашки! – воскликнул блондин с эмблемой мага огня. – Очаровательные лэри, не соблаговолите ли оставить этих никчемных недоучек и присоединиться к настоящим мужчинам?!

– Не соблаговолят! – вспыхнув, как маков цвет, сердито произнёс Витан.

– Кого это ты назвал никчемными? – выкрикнул Ярек. – Что ты из себя воображаешь? Подумаешь, какой-то третьекурсник, сам толком ничего не умеешь!

Врон улыбался, посматривая на задир с возрастающим интересом и привычно отмечая слабые места потенциальных противников. Два мага огня, три воздуха, два воды, один – земли, причём четверо третьекурсников крепко перебрали пшеничного самогона с имбирным пивом.

– Господа адепты, вам пора проветриться! – вмешался трактирщик.

– Никто не смеет указывать Трису Небору! – завопил чернявый адепт и метнул тонкое Ледяное Копьё в бочонок с вином. Копьё рассыпалось осколками льда, не причинив дубовому бочонку ни малейшего вреда.

– Я же говорил, слабак! – удовлетворённо отметил Ярек. – И все вы – слабаки!

Приятели Триса разразились непристойной бранью.

Дарен приблизился к орущим третьекурсникам и спокойно проговорил: – Давайте не будем ссориться. У вас – своя компания, у нас – своя!

– Что, струсил? – фыркнул блондин.

Дарен побледнел, но сдержался. – Нет, не струсил.

– Тогда слабо ответить? – на ладони блондина запрыгал огненный шар.

– Не здесь. Не станем портить людям вечер. Выйдем на улицу.

– Блондин, просто так, без магии по морде получить не желаешь? – предложил Ярек.

– Можно и без магии, – согласился плотный, крупный парень с эмблемой мага воды, демонстрируя пудовые кулаки.

– Ребята, прекратите! – закричала Рада.

– Мы уйдём, но, пожалуйста, без драки, – попросила Сияна. – Не нужно драться…

В этот момент чернявый запустил пустой кружкой в Дарена. Дарен мгновенно уклонился. Гард вылез из-за стола и ринулся к Витану. Ярек схватил поднос и кинул его в мага огня. Поднос рассыпался прахом на подлёте. Гард замахнулся кулаком, метя в Витана, но получил крепкий удар ребром ладони по шее от Врона. Витан глиняной миской ударил по лбу упитанного парня, замахнувшемуся табуретом в Ярека. На ладони у мага огня заплясал новый пульсар. Воздушной волной сбило с ног заслонившего девушек Врона.

– Кто говорил «без магии»! – взвизгнула Сияна.

Купец с семейством поторопились покинуть заведение. Гномы пересели ближе к стенке и криками принялись азартно подбадривать первокурсников. Эльфы прекратили беседу и с любопытством наблюдали за бесплатным представлением. Клерикус юркнул под стол.

Пока третьекурсники и первокурсники яростно сражались, ломая предметы мебели, трактирщик шустро выскочил за дверь и побежал за стражей. Вслед за трактирщиком Дарен вытащил на улицу громилу мага воды. За ними последовали остальные.

Сражение продолжалось на свежем воздухе. Девчонки тоже не остались в стороне. Сияна лупила метлой здоровяка Гарда, не подпуская к плавно сползающему в снег Яреку. Рада, разогнавшись, дикой кошкой прыгнула на спину чернявому и вцепилась ему в волосы. Победа первокурсников была близка. Дарен и Врон аккуратно и грамотно уложили пятерых. Ярек барахтался в сугробе на обочине дороги, но был цел и боеспособен. Витан боролся на утоптанном пятачке с упитанным магом воды.

Блондин пропустил удар кулаком в челюсть, рухнул в снег, тряхнул головой и поспешно пополз прочь от места побоища. Внезапно он остановился и закричал. В его крике было столько неподдельного ужаса, что драка сразу прекратилась.

– Нет, это не я! – вопил блондин.

Бывшие соперники окружили нервно вздрагивающего адепта. Парень дрожащими руками разгребал снежный холмик в стороне от дороги. – Я его не убивал, – приговаривал он. – Это не я!

Дарен отодвинул ошеломлённого Гарда, склонился над запорошенным снегом телом, а после поманил рукой Врона.

– Труп? Молодой мужчина, тело ещё тёплое. И … ему разорвали горло, – тихо проговорил бывший следопыт. – Но крови почему-то почти нет. На куртке – эмблема травника.

Заляпанное кровью, белое лицо мертвеца с заострившимися чертами и разинутым от ужаса ртом мало напоминало человеческое, скорее, маску обречённого на вечные страдания слуги Отступника.

– Я его знаю, знал, – растерянно прошептал Гард. – Мелвис с пятого курса, специализация – целебные зелья и артефакты.

– Все его знали, – пояснил Трис. – Мелвис варил хорошую самогонку, и многие её у него покупали. Но чтобы из-за самогонки убить!?

– Думаю, та тварь, что его убила, пьёт не самогонку, – констатировал Врон. – И вряд ли его загрызла обычная собака.

– Оборотень! – воскликнула Рада, прижимая руки к груди.

– Вполне возможно, – подтвердил слова девушки Врон.

Дарен моментально сориентировался в ситуации и сообщил, что идёт за стражей.

Вызывать стражников не понадобилось. Патруль привёл трактирщик.

– Где эти бездельники! – ворчливо проговорил осипшим голосом офицер. – Неужели действительно кого-то прибили?!

– Мы никого не убивали, – ответил Дарен. – На тело наткнулись случайно.

– Какое ещё тело? – с недоумением спросил трактирщик.

– Тело адепта пятого курса с факультета магии жизни, специализация – лечебные зелья и артефакты! – взволнованно произнёс Трис.

– Убитого с нами в трактире не было, – добавил блондин.

Врон выступил вперёд и четко, уверенно произнёс: – Парень убит около часа назад. Убийца – не человек, по характеру травм – оборотень или крупная хищная тварь. Рваная рана на шее, но крови почти нет. Следы тщательно уничтожены, точнее, ощущается едва уловимая, остаточная чужая магия.

– Молодой человек сразу всё нам разъяснил! – иронично произнёс офицер стражи.

– До академии я служил следопытом.

– Вот как? Где?

– В Туманных горах.

– Тогда благодарю за помощь! Полагаю, вы нам ещё понадобитесь.

***

Место преступление оцепили. Офицер послал за магом-следователем и потребовал, чтобы все присутствующие зашли в трактир для дальнейшего выяснения обстоятельств убийства.

Адепты толпились у двери, а Рада осторожно приблизилась к трупу и, прикрыв глаза, протянула тонкую веточку-щупальце от своего источника к убитому. Остаточная магия показалась ей знакомой, и сердце девушки тревожно забилось. Дрожащими руками Рада натянула на уши шапку и побежала к трактиру.

– Итак, господа адепты, начнём по порядку, – проговорил офицер, неторопливо изучая каждого из присутствующих. Адепты занервничали. У большинства от цепкого, оценивающего взгляда стражника мурашки побежали по коже.

– Вы назовёте сержанту имена, сообщите на каком курсе учитесь и свою специализацию. А потом я побеседую с вами по очереди.

По составленному сержантом списку офицер вызывал адептов по одному в маленькую комнату за стойкой трактирщика. Допрос свидетелей занял около трёх часов. За это время маг-следователь, которым оказался адепт-некромант с четвёртого курса, изучил детально место преступления.

В мертвецкой отделения стражи, куда доставили тело, некромант попытался заставить говорить труп, но ничего не вышло. После проведенного по всем правилам ритуала вызова, убиенный широко распахнул глаза и застонал, но не сказал ни единого слова. Некромант удивился. Вроде и труп свежий, и сил вложил в работу немало, а толку никакого! Пришлось вызвать более опытного коллегу. Результат оказался таким же, протяжный стон – и ничего нового...

По завершению допроса свидетелей, офицер вернулся в зал и подвёл итог предварительного расследования. – Господа адепты, происшествие, безусловно, непростое. Жертва – бывший адепт, и в убийстве, смею утверждать, замешан маг. Посему ректор академии будет незамедлительно поставлен в известность. С вами ещё побеседуют представители следствия. Что касается драки, претензии друг к другу изложите в письменной форме и передайте вашим деканам. Владелец заведения посчитает ущерб и выставит вам счёт, придётся его оплатить, иначе дело будет направлено в суд. Советую решить этот вопрос с владельцем трактира без лишнего шума. Девушки от выплаты ущерба освобождаются.

– Но я тоже принимала участие в драке! – вызывающе прозвенел голосок Рады.

Офицер улыбнулся: – О, госпожа, бесспорно, вы – сильный боец!

Адепты тихонько захихикали.

– Я тоже дралась! – поддержала подругу Сияна.

– Если госпожи адептки желают поучаствовать в выплате ущерба – это их право! – подытожил стражник.

– Да какой там ущерб! – замахал руками трактирщик. – Разбили несколько тарелок и поломали пару стульев. Я за стражей побежал, боялся, чтобы магией кого-нибудь не прибили!

– Отказываетесь от выплаты ущерба? – удивился офицер.

– Нет, отчего же. Пусть стулья отремонтируют и отработают. Как? Договоримся!

Услышав слова трактирщика, адепты заметно расслабились, с деньгами у большинства было туго. От писания взаимных претензий все отказались и демонстративно заключили мир.

***

На следующий день в академии поползли слухи о загадочном убийстве адепта-травника с пятого курса. Мелвис Рит был личностью известной. Завершив третий курс всего с пятым уровнем внутреннего магического источника, но с оценкой по практическим навыкам восемь, он смог продолжить обучение в академии на факультете магии жизни. Правда, основной специализацией Мелвиса стала не магия исцеления живых существ, а изготовление зелий и артефактов.

Парень отчаянно завидовал целителям, вдобавок он постоянно нуждался в деньгах. Ко второму – третьему курсу большинство адептов имели подработку. У Мелвиса отменно получались зелья с одурманивающим и снотворным эффектом. Предприимчивый адепт смекнул – если отдельные одурманивающие зелья в различных пропорциях добавлять в спиртные напитки, у потребителей продукта на фоне опьянения возникают необычно красочные иллюзии. Пробную партию Мелвис продал знакомому трактирщику. Дело пошло, и у бедного адепта появился стабильный заработок. Баловались самогоном от умельца Мелвиса и слушатели академии. Благо, самогонка с зельями не вызывала привыкания и побочных явлений.

Спустя несколько дней по академии начали ходить самые невероятные слухи об убийце Мелвиса Рита. Кто-то предположил, что зелья Мелвиса вызывают у оборотней выпадение зубов и половую слабость, за что изобретатель напитка иллюзий поплатился жизнью. Другие рассказывали, будто галлюциногенной самогонкой после очередного заседания опоили королевский военный совет. Военные публично признались в разных нехороших деяниях и сквернословили так, что было слышно далеко за пределами здания. Оскандалившиеся члены совета наняли оборотня-убийцу, дабы расправился с адептом-неудачником. Болтали, что в городской канализации завелись дикие оборотни. Они выбираются оттуда по ночам и загрызают насмерть случайных прохожих. Последняя версия получила самое большое распространение, и горожане стали бояться выходить на улицу после заката.

На ярмарке поймали густо заросшего волосами мужика с шалыми зелёными глазами и длинными грязными ногтями. Несчастного приняли за дикого оборотня из канализации и чуть не забили палками насмерть. Поскольку паника в городе нарастала, король лично приказал главе следственного отделения стражи и ректору академии магии разобраться с загадочным убийством адепта.

Глава 5

ТЕНИ ПРОШЛОГО

Миновало пять дней с того вечера, когда адепты обнаружили тело Мелвиса Рита. После завтрака Дарена, Врона и Раду вызвали в кабинет ректора. Теряясь в догадках, первокурсники петляли по длинным коридорам первого этажа, пока не добрались до массивной двери с гербами всех шести факультетов.

Возле кабинета ректора одиноко маялся Трис Небор. Увидев первокурсников, он искренне обрадовался. – Привет, ребята! А я жду Алана. Его уже половину оборота из-за убийства Мелвиса допрашивают! Со мной они разобрались намного быстрее… Аланом звали блондина, адепта огневика, который обнаружил труп.

– Они – это кто? – без особого трепета поинтересовался Дарен.

– Ректор, декан некромантов его магичество Алдемар Кан и лэр Дирон Тайгерт, капитан Тайной Стражи. Из наших только меня и Алана вызвали. Понимаю, почему они пожелали побеседовать с тобой и Дареном. Но она зачем им понадобилась? – Трис указал на Раду.

Девушка пожала плечами и с опаской покосилась на дверь. Ректора Рада не боялась. Плотный, с простоватым крестьянским лицом архимаг Огнезор Драгош напоминал доброго дядюшку из далёкой провинции. Снисходительный к мелким проступкам адептов ректор Драгош обладал редкостной проницательностью и твёрдыми принципами. Все знали, что без веских оснований адептов в обиду он не даст.

С магистром Каном Рада столкнулась один раз, когда выходила из библиотеки. Декан некромантов стремительно нёсся по коридору и едва не сбил с ног хрупкую девушку. Сухо извинившись, его магичество с раздражением посмотрел на досадную помеху в лице адептки-первокурсницы и, аккуратно отодвинув девчонку в сторону, помчался дальше. От первой встречи с деканом некромантов у Рады остался неприятный осадок.

Капитан Тайной Стражи представлялся девушке крупным мужчиной с громким командным голосом, грубым, обветренным лицом и хитрыми, злыми глазами.

Дверь широко распахнулась, и показался красный, словно рак, Алан.

– Ну, что?! – бросились к нему адепты с вопросами.

Не успел Алан открыть рот, в кабинет вызвали Дарена. Адепт пробыл там совсем недолго, солнечный луч на часах Небесных Светил пробежал всего четыре малых круга. После Дарена в кабинет ректора вошла Рада.

– Адептка первого курса Радана Ивор! – представил девушку присутствующим декан некромантов. Рада вежливо поздоровалась и тотчас же ощутила присутствие сковывающей разум мощной магии трёх источников. Девушка испуганно попятилась назад. Магическое воздействие на неё мгновенно прекратилось. Ректор слегка улыбнулся. Магистр Кан бросил на Раду заинтересованный взгляд. Стражник отошёл от окна и встал рядом с некромантом.

– Я капитан Дирон Тайгерт, госпожа. Не могли бы вы ответить на несколько вопросов касательно убийства адепта пятого курса Мелвиса Рита? – мягко проговорил он. Капитан оказался совершенно непохожим на грубого вояку. Выше среднего роста, худощавый, с широкими плечами и тонкой талией, правильными чертами лица и внимательными светло-серыми глазами. Одет капитан был просто – чёрная куртка из добротной ткани хорошего покроя и плотно обтягивающие ноги штаны. На куртке не имелось никаких украшений, на груди – эмблема мага-некроманта и нашивки, указывающие на звание. Внешне Дирон Тайгерт выглядел лет на двадцать пять, но истинный возраст мага с мощным внутренним источником определить невозможно.

– Но мне нечего сказать! Я совсем не знала убитого, – удивлённо произнесла Рада.

– Нам это известно, – подтвердил капитан.

– Почему вы решили, что убийца – оборотень? – вмешался магистр Кан.

– Раны на шее мертвеца напоминали укусы большого волка.

– Ранее вам приходилось видеть раны от волчьих зубов? – уточнил некромант.

Рада кивнула. Однажды в имении отца во время охоты тяжело пострадал от волков один из псарей.

– Почему вы задержались возле тела, когда остальные адепты направились в трактир на допрос? – вопрос стражника застал адептку врасплох.

Девушка непроизвольно вздрогнула. Капитан Тайгерт ждал ответа, бесцеремонно разглядывая Раду в упор. И она поняла, что солгать не получится. Медленно, взвешивая каждое слово, адептка проговорила: – Я попыталась считать остаточную магию, о которой упоминал Врон.

– И как, получилось? – живо вмешался магистр Кан.

– Получилось. Чуть-чуть, – уточнила девушка. – Остаточная магия не соответствовала личной остаточной магии убитого! – твёрдо добавила Рада.

– Неплохо! Программа четвёртого курса по следственной некромантии, – прокомментировал ректор. – Вас этому раньше обучали?

– Нет. Конечно, нет! Случайно прочитала в библиотеке. Я вовсе не это хотела прочитать, но так получилось!

– Неужели юную госпожу заинтересовала прикладная некромантия? – с неподдельным любопытством спросил магистр Кан.

– Не уверена, не знаю.

Капитан Тайгерт вопросительно приподнял бровь, смахнул с лица вьющуюся прядь светло-русых волос и многозначительно фыркнул. – Никогда не угадаешь, уважаемый Алдемар, где наткнёшься на будущего некроманта!

– Я хочу стать целительницей! – вмешалась Рада.

– Госпожа Ивор, – бархатным голосом произнёс ректор. – Спасибо, мы вас больше не задерживаем.

Врона вызвали следующим. Адепты не успели узнать у Рады, о чём её расспрашивали ректор, декан некромантии и капитан Тайной Стражи, как Врон покинул кабинет.

– Господа из Тайной Стражи навели справки о моей прежней службе и предложили подработку! – заявил адепт в ответ на молчаливый вопрос в глазах товарищей.

***

Во втором полугодии учиться стало немного легче, хотя добавились три новых предмета. Адепты втянулись в строгий распорядок дня, и у них даже появилось немного свободного времени, которое каждый проводил на собственный вкус. Витан гулял по зимнему парку и читал. Ярек, Врон и Дарен отсыпались или сидели в «Золотом бычке», смакуя лёгкое вино. Сияна возилась в закрытом саду лекарственных трав при академии, а Рада постоянно таскала из библиотеки старые, пыльные фолианты и просматривала их до глубокой ночи. Сияна не раз спрашивала у соседки по комнате, что она надеется отыскать в этих книгах. Но Рада молчала или отделывалась скупыми отговорками. Девушка похудела и осунулась, однако ночные бдения за книгами не прекращала. Все тома, что Рада приносила из библиотеки, имели отношение к некромантии или трансформации энергии.

В один прекрасный день Сияна в столовой рассказала ребятам о том, что Рада сильно изменилась после истории с убийством Мелвиса Рита. Подругу явно что-то сильно тревожит, но она секретничает и упорно не желает ничего объяснять.

– Вообще-то, я тоже заметил, что девчонка сама не своя, – признался Врон.

– И я, – подтвердил Витан. – Вчера попытался её расспросить, но она убежала.

– Думается мне, Рада знает больше нас об этом убийстве, но у неё имеется серьёзная причина держать язык за зубами! – сделал вывод Дарен.

– Радка скрытная! Никому не доверяет, – вздохнула Сияна.

– Или попросту боится, – заметил Врон. – О, вот и наша Рада!

Девушка, опустив глаза в пол, пробиралась к котлу, где накладывали в миски тушеные овощи с мясом. Получив свою порцию, адептка огляделась по сторонам в поиске привычной компании. Тут её грубо толкнула яркая блондинка. – Отойди, уродина! Стала посреди зала. Из-за тебя нормальным людям не пройти!

Пошатнувшись, Рада инстинктивно отстранилась в сторону, но на ногах удержалась.

– Смотрите на неё! Слабоумная, молчит и глазами хлопает! – выдала блондинка, указывая на Раду подругам.

– Зато перед парнями покрасоваться не промах! – вставила пышногрудая рыжеволосая девица, с ненавистью поглядывая на Раду.

Блондинка с компанией, посмеиваясь, окружили девушку.

– Я вас не трогаю! Вы мне неинтересны, – неожиданно резко произнесла Рада. – Оставьте меня в покое!

Лицо блондинки потемнело от гнева. Она резко выбросила вперёд руку и произнесла заклинание. Рада среагировала мгновенно, закрываясь Зеркалом Отражения. Заклинание вернулось к блондинке, и её холёная физиономия покрылось безобразными бурыми угрями. Ощупав пальцами лоб и щёки, неудачница злобно выругалась.

Девицы из окружения блондинки озадаченно замолчали. Их лидерша пронзительно взвизгнула и накинулась на Раду. Девушка выскользнула из цепких рук разъярённой блондинки и, ловко ухватив её за предплечье, бросила на пол. Спасибо наставнику Терину и самообороне! Немного погодя подруги блондинки опомнились после смелого отпора малявки и стали теснить Раду к стене.

Ребята и Сияна выскочили из-за стола и бросились на выручку подруге.

– Милые лэри, так нельзя! – громко воскликнул Дарен.

Заметив парня, девицы заулыбались и расступились. Блондинка, прикрывая ладонями лицо, поспешно выбежала из столовой.

– И чего вы на неё взъелись?! – возмутился Витан.

Ярек громко расхохотался: – Я знаю чего! Конкуренция в женской среде – штука суровая. Они ей завидуют!

– Вот ещё! – фыркнула рыжая девица. – Было бы кому. Серая мышка! А подружка её – бесстыжая потаскушка!

– Не скажи! – веселился от души Ярек.

– Ах ты, облезлая крыса! – возмутилась Сияна, готовая вцепиться рыжухе в волосы. Девчонки из группы поддержки рыжей принялись выкрикивать оскорбления в адрес Рады и Сияны.

– Я предупреждала! – В глазах Рады вспыхнул магический зелёный огонёк. Девушка явно готовилась к нападению. Витан успел схватить Раду за руки, предотвращая попытку атаковать обидчиц магией. Ярек, скрестив руки на груди, встал перед разозлёнными девицами.

– Лэри, лэри, лэри! Не нужно волноваться! Расходитесь мирно! Поверьте, грязная драка не украшает девушек! – обаятельно улыбаясь, заговорил Дарен. Он и Врон мягко развели Сияну и рыжуху по сторонам. Обменявшись сердитыми взглядами, противницы демонстративно отвернулись друг от дружки.

– И что это было? – недовольно спросил декан некромантов, заставший финал девичьих разборок. – А теперь, уважаемые адептки, выслушайте меня очень внимательно! Если я ещё раз узнаю или услышу о чём-нибудь подобном, всех причастных к скандалу отправлю на месяц убирать мертвецкую вручную и без выходных! Поняли меня хорошо? Так-то.

***

Угроза магистра Кана возымела действие. Недоброжелательницы больше не нападали на Раду и Сияну открыто, предпочитая делать пакости исподтишка. Отношения Сияны и Рады заметно потеплели. Постепенно соседки по комнате сделались настоящими подругами.

– Рада, что ты ищешь в книгах? – в очередной раз поинтересовалась Сияна.

Радка молча отложила старый фолиант в сторону.

– Хочу убедиться, что не ошибаюсь в моих предположениях, – призналась она.

– Убедишься, и что?

– Пойду, поделюсь моими мыслями с властями. Хотя, боюсь, из-за этого у меня могут возникнуть большие неприятности.

– Ты что-то знаешь о том убийстве?

– Пока только предполагаю.

– Лучше поделись предположениями с теми, кто занимается расследованием!

– Мне страшно, – тихо призналась Рада. – Они опасны и, возможно, имеют большое влияние в столице, потому что остались непойманными. Кроме того, не хочу предавать огласке моё имя.

– Глупышка! В академии адептов не выдают!

– Зло может скрываться, где угодно, даже здесь!

***

На следующие утро, пережив очередную бессонную ночь, Рада сдалась и отправилась к магистру Кану. Декан факультета некромантии встретил девушку нелюбезно. – Что случилось, адептка Ивор? Почему вы не решаете ваши вопросы с одним из назначенных кураторов?

– То, что я хочу сообщить, имеет отношение к убийству Мелвиса Рита! – отчаянно произнесла Рада.

– Да? Любопытно. Получается, вы не были с нами откровенны в прошлый раз.

– Думала, что ощущения меня обманывают, и боялась. И сейчас боюсь.

– Продолжайте!

Рада вздохнула и принялась рассказывать о нападении на купеческий обоз. – Остаточная магия абсолютно идентична следам магии, которую использовал главарь банды. Точно такой же след прослеживался на трупе убитого адепта. Оборотень, мне кажется, тот самый Змей… И самое плохое – довольно отчётливые следы схожей магии я обнаружила в подвале под лабораторией боевых артефактов… Предполагаю, что артефакты, использованные разбойниками, были сделаны в академии, – понизив голос, поделилась собственными умозаключениями Рада. – Тогда в лесу я запомнила остаточный магический след, после прочитала, как по памяти разложить его по составляющим, и сравнила с теми, что имелись на трупе убитого адепта и возле хранилища артефактов, – взволнованно пояснила девушка.

– Способная девочка! У вас, лэри, талант мага-следователя. Не волнуйтесь. Ваши родственники о вас ничего не узнают, если вы сами того не пожелаете. Академия всегда защищает интересы адептов. Что касается убийства – благодарю за помощь! Плоды вашего расследования весьма интересны. К сожалению, проверить наличие магических следов злоумышленников на трупе адепта Мелвиса Рита уже не представляется возможным. К тому моменту, когда до тела добрался маг-следователь, следы магии практически исчезли. И, надо заметить, не все некроманты обладают высокой чувствительностью к следовой магии. Я не стану рассказывать о вашем участии в деле поиска убийцы или, скорее, убийц. Пожалуй, для вас это действительно небезопасно, – с пониманием проговорил магистр Кан.

От декана некромантии Рада вышла лёгкой походкой. Девушке вновь захотелось смеяться и радоваться жизни.

Магистр Алдемар Кан задумчиво посмотрел в окно на зимний сад. Тонкие, сильные пальцы выстукивали барабанную дробь на подоконнике. Интересная малышка! Умеет думать и делать выводы. По её словам, выходит, что в академии нечисто. Скорее всего, Радана Ивор неправа. Девчушка пережила тяжёлое нервное потрясение, после чего ей повсюду мерещатся маги-преступники. Но проверить всё равно следует. Неужели кто-то из коллег взялся за старое? Скверно! Отследили связи этого Мелвиса Рита. Торговал спиртными напитками с одурманивающими зельями, больше ничего!

Тайгерт вычислил место входа в портал, откуда выбросило адепта. Дешёвый трактир, где собиралось мелкое ворьё. Притон накрыли, всех подозрительных арестовали. Попалась пара известных мошенников, прогоревший брачный аферист и скупщик краденого, остальные – мелкое ворьё. При открытии портала использовали одноразовый артефакт. Хозяин притона держал тарнийского мастиффа, клыки у этой твари не меньше, чем у оборотня. Горло мальчишке, очевидно, разорвал пёс. Мастифф сбежал, и его не нашли. Но почему следователям не удалось заставить говорить труп? Побочный эффект воздействия артефакта переноса? Или дело гораздо сложнее?

Хранилище проверили в тот же день. Обнаружилась пропажа нескольких боевых и предназначенных для стражи артефактов усмирения. К сожалению, выявить следы вора не удалось. Утром Раду свозили в отделение Тайной Стражи и сняли копии мыслеобразов разбойников и оборотня Змея. Кристалл с записью поместили в архив.

***

Подходил к концу последний зимний месяц. Врона разбудило тихое шипение и звуки, напоминающие хруст снега под ногами в мороз. На миг бывшему следопыту почудилось, будто он в опять Туманных горах. По отработанной привычке Врон откатился к стене, потянулся рукой за оружием и … окончательно проснулся.

Выполнив очередное задание, адепт завернулся в толстое шерстяное одеяло и проспал на скамье в отделении стражи около двух больших оборотов. Вторую седмицу Врон подрабатывал по ночам помощником мага-следователя. Бывший следопыт брал два дежурства по выходным.

Память услужливо развернула в сонном мозгу эпизод из прошлого пограничника. Отряд остановился на передышку вблизи Ледяного перевала. Внизу в долине уже наступила весна. На озере растаял лёд, зазеленели травы, веселее зачирикали птицы. Но в горах по-прежнему оставалось холодно и мрачно. Разве что начали таять снежные шапки на вершинах, да ещё чёрный лёд на перевале стёк вниз жидкой грязью, обнажив скользкий белёсый мох. Испарения превращались в серый туман и к вечеру медленно сползали в долину. Из расщелин в скалах струился ядовитый пар, отравляющий снег и горные ручьи. Из-за тумана и отравленной воды в горах уцелели самые неприхотливые растения, в основном мох и хилые, уродливые кустарники.

Врон слышал, будто ядовитый пар в расщелинах появился во время войны с магами-ренегатами в результате применения слугами Отступника разрушительной тёмной магии. До войны долины процветали, реки с кристально чистой водой были полны рыбы, на склонах росла сочная трава, и паслись тучные стада. Ядовитый туман породил нежить и жутких тёмных тварей.

Отряд патруля, к которому был приписан Врон, обходил назначенный им участок границы. Во время недолгой передышки пограничников сморил сон. До вечера, когда с гор поползёт туман, оставалось около четырёх полных оборотов, поэтому никто не ждал беды. Тяжёлые свинцовые тучи заволокли небо и заслонили блёклое, неласковое солнце. Горы погрузились в густой полумрак. Повеяло сыростью, и заморосил дождь.

За четверть оборота туман опустился на перевал и принёс с собой смерть. Толстые, словно брёвна, покрытые чёрной чешуёй пещерные змеи с шипением выползали из мрака. На головах самцов тварей выделялись роговые венцы с эластичными, полупрозрачными мембранами. При движении мембраны вибрировали. Человеческое ухо воспринимало вибрацию, как сухой треск или скрип снега в морозный день. Пещерных змей гнали вперёд ожившие мертвецы, управляемые чьей-то злой волей.

Многие считали, будто не все маги-ренегаты погибли. Те, кто уцелел, скрываются в горах и направляют зомби в обитаемые долины. Кое-кто предполагал, что зомби в Туманных горах обладают остаточным разумом и действуют по собственной инициативе. Так или иначе, жажда жизни и порождённый ею дикий голод, который может утолить лишь живая плоть, заставляли мертвецов спускаться с гор к людям.

Под напором тёмных тварей магический защитный барьер не выдержал и половины оборота. Нападающих оказалось слишком много. С ужасом Врон опознал в живых мертвецах пропавший в начале зимы отряд. Ожившие трупы не утратили сноровки пограничников, творения ренегатов сражались упорно и умело.

Говорят, будто зомби неуклюжи и медлительны. Но к мертвецам в Туманных горах это не имело никакого отношения. Их лица неподвижны, напрочь лишены эмоций, лишь глаза горят холодным зелёным огнём… И приобретённые при жизни боевые навыки остаются!

Горстка пограничников, отражая атаку мертвецов, жалась к отвесной скале. Маг отряда сотворил огненную преграду между людьми и созданиями слуг Отступника. Огонь отпугивал пещерных змей, но не оживших мертвецов. Объятая пламенем нежить наступала. С криком упал молодой парень, сражавшийся справа от Врона. В тело ещё живого пограничника вцепились зубами сразу несколько мертвецов.

Маг метнул пульсар в нежить, заживо пожирающую несчастного. Внезапно со скалы на сгрудившихся в плотную группу пограничников свалилось тело огромной змеи, затем ещё одно. Люди шарахнулись в стороны. Одна из гадин обвила сально блестевшим в свете огня толстым, слизким телом мага. Врон видел, как посинело его лицо и вывалился наружу язык. Змея разинула гигантскую пасть и принялась пожирать свою жертву.

Врон и сержант бились спиной к спине. Где-то неподалёку яростно сражались ещё двое живых пограничников. Вторая гадина подползла к Врону и, размеренно качая огромной головой, уставилась на него красными глазами. Пасть змеи с чёрным раздвоенным языком алчно распахнулась.

Изловчившись, Врон наклонился вперёд и вонзил по рукоять меч снизу в горло твари. Вытащить меч, прочно застрявший в голове гадины, не получилось. К счастью, Врону удалось поразить мозг твари. Змея изогнулась в агонии дугой, гигантский хвост с шипами задёргался, отгоняя зомби. Мертвецы обошли подыхающую гадину и умело взяли Врона в кольцо. Следопыт неотвратимо ясно почувствовал, что жизни его пришёл конец...

Неожиданно в мозгу Врона зашевелилась некая сила, которая быстро росла, заполняя всё его существо. В следующее мгновение эта сила яркой ледяной вспышкой вырвалась наружу. От мертвецов и змеи остались сгустки чёрного праха. Не осознавая, что творит, Врон ринулся вперёд, раскинув в стороны руки. Его магия накрыла мертвецов и тёмных тварей плотной сетью. Их тела на глазах рассыпались сгустками пыли. Затем у следопыта помутилось в голове, и он потерял сознание. Очнулся Врон к вечеру другого дня. Сержант и трое уцелевших в бою пограничников отнесли его на базу в долине.

Спустя седмицу парня осмотрел новый отрядный маг и написал рекомендательное письмо в академию. В серпне будущий маг попрощался с товарищами и отправился в столицу.

***

Дорога в Аркон пролегала через Гавель, город, в одном из домов утех которого двадцать три года назад Врон появился на свет. Кто тогда мог предполагать, что у одной из шлюх родится боевой маг? О своём отце Врон ничего не знал. Мать, молоденькая девчонка, волей судьбы очутившаяся в заведении дядюшки Пунтуса, умерла в родах. Хозяин заведения пожалел денег на целителя. Щуплая, смуглая девушка, не слишком привлекательная с точки зрения постоянных клиентов дома утех, не представляла для дядюшки Пунтуса особой ценности.

Врон рос в доме утех. Девушки жалели и баловали сироту. Когда Врону исполнилось шесть лет, они, собрав вскладчину нужную сумму, определили шустрого и понятливого мальчишку в ученики к портному, обшивавшему девиц. Но беспокойная натура подросшего Врона толкала его на улицу в поисках приключений.

К шестнадцати годам парень раззнакомился с местным воровским мирком, кормившимся на рынке и трёх прилегающих к нему улицах, научился жестоко драться и приобрёл репутацию отчаянной головы. Периодически Врон заглядывал в заведение, где родился, приносил девушкам сладости и развлекал их весёлыми историями.

Однажды к Врону, отдыхавшему в кабачке с приятелями за стаканом пшеничного самогона и приятной беседой, прибежал мальчишка-посыльный. С одной из девиц случилась беда. Полная, смешливая Оляна всегда была добра к Врону. Кормила его кашей в детстве и по выходным гуляла с ним в городском парке.

Когда Врон прибежал в дом утех, Оляна умирала на залитом кровью полу посреди гостиной. Пьяный клиент ударил её ножом. Гнев и крепкий самогон заставили юношу потерять голову. В драке он проломил голову убийце Оляны, оказавшемуся сыном влиятельного лэра. Перед Вроном встал выбор – либо виселица, либо служба на границе. Парень выбрал последнее. Тем, кто добровольно записывались в пограничники сроком на пять лет, прощались все прегрешения перед законом. Врон прослужил в Туманных горах семь лет.

За годы, проведенные следопытом на границе, город сильно изменился и разросся. Врон с трудом нашёл улицу, где когда-то стоял дом утех. Его снесли вместе с другими окрестными зданиями, а улицу застроили богатыми особняками. На месте рынка разбили парк. Врон прогулялся по ранее знакомым улицам, поужинал в трактире с хорошей кухней, переночевал в респектабельном гостевом доме и покинул родной город навсегда без особого сожаления…

Глава 6

БОЛЬШАЯ ЯРМАРКА

В начале весны первого березня народ съезжался в Аркон на большую ежегодную ярмарку. Сие важное мероприятие магистрат всегда проводил за чертой города, неподалёку от магической академии. Потому что всем так удобно. Если что случится, вмешаются маги, и пожар быстро потушат, и за порядком присмотрят, причём бесплатно.

За два дня до ярмарки по просьбе градоправителя маги превратили заснеженный луг в обширную площадь. Со всех провинций королевства в Аркон потянулись купеческие обозы. За пару дней выстроили разноцветные торговые павильоны, крытые торговые ряды и расставили пёстрые палатки. На время ярмарки занятия в академии и других учебных заведениях столицы отменили. Последнюю седмицу адепты провели в радостном предвкушении праздника.

Пересчитав оставшиеся монетки, Рада грустно вздохнула и туго затянула шнурком кошелёк. Денег осталось мало, катастрофически мало. Конечно, с голоду в академии пропасть не дадут, всем необходимым для занятий тоже обеспечат. Но только для занятий и только необходимым! Учебные пособия и письменные принадлежности, сытная, но однообразная еда в столовой три раза в день, две пары обуви зимняя и летняя, две мантии и постельное бельё. Всё!

Поскольку Рада приехала в академию налегке, пришлось купить зимнюю одежду, верхнее платье, бельё, обувь и туалетные принадлежности. Всё-таки девушка должна за собой следить! На питание Рада практически не тратилась. Однако от довольно приличной суммы, выданной ей Учителем, к началу весны остались жалкие гроши. Вдобавок девушка узнала, что в последние дни травня, после окончания весенних экзаменов, в академии почти никого не останется. Большинство адептов первого и второго курсов разъедутся по домам. Третьекурсники, поступившие на высшую ступень обучения, и адепты старших курсов отправятся на практику. Повара и прочая обслуга покинут академию на два месяца.

Горстке адептов-неудачников, которым некуда податься, придётся самим заботиться о пропитании и прочих нуждах. На кухонных складах обычно остаётся некоторое количество прошлогодних корнеплодов, крупа и всё. Готовить еду не особенно сложно, было бы из чего! В силу отсутствия средств намечалась проблема с покупкой продуктов... Об обедах в трактире смешно даже мечтать!

При отсутствии собственных денег или состоятельных родителей многие адепты ищут подработку. По завершению третьего курса выдаётся диплом мага первой ступени, и проблема поиска приработка решается быстро. Не имея на руках диплома, бедные адепты младших курсов проявляют чудеса изобретательности и предприимчивости, дабы заработать на жизнь.

Легче всего тем, кто до академии приобрёл какую-нибудь полезную профессию. Например, Ярек, ученик ювелира, организовал себе подработку, не выходя из академии. Однокурсник повесил на видном месте объявление, что качественно и в кратчайшие сроки отремонтирует украшения, замки и прочее.

Витан со знанием дела починил мебель в трактире после памятной драки и занялся починкой мебели на дому у клиентов. Вдобавок в последнее время однокурсник наловчился делать заготовки для артефактов из ценных пород дерева для магов земли и воды.

Дарен регулярно получает четвертину офицерского жалованья и дежурит в городском патруле. Врон трудится по выходным в Тайной Страже. Даже Сияне куратор Нейра предложила подработать в теплице лекарственных трав.

От невесёлых размышлений, где добыть денег, Раду отвлекла Сияна. Широко распахнув дверь, соседка шумно ворвалась в комнату.

– Осторожно! Несите его сюда. Нет, лучше туда! – суетилась Сияна. В двери показалось нечто высокое и продолговатое, закрученное в мешковину. Ярек и Витан втащили в комнату глиняную кадку с каким-то растением. Сияна скомандовала поставить кадку на пол у окна. Затем девушка осторожно сняла с растения мешковину и торжественно объявила: – Рения! Дерево удачи.

Рада, Ярек и Витан с недоумением поглядели на тонкий, усыпанный колючками зелёный ствол с единственным вялым листом на верхушке. Сияна гордо стряхнула с листа нитку и обернулась к однокурсникам.

– Эт-то что? – вслух удивился Ярек. – Мы волокли по лестнице на третий этаж эту колючую палку!! Не понимаю…

– Не палку, а дерево удачи! – терпеливо поправила его Сияна. – Пригреет солнышко, вырастут красивые стрельчатые листья, увидите – залюбуетесь!

– А причём тут удача? – уточнил Витан.

– Как причём?! Дерево окрепнет, и будет нам во всём удача.

– Просьбы дереву излагать в письменной форме или устно, после подкормки подходящим для колючек удобрением? – фыркнул Ярек.

– Ты циничный, недоверчивый тип! – обиделась Сияна.

– Нет, просто я практичный! Ладно, девчонки, мы пойдём с Витаном к завтрашней ярмарке готовиться. А вы лелейте ваше дерево удачи!

Ребята ушли.

Покрутившись возле кадки, Сияна попыталась обсудить с соседкой приобретение нелепого растения-артефакта. – Ты тоже считаешь, что я сделала глупость с этим деревом? – виновато произнесла она. – Прости, что не посоветовалась с тобой, мы ведь вместе в комнате живём.

– Пусть растёт! – улыбнулась Рада. – Вдруг оно действительно счастливое? Я люблю комнатные растения. Когда рения выпустит листья, деревце в нашем жилище будет смотреться совсем неплохо.

– Спасибо! – обрадовалась Сияна. – Я чувствовала, что рения тебе понравится. И удача нам точно не помешает!

– Вот бы мне повезло найти работу, деньги скоро совсем закончатся!

– Вчера слышала, как библиотекарь предлагал кому-то из адептов подработать сортировкой старых свитков. Пойди, поговори с магистром Тарциусом. Ты у нас девушка начитанная, из библиотеки не выходишь. И старик к тебе нормально относится.

С магистром Тарциусом Рада переговорила в тот же день, и он согласился взять первокурсницу в помощницы.

– Это всё дерево удачи. А ты мне не верила! – позднее заявила Сияна.

***

Ярек и Витан встали затемно. Быстро умылись, пожевали сухарей с простоквашей и принялись за сборы. Витан достал новую тёплую куртку и купленные три дня назад щегольские сапоги из отлично выделанной кожи. Под куртку он надел зелёную шёлковую рубаху и погляделся в зеркало. Парень, как парень! Вполне симпатичный, стройный, выше среднего роста. Густые светло-русые волосы до плеч, правильные черты лица и зелёные с искорками глаза.

– Что? Любуешься собой красивым? – улыбнулся Ярек. – Ох, сегодня мы с тобой оторвёмся… Погуляем на всю катушку! Девчонок симпатичных найдём, ну и прочее…

– Зачем нам искать каких-то девчонок? – недоумевал Витан. – Пригласим Раду и Сияну!

– Наивный ты! Не понимаешь, Рада и Сияна – боевые подруги, чуть ли не сёстры! С ними всё серьёзно. Мы же с тобой – молодые и здоровые!

– И что?

– Опять не понял. Ты что, ещё никогда и ни с кем?

Витан густо покраснел и отвернулся. Ярек рассмеялся. – Не обижайся! Слушай умного меня. Ничему плохому я тебя не научу!

– Не хочу! Пойдём лучше добро наше продадим, пока берут, не то самим торговать в рядах придётся!

Захватив с собой подготовленные с вечера сумки, приятели поспешили на ярмарку.

***

Утром в столовой за завтраком собралось человек пять со всего курса.

– А где остальные? – с недоумением поинтересовалась Рада.

– Как где? На ярмарке! – рассмеялась Сияна.

– Ещё рано.

– Для ярмарки? Да ты что! На ярмарке никогда раньше не была?

– Почему, ездила с родителями в детстве. Мы там делали покупки, гуляли. Меня водили на представление и в зверинец. А во второй половине дня уезжали домой.

– Тогда ты ничего о ярмарках не знаешь! – воскликнула Сияна. – Торги начинаются перед рассветом с продажи оптовых партий различных товаров. Все, кто желает сделать покупки по умеренным ценам, появляются на ярмарке с самого утра. Самое веселье начинается с четырёх оборотов после полудня. Игры, соревнования всякие… В последний день ярмарки в полночь сжигают огромную соломенную куклу в знак окончания торгов.

– Покупать я ничего не собираюсь, да и не на что. А ты?

– У меня тоже с деньгами негусто, – призналась Сияна. – Отец умер три года назад. Маме едва хватает средств на содержание младшей сестры и пятилетнего брата. Я взрослая и самостоятельная, должна позаботиться о себе сама.

Рада понимающе кивнула.

– С добрым утром, красавицы! – возле столика девушек нарисовались Трис и Алан. – Почему вы одни, куда подевались ваши друзья?

– Дарена и Врона привлекли к патрулированию столицы. Ярек и Витан наверно уже на ярмарке, отправились с утра продавать свои поделки, – сообщила Сияна.

Накануне Ярек где-то добыл моток медной проволоки и немного серебра, наделал витых браслетов и колечек, украсив их серебряными рунами. Дешёвые украшения он планировал сдать оптом знакомому торговцу. Витан две недели вырезал амулеты из дерева, которые потом освятил в храме Светлой Ари. Амулеты он собирался продать в лавочку артефактов.

– Получается, на ярмарку вас сопровождать некому? – заулыбался Алан.

– Мы, в общем-то, пока никуда не идём. – Пожала плечами Рада.

– Девчонки, не откажитесь составить нам компанию! Вы не представляете, чего лишаетесь, гуляя в одиночестве. На время этого замечательного мероприятия мы к вашим услугам! – с жаром заговорил Трис.

Девушки переглянулись. В самом деле, почему не пойти на ярмарку в компании третьекурсников? Они всё здесь знают и наверняка покажут самое интересное. На ярмарке всегда здорово – народ веселится, купцы навезли разного товара, и вкусности всякие продаются. Денег на покупки нет, но кто запретит посмотреть и узнать цены?

***

Столичная ярмарка огорошила подруг толчеёй и непрерывным гулом, в котором сливались людские голоса, смех, крики животных и музыка. В воздухе переплетались ароматы горячей выпечки, жареного мяса и свежих фруктов. Вдоль пёстрых торговых рядов целеустремлённо продвигались покупатели с сумками, корзинками и мешками. Голосисто расхваливали товар зазывалы. Возле шатров из ярких тканей музыканты с флейтами, скрипками и бубнами наигрывали любимые в народе мелодии. Нарядно одетые люди всех сословий занимали очереди возле павильонов с развлечениями.

– Впечатляет? – насмешливо осведомился Трис у первокурсниц.

Девушки заулыбались. Обе никогда ранее не были на такой большой ярмарке.

– Куда пойдём? – бойко заговорил Алан, многозначительно поглядывая на Сияну. Щёки девушки раскраснелись на морозе, глаза блестели от возбуждения.

– Сначала – в торговые ряды! – уверенно заявил Трис. – Надо ж посмотреть, чего в этом году навезли! Ещё заглянем в лавки артефактов и оружия. Маги мы или нет? Потом где-нибудь поедим и пойдём развлекаться! Кстати, хочу сообщить милым дамам, что представления, которые дают наши из академии для адептов-магов бесплатные. – Парень указал рукой на три огромных павильона, крытых красной, синей и коричневой с жёлтыми вставками тканью.

– Самое веселье начнётся ближе к вечеру! Катание на санях, игры и состязания, – перебил приятеля Алан.

Девушки полюбовались полупрозрачными, воздушными тканями с юга, дорогим бархатом из западных провинций, готовым платьем и обувью из тонкой кожи. В лавке артефактов Раде понравилась одна вещица – крохотная, с мизинец фигурка дикого кота с лучистыми изумрудными глазами. Фигурка оказалась охранным амулетом. Продавец озвучил цену, и девушка, не пытаясь торговаться, осторожно поставила кота обратно на прилавок.

В другой лавке Сияна залюбовалась ажурными серебряными серьгами. Но поскольку денег на покупку у неё не имелось, со вздохом вернула украшение продавцу. Во фруктовых рядах Алан купил всей компании по жёлтому сочному яблоку. Следующим щедрость проявил Трис. Ненадолго отлучившись, он принёс горячие остроухие пироги с приятно хрустящей корочкой. Откусив кусочек пирога, Рада зажмурилась от наслаждения. Вкус выпечки с начинкой из творога и лесных ягод оказался восхитительным.

– О, наши коллеги начинают представление! Не знаю, как ты Алан, а я смотреть в шестой раз примерно одно и то же не хочу! Девчонки, сходите без нас. Покажете у входа эмблему факультета, и вас пропустят без очереди. А мы пойдём вон в ту палатку, выпьем пива!

Алан неохотно оставил руку Сияны. Виновато улыбнувшись девушкам, он решил присоединиться к приятелю. Видимо, для него тоже представление не имело особого интереса.

– Ой, смотрите, настоящая ромейская гадалка! – воскликнула Рада, теребя Триса за рукав.

Из круглой, ярко раскрашенной палатки показалась высокая, тонкая черноглазая красавица в длинной цветастой юбке. На шее гадалки висели многочисленные бусы и амулеты, длинные пальцы были унизаны затейливыми перстнями. Огромные сумрачные очи ромейки с аккуратной чёрной подводкой таинственно и загадочно вглядывались в толпу. Рада явственно ощутила магическую силу, исходящую от гадалки.

Трис и Алан громко расхохотались. – Какая она ромейка!! Это ж Леська с пятого курса, некромантка! Опять на ярмарке подрабатывает.

Девушки дружно ахнули.

– Она умеет предсказывать будущее? – недоверчиво спросила Рада.

– И будущее, и прошлое. И отвороты с приворотами делает. Немного знания людей, опыта и факультатив по вероятностному будущему с курсом хиромантии. Да что вы, девчонки! Тут, куда ни посмотри, везде наши адепты деньгу заколачивают! Почему, думаете, маги академии всегда охотно помогают в проведении ярмарки? Потому что и преподавателям, и адептам неплохая денежка идёт!

Заметив Триса и Алана с девушками, Леся-некромантка молча показала им кулак. Нечего прилюдно секреты выдавать, мешать другим на жизнь зарабатывать! Парни сразу замолчали и виновато кивнули «ромейке».

Расставшись с ребятами, девушки подошли к синему павильону с эмблемами магов воды и воздуха на пологе у входа. Продемонстрировав значки адепток, подруги уселись в дальнем ряду расположенных полукругом сидений. Большинство бесплатных зрительских мест занимали первокурсники.

Вскоре зазвучала красивая, печальная мелодия. Струящаяся голубая занавесь перед сценой плавно поднялась вверх. И зрители увидели дивную картину. Лесное озеро на закате, стройные сосны на заднем плане и поросший густой, сочной травой луг. Адептки догадались, что маги-создатели нетронутого уголка природы использовали заклинание расширения пространства. Озеро, деревья и луг выглядели настоящими. Над озером медленно поднимался туман. Из леса доносилось пение птиц. Задул тёплый летний ветер, деревья заколыхались, и по озеру пробежала лёгкая рябь. Закатное солнце скрылось за верхушками сосен. На небе появилась полная, переливающаяся всеми оттенками жёлтого цвета луна.

Мелодия зазвучала громче и выразительнее, послышалась песня. К солирующему нежному женскому голосу присоединились другие. Громкий всплеск посреди озера рассыпался блестящими брызгами, будто по водной глади ударила хвостом огромная рыба. И на поверхности воды появилась русалка. Водяная дева белой рукой откинула светло-зелёные волосы с прекрасного лица и не менее совершенной груди, махнула покрытым серебристой чешуёй хвостом и поплыла к берегу.

Вслед за первой русалкой появились ещё пять или шесть хвостатых прелестниц. Русалки подплыли к берегу, и вместо рыбьих хвостов у них появились ноги. Девушки вышли на луг и начали колдовской танец. Обнажённые тела мягко мерцали в свете луны. Зрители восторженно взирали на сцену. Создатели представления постарались на славу. Волшебная музыка зачаровывала. Женские прелести иллюзорных русалок выглядели весьма аппетитно. Мужская часть зрителей следила за плавными движениями пышногрудых дев с откровенным интересом и неослабевающим вниманием.

В крытом красной тканью павильоне давали представление маги огня. У входа стоял адепт-первокурсник. Парень зазывал зрителей и вместе с двумя адептками огня продавал сладости в пакетиках.

Представление началось, когда феникс, нарисованный на занавесе, ожил и с протяжным клёкотом взлетел ввысь, с перьев птицы падали огненные искры, освещая полутёмный зал. На сцене рассыпались невиданными цветами разноцветные фонтаны пламени, танцевали сказочные феи и прыгали юркие саламандры. Внезапно вместо фей на сцене возникли живые девушки, жонглирующие факелами и огненными шарами с неимоверной грацией и лёгкостью. По окончанию феерического представления зрители шумно вздохнули и принялись активно аплодировать, выкрикивая слова одобрения.

В павильоне магов земли сцена превратилась в горный ландшафт. Где-то на заднем плане загрохотало. Груды камней покатились вниз, разбиваясь друг о друга. Внезапно всё прекратилось. Камни сами собой начали складываться в жутких чудовищ. Два каменных великана сошлись в поединке. Огромными палицами они дробили мощные тела соперников, разбивали друг другу конечности, пока от бойцов не остались бесформенные кучи камней.

Камни тут же трансформировались в гигантских ящеров, которые принялись рвать себе подобных чудовищными зубами и острыми крючковатыми когтями. Затем обломки ящеров превратились в подвижных каменных карликов. Карлики разбились на два отряда, и завязалось сражение. Обе стороны метали в соперников камни. Сойдясь в ближнем бою, противники неистово лупили врагов кулаками и ногами. Публика выла от восторга. Кое-где делали ставки на победителя.

После завершения представления Рада и Сияна чувствовали себя разбитыми и оглохшими на оба уха.

– Да-а! – протянула Сияна. – Грандиозно!

Потом девушки побродили среди аттракционов, съели по пирожку с яблоками и отправились искать Триса и Алана.

***

Парни обнаружились среди зрителей на широкой, хорошо утоптанной площадке, где проводилось соревнование по рукопашному бою. На видном месте висел плакат с предупреждением о запрете использования магии и магических амулетов во время состязания.

Очередные два участника вышли на середину площадки. Рада дёрнула Сияну за руку. Одним из участников оказался Врон. Его соперник был выше на полголовы и заметно шире в плечах. Борцы сбросили меховые куртки, и соперники остались в плотно облегающих тело жилетах.

Начался бой. Противник Врона оскалился по-медвежьи, развёл в стороны толстые мускулистые руки и тяжёлым тараном пошёл на следопыта. Врон легко вывернулся из захвата и нанёс сопернику серию ударов по корпусу. Человек-гора даже не дёрнулся. В следующее мгновение его кулак, нацеленный Врону в голову, скользнул в пустоту. Врон подпрыгнул и ударил противника ногой в бок. Тот стремительно развернулся и нанёс новый удар сверху вниз. Не попал.

Врон кружился вокруг соперника, не подпуская его к себе и заставляя двигаться в быстром темпе. Дыхание человека-горы постепенно сбилось, по выпуклому лбу потёк пот. И тогда Врон, выбрав удачный момент, в высоком прыжке нанёс ему сокрушительный удар ногой в грудь. Громила пошатнулся, теряя равновесие. Следующий удар однокурсника завершил поединок. Противник Врона вытянулся на снегу. Рада и Сияна захлопали в ладоши, приветствуя победителя.

После боя подруги продолжили прогулку по ярмарке. Около лавки, где торговали заморскими фруктами и сладостями, девушки заметили Дарена в обществе двух элегантно одетых лэри. Обольстительно улыбаясь, однокурсник галантно поддерживал собеседниц под локотки и что-то им рассказывал. Благовоспитанные лэри краснели и жеманно хихикали. Впрочем, в этом не было ничего нового, большинство сокурсниц реагировало на улыбки Дарена точно также. Подруги разумно рассудили, что однокурснику сейчас не до них, и отправились дальше.

***

Спустя половину оборота девушки стояли, с любопытством разглядывая снежную крепость, когда к ним подскочила знакомая адептка огня с их курса.

– Хотите участвовать?! – затараторила она. – Тогда чего стоите? Команда почти собралась. Бегом с нами в крепость.

– В чём участвовать? – недоумевала Сияна.

– Как в чём?! В обороне снежной крепости!

Выяснилось, что намечается игра – взятие снежного замка. Защищают крепость девушки, штурмуют парни. Рада и Сияна с энтузиазмом вступили в команду защитниц. Бой разгорелся нешуточный. Подруги едва успевали лепить снежки и бросать их в нападающих.

Находчивая Рада сняла с головы снеговика в углу башни ржавое ведро и, наполнив его снегом, занялась распылением белой пыли в целящихся в девушек соперников. У штурмующей крепость стороны появились лестницы. Вскоре парни уже карабкались на стены.

Светловолосый адепт со старшего курса, которому Рада очень удачно попала снежком в лоб, схватил в объятья «обидчицу» и взял смеющуюся девушку в плен. После штурма крепости играли в «медведя» и «ручеёк».

Блондин, адепт воздуха, вспомнил, что дежурил в последний день зачисления новичков, когда Рада появилась в академии. Воздушника звали Славин. Играть в «медведя» было весело. Одному из игроков завязывали глаза. Он ловил парней и девушек, водивших вокруг него хоровод. Если в руках у «медведя» оказывалась девушка, он требовал его поцеловать. Пойманному «зверем» парню завязывали глаза, и он становился следующим «медведем».

В «ручейке» парни и девушки выстроились в ряд по парам, взявшись за руки. Причём, кто-то обязательно оставался один. Одиночка, девушка или парень, пробирался через лабиринт высоко поднятых рук, вытягивая из пары понравившегося партнёра или партнёршу, после чего вновь образованная пара занимала место в конце «ручейка». Потерявший пару игрок становился одиночкой в поиске.

Рада и Сияна пользовались успехом. Их выбирали один игрок за другим. К окончанию игры партнёром Сияны сделался Врон, а Раду «отвоевал» Славин. После игры Врон откуда-то принёс кувшин горячего вина с пряностями и глиняную кружку, из которой вся компания пила по очереди.

Стемнело. Торговцы и покупатели разошлись. Там, где ранее проводились состязания, загорелись десятки магических огней. Музыканты заиграли весёлую мелодию, и начались танцы. В небе сияла луна, яркими точками сверкали звёзды. Пары кружились в быстром танце на плотно утоптанном снегу.

Сдерживая смех, Рада обучала Врона замысловатым поворотам с переходами. Внезапно девушка почувствовала, что за ней наблюдают. Возле развалин снежной крепости в одиночестве стоял Дирон Тайгерт. Капитан Тайной Стражи со сдержанным интересом смотрел на танцующую Раду. Тайгерт заметил испуганный взгляд девушки, усмехнулся и слегка наклонил голову, приветствуя адептку как старую знакомую.

Глава 7

ЦЕНА ДРУЖБЫ

Утро после ярмарки застало Витана в постели с пышногрудой девицей. Как зовут девицу, он не помнил. Адепт обескураженно покосился на привольно раскинувшуюся на постели жгучую брюнетку, и в голове зашевелились смутные воспоминания. Вначале ярмарки они с Яреком успешно продали партию собственноручно сделанных безделушек. Затем неугомонный приятель где-то раздобыл медной проволоки, драгоценного красного и мягкого белого дерева, и товарищи снова засели за работу. Вторую партию товара реализовали не менее успешно. Ярек заявил, что надо пользоваться моментом, и последнюю ночь ярмарки они просидели за работой до рассвета.

Около полудня, получив на руки деньги, приятели отправились развлекаться. Сначала посмотрели бесплатные представления в павильонах академии, после покатались на аттракционах и познакомились с двумя подружками. Яреку досталась пухленькая блондинка, Витану – страстная брюнетка с жгучими карими очами. Компания весело провела время в трактире. Впервые в жизни Витан напился. Остальное напрочь вылетело из головы...

Опухшая со сна девица приоткрыла глаза и потянулась. Витан до подбородка укутался в одеяло, мысленно приготовившись держать оборону до конца. Не получилась. Гибкой кошкой девчонка юркнула к Витану, прижалась к нему тёплым телом и принялась игриво поглаживать парня внизу живота. Шаловливые ручки сделали своё дело. Витан поддался на провокацию и активно включился в любовную игру. Случайную подружку звали Ануся. Немного погодя раздался звон колокола на башне, и адепт, чертыхаясь, выскочил из постели. Первая на сегодня лекция по магическим существам шла уже целый оборот. Заверив Анусю в вечной любви, парень помчался в академию.

На первой лекции Рада удивлённо поглядывала на пустующее место Витана. Ранее он никогда не пропускал ни одного занятия. Грустный, сонный Ярек появился после перерыва и тихо продремал в уголке вторую половину лекции. Преподаватель, добродушный магистр Зеновит, отнёсся к состоянию первокурсника с пониманием и сделал вид, что не заметил недостойного поведения адепта. Перед завершением лекции Ярек захрапел, посвистывая носом, Врон чувствительно толкнул его в бок, а Дарен жизнерадостно улыбнулся и сочувственно похлопал спящего сокурсника по спине.

Лекцию по основам целительской магии Рада ждала с нетерпением. Как-никак главный профильный предмет! Прозвучал последний удар колокола, и в аудиторию влетел взъерошенный Витан. Вслед за опоздавшим адептом важно вошёл лектор.

Основы целительской магии читал сам заведующий кафедрой, магистр девятой ступени Добромил Хран. Лектор громко назвал собственное имя и должность, окинул адептов любящим отцовским взглядом, и его полное румяное лицо озарила солнечная улыбка. Мягким бархатным голосом магистр Хран заговорил о возможностях целительской магии.

Рада внимала лектору с внутренним трепетом, хотя ничего нового он не сказал. Главное, как он говорил! Искренне, тепло и проникновенно. За обедом девушка поделилась с приятелями восторгами по поводу лекции и личности магистра Храна. Дарен приподнял брови и многозначительно вздохнул, Врон насмешливо фыркнул, а Ярек равнодушно отвернулся. Зато Витан и Сияна без колебаний согласились с Радой.

***

На следующий день начались практические занятия по целительской магии. Всех адептов Двуединого разделили на три группы. К дружной шестёрке присоединились ещё трое – высокий, полный парень Потан и Цветана, злейшая врагиня Рады. Конечно, Цветана прихватила с собой вредную рыжую подружку Млаву. Настроение у Рады и Сияны резко упало, а Цветана и Млава светились от счастья. Наконец-то они рядом с блистательным Дареном и загадочным красавцем Вроном!

К немалому удивлению адептов, вёл практическое занятие у их группы сам магистр Хран.

– Его Целительство решил присмотреться к нам поближе! – авторитетно заявил Ярек. – У нас самые сильные источники на курсе. Магистр желает нас изучить и определить, кто из нас выберет его направление.

– Потан, какой у тебя уровень источника? – полюбопытствовал Врон.

– Шестой! – гордо ответил парень, и щёки его зарумянились от удовлетворённого самолюбия. – Когда я поступал в академию, у меня имелся всего третий. Помогли утренние тренировки управления источником! Преподаватель постоянно удивлялся, до чего легко мне даются самые сложные упражнения. После экзаменов меня опять проверили, и выяснилось, что мой источник солидно подрос!

– Здорово! – восхитился Витан.

– У нас с Цветаной тоже шестой уровень! – бойко встряла в разговор Млава. – Может, уже и выше. Правда, Цветана?

Блондинка тщетно строила Дарену глазки и подтвердить слова подруги не пожелала.

Магистр Хран начал занятие с демонстрации нормальных потоков жизненной силы сначала на скелете, затем на макете тела человека. Рассказывал заведующий кафедрой доходчиво и увлекательно, снабжая пояснения запоминающимися примерами. Позднее он провёл краткий опрос, дабы оценить способность адептов усваивать новую информацию, и, судя по выражению его лица, остался доволен.

К концу весны адептам-первокурсникам предстояло полностью освоить нормальную анатомию и функционирование потоков жизненной силы у здоровых людей, что оказалось совсем непросто. Однако магистр Хран милостиво разрешил пользоваться магическими артефактами, улучшающими память.

***

В выходной, последний день седмицы, Рада, Сияна и Витан отправились в хвалёную лавку лечебных артефактов на противоположном конце Аркона. Отдав должное ассортименту и качеству товара, однокурсники приобрели по недорогому, но вполне приличному артефакту памяти, и довольные отправились назад в академию.

– Представляете, сижу на лекции с активированным артефактом, настроение есть – записываю за лектором, а не захочу – не буду! Знания сами собой укладываются в мозгах, и после занятий учить ничего не надо, – мечтательно проговорил Витан.

– Не всё так гладко! – Покрутила головой Сияна. – Продавец чётко сказал, что количество информации для запоминания при помощи артефакта ограничено. То есть лекции придётся писать, как писали. А во время самоподготовки выберем самое важное – ключевые положения и формулы, потом активируем артефакты. Получится, что времени на подготовку к экзаменам понадобиться намного меньше!

Витан тяжело вздохнул. Подруга была права.

– В следующий раз соберу денег на дорогой артефакт! – заявил парень.

– Ты разглядывал боевые артефакты и невнимательно слушал продавца! – рассмеялась Рада. – Дорогой артефакт имеет дополнительные функции – избирательность информации для запоминания, самопроизвольную активацию по заданным темам и что-то там ещё. Суть в том, что за отдельный промежуток времени наш мозг способен вместить лишь определённый объём знаний, в немалой степени это зависит от силы внутреннего магического источника. Значит, готовиться к занятиям всё равно придётся!

Витан погрустнел и погрузился в размышления о трудной жизни адепта.

Сумерки застали однокурсников в узком переулке. За разговорами адепты заблудились. Тёмные улицы без единого магического фонаря, похожие одна на другую, тянулись бесконечно. У адептов сложилось впечатление, будто они ходят по кругу.

– Жаль, что не купил артефакт направления! Вещица недорогая, но полезная, – сокрушался Витан.

После полутора оборотов блужданий адепты вышли на широкую торговую улицу. Почти все лавки уже закрылись. Но расположенные по обе стороны дороги трактиры и многочисленные питейные заведения работали вовсю.

Витан зазевался, разглядывая выразительно намалёванную вывеску с изображением рыжебородого гнома с кружкой пенящегося пива в руке, и не заметил, как очутился в плотном кольце растрёпанных, ярко раскрашенных девиц.

– Какой хорошенький мальчик! – взвизгнула темноволосая красотка с красными как у вампиршы губами. Витан дёрнулся, пытаясь вырваться из цепких ручек с намазанными алым лаком ногтями. Но не тут-то было! Две другие жрицы платной любви вцепились в него не хуже хищных гарпий и потащили к обитой деревом массивной двери трактира.

– Эй! Оставьте его в покое! – грозно крикнула Сияна.

В ответ девицы громко расхохотались.

– Это ещё почему? – насмешливо поинтересовалась «вампирша». – Мальчику с нами понравится! Мы ему такое покажем, до чего вы, домашние цацы, сами ни в жизнь не додумаетесь!

Витан смутился и с удвоенным рвением задёргался в жарких объятьях ночных красоток. На ладони Рады вспыхнул зелёный пульсар. Девицы призадумались, но отпускать Витана не торопились.

– Парень занят! Идите, поищите себе другую забаву, – негромко, но уверенно приказал знакомый голос. К жрицам платной любви неспешно подошёл Дарен в офицерском дублете с эмблемой патруля на груди. Те мигом оставили Витана и ретировались в ближайшую подворотню.

– Как вы сюда забрели? – спросил Дарен у однокурсников.

– Шли из лавки артефактов и заблудились! – буркнул Витан. – А ты с дежурства?

Дарен кивнул.

– Мы купили артефакты памяти! – похвасталась Рада.

– Ох, не напоминайте мне об учёбе! Я назавтра ещё ничего не подготовил. – Шутливо развёл руками Дарен. – Придётся половину ночи за книжками просидеть!

– Сочувствую! – серьёзно ответила Сияна.

Торговая улица примыкала к небольшой, плохо освещённой площади с облупившейся от времени статуей русалки. Компания адептов притихла, глухое место вызывало неприятные ассоциации.

– Привет, Счастливчик! – гулко послышалось где-то рядом. Из дуговой арки старого трёхэтажного дома показался неприятный субъект. Девушки невольно прижались друг к другу. Незнакомец выглядел угрожающе. Заросшее чёрной щетиной худое лицо с впалыми щеками и лихорадочно блестевшими тёмными глазами выглядело, мягко говоря, недружелюбным. На мужчине был потрёпанный дублет и грязная меховая шапка, на кожаном поясе крепились ножны с мечом и парой кинжалов. Поджарое тело и плавная походка хищника выдавали в незнакомце воина.

– Рад тебя видеть, Счастливчик, или уже благородный лэр Корлин? – осипшим голосом проговорил незнакомец. Перекошенный рот мужчины оскалился в ухмылке.

– И тебе всех благ, Бойдан Рох! – сдержанно ответил Дарен.

– Неужели ты мне не рад, Дар? – деланно изумился Бойдан Рох. – Когда-то мы с тобой были лучшими друзьями!

– Были! До того, как ты продался оркам.

– Согласись, на то у меня имелась веская причина.

– Я так не думаю! – отрывисто возразил Дарен.

– Ты меня никогда не понимал! Помнишь, что я пообещал тебе на прощание, Счастливчик? Вижу, не забыл. Настало время закончить дело. Два дня за тобой следил.

– Три, – негромко поправил Дарен. – Хочешь меня убить? – бесстрастно поинтересовался адепт.

Бойдан опять улыбнулся и неторопливо вытащил из ножен меч. – Всё-таки ты меня засёк, Счастливчик! Признайся, я многому успел тебя обучить.

– Многому, – согласился Дарен и тоже достал меч.

Мужчины кружили друг против друга, глядя противнику в глаза. Витан и девушки с немым ужасом наблюдали за поединком. Адепты понимали, что творится нечто страшное, но не могли заставить себя сдвинуться с места.

Бойдан атаковал стремительно. Его клинок, направленный в живот Дарена, молнией сверкнул в тусклом лунном свете. Дарен парировал удар. Далее противники сделали ещё несколько выпадов и на миг остановились, оценивая возможности врага холодными, расчётливыми взглядами. Следующий выпад сделал Дарен.

Клинки с лязгом замелькали в воздухе. Внезапно однокурсник отпрянул в сторону. Адепты заметили, как у него по бедру расплывается тёмное пятно. Но Дарен не собирался отступать. Прихрамывая, он вновь бросился на противника. Зазвенели клинки. Бойдан пошатнулся и упал на колени, зажимая рукой бок. Меч Дарена пропарол сцепку между металлическими пластинами, разорвал скрепляющие дублет кожаные шнуры и проник в тело Бойдана.

– Сдавайся! Я не хочу тебя убивать! – хрипло проговорил Дарен.

Бойдан засмеялся негромким, каркающим смехом и, шатаясь, встал во весь рост.

В отдалении послышался цокот лошадиных копыт, а затем раздался властный мужской голос: – Стоять! Ни шагу вперёд!

Дарен оглянулся. Бойдан воспользовался моментом, поднял меч и наотмашь рубанул утратившего бдительность врага. Дарен вовремя отскочил назад. Бойдан целил в основание шеи, но удар меча пришёлся по металлической пластине на груди адепта и не причинил тому особого вреда. Бойдан зашатался и упал на спину, его левый бок потемнел от крови, стекающей вниз по животу. Последний выпад лишил нападающего сил.

Конный отряд патруля неторопливо окружил дуэлянтов. Дарен прижал остриё меча к горлу противника и тихо произнёс: – Не сопротивляйся! Я попрошу суд в память о твоих прежних заслугах проявить милосердие…

Бойдан пристально поглядел бывшему другу в глаза, громко вздохнул, мгновенно приподнялся и, схватив обеими руками остриё меча, вонзил его себе в шею.

– Именем короля приказываю прекратить поединок! – Конный офицер вплотную подъехал к противникам. – Дарен, вы? Что тут произошло?

– Встреча старых друзей, офицер, – опустив голову, вполголоса мрачно ответил адепт.

Разборка происшествия заняла половину оборота. Подоспевший лекарь остановил Дарену кровь и наложил на бедро повязку с заживляющей мазью. Тело Бойдана увезли в мертвецкую Тайной Стражи, а Дарен с однокурсниками отправились в академию.

– Дар, ты как? – Витан осторожно тронул однокурсника за плечо.

– Переживу! – Дарен сжал зубы и зашагал быстрее. Девчонки едва за ним успевали.

– Прости, – пробормотал Витан.

– У тебя не было другого выхода. И, вообще, ты его не убивал! – выпалила Рада. – Он сам себя убил…

Дарен замедлил шаг. Лицо его сделалось печальным и задумчивым.

– Зайдём в «Золотого бычка»? – предложил Витан. – Согреемся.

За последний оборот сделалось темно и ощутимо похолодало. Пошёл мелкий дождь с мокрым снегом. Брусчатка покрылась скользкой ледяной коркой. «Золотой бычок» приветливо поглядывал на улицу освещёнными магическими свечами окнами. Дверь трактира распахнулась, и оттуда вывалился одетый в полушубок толстый мужик. Недавний гость трактира поскользнулся на пороге, сыто срыгнул и торопливо затопал по обледенелой брусчатке. От мужика соблазнительной пахло луковой похлёбкой с мясом. Адепты, не раздумывая, вошли в трактир.

Щурясь от яркого света после уличной темноты, компания остановилась у порога, выискивая свободный столик. Их окликнули. Слева от лестницы за большим столом вольготно расположились Врон и Ярек. Раскрасневшиеся в тепле девушки, Витан и непривычно молчаливый Дарен присоединились к друзьям. Разглядев вошедших, трактирщик принялся активно наполнять кружки новых клиентов пенящимся имбирным пивом.

Лично расставив на столе перед адептами пиво, трактирщик задорно подмигнул девчонкам и с улыбкой поприветствовал Дарена. Хмурое выражение лица адепта насторожило бывшего сослуживца.

– Что-то случилось, Дар? – спросил трактирщик.

Дарен поднял голову и угрюмо посмотрел куда-то вдаль. – Случилось. Только что я убил Бойдана Роха, сержант.

– Не может быть! – ахнул трактирщик. – Что он делал в столице?

– Думаю, Бойдан сбежал из тюрьмы и решил поискать счастья в Арконе. Встретил меня и попытался убить.

– Вы же были лучшими друзьями! Помню, как вы с ним познакомились, когда три года назад ты зелёным юнцом появился в отряде.

– Не трави душу, сержант!

Адепты позабыли о пиве и еде. Врон сделал недвусмысленный знак трактирщику, и тот, мигом очутившись возле стойки, плеснул в кубок пшеничного самогона. Дарен поблагодарил взглядом Врона, кивнул бывшему сержанту и проглотил огненный напиток одним махом.

– Рассказывай! – потребовал трактирщик и подсел за столик.

Дарен повернул к собеседникам бледное лицо и коротко, скупыми словами описал поединок с Бойданом Рохом.

– Дарен не хотел его убивать! – уверенно заявила Рада. – Бойдан сам перерезал себе горло.

– Девчонка права. Не вини себя, Дар. Бойдана всё равно бы повесили. Он сделал правильный выбор, самоубийство лучше публичного позора и виселицы, – негромко подтвердил слова адептки бывший сержант.

– Этот Бойдан Рох нарочно перерезал себе шею твоим мечом, чтобы заставить тебя мучится, – добавил Врон. – Забудь! Выпей ещё и не вспоминай о том, что сегодня произошло!

Дарен криво улыбнулся. – Забыть не смогу. Но вины за собой не чувствую.

– Дар ты, правда, из высокородных? – спросил Ярек.

– В определённой степени. Я – бастард, дитя случайной связи. Отец – высокородный лэр, мать – дочь мелкого торговца. Следует отдать должное отцу: когда я родился, он признал меня своим сыном, и до одиннадцати лет я рос и воспитывался в загородном поместье с младшим братом от законного брака его светлости. Старший сын лэра и наследник находился при отце в столице.

Чадолюбием отец и его законная супруга никогда не страдали. Отец делал карьеру при дворе, его жена развлекалась, как ей вздумается. Благородный лэр и его лэри заключили взаимно удобное соглашение: ни он, ни она не станут портить друг другу жизнь консервативными представлениями о верности в браке. Безусловно, супруги соблюдали определённые приличия и ревностно берегли честь рода.

Моя настоящая мать не сильно расстроилась по поводу разлуки с сыном. Отец дал ей денег и выдал замуж за ловкого купца, который разбогател, используя связи лэра и средства жены.

Закончив в провинции на юге военную академию, куда меня определил отец в одиннадцатилетнем возрасте, я выбрался навестить родную мать. Там меня никто не ждал. Я увидел состоятельную чету в окружение пяти или шести законных отпрысков и посчитал себя лишним.

– А потом тебя отправили на границу с орками, да? – возмутилась Сияна. Ей сделалось жалко однокурсника, у которого никогда не было любящей семьи.

– Если имеются законные наследники, бастарду самое место в армии, – хмыкнул Дар. – Честно говоря, я даже этому рад.

– Почему Бойдан назвал тебя Счастливчиком, из-за магии? – взволнованно спросила Рада. – За что он так сильно тебя ненавидел?

Дарен нахмурился, задумчиво посмотрел на жаркое пламя большого камина и заговорил:

– С Бойданом Рохом мы подружились в мою первую седмицу на границе. Он был старше меня на пару лет и опытнее на все десять. Бойдан учил меня выслеживать, убивать орков и выживать. Вместе мы были неразлучными друзьями более двух лет.

Руайян, крепость, где мы служили, стоит на границе со степью орков и Багряными горами. Неподалёку от крепости проходила горная тропа к священным источникам зелёных в горах. Орки – степняки, но один из их главных богов, кровавый Хорос, по их поверью, обитает в горах.

Воинственно настроенные отряды зелёных стекаются со всей степи в горы перед очередным набегом поклониться богу с огненными глазами. В течение десяти лет после большой войны, вплоть до последнего времени набеги зелёных ограничивались грабежом жителей приграничных территорий и угоном скота. Три клана, постоянно кочующие вдоль границы, сделались и вовсе миролюбивыми, даже торговали с людьми. Так что до середины прошлой весны стычки с зелёными носили спонтанный характер, и затевали их в основном представители дальних кланов.

В листопаде позапрошлого года вместе с первым снегом в крепость прибыл новый советник с дочерью. Знатный придворный лэр, в чём-то провинившийся перед королём, и жеманная, избалованная девчонка. Случилось так, что Бойдан влюбился в дочку советника.

На празднике зимнего равноденствия в крепости всегда устраивали соревнования в воинском искусстве. Той зимой Бойдан Рох вышел победителем. Избалованная лэри обратила на него внимание.

Бойдан, четвёртый сын небогатого землевладельца из южной провинции, никогда не встречал подобных ей женщин, образованных, изысканных, расчётливых и лживых. Кокетство скучающей девицы он принял за искреннее чувство, посему быстро надоел привычной к игре в любовь столичной красавице. Бойдан ревновал и злился. Она дразнила его, умело разжигая в нём желание. Несчастный потерял голову от страсти.

В конце зимы старший сын и наследник отца, лэра Корлина, погиб в поединке чести. Остался другой законный сын лэра, мой младший брат, единственный человек в нашем семействе, к которому я питаю искреннюю привязанность. В отличие от воинственного единоутробного брата Теодор – застенчивый, болезненный парень, абсолютно лишённый честолюбия, более всего он любит книги и науку, отец его не уважает и не считает достойным наследником. Посему, после смерти старшего сына лэр-отец вновь заинтересовался моей скромной персоной.

Почему меня называют Счастливчиком? Наверно потому, что мне часто везло. Теперь-то я знаю, что причиной всему магия. Эпидемия красной лихорадки, вспыхнувшая в военной академии, погубила всех ребят в группе, а я не заболел. На границе я постоянно чувствовал, откуда грядёт опасность, и где найти пищу в дальней разведке. Однажды мне удалось уцелеть в схватке с младшим шаманом орков. Шаман применил магию, но я смог ей противостоять и убил колдуна.

История с шаманом заинтересовала магов, и они выяснили, что у меня имеются способности к магии с довольно высоким уровнем внутреннего источника. Мне выдали направление в столичную академию магии. О моих успехах, конечно, оповестили лэра-отца, тот обрадовался.

Видите ли, наш род не принадлежит к древней аристократии, представители которой часто рождаются с магическим талантом. Первым лэром Корлином был мой прапрадед, чиновник из простолюдинов, дослужившийся до старшего торгового советника короля. Отец стыдился этого факта, а я считаю, что прапрадед являлся самым достойным представителем нашего рода, потому что добился всего сам. Когда выяснилось, что я обладаю магическим талантом, отец получил возможность в какой-то степени сравняться со старой аристократией.

Перед Навьим днём, в середине березня, от отца в крепость пришло письмо. Благородный лэр желал срочно видеть меня в столице. На письме красовалась королевская печать, что означало поддержку намерений отправителя его величеством. Дочь советника коменданта рвалась назад в столицу и бросила Бойдана ради меня. Мне она никогда не нравилась, и я честно объяснил девице, что у нас с ней ничего быть не может. А Бойдан словно с цепи сорвался! Любым способом он стремился добыть золота, купить особняк в столице и вернуть возлюбленную. Меня он возненавидел.

У орков примерно в то же время появился молодой шаман. Говорили, будто он спустился с гор. Поведение зелёных сильно изменилось. Они захватили несколько наших небольших сторожевых крепостей. Нападали, когда большая часть гарнизона отсутствовала. Практически не получив отпора, орки выжгли десятки деревень и ограбили приграничный город.

Позднее выяснилось, что у зелёных среди нас появился осведомитель. Им оказался Бойдан Рох. – Дарен замолчал.

К тому времени гости трактира разошлись по домам. В зале осталась только компания адептов и трактирщик, бывший сержант, сочувственно внимающий сослуживцу.

– Выходит, ты сейчас – благородный лэр Корлин? – с сомнением задал Дарену вопрос Ярек.

– Нет. Отказался в пользу младшего брата, законного сына лэра. Знаешь ли, это не моё! Жизнь при дворе – сомнительное удовольствие. Там надо иметь несокрушимое здоровье, бычью выносливость и железные нервы! Я же люблю свободу и ненавижу придворный этикет…

Все рассмеялись. Никто не сомневался, что нервы у Дарена в полном порядке. А придворный этикет, действительно, большая помеха личной свободе.

Глава 8

ТОНКАЯ НИТЬ

Зима задержалась. Вплоть до начала кветня лежал снег и дул ледяной, пронзительный ветер. Но за две последние седмицы резко потеплело. Весело зажурчали ручьи, растаяли остатки льда на реке, и в воздухе запахло весной. На пригорках зазеленела трава, ранние жёлтые цветки на толстых коротких стебельках подняли к синему небу пушистые головки. Запели жаворонки, оглашая окрестности звонкими переливчатыми трелями.

Разгоняя полотенцем едкий дым, Ярек распахнул окно. На рабочем столе валялись обгорелые фрагменты чертежа охранного артефакта, над которым адепт просидел половину единственного за седмицу свободного от занятий дня. К несчастью, большая часть чертежа сгорела в магическом огне.

Непристойно выругавшись, Ярек выбросил в мусорное ведро очередную неудачную заготовку и раскрыл руководство по сторожевым артефактам. Вроде рассчитал параметры правильно, но не сработало! Поначалу ёмкость заготовки оказалась слишком маленькой, чтобы вместить нужное количество магической энергии. Во второй раз Ярек вбухал в артефакт столько магии, что заготовка самопроизвольно загорелась. Адепт впервые попытался создать артефакт самостоятельно.

Вообще-то, работу над магическими артефактами изучают на третьем курсе. Но в изготовлении футляра для артефакта Ярек не видел ничего особо сложного. Руки у него растут, откуда надо, и магический источник будь здоров! На практике вышло гораздо труднее. Одно дело – выполнить работу на заказ по чертежам старшекурсников, которым лень самим возиться с кропотливой, рутинной работой, другое – нарисовать чертёж самостоятельно. В том, что у него получится правильно произнести заклинание и напитать заготовку магией, Ярек ничуть не сомневался. Всё-таки он уже успел кое-чему научиться… А тут снова облом!

За самостоятельную работу над охранным артефактом парень взялся из желания заработать кругленькую сумму. Один скуповатый торговец зерном решил сэкономить на дорогом сторожевом артефакте от дипломированного мага. Зерна в амбаре оставалось немного, и то вот-вот будет продано, посевная не за горами! Поэтому торговец рискнул заказать артефакт адепту-первокурснику.

К вечеру Ярек всё-таки соорудил подходящую форму для артефакта. Адепт осторожно поместил в рамку из красного дерева затейливую медную спираль, благо на кожух для заготовки тратиться не пришлось, Витан вырезал их два десятка. Потирая кончики пальцев, Ярек прикрыл глаза. Тщательно выговаривая каждое слово и соблюдая правильную интонацию, адепт принялся за чтение заклинания. Магическая энергия ровным потоком потекла в заготовку. Ярек проверил готовый артефакт и удовлетворённо откинулся на спинку стула. Получилось!

За окном было ещё светло. Бело-розовые пышные облака, походившие очертаниями то на гигантского дракона, то на сказочный замок, то на торт с густо взбитыми сливками, медленно плыли по небу. У Ярека заурчало в животе. Засидевшись за работой, парень пропустил обед.

В шкафчике осталась булка и половина кувшина простокваши. Адепт накинулся на еду с волчьим аппетитом. Что ни говори, магия отнимает много сил! Спасибо за булку Потану! Отца соученика держал в столице пекарню и кондитерскую.

И зачем Потану сдалась эта магия? С булками, тортами и пирожками он и так не пропал бы! Беднягу об одном упоминании боевых заклинаний бросало в дрожь, от вида крови он падал в обморок, больных боялся, а с травками-цветочками, эликсирами и артефактами возиться не любил, терпения не хватало. Хотя, если бы не булки и пирожки от его родителя, кормильца нашего, жизнь адептов-первокурсников оказалась бы намного менее приятной. Та же Радка, худышка, поглядеть не на что, кожа да кости, а булки трескает так, что лопатки ходуном ходят! Кстати, помяни адептку всуе, и она тут как тут!

Выглянув в окно, Ярек увидел на аллее Раду. Девушка быстро шла к главному зданию академии, в руках адептка держала толстую книгу. Лицо Рады выглядело не то испуганным, не то расстроенным. Что с ней опять стряслось? Не девчонка, а ходячая беда! Вроде рассуждает разумно, а по жизни совсем мозгов нет! Вдобавок вечно повсюду суёт свой любопытный нос! Одна надежда, что подрастёт и поумнеет. Целую седмицу ни с кем не разговаривает и ходит злая, словно скальный выползень, на вопросы не отвечает, забьётся в угол на лекции и о чём-то думает! То ли дело Сияна, красивая, спокойная и всё понимающая! Посмотришь на неё – душа радуется! После окончания академии, получив диплом, Ярек надумал позвать её замуж. А что? Чем они не пара? Сияна станет зелья лекарственные на продажу варить, а мастер Яромир Камен – охранные артефакты делать…

Из Витана получится хороший целитель, из него, Ярека, – вряд ли. Жалобные стоны больных и раненых, язвы, простуда и прочая жуть точно не для него! Между прочим, Радка тоже большим состраданием к хворым и убогим не отличается. Но метит в целительницы. Ярек же стать лекарем никогда не желал, а боевым магом-некромантом – и подавно!

Дарен с Вроном – боевые маги, сразу понятно. Им воевать привычно. А бывшему ученику ювелира – страшно, да, страшно… Ярек – человек мирный. После третьего курса парень решил пойти на прикладную некромантию по специальности мастер артефактов. Самое то. После академии постепенно обзаведётся клиентурой и заживёт в своё удовольствие!

Настало время ужина. Адепты потянулись к главному зданию академии. Через окно Ярек заметил Сияну с двумя адептками-травницами с четвёртого курса. Девушки возвращались из теплицы лечебных трав и весело болтали. Каждая из них несла здоровую охапку свежесобранных растений.

Ярек проводил глазами девушек, подошёл к зеркалу и оценивающе посмотрел на собственную физиономию. Покрутив головой вправо-влево, парень пригладил магической расчёской торчавшие в разные стороны рыжие волосы и подмигнул собственному отражению. С девчонками нужно действовать смело! Ярек твёрдо решил после ужина пригласить Сияну на праздник возрождения Светлой Ари, вечно юной супруги Двуединого.

***

За столом собралась вся компания, не хватало только Дарена, сегодня дежурившего в патруле. Зато к коллективу присоединился Потан. Тщательно одетые Цветана и Млава, как обычно заняли места в середине столовой, дабы ни одно перспективное лицо мужского пола не обделило их вниманием.

Приятная застольная беседа касалась предстоящего в конце кветня праздника. Ярек многозначительно поглядывал на Сияну. Девушка краснела и посмеивалась. Потан предложил устроить пикник в загородных садах. Идея понравилась всем. Принялись активно обсуждать, куда конкретно пойти и, кто что принесёт. Молчала лишь Рада. Отрешённо уставившись в тарелку, девушка вяло ковыряла ложкой пшённую кашу.

На выходе из столовой Раду остановил Врон.

– Выкладывай, что случилось! – коротко приказал парень. Девчонка испуганно отшатнулась от однокурсника. Но сильная рука Врона крепко сжала её кисть. Рада сердито посмотрела на парня, и в глазах адептки промелькнули недобрые зелёные огоньки.

– Радка, прекрати! – Врон устало закатил вверх глаза. – Не открутишься от меня даже с помощью магии…

Плечи девушки обречённо опустились, губы упрямо сжались. – Отвянь! И не смей устраивать мне допрос!

– Не притворяйся, будто ничего не происходит! Выкладывай, мелкая, без увёрток, во что влипла?

– Почему ты так решил?

– По тебе видно. И не мне одному.

Рада с опаской огляделась по сторонам. Проходившие мимо адепты бросали любопытные взгляды на выяснявшую отношения парочку.

– Поговорим в другом месте! – Не выпуская руки девушки, Врон потащил однокурсницу на второй этаж, где располагались пустующие учебные аудитории. Убедившись, что их никто не подслушивает, Врон закрыл дверь и усадил Раду на стул перед собой.

– Что с тобою происходит? – повторил он, не сводя с девушки мрачных чёрных глаз.

– Какое тебе дело?! – вспыхнула Рада.

– Мы вместе учимся, и ты ещё недостаточно взрослая, чтобы правильно оценить ситуацию.

Щёки девушки залились алым румянцем.

– Я на твоей стороне и никому не сболтну ничего лишнего, – мягко добавил Врон.

Рада с сомнением посмотрела в жёсткое, волевое лицо однокурсника. В ответ Врон уверенно скрестил на груди руки. Девчонка поняла, что отделаться от бывшего следопыта пустыми отговорками не получится. Вдобавок в немногословном, сдержанном парне чувствовалась внутренняя сила и надёжность. И Рада сдалась.

– Хорошо, расскажу. Я всё тебе расскажу! Не знаю, может, я просто себе всякого навыдумывала… Но мне кажется, что магистр Тарциус занимается чем-то нехорошим! – заявила адептка и виновато посмотрела на однокурсника.

Врон не проронил ни слова.

– Ты знаешь, что я подрабатываю в библиотеке. Сначала было всё нормально. Перебирала старые фолианты. Подклеивала оторванные страницы книг. Для магических книг подходит только клей из корня жёлтого мыльника. Я часто видела, что адепты, в основном с третьего курса, приходят в библиотеку на отработку штрафов. Порвут там учебник или лекцию прогуляют, вот их и отправляют к магистру Тарциусу потрудиться на благо академии. Кто-то вытирает пыль и моет полы, а кто-то помогает с книгами.

– И что здесь странного? – удивился Врон.

– Я заметила, что магистр Тарциус их сортирует!

– Книги, что ли? – хмыкнул однокурсник.

– Не книги, адептов! Послушай, одну седмицу перебирать книги в комнате за стеллажами приходят маги огня, в другую – воды и так далее. Ни у кого из них внутренний источник не превышает третьего-четвёртого уровня. После работы они выходят из комнаты бледные и слабые, шатаясь, будто пьяные… Магистр посмеивается, что адепт или адептка переутомились и даёт им выпить какой-то эликсир. Они возвращаются к себе и спят до утра, а потом ничего толком не помнят! Специально выясняла. Большинство из них, окончив третий курс, получат диплом и в академию не вернутся…

– Не понимаю, в чём вопрос? Продолжай.

– Как-то я крутилась возле стеллажей, вплотную примыкающих к той комнате, где работают адепты, и обнаружила между помещениями узкий проём с заклинанием расширения пространства. Однажды увидела, как магистр Тарциус открывает в проёме магическим ключом дверь в маленькую комнату. Он вошёл внутрь, а я проскользнула к стеллажам и присмотрелась усиленным магией зрением к месту, где исчез магистр. И сразу почувствовала следы колдовства, напоминающего магические следы на теле убитого адепта, – тревожно прошептала Рада. – И не говори, что мне показалось! – Щёки девушки раскраснелись от возбуждения. – На той седмице магистр Тарциус попросил меня отнести книгу его знакомому в ремесленный квартал. Запечатанный личной печатью мага свёрток действительно выглядел, как завёрнутая в льняную ткань книга. Но свёрток был заметно легче книги. Я попробовала считать его энергию, и внутри свёртка обнаружилось нечто с очень мощной магической силой. Думаю, это был запрещённый артефакт, упакованный под книгу!

– Считывать энергию предметов учат на третьем курсе вместе с работой над артефактами, – заметил Врон.

– Я в руководстве прочитала, как это делается, и кое-чему меня научили дома.

– Твои родители – маги?

– Их уже нет. У меня был учитель-маг! – ответила Рада и прикусила губу. Девушка избегала рассказывать о себе посторонним.

– Ты сирота?

Рада кивнула. Врон понял, что однокурсница не желает распространяться об её семье и, вероятно, на то имеется важная причина. Чужие тайны бывший следопыт уважал.

– Ты пришла в ремесленный квартал, а дальше?

Девушка пытливо взглянула на Врона, убедилась, что он расспрашивает её не просто из любопытства, а по-настоящему хочет ей помочь, и продолжила рассказ. – Лавку приятеля библиотекаря я нашла в тесном закоулке. Крепкий, добротный дом с плотно закрытыми ставнями и обнесённым высоким забором задним двором. Вошла в лавку. Оказалось, знакомый магистра продавал антиквариат и привозные из дальних стран редкости. Странное расположение для заведения с таким богатым товаром…

Раду поразило разнообразие вещей, выставленных в лавке. На многочисленных полках стояли статуэтки из слоновой кости и чёрного дерева, резные шкатулки, в обитых шёлком коробках лежали причудливые раковины из дальних тёплых морей и перья диковинных тропических птиц. Вдоль стен висели немыслимой красоты ткани и кожаные изделия. На прилавке лежали украшения из бронзы, меди, серебра и золота. Отдельно были выложены ценные необработанные кристаллы…

Низенький, дородный хозяин в пёстрой шёлковой куртке шустро выкатился из-за прилавка и подскочил к Раде. Едва взглянув на свёрток с печатью магистра Тарциуса, торговец нервно задёргался и мгновенно выхватил книгу из рук девушки. Затем он опомнился, заученно улыбнулся и сунул опешившей девушке золотую монету. Рада попробовала отказаться, но хозяин лавки ловко забросил монету в глубокий карман куртки девчонки-посыльной и аккуратно выставил адептку за порог.

Рада вытащила монету из кармана, присвистнула и отправилась в кондитерскую на соседней улице, где продавались самые вкусные пирожные – засахаренные фрукты с взбитыми сливками в корзиночке из песочного ванильного теста. Ранее девушка несколько раз проходила мимо кондитерской, но заходить туда не решалась, цены там выглядели устрашающе.

Рада неторопливо, с наслаждением съела четыре пирожных, запивая их грушевым взваром, и в благодушном настроении отправилась в академию по той же дороге. Проходя неподалёку от лавки знакомого магистра Тарциуса, адептка невольно насторожилось. Темнело, но фонари ещё не зажгли.

С противоположной стороны улицы Рада разглядела очень высокого, плечистого мужчину в тёмном плаще с низко надвинутым на лицо капюшоном. Мужчина пружинистой, плавной походкой миновал перекрёсток и поспешно вошёл в ту самую лавку, куда полтора оборота назад Рада отнесла книгу. Адептка приблизилась к входной двери и почувствовала привкус знакомой магии. След на дверной ручке принадлежал оборотню. Рада осторожно, чтобы не выдать себя ни единым шорохом, отошла от входа в лавку и понеслась в академию.

– Я чувствую, что хозяин лавки редкостей как-то связан с оборотнем в плаще с капюшоном! – с жаром воскликнула девушка.

– Необязательно. Оборотень вполне мог быть честным контрабандистом и поставщиком ценных вещей, которыми торгует приятель библиотекаря.

– Но я этого оборотня встречала раньше!

– Да? – заинтересовался Врон. – Неужели?

Рада поняла, что проболталась. Адептка на миг замерла, упрямо нахмурилась, отбросила со лба чёлку и, набрав побольше воздуха в лёгкие, заговорила ровным, отстранённым голосом: – Я видела его в лесу!

Стараясь не упустить ни одной важной детали, девушка рассказала о нападении разбойников на обоз. Почему она оказалась ночью в купеческом обозе? Потому что её отец-маг погиб прошлой весной, а мать Рада потеряла пять лет назад. Родственники первой жены лэра попытались убить девушку, возможную наследницу, хотя по завещанию, публично оглашённому нотариусом, отец не оставил ей ничего, за исключением скромного приданного. Замок и поместье достались сводному брату, почти лишённому магического дара. Сын отца Рады от первого брака обладал лишь слабой магией иллюзий. Вообще-то, слуги поговаривали, будто существует другое, последнее завещание, написанное лэром в начале зимы. Учитель, старый маг-отшельник, дал Раде денег и помог сбежать из дому.

– Я всегда хорошо чувствую остаточную магию, если после её применения прошло не слишком много времени, – доверительно призналась Рада. – Сама себе не поверила, когда на теле Мелвиса Рита обнаружила след той самой магии, которую использовали разбойники, – подытожила адептка.

Врон нахмурился. Некое шестое чувство, именуемое интуицией, подсказывало ему, что в этой смутной истории имеются глубокие корни.

–Ты должна вести себя с магистром Тарциусом, как всегда, чтобы он ничего не заподозрил. И не следует пока ничего говорить магистру некромантов. Вдруг он заодно с библиотекарем?

– В прошлый раз я рассказала магистру Кану о моих подозрениях и о себе, он ничего плохого мне не сделал. По его приказу проверили хранилище артефактов и обнаружили пропажу!

– Ты не могла ошибиться насчёт магического следа?

Адептка отрицательно мотнула головой.

– Рада, ты получила травму и перенесла нервное потрясение. Мне думается, ты чувствуешь себя виноватой, что ничего тогда не сделала, чтобы помочь найти разбойников. Твоё восприятие чужой магии, возможно, претерпело искажение. Теперь чуть ли не в каждом оборотне ты видишь врага.

Девушка побледнела. Догадка Врона о преследующем её чувстве вины оказалась верной. Но следы магии она перепутать не могла!

– Нет, – тихо и уверенно произнесла Рада. – Магический след абсолютно такой же! И да, я чувствую себя виноватой перед добрым господином Дагусом, его несчастной дочерью, дядькой Буданом и другими. Они были хорошими людьми…

В отчаянии Рада опустила голову. Врон размышлял над услышанным. Пауза затянулась.

Немного погодя адепт положил тёплую руку на плечо застывшей в ступоре девушки и негромко проговорил: – Эй, очнись, я верю тебе, и постараюсь помочь, чем смогу!

– Правда? – неуверенно спросила Рада.

– Не сомневайся! Я – твой однокурсник и друг. А ещё, младших нужно защищать! – широко улыбнулся парень и перешёл на деловой тон. – Прежде всего, следует проследить за лавкой приятеля библиотекаря. Но одним нам не справиться. Давай расскажем обо всём Дарену, конечно, о том, что касается тебя лично, говорить не станем? Не сомневайся, Дар – вполне надёжный парень.

Девушка нехотя согласилась с Вроном. Делиться секретами с кем-то ещё, Раде не хотелось.

***

На следующий день Врон обсудил с Дареном подозрения однокурсницы насчёт библиотекаря. Адепты договорились организовать в вечернее время слежку за лавкой приятеля магистра Тарциуса. После занятий парни зашли за Радой и потребовали, чтобы она сходила с ними в ремесленный квартал. Дарен сообщил в патруле начальству, что лавку заморских редкостей посещают подозрительные личности. И за кварталом ремесленников установили усиленный надзор.

У Тайной Стражи, где подрабатывал Врон, имелся осведомитель, который жил неподалёку от лавки дружка магистра Тарциуса. По убедительной просьбе следопыта, подкреплённой парой бутылок качественного гномьего самогона и предложением ответной услуги, он согласился присматривать за посетителями лавки редкостей. По возможности Дарен и Врон лично дежурили в ремесленном квартале. Но ни в один из десяти последующих вечеров оборотень не появился.

Тем временем Рада с удвоенным вниманием наблюдала за адептами, приходившими в библиотеку на отработку. К своему удивлению, девушка больше не видела, чтобы кого-то из них библиотекарь отправлял перебирать книги в комнату за стеллажами. Периодически Рада ловила на себе пристальный взгляд жёлтых глаз магистра.

– Большинство адептов – ленивые бездельники, в отличие от вас, госпожа Радана, – спустя несколько дней вкрадчиво произнёс магистр Тарциус. Девушка настороженно замерла над раскрытым фолиантом.

– Толковый адепт или адептка обычно стремятся к тому, чтобы обеспечить собственное будущее ещё в академии. Не правда ли, милочка? – продолжал библиотекарь.

Рада пожала плечами. Сердце девушки испуганно застучало.

– Скажем так, если некий успешный торговец предложит вам определённую сумму за решение его маленьких проблем, которые не следует разглашать, вы согласитесь? Нет, ничего постыдного или незаконного вам делать не придётся! У вас довольно высокий уровень магического источника, и вы, допустим, могли бы поддерживать нужное время портал при доставке ценных вещей и прощупывать на предмет наличия магических артефактов отдельных его клиентов.

– Но я всего лишь первокурсница, магистр Тарциус, и почти ничего не умею! Кроме того, расписание занятий настолько сжато, что у меня не получится постоянно отлучаться из академии.

– Ах да! Безусловно, госпожа Ивор, учёба на первом месте. Как я вас понимаю! Вы чрезвычайно ответственно относитесь к занятиям, что заслуживает похвалы.

На этом разговор закончился. Прошла неполная седмица, и магистр Тарциус под предлогом грядущих в конце травня экзаменов отказал Раде в подработке. Без сомнения, добросовестная адептка-первокурсница обязана бросить все силы на подготовку к сессии!

– Хитрый лис! – заявил Дарен, когда Рада сообщила ему и Врону, что её уволили. – Понял, что ты догадываешься об его грязных делах и поторопился от тебя избавиться.

– Поговорить с магистром Каном? – спросила девушка.

– И что ты ему скажешь? – полюбопытствовал Врон.

– То же, что и вам.

– У тебя есть предположения и не более того, – заметил Дарен. – Магистр Тарциус – бывший боевой маг и ветеран, пользующийся всеобщим уважением. Ты – всего лишь юная адептка-первокурсница с непомерно развитой фантазией. Проверят третьекурсников, из которых тянули магическую силу, и что? Они ничего не помнят и не знают, следов воздействия на них нет, прошло время. Оборотень в лавке? Да его след давно остыл. Торговец честно признается, что среди его поставщиков имеются оборотни. Здесь нет ничего незаконного.

Рада погрустнела.

– Кроме того, не забывай, что тебя уволили! Адептку лишили подработки, и она придумала нелепую историю, дабы оклеветать бывшего работодателя, – вставил Врон.

От обиды девушка покраснела до корней волос.

– Не расстраивайся, Радка! Мы тебе верим. За магистром Тарциусом и за лавкой его приятеля будем присматривать по-прежнему. Пройдёт время, злоумышленники успокоятся и обязательно на чём-нибудь попадутся! – утешил Раду бывший следопыт.

Глава 9

АЗЫ ЦЕЛИТЕЛЬСКОЙ МАГИИ

– Ну, что ж, господа адепты и адептки, теорию вы подучили, и сейчас займёмся практикой! – заявил магистр Добромил Хран.

Группа насторожилась.

– Сегодня мы отправимся в мертвецкую при академии. Да, мои дорогие, целительство – это не только работа с магической энергией в чистых палатах, а ещё и грязь, зловоние и смерть, зачастую в весьма неприглядном виде!

Цветана, Млава и Витан побледнели. С лица Сияны пропала улыбка. Ярек задиристо поднял веснушчатый нос, мол, нам всё нипочём! Потан икнул. Рада решительно кивнула и крепко прижала к груди учебник. Дарен чуть приподнял брови, надо так надо! Врон невозмутимо посмотрел на преподавателя и зевнул.

Захватив небольшую сумку с артефактами и кристаллами-накопителями информации, Магистр Хран поманил за собой адептов. Группа покинула главное здание академии и по круговой дорожке направилась в расположенный изолированно флигель. Миновали пристройку факультета воды, затем воздуха, между пристройками факультетов целительской магии и прикладной некромантии пролегала узкая тропинка в мертвецкую. Рада немного задержалась, чтобы ещё раз полюбоваться изящным белокаменным трёхэтажным зданием с гербом целителей. Менее, чем через два с половиной года она получит право войти туда в качестве будущей дипломированной целительницы…

Академия состояла из огромного конуса главного корпуса, в котором на третьем и четвёртом этажах обитали адепты с первого по третий курс. Главный корпус окружали пристройки, связанные с ним крытыми галереями. Шесть отдельных пристроек занимали факультеты воды, воздуха, целительской магии, прикладной некромантии, магии огня и земли. В отдельных пристройках меньших размеров находились помещения, где останавливались преподаватели, когда им приходилось ночевать в академии, и размещался обслуживающий персонал.

В здания факультетов адептов младших курсов не пускали, там постоянно жили и учились старшекурсники. Десяток лабораторий и несколько тренировочных залов занимали обширный подземный этаж главного корпуса. В нём же на первом этаже располагались столовая, музей академии, лаборатория, где проводилось измерения уровня магических источников, несколько больших залов и аудитории, в которых занимались третьекурсники. Для занятий с адептами первого и второго курсов отвели второй этаж. Четвёртый этаж главного корпуса занимала огромная оранжерея и залы, где проходили утренние занятия по развитию внутренних магических источников. На пятом этаже находилась обсерватория и аудитории для занятий магией воздуха.

В мертвецкой было холодно, как в глубоком каменном погребе, и стоял полумрак. Магистр Хран щёлкнул пальцами, под потолком загорелся десяток ослепительно белых светильников. У входа за обшарпанным столом сидел одетый в заношенную серую мантию пожилой мужчина. Смотритель поднял голову, поприветствовал магистра кивком коротко стриженой седой головы, равнодушно пробежал глазами по адептам и раскрыл толстую потрёпанную тетрадь.

– Господа адепты! Сейчас господин Радован зарегистрирует вас в книге учеников, выдаст вам личные ключи, чтобы вы могли прийти сюда в любое время и позаниматься самостоятельно, – громко объявил магистр Хран.

Адепты по очереди подходили к смотрителю мертвецкой и, назвав свои имена, получали по круглой серебристой бляхе-ключу.

– Сегодня мы будем учиться распознавать энергетические потоки человеческого организма. Сначала я напитаю мёртвое тело жизненной силой. Нет, молодой человек, труп не оживёт, в мёртвом теле нет души, и после смерти кровь свернулась.

Ярек, к которому обратился магистр, сделал умные глаза и выдвинулся на первый план.

– Но я смогу заставить сокращаться сердце, работать кишечник, слабые, в отличие от живого организма, энергетические потоки потекут по тканям и органам исследуемого тела. С момента смерти этого парня прошло не более восьми часов, труп держали на льду, что остановило процесс разложения. Посему, мы сможем легко оценить общее состояние организма данного субъекта и установить конкретную причину смерти.

– Материал к занятию готов, – простуженным голосом сообщил смотритель.

Цветана и Млава испуганно покосились на преподавателя и плотнее придвинулись друг к дружке. Рада внутренне поёжилась. Витан облизал пересохшие губы. Врон и Дарен без малейшего волнения с любопытством разглядывали обширное помещение с тремя длинными столами, обитыми сталью, шкафом с инструментами непонятного назначения и ножами различной формы. Между шкафом и узким столиком за наполовину раскрытой дверью в смежную комнату стояла длинная тележка, покрытая тёмной тканью.

По знаку магистра господин Радован выкатил «практический материал» на середину зала. Сбросил с тележки ткань и ловко переложил тело на один из длинных столов. Адепты замерли, молча разглядывая восково-жёлтый труп молодого мужчины. Цветана и Млава отступили на задний план и спрятались за широкими спинами парней.

– Вот, господа адепты, тело молодого, относительно здорового мужчины, глупо погибшего в трактирной драке. – Магистр указал пальцем на проломленную височную кость.

– Бедный парень! – вырвалось у Сияны. Цветана презрительно фыркнула. Нашла, знаете ли, кого жалеть, нищего бездельника из простолюдинов!

– В настоящее время мы проходим нормальную анатомию, – продолжил магистр Хран. – Безусловно, для живого существа смерть – уже не норма, – улыбнулся преподаватель. – Хотя, надеюсь, внутренние органы у этого экземпляра должны выглядеть вполне прилично! Исследуемый – человек. Кожа трупа – чистая, сложение пропорциональное, мускулатура хорошо развита. Субъекту двадцать-двадцать пять лет.

Магистр протянул руку, и из его пальцев заструился весёлый зелёный свет. Кожа на теле трупа утратила желтизну, застывшие черты лица сделались мягче, скрюченные пальцы рук расслабились, казалось, что на столе лежит спящий человек.

– Вспоминаем, как учились проводить обследование на макетах. Кто первый?

К телу приблизился Дарен. Он протянул ладони к голове, затем медленно провёл руками вдоль тела, не касаясь трупа. – Ощущения неотчётливые, – неуверенно пробормотал адепт.

Преподаватель усмехнулся. Следующим к телу подошёл Врон. Сосредоточенно нахмурив брови, он повторил действия Дарена и помотал головой.

– Поначалу достаточно общего представления о наличии энергетических потоков, – прокомментировал магистр Хран. – Теперь вы, адептка, – указал он на Раду.

Прикусив от усердия губу, девушка протянула тонкие ладони к трупу. Рада водила руками над телом очень медленно и осторожно. Вдруг лицо её посветлело. – Получается! У меня получается! – радостно проговорила девушка. – Я вижу, как жизненная сила движется по органам и тканям, вот тут какие-то завихрения, – Рада показала на область печени.

Более-менее удовлетворительных результатов удалось добиться Витану, Сияне и Млаве. Цветана, Ярек и Потан ограничились смутными ощущениями движения энергии жизни в органах исследуемого тела.

– Неплохо! – подытожил магистр Хран. – Далее займёмся непосредственной оценкой работы органов данного субъекта. Заодно поищем причину завихрений энергетических потоков в печени, выявленных адепткой Ивор. – Преподаватель ободряюще улыбнулся Раде. – Итак, приступим к вскрытию тела. – Магистр Хран взял тонкий длинный нож. Вдоль острия появилось едва различимое зелёное свечение. Легким движением преподаватель рассёк посередине грудную клетку и брюшную полость.

Витан, Ярек и Потан занервничали. Цветана и Млава обнялись, как давно не видевшиеся любящие сёстры. Запахло кровью и сырым мясом. Магистр Хран поглядел на сбившихся в кучку адептов. Впереди стояли Дарен, Врон и Рада. Девушка комкала тонкими пальцами рукава мантии, но уклоняться от активного участия в занятии не собиралась. Сияна пристроилась у подруги за спиной. Цветана и Млава спрятали носы в надушенные платочки. Потан побелел и выскочил прочь из мертвецкой, у порога его стошнило. Смотритель привычно взялся за тряпку. Ярек и Витан застыли на месте, уподобившись мраморным изваяниям уцелевших жителей погрузившегося в водную пучину печально известного города Измира.

– Продолжим, господа адепты и адептки! – с лёгкой иронией в голосе проговорил магистр Хран. – Подходим к телу по очереди.

На сей раз Врон справился отлично, он безошибочно определил не только течение нормальных энергетических потоков, но и точно указал участки завихрений в печени. Преподаватель разрезал орган по диагонали, и взглядам адептов предстала неприятная картина – по ходу желчных протоков бугристые камеры серо-жёлтого цвета с мутным содержимым.

– Печень исследуемого субъекта поражена паразитами! – оптимистично сообщил магистр Хран. – Н-да, в наше время абсолютно здоровые люди – редкость…

К концу занятия Потан вернулся в зал.

– Пришли в себя, юноша? – добродушно осведомился преподаватель. – Тогда подходите ближе и работайте. Вы – последний.

Потан приблизился к трупу, зажмурил глаза и протянул дрожащие руки к телу. К собственному удивлению, адепт сумел чётко определить движение потоков жизненной энергии в органе, над которым держал раскрытые ладони. Осмелев, Потан приоткрыл глаза, увидел сокращающееся сердце и покачнулся. Если б не Дарен, бедняга рухнул бы на каменный пол.

– Ничего, молодой человек, привыкнете. Через месяц будете проводить вскрытие самостоятельно! – жизнерадостно выдал магистр Хран.

Очухавшийся Потан вздрогнул, захлопнул веки и снова потерял сознание.

– На сегодня – всё! – наконец произнёс преподаватель. – Я накрою труп статической сферой. Вам известно, что внутри сферы времени нет, посему разложение не затронет тело. Артефакт продержит сферу в течение трёх дней. За трое суток вы самостоятельно изучите характер энергетических потоков во всех органах и тканях. Схемы потоков я давал на лекции. Перед началом работы отключите артефакт вашим ключом. Уходя, не забывайте повторным воздействием на артефакт активировать сферу! Иначе вашим однокурсникам достанется разложившийся труп.

Адепты с облегчением покинули мертвецкую.

– Слушай, Потан, а чего ты в маги подался? – по дороге поинтересовался Ярек.

– Чего-чего? Из-за бати и прочей родни, – понуро ответил однокурсник.

– Как так?

– Понимаешь, мой прадед, дед и отец пекли булки. Отец расширил дело и завёл кондитерскую. Мы – простые люди и хорошие пекари. Но маги – это другой уровень! Когда отец узнал, что у меня имеются магические способности, ошалел от радости. Уважение к нашей семье среди родственников и знакомых вымахало до небес. И у меня не осталось другого выхода, как пойти в академию. Хотя лучше бы магический дар достался кому-то из братьев, а я бы с удовольствием пёк булки и делал пирожные.

– Значит, ты изучаешь магию из уважения к семейной чести?

– Ну да! А ты?

– Я, – помедлил Ярек. – В общем, я тоже здесь из уважения … к правосудию!

Сияна рассмеялась. О том, как Ярек попал в адепты, девушка узнала от него самого седмицу назад.

– Надеюсь, магистр Хран пошутил, когда сказал, что мы будем вскрывать трупы самостоятельно, – озвучил свои опасения Потан.

– Ничуть! – широко улыбнулся Дарен.

Потан расстроился и укоризненно посмотрел на однокурсника.

– А я мёртвых совсем не боюсь! – сказала Сияна. – Чего их бояться? Они тихие…

– Шутишь? Какие они тихие!? – воскликнул Ярек. – А если один из этих тихих встанет, схватит тебя за косу и попытается сожрать? Вот так! – Ярек оскалил зубы, скорчил жуткую гримасу и быстро прижал Сияну к себе. Девушка со смехом освободилась.

– Тогда это будут не просто мёртвые, а зомби или другая разновидность нежити! – авторитетно заявила она.

– Когда ты на тихих покойников успела насмотреться? – спросил Ярек. – Понятно Врон и Дарен, они воевали, а ты?

– Там, где я жила, была эпидемия чёрной лихорадки, – серьёзно произнесла Сияна. На лицо девушки легла тень.

– Ты случайно не из Зверина? – вмешался в разговор Врон.

– Слышал об эпидемии?

– Даже стоял в оцеплении. Маги подозревали, что в Зверине появилась нежить. И несколько наших отрядов в срочном порядке перебросили на запад.

– Что за чёрная лихорадка? – удивился Витан. – Никогда не слышал о такой болезни!

– Мы тоже раньше не слышали! – непривычно резко ответила Сияна.

Однокурсники поглядели на неё с сочувствием и сдержанным любопытством. Сияна рассеянно перебросила на спину косу и принялась рассказывать об эпидемии загадочной болезни.

Семья девушки жила в зелёном городке Зверине, расположенном на берегу реки среди бескрайних лугов и лесов. Отец девушки разводил на продажу лошадей. Позапрошлым летом от неизвестной болезни в окрестностях города начали умирать животные. За несколько дней от процветающего дела отца не осталось ничего.

Однажды ночью кто-то разрыл могильник, где закапывали трупы лошадей, и сбросил останки мёртвых животных в озеро, из которого брали воду для хозяйственных нужд местные жители. В результате мор перекинулся на людей. За неделю вымерла треть жителей городка. Местные целители ранее не сталкивались ни с чем подобным. Болезнь начиналась, как обычная простуда. Спустя один-два дня кожа покрывалась чёрными разводами, кровь становилась чёрной и густой, появлялась мучительная, неутолимая жажда. На третьи сутки больные теряли ясность рассудка, погружаясь в бред. Кожа и тело высыхали на глазах, и люди умирали.

Приезжие целители определили магическое происхождение эпидемии, и нашли лекарство. К тому времени городок и окрестные деревни обезлюдели. Сияна потеряла отца и старшего брата. Девушка добровольно помогала целителям ухаживать за больными. В лечебнице у неё определили наличие магического дара.

***

На боевой подготовке удача от Потана окончательно отвернулась. Магистр Терин посчитал, что парень не проявил должного усердия в упражнениях на площадке и заставил его пробежать пять кругов по полигону дополнительно. К концу последнего круга Потан выдохся и рухнул на траву. Зловредный магистр приказал адепту подняться и встать в строй.

Позднее магистр Терин назвал имена тех, кто с начала будущей седмицы приступит к обучению фехтованию. Имени Потана среди счастливчиков не оказалось. А ему так хотелось похвастать перед своей девушкой успехами в боевой подготовке, показать себя настоящим мужчиной и продемонстрировать подруге и однокурсникам новый меч! Меч работы известного мастера-гнома подарил Потану отец на праздник зимнего равноденствия. Конечно, похвастать и показать девушке меч можно, но парень принципиально не хотел приписывать себе несуществующие заслуги. Братья посмеивались над его принципами, но в душе Потана уважали. «Этот слов на ветер не бросает» говорили о нём.

Несмотря на юный возраст Рада тоже была допущена к занятиям фехтованием вместе с Витаном, Яреком, Сияной, Цветаной и Млавой. Однако новость девушку не обрадовала. Мечи, что предлагала академия бесплатно, оказались слишком тяжёлыми и громоздкими для её девичьих рук, вдобавок с плохим балансом. Как правило, оружие адепты покупали за собственные деньги. А денег у Рады не было. Более-менее пристойный меч стоил восемьдесят золотых монет и больше. От выданной Учителем суммы осталось всего двадцать три золотые монеты. Кроме того, летом предстояло питаться за собственный счёт. Ещё нужно было приобрести летнюю одежду.

Дельный совет, как заработать денег, опять подкинула Сияна. Подруга трудилась в саду лечебных растений с третьекурсницами, которые посещали практические занятия по целительной магии в лечебнице от академии. Третьекурсницы постоянно жаловались, что в лечебнице не хватает рабочих рук, вследствие чего их регулярно задерживают после занятий, дабы помочь по уходу за больными.

***

После ужина Рада побежала в город. Лечебница от академии располагалась в городской черте. Рада боялась, что ей откажут или не примут по причине позднего времени. Однако управляющая лечебницей магистр Велена находилась на месте.

– Вы намерены стать целительницей? Хотите работать в лечебнице, потому что помощь больным – ваше призвание? – спросила магистр у Рады.

– Да, это так. И мне очень нужны деньги, – честно призналась адептка.

Управляющая лечебницей понимающе кивнула. – Большинству молодых девушек не хватает денег. Одежда, благовония, развлечения…

– Деньги мне нужны на необходимые для учёбы вещи, – негромко произнесла Рада.

– Хорошо, я подумаю. О моём решении сообщу завтра, – сказала магистр и жестом указала девушке на дверь.

Управляющая лечебницей Раде не понравилась. Сухая, чёрствая особа, похоже, её больше всего заботит собственная репутация. Девушка неприязненно вспоминала красивое точёное лицо магистра, корону белокурых волос, уложенных на темени в высокую причёску, стройную фигуру в безумно дорогой мантии из эльфийского шёлка и тонкий запах заморских благовоний.

На следующий день выяснилось, что насчёт магистра Велены Рада ошибалась по всем статьям. В обед на столик перед девушкой опустилось возникшее прямо из воздуха письмо с эмблемой целителей. В письме, написанном чётким, крупным подчерком, сообщалось, что адептка первого курса Радана Ивор принята на работу по уходу за больными в свободное от занятий в академии время. Позднее Рада узнала, что перед тем, как взять адептов на работу, магистр всегда тщательно наводит о них справки. Те, кто отстаёт в учёбе, имеет серьёзные дисциплинарные нарекания и плохо ладит с людьми, на подработку в лечебницу не допускались.

Целую седмицу, наскоро перекусив, Рада усердно трудилась. Девушка мыла полы, обрабатывала инструменты, переодевала и кормила больных. На подготовку к занятиям почти не оставалось времени. Хорошо, что с подачи первого Учителя Рада обзавелась полезной привычкой – сразу после занятия кратко конспектировать пройденный материал. После чего для подготовки к уроку или зачёту было достаточно быстро просмотреть тезисы конспекта. Однажды, когда усталая девушка заканчивала убирать перевязочную, к Раде подошла магистр Велена.

– Вы работаете старательно и добросовестно, адептка Ивор. Считаю, что ваш трудовой энтузиазм заслуживает поощрения. Так как вы намерены трудиться у нас, как минимум до конца лета, я сочла разумным выдать вам аванс.

Счастливая Рада возвращалась в академию поздно вечером, а в кармане у неё лежал увесистый кошелёк с тремя сотнями серебряных монет.

Глава 10

ЭКЗАМЕНЫ И НОВЫЕ ЖЕРТВЫ

Последняя декада травня выдалась жаркой и в прямом, и в переносном смысле. Стояли сухие, солнечные дни. Как-то незаметно, меньше, чем за седмицу на деревьях и кустах распустились листья, газоны в парке при академии заросли густой молодой травой, на клумбах распустились цветы, и начались экзамены… Академия стала напоминать образцовый пчелиный улей, где каждая пчела добросовестно трудится от рассвета до заката. Однако в отличие от пчёл адепты, желая наверстать упущенное, занимались и после заката, до глубокой ночи. Кое-кто даже сидел за книгами ночи напролёт. В библиотеке за учебными пособиями выстроились длинные очереди. В залы, где отрабатывали заклинания по практической магии, записывались предварительно за один-два дня.

Рения в комнате Сияны и Рады подросла вверх на целую ладонь и обзавелась пышной изумрудной кроной. На верхушке деревца появился жёлтый пушистый венчик. Прослышав о дереве удачи, адепты повадились заходить в комнату к девушкам перед экзаменом, дабы прикоснуться к стволу рении. Но у дерева удачи оказался собственный характер. Если адепт или адептка ему не нравились, из ствола рении высовывались колючие шипы.

Ярек заглянул в комнату к подругам накануне экзамена по лечебным травам. Гостеприимная Сияна отправилась на кухню с чайником. Заметив, что Рада занята переписыванием рецептов из старого потрёпанного фолианта, парень протянул руку к стволу рении и вскрикнул от боли. Острый шип дерева удачи впился Яреку в палец. Рада оторвалась от книги с рецептами и удивлённо посмотрела на однокурсника. Ярек облизывал палец и ругался. Сияна вернулась в комнату и моментально поняла, в чём дело.

– Это тебе за палку с колючками! – рассмеялась девушка. – Рения на тебя обиделась!

– Ещё чего! – возмутился Ярек. – Лучше бы эта пал… рения вспомнила, кто её сюда по лестнице тащил, и проявила хоть какую-то благодарность.

На следующее утро Ярек опять появился в комнате девушек. В руках он держал небольшой мешочек. – Вот! Еле достал. Самое лучшее удобрение для домашних деревьев!

Адепт протянул Сияне мешочек, осторожно приблизился к дереву удачи и негромко, но очень уважительно произнёс: – Это тебе, дерево, от меня! Расти и развивайся.

Листья рении доброжелательно зашелестели.

– Она понимает человеческую речь?! Ух ты! – воскликнул Ярек.

– Конечно, понимает! – подтвердила Сияна.

Парень робко потрогал гладкое место на стволе между бугорками, из которых высовывались шипы. На сей раз рения отреагировала на Ярека вполне дружелюбно. «И тут не подмажешь – не поедешь!» – подумал парень и скорбно поджал губы.

***

По результатам экзаменов три десятка первокурсников получили неудовлетворительные балы, неудачников ждала переэкзаменовка в первой половине серпня. Витан и его друзья сдали сессию успешно. Даже Потан, примкнувший позднее к дружной шестёрке, получил неплохие отметки, разве что по основам лечебной магии с трудом дотянул до «удовлетворительно».

После завершения сессии у третьекурсников по традиции должно было состояться торжество – адептам вручали дипломы магов первой ступени, после чего их ждали накрытые столы, развлекательная программа, подготовленная старшекурсниками, и танцы.

На следующий день закончившие обучение в академии маги первой ступени сдадут в библиотеку книги, отнесут в прачечную казенные мантии и отправятся на рабочие места. В перспективе, набравшись знаний и наработав практические навыки, завершившие начальную стадию академического образования маги смогут повысить статус до второй, а то и третьей-четвёртой ступени, сдав очередной экзамен. Их однокурсники, чей источник достиг четвёртого уровня и выше, переберутся в пристройки своих факультетов и уедут на практику согласно избранной специальности.

Триса и Алана перевели на четвёртый курс. Добродушного силача Гарда ждало офицерское звание и работа в страже приморского города-крепости Колобреге. Новоиспечённый маг воды нисколько не завидовал товарищам, оставшимся в академии. Он мечтал, как в парадном одеянии военного мага предстанет перед родственниками, простыми рыбаками, и первая красавица на их улице гордая Маруша согласится стать его женой.

К большому неудовольствию Ярека, Трис пригласил на вечеринку Сияну, и девушка охотно согласилась. В день торжества Ярек наотрез отказался наблюдать за церемонией вручения дипломов и в одиночестве отправился в город.

Сияна надела голубое платье из лёгкой полупрозрачной ткани, на настоящий шёлк у девушки не хватило денег, и новые синие туфельки. Выбрать платье помогла Рада. Как оказалось, однокурсница неплохо разбирается в моде и обладает отличным вкусом. Девушки посетили не менее десятка лавок, в которых торговали готовой одеждой. В магазинах на главной торговой улице, где одевались состоятельные люди, для тощего кошелька адепток на стипендии цены оказались неподъёмными…

В лавках на рынке Сияна выбирала платья ярких расцветок с имитацией золотого или серебряного шитья. Облачившись в очередной шедевр базарного творчества, девушка с ужасом вглядывалась в собственное отражение в зеркале. Рада же, быстро изучив ассортимент готового платья, отрицательно мотала головой и за руку тащила подругу в другую лавку.

Наконец в последней лавке Рада обнаружила голубое платье из полупрозрачной ткани на подкладке из лёгкого поплина. Оценив качество ткани и покрой, девушка заставила подругу примерить платье. Сияне понравилась ткань, но покрой показался слишком простым. Упрямая Рада не желала слушать никаких возражений. Платье выглядело больше на два-три размера, чем требовалось. На груди изобретательный портной, чтобы поднять цену изделия, прицепил большую розу из золотой парчи.

– Пожалуй, мы его возьмём! – задумчиво произнесла Рада.

– Шутишь! В этом платье поместимся вместе и ты, и я одновременно! – воскликнула Сияна.

– Как идёт лэри голубой цвет! Вы только посмотрите! А качество ткани!! Дивные глаза лэри сияют, точно переливы этого дивного шёлка, – скороговоркой залопотал торговец. – А размер? Что там размер! Моя Янечка за вечер подгонит платье по фигуре, вышьет по подолу и лифу золотые розы. И, заметьте, очаровательной лэри это не будет стоить ни одной монеты!

Рада поморщилась.

– Обойдёмся своими силами и без золотых роз!

– Я не умею шить, – призналась Сияна.

– Не переживай, я умею!

– Завернуть? – засуетился торговец. – Прекрасные лэри, платье великолепное! В нём не стыдно будет показаться при королевском дворе… Тридцать золотых – и оно ваше!

– Что!! – изумились девушки.

– Уважаемый господин! На той вешалке, откуда мы сняли платье, чётко написано, что товар уценённый, – едко произнесла Рада, глядя хитрому торговцу в глаза. – Нехорошо обманывать покупателей! Прощайте! Сияна, пойдём вон в ту лавку, напротив.

– Ах, ну да, ну да! Я не заметил. Прошу меня извинить, великодушные лэри!

– Так сколько с нас? – В прищуренных глазах Рады заплясали зелёные огоньки.

Торговец побледнел, улыбка сползла с его лица. Платье обошлось в пятнадцать серебряных монет. В обувной лавке за семь золотых Сияна приобрела изящные голубые туфельки.

Возвратившись в академию, Рада сняла с подруги мерки, не обращая внимания на её возражения, сорвала с лифа парчовую розу и распорола платье по швам. Перешив занял три дня. Но когда Сияна надела новый наряд, то не смогла оторваться от своего отражение в зеркале. Воздушное платье с небольшой вставкой на груди из белого кружева как нельзя лучше подчёркивало достоинства стройной фигуры девушки. Голубые туфельки пришлись по ноге. Из остатков ткани Рада соорудила маленькую сумочку и вырезала широкую голубую ленту.

– Не знаю, как тебя благодарить! – восторженно произнесла Сияна. – Ты просто искусница. Кто научил тебя шить?

– Мама и домашняя воспитательница. Мама считала, что девушка должна уметь шить, готовить и вести хозяйство. Обстоятельства способны лишить нас многого. Что бы не случилось, следует уважать себя и поддерживать достойный образ жизни! Понимаешь, маме было не на много больше лет, чем мне сейчас, когда началась последняя война с орками. Их поместье находилось близко от границы. Орки убили всю мамину семью и слуг, сожгли дом. Мама с толпой беженцев отправилась вглубь страны. У неё не было ни еды, ни денег. На кусок хлеба она зарабатывала тем, что заговаривала от вредителей и сорняков крестьянские огороды и продавала собственноручно вышитые воротнички. Позднее она встретила отца, он влюбился в неё и женился. Но мама не забыла о трудностях, выпавших на её долю, и постаралась обучить меня многим полезным вещам.

– Твоя мама была мудрой женщиной! – с чувством заявила Сияна. – И она воспитала замечательную дочь. Рада, а почему ты не захотела пойти на торжество? Алан ведь тебя приглашал.

– Настроения нет. Алану нравится другая девушка с его курса. Она ему отказала, и он пригласил меня.

– Знаю. Ты у нас гордая и о-очень независимая!

– Поэтому ко мне Цветана с рыжей врединой Млавкой постоянно цепляются?

– И поэтому тоже. Но, думаю, главное – в другом.

– В чём это?

Сияна рассмеялась. – По тебе, Радка, заметно, что ты из благородных!

– Отчего ты решила?

– Лисицу узнают по хвосту, а лэри по воспитанию и привычкам! – глубокомысленно выдала Сияна. – Первое, твоя манера держаться и говорить, пользоваться столовыми приборами. Хорошим воспитанием пахнет за версту! Второе, как бы рано не пришлось встать – ты всегда выглядишь ухоженно и аккуратно. Пускай одежда твоя старая и штопанная-перештопанная, но сидит на тебя хорошо. Ты купила на рынке зимнюю куртку и не надела её, пока не подогнала по фигуре! И третье, все заметили, что тебя многому дома научили: красиво, грамотно писать, эльфийскому языку, рисовать и даже танцевать. Ты, случайно, на лютне не играешь, как другие юные лэри?

– Нет!

– Цветана же дочка разбогатевшего торговца тканями. Во что бы она не вырядилась, на благородную всё равно не тянет. Хоть её и учили манерам и этикету – она по-прежнему осталась дочкой лавочника. Отец Млавы – небогатый чиновник в портовом городе, рад, что старшую дочь отправил в столицу. Млава – хитрая! С Цветаной дружбу водит, потому что её папаша-торговец – поставщик королевского двора! Обе мечтают получить дипломы целительниц, обзавестись клиентурой среди знати, готовить зелья красоты и заниматься омоложением богатых старичков. Почёт и деньги! Если повезёт, выскочат замуж за лэров. Только лэры не слишком охотно женятся на простолюдинках… А по тебе видно, что ты – прирождённая лэри. Вот Цветана с Млавой и завидуют!

Рада рассмеялась. – Посмотри, сколько времени! Садись, сделаю тебе причёску.

Спустя половину оборота с причёской было покончено. Рада свернула золотые волосы Сияны высоко на темечке и, предварительно выпустив плавно скользнувший по шее подруги локон, закрепила причёску голубой лентой. Сияна ахала и крутилась возле зеркала, позабыв о кавалере, ожидающем её у входа в столовую, временно выполняющую функцию зала торжеств.

– Чего-то не хватает, и я знаю чего! – подытожила Рада. Порывшись в своей сумке, девушка вытащила ожерелье из белого золота с синими сапфирами, к ожерелью прилагались серьги грушевидной формы.

– Какая красота! – ахнула Сияна.

– Последний мамин подарок и моё наследство, – коротко ответила Рада.

– И ты мне доверяешь такую ценность!

– Да, на сегодняшний вечер.

Узрев нарядную Сияну, Трис онемел и смущённо протянул ей руку. Девушка ослепительно улыбнулась, осознавая силу собственной неземной красоты. Адепт тоже выглядел неплохо. Синяя парадная мантия магов воды ладно сидела на парне, мантию Трис надел сегодня впервые. Волосы он аккуратно причесал и собрал в хвост. Вдвоём они образовали очень красивую пару – золотоволосая, белокожая Сияна и темноволосый, смуглый Трис. Адепты, адептки и преподаватели оборачивались им вслед.

Сияна не запомнила, о чём говорил ректор, непривычно вкусную еду на столах и развлекательную программу. Всё слилось в её голове в неповторимый, яркий праздник. Девушка кружилась в танце то с одним, то с другим партнёром, отвечала на вопросы и смеялась. А хмурый Ярек сидел в беседке напротив главного здания и безнадёжно ревновал Сияну ко всем адептам академии, а в первую очередь к нахальному Трису Небору!

Танцы закончились к рассвету. Попрощавшись с Трисом, знакомыми адептами и адептками, Сияна направилась в свою комнату. На лестнице её встретил растрёпанный, грустный Ярек. Парень нервно икнул и безмолвно застыл возле улыбающейся Сияны. Он смотрел на прекрасную девушку в голубом бальном платье, широко распахнув глаза, и сердце адепта сжималось от нежности и душевного томления.

Опомнившись, Ярек проводил подругу до её комнаты, немного побродил по длинным коридорам и нетвёрдым шагом поплёлся к себе. К полудню он решил, что будет бороться за Сияну до последнего вздоха. И никакой Трис Небор не помешает ему добиться её любви!

***

За последующие три дня академия опустела. Адепты разъехались кто по домам, кто на практику. Со всего первого, теперь уже второго курса в академии осталось полторы дюжины человек. Выбрался погостить в имение к какому-то приятелю Дарен и, обещая хорошую охоту, сманил за собой Врона. Витан и Сияна уехали домой. Потан отправился отдыхать с невестой и её семьёй в маленький городок на берегу живописного Белого озёра. Из всей компании в академии остались Рада и Ярек, которых никто нигде не ждал. Впрочем, скучать им было некогда.

Рада сутками работала в лечебнице, там же ела и спала. Ярек упорно изучал фундаментальный труд известного автора по защитным артефактам и клепал очередную партию дешёвых колечек, которую рассчитывал выгодно продать на осенней ярмарке. Из-за клейма, наложенного судебным магом, выехать из столицы до получения диплома парень не мог.

К началу липеня летний зной достиг апогея. Днём на столичных улицах стало малолюдно и непривычно тихо. К вечеру, когда ветер с гор приносил спасительную прохладу, город оживал. Горожане выбирались в торговые кварталы за покупками или на ночную прогулку. В парках до полуночи играла музыка, и работали аттракционы.

После захода солнца по липовой аллее, примыкающей к Королевской площади, чинно прогуливалась молодая супружеская пара. На руках у красивой, нарядной лэри дремала крошечная собачка с белой пушистой шёрсткой. Неожиданно острые ушки пёсика встали торчком. Собачка испуганно пискнула и беспокойно завертелась. Хозяйка привычно погладила животное по дрожащей спинке. Псинка тонко тявкнула, вырвалась из рук лэри и побежала в кусты.

– Несси, Несси, назад! – закричала хозяйка. В ответ собачка заскулила во всю мощь маленьких лёгких. Сопровождающий лэри супруг бросился на выручку домашней любимице. Собачка нашлась за пышным кустом шиповника. Подняв вверх острый нос, Несси выла и пятилась назад. Рядом на траве неподвижно лежала женщина с длинными тёмными волосами, одетая в скромное светло-серое платье с белым шёлковым воротничком. Мужчина склонился над мёртвым телом и выругался.

***

– Убитая, девица благородного происхождения двадцати девяти лет, служила экономкой в доме лэра Ная, – монотонно читал отчёт патруля старший маг-следователь западной окраины столицы. – Мужа и детей не имела. По словам управляющего, отличалась трудолюбием и аккуратностью. В сомнительных связях замечена не была. Позавчера экономка, кстати, бедная дальняя родственница хозяина дома, попросила выходной, чтобы навестить проживающую в пригороде мать. Обнаруживший тело свидетель убитую опознал, так как ранее часто гостил в доме бывших хозяев экономки. Допросить труп не получилось, хотя с момента смерти прошло не более трёх-четырёх часов, – лишённым эмоций голосом рапортовал маг-следователь. – Сходная ситуация наблюдалась ещё в трёх случаях. Две молодые девицы и парнишка семнадцати лет, ученик плотника. Почему не получилось заставить говорить трупы? Не понимаю! И никто из привлечённых к расследованию некромантов тоже не понимает…

– В четырёх случаях, – поправил следователя капитан Тайной Стражи Тайгерт. – Я говорю об убийстве зимой адепта академии магии.

– Получается, наша экономка – пятый случай, – печально заключил маг-следователь и сделал соответствующую отметку в свитке.

Капитан Тайгерд расстегнул ворот рубашки, в комнате было душно, и привычно взмахнул кистью руки. В воздухе повеяло ветерком и сделалось легче дышать. – Удалось засечь следы магического воздействия? – спросил он у склонившегося над свитком старшего следователя.

– Посторонняя магия на теле жертвы почти не ощущается, как в последних трёх случаях. Вы ведь знаете, что чувствовать остаточную магию способны немногие. В нашем участке их всего двое! Один, адепт-старшекурсник, другой – я. Адепт уехал на практику, а я остался один. Просил же магистра Кана определить мальчишку к нам в участок, так нет! Отправил перспективного работника в Туманные горы. А я не успеваю осмотреть всех убитых на месте происшествия! – маг-следователь, коренастый пожилой мужчина в видавшей виды чёрной робе некроманта, достал из кармана платок и вытер мокрый от пота лоб. – Не успеваю, лэр капитан, и всё!

Лицо Тайгерта помрачнело. Он жестом подозвал офицера патруля, до сего момента внимательно изучавшего трещины на стене под портретом мудрого короля Добромысла третьего, деда правящего ныне короля Венцеслава.

– Проводите меня туда, где обнаружили тело экономки.

Понадобилось два оборота, чтобы капитан Тайной Стражи вместе с патрулём осмотрели каждую мелочь на месте происшествия. Тайгерту удалось определить едва уловимый след магического портала, предположительно, в восточном направлении.

Более половины года капитан ломал голову над загадочным убийством адепта. Теперь получили четыре подряд похожих случая! Пусть все жертвы покинули этот мир разными способами, но во всех четырёх случаях заставить свежий труп рассказать об убийце не сумели даже самые опытные некроманты. Адепта якобы порвал мастифф. Мальчишку, ученика плотника, задушили, причём не удавкой, как поступают уличные грабители… На теле несчастного парня обнаружились множественные кровоподтёки и сломанные рёбра, будто его душил гигантский змей. У одной из девушек имелся аккуратный надрез на шее, жертва была полностью обескровлена. Другой девушке попросту сломали шею, а после зачем-то распороли живот.

На трупе экономки явных повреждений не имелось. Однако мозг и все внутренние органы убийца непонятным образом размолотил в густую, вязкую кашу. У капитана сложилось впечатление, что все убитые – жертвы экспериментов безнадёжно спятившего мага. Тогда в чём суть этих экспериментов? Почему он или они истязают своих подопытных?

«Определи причину – поймаешь убийцу» говорил один старый, опытный следователь. И он, Дирон Тайгерт, обязан выполнить служебный долг – разобраться, в чём тут дело, и обезопасить город от таинственного «экспериментатора»!

Слухи об убийствах молодых женщин расползлись по столице в исправленном и дополненном виде. Количество жертв неизвестного охотника на женщин выросло до полусотни. Девушки и молодые женщины боялись выходить на улицу рано утром и по вечерам. Ярек встречал Раду возле лечебницы, когда девушка работала допоздна, и провожал её в академию.

Глава 11

ПЕРВОЕ РАЗОЧАРОВАНИЕ

Первый день новой седмицы для Ярека оказался особенно удачным – адепт самостоятельно разобрался в сложной схеме артефакта-телохранителя и взял три заказа на охранные артефакты. Вечер тоже выдался приятный. Ветер с гор принёс грозовые тучи. После грозы жара отступила. Дождевая вода очистила вымощенные камнем улицы, смыла пыль с деревьев и кустов. По пути в лечебницу Ярек зашёл в булочную и купил вечно голодной Радке творожный пирог. Пироги с творогом однокурсница обожала. «Ест и ест, а сама худая, как щепка!» – удивлялся Ярек.

В парке при лечебнице парень уселся на скамейку перед входом, достал из сумки перерисованную набело схему артефакта-телохранителя и принялся заучивать отдельные фрагменты. Время пролетело незаметно.

Прошло два оборота, а Рада не появилась! Ярек начал тревожиться. Вдруг они разминулись? Парень аккуратно сложил схему, поднялся со скамейки и потопал в лечебницу наводить справки о бестолковой однокурснице. Он уже подошёл к входной двери, когда из неё вышла Рада. Девушка выглядела одновременно усталой и возбуждённой. Лицо её светилось от счастья, а под глазами залегли густые тёмные тени.

– Ты чего здесь застряла? – проворчал Ярек. – Я уже думал, что тебя тот убийца поймал!

– Заработалась! И сегодня, ты не представляешь, что произошло!

– Что? Тебе на кухне выдали тройную порцию?

– Не шути! Во-первых, магистр Велена объяснила, почему я так много ем и при этом не толстею. Мой внутренний магический источник развивается очень быстро и требует много энергии. Когда источник достигнет пика, я стану есть не больше, чем все девушки подобного типа сложения!

– А во-вторых?

– Во-вторых, я впервые приняла участие в лечении человека!

– И человек выжил?

– Ещё как выжил! И он не обычный человек, а маг десятой ступени, магистр-некромант.

Ярек присвистнул.

– Хорошая у тебя работа! Разрешают практиковаться сразу на магистрах.

– Опять ты меня дразнишь! Наверно о лечении боевого мага высокого ранга не следует рассказывать посторонним, но обещания, что я никому ничего не скажу, с меня не брали. И потом, ты тоже будущий маг! В общем, будем считать, что ты – свой, а своим говорить можно.

– Фу ты, как загадочно! – фыркнул Ярек. Но слова Рады его заинтриговали. – На, держи! – парень сунул в руки адептке пирог. Корми твой источник и рассказывай. И говори неторопливо, а то подавишься!

– После обеда в столовую ворвалась магистр Велена. Она посмотрела на меня и попросила повара выделить мне ещё одну порцию.

Ярек расхохотался.

– Не смейся надо мной! Я спросила у магистра, почему постоянно хочу есть. И она объяснила, что дело в быстром развитии моего внутреннего магического источника. Магистр Велена спросила, какой у меня уровень. Я сказала, что при поступлении в академию был шестой, а сейчас – не знаю. Магистр положила мне на голову руки и … у меня уже восьмой, а может, и выше уровень источника!

– Вот оно что! Закончишь академию, дорастёшь до мага десятой ступени, а затем и до архимага! – рассмеялся Ярек.

– Всё у тебя просто. Имея высокий уровень магического источника, без должных знаний и навыков не получишь и третьей ступени! Сам знаешь, что при умелом использовании артефактов-накопителей, наличии отработанных практических навыков и, хорошо зная теорию, опытный боевой маг с шестым и даже пятым уровнем источника разделает недоучку с десятым уровнем, как повар куропатку.

– Ох, Радка, какая же ты образцово показательная зануда! Кого ты всё-таки лечила?

– Помогала лечить магистра-некроманта из разрушенной крепости! Его чуть не убила чужая магия…

В обед неожиданно во дворе лечебницы открылся портал. Из портала выбрались вооружённые люди с ранеными на носилках. Раненых было трое. Их сопровождали маг и стражники из Тайной Службы. Все пострадавшие оказались магами. Светловолосый парень – маг воздуха. Молодой русоволосый мужчина, по словам Рады, внешне очень похожий на Витана, оказался магом огня из пограничного гарнизона с юга. Последний раненый находился в забытье, весь в крови и гари. На его чёрной робе мага-некроманта выделялась перемазанная сажей эмблема Тайной Стражи – дремлющий с приоткрытыми глазами дракон свернулся кольцом вокруг кристалла истины.

Рада заметила мягкое сияние статической сферы, окружающей некроманта. Раненых магов из Тайной Стражи и пограничника доставили в лечебницу при академии, потому что местные целители не смогли справиться с ранами, нанесёнными враждебной магией.

***

В первую очередь магистр Велена с помощниками занялись магами огня и воздуха. Лечение отняло у целителей много сил. Рада видела, как побледнела и упала в обморок незнакомая темноволосая целительница, как зашатался весёлый помощник магистра, и как сама Велена дрожащей рукой вытирала со лба пот.

Немного погодя в лечебнице появился магистр Хран и подбежал к опирающейся на руку помощника магистру Велене. Целители совещались, бросая задумчивые взгляды на статическую сферу с заключённым в неё некромантом. Помощник магистра Велены принёс несколько артефактов-накопителей.

Активировав накопители магической энергии, целители встали по обе стороны от стола, куда уложили раненого некроманта. Магистр Хран убрал сферу, и целители приступили к лечению. Рада смотрела, как срастаются кости, затягиваются глубокие раны. Целители один за другим, шатаясь, отходили от раненого. Вскоре возле некроманта остались только магистры Хран и Велена. Артефакты-накопители потухли, отдав заключённый в них запас магической энергии. Магистр Велена тихо о чём-то спросила коллегу. Тот на миг задумался и после короткой паузы согласно кивнул.

– Радана, вы хотите нам помочь? – обратилась она к притаившейся в углу адептке. Девушка изумлённо распахнула глаза.

– Хочу. Конечно, хочу, – неуверенно произнесла девушка.

– Тогда идите сюда. Нам нужна энергия вашего источника.

Рада поспешно приблизилась к магистрам.

– Вы умеете направлять энергетические потоки в указанную точку?

Адептка пожала плечами.

– Я и магистр Хран плетём заклинание, вы подпитываете его магической энергией, понятно?

Рада мотнула головой. Девушка прислушалась к внутреннему источнику, послушно протянула руки, и магическая энергия потекла с её пальцев в раны некроманта.

– Рада, когда почувствуете слабость или головокружение, немедленно уходите! – приказал магистр Хран.

Девушка с радостным удивлением глядела на последние затягивающиеся раны на теле мага, и чудесным образом постепенно исчезающие рубцы.

– Превосходно! – проговорил магистр Хран. Вы не устали, девочка? – участливо спросил он у Рады. Нет, она не устала, только её тело сделалось непривычно тяжёлым, и немного подташнивало.

– Мы справились с физическими повреждениями, сейчас нужно отрегулировать течение жизненной силы в органах и тканях. Помните схему, которую я давал на лекции?

– Помню, магистр Хран.

После завершения лечения особой слабости Рада не ощущала. Голова кружилась разве что от радости, что адептка сделала всё правильно, и её помощь пригодилась магистрам Велене и Храну.

– Вы отлично справились, Радана Ивор, – похвалила адептку магистр Велена. – Как вы себя чувствуете?

– Хорошо, – улыбнулась Рада.

***

Кошмар, в котором Стребор отбивался от стаи песчаных кзангов, плавно перешёл в добрый, светлый сон. Маг бродил по цветущему саду, любовался диковинными растениями и цветами. Над головой простиралось безмятежное голубое небо, пели птицы. Стребор подошёл к кристально чистому роднику, зачерпнул в ладонь воду и поднёс ко рту. От ледяной воды свело скулы, и некромант проснулся. Стребор прислушался к собственным ощущениям, запахам и звукам, доносившимся извне. Тихо, тепло, боль, терзающая тело, до того, как маг провалился в беспамятство, прекратилась.

Некромант открыл глаза и увидел белый потолок, небольшую чистую комнату и паучка, бодро карабкавшегося вверх по окрашенной в солнечный жёлтый цвет стене. «Похоже, я всё-таки выжил!» Маг потянулся к дремавшему внутреннему источнику, чтобы оценить резерв, и нисколько не удивился тому, что запас магической энергии целиком себя исчерпал. На полное восстановление при хорошем питании и полноценном отдыхе понадобится от трёх до пяти дней. Он сейчас в лечебнице, цел и невредим, а где остальные, кому удалось уцелеть?

Скрипнула дверь, и в комнату вошла девушка в зелёном балахоне. Она глянула на мага ясными синими глазами и робко улыбнулась. Милое лицо с веснушками на прямом точеном носике расцвело. В золотисто-русых волосах незнакомки, собранных белой лентой в аккуратный узел, сверкали крошечные искры.

– Светлого вам дня, магистр! Меня зовут Рада, – представилась девушка. – Я за вами присматриваю.

Некроманту захотелось рассмеяться вслух. «Дожился! Он, маг десятой ступени и магистр некромантии, нуждается в присмотре юного, нежного синеглазого создания с пушистой чёлкой. Впрочем, есть повод порадоваться. Когда ему в последний раз улыбалась хорошенькая девушка? Давно, очень давно!»

– Сейчас я помогу вам умыться и покормлю! – серьёзно сказала Рада. – Ой, лежите, лежите! Вам пока не стоит вставать, а то голова закружится.

«Да за кого она меня принимает? Я ещё не дряхлый дед и, полагаю, не скоро им стану!»

Некромант неожиданно легко встал с постели. Рада кинулась к нему, чтобы поддержать чересчур резвого выздоравливающего. Маг сунул ноги в мягкие туфли без задников. Он вполне мог бы обойтись без поддержки. Но от девушки так замечательно пахло свежескошенной травой с лёгкой примесью клубники, что некромант не стал отказываться от её помощи. Возле туалета Стребор решительно отстранил от себя Раду и плотно закрыл перед ней дверь.

Когда некромант вернулся в комнату, девушка уже ждала его с тазиком, бритвенными принадлежностями и кувшином воды. Рада налила холодную воду в большую кружку, бросила примитивное бытовое заклинание, и вода закипела.

– Госпожа – маг? – удивился Стребор.

– Адептка второго курса академии магии. Хочу стать целительницей. А в лечебнице я подрабатываю, – на лице Рады опять расцвела улыбка. – Сейчас помогу вам побриться!

– Академия магии. Следовательно, я в Арконе. Далеко же меня забросило!

– Вас и двух других магов доставили разовым порталом. Один – маг огня из гарнизона крепости, другой – маг воздуха с эмблемой Тайной Стражи.

– Они живы? – нахмурился Стребор.

– Живы, конечно, они живы! Вам досталось больше всех. После лечения вы проспали двое суток!

– Что с крепостью, вы не слышали? Много людей спаслось?

– Те, из Тайной Стражи, говорили, что от Кулота остались лишь развалины. Но большая часть гарнизона уцелела. И уцелела благодаря вам!

После завтрака, точнее обеда, к некроманту зашли маги, которых вместе со Стребором доставили в столицу через портал. Оба были потрясены неожиданным, тщательно просчитанным и успешно осуществлённым планом разрушения твердыни, простоявшей четыре столетия.

***

Кулот защищал границы королевства с Фарсией и степью орков. Крепость считалась одной из самых неприступных твердынь на южной границе – четыре башни, толстые каменные стены и большой гарнизон. Сейчас Кулот лежал в руинах. Маг огня служил в крепости около года. Некромант и поступивший в Тайную Стражу месяц назад маг воздуха Миловид прибыли в крепость накануне нападения. Они рассчитывали переночевать в Кулоте и утром отправиться дальше на юг вдоль границы с орками. Но судьба распорядилась иначе…

Вечером в крепость пришли полтора десятка крестьян из сожжённой орками деревни. Погорельцев накормили, дали кое-какую одежду и разрешили устроиться на ночь в амбаре с сеном.

Внезапно один из крестьян, ничем непримечательный мужчина средних лет, подошёл к расположившимся у костра стражникам. Маг огня находился неподалёку. Крестьянин привлёк его внимание, когда ровными, механическими движениями принялся срывать с себя одежду. Взгляд мага встретился с застывшими, словно у мертвеца, глазами мужчины. Резким движением крестьянин вытащил из набедренной повязки небольшой предмет и направил его на стражников. Те рухнули, как подкошенные.

Не раздумывая, маг метнул в артефакт огненный пульсар. Пульсар рассыпался на лету мелкими огоньками. Крестьянин повернулся, и мощная воздушная волна отбросила мага к стене. Щит, который успел поставить маг, рассеялся, но сохранил огневику жизнь.

В следующее мгновение невероятная сила артефакта снесла половину одной из башен. Крики раненых людей и животных потонули в грохоте разрушающейся крепости и низком, вибрирующем вое, от которого раскалывалась голова. Уцелевшие люди катались по земле, вопили от нестерпимой боли. Из самой отдалённой башни выбежали молодой маг воздуха и магистр-некромант. Первый на ходу ударил по артефакту воздушной волной. Но в десятке шагов от крестьянина волна остановилась и, получив подпитку от артефакта врага, развернулась в обратном направлении. Маг воздуха пошатнулся и схватился руками за голову. Некромант успел закрыть его и себя Щитом первой степени.

Магистр-некромант медленно, стараясь держаться на расстоянии, короткими шагами обходил крестьянина с сокрушительным артефактом в руках. Опытный боевой маг не бросился в атаку на неизвестного врага в тот же момент, когда его увидел. Сначала он попытался понять, с кем или чем ему предстоит сражаться. Некромант наблюдал и делал выводы. Изобретение неизвестного колдуна обладало тройным действием – отражением чужой магии, ментальным воздействием на живые существа и увеличенной многократно воздушной волной. Сколько же магической энергии понадобилось, чтобы сотворить этот убийственный предмет?

Магистр понимал, что от прямой атаки толку будет мало, так как неизвестно, когда закончится запас энергии артефакта. И некромант схитрил. Прикрывая себя Щитом, он уверенно выплетал чрезвычайно сложное заклинание Тёмной Сферы, сквозь которую не в состоянии пробиться ни один вид магии.

Когда Сфера была готова, маг сделал ложный выпад – бросил в крестьянина слабое Копьё Тьмы. Однако Копьё рассыпалось прахом, не долетев до цели и половины пути. После чего артефакт, как и в предыдущих случаях, сотворил мощную воздушную волну.

Магистр-некромант мгновенно накинул на крестьянина Тёмную Сферу, и крепость содрогнулась от взрыва огромной силы. Заклинание окутало враждебный артефакт непроницаемым коконом. Созданная артефактом воздушная волна не смогла вырваться за пределы Тёмной Сферы. Чудовищное изобретение неизвестного мага уничтожила собственная магическая энергия. Щит некроманта не устоял при взрыве, и остаточная магия артефакта ударила по некроманту…

***

В следующий раз Рада встретилась с магистром Стребором спустя четыре дня. По приказу магистра Велены девушка помогала разбирать свежие лечебные травы, готовить настои и отвары. Рада шла через парк в лечебницу, когда какой-то выздоравливающий дружелюбно помахал ей рукой. Девушка вежливо кивнула в ответ и продолжила путь.

Мужчина быстро нагнал Раду и перегородил ей дорогу. Адептка сначала возмутилась, затем, узнав магистра-некроманта, густо покраснела. За четыре дня Стребор сильно изменился и помолодел. Перед Радой стоял мужчина двадцати пяти – двадцати шести лет с очень светлыми, почти белыми вьющимися волосами, связанными в короткий хвост. Ранее землисто-серое лицо мага приобрело нормальный цвет, глубокие тёмные тени под глазами и красные следы рубцов на лбу и щеках исчезли без следа. Льдисто-серые глаза некроманта радостно блестели. Внутренний источник магистра полностью восстановился.

– Мне рассказали, что вы, Рада, принимали непосредственное участие в моём лечении. И я хочу вас поблагодарить. – Чувственный баритон некроманта звучал искренне и проникновенно. От Стребора исходила мощная притягательная сила. Мужчина уверенно взял Раду за руку и нежно сжал кисть девушки в своих ладонях. Адептка невольно сделала шаг в сторону. В глазах мага заплясали лукавые огоньки.

– Простите, но мне нужно идти, – застенчиво пролепетала Рада, выдернула руку из ладони некроманта и побежала в лечебницу. Остаток дня и вечер девушка не находила себе места. Красивое лицо Стребора постоянно стояло у неё перед глазами, отовсюду чудился его голос с ласкающими слух бархатными нотками.

– Радка, ты что, заболела? Твои щёки горят! – встревожился вечером Ярек, когда провожал однокурсницу назад в академию.

– Нет.

– Ты сегодня сама не своя! Отвечаешь невпопад, вздрагиваешь от каждого громкого звука.

– Немного устала и переволновалась.

– Да не настолько тебе хорошо платят, чтобы на работе так выкладываться!

Рада осуждающе посмотрела на приятеля, но ничего не сказала.

– Что ты, что Витан помешались на бескорыстной помощи больным и убогим!

– Он – не убогий, – прошептала девушка.

– Согласен. Витан – не убогий. У него повышенное чувство сопереживания. И у тебя в последнее время нечто похожее прорезалось.

Рада удивлённо взглянула на Ярека и вздохнула. – Посмотри, какая сегодня чудесная ночь! Сколько звёзд на небе!

Ночь и в самом деле была хороша, тёплая и звёздная. Однако Ярек, услышав слова Рады, насторожился. Раньше однокурсницу на лирику не тянуло.

– У меня, боевая подруга, к тебе деловое предложение.

– Ты о чём?

– Пошли на крыльцо, поговорим.

***

В парке при академии стоял домик, где хранили садовый инвентарь. Адепты младших курсов для вечерних посиделок облюбовали широкое крыльцо.

– Радка, у тебя платье приличное есть?

– Конечно.

– А почему не надеваешь? Вечно ходишь в штанах, рабочей робе или казенной мантии.

– Наверно не было возможности. Я почти всё время провожу на занятиях и на работе. А в холодную погоду в платье неудобно. – Девушка немного слукавила. В прошлом месяце на заработанные в лечебнице деньги Рада купила ткань и сшила себе одно единственное платье, которое берегла для особого случая. Туфельки к платью и новое бельё девушка приобрела только в конце прошлой седмицы. – Почему ты спросил о платье? – удивилась Рада.

– Мне нужна спутница для сопровождения! – выпалил Ярек.

– И на спутнице непременно должно быть платье?

– В дворцовом парке будет праздник по случаю столетия победы под Гавелем. И у меня есть приглашение. На приглашении указано, что со мной должна присутствовать спутница. Идти одному неприлично. Нечего привлекать внимание охраны!

– Что-то мне не нравится твоё предложение… Признавайся, что задумал!? – романтическое настроение моментально покинуло Раду.

– Ты не бойся! Ничего противозаконного я делать не собираюсь.

– Тогда причём тут внимание охраны?

– Я договорился с помощником управляющего, что он покажет мне один особенный артефакт. Хочу посмотреть, как он работает.

– А если тебя поймают? И, вообще, как ты сумел достать приглашение на праздник? Знаю, что помимо знатных лэров и лэри большинство приглашённых будут простолюдинами. Но они – состоятельные купцы, знаменитые горожане, клерикусы из городской мэрии и разные известные люди. Ты – всего лишь адепт второго курса с клеймом суда на груди. И ещё, почему ты думаешь, что помощник управляющего покажет тебе ценную вещь?

– Приглашение я выиграл в кости у купеческого сынка, – нехотя признался адепт. – С младшим помощником управляющего познакомился зимой на ярмарке. Хороший парень. Интересуется артефактами.

– Какой такой особенный артефакт он предложил тебе показать? Надеюсь, не охранный, потому что подобный проступок – прямая измена королю! – Девушка подозрительно прищурилась.

– Нет, что ты! – Ярек выразительно закатил глаза вверх. – Это древняя, никому ненужная штука, которая пылится на складе.

– И почему я тебе не верю?

– Потому что натура у тебя недоверчивая! Всего-то очень старая вещь, встречал пару раз описание похожего артефакта в книгах. Он предназначен для создания коротких порталов и отличается простотой конструкции. Для его активации не нужно быть магом! Артефакт может использовать любой… Скажем, на улице дождь со снегом идёт, а мне срочно нужно встретиться с деловым партнёром в городе. Активирую артефакт, раз-два – и я там! Правда, штука одноразовая, раз попользовался и беги к магу заряжать. Поэтому и лежит на складе.

– Ты хочешь скопировать артефакт, принадлежащий королю?!

– Почему скопировать! – обиделся Ярек. – Просто хочу понять принцип его работы и сделать собственный улучшенной конструкции! Соглашайся, Радка, я разочек на него посмотрю и всё!

– Если тебя поймают, мало не покажется!

– Я же не воровать иду, а посмотреть. Если и поймают, скажу, ждал приятеля, пока он ковырялся в старом подвале. И он подтвердит.

– Короткие порталы для перемещения, – задумчиво произнесла Рада. – Похожий портал использовали те, кто убил зимой адепта и... Хорошо, уговорил, я составлю тебе компанию. Но имей в виду, из королевского хранилища ты не возьмёшь ни одного даже самого старого и сломанного предмета!

***

На следующей седмице в лечебнице при академии наступило затишье. Больных осталось мало, в основном выздоравливающие пациенты. Закончившим третий курс практикантам работы не хватало. Магистр Велена распорядилась перевести Раду на сортировку и заготовку лечебных трав до завершения практики у адептов четвёртого курса.

Поначалу девушка расстроилась, ей хотелось заботиться о больных, помогать в лечении, а главное – опять увидеть Стребора. Однако, подумав, Рада решила, что сейчас для неё самое разумное – возиться с травами, чем каждый день лицезреть некроманта. Глупо надеяться, будто магистр всерьёз заинтересовался адепткой-второкурсницей в заношенной робе! А если бы и заинтересовался, ей учиться надо, а не переживать из-за какого-то некроманта! Честно говоря, Рада боялась встречи с магистром Стребором до дрожи в коленях. Вдруг она сделает какую-нибудь глупость и даст ему повод над ней посмеяться?

Вечером Рада задержалась, переодеваясь в раздевалке. Девушка услышала, как вошли практикантки с четвёртого курса. Рада всегда оставляла рабочую одежду за большим шкафом в дальнем углу. И поэтому адептки её не заметили.

– Ненавижу эту малявку-второкурсницу! – заявила одна из девушек. По голосу Рада узнала высокую брюнетку с кукольным личиком. – Вечно крутится возле Велены, и магистр Хран носится с нею, как с писаной торбой. А как вьётся около неё магистр Стребор!

– Ты ей завидуешь! – подначивала её однокурсница.

– С чего бы? Одевается в обноски. Тощая и бледная, словно мертвец.

– Не такая, уж, она и тощая. Надеть бы на неё приличную одежду – не только бы Стребор к ней клеился…

– Глаза у малявки красивые, а больше посмотреть не на что!

– Стребор у меня и вчера, и сегодня о ней спрашивал.

– И что ты ему сказала?

– Ничего. Я же её совсем не знаю! Признайся, магистр – обалденный мужик! Зря ты отказалась за ним присматривать после лечения. Отправляли же именно тебя. Ты тогда сказала, что он – опасный некромант и будет тянуть из тебя жизненную силу. Ты отказалась, и все наши отказались. Тогда к магистру отправили Радку. Теперь, небось, жалеешь… Нам, хоть мы имеем диплом мага первой ступени, кроме ухода пока ничего не доверяют, а второкурсница помогала в лечении магических ран, да ещё кому – магистрам Велене и Храну! Определённо, у Радки как у целительницы, большое будущее!

– Какое там у неё будущее! Ни семейных связей, ни денег. Что до лечения от магических ран – малявка подвернулась под руки в нужный момент. Ты хоть представляешь, сколько энергии из неё выкачали? А глупая девка ещё и довольна! – рассмеялась брюнетка. – С уважаемым магистром Храном мой отец давно и неплохо знаком. Теорию магистр знает превосходно, опыт имеет большой. Но у нашей знаменитости всего лишь седьмой уровень источника… Поэтому магистр Хран недолюбливает тех, у кого уровень источника выше. Магистр использует их дар для собственной выгоды. Для какой-то бедной адептки он не станет ничего делать бескорыстно! Вдобавок магистр Хран, как и Велена, крепко дорожит связями с богатыми, влиятельными людьми. Не сомневайся, в столице нищей оборванке ничего не светит!

Адептки переоделись и ушли. А Рада просидела в раздевалке до темноты, размышляя над словами практиканток.

Глава 12

СТРИГАН

Гнедой Дарена внезапно остановился, мотнул точёной головой и тонко заржал. Боевой фарсийский жеребец топтался на месте, беспокойно озираясь по сторонам, и упрямо не желал двигаться дальше.

Врон задержался за поворотом. Прислушиваясь к тревожному гомону птиц, следопыт придержал коня и оглянулся. Густой хвойный лес выглядел мрачным и тёмным, хотя до заката оставалось не менее оборота. По обе стороны узкой лесной дороги выстроились высокие ели. Нижние ветви старых деревьев сбросили последние иголки, высохли и пожелтели. Приземистый черничник с крупными, нетронутыми рукой человека ягодами плотным ковром выстилал засыпанную хвоей землю.

– Вот зараза! – Врон шлёпнул себя по щеке, лишив обеда, а заодно и жизни очередного кровососа. От напившегося крови комара на коже осталось красное размазанное пятно. Не обращая внимания на бесславную гибель собрата, соплеменники зловредного насекомого продолжали настырно преследовать адепта.

– Надо отсюда выбираться! Здешние комары скоро нас сожрут, – пробормотал Врон. Следопыт пришпорил коня и опередил гнедого Дарена. Серый в яблоках могучий жеребец Врона наклонил широколобую голову и, упрямо закусив удила, понёсся вперёд. Гнедой нехотя последовал за серым скакуном.

Тропинка обогнула частый молодой ельник на высоком холме. Из-за ельника показались развалины замка. Заросшая плющом и покрытая у основания мхом каменная стена с пустым проёмом ворот окружала полуразрушенный донжон из тёмного камня. Друзья ненадолго задержались, разглядывая руины. От замка явственно тянуло чёрной магией и смертью. Дарен и Врон переглянулись. Спешиваться не стали. У обоих появилось тягостное ощущение надвигающейся опасности.

После часовой скачки адепты очутились в ухоженной дубраве. Круто поднимающаяся в гору дорога сделалась заметно шире. Вскоре друзья подъехали к массивным, обитым хорошим железом воротам с красовавшимся на надворотной башне гербом.

– Приехали! – с облегчением возвестил Дарен.

В сторожке на башне мерцал тусклый огонёк. Друзья вежливо постучались, но отворять ворота гостям хозяина никто не торопился. Прошла четверть оборота, когда изнутри раздался грубый голос:

– Эй, кого там принесло на ночь глядя!

– По приглашению лэра Лайна Дарен Корлин с другом!

За воротами посовещались.

– Ждите! – произнёс тот же голос. – И не пытайтесь перебраться через стену. У меня в арбалете стрелы с серебряными наконечниками!

– За кого вы нас принимаете?! – возмутился Дарен.

– За кого надо, за того и принимаем!

– Не понимаю, что у них творится! Знал бы, что так встретят, тебя сюда не позвал бы, и сам бы не поехал, – извиняющимся тоном проговорил Дарен.

Немного погодя ворота всё-таки открыли. К поднятой на высоту человеческого роста прочной решётке из стальных четырёхгранных прутьев поспешно приблизился хорошо одетый худощавый блондин. Разглядев приезжих, он сделал знак стражникам, и решётка на крепких металлических цепях со скрипом поползла вверх в щель свода портала ворот.

– Приветствую тебя, Дар! И умоляю, не обижайся! – Блондин заключил в объятья Дарена и дружески пожал руку Врону. – Чего рты разинули?! Запирайте ворота! – крикнул лэр Лайн стражникам. – После заката неразумно задерживаться на открытом воздухе, – загадочно произнёс хозяин и повёл гостей в вольготно раскинувшийся под защитой замковых стен красивый двухэтажный дворец.

***

Жилое помещение произвело на друзей благоприятное впечатление – богатое убранство, золочёная мебель, дорогие гобелены, тяжёлые бархатные занавеси и множество свечей в люстрах под потолком и подсвечниках на столах. Людей же в просторном зале оказалось совсем немного, всего около дюжины вооружённых мужчин. Наградив гостей хозяина угрюмыми взглядами, они молча продолжили трапезу.

Натянуто улыбаясь, хозяин усадил Дарена и Врона за стол. Печальный пожилой слуга принёс приборы. После нескольких слов о здоровье короля и делах в столице, разговор за столом иссяк.

Давящую, напряжённую тишину прервал вопрос сурового усатого мужчины с коротко стриженными «под шлем» седыми волосами: – Не могли бы вы, молодые люди, нам объяснить, как вам удалось проехать в замок с наступлением темноты!

– Вы о чём? – удивился Дарен.

– О том, что последние две седмицы мы находимся на осадном положении! – жёстко отрезал капитан замковой стражи.

– Я не знал, дорогой Престан, что вы с кем-то воюете, – усмехнулся Дарен, обернувшись к лэру.

Тонкое лицо лэра Лайна окаменело. Все затихли, со сдержанным любопытством разглядывая гостей.

– Прошу, господа, объяснить мне, что здесь происходит! – потребовал Дарен.

Врон посматривал на присутствующих с притворным равнодушием и, неторопливо отщипывая маленькие кусочки хлебного мякиша, клал их в рот.

– Я ничего дурного на ваш счёт не замышляю и не замышлял, – торопливо заговорил лэр. – Месяц назад, когда приглашал тебя на охоту, и предположить не мог, что на нас свалится такая беда! Замок осаждают упыри! – в отчаянии признался блондин. Губы лэра Лайна нервно подрагивали, длинные белые пальцы беспокойно елозили по скатерти.

– Расскажи всё по порядку, – спокойно предложил Дарен.

– Видели по дороге сюда развалины замка? – спросил Престан.

Дарен и Врон кивнули.

– Три столетия замок принадлежал чёрному магу. Не некроманту или демонологу, а настоящему чёрному магу-ренегату, верному последователю Тарая-Отступника! Что там творилось, можете себе представить… Население окрестных деревень и небольших городков роптало, но жаловаться королю боялись. Постоянно пропадали молодые, здоровые люди и маленькие дети. Кое-кого из пропавших встречали потом в виде зомби, живых мертвецов, безропотных слуг колдуна.

Во время войны с магами-ренегатами войска короля взяли замок штурмом и разрушили. Хозяин замка, рассказывали, погиб, сражаясь на стенах с магами противника. Преданные слуги спрятали его тело, а затем похоронили в склепе на сельском кладбище. На склеп королевские маги наложили заклинание, дабы покойник лежал тихо и не тревожил живых.

За потора столетия река изменила русло и подмыла берег, на котором находилось старое кладбище. В этом году зима была снежной, весна – поздней и непривычно тёплой. Река вышла из берегов и затопила половину кладбища. Кости покойников вынесло на отмель и выбросило на берег. Наводнение разрушило фундамент склепа и сняло заклятие с мёртвого мага. Об этом мы узнали чуть более двух седмиц назад. – Лэр судорожно вздохнул и поднёс к губам кубок с вином. В несколько глотков он осушил кубок и продолжил:

– Неподалёку от развалин замка за лесом есть, точнее, ещё недавно была небольшая деревня. Началось с того, что у дочки мельника пропал жених. Парня искали несколько дней, не нашли. Решили, что он вместе с богатым обозом, проезжавшим через деревню, подался в город. Парень хорошо играл на свирели и приглянулся молодой купчихе, ехавшей в обозе на ярмарку.

Ночью семейство мельника разбудил крик девицы, чей жених пропал. Ей привиделся мёртвый возлюбленный, упырь пришёл к девчонке и потребовал, чтобы она его поцеловала. Девица плакала навзрыд, долго не могла успокоиться, с ужасом рассказывала о бледном, с синими губами лице бывшего жениха и его холодных, словно лёд, руках. Мельник с соседями решили, что бедняжка сильно расстроена из-за измены возлюбленного, и не придали словам девушки особого значения.

На другую ночь отец отправил дочку спать к свояченице. Девушка хорошо выспалась и перестала говорить о мёртвом женихе. Однако спустя три ночи кошмар повторился. Девчонка опять кричала во сне, утром она заявила, что мертвец, целуя, укусил её за шею. В доказательство девица показала крохотные кровоточащие точки. Несчастной не поверили. Погода стояла жаркая, поблизости протекает река с заболоченными берегами, из-за жары появилось много комаров.

Врон непроизвольно прикоснулся пальцем к зудящему бугорку на щеке.

– Потом девица заболела, сделалась бледной и вялой, часто теряла сознание, кутала шарфом шею. Когда знахарка сняла с шеи девчонки шарф, обнаружились глубокие раны. Мельник и его сосед решили ночью караулить больную.

После полуночи появился упырь. Мёртвый жених окреп, набрался сил от крови девушки и перестал бояться живых. Не знаю, что там произошло. Утром нашли три трупа: девушки, её отца и соседа. Тела спешно похоронили. Знахарка, как умела, прочитала заклинание Покоя. Но принятых мер было недостаточно. Упыри бродили по ночам и пили кровь. Мы узнали обо всём, когда беда перекинулась на ближайшую к нам деревню.

Два десятка упырей удалось уничтожить, и тогда объявился их хозяин. Чёрный маг после смерти превратился в стригана – мёртвого колдуна-кровопийцу. Я посылал за помощью в ближайшее отделение Ковена магов, но все трое посланцев погибли, сделавшись жертвами упырей.

Упыри не могут вставать из могил днём. Но их хозяин, мёртвый маг, способен ходить и пить кровь при дневном свете. Солнца он не любит и поэтому носит плащ с капюшоном из плотной ткани, – завершил рассказ лэр. – Ещё раз прошу простить меня и моего капитана стражи за высказанное вам недоверие… Не представляю, как вы сумели добраться сюда живыми!? – удивился он.

– Просто, – ответил Врон. – Мы проезжали мимо развалин ровно на закате. Дело в том, что на рассвете и на закате даже стриган должен лежать мертвецом в своём склепе.

– Да, друг, позвал я тебя на охоту, и, полагаю, охота состоится, только не на оленей, а на другого зверя, – тихо проговорил Дарен, обращаясь к Врону.

– Давайте снова пошлём посланца в Ковен, – предложил лэр Лайн. – Он уедет на рассвете, когда стриган и упыри спят.

Стражники кинули жребий. Волей судьбы посланцем оказался опытный воин средних лет с рваным шрамом на лбу. Лэр написал письмо в Ковен магов и распорядился выделить посланцу лучшего коня. У людей в замке появилась надежда дождаться помощи магов и выжить…

***

Весь день обитатели замка, включая женщин и детей, готовились к сражению с упырями. Точили осиновые колья, мастерили длинноствольные рогатины, способные сдержать нападающего упыря, серебрили наконечники стрел и копий. А после заката к замку пожаловали незваные гости.

Сначала испортилась погода. Звёздное небо затянули тяжёлые тучи, подул сырой порывистый ветер, вспышка молнии озарила осаждённый замок, и загрохотал гром. Буря ломала и вырывала с корнями деревья, сносила в низине крыши крестьянских домов. Но замок построили крепко, на века. Буря внезапно стихла, и среди лета пошёл снег. У подножия замка раздался тоскливый волчий вой.

Стражники с содроганием смотрели на десятки волков, собравшихся у стен замка. Вслед за волками потянулись упыри. Красные глаза нежити светились в темноте. Последним появился стриган. Высокая фигура в тёмном плаще неторопливо приближалась к воротам. Ступни колдуна, не касаясь земли, плавно скользили в локте над поверхностью. Чёрный маг взмахнул руками и взлетел на стену рядом с надворотной башней. В мёртвого колдуна полетели стрелы.

В защитном жесте стриган вскинул руки вперёд, и стрелы попадали на землю, не приблизившись к мёртвому колдуну даже на расстояние вытянутой руки. Несколько стражников метнули копья. Чёрный маг раскатисто расхохотался. Копья на миг зависли в воздухе, затем развернулись и полетели в обратном направлении. Стражники едва успели укрыться за щитами.

– Лэр Лайн, слышишь меня? – глухим, но чётким, проникающим в каждый уголок замка голосом спросил мёртвый колдун.

– Я слышу тебя, – отозвался Престан. Он стоял рядом со своими воинами в надворотной башне.

«А наш лэр не трус!» – отметил про себя Врон.

– Я хочу с тобой договориться! – предложил чёрный маг. – Договор выгоден нам в равной степени.

– Неужели? – на лице лэра нарисовалась скептическая гримаса. – Ковен всё равно узнает о тебе и упокоит навсегда вместе с твоими тварями.

– Только в живых тебя и твоих людей к тому времени уже не будет! Хуже того, вы станете моими слугами, бессловесными мёртвыми рабами. Вот как этот! – Стриган указал рукой вниз. Из толпы упырей, пошатываясь, выбрался мертвец в круглом шлеме и дублете с гербом хозяина замка. В создании стригана с трудом узнали давешнего посланца. Белая кожа туго обтягивала череп нежити, неестественно длинные руки с крючковатыми когтями болтались ниже колен. При виде лэра ярко-красные глаза мертвеца выпучились, изо рта высунулись длинные клыки. Упырь распахнул широченную пасть и заскулил, жалобно и протяжно, как побитый пёс.

Рука Престана сжала рукоять меча. Кто-то из стражников вскрикнул. Внизу в голос зарыдала женщина.

– Ты думаешь, будто мне служат одни мертвецы? Я умею договариваться и с живыми людьми! Вчера после заката я почувствовал, что в замок приехали незнакомцы. К рассвету дорогу и окрестный лес оцепили мои живые слуги. И твой посланец опять не добрался до Ковена…

Престан молчал, обречённо опустив плечи.

– Предлагаю тебе договор, лэр Лайн! Ты и твои люди останутся в живых. Я обязуюсь не создавать себе новых слуг более, чем мне необходимо. Взамен ты не станешь сообщать обо мне в Ковен. Старый замок и прилегающая к нему земля, границу укажу позднее, останутся моей собственностью. Тот живой, кто окажется на территории старого замка, станет пищей для меня или моих слуг. В остальном я намерен кормиться в подвластных тебе деревнях и четырёх малых городах. Моя пища – преступники и те, кого люди отдадут мне добровольно по их выбору. Для местного населения прокормить меня и сотню немёртвых без особого урона будет не слишком накладно. Даю тебе сутки на размышление. Завтра мы встретимся опять.

***

Когда стриган и его упыри убрались от замка, лэр созвал в большой зал всех мужчин, способных носить оружие. – Слышали, чего от меня хочет колдун? – громко спросил Престан. Люди молчали.

– Упыри погубят нас всех! – растерянно произнёс молодой мужик в панцире из бычьей кожи. – С нами жёны и дети.

– Предлагаешь мне согласиться на позорные условия? Вы, ваши дети и внуки станут платить упырям дань родными и друзьями, ссорится из-за того, чей черёд отдавать детей на корм нежити и, позабыв закон гостеприимства, ловить случайно заехавших в наши края чужаков, чтобы расплатиться со стриганом.

– Лэр и вы, добрые люди, – заговорил капитан стражи. – Если хорошо поразмыслить, всё не настолько безнадёжно! Полагаю, всех подряд колдун убивать не станет. Сейчас он хочет нас запугать и превратить в своих данников. Подумайте сами, ну, перебьёт он всё население в округе, кем тогда будет кормиться? К тому же скрыть подобное от Ковена магов никак не получится…

Люди одобрительно загалдели.

– Чёрный маг нападёт на замок и перебьёт воинов. После на какое-то время затаится, – предположил капитан. – Засядет в старом замке вместе с упырями переждать время, чтобы Ковен о нём не узнал. Так что сейчас опасность угрожает лишь тем, кто останется здесь с лэром.

Стражники переговаривались между собой, поглядывая на лэра и капитана стражи.

– Вот что, высокородный лэр и капитан, мы посовещались и решили биться! – авторитетно высказался за товарищей коренастый стражник с повязкой на лбу. – Только женщин и детей жалко. Их в замке около трёх десятков.

– Я знаю, как защитить женщин и детей! – из дальнего угла зала вышел седой старик с суровым худым лицом и длинным посохом в руках.

– Жрец Нура! – ахнул молодой парень. Люди удивлённо замерли.

– Вы меня знаете, – зычно прогудел старик. – Я служу сыну Двуединого, Хранителю мёртвых. Мой бог стоит на страже покоя усопших. Упыри, гули и прочая нежить нарушают главный закон мёртвых – покоиться с миром! Справедливый Нур огненной плетью гонит с кладбищ нарушителей закона, и пути им в его храм нет. – Жрец на мгновение замолчал, обвёл пристальным взглядом собравшихся и заговорил вновь: – Вот что я предлагаю. Подземный ход из замкового подвала ведёт в низину за деревней. От деревни до храма Нура рукой падать. Храм небольшой, но четыре десятка человек укрыться смогут. На закате я провожу туда женщин, детей и больных.

– Подземный ход? – удивился лэр Лайн.

– Его прорыли по приказу вашего прадеда сразу после войны с ренегатами, высокородный лэр, – пояснил старик.

– Надеюсь, замок выстоит, – вполголоса произнёс капитан. – А если нет, что станет с женщинами и детьми?

– На рассвете разойдутся по деревням. Кое-кто найдёт пристанище в лесу. Больные останутся в храме, – спокойно ответил жрец Нура.

Лэр отправил людей отдыхать, остались капитан, офицеры, Дарен и Врон.

– Вы нам чем-нибудь поможете, господа маги? – с надеждой обратился к адептам лэр.

– Ты знаешь, Престан, что мы закончили первый курс академии магии, и до боевых магов-некромантов нам далеко. Хотя Врон однажды успешно использовал в бою мощное заклинание. – Дарен пытливо посмотрел на товарища.

Врон пожал плечами. – Это вышло случайно, Дар. Не уверен, что смогу повторить, но я попробую.

Лэр Лайн уважительно посмотрел на Врона и кивнул.

– Во всяком случае, господа, вы смело рассчитывайте на наши клинки, – вздохнул Дарен.

– Тогда действуем, как решили. Лучников, к сожалению, немного, расставим их в смотровых башнях, арбалетчики займут места у бойниц в галереях. Туда же доставим бочки со смолой. Я буду в надворотной башне, капитан – в северной башне, она самая высокая. Все силы бросим на стригана. Когда чудовище подохнет, упыри останутся без магической подпитки, а волки вернутся в лес.

– Да, лэр! Хотелось бы, чтобы господин адепт помог нам совладать со стриганом, – капитан просительно поглядел на Врона.

– Я постараюсь. – В чёрных глазах бывшего следопыта сверкнули недобрые зелёные огоньки.

***

До полудня адепты отсыпались, набираясь сил. Обед прошёл быстро, в гробовой тишине. Врон поднялся в северную башню и принялся изучать окрестности. Долина просматривалась, словно на ладони. Мирно светило тёплое летнее солнце, шелестели на лёгком ветру кроны могучих дубов. Синей лентой извивалась в низине река. Умирать не хотелось…

Врон зажмурил веки и сосредоточился на внутреннем источнике. Магия текла в нём ровным, стремительным потоком. Некромант улыбнулся. Он чувствовал, что уровень источника существенно вырос за последний год. Врон окружил себя магическим коконом, вспоминая, что рассказывал магистр Кан о структуре Сети Тьмы.

На третьем месяце обучения в академии Врон подошёл к магистру-некроманту и попросил разъяснить, как работает это боевое заклинание. Алдемар Кан с пониманием усмехнулся и обстоятельно разобрал с адептом-первокурсником его случай спонтанного применения Сети Тьмы. Магистр видел во Вроне будущего ученика с солидным потенциалом, поэтому охотно и в доступной форме разъяснил ему принцип построения Сети.

Врон мысленно сосчитал до десяти и направил непрерывный поток магической энергии в кокон. Оставалось выждать, когда уровень магии под оболочкой достигнет максимума, а затем определиться с площадью Сети. Далее следовало мысленно протянуть вертикальную ось по центру кокона и плавно разорвать его по вертикали, превращая в смертоносную Сеть.

Но как определить нужную площадь Сети? Сколько понадобится магической энергии? Получится ли сознательно выстроить заклинание за то короткое время, пока чёрный маг не заметил надвигающуюся угрозу? Врон отлично понимал, что у него будет лишь одна попытка набросить Сеть на стригана и его воинство. Какой соперник из адепта-недоучки могущественному чёрному магу?! Поэтому оружие Врона – неожиданность и скорость. Стриган уверен, что боевых некромантов в замке нет и магической атаки не он ждёт.

– Тренируешься? – окликнул Врона Дарен.

Врон выдохнул, медленно вобрал в себя магическую энергию и свернул кокон.

– Я вот что думаю, ты начнёшь готовить заклинание, а я закрою тебя своим Щитом. На это моей магии хватит. Единственное заклинание, пригодное в бою, которому обучили первокурсников на уроках по контролю внутреннего магического источника, был Щит. Охранное заклинание служило своеобразным тестом на тренировках. Чем прочнее Щит, тем лучше адепту удаётся контролировать собственный магический источник. Для первокурсника Щит Дарена оказался очень прочным.

До вечера Врон высчитывал оптимальное количество магии и площадь покрытия территории Сетью. Когда солнце стало клониться к закату, адептов разыскал жрец Нура. В руках старик держал нечто похожее на фонарь, но вместо огня в «фонаре» переливался кровавым светом крупный алый камень. Артефакт был полон магической энергии.

– Защитный купол, – пояснил старик и бережно поставил «фонарь» на скамейку. – Купол на некоторое время накроет замок, сдержит боевые заклинания стригана и не подпустит к стенам упырей. Я активирую артефакт в момент приближения чёрного мага к замку. Купол даст нам возможность выиграть немного времени, чтобы расправится с толикой нападающих.

– Вы не останетесь в храме? – удивился Врон.

– А что мне там делать? Стены святилища сами по себе защита. Здесь я принесу больше пользы. И я стар, Нуру надоело ждать меня в мире мёртвых! – грустно вздохнул жрец.

***

На закате женщины и дети ушли через подземный ход в храм Нура. Посовещавшись с лэром и Дареном, Врон решил остаться в надворотной башне. Стемнело, и с неба снова пошёл мелкий, сухой снег. Но ни ураганного ветра, ни ливня сегодня не было.

«Чёрный колдун бережёт силы перед боем,» – не без злорадства заключил Врон.

– Что ты решил, лэр? – отовсюду одновременно прокатился глухой голос стригана.

– А ты не догадался? – улыбнулся Престан. Сухие губы на осунувшемся за сутки лице дворянина плотно сжались, плечи расправились вширь, мышцы тренированного тела, подобно сжатой пружине, напряглись в предвкушении боя.

– Ты – глупец! И скоро подохнешь вместе с твоими воинами.

Стриган показался из-за раскидистого дуба, что рос неподалёку от ворот. Чёрный маг неспешно, словно бесплотный дух, плыл над землёй. Люди в замке, затаив дыхание, ошеломлённо следили за каждым движением колдуна.

Стриган поднял посох и гулко выкрикнул заклинание. Со всех сторон из-за деревьев полезли упыри. Глаза нежити горели алчным голодным огнём, из разинутых ртов капала слюна. Толкаясь, мертвецы двинулись к замку. Первые упыри шустро полезли на стены, и жрец активировал защитный артефакт. Незримый купол откинул мертвецов назад. Те из них, что прикоснулись к стенам, вспыхнули и обуглились на глазах. Не добравшиеся до стен замка чудовища тревожно завыли. Но, повинуясь приказу хозяина, творения стригана по-прежнему настырно топали к стенам.

Чёрный маг поднял руки и гортанно запел заклинание на древнем языке. Алый камень артефакта постепенно потускнел и спустя четверть оборота потух. Мертвецы рванули к стенам с удвоенной скоростью. Засвистели стрелы, защёлкали арбалеты. С галерей на упырей полилась горячая смола. Колдун завис в воздухе вблизи ворот. Оскалив в подобии улыбки острые зубы с выпирающими изо рта клыками, стриган с торжеством посмотрел на лэра.

Престан метнул в колдуна заговорённое жрецом Нура копьё. Покрытый серебром наконечник ударил чёрного мага в грудь, но не причинил ему особого вреда. Стриган дёрнулся, но остался невредимым. В ответ в лэра полетел чёрный пульсар. Какой-то стражник закрыл господина щитом и собственным телом. В следующее мгновение воин рассыпался пеплом. Упыри прорвались на западную стену. Чёрный маг в очередной раз затянул заклинание.

– Пора! – прошептал Врон.

Дарен закрыл его Щитом. Колдун, почуяв чужую магию, вздрогнул и прервал пение. Он яростно, точно дикий зверь, зарычал и метнул пульсар в жреца Нура. Видимо, на старике висел амулет. Пульсар погас, приблизившись к жрецу. Старик выставил вперёд посох. Стриган откинул капюшон и хищно оскалился. Венчающий посох камень вспыхнул алым светом, таким же, как истощившийся охранный артефакт. Чёрный маг выкрикнул заклинание и взмахнул руками.

Упыри яростно рвали зубами и когтями защитников замка на западной и восточной стенах. Престан бился спиной к спине с единственным оставшимся в живых стражником надворотной башни. Рядом упырь в панцире с гербом лэра жадно пил кровь умирающего лучника. Постепенно мертвецы пробрались на северную и южную стены. Алый камень на верхушке посоха жреца потух, и старик упал замертво.

Действия жреца дали Врону возможность завершить плетение Сети Тьмы. Чёрный маг почуял другой источник магии противника. Стриган нанёс Молотом Отступника мощный удар по Щиту Дарена. В то же мгновение Врон широко раскинул руки, и Сеть Тьмы накрыла изумлённого колдуна. Щит Дарена разрушился, но адепт устоял на ногах.

Сеть Тьмы моментально окутала стригана и всех упырей под восточной и южной стеной, превратив их в прах за пару малых оборотов. Врон тяжело дышал и улыбался. Парень чувствовал, что его внутренний источник опустошён на две трети, однако у адепта ещё остались силы и магия. Дарен издал победный клич и вытащил меч из ножен.

После гибели стригана оставшиеся упыри сделались вялыми и медлительными. Капитан с несколькими стражниками оставили северную башню и кинулись рубить мертвецов на западной стене. Врон и Дарен поспешили на помощь лэру. Немного погодя с упырями было покончено…

***

В Ковене магов прочитали письмо лэра Лайна, доставленное адептами-второкурсниками, и после долгих расспросов Дарена и Врона с трудом поверили написанному. Двое магов отправились в поместье с инспекцией. Оценив наличие остаточной магии в замке и окрестностях, они уничтожили то, что осталось от старого кладбища и повторно наложили заклинание Вечного Покоя на многострадальную землю.

Охота на оленей так и не состоялась. Слишком много бед принёс восставший из мёртвых чёрный маг. Люди оплакивали родных и близких, ремонтировали дома. Лэр Лайн отблагодарил адептов за помощь, а также написал обстоятельное послание в академию, сделал щедрое пожертвование в храм Нура и взялся за восстановление пострадавших от упырей деревень. Вскоре в храме Нура появился новый молодой жрец.

Глава 13

ЧУЖОЙ

Витан достал из кошеля пару мелких монет и расплатился со знакомым хуторянином, тот по доброй памяти подвёз сына краснодеревщика от торгового села Крутой Брег до родной деревни. Пересчитав монетки, мужик степенно кивнул адепту, сочно цокнул языком, и крепкая косматая лошадка, резво перебирая копытами, потащила восвояси набитый битком воз с купленным на ярмарке добром.

Утомительная дорога осталась позади. Витан прикрыл глаза и вдохнул полную грудь тёплого воздуха, пропитанного знакомыми запахами свежего сена и липового цвета. Вот он и дома! На пригорке тягуче шумел густой еловый лес, негромко бренчали на ветру налитые тяжестью спеющих зёрен пшеничные колосья. Радовали глаз вольготно расположившиеся по обе стороны длинной улицы белёные дома с красными черепичными крышами, огородами и палисадниками. Днём в летнюю страду в Малых Дворищах безлюдно. Рачительные односельчане, не покладая рук, трудились на сенокосе.

Витан собрал торбы с подарками, перекинул через плечо увесистую суму и быстрыми шагами направился к дому, где его любили и ждали… У ворот приветливо качнула раскидистой кроной старая груша. Привычно скрипнула выкрашенная в весёлый светло-зелёный цвет калитка. Расслабленно дремавший в тени под крыльцом Бурый вскочил и разразился грозным лаем, но, узнав молодого хозяина, сторожевой пёс радостно завилял мохнатым хвостом.

Витан поставил суму и торбы с подарками на крыльцо, подошёл к счастливо поскуливавшему Бурому и почесал его за ухом. Дверь в сени распахнулась. На пороге нарисовалась пышная, румяная женщина средних лет. Витан широко улыбнулся и обнял мачеху. Та вскрикнула от неожиданности. На растерянном лице женщины появилась вымученная, неуверенная улыбка. Отца и младших братьев дома не было, отправились к заготовщику древесины. Мачеха ждала их к ужину.

За время отсутствия Витана в доме почти ничего не изменилось. В прихожей также звонко тикали дедовы настенные часы с деревянной фигуркой гнома на циферблате. Под потолком возле печи по-прежнему висели связки душистых трав, сухих грибов и плетёнки лука, на окнах красовались туго накрахмаленные вышитые занавески. Витан протянул мачехе сделанные Яреком ажурные серебряные серьги. Взглянув на украшение, женщина смутилась и бережно положила серьги на подоконник.

Витан принялся выкладывать из торб столичные гостинцы, а мачеха поспешно накрывала на стол. Неожиданно из спальни Витана раздался обиженный плач младенца. Парень удивлённо обернулся. Женщина всплеснула руками и бросилась в комнату. Немного погодя мачеха вернулась с розовым, толстощёким ребёнком на руках. Узрев Витана, младенец забавно, по-кошачьи чихнул и с любопытством уставился на незнакомца ясными серыми глазами.

– Младшенький наш, назвали Миловзором, – виновато проговорила мачеха.

Витан осторожно погладил ребёнка по головке со склеившимися от пота редкими русыми волосиками. Обстоятельство, что родные не сообщили о рождении брата, вызвало у адепта досаду. Неужели, поступив в академию магии, он перестал быть членом семьи?

***

К вечеру возвратились домой отец и братья. Витан услышал с улицы знакомые голоса и скрип доверху нагруженной телеги. Парень выскочил за калитку, торопясь обняться с отцом и пожать руки младшим братьям. При появлении Витана довольные улыбки сползли с родных лиц. От обиды у парня перехватило дыхание.

– Вот и я, – неловко переминаясь с ноги на ногу, произнёс Витан. Приехал на побывку…

Его тут же обняли и одобрительно, по-родственному похлопали по спине. Но Витан внезапно почувствовал себя в дружной отцовской семье чужим.

За ужином больше молчали. Из вежливости отец спросил старшего сына об академии. Получив короткий ответ, что учат там хорошо и нормально кормят, краснодеревщик кивнул и с нарочитым аппетитом принялся за мясной пирог. Братья посматривали на будущего мага с непривычной робкой почтительностью. Хотя за год они заметно подросли, повзрослели и раздались в плечах.

Из уважения к будущему магу кроватку младенца и собственную постель родители перенесли на ночь в горницу, освободив старшему сыну его бывшую комнату. Сразу после ужина братья сбежали на гулянье и вернулись за полночь, весёлые и оживлённые. Витан же не заснул до рассвета. Было душно, за стеной плакал младенец, над ухом навязчиво звенели комары.

После завтрака Витан предложил помочь в мастерской. Под предлогом, что господину магу негоже марать руки грязной работой, отец отказал. Витан прогулялся по лесу и сходил на могилку к бабке. Знакомое деревенское кладбище заросло высокой травой и выглядело неухоженным. В летнюю страду жители Малых Дворищ на кладбище бывали редко.

Парень вырвал траву на могилке знахарки, почистил от грязи надгробие и попытался мысленно поговорить с покойной Ильмерой. Но бабка его не слышала. Кто знает, возможно, душа знахарки осталась на любимом ею при жизни холме или безвозвратно улетела в хранимый Нуром мир мёртвых?

***

На другой день ноги сами понесли Витана в домик знахарки. Вид бывшего жилища Ильмеры парня поразил. За год домик полностью развалился. Вместо двери зиял тёмный проём, откуда виднелся гнилой стол и покрытые толстым слоем пыли предметы обихода.

Парень осторожно вошёл внутрь. Обосновавшиеся за шкафом пауки сплели под потолком обширную паутину. Полы прогнили. Не дойдя до середины кухни, Витан провалился по колено в подпол. Адепт выломал трухлявую доску и выбрался из дыры. Под полом что-то лежало. Витан присел на корточки и, пошарив рукой в дыре, вытащил наружу обитый потускневшим жёлтым металлом длинный плоский ларец.

Парень нажал на головку птицы, вырезанной на крышке, и ларец открылся. Сверху лежал свиток со знакомой печатью. Дрожащими от нетерпения руками Витан развязал шёлковый шнурок. Свиток оказался дипломом столичной академии магии! Диплом принадлежал покойной Ильмере. Прочитав написанный затейливой вязью текст, потрясённый Витан узнал, что бабка никогда не практиковала в качестве дипломированной целительницы. Вдобавок выяснилось, что Ильмера закончила факультет прикладной некромантии по специальности демонология!

Под свитком адепт обнаружил завёрнутый в истлевшую льняную ткань ритуальный кинжал демонолога. Кинжал выглядел так, будто его выковали вчера. Прикоснувшись к крупному зелёному камню на рукояти, адепт ощутил мощную энергетику старинного магического предмета. За долгие годы узкое лезвие с выгравированными по всей длине рунами нисколько не потускнело. Рукоять украшала эмблема некромантов и серебряная ветвь омелы – знак Нура.

Кинжал удобно лёг в руку, словно его сделали специально для Витана. Парень почувствовал, как дружественная магия ритуального оружия наполняет силой его тело, и понял, что ни за что не расстанется с бабкиным наследством. Адепт бережно положил кинжал в ларец.

Внезапно Витану почудилось, что покойная Ильмера стоит у него за спиной и довольно улыбается. Парень повернул голову и заметил, как лёгкая тень скользнула в дверной проём. Почему-то у Витана возникла твёрдая уверенность, что беспокойная душа бабки Ильмеры, передав любимому внуку кинжал с оставшейся толикой своей магии, сейчас ушла навсегда…

Последующие три дня Витан провёл в праздности и покое. Отец с братьями до вечера работали в мастерской, мачеха возилась с ребёнком и по хозяйству, ей помогала бездетная вдовая тётка. За месяц до рождения младшего брата пожилая женщина продала собственное жилище и по желанию мачехи обосновалась в пристройке за домом.

По-быстрому позавтракав, Витан уходил гулять до обеда в лес, купался в реке, а вечером подолгу сидел на любимом покойной бабкой холме. Когда смеркалось, возвращался домой и ложился спать. Парень попытался возобновить дружбу с бывшими приятелями, но те его сторонились. Поступив в академию магии, Витан перестал быть для них своим. Вдобавок адепт неоднократно замечал, как неприязненно шептались за его спиной односельчане. Люди сплетничали, будто старая ведьма-знахарка, чья не упокоенная душа бродила по деревне прошлым летом, пугая жителей до колик в животе, передала внуку чародейскую силу и умение творить чёрное колдовство. О том, скольким помогла покойная Ильмера, исцелив от недуга, за год односельчане позабыли…

***

Набродившись до обеда по лесу, Витан возвращался домой. День стоял жаркий и безветренный. По раскрасневшемуся лицу парня градом катился пот, полотняная рубашка прилипла к спине. Витан подошёл к колодцу, чтобы напиться и, оступившись, уронил на себя ведро с водой. Адепт расторопно отжал мокрую рубаху и принялся, чертыхаясь, стаскивать полные холодной воды сапоги.

За спиной недотёпы раздался заливистый девичий смех. Витан повернулся и увидел стройную девушку в голубой косынке. Девчонка хохотала, откинув назад голову и приоткрыв рот с ровными белыми зубками. Карие глаза на румяном личике лучились от смеха. Сочные губы с ямочками в уголках манили и дразнили. По маленькой родинке на правой щеке Витан узнал соседку Чарушу. За год худой, неуклюжий подросток превратился в хорошенькую юную девушку.

– До чего же вы неловкий, господин маг! – воскликнула Чаруша.

– Я ещё не маг, адепт второго курса, – уныло произнёс Витан.

– Значит, будете магом, – не сдавалась Чаруша. – Станете весь из себя важный и гордый. К вам тогда и подойти нельзя будет!

– Почему это?

– Настоящие маги все такие, мне дед рассказывал. Он молодым в Арконе целый год жил, на магов насмотрелся.

– А чем твой дед в столице занимался?

– Конюхом в гостином доме служил. После получил землю и дом от дядьки в наследство, женился и переехал сюда. Твоя бабка тоже в том году в Малые Дворищи пришла. Дед рассказывал, что красивая она была просто страсть!

– Наверно.

– Сегодня придёшь на гулянье? – Чаруша игриво коснулась обнажённой груди парня тонким пальчиком.

Витан вспыхнул и нахмурился. – Меня никто не звал!

– Если я тебя позову, придёшь?

– А ты позовёшь? – улыбнулся Витан.

– Уже позвала, – в голосе Чаруши появились низкие, томные нотки.

– Тогда точно приду!

– Приходи, буду ждать! – девушка опять рассмеялась и, подхватив плетёную корзинку с первой лесной земляникой, побежала домой. Широкая юбка лёгкого белого платья в розовый цветочек обкрутилась вокруг бёдер Чаруши, приподнявшись чуть ли не до колен, открывая длинные загорелые ноги. Остановившись у калитки, девушка обернулась, махнула Витану рукой и скрылась за высоким забором.

За ужином Витан объявил младшим братьям, что намерен сегодня пойти с ними на гулянье. Разговор за столом прервался. Парни переглянулись и промолчали. По их насупленным лицам было нетрудно догадаться, что в компании Витана братья не нуждались. Адепт притворился, будто не замечает их тяжёлых вздохов и понурого вида. Он намерен встретиться с красивой девушкой, и ему всё равно, нравится это братьям или нет!

***

Адепт нарядился в любимую зелёную шёлковую рубаху, узкие, по столичной моде штаны и надел новые сапоги. Оценивающе поглядев на собственное отражение в зеркале, он залихватски зачесал назад отросшие волосы и вышел на улицу. Братья ждали его за калиткой. Витану досталась пара недобрых взглядов с заметным налётом зависти.

На гулянье в саду за деревней собралась вся местная молодёжь, пришли даже из соседних сёл. На закате жара ушла, прохладный ветер с реки разогнал назойливую мошкару. В небе засияла маслянно-жёлтая полная луна. Пристроившись на корявом бревне, незнакомый светловолосый парень играл на свирели. Вокруг него пугливой стайкой сгрудились девушки.

Чарушу Витан обнаружил в обществе двух бойких на язык девиц и десятка парней. Девчонка вплела в густые каштановые кудри белые цветы и надела шёлковое платье жемчужного цвета. Парни и девушки обменивались шутками и смеялись. Чаруша же больше молчала, упиваясь восторженными взглядами кавалеров и собственной неотразимой красотой. Витан хмыкнул и приблизился к компании.

– О, господин маг, пожаловали! – беспечно воскликнула Чаруша. – А я вас уже и не ждала… Куда нам, скромным деревенским девушкам, до столичных красавиц!

– И напрасно, – заметил Витан, улыбаясь.

Чаруша подскочила к адепту и смело взяла его за руку. – У вас, господин маг, есть в Арконе девушка?

В ответ Витан загадочно посмотрел на звёздное небо.

– Выходит, есть! – с притворной грустью произнесла Чаруша. – Она тоже маг?

– Девушки у меня пока нет, – мягко возразил Витан. – И, пожалуйста, не называй меня «господином магом», вспомни моё имя!

– Как скажете, господин Витан! – сверкнула в улыбке белыми зубками Чаруша. – Потанцуем?

Парень на свирели заиграл быструю, задорную мелодию. Пары стали в круг и дружно затопали по мягкой земле со свежескошенной травой. Девушка решительно потянула Витана в середину круга. Танцевали до упада.

Юркий, говорливый мужик притащил бочонок молодого пива и за медяк с шутками и прибаутками наливал его в глиняные кружки всем желающим. Толстая тётка в расшитом цветами льняном фартуке торговала домашними пирогами и ватрушками. Витан купил им с Чарушей по кружке пива и, по выбору девушки, круглых пирожков с вишнёвым вареньем.

Когда короткая летняя ночь подошла к концу, молодёжь начала расходиться по домам. Витан вызвался проводить Чарушу. Прощаясь с подругами, девушка задержалась. Витан решил подождать её в сторонке. Он стоял под раскидистой яблоней и любовался лукавым личиком Чаруши, когда неожиданно кто-то грубо ткнул его кулаком между лопаток. Витан развернулся и увидел здорового, плотного парня в красной рубахе с разорванным воротом. Рядом с громилой ухмылялись его дружки.

– Чего надо? – резко спросил Витан.

– Чарушка за меня сговорена, понял! – прорычал низким голосом здоровяк. – Уезжай к себе в столицу, колдун! Нам ты здесь не нужен! – Белобрысые, неровно подстриженные волосы прилипли к потной, красной от выпитого пива физиономии «жениха».

– Да? Она мне ничего о тебе не говорила! – насмешливо произнёс Витан.

– Катись к себе в столицу, а то! – буркнул, выпучив светлые глаза с красными жилками, здоровяк.

– Что? – вкрадчиво поинтересовался адепт.

– А то тебе твоё колдовство не поможет, прибьём, как паршивого пса!

– Не думаю.

Здоровяк неуверенно засопел. Дружки, посматривая на Витана с гаденькими ухмылками, нашёптывали белобрысому «жениху» в уши советы.

Подошла Чаруша. Витан окинул приятелей жёстким, пронзительным взглядом, который перенял у Врона, взял Чарушу за руку и неторопливо повёл за собой. Довольный собой адепт воротился домой только к завтраку. Вечером парень снова собирался встретиться с Чарушей.

***

Накануне, перебирая вещи в суме, Витан заметил забытый им витой женский браслет из низкопробного серебра, сделанный Яреком, похожие тот продавал скупщику по оптовой цене. Этот браслет друг выделил Витану в подарок девушке или семье. Изначально Витан хотел отдать украшение вместе с серьгами мачехе, но браслет затерялся среди прочих вещей и остался в суме. Сегодня парень намеревался подарить его Чаруше.

Малые Дворищи утонули в душистых вечерних сумерках. Витан свернул на дорожку, что вела вглубь сада. Там, где ряды яблонь чередовались с грушами, парня должна была ждать Чаруша. Однако судьба распорядилась иначе. Витан наткнулся на белобрысого здоровяка и его дружков. Те явно знали о предстоящем свидании и караулили Витана в условленном месте.

– Счас, ваше магичество, мы поговорим с тобой по-свойски! – во всю глотку проорал «жених» Чаруши, размахивая увесистой дубинкой. Дружки держали в руках крепкие палки.

– Олята, не тяни время, врежь столичному задаваке! – подначивал здоровяка коротышка Дерван. За широкой спиной Оляты ухмылялся второй дружок. Тощего брюнета с длинным лицом Витан помнил с детства. Они никогда не ладили. При первом же обиженном крике дорогого сыночка визгливая мамаша Лучана выбегала из дома со скалкой или вожжами, дабы защитить хрупкое чадо от злых мальчишек. Лучан вырос трусливым и злым, но зато у него отменно получалось стравливать между собой людей и распускать подлые слухи о тех, кому маменькин сынок желал подпортить жизнь.

Витан внутренне подобрался, оценивая противников, как учил магистр Терин. Белобрысый здоровяк выше адепта на добрую голову, но медлительный и рыхлый. Длинный, слабосильный Лучан способен запутаться в собственных ногах. Плечистый коротышка опасен, хорошо развитые мышцы и длинные руки. Кроме того, Дерван двигался быстро и свободно.

Олята подлетел к адепту и с гиком взмахнул рукой. Здоровяк метил адепту в голову. От удара дубинкой Витан уклонился, отскочив на пару шагов. Отработанным приёмом Витан швырнул белобрысого на коротышку, рванул в сторону и отключил длинного Лучана, тупо таращившегося на копошившихся на земле друзей. Своеременно вспомнив уроки Врона, Витан оглушил поднявшегося на ноги здоровяка и двинулся к коротышке.

Поединок с проворным, ловким противником затянулся. Витан пропустил удар в бок, но и коротышке досталось. Дерван зашатался от удара, нанесённого ребром ладони адепта в шею. Олята и Лучан валялись на земле, а коротышка понёсся вниз по тропинке. Раззадорившийся Витан, не раздумывая, последовал за ним. Это оказалось ошибкой…

Возле канавы за садом адепта ждала дюжина деревенских парней с палками и сетью. Витан глупо попался в заранее подготовленную ловушку. Он ни за что бы не выстоял в одиночестве против превосходящего противника, включая шустрого коротышку. Адепта спасла счастливая случайность. Подобравшись к Витану как можно ближе, деревенские рассчитывали набросить на него сеть, а затем отмолотить палками. Пятясь назад от надвигающихся на него парней, Витан свалился в глубокую канаву. В темноте нападающие потеряли жертву из виду. Кое-кто из них вообразил, будто адепт воспользовался магией, что вызвало замешательство в нестройном ряду атакующих, дало Витану время встать на ноги и подготовить заклинание Щита.

Тем временем к чёртовой дюжине противников присоединились здоровяк Олята и хромающий Лучан. Чуть погодя, справившись с сомнениями, деревенские парни разглядели в канаве Витана и, подхватив сеть, с криками ринулись к адепту. Витан подпустил их расстояние в пять шагов и, вложив в заклинание едва не всю магическую энергию, активировал Щит. Нападающих с чудовищной силой разметало по сторонам. Те, кто не пострадал, бросились в деревню с воплями ужаса и проклятьями в адрес колдуна. Позднее Витан вспоминал мощь магии, обрушившейся на его обидчиков, и сомневался, что применил именно Щит, а не какое-то неизвестное боевое заклинание.

Спустя четверть оборота адепт пришёл в себя и, шатаясь от слабости, побрёл домой. Добравшись до кровати, Витан провалился в глубокий сон и проспал до обеда. Поутру, напившись чистой колодезной воды, парень, стянув рубаху, ополоснулся во дворе, после чего изучил в зеркале помятое, в синяках лицо и полез в суму за мазью от кровоподтёков. Пообедав в одиночестве, адепт прогулялся в лес за лечебными травами. К вечеру, напившись собственноручно сделанного отвара от головной боли, Витан почувствовал себя здоровым.

***

Ужин прошёл в атмосфере тягостной тишины. Братья с опаской посматривали на Витана. Отец угрюмо копался ложкой в тарелке. Наскоро перекусив, мачеха отправилась укладывать младенца спать, оставив на тётку мытьё посуды.

– Витан, нам пора поговорить! – глухим голосом выдавил из себя отец. Братья и тётка, словно по команде, вышли из-за стола. Когда дверь за ними закрылась, отец, избегая глядеть Витану в глаза, сказал: – Ты – мой сын и всегда им останешься… Но здесь тебе не место. За год ты стал другим, магом! Люди завидуют, боятся и ненавидят тебя. Утром ты должен уехать, не то случится беда… К счастью, после вчерашнего побоища все целы. Я знаю, ты защищался и никому не желал зла…

– Сам хочу поскорее отсюда убраться! – не задумываясь, прервал отца адепт. От волнения у парня перехватило дыхание, и Витан не смог выговорить больше ни слова.

– Хорошо! Хорошо, что ты всё понимаешь, – устало пробормотал отец, сжимая дрожащие пальцы в кулаки.

На следующее утро Витан проснулся на рассвете. Быстро сложил вещи, позавтракал хлебом с молоком, затолкал в сумку пирог, который дала ему в дорогу мачеха, коротко попрощался с семьёй и отворил калитку. Никто не вышел его проводить, лишь старая груша у ворот печально шуршала на ветру рано пожелтевшей листвой.

Проходя через деревню, Витан наткнулся на Чарушу, она вместе с Олятой и его дружками крутилась возле колодца. Компания что-то бурно обсуждала. Заметив Витана, переглянулись и замолчали.

Когда Чаруша и парни остались у адепта за спиной, Витан расслышал, как Олята о чём-то вполголоса спросил у Чаруши. Девчонка возмущённо фыркнула и ответила ему злым, отрывистым голосом: – Отвяжись от меня с этим поганым колдуном! Понял? Знать его не знаю!

Глава 14

ЖУТКИЙ ДЕМОН КОТЛАК

«Котлак кровососущий относится к малым демонам, обитающим вблизи поселений. Подвалы домов, амбары, сараи – излюбленные места проживания котлаков. Внешне демон мало чем отличается от обычных кошек. Однако у котлака имеются четыре дополнительных, чрезвычайно острых длинных зуба, которые скрываются в округлых бугорках позади обычных клыков.

Когда котлак открыто проявляет свою демоническая сущность, цвет глазной радужки с обычного меняется на красный. Также стоит обратить внимание на когти демона, они всегда имеют чёрный цвет, при этом значительно длиннее и крепче кошачьих.

Котлаки кровососущие отличаются хитростью, коварством и склонностью к мелким пакостям. Если вы задумали изловить котлака, наберитесь терпения, будьте внимательны и осторожны.

Было бы ошибочно утверждать, будто котлаки питаются только кровью животных и младенцев, эти демоны охотно пьют молоко, едят творог и сметану…»

Магистр Мудромир Нагиба «Введение в демонологию»

Первая весенняя гроза затянулась на несколько больших оборотов. Молнии пламенными зигзагами разрывали застывшие на небе тяжёлые тучи. Густой ливень тяжело барабанил по крышам домов и хозяйственных построек. Сухая земля, поначалу жадно впитывающая потоки воды, размякла и превратилась в хлипкую грязь.

Ливень подмыл вбитую в землю палку, к которой мальчишки привязали серую тощую кошку. Палка упала, и верёвка соскользнула в грязь. Кошка, лежавшая до того неподвижно, шевельнула передней лапой и приподняла голову. Дождевая вода смыла большую часть крови с израненного тельца животного, но открытые раны на голове продолжали кровоточить. Кошка захрипела, приоткрыла единственный уцелевший глаз и медленно поползла к сараю на передних лапах. Задние лапы мальчишки переломали, когда, забавляясь, соревновались в меткости, бросая камни в мечущуюся вокруг палки животину.

Добравшись до сваленной в углу охапки сена, кошка распласталась на глиняном полу. Запах крови и тяжёлые, редкие вздохи умирающего животного привлекли внимание толстой крысы, подъедающей в корытце для свиней остатки толчёной картошки.

Крыса вылезла из хлева и шустро посеменила кривыми лапками на запах крови. Кошка выпустила когти и, выплюнув красный пенящийся комок из пасти, зашипела, пытаясь отпугнуть хищного грызуна. Раздутый живот кошки зашевелился.

Крыса была сытой, поэтому нападать не торопилась. Инстинктивно она чувствовала, что жить кошке осталось недолго, и еда никуда не денется. Вскоре у кошки начались роды. На свет появились три мёртвых котёнка. Кошка захрипела в агонии. Тоненько запищал последний, четвёртый котёнок, родившийся живым. Мокрое тельце мелко дрожало, слепая головка бестолково тыкалась носом в затвердевшие соски мёртвой матери. Немного погодя котёнок подполз к открытой ране на бедре кошки и принялся высасывать загустевшую кровь.

Наступила тёмная, безлунная ночь. Невидимая во тьме сущность подобралась к прижавшемуся к боку матери котёнку и слилась с ним. Слепые глаза малыша внезапно открылись и сверкнули красными огоньками.

По зову толстой крысы из нор вылезли её товарки. Грызуны облепили труп несчастной кошки и принялись за еду. А рядом пищал от голода новорожденный котлак. Внезапно тельце малыша изогнулось дугой, на лапках появились длинные чёрные коготки, и котлак прыгнул на ближайшую к нему крысу. Острые клыки легко прокусили шкуру на шее грызуна. Крыса громко взвизгнула, задёргалась, в тщетной попытке избавиться от демонёнка, крепко уцепившегося стальными когтями в её упитанную тушку. Крови одной крысы новорожденному котлаку оказалось мало. Одну за другой он выпил досуха всех грызунов, набираясь сил с каждой новой жертвой.

***

Утопающий в зелени городок Нижние Выселки вольготно раскинулся на холмистом берегу чистого голубого озера. Лодка плавно скользила по ровной водной глади. Потан сидел на вёслах, а его невеста Загляда – на корме. Солнечный вечер близился к концу. Лучи заходящего светилы выстроились на воде в сверкающую дорожку. От противоположного берега, где стоял дремучий еловый лес, над озером тянулась зыбкая дымка тумана.

– Пора домой. Мама сегодня пирог с творогом и вареньем испекла, – улыбаясь, проговорила девушка. – Но тебе его есть не стоит!

– Да? Это почему? – заинтересовался Потан.

– Потому что растолстеешь, и в боевые маги не возьмут! – рассмеялась Загляда.

– Я не толстый! – Парень горделиво расправил широкие плечи, втянул слегка выдающийся живот и благодушно улыбнулся. – Просто у меня кость широкая… А боевым магом я быть не хочу! Ни за что.

– Кем тогда? Целителем?

– Не трави душу. Как вспомню магистра Храна, сразу настроение портится. Пока не знаю, куда пойду. У нас там выбирают, кто кем станет, после третьего курса.

– Мне бы хотелось, чтобы ты был целителем или артефакты какие-нибудь делал, или погодой управлял.

– Погодой управлять у меня не получится! Я – не стихийник. У меня – дар Двуединого. Вот стану некромантом…

– Меня не напугаешь! – расхохоталась девушка. – Некромантия – тоже дело нужное. Будешь от оживших мертвяков людей спасать!

– Ты что, правда, готова выйти замуж за некроманта?

– Глупый! На кого бы ты не выучился, всё равно останешься добрым увальнем с хорошим аппетитом.

Потан бросил вёсла, приблизился к девушке, порывисто прижал Загляду к себе и принялся целовать пахнущие луговым клевером тугие локоны. Девушка шаловливо шлёпнула Потана по рукам и юркой змейкой выскользнула из его объятий.

Вытащив на берег лодку, адепт деловито связал вёсла и последовал за девушкой по дорожке в городок. Загляда шла быстро, то и дело оглядываясь на жениха. Потан, сдерживая шумное дыхание, любовался лёгкой походкой невесты, её проворными загорелыми ножками в синих башмачках. Почувствовав взгляд парня, Загляда обернулась. На милом, усыпанном веснушками личике с лучистыми синими глазами и точёным носиком расцвела улыбка.

Поднявшись на холм, пара миновала заросли кустов шиповника и вышла на улицу, где за низкими заборчиками среди цветущих палисадников выстроились в два ряда аккуратные дома с крытыми красной черепицей двускатными крышами.

***

Внимание Потана привлёк низкий, утробный кошачий вой. Яростно залаяла большая собака. Затем раздался радостный детский смех, сопровождающийся восторженными воплями.

Адепт ускорил шаг, немного опередив Загляду, и увидел следующую картину. На крыше невысокого сарая возились двое мальчишек десяти-двенадцати лет. Они что-то опускали вниз на верёвке. Здоровенный лохматый пёс, захлёбываясь лаем, подпрыгивал на короткой цепи, стараясь схватить привязанный к верёвке предмет.

Потан подошёл к сараю ближе. Предмет на конце верёвки оказался обмотанным куском рыболовной сети котом. Мальчишки связали кошаку лапы, прикрутив их к голове. «Шутники» вертели кота на верёвке перед носом у сторожевого кобеля и хохотали до упада. От страха и беспомощности бедный кошара во всю глотку выл дурным голосом.

Потан аккуратно прислонил вёсла к забору и отворил калитку.

– Эй вы, безобразники, сейчас же прекратите издеваться над животными! – крикнул Потан.

– Вам, дяденька, чего? Шли своей дорогой и идите дальше! Ходят тут всякие, мешают людям веселиться! – дерзко произнёс старший мальчишка и показал адепту язык.

– Я что вам сказал, отпустите кота и не дразните собаку! – рассердился Потан.

Скорчив нежданному заступнику животных мерзкие рожи, мальчишки запрыгали от избытка чувств. Потан разозлился всерьёз. «Шутники» не успели опомниться, как крупный, плотный дяденька, считай, взлетел на крышу сарая и схватил их за шиворот крепкими руками.

– Ой, ай, отпустите! Я мамке расскажу! – завопил старший.

– Расскажи, – миролюбиво проговорил Потан. – И папке расскажи! Мне найдётся, о чём с ними поговорить! – Сильные пальцы дядьки больно сжали цыплячьи шеи пацанов. – Вот что, паршивцы, немедленно развяжите кота, а потом вместе поищем ваших папку и мамку!

Мальчишки поняли, что дяденька не шутит, и заревели. Потан выпустил шеи малолетних мучителей и отряхнул руки. Негодники как по команде сиганули с крыши, попробовали удрать, но не вышло. Потан ловко поймал их за плечи. Спасибо урокам магистра Терина! Размазывая по чумазым лицам слёзы и сопли, мальчишки попробовали развязать кота. Но хвостатый сердито зашипел и цапнул одного из обидчиков когтями. Прижав уши к голове, кот извивался всем телом, пытаясь самостоятельно высвободиться из пут.

– Эк, вы его перепугали, – заметил Потан, приближаясь к кошаре. Ласково приговаривая «котик, хороший котик», адепт коснулся головы животного тёплой широкой ладонью. Кот тотчас же успокоился и позволил себя развязать.

– Где ваши мамка с папкой? – строго спросил Потан.

– На рынок поехали за цыплятами. У нас куры все передохли. Дед сказал, что дойные козы тоже скоро ноги протянут, – уныло сообщил старший мальчишка.

– И вы тут совсем не при чём?

– Да что вы, дяденька! – дружно воскликнули малолетние мучители.

– Не дяденька, а господин адепт магической академии! – внушительно пояснил Потан. – Будете обижать животных, сами поросятами станете. Это я вам обещаю! – веско добавил он и сделал затейливый пас правой рукой. Мальчишки в ужасе выпучили глаза и рванули к лестнице на крышу. Потан, скрывая улыбку, потрепал по голове косматого пса и вышел со двора, затворив за собой калитку.

– За что я тебя и люблю! – подытожила Загляда, целуя жениха в нос.

Улыбка застыла на губах адепта. Чей-то острый взгляд буравил затылок. Потан обернулся. На заборе сидел серый кот, скорее, котёнок, холёный и чистый. Зелёные глазищи животного изучали адепта по-человечьи умным, внимательным взглядом.

– Кис-кис! – позвал Потан. Котик независимо поднял пушистый хвост, соскочил с забора и пропал…

***

На ужин после тушеной в сметане щуки мать Загляды выставила на стол пирог с прошлогодним клюквенным вареньем.

– Ты же говорила, что испечёшь пирог с творогом? – удивилась Загляда.

– Нет, доченька, творога ни у нас, ни у соседей!

– Почему? – полюбопытствовал Потан.

– Люди рассказывают, будто завелась в городе страшная зверюка. Высасывает кровь у домашней птицы, пьёт молоко и крадёт сметану с творогом. Зубищи у неё острые, как шило, и глаза красным пламенем горят!

– Неужели зверюка – демон?! – усмехнулся адепт.

– Может и демон! Городской маг отрядил на ловлю зверюки стражников, главный у них в нечисти разбирается, но зверюку пока не поймали…

Ни на следующий день, ни через день творога и молока купить не удалось. Зверюку ловили две ночи и день, ничего не вышло. На новой седмице на охоту за демоном отправился главный городской маг собственной персоной, опять неудачно. Коварная тварь в руки не давалась.

В конце седмицы Русана, мать Загляды, где-то добыла сметаны и миску творога. Потан предвкушал с каким удовольствием полакомится творожными ватрушками и оладьями со сметаной. Перед обедом адепт вошёл в кухню выпить грушевого взвара и застыл от возмущения… Чужой серый котик, усевшись посреди стола, торопливо поедал из миски творог. Заметив адепта, котик презрительно фыркнул и принялся поглощать творог с удвоенной силой. Потан никогда не видел, чтобы кот вёл себя настолько нагло. С небывалой скоростью кошара обеими лапами попеременно пихал в пасть творог, загребая его из наполовину пустой миски!! И как в него столько влезло? С виду – небольшой котик!

– Пошёл вон! – крикнул парень, запустив в кота кружкой. Кошара басовито зарычал. В глазах животного вспыхнули алые огни.

– Точно демон! – ахнул Потан. Адепт, не отводя взгляда с пожирающей творог твари, осторожно приоткрыл шкаф, вытащил оттуда скатерть и стремительно набросил её на кота. Закрутить зрерюку в скатерть не получилось, в свёртке осталась пустая миска! Потан плюнул и отправился в местный отдел управления магии.

***

Управление возглавлял приятный пожилой мужчина, маг воздуха четвёртой ступени, специализирующийся на погоде. Другим дипломированным специалистом была его супруга, также маг четвёртой ступени, но со специализацией по сельскому хозяйству. Стражей командовал здоровенный мускулистый дядька средних лет с длинными чёрными усами, гордо именовавшийся магом второй ступени. Последнее означало, что капитан закончил три курса магической академии. Последним дипломированным магом в городке оказалась повивальная бабка – ещё один специалист второй ступени.

Когда главный городской маг узнал, что у Потана, аж, седьмой уровень источника, а у него самого имелся лишь пятый, то вышел из-за стола и торжественно пожал адепту руку.

– Молодой человек, вы – наша удача! Я бы сказал, нам с вами очень повезло. Кому, как ни вам выпала честь поймать коварного демона, который держит в страхе всё население городка!!

Потан попробовал объяснить, что он всего-то адепт второго курса, ловить демонов его ещё не учили.

– Я верю в вас! – ответил на возражения адепта маг и вручил Потану потрёпанную книгу «Введение в демонологию» магистра Мудромира Нагибы.

Всю ночь Потан изучал раздел о малых демонах и строил планы по поимке чудовища. Из книги адепт узнал, что демон носит название котлак кровососущий и обладает паршивым, злобным характером. Котлаки появляются либо от умирающей матери-кошки, либо при скрещивании обычных котов и кошек с демонами, причём всегда рождается только один котёнок. Если кошка умирает в родах, а выживший котёнок вместо молока насосётся материнской крови, то может превратиться в котлака. Непременное условие – кошка-мать должна погибнуть насильственной смертью, но не от болезни.

Особенно часто котёнок становится котлаком, если родится ночью, когда в наш мир из Нави приходят души мёртвых. Последняя такая ночь случилась на Роданицу, в предпоследний день кветня. Теперь Потан не сомневаля, что серый котёнок, которого он полторы седмицы назад заметил на заборе, самый настоящий котлак. Позднее эта же тварь бессовестно сожрала миску творога в доме родителей Загляды. Юный возраст демона объяснял его непомерную прожорливость. Котлаки пьют много крови и молока, когда растут. Взрослым демонам пищи требуется гораздо меньше.

Составляя план поимки и уничтожения вредоносного существа, Потан решил начать с определения точного места рождения котлака. Достопочтенный Мудромир Нагиба писал, что логово демона чаще всего находится там, где он появился на свет.

***

С утра пораньше Потан зашёл к командующему городской стражей. Капитана Раковора Бутко он застал за завтраком. Откушавши пшённой каши с салом, капитан вытер платочком усы и приступил к главному блюду – бараньей ноге.

– Господин адепт, не стойте у порога! Присаживайтесь, – пророкотал маг второй ступени густым, зычным басом и указал рукой на стул рядом. – Малинка, у нас гость!

Наряженная в шёлковую цветастую юбку и белоснежный передник с кружевом полная женщина с пышной, закрученной вокруг головы русой косой, улыбаясь, поставила перед Потаном тарелку с кашей.

– Служба в страже – дело хлопотливое и утомительное! – поучительно произнёс капитан и, дабы подчеркнуть важность сказанного поднял вверх нож с надетым на него куском баранины. – Целыми днями по городу бегать приходится! Во-первых, ворьё и жуликов переловить, – Раковор загнул палец. – Во-вторых, вороватых торговцев на рынке приструнить, – маг загнул другой палец. – Ещё буянов в трактирах и прочих общественных местах угомонить, а к вечеру пойманных лиходеев и бездельников допросить – без этого никак нельзя! – развёл руками капитан Раковор. – Вот и выходит, что я в работе с утра и до глубокой ночи!

Малинка вздохнула, сочувственно качая головой. Потан хотел было сказать, что в городке живут люди на редкость спокойные и мирные, дома не запирают, в трактирах напиваются изредка и то, в основном приезжие, на рынке о ворах давно забыли, а тюрьма с прошлого года вообще стоит пустая, однако адепт благоразумно промолчал. Зачем зря обижать достойного человека? Тем более, что пришёл к нему за помощью!

За бараниной последовал домашний сыр с тмином, рогалики с маком и душистый взвар из сушеных яблок. После чего капитан сытно рыгнул и заявил, что готов приступить к службе. И Раковор поинтересовался, что, собственно, господину адепту от него понадобилось? Потан рассказал о просьбе главного городского мага помочь с поимкой котлака.

– Я, господин капитан, в городе человек чужой. Погостить к родне невесты приехал, из местных мало с кем знаком. Но где на демона следует поставить ловушку, догадываюсь! Чтобы убедиться в верности моей догадки, необходимо поговорить с хозяевами дома. Я для них – никто, а вот вы – капитан городской стражи, в вашем присутствии ничего утаить не посмеют!

Господин Раковор согласно кивнул и подкрутил усы.

К полудню Потан в сопровождении капитана и двух стражников появился во дворе дома, где жили малолетние «шутники». Разглядев в окно, кто к ним пожаловал, хозяева поспешно вышли во двор. Пацаны от страха попрятались в сарае, откуда немного погодя отец вытянул их за уши. С рёвом братья признались в избиении камнями кошки, которая после принесла мёртвых котят.

***

Попрощавшись со стражниками, адепт тщательно осмотрел сарай и двор. Затем следовало определиться с ловушкой. Адепт Ярек, приятель Потана, щедро делился с друзьями экспериментальными образцами сторожевых артефактов. Два из них, от воров и от крыс, Потан привёз с собой. Вдруг в хозяйстве будущих родственников пригодятся? Впрочем, в городке воров, как ранее упоминалось, практически не было, а крыс по весне извёл проезжий маг.

В руководстве магистр Мудромир описывал принципы изготовления ловушек для малых демонов. Дорогой сети из серебряной проволоки, укреплённой соответствующими заклинаниями, у главного мага не нашлось. В городской лавке артефактов такая сеть обнаружилась в единственном экземпляре и стоила баснословных денег. Приобрести сеть за счёт казны в городском управлении наотрез отказались.

– Да простит меня Двуединый! Это моё жалованье за три месяца! – заявил главный маг. – Вы, уж, господин адепт придумайте что-нибудь более простое.

И Потан придумал. Взял конфискованную стражниками у браконьера-неудачника железную сетку. Потом выпросил у госпожи Русаны серебряную ложку и направился к ювелиру. Тот посмеялся, но, проникшись важностью обстоятельств, согласился бесплатно расплавить ложку и посеребрить главный инструмент для ловли демона.

Серебра имелось ничтожно мало. Поэтому мастер покрыл сеть ценным металлом точечно. Укрепляющее заклинание начинающий демонолог выучил по книге сам. Вроде бы с сеткой и заклинанием получилось. По завершению ритуала по сетке пробежали крохотные синие огоньки.

В сарае на полу адепт начертил ловчий круг и приготовил нужные ингредиенты для его активации. Потан планировал, что круг удержит демона, пока адепт не набросит на него сеть. За приманкой в виде большой миски творога пришлось полдня добираться в отдалённую деревню.

К вечеру всё было готово. Активированы артефакты для охраны от крыс и, для пущей надёжности, от воров. В центре ловчего круга красовалась миска со свежим творогом. Чтобы демон не почуял ловца раньше времени, на шею Потан повесил корешок нетопырника перистого.

Ближе к полуночи адепт зарылся в сено и приготовился к длительному ожиданию. Ночь прошла, но котлак не появился. На рассвете Потан вылез из сена, потирая усталые глаза, с отвращением глянул на ловчий круг и … ахнул! Миска опустела. Охранные артефакты котлака не засекли, как, собственно, и начинающий демонолог.

Отоспавшись после бессонной ночи, адепт обследовал ловчий круг. Разрыва линии не нашёл, но в центре осталась небольшая горка рыхлой глины. Потан поковырялся в ней и отыскал некое подобие кротовьей норы.

Поразмышляв около оборота, адепт купил в лавке дешёвый одноразовый сигнальный артефакт с короткой площадью покрытия и пристроил его около «норы». Вместо творога Потан поставил банку с приобретённой на рынке сметаной. У местной травницы адепт отоварился качественным зельем, отгоняющим сон и обостряющим внимание.

К вечеру небо затянули тучи, и зарядил дождь. Потан, выпив зелье, спрятался в сене. Время оборот за оборотом тянулось невероятно медленно. Адепт в сотый раз мысленно перечислял известные ему названия городов и сёл, когда в мозгу послышался тонкий звон колокольчика – извещение сигнального артефакта! Заранее отработанным жестом Потан активировал ловчий круг и вскочил на ноги.

В окружении синего пламени сидел серый котёнок и активно поглощал сметану! Потан схватил сетку, намереваясь накинуть её на демона. Котлак поднял перепачканную в сметане усатую мордочку, совсем по-человечьи ухмыльнулся и взмыл вверх к потолку. Потан попробовал достать демона сеткой, но тварь ловко увернулась, махнув на прощанье мохнатым хвостом. Адепт с раздражением посмотрел на банку с остатками сметаны на донышке и пошёл спать. Заснуть не получилось. Потан ворочался в кровати до утра, злился на коварного демона и винил себя за нерасторопность.

***

Днём адепт решил поменять место расположения ловчего круга, сместив его к стене. Вспомнив, как действует капкан, Потан основательно поработал над обновлением ловушки. Сначала разобрался с приманкой – выбрал для сметаны банку с максимально узким горлышком. Предварительно адепт провёл небольшой эксперимент – налил в банку мясного бульона и поставил его перед домашней кошкой. Голова кошки легко пролезла в банку. Но когда Пушинка принялась лакать угощение, банка заскользила по полу. Адепт удовлетворённо ухмыльнулся.

Потан вырезал кружок из тонкой жести по размеру дна банки и тщательно смазал его растительным маслом. Предварительно адепт пробил в середине кружка две небольших дырочки и просунул через них тонкую, но крепкую верёвку, одним концом которой плотно обвязал банку, а другой конец Потан намеревался примотать к штырькам в стене.

Самодельный капкан должен был действовать следующим образом: демон засунет морду в сметану, банка сдвинется с круга, два заговорённых вбитых в стену штырька, к которым будет прикреплена сетка, рассыплются прахом, после чего сеть с вкраплениями серебра упадёт и накроет котлака. В лавке артефактов заговорённые штырьки стоили, как новые штаны. Но начинающий демонолог, не колеблясь, выложил нужную сумму из собственного кармана.

Ночью Потан поджидал котлака, потирая от нетерпения руки. В полуночь в голове адепта вновь тонко тренькнул колокольчик. Сигнальный артефакт Потан утром зарядил сам и был страшно доволен собой. Адепт тихонько приподнялся и увидел демона с головой в банке.

От крика Потана котлак дёрнулся, сетка свалилась со стены, накрыв кошару. Адепт торжествующе завопил. Котлак, изловчившись, выдернул голову из банки и протяжно, обиженно завыл, сверкая из-под сетки красными глазами. Потан схватил сетку с извивающимся демоном, но тварь высунула из дырки лапу и полоснула адепта когтями по руке. Потан выругался, но котлака не выпустил. Адепт со всех сил приложил запутавшегося в сетке демона о стену. Котлак заорал и вгрызся зубами в сетку. Сетка не выдержала. Демон, оставив новую отметку когтями на щеке адепта, вырвался на свободу.

К следующей охоте Потан внёс в капкан кое-какие усовершенствования. Однако три ночи подряд котлак не появлялся. В последнюю ночь адепт заменил сметану живой курицей. Но котлак снова проигнорировал приманку.

***

За две седмицы охоты на коварного демона Потан измучился и похудел. Загляда смотрела на наречённого с жалостью и подкладывала лучшие куски в его тарелку. Потан послушно клал в рот несколько ложек и первым вставал из-за стола. У бывшего лакомки и любителя поесть до отвала полностью пропал аппетит.

Окружающие начали побаиваться бледного, с дрожащими руками и фанатично горящими очами адепта. Но сдаваться Потан не собирался! Он чуть ли не до дыр зачитал руководство магистра Мудромира, потратил на ловушки остаток сбережений. И всё же хитрый демон всякий раз оставлял адепта с носом. Вдобавок однажды подлая тварь из вредности помочилась в сапог мирно почивавшего ловца.

Потан проснулся перед обедом и принялся привычно размышлять о способах умерщвления коварного демона. Приятные мысли прервало довольное мурлыканье, сопровождающееся мелодичным звоном серебряного колокольчика, подвешенного к оконной ручке, дабы отгонять злых духов. Адепт поднял голову и увидел качающегося на занавеске котлака. Демон вызывающе посмотрел в лицо оторопевшему Потану и выдал протяжное, вопросительное «мяу». Адепт злобно выругался. В ответ котлак беззаботно чихнул и мягко спрыгнул на стол.

Выгнув спину, кошара потянулся, зевнул и удобно разлёгся на столешнице. Прищурив зелёные глазищи и вытянув вперёд лапы с дюймовыми чёрными когтями, неуловимый демон с любопытством наблюдал за Потаном. Пушистый хвост, свесившись вниз, плавно покачивался справа налево, слева направо…

Разозлённый адепт вскочил с кровати, схватил с полки глиняный горшок с пышно цветущей геранью и метнул его в котлака. Попал!! Судорожно всхлипнув, демон распластался на столе. Потан, не веря нежданной удаче, накинул на котлака сетку и туго обмотал пленника заговоренной верёвкой.

Наконец настал момент торжества! Вредный демон попался. Котлака ждала жестокая, кровавая казнь, казнь Потан за две седмицы продумал до мелочей. Начинающий демонолог достал одолженный у отца Загляды охотничий нож, заостренный осиновый колышек и молоток. Потан намеревался отсечь котлаку голову, предварительно вбив ему в сердце осиновый колышек. После чего останки демона полагалось сжечь, читая заклинание, отсылающее демоническую сущность в тёмный мир за кромкой.

Когда адепт приблизился к пленнику, тот уже очнулся и смотрел на палача глазами полными смертной тоски. Потан приставил к груди котлака колышек, пушистое тело дёрнулось и напряжённо застыло. Сейчас пленённый демон внешне ничуть не отличался от обычного котика-подростка. Рука начинающего демонолога остановилась.

– Почему ты медлишь, маг? – вдруг спросил звонким мальчишечьим голосом демон.

– Я – адепт! – буркнул Потан.

– От тебя пахнет магией!

Адепт посмотрел на сжавшегося в клубок котика и глубоко вздохнул. Потан вспомнил, как грозился соседским мальчишкам, мучившим животных.

– Отпусти меня, маг. Хочешь убить демона из-за десятка-другого украденных мной у нерадивых хозяев крынок сметаны?

– Ты пьёшь кровь!

– Такова моя сущность. Вы, люди, тоже убиваете животных, чтобы их съесть. Ты ведь не злой! Я наблюдал за тобой, ты не ударишь понапрасну даже путающуюся под ногами дворнягу. Отпусти меня, дам клятву, что покину город навсегда и не убью больше ни одного домашнего животного. Когда вырасту, крови мне будет нужно немного и только в полнолуние. В остальном моя еда ничем не отличается от еды прочих кошек.

Потан хмуро оглядел охотничий нож и осторожно сделал аккуратный надрез на плече котлака. – Возьму, демон, с тебя клятву на крови. Ты не причинишь больше вреда ни людям, ни домашним животным, – сурово проговорил адепт.

– Клянусь! – ответил котлак. Потан чётким голосом произнёс короткое ритуальное заклинание, кровь демона задымилась и в считанные мгновения бесследно испарилась. Адепт молча развязал котлака и вытащил его из сетки. Демон сверкнул зелёными глазищами, спрыгнул со стола и юркнул за дверь.

Днём Потан посетил городского мага с сообщением, что котлак обезврежен, предъявив в доказательство чёрный коготь и клок серой шерсти.

Впервые за две последние седмицы адепт выспался. Не открывая глаз, Потан с наслаждением вслушивался в птичьи голоса и шелест листьев за окном. Из кухни внизу тянуло манящим ароматом свежей выпечки. У Потана забурчало в животе. Но вставать не хотелось. Что-то тёплое и мягкое приятно грело бок. Адепт протянул руку, пальцы коснулись густой шелковистой шерсти. Потан распахнул глаза и увидел устроившегося рядом с ним серого котика.

– Мрр-рр, – котлак поднял усатую мордочку и потёрся головой об одеяло.

– Ты! – воскликнул удивлённый адепт.

– Я! – подтвердил котик, вылизывая лапу. – Надумал поступить к тебе на службу, маг. Ты добрый, и мне будет с тобой хорошо. Поднимайся, хозяин, дам тебе, как положено, клятву верности и пойдём есть!

Глава 15

ТАЙНОЕ И ЯВНОЕ

Рада поправила выбившуюся из причёски прядь и взяла бальную сумочку-мешочек, сшитую из остатков золотистого шёлка. В последний раз полюбовалась собственным отражением в зеркале, адептка вышла из комнаты.

– Ну, наконец-то! Ещё чуть-чуть и потопали бы пешком! – сердито пробурчал Ярек. – О-о! Знаешь, Радка, в платье ты похожа на нормальную девушку!

– Я и есть нормальная девушка! – вспылила адептка. – На работе задержалась. Там тяжёлого больного привезли…

– Не обижайся! Всё-таки, я тебя похвалил. – Ярек критически оглядел осунувшееся лицо спутницы и протянул девчонке руку. – За воротами нас ждёт наёмная повозка. С одним клиентом договорился. Вижу, Радка, из тебя опять магическую энергию тянули? Сколько раз тебе говорить, чтоб не позволяла! Ты – адептка второго курса, и по отношению к тебе действия магистра Велены незаконны.

– Но больному было совсем плохо!

– Посмотри на себя! Бледная, как тень. У них артефактов-накопителей полным-полно. Сами деньги и собственную энергию при себе держат, а у тебя, мелкой и наивной, бесплатно забирают! И больной этот, скорее всего, не из простых горожан, да?

– Маг из Ковена. Эксперимент ставил и…

– Понятно. Первым делом надо тебя накормить, а то вот-вот без сил свалишься.

– Не свалюсь!

– Эй, парень! Задержись возле той лавки! – крикнул Ярек извозчику. – Я мигом…

Адепт вернулся с кольцом свиной колбасы и булкой. – Ешь! – протянул он колбасу Раде.

Девушка благодарно кивнула и жадно откусила приличный кусок колбасы.

***

В королевском саду играла музыка. По ухоженным дорожкам прогуливались нарядные гости. На открытой террасе в окружении придворных расположилась королевская чета. Король Венцеслав, крупный суровый мужчина в простой тёмно-синей тунике, милостиво взирал сверху вниз на веселящихся подданных. Миловидная, хрупкая и светлая, точно фарфоровая статуэтка, королева в платье из серебряного эльфийского шёлка беседовала с придворными лэри. Малолетние близнецы – принц с принцессой чинно сидели рядом с родителями.

Перед началом танцев няньки увели зевающих близнецов во дворец. Позади кресла короля Рада заметила Дирона Тайгерта. Капитан Тайной Стражи задумчиво разглядывал снующую внизу толпу и обменивался короткими репликами с худощавым щёголем с массивной золотой цепью на шее.

Король произнёс краткую речь о славной победе под Гавелем, торжественно поблагодарил народ Артании за поддержку и отдельно – отличившихся в бою воинов. На этом официальная часть праздника закончилась.

Заиграла музыка, и гости суетливо направились к накрытым столам. Лэри и лэры заняли места поближе к королевской чете, клерикусы, купцы и другие приглашённые без чинов и званий расположились на нижних ярусах широких террас правого и левого дворцового крыла.

Ярек усадил однокурсницу в дальнем конце стола по соседству с важной купеческой четой и отправился на поиски приятеля. Погрозив товарищу вслед пальцем, Рада принялась деловито и аккуратно поглощать угощение. Еда исчезала с тарелки адептки с такой скоростью, что купец с супругой перестали жевать и с удивлением таращились на тоненькую девушку в золотистом платье. Проглотив последнюю ложку мясного салата, Рада очаровательно улыбнулась супругам и положила на тарелку толстую индюшиную ножку.

К пятой перемене блюд гости, похоже, наелись и отправились танцевать. На щеках Рады заиграл лёгкий румянец. Девушка вытерла губы салфеткой и встала из-за стола. Глянув на заходящее солнце, Рада прикинула, что прошло больше двух оборотов, Яреку уже пора было бы появиться среди гостей. Но однокурсник вместе с приятелем застрял в хранилище. Девушка обошла по большому кругу танцующие пары и устроилась на садовой скамейке, откуда неплохо просматривался вход в подвал с правого торца. Там, по словам однокурсника, находилась дверь в хранилище.

***

В парке смеркалось. На деревьях зажглись тысячи разноцветных магических фонариков. На высоком помосте выступали приглашённые артисты. Рада вполовину уха слушала арию знаменитой певицы и с нарастающей тревогой рассматривала танцующих гостей.

– Какой приятный сюрприз! Не ожидал вас здесь встретить, Радана!

Девушка повернула голову и увидела магистра Стребора. Дорогой костюм из тонкого зелёного бархата отлично подчёркивал достоинства стройной, пропорциональной фигуры мага. Светлые локоны свободно падали на широкие плечи. Серые глаза Стребора искрились от радостного возбуждения. – Вы позволите пригласить вас на танец?

Рада кивнула.

– Кого-то ищете? – полюбопытствовал маг.

– Да. Я здесь с другом. Он отошёл поздороваться со знакомым…

– И бросил красивую девушку одну! – Стребор укоризненно покачал головой. – Тогда пусть пеняет сам на себя! – магистр протянул руку Раде.

Оглянувшись в последний раз на торец дворца, девушка вложила пальцы в тёплую ладонь некроманта. Танцевал Стребор превосходно. Рада не заметила, как подпала под колдовское обаяние мага. Девушка улыбалась Стребору зачарованной улыбкой и послушно кружилась в его объятьях танец за танцем, полностью позабыв о рискованной затее однокурсника и своём в ней участии.

***

Ярек стряхнул пыль с одежды и поспешил к столам с угощением. Радки за столом не наблюдалось. Адепт обошёл половину парка и направился к танцующим парам. С осмотром артефакта ничего не получилось. Едва Ярек с приятелем добрались до нужного коридора, в хранилище послышались голоса и бряцанье металла. Приятели спрятались в нише за пустой книжной полкой.

В коридор вошла группа военных. Сдержанно переговариваясь, они проследовали мимо затаившихся парней и вплотную приблизились к приземистому дубовому шкафу. В офицере адепт узнал капитана Тайной Стражи Тайгерта.

Приятель толкнул Ярека в бок и указал глазами на старшего хранителя, который, сверившись с книгой записей, вытащил из шкафа пыльный артефакт воронкообразной формы и протянул его капитану. Тайгерт шевельнул пальцами правой руки, и воронка замерцала зелёным огнём.

– Это то, что вы ищете? – спросил у капитана хранитель. Тайгерт кивнул и положил артефакт в небольшой ларец, после чего военные ушли. Хранитель сделал отметку в книге, затворил шкаф и, звеня ключами, последовал за стражниками.

Парни выждали половину оборота, потом рванули к выходу. Но в дальнем коридоре едва не наткнулись на старшего хранителя. Он сидел за столом в маленькой комнате с открытой настежь дверью и что-то писал. Пришлось ждать более оборота, пока хранитель не ушёл. Но, уходя, он запер за собой не только внутреннюю, но и наружную дверь хранилища, от неё ключа у приятеля Ярека не имелось.

Двинулись окружным путём. Через воздуховод приятели пролезли на верхний уровень. Минуя погреба с овощами, по узкой каменной лестнице адепт с дружком поднялись в помещение для прислуги, откуда через хозяйственный двор пробрались в парк.

***

Ярек обнаружил однокурсницу танцующей с магистром Стребором и запаниковал. Рада смотрела на мага затуманенными глазами зачарованного удавом кролика. Адепт сразу догадался, что Стребор воспользовался магией, чтобы подчинить себе неопытную девчонку. Но разве под силу адепту второго курса разрушить чары магистра девятой ступени? Ярек вытер пот со лба и сжал кулаки, лихорадочно размышляя, как вызволить непутёвую Радку из лап Стребора.

Руки мага жестом собственника обнимали тонкую талию девушки. В блестящих глазах некроманта читалось предвкушение приятной ночи с понравившейся ему молоденькой девчонкой. Красиво очерченные губы магистра изгибались в хищной улыбке.

Немного погодя Стребор прервал сложный танец с затейливыми фигурами и целеустремлённо подвёл Раду к узкой аллее. В конце аллеи стояли гостевые домики. Ярек, таясь, осторожно последовал за магистром и однокурсницей.

Неожиданно перед Стребором и Радой встал капитан Тайгерт.

– Привет, дружище! – дружелюбно произнёс он и перегородил магистру дорогу. – Куда спешишь? – улыбаясь, спросил капитан.

– Отстань, Ди-ир! Видишь, я с де-евушкой, – нарочно растягивая слова, ответил Стребор.

– Вижу! А теперь выслушай меня, здесь не приграничье, где на подобные вещи смотрят снисходительно и прощают боевому магу маленькие шалости. Отпусти её. Думаю, ты в курсе, что Радана Ивор – адептка второго курса академии магии. За неё найдётся, кому заступиться. И, если ты заметил, девчонка – прирождённая лэри.

– Не учи меня! – вспылил Стребор. В глазах мага сверкнули зелёные огни.

– Не начинай! – скучным голосом произнёс Тайгерт. – Воздействие магии на разум другого человека без его согласия наказуемо.

– Ты такой же правильный зануда, каким был в академии!

– А у тебя по-прежнему на первом месте собственные удовольствия.

– Дир, не будем ссориться! Девчонка меня любит.

– И поэтому ты использовал высшее заклинание подчинения? Ах, да, простое внушение на адептку с восьмым или девятым уровнем источника не подействует! Отпусти её, Стребор, или мне придётся поступить с тобой по закону.

– Похоже, ты с малышкой неплохо знаком. Неужели она и тебя зацепила?

– Немедленно сними заклинание! – потребовал капитан Тайгерт. По пальцам его правой руки скользнула тёмная дымка Оков Стражника.

– Не волнуйся, Дир, намёк понял! Забирай твою или пока ещё не твою подружку?!

Капитан сжал зубы и промолчал.

Рада глубоко вздохнула, ресницы девушки едва заметно вздрогнули, и глаза приобрели осмысленное выражение. – Где я? – удивилась адептка.

– Рада, мы танцевали, из-за духоты тебе стало нехорошо, закружилась голова, – ласково пояснил Стребор. – Я вывел тебя из толпы, чтобы ты пришла в себя.

– Правда? Я не помню.

– Ты потеряла сознание, – сочувственно произнёс магистр. – Спроси у капитана!

Дирон Тайгерт молча склонил голову. По щекам его заходили желваки. Но девушки этого не заметила.

– Спасибо вам, Стребор и … капитан. Пожалуй, мне лучше присесть!

– Лэр Стребор торопится по важному делу, мы ведь не станем его задерживать, госпожа Ивор?

– Да, конечно, не станем. До свидания, магистр, благодарю вас за танец.

Стребор усмехнулся, поклонился девушке и, не торопясь, удалился.

– Вас проводить, госпожа Ивор? – капитан протянул Раде руку.

– Да! Нет, не нужно… Я должна отыскать однокурсника. Мы с ним вместе пришли на праздник.

Ярек вышел из-за дерева и бросился к опирающейся на руку Тайгерта Раде.

– Спасибо, капитан, если б не вы…

– Не за что, адепт! – остановил Ярека Тайгерт. – Всё хорошо! – Однако во взгляде капитана отчётливо читалось предостережение. – Девушке необходимо отдохнуть. Забирайте её и отправляйтесь в академию. И больше не оставляйте подругу одну в обществе малознакомых людей, особенно магов…

– Должно быть, сегодня я действительно отдала слишком много энергии! Хотя странно, мой источник, кажется, полностью восстановился, – в недоумении пробормотала Рада, когда они с Яреком садились в повозку.

– Я же тебе говорил! Не позволяй тянуть из себя силу, – с нарочитым возмущением напомнил Ярек. «Вот это да! Магистр девятой ступени и капитан Тайной Стражи чуть не подрались из-за мелкой Радки! И что они в ней такое особенное разглядели?» – удивился про себя адепт.

***

Утром после праздника в королевском парке нашли мёртвое тело светловолосой девушки, адептки четвёртого курса столичной академии магии. Блондинка в пунцовом бальном платье из тончайшего шёлка лежала на спине среди цветущих розовых кустов. Её согнутые в локтях руки прикрывали ладонями пустые глазницы. У трупа были выжжены глаза. Других телесных повреждений не имелось. Платье убитой не пострадало. Убийца не соблазнился ни серьгами с крупными рубинами, ни дорогим колье. Возле тела маг-следователь уловил слабую остаточную чужую магию. Следов портала не обнаружили, откуда вытекало, что убийца – один из гостей…

Отец убитой девушки занимал высокий пост в королевском суде. Лучшие маги из Тайной Стражи занялись проверкой друзей и знакомых убитой. Наглость и самоуверенность, с которой действовали преступники, взбудоражила двор и знать. Король вызвал из отпуска ректора академии магии Огнезора Драгоша, а тот в свою очередь – магистров кафедры прикладной некромантии Алдемара Кана, Грегора Лойко, Одилию Лан и Тулика Велигу. Одилия Лан – худенькая, маленькая женщина преподавала демонологию. Наполовину гном, плотный, широкоплечий, с резкими чертами лица и пышной окладистой бородой песочного цвета Тулик Велига – следственную магию.

Рада варила на обед пшённую кашу с овощами, когда в кухне неожиданно объявился Дирон Тайгерт. Девушка с немым удивлением воззрилась на капитана.

– Госпожа Ивор, вы идёте со мной! – тоном, не терпящим возражений, заявил Тайгерт. Капитан слегка изогнул бровь, и кастрюлька переместилась с плиты на подставку.

– Но я ничего…

– Вас никто ни в чём не обвиняет!

Дирон Тайгерт вывел адептку во двор академии и открыл короткий портал. У Рады закружилась голова, на мгновение из-под ног пропала почва, и неожиданно отчётливо запахло розами. Девушка открыла глаза и поняла, что очутилась в королевском парке.

– Рада, я хочу, чтобы вы попытались опознать магический след на теле убитой девушки.

– Убитой девушки? Здесь в парке?!

– Ночью убили адептку четвёртого курса, – бесстрастно пояснил капитан. – У неё выжжены глаза. – Дирон Тайгет вопросительно покосился на Раду. Девушка ахнула, облизала губы и прижала руки к груди.

Несколько магов в форме Тайной Стражи с недоверием и любопытством покосились на Раду. Капитан вполголоса сказал им несколько слов и подвёл адептку к трупу.

– Я её знаю! – воскликнула Рада. – Она проходила практику в лечебнице при академии. – Девушка узнала хорошенькую, капризную блондинку с кукольным личиком, чей разговор с подругой она недавно случайно подслушала. Несмотря на злые слова белокурой адептки в свой адрес обезображенное лицо убитой с запекшейся в пустых глазницах кровью вызвало у Рады острую жалость.

– Рада, сосредоточьтесь! – приказал Тайгерт.

Адептка присела на корточки около тела и закрыла глаза. Тающий, еле заметный магический след ощущался, словно паутинка, синяя и холодная, очень холодная!

– Убийца – маг воды. Глаза не выжгли, скорее, их выморозили! – резко произнесла девушка.

Маги из Тайной Стражи прекратили разговор и приблизились к адептке.

– Госпожа Ивор, вы уверены? – спросил капитан Тайгерт.

– Извините, – смутилась Рада. – Я говорю то, что чувствую. Это не та магия, что тогда зимой. Позвольте, я уйду.

– Полностью согласен с юной госпожой! – ухмыльнулся бородатый магистр Велига, внезапно вынырнувший из-за пышного розового куста. – Убийца – точно маг воды, и на его счёт у меня имеются кое-какие догадки.

Капитан подозвал серьёзного молодого стражника и поручил ему доставить адептку Ивор назад в академию. Что тот добросовестно исполнил и на прощание вручил Раде корзинку с пирожками и фруктами.

Спустя два дня во всех людных местах столицы развесили изображения объявленного в розыск мага пятой ступени Варгана Гущи. Рада и Ярек решили, что маг воды Варган Гуща и есть убийца адептки с четвёртого курса. Его физиономия не понравилась адептам с первого взгляда. Опасный тип, что и говорить! Худое, землистое лицо с башенным лбом и втянутыми щеками, злые, мутные глаза, острый нос и тонкие, бескровные губы. Такими и должны быть убийцы!

По слухам, Тайной Страже удалось выследить Варгана Гущу в течение нескольких дней, но живым он в руки стражникам не дался, покончил с собой. О причине, побудившей мага воды убить адептку, оставалось лишь гадать.

Последние три седмицы каникул пронеслись, как один день. Жизнь в Арконе вошла в привычное русло, убийцу обезвредили, и люди успокоились. Рада работала в лечебнице, Ярек трудился над охранными артефактами. По вечерам адепты гуляли по городу, строили планы на будущее и мечтали. Однажды, когда у Рады был выходной, покатались в лодке по реке.

***

К началу последней седмицы серпня большинство адептов возвратились в академию. Первой приехала Сияна, и Ярек заметно повеселел. Через день появился грустный Витан. Адепт сообщил друзьям, что больше домой не поедет и следующие каникулы намерен провести с Яреком и Радой. Сияна горячо поддержала Витана. Девушка заявила, что дома ей делать больше нечего, лучше на каникулах она научится чему-нибудь полезному или поработает на сборе лекарственных трав. Витан посмотрел на однокурсницу понимающим взглядом.

Дарен и Врон прибыли в академию за четыре дня до начала занятий, причём вид у обоих был донельзя довольный. За два месяца они успели навестить пяток хороших знакомых Дарена и погостить у кое-кого из бывших сослуживцев Врона, объехав чуть ли не весь юг страны. К завершению каникул приятели сделались лучшими друзьями.

Последним вернулся Потан. Вечером он зашёл в комнату к Яреку и Витану с пушистым серым котиком на руках и попросил приютить его новоявленного питомца хотя бы на один день, завтра он непременно договорится с комендантом общежития на отдельную комнату. Адепты с первого по третий курс обычно делили комнату на двоих. Однако несколько угловых комнат были настолько малы, что там с трудом вмещалась единственная кровать, шкаф для одежды и узкий стол.

В ответ на недоумевающие взгляды Ярека и Витана, вроде бы комната у Потана вполне приличная, и сосед – нормальный парень, однокурсник пустился в пространные объяснения. Вообще-то, адептам не запрещалось заводить мелких домашних животных. У многих старшекурсников в качестве домашних питомцев жили магические существа. Друзьям Потан заявил, что его котик и сосед друг другу крепко не понравились, поэтому он решил переселиться в отдельную комнату.

Серый кошара приоткрыл зелёные глазищи и не по-звериному умным взглядов вперился в однокурсников хозяина. Витану почудилось, будто кот пытается прочитать его мысли.

– Уговорил! Пусть остаётся, но портить вещи, особенно наши поделки и гадить под кровать я ему не позволю! – Ярек бесцеремонно схватился котика поперёк туловища и попытался закинуть на кровать. Тому подобное обращение показалось чересчур бесцеремонным. Кошара извернулся, мгновенно цапнул Ярека чёрными когтями и спрыгнул на пол. Глубокие борозды на предплечье адепта моментально заполнились кровью.

– Ах ты, паршивец! – парень запустил в кота недоделанной заготовкой артефакта. Кошара ловко отскочил в сторону, вздыбил шерсть и злобно взвыл. Витан заметил вспыхнувшие в глазах котика красные огоньки.

– На кой тебе этот злыдень сдался! – в сердцах крикнул Ярек.

Потан густо покраснел. – Я всё объясню, на самом деле он добрый, очень добрый! Просто не любит, когда незнакомые люди его на руки берут…

– И он – не настоящий кот, так? – спросил Витан.

– Я же говорил, что всё объясню! – замялся Потан. – Вирсавий – мой друг и не совсем кот.

– Какое важное имечко! – хохотнул Ярек, – точно у знатного лэра.

– Ему нравится. Чаще я зову его Виром, он согласен. Вир – котлак, – понизив голос, прошептал Потан. – Не рассказывайте никому, ладно? Это старшекурсникам можно держать в академии мелких демонов, связанных с хозяином договором. А мне, наверно, не разрешат. Виру без меня будет плохо!

– Где ты нашёл это чудо? – поинтересовался Витан.

– Скорее, он меня нашёл. – Потан рассказал, как подружился с котлаком. – Крови Виру нужно чуть-чуть, да и то в полнолуние. А в остальном – он умный и умеет правильно себя вести, – заключил адепт и ласково погладил кошару по голове. Вир зажмурил от удовольствия глаза и выгнул дужкой спину.

– Ты нас озадачил! – Ярек сделал повторную попытку приблизиться к котлаку, но Вир предостерегающе зарычал. – Знаешь, я его боюсь! Вдруг он ночью мне на голову прыгнет! Когти у него здоровые и клыки, как у рыси.

– Понял. Попрошу соседа переночевать в городе, а завтра обязательно постараюсь договориться с комендантом… И прости, что Вир тебя поцарапал, он не хотел, случайно вышло! – Потан взял котлака на руки и вышел в коридор. На лестнице адепт столкнулся с Сияной.

– Ой, котик! – воскликнула девушка. – Какой хорошенький! Можно, я его поглажу?

– Он – не совсем котик, – настороженно проговорил Потан. Но Сияна его не слушала. Адептка нежно почесала котлака за ушками, провела пальцем по белой отметине на носу. – Он – милочка! А у меня молоко есть.

При упоминании молока глаза кошары широко распахнулись, и он облизнулся розовым язычком.

– Киса голодный. Хочешь молока?

Кошара просительно заурчал и позволил адептке взять себя на руки. Потан недоверчиво покосился на котлака, и парню почудилось, будто пушистый приятель лукаво ему подмигнул.

В комнате у адепток, выкушав большую миску молока, котик разлёгся на кровати Сияны круглым брюшком вверх и принялся играть когтистыми лапками со свисающими со стены листьями вьющегося растения. Сияна с умилением поглядывала на Вира и гладила шелковистую шёрстку на тугом кошачьем животике. Потан собрался с духом и выложил однокурснице правду о котлаке.

– Бедняжка! Как же тяжело тебе пришлось, – сочувственно проговорила Сияна и чмокнула кошару в чёрный влажный нос. Потан поперхнулся. После появилась Рада. Сияна эмоционально пересказала ей историю котлака, и адептки единодушно согласились приютить «несчастного котика» у себя. Сытый кошара вальяжно разлёгся на подушках и задремал, вытянув передние лапы.

Глава 16

ИНТРИГИ И ШАНТАЖ

После ночной грозы утро выдалось свежее и прохладное. К началу торжественного построения, ветер окончательно разогнал дождевые тучи, и солнце радостно засияло на чистом голубом небе.

Адепты разбились в группы по факультетам и выстроились полукругом. Из рядов магов воды Раде приветливо махнул рукой темноволосый Трис Небор. Его закадычный дружок, блондин Алан, жизнерадостно улыбался в первой шеренге огневиков. Дружба магов противоположных стихий удивляла половину академии. Но кто был знаком с Трисом и Аланом немного ближе, ничуть не сомневались, что по характеру двое адептов подходят друг другу, как сапоги одной пары – оба живые, задиристые и деятельные.

По ходу официальной церемонии каждый из второкурсников нашёл себе занятие по интересам. Ярек со скучающим видом бывалого мага снисходительно рассматривал первокурсников и более внимательно первокурсниц. Многозначительно посматривая на отдалённую беседку в парке, Дарен переглядывался с новой пассией, хорошенькой рыжеволосой целительницей с пятого курса. Вечером у них там было назначено свидание. Врон рассказывал Витану о повадках болотного пилохвоста, твари злобной и коварной, питающейся мелкой живностью. У представителей разумных рас и теплокровных животных при попадании в кровь яд пилохвоста вызывал паралич. Потан сосредоточенно пересчитывал монеты в кошеле, размышляя, успеет ли после занятий зайти к мяснику за свиной кровью до закрытия лавки, а то сегодня – первый день полнолуния, и котлаку понадобится особая пища. Рада с Сияной тихо обсуждали необходимость покупки артефакта-светильника, тот, что им выдала госпожа Варина, брал слишком много магической энергии, а света давал недостаточно.

Ректор начал вступительную речь, которую адепты второго и третьего курсов слушали краем уха, а старшекурсники, изобразив на физиономиях подобающее обстоятельствам почтение, продолжали размышлять на отвлечённые темы.

На краткие пять малых оборотов внимание адептов привлекло представление новых преподавателей. Второкурсников из четырёх магистров особенно заинтересовали двое – преподаватель теории пространственных перемещений, магистр пятой ступени маг воздуха Велигор Скуба, и магистр четвёртой ступени Перко Балша. Последний носил коричневую мантию магов земли, предполагалось, что в течение первого полугодия он будет обучать второкурсников магии кристаллов.

Коренастый, низкорослый, с плоским улыбчивым узкоглазым лицом и гладкими иссиня-чёрными волосами магистр Балша явно вёл происхождение от кочевых степняков с юго-востока королевства. Маг земли постоянно вертел головой, уважительно кивая в сторону старших преподавателей и свысока поглядывая на нестройные ряды адептов.

Магистр Скуба производил отталкивающее впечатление. Худощавое, точно у подростка, тело с узкими плечами венчала непропорционально крупная голова с выпуклым лбом и прозрачными, светло-голубыми глазами. Узкие губы на бледном лице Велигора периодически кривились в надменной улыбке, а немигающие глаза пристально изучали окружающих.

***

Первой у второкурсников стояла лекция по теории пространственных перемещений. Лекцию одновременно для всех факультетов читал магистр Скуба. Лектор коротко представился, голос у него оказался тонкий и невыразительный, скользнул по аудитории надменным взглядом, открыл толстую тетрадь и принялся тихо и скоро проговаривать текст, постоянно сверяясь с заранее подготовленным конспектом.

Ярек, ранее выделивший для себя теорию пространственных перемещений, как один из самых важным предметов для будущего мастера артефактов, возмущённо засопел. Время тянулось медленно и уныло. Лектор сыпал мудрёными названиями, не затрудняя себя пояснениями. У некоторых адептов появилось смутное подозрение – сумеет ли сам преподаватель повторить прочитанный материал без конспекта?

Поначалу многие пытались механически записывать за магистром, но до перерыва рабочий энтузиазм сохранился лишь у единиц. Остальные без малейших угрызений совести занялись собственными делами.

Пытаясь честно разобраться в неразборчиво произносимых лектором терминах, Ярек, нахмурившись, перелистывал руководство по теме. Рада, Сияна и Потан последовали примеру однокурсника. Витан погрузился в книгу о ритуальном оружии. Дарен строчил письмо приятелю. Врон, опустив голову на скрещенные ладони, спал после ночного дежурства.

Наступил долгожданный перерыв. Преподаватель захлопнул тетрадь, взмахнул рукой, и на доске высветилась сложная схема. Адептам следовало перерисовать чертёж на перерыве. Ярек обнаружил схему с доски в руководстве, плюнул с досады и захлопнул учебник. Врон проснулся и безмятежно зевнул.

– Где они нашли этого барана?! – громко высказал Ярек общее мнение о выборе ректором и деканом факультета воздуха нового преподавателя.

– А его и не искали, – флегматично заметил Дарен. – Магистра Скубу на должность преподавателя порекомендовал один высокопоставленный лэр.

– Откуда ты знаешь? – спросила Рада.

– Слухи, госпожа Ивор, слухи! – Дарен загадочно поднял глаза к потолку и рассмеялся.

– Велигор Скуба – племянник лэра Сула, председателя столичного суда. Лэр Сул – скользкий тип с честным лицом и манерами хорошо вышколенного слуги, он прекрасно знает, что кому и как сказать, чтобы угодить важным, нужным людям, – лениво пояснил Врон. – Поэтому настоятельно советую обсуждать магистра Скубу втихаря. А, вон он уже идёт! Помяни вороватого лиса …

Магистр Скуба взошёл на кафедру и подозрительно окрысился на адептов, на мгновение дольше задержав взгляд на импульсивных огневиках и адептах с даром Двуединого. Лекция потянулась своим чередом. Врон опять заснул. Дарен и Витан взялись за чтение руководства по пространственным перемещениям. Всё равно толку от лекции никакого, хоть на будущее с домашним заданием самостоятельно разберутся!

***

Магистра Щура, в этом учебном году читающего второкурсникам историю сопредельных стран, встретили как родного. Бедняга опешил от ранее неведомого им радушного приёма второкурсников и на протяжении лекции от колких комментариев в адрес адептов воздержался.

Другой новый преподаватель Перко Балша, чья лекция сегодня стояла последней, мелко перебирая короткими ножками, вбежал в аудиторию. На круглом скуластом лице магистра застыла, словно приклеенная, широкая улыбка. Однако узкие глаза внимательно и недоверчиво всматривались в смешливые физиономии адептов, чуть дольше задерживаясь на красивых адептках. Толика повышенного внимания досталась Раде и Сияне. Затем преподаватель громко назвал собственное имя и неразборчивой скороговоркой пробормотал звание и должность «младший преподаватель».

Дарен и Врон улыбнулись, схлопотав неприязненный взгляд магистра четвёртой ступени. Лекция слушалась будто детская считалочка, просто и без претензий на интеллект. «Кристалл агонита имеет чёрный цвет, добывают камень гномы. Маги используют агонит для ритуала успокоения. Подробно со свойствами кристалла, господа адепты, познакомитесь на некромантии…» Раз, два, три, четыре, пять… И в том же духе до завершения лекции.

После обеда приступили к практическим занятиям. Магистр Хран устроил проверочную работу по пройденному в прошлом году материалу, затем сообщил, что в этом и следующем году основы целительской магии у них преподаёт магистр Ивонна Луд. Рада вспомнила полную тётку в мантии с кружевными рюшками и поморщилась. Магистр Луд изредка появлялась в лечебнице, её искусство далее лечения запора, угрей и мелких ран не заходило. Зато она любила поговорить о вкусной и здоровой пище, выращенной собственными силами, и целительной пользе крепкого сна. Судя по крупным габаритам магистра и яркому румянцу на толстых щёках, собственным рекомендациям Ивонна Луд следовала неукоснительно.

Практическое занятие по магии кристаллов у магистра Балши мало отличалось от его же лекции. Зато преподаватель боевых искусств магистр Терин сегодня превзошёл себя. Адепты еле добрались до собственных комнат. Устали даже Врон и Дарен. В общем, учебный процесс сдвинулся с места и резво понёсся по дорогам и ухабам необъятной страны Знаний.

***

Ярек закончил чертить схему портала на заданное расстояние между Арконом и селом Перепелишки, расположенном в пятидесяти лигах от столицы. Адепт тщательно проверил чертёж и с чувством морального удовлетворения захлопнул учебник. Магистр Скуба не считал нужным тратить учебное время, повторно разъясняя материал на практических занятиях. Вдобавок он постоянно напоминал, что достаточно хорошо изложил тему в лекции. Если кто-то из адептов задавал ему вопрос, магистр либо пускался в туманные, заумные рассуждения, либо требовал предъявить конспект лекции. Почти никто из адептов лекции не записывал. К чему слово в слово переписывать учебник? В результате Велигор Скуба за отсутствие должного усердия ставил «непонятливому» адепту отрицательную оценку и заставлял писать дополнительную работу по данному вопросу. Практическое занятие по теории пространственных перемещений сводилось к контрольной работе и последующему перечерчиванию какой-нибудь схемы с доски.

Как всегда, в начале занятия адепты сдали чертежи преподавателю. Пока писали очередную контрольную, магистр Скуба просматривал домашние работы. Любопытно, что он не возвращал адептам проверенные задания. Требовать у Велигора Скубы проверенную работу, чтобы посмотреть, на каком основании выставлена та или иная оценка, и в чём заключаются ошибки, было бесполезно. Магистр язвительно комментировал выполненное задание и личные качества адепта, что, как правило, заканчивалось наказанием в виде трудовой повинности по уборке мастерских или на кухне. В конце занятия преподаватель огласил оценки за домашнюю работу. У Ярека снова стояло «очень плохо».

– Адепт Яромир Камен, останьтесь! – приказал магистр.

Ярек подошёл к преподавателю. Велигор Скуба брезгливо поджал губы широкого, словно у жабы, рта. В прозрачных глазах преподавателя заблестели злорадные огоньки. Ярек недоумевал, чем опять магистру не угодила его работа.

– Ваша леность, адепт, меня удивляет! – с укоризной произнёс преподаватель. – А ведь вы, как никто другой, должны быть заинтересованы в хорошей учёбе. Суд пожалел вора и вместо каменоломни отправил учиться в столичную академию магии!

Ярек покраснел от возмущения. С момента его пребывания в академии ещё никто не упрекал его прошлым. Да и вором он себя не считал.

– Я – не вор! – громко ответил адепт. – И никому не причинил вреда.

– Вы хотите сказать, что суд королевства допустил ошибку?! – вскрикнул магистр Скуба. – Это уже измена, молодой человек.

Ярека бросило в пот.

– Что ж, я готов понять вашу неопытность и глупость, но взамен вы должны кое-что сделать.

Адепт с удивлением поглядел в торжествующее лицо магистра.

– Вы хорошо знаете ваших однокурсников Дарена Корлина и Врона Озара?

Ярек пожал плечами.

– Я хочу, чтобы вы докладывали мне о каждом шаге этих адептов, их привычках, слабостях, увлечениях, короче, обо всём.

– Зачем вам это?

– Спрашивать – моё право, а ваши обязанности, если желаете остаться в академии, выполнять то, что я потребую! Каждую седмицу вы будете рассказывать мне о Корлине и об Озаре. Идите и подумайте о моём предложении. Выбор за вами, адепт Камен!

Ярек добрёл до своей комнаты и повалился на кровать. Мысли одна другой страшнее проносились в его возбуждённом мозгу. На два последних занятия парень не пошёл. Возвратившись, Витан застал друга на кровати лицом к стене.

– Яр, ты заболел? – Витан осторожно потряс Ярека за плечо.

– Голова болит, – пробормотал тот и плотнее закутался в одеяло.

– Тогда тебе нужно к целителю, – не отставал Витан.

– Обойдусь! Мне уже легче.

***

Три дня Ярек ходил мрачный и угрюмый, избегал компании товарищей, подолгу бродил под дождём по осеннему парку. На вопросы отвечал коротко и сухо. К вечеру четвёртого дня Ярек решился рассказать друзьям о предложении магистра Скубы. Поздно вечером парень попросил Дарена и Врона зайти к нему в комнату.

Узнать, что случилось с неунывающим рыжим адептом, пожелала вся компания. Вслед за Вроном и Дареном в комнату Ярека и Витана прибежали испуганные девушки, и нарисовался Потан с котлаком на плече.

– Все в сборе, значит, пора начинать! – невесело пробурчал Ярек.

– Мы хотим знать, что с тобою в последнее время происходит, – выразил общее мнение товарищей Дарен.

– Меня поставили перед выбором – стать доносчиком или отправиться на каменоломни!

– Интересное предложение, – хмыкнул Врон. – И на кого требуется доносить?

– На тебя и Дара.

– Гад этот магистр Скуба! – взорвалась Рада, когда Ярек закончил говорить. – Надо сообщить о нём ректору и декану Элвину.

– Зачем вы нужны магистру Скубе? – удивился Витан. – Не понимаю, что им движет?!

– А вам не кажется, что за пару последних месяцев обстановка в академии изменилась? – задумчиво произнёс Врон. – Помните адепта с четвёртого курса факультета огня, беднягу выгнали из академии за кражу? Ему ставили в вину воровство артефактов из хранилища и продажу их каким-то разбойникам, потому как неудачник проигрался в кости и сильно задолжал. Парень выбросился из окна обсерватории и разбился насмерть...

– Две седмицы назад, напившись одурманивающего зелья, огневик с пятого курса напал на патруль и был убит в схватке. Кстати, у парня был девятый уровень источника и специализация по боевой магии, – добавил Дарен. – Его подругу целительницу обвинили в недостойном поведении и поставили вопрос об её исключении.

– Что она сделала? – удивилась Сияна.

– Якобы написала ложный донос на одного из свидетелей происшествия, – ответил Дарен.

– Я тоже думаю, что в академии происходят странные вещи! – заявила Сияна. – Посмотрите, адепты друг на друга смотрят косо, ходят хмурые, на коридорах и в столовой совсем не слышно смеха и шуток. Остался месяц до Зимнего равноденствия, а никто о празднике даже не упоминал! В прошлом году было по-другому…

– Говорят, что трое адептов с последнего курса факультета огня замешаны в заговоре против короля! – припомнил Витан.

– И все обвиняемые – будущие боевики с высоким уровнем источника! – вставил Врон. – Такое впечатление, словно кто-то специально стремится нейтрализовать адептов, которые в перспективе станут сильными боевыми магами. Правда, с некромантами пока проблем не было…

– Пока не было! – поддержал товарища Дарен. – Могу предположить, что у кого-то в планах на боевых некромантов мы – первые? Нас не трогали, потому что связываться с магистром Каном мутным личностям небезопасно. А теперь к нам пытается подобраться магистр Скуба. Я и Врон – второкурсники, но с будущей профессией мы определились.

– И уровень источника у вас высокий! – подсказал Витан. – В начале занятий тебе, Дар, выставили седьмой с перспективой роста, а у Врона недавно определили девятый.

– Предлагаю пойти к магистру Кану или сразу в Тайную Стражу! – предложила Рада.

– Ага, у Радки в Страже и ухажёр есть! Он её без проблем выслушает, – хмыкнул Ярек и едва успел уклониться от летящей в него деревянной заготовки артефакта. – Перестань, ненормальная, так и убить хорошего человека можно. Ни для кого не секрет, что Дирон Тайгерт к тебе неровно дышит! Ай!

Рада изо всех сил заехала шутнику кулаком в бок. Адепты рассмеялись.

– Лично я доверяю магистру Грегору, – подумал вслух Ярек. – Он, вроде, ко мне нормально относится, разрешил вместе с третьекурсниками посещать дополнительные занятия по артефактам. Магистр Грегор, когда я ему сказал, что пойду на факультет некромантии мастером артефактов, мой выбор одобрил. И источник у меня до восьмого уровня подрос!

– Получается, ты – очередная мишень для тех, кто строит козни в академии. И одного из них мы знаем! – подытожил Дарен.

– Давайте решим, как нам поступить! – предложил Врон. – Думаю, поход к ректору подождёт. Сначала следует поговорить с магистром Грегором, всё-таки он наш куратор.

– Ага, пойду и пожалуюсь ему, как меня, бедного адепта, обижает преподаватель по теории порталов! – хмыкнул Ярек. – И куратор решит, что отстающий ученик решил наябедничать на преподавателя.

– Ярек прав! – Дарен привычным жестом откинул со лба прядь волос. – Нам лучше поступить по-другому. Двинем к куратору все вместе и поинтересуемся, почему магистр Скуба не возвращает работы после проверки, чтобы мы могли посмотреть наши ошибки.

– Поддерживаю! – по-военному отчеканил Врон. Остальные дружно закивали.

***

К куратору отправились тем же вечером. Магистра Грегора отыскали в лаборатории артефактов. Для этого пришлось топать в здание факультета некромантии. Коменданшу в прихожей, чтобы она разрешила второкурсникам войти во внутренние помещения факультета, пришлось убеждать половину оборота. Пожилая гномиха упрямо сопела и принципиально не желала слушать никаких объяснений. Мол, не положено адептам младших курсов заходить в здание факультета и точка! К счастью, вмешалась преподавательница демонологии. Коротко переговорив с второкурсниками, Одилия Лан подозвала пробегавшего мимо адепта-выпускника и попросила его проводить молодых людей в лабораторию к Грегору Лойко.

– Очаровательный котлак! – магистр ласково улыбнулась, с любопытством разглядывая Потана со свернувшимся воротником у него на шее серым котиком. Вир испуганно вздыбил на загривке шерсть и спрятал мордочку между передними лапами. В изумрудных глазах котлака вспыхнули тревожные красные огоньки. Потан смутился и попятился к выходу.

Одилия Лан рассмеялась. – Второкурснику рановато обзаводится напарником-демоном, но иногда возможны исключения. Вижу, что у вас полное взаимопонимание. Надеюсь, адепт, встретить вас на четвёртом курсе среди моих учеников!

Потан зарделся от гордости. Котлак поднял голову и тоненько мяукнул. Глаза кошары приняли обычный ярко зелёный цвет.

***

Адепты, сопровождаемые приставленным к ним выпускником, вошли в круглый зал с колонами из чёрного мрамора и в немом восторге замерли на месте. В центре зала на постаменте стояли высеченные из отшлифованного чёрного гранита статуи богов-покровителей некромантов.

В центре скульптурной группы возвышался Двуединый в его тёмном воплощении. Казалось, широко шагавший бог на миг остановился, опустив голову на мощной шее, чтобы разглядеть вошедших смертных. Всевидящие очи Двуединого с искусно вставленными в них кроваво-красными рубинами вызывали невольную дрожь, проникая в самые потаённые уголки сознания. От обнажённой по пояс фигуры бога с рельефной мускулатурой исходила могучая, несокрушимой сила. В знак победы над смертью и торжества высшего разума Двуединый сжимал в высоко поднятой руке меч.

По обе стороны от верховного божества неизвестный скульптор расставил статуи тёмных богов – детей Двуединого. Справа от него замер покровитель демонологов грозный Нур в плаще с капюшоном и витой плетью в правой руке, плетью хранитель покоя мёртвых гонит с мест упокоения злобных тварей Отступника. В левой руке Нур держал ритуальный кинжал. Слева от Двуединого застыла с мечом и весами в руках суровая Лания – богиня правосудия. Несколько поодаль, опираясь на кузнечный молот, стоял Отай – Тёмный Искусник, покровитель мастеров боевых и сторожевых артефактов. Топазовые глаза божества глядели на мир устало и немного насмешливо.

В лаборатории крепко воняло жжёной шерстью и реактивами. Магистр Грегор плавил на синем пламени металл зеленоватого цвета, периодически подсыпая серый порошок, отчего тягучая масса в тигле вспыхивала радужными искрами.

– Присядьте и подождите! – приказал куратор, не отрываясь от процесса.

Адепты разместились на двух узких скамейках вдоль дальней стены. Спустя половину оборота Грегор Лойко вылил сплав в заранее подготовленную форму и снял пестревший разноцветными пятнами фартук.

– Что, мои дорогие адепты, привело вас ко мне на ночь глядя? Бог Отступник собственной персоной материализовался в парке академии, или толпа голодных демонов ворвалась на кухню и похитила ваш ужин?

– Просим простить нас за позднее вторжение, господин магистр, но занятия у нас начинаются рано и заканчиваются поздно, а нам необходимо разобраться в непростой ситуации, – ответил за всех Дарен.

– Продолжайте!

– Мы пришли уточнить у вас, как у нашего куратора – имеем ли мы право ознакомиться воочию с результатами проверки контрольных и домашних работ? Хотелось бы увидеть ошибки, допущенные нами в заданиях.

– Разумеется! – Брови магистра Грегора удивлённо приподнялись. – А в чём проблема?

– Никто из здесь присутствующих адептов ни разу не видел свою работу по теории пространственных перемещений после проверки.

– Магистр Скуба! – нахмурился куратор. – Вы первые, кто решился со мной поговорить на эту тему. И что-то мне подсказывает, что к разговору вас подтолкнула более серьёзная причина.

В лаборатории сделалось очень тихо. Адепты настороженно поглядывали друг на друга и молчали.

–Так, так, так! Выходит, дело серьёзное! – заключил магистр Грегор. – Адепт Камен, я знаю вас как старательного и добросовестного ученика, у вас с учёбой особых сложностей быть не должно. Вы недовольны вашими отметками по теории порталов?

Ярек залился краской до корней рыжих волос. – Магистр Скуба считает по-другому, – выдавил из себя парень. – По его предмету я – один из отстающих!

– Занятно. Что так? Не нравится предмет?

– Я считаю теорию пространственных перемещений интересной и важной дисциплиной, особенно для мастера артефактов! – отчеканил Ярек.

– Мне жаль времени, господа адепты, поэтому поступим следующим образом…

Магистр распахнул дверцу стенного шкафа и достал небольшую прозрачную пирамидку.

Куратор слегка надавил на верхушку «игрушки» пальцем, и она засветилась ровным зелёным цветом. Пирамидка оказалась артефактом правды в оригинальном исполнении. Адепты окружили стол с «пирамидкой». Вблизи активированного артефакта правды невозможно солгать или уйти от прямого ответа на вопрос.

Менее чем за четверть оборота магистр Грегор узнал подробно и об особенностях преподавания теории порталов, и о запугивании вкупе с шантажом адептов магистром Скубой. На бледных щеках некроманта появился нехороший румянец, глаза куратора сверкали от ярости.

– Возвращайтесь, адепты, к себе! О нашем разговоре советую никому не говорить. С магистром Скубой я разберусь сам! – отрывисто произнёс магистр Грегор.

На следующий день, когда второкурсники пришли на практическое занятие по теории пространственных перемещений, в аудитории их встретил декан факультета воздуха магистр Элвин.

– Магистр Скуба покинул академию, и теорию порталов у вас буду вести я, – будничным тоном объявил декан.

Лица адептов посветлели, напряжение в аудитории спало. Магистр Элвин вздохнул и приступил к устному опросу.

Глава 17

НОВЫЕ РАЗОЧАРОВАНИЯ И МАЛЕНЬКИЕ РАДОСТИ

Приближался праздник Зимнего равноденствия. Снег валил две седмицы без перерыва, так что магистрат едва справлялся с расчисткой дорог. На улицах Аркона намело высокие сугробы. Мороз разрисовал прихотливыми узорами окна домов. На главной торговой площади столицы залили каток. Адептки готовили наряды и обсуждали предстоящие торжества.

Сияна потащила Раду за покупками. В пятой по счёту лавке девушке приглянулось бархатное платье нежного персикового цвета. Цена наряда выглядела вполне доступной, однако юбка оказалась коротковатой.

– Бери! – уверенно посоветовала Рада.

– Но платье мне мало!

– Ничего, купим атласа, я сооружу из него нижнюю юбку, им же отделаю лиф. Получится хорошо.

Сияна расплатилась, и девушки вышли из лавки.

– Ой, Радка, а тебе мы ничего не присмотрели! – ахнула Сияна.

– Я уже купила, что хотела! – гордо ответила Рада. – Придём в академию – покажу.

В комнате адептка бережно достала из шкафа большой свёрок. В свёртке обнаружилась мантия целителя из настоящего ларнесского шёлка, головная повязка и белые башмачки из тонкой кожи. – Смотри, какая красота! – восхищённо воскликнула Рада.

В ответ Сияна озадаченно проговорила: – Ты потратила на мантию, которая тебе понадобится через полтора года, все деньги! И в чём пойдёшь на праздник в ратуше?

– Не пойду я ни на какой праздник! – пожала плечами Рада. – Меня никто не приглашал, а без приглашения в ратушу не пускают.

С начала равноденствия в течение десяти дней в королевском дворце и городской ратуше устраивали торжества с угощением, приглашёнными артистами и танцами. Большинство учащихся академии магии обзавелись приглашениями на один, а то и два вечера. За старшекурсников обычно платили те, кто пользовались услугами молодых магов или будущие работодатели. Адепты младших курсов иногда получали приглашения по знакомству, чаще покупали.

– Радка! Ты разве не знаешь, что Врон через кого-то достал приглашения на всю нашу компанию?!

– Да-а?

– Подруга, ты заработалась в этой лечебнице!

Рада погрустнела и опустила голову. – Меня перевели из лечебницы в хранилище трав на постоянную работу!

– Шутишь? Почему? Ты же вызубрила наизусть учебники за третий курс! Твой источник выше по уровню, чем у большинства целителей.

– Магистру Велине не нравится, как я применяю мои умения на практике.

– Ну и что? Разве ты причинила кому-нибудь вред?

– Нет!

Рада по-прежнему позволяла магистру Велине и другим целителям тянуть из себя магическую силу. Но с лета девушка сделалась осмотрительнее и заявила заведующей лечебницей, что слишком большие затраты энергии плохо отражаются на учёбе. Магистр нахмурилась, но использовать энергию источника адептки стала меньше. Кроме того, Рада обладала хорошей памятью, слишком хорошей... Со временем адептка начала неплохо разбираться в наиболее распространённых лечебных заклинаниях. Рада без особого труда запоминала структуру плетений, используемых опытными целителями. В свободное от учёбы и работы время адептка брала в библиотеке руководства по целительской магии, находила в них описание приёмов, которые ей удалось подглядеть в лечебнице, самостоятельно разбиралась в их сути и заучивала.

В конце листопада в лечебницу привезли мастера кузнеца. Бедняга сильно обгорел на пожаре и умирал. Рада видела, как плакала его жена, прижимая к себе двух маленьких девочек. Из слов соседки, сопровождавшей молодую женщину, адептка узнала, что в случае смерти кузнеца дом, кузницу и лавку заберёт как отцовское наследство сводный брат мастера. Женщину и детей отправят к дальним родственникам в деревню.

К удивлению Рады, браться за лечение кузнеца целители не торопились. Рада подошла к магистру Велине и напомнила о пострадавшем на пожаре. Заведующая лечебницей недовольно поморщилась и сказала, что лечение умирающего отнимет слишком много магической энергии, а её ждут другие больные.

Краем глаза девушка заметила жуликоватого мужика в дорогой шубе, он пожертвовал на лечебницу кошелёк с серебром и, кланяясь, что-то прошептал магистру Велине. Позднее Рада догадалась, кем приходился мужик кузнецу. Таким нехитрым способом сводный брат заплатил за причитающееся ему наследство. Девушке сделалось жаль умирающего мужчину, его жену и детей. Рада отлично понимала, какая судьба их ждёт. Из бедных, бесправных приживалок родня за скудную еду вытянет последние силы…

Отойдя в сторонку, адептка собралась с духом и мысленно повторила про себя нужное заклинание. Её источник в тот день был полон, никто из целителей ещё не просил девушку помочь с тяжелыми пациентами. Рада приблизилась к кузнецу и принялась за лечение.

За четверть оборота внутренний источник адептки отдал половину магической энергии, лоб девушки покрылся испариной. Дыхание мужчины выровнялось, кашель прекратился, на месте ожогов появилась розовая молодая кожа, румянец вернулся на лицо. Немного погодя выздоровевший кузнец вернулся с семьёй домой, а Рада получила от магистра Велены выговор за своеволие и перевод на постоянную работу в хранилище трав…

***

Академия гуляла целую седмицу. Праздники Зимнего равноденствия и Начала Молодого года подходили к концу. Вот и сегодня адепты и адептки собирались на вечернее гулянье и танцы в ратуше. Рада надела поверх тёплой вязаной кофты куртку на меху, закуталась в толстый шерстяной плат и отправилась на прогулку в парк при академии. Всё равно на праздник надеть нечего!

За последние полгода девушка подросла и благодаря занятиям у магистра Терина заметно окрепла. Сшитое в начала лета платье стало слишком коротким и узким в груди, а после покупки целительской мантии денег на ткань для переделки не хватало.

Вечер стоял безветренный и ясный. Под ногами сухо хрустел снег. Сугробы по обе стороны расчищенных магией дорожек розовели в лучах алого закатного солнца. Голубые тени от деревьев и кустов медленно наливались плотной синью в сгущающихся сумерках. Рада замечталась и не заметила, как стемнело. На чёрном небе среди россыпи звёзд засиял тонкий серп юного месяца.

Девушка вспоминала красавца Стребора, возвратившегося в приграничье. Рада обиделась на него, потому что обаятельный магистр уехал не попрощавшись. Позднее влюблённая девушка нашла поведению некроманта разумное оправдание. Стребор – боевой маг! Вдруг его срочно вызвали на место службы? Ни разу не прислал вестника? Орки на южной границе снова зашевелились, и у некроманта хватает забот! Наверно ему даже выспаться некогда… Ничего, станет Радана Ивор дипломированной целительницей и сразу попросит отправить её на южную границу, где она непременно встретится со Стребором.

– Рада! – К девушке быстро приближался Врон. – Наконец тебя нашёл! Что ты делаешь одна в парке?

– Гуляю. Разве не видно?

– Видно. Ты замёрзла, лицо белое как снег.

– Нет. Мне хорошо!

– Неправда! Ещё немного и отморозишь всю красоту. Нос покраснеет и распухнет на половину лица!

Рада потёрла ладошкой в шерстяной рукавице нос и отрицательно мотнула головой.

– Собирайся на бал в ратуше!

– У меня нет подходящего наряда.

– Это поправимо. Как-то оказал услугу некой знатной лэри, и она пожелала меня отблагодарить. Утром я к ней заглянул и напомнил о благодарности. Лэри примерно твоего роста, а после рождения первенца слегка располнела. У неё ворох ни разу не надетых платьев, и одно она мне подарила.

– Ты специально попросил у клиентки для меня платье?! – удивилась Рада. – Отказался от денег из-за того, что мне не в чем пойти на бал?

– Ну, положим, от денег я не отказывался. Платье – дополнительная услуга, – хохотнул Врон.

Рада бросила на однокурсника недоверчивый взгляд и растерянно улыбнулась.

Бальное платье выглядело ослепительно прекрасным. Небесно синий эльфийский шёлк и баснословно дорогое серебряное кружево. Туфельки, которые девушка купила летом, к бальному платью подошли идеально. Немного поколебавшись, Рада достала из шкатулки мамин подарок – сапфировое ожерелье и серьги. Вымытые накануне в травах волосы девушка уложила в высокую причёску, специально выпустив пушистый локон на виске.

Врон увидел преобразившуюся однокурсницу и застыл на месте. Перед ним стояла юная лэри из знатной семьи. Синие глаза девушки сверкали ярче серебряного кружева и сапфиров в ожерелье. Высокий корсаж соблазнительно приподнимал упругую грудь с крохотной родинкой слева над ложбинкой.

Лёгкой, плавной походкой Рада приблизилась к Врону. Заметив в его глазах неприкрытый интерес и сдержанное желание, девушка смутилась, на её щеках выступил румянец.

– Готова? – приглушенным голосом спросил Врон.

Рада сдержанно кивнула. Грубая зимняя куртка, накинутая девушкой поверх платья, никак не подходила к бальному наряду.

– Я сейчас! Подожди, – приказал Врон и бросился по коридору к себе в комнату. Рада успела сменить туфли на зимние сапожки, когда однокурсник постучался в дверь с дорогим мужским плащом на меху в руках. Девушка бережно положила туфли в льняную сумку, чтобы надеть их снова в ратуше, и принялась застёгивать куртку.

Не обращая внимания на протесты однокурсницы, Врон стащил с Рады куртку. Затем укутал девушку в плащ, надвинул ей на голову меховой капюшон и, бережно обняв за талию, повёл вниз. Перед входом в академию ждал крытый возок.

***

Ратуша встретила Врона и Раду сотнями зажжённых магических свечей, ароматами благовоний, запахами вкусной еды, гулом мужских и женских голосов, смехом и музыкой. Врон подал Раде руку и повёл однокурсницу в бальный зал. Люди оборачивались вслед красивой, со вкусом одетой паре. Стройный широкоплечий мужчина с иссиня чёрными волосами в бархатной тунике цвета сливы и тоненькая девушка в голубом атласе, отделанном серебряным кружевом.

– Долго же вы собирались! Пропустили первую половину представления! – Перед однокурсниками нарисовался неуёмный Ярек. Ради праздника адепт нарядился в костюм из каштанового бархата, вслед за парнем выступала Сияна в персиковом платье. Вскоре появились Дарен с рыжей подругой-целительницей и Потан с незнакомой пухленькой, улыбчивой девушкой.

– Моя невеста – Загляда! – гордо представил однокурсникам подругу Потан.

В ответ все дружно рассмеялись. Весёлая, острая на язык Загляда быстро освоилась в компании адептов. Парни пили смородиновую настойку, напиток крепкий и приятный на вкус. Девушки, пригубив бокалы со сладким ягодным вином, щебетали, разглядывая убранство ратуши и нарядных гостей.

– Радка! Выглядишь потрясающе, – искренне похвалила Сияна. – Теперь самым недогадливым ясно, что ты – прирождённая лэри!

– Врон достал платье у клиентки. Знатная лэри отблагодарила его за какое-то дело.

– Смотри, те лэры слева поедают тебя глазами.

Рада нахмурилась.

– Ты красивая, настоящая аристократка! – бесхитростно добавила Загляда.

– Да? – невесело усмехнулась адептка. Сияна фыркнула и подняла глаза к потолку.

– Интересно, сейчас начнутся танцы или пригласят в столовую? – перевела разговор на другую тему Рада.

– Когда уже твой источник угомонится? Ешь и ешь!

Адептка улыбнулась и виновато пожала плечами. – А что мне остаётся?!

– О, глядите, кто у окна стоит! Загляда, посмотри на наших врагинь и завистниц, Цветану и Млаву, – насмешливо проговорила Сияна. – С ними никак господа лэры. Фу ты, ну ты! Как кому-то хочется разорвать нас на мелкие куски! Не выйдет. Кишка тонка.

Обращённые на однокурсниц глаза красавицы Цветаны горели лютой ненавистью. Млава капризно поджимала губы и щурилась, чтобы скрыть душившую её зависть. Рада и Сияна переглянулись и рассмеялись. Кислые лица врагинь налились краской. Молчаливый диалог привлёк к Раде, Сияне и Загляде внимание двоих молодых лэров, спутников однокурсниц.

Высокий блондин с узким породистым лицом заинтересованно уставился на Раду. Его приятель, толстячок с залысинами на лбу, в расшитой золотом тунике, уловив момент, фамильярно подмигнул Сияне. Девушка чихнула и отвернулась.

Встретившись глазами с Радой, блондин вежливо поклонился. Рада сделала строгое лицо и, коснувшись руки Загляды, указала ей на собирающихся возле импровизированной сцены артистов. Знакомиться с надутым аристократом Рада не желала. Гордый лэр вопросительно округлил глаза, видимо, он ещё не сталкивался с демонстративным невниманием к собственной персоне. Толстячок заметил, что блондин получил от ворот поворот и злорадно ухмыльнулся. Цветана, наградив Раду убийственным взглядом, повисла на руке блондина и, восторженно ахая, принялась что-то ему рассказывать.

Представление продолжалось. Менестрель тронул пальцами струны лютни и мелодичным, глубоким голосом запел балладу о любви. Гости замолчали. В балладе рассказывалось о том, как бедный пастух встретил в лесу прекрасную дриаду и позабыл о невесте, которую оставил на берегу реки. Несчастная девушка ждала жениха в условленном месте всё лето каждый вечер, но он так и не пришёл. Дриада сделала парня своим возлюбленным, и он превратился в молодой ясень. К завершению баллады у многих девушек выступили на глазах слёзы. Затем выступили жонглёры, за ними – певица с венком на голове в шёлковом зелёном платье. Представление закончил возвышенной одой в честь Молодого года худой, длинноволосый поэт.

Гости разом потянулись к накрытым столам. Врон сопровождал Раду, неожиданно он остановился и, погасив счастливую улыбку, с кем-то сдержанно поздоровался. Девушка обернулась и увидела занятное зрелище. Магистр Балша в аляповатой тунике из золотой парчи настойчиво, точно весенний шмель вокруг полного нектара цветка, кружил около блистательной эльфийки, засыпая её комплиментами. Магистр Ларионель из клана Утренней Зари преподавала в академии магию красоты. Половина адепток с даром Двуединого мечтали стать её ученицами. Изящная целительница возвышалась над низкорослым степняком на целую голову.

Магистр Балша цокал языком и болтал, не умолкая, он буквально лез из кожи, чтобы понравиться эльфийке. Та высматривала кого-то в толпе и почти его не слушала. Вскоре к эльфийке подошёл худощавый мрачный господин в чёрном бархате, пренебрежительно кивнул магистру Балше и увёл прекрасную Ларионель ужинать.

Места адептов оказались в самом конце стола рядом с городскими ремесленниками. Но никто не расстроился. Ужин проходил в раскованной, тёплой обстановке. Врон предупредительно подкладывал в тарелку Раде различные вкусности, и сам не отставал. Захмелевший Ярек произносил тост за тостом. Потан ухаживал за невестой. Дарен игриво шутил с целительницей, похоже, после ужина у них намечалось не менее приятное продолжение праздника. Витан сосредоточенно жевал.

К удивлению адептов, разрумянившаяся Цветана устроилась в обществе магистра Балши за соседним столом вместе с богатыми купцами и мелкопоместными лэрами. Млавы и аристократов рядом не наблюдалось.

***

Внезапно откуда-то издалека послышался раскатистый грохот, словно в небе над ратушей столкнулись тяжёлые, грозовые тучи. За широким окном напротив Рады вспыхнуло зарево. На столах мелко задребежжала посуда. Многие гости сорвались с мест и ринулись к окнам. За первым взрывом последовали два других. Все разом заговорили, забегали, засуетились. Где-то вскрикнула и зарыдала женщина. Адепты подскочили к окну. Вдалеке над шпилем королевского дворца крутился огромный смерч. Немного погодя в чёрную воронку засосало сломанный шпиль главной дворцовой башни.

В зале началась паника. Люди, расталкивая друг друга, рванули наружу. Пожилой военный попытался остановить обезумевшую толпу, его сбили с ног и затоптали. Визжали женщины, ругались мужчины.

Врон и Дарен затолкали однокурсниц и Загляду в угол за импровизированной сценой. Оставив девушек под присмотром Ярека и Потана, боевые маги начали пробираться к выходу. Витан увязался за Вроном. Спустя четверть оборота выяснилось, что гостям в ратуше ничего не угрожает. В зал ворвались стражники и принялись наводить порядок. Раненых отправили к целителям, остальные гости организованно выходили из зала, одевались и расходились по домам. Притихшие адепты, дождавшись своей очереди, покинули зал, переоделись и побрели в академию.

Усталые Дарен, Врон и Витан возвратились к утру. Однокурсники сообщили, что неизвестные маги разгромили половину королевского дворца и часть парка с прилегающими службами. Погибло много людей, но король и его семья не пострадали, накануне его величество уехал в пригородную резиденцию. Витан завалился спать, а Дарен и Врон, наскоро подкрепившись, переоделись и отправились на службу.

Столица гудела до весны. Тайной страже удалось выйти на след одного из преступных магов. Им оказался недавний выпускник академии маг воздуха. Никто не верил, что недавний выпускник решился на дерзкое нападение на королевский дворец без помощи более опытных единомышленников. Допросить преступника не удалось. Молодой воздушник, как и убийца адептки, покончил с собой. В результате академия попала под особый контроль Тайной Стражи.

***

Весеннее солнце и отсутствие новых скандальных происшествий понемногу развеяли напряжённую атмосферу в столице. Люди снова без страха гуляли в парках и по улицам, выезжали за город. Адепты строили планы на лето и готовились к экзаменам за второй курс. Потан, окончательно определившись с будущей профессией, ходил на факультатив по основам демонологии, а в кветне к нему присоединился Витан. Дарен и Врон пропадали на службе. Ярек усердно работал над артефактами и уговорил магистра Грегора взять его в помощники в лабораторию. Рада и Сияна не могли удержаться от смеха, когда видели, с каким важным видом однокурсник шагает по направлению к факультету некромантии.

Однажды в хранилище трав, где трудилась Рада, заглянул магистр Хран. К немалому удивлению девушки, глава целителей академии предложил ей высокооплачиваемую работу. Адептка должна была сопровождать магистра к пациентам в частные дома и ассистировать ему при лечении больных. В обязанности Рады также входило последующее наблюдение за выздоравливающими и поддерживающие процедуры, назначенные магистром Храном. Начинающая целительница обрадовалась.

Ярек прокомментировал предложение магистра Храна в собственной манере, обозвав главного целителя академии «хитрым свином» и «жмотом». При лечении магистр бесцеремонно использовал магию внутреннего источника адептки. Восстанавливающие процедуры постоянно нуждались в магической подпитке. Но Рада по этому поводу не переживала. Источник её оказался настолько мощным, что девушка без малейшего сожаления избавлялась от излишков магической энергии.

Глава 18

О ЧЕСТИ И СПРАВЕДЛИВОСТИ

В Артанию пришла весна. За две недели растаял снег, высохли дороги, в пронзительно синем небе весело зачирикали птицы, а в воздухе запахло талой водой и сырой землёй.

Впервые за два месяца Раде достался полноценный выходной. Сегодня магистр Хран в помощи адептки не нуждался. И на учёбу идти было не нужно – свободный день перед праздничной седмицей Светлой Ари! Месяц назад Рада оставила работу в хранилище трав и теперь трудилась только в качестве помощницы магистра Храна. Выходило доходно, и свободного времени оставалось больше.

Не открывая глаз, девушка сладко потянулась, прислушиваясь к доносившимся извне звукам. Тихо. Непривычно тихо. Неугомонные адепты отсыпались после вчерашней вечеринки, а кое-кто с утра пораньше отправился по делам. Ярек, скорее всего, бегает с артефактами по лавкам, продаёт торговцам магические штучки, над которыми корпел последние полтора месяца.

Сияна ещё вчера с магистром Нейрой и третьекурсницами уехала загород собирать ранние весенние травы. Врон и Дарен, конечно, на службе. После нападения на королевский дворец нагрузка на патруль и Тайную Стражу заметно возросла, поэтому дежурств у однокурсников стало больше.

Витан в последнее время сдружился с Потаном. Они по специальному разрешению ректора вместе с магистром Одилией Лан и двумя третьекурсниками отправились на несколько дней в Заозерье. Там отмечалась сезонная активность жабогрызов. Отметав икру, мелкие водоплавающие демоны принялись терроризировать жителей окрестных деревень, таская из сетей рыбу и мелкую живность с селянских хозяйств. Взять с собой котлака Потану не разрешили, и адепт, скрепя сердце, оставил друга на попечение Рады.

Девушка повернулась на бок и обняла подушку, вставать не хотелось. Сонный котлак, сладко проспавший всю ночь под боком у Рады, шумно вздохнул. Приоткрыв зелёные глаза, Вир зевнул и покосился на свернувшуюся в клубок адептку. Рада притворилась спящей. Кошара перевернулся на спину и принялся шаловливо теребить мягкими лапами волосы девушки. Рада рассмеялась и погладила пушистое, упругое пузико. Вир заурчал от удовольствия.

За последние месяцы котлак вырос до размеров крупной рыси и растолстел. Помимо творога и прочих молочных продуктов Вирсавий пристрастился к сырным пирогам и слоёным пирожным со сливочной начинкой из кондитерской отца Потана. Адептки и кое-кто из преподавательниц не могли пройти равнодушно мимо вальяжного, упитанного кошары с пышной шелковистой шерстью, важно шествовавшего по коридорам академии. Умильно воркуя, магички гладили гладкие бока котлака и угощали его всевозможными вкусностями. Вир принимал подношения с королевским достоинством.

Девушка чмокнула кошару в лоб и, откинув одеяло, решительным рывком встала с кровати. Выпустив когти, котлак лениво потянулся. Рада раздвинула занавески и широко распахнула окно. Весна! Прохладный свежий воздух ворвался в комнату вместе со звонкими птичьими голосами. На деревьях вот-вот раскроются почки, и появятся первые светло-зелёные листки.

Живот адептки требовательно заурчал. Захотелось есть. Увы, в шкафчике, где на тонком слое магического льда хранилась провизия, было пусто. Хлеб с сыром Рада с котлаком съели поздно вечером. В банке на полке осталось немного овсяной крупы. Девушка вздохнула. Подняв мохнатые уши с кисточками на концах, кошара внимательно наблюдал за действиями адептки. Сделав вывод, что завтрака не будет, Вир укоризненно мяукнул. Рада пожала плечами и отправилась в столовую.

После двух мисок с гречкой голова у девушки заработала активнее, и Рада задумалась, где взять денег, чтобы накормить кота и досыта поесть самой. Продукты, которые Потан оставил для друга, Вир съел за пару дней. К счастью, в крови котлак пока не нуждался. Деньги за прошлый месяц, заработанные у магистра Храна, адептка вчера потратила на редкую книгу целительских заклинаний и большой кристалл синего кварца для накопителя магической энергии. Накопитель Ярек пообещал сделать Раде бесплатно. В кошеле печально звякали несколько мелких монеток. Придётся занять денег у Ярека.

На пороге столовой нарисовался лёгкий на помин однокурсник. Понуро опустив голову, Ярек протиснулся между столами к Раде.

– Привет! – улыбнулась девушка. – Почему такой похоронный вид?

– Привет! – Лицо однокусника посветлело. – Слушай, Радка, у тебя деньги есть? Мне очень надо!

Адептка отрицательно мотнула головой и насторожилась. – Что-то случилось?

– Понимаешь, у меня – беда… Вредный купчина вернул в лавку мой артефакт, якобы нерабочий, и требует назад деньги! – обиженно выдал парень.

У Хомяка, так звали лавочника, которому Ярек регулярно сбывал продукцию собственного производства, дочка сбежала с дружком и захватила с собой все деньги, что смогла найти. Получается, рассчитаться со мной старый плут до конца седмицы не сможет. У остальных на рынке тоже денег сейчас нет. Выручай!

Рада молча продемонстрировала приятелю содержимое её кошелька.

– Ну, ты, Радка, даёшь! Деньги у тебя сквозь пальцы текут. И куда ты их деваешь?

Адептка с гордостью показала однокурснику кристалл. Ярек вздохнул. – Что делать будем, подруга?

– Одолжим денег у Врона или Дарена?

– Не смеши меня так! Откуда, ты думаешь, я иду? Забегал к Врону в дежурку. Он купил себе меч гномьей работы и эльфийские метательные ножи. А Дарен вчера последние деньги потратил на вечеринку в честь последней пассии. Тьфу! Вы, благородные лэри и лэры, совсем экономить не умеете…

Рада погрустнела. В комнате её ждал голодный котлак. Вдобавок по причине выходных вкупе с предстоящим праздником Возрождения Светлой Ари обеды и ужины ожидались более чем скромные, потому что большинство адептов и преподавателей уехали на всю седмицу.

– Пойду, посмотрю, что продать из вещей, – прервал Радкины размышления Ярек.

– Постой! Скажи, твой артефакт действительно не работал?

– Враньё! – угрюмо отрезал адепт. – Три седмицы назад я сделал четыре абсолютно одинаковых сторожевых артефакта. Три из них работают нормально.

– А тот, у жалобщика, ты видел?

– Если бы! Купчина припёрся поздно вечером в лавку и заявил, что ему продали неисправный артефакт. Владелец лавки Борута указал на меня. Утром на рынке купец подошёл ко мне и потребовал вернуть деньги и компенсацию за потерю товара. Видите ли, у него в кладовке крысы сожрали весь сыр, потому что мой артефакт, который должен был отпугивать грызунов, не помог! Я захотел разобраться, в чём дело. Но купец обругал прилюдно меня и наотрез отказался предъявить неисправное изделие. Ещё он пригрозил сообщить в академию и стражникам, что адепт второго курса занимается незаконной продажей магических предметов собственноручного изготовления. Будь я магом хотя бы первой ступени, потребовал бы официального расследования. А сейчас придётся платить!

– Говоришь, что сделал артефакт три седмицы назад? – уточнила Рада. – Когда в последний раз ты держал его в руках, сколько времени прошло?

– Где-то две с половиной седмицы.

– А в лавке Боруты есть ещё твои изделия?

– Нет. Я продал лавочнику один единственный артефакт, за который он мне отдал четверть оговоренной суммы.

– Тогда и тревожиться незачем! – уверенно заявила Рада. – Следы мага, изготовившего артефакт, сохраняются на его изделии не долее десяти дней! Никто не сможет доказать, что изделие твоё! Даже лучший маг-следователь...

– Ты уверена?

– Абсолютно! Почитай руководство по следственной магии. Скажи купцу, что требуешь официального расследования. Пусть докажет, что артефакт сделал именно ты!

– Радка, ты меня спасла!! Сейчас я с ними поговорю!

Ярек мгновенно повеселел и выбежал из столовой, позабыв о завтраке. Рада допила травяной напиток и вернулась в свою комнату. По дороге у неё созрел план, как заработать денег на еду себе и котлаку.

***

Адептка положила в суму несколько лечебных артефактов и направилась на рынок. Кошара увязался за ней. Рада решила поискать среди приезжих на ярмарку людей тех, кто нуждается в услугах целителя. Идея оказалась продуктивной. К середине дня девушка успешно излечила от ломоты в спине торговца овощами и толстую тётку-молочницу от запора. После Рада свела огромный синяк под глазом у жены хозяина корчмы и убрала здоровую бородавку с носа молодой купчихи. Корзинка и кошель Рады постепенно наполнялись. Поверх отборной репы в корзинке лежала головка сыра, кусок окорока, банка сметаны и две дюжины яиц.

За работой адептка не заметила, как оставленный на её попечение котлак исчез в неизвестном направлении. Кошара обнаружился возле лавки, где продавалась свежая выпечка. Подобрав под себя лапы, Вир сидел перед булочницей и вожделенно глазел на сырные пироги. Котлак выглядел настолько жалким и несчастным, что у Рады от изумления пропала речь. Уши кошары были плотно прижаты к голове, роскошная шерсть выглядела свалявшейся, пышный хвост превратился в грязную палку.

– Вир, вот ты где! – выдавила из себя Рада.

Котлак жалобно мяукнул.

– Как вам, девушка, не стыдно! Завели животное, а кормить забываете! Ещё магичка!

Большие зелёные глаза Вира наполнились мировой скорбью, кошара тоненько просительно замяукал. Рада сердито глянула на котлака и, спрятав корзинку за спину, грустно произнесла: – Бедненького котика я на улице подобрала. Самой есть нечего. В академии плохо кормят! А я, тётенька, сирота, и никто мне не помогает… И работать из-за учёбы не получается! – Из глаз девушки закапали горестные слёзы.

– Несчастные сиротки! – воскликнула булочница и протянула Раде круглый пирог с золотистой корочкой.

Девушка поблагодарила добрую женщину и вместе с Виром спешно перебазировалась в противоположный конец рынка. В общем, вопрос пропитания на ближайшую седмицу разрешился окончательно. Немного погодя Рада с трудом тащила переполненную корзину и холщовую суму с разнообразной снедью. Возле ворот девушка заметила, что котлак опять пропал. Рада обошла селянские телеги, поставила корзину на придорожную траву и огляделась по сторонам в надежде обнаружить Вира. Котлак появился с здоровой рыжей курицей в зубах.

– Вир! Ты же поклялся не убивать домашнюю живность! – возмутилась Рада.

Кошара положил курицу к ногам девушки и невозмутимо заметил: – Я поклялся не убивать живность на домашних подворьях, а дурная кура бродила по рынку сама по себе. Выходит, птица – дикая и ничья!

Рада хмыкнула. Формально, демон прав! Усатая физиономия Вира сияла от гордости за себя хорошего. К влажному носу котлака приклеилось рыжее пёрышко, а в зелёных глазах плясали алчные огоньки.

Вечером адептка и котлак устроили праздник живота. Рада ощипала курицу, по-братски выделила половину Виру, вторую половину запекла в маленькой печке, подаренной адепткам Яреком. Котлаку досталась вся сметана и солидный кусок сырного пирога.

***

После обильного ужина довольные Рада и Вир валялись на кровати. Девушка читала книгу по целительской магии, котлак дремал, вытянувшись во всю длину. Стук в дверь оторвал адептку от чтения. Котлак приоткрыл глаза и недовольно забурчал. Дежурный домовичок, служивший в академии на посылках, принёс Раде письмо. Увидев свиток на дорогой бумаге, перевитый золочёной тесьмой с гербовой печатью, девушка поморщилась. Опять послание от лэра Накона!

Четыре седмицы назад магистра Храна вызвали в дом знатного лэра к старшему сыну и наследнику. Молодой лэр Након получил тяжёлую рану на поединке чести. Бледный от потери крови аристократ лежал в постели без сознания. Вскоре раненый начал задыхаться, кровавая пена выступила на его губах. Меч противника разрубил дуэлянту-неудачнику правую ключицу и повредил лёгкое. Чудом не пострадали крупные сосуды.

Магистр Хран и Рада незамедлительно приступили к лечению. Два оборота упорной работы – и от тяжёлой раны остался широкий розовый рубец, который должен был исчезнуть без следа после нескольких сеансов восстановительной магии.

Восстановительной магией занималась Рада. Девушка просидела с молодым лэрдом пять вечеров. Поначалу аристократ еле держал голову от слабости, на третий вечер он, опираясь на подушки, принялся заинтересованно наблюдать за девушкой.

– А я вас помню! – в конце концов произнёс он.

Рада удивлённо приподняла брови.

– На балу в ратуше на вас было голубое платье с серебряным кружевом! – улыбнулся лэр.

Адептка вгляделась в лицо пациента. Лэр Након оказался тем самым белокурым аристократом из компании Цветаны!

– Вам, безусловно, говорили, что вы – красавица? – низким от подступившего желания голосом поинтересовался красавчик.

Рада пожала плечами и продолжила лечение. Спустя десять малых оборотов девушка завершила сеанс и, вежливо попрощавшись с выздоравливающим, двинулась к выходу.

– Как, вы уже уходите? – деланно изумился аристократ. – Не выпьете ли со мной бокал вина? Вы любите пирожные?

При упоминании пирожных у Рады предательски забурчало в животе. Девушка сглотнула слюну и категорически отказалась.

На следующий вечер молодой лэр ждал Раду за накрытым столом. Устоять перед изысканными блюдами адептка не смогла, но от вина отказалась. Застольная беседа тоже не получилась. Рада отвечала на вопросы тактично и немногословно. Лэр Након ей не нравился. Было в нём нечто фальшивое. Девушка интуитивно чувствовала, что за красивой внешностью и обходительностью скрывается жестокость, тщеславие и эгоизм. Закончив очередной сеанс восстановительной магии, Рада тотчас же ушла, наотрез отказавшись от дорогого подарка.

Несговорчивость молоденькой адептки растравила охотничий азарт лэра. После завершения лечения Рада несколько раз получала письма и подарки. Письма, не читая, выбрасывала в мусор, подарки отправляла назад. Последние пять дней лэр Након писем не слал. Рада решила, что у красавчика появилась очередная зазноба, и успокоилась. Получается, напрасно!

Девушка швырнула нераспечатанное письмо в пустое мусорное ведро. Однако избавиться от недоброго предчувствия Рада не смогла. Интуиция говорила, что обиженный аристократ затеял нечто скверное.

***

Утром история с лэром Наконом получила продолжение. После завтрака Раде принесли записку от магистра Храна, где сообщалось, что молодой лэр Након растянул руку, упражняясь в фехтовальном зале. Магистр провёл первичный сеанс исцеления, но пациент снова нуждается в восстановительной магии. Посему Раде надлежит незамедлительно явиться к лэру Накону и продолжить лечение. Девушка выругалась и принялась одеваться.

Аристократ ждал Раду, развалившись среди подушек на широком диване в распахнутом до пояса чёрном бархатном халате. Под атласно-белой кожей прорисовывались хорошо развитые мышцы. Когда Рада вошла в комнату, на надменном лице лэра нарисовалась насмешливая улыбка.

– Как печальна моя участь, госпожа адептка! Чтобы удостоиться чести вас видеть, мне непременно нужно заболеть, – игриво заговорил красавчик.

– Вам известно, что я – помощница целителя, лэр Након, – сухо ответила Рада.

Аристократ рассмеялся. В этот момент девушка его возненавидела. «Почему меч противника не рубанул немного выше и не распорол тебе артерию»! Адептка мысленно заставила себя успокоиться и отогнать крамольные для целительницы мысли.

Рада тщательно осмотрела «больную» руку, но отклонений в энергетических потоках не нашла. Аристократ был абсолютно здоров. Адептка обошлась короткой методикой укрепляющей мышцы и сухожилия. После чего, тщательно выговаривая каждое слово, сообщила пациенту, что в её услугах он больше не нуждается.

– А тут вы неправы, очаровательная госпожа! – ухмыльнулся аристократ. Он поднялся с дивана с ленивой грацией сытого леопарда и протянул Раде некий предмет.

– Взгляните, на этот камень! Из него получится отменный накопитель магической энергии, не так ли? – лэр вложил в ладонь девушки кулон с крупным рубином.

Рада оценивающе посмотрела на камень, кивнула и положила рубин на стол.

Аристократ взял кулон обёрнутой платком рукой, полюбовался игрой света в гранях и спрятал драгоценность в секретер.

– С вашей рукой всё в порядке, и мне пора уходить. Всего доброго, лэр Након!

– Не торопитесь, прекрасная роза! – аристократ подошёл к адептке и нагло притянул её к себе. Жадные губы красавчика скользнули по шее девушки. Рада, не раздумывая, ударила наглеца ногой по лодыжке и вырвалась.

– Ты пожалеешь, дрянь! – прошипел лэр. – Я сообщу в академию и стражу, что ты – воровка! Украла у меня семейную драгоценность! Тебя накажут…

На миг девушка застыла у входа. Угроза аристократа выглядела вполне реальной. Лэр Након всё превосходно рассчитал. На рубине остался отпечаток магии адептки, и судебный маг легко определит наличие его в течение трёх-четырёх дней.

– У тебя ещё есть возможность передумать, девчонка! Я буду ждать до завтрашнего утра.

Рада обернулась, холёное лицо аристократа лучилось торжеством.

– И не мечтай! – отрывисто произнесла адептка и вышла за порог. Ровным, размеренным шагом девушка преодолела длинный коридор и прихожую, а на улице почувствовала, как земля уходит у неё из-под ног.

Рада с трудом добрела до фонтана на соседней улице и присела на край гранитной чаши. Ласковое журчание воды помогло девушке успокоиться и осмыслить сложившуюся ситуацию. Итак, у неё имеется выбор переспать с самодовольным негодяем или угодить в тюрьму...

Несколько лет назад Рада подслушала разговор отца и Учителя. Старый маг убеждал отца пойти кому-то на уступки. Отец не соглашался. Он тогда сказал Учителю, что стоит хотя бы раз сломаться под давлением чужой, злой воли, и ты никогда больше не сможешь жить с высоко поднятой головой…

Мысль сделаться очередной игрушкой избалованного аристократа вызывала у Рады отвращение. Последствий доноса лэра Накона девушка боялась до смерти. Помимо позорного исключения из академии при расследовании обязательно всплывёт имя отца Рады, и о местонахождении беглянки узнают родственники. Для них это станет подарком судьбы. Небольшая сумма тюремщику, и возможная претендентка на наследство не выйдет из тюрьмы живой. Рада всхлипнула.

По закону Артании родственники не смогут претендовать на опеку над девицей, когда ей исполнится восемнадцать, и та предъявит доказательства собственной материальной независимости. В следующем году Раде будет восемнадцать, и она получит, если останется в академии, диплом мага первой ступени. Вдобавок адептка может рассчитывать на поддержку могущественного Ковена магов.

Сначала Рада хотела обратиться за помощью к друзьям. Врон непременно что-нибудь придумает! Но лэр Након хитёр, и у него в Арконе большие связи! Врону с ним не тягаться… Аристократ загонит однокурсника в ловушку и уничтожит.

Благородный Дарен, скорее всего, вызовет подлеца на поединок. Но кто поручится, что поединок будет честным? С Яреком, Витаном и Потаном даже разговаривать не стоит, бедняги только расстроятся.

Магистр Кан? А что он сделает, если улики против адептки налицо? И что значат показания какой-то девчонки против свидетельства столичного аристократа! От испытания артефактом правды лэр Након отвертится и найдёт возможность подменить результаты проверки слов адептки.

***

Рада не помнила, как добралась до академии. В комнате девушка уселась на кровать и в отчаянии обхватила голову руками. Так она просидела целый оборот, пока мягкая кошачья лапа не тронула адептку за плечо.

– Мне конец, Вир! – мрачно произнесла Рада.

– Мрр?

Девушка погладила котлака за ушами и заплакала. Вир дождался, когда подруга выплачется, а потом лизнул её в щёку. Рада вытерла мокрое лицо и в отчаянии посмотрела на демона.

– Мрр? – настойчиво повторил вопрос котлак.

Адептка вздохнула и принялась рассказывать.

– Камень надо ночью украсть! – заключил Вир.

– Зачем? – удивилась Рада.

– Ты маг, маги умеют прятать собственную магию!

Адептка встрепенулась. Да, в том, чтобы удалить следы собственной магии с камня, которого касалась её рука, нет ничего сложного! Всего-то нужно опустить камень в раствор из недорогих ингредиентов и провести несложный ритуал, детально описанный в руководстве по следственной магии.

– В особняке вооружённые стражники и надёжные охранные артефакты! – напомнила котлаку Рада.

Вир презрительно чихнул. – Артефакты я нюхом чую, магию тоже. Не волнуйся, временная хозяйка, как стемнеет, принесу тебе этот камень!

Рада чмокнула кошару в лоб. – Вир, ты – чудо!

– Знаю, – скромно ответил котлак и облизнулся.

Как действовать дальше, Рада придумала сама. Девушка вытащила из мусорного ведра письмо лэра Накона и прочитала.

«Прекрасная фея, я прошу вас будущим вечером осчастливить меня вашим присутствием в моём доме, дабы уладить возникшие между нами разногласия. С этим письмом посылаю вам частицу моего сердца и мою любовь». В заключение письма стояла затейливая подпись лэра.

Девушка вспомнила бывшую любовницу лэра Накона, приходившую навестить раненого аристократа. Красивая, высокомерная блондинка с туго завитыми кудрями, увешанная драгоценностями, как дерево Даров в храме. Её муж, старый лэр, скончался зимой от заворота кишок. Лэр Након выставил надоевшую подружку, не стесняясь в выражениях. А та смотрела на него с обожанием…

Рада аккуратно разгладила и запечатала письмо. Хорошо, что бумага не кристалл, моментально впитывающий магию. И не артефакт, на котором какое-то время сохраняются магические следы сотворившего его мастера. Следы прикосновения мага с бумаги убираются легко. Адептка положила письмо в шёлковый мешочек и на одном дыхании произнесла короткое заклинание.

Позже Рада прикинула – когда она удалит из рубина свои магические следы, уже начнёт светать. Вернуть камень в особняк незаметно не получится. Что ж, тогда она отправит кулон по другому адресу!

Стемнело. Котлак отправился «на охоту», а Рада взялась за приготовление раствора. Вир возвратился спустя три оборота. Время в ожидании демона тянулось медленно. Девушка не находила места от волнения. Наконец за дверью послышалось негромкое царапанье. Рада впустила в комнату очень довольного собой котлака. Вир гордо прошествовал на середину комнаты. На шее у кошары висел мешочек, где лежала алая бархатная коробочка с рубиновым кулоном.

С рассветом Рада отправилась в город. Утром «посыльный» с гербом дома Након вручил пожилому слуге в особняке молодой вдовы письмо и бархатную коробочку. Адептка перешла улицу, нырнула в тёмную подворотню и сбросила с себя морок посыльного. На морок без должного опыта Рада потратила больше магической энергии, чем на лечение тяжёлого больного, но дело того стоило.

День прошёл без происшествий, другой тоже. На третий, ближе к вечеру измученная ожиданием Рада отправилась в город за новостями. По случаю праздника в «Золотом бычке» все столики были заняты. Трактирщик усадил однокурсницу боевого товарища на табурет перед стойкой.

Рада жевала мясной пирог, запивая его травяным отваром, и прислушивалась к разговорам. Трое пьяных клерикусов из судебного ведомства отдыхали за соседним столиком. Рада услышала имя лэра Накона и переместилась к клерикусам поближе.

Речь шла о мнимой пропаже драгоценного кулона с рубином, принадлежавшего лэри Након, матери наследника. Украшения хватились утром позапрошлого дня. Вызвали стражу, допросили слуг. Разбирались до темноты. Молодой лэр обвинил в краже рубина некую девицу-целительницу, приходившую к нему вечером накануне. Собрались было отправить стражников в академию за девицей, как появилась любовница лэра, а на шее у неё красовался пропавший кулон! Разразился скандал…

Любовница наследника вернула рубин лэри Након и залепила молодому лэру звонкую пощёчину. Маг-следователь проверил камень на предмет следов чужой магии и ничего не нашёл. А когда красотка предъявила следствию письмо бывшего любовника, с которым получила в подарок рубин, всё окончательно прояснилось. Молодой лэр, желая вернуть расположение подружки, стянул у матери дорогое украшение и подарил его любовнице. Дело закрыли. На время, пока слухи в обществе о неприглядном происшествии не затихнут, наследника отправили из Аркона в дальнее поместье.

Глава 19

ПРИЗРАЧНЫЙ ФЛЕЙТИСТ

Летняя сессия пронеслась легко и быстро. Наверно, дело в том, что сдавали теорию исключительно по будущей специализации. Друзья порадовались хорошим баллам, а потом весело отпраздновали окончание второго курса в полюбившемся им «Золотом бычке».

Обсуждали планы на лето. Врон и Дарен собирались в очередную поездку, по выражению Дара «за новыми приключениями и свежими впечатлениями». Потан, как и прошлым летом, намеревался отправиться погостить к невесте и звал с собой Витана. Последний не возражал.

Ярек выпросил у магистра Грегора разрешение поехать вместе с ним на два месяца в мастерские гномов, народу скрытному и недоверчивому. Сколько-то лет назад магистр Лойко на взаимно выгодной основе нашёл подход к суровым горным мастерам. Клеймо правосудия поездке адепта не препятствовало, поскольку, отправляясь за пределы столицы, Ярек находился под наблюдением куратора.

Сияна намеревалась во время каникул потрудиться на сборе редких трав на юге страны. Академия целенаправленно отправляла туда группу адептов под руководством опытной травницы магистра Нейры. Рада поинтересовалась, поедет ли подруга домой? По лицу Сияны пробежала тень. «Нет, домой не собираюсь… У мамы и сестры всё хорошо, и в моей помощи они больше не нуждаются»! Витан с сочувствием посмотрел на однокурсницу и, дабы поменять тему беседы, спросил у неё какую-то ерунду.

Рада уезжала вплоть на начала занятий к постоянной пациентке, магистр Хран пристроил адептку в сиделки к богатой пожилой лэри. Старушка собиралась провести лето в загородном имении и пригласила Раду, чтобы девушка за ней присматривала. Адептка прекрасно понимала, что в настоящее время лэри Хоц больше нуждается в компаньонке, чем в услугах целительницы.

Пожилая дама вызывала у девушки искреннюю симпатию. Взрослые дети лэри Хоц жили отдельно – сын служил на южной границе, а дочь вышла замуж в Арконе и недавно родила третьего ребёнка. Нанимательница мгновенно распознала в юной адептке лэри и относилась к ней, как к равной. Вдобавок мудрая старушка обладала замечательным чувством юмора, сердечностью и отличалась отменной наблюдательностью. Порой Раде казалось, что она беседует с собственной бабушкой, хотя собственных бабушек и дедушек девушка не знала, они умерли задолго до её рождения.

***

На следующее утро после затянувшейся допоздна вечеринки Рада и Сияна занялись сборами в дорогу. Вчера днём Рада узнала, что до «загородного» имения лэри Хоц три дня конного пути, однако новость адептку ничуть не огорчила. Перспектива провести лето в глуши за чтением и разговорами с любезной старушкой представлялась Раде чрезвычайно заманчивой, за два года девушка устала от учёбы и работы почти без выходных.

Сияна перекладывала на полке разные нужные мелочи, как вдруг к ногам Рады упала небольшая картинка в тонкой позолоченной раме, выскользнувшая из рук подруги. Девушка подняла картинку и подала травнице. На картинке была изображена семья. Красивый темноволосый мужчина, очень похожая на Сияну женщина, улыбчивый, симпатичный парень лет семнадцати, белокурая девочка-подросток и сама Сияна.

– Мои родные! – пояснила подруга. – Портрет заказали за полгода до смерти отца и брата, – тихо добавила травница. Девушка присела на кровать и вытерла навернувшиеся слёзы.

– Помню, как ты рассказывала об эпидемии, – тихо проговорила Рада. – Но почему ты не хочешь навестить маму и сестру?

Сияна горько усмехнулась. – Потому что я им больше не нужна, точнее, моё присутствие нежелательно. Но дочь-мага иметь престижно! Можно этим хвастаться перед соседями и друзьями.

– Не понимаю! – На лице Рады появилось искреннее недоумение.

– Ты ведь из потомственных магов, верно? – уточнила Сияна.

– Да!

– В моей семье, по словам матери, магов раньше не было. Я – первая! Ты знаешь, что прошлое лето я провела дома. Мама вышла замуж за бывшего компаньона отца, он моложе её на восемь лет. Но мама – красавица и давно ему нравилась. Отец разводил лошадей, а его компаньон их продавал, поэтому состояние отчима нисколько не пострадало в эпидемию. Золото не умирает! После эпидемии бывший компаньон отца развёл бурную деятельность, скупая землю и недвижимость у родственников несчастных, не переживших мор. Состояние нынешнего мужа матери утроилось. Нет, не могу сказать, что он – плохой человек! Помогает неимущим, жертвует деньги на городскую лечебницу, любит мать и нашёл жениха сестре. Она младше меня на два года.

– Ты не понравилась отчиму?

– О, нет! Скорее наоборот, слишком понравилась! Отчим держался чрезвычайно предупредительно и смотрел на меня, словно кот на сметану. Мать нервничала и ревновала. Однажды она сказала мне, что я опасно хороша собой и ничуть не постарею, когда ни её, ни сестры уже не останется в живых! В её словах звучало столько злобы и зависти, что у меня запершило в горле, но я промолчала.

– Твоя мама боится постареть из-за молодого мужа?

– Возможно! Хотя выглядит она намного моложе её лет. Позднее я сварила для неё омолаживающую настойку, и маме сейчас нельзя дать более двадцати пяти! Каждый месяц посылаю ей с оказией кое-какие полезные снадобья.

– Ты – добрая! – вздохнула Рада. – Я, скорее всего, обиделась бы.

– Тебе так кажется! – на губах Сияны расцвела тёплая улыбка. – Ты, Радка, славная, и я тебя люблю, как сестру, даже сильнее…

– К сестре ты тоже не поедешь?

– Не поеду! Её жених – приятный парень, но сестрица всегда мечтала выйти замуж за лэра, а не за какого-то купца! Считает, будто мои шансы сделаться благородной столичной лэри о-очень велики. Она не поверила, что я встречаюсь с моим однокурсником, который в перспективе станет всего лишь мастером артефактов!

– Извини, но твоя сестра – глупая девчонка! – фыркнула Рада. – Самое важное в жизни женщины – любовь к достойному человеку и семья…

– И это говоришь мне ты? – рассмеялась Сияна. – Гордая, независимая магичка! И с кем, позволь узнать, ты мечтаешь создать семью? – В голосе подруги прозвучали лукавые нотки.

– Ты с ним не знакома! Его зовут Стребор, магистр-некромант, лечился у нас в лечебнице, а после опять отправился на границу.

– Оказывается, ты в тайне от всех завела роман?!

– Не было никакого романа. Он прислал мне всего одно письмо … давно, – печально призналась Рада.

Сияна задумчиво посмотрела на вмиг погрустневшую подругу и участливо погладила её по плечу.

***

Имение Радиной нанимательницы располагалась неподалёку от живописного городка с милым названием Прудок. Провинциальный город адептку очаровал – чистенький, тихий и уютный. Круглая площадь с фонтаном, памятником Светлой Ари и храмом из белого камня, посвящённом вечно юной супруге Двуединого, улицы с тенистыми липовыми аллеями и ухоженными домами под красными черепичными крышами. За городком, окружённым светлыми дубовыми рощами, обнаружилось дивное, абсолютно круглое озеро. Видимо, название город получил от него.

Дорога плавно поднималась вверх по невысокому холму. Долина просматривалась, точно на ладони. Внимание Рады привлекла усадьба с красивым господским домом – за каменной стеной просматривалось выстроенное из розового кирпича двухэтажное здание на высоком каменном фундаменте с аккуратной башенкой и террасой с видом на запущенный сад.

– Какой прекрасный дом! – вздохнула девушка. – Должно быть, там жили добрые люди? Похоже, сейчас в усадьбе никого нет?

Магическое чутьё Раду не подвело. Добродушная улыбка сползла с лица лэри Хоц.

– Да, девочка, ты права, усадьба пустует около десяти лет. Когда-то в ней действительно жили добрые люди, за исключением последнего владельца… В «Трёх дубах» происходили ужасные вещи, теперь в доме обитают призраки убийц и замученных ими людей! – мрачно произнесла пожилая дама.

В ожидании продолжения повествования Рада заинтересованно посмотрела на нанимательницу.

– Ладно, – усмехнулась лэри Хоц. – История, безусловно, гнусная, но, чтобы вы, моя дорогая, не мучились от любопытства, я вам её расскажу. Несколько поколений старинного дворянского рода, которым ранее принадлежали «Три дуба», пользовались всеобщим уважением. Но последний лэр стал позором семьи! Болтали, будто его сглазили в детстве, но я считаю, что сглаз – чистой воды выдумка! Просто обожаемого единственного сына и наследника баловали сверх меры. Мальчишка ни в чём не знал отказа, привык всегда получать то, что хотел. Повзрослев, юноша пристрастился к азартным играм и сомнительным удовольствиям. Поговаривают, что он убил собственного отца, а мать умерла от горя.

После смерти старого лэра наследник пустился во все тяжкие. В «Трёх дубах» собирались местные родовитые бездельники. Погрязшая в долгах компания беспутных лэров повадилась грабить путников. Негодяи громили лавки местных торговцев и похищали девушек из бедных семей. Градоправитель попытался приструнить распоясавшуюся молодёжь, но еле унёс ноги из усадьбы. Когда он вызвал стражников из ближайшего большого города, градоправителю и его людям сверху пригрозили отставкой. У мальчишки имелась влиятельная родня в столице!

– Обычное дело! – с пониманием произнесла Рада.

– На праздник Новогодия молодой лэр позвал бродячих артистов. Среди них была красивая девушка с бесподобным голосом. На свою беду певица приглянулась лэру. У девушки имелся жених – флейтист труппы. Парень вступился за невесту, товарищи его поддержали. Перепившиеся лэры перерезали артистов, как свиней на бойне…

– А что сталось с певицей? Бедняжке удалось выжить? – с надеждой спросила адептка.

– Какое там! Девушку продержали в усадьбе месяц, несчастная сошла с ума от постоянных издевательств и выбросилась из окна башни.

– Низкие убийцы! – вырвалось у Рады. – Их следовало судить и повесить! Они не заслужили благородной смерти от меча…

Лэри Хоц пристально посмотрела на возмущённую адептку и продолжила: – Не сомневайтесь, девочка, негодяи получили по заслугам! После смерти певицы миновало несколько дней. Однажды в полночь лэр и его приятели услышали звуки флейты. Музыка доносилась оттуда, куда упала несчастная девушка.

Молодой лэр и его приятели спустились во двор. Призрак покойного флейтиста стоял напротив главного входа, глядел на господский дом и улыбался. От улыбки нежити кровь застыла в жилах убийц. Позднее сбежавший из усадьбы слуга рассказывал, будто хозяин и его гости оцепенели на месте, подобно застывшим статуям. Они разевали рты в безмолвном крике, не в силах выжать из себя ни звука. Бледные лица приговорённых с вытаращенными безумными глазами походили на чудовищные маски тёмных тварей.

Мелодия флейты зазвучала быстрее, набирая темп, печальная песня превратилась в жуткую какофонию. Молодой лэр обхватил руками голову, словно страдал от невыносимой боли, и закричал, точнее, завыл! Дикие вопли владельца усадьбы слышали в самых отдалённых уголках дома. Вскоре оцепенение покинуло гостей. Озверевшие лэры набросились друг на друга, точно вечно голодные тёмные твари. Разрывая зубами и руками тела противников, они пили кровь себе подобных. К рассвету «Три дуба» опустели. Изуродованные трупы молодого лэра, его приятелей и прислуги валялись по всей усадьбе. Нескольким слугам удалось сбежать, они и сообщили градоправителю о произошедшем…

Мертвецов похоронили, издалека приехал наследник покойного. Новый хозяин сбежал из усадьбы через седмицу. В доме поселились призраки. Продать «Три дуба» не получилось, никто не желал жить в проклятом доме… Как-то в усадьбу забрались пришлые грабители, их тела утром обнаружил сторож, который присматривал за домом в дневное время. Головы у воров оказались совершенно седыми от пережитого ужаса! По ночам из усадьбы часто доносятся звуки флейты. Слышала, что в последнее время призрак флейтиста повадился бродить по долине и даже заходит в городок. Что ищет? Никому неизвестно! Городской маг было сунулся к призраку с вопросами, но тот рассмеялся ему в лицо и пропал…

– Почему не вызвали некроманта из столицы?

– Градоправителю пригрозили родственники покойного лэра. Боятся! Видите ли, огласка прошлого мёртвых негодяев испортит репутацию нескольких знатных семейств. Чего доброго, начнётся расследование! Вдобавок наследник надеется найти простака, которому сможет продать усадьбу хотя бы за четверть цены.

***

Немного погодя карета въехала на дубовую аллею, что вела к имению лэри Хоц. Рада размышляла над страшной историей флейтиста и певицы и не заметила, как отворились кованные ворота. Старинный трёхэтажный особняк Раду очаровал. В овеянном романтикой доме чувствовалась некая добротная основательность. Важные, неторопливые слуги старой лэри радушно приветствовали хозяйку и её молодую гостью.

– Дануся покажет вам комнату, моя дорогая! – вырвали Раду из размышлений слова хозяйки.

Улыбчивая, румяная экономка жестом пригласила девушку проследовать на второй этаж. Светлая комната с окнами в сад показалась Раде восхитительной. Молчаливый слуга поставил сундук с вещами адептки возле комода и откланялся.

Рада отворила окно и с наслаждением вдохнула пропитанный ароматами трав и цветов воздух. Походив по комнате, девушка улеглась в одежде поперёк широкой кровати. До чего удобно! За два года в академии Рада успела позабыть о подобной роскоши.

Перед сном адептка провела радушной хозяйке сеанс укрепляющей магии. В принципе, особой нужды в этом не было. Но надо же как-то оправдать своё пребывание в имении! Уровень источника Рады настолько подрос, что адептка даже не заметила потери толики магической энергии. Аппетит девушки в последнее время заметно уменьшился. За ужином Рада удовольствовалась единственным куском индейки, салатом, парочкой пирожных с фруктами и взбитыми сливками.

После дороги девушка заснула, как убитая. Однако на рассвете сквозь сон Рада отчётливо услышала напевную мелодию флейты. Музыка лилась из распахнутого настежь окна. Не открывая глаз, адептка дослушала песню до конца и снова погрузилась в глубокий сон.

День прошёл в прогулках по обширному, ухоженному саду и приятной беседе. Старая лэри вспоминала о прежних временах. Девушка с интересом внимала полным юмора и остроумных шуток историям из жизни знатных дам прошлого века. Лэри Хоц оказалась превосходной рассказчицей.

Вечером хозяйка и гостья проговорили в беседке до темноты. Когда сделалось прохладно, старушка отправилась спать. А Рада просидела до полуночи, мечтая о встрече со Стребором и любуясь яркими звёздами.

***

От приятных размышлений девушку оторвала та же мелодия, что и на рассвете. Рада обернулась и увидела флейтиста, остановившегося у входа в беседку. В мерцающем свете полной луны призрак внешне почти не отличался от живого мужчины. Разве что тело выглядело немного размытым, а бледное лицо с тонкими, правильными чертами слегка отсвечивало. Перед Радой стоял стройный темноволосый парень в зелёном кафтане с флейтой в руках.

Девушка и призрак молча изучали друг друга.

– Ты меня совсем не боишься? – наконец удивлённо поинтересовался флейтист.

– Нет! Я – адептка академии магии, – пожала плечами Рада. – Мне рассказали твою историю, и мне жалко тебя и бедную певицу.

Призрак нахмурился. – Тогда я понимаю, почему меня к тебе тянет, вкус и запах магии…

– И какая на вкус моя магия? – заинтересовалась адептка.

– Пряная и дурманящая, напоминает лучший хмельной напиток. Утоли мою жажду, магичка! – с надеждой произнёс флейтист.

– Как?

– Позволь мне коснуться тебя!

Рада насторожилась и сконцентрировалась, намереваясь закрыться от нежити Щитом. И всё же любопытство заставило девушку протянуть призраку руку. Флейтист схватил кисть адептки обеими руками, поднёс к лицу и жадно принюхался к ладони Рады. Девушка ощутила лёгкое, словно дуновение прохладного ветра, прикосновение призрака. Затем она поняла, что флейтист пьёт её магическую энергию. Спустя несколько малых оборотов Рада решительно выдернула из ладоней призрака руку и громко произнесла: – Довольно!

– О, я снова чувствую себя живым! – простонал флейтист и блаженно закрыл глаза. – Благодарю!

– Почему ты убиваешь всех, кто приходит в усадебный дом?

– Ложь! – возмутился музыкант. – Я отнимаю жизни у грабителей и убийц.

– А чем тебе не понравился новый владелец усадьбы?

– Такой же подонок, как и предыдущий, только хитрее и осторожнее.

Рада хмыкнула. – Значит, поделом ему! Тебе не надоело скитаться по миру живых?

– Не знаю! – равнодушно пожал плечами флейтист. – Я могу играть на флейте, слушать голоса птиц, наблюдать за людьми…

– И ты не хочешь, чтобы твоя душа встретилась с душой возлюбленной?

Призрак не ответил. Он поднёс к губам флейту и заиграл новую мелодию, нежную и печальную. Сердце адептки сжалось в сладкой муке, столько невысказанной любви было в завораживающей музыке мёртвого флейтиста.

Рада слушала игру призрака, пока короткая летняя ночь не подошла к концу. С первыми криками петуха флейтист растаял в воздухе, хотя постепенно затихающая мелодия звучала ещё некоторое время.

Девушка потихоньку вернулась в свою комнату и улеглась в постель. Наступивший день почти ничем не отличался от предыдущего – неспешные трапезы на веранде, благо погода позволяла, прогулки по саду и разговоры с любезной хозяйкой. Правда, Рада несколько раз замечала, как теряет нить беседы. Девушка постоянно ловила себя на мысли, что ждёт ночи и встречи с призрачным флейтистом, чья музыка очаровала беспокойную душу адептки.

Перед тем, как уйти к себе, лэри Хоц предложила Раде посетить завтра утреннюю службу в храме Светлой Ари. Отказываться было неловко. Адептка знала, что вставать придётся очень рано, пришлось идти спать.

***

Поворочавшись в постели с боку на бок, Рада задремала. Но в полночь её разбудила знакомая мелодия. Девушка распахнула глаза и увидела флейтиста, сидящего на подоконнике. Рада приподнялась, подложив под спину подушку. Призрак негромко рассмеялся, соскользнул с подоконника в комнату и уселся на кровать возле девушки.

– Позволь мне снова прикоснуться к тебе, а потом я сыграю нечто новое и красивое? – вкрадчиво попросил он.

Флейтист склонился над Радой и провел губами по шее девушки. Опять ощущение дуновения прохладного ветра, и сладкая, одурманивающая истома погрузила адептку в подобие сна. Инстинкт самосохранения заставил её очнуться. Рада оттолкнула призрака, и ей показалось, что тело его уже далеко не бесплотное. Сильные руки музыканта на миг властно сжали запястья девушки.

Флейтист уселся на подоконник и принялся играть. На его щеках проступил лёгкий румянец. Мелодия уже не звучала печально, в ней бурлила страсть и неутолённое желание. И Рада поддалась притягательной силе колдовской музыки. На рассвете призрак пропал, оставив после себя едва уловимый аромат жасмина.

– Что с вами, дорогая? – встревоженно спросила пожилая лэри, когда Рада утром уселась за стол. – Вы бледны, под глазами глубокие тени… Плохо спали?

– Нет-нет, – поспешно пробормотала девушка. У Рады от слабости кружилась голова и зверски хотелось есть. Под недоумевающим взглядом хозяйки адептка умяла половину пирога, а после объяснила, что внутренний магической источник требует много энергии. Лэри Хоц многозначительно кивнула.

***

Ночи Рада ждала с нетерпением и подспудно нарастающим чувством опасности. Сегодня флейтист выглядел, словно живой мужчина. Он уверенно спрыгнул с подоконника в спальню девушки и протянул к Раде руки. Адептка молча отстранилась.

– Я не нравлюсь тебе? – мягко осведомился призрак. – Эту песню я сочинил специально для тебя. Музыкант поднёс к губам флейту и заиграл. Мелодия зазвучала голосами птиц, летним тёплым дождём и шелестом трав. Рада слушала прекрасную музыку, прикрыв глаза. Очнулась девушка от страстного поцелуя прохладных губ. Обретший плоть призрак ласкал безвольное тело Рады, впитывая в себя её магию и жизнь. Адептка собрала волю в комок, вырвалась из объятий флейтиста и вскочила с кровати.

– Убирайся прочь! – сердито приказала девушка.

Флейтист нехотя поднялся с постели, по-кошачьи плавно потянулся и вплотную приблизился к Раде. – Ты меня не хочешь? – удивлённо спросил он.

– Уходи!

Призрак рассмеялся. – Нам было бы славно вдвоём! Ты – красивая, красивее той, прежней. С твоей магией мы обрели бы вторую жизнь, нечеловеческую, но вполне приятную.

Флейтист пристально поглядел девушке в глаза, и Рада почувствовала, как его воля, напитанная краденой магией, сковывает её разум и тело. Ещё немного, и жертва снова окажется во власти призрака. И тогда адептка схитрила. – Я совсем ничего о тебе не знаю, даже твоего имени! – проговорила она.

– Бриан! Меня зовут Бриан, – нежно прошептал флейтист, целуя шею девушки, пока его руки умело ласкали грудь Рады. Шаг за шагом Бриан мягко подталкивал адептку к кровати. К счастью, закричал петух, призрак вздрогнул и отпустил обмякшую жертву.

– До ночи, любимая! – С сожалением взглянув на девушку, флейтист пропал.

Рада погрузилась в тяжёлый, сумбурный, кошмарный сон. Служанка смогла разбудить адептку лишь к полудню. Отогнав остатки сна, Рада поняла, насколько крепко влипла. Если ничего не предпринять, она умрёт! Её ждёт вечная нежизнь, конечно, пока призрачную возлюбленную флейтиста на пару с обаяшкой Брианом не упокоит какой-нибудь заезжий некромант! Подобное будущее Раду совсем не прельщало.

В обед девушка заявила хозяйке, что приболела и должна побыть одна, дабы заняться самолечением. Покопавшись в дорожном сундуке, Рада вытащила последнее приобретение – толстую книгу по некромантии в кожаном переплёте.

По чистому везению адептка купила руководство незадолго до отъезда. Книгу Рада отыскала на полке рядом с трактатами по трансформации энергии. Понравился переплёт и заинтересовали затейливые руны на обложке. Открыв книгу, девушка сразу наткнулась на раздел о следственной магии, чтение адептку заинтересовало, вдобавок руководство по некромантии стоило относительно недорого. В дороге Рада немного полистала новое приобретение и, помимо прочего, обнаружила главу о призраках.

За полдня адептка внимательно изучила нужный раздел, после чего достала мешочек с травами и настойками, заботливо собранный для подруги Сияной. Прихватив серебряное колечко, девушка отправилась на кухню. Поварихе Рада заявила, что ей нужно приготовить лекарство. Адептка быстро приготовила отвар, способствующий концентрации и препятствующий влиянию на разум потусторонних сущностей.

***

В сумерках Рада выпила отвар и надела на запястье браслет с мощным накопителем магической энергии. Бриан появился за оборот до полуночи. Флейтист легко перемахнул через подоконник и подошёл к девушке.

– Ты меня ждала, любимая? – улыбаясь, произнёс он, привычно, будто законный муж, обнимая Раду.

– Сначала поиграй мне, – робко попросила адептка. – Прошу …

Бриан улыбнулся и поднёс флейту к губам. На сей раз музыка Раду не одурманила. Девушка закрыла глаза и прикинулась спящей. Бриан перестал играть и приблизился к кровати. Когда флейтист наклонился, адептка атаковала его Малой Ловчей Сетью. Бриан застонал, его быстро теряющее плотность тело сотрясали судороги. Посредством Сети Рада возвращала себе магическую энергию, ранее отнятую у неё призраком.

– Почему? – обиженно пробормотал Бриан.

– Потому что ты мёртв! – жёстко ответила девушка. – Я освобожу твою душу и отпущу в вечность. – Адептка чётким голосом принялась читать заклинание, несколько раз повторив имя музыканта, которое неосмотрительно доверил ей призрак.

Флейтист с тоской посмотрел на Раду и обречённо склонил голову.

– Ты свободен! Прощай! Иди с миром, – в заключение произнесла адептка. Мысленно представив длинную воронку, устремлённую узким концом вверх, Рада коснулась пальцами призрака. И Бриан исчез навсегда.

Утром бодрая и полная сил адептка сообщила лэри Хоц, что полностью выздоровела. Девушка попросила разрешения посетить лавку местного травника, дабы пополнить собственные запасы лекарственных растений. Однако в первую очередь Рада заглянула в городское управление и узнала, сколько стоит усадьба «Три дуба». Сумма оказалась вполне приемлемой. Если всё пойдёт, как нужно, через год восемнадцатилетняя Радана Ивор потребует у родственников своё приданное. Отказать магу, за чьей спиной стоит Ковен, они не посмеют! С призраками, когда душа того, кто их сотворил, покинула мир живых, разобраться будет несложно… Пусть призрачные сторожа охраняют будущий Радин дом от посягательства других покупателей ещё год! На обратной дороге адептка зашла к травнику и купила сбор для крепкого сна.

Глава 20

ДЕВИЧЬЯ ЛЮБОВЬ

Витан подхватил дорожный мешок и вышел на коридор. Ярек уехал вчера, так что магическую печать на дверь их комнаты пришлось ставить Витану. Адепт старательно рисовал руну, когда ему в ладонь легло послание-вестник. Взглянув на адрес отправителя, парень удивился и поспешно вскрыл письмо. Витану надлежало завтра поутру явиться в участок городской стражи на улице Жестянщиков.

Адепт принялся лихорадочно вспоминать собственные прегрешения против закона. Прегрешений, вроде бы, не имелось. Честно зарабатывал изготовлением футляров для артефактов из ценных пород деревьев, старшекурсники постоянно нуждались в новых заготовках. Периодически по рекомендации владельца «Золотого бычка» чинил мебель в частных домах. На жизнь хватало, даже удавалось ежемесячно кое-что откладывать. Ни в каких скандальных происшествиях Витан замешан не был… Что тогда?

Самое скверное – придётся повременить с отъездом к друзьям однокурсника… Через оборот с небольшим почтовая карета должна выехать в озёрный городок. Выходит, Потан поедет один, а невезунчику Витану предстоит пошевелить мозгами, как добраться в эту Осицу самостоятельно. Со стражей шутить глупо. Поэтому надо с утра пораньше тащиться в участок…

Витан вытер недорисованную руну, бросил мешок на кровать и отправился к Потану. Адепт коротко обрисовал однокурснику сложившуюся ситуацию и вручил ему билет на почтовую карету, дабы тот либо продал его другому пассажиру, либо сдал смотрителю станции за полцены. Потан сочувственно похлопал приятеля по плечу и напоследок подробно рассказал, как с попутными обозами проще добраться до городка, где проживает родня его невесты.

Витан воротился в комнату и достал из дорожного мешка обитую тонкой кожей книжицу. Определившись со специализацией, адепт собственноручно занялся написанием личного справочника демонических существ. За последний год обучения Витан окончательно определился, что целительство не для него. Знать основы целительской магии, безусловно, необходимо. Мало ли что случится?! Но постоянно сидеть на одном месте и возиться с больными – жесть! Вдобавок парня бесили постоянные недоговорки, мелочные интриги и завуалированные происки господ целителей – по сути грубо замаскированная война за богатых пациентов... А ещё деятельная, энергичная натура адепта требовала постоянного движения, смены обстановки и риска.

Решающим толчком в выборе демонологии для Витана стала находка бабкиного кинжала. Магия ритуального оружия проникла в сознание адепта и прочно слилась с его личностью. Прикасаясь к кинжалу, Витан ощущал, как в его жилах бурлит в поисках выхода магия некроманта-демонолога… Да и вообще, спасение людей от враждебных демонических существ – достойный мага труд!

Практичный парень прекрасно понимал, что, скитаясь по стране в качестве практикующего демонолога, таскать с собой тяжёлые тома несподручно. Адепт брал книги в библиотеке академии и кратко конспектировал несмывающимися магическими чернилами самое важное – особенности демонов, их повадки, способы борьбы с исконными врагами рода человеческого и не только. Кроме того, после основательной проверки Витан записывал в книжицу достоверные факты о демонических созданиях со слов очевидцев.

Поскольку неожиданно появился свободный вечер, парень по привычке отправился в библиотеку за очередным томом о малых демонах. Почему бы не проштудировать ещё одну главу и не сделать несколько полезных записей в самодельном руководстве?

В библиотеке адепт застал магистра Таргиуса пакующим нечто в небольшую холщовую суму. Заметив Витана, библиотекарь нахмурился и моментально спрятал суму под столом. Адепт сделал вид, будто не заметил, как магистр прикрыл длинной мантией небрежно затянутое верёвкой горлышко.

Когда в библиотеку вошёл третьекурсник с эмблемой мага воды и поинтересовался у магистра Таргиуса, готова ли посылка, библиотекарь сделал каменное лицо и знаком приказал воднику подождать.

Витан сказал, за чем пришёл, расписался в получении книги и направился к выходу. До парня донеслись отголоски разговора Таргиуса и адепта воды.

– Я просил тебя зайти после закрытия библиотеки! Какого демона ты припёрся сейчас?! – приглушенным голосом сердито выговаривал магистр третьекурснику.

– Мне было по дороге… – оправдывался водник.

Маленькое происшествие оставило у Витана неприятный осадок. Какие тайны у библиотекаря-инвалида и третьекурсника? Что именно магистр Таргиус спрятал в суме? Странно…

Погрузившись в чтение, Витан сразу позабыл о секретах библиотекаря и его сомнительных делишках с третьекурсником. Часы на стене пробили девять вечера. Выругавшись, адепт захлопнул увесистый том и помчался сдавать книгу. На пороге библиотеки Витан лоб в лоб столкнулся с адептом-водником, тот осторожно прижимал к себе знакомую холщовую суму, судя по очертаниям, забитую до отказа. Третьекурсник зыркнул на Витана ненавидящим взглядом и, бесцеремонно оттолкнув будущего демонолога, поспешно зашагал по длинному коридору.

Витан, извинившись, положил книгу на стол перед помощником магистра Таргиуса, самого библиотекаря поблизости не наблюдалось, дождался пометки в библиотечной карточке и вернулся к себе.

***

В участке городской стражи поутру было немноголюдно. У входа охранник лениво дожёвывал пирожок, запивая его простоквашей. В приёмной офицер о чём-то спорил с дежурным магом. Офицер оказался одним из приятелей Дарена, а маг – адептом-некромантом с пятого курса. Витан поздоровался и сообщил, что явился по вызову.

Офицер кивнул. Адепт-некромант, который видел в Витане будущего соратника, дружески пожал Витану руку.

– Витан Ратша? – уточнил офицер. – У нас к вам имеется вопрос – задержанная девица утверждает, будто вы – близкие друзья…

– Какая девица? – не понял адепт.

– Молодая и хорошенькая! – хохотнул стражник. – Говорит, что вы с ней хорошо знакомы, вместе росли!

Витан с недоумением уставился на офицера.

– Видите ли, господин адепт, девчонку задержали на основании пособничества грабителям с тракта, по словам заезжего купца, она у них служила наводчицей! Красотка клянётся, будто купец склонял её к сожительству и обвинил в отместку за отказ. Однако при допросе с помощью артефакта правды выяснилось, что девица действительно связана с пойманными грабителями, якобы один из них ранее считался её женихом! Красотка крутила любовь с приказчиком из лавки означенного купца и, не задумываясь, выбалтывала сведения о поставках товара и пути следования обозов бывшему жениху и его приятелям. Грабителей отправят в каменоломни, а девицу за болтливость приговорили к штрафу. Она утверждает, что вы ей обязательно поможете!

– Прошу меня простить, офицер, но я понятия не имею, о ком вы говорите! – искренне признался Витан.

Без лишних слов адепта препроводили в темницу, где находилась задержанная. В зарёванной, неопрятной девке Витан с изумлением узнал обольстительную Чарушу!

– Господи маг, выручите меня! – горестно всхлипнув, залопотала девчонка и кинулась Витану в ноги, обнимая руками его колени. – Я не хочу в тёмную…

По щекам Чаруши покатились крупные слёзы.

– Да что я могу сделать? – С третьей попытки адепт вырвался из цепких рук девчонки и отступил на пару шагов назад. За последний год Чаруша заметно располнела и подурнела. Размазанная на пухлых щеках круглого бабьего лица краска и застывший в глазах страх напрочь лишили ранее грациозную красавицу привлекательности.

– Заплатить штраф, – в голос завыла Чаруша. – Тётка меня выгнала, когда моего бывшего с женишка с дружками поймали на тракте! А я ни словом, ни духом не знала, что они купцов гра-а-бят!! Все от меня отвернулись…

Жалости к бывшей подружке Витан не испытывал, скорее, брезгливость и неловкость от сложившейся ситуации. Молчание адепта Чаруша истолковала в собственную пользу. Шмыгнув носом, она вытерла мокрое лицо и кокетливо заглянула Витану в глаза.

– Помогите, господин маг! Что вам стоит? Вы же не хотите, чтобы меня посадили в тёмную вместе с ворьём и непотребными девками? – заворковала Чаруша, с намёком поглаживая пальцами бедро Витана. Он отстранился и обернулся к офицеру.

– Большой штраф?

– Полторы сотни золотых! – хмыкнул стражник, поведение адепта и задержанной его явно забавляло.

Витан на миг задумался. Сумма, конечно, не слишком крупная, но для адепта-второкурсника на своих хлебах – немалая! Денег Витан за год накопил, ему хотелось приобрести хорошего скакуна, как у Дарена и Врона. Витан с детства любил лошадей. Теперь от покупки коня в столице придётся отказаться, от путешествия в удобной дорожной карете тоже. Ещё нужно купить этой дуре билет домой… Не то снова куда-нибудь вляпается!

Спустя половину оборота дело Чаруши уладилось, и Витан поволок упирающуюся изо всех сил девицу за руку на станцию.

– Я не хочу уезжать из столицы! – капризничала она. – Я в цветочницы пойду, госпожа Верея меня возьмёт! Ты мне только жильё найди…

– Нет! – жёстко отчеканил Витан. – Ты немедленно отправишься домой.

– Не могу-у, – заревела Чаруша. – Мне сты-ыдно… Родители думают, что мы с Олятой поженились.

– Жаль, что не поженились! – В памяти адепта выплыла гладкая красная рожа здоровяка.

– Зачем мне тупой мужик? – возмущалась девчонка. – Ко мне господин приказчик сватался!! Если бы Олята не был дурнем, а жил собственным умом, Лучан бы ни за какие коврижки его на грабёж не подбил! Им с Дерваном самое место на каменоломне!

– Послушай! Или я покупаю тебе билет, и ты уезжаешь назад в Малые Дворищи, или мы расстаёмся, и я тебя больше не знаю! Совсем. Поняла?

Голос Витана звучал жёстко и категорично. – По старой памяти я тебя выручил, но потом на меня не рассчитывай! Ясно?

Чаруша стушевалась. До девчонки, наконец, дошло, что никакого влияния на бывшего поклонника она уже не имеет. Адепт и Чаруша молча добрались до станции. К большому везению, в карете, следующей в нужном направлении, осталось одно место. Карета отправлялась через три оборота. Витан вручил девчонке билет, немного мелочи на еду и, не прощаясь, ушёл.

***

Дабы найти попутный обоз до Раздольного, так называлось богатое торговое село, где через неполную седмицу начиналась известная на всю страну летняя ярмарка, Витан свернул к рынку. Столичные купцы повезут в Раздольное ткани, посуду и ювелирные изделия, а оттуда – изделия из кожи и дерева, упряжь для лошадей. Но главное на ярмарке – торговля лошадьми!

В Раздольном два знаменитых конных завода. Кое-кто из жителей села тоже занимается коневодством. В начале лета на большую ярмарку в Раздольное съезжаются знатоки и ценители лошадей, владельцы прочих конных заводов и самые богатые торговцы лошадьми. Завершается напряжённая седмица скачками.

Витан целый год мечтал побывать на ярмарке в Раздольном, а сейчас решил воспользоваться обстоятельствами. Всё равно путь в городок, где гостит Потан, лежал через Раздольное! Тогда почему одновременно не убить двух зайцев? Посмотреть ярмарку и, если повезёт, купить коня. Не просто коня, а верхового жеребца, в котором течёт кровь знаменитых эльфийских скакунов!

Неподалёку от станции Витан неожиданно столкнулся с Гардом. На здоровяке, в прошлом году завершившем обучение в академии после третьего курса, красовались нашивки мага второй ступени.

– Привет! – обрадовался маг воды и по-приятельски хлопнул Витана по спине тяжёлой ладонью. – Заходил вчера в академию – все знакомые разъехались, кто куда! Рад, что хоть тебя встретил...

– Привет! – расплылся в ответной улыбке адепт. – Как служба?

– Пойдём, выпьем пива и поговорим, – предложил Гард. Румяное лицо мага воды лоснилось от радостей бытия.

За кружкой пива и жареными рёбрышками приятели провели пару чрезвычайно приятных оборотов. Гард рассказал о службе в родном Колобреге и сообщил, что удачно женился на первой местной красавице. В столицу его привели дела – сопровождал обоз с налогами.

Витан повеселел и постепенно разговорился, вспоминая самые волнующие столичные новости и истории из жизни адептов. В заключение он признался, что ищет попутчиков до Раздольного. Гард предложил собственную компанию до Гавеля, откуда несложно найти обоз до торгового села. Вдобавок отрядный маг пообещал приятелю свободную лошадь.

***

До Гавеля добрались быстро и без приключений. На местном рынке Витан без труда нашёл подходящий обоз. Главный обозник, узнав, что парень – адепт столичной академии магии, предложил ему должность охранника. Витан, долго не раздумывая, согласился. Ему дополнительный заработок точно не помешает!

Погода стояла замечательная! По-летнему жарко, но не душно. Витан лежал на последнем возу на душистом сене и вполглаза рассеянно наблюдал за облаками. Прохладный ветерок приятно холодил распаренное тело и не давал задремать. Адепт мечтал, как после окончания учёбы отправится путешествовать в качестве странствующего демонолога, будет убивать вредных тварей, попутно избавляя людей от свалившихся на них бед. Однажды он встретит прекрасную, добрую и милую девушку, вытащит её из лап злобного демона, после чего она станет его возлюбленной.

Обоз остановился в небольшой деревеньке, и на воз к Витану забрался шустрый чернявый парень из простолюдинов.

– Ваше магичество, я вам не помешаю? – фамильярно осведомился новый попутчик.

Витан вздохнул и подвинулся. Чернявый молодец подоткнул под бок дорожный мешок и уселся рядом с адептом. Примерно десять малых оборотов нежданный попутчик изучал обстановку. Убедившись, что его магичество не имеет ничего против вторженца, парень вытащил из-за пазухи свирель и принялся наигрывать весёлые мелодии. Незатейливые пастушьи песни Витану понравились. Адепт с небрежным любопытством скосил глаза на музыканта.

– Вы, ваше магичество, на ярмарку в Раздольное едете? – поинтересовался чернявый.

Витан кивнул, пожёвывая соломинку.

– И я! – радостно заявил парень. – Хочу поискать работу по уходу за лошадками, я их с детства люблю. Чуть погодя чернявый рассказал, что после смерти отца остался сиротой, и дядька выставил его из дому, типа «хватит тебе, здоровому лбу, на моей шее сидеть»! Родственника парень не осуждал, даже немного жалел. У дядьки подрастали четверо сыновей и три дочери, а хозяйство у него небольшое – старый конь, две коровы и пяток овец.

Витан выслушал рассказ попутчика и вздохнул. Судьба чернявого парня напомнила адепту его собственную, он тоже не нужен своей семье! После ужина до глубокой ночи попутчик играл на свирели.

***

В полдень обоз прибыл в Раздольное. Витан получил расчёт и пошёл смотреть ярмарку. А посмотреть было на что! По размерам ярмарка мало уступала столичной. Адепт, стараясь не заглядываться на ломившиеся от товаров прилавки, целенаправленно отправился к загонам с верховыми лошадьми, выставленными на продажу.

Когда-то бывалый сотник, отслужив положенный срок, вернулся в родную деревушку. С собой он привёл трёх жеребцов – двух тонконогих эльфийских скакунов и тяжеловоза степных орков. Не обращая внимания на насмешки односельчан, бывший сотник занялся коневодством, и дело у него пошло. От эльфийских жеребцов повелась местная порода поджарых, неутомимых верховых лошадей. Потомки оркского тяжеловоза приобрели более изящный вид, их впрягали в кареты знати и использовали под седло тяжело вооружённые воины.

У заводчика имелись два сына, один из них после смерти отца занялся разведением верховых жеребцов, а второй – мощных тягловых коней-тружеников. Смекалистые односельчане убедились, что коневодство приносит немалые доходы, и, выкупив одного-двух жеребцов-производителей, принялись за организацию собственных заводиков. Другие взялись за изготовление упряжи, сёдел и попон.

Спустя полвека деревенька разрослась до крупного, богатого села, считай, города. В Раздольном имелись трактиры и гостиницы на любой вкус. На трёх главных улицах красовались добротные каменные дома с забитыми товарами лавками, питейными заведениями и мастерскими.

***

Побродив по ярмарке, Витан остановился на чистом постоялом дворе. Изобилие верховых лошадей, выставленных на продажу, адепта ошеломило. Заказав в трактире обед, парень подозвал к себе трактирщика, и, сунув ему серебряную монету, спросил, у кого по разумной цене можно купить хорошего верхового жеребца.

Трактирщик состроил серьёзную мину, видно, раздумывал, что ответить и получится ли на этом заработать. Витан щёлкнул пальцем, и свечка на столе зажглась. Трактирщик понял, что перед ним маг, и погрустнел, врать волшебникам – себе дороже!

Через неполный оборот сытый адепт вышел из трактира и целенаправленно направился в торговые ряды к указанному трактирщиком загону. Затаив дыхание, около оборота Витан наблюдал за тонконогими золотисто-рыжими жеребцами, когда к нему подошёл заводчик.

– Интересуетесь? – с наигранной небрежностью спросил он у адепта.

– Интересуюсь! Хочу купить себе верховую лошадь.

Заводчик самоуверенно ухмыльнулся и заложил руки за пояс. – Жеребчикам четыре года, самое время покупать! К седлу приучены, выносливые. Хоть у меня заводик и небольшой, но лошадки получаются справные! Столичные лэры не брезгают…

– И за сколько вы их продаёте?

– Вон за того хочу пятьсот золотых. А те двое с брачком – короткий затылок, отдам за три сотни.

Витан нахмурился. Самое большое, что он мог предложить, двести восемьдесят золотых.

Заводчик растолковал молчание покупателя верно. – Вон того, со звездой на лбу, отдам за двести.

– Что так? – Витан и сам приглядывался к рослому красавцу с белым пятном на точёной голове и угрюмыми тёмно-карими очами. Жеребец держался в отдалении от других лошадей, точнее, прочие скакуны старались обходить его стороной.

– Характер паршивый! – честно признался заводчик. – Злой, как тарнийский мастифф… Двухлеткой не поладил с берейтером и крепко покалечил беднягу...

– Позвольте я посмотрю на него поближе? – попросил адепт.

Заводчик махнул рукой, и два здоровых мужика тотчас же бросились в загон и подвели к Витану коня. Несколько малых оборотов адепт и жеребец настороженно изучали друг друга. Наконец Витан решился и протянул коню заранее заготовленную морковку. Конь мгновенно выбросил вперёд голову и, едва не оттяпав пальцы будущему хозяину, захрустел сладким лакомством.

– Вы поосторожнее, господин хороший! – испугался заводчик. – Откусит вам пальцы, а мне в начале ярмарки дурная слава ни к чему! Заводик мой маленький, держится на честной торговле…

Витан сосредоточился. Тонкая нить от магического источника адепта протянулась к разуму скакуна. Витан отчётливо почувствовал неприязнь молодого жеребца к людям, вызванную жестоким обращением. Адепт, как мог, постарался внушить коню, что не собирается его обижать, наоборот станет его другом и защитником. Конь фыркнул, потянулся к Витану и неторопливо обнюхал протянутую руку. Парень улыбнулся и ласково почесал широкий лоб скакуна.

– Я покупаю его! – уверенно произнёс Витан, с грубоватой нежностью поглаживая сильную, гибкую шею жеребца.

– Эко вы быстро его укротили! – удивился заводчик.

Адепт пожал плечами и вывел коня из загона. – Я назову тебя Огоньком! – сообщил он скакуну.

Устроив приобретение в конюшне при трактире, где остановился, Витан вернулся на рынок и после тщательного осмотра и долгого торга приобрёл седло и сбрую. Вечером адепт оседлал скакуна и прокатился по окрестностям. Несмотря на слова заводчика о скверном характере жеребца Огонёк вёл себя образцово, ни разу не попытался сбросить хозяина и чутко откликался на его требования.

Позднее счастливый Витан тщательно вычистил скакуна, насыпал ему отборного зерна и просидел подле него в конюшне до темноты, рассказывая о себе, своих трудностях, мечтах и надеждах. Адепт упомянул и вероломную Чарушу, бессовестно пользующуюся собственной привлекательностью, чтобы устроиться в жизни получше. Казалось, конь всё отлично понимал, выражая одобрительным фырканьем доброе отношение к хозяину и другу…

Глава 21

ПОВОДЫРЬ ЛОШАДЕЙ

На следующий день Витан после обеда прогуливался по рынку, парень намеревался купить гостинцы для родни Потана. Не ехать же в гости с пустыми руками!

– Эй, господин маг, у нас к вам дело! – оторвал адепта от разглядывания шёлковых платков грубый голос.

Витан обернулся и увидел троих статных вооружённых мужчин, местных стражников. – Что такое? –растерянно спросил Витан.

– Поймали конокрада. Поговаривают, будто вы с ним приятели, – бойко выдал бородатый крепыш.

– Какого конокрада? – растерянно уточнил адепт. – Какого приятеля? Я приехал на ярмарку один! Спросите у главного в обозе, что нанял меня в охрану.

– Получается, ошибочка вышла?! – Крепыш недоверчиво прищурился. – А если мы вас с товарищами расспросим по-свойски? – в словах стражника отчётливо послышалась угроза.

– Не знаю никакого конокрада! – возмутился Витан. – В глазах адепта сверкнули яркие зелёные огни. – Могу дать показание с применением артефакта правды! Если не отстанете от меня с нелепыми претензиями, немедленно подам жалобу в управление магии и пошлю вестник в академию…

То ли поимела действие угроза, то ли стражников отпугнули зелёные вспышки в глазах молодого мага, они, вполголоса посовещавшись, ушли.

***

Конокрада мордовали до темноты. На рассвете парнишка-пастушок, бродивший в поиске пропавшей овцы, обнаружил в низине пяток лошадей и охраняющего их незнакомого чернявого парня. Пастушок побежал в село и рассказал об увиденном мужикам.

Конокрада схватили. Вскоре отыскал владелец лошадей. Подоспевшие стражники, выведав от парня имя сообщника, умыли руки, отдав конокрада на расправу мужикам. В Раздольном кража лошадей считалась едва ли не самым тяжким преступлением. Сообщник парня, которым оказался приезжий купец, пропал бесследно.

Поздно вечером следующего дня к Витану заявились стражники и предложили ему взглянуть на конокрада. Парень заметил довольные ухмылки на сытых бородатых лицах. Видно, господа стражники решили поквитаться со столичным гордецом на собственный лад!

Адепт без возражений последовал за представителями правопорядка. На окраине села свернули в переулок и подошли к старому амбару с покосившейся крышей. Витан переступил порог, и в нос ударила тяжёлая смесь крови, человеческих испражнений и еле уловимый сладковатый запах мертвечины. На жаре мёртвая плоть разлагается быстро.

При тусклом свете единственной свечи Витан разглядел лежащее на широкой лавке обезображенное тело. Восково-жёлтая кожа мертвеца, в котором адепт с трудом узнал неунывающего попутчика, запомнившегося Витану чудной игрой на свирели, приобрела зеленоватый оттенок. Лицо трупа с перекошенным ртом и вывалившимся наружу распухшим языком представляло собой жуткую личину, смутно напоминающую человеческую. В пятки бедолаги местные умельцы пыточных дел вбили толстые гвозди.

– Узнаёте, господин маг? – елейным голосом глумливо осведомился коренастый крепыш, что был у стражников за главного.

– Узнаю! – громко ответил Витан. Адепт сглотнул подкатившийся к горлу давящий, тяжёлый ком. Показать в данный момент слабость – значит, сдаться на милость вконец обнаглевших от бесконтрольной власти стражников! Для них ничто не имеет значения, кроме интересов коннозаводчиков. Хмурое лицо Витана ни на миг не изменилось. Стражники обменялись пытливыми взглядами. Адепт сдержал подступившую тошноту и усилием воли подавил жгучее желание немедленно выскочить наружу и вдохнуть свежего воздуха. Сердце его сжалось от щемящей жалости к бесшабашному попутчику, а разум отказывался верить в вину наивного пастуха.

Реакция Витана на представленное ему зрелище стражников обескуражила. Они ждали от молодого парня всплеска эмоций, страха или растерянности. Однако перед ними стоял невозмутимый молодой маг и со сдержанным вниманием ждал новых вопросов.

– Кхе-кхе, – откашлялся крепыш, собираясь с мыслями.

– Мы, ваше магичество, ищем сообщника этого конокрада, поэтому решили с вами побеседовать, – выручил офицера говорливый весельчак, выглянувший из-за широкой спины главного. По дороге в пыточную говорун время от времени ласково поглаживал рукоять плети за кожаным поясом и нашёптывал крепышу советы.

– И чем я могу быть полезен следствию? – холодно осведомился Витан.

– Вдруг вы что-то видели или слышали?

– Парень рассказывал мне, будто он сирота и направляется в Раздольное в расчёте найти работу по уходу за лошадьми. Больше мне ничего неизвестно! Даже его имени.

– Ясненько, – скучным голосом ответил главный. – Тогда мы вас не задерживаем. Но если что вспомните – приходите!

***

Витан вышел из амбара и столкнулся лоб в лоб с сухеньким старичком, одетым несмотря на душный вечер в тёплый кафтан и шапку с меховой опушкой. Адепт тотчас же почувствовал магию, исходившую от старика. Витан извинился и, намереваясь поскорее вернуться к себе, ускорил шаг.

– Молодой человек! – окликнул адепта пожилой маг. – Прошу вас, задержитесь!

Витан обернулся, и старик схватил его за руку.

– Вы видели, что сотворили с этим несчастным? – сдерживая рвущееся наружу негодование, произнёс маг.

– Видел, – мрачно проговорил адепт.

– По-моему, парнишка – всего лишь орудие опытного, хитрого преступника! Я пытался объяснить это стражникам, а потом истязающим беднягу мужикам, но меня никто не слушал. Что им какой-то маг земли! – печально вздохнул старик. – Сейчас они ищут заказчика, и я для них бесполезен! – пожилой маг обиженно мотнул головой. – Меня зовут Миролюб Дражко, я номинальный глава магического управления в Раздольном, – представился старик.

– Я тоже ничем им помочь не смогу, – ответил Витан и печально вздохнул. – Есть маги, которые специализируются на следовой магии, но у меня другой профиль.

– Да-да, понимаю, – согласился Миролюб Дражко. – Вдобавок после смерти парнишки прошло более суток. Допрашивать труп уже поздно!

– А другие маги здесь есть? –поинтересовался адепт.

– Целительница четвёртого уровня, моя супруга, и выписанный из Гавеля маг седьмой ступени, специализирующийся на лечении лошадей. Этот в Раздольном почёте! Видели на центральной улице белый каменный особняк? Его дом. Коннозаводчики на него молятся! К подобным расследованием лошадиного лекаря не привлекают. А я – маг земли, мой профиль – растениеводство! Но я способен чувствовать магический потенциал другого одарённого! У вас, молодой человек, высокий уровень источника, магия Двуединого, – пояснил старик.

– Но следственная магия – не моё! – оборвал собеседника адепт.

– Жаль, очень жаль! Почему люди сначала делают, а думать начинают потом?! Не надо было убивать парнишку, пока не поймали настоящего конокрада! Сказал он им имя, и что? В следующий раз вор назовётся по-другому и найдёт нового неискушённого помощника, – устало умозаключил Миролюб Дражко.

– Всего доброго! – попрощался Витан. Завтра адепт надеялся покинуть Раздольное и больше никогда сюда не возвращаться.

Однако обстоятельства распорядились иначе. На рассвете Витана разбудили испуганные голоса стражников. Они ворвались в комнату адепта и оглушили его потоком слов и истеричными криками.

Витан протёр глаза, вылез из-под одеяла и с непониманием уставился на столпившихся у входа бородачей.

– Господин маг, господин маг! – испуганно завопил крепыш. – Тело пропало!!

– Какое тело? – удивился Витан.

– Давешнего конокрада! – визгливо выкрикнул из-за широкой спины крепыша длинный лысый мужик.

– Как пропало? – уточнил адепт, перепуганные стражники вызывали у Витана досаду и раздражение. Он жалел, что не убрался из Раздольного вчера вечером.

– Поглядите сами, – выдавил из себя крепыш. – Одёжка мертвеца на месте, а самого его нет!!

– И чего вы от меня хотите? – спросил адепт. – Мне труп не нужен!

Стражники задумались, растерянно переглядываясь. – Так мы того, зашли проверить… – Убедиться, что мертвец не дрыхнет у меня под кроватью? – сердито рыкнул Витан. – Убедились? А теперь, господа, бывайте! Мне надо отдохнуть перед дорогой.

Стражники потоптались у порога и гуськом, один за другим, убрались из комнаты.

***

Уехать из Раздольного у Витана не получилось. Утром взбесились лошади, что паслись на ближнем лугу. Табун ворвался в село, сметая на своём пути всех и вся. Во главе табуна нёсся вожак – здоровенный чёрный жеребец с огненно-красными очами. При его приближении лошади делались неуправляемыми, даже мирные немолодые тяжеловозы вставали на дыбы и в ярости рвали упряжь.

Ярмарку размело на глазах. Выставленные на продажу лошади сломали ограждения загонов и присоединились к одичавшему табуну. В селе поднялась паника. Люди попрятались в домах и боялись выглянуть на улицу. Кое-кто попытался покинуть село, но запрячь обезумевших коней оказалось невозможно, животные, поддавшись влиянию неведомой силы, вышли из повиновения. Шёпотом повторяли имя Кунгана, младшего сына Светлой Ари и Двуединого, поводыря лошадей. Гнев лошадиного бога обрушился на Раздольное…

В конюшне при трактире, где остановился Витан, тоже было неспокойно, в шалых глазах коней бушевало безумие. Лошади тревожно похрапывали и дичились людей. Адепт подошёл к Огоньку и погладил нервно подрагивавшего жеребца по крупу. Дабы успокоить коня, Витан снова задействовал свой магический источник. Перед тем, как покинуть конюшню, адепт установил на косяке двери универсальный защитный артефакт противодействия враждебной магии любого характера, подаренный ему Яреком.

Главный маг Раздольного поймал Витана, когда тот выходил из конюшни.

– Беда! – возбуждённо заговорил Миролюб Дражко, руки его тряслись от страха. – Кунган вселил дух мертвеца в вожака! Убитый конокрад не угомонится, пока живы его мучители…

– Вы должны немедленно послать в Гавель магический вестник с просьбой о помощи! – потребовал Витан. – Иначе погибнет много невинных.

– Не могу… – маг обречённо опустил голову и закрыл руками лицо.

– Почему? – удивился адепт. – Вы – глава местного управления магии, это ваш прямой долг!

– Молодой человек, – печально вздохнул старик и устало присел на скамейку возле конюшни. – Вам меня не понять! Вы уедете, а мне тут жить.

– И что?

– Что? – морщинистой лицо мага превратилось в скорбную маску. – Я очень стар, мой источник еле теплится, и мне хочется прожить последние годы в покое и уюте…

Витан с недоумением посмотрел на Миролюба Дражко. Адепт никак не мог связать в голове опасную ситуацию в Раздольном и слова мага.

Старик печально улыбнулся. – Здесь всем правит торговля лошадьми! Не справедливость, а чистая выгода. Почему, вы думаете, богатые владельцы конных заводов не пригласили сюда молодых, сильных магов? Я отвечу – заводчики не желают, чтобы кто-то лез в их дела! Они и купленная ими с потрохами стража безраздельно властвуют в селе, казнят и милуют по собственному усмотрению… Я присутствовал при допросе паренька, считаю, что он не крал лошадей. Хитрый вор нанял неопытного, доверчивого мальчишку присмотреть за краденными скакунами, скорее всего, негодяй планировал воспользоваться порталом, но что-то ему помешало. А парня отдали на расправу мужикам для устрашения настоящих конокрадов, и чтобы, замордовав беднягу, народ выпустил пар.

– Выходит, вы не сомневались, что парень ни в чём невиноват, и промолчали! – Гнев ударил в голову адепту.

– А что бы вы сделали на моём месте?! – взвился маг. – Стражники накинулись бы на вас кучей и прибили… Затем заявили бы, будто вы – пособник конокрада!

– Вам следовало послать вестник в магическое управление Гавеля! – твёрдо произнёс Витан.

– Пытался, пару раз, – криво улыбнулся старик. – У заводчиков повсюду свои люди. Со мной тогда поговорили…вышло убедительно.

– И что теперь будет? Происшествие на ярмарке, где присутствовало много народа, скрыть не получится! Правда всё равно выплывет наружу.

– Не знаю! – вздохнул старый маг. – Полагаю, дух мертвеца побушует некоторое время, перебьёт обидчиков, после чего наступит затишье. Скорее всего, заводчики объявят, что взбесившиеся лошади – дело рук нечестных конкурентов. На следующий год снизят цены, дальше снова заживут, как жили!

– Но погибнут невинные!

– Увы…

– Пошлите вестника в столицу, в академию магии! – предложил Витан. – На кафедру некромантии.

Старик испуганно замахал руками.

Адепт решил изменить тактику. – А вы, уважаемый, не боитесь, что среди гостей ярмарки найдутся влиятельные и очень умные люди? Конкурентам тоже ненужно расследование и прочая кутерьма, мешающая торговле. Они наймут следственных магов и начнут собственное расследование. Когда во всём разберутся, вас точно обвинят в бездействии и сговоре с преступниками… Вы ведь знаете, что всегда ищут крайнего? Господа заводчики откупятся, подставят стражников, неугодных им хозяев небольших заводов и … главу местного управления магии!

Перепуганный логичными выводами Витана Миролюб Дражко переменился в лице и часто задышал, хватаясь за сердце.

– Пошлите вестника в академию! Я скажу кому, – жёстко потребовал адепт. Витан блефовал, когда ранее пугал стражников, что пошлёт магического вестника в Гавель и столицу. Вестника могут отправить только маги, прошедшие посвящение. Вот через год, когда Витан станет магом первой начальной ступени – пожалуйста! – До прибытия помощи мы с вами постараемся хоть как-то успокоить лошадей и попробуем найти виновных, – добавил адепт.

Старик страдальчески посмотрел на Витана и согласился. Понадобилось немного времени обсудить содержание послания, и магический вестник на имя демонолога Одилии Лан вылетел в столицу.

***

Поздно вечером, когда старый маг и Витан корпели над книгами по демонологии в поисках действенного средства, как умилостивить грозного Кунгана и хоть немного успокоить взбесившихся коней, в магическое управление примчался, сопровождаемый десятком стражником, лошадиный лекарь. Маг седьмой ступени Велеш Брага ногой распахнул дверь в комнату и, потрясая кулаками, подскочил к старику.

– Вы, вы сделайте что-нибудь! Заводчики несут убытки!! – визгливым бабским голосом выкрикнул лошадиный лекарь.

Глава магического управления с достоинством отстранился и поправил шейный платок. – Я работаю! И делаю всё, что могу, – уверенно произнёс он, указав пальцем на руководство по демонологии, раскрытое на странице с изображением младшего бога Кунгана, мускулистого силача с лошадиной головой.

– Но результатов нет! Разъярённый табун разнёс в щепки пыточную! Чёрный жеребец ворвался в участок стражи и проломил головы всем, кто там был!! – продолжал орать Велеш Брага.

– А почему вы ничего не делаете? – вежливо осведомился Миролюб Дражко. – Самый сильный наш маг – вы! Я – всего лишь маг земли пятой ступени со специализацией по растениеводству, парень недавно закончил второй курс магической академии. Получается, что в первую очередь заниматься обезумевшими лошадьми должны именно вы, это ваша прямая обязанность…

Маг седьмой ступени побагровел и грязно выругался. Стражники с бледными лицами неуверенно переглядывались, им было страшно.

– Если вы, уважаемый господин Брага, здесь бессильны, следует отправить вестник в Гавель за помощью, – с невинным выражением лица предложил глава магического управления.

Холёная физиономия Велеша Браги вспыхнула от негодования, он уцепился за край стола унизанными дорогими перстнями пальцами и яростно прошипел в лицо старику: – Только попробуй послать вестник! Я тебя…

Главный маг Раздольного с достоинством кивнул и заявил: – Я вас больше не задерживаю, господин маг седьмой ступени, идите работать!

Велеш Брага подозрительно глянул на Витана, развернулся и, подметая пол краями шёлковой мантии, направился к выходу. Дверь за ним с грохотом захлопнулась.

– Я говорил вам, молодой человек! – развёл руками Милорад Дражко. – Так и живём…

– Ничего, скоро здесь наведут порядок! – утешил старика Витан. – Или я не знаю госпожу Лан и магов из Тайной Стражи…

При упоминании Тайной Стражи глава магического управления нервно вздрогнул.

***

Страх перед заполонившими улицы села одичавшими лошадями, которые сметали на полном скаку всё, что попадалось им на пути, загнал людей в подвалы домов. Кое-где валялись трупы несчастных, погибших под копытами коней. Стража бездействовала, укрывшись под предлогом защиты хозяев в каменных особняках богачей. Больше всех досталось гостям ярмарки и жителям бедных окраин. Какое-то количество женщин и детей жрецы Двуединого, Светлой Ари и сурового Нура спрятали в храмах. К храмам взбесившиеся лошади не приближались.

В самом бедственном положении оказались мелкие купцы, ремесленники и простолюдины, приехавшие на ярмарку. Им удалось найти временное пристанище в перелеске неподалёку от торговой площади. Эти люди нуждались в защите в первую очередь. Кто-то решил, бросив добро, вернуться домой пешком. Но повезло немногим. Разъярённые кони, повинуясь чьей-то злой воле, не выпускали людей из окрестностей Раздольного. Изувеченные тела беглецов, растоптанных лошадьми, валялись на дорогах. Дух обвинённого в конокрадстве парня, вселившийся по воле Кунгана в чёрного вожака, искал подставившего его злоумышленника.

***

Поразмыслив, старый маг и Витан решили приманить чёрного жеребца и усыпить его хотя бы временно. Лошади без вожака, вероятно, успокоятся сами, а для верности в поилки можно добавить сонного зелья.

Витан отыскал в своей книжице несложное заклинание – Полог Забвения. К сожалению, плетение требовало чрезвычайно больших затрат магической энергии. Но выбора у мага-агрария и адепта второго курса не было. В магическом управлении имелось несколько полных накопителей небольшого объёма. Старый маг и Витан тщательно просчитали формулу заклинания и пришли к выводу, что этого должно хватить. Не следовало сбрасывать со счетов высокий уровень внутреннего источника адепта, в случае чего Витан сумеет подпитать теряющее силу заклинание.

Миролюб Дражко предложил устроить засаду возле бывшей пыточной. По слухам, вожак появлялся там чаще всего. Дух убитого некоторое время остаётся привязанным к месту смерти. Оставалось определиться, как подманить вожака. Витан подкинул идею – сотворить фантом стражника, напитав его магией, таким образом создать иллюзию присутствия живого человека.

Старик подумал и заявил, что подобное действо не предполагает особых сложностей. Надо взять слепок ауры любого из стражников и спроецировать на фантом, а подпитка магической энергией похожа на стимуляцию роста растений. В общем, план, на первый взгляд представлялся вполне осуществимым.

***

Спустя три оборота Миролюб Дражко и Витан засели в кустах около развалин бывшей пыточной. Время приближалось к полуночи. Неподалёку гулко ухала сова. Чёрное небо с рассеянными по нему мириадами звёзд и яркой, словно жёлтый масляный пшеничный блин луной, выглядело бесконечно глубоким и спокойным.

В кустах просидели около оборота, когда в отдалении послышался топот приближающегося табуна. Старый маг и Витан внутренне подобрались и достали накопители. Миролюб Дражко выпустил фантома. Призрачный стражник, повинуясь приказу, слонялся по развалинам, будто что-то искал. И тут Витан увидел вожака. Огромный чёрный жеребец стремительно мчался впереди окутанного пылью табуна. Казалось, копыта демона не касаются земли, настолько лёгок и скор был его бег.

Всхрапнув, жеребец рванул к стражнику в стремлении растоптать очередного врага и проскочил сквозь полупрозрачное тело фантома. Демон остановился и принюхался. Красные очи вспыхнули, дух мертвеца в теле коня догадался, что ему подсунули обманку. Табун с тревожным ржанием окружил развалины.

– Полог! – возбуждённо прошептал Витан. – Запускаю заклинание. Активируйте накопители. Адепт встал во весь рост и развёл руки в стороны, чётко проговаривая знаковые слова. Жеребец в ярости метнулся к Витану, намереваясь проломить копытами ему голову. Парень увернулся, не прекращая читать заклинание. На миг глаза демона и адепта встретились, и Витану почудилось узнавание, промелькнувшее в огненных очах жеребца.

Старый маг замешкался. Это могло стоить адепту жизни. Витан замер в трёх шагах от демона с раскинутыми руками, большая часть энергии его магического источника ушла на создание чар. Оставалось лишь накинуть Полог Забвения на вожака, но для этого требовалась энергия накопителей.

– Скорее! – отчаянно крикнул адепт. Старик опомнился, и магия первого накопителя потекла в сотканное Витаном заклинание. Изловчившись, адепт выбросил руки вперёд, и Полог Забвения окутал демона. Чёрный жеребец закачался, укоризненно посмотрел на Витана и рухнул на траву.

Заклинание поглотило энергию ещё двух накопителей и полностью опустошило магический источник адепта, пока колдовской сон не сморил демона. Миролюб Дражко, не в силах справиться с обуревавшими его чувствами, разрыдался как ребёнок. Витан навзничь лежал на траве и бездумно таращился в начинающее светлеть небо. Лишившись вожака, лошади из табуна потерянно бродили по окрестностям.

***

На рассвете на торговой площади Раздольного открылся портал, из которого вышли Одилия Лан, магистр следственной магии Тулик Велига и три мага Тайной Стражи. Магистр Велига галантно поддерживал под локоток демонолога. Запустение, разгромленные павильоны ярмарки и груди мусора наглядно свидетельствовали о произошедшей недавно трагедии.

Тулик Велига без промедления активировал поисковую нить, настроенную на медальон адепта Витана Ратши. Парня вскоре обнаружили мирно спящим на траве возле развалин старого амбара. Рядом с адептом дремал, привалившись к повалившемуся дереву, старый маг. А неподалёку обнаружился демон в лошадином теле, скованный Пологом Забвения.

– Вас можно поздравить, госпожа Лан! – проговорил магистр следственной магии. – В будущем году вы получите достойного ученика. И, по слухам, не одного!

Оливия Лан улыбнулась.

К вечеру в Раздольном появился отряд Тайной Стражи, и, как и обещал Витан, начались последовательные, целенаправленные действия по направлению к порядку и торжеству закона.

Витану пришлось задержаться в Раздольном ещё на три дня.

***

– Ну, прощай, парень! Полагаю, мы больше не увидимся, – Миролюб Дражко пожал адепту руку и сунул ему корзинку с едой, собранную супругой.

– А что вы решили? – полюбопытствовал Витан.

– Господа из Тайной Стражи любезно пообещали мне через седмицу отправить нас с женой порталом в небольшое городок на севере страны. Не хотим здесь оставаться! Знаете, молодой человек, много-много лет назад мы с Талиной, моей супругой, познакомились в том городке… Она была юной целительницей, а я – начинающим магом… Думаю, теперь там всё сильно изменилось…

Витан обнял старика и вскочил на нетерпеливо переминающегося на месте Огонька.

Глава 22

ЛАБИРИНТ ОТРАЖЕНИЙ

Общеизвестно, что контакты академии и лично магистра Грегора Лойко с практичными мастерами-гномами строились на взаимной выгоде. В чём заключалась та самая выгода, Ярек узнал перед самым отбытием в Бурые Скалы, так называлось небольшое княжество гномов на северо-востоке.

Утром магистр Грегор вызвал адепта и приказал срочно собрать вещи. Площадку перед факультетом прикладной некромантии оцепили боевые маги-старшекурсники, ученики магистра Кана. Ярек оставил дорожный мешок у комендантши и отправился на поиски наставника. К своему большому удивлению, адепт застал его в обществе магистра Балши.

Низкорослый Перко Балша крутился около магистра Грегора, точно шмель возле сахарного дерева, и, льстиво улыбаясь, упрашивал взять его с собой. Мол, магу, чья специализация кристаллы, просто необходимо побывать у гномов! На уговоры хитреца магистр Грегор ответил категоричным отказом.

Как на зло, Ярек столкнулся с магистром Балшей у выхода, когда тот с обиженным бормотанием покидал факультет некромантии. К счастью, заметив рыжего адепта, магистр Грегор тотчас же пристроил его к делу – носить и складывать на длинные, плоские тележки аккуратные деревянный ящики.

Оказалось, магистр Грегор и Ярек отправятся к гномам порталом. Порталы – удовольствие дорогое, жрут уйму магической энергии, поэтому пользуются ими лишь в исключительных случаях. Данная ситуация, как позднее узнал Ярек, бесспорно, относилась к исключительным. В Бурые Скалы предстояло доставить объёмный и чрезвычайно ценный груз. В ящиках находились оборонные артефакты, при активации формирующие защитное магическое поле, и полностью заправленные накопители большой ёмкости.

Однажды Ярек видел похожий оборонный артефакт, их производством занимался непосредственно магистр Грегор, ему помогали старшекурсники. В хрустальную сферу в определённом порядке вставлялись несколько тонких как шёлковая нить спиралей. Даже при лёгком потряхивании сферы нарушался баланс, и артефакт тотчас же отключался.

Когда все ящики доставили на площадку, Ярек отошёл к фонтанчику за деревьями ополоснуть лицо и напиться. К адепту, словно демонёнок из игрушечной шкатулки, подскочил магистр Балша.

– Адепт Яромир Камен? – уточнил он и во весь рот улыбнулся, прикинулся, будто забыл имя одного из своих учеников.

Ярек настороженно кивнул. Не доверял он этому скользкому типу и всё! Обычно Перко Балша не баловал Ярека повышенным вниманием.

– Приятно, что такого способного адепта награждают по заслугам! – скоро залопотал магистр Балша. – Я тоже считаю вас старательным и толковым учеником. Разве не лучшая награда для будущего мастера артефактов – обучение в мастерских гномов?!

Ярек захлопал глазами и притворился, что не понимает, о чём речь.

– И когда будет активирован портал? – вкрадчиво осведомился Балша.

Адепт пожал плечами.

– Неужели ваш наставник вам не сказал?

– Нет! – уверенно солгал Ярек.

Магистр разочарованно вздохнул и направился к площадке. Пару малых оборотов адепт наблюдал, как Балша сновал поблизости от ящиков, но к самой площадке охранники его не подпустили, ссылаясь на приказ магистра Грегора. Разочарованный Балша убрался, едва завидел магистра-артефактора, выходившего из здания факультета некромании.

Грегор Лойко приказал Яреку сходить за вещами, портал вот-вот откроется. Спустя десять малых оборотов адепт стоял на площадке и нетерпеливо ждал отправки, ему ещё не приходилось передвигаться при помощи портала. Взволнованный парень, прижимая к груди дорожный мешок, занял место за спиной магистра Грегора. Маги-охранники поспешно отошли от площадки.

***

Магистр активировал портал, и свет померк в глазах Ярека, парень почувствовал, как летит в бездну. Затем полёт замедлился, и адепту почудилось, будто он завис в небытие, где нет ни времени, ни пространства. А потом в глаза ударил яркий утренний свет. От неожиданности Ярек замотал головой. Прибыли!

Адепт с любопытством огляделся по сторонам. Красиво, дух захватывает! Они с магистром стояли на небольшой площадке нагорного плато, солнце падало на оранжево-бурые скалы, острые горные пики тонули в молочных облаках.

За разглядыванием пейзажа Ярек не заметил, как появились местные жители. Макушка самого высокого из них доставала адепту до подбородка. Однако в корпусе гномы были шире людей раза в два. Грубые, словно высеченные из камня лица с аккуратно подстриженными бородами, сдержанная неприязнь в колючих глазах. На мгновение встретившись взглядом с темноволосым здоровяком, Ярек невольно поёжился. Полукровка магистр Тулик Велига по сравнению с чистокровными гномами сейчас представлялся адепту олицетворением приветливости и добродушия.

Горные мастера коротко переговорили с магистром Грегором и по-хозяйски оглядели груз. Вскоре из горной пещеры показались гномы-рабочие с тележками. Вслед за наставником Ярек проследовал в пещеру, освещённую тысячами круглых артефактов-светильников, встроенных в стены. Магистр отправился вместе со старшими мастерами куда-то вглубь горы, а к адепту подошёл юный гном с еле заметно пробивающейся бородой и потащил Ярека за собой.

Примерно половину оборота петляли по бесконечным узким коридорам, пока не очутились в круглом зале со статуей Тёмного Искусника, размером в три человеческих роста. Ярек замер, любуясь каменным изваянием. В отличие от статуи Отая на факультете некромантии, ироничного и немного усталого, покровитель горных мастеров выглядел решительным и непреклонным. Казалось, глядя на присутствующих, Тёмный Искусник вопрошает – достоин ли ты, смертный, здесь находиться, готов ли упорно трудиться до конца жизни, не покладая рук?

Проводник бесцеремонно дёрнул Ярека за рукав и указал на одну из дверей в стене зала.

– Будешь жить там! – срывающимся тенорком проговорил юный гном.

– А что это за помещение? – поинтересовался адепт.

– Здесь живут ученики! – пояснил юноша и направился в противоположную сторону зала.

– Эй, постой! – обиделся Ярек. – Я тут ничего не знаю, объяснил бы, что к чему!!

Молодой гном озадаченно остановился.

– Между прочим, меня зовут Ярек.

– Талан, ученик.

– Я тоже ученик. Расскажи мне, как вы здесь живёте?

– Мне некогда! – оборвал адепта юный гном. – Нужно работать! Обед в два оборота после полудня, я за тобой приду. В твоей комнате есть всё необходимое…

Талан ушёл, а Ярек задумчиво поплёлся в указанное гномом помещение.

***

Комната выглядела простой и удобной. Широкая кровать, массивный стол, встроенный в стену шкаф, а в маленькой нише, как напоминание о долге, красовалась фигурка непреклонного Отая.

Адепт фыркнул и, не раздеваясь, развалился на постели. Жестковато, но терпимо. Долго отдыхать Яреку не дали. В комнату ввалился низенький пожилой мастер с курчавой рыжей бородой и, окинув бездельника укоризненным взглядом, потребовал отправиться за ним. Рыжий представился мастером артефактов Грононом.

Снова долго петляли по коридорам, пока не очутились в просторном зале с множеством отдельных кабинок.

– Будешь учиться здесь! – не допускающим возражений тоном заявил мастер Гронон. – Я стану твоим временным наставником.

Рыжий подтолкнул Ярека к ближайшей кабинке. – Сначала мне нужно узнать, что ты умеешь.

Адепту было велено сесть за стол. Мастер положил перед Яреком отшлифованную до стеклянного блеска каменную пластину.

– Отвечай на вопросы! – велел он и ушёл.

Адепт почесал затылок и нахмурился. Чего-чего, а подобного приёма он не ожидал. Не успел опомниться – сразу в работу! Ни приветственных речей, ни ознакомительной экскурсии… Словом, гномы – они и есть гномы!

Парень коснулся пальцем пластины, и на ней вспыхнули зелёные точки, мгновенно трансформируясь в вопрос. Ярек прокорпел над доской до обеда, результат получился скромный. Адепт более-менее толково ответил всего на двенадцать вопросов. Однако мастер Гронон был доволен. Гном заявил, что для начинающего совсем неплохо.

***

На обед Ярека сопровождал немногословный Талан. Когда вошли в столовую для учеников, молодой гном вручил адепту круглый жетон, при помощи которого человеческий парень сможет разобраться в запутанных коридорах и самостоятельно добраться до нужного помещения.

Столовая Ярека впечатлила. В зале с высоким сводом было светло и уютно, на стенах красовались картины, мозаики с изображением бытовых сцен – гномы за работой, на пирушке и горные пейзажи. Адепт зазевался, любуясь образцами гномьего искусства. Неожиданно Ярека хлопнул по спине тяжёлой ладонью светловолосый гном. Адепт нахмурился, но ученик мастера металлов, на что указывала эмблема на груди блондина, по-приятельски улыбнулся и указал новичку на очередь перед тремя громадными котлами. Опрятные гномы в белых фартуках накладывали еду в миски ученикам.

– Родан! – представился блондин и ткнул кулаком себя в грудь.

Ярек назвал своё имя и по знаку нового знакомого направился к выставленным стопками мискам. Кормили учеников без особых изысков, но вкусно и питательно – фасолевая похлёбка, рассыпчатая греча и мясо, тушеное с грибами из подземных теплиц. Ели гномы молча, деловито и с удовольствием, как и работали.

Когда с едой было покончено, Ярек разговорился с Роданом. Молодой гном выделялся среди важных соплеменников живым нравом и любопытством. Он рассказал адепту, что владеет магией металла, позавидовал Яреку, что тому в равной степени дано управляться с любыми материалами, камнем, деревом и металлами. Ещё Родан сообщил, что новичку несказанно повезло с временным наставником.

Мастер Гронон одарён редким магическим талантом – он способен вплетать магию в заготовки для артефактов из любых материалов в процессе производства. Подобные артефакты могли служить века и подпитываться магией самостоятельно вблизи подходящего природного источника. Обычно гномы укрепляли магией футляры артефактов на конечном этапе. Такие артефакты нуждались в постоянной подпитке энергией от мага.

Огромные часы с золочёными стрелками звучно, точно молотом по металлу, пробили три раза. Словно по команде ученики поднялись из-за столов и, выстроившись в пять длинных очередей, принялись складывать грязную посуду в огромные чаны с горячим мыльным раствором.

– Бывай! Ещё увидимся, – махнул адепту Родан и торопливо вышел из столовой.

Ярек растерянно топтался на месте, соображая, куда ему теперь пойти. Спустя два-три малых оборота его жетон нагрелся, на гладкой поверхности вещицы закрутилась оранжевая змейка с глазами-изумрудами. Адепт с умильной улыбкой наблюдал, как искрилась чешуя на гибком теле и переливались всеми оттенками зелёного блестящие глаза. Змейка выгнулась дугой, повернула головку в определённом направлении и застыла. Ярек догадался, что артефакт указывает ему путь. По дороге змейка несколько раз меняла положение. Вскоре адепт добрался до большой мастерской, где его уже ждал мастер Гронон.

***

Откровенно говоря, переполненному впечатлениями парню очень хотелось, развалившись на широкой кровати, подремать после сытной трапезы. Но гномы бы его не поняли. Здоровому парню валяться в постели посреди дня?! Позор! Поступок, заслуживающий всеобщего порицания…

Подавив зевоту, Ярек уставился на временного наставника преданным взглядом. В конце концов, адепту выпала редкая удача – поучиться мастерству у горных мастеров!

Мастер Гронон пристально посмотрел на Ярека и, намеренно приглушив раскатистый бас, заговорил: – Уважаемый магистр Грегор Лойко говорил о тебе, мальчик, как о щедро одарённом природой маге. И твой учитель прав. В тебе много магии, но мастером ты станешь лишь тогда, когда научишься ею управлять. Для этого ты должен пройти лабиринт отражений, а, значит, научиться терпеть боль и преодолеть глубоко засевший в тебе страх!

При упоминании о страхе Ярек вспыхнул. Да, адепт не считал себя храбрецом и в душе стыдился своей слабости, но он готов пойти на всё, чтобы стать настоящим мастером!

Гном усмехнулся и продолжил: – Ты думаешь, что справишься? Не обольщайся! Из десяти проходит испытание один.

Ярек прикусил губу.

– Конечно, при запасе терпения и трудолюбия ты научишься работать с материалами, достигнешь уровня хорошего ремесленника. Ремесло тебя прокормит. Если это то, к чему ты стремишься, то больше нам говорить нет о чём! Завтра приступишь к работе в мастерской младших учеников.

– Я хочу попытаться пройти испытание! – невежливо оборвал мастера адепт. – Не уверен, что смогу, но я попробую…

Гном громко расхохотался. – Он попробует!! Пусть так, пробуй.

Мастер Гронон бережно извлёк из шкатулки завёрнутый в холстину свиток. Свиток оказался очень старым, пергамент пожелтел и обтрепался по краям. На обвязанном шёлковым шнурком фолианте висела потемневшая от времени печать.

– Коснись пальцами печати, мальчик! – потребовал гном.

Ярек тотчас же выполнил приказ. На мгновение печать вспыхнула алым пламенем.

– Теперь ты сможешь прочитать и заучить то, что написано в книге, – пояснил мастер Гронон. – Даю тебе три дня.

Адепт с ценным свитком в руках при помощи артефакта направления вернулся в выделенную ему комнату. Удобно устроившись на кровати, Ярек осторожно развернул пергамент. Текст был написан на старом языке горного народа. Пару малых оборотов адепт с недоумением таращился на непонятные значки, и вдруг он услышал в голове тихий шёпот, который становился громче и громче. Ярек догадался, что заработала магия свитка, и он начал понимать написанное.

В старинном фолианте повествовалось о том, как научиться управлять собственной магией. Не отрываясь ни на миг, адепт читал до ужина. Вечером до Ярека донеслись гулкие удары гонга. С сожалением парень тщательно завернул свиток в холстину и положил его в шкаф.

***

За ужином к адепту подсел Родан. Блондин предложил Яреку заглянуть в кабачок и выпить пива. Под предлогом важного дела адепт оказался. Родан ничуть не обиделся, наоборот, он уважительно посмотрел на Ярека и по гномьей традиции пожелал ему светлой головы и лёгких рук.

За три дня адепт изучил содержимое свитка до мелочей. Чем больше Ярек вникал в тонкости процесса управления магией, тем страшнее ему становилось. В созданном магией лабиринте отражались страхи испытуемого. Через боль и подавление страха следовало достичь цели – выхода из череды запутанных коридоров… В каждом из них парня ждало очередное непростое задание.

Несколько раз Ярек подумывал отказаться от испытания. Не станет он настоящим мастером-магом, ремесло его по-любому прокормит и прокормит весьма неплохо! И всё же в глубине души адепта теплилась надежда, постепенно перерастая в уверенность, что он обязан пройти лабиринт. Откажется, спасует перед трудностями и перестанет себя уважать. Всю оставшуюся жизнь будет считать себя трусом и неудачником… Переживать, что упустил шанс реализовать собственный потенциал и достичь чего-то действительно значимого.

В день испытаний бледный, с тёмными кругами под глазами после бессонной ночи адепт предстал перед мастером Грононом. На столе возвышался огромный кусок на первый взгляд необработанного чёрного кварца – мориона. Присмотревшись, Ярек заметил, что внутри камень исчерчен многочисленными извилистыми линиями.

Гном указал адепту на стул.

– Готов? – осведомился мастер. Адепт согласно кивнул.

Сначала следовало выбрать точку входа. Глаза Ярека остановились на трещине у основания мориона. Далее – концентрация и посыл. Магия адепта по его мысленному приказу, сузившись до размеров иглы, проникла в трещину, втягивая за собой сознание Ярека.

Первые ощущения. Темно и холодно, очень холодно. Адепт мысленно представил светильник у него в руке. В следующее мгновение пальцы Ярека сжали магический фонарик. И парень увидел прямо перед собой массивную запертую дверь. Адепт, не раздумывая, дёрнул за круглую ручку, и его накрыла волна боли, словно жёсткие ледяные щупальца гигантского монстра сдавили тело. Ярек не мог дышать. Заложило уши, в голове зазвенело, невидимые острые шипы вонзились в глаза, и парень потерял сознание. Очнулся Ярек на полу. Изо рта и ушей шла кровь.

Мастер Гронон укоризненно покачал головой. – Ты невнимательно читал свиток, мальчик! – коротко заметил гном и подал испытуемому полотенце.

Слова мастера едва долетали до адепта, словно временный наставник находился где-то далеко.

– Приходи завтра! – предложил гном и как ни в чём не бывало принялся перекладывать свитки в стенном шкафу.

Следующая попытка Ярека справиться с болью и войти в лабиринт также оказалась безуспешной. Парень уже мог цитировать свиток наизусть, но на практике ничего не выходило. Третья и четвёртая попытки пройти испытание снова не принесли результатов. Разве что удалось переступить порог и сделать вперёд несколько шагов.

***

В конце седмицы, когда адепт вяло ковырял в миске ужин, к нему подошёл Родан.

– Не прошёл испытание? – участливо спросил молодой гном.

Ярек печально вздохнул.

– Вижу, ничего не получается! – продолжил Родан. – У меня имеется один артефактик, так, ерунда… Абсолютно безопасный. Мы используем такие, чтобы сосредоточиться и снять усталость. Хочешь, одолжу?

– А поможет? – недоверчиво хмыкнул адепт.

– Не знаю! Наши, кто ходил на испытания, говорили, что самое то!

– Буду тебе благодарен, – обрадовался Ярек.

Родан широко улыбнулся и вручил адепту кулон с мизинец на медной цепочке. – После вернёшь!

– Не сомневайся! – благодарно улыбнулся адепт и надел кулон на шею. В голове моментально прояснилось, и настроение заметно улучшилось.

На следующее утро Ярек опять явился на испытание. С артефактом Родана парень чувствовал себя гораздо смелее, у него появилась уверенность, что наконец он войдёт в лабиринт.

Дальнейшее развитие событий разнесло надежды адепта в прах! Ярек даже не сумел приблизиться к заветной двери, его моментально вышвырнуло прочь. Парень ударился головой о каменную ножку стола и потерял сознание. Когда Ярек очнулся, увидел мастера Гронона, сжимающего в руках артефакт Родана. Лицо гнома было мрачнее самой тёмной тучи. – Кто тебе это дал? – сердито спросил он.

– Товарищ! – удивлённо ответил Ярек.

– Ты читал свиток и знаешь, что при прохождении испытания использование артефактов запрещено! Хотел сжульничать?

– Но в свитке написано, что нельзя использовать артефакты, снимающие боль и влияющие на разум…

– Ты действительно не понимаешь, какую дрянь на себя нацепил?

Ярек растерялся.

Немного погодя в комнату вошёл магистр Грегор, на лице наставника, который накануне похвалил ученика за упорное желание пройти лабиринт, отчётливо проглядывала брезгливость. Магистр Грегор не сказал ни слова, а попросту достал из широкого кармана мантии артефакт правды.

– Вина парня в излишней доверчивости! – уверенно произнёс некромант после допроса ученика. Мастер Гронон с ним согласился.

В комнату ввели Родана.

– Зачем ты дал ему взломщика? – грозно нахмурив мохнатые брови, спросил мастер Гронан.

– Ничего я человеческому мальчишке не давал! – Родан отвернулся от бессильно прислонившегося к стене Ярека и презрительно поджал губы. – Не знаю, откуда у него запрещённый артефакт!

– Не лги нам! Ученика Яромира Камена допросили с артефактом правды. – Мастер Гронон указал пальцем на тускло светившуюся зелёным пирамидку.

Родан на мгновение оторопел, а затем истерично крикнул: – Почему Отай одарил магией силы этого?! Он – жалкий человек!! Нас, гномов, с подобным даром рождаются единицы… Ненавижу…

Потрясённый Ярек смотрел на бывшего приятеля широко распахнутыми глазами.

– Зависть – страшное зло! – важно изрёк мастер Гронон. – Ты хоть понимаешь, что парень едва не погиб? Хорошо, что магия адепта сработала щитом, иначе он был бы уже мёртв.

– Люди плодятся как крысы! – злобно проговорил Родан. – Одним больше, одним меньше…

–Ты будешь наказан, ученик, твой внутренний магический источник заблокируют, а тебя отправят на рудники к подножию Туманных гор, – холодно озвучил приговор мастер Гронон. – Яромир Камен может продолжить испытание. Я всё сказал!

Когда магистр Грегор и Ярек вышли из комнаты, наставник коснулся руки адепта и негромко произнёс: – Не меряй всех гномов по бывшему товарищу, Ярек! – Впервые Грегор Лойко обратился к ученику неофициально, сейчас голос сурового магистра звучал мягко и тепло. – Среди гномов негодяев не больше и не меньше, чем у других рас, в том числе среди людей.

– И я тоже так считаю, наставник! Но я не понял, что за артефакт мне подсунул Родан?

– Взломщиком обычно пользуются воры, на какое-то время обостряется чутьё, мозг начинает работать быстро, позднее наступает откат…

– Получается, гном специально загнал меня в ловушку… – Кровь бросилась в лицо парня. Ярек чувствовал себя последним глупцом. Повёлся на обман как наивный простак!

– Я горд, что ты не отступил и готов продолжить испытания, адепт Камен. Держись! – магистр Лойко по-дружески хлопнул ученика по спине и скрылся за поворотом.

***

Ночью возбуждённый мозг Ярека сквозь сон лихорадочно искал выход из поставленной перед адептом задачи – пройти лабиринт отражений. Рано утром парень вскочил с постели и раскрыл свиток. Вот оно! «Пропусти боль сквозь себя».

После завтрака собранный, настроенный решительно Ярек вновь попытался войти в лабиринт. За дверью, как и ранее, парня сковала боль. Адепт расслабил мышцы и перестал сопротивляться, боль ослабела и плавно скатилась к ногам.

Ярек бежал по тёмным коридорам. Следующая дверь! За ней адепта встретил монстр, тёмная тварь, напоминающая огромную кошку. От твари крепко несло тухлятиной. Зверюга вперилась в парня стеклянными глазами и, пригнувшись, атаковала в прыжке. Ярек поборол панику и выставил вперёд материализовавшийся по его желанию меч. Он не боевой маг, но, если ситуация потребует, будет сражаться до конца. Адепт взмахнул мечом, и кошка развеялась в воздухе.

За следующей дверью появились чёрные твари, смутно различимые во тьме силуэты. Они нагло лезли в разум испытуемого, тянули к нему цепкие руки, пытаясь схватить жертву, чтобы выпить жизненную силу. Ярек заслонился Щитом и распахнул ещё одну дверь.

Синее магическое пламя окружило адепта и принялось жадно лизать его тело. Одежда на Яреке загорелась, парня охватила невыносимая жгучая боль, он ощущал, как плавится его плоть. Адепт с усилием расслабил мышцы и представил себя прозрачным, бесплотным существом, огонь не в состоянии причинить вред бестелесному призраку. И магическое пламя исчезло, будто его и не было!

Чудовищные порождения человеческого разума обрели в лабиринте отражений поразительную мощь, навеянную воображением испытуемого, созданной им аурой страха. Похожая одновременно на извивающегося змея-дракона с шестью львиными лапами и огромного скорпиона с ядовитым шипом на конце хвоста гадина напала неожиданно, и она оказалась настоящей!

Разинув пасть с тремя рядами зубов-кинжалов, змей-дракон ринулся на Ярека. В трёх выпуклых глазах твари плескалась бездонная тьма. Известно, что создания ночи боятся света и огня! Адепт вплотную прижался к стене, и чудовище пронеслось мимо. Отсчитывая малые обороты, Ярек влил в маленький светильник большую часть собственной магии. Змей-скорпион развернулся для следующего броска и натолкнулся на сияющую стену света. Гадина испуганно завыла и попятилась назад, а Ярек помчался дальше.

Впереди забрезжил слабый свет. Измученный атаками чудовищ и болью Ярек ускорил шаг. Адепт выбрался из лабиринта и без сил свалился на пол.

– Ты прошёл испытание, мальчик! – Мастер Гронон, улыбаясь, протянул Яреку тёплую жёсткую ладонь. – Теперь ты должен видеть структуру любого материала, уметь напитывать изделия магией и создавать воистину уникальные вещи. Но для этого тебе предстоит ещё многому научиться, но первый, самый важный шаг, ты сегодня сделал!

Магистр Грегор с учеником провели у гномов два долгих месяца. Возвращался адепт Камен в академию другим человеком, мучившие его страхи и неуверенность в собственных силах остались в прошлом.

Глава 23

СЛУГИ ОТСТУПНИКА

За два дня до начала занятий академия напоминала пчелиный улей. Возвратившиеся адепты обменивались новостями, решали насущные вопросы и праздновали в узком кругу начало учебного года.

Потан выложил из корзины домашние вкусности – пироги, вяленый сыр и колбасу. Рада резала овощи и выкладывала на овальное блюдо. Третьекурсники намеревались отметить встречу. Сияна должна была вернуться с минуты на минуту, травница отправилась за новой мантией к кастелянше.

В комнату к девчонкам ворвался Ярек с припрятанным в мешке бочонком имбирного пива. – Привет, ребята! Потан, как съездил? А где другой убийца демонов? Радка, держи! В благодарность разрешаю меня поцеловать. – Ярек подставил девушке щёку. В руках адепт держал готовый накопитель. Синий кварц Ярек вставил в оправу из светло-жёлтого металла, получилось красивое колье.

– Витан задержался у кожевников. Ждёт заказ, охотничьи перчатки, – безмятежно ответил Потан.

– Как красиво! – воскликнула Рада. Крепко обняв мастера, девушка благодарно чмокнула Рыжика в нос и шаловливо потрепала густую шевелюру на его затылке.

– Эй, ты осторожнее! Что я Сияне скажу, когда она узнает, как на моих глазах лучшая подруга пыталась соблазнить её парня?! – фыркнул Потан.

Адепка рассмеялась и щёлкнула Рыжика по носу.

– Все вы, женщины, одинаковые! За красивую побрякушку готовы броситься на шею первому встречному, – пошутил Ярек.

– Заблуждаешься! Таким образом я сказала «спасибо» хорошему товарищу. Сам на поцелуй напросился! Огранка – потрясающая! Яр, ты превзошёл сам себя. А что за металл?

– С огранкой магистр Грегор помог. Я признался ему, что накопитель для тебя. Металл – наполовину серебро. Цени! И кое-какие добавки для прочности. Артефакт можно носить как колье. Вот тут имеются дополнительные застёжки. И как браслет.

– Здорово!

– Знаю! Ты меня тогда вовремя в деле с купчиной просветила. Что ни говори, следственная магия – полезная штука!

– Неприятности? – заинтересовался Потан.

– Один купчина хотел подставить меня на деньги, чтобы я на него бесплатно вкалывал! Благодаря Радке гаду я в тот же день заявил, что требую расследования. Купчина побегал-побегал и понял – ничего ему со мной не светит! Позже Хомяк рассказал, что поганый жулик к какому-то магу ходил, – усмехнулся Рыжий, потом нахмурился и кисло добавил: – История с артефактом крепко меня по карману ударила! Купчина – мужик злопамятный и вредный, чую, следить за мной станет. Поэтому до получения диплома мага первой ступени буду делать на продажу только простые колечки, серёжки и браслеты. Не запрещено. А через год опять за артефакты возьмусь!

– Похоже, вы провели лето нескучно, – заметил Потан.

– Даже не представляешь насколько! – подтвердила Рада и рассмеялась.

– То-то смотрю, ты, Радка, посвежела и похорошела на лоне природы! – отвесил комплимент однокурснице Ярек.

– Зато ты сделался бледным и худым! Гномы тебя совсем замучили, – констатировала Рада.

– Но многому научили! – Рыжик напустил на себя таинственный вид и многозначительно хмыкнул. – Возвращался от магистра Грегора и увидел нечто необычное, – продолжал адепт.

– Экспериментальный материал некромантов вышел по саду прогуляться? – фыркнул Потан.

– Не шути страшным! Иду мимо ледника с тем самым экспериментальным материалом, смотрю – возле мертвецкой магистр Балша ошивается! Глянул на меня – и за деревьями спрятался! Я и думаю, что он там потерял? Балша – маг земли. Здание его факультета находится в противоположном стороне. И зачем ему прятаться? Подумаешь, адепта увидел! Мало ли что преподавателю понадобилось в мертвецкой? Например, посоветоваться с кем-то из некромантов. Больше всего мне его рожа не понравилась. Препода аж перекосило, когда на меня наткнулся!

– Действительно странно, – согласилась Рада.

– Мне тоже непонятно, что могло заинтересовать магистра земли в мертвецкой? Балша боится мертвецов, точно знаю. Когда из ратуши выносили погибших в давке, его попросили посмотреть энергетические потоки у трупов. Вдруг получится кого-то спасти? Балше сразу поплохело, позеленел весь и сбежал, – вспомнил Потан.

– А как Балша рвался в горы к гномам! Магистр Грегор отказал ему, так тот ко мне с вопросами цепляться начал. Жаль, что отказал! Гномы показали бы этому земляному червяку, где мыши сидят… Серьёзный народ.

– С горами – понятно. Он же камнями занимается! – не удивился Потан.

Вскоре появились Врон и Дарен. С летним отдыхом в этом году им не повезло, менее чем через месяц друзей отозвали на службу в столицу. Пришлось попрощаться с приятным времяпровождением в замке у бывшего сослуживца Дарена и спешно ехать в Аркон. Врон притащил аппетитного жареного поросёнка, а Дар – несколько бутылок хорошего вина. Прибежала запыхавшаяся Сияна, и, за исключением Витана, собралась вся компания. Праздничная трапеза затянулась до ужина. Конечно, в столовую никто не пошёл.

***

Усталый и грязный Витан появился в академии перед самым построением. Адепт на скорую руку привёл себя в порядок и побежал догонять товарищей.

– Здорово, пропажа! Мы уже собирались отправиться на поиски! – пошутил Дарен, когда Витан встал в строй.

– Еле успел! Устал как собака. Парад закончится, сразу сбегу, надо пару оборотов подремать…

Сбежать Витану не удалось. После торжественного построения и речи ректора третьекурсников собрали в большом зале, дабы рассказать, как будет проходить учёба в текущем году. Основы магии пройдены. Для многих третий курс – завершение обучения в академии. Посему особое внимание отвели специализации будущих магов. Те, кто окончательно определился, по какой стезе пойдёт, большую часть учебного времени посвятят занятиям на профильных кафедрах.

Неопределившимся разрешалось посещать занятия по нескольким специальностям. Все, кто не успел в прошлом году, должны прослушать курсы обязательных лекций и освоить необходимый минимум доступных практических навыков по другим видам магии. Это пять коротких циклов. Но самое важное – собственная профессия! В конце года адептов ждали экзамены на мага первой ступени…

На стенах зала высветились разноцветные панели, к которым для выбора специализации следовало приложить ладонь. Такие же панели установлены для неопределившихся третьекурсников в зданиях факультетов. Разрешалось выбрать две специальности, если имеется уверенность, что справишься с учёбой.

Выстояв в очереди несколько малых оборотов, Рада приложила ладонь к светло-зелёной панели целителей. Вспышка света – принята! Сияна осталась верна своему выбору – тёмно-зелёная панель травников. Дарен, Врон, Ярек, Витан и Потан подошли к чёрной панели факультета некромантии. Здесь очереди не имелось! Работа тяжёлая и опасная. Вдобавок необходимо иметь внутренний магический источник не ниже шестого уровня, иначе освоить заклинания некромантов не получится.

Далее разошлись по факультетам. Добросердечная Одилия Лан, взглянув на усталого Витана, отпустила парня отдыхать. Врону и Дарену предстояло обучаться боевой магии у самого Алдемара Кана, декана. С Яреком, Потаном и Витаном было ясно заранее. А у магистра следственной магии Тулика Велиги в этом учебном году новых учеников не имелось! Полугном обвёл печальным взглядом суетливую толпу будущих целителей и вернулся в свой кабинет.

К большому разочарованию Рады, третьему курсу целителей снова предстояло обучаться у Ивонны Луд. Нет Ивонна Луд, бесспорно, хорошая целительница и добросовестная учительница, когда речь идёт о простых случаях! Но то, что предстояло изучать на третьем курсе, Рада давно знала, девушку интересовали плетения высшей целительской магии. Но высшая магия – не для лекарей первой ступени, по сути, работа знахарок, повивальных бабок и целителей, занимающихся лечением мелких травм и оказанием первой помощи на полях сражений. Последнее особенно заинтересовало большую часть парней с низким уровнем магического источника, почти все они намеревались отправиться в армию короля.

В финале речи магистра Луд Рада насторожилась. Преподавательница заявила, что те, кто готов сдать экзамен по специальности сейчас, могут вообще не посещать её занятия, таким образом она сможет уделить больше времени начинающим целителям, которым через год предстоит отправиться на самостоятельную работу. Взгляд Ивонны Луд остановился на Раде. Адептку предложение магистра порадовало. После окончания вводной лекции Рада подошла к преподавательнице и записалась на экзамен на будущей седмице.

***

Вечером Рада зашла в библиотеку. Адептка намеревалась взять руководство по ядам с магической составляющей. С тех пор, как девушка перестала работать в библиотеке, магистр Тарциус её не замечал. Рада выбрала нужную книгу, а помощник Тарциуса сделал отметку в библиотечной карточке адептки. Неожиданно магистр Тарциус снизошёл до беседы с Радой по собственной инициативе.

– Как, госпожа Ивор, вам работается с магистром Храном? – поинтересовался он.

– Спасибо, я всем довольна. – Девушка покривила душой. Магистр Хран раздражал её бесцеремонностью и собственническими наклонностями. Ему было неинтересно, есть ли у Рады свободное время, устала она или нет. Магистр внаглую на ней зарабатывал и считал это нормальным. Адептка не сомневалась, что он подставил её в истории с лэром Наконом. Почему бы аристократу, который платит звонкой монетой, не позабавиться с молоденькой помощницей магистра? Однако девушка решила поработать на Храна ещё год, пока не получит диплом мага первой ступени и право заниматься практикой самостоятельно. Другого способа заработать денег у неё не имелось. На рынке адептке повезло, что она не попалась на глаза другому магу, когда нелегально занимаясь целительством.

– В последнее время вы редко ко мне заходите, дорогая. Навестили бы как-нибудь старика! – дружелюбно проговорил магистр Тарциус.

– Заработалась! – ответила вслух Рада и настороженно улыбнулась. Что вдруг библиотекарю от неё понадобилось?

– Жаль! У меня появилась парочка интересных артефактов, хотелось бы вам их показать.

– Целительских?

– Нет, моя красавица! Артефакты поиска и слежения.

– К чему мне это? Я собираюсь учиться на целительницу.

– Кто знает, кто знает! – многозначительно проговорил магистр и поковылял в комнатку за стеллажами.

Озадаченная адептка взяла книгу и вышла из библиотеки.

***

Миновала первая учебная седмица. Рада укладывалась спать, когда к ней в комнату постучался Ярек. Накинув на ночную сорочку шаль, девушка пошлёпала босыми ногами к двери.

– Чего тебе! – сердито спросила адептка. И тут же замолчала. Однокурсник выглядел испуганным и растерянным. – Что случилось, Яр?

Рыжий таращился на подругу широко распахнутыми, безумными глазами, руки его дрожали от нервного возбуждения. На рубахе парня расплылось красное пятно.

– Радка, Дару плохо! У него открылась рана…

Девушка поспешно оделась, побросала в сумку перевязочный материал, склянки с травяными настойками и эликсирами, затолкала в карманы пару накопителей и имеющиеся в наличии целительские артефакты. Схватив однокурсника за руку, Рада помчалась с ним в комнату Дарена, которую с середины прошлой зимы он делил с Вроном.

Бледный, словно полотно, Дарен раскинулся на кровати навзничь и тяжело дышал. Рада активировала артефакт, поддерживающий жизненную силу. Дыхание раненого выровнялось.

– Почему целители отпустили его, не завершив лечение? – адептка уловила следы целительской магии на теле однокурсника.

– Я сам ушёл, – слабым голосом пробормотал Дарен.

– Очень глупо! – Рада поморщилась и принялась осторожно стаскивать с раненого рубашку.

– Решил, обойдётся… Помощь мне оказали, рану закрыли.

– Я его возле комнаты нашёл! Лежал на полу без сознания. Подумал, пока доберусь до целителей, он Нуру душу отдаст! Сама знаешь, народ в академию ещё не вернулся, выходные, а добежать до города потребуется время… Поэтому я сразу бросился к тебе. – Ярек взъерошил рыжие волосы и вопросительно посмотрел на девушку. – Помощь нужна?

– Принеси горячей воды!

Рада аккуратно смыла кровь, обработала рану, затем напоила Дарена укрепляющей настойкой и принялась за лечение. Рана на груди выглядела чистой и безобидной, однако обнаружились многочисленные внутренние повреждения.

– Чем это тебя? Арбалетная стрела? Дротик? Нет, травмы органов явно нанесены магией, поэтому рана и открылась. Магические повреждения лечатся плохо. Похоже на удар Ледяного Копья или чего-то в этом роде.

– Стрела Аскола. Мне повезло, что был в кирасе с магической защитой.

– Вот оно как! – присвистнула Рада.

– Что случилось, Дар? – настороженно поинтересовался Ярек.

– Маги-ренегаты, их было двое.

– В столице?! – Брови Ярека поползли вверх.

– Представь себе.

Через полтора оборота Дарен сидел в кровати, облокотившись на подушки, и пил укрепляющий травяной чай. Рада и Ярек молча за ним наблюдали.

– А где Врон? – спросила адептка.

– Со вчерашнего вечера его не видел. Слышал, Тайную Стражу подняли по тревоге, – ответил Дарен.

Рада побледнела.

– Расскажи, что произошло? – попросил Ярек.

– Патрулировали улицы по обычному маршруту. Смеркалось. В весёлом квартале нам перегородила дорогу бедно одетая женщина. Упала на колени прямо перед копытами моего коня и, захлёбываясь слезами, заявила, что похитили её сына. Выяснилось, что мальчишка задолжал денег трактирщику. Паренёк пристрастился к игре в кости и проигрался. Трактирщик потребовал отработать долг. Вопрос, вроде бы, уладился…

Мальчишка работал в трактире подавальщиком, мыл полы и делал всё, что прикажут. Трактир в трущобах, и клиенты соответствующие. Воры, наёмные убийцы, скупщики краденого. Приличным людям в том злачном местечке появляться не следует.

Как всегда, парень утром отправился на работу, а вечером к его матери прибежала девчонка-служанка из трактира и рассказала, что беднягу забрали какие-то люди. Парень кричал и вырывался, его ударили по голове и унесли в неизвестном направлении. Женщина кинулась в трактир, но хозяин выставил её за дверь. История, на первый взгляд, ничем непримечательная.

– И что дальше? – не утерпел Ярек.

– Дальше мы навестили трактир и побеседовали с хозяином. Поначалу он заявил, якобы знать не знает, с кем ушёл мальчишка. Но с нами был младший маг-дознаватель. Короче, трактирщик продал парня подозрительным типам. Кто они – неизвестно! Периодически по вечерам заходили в трактир, заказывали еду в отдельную комнату и расплачивались серебром. Трактирщика трясло от страха, когда дознаватель расспрашивал его о покупателях живого товара. Наш маг провёл поиск по крови, мальчишке разбили нос, когда он вырывался. Следы крови обнаружились на полу.

– Торговля людьми в столице! Отвратительно! – возмутилась Рада.

– Впервые с этим здесь столкнулся! – Пожал плечами Дарен и продолжил рассказ.

– След привёл нас на окраину города в переулок, застроенный добротными домами за высокими заборами. В таких местах селятся отошедшие от дел лавочники. Дома стоят редко, за ними – пустырь, а за пустырём начинается лес.

Постучались в нужный дом. Открывать никто не торопился. Тогда дознаватель применил магию. Вошли во двор – никого! Даже собаки нет. В доме темно, лишь в одном окошке промелькнул бледный огонёк. Взломали дверь, и началось! Двоих патрульных разорвало у нас на глазах… Маг-дознаватель поставил Щит, я тоже.

Перекрыли оба выхода. Дознаватель запечатал магией окна, чтобы никто не выбрался наружу. Но ренегатов, полагаю, действия нашего мага не сильно напугали.

Входную дверь снесло воздушной волной. На порог вышел худой до безобразия колдун, глаза его светились синим светом. Кожа плотно обтягивала лысый череп, а кисти рук напоминали кости скелета. Знаю, что слуги Отступника изменяются внешне, но увидел одного из них впервые. Впечатление то ещё!

Ренегат швырнул в нас заклятье Ледяной Смерти, от него живые существа превращаются в ледяные статуи. К счастью, наш спаренный Щит устоял. В ответ маг-дознаватель атаковал Сгустком Тьмы. Одно из самых действенных заклятий в арсенале некромантов. Тьма обволокла ренегата чёрным пологом и стекла с него подобно густому киселю.

В ответ с развёрнутых ладоней слуги Отступника слетели Ледяные Стрелы. И я почувствовал, как стремительно падает мощность нашего Щита. Солдат, который стоял у его края, рухнул сражённый Стрелой.

Дознаватель метнул в ренегата широким веером Могильный Прах. Дом разрушился на глазах. Ступени крыльца под слугой Отступника обвалились, и он упал на почерневшую траву. Мы решили, что с ним покончено. Но ренегат, качаясь, встал на ноги и вытянул руку вперёд. Из перстня на его руке хлынула струя синего света. Наш Щит бы долго не выстоял. Но один из солдат догадался метнуть в ренегата нож, и слуга Отступника рухнул с пробитой грудью. Извивался он как разрубленная наполовину змея… Спустя пару малых оборотов труп ренегата начал быстро разлагаться, пока не превратился в бесформенную серую массу.

Мы бросились к развалинам дома, и тогда появился второй. Лицо его скрывал капюшон длинного плаща. Я на расстоянии ощутил силу чуждой созданиям Двуединого магии. В ней было нечто неправильное и мерзкое. Магия ренегата за пару коротких малых оборотов полностью разрушила наш Щит. Погибли ещё трое солдат. Источник мага-дознавателя был истощён. Я сбросил дознавателю большую часть магической энергии. Для самостоятельного сражения с ренегатом моих навыков маловато…

Маг-дознаватель опять сотворил Сгусток Тьмы, но его атакующее заклинание не долетело до ренегата, рассеявшись в воздухе. Из земли полезли извивающиеся корни деревьев, которые сразу же превращались в толстые щупальца, покрытые зловонной слизью. Этот ренегат, выходит, раньше был магом земли. Щупальца, переплетаясь между собой, образовали подобие живой стены, окружившей нас кольцом.

Слизкая стена быстро сжималось, пытаясь нас задушить. Дознаватель воспользовался Адовым Огнём, под его воздействием растительная стена Отступника начала постепенно разрушаться, оседая вниз липкой сажей. Ренегат успел открыть разовый портал и попытался сбужать. Но маг патруля метнул в него Меч Смерти. Слуга Отступника остановил его в воздухе. Для создания заклинания маг-дознаватель использовал последний накопитель и остался практически безоружным.

Я собрал остатки моей магической энергии и поставил новый Щит. Но не успел. Каменный Шар, выпущенный противником, снёс магу-дознавателю голову. Оставшиеся в живых солдаты патруля слаженным арбалетным залпом выстрелили в ренегата. Тот взмахнул рукой, и в нас полетели мелкие комья земли.

Один из солдат не выдержал, выбежал вперёд из-под защиты Щита. Гнилая земля облепила его лицо и тело. Кожа на лице солдата отвалилась вместе с плотью. Несчастный выл и кричал от боли. До сих пор в голове стоит его крик! Мы с ужасом наблюдали за его кончиной. – Дарен горестно поморщился. – Я потерял контроль – гнев и ярость лишили меня возможности здраво рассуждать. Толком не помню, что я сделал, но действие заклятья ренегата прекратилось, мой источник полностью иссяк, Щит разрушился.

Слуга Отступника на малый оборот застыл на месте. Я крикнул, чтобы оставшиеся в живых солдаты уходили. Сам тоже бросился к воротам. Ренегат выставил вперёд руки, и нам вдогонку полетели смертоносные тонкие прутья – Стрелы Аскола.

Выжил я и пятеро патрульных. Погибла половина отряда… Тайная Стража засекла запретную магию слуг Отступника. Когда они прибыли на место, всё было кончено. Остались трупы и трое наших раненых. Маг-ренегат сбежал через портал. Тело паренька нашли в развалинах дома. Ренегаты выпотрошили несчастного как курицу и выморозили ему глаза.

– То, о чём ты рассказал, напоминает ночной кошмар! – потрясённо проговорила Рада.

– И это в самой столице! – добавил Ярек.

– Могу ещё кое-что сообщить. Сегодня было несколько подобных инцидентов. В предместьях Аркона произошло настоящее сражение. Много погибших и раненых. Но ренегатов удалось остановить. Целители падают от усталости, поэтому я и ушёл. Есть те, кто нуждается в помощи больше меня.

– А мы сидим в академии и ничего не знаем! – вздохнула Рада.

– Да вы что, ребята! Ренегаты ударили в разных местах одновременно. Они отладили и рассчитали свои действия до мелочей...

– Неужели слуги Отступника намеревались захватить столицу? – ужаснулся Ярек. – Гады специально выбрали время, когда люди отдыхают, и половина боевых магов уехала из Аркона на выходные.

– Вряд ли! Кишка у них тонка. Предполагаю, что ренегаты стремились посеять панику и подорвать доверие к королевской власти, – ответил Дарен. – Впервые видел в действии магию Отступника! Чудовищная мощь! Вы обратили внимание, что ренегаты помимо собственной магии ловко управлялись с запрещённой? Думаю, те оба колдуна далеко не на последней ступени среди слуг Отступника…

К рассвету вернулся измученный Врон. Он был цел, но еле стоял на ногах. Рада и Ярек сидели в комнате с Дареном. Увидев Врона, Рада вздохнула с облегчением и полезла в сумку за новой дозой укрепляющей настойки. Врон выпил настойку и провалился в глубокий сон. Убедившись, что Дарен вне опасности, Рада и Ярек разошлись по комнатам.

Тайная Стража сделала всё возможное, чтобы успокоить жителей столицы. Маги-ренегаты потерпели очередное поражение и затаились. Погибших похоронили с почестями…

Глава 24

ОРУЖИЕ ТЬМЫ

Врон возвратился в академию к вечеру следующего дня. От адепта крепко попахивало настойкой-стимулятором, и при этом он едва держался на ногах. Парень кивком поздоровался с Дареном и завалился спать. Проспал Врон около суток.

В академии закончился последний учебный день седмицы. После занятий в комнату вернулся Дарен. Друзья обменялись понимающими взглядами и отправились ужинать.

– О, кого я вижу! – бодро поприветствовал в столовой Врона Ярек. – А мы уже начали волноваться.

– Врон, как ты? Дарен говорил, что спишь, и тебя лучше не трогать, – участливо спросила Рада.

– Тебе там сильно досталось? Говорят, Тайная Стража накрыла притон ренегатов! – не унимался Ярек.

– Я в порядке, – ответил Врон и задумчиво посмотрел на Раду. – И спасибо. Приятно узнать, что за тебя кто-то переживает.

Рада покраснела.

– Ты сражался со Слугами Отступника?! – взволнованно поинтересовался Витан.

– Было тяжёлое дежурство и всё! – уклончиво ответил Врон. – Лучше расскажите, что произошло в академии за последние два дня.

– Да ничего особенного! Учились... Вчера адептам временно запретили выходить в город, за исключением служащих в Тайной Страже и патруле. Старшекурсников со специализацией по боевой магии отправили патрулировать улицы. А мы сидим здесь и гадаем, что творится в столице! – Ярек махнул рукой и возбуждённо добавил: – Помнишь, позавчера Дар после стычки с ренегатами еле от раны оклемался… Целители его немного подлатали, и он сбежал в академию. Хорошо, что наша Радка – целительница! Дарена живо на ноги поставила.

– С ренегатами покончено, да, Врон? По крайней мере, в столице? – вполголоса взволнованно проговорил Потан, адепт переживал за семью.

Врон поднял голову от тарелки и кивнул.

После ужина однокурсники разбрелись по своим делам.

– Что у вас произошло? – спросил бывший следопыт у Дарена, когда боевые маги вернулись в комнату. Рассказ друга Врона нисколько не удивил. Похоже, он ожидал услышать нечто подобное.

– А ты где пропадал?

– Вышли на логово ренегатов, ответственных за беспорядки в столице, и сравняли его с землёй. Одного слугу Отступника убили, главарь сбежал через портал, третий, новообращённый, совсем ещё молодой маг, умер сразу после пленения, – не вдаваясь в подробности, сообщил Врон. Дарен понял и больше вопросов не задавал.

***

Послонявшись по комнате с четверть оборота, Врон улёгся в кровать, но сон не приходил. В памяти навязчиво крутились недавние события. Стоял тёплый, солнечный вечер, на редкость спокойное для Тайной Стражи дежурство подходило к концу. За весь день случилось всего одно происшествие, да и то оказалось нелепым недоразумением. Приезжего купца обвинили в торговле запрещёнными артефактами. Позднее выяснилось, что глупый мужик из страха перед столичным ворьём спрятал дневную выручку в бочонок с капустой.

Главной обязанностью Тайной Стражи являлось расследование преступлений с применением магии и предупреждение масштабных вооружённых конфликтов. В поле деятельности Стражи также попадали запутанные убийства и крупные кражи.

Не успело стемнеть, как одновременно в пяти-шести кварталах столицы были выявлены следы воздействия запретной магии. Врон в составе вооружённой группы оказался в богатом купеческом квартале. Квартал граничил с самым большим городским парком. Там бесследно исчезли сын главы гильдии оружейников и двое его приятелей. Патруль тщательно обыскал весь парк, ближайшие кварталы, весёлые дома и трактиры. Парня и его дружков найти не удалось. Однако маг-следователь одного из нарядов патруля обнаружил следы магии ренегатов в отдалённой части парка.

Врон быстро наткнулся на след, который привёл его на узкую аллею, где явственно отслеживалась остаточная магия недавно закрытого портала. Магу Тайной Стражи удалось определить конечную точку выхода. Отряд выехал в указанном магом направлении.

За городом в редком перелеске Врон вновь обнаружил следы ренегатов. Следопыты Тайной Стражи, в отличие от охотников и служащих патруля, ощущали запах ауры преследуемых. Опытные следопыты-маги не только умели различать мельчайшие детали передвижения преступников, но и могли предсказать варианты их дальнейших действий. Маги-следователи видели остаточную магию живых существ и предметов с места преступления.

Аура мага, открывшего портал, имела тёмно-коричневый цвет и едкий запах. Врон шёл по следу, не останавливаясь ни на миг. Ему уже не нужно было присматриваться к материальным следам мага и его помощников на траве, земле и кустах на обочинах дороги.

Вскоре отряд остановился неподалёку от загородного особняка, обнесённого высоким каменным забором. Врон почувствовал чуть уловимый запах разложения, тянувшийся со двора. Следопыт переключился на магическое зрение и вздрогнул. В доме находились три приверженца бога Отступника, обладающие большой магической мощью. Отрядный маг правильно оценил ситуацию и тотчас же отправил в столицу известие с просьбой о подкреплении.

В ожидании помощи отряд засел в леске вблизи дома, где скрывались ренегаты. Приверженцы Отступника тоже уловили присутствие Тайной Стражи и решили атаковать первыми. Ворота со скрипом отворились, и оттуда потянулись мертвецы. Сначала их приняли за обычных зомби, потому что нежить двигалась вяло и неуверенно, но с каждым последующим шагом походка трупов становилась ровнее и быстрее.

В поведении мертвецов Врон ощутил нечто неправильное и до боли знакомое, напоминающее творения ренегатов в Туманных горах. Поднятые магией некромантов мертвецы получали магическую энергию извне, эти же обладали собственными внутренними источниками энергии! Вдобавок на подвижность нежити нисколько не влиял дневной свет. Это оказалось новостью, неожиданной и паршивой…

Приблизившись к перелеску, где скрывался отряд, мертвецы, словно по команде, сомкнули ряды. Отрядный маг и Врон почувствовали, как магическая энергия нежити концентрируется и сливается в одно целое, обладающее невероятной силой.

– Врон! Щит! – крикнул маг.

Глаза трупов вспыхнули синим светом, и в Щит ударила воздушная волна огромной мощи.

– Уходим! – приказал маг. Скрывшись за Щитом, отряд залёг в овраге. Ряды мертвецов торопливо и упорно продвигались вперёд. Врон видел, что ходячие трупы изменяются на глазах. Они «усыхали» и разваливались на части по мере истощения внутреннего источника. Чей-то чудовищный, извращённый разум нашёл способ превратить мертвецов в смертоносное оружие. Оружие короткого действия, неподлежащее восстановлению, но чрезвычайно эффективное! Нечто, помещённое в трупы, трансформировало энергию многократно ускоренного разложения мёртвых тел в разрушительную магию.

Вскоре от нежити остались лишь сухие обломки костей. Отрядный маг заметил низенького юркого человечка в тёмном плаще с капюшоном, который ранее прятался за спинами мертвецов. Ренегат, петляя как заяц, бежал к дому. Магический источник слуги Отступника был пуст! Его энергия ушла на поддержание таинственного нечто внутри мертвецов.

Маг Тайной Стражи набросил на ренегата Аркан Охотника. Человечек задёргался в невидимых путах. Из окна дома вылетела синяя молния, и ренегат затих. Похоже, в глазах соратников жизнь неудачника большой ценности не имела. Тело убитого слуги Отступника быстро разлагалось, распространяя омерзительное зловоние.

Прошло около оборота, повторной атаки на отряд Тайной Стражи не последовало. Однако Врон отчётливо чувствовал завихрения магических потоков в доме. Сходные мысли читались на настороженном лице мага. Невольно напрашивался вывод, что слуги Отступника отогнали стражников на нужное им расстояние, чтобы завершить дело, ради которого они явились в столицу.

Неподалёку от оврага, где затаился отряд, раскрылся портал. Из него выскочили три мага Тайной Стражи. Одним из них оказался капитан Тайгерт. Посовещавшись с отрядным магом, Тайгерт вместе с другими магами приблизились к дому и окружили его Кольцом Змея. Врон видел магическим зрением, как Кольцо, вбирая в себя магическую энергию из накопителей, темнеет и сжимается. Каменный забор просел и превратился в пыль. Во дворе дома обнаружились несколько обезображенных трупов.

Под давлением Кольца Змея затрещали стены дома, просела крыша, и ренегаты нанесли новый удар. Врон никогда не слышал об этом заклинании из арсенала слуг Отступника. Тонкая синяя сеть магического огня вырвалась из северного окна и трансформировалась в мерцающую «паутину». «Паутина» мгновенно опутала Кольцо Змея и уничтожила. Затем заклинание преобразилось в еле заметный защитный купол, который начал тянуть магическую энергию из магов Стражи!

Врон заметил, как упал на колени отрядный маг, за ним двое других, держался лишь капитан Тайгерт, выплетая некое сложное боевое заклинание. Немного погодя с его ладоней соскользнул Пульсар Тьмы и ударил по куполу. Купол завибрировал, и, казалось, потух. Но в следующее мгновение от земли поднялась синяя дымка, и дом окружила прозрачная стена. Тайгерт побледнел и зашатался.

Врон бросился вперёд и ударил по «стене» недавно освоенным адептом Клинком Смерти, вложив в заклинание половину энергии внутреннего источника. В «стене» образовался пролом, края которого начали быстро расходиться в стороны. Маги Стражи, активировав резервные накопители, частично восстановили боеспособность и ворвались в дом.

Ренегатов, как и предполагалось, осталось двое. Одетые в плащи с капюшонами фигуры стояли посреди большой комнаты первого этажа. Заметив магов Стражи, один из них развернулся к ним лицом и запустил в противников синюю молнию. Для эффективной атаки ренегату не хватило магической энергии. Капитан Тайгерт рассеял молнию лёгким взмахом руки. Отрядный маг накинул на слугу Отступника Аркан Охотника.

Второй ренегат мгновенно активировал портал. Капюшон его плаща соскользнул с головы и обнажил седую голову с длинными спутанными волосами. Ренегат сделал пас рукой, и комната погрузилась в густой туман. Когда туман рассеялся, старика уже не было, он сбежал через портал. Зато в путах Аркана Охотника барахтался живой пленник.

Слугу Отступника обездвижили. Отрядный маг стащил с пленника плащ, и все замерли на месте, поражённые неприятным открытием. Ренегат был одет в форму Тайной Стражи! Слугой Отступника оказался молодой маг, который пришёл в Стражу в прошлом году. Врон несколько раз ходил с этим парнем на задания и ужинал в «Золотом бычке». Другие знали молодого мага не хуже.

Дирон Тайгерт подошёл к очнувшемуся пленнику и задал один короткий вопрос:

– Почему?

Лицо парня перекосила глумливая гримаса, и он расхохотался в лицо капитану.

– Они предложили мне силу, власть и возможность жить вечно!

– Как та лужа слизи, что осталась во дворе от твоего приятеля? – едко заметил Тайгерт.

– Он мало на что годился даже после посвящения.

– А ты рассчитывал на большее?

Ренегат сплюнул кровавую пену, выступившую на губах, и снова хрипло рассмеялся. – Представьте себе!

– Вытащите эту падаль из дома. Допрос продолжим в Страже! – приказал капитан.

Ренегат закатил глаза, тело его затряслось в судорогах. – Скоро вы все передохнете! – просипел он. – Ледяной Джага здесь! Он всё видит. Вам ни за что не узнать его под личиной… – Слуга Отступника сделал последний судорожный вздох и умер. Тело молодого ренегата разлагалось медленнее, чем у его соратника во дворе. Видимо, посвящение он прошёл недавно.

Магам Стражи оставалось строить догадки по поводу сказанного умирающим. Кто такой этот Джага? Где его искать, и почему он «всё видит»? Капитан Тайгерт предположил, что Джага – один из тех, кто стоит во главе приверженцев бога Отступника. Вероятно, в прошлом он – маг воды или воздуха.

В подвале дома обнаружились следы экспериментов магов-ренегатов. Два десятка искорёженных трупов, в основном молодых мужчин, несколько женских тел и два детских. После беглого осмотра мертвецов, Дирон Тайгерт сделал предположение, что ренегаты способны превратить в «солдат» не каждый труп. Почему? При дальнейшем изучении тел спецы Тайной Стражи разберутся!

Стражники вернулись в столицу, немного передохнули в дежурке и спустя три оборота отправились на очередное задание. Последующие сутки осматривали и зачищали места происшествий, связанных с вылазкой ренегатов в столицу.

***

Ближе к вечеру другого дня Врон сменился с дежурства и отправился поесть в ближайший к дежурке трактир. В трактире к следопыту подсел капитан Тайгерт. Они дружно жевали жареное мясо, запивая его пивом.

– Скоро начнётся война, – после продолжительной паузы мрачно проговорил капитан. – Ренегаты готовят армию нежити и выискивают наши слабые места. Но больше всего меня пугает то, как умело они вербуют новых сторонников! Какая власть, какая вечная жизнь?! Новички – убойный скот, который жрецы Отступника используют в боевых вылазках… Ренегаты – не совсем люди. Постепенно у них изменяется мышление, из всех человеческих чувств остаётся лишь голод, его нельзя утолить обычной пищей, и всепоглощающая жажда власти.

– Капитан, вы не думаете, что у ренегатов имеется некий особенный способ воздействия на сознание людей, в том числе магов? – спросил Врон.

– Вполне возможно. Иначе, как объяснить тот фанатизм, с которым сражаются их новобранцы. Полагаю, используется внушение, приказывающее слугам Отступника покончить с собой, если они попадут в плен.

К Тайгерту подошёл молодой парень в форме Тайной Стражи и что-то прошептал ему на ухо.

– Не дадут поесть! Нужно идти к королю с отчётом, – недовольно произнёс капитан. – Всего хорошего, офицер Врон Озар!

– Сержант-следопыт, – поправил Тайгерта Врон.

– Теперь офицер! Ваш Клинок Смерти спас наши жизни. – Тайгерт положил на стол перед Вроном знаки отличия офицера Тайной Стражи.

***

Врону не давали покоя мысли о личности замаскированного Ледяного Джаги. Кто он, тайный резидент ренегатов в столице? Вспомнились подозрения Рады насчёт инвалида библиотекаря. Этот магистр Тарциус действительно странный. Что он делал с адептами в комнатке за стеллажами? Воровал у них магическую энергию для артефактов или проводил запрещённые эксперименты над сознанием магов? Рада утверждала, что никто из адептов абсолютно ничего не помнил о посещении комнаты за стеллажами. Пожалуй, следует заняться магистром Тарциусом плотнее!

Вечером после занятий Врон подошёл к Раде и попросил её уделить им с Дареном немного времени. Адептка нисколько не удивилась, когда речь зашла о таинственных делах библиотекаря. Поразмыслив, Врон и Дарен решили организовать за магистром Тарциусом круглосуточное наблюдение.

Позднее Врон поделился предположениями о личности вербовщика ренегатов с Дироном Тайгертом. Капитан заинтересовался. Впоследствии Тайная Стража изучила контакты погибшего мага-предателя, и выплыли сведения, что покойный одно время довольно активно общался с магистром Таргиусом.

Врон рассказал капитану о лавке на главной торговой улице, куда библиотекарь посылал Раду. Лавку Тайная Стража взяла под контроль. Однако в течение десяти последующих дней ничего подозрительного не обнаружили. Библиотекарь тихо трудился на своём месте, а лавку посещали самые обычные покупатели. Ренегаты на время затаились…

***

До середины вересня в Арконе было относительно спокойно. Но в связи с участившимися вылазками ренегатов в столичной академии магии произошли изменения, непосредственно коснувшиеся третьекурсников. Адептам с шестым уровнем источника и выше предписывалось заняться изучением боевых заклинаний по ускоренной программе, адепткам – по желанию. По приказу ректора провели внеплановое определение уровня магического источника.

Как и ожидалось, у Рады источник вырос до девятого уровня. Внутренний источник магии Врона также достиг девятого уровня. Дарен удивился, когда узнал, что у него уже, оказывается, восьмой уровень. Источники Витана, Сияны и Ярека также поднялись до восьмого уровня. У будущего демонолога Потана к настоящему времени имелся источник седьмого уровня с перспективой роста.

Кураторы объяснили адептам, что интенсивность роста источников напрямую связана со сложностью задач, решением которых занимались начинающие маги. Врон и Дарен сражались со стриганом. Ярек, Сияна и Рада постоянно трудились на грани собственных возможностей. Кроме того, Ярек прошёл испытание в лабиринте отражений, а Рада сумела справиться с призрачным флейтистом. Потан приручил котлака, а Витан проявил стойкость и находчивость, пытаясь успокоить сотворённого Кунганом демона в облике чёрного жеребца. О найденном парнем бабкином ритуальном кинжале адепт пока никому не рассказывал, Витан считал это его личной тайной.

Девушки, Рада и Сияна, с энтузиазмом поддержали решение по ускоренному изучению боевых заклинаний. Но немного погодя последовал другой приказ – всем учащимся академии со специализацией по травоведению срочно заняться изготовлением лечебных средств и стимулирующих боеспособность настоек. Сияне пришлось отказаться от боевой магии, девушка вечерами пропадала в садах трав и лаборатории. Зато Рада, несмотря на протесты друзей, мол, куда ей мелкой, приступила к занятиям по боевой магии.

***

Рада успешно выдержала экзамен на мага-целителя первой ступени. После завершения испытаний магистр Луд прилюдно заявила, что благодаря трудолюбию и высокому уровню магического источника адептка добилась выдающихся успехов. Магистр Хран тоже поздравил Раду. Однако в словах главного целителя девушка отчётливо ощутила насмешку и скрытую неприязнь. А пространный намёк магистра Храна на возможность самостоятельной практики для начинающего мага-целителя Раданы Ивор оставил тяжёлый осадок. Увы, диплом и право на работу по специальности адептка получит только по завершению третьего курса. Раньше не положено!

На новой седмице девушка заглянула в кабинет магистра Храна, дабы согласовать дальнейшую трудовую деятельность под его руководством. К удивлению Рады, главный целитель сослался на большую занятость и отправил адептку к помощнику. Тот, ухмыляясь, сообщил Раде, что по распоряжению магистра Храна она будет заниматься лечебной магической поддержкой троих пациентов, все трое оказались неизлечимо больными состоятельными стариками-аристократами. Требовалось всего лишь наведываться к ним два-три раза в седмицу и подпитывать их угасающие тела жизненной силой. Всё!

Для мощного магического источника адептки затраты магической энергии на поддержку жизни стариков были ничтожными. Поэтому заработок предполагался небольшой. Спасибо доброй лэри Хоц – до зимы Раде денег при жёсткой экономии должно хватить.

Неожиданно у адептки появилось много свободного времени. Лекции по магии стихий Рада прослушала в прошлом году. Тогда же она отработала практические навыки, доступные ей, как обладательнице магии Двуединого. Таким образом девушка рассчитывала сэкономить время на третьем курсе для занятий по выбранной специальности. На практике получилось по-другому…

По утрам Рада слушала короткие лекции по травоведению, затем следовало практическое занятие по приготовлению лекарств, а после полудня по необходимости посещала пациентов-старичков в квартале для знати. А ещё лэри Хоц часто приглашала адептку скоротать с ней вечерок за чашкой травяного отвара с пирожными.

Неприятной новостью стал запрет на выдачу книг по высшей магии в библиотеке академии адептам младших курсов. По слухам, новшество было связано с тем, что участились случаи исчезновения магов первой-третьей ступени. Якобы, соблазнившись силой Отступника, они вступали в ряды его слуг и при этом использовали отрывочные знания по высшей магии, почерпнутые из книг. Более того, книготорговцам также запретили продавать руководства по высшей магии адептам до четвёртого курса! Посему в свободное время Рада перечитывала собственные конспекты, гуляла в городском парке и по набережной в обществе Вира, скучала и злилась. А друзья-адепты усиленно занимались с утра до вечера…

Однажды, проходя по коридору, Рада подслушала разговор двоих третьекурсников, учившихся в параллельной группе. Оба специализировались на целительской магии. У парней имелся седьмой уровень источника и толковая голова. Несколько раз Рада пересекалась с приятелями на занятиях.

– Считаешь, старый хрыч Хран тебя подставил? – говорил худощавый блондин Миловид.

– Уверен! – ответил ему товарищ, невысокий рыжеволосый парень, внешне очень похожий на Ярека. – Хран не любит потенциальных конкурентов! Так что в столичной академии ни тебе, ни мне ничего не светит! Был бы смазливой адепткой осваивал бы магию красоты… А так – пустое дело! Хран будет валить нас на всех экзаменах, чтобы не пустить в нормальную лечебницу. В дипломе специально выставит низкие отметки. Примеров полно… Даже помощь твоего дяди-лэра ничего не даст!

– Выходит, нам остаётся одно, – печально вздохнул блондин. – Поискать другое место учёбы!

– Получим после третьего курса мага первой ступени и подадим документы в академию целителей в Гавеле или Любиче! Пусть не так престижно, как в Арконе, но зато там есть толковые преподы и много возможностей заработать положительную репутацию...

– Лично я за Аркон не держусь! – поддержал друга племянник лэра. – В Любич, так в Любич!

– Согласен. Не думай, будто мы одни такие! – хмыкнул рыжий.

– К концу года определимся, куда поступать – и айда отсюда!

Слова однокурсников произвели на Раду сильное впечатление. Может, и ей, получив мага первой ступени, податься в другую академию?

За обедом в компании друзей адептка в последнее время чувствовала себя не то, чтобы чужой, но не в теме. Сияна светилась от радости и рассказывала, как сварила замечательное зелье от кровохарканья. Будущие некроманты обсуждали практические навыки по концентрации магических потоков. А Раде кусок в горло не лез! Тоска…

***

Утром в первый день седмицы адептка едва не проспала завтрак, накануне загостившись до ночи у лэри Хоц. В столовой Рада застала одного Ярека. Бледный от недосыпания адепт в ускоренном темпе поглощал овсяную кашу с мясом и что-то недовольно бормотал себе под нос.

– Доброго дня! – поздоровалась Рада.

В ответ Рыжик, сглотнув кашу, буркнул: – Моё почтенье отдыхающим!

Адептка обиделась.

Ярек доел кашу и выдал: – Пока, спешу! Побегу в мастерскую делать заготовки для следилок! Срочный заказ…

– Что так? – лениво осведомилась Рада.

– А ты не знаешь?! Стража на ушах стоит! Опять вблизи столицы торговый обоз ограбили, между прочим, пятый по счёту за две седмицы… Берут деньги и драгоценности, из товаров даже пушнину не трогают! Людей убивают… Звери! Молодых забирают с собой. И уходят через разовый портал, не отследить!

Рада побледнела и замерла, вспоминая оборотня Змея и детали нападения на обоз Богдана Дагуса.

– От академии к расследованию подключили магистра Велигу и двоих его учеников, – добавил Ярек, вставая из-за стола.

Завтракать Рада не стала. Девушка молча покинула столовую и отправилась в парк при академии. Адептка в смятении бродила по пустым аллеям и думала, думала, думала... Острое желание поймать Змея с сообщниками не давало девушке покоя. И капитан Тайгерт, и магистр Велига считают, что у неё большие способности к следовой магии. Целителей хватает и без Рады, а магов-следователей с подобным даром и вдобавок высоким уровнем внутреннего магического источника немного… Чего тогда удивляться, что преступники до сих пор на свободе! В памяти адептки всплыло растерзанное тело несчастной Заряны.

Ноги сами принесли адептку к факультету некромантии. Рада вошла вовнутрь здания и уверенно подошла к чёрной панели на стене. Девушка перевела дыхание и решительно приложила ладонь к гладкой обсидиановой поверхности. Вспышка алого света. Добро пожаловать к некромантам, Радана Ивор! Адептка улыбнулась.

– А где можно посмотреть расписание занятий для третьекурсников? Меня интересует следственная магия, – осведомилась Рада у пробегающего мимо адепта-старшекурсника в короткой рабочей чёрной мантии.

Глава 25

АЗЫ ПРИКЛАДНОЙ НЕКРОМАНТИИ

Рада появилась на занятиях по прикладной некромантии за пять малых оборотов до начала. Узрев входящую в аудиторию адептку, однокурсники разразились бурными приветствиями.

– Наших прибыло! – подытожил Дарен и демонстративно подвинул девушке стул.

– Дай, с первого раза угадаю специализацию! – выкрикнул Ярек и скорчил дурашливую рожу, за что тотчас же получил от Рады книжицей по лбу.

– Вот оно как! Правильно говорят, будто у девиц-некроманток паршивый характер!! Чуть что – сразу драться! – фыркнул Рыжик.

В аудиторию порывисто вошёл Алдемар Кан. – Рад убедиться, что нас стало больше! Приветствую адептку Радану Ивор, специализация – следственная и судебная магия! – оптимистично произнёс декан.

– У-у-у! – по-волчьи взывыл Ярек. – Спасайся, преступник, живой и мёртвый!

Все, включая магистра Кана, дружно расхохотались. Один Врон неодобрительно посмотрел на однокурсницу и нахмурился.

Занятия у третьекурсников попеременно проводили все преподаватели кафедры, лекции чередовались с практическими занятиями. Алдемар Кан вёл боевую магию. Пускай следственные маги, артефакторы и демонологи непосредственно в сражениях не участвуют, но дать отпор нечисти и нежити обязаны! Некромантам всех специальностей следует научиться работать с артефактами, разобраться с основами следственной магии, а также со способами уничтожения опасных демонов. После чего начинающие маги в конце учебного года получат первую ступень.

Больше всех новой ученице обрадовался магистр Тулик Велига. Как же, у адептки Ивор девятый уровень магического источника и прирождённое чутьё к следовой магии!

Две первые седмицы Раде пришлось навёрстывать упущенный материал, особенно сложно пришлось с изучением прав и законов Стражи, по которым допрашивали и судили живых преступников. Начальные уложения судебной магии адептка заучивала наизусть и повторяла перед сном и по утрам, словно детскую считалочку. Сияна сочувственно качала головой и поила подругу укрепляющими память отварами.

Разбираться с артефактами Раде помогал Ярек. С его подачи девушка приобрела на последние деньги крупный морион. Чёрный кварц не просто являлся отличным накопителем магической энергии, в камне помещались до десяти несложных, но действенных боевых заклинаний, которые легко активировались мысленным приказом. Кто знает, как сложатся обстоятельства? Вдруг для выстраивания заклинаний защиты или атаки не останется даже малого оборота и собственной магической энергии?!

Когда девушка вытряхивала из кошеля оставшиеся монетки, в лавку вошёл магистр Велига. Полугном догадался, что у адептки мало денег, и предложил Раде подработку в качестве его помощницы. Преувеличенно сетуя на бестолковых и безалаберных, когда дело доходило до описания следственных действий, адептов мужского пола, магистр Велига попросил Раду перебрать его архив. В первую очередь магистра интересовали дела с нападениями неизвестных лиц на купеческие обозы.

По вечерам Рада возвращалась в свою комнату со стопками пергаментов и забитой свитками сумкой. Перебирая старые дела, девушка одновременно изучала методы и приёмы, которыми пользовались опытные маги-дознаватели. Немного погодя адептка поняла, что мудрый магистр Тулик, предложив ей подработку, сразу убил двух зайцев – привести в порядок архив и повысить эффективность обучения адептки. Полугном считал, что в первую очередь ученица должна научиться мыслить, как маг-дознаватель, определять мотив и умело выстраивать версии преступления, опираясь на следовую магию и особенности личности преступников.

За два года в академии Рада заметно подросла и окрепла. Благодаря занятиям с магистром Терином девушка научилась самообороне и обращению с холодным оружием. Однако занятия по боевой магии у Алдемара Кана настолько выматывали Раду, что, возвращаясь к себе, адептка падала на кровать и засыпала.

Как-то к Раде подошёл Врон и поинтересовался, зачем ей вообще нужны занятия на кафедре некромантии? Рада – целительница, и пусть ею остаётся! Профессия мага-дознавателя грязная и опасная, не для девушек. Адептка обиделась и заявила, что больные и раненые тоже пахнут отнюдь не цветами! А целители, бывает, особенно во время войны, погибают и умирают от магического истощения. Вдобавок Рада выдала, что судебная магия ей нравится, и у неё огромная личная просьба – больше с подобными глупостями не подходить! Врон помрачнел и теперь наблюдал за девушкой со стороны, избегая общаться с однокурсницей напрямую.

Лекции магистра Велиги Рада слушала, затаив дыхание, полугном оказался замечательным преподавателем – никакого балласта, всё конкретно и по делу! Первого практического занятия по следственной магии адептка ждала с нетерпением. Она уже успела разобраться с собственными ошибками, когда ранее пыталась выявить следы преступников самостоятельно, начитавшись книг по данному вопросу. Ошибка заключалась в том, что Рада всегда действовала слишком прямо, сразу выбрасывая уйму энергии в одном направлении. Следовало развернуть магическое «щупальце» веером, постепенно наполняя его небольшими порциями магии, таким образом увеличивалась пространственная зона охвата и экономилась энергия источника.

***

К изумлению адептов, на практическом занятии магистр Велига привёл третьекурсников в городской парк! Требовалось отыскать владельца платка, найденного на липовой аллее. Ребята без особого толка потоптались по окрестным кустам, и лишь следопыт Врон сумел выявить направление поиска.

Подошла очередь Рады. Девушка наклонилась над платком и явственно ощутила следы личной ауры хозяина вещи, обычный человек. Адептка сосредоточилась, выбрасывая поисковой «веер» и тотчас же увидела извилистую, мерцающую зелёным светом линию. Рада сузила зону поиска и направилась по следу. Спустя четверть оборота она подошла к тучному клерикусу, который, похрапывая, дремал на скамейке.

– Блестяще, адептка Ивор! – широко улыбаясь, произнёс магистр Велига.

Однокурсники переглянулись и ничуть не удивились. Они давно знали о способностях Рады к следовой магии.

Очередное практическое занятие проходило в мертвецкой академии. Два оборота назад туда привезли тело старика, недавно скончавшегося от ножевой раны в тёмном переулке. Следовало допросить труп.

Душа мертвеца блуждает вблизи покойника в течение трёх суток. Но заставить вернуться душу в тело на несколько малых оборотов способен только маг-некромант. Кроме того, если разложение не разрушило мозг, можно попытаться считать картинку памяти. Но допросить покойного всегда вернее. Результат зависит от силы мага. У большинства некромантов получается разговорить мертвеца, когда с момента гибели прошло не более пяти-шести часов. Одарённый же большой силой некромант заставит говорить труп, пока душа не канула в вечность.

По внешнему вид мертвец напоминал менялу – неброская добротная одежда тёмного цвета, худое лицо с крючковатым носом и густыми бровями, длинные, узловатые пальцы. Старик скончался от ножевого удара в печень. Густая кровь пропитала шерстяную тунику на животе и правом бедре.

Преподаватель коротко напомнил адептам последовательность действий при допросе трупа. Первым решил попробовать силы Дарен. Труп промычал нечто невнятное и закрыл рот. У Врона дед грубо выругался, не ответив ни на один вопрос. Когда к работе приступил Ярек, старик приподнял низко опущенные веки и погрозил адепту пальцем. Витан и Потан добились лишь короткого «пошёл вон, мерзавец»! Видно, при жизни дед ближних не слишком жаловал.

Рада подошла к трупу и сосредоточилась, от её источника потянулась магическая сеть, которую адептка накинула на душу покойного. Сеть сжалась, и душа мертвеца нехотя вернулась в остывшее тело. Дед распахнул остекленевшие глаза.

– Сядь! – приказала Рада. При допросе мертвецов следовало использовать командный тон и короткие фразы. Иначе допрашиваемый выйдет из-под контроля. Дед уселся на столе и с ненавистью вперился в адептку.

– Назови имя! – потребовала некромантка.

– Бажен Житко, – проскрипел старик.

– Кто и почему тебя убил?

– Нет у меня золота, ублюдки, рыночная шваль! – внезапно визгливо выкрикнул покойник. – Уберите лапы…Стра-ажа!!

Рада влила в сеть, удерживающую в теле душу, ещё немного магии.

– Кто и почему тебя убил? – повторила девушка.

– Рыночная шваль! Золота моего хотели… А не было у меня с собой золота, – забормотал меняла.

– Кто тебя убил?

– Щаслав Будка и Гойник Бык! – назвав имена убийц, дед зарыдал в голос. – Не дам моего зо-о-лата-а…

Рада рассеяла магическую сеть и выпустила душу покойного на свободу. Старик закрыл глаза и рухнул на стол.

– Жесть! – прокомментировал действия однокурсницы Ярек. – Молодец, Радка!

Ожидающие у порога стражники по знаку магистра отправились за преступниками на рынок. Убийцы оказались известными в воровских кругах личностями…

***

Во второй половине вересня в Озёрном крае активировались жабогрызы. Эти мелкие прожорливые демоны наносили больший вред хозяйству жителей прибрежных городков и сёл. Одилия Лан, собрав учеников, отправилась разбираться с жабогрызами. Вместе с преподавательницей и старшекурсниками по специальному разрешению ректора уехали Потан и Витан.

Котлак на время переселился к Раде и Сияне. Так сложилось, что Сияна с утра до позднего вечера пропадала в садах трав и варила в лаборатории лечебные зелья. Поэтому Вир остался на попечении Рады, о чём ни адептка, ни котлак ничуть не жалели.

Погода стояла тёплая, почти летняя. Рада полюбила проводить редкие свободные вечера за чтением книг по судебной магии в парке на набережной. Адептка читала и делала короткие пометке в книжице, а котлак резвился на траве и ловил мелких грызунов. Наигравшись, Вир растягивался на скамейке рядом с девушкой сытым брюшком кверху и дремал, чутко прислушиваясь к доносившимся из парка звукам.

Однажды Рада зачиталась до наступления сумерек и пропустила ужин. Вир тоже проголодался. Алептка тщательно пересчитала монетки в кошеле и направилась в ближайшую таверну под пёстро размалёванным навесом. В хорошую погоду многие гости предпочитали обедать и ужинать на свежем воздухе. Недавно Раде пришлось потратиться на крепкие сапоги и непромокаемый плащ эльфийской работы, на что ушёл весь месячный заработок и за архив, и за старичков-пациентов. Адептка снова оказалась не мели.

Трактирщик, окинув пренебрежительным взглядом молоденькую девушку в скромном синем платье и важного пушистого кота, указал пальцем на свободный столик на двоих рядом с дверью в кухню. Из кухни тянуло горелым маслом и гнилыми овощами. Рада поморщилась и уселась на указанное место, другого выбора не было, а время поджимало. Адептка рассчитывала до ночи разобраться с десятком свитков из архива магистра Велиги. Котлак запрыгнул на стул напротив девушки.

Рада заказала два куска печеного мяса для себя и Вира, а ещё свежие овощи и травяной настой. Еду не несли долго. Две пышнотелые краснощёкие подавальщицы попросту не обращали внимания на небогато одетую девушку. От такой лишней деньги не перепадёт!

Раде надоело ждать, и она окликнула одну из подавальщиц. Толстая девка недовольно засопела и вскоре принесла адептке заказ. На щербатой тарелке лежало нечто, напоминающее горелые обрезки, которые обычно срезают для собак с зажаренной целиком туши. Вир брезгливо принюхался и отвернулся.

В глазах Рады вспыхнули и тут же погасли зелёные огни. Девушка подозвала трактирщика и потребовала заменить мясо, пригрозив подать жалобу стражникам. В ответ на угрозы клиентки трактирщик хохотнул и подозвал упитанного стражника, ранее патрулировавшего парк.

– Что это вы, девушка, безобразничаете? – недовольно заявил стражник.

– Вовсе нет! – широко улыбнулась Рада. – Подавальщица господина трактирщика перепутала заказы! – заявила адептка, глядя в сытое, распаренное лицо представителя закона.

– Ничего я не перепутала! – вмешалась девка.

– Разве? – Рада с деланым удивлением приподняла брови. – Я заказывала печеную оленину, а не говяжьи обрезки!

– Не нравится, не жри! – взвизгнула подавальщица.

– Не буду! – алептка встала из-за стола, но трактирщик моментально ухватил её за руку. – А заплатить! – нагло потребовал он.

– За что? За чужой заказ? – возмутилась Рада.

– Видите, что клиенты творят, господин Богша! – обиженно проговорил трактирщик, обращаясь к стражнику.

Котлак соскользнул под стол и тронул лапой ногу временной хозяйки. Рада опустила голову и увидела на морде Вира хитрую ухмылку. Котлак и адептка давно научились понимать друг друга без слов.

– Платите, девушка, не то отведу вас в участок! – заявил стражник.

Раде не хотелось в ожидании разборок проторчать в участке целую ночь. Вдобавок она нисколько не сомневалась, что стражника прикрывает начальство. Девушка без лишних слов вытряхнула из кошеля несколько мелких монеток. – Всё, что есть.

Подавальщица ловко подхватила деньги. – Снова нищенка припёрлась!

Адептка и котлак устроились неподалёку от трактира. Укрывшись за кустами сирени, они внимательно наблюдали за разворачивающимися действиями.

В трактир ворвался крупный мужчина в рабочей робе. Позади него стояла бедно одетая беременная женщина, а к её юбке жались малыши примерно трёх и пяти лет.

– Слушай ты, жирная рожа, налетел на трактирщика мужчина. – Я всё лето на тебя бесплатно горбатился, ты обещал взамен кормить мою семью, когда я уеду на заработки!

– Я от своих обещаний не отказывался! – невозмутимо ответил трактирщик и сделал знак здоровенному вышибале, развалившемуся на скамейке у входа.

– Ты давал моей жене и детям объедки, на которые не позарятся даже свиньи!

– Бедным не пристало привередничать! – выкрикнул трактирщик. – Господин Богша, на меня напали! Этот негодяй вот-вот меня изобьёт…

Ухмыляясь, стражник подошёл к мужчине в робе. – Ты кто такой?

– Плотник я! Всё лето работал на этого по уговору, а он кормит мою семью объедками…

Стражник вытащил из кармана малый артефакт Усмирения и закрепил на рукояти дубинки. По металлическому наконечнику дубинки пробежали синие огоньки.

– Или ты сейчас уберёшься отсюда со своими ублюдками, или я отведу тебя в участок, – заявил Богша и бесцеремонно ткнул в плотника дубинкой.

Мужчина дёрнулся и замер на месте, лицо его сделалось отстранённым и неподвижным.

– Не надо, господин стражник! – вмешалась жена плотника. – Мы уже уходим…Мой муж ничего плохого не сделал, – оправдывалась женщина. Подхватив под руку лишённого воли супруга, она потащила его к выходу. – Прошу, не задирайся с ними, они не простят, – глотая слёзы, шептала жена плотника, прижимаясь к плечу мужа.

Другие посетители трактира вмешиваться не пожелали. Клиенты победнее поспешно доедали ужин, а те, кто побогаче презрительно отвернулись. Мол, давно пора отучить всякую шваль портить людям аппетит!

Рада сжала кулаки, ей очень хотелось разнести это заведение в пух и прах вместе с трактирщиком, стражником и наглыми подавальщицами. Но, нельзя! Наказание будет строгим – за применение боевых заклинаний разорвут связь с источником и вышвырнут из академии.

– Мрр…– настойчиво подал голос котлак.

– Как тебе, Вир, это нравится?

Котлак чихнул.

– Как ты считаешь, – продолжала Рада, – справедливость должна восторжествовать?

– Мрр, – согласился котлак и проскользнул на кухню. Адептка сосредоточилась, прикрепила тонкую нить поискового заклинания к юбке жены плотника и тихонько рассмеялась.

Между тем, толстый стражник уселся за стол и принялся за еду. Противно чавкая, он запивал жареного гуся имбирным пивом и громко сопел. По лоснящейся физиономии катился пот и жир.

Рада обошла трактир и спряталась в прибрежных кустах под окном кухни. Вир дождался, когда кухарка выйдет во двор и, ухватив зубами пустую корзину, выбросил её через окно девушке. За корзиной с молниеносной скоростью последовали окорок, сырный пирог, несколько колец свиной колбасы и головка сыра. Адептка ловко сложила добычу в корзину.

– Отлично, Вир. А сейчас разберись с подношениями стражнику! – напомнила котлаку Рада.

Кошара стащил льняное полотенце с большой корзины и сбросил обнаруженный там окорок, сыр, два пирога и флягу с вином адептке. Затем Вир шустро наполнил корзину объедками из ведра под столом и аккуратно накрыл её полотенцем. Спустя малый оборот Рада и котлак бежали по узкой тропинке вслед за семьёй плотника. Для предосторожности адептка накинула Полог Отражения, простенькое заклинание отвода глаз.

Добравшись до узкого переулка в ремесленном квартале, где жил плотник, Рада достала из корзины сырный пирог, окорок меньших размеров и головку сыра – компенсацию им с Виром за испорченный ужин. Остальную снедь в корзине девушка поставила перед входом в дом и постучала в дверь.

Из-за угла адептка и котлак наблюдали, как, выглянув наружу, жена плотника всплеснула руками, обнаружив полную еды корзину у своего порога.

– Завтра попрошу Дара разобраться с этим господином Богшей, – предвкушая грядущую месть, сообщила Рада котлаку. – Нечего негодяям позорить столичную стражу!

– Мрр! – охотно поддержал девушку Вир.

***

В начале жовтеня в академию возвратились Потан и Витан. Судя по довольному виду будущих демонологов, охота на жабогрызов удалась.

Первым делом Потан зашёл за котлаком. Вир за время отсутствия хозяина и друга раздобрел ещё больше. Увидев Потана, кошара лениво спрыгнул с кровати, подошёл к хозяину и потёрся головой об его ногу.

– Привет, Вир! – заулыбался адепт. – Как ты, дружище? Знал бы, как я по тебе скучал! Адептки не обижали?

Рада швырнула в однокурсника подушку. Парень моментально уклонился, и подушка упала на пол.

– Понял, прошу прощения! – усмехнулся Потан, наклоняясь за подушкой. – Надеюсь, у вас тут без происшествий?

Рада и котлак переглянулись.

– Тихо и спокойно, как в могиле! – звонко отрапортовала адептка и посмотрела на однокурсника честными-пречестными глазами.

– То-то вижу, как Вир растолстел. Еды хватило?

Рада кивнула. Кошара стыдливо опустил плутоватые глаза.

– А у нас было весело, не передать! Носились вдоль озера и по болотам, словно угорелые! Эти жабогрызы – твари скользкие и хитрые. Прикинется кочкой, пройдёшь мимо и не заметишь. Демоны совсем небольшие, размером с кролика, а могут сожрать всех хозяйских кур за один раз! Раздуются после еды в шары, засядут в болоте на пару дней – и молчок! Иногда за считанные малые обороты твари группой в восемь-десять особей съедают целиком корову! В одной из деревень повадились таскать маленьких детей. Как-то в местном болоте мы с ребятами нашли гнездо жабогрызов, а в гнезде – детские кости. Жуть! – Потан перевёл дыхание и с благодарностью посмотрел на однокурсницу. – Спасибо, что присмотрела за Виром! Я – твой должник.

Рада покраснела. – Это тебе спасибо! Если бы не Вир… мне было бы очень скучно. – Девушка с нежностью почесала котлака за ушами.

Потан подхватил на руки пушистого друга, развернулся к выходу и едва не получил дверью по лбу от Витана.

– Светлого вечера, девчонки! Я к вам с подарками, – радостно улыбаясь, заявил адепт и выставил перед адептками корзинку с копчёной рыбой. – Мы с Потаном по дороге в Аркон заезжали к родным его невесты и купили у рыбаков вкуснятины. Потан так торопился увидеть кошару, что заставил меня разбираться с вещами, а сам бегом сюда! Потан, ты не рассказывал нашим, кого мы видели, когда покупали рыбу?

– Забыл.

– Подобное забудешь! – хмыкнул Витан. – А где все?

– Врон и Дар на службе. Ярек скоро появится, – ответила Сияна. – Мы его за пивом пошлём!

– Не стоит! – заметил Потан. – Мы с Витаном уже купили бочонок медового.

– Дождёмся остальных? – предложила Рада.

– Так кого вы обнаружили на пристани? – напомнила Сияна.

– Ни за что не догадаетесь! – недобро усмехнулся Витан. – Магистра Скубу!

– С трудом его узнали, настолько сильно он изменился, – вставил Потан. – Тощий, кожа серая, глаза блестят, как у помешанного…

– Интересно, почему его занесло осенью в маленький озёрный городок? – удивилась Рада.

– Нам тоже интересно! Скуба был не один, возле него выплясывали два мага воды.

– Ха! Выплясывали… Я бы сказал увивались, как купцы перед городским главой! – уточнил Потан.

– Что они делали на пристани? – насторожился Ярек. Магистра Скубу адепт люто ненавидел и всегда ждал от него очередной пакости. – Этот гад постоянно плетёт интриги, даже дыхание у него ядовитое! – вставил Рыжик.

– Мы бы его не узнали, если бы ветром не сдуло с головы капюшон, – признался Витан. – Приятели Скубы тащили два больших сундука. Что в сундуках – неизвестно! Их магичества наняли лодку явно не для короткой прогулки! Может, компания сняла дом на другом берегу озера?

– Видно, Скуба с дружками решили уединиться в лесу, дабы помедитировать на природе! – пошутил Потан.

– Не похож он на любителя природы! – зло произнёс Ярек. – Говорю вам, Скуба с приятелями что-то задумали.

Врон и Дарен вернулись в академию после ужина. Ярек повесил на дверь их комнаты записку с приглашением заглянуть в беседку, где адепты собирались провести вечер за угощением.

Новость о встрече на пристани озёрного городка заинтересовала Врона больше всех. Он выспросил до мельчайших деталей, как изменился магистр, как держался, как выглядели два других мага, каких размеров были сундуки.

– Скуба – маг воздуха, – в заключение задумчиво проговорил Врон.

– Да забудь! – улыбнулся Дарен. – Рыбка – самое то к пиву! Расслабься и наслаждайся…

Врон промолчал и до завершения посиделок не проронил ни слова, постоянно о чём-то размышляя. Наутро новоиспечённый офицер Тайной Стражи доложил о своих домыслах насчёт появления магистра Скубы на пристани. Но жителям озёрного городка это не помогло…

Глава 26

ВОЗМЕЗДИЕ

Столичная академия магии бурлила – покушение ренегатов на магистра Грегора Лойко взбудоражило и преподавателей, и адептов. Отважиться напасть среди белого дня на сильного некроманта – полное безумие, на подобное способны только отмороженные на всю голову слуги Отступника!

К счастью, магистр Грегор почти не пострадал, отделавшись царапинами и временным онемением руки, предплечье вскользь задела Стрела Аскола, выпущенная по некроманту одним из нападающих.

Ренегатов было трое. Магистр Лойко около двух оборотов после полудня вышел из лавки, где приобрёл несколько заранее заказанных им заморских ингредиентов. Некромант постоянно там отоваривался. Каким-то образом ренегаты узнали, когда он придёт за заказом, причём, придёт сам, потому что неторые заказанные магистром ингредиенты – большая редкость.

Грегора Лойко подкараулили в маленьком сквере. Соблазнившись хорошей погодой, магистр решил прогуляться по воздуху до площади, где намеревался нанять открытую карету до академии. Внешне слуги Отступника выглядели, как клерикусы или купцы средней руки. Однако некромант на расстоянии почувствовал их ауру и насторожился. К чему магам рядиться под среднее сословие?

Приблизившись к магистру Лойко, ренегаты сбросили личины, мгновенно преобразившись. Землистые лица, фанатичный блеск в запавших глазах, костлявые руки…

Некромант мгновенно поставил Щит, тотчас же трансформировавшийся в Сферу Отражения. Заклинание одновременно защищало создателя от воздействия враждебной магии и перенаправляло её рикошетом на ренегатов. Слуги Отступника обрушили на Сферу весь доступный им арсенал боевых заклинаний. Но у магистра Лойко помимо магии его собственного источника девятого уровня имелся при себе объёмный накопитель. Так что некромант дождался того момента, когда запас магической энергии нападающих истощится, и накрыл их Сетью Праха. Опытный маг точно рассчитал нужный объём пространства, подпавший под заклинание, сквер и случайные свидетели не пострадали, а тела ренегатов разрушились, но не в прах, а превратились в густую бурую слизь.

Тайная Стража тщательно обследовало место нападения и пришла к выводу, что слуги Отступника, участвующие в покушении, скорее всего, были из новообращённых. Ренегаты сделали ставку на внезапность и напор.

Другой вопрос – почему в качестве жертвы выбрали именно магистра Грегора Лойко? Ответ напрашивался сам собой. Маги всегда чувствуют одарённых. Но отличить замаскированных слуг Отступника от других магов практически невозможно! Дарованная Отступником сила скрывается за собственной магией ренегата. Поэтому изобличить слуг падшего бога сложно. Магистр Грегор работал над артефактом, способным свести маскировку на нет. И, по слухам, достиг определённых успехов.

Однокурсники принялись расспрашивать Ярека о покушении на его наставника, но больше всего их интересовал таинственный артефакт, созданный магистром Лойко. К сожалению, Ярек не мог сообщить друзьям ничего нового. Тайна есть тайна! Напрашивался следующий вопрос – откуда ренегаты узнали об артефакте? Выходит, их шпион в академии обладает нехилыми возможностями!

***

В начале листопада друзей огорошила ещё одна плохая, точнее, очень плохая новость. Врона, Потана и Витана срочно вызвали к ректору. В кабинете архимага Огнезора Драгоша присутствовали декан некромантов, Одилия Лан, магистр Велига и капитан Тайной Стражи Тайгерт. Адепты сразу догадались, что произошло нечто скверное, и они каким-то образом к этому причастны.

Первым, обращаясь к будущим демонологам, заговорил Дирон Тайгерт: – Нам известно, что месяц назад вы заезжали в городок под названием Осица, верно?

– В Осице живёт родня моей невесты! – встревожился Потан.

Магистры переглянулись. Одилия Лан посмотрела на ученика с жалостью.

– Кого вы видели на пристани? – продолжал капитан Тайгерт.

– Откуда вам известно? – удивился Витан.

– Об этом факте в Тайную Стражу сообщил я, – пояснил Врон. – Троица магов на пристани мне показалась подозрительной...

– Офицер Озар выполнял свой долг! – отрезал капитан.

– Прости, дружище, мы не смогли помешать ренегатам, – грустно произнёс Врон, глядя на Потана.

– Это было невозможно, – вздохнула Одилия Лан. – Время шло на обороты! Яйца никсов уже вызрели, вдобавок для ускорения роста мальков ренегаты использовали магию.

– Что случилось?! – испугался Потан. – Какие никсы?

– В сундуках магистра Скубы и его приспешников находились изменённые яйца никсов, – пояснил капитан Тайной Стражи. – Ренегаты наняли лодку и разбросали яйца по озеру, лодочника ударили веслом по голове и сбросили в воду. Когда на следующий день через портал появились маги из Тайной Стражи, ренегаты были уже далеко. Позднее поймали одного из приспешников Скубы, допросили и узнали подробности. Часть вылупившихся мальков никсов удалось отловить. Но напитанные магией роста демоны быстро росли, размножались и умело прятались. Позавчера десятки взрослых никсов выбрались на поверхность. Эти демоны значительно отличались от обычных речных и озёрных представителей их племени – плоды трудов ренегатов! Огромный рост, неукротимая ярость и прожорливость. Твари врывались в дома, без разбора пожирали людей и скот. За ночь городок опустел. Многие из тех, кому удалось уцелеть, вскоре умерли от яда никсов, даже ничтожные царапины оказались смертельными.

– Моя невеста? – глухо спросил Потан.

– Она и её родители погибли, сожалею, – печально ответил капитан.

Адепт, не осознавая, что делает, опустился на стул и сдавил руками голову. Одилия Лан подошла к Потану и, словно маленького ребёнка, погладила его по голове, нашёптывая нечто утешительное.

– Ты не мог ничего изменить! – проговорил Врон.

Потан застонал, а затем встал, вытер набежавшие слёзы и решительно произнёс: – Я хочу увидеть невесту и её семью!

– Боюсь, смотреть уже не на кого! – вздохнул Тайгерт. – Сегодня в Осицу отбывает ещё одна группа зачистки. Можете отправиться с ними.

– Я тоже поеду! – потребовал Витан.

– Вы, адепт, останетесь в академии! Я не смогу присмотреть за вами обоими, – подвела черту магистр Лан.

После обеда группа магов из Тайной Стражи, Одилия Лан и Потан вошли в портал до Осицы. Вир увязался за другом. Магистр Лан не возражала, присутствие котлака в экспедиции, похоже, её вполне устраивало, малый демон мог оказаться полезным…

***

С момента нападения на магистра Грегора прошло пять дней. На шестой день рано утром академию оцепила Тайная Стража, чтобы никто не мог ни войти, ни выйти незамеченным. Всем преподавателям и адептам было приказано в порядке установленной очереди явиться в сооружённый ночью на тренировочной площадке павильон. Первыми должными были пройти испытание преподаватели и прочие работники академии.

К всеобщему удивлению, павильон окружили маги Тайной Стражи в полной боевой экипировке. А за павильоном стояли несколько закрытых тюремных фургонов. Ситуация вскоре разъяснилась – артефакт, срывающий личины со слуг Отступника, готов, и все в академии обязаны пройти проверку на отсутствие магии ренегатов.

За преподавателями направились адепты по факультетам. Когда подошла очередь третьекурсников с факультета Двуединого, несколько человек попытались сбежать. Ими оказались худенький парень со второго курса и двое третьекурсников. Их сразу схватили маги Тайной Стражи. В руках у одного из магов появился артефакт – камень с голову ребёнка, половина которого состояла из прозрачного хрусталя, а вторая – из мориона. Созданный магистром Грегором артефакт Истины находился в некоем подобии проволочной корзинки.

Адептов подтащили к артефакту, и камень вспыхнул зелёным. Лица молодых приспешников Отступника исказились в муке и начали быстро меняться, превращаясь в обтянутые землистой кожей черепа с отливающими синим цветом глазными яблоками в глубоких, тёмных впадинах. На ренегатов надели сковывающие магию Отступника наручники из нималана и препроводили в ближайший фургон.

Врон, Дарен, Ярек, Витан, Рада и Сияна в ходе испытания ощутили лишь лёгкое покалывание во всём теле, плавно сменившееся приятным теплом. Большинство завербованных и изменённых ренегатами адептов обнаружились на факультетах воздуха, воды и целительства. На прикладной некромантии слугой Отступника оказался адепт пятого курса по специальности мастер артефактов. Стало понятно, кто следил за магистром Грегором и передавал сведения ренегатам. После проверки артефактом Истины недосчитались нескольких преподавателей, а ещё бесследно пропал магистр Тарциус. Причём, библиотекарь исчез до испытания.

– В академии сразу стало легче дышать! – заявил после проверки Ярек, выражая общее мнение.

– Значит, наши подозрения насчёт Тарциуса были верными? – спросила у Врона Рада.

– Это ещё нужно доказать! – усмехнулся тот. – Вдруг библиотекаря убили и спрятали тело? Он мог оказаться свидетелем, и его решили убрать…

– И всё же я уверена, что Тарциус с ренегатами заодно! – упрямо заявила Рада. – Чувствую…

Артефакты получили все участки городской стражи. Проверяли въезжающих и выезжающих из столицы, прочёсывали районы, где предположительно могли скрываться слуги Отступника. Произошло несколько десятков стычек с ренегатами.

Артефакты Истины массово производили на факультете прикладной некромантии. К работе привлекли всех адептов-некромантов, специализирующихся на артефактах, в том числе Ярека, он делал вместилища для камней.

***

Спустя двое суток Тайная Стража накрыла в пригороде очередное логово слуг Отступника. На сей раз в руки закона попал один из главарей ренегатов. Однако кое-кому из его пособников удалось сбежать. Тулика Велигу попросили тщательно изучить пригородное убежище слуг Отступника. С собой магистр взял двух старшекурсников-выпускников и … Раду, мотивируя своё решение наличием у адептки выдающихся способностей к следовой магии.

Старинный особняк, окружённый запущенным старым парком, принадлежал престарелому лэру. Старик давно впал в детство и уединённо доживал век под присмотром нянек в имении на юге. Наследник занимал пост наместника в Любиче и домом в столичном предместье не интересовался.

– Главное – не торопись! Твоя цель, девочка, находится не на виду, – наставлял магистр Велига ученицу по дороге к логову ренегатов. – Ты должна попытаться отыскать следы ауры посетителей дома, оставленные сутки и более назад. Медленно, шаг за шагом обойди все помещения, обшаривая каждый уголок. В заклинание поиска постепенно добавляй магическую энергию…

Адептку порадовало, что особняк оказался совсем небольшим – один этаж и подвал. Сам магистр Велига со старшекурсниками намеревались заняться парком. Девушка поправила широкий кожаный ремень на талии. Тонкие пальцы Рады сжали на груди висевший на шёлковом шнурке защитный артефакт-накопитель, сделанный Яреком из мориона. Собираясь в поездку, адептка предусмотрительно переоделась в штаны и тунику до колен из плотной ткани.

У ворот их уже ждали. Высокий плечистый стражник учтиво проводил магистра и его учеников к дому. Дирон Тайгерт сердечно поприветствовал полугнома и на мгновение задержал взгляд на девушке. Посматривая на Раду, капитан лукаво сверкал глазами. Девушка смутилась. Неужели Тайгерта насмешило присутствие адептки-третьекурсницы в бывшем логове ренегатов?! Безусловно, до выпускников ей пока далеко, но магистр Велига знает, что делает! Или тут имеется что-то ещё?

– Капитан! Мы его не довезём, – окликнул Дирона Тайгерта молодой парень с нашивками мага-следователя. Из-за угла показались два стражника с носилками. На носилках лежал закутанный в тёмный плащ пленник. Магическим зрением Рада увидела окутывающую его Сферу Послушания.

– Забаррикадировался в пристройке, пытался построить портал, но после схватки не хватило энергии. Еле его оттуда выкурили! – пояснил капитан магистру Велиге.

Капюшон соскользнул с лица пленника, и Рада ахнула. На носилках лежал магистр Скуба! Лицо и кисти рук бывшего преподавателя высохли, как у найденных в соляных пещерах тысячелетних мумий. Казалось, регенерат не дышит. Но, услышав слова Тайгерта в свой адрес, Скуба распахнул горевшие ненавистью глаза. Встретившись с ним взглядом, Рада невольно отшатнулась.

– Вы все подохнете! – просипел умирающий, приподнявшись на локтях. – Ледяной Джага до вас доберётся!

По знаку капитана стражники опустили носилки на землю.

– Джага в столице? – резко спросил у Скубы Тайгерт.

– Где ж ему быть ещё! – высокомерно рассмеялся ренегат. – И вы его не поймаете несмотря на ваши уловки и артефакты… Ледяной Джага на виду, но вам его не узнать…

Тело Скубы затряслось в конвульсиях и начало разлагаться. Сухая кожа трескалась на лице и кистях, обнажая тёмные переплетения мышц и кости. Из-под плаща сочилась бурая жижа. Потрясённые адепты молча наблюдали за кончиной ренегата.

– Кто этот Джага? – немного погодя спросила Рада у Тулика Велиги.

– Мы думаем, резидент магистра ренегатов в столице. Руководит массовыми убийствами и запрещёнными экспериментами над людьми.

– Ледяной Джага на виду, но вам его не узнать, – задумчиво повторила адептка.

– Не переживай, девочка! Тайная Стража скоро до него доберётся! – уверенно ответил магистр Велига. – А мы им поможем …Что, господа адепты, приуныли? Задача ясна?

Рада и старшекурсники кивнули.

– Тогда за работу! – приказал полугном.

***

Адептка, как её учили, неторопливо обошла комнаты первого этажа, ощупывая магическим щупальцем каждый дюйм, затем Рада развернула щупальце веером и подпитала его магией. В доме старых следов не нашлось. Тогда девушка спустилась в подвал. В нос ударила гнилостная вонь. От промозглой сырости сделалось холодно. Адептка плотнее запахнула плащ и застегнула фибулу под самым подбородком. Подвал, видимо, переоборудованный ренегатами под их нужды, представлял собой узкий коридор с камерами по обе стороны. В камерах слуги Отступника держали пленников, на которых ставили жуткие эксперименты. Тайная Стража забрала останки тел, о разыгравшихся здесь трагедиях свидетельствовали лишь пятна засохшей крови на полу и стенах, грязные обрывки одежды и вонь человеческих экскрементов.

Внезапно Рада магическим зрением уловила прерывистую зелёную нить, след посетителя особняка давностью более двух суток. Адептка вздрогнула. Аура была ей знакома. Рада уже не ощущала страха, ноздри девушки трепетали, как у почуявшей зверя гончей. Поворот, второй поворот. След пропал! Девушка заставила себя успокоиться и развернула поисковой веер кругом. А, вот он! След привёл девушку в тупик…

Рада присела на корточки и провела ладонями над полом. Внизу на ограниченном промежутке имелся некий провал. Адептка с магического зрения перешла на обычное. Приглядевшись, Рада заметила неровность на каменном полу и принялась осторожно ощупывать её пальцами. Люк! Девушка с усилием надавила на выпуклый камень, и в полу образовалась горизонтальная щель. Края щели раздвинулись, и показалась узкая лесенка.

– Эй! – громко окликнула Рада стражников. – Здесь подземный ход!

К адептке подбежали капитан Тайгерт и трое его людей. Капитан щёлкнул пальцами, и сорвавшийся с его ладони светящийся шар опустился в темноту.

– Точно, подземный ход! – проговорил Тайгерт.

– След ведёт туда, – добавила Рада, указав рукой направление.

Посовещавшись с магистром Велигой, капитан подозвал к себе магов и десяток стражников. Заверив полугнома, что ни в коем случае не допустит, чтобы девушка пострадала, Тайгерт с его людьми и Рада спустились в подземный ход. От адептки требовалось, чтобы она отыскала путь и всё!

Подземный ход оказался очень длинным. Узкий коридор то петлял, то опускался вниз, то тянулся вверх. Рада неслась вперёд, не ощущая усталости. Сейчас для неё было важным одно – близость врага, которого она когда-то поклялась уничтожить. После полутора оборотов, наконец, впереди забрезжил свет. Отряд выбрался из туннеля и очутился на городской окраине в злачном районе дешёвых пивнушек, весёлых домов и притонов, где прочно обосновался воровской люд.

След сделался более отчётливым. Рада остановилась и кивнула капитану. Дирон Тайгерт знаком приказал стражникам затаиться, те рассеялись по переулку, прижимаясь к стенам. Смеркалось. Хорошо, в сумерках легче подобраться к цели незамеченным. Рада взглядом указала капитану на дом за внушительным каменным забором. Тайгерт ухмыльнулся.

– Он внутри, – прошептала адептка.

– Кто он? – склонившись над девушкой, спросил капитан.

– Оборотень Змей, грабитель и насильник. Он убил Заряну… Помню его ауру…

Каптан уважительно покачал головой. Упрямая девчонка эта Радана Ивор! И память у неё крепкая. Пройдёт несколько лет, и врагам милой лэри не поздоровится…

Внезапно девушка замерла на месте и сосредоточенно нахмурила брови. – Не может быть! – пробормотала она.

– Что не может быть? – не понял Тайгерт.

– Я чувствую присутствие в доме пропавшего магистра Тарциуса, библиотекаря! – выпалила Рада. – Когда в академии всех проверяли артефактом Истины, Тарциуса не было.

– Лю-бо-пыт-но, – растягивая слога, проговорил капитан. – Магистр библиотекарь и оборотень Змей вместе! Сколько человек в доме?

Рада сосредоточилась, посылая тонкое магическое щупальце вперёд. – Пять. Двое из них – сильные маги, вода и воздух. Два оборотня и, предположительно, орк… Ауру орков мне приходилось видеть всего раза два…

Тайгерт подозвал магов, приказал им накинуть на дом Полог Тьмы и приготовиться к схватке. После чего капитан обернулся к Раде и велел ей спрятаться в глухом проёме между домами.

Массивные ворота слетели с петель и с грохотом рухнули на мостовую. В доме поднялся переполох, в окнах беспорядочно заметались огоньки, трубно заревел орк.

– Сопротивление бесполезно! Тайная Стража, – магически усиленным голосом проговорил Дирон Тайгерт.

Осаждённые затаились, готовясь к обороне. Медлить было нельзя. Маги-ренегаты наверняка строят портал! Полог Тьмы стал постепенно сжиматься. Спустя несколько малых оборотов он окружил дом и плавно трансформировался в Кольцо Змея. Стены дома затрещали и обвалились. В ответ на стражников обрушился Ледяной Шквал. Ренегаты, прижимаясь друг к другу спинами, направляли ледяное крошево на укрывшихся за Щитами противников.

Неподалёку от слуг Отступника растянулся орк с боевым топором в руках. Оборотни во второй ипостаси пытались прорваться сквозь выставленный магами Тайной Стражи незримый барьер. Гигантский змей изогнулся всем телом и попытался проскочить над барьером. Оборотень-медведь тщетно драл огромными когтями невидимую стену.

Внезапно барьер пропал. Сгусток Тьмы ударил в грудь медведю. Оборотень взвыл и замертво упал на землю, тело его рассыпалось чёрной пылью. Клинок Тьмы капитана Тайгерта разрезал толстое туловище гигантского змея пополам. На мгновение раненый оборотень покрылся туманной дымкой, и к нему вернулся человеческий облик. Вместо ног у оборотня торчали обугленные обрубки, но он был жив. Магические путы обездвижили раненого.

Ренегаты сражались отчаянно. Ледяной Шквал сменился зловонным дождём из болотной тины, разъедающей всё, чего она касалась. По знаку капитана стражники укрылись за сдвоенными Щитами. Время работало на Тайную Стражу.

Запас магической энергии у слуг Отступника истощился. Один из ренегатов упал на колени. Другой выбросил вперёд руку, и нечто грязно-зелёное, извиваясь в воздухе, подобно гигантской пиявке, ринулось на Дирона Тайгерта. Капитан вовремя отскочил.

Творение слуги Отступника шлёпнулось на землю, быстро-быстро подползло к ближайшему стражнику, и облепило его ноги и тело до груди. Стражник закричал. Порождение Отступника плотно приклеилось к человеку и принялось высасывать из него жизнь, разбухая на глазах. Умирающий стражник вскрикнул и упал. Молодой маг Тайной Стражи метнул в тварь Сгусток Праха, и пиявка, задрожав желеобразной тушей, стала разрушаться, оседая вязкой массой. Тайгерт накинул на ренегата Аркан Охотника.

Схватка закончилась победой Тайной Стражи. Капитан отправил магического вестника за тюремным фургоном. Рада приблизилась к связанному магическими путами Змею и заглянула ему в лицо. Трансформация не завершилась до конца. В жёлтых глазах оборотня с вертикальными зрачками застыли боль и страх. Раздвоенный язык вывалился из пасти с вогнутыми вовнутрь клыками.

– Это тебе за доброго господина Дагуса и бедную Заряну, мразь! – жёстко произнесла девушка.

– Ты никогда мне не нравилась! – раздался за спиной Рады знакомый голос. Адептка повернула голову и увидела привалившегося к обломкам стены магистра Тарциуса. Бывший преподаватель мало напоминал человека. Выпуклые жабьи глаза, выступающая челюсть с крупными жёлтыми зубами, кисти рук с неестественно вытянутыми фалангами и чёрными когтями.

– Вы мне тоже! – ответила Рада.

Второй ренегат умирал посреди двора от магического истощения.

– Ледяной Джага за нас отомстит! – просипел Тарциус и бессильно свесил голову.

***

Потан вернулся на новой седмице. В угрюмом адепте с ранней сединой на висках и тяжёлым взглядом не осталось ничего от добродушного увальня и весельчака. Потан не рассказывал о борьбе с никсами, а друзья ни о чём его не спрашивали, заглянув товарищу в лицо, отводили глаза, будто сами были виноваты в постигшем его горе.

Теперь Потан часто просыпался от собственного крика. Каждую ночь, погрузившись в сон, адепт с яростью и отчаянием вновь и вновь пытался вырвать погибшую невесту из когтистых лап покрытых зелёной чешуёй чудовищ…

Глава 27

МОР

Постылый снег пролежал до конца протальника. Со звонкой капелью, ярким солнышком и птичьим гомоном на смену первому весеннему месяцу пришёл кветень. Светлая Ари, наконец, покинула ледяной чертог, где провела за вязанием живого покрова из трав и цветов долгую зиму. Вечно юная богиня скользила над землёй, щедро рассыпая повсюду налитые новой жизнью ростки.

За седмицу растаял на реке лёд. На городских пустырях зазеленела трава с вкраплениями крошечных жёлтых цветков. Об ушедшей зиме напоминали по утрам затянутые хрупким льдом лужицы, бодрый морозец и розовые отблески солнечных лучей в запотевших от ночного холода окнах домов.

Народ в столице взбодрился и повеселел. На угрюмых лицах людей, уставших от затянувшейся зимы и укутанного серыми тучами неба, замелькали улыбки. Торговые улицы гудели в предвкушении праздника Пробуждения Светлой Ари. Свежий весенний ветер гонял по подворотням прошлогодние листья, шаловливо трепал волосы прохожим и, подкравшись исподтишка, сдувал с прилавков уличных торговцев традиционные букетики, шуршащие разноцветной фольгой.

О ренегатах не было слышно с конца осени. Прекратились нападения на купеческие обозы и таинственные исчезновения людей, в стране стало спокойно. Разве что на южной границе участились нападения орков, по-прежнему из Гнилых болот лезла нечисть, и в Туманных горах лютовали тёмные твари. Но всё это происходило далеко от столицы! А в Арконе готовились к празднику…

По традиции парень приглашал приглянувшуюся ему девушку послушать песнопения в честь Светлой Ари в храме, а после пара отправлялась на гулянье. Если парень девушке не нравился, она в знак отказа вручала ему сухую ветку.

Сияна собиралась пойти в храм с Яреком. Рада, как и в прошлом году, намеревалась побродить по торговой площади, посмотреть постановку в уличном театре, купить себе что-нибудь вкусное на ярмарке, а вечером поваляться с книгой в постели. Дарен сегодня дежурил. Пользуясь хорошей погодой, Витан и Потан уехали загород изучать каких-то мелких демонических тварюшек. Чем решил заняться Врон, никто не знал. Служба в Тайной Страже отнимала у него почти всё свободное от занятий время.

– О, чуть не забыла! – Сияна задержалась на пороге. – Тебя вчера Врон искал.

– Да? Не представляю, что ему от меня понадобилось, – фыркнула Рада. – Вообще-то, в последнее время мы мало с ним общались. Ему не нравится, что я учусь на кафедре некромантии. Врон считает, что девушкам там не место!

Подруги попрощались. Сияна побежала к Яреку, а Рада неторопливо переоделась в любимое синее платье. Простенькое, но ей идёт! Покрутившись перед зеркалом, девушка накинула плащ и направилась в город. Возле ворот в академию адептов поджидали конные повозки, чтобы довезти до городской площади. Рада прикинула, что ей придётся провести на ногах большую половину дня, а ещё дорога туда и обратно! Отдых получится утомительный. Сговорившись с тремя адептками с факультета огня, девушка уселась в украшенную еловыми ветками и лентами повозку.

Адептки прибыли как раз к началу торжественного шествия. Статую Святой Ари традиционно везла на широком помосте четвёрка белых лошадей с вплетенными в гривы лентами. Богиню сопровождали юные девушки тринадцати-пятнадцати лет с венками из искусственных цветов в руках. За ними шли жрицы в зелёных одеждах и выряженные под птиц и лесных зверей музыканты. Рада вздохнула, вспоминая, как в другой жизни, когда был жив отец, она тоже принимала участие в празднике в качестве спутницы Светлой Ари.

Процессия остановилась на центральной площади. Жрицы выступили вперёд и запели гимн богине. Рада обернулась и увидела Дирона Тайгерта. В честь праздника капитан Тайной Стражи надел вместо строгой чёрной формы зелёный бархатный кафтан и широкополую шляпу. В руках Тайгерт держал букетик подснежников, обвитый серебристой лентой.

За Радой капитан наблюдал с повышенным вниманием. Убедившись, что адептка его заметила, Тайгерт улыбнулся и приблизился к девушке.

– Не могу поверить, что вы пришли на праздник одна! – произнёс он. В радостной улыбке капитана было столько нежности и тепла, что Рада невольно улыбнулась ему в ответ. Неожиданно Дирон Тайгерт протянул ей букетик. Девушка вспыхнула и удивлённо спросила: – Предлагаете мне на сегодня стать вашей подругой?

– Именно так! – рассмеялся капитан. – В такой день красивые девушки не должны грустить в одиночестве!

– А я и не грущу! Просто кое-что вспомнила.

Тайгерт протянул Раде руку. Немного поколебавшись, девушка коснулась пальцами его ладони. Рука капитана оказалась тёплой и крепкой. Дирон Тайгерт уверенно подвёл Раду к длинным скамьям под расписным навесом в середине площади. Места на скамьях стоили недёшево. Но оттуда отлично была видна площадка с певцами и певицами.

После завершения песен-восхвалений Светлой Ари начались выступления танцоров и фокусников. Мимо сновали разносчики со сладостями, фруктами и напитками. Рада не заметила, как умяла четыре пирожных, запивая их лёгким вином. Щёки адептки порозовели, в глазах появился шальной блеск.

В перерывах между выступлениями Тайгерт рассказывал Раде забавные истории, девушка шутила и хохотала от души. Адептка не ожидала, что обычно сдержанный и строгий капитан Тайной Стажи окажется галантным кавалером и приятным собеседником.

Возле помоста богини Рада заметила Врона. Он смотрел на них с Тайгертом с тоской и непонятной обидой. В руках адепт комкал букетик. Интересно, для кого Врон его купил? Неужели его избранница ему отказала? Рада искренне пожалела товарища. Врон – хороший парень и симпатичный, только слишком серьёзный! Девушка улыбнулась и помахала ему рукой. Однокурсник сухо кивнул и отвернулся.

Театральная постановка в этом году получилась очень увлекательной. Зрители не отрывали глаз от сцены и бурно сопереживали персонажам пьесы. Алчный, злой опекун собирался выдать юную девицу замуж за богатого вдовца. Героиня сбежала из дому, чтобы стать жрицей в храме Светлой Ари. Наёмники опекуна намеревались похитить беглянку и доставить её к жениху…

***

Внезапно в толпе зрителей раздался отчаянный женский вопль. Постановка прервалась. Тайгерт и Рада увидели, как подоспевшие стражники несли на руках молодого мужчину в скромной опрятной одежде. За ними, вытирая ладонями слёзы, торопливо бежала женщина, видимо, его жена. Лицо мужчины сплошь покрывали грязно-зелёные пятна.

Прямо перед стеной упала девушка в алом платке. Народ загудел, обсуждая происшествие. Вскоре количество умирающих от непонятной хвори перевалило за десяток.

Дирон Тайгерт поднялся с места и усиленным магией голосом приказал собравшимся на площади разойтись по домам. Тотчас же, дабы избежать давки, стражники образовали в толпе несколько коридоров, по которым в разных направлениях пропускали людей. Умирающих окружили целители.

Капитан приказал Раде оставаться на месте, пока народ не разойдётся. Не то затопчут в неразберихе! Тайгерт молча пожал девушке руку и исчез в толпе. Адептка видела, как его подчинённые присоединились к городской страже и прилагали недюжинные усилия для предотвращения паники. Счёт заражённых неведомой хворью дошёл до двух сотен.

Несмотря на все усилия стражи панику предотвратить не удалось. Обезумев от ужаса, люди кричали, звали близких, плакали, беспорядочно метались по сторонам в надежде быстрее покинуть площадь. Два десятка человек погибли в давке.

***

В Аркон пришёл мор. Правда, одарённых неизвестная болезнь, явно магического происхождения, не коснулась. Умирали семьями в считанные малые обороты. Сначала заражённый становился вялым и заторможенным, затем на лице и теле проступали пятна цвета болотной тины, быстро разбухая в пузыри. Пузыри лопались, выплескивая наружу зловонную жижу, у больных начинались судороги, и наступал неизбежный конец.

Люди выходили из домов лишь в случае крайней необходимости – купить еду и пополнить запасы воды. Воду, предварительно проверенную целителями на предмет болезнетворных свойств, привозили на улицы в бочках. К закрытым колодцам никого не подпускали, считалось, будто магическая хворь распространялась с водой, а потом передавалась по воздуху.

Целители опытным путём выявили, что настой болотного остролиста тормозит развитие болезни. Траву, как и воду, развозили по улицам в тележках и раздавали людям охапками. Но остановить болезнь окончательно не получалось…

Королевский двор перебрался в загородную резиденцию. Количество придворных заметно поредело. Умерла королева, а у короля появился новый главный советник, родственник печально известного магистра Скубы.

Неизвестный подкинул во дворец послание от одного из иерархов слуг Отступника – Ледяного Джаги. Он требовал, чтобы король передал власть ренегатам, иначе население столицы и всех крупных городов Артании умрёт до начала червеня. Предполагалось, что королевская семья сохранит привилегии и номинальную власть. Новый советник встал на сторону врага и уговаривал короля во имя народа подписать требования Ледяного Джаги.

Тайная Стража рыскала по столице, выискивая ренегатов. Занятия в академии магии приостановились. Всех адептов бросили на борьбу с мором. Они собирали, вывозили загород и сжигали трупы, раздавали лечебную траву и воду, помогали ухаживать за больными.

Дарен и Врон постоянно пропадали на дежурствах, Ярек работал над заготовками к артефактам Истины. Потан и Витан вместе с другими адептами-демонологами занимались отловом нахлынувших в столицу разношёрстных демонов – пожирателей трупов. Сияна сутками трудилась в лаборатории. А Раду магистр Велига привлёк к розыскам пособников ренегатов.

Для распространения мора достаточно было нескольких слуг Отступника, которые, подкупив горстку негодяев, заставили их отравить колодцы. От следственных магов требовалось отыскать ренегатов, скрывающихся в столице и предместьях.

***

Сияна и Рада несмотря на то, что жили в одной комнате, не встречались целую седмицу. Вечером седьмого дня девушки вернулись к себе почти одновременно, и обе валились с ног от усталости.

– Вот, что интересно, – заговорила первой Сияна, практически у всех заражённых после смерти на глазных яблоках выступает серая сетка, и от неё сильно тянет магией ренегатов!

– Ты это сама наблюдала? – заинтересовалась Рада.

– Рассказывали подруги-целительницы. Сегодня носила готовые настои в лечебницу и убедилась, что сетка действительно имеется, и от неё здорово несёт вредоносным колдовством.

– Любопытно! – Рада задумалась. Усталая Сияна давно спала, а Рада размышляла, каким образом отследить ренегатов по следу посмертной магии жертв мора, и возможно ли это вообще?

Наутро адептка сообщила новость магистру Велиге. Идея Рады показалась ему перспективной. Тулик Велига и Рада посетили лечебницу при академии и воочию убедились, что магическая аура у всех умерших от неизвестной хвори одинаковая, но считать её возможно только в первые десять-пятнадцать малых оборотов после смерти.

Магистр Велига в срочном порядке вызвал всех своих учеников и подчинённых ему на время мора магов со способностями к следовой магии. После чего, посовещавшись с капитаном Тайгертом, распределил их по районам столицы. Сам магистр, будучи лицом авторитетным, вместе с Дироном Тайгертом отправился в резиденцию короля. Каждого следовика должны были сопровождать два мага Тайной Стражи.

Раде досталась академия магии с прилегающей к ней территорией как наиболее безопасное место, после проверки артефактом Истины ренегаты вряд там ли остались! С Радой послали Врона и выпускника-некроманта, тоже офицера Тайной Стражи.

Адептка отлично помнила характер и особенности враждебной магии. Едва Рада и маги приблизились к главному зданию академии, девушка тотчас же уловила тонкую, зыбкую нить колдовства ренегатов. Рада встрепенулась и замерла на месте, парни с пониманием переглянулись и мысленно приготовились действовать.

Адептка развернула магический веер, чтобы выявить направление поиска. Задержавшись на мгновение, Рада глубоко вдохнула и рванула к входу в главное здание. Девушка тщательно обследовала первый этаж, вышла наружу и понеслась к факультету земли. Парни еле за ней успевали. Магический след уже не напоминал прерывистую нить, сделавшись чётким и плотным как канат.

У входа в здание факультета земли офицеры Тайной Стражи предъявили коменданту-гному свои значки. Тот подозрительно покосился на настырную троицу и, недовольно покрутив головой, махнул рукой, проходите, если надо!

Петляя по коридорам, Рада приблизилась к преподавательской. След превратился в широкую полосу – ренегат находился здесь! Отстранив Раду, Врон толкнул дверь. В комнате за столом сидел … магистр Балша!

– Вам, адепты, чего? – добродушно поинтересовался маг кристаллов.

Подключив внутренний источник, Рада не без труда разглядела окружающую Балшу ауру ренегатов, абсолютно тождественную магии серой сетки на глазных яблоках трупов. Характер магии был весьма своеобразным, без наводки и предварительного изучения особенностей колдовства слуг Отступника выявить её начинающему следовику не представлялось возможным.

Адепт-старшекурсник активировал артефакт Истины, поднёс его к лицу Балши – и ничего! Цвет камней не изменился, круглая физиономия Балши тоже.

– Прекратите безобразничать! – возмутился магистр. – Вон отсюда!!

– Он ренегат! – упрямо заявила Рада. – Вижу окутывающую его магическую ауру и требую углублённой проверки...

– Мерзкая девчонка! – заорал Балша. – Его узкие глаза превратились в щели.

Врон направил на преподавателя жезл Тьмы, эти артефакты недавно получили все офицеры Тайной Стражи. Магия смерти окутала магистра. И тогда произошло невероятное! Балша, будто тесную одежду, сбросил с себя личину низкорослого степняка, смуглая кожа сморщилась и клочьями сползла на пол. Препод ощутимо подрос. Спустя малый оборот перед адептами стоял высокий, худой тип с бледным лицом в шрамах и лысым черепом. Глаза ренегата горели ослепительным синим пламенем. Артефакт Истины тотчас же среагировал на преобразившегося мага земли – двойной камень вспыхнул ярким зелёным цветом.

Врон набросил на ренегата Сферу Послушания. Но тот взмахнул рукой, и заклинание моментально рассеялось.

– Нахальный мальчишка! Мне всегда хотелось тебя придушить! – глухо проговорил колдун.

Офицеры Тайной Стражи направили на него жезлы Тьмы. Бывший маг земли пошатнулся, но устоял.

– Сопляки!! Пленить Ледяного Джагу вам не по зубам! – яростно зарычал ренегат.

– Отправьте вестник! – крикнула Рада. С ладони выпускника, мага третьей ступени, стремительно сорвалась и вылетела в окно чёрная стрела с просьбой о помощи. Вот-вот из портала в академию ворвётся усиленный патруль Тайной Стражи.

Ледяной Джага расхохотался, и в адептов полетело неизвестное заклинание – стена болотного льда. Хорошо, что они успели выставить перед собой строенный Щит.

Щит продержался менее малого оборота и рассеялся. Адепты рухнули на пол под грубым натиском магии Ледяного Джаги. Ренегат снова раскатисто расхохотался и щёлкнул пальцами, по полу расползлось, быстро увеличиваясь, пятно зловонной зелёной жижи.

Смертельно опасная магия почти вплотную приблизилась к адептам. К счастью, Врон сумел оградить себя и товарищей Стеной Тьмы. Маг третьей ступени метнул в зелёную лужу малую Сеть Праха. Жижа мгновенно потемнела и засохла.

Перед факультетом земли раскрылся экстренный портал, и отряд Тайной стражи во главе с капитаном Тайгертом ринулся в здание. Ледяной Джага выругался и выскочил в открытое окно.

Рада застонала, прижимая руки к вискам, и из последних сил потянулась к внутреннему источнику в попытке избавиться от мучительной головной боли. Магу третьей ступени досталось больше всех – у него была сломана ключица, из носа и ушей текла кровь. Шатаясь, Врон выглянул в окно и проводил отчаянным взглядом Ледяного Джагу. Коричневая мантия мага земли развевалась на ветру. Ренегат легко, подобно огромной хищной птице, перелетел через ограждение академии и скрылся вдали.

Тайгерт и его подчинённые ворвались в комнату.

– Магистр Балша – Ледяной Джага! – подавив бурливший в крови гнев, коротко выдал Врон.

Капитан сжал челюсти и промолчал, собираясь с мыслями.

– Тело и аура источника мага земли скрывали истинную сущность ренегата, поэтому артефакт Истины на него не действовал, – пояснил адепт.

– Выходит, Ледяной Джага – один из иерархов слуг Отступника, – покусывая от досады губы, тихо заключил Тайгерт. – Предположительно, иерархов чёртова дюжина, над ними стоит верховный магистр. Иерархи периодически меняют тела носителей и теоретически способны жить вечно, – медленно, словно взвешивая каждое слово, сообщил капитан. – Однако, какова наглость – устроиться преподавателем в академию магии!

***

Тайная Стража от и до прошерстила столицу и окрестности, но обнаружить Ледяного Джагу не удалось. Зато отловили полтора десятка ренегатов, чьи действия вызвали мор. Любопытно, что пособники слуг Отступника скончались от неведомой хвори первыми.

Целителям удалось найти возбудителя болезни – видимые под выпуклой увеличительной линзой сгустки враждебной магии. На свету они становились прозрачными, поэтому обнаружить их оказалось непросто. Спустя неполную седмицу разработали лекарство, и мор пошёл на убыль.

Поначалу люди выходили на пустые улицы с опаской, но постепенно жизнь вновь стала налаживаться. Но весенние солнечные дни никого не радовали, жители Аркона оплакивали родных и друзей. В храмах столицы постоянно проходили поминальные службы.

Мало-помалу наладилась торговля, и люди начали заселять опустевшие дома. А при дворе произошли серьёзные перемены – Тайная Стража обнаружила несколько высокопоставленных пособников ренегатов, среди них оказался и новый главный советник короля. После открытого суда изменников публично казнили.

***

В конце травня в академии начались экзамены. Третьекурсники сдавали «хвосты» и готовились к итоговым испытаниям на мага первой ступени по выбранной специальности. На кафедре магистра Кана экзамена как такового не было, писали работу по основам прикладной некромантии. Справились успешно. После чего Алдемар Кан объявил, что преподавателям кафедры прекрасно известно, но что на практике способен каждый из третьекурсников. В общем, дипломы магов первой ступени выдадут всем в середине червеня, как положено.

К Радиному изумлению, на следующий день после завершения экзаменов адептку вызвал магистр Хран. На Добромиле Хране ничуть не отразился вымотавший прочих целителей вплоть до магического истощения мор, магистр по-прежнему выглядел бодрым и румяным.

– О, адептка Ивор! Рад вас видеть, – покровительственно улыбнулся главный целитель. – Хочу предложить вам небольшую подработку по основному профилю. – На лице магистра Храна промелькнула насмешка. Конечно, он знал о занятиях Рады на кафедре некромантии.

– Слушаю вас, – вежливо произнесла девушка.

– Видите ли, моя дорогая, очень важный лэр нуждается в магической подпитке, пока не будет готово его лекарство. Жду, когда мне доставят ценные ингредиенты с юга. А до того пациенту требуется восстановительное лечение! У вас – мощный источник, так что особых сложностей подпитка для вас не составит. И лэр – щедрый человек!

«Моя дорогая» из уст магистра Храна Раду откровенно покоробило, но лицо девушки осталось невозмутимым. Подработка? Почему нет? Деньги снова закончились. С архивом магистра Велиги адептка уже разобралась. Ближайшие три седмицы предстоит болтаться без дела…

– Вы сдали экзамен на мага-целителя первой ступени, недочётов, насколько мне известно, у вас не имеется, – продолжил магистр Хран. – Перевод на высший уровень обучения вам обеспечен.

– Я согласна! – прервала его Рада.

Имение работодателя находилось в дне пути от Аркона. Рада выехала вечером. Больной оказался любезным старичком. Влиятельный аристократ умирал от застарелой болезни сердца. В настоящее время лэр негласно занимал пост главного советника короля. Позади у старика была длинная жизнь, полная интриг и приключений. Адептка и пациент быстро нашли общий язык. Лэр Варин любил рассказывать, а Рада – слушать.

Три седмицы пролетели незаметно. На прощание старик дружески пожал адептке руку и заявил, что милая лэри всегда может обратиться к нему по любому поводу. Рада рассмеялась и сердечно обняла пациента. По возвращению в академию адептку ждал крайне неприятный сюрприз…

***

Рада вошла в зал, где полукругом на стенах были прикреплены панели со списками третьекурсников, переведённых на высшую ступень обучения. Проходя мимо стенда факультета целителей, адептка заметила, что светло-зелёная панель не светится. Рада удивилась. Странно, до завершения набора официально оставалось целых три дня.

– Магистр Хран уехал по важным делам! – ехидно просветил девушку помощник заведующего кафедрой. Поэтому набор на четвёртый курс завершился две седмицы назад! Свободных мест не осталось, – ухмыляясь, заявил помощник Храна. Наглец явно наслаждался эффектом от его слов.

Адептка ошарашенно приподняла брови. Получается, главный целитель отослал её в глубинку специально, чтобы помешать способной ученице развиваться дальше! Хмм…Ну и ладно!! Целителей полно, а специалистов по следовой магии ничтожно мало…

Когда помощник магистра Храна отвернулся, к Раде поспешно приблизилась Ивонна Луд.

– Радана Ивор, вы очень талантливая целительница, мне жаль, что так получилось, но от меня здесь ничего не зависело! – шёпотом торопливо проговорила преподавательница. – Советую вам подать документы в академию целителей Гавеля, вас с удовольствием примут! И ещё, ваш диплом у меня, можете забрать его в любой момент. Торжественное вручение дипломов магам-целителям первой ступени вы, к сожалению, пропустили…

– Благодарю, магистр! Диплом целителя мне пригодится, а с дальнейшей учёбой я уже определилась, – улыбнулась адептка.

Рада невозмутимо прошагала к противоположной стене и остановилась возле обсидиановой панели факультета некромантии. На панели зелёными буквами светился список адептов, принятых в этом году на высшую ступень обучения.

Врон Озар – боевая магия, преподаватель Алдемар Кан

Дарен Корлин – боевая магия, преподаватель Алдемар Кан

Яромир Камен – магия артефактов, преподаватель Грегор Лойко

Потан Домаш – демонология, преподаватель Одилия Лан

Витан Ратша – демонология, преподаватель Одилия Лан»

Адептка уверенно приложила ладонь к панели, тотчас же загорелась новая надпись «Радана Ивор – следственная и судебная магия, преподаватель Тулик Велига».

Под неприязненным взглядом помощника магистра Храна Рада покинула зал и вернулась в свою комнату.

Распахнув шкаф, девушка достала мантию целительницы и тёмно-зелёные башмачки. За полтора года Рада подросла и заметно окрепла, шёлковая изумрудная мантия стала ей мала, но сей факт адептку нисколько не огорчил. Никто не отнимет у неё права практиковать целительство, потому что у Раданы Ивор имеется диплом…

Адептка положила мантию и башмачки в сумку и побежала в лавку, где продавали форменную одежду для магов. Увидев Раду, продавец категорически заявил, что мантии целителей закончились. Девушка равнодушно выложила перед ним на прилавок новенькую изумрудную мантию из дорогого ларнесского шёлка и башмачки. У торговца загорелись глаза. Возможность заработать на перепродаже ходового товара его явно заинтересовала.

– За сколько, госпожа, желаете продать? – спросил торговец.

– Хочу обменять! – заявила Рада. – На это. – Девушка указала на висевшие в углу короткую рабочую, чуть ниже колен, и длинную парадную мантии некромантов.

– Вам придётся доплатить, – довольный продавец назвал несусветно высокую цену.

Глаза адептки недобро сверкнули.

– Уважаемый, – заговорила медовым голосом Рада. – Вы, похоже, не заметили, что товар неходовой и уценённый. Некроманты – обычно мужчины, а женские мантии, сапоги и башмаки продаются плохо, цена мне видна отсюда. Не считаете, что обманывать судебного мага неразумно?

Торговец побледнел. Спустя четверть оборота Рада вышла из лавки с объёмным свёртком, едва вмещавшимся в сумке.

Глава 28

ДИПЛОМ И НОВЫЕ ОБЯЗАННОСТИ

Вручать дипломы магам первой ступени на кафедре прикладной некромантии должны были в шесть оборотов по полудню. Два дня назад Рада заскочила к Ивонне Луд и забрала диплом целителя. Преподавательница, вручая адептке перевязанный зелёным шёлковым шнурком свиток, сочувственно покрутила головой и посоветовала Раде не порывать окончательно с целительством, мало ли, как сложится её жизнь!

Накануне Сияна переехала на факультет целителей и травников. Подруга сообщила, что комната у неё будет в два раза больше, соседка – приятная девушка, а рению ждёт светлое место у окна.

Упаковав вещи, подруги всплакнули. Пусть расстаются они не насовсем, обеим предстоит продолжить учёбу в одной и той же академии, но жизнь адепток в ближайшем будущем изменится – другой уровень ответственности, редкие встречи в свободное время и новые друзья… Рения тоже грустно опустила листья, волшебное дерево симпатизировало Раде на собственный лад.

– Не жалеешь, что выбрала следственную магию? – спросила Сияна.

– Нет! – уверенно ответила Рада. – Знаешь, мой отец был некромантом, боевым магом. Наверно наследственная предрасположенность к прикладной некромантии у нас в крови.

– Да у вас потоп! – воскликнул ворвавшийся в комнату Ярек. – И чего реветь? Всего-то разъезжаетесь в разные здания! Девчо-онки…

– Тебе не понять! – всхлипнула Рада, вытирая платочком покрасневшие глаза и распухший нос. – Мужики, вообще, толстокожие…

– Не тебе, Радка, говорить! – фыркнул Ярек. – Ты даже трупы в мертвецкой поставишь по стойке смирно. Может, твои нервы и тонкие, зато из гномьей стали!

– То – работа, а мы говорим о чувствах, – встала на защиту подруги Сияна.

– Я зачем пришёл – надо же девушкам помочь с переездом. Одно дерево чего стоит! А Радкину библиотеку лучше вывозить на конной телеге. Сейчас Потан с Витаном подойдут.

– Что ты сказал?! – возмутилась Рада. – У меня всего десять-двенадцать книг, – Девушка указала на стопку толстенных фолиантов.

В дверь постучались, на пороге нарисовалась неразлучная в последнее время парочка адептов-демонологов.

– Так, девчонки, обнимайтесь, прощайтесь, и что куда тащить? – деловито осведомился Ярек. – Деревце поедет само…

– Как само? – испугалась Сияна.

– Не бойся, не упадёт! – Ярек прикрепил к кадке с ренией два небольших артефакта и вполголоса произнёс заклинание. Кадка поднялась на два локтя над полом. Листья дерева тревожно затрепетали. Потан прихватил остальное добро Сияны, и адептка вместе с ребятами покинула комнату.

– Давай твою библиотеку! – потребовал Витан у Рады. Адепт играючи подхватил стопку книг, аккуратно перевязанную верёвочками. – Есть ещё что-нибудь тяжёлое? Вот этот сундучок. – Витан взял в свободную руку сундук с вещами адептки и направился к выходу. У Рады остался небольшой дорожный саквояж с артефактами и особо ценными вещами.

Переступив порог, девушка обернулась. Хорошее место! Здесь она прожила три замечательных года… Сейчас чисто прибранная комната выглядела нежилой. Рада в последний раз пробежалась взглядом по привычной обстановке и аккуратно затворила за собой дверь. Через полтора месяца здесь поселятся две другие девушки, а адептку Ивор ждут перемены и новые дела…

Витан караулил однокурсницу возле комнатки комендантши у входа. Ребята перебрались в общежитие некромантов две седмицы назад. Узрев Раду, пожилая гномиха обрадовалась ей, будто родной.

– Хоть одна девушка! А то сил нет с этими балбесами!! – заявила комендантша. – Чего стоишь и глазами хлопаешь?! – Последнее адресовалось Витану. – Комнаты девушек на третьем этаже…

Адепт кивнул и без пререканий понёс вещи Рады на третий этаж.

– Ты, деточка, демонолог? – ласково поинтересовалась гномиха. – В прошлом году Леся закончила академию и уехала, милая была девушка!

– Нет, маг-следователь! – сообщила Рада.

– Тоже хорошо, – одобрила гномиха. – А меня зовут госпожа Гризельда. – Пойдём, детка, выберешь себе комнату, какая понравится!

Общежитие размещалось на втором и третьем этажах в правом крыле здания. Первый этаж занимали столовая и зал собраний, на втором этаже жили адепты, а для девушек отвели три комнаты в конце длинного коридора. Также на третьем этаже располагалась малая библиотека. Очень удобно!

После прежнего скромного жилища просторные комнаты с большими кроватями, красивой мебелью тёмного дерева, отдельной ванной и встроенной в стену гардеробной показались Раде роскошными. Девушка выбрала комнату с окном на восток и живописным видом на парк. Раде всегда нравилось просыпаться в залитой лучами утреннего солнца спальне.

Днём адепты четвёртого курса прошли положенную проверку уровня их внутренних источников. У Рады и Врона подтвердили высший, девятый уровень, у остальных адептов – восьмой. После участия Потана в уничтожении никсов, его внутренний источник подскочил до восьмого уровня.

***

За полтора оборота до начала церемонии вручения дипломов адептов-демонологов четвёртого курса попросили зайти в хранилище артефактов. Потан и Витан в парадных мантиях, взволнованно переглядываясь, примчались на двадцать малых оборотов раньше. Вскоре появилась Одилия Лан.

Преподавательница отворила дверь хранилища и приказала адептам следовать за ней. – Сейчас вам предстоит выбрать ритуальный кинжал, который станет вашим помощником, – объявила магистр Лан. – Не торопитесь! Вы должны почувствовать, как тянется к кинжалу ваш внутренний источник и уловить отклик артефакта.

– У меня уже есть ритуальный кинжал, – признался Витан и покраснел.

– Да? – улыбнулась магистр Лан. – Достался по наследству?

Витан кивнул. – От бабушки.

– Я могу на него взглянуть? – спросила преподавательница.

Витан бережно извлёк из новых ножен кинжал бабки Ильмеры. Одилия Лан провела пальцами по ритуальному оружию, вгляделась в вязь рун и тяжело вздохнула.

– Я помню этот кинжал! – задумчиво проговорила преподавательница. – Сама помогала его выбирать одной из моих лучших учениц… Значит, ты – внук Ильмеры? Она была прекрасным человеком и толковым демонологом, но судьба распорядилась иначе… Хорошо, что после всего, что с ней произошло, Ильмера смогла заново выстроить жизнь и родить детей!

– Мама, бабушкина дочь, прожила недолго. Я её совсем не знал, – негромко уточнил Витан.

Одилия Лан печально улыбнулась и по-дружески похлопала адепта по руке.

– Магия Ильмеры и любовь твоей матери остались с тобой, – убеждённо заявила магистр Лан.

«Любопытно, сколько лет госпоже Одилии, если она учила мою бабушку? Выглядит магистр лет на тридцать пять,» – подумал Витан.

Потан в растерянности бродил около стола с ритуальными кинжалами.

– Сложности? – улыбнулась преподавательница.

– Мой внутренний источник молчит! – признался адепт.

– Нужно сосредоточиться и коснуться рукой по очереди каждого кинжала, – посоветовала Одилия Лан.

Прошла половина большого оборота, и Потан уже отчаялся отыскать предназначенное ему ритуальное оружие. Неожиданно в ладонь адепта потекло тепло. Отодвинув на край стола резной ларец, начинающий демонолог вытащил из-под него кинжал с потускневшим от времени лезвием. Когда Потан взял оружие в руки, лезвие начало меняться на глазах, пока не приобрело такой вид, словно его выковали вчера. Одновременно адепт почувствовал, как наливается свежей силой его внутренний источник, подпитанный магией ритуального оружия. Потан улыбнулся и нежно погладил кинжал.

– Выбрал? Дай взгляну, – попросила Одилия Лан. Магистр посмотрела на руны, выгравированные на клинке, и вздрогнула. – Поразительно! После смерти хозяина этот кинжал пролежал в хранилище более ста пятидесяти лет.

– С ним что-то не так? – встревожился Потан. – Кому он принадлежал?

– Оливье Акамиру, у него была кличка Дракон.

Глаза адепта округлились от удивления. Он слышал имя могущественного мага и знал о написанных им книгах по высшей демонологии.

– До сегодняшнего дня кинжал Акамира не желал принадлежать другому хозяину, – продолжала магистр Лан. – Мимо него прошли десятки молодых демонологов, а кинжал по-прежнему оставался тусклым и мёртвым… Любопытно, что привлекло его в тебе?

Потан скромно потупился. Впервые после трагической гибели невесты адепт почувствовал интерес к жизни и радостное возбуждение, предвкушение чего-то интересного и важного.

***

Церемония вручения дипломов проходила в главном холле факультета прикладной некромантии. Шестеро новичков замерли полукругом перед статуями богов-покровителей. Преподаватели стояли напротив на возвышении. Алдемар Кан коротко поздравил молодых магов. После чего к ним по очереди подошёл магистр Грегор и прикоснулся к коже у основания шеи новичков тусклым плоским камнем в круглой серебряной оправе. Прижатый к шее будущего мага первой ступени артефакт-печать на мгновение наливался алым светом.

Когда Раде ставили печать мага, девушка ощутила лёгкий укол, и благодатное тепло разлилось по её телу. Адептка не заметила, как исчезла на миг проявившаяся на коже татуировка с изображением меча, направленного остриём вниз. Девушка подняла голову, и Раде почудилось, что суровая Лания, покровительница магов-следователей, хитро ей подмигнула.

Один Ярек громко вскрикнул, когда артефакт нанёс ему татуировку. Его словно что-то резко ударило в грудь. Парень обескураженно распахнул мантию и нательную рубаху. Клеймо правосудия исчезло без следа. Все, включая преподавателей, рассмеялись.

– О, я снова чист перед законом! – дурашливо выдал адепт.

– Да, Яромир Камен, с этого момента вы – маг первой ступени и свободный человек! – улыбаясь, подтвердил Алдемар Кан.

Затем декан вручил адептам дипломы, свитки с печатями академии, перевязанные чёрными шёлковыми шнурками.

– Господа маги! – назидательно проговорил в завершение церемонии магистр Кан. – С этого момента вы – полноправные члены Ковена магов, имеете право работать по специальности и возможность использовать магический вестник. Не забывайте своевременно платить налоги в казну и не злоупотребляйте своим положением! Это чревато … крупными неприятностями.

Новый статус обмывали в «Золотом бычке». К некромантам присоединилась Сияна. Хозяин трактира расщедрился на бесплатное пиво и жареного молодого поросёнка. Поначалу адепты возбуждённо обсуждали церемонию и делились планами на будущее. Но когда поросёнок и прочее угощение было съедено, а пиво выпито, молодые маги погрустнели.

– Эй, чего скисли? – встрепенулся неунывающий Ярек. – Завтра опять гуляем или как? Огневики уехали загород и собираются бузить целую неделю!

– Их специально туда отправили, чтобы чего не спалили, – уточнил Дарен. – Напьются – и за огненные забавы!

– Завтра я дежурю, – сообщил Врон. – так что гуляйте без меня…

– А я рано утром должен ехать набирать рекрутов в столичную стражу, – признался Дарен. – После мора в Арконе некому патрулировать улицы. До начала практики займусь обучением новобранцев.

– Магистр Лан посоветовала нам посетить мёртвый город, – ответил за себя и Потана Витан.

Считалось, будто мёртвый город Аркаим погиб в результате нашествия полчищ демонов. Там сохранились останки тварей и настенные фрески с изображением чудовищ.

– Я пойду устраиваться на работу! – сообщила Рада.

– Даёшь! – Ярек чуть не подавился последним глотком пива. – Наконец жители столицы смогут спать спокойно. Радка переловит всех бандитов и воришек…

– Опять нет денег? – тихонько поинтересовалась у подруги Сияна. – Давай одолжу?

– Денег пока хватает, – вздохнула Рада. – Вопрос в другом – я хочу окончательно избавиться от опеки родственников и купить дом!

– Что-о?? – не понял Ярек. Остальные поглядели на однокурсницу с недоумением.

– По закону, достигнув восемнадцати лет, девушка может отказаться от опеки родственников и потребовать приданное, если она в состоянии себя обеспечить и не нуждается в посторонней помощи, – сосредоточенно проговорила Рада. – В прошлом году я ездила в имение лэри Хоц. Неподалёку от её манора заброшенная усадьба, там обитают призраки, поэтому наследник продаёт её очень дёшево. Я влюбилась в дом и окрестности! На покупку усадьбы моего приданного должно хватить… А с оставшимися призраками я разберусь! Хочется куда-нибудь возвращаться, чтобы отдохнуть и позабыть обо всех делах.

– В усадьбе обитал призрачный флейтист, что пытался тебя совратить? – озорно осведомилась Сияна.

– Ну да!

– С этого места поподробнее! – навострил уши Ярек.

– Последний наследник усадьбы и его приятели развлекались тем, что мучили и убивали людей. Однажды они перебили труппу бродячих актёров. Флейтист стал призраком, позднее его музыка свела бандитов с ума, они поубивали друг друга, и души их застряли в нашем бренном мире. Вообще-то, флейтисту была нужна не столько я, сколько моя магия, – фыркнула Рада.

– Видимость жизни! – догадался Дарен.

– Именно! – подтвердила Рада. – Флейтиста я упокоила, а остальных оставила на будущий год. Всё равно тогда я бы с ними не справилась!

– Ты уверена, что справишься с призраками сейчас? – нахмурившись, спросил Врон. – Тебе не кажется, что излишняя самоуверенность опасна?

– Я готовилась с прошлого лета…

– Одна ты не поедешь, понятно? – резко заявил Врон.

– На каком основании ты мне приказываешь? – вкрадчиво поинтересовалась Рада. Глаза девушки сузились, и в них промелькнули зелёные огоньки.

– Ты мелкая, неопытная и неосторожная! – отрезал Врон.

– Не тебе судить! – возмутилась адептка.

– Но-но, ребята, не подеритесь! – встрял Ярек. – От «Золотого бычка» тогда точно ничего не останется! Где мы выпивать за упокой ваших душ будем?

– Плохая шутка! – отметил Дарен. – Врон, Рада, остыньте!

Потан, Витан и Ярек предусмотрительно заслонили собой спорщиков.

– Врон, она пока никуда не едет! – доверительно проговорил Дарен. – Есть время обдумать ситуацию. Рада – девица упрямая, но не глупая и напролом не полезет.

– А давайте ещё по пиву? – предложил Потан и подозвал трактирщика.

Вечеринка закончилась мирно. Правда, Врон и Рада демонстративно друг друга игнорировали, старательно избегая встречаться взглядами.

***

Следующий день выдался холодным и дождливым. По совету магистра Велиги Рада отправилась в участок городской стражи, расположенный в районе улицы ремесленников. В Тайную Стражу мага первой ступени, да ещё девушку ни за что не возьмут, а работа адептке была нужна позарез…

Пятый участок столичной стражи ранее считался спокойным и благополучным. Гильдии строго следили за порядком, убийства и серьёзные преступления в районе ремесленников происходили редко, в основном стражники разбирались с мелкими кражами и пустяковыми склоками.

На крыльце у входа пожилой усатый стражник перекусывал хлебом с сыром и философски наблюдал, как появляются и исчезают дождевые пузыри в мутной луже посреди двора. Увидев Раду, стражник насупился и с досадой проговорил: – Шли бы вы, девушка, домой! Нечего сюда ходить… С убийством вашего жениха ещё не разобрались! Ступайте назад и не отрывайте людей от службы…

– Мне надо переговорить с капитаном-сержантом Даромыслом Божко по важному делу.

– Главный занят, не до разговоров ему! Убивцев ищет, – важно изрёк стражник.

– Правда?! – прищурилась адептка. – Значит, я пришла вовремя.

– Что вы такое, госпожа, говорите! Шли бы вы домой…Не место приличной девице в участке!

– Как раз мне здесь самое место! – выдала Рада и бойко затопала по ступенькам.

Стражник не стал останавливать настырную девчонку, всё равно долго она в участке не задержится! Капитан-сержант мигом выставит нахалку вон.

Собственно, пятый участок считался спокойным, пока к нему за недостатком людей не присоединили ещё третий и четвёртый. После мора ряды стражников сильно поредели. В Аркон потянулись банды мародёров и прочих любителей лёгкой наживы. Участились грабежи на дорогах. Купеческие обозы, что везли товары из столицы, охранялись плохо. Многие склады и лавки ремесленников остались без присмотра.

Даромысл Божко угрюмо слушал доклад второго помощника.

– Тело убиенного пролежало в лесу двое суток или немного дольше. Посему присланный с шестого участка маг-следователь Горан Могута признал допрос убиенного невозможным. По косвенным уликам предположили, что кузнец Тотимир Искра стал жертвой перекупщиков с нижнего рынка. Однако за недоказанностью причастности оных к убийству арестовать их мы не можем…

Капитан-сержант в гневе стукнул кулаком по столу.

– Светлого утра! – громко произнесла Рада. Адептка откинула капюшон и, угадав в суровом седом стражнике главного, подошла к Даромыслу Божко.

– Чего вам, госпожа? – недовольно буркнул капитан-сержант.

– Хочу устроиться к вам на работу! – звонко ответила адептка.

– Чего-о? – не понял Даромысл Божко. Брови у его второго помощника поползли вверх.

– Я – маг-следователь и хочу у вас работать, – терпеливо пояснила Рада и положила на стол письмо от магистра Велиги. Адептка сняла плащ и осталась в чёрной короткой рабочей форме некромантов. Удивлённому взору стражников представилась эмблема с мечом, направленным остриём вниз. Стражники озадаченно переглянулись.

Капитан-сержант торопливо вскрыл письмо. Рекомендация магистра Велиги, видимо, произвела на него впечатление, в отличие от девчонки с огромными синими глазами и пушистой чёлкой.

– Хмм…девушка, маг первой ступени, не знаю, что вам ответить! Вообще-то, девица в страже – явление редкое. Зачем вам это? Грязь, трупы, вонь…

– Такая у меня профессия! – ослепительно улыбнулась Рада. – Маг-следователь, факультет прикладной некромантии.

– Поступим так, госпожа маг первой ступени, сегодня у нас в мертвецкой лежит тело кузнеца. Выясните, кто его убил, приму вас на работу! Нет? Извините.

Усатый стражник у входа удивлённо посторонился, когда из-за двери показался капитан-сержант с помощником и настырной девицей в форме магов-некромантов. Троица целенаправленно проследовала к мертвецкой.

На узком длинном столе покоилось тело молодого светловолосого мужчины с хорошо развитой мускулатурой. На груди мертвеца имелись несколько колотых ран. Взглянув на труп, Рада сразу поняла, что с момента смерти прошло более двух суток. А ещё рядом с телом сохранились еле уловимые следы другого некроманта, следовательно, предыдущая попытка допросить мертвеца не увенчалась успехом. Затея капитана-сержанта мгновенно прояснилась – дать молодому магу заведомо невыполнимое задание, чтобы получить повод не взять девчонку на работу. Что ж, посмотрим!

Рада сосредоточилась. Душа покойного находилась в комнате, но связь её с телом была слишком зыбкой. Адептка накинула Сеть на душу убитого и принялась осторожно подтягивать её к телу. Душа кузнеца металась и стонала, пытаясь вырваться на свободу. Однако Рада не сдавалась, аккуратно подпитывая Сеть магией.

Капитан-сержант и его помощник ахнули, когда мертвец открыл остекленевшие глаза и сел.

– Назови своё имя! – потребовала некромантка.

– Тотимир Искра! – утробно произнёс тот.

– Кто и почему тебя убил?

– Они пришли и потребовали денег. Денег у меня нет…

– Кто они? – настойчиво повторила Рада.

– Одного зовут Сом Третьяк, другого я не знаю.

– Как выглядел другой? – продолжала допрос магичка.

– Здоровый, волосы сбриты, на лбу – шрам… Убил он!

Рада рассеяла Сеть, и душа покойного освободилась. Кузнец закрыл глаза, и мёртвое тело упало на стол.

– Этого достаточно? – осведомилась у капитана-сержанта адептка.

Даромысл Божко кивнул и с уважением посмотрел на молоденькую некромантку.

– Если мы вернёмся на место убийства, попробую отследить, куда направились преступники, – предложила Рада.

– Вот и славно! – поддержал магичку помощник капитана-сержанта и вопросительно посмотрел на начальника.

– Ладно, госпожа маг первой ступени, убедили, вы приняты! – подытожил Даромысл Божко.

***

Поиски убийц увенчались успехом. Обоих обнаружили в дешёвой таверне на нижнем рынке. Довольная собой Рада, возвратившись в академию, наткнулась возле своей комнаты на Врона.

– Светлого дня! – поздоровался он.

– И тебе того же, – сухо ответила девушка.

– Злишься?

Рада молча открыла дверь и отвернулась.

– Хочу, чтобы ты знала – я сделаю для твоей безопасности всё, что в моих силах, как бы ты не упиралась! – чётко проговорил Врон.

Адептка сердито хлопнула дверью и, прислонившись к косяку, остановилась, прислушиваясь к удаляющимся шагам однокурсника.

Глава 29

ЛОВУШКА

Два месяца пролетели незаметно. Как всегда учебный год начался с торжественного построения на круглой площади перед главным зданием академии. Второкурсники и третьекурсники снисходительно посматривали на молодое пополнение и уважительно на адептов старших курсов. Последние терпеливо ждали завершения церемонии и втихомолку обсуждали предстоящую в вересне практику и прочие злободневные вопросы.

Особое внимание досталось непринуждённо переговаривающейся между собой небольшой группе некромантов, на них новички, также стихийники, целители и травники глядели не просто с уважением, а с большим уважением и некоторой опаской. Всем известно, что некроманты – самые сильные боевые маги с высоким уровнем внутреннего источника! Ссориться с ними неразумно…

В первом ряду травников широко улыбалась Раде Сияна, а стоявшие правее целительницы Цветана и Млава наоборот старались на новоиспечённую некромантку не смотреть. Бывшие Радины врагини знали, что маг-следователь Радана Ивор работает в городской страже и наезжать на неё чревато серьёзными неприятностями...

После церемонии некромантов четвёртого курса собрал декан Алдемар Кан и объявил, кто куда отправится на практику. Мор в этом году внёс коррективы в расписание. В городской страже катастрофически не хватало людей, поэтому Дарен Корлин и Радана Ивор останутся проходить практику на рабочих местах, а Яромир Камен будет в поте лица трудиться над изготовлением артефактов под руководством магистра Грегора Лойко. На юге снова активировались жабогрызы, значит, Потан и Витан отправятся вместе с двумя демонологами с пятого курса уничтожать вредоносных тварей. А счастливчику Врону досталось самоё лёгкое задание – исследование кладбища в уединённой долине, расположенной в Туманных горах. Капитан Тайгерт решил, что офицер Озар заслужил отпуск, и перед началом занятий адепту следует отдохнуть!

***

Врон посмотрел на неспешно сползающий за горизонт алый солнечный диск и подошёл к огромной яме посреди бывшей торговой площади посёлка. Василиск вылезет из норы не позднее, чем через четверть оборота. Повинуясь чутью, голодная тварь двинется в посёлок, туда, где на дне ямы привязана корова. Чудом уцелевшую рогатую скотину адепт-практикант выкупил у бабки-вдовы за остатки офицерского жалования.

Собственно, на что ему, неудачнику, деньги, если, скорее всего, сегодня он распрощается с жизнью? Безусловно, адепт-некромант четвёртого курса столичной академии магии имел возможность беспрепятственно сбежать из затерянного в Туманных горах посёлка через индивидуальный портал. Маг первой ступени Врон Озар, следуя инструкции, отправил магический вестник в ближайший город и сделал всё, зависящее от него, чтобы помочь жителям посёлка! Или почти всё. Во всяком случае, Врона никто бы не осудил, даже похвалили бы за правильные действия и отвагу. Но, несмотря на инструкцию и доводы разума, он остался, чтобы попытаться убить василиска и избавить оставшихся в живых людей от неминуемой гибели.

Да, он болван! Но Врон не мог поступить иначе. Перед глазами адепта всплыли лица отчаявшихся мужчин и женщин, стариков и детей, они смотрели на молодого мага с надеждой и немым упрёком. Проблема в том, что накануне в горах случился обвал, завалило единственную дорогу, связывающую посёлок с городом. На прошлой седмице василиск сожрал обоих посланцев, отправленных старейшиной за помощью.

Когда в долине появился маг-практикант, люди повеселели и решили, что Врона прислали городские маги. В действительности задачей адепта-некроманта было исследование местного кладбища, как потенциального накопителя трупного материала для засевших в горах магов-ренегатов. Разобравшись в ситуации с василиском, Врон сразу же известил ближайшее управление магии о крайне опасной твари. А на утро дорогу в долину завалило. Посёлок оказался в полной изоляции.

Василиск появился в долине ранней весной. Сначала тварь сожрала весь скот, после чего взялась за людей. В сумерках гигантский змей выползал из норы и направлялся в посёлок. Обычно василиск выбирал дома, где жили большие семьи. Тварь выбивала рогатой башкой окно, и люди под воздействием непреодолимой гипнотической силы чудовища сами выходили наружу. На рассвете сытая гадина возвращалась в горы.

Самое поганое, что магия на василиска практически не действовала! У твари имелись всего два уязвимых места – глаза и тонкая полоса мягкой шкуры под усеянным шипами воротником у основания шеи. Попасть в глаза на расстоянии чрезвычайно сложно. Следует целиться в шею, когда разъярённой василиск поднимет воротник. По крайней мере, так убивал василисков известный маг-охотник Мариус Огнецвет.

Врон соорудил ловушку на площади, привязал на дне ямы несчастную корову и сейчас ждал, когда тварь приползёт и примется насыщаться. Отяжелев от пищи, василиск сделается медлительным, тогда адепт бросит ему вызов, точнее, кинет в гада несколько камней. Взбешённая тварь ринется на обидчика с поднятым воротником, и Врон ударит в уязвимое место змея Стрелой Праха. План простой и незатейливый, возможно, сработает. Нет? Что ж, прощальный привет друзьям и знакомым…

Интересно, станет ли Рада оплакивать мага-недоучку? Высокородная лэри Радана Ивор, однокурсница и самая очаровательная девушка на свете. Вообще-то, по Врону, рождённому в доме утех сироте, горевать некому! Разве что друзьям-однокурсникам и кое-кому из однополчан, с кем следопыт Озар служил до поступления в академию на границе в Туманных горах. По крайней мере, хоть кто-то выпьет прощальный кубок за упокой его неуёмной души.

Половина оборота пролетела незаметно. Долину окутал чуткий, тревожный сумрак. Врон поёжился от холода и облизал пересохшие губы. Едва солнце скрылось за вершиной горы, василиск проснулся и выбрался из пещеры. О пробуждении гадины адепта оповестил установленный им возле норы магический наблюдатель. От мелодичного треньканья крохотного колокольчика на браслете сердце молодого мага заколотилось в бешенном темпе. Усилием воли парень заставил себя успокоиться.

Укрывшись за свежей насыпью, Врон прислушался. Василиск передвигался быстро, очень быстро. Чуткий слух следопыта уловил протяжное шипение и шуршащее скольжение здоровой туши по мостовой. Корова в яме тоже почуяла приближающуюся смерть и громко, отчаянно заревела.

По наработанной за годы службы на границе привычке Врон мгновенно вытащил короткий меч. Хотя меч сейчас магу ни к чему! Убить гигантскую тварь обычным способом не получится...

Бледный лунный свет упал на отполированный до зеркального блеска клинок, и в памяти адепта всплыл рассказ наставника по истории магии. Сражаясь с василисками, знаменитый Мариус Огнецвет смотрел на отражение гадов в зеркале. Всем известно, что взгляд василиска парализует жертву, превращая человека или животное в живую статую. Врон вздохнул и вложил меч в ножны.

Появление чудовища не застало молодого мага врасплох, но вид громадной тёмно-зелёной твари в броне из матово-блестевшей чешуи адепта ошеломил. В нос ударила омерзительная смесь гнили и чего-то пронзительно едкого. Впрочем, вонь для некроманта – обычное дело!

На миг тварь застыла, а потом ринулась на дно ямы. Корова коротко, отчаянно вскрикнула и замолчала. Послышалось смачное хлюпанье, будто десяток прачек одновременно шлёпали вальками по простыням. Врон ждал, нетерпеливо поглядывая на равнодушный лунный диск.

Пора. Адепт сделал несколько шагов к яме. Мелкий камешек отскочил от ноги Врона и с неестественно громким стуком покатился по мостовой. Маг вздрогнул и решительно сжал челюсти. Безобразная, плоская в бородавчатых наростах башка василиска тотчас же вынырнула из ямы. Узрев Врона, тварь угрожающе подняла воротник. Некромант среагировал мгновенно. Отскочив в сторону, он метнул в шею гадины Стрелу Праха – и промахнулся! Василиск успел развернуться, заклинание, скользнув по шее чудовища, растворилось в воздухе чёрным облаком. С раздражённым шипением тварь ринулась на обидчика.

«Мне хана!» – подумал адепт. Однако умирать следовало красиво… Мозг Врона заработал с холодной, расчётливой яростью. Маг метнулся к наполовину разрушенному зданию мэрии. Его целью сделалась площадка второго этажа. Надо успеть туда забраться, пока василиск не вытащил из ямы целиком отяжелевшую после еды тушу. Цепляясь пальцами за редкие расщелины в почти гладкой стене, Врон карабкался вверх. Первая попытка влезть на площадку вышла неудачной, маг сорвался. С третьего раза получилось добраться до стыка между этажами. Василиск выбрался из ямы, и толстое, тугое змеиное тело окружило здание мэрии.

Ещё пара малых оборотов, и Врон, тяжело дыша, влез на площадку. Тварь подняла рогатую голову и уставилась на парня красными глазами, пытаясь сломать волю некроманта. Врон усмехнулся и вытащил меч. В отражении на клинке адепт видел, как широко распахнулась пасть гадины с двумя рядами загнутых внутрь зубов. Некромант застыл на месте, выбирая удобный момент для атаки, последней атаки, второго шанса у него, похоже, не будет!

Стрела Праха сорвалась с ладоней Врона и вонзилась в глаз твари. Голова василиска начала рассыпаться, превращаясь в чёрную пыль. Обезглавленная туша гадины заметалась в агонии по мостовой. Победитель едва успел соскочить с площадки, спасаясь от увенчанного ядовитым рогом хвоста.

Помощь из города пришла спустя седмицу, понадобилось время разобрать завал в горах. Два мага-стихийника и старичок травник с ужасом и изумлением изучали останки василиска, бросая уважительные взгляды на молодого некроманта. Оставшиеся жители посёлка восстанавливали разрушенные дома и оплакивали близких. А Врон наконец приступил к выполнению практического задания на кладбище…

***

Адепту Озару понадобились две неполные седмицы, чтобы разобраться с кладбищем, и результат оказался неутешительным – некая злая сила вырвала место захоронения из-под власти Нура! Много относительно свежих трупов, пригодных для использования ренегатами в тёмных ритуалах.

Снова и снова некромант мысленно возвращался к причинам появления в долине василиска. Кто и зачем загнал сюда чудовище? Вдобавок действия василиска явно были осмысленными и последовательными. В руководстве того же Мариуса Огнецвета было написано, что василиск – тварь неразумная, управляемая животными инстинктами, то есть гадина жрёт всё и всех подряд, не размышляя. Этот же сначала сожрал скот и только потом взялся за людей. Причём, людей он больше давил, чем пожирал! За пару месяцев кладбище значительно расширилось. Врон никак не мог избавиться от дурного ощущения, что в изолированной долине скоро произойдёт нечто ужасное…

Да конца практики оставалась ещё седмица. Маги из города завершили прокладку туннеля и собирались возвращаться домой. Повинуясь интуиции, Врон написал письмо Дирону Тайгерту, в котором поделился своими подозрениями. Поскольку для вестника расстояние до столицы слишком большое, некромант попросил старичка-травника передать письмо в городское отделение Тайной Стражи. Принадлежность молодого мага к этой организации и наличие самого письма Врон попросил держать в тайне, в том числе от коллег. Почему-то из троих магов лишь травник вызывал у офицера Озара доверие.

Интуиция Врона не подвела. Незадолго до возвращения адепта в столицу ночью поднялось кладбище. Маг первой ступени ждал чего-то подобного и заранее убедил выживших после нападения василиска людей переселиться в дома на окраине когда-то большого села. Вдобавок Врон уговорил людей обнести образовавшееся компактное поселение временной каменной стеной из обломков строений.

***

Некромант проснулся около полуночи, инстинкт самосохранения вытолкнул Врона из кошмарного сна. Бывший следопыт приоткрыл липкие веки и настороженно прислушался к звукам за окном. Снаружи моросил мелкий дождик, на ветру старая яблоня барабанила ветками по подоконнику. И было что-то ещё… Со стороны кладбища к селу тянулись тяжёлые волны чужой, злой магии. Адепт быстро оделся, вытащил из сумы накопители и вышел на улицу.

Село спокойно спало. Однако ощущение подступающей опасности у Врона усилилось. Нечто агрессивное и жуткое добралось до стен, постепенно окружая поселение. В воздухе витал слабый запах тления.

Миновали сутки, а ответа на письмо, переданное с травником, некромант так и не получил. Врон решил подстраховаться и наугад отправил вестника в отделение Тайной Стражи Любича, самого отдалённого города, до которого могло долететь магическое послание. А вдруг попадёт в нужные руки? Дело в том, что вестник следовало отправлять конкретному лицу, предварительно мысленно представив получателя. Врон не успел ни с кем познакомиться в отделении Тайной Стражи Любича. Поэтому направил вестника к любому магу в мундире с соответствующей эмблемой.

Квартирка некроманта располагалась примерно в четверти леи от стены. Врон подбежал к ступеням каменной башенки, где установили большой колокол для оповещения людей в случае неожиданного нападения, поднялся наверх и застыл… У стены, словно солдаты в ожидании команды, выстроились мертвецы. Бездумные глаза поднявшихся трупов светились красными огнями…

Врон кинулся к колоколу. Тягучий, басистый звон разбудил людей. Ранее адепт, руководствуясь опытом службы на границе, заставил нового старосту поработать с населением, разъяснить, как следует себя вести в случае неожиданного нападения. Дети, женщины и больные спрячутся в храме Двуединого, а мужчины, вооружившись, направятся на стены, причём, каждый из защитников чётко знал, где конкретно его место.

Деяния василиска приучили селян к осторожности, поэтому паники не было. Вскоре первые бойцы поднялись на стены. С молчаливым ужасом они узнавали в творениях ренегатов погибших родственников и знакомых. Стоявший рядом с некромантом парнишка лет пятнадцати всхлипнул и прикусил губу. Врон обернулся.

– Там мои брат и сестра! – в отчаянии произнёс подросток.

– Тела действительно когда-то принадлежали твоим родным, – мягко ответил маг. – Сейчас перед нами творения ренегатов, бездушные твари, способные лишь убивать и пожирать свои жертвы. Ты ведь хочешь отомстить тому, кто натравил василиска на село?

Парень кивнул.

– Тогда соберись и приготовься биться!

Мертвецы скопом ринулись на стены! Защитники маленькой крепости выставили вперёд рогатины, которыми сталкивали нападающих вниз. Врон принялся плести первое заклинание. У адепта пока не было должного опыта, чтобы быстро определиться с размерами Сети Праха и при этом потратить относительно мало магической энергии.

В двух шагах от Врона завязалась схватка. Парнишка не сумел сдержать длинного жилистого мертвеца, и тот уже тянулся костлявыми руками с отросшими когтями к юноше. Парень неумело отбивался. Врон одним ударом меча отсёк твари голову, а затем расправился с двумя другими. Парнишка воспрянул духом и снова взялся за рогатину.

Некромант выжидал, лихорадочно отсчитывая про себя малые обороты. Нужно было, чтобы направляемые ренегатами мертвецы сбились в более-менее плотную группу. Есть! Сеть Праха окутала часть нападавших, и в следующее мгновение тела их рассыпались тёмной пылью. Врон двинулся дальше по стене.

В самом сложном положении находились бойцы на противоположной стороне, где стена чуть ли не вплотную примыкала к развалинам купеческих особняков. Управляемые ренегатами мертвецы карабкались по полуразрушенным домам и прыгали на узкую площадку, где кучно сосредоточились защитники села.

Врон использовал на предыдущее заклинание одну треть резерва внутреннего источника. Некромант запустил несколько Стрел Тьмы, перебив особо назойливых мертвецов, и приказал мужикам выставить вперёд рогатины. Это даст ему немного времени, чтобы накрыть Сетью Праха весь участок перед стеной. Повторное плетение заклинания заняло всего два малых оборота. При этом Врон увеличил площадь покрытия чуть ли не в полтора раза.

Вскоре с мертвецами было покончено, и адепт увидел тех, кто ими управлял. Три ренегата неспешно приближались к сооружённой на скорую руку маленькой крепости. С ними начинающему некроманту не справиться… Но одного, а то и двух он заберёт за грань с собой! Резерв внутреннего источника – менее одной трети, ещё имелся полный накопитель.

Слуги Отступника и Врон ударили одновременно. Молодой некромант опять воспользовался самым мощным и действенным заклинанием из своего арсенала – Сетью Праха. Ренегаты запустили в адепта несколько светящихся зелёных сгустков, которые налету развернулись и превратились в огромные гибкие щупальца, за щупальцами последовала воздушная стена. Врон сумел увернуться от щупалец и заметил, как слуга Отступника, что стоял впереди рухнул, сражённый Сетью. Потом адепт провалился во тьму…

***

Очнулся Врон на полу в бывшей ратуше. Сквозь оконный проём некромант разглядел заходящее солнце. Невыносимо болела голова. Адепт облизал пересохшие губы и сплюнул сгусток крови, после чего осторожно пошевелил пальцами рук и ног. Позвоночник, похоже, не сломан. Врон повернул голову и встретился взглядом с закутанным в плотную тёмную мантию ренегатом.

– Скажи мне, почему я постоянно на тебя натыкаюсь? – смутно знакомым хриплым голосом спросил слуга Отступника. – Ты не представляешь, до чего ваша компания раздражала меня в академии! И ты – больше всех!

Ренегат откинул капюшон, и Врон узнал Ледяного Джагу.

– Когда же ты сдохнешь? – ответил некромант на вопрос вопросом, скорее, риторическим…

Джага рассмеялся. Из тени вышли два его оставшихся пособника, и Врон узнал мага воды, помогавшего строить туннель.

– Я отправил письмо в столицу, – сообщил адепт, – в Тайную Стражу. Они вот-вот будут здесь.

Ледяной Джага хмыкнул и жестом подозвал предателя. Тот, погано ухмыляясь, протянул распечатанный свиток Врону. – Гляди, твоё послание? – ренегат медленно и с удовольствием разорвал свиток, а затем вытащил из мешка окровавленную голову старика-травника.

– Увы, парень, письмо пришло на другой адрес! – притворно вздохнул Джага.

Врон сжал зубы.

– Вы меня не убили, почему?

– Прямо в точку! – улыбнулся, сверкнув глазами, Ледяной Джага. – Видишь ли, мне нужна свежая оболочка. Мы, высшие иерархи ордена, способны жить вечно, но беда в том, что наши подлинные тела не могут долго существовать без защитной оболочки. Конечно, мы над этим работаем, но результаты пока скромные…Твоя тушка мне подошла бы идеально, но печать некромантов портит всё дело. Хитроумный магистр Кан внёс в татуировку некоторые изменения, и ты сдохнешь, когда я войду в твоё тело. Придётся мне поискать кого-нибудь ещё! Поскольку ты для меня бесполезен, я позволю моим друзьям испытать на тебе кое-какие заклинания. Да, будет больно… Но боевым магам к боли не привыкать, верно?

– Чем вам приглянулась эта долина? – задал второй вопрос Врон.

– А ты не догадался? – искренне удивился Ледяной Джага. – Магистр Алдемар Кан точно бы расстроился! – хихикнул ренегат – Здесь место силы, дикая магическая энергия бьёт прямо из-под земли, природный источник. Вдобавок относительная изоляция. Мы хотим захватить ближайший городишко, обрушить парочку гор и тем самым организовать себе спокойное убежище.

Пособники Ледяного Джаги, злорадно ухмыляясь в предвкушении пыток, приковали некроманта пропитанной магией ренегатов цепью к стене и засучили рукава мантий. Джага равнодушно отвернулся. Первым начал предатель. Тошнотворно запахло разложившейся плотью, с ладоней ренегата слетела бурая пыль и окутала Врона. Пылинки трансформировались в крошечных зубастых червей, которые, алчно вгрызаясь в тело адепта, принялись активно пожирать живую плоть.

Врон, сжав зубы, застонал. Адепту казалось, будто он заживо горит на костре. Сжав волю в тугой ком, некромант воспользовался особой техникой – боль и его тело разделились, вскоре боль существовала отдельно от человека…

За стеной послышались громкие крики. Ренегаты засуетились. Теряя сознание, сквозь мутную пелену, застилающую глаза, адепт видел, как враги разом бросились к дверному проёму. Врон пришёл в себя от дружеских похлопываний по щекам. Над ним склонился Дирон Тайгерт.

– Он жив, капитан! – радостно проговорил незнакомый светловолосый офицер.

– Эй, парень, ты – молодец! – заявил Тайгерт.

– Но как вы узнали? – прошептал адепт.

– Твой вестник нашёл дежурного офицера отделения Стражи в Любиче, его, – капитан указал на светловолосого офицера. – Получив сообщение, мы кинули весточку находившимся вблизи боевым магам и через портал рванули сюда. Похоже, успели…

– Люди из села живы? – озабоченно спросил Врон.

– Живы, благодаря тебе…

– Ренегаты?

– Двое погибли в схватке, но Ледяного Джагу мы взяли!

Над Вроном неплохо поработал целитель Стражи, и через два больших оборота адепт сумел подняться на ноги. Шатаясь и придерживаясь за стену, некромант выбрался наружу. В ночном небе ярко сияла полная луна, ласково шелестел тёплый ветер. Неподалёку скованный магическими путами лежал Ледяной Джага. А возле него вертелся незнакомый маг в плаще с капюшоном.

Склонившись над пленником, незнакомец что-то тихо сказал и торопливо отошёл в сторону. Врон подумал, что у мага с Джагой имеются собственные счёты. Иерарх слуг Отступника принёс людям много горя…

Собравшись с силами, адепт шагнул вперёд и посмотрел на Джагу. Выражение лица ренегата Врона удивило – на нём появилась надежда.

Внезапно пленник вскочил на ноги, словно связывающие его магические путы растворились в воздухе, и, раскинув руки, приготовился взлететь. Незнакомый боевой маг резко обернулся и ударил по ренегату смертельным заклинанием, Мечом Некроманта. Голова Ледяного Джаги отделилась от шеи и покатилась по земле. Другой удар Меча разделил тело ренегата на две половины.

Врон закричал. К незнакомому магу подбежал капитан.

– Джага попытался сбежать! – объяснил он собственные действия.

– Ты поторопился, Стребор! – с досадой произнёс Дирон Тайгерт.

– Вовсе нет! Через пару малых оборотов мы бы беглеца не достали…

Врон подошёл к валяющейся в траве голове Ледяного Джаги. Адепта поразило изумление, застывшее на лице мертвеца. Голова и тело ренегата разлагались на глазах. Спустя несколько малых оборотов от иерарха ренегатов осталась зловонная бурая слизь…

ВМЕСТО ЭПИЛОГА

В конце вересня адепты-старшекурсники съезжались в академию после практики, а Раде пришло письмо от Учителя. Старый друг отца девушки писал, чтобы она незамедлительно явилась в родные пенаты для подтверждения в суде прав на приданное. Посоветовавшись с Сияной, Рада переговорила с деканом Алдемаром Каном, и он разрешил адептке взять отпуск на две седмицы.

Вечером к Раде собственной персоной явился Дирон Тайгерт. Сдерживая волнение, девушка поправила перед зеркалом причёску и выглянула в окно. У входа в здание факультета маячила подтянутая фигура капитана Тайной Стражи. Теряясь в догадках, адептка спустилась вниз.

– Мне сообщили, госпожа Ивор, будто у вас есть дело на юге. Так?

Рада кивнула.

– Я как раз отправляюсь туда с инспекцией и буду рад составить вам компанию! – без обиняков заявил капитан.

Адептка неуверенно посмотрела на Тайгерта. – Но у меня всего две седмицы, – призналась девушка.

– Замечательно! – воскликнул капитан. – Времени вполне достаточно, чтобы разобраться со всем и всеми... Карета Тайной Стражи отправляется в шесть оборотов после полуночи, мы заедем за вами к воротам академии, – сообщил Тайгерт.

Загадочно улыбнувшись, капитан ушёл, а Рада принялась размышлять, откуда он узнал об её планах. Девушка не догадывалась, что офицер Озар в дружеской беседе посетовал Дирону Тайгерту, будто адептка Ивор намерена после покупки усадьбы самостоятельно разобраться с обосновавшимися в доме призраками. Врон прекрасно видел, что капитан неравнодушен к девчонке и не сомневался – Тайгерт сделает всё, чтобы с взбалмошной Радкой не случилось ничего плохого. А некроманту с его опытом разобраться с десятком другим призраков – пара пустяков!

Лёгкая четырёхместная карета добралась до знакомого адептке постоялого двора всего за двое суток. Девушка вспомнила, как три года назад она, переодетая парнем, провела здесь ночь и половину дня, пока добрый смотритель не пристроил бедного «парнишку» в обоз Богдана Дагуса.

С тех пор постоялый двор сильно преобразился – выстроили конюшню, каретный сарай, трактир и небольшую гостиницу. В важном седоусом господине Рада не сразу узнала смотрителя. Едва карета с эмблемой Тайной Стражи въехала во двор, народ переполошился. Люди, вежливо стоя в сторонке, пожирали любопытными взглядами магов в чёрной рабочей форме – белокурого красавца капитана и стройную молоденькую девушку с нашивками мага-следователя.

Капитан и магичка направились в трактир. Не успели они сесть за столик, как к ним подошёл сам хозяин. После вкусного обеда Тайгерт вышел переговорить с народом, а Рада подозвала к себе смотрителя.

– Вы меня не узнаёте? – с улыбкой произнесла девушка.

– Нет, госпожа! – ответил смотритель.

– Помните парнишку, которого вы летом три года назад пристроили в обоз несчастного Богдана Дагуса?

Бывший вояка ахнул.

– Из соображений безопасности хотела, чтобы все считали меня парнем, – призналась адептка.

Смотритель помрачнел. – На обоз купца Дагуса напали разбойники. Говорили, что все погибли…

– Мне повезло, я выжила. Кучер дядька Будан вовремя столкнул меня с облучка.

– Парнишка, который собирался учиться на целителя, – наконец узнал Раду мужчина.

– Жизнь распорядилась иначе, – пожала плечами магичка. – Я хочу, чтобы вы знали – разбойники получили по заслугам!

***

– Радана Яромила Ивор, урожденная лэри Горан, вы утверждаете, что не нуждаетесь в попечении родственников и в состоянии себя обеспечить, также, согласно закону, вы требуете долю в отцовском наследстве – ваше приданное, правильно?

Рада утвердительно наклонила голову. Присутствовавшие в суде, две нарядные средних лет лэри и красивый мужчина в богато расшитой золотом тунике, зашептались, бросая злобные взгляды на девушку в скромном синем платье.

– Позвольте узнать, юная лэри, чем вы зарабатываете на жизнь? – спросил судья.

– Я – маг-следователь пятого участка городской стражи Аркона! – лучезарно улыбнулась Рада.

Судья растерянно покосился на девицу и поправил мантию. – Хмм… Свидетели у вас имеются? – понизив голос, недоверчиво поинтересовался он.

– Имеются! – в зал, чеканя шаг, в чёрной форме Тайной Стражи вошёл капитан Тайгерт. – Меня зовут Дирон Тайгерт, звание – капитан Тайной Стражи!

Судья и родня юной лэри Горан вытаращили глаза. Больше вопросов к Раде у суда не имелось. Заикаясь и сбиваясь, судья объявил Радану Яромилу Ивор самостоятельной и назвал сумму приданного. Родственники девушки насупились и помрачнели.

Спустя три дня капитан Тайгерт помог Раде разобраться с призраками в купленной адепткой усадьбе…