Абендорм. Пустые лица

Пролог

Восемь лет назад

Мама поджала губы. Опять я ее разочаровала. Я ошиблась. Я плохая дочь.

Вокруг только книги, холодные бездушные книги, в огромных — до самого потолка — шкафах. И мама. Мама, что никогда не прощает ошибок.

— Очень жаль, — сказала она потухшим голосом.

На искусственной коже тренировочного манекена не возникло ни единого знака, когда я пыталась провести ритуал. Чертила узоры вновь и вновь, но ничего не происходило. Мама достала из ящика коробку сандаловых палочек, аккуратно подцепила одну из них и положила на подставку. Первая спичка сломалась. Следом еще и еще. Возможно, мама нервничала, но я нервничала куда больше. Наконец спичка загорелась, и мама поднесла ее к краю сандаловой палочки, аккуратно прикрывая огонь рукой. Когда палочка разгорелась, мама выждала пару секунд и задула.

— Тебе следовало признаться раньше.

Тонкая струя дыма поднималась вверх.

— Я хотела…

Мама взяла палочку и обвела вокруг моей головы. Дым окутал лицо.

— Никогда больше ничего от меня не скрывай.

Сладкий аромат заполнил комнату и мне показалось, что сейчас точно произойдет нечто ужасное. Ладошки стали горячими и влажными. И, будто почувствовав это, мама сказала:

— Вытяни руки.

Я покорно выставила их вперед. Мама обвела вокруг них палочкой, дым щекотал кожу, отчего становилось все больше не по себе. Губы мамы двигались в едва различимом шепоте.

В дверь постучали — наверняка очередной клиент, но мама никак не отреагировала, лишь продолжала внимательно изучать мои руки. Потянула за предплечье ближе к окну. В лучах солнца кожа покрылась мурашками, а светлые волоски в страхе поднялись.

Сейчас она увидит. Сейчас она узнает. Сейчас она все поймет. Я зажмурилась, представляя, как мама вжимает тлеющую сандаловую палочку в мою кожу, как боль растекается по моему телу. Но мама лишь прошептала:

— Кто это сделал?

— Не знаю, — быстро ответила я.

Мама схватила за волосы, мама потащила к двери. Не той, что на выход, а той, что в чулан. Сердце колотилось в горле, в висках, в пятках, где-то еще, но только не в груди. Мама взялась за ручку и распахнула дверь. Темнота чулана заставила меня упереться руками в косяк.

— Не надо, пожалуйста, не надо, — шептала я.

— Кто. Это. Сделал?!

— Я не помню, — сквозь слезы выдавила я.

Мама заткнула мне рот и развернула лицом к себе, внимательно посмотрела в глаза.

— Почему?

Я захлебывалась словами, давилась буквами, пока между всхлипами не смогла произнести:

— Рит-т-ту-ал.

Мама отпустила меня и отошла к окну. Я обхватила себя руками, чтобы заставить тело остановиться, перестать содрогаться от всхлипов, чтобы не разозлить маму еще сильнее. На светлом полу медленно тлела сандаловая палочка, оставляя темный след. Мама задвинула шторы, закрыла дверь на замок и включила свет. Она взмахнула рукой и тренировочный манекен с грохотом повалился на пол, повинуясь ее магии.

— Ложись, — строго сказала она.

Этот голос не мамин, совсем не ее. Это голос той женщины, что приходит, когда я ошибаюсь. Когда я разочаровываю маму. Когда я плохая дочь. Когда я…

— Ложись, — повторила немама.

И мне пришлось лечь.

Немама взяла стеклянное перо, изящно выгнутое, перешедшее от бабушки. Немама достала фиолетовые чернила. Те самые, которые использовала для них. Те самые, которые нельзя было трогать. Те самые, от которых кричали.

Я знала, что будет дальше.

Задрала футболку, и живот тут же покрылся мурашками.

Немама обмакнула перо, убрала излишки о край чернильницы. Я закрыла глаза.

Холодный наконечник коснулся живота, и я подумала, что это совсем не больно. Совсем не страшно. И я подумала, странно, что все кричат. Линия, еще линия, завиток. В животе потеплело и я даже подумала, что это приятно. Черта, линия, точка, черта. Тепло стало превращаться в жар, внутри все горело, где-то там, внутри живота, словно разгорался самый настоящий костер. Он полыхал, двигался, шевелился, точно живое существо прямо внутри живота. Я распахнула глаза, чтобы увидеть, как немама продолжает рисовать знаки с совершенно безэмоциональным лицом. Сердце колотилось на этот раз только в груди, но жар охватил меня всю. Рука сама двинулась, чтобы прекратить это, но немама четким движением пресекла попытку. Знак, точка, линия, черта. Я уже не могла различить. Все поплыло, когда горячие слезы наполнили глаза. Я открыла рот, хватая воздух и первый всхлип сорвался с моих губ. А внутри что-то шевелилось и ворочалось, точно там поселилось живое существо. Ползло, извивалось как огромная змея. Пыталось заполнить собой все, рвалось наружу и, когда я почувствовала боль у самого горла, я наконец закричала.

И немама заткнула мне рот.

Глава 1

14 июля

Мадам д'Арли́н тяжело вздохнула, коснулась массивной серебряной сережки и глянула на коллегу, сидевшего слева от нее за длинным столом. В тени темных бровей его глаза казались почти черными. Он рассматривал меня, тонкими пальцами сжимая перьевую ручку с такой силой, что та могла треснуть в любую секунду.

Здесь, посреди просторного холодного кабинета, стоя на темно-синем ковре с позолотой, я чувствовала себя невероятно маленькой и слабой. Потолочные своды расширяли пространство, и от высоты потолка у меня подкашивались ноги. Хотя, может, это от страха… Взгляды пятерых преподавателей давили, и я неосознанно вжала голову в плечи. Кроме стола, нас разделяли лишь несколько шагов и тренировочный манекен на белой лекарской кушетке. Я сжала перо трясущейся рукой, в надежде, что оно не выпадет из скользких пальцев. Нарисованный знак так и не засиял, все же ясно, я провалилась, чего еще ждать? Отправьте меня домой, скажите, что я не прошла, зачем медлить?

Стул скрипнул, мужчина резко поднялся и широким шагом пересек расстояние, оказался напротив.

— И? — спросил он хрипло и раздраженно, обдав меня запахом лекарственных трав.

Я поджала губы и опасливо подняла на него взгляд. Глаза оказались совсем не черными, светло-карими с зеленоватым отливом. Шерстяной пиджак на нем совсем не по погоде, хотя в кабинете довольно холодно. Темные спутанные пряди зачесаны назад. Нос искривлен, будто после давней драки, и несколько старых шрамов. Лекари такое исправят меньше чем за час, странно, что он…

— Я задал вопрос, — напомнил преподаватель.

— Должно быть где-то ошиблась, — выдавила я.

Он вскинул руку и салфетка из упаковки в ногах манекена, вылетела, потянув за собой вторую, а следом и третью. Салфетки дернулись, оторвались, опали на кушетку, но одна из них все-таки достигла руки преподавателя, и он сжал пальцы. Я усиленно вдохнула и выдохнула, чтобы успокоиться, чувствуя какое от него исходит напряжение. Даже магия барахлит.

Он стер нарисованный мной знак и сказал:

— Еще раз.

Я подняла руку с пером и повторила отрепетированные движения. Полукруг, линия вниз, пересекающая его, линия в сторону. По искусственной коже манекена перо скользило так же мягко, как по человеческой. Линия по диагонали вверх, три точки, черта. Главное — не показать, что я осознаю ошибку. Точка, линия, завиток. И намеренно неверная линия снизу вверх, а не сверху вниз.

— И что это? — раздраженно спросил он.

— Эрхива — один из знаков лекарей. Используется для обезболивания при заражениях различными инфекциями, — уверенно отвечала я, — такими как…

— Нет, я спрашиваю, это что? — Он ткнул пальцем в нарисованный мной знак.

В любой другой ситуации, я бы не постеснялась вступиться за себя, отстоять свои знания и умения. Но только не сейчас. Я приоткрыла рот, раньше, чем придумала как буду оправдываться, но мне не дали даже начать.

— Мистер Барри, я думаю, этого достаточно, — сказала Мадам д'Арлин со своего места по центру стола. Арочная спинка кресла, перекликалась с потолочными сводами, но сейчас возвышаясь над ее головой, напоминала корону, и будто лишний раз подчеркивала должность директора.

Мистер Барри бросил на меня уничижающий взгляд, поднял чистую салфетку, протер руки — усиленно каждый палец, — кинул салфетку на живот манекена и последовал к столу.

— Мисс Уэйланд, — обратилась ко мне Мадам д'Арлин. — Можете быть свободны. Мы вернемся к рассмотрению вашей кандидатуры после окончания основного приема, если останутся вакантные места.

От ее холодного и безучастного тона по рукам пробежали мурашки. Я сдержанно кивнула и опустила голову. Это отказ. В Абендорме никогда не остается вакантных мест. Я развернулась и направилась к дверям под перешептывание преподавателей.

Я и не надеялась поступить. Мечтала, конечно же, мечтала, но все же осознавала, что это невозможно. Таким как я тут не место, и я это знаю. Но от отказа все равно неприятно сжималось в груди, а глаза щипало от подступавших слез. Что ж, остается только вернуться домой, наплакаться вдоволь, попытаться найти хоть кого-то, кто готов предоставить работу такой как я и…

— Мисс Уэйланд, — послышался другой женский голос, и я замерла. — Подождите.

Медленно обернулась. Пухлую женщину с хаотичной короткой стрижкой, из которой выбивались розовые пряди, я знала. Много лет назад она работала вместе с моей мамой в ЦИОРМе, выписывала мне настойку от кошмаров. Миссис Мосс вышла из-за стола и последовала к двери, из-за которой в начале вывезли кушетку. Послышалось как открываются и закрываются дверцы. Тихий шелест страниц и журчание жидкости.

— Тиссея, в чем дело? — Мадам д'Арлин подняла тонкие брови, отчего ее вытянутое лицо стало еще длиннее. — Ты нас задерживаешь.

Миссис Мосс вышла из комнатушки и поманила меня, следом за ней выехал небольшой стол на колесиках со всем необходимым для изготовления зелий. Я подошла, глянув на остальных преподавателей, будто спрашивая разрешения, но они казались не слишком заинтересованными, кроме разве что мадам д'Арлин. Мистер Барри и вовсе отвлекся на свой блокнот. Миссис Мосс взмахнула рукой, кушетка с манекеном скрылась за дверью комнаты, уступая место столику, и женщина повернулась к преподавателям.

— Мадам д'Арлин, — с нажимом сказала миссис Мосс. — Позвольте напомнить, что вы сами настаивали в этом году набрать больше студентов на мою кафедру. — Миссис Мосс не стала дожидаться ответа и обернулась ко мне, кивнула на столик. — Что скажете?

Не тратя времени на лишние раздумья о том, что происходит, я осмотрела ингредиенты. Лаванда, ветки ивы, перечная мята, корень имбиря, душица и кувшин с водой, чуть левее — три пробирки одна из которых наверняка с перемолотой птичьей гречихой, а вот две другие явно лишние и вероятно нужны лишь для проверки знаний. Быстро сообразив, что к чему, я уже ликовала. Не зря повторяла всю прошлую неделю базовый курс зелий для начинающих.

— Судя по ингредиентам, вы хотите, чтобы я приготовила спазмолитическое зелье от мигрени и болей в желудке, — уверенно сказала я.

— Чу́дно. — Миссис Мосс просияла. — Приступай.

Я надела перчатки. Смешала необходимые ингредиенты и оставила настаиваться до нужной консистенции. Подключила горелку, разместила чашу на специальной подставке, залила воду, чтобы нагреть. Натерла корень имбиря, взвесила нужное количество и добавила в воду. Если сейчас все получится, неужели они закроют глаза на мой провал с ритуалами? Неужели миссис Мосс вспомнила меня и решила дать второй шанс?

Залив настоявшуюся смесь, я засекла время.

А что, если меня возьмут? Что, если я поступлю? Я ведь даже толком не думала, как буду справляться с учебой. Да, сейчас я специально ошиблась в линии и ритуал не сработал, это можно списать на ошибку, плохую память, недостаточную подготовку. Им даже в голову не пришло бы, что у меня нет магии. Они ведь уверены, что никто никогда в жизни не осмелится ступить на порог академии будучи ниимом. Ниимы в их глазах лишь ни на что не способные отродья Эраза, порочащие мир одним лишь своим существованием. И ниим ни за что не сможет приготовить зелье, ведь просто не способен на это. Но это лишь по их мнению. Они же никогда не проверяли. Никогда даже шанса не давали доказать, что ниимы заслуживают нормальной жизни, что их не должны угнетать просто за то, что они потомки Эраза.

Я отделила соцветия от ветки ивы и измельчила, чтобы добавить к отвару. Помешивала до тех пор, пока все не загустело, а затем процедила. Миссис Мосс внимательно наблюдала за моими действиями. Когда все было готово, я поставила колбу на деревянную подставку и торжественно подняла голову. «Смотрите, ниим приготовил зелье», — хотела бы сказать я. Но не скажу. Им лучше не знать об этом.

— Количество ингредиентов не рассчитано на полноценное зелье, так что эффект если и будет, то незначительный, — неприкрыто похвасталась я своими знаниями.

Миссис Мосс кивнула и взяла пробирку. Поднесла к лицу, несколько раз вдохнула, шевеля носом, причмокнула сиреневыми губами, отодвинула, подняла руку выше и осмотрела колбу на просвет, а потом протянула мне.

— Выпей.

От неожиданности я даже отшагнула. Я уверена в своих способностях, но лишь на начальном уровне. Никто никогда не пробует отвары, приготовленные учениками первого года, и тем более поступающими. Преподаватели оценивают лишь внешний вид и запах, и уже по ним могут сделать заключение о правильности приготовления, но одно дело — правильно попасть в запах и цвет, а другое — сделать действенное зелье, которое сработает, а главное никому не навредит. Миссис Мосс продолжала держать пробирку на вытянутой руке.

— Простите, но я не стану его пить, — сказала я. И поспешно добавила: — Хотя и уверена, что все сделала правильно.

Миссис Мосс поставила колбу на подставку.

— Отлично, — сказала она и повернулась к преподавателям. — Я беру Элис на свою кафедру.

Я застыла, глядя на ее спину. Невозможно. Я ведь уже готова была смириться с провалом, признать свое поражение, вернуться домой, но миссис Мосс пришла на подмогу… Зачем? Лишь, потому что мы знакомы?

— Она не сдаст ритуалы, — холодно сказал мистер Барри, продолжая изучать блокнот. У меня даже пальцы похолодели от этого напоминания, и по рукам пробежала мелкая дрожь.

Миссис Мосс двинула рукой, столик укатился в комнату, а она шагнула к преподавателям. Уперла руки в стол прямо перед мистером Барри, все так же не поднимавшим головы от страниц.

— Уверена, мы что-нибудь решим с этой небольшой проблемой, — ласково сказала она, хоть в голосе и чувствовалась угроза.

— Небольшой? — Мистер Барри наконец оторвался от блокнота и поднял на нее взгляд. — Ритуалы — неотъемлемая часть обучения. А у нее…

— Моя кафедра — мои правила, — перебила миссис Мосс таким голосом, будто говорила не с коллегой, а с соседским мальчишкой, с которым не поделила лопатку в песочнице. — И да, тебе напомнить…?

— Т-ш-ш… — Мадам д'Арлин вскинула руки и медленно опустила их, призывая к тишине и посмотрела на меня. — Мисс Уэйланд, нам все еще необходимо время, чтобы принять решение о вашем зачислении, а пока позовите следующего.

Дрожь в руках не унималась даже когда я вышла из кабинета. Часть меня ликовала, ведь, возможно, меня возьмут, возможно, я поступлю в Абендорм, но вот другая часть все еще помнила слова мистера Барри. Ритуалы я действительно не сдам. Он сказал об этом так уверенно, будто бы сразу понял, нет, не просто понял, а будто был убежден, что я провалилась не из-за ошибки, не из-за нервов, плохой памяти или еще по миллиону других причин, а из-за отсутствия магии. Но не мог же он и всерьез допустить мысль, что ниим осмелился ступить на порог академии…

С ритуалами я действительно не продумала. Столько месяцев готовилась и почти не задумывалась о том, что будет после того, как поступлю. Скорее всего, я просто не верила в то, что такое возможно. Да и будем честны, я до сих пор не до конца верю в то, что меня действительно возьмут. В общем, сейчас с этим разбираться точно нет никакого смысла. Меня еще никуда не взяли. А если и возьмут, то буду решать позже.

Я прошла по просторному коридору мимо студентов. Они рассредоточились по всей его длине кто поодиночке, кто группами. Некоторые нервно озирались, другие повторяли материал, тренировали иллюзии, левитировали содержимое пеналов, кто-то смеялся, должно быть уже осознав, что принят.

В целом, в Абендорм не так уж и трудно поступить. Письменное тестирование, устный экзамен по истории, а потом практическая часть. Первые два этапа я сдала почти на высший балл, материал во многом совпадал с тем, что я учила для экзаменов в колледже, так что проблем не возникло.

Но вот третий этап стал для меня самым сложным, я почти не спала всю неделю, повторяя историю магии вместе с новейшими исследованиями аллириума, зелья, травы и ритуалы. Магам со специализацией проще, от них требуется лишь продемонстрировать умения в иллюзиях или управлении, у них там своя комиссия и мало кого волнуют их знания по общим дисциплинам. А вот магам без специализации может выпасть любой из предметов на усмотрение преподавателей, ведь они должны быть подкованы во всех областях, чтобы закончить академию. Ясное дело, что есть распределение по кафедрам, но это лишь несколько дополнительных часов в неделю, поэтому разбираться нужно во всем в равной степени. И я была готова к любой дисциплине и к любому заданию. Любому, кроме практической части ритуалов…

— Элис! — окликнула меня Шер, когда я уже вышла из здания и спускалась по ступенькам к дорожке из мелкого гравия.

Шер, как и всегда, выглядела превосходно, но сегодня оделась до непривычного строго. Даже собрала непослушные волнистые волосы в строгую култышку, будто повторив за мной. Блузка, темно-синий пиджак, строгие брюки. Обычно она так не одевается. Должно быть, хотела создать впечатление прилежной студентки. Она дошла до меня и, обеспокоенно оглядев мое лицо, спросила:

— Ну что?

— Сказали ждать.

— А что выпало-то?

Я поджала губы, думаю, по моему лицу и так все было понятно.

— Угадай…

— Серьезно? О, Элис, — протянула Шер, прижала меня к себе и крепко обняла.

Шер единственная, кто знает о моей проблеме. И несмотря на то, что она та еще болтушка, уже два года держит это в секрете. Не сказала бы, что мы лучшие подруги. Но после смерти мамы у меня не осталось ни одного близкого человека, и я как-то неосознанно позволила Шер стать одной из них. Тогда я только ушла из компании ребят, после одного неприятного случая, и провалилась в мир комиксов. В колледже Шер сидела позади меня и как-то увидела, что я читаю тот же комикс, что и она, вот и начали общаться.

— Там была миссис Мосс из ЦИОРМа, — сказала я. — Она видимо вспомнила меня, и предложила сделать зелье. Сказала, что возьмет к себе на кафедру, но…

Шер отпрянула.

— Так это же отлично! — перебила она. — Вот увидишь, все получится. — Она потрепала мои плечи. Склонила голову набок и глянула на двери академии. — Там большая очередь?

— Да нет, не особо.

— Я тогда помчалась. И не уезжай без меня! Потом заскочим в Джеллби, нужно будет заесть этот стресс и запить лимонадом. Согласна?

Не особо разделяя ее энтузиазм, я кивнула.

— Давай не унывай! — подбодрила Шер.

Она чмокнула воздух у моей щеки и поспешила к дверям академии. Я проводила ее взглядом. Шер поднялась по ступенькам и скрылась в коридоре, пройдя через широкие арочные двери, распахнутые для всех поступающих, мимо толпившихся у входа компаний. Я посмотрела выше, скользнула взглядом по таким же арочным окнам, поделенным каждое на восемь секций. На третьем этаже прямо над входом располагался балкон с массивной балюстрадой. Возможно, оттуда даже видно город, ведь академия расположена на небольшом холме. От оживленных улиц ее отделяет лишь протяженный лес и около двадцати минут езды на общественном транспорте без пробок.

Я прошлась по насыпной тропинке к углу здания, мимо скопления деревянных столов с лавочками, остановилась у одного из них. Чуть дальше располагались современные павильоны для занятий, пронумерованные и обозначенные крупными цифрами на фасадах, судя по номерам, их было двенадцать, пересчитывать я не стала. Справа донеслись чьи-то пререкания, и я обернулась. Прямо за углом у стены академии, расположившись почти вплотную, стоял небольшой павильон, больше напоминавший контейнер, облицованный деревянными досками, — видимо кафешка. В городе такие часто встречаются, но там они так сильно не бросаются в глаза и не выбиваются. А здесь, рядом со зданием академии, такое сооружение кажется каким-то кощунством. Могли бы поставить у павильонов, там бы лучше смотрелось. Но судя по количеству столов, тут рядом вход в столовую, так что вполне логично.

Около входа в контейнер столпилось несколько человек и дверь оставалась открытой. Я заглянула внутрь.

— Нет, Маргарет, повторяю, здесь алкоголя не будет, — убеждал девушку молодой рыжеволосый парень в очках за прилавком. — Ты что, хочешь, чтобы мою лавочку прикрыли?

— Олли, но ты же обещал пунш на вечеринку, — канючила видимо та самая Маргарет.

— Пунш будет, — подтвердил Олли. — Но только на вечеринку! Никаких больше заказов на алкоголь. Мадам д’Арлин и так в прошлый раз меня штрафанула за…

Увлекшись списком напитков, выведенных белым на черной доске над головой парня, я прослушала продолжение разговора. Толпившиеся еще о чем-то переговорили, а потом гурьбой вывалились из помещения разочарованно бубня. Стало тихо.

— День добрый, чего желаете?

Я глянула на Олли, он обращался явно ко мне. Одернул темно-красную клетчатую рубашку, заправил в черный фартук на бедрах.

— Что в составе успокаивающей настойки? — поинтересовалась я.

— О-о, третий этап, да? — спросил он. Я кивнула. — Это зеленый чай с добавлением пяти трав: душица, мята, пустырник, валериана и… Что-то еще, сейчас гляну.

Ящик за его спиной со скрипом открылся. Оттуда вылетел листок и направился к раскрытой ладони Олли, — понятно, управленец.

— Боярышник? — предположила я, до того, как Олли успел свериться с бумагой. Свойства трав я тоже учила для поступления.

— А, да, точно. — Листок вернулся на место и ящик захлопнулся. — Но на вкус она так себе. Да и эффект убийственный. Его обычно берут на экзамены, когда все совсем худо с нервишками. Я бы посоветовал ромашковый чай. Ну или имбирно-лавандовый…

— Успокаивающую настойку, пожалуйста, — сказала я и достала карту для оплаты.

— Ну как знаешь. Я предупреждал.

Створки шкафчика распахнулись, вылетели баночки и колбочки, в чайник для заварки посыпались сушеные листья, травы и плоды боярышника. В это время Олли принял у меня оплату. Первоклассный управленец, странно, что он работает здесь. Одновременно управлять столькими предметами и заниматься другими делами может далеко не каждый управленец. Да еще и руками не направляет, лишь силой мысли. Его легко могли сходу взять на высокую должность на любой производственный завод.

— Иллюзии? — спросил он.

— А? — Я растерялась от внезапного вопроса.

— У тебя магия иллюзий, да? — спросил он. Открылся другой ящик, и планшетка с бумагами прилетела к нему в руку.

От его предположения больно кольнуло где-то под ребрами, я сдавленно улыбнулась и быстро сказала:

— Нет-нет, я без специализации.

Он внимательно смотрел на меня, а потом глянул на листы, закрепленные на планшетке. В его руке оказалась ручка и он что-то записал.

— Интересно, по всем пунктам сходилось… — разочарованно сказал Олли и почесал задней стороной ручки голову, ероша прядки.

— По каким пунктам?

Олли поднял на меня голову и хитро улыбнулся.

— Секре-е-ет. Вернее, как… Не совсем секрет. У меня тут исследование. Выявляю отличительные черты во внешности в зависимости от типа магии человека.

Необычно, весьма необычно. Это что же, скоро гороскопы выйдут на новый уровень?

— И у кого-то совпадало? — поинтересовалась я.

— У кого-то?! Да у меня за три года было всего пять промахов, и те только поначалу, когда моя теория еще не была доработана. А тут ты… — Олли вздохнул подкинул планшетку с ручкой, и они улетели в ящик.

Что ж, он мог бы оказаться прав, у меня действительно была магия иллюзий, прежде чем я стала ниимом.

— А что на экзамене выпало? — поинтересовался он. — Ритуалы?

На этот раз я еще больше удивилось его проницательности. Или ему настолько везло.

— Ха-а-а, угадал, — усмехнулся он, видимо прочитав все на моем лице. — Да нет, ладно, тут ничего сложного, шанс был пятьдесят на пятьдесят. Просто Барри вернулся, вот и веселится. Ритуалы каждому второму подсовывает.

— А что с ним не так? — решила спросить я, пока чай настаивался.

— С Барри все не так, — сказал Олли. — Мне повезло отучиться пока его не было. А вот вам не завидую. Хотя и говорят, что ему сделали выговор, и теперь… О, добрый день.

Олли отвлекся на новых клиентов. Вообще, когда я спросила про мистера Барри, я думала узнать про его шрамы и тот запах лекарств, но видимо это далеко не единственное, что с ним «не так». Думаю, я бы смогла разобрать, что за травы, если бы в тот момент так не нервничала, а сейчас уже не могу вспомнить запах. Мой чай с успокаивающей настойкой медленно подплыл ко мне и опустился на прилавок. Что ж, проверим, сработает ли этот убийственный эффект на мне…

Шер все еще не вернулась, и я разместилась за одним из столиков на улице, перед закрытыми дверями, за которыми вероятно и скрывалась столовая. Я достала из сумки блокнот. Если не считать последних недель, когда я неотрывно готовилась к поступлению, уже три года я постоянно рисую. Мама больше не может осуждать меня за это занятие, и рисование кажется мне одним из не самых плохих вариантов выхода из моей ситуации. Если меня все-таки не возьмут в Абендорм, в чем я почти уверена, и если не смогу найти работу, то размещусь где-то в парке, буду рисовать там портреты, и возможно, смогу хоть что-то заработать. Так делают некоторые ниимы. На полноценную работу не тянет, разве что на подработку.

Вообще рисование уже давно не в моде, но еще остаются ценители традиционного искусства, уставшие от бесконечных генераций магов иллюзий, заполонивших всю сферу визуального искусства от рисунков и комиксов до анимации и фильмов. Чтобы нарисовать полноценный портрет, мне нужно несколько часов, им же лишь пара минут, чтобы представить желаемое, создать иллюзию и оцифровать ее с помощью новомодных интерфейсов.

Я отпила чай, поморщилась от вкуса, — действительно мерзость, — и поставила стаканчик на стол. Пролистала блокнот до пустой страницы, огляделась вокруг. Взгляд зацепился за раскидистую липу, отделявшую столики от футбольного поля с полосами для бега и хвойного леса. Природу я рисую редко, в основном людей, но попрактиковаться не помешает. Я наметила ствол дерева и крону, начала уточнять основные формы. Рука все еще помнила нужные движения, но за недели без практики, стала непослушной и выдавала совсем не тот результат, на который я рассчитывала. Когда набросок был закончен, я перешла к деталям. Получалось не так уж плохо, хотя и хуже, чем могла нарисовать раньше.

— Слишком сильно давишь, — сказал мужской голос за моей спиной.

Я мигом захлопнула блокнот. Не хватало еще, чтобы кто-то лез в мое личное пространство с непрошеными советами. Я обернулась, но увидела лишь спину уходившего парня. Гордо выпрямленную спину в светлой футболке с длинным рукавом, и темные волосы, из-под которых виднелись две черные линии, окольцовывавшие шею, их пересекала другая линия, она начиналась где-то на затылке за волосами и уходила под воротник футболки вдоль позвоночника. Татуировка? Давно не видела ни у кого татуировок, они вышли из моды с десяток лет назад и теперь все сводили их, в гонке за естественным и натуральным телом. Отбросив всякую заинтересованность, я вернулась к недовольству. Просто прокомментировал и сбежал? Наверняка понял, что дал непрошеный совет, вот и смылся. Хотя по походке так не скажешь, ушел уверенно, будто очень доволен собой. Я открыла блокнот, осмотрела рисунок. Может и правда слишком сильно давлю? Взяла карандаш и провела линию, попытавшись давить меньше, но тут же остановила себя. С чего я вообще прислушалась к совету незнакомца?

Разозлившись то ли на себя, то ли на парня, я сунула блокнот в сумку, залпом допила остывший чай и направилась на поиски Шер.

Глава 2

1 августа

Стаканы с лимонадом опустились на наш столик.

— Итак, — сказала Шер. Сняла с бортика дольку апельсина и перевесила на мой. Подняла стакан, вскинула подбородок и торжественно продолжила: — Выпьем же сей лимонад в честь нашего поступления. И, как папа сказал, — да прибудут с нами мудрость Миреллы и благородство Иргема.

Шер хохотнула и отпила лимонад через трубочку. Я растянула дольку апельсина, и мякоть как нельзя кстати распределилась на три почти равных треугольника — символа основателей магии, легшего в основу логотипа академии Абендорм, построенной как раз возле того места, где магия и зародилась. После такой ассоциации откусывать треугольнички казалось даже как-то неуважительно. Хотя, кого я обманываю, плевала я на этих основателей. И куснула. Сок прыснул в рот, защипал треснувшую губу.

— М… — привлекла я внимание Шер, дожевывая апельсиновую дольку. Взяла салфетку и завернула в нее кожуру. — Я все утро читала старые обсуждения студентов про ритуалы. И многие вытягивали экзамен на одной только теории.

— Ну так это ж чудесно, — сказала Шер, помешивая трубочкой лимонад. Кубики льда бренчали в стакане.

— Вот только у них вел какой-то месье Жеуль. А про этого мистера Барри я ничего толком не нашла. Была какая-то ветка обсуждений про скандал с ним, но ее удалили.

— А, да, Кэйли говорила об этом, — кивнула Шер. — Его и увольняли даже, а теперь вернули. Только вот подробностей никто не знает, вроде как он всех валил на экзамене. Может кто-то из-за этого и пожаловался.

— Зря я все-таки это затеяла, — сказала я скорее себе, чем Шер.

Когда увидела на почте письмо от академии, сначала, конечно же, обрадовалась. Но потом на меня навалился поток переживаний касательно всего. Ритуалов, магдисциплин, моих кошмаров, да даже банально проживания. В голову лезли тысячи ситуаций, из-за которых меня могут раскрыть, узнать о моем обмане и выкинуть из академии. Нет, не просто выкинуть, а отправить в ЦИОРМ, чтобы зафиксировать факт того, что я ниим. А уж там я хотела бы оказаться в последнюю очередь. Лучше вообще никогда.

В центр изучения особенностей развития магии ниимам лучше не соваться. Но об этом мало кто знает, а даже если и знают, все равно надеются на чудо, что их магию удастся пробудить. Такое, конечно, случается, но статистика не самая приятная. И по большей части, подписав согласие на исследование, ниимы могут в лучшем случае надеяться на то, что после всех процедур хотя бы останутся живы.

— Эй, не грузись раньше времени, — сказала Шер. — Наверняка, этот мистер Барри после увольнения усвоил, что нужно быть помягче.

— Ага, — буркнула я, и зашептала, чтобы за соседними столиками не слышали: — Я еще почитала, что там раз в неделю занятия по практической магии. Да и в обычной жизни, думаешь, никто не обратит внимание, что я поднимаю сумку сама, а не…

— Да я тоже не постоянно использую магию, в чем проблема? Серьезно, никто не будет ходить за тобой с лупой и разглядывать притянула ли ты лямку магией или взяла ее сама.

— Тш-ш-ш, — напомнила я, кивнув на соседний столик.

— Элис, у тебя уже паранойя, — усмехнулась Шер. — Управление не всем хорошо дается, но мы и не управленцы. Никто не будет требовать, чтобы ты жонглировала стульями на этих занятиях. Просто расслабься, ладно? А то мы еще не начали учиться, а ты уже панику развела.

Я отвернулась к окну. С одной стороны, Шер права, я действительно слишком паникую из-за того, что еще не случилось. Но с другой, случиться может всякое и лучше все же предварительно подстелить себе матрас, чтобы мягче падать. И желательно побольше матрасов, чтобы можно было падать в любую из сторон.

— А с этими практическими занятиями я тебя подстрахую, — добавила Шер.

— Только если совпадем по расписанию…

— Ну найдем кого-нибудь, кому доверим твою тайну.

— Не-е-ет. Ни за что.

Шер хохотнула и допила лимонад.

— Что насчет зелья обращения? Стащим у кого-нибудь из старшекурсников и поменяемся местами. — Лицо Шер резко вытянулось. — Точняк! Я просто сдам за тебя ритуалы и все.

Я натянуто улыбнулась.

— На экзамены наверняка поставят аллиродетектор.

Эти рамки последние лет семь устанавливали повсеместно, начиная с префектуры и банков, заканчивая магазинами и даже библиотекой. После изобретения зелья обращения, конечно же, увеличилось число преступлений, и тогда Генри Хоффман представил новую разработку — аллиродетектор способный распознать повышенное содержание аллириума в организме. Благо, отсутствие магии он не распознавал, что значительно облегчало мне жизнь. Но для ниимов в ЦИОРМе есть и свой сканер…

— Пресвятой Иргем… — вздохнула Шер. — Элис, у тебя на любую мою идею найдется очередная сложность. Может попробуешь просто, ну плыть по течению? До экзаменов почти год, мы что-нибудь придумаем, или все вообще само решится. А даже если и не выйдет, ты можешь в любой момент свалить, как только поймешь, что что-то идет не так, разве нет?

И я бы с радостью поддалась оптимизму Шер, если бы не знала, что у меня как обычно все обязательно пойдет наперекосяк. Удивительно, что я вообще смогла окончить колледж без происшествий.

— Как родители? — спросила я, когда мы вышли на улицу.

После прохлады кафе, жаркое летнее солнце тут же согрело меня и припекло голову, оно отражалось в стеклах новостроек, блестело и сверкало, скользя по поверхностям движущихся машин, или — как модно сейчас говорить, — аллиромобилей. С открытием аллириума как новой безопасной и экологичной энергии, у всего вокруг стали менять названия, — у нас теперь и аллирофоны, и алиробусы, аллиролеты, аллиробуки, аллирокаты, чтоб тебя... Сути это, конечно же, не поменяло. Телефоны все еще остались телефонами, автобусы — автобусами, а машины — машинами. Единственное, что изменилось — для них больше не нужно ни электричество, ни бензин. Все на чистом аллириуме, — энергии, что никогда не иссякнет, пока живы люди, ведь вырабатывается она непосредственно ими. Всеми, кроме меня и еще нескольких сотен ниимов, живущих в Реанье. Как обстоят дела в других городах, к сожалению, не знаю, но скорее всего по всей стране нас больше тысячи.

— Как обычно, — сказала Шер без энтузиазма. А потом заговорила так быстро, что я едва успевала за потоком ее слов: — Мама опять вздумала разводиться, видите ли, папа где-то пропадал и не отвечал на звонки. А у него такой завал в больнице, ну из-за той инфекции в колледже, что разгребать еще не одну неделю. Но маме, видите ли, кажется, что он ей просто с кем-то изменяет. Не пойму вообще, неужели нельзя проявить хоть каплю доверия? И эти ее эмоциональные качели — то разводимся, то люблю-немогу — уже у меня поперек горла встали. — Шер вздохнула и добавила: — Скорей бы уже переехать в академию. Хоть на год забыть обо всем этом.

— Сирх, — выругалась я. — Она опять за старое? Я думала, она успокоилась, после той слежки, которую устроила...

— Ага. Успокоилась. Два месяца была пресвятой женщиной. А тут опять что-то в голову взбрело и все по кругу. — Шер провела рукой по витрине магазина, рассматривая костюмы и платья на манекенах. Свитера, брюки, жакеты — все в теплых осенних тонах, — видимо уже вывесили новую коллекцию. — И знаешь, что самое дурацкое? Что я такая же.

— Ты про Дирка? — предположила я и Шер кивнула. — Но это же другое. Он действительно очень двусмысленно переписывался с той девчонкой.

— Может, там ничего такого и не было…

— Не-не, там явно был флирт и намеки.

— Зайдем? — спросила Шер и кивнула на магазин, у витрины которого мы так и стояли.

Шер выбрала несколько новых светлых блузок, юбку и брюки, — как же не обновить гардероб перед новым учебным годом, да еще в академии Абендорм — и ушла в примерочную. А я лишь ходила между рядов, проводя рукой по тканям, ощущая то мягкие и пушистые, то плотные и шершавые фактуры. Легкое струящееся платье холодило кожу. Я коснулась его лямок, чтобы нащупать титановые нити и убедиться в качестве — весьма недурно, хоть магазин и недорогой. Я могла бы позволить себе пару новых вещей, но, думаю, пока обойдусь теми, что остались с колледжа. Тем более, что цены на одежду подскочили после закрытия нескольких фабрик, когда в префектуре решили налаживать импорт с материка. Мы им — аллириум, они нам — все необходимое от одежды до техники. Уж не знаю, что у них там на материке творится, но говорят, что там все ниимы. Вот только узнать это наверняка невозможно, связь с материком есть только у префекта.

Шер вышла из примерочной и с довольной улыбкой, — видимо все подошло, — направилась к кассе для оплаты. Уже на улице она вновь заговорила:

— В общем, я к тому, что если б я не влезла в его телефон без разрешения, то мы бы и не расстались.

Я уже и забыла, что мы это обсуждали. Неужели Шер продолжала думать об этом даже в примерочной? Они с Дирком расстались пару месяцев назад, и она говорила, что совсем не переживает по этому поводу. Я задумчиво глянула на нее.

— И оставалась бы в неведении.

— Знаешь, может иногда оно и к лучшему. Может иногда лучше чего-то и не знать, — проговорила Шер печальным голосом. А потом вдруг повеселела и ткнула меня локтем в бок. — Ты же вон скрывала от парней свой секрет.

— Отличный пример, Шер, просто превосходный. Напомни-ка, сколько из них сбежало оттого, что я была «слишком закрытой и отстраненной»?

Шер хихикнула.

— Вот открылась бы хоть одному и, может, он не сбежал бы.

— Ну а я о чем? На лжи отношения не построишь.

— Не-не, я и не говорю, что нужно врать или скрывать что-то. А про то, что не нужно лезть туда, куда не просят. Вряд ли тебе бы понравилось, если б кто-то начал копать на тебя информацию и узнал бы твой секрет без твоего ведома.

— Сразу пошел бы к сирхам, — усмехнулась я.

Шер задумалась, бумажный пакет в ее руке мерно покачивался, вторя шагам, шуршал от каждого движения.

— Тогда у тебя двойные стандарты, — заключила она. — Тебе бы не понравилось, если б кто-то влез в твою жизнь, но при этом меня ты не осуждаешь за то, что я влезла в жизнь Дирка.

— Ой, Шер, отстань, а, — фыркнула я. — Ты моя подруга, а Дирк говнюк. Все логично. Он скрывал от тебя переписку с другой девушкой, — считай, почти измена. Вот если б ты влезла в его телефон и узнала его какой-нибудь личный секрет, то тогда — да, я бы тебя осуждала.

— Ладно-ладно, поняла. Не злись. Я просто это все к тому, что в следующих отношениях точно не буду лезть куда не следует.

— А вот это очень хорошее решение, — поддержала я.

***

16 августа

Мне все еще не верилось, что уже сегодня я буду ночевать не здесь. Потрепанный мамин чемодан, с которым она ездила на конференцию в Лессар лет пять назад, стоял теперь набитый моими вещами на столике перед диваном. Собрать его труда не составило, у меня не так уж много важных вещей, не так много одежды, подходящей для академии: три рубашки, пара брюк, обувь, а пиджаки и жилетки шьют в академии на заказ. Для свободных дней джинсы да свитера, пальто, шарф, шапка. Ну еще пижамы и нижнее белье. Вот и весь мой скромный гардероб. А, и еще платье. Я долго сомневалась брать ли его, но вспомнила, что Олли говорил о вечеринке и решила все-таки взять. Шер наверняка будет настаивать, чтобы я «нормально» оделась. Косметичка и всякие туалетные принадлежности тоже поместились в чемодан. Туда же отправилось несколько флакончиков ароматических масел — ничего так не поднимает настроение как приятный запах собственного тела. С апельсином — для бодрости, ваниль и лаванда — для расслабления. А духи я завернула в футболку на всякий случай, чтобы не разбились. Это была импульсивная и очень дорогая покупка, зря я позволила Шер затащить меня в тот парфюмерный магазин два года назад. Мы тогда только начинали общаться, но я на эмоциях вывалила на нее всю историю, случившуюся со мной за несколько недель до этого. А потом зачем-то сказала и о том, что я ниим. Она видимо решила, что шоппинг мне поможет и, возможно, была права…

Как сейчас помню: мои щеки, еще раскрасневшиеся от холода, на шапке и рукавах пальто дорожки снега, ресницы мокрые от него же, в носу влажно. Я шмыгнула, а Шер прыснула духи на бумажку и меня накрыло воспоминаниями о бабушке. О ее домике у леса, где я была всего несколько раз, но каждый из них отложился в памяти. Запах свежей выпечки, мятного чая, свежих дров, трещащих в камине, холодного ветра и хвойных иголок. В описании ветер, конечно же, не указывали, но я точно знала, что он пах именно так.

— Так купи, — сказала тогда Шер.

И я купила. Только потом поняла, что это Эр Фондле, и что это непростительно дорого для меня. Но… Возможно, та покупка действительно помогла мне пережить случившееся. Как и духи. Уже два года пользуюсь по чуть-чуть. Осталось около трети и, на самом деле, я боюсь того дня, когда они закончатся. Будто тогда закончится что-то очень важное. Какой-то очень важный отрезок моей жизни подойдет к концу.

Я сложила в сумку тетради, купленные для учебы, ровно по количеству предметов, в надежде, что больше не потребуется, блокнот, пенал с ручками, карандашами, ластиками, и даже с перьевой ручкой, которая мне совсем не пригодится, но будет хотя бы создавать видимость того, что я что-то умею. Я использовала ее в детстве, училась у мамы в ЦИОРМе, даже проводила несколько ритуалов, один из которых…

Рука дрогнула, и я резко застегнула сумку, к горлу подступила тошнота. Лучше не вспоминать.

Оставшиеся на кухне и в холодильнике продукты я собрала в пакет и вышла из квартиры. Улица казалась совсем опустевшей. В центре и других районах наверняка жизнь кипит, но не в Гамбле. Здесь будто все замерло в далеком прошлом, когда еще не открыли аллириум — узкие улочки, грязно-бежевые и серые шестиэтажки, никаких вывесок, никаких кафе и ресторанов, только редкие магазины и аптеки. Одинокие, будто оказавшиеся здесь случайно, машины быстро проезжают мимо. Прохожие торопятся, чтобы поскорее убраться отсюда, придерживают сумки, проходя возле ниимов, расположившихся прямо у стен зданий, спящих, укутавшись в дырявые одеяла.

Я прошла два квартала к более оживленным улицам. Здесь и первая кафешка и магазинчики не только с продуктами и предметами первой необходимости. Слева с большого стенда улыбался Генри Хоффман в бессменных черных очках, а бегущая строка цитировала его: «Аллириум — чистая энергия». Ну да, если б я открыла аллириум и срубила бы кучу бабла, тоже бы сияла от счастья. Вот только эти очки портят весь образ. Если не хочешь нигде светить лицом, то и не фотографируйся для плакатов.

Я огляделась по сторонам, чтобы поблизости не было блюстителей, а потом быстро свернула во двор. Дошла до подъезда, дернула проржавевшую дверь.

Постучала по панели — три быстрых, два с паузами, и снова три быстрых. Через некоторое время панель углубилась в стену, а потом резко отодвинулась в сторону. Беатрис окинула меня строгим взглядом и кивнула, приглашая внутрь. Когда я вошла, Беатрис толкнула панель на место, оставляя нас в полумраке. Подвал освещался лишь двумя небольшими прямоугольниками окон под потолком. Беатрис откинула назад темную косу и направилась в дальний угол, где собрались все присутствующие. Я последовала за ней.

— …и, если так будет продолжаться и дальше, в скором времени вас совсем не останется, — говорил черноволосый мужчина, вокруг которого все столпились.

С блестящими глазами он продолжал свою речь, и его активная мимика совсем не вязалась с замершим, точно одеревеневшим телом. Я увидела коротко стриженную рыжую макушку и протиснулась к Хоуп, коснулась ее худой руки, привлекая внимание. Она хмуро глянула на меня, а потом узнав, улыбнулась и потянула подальше от скопления.

— Я так рада тебя видеть, — шепнула она, чтобы не мешать вещавшему мужчине. — Ты давно не заходила, я боялась, что что-то могло случиться.

— Вообще, кое-что случилось, — сказала я, косясь на сборище. — А у вас тут что происходит?

— А, — Хоуп кивнула на собравшихся и усмехнулась. — Беатрис нашла его где-то на улице и привела к нам. Но он, кажется… — Хоуп тихонько постучала пальцем по голове и продолжила еще тише: — …немного поехавший.

— В плане?

— В плане хочет переворот устроить. Но, говорю же, он того, с головой совсем не дружит. Представился Рейнаром и убеждает нас, что может вернуть нам всем магию, если пойдем за ним.

— Оу-у-у… Серьезно?

— Серьезнее некуда.

— Хоуп, — обеспокоенно сказала я. — Пообещай, что не будешь в это ввязываться. Ты же помнишь, что было в прошлый раз?

— Помню-помню. Я и не собиралась. Но Беатрис, кажется, повелась на его сказки. Не знаю, она последнее время совсем в отчаянии, готова поверить первому встречному.

Я кивнула и протянула Хоуп пакет, она заглянула внутрь и поблагодарила меня.

— Меня взяли в академию, — сказала я.

— Да ла-а-адно, — поразилась Хоуп. — Я так и знала, что у тебя получится. Это… здорово.

Я выдавила улыбку.

— Может и здорово, но надеюсь, я потом не пожалею, — быстро сказала я. — В общем, я зашла сказать, что не смогу помогать ближайшее время. И хотела еще раз предложить пожить у меня.

— Нет, — резко сказала она. — Мы уже говорили об этом. Мой дом здесь.

— Хоуп… Квартира будет пустая ближайший год. Если, конечно, меня не выкинут раньше. Ты действительно хочешь продолжать жить в этом подвале?

— Элис, — серьезно сказала она. — Ты не виновата в смерти моей мамы.

Я сглотнула. Так прямо мы еще ни разу не обсуждали случившееся.

— И ты не обязана помогать мне, — продолжила Хоуп все так же серьезно. — Я, конечно, очень благодарна, но я уже не маленькая, не нужно возиться со мной, ладно? Сама справлюсь.

Последнее прозвучало даже с некоторым раздражением. Я сжала губы, чтобы не сказать чего-то обидного. Про то, что Хоуп все еще маленькая, хоть ей уже давно не шесть. Про то, что я все равно чувствую, что обязана помогать ей. И что что бы она ни говорила, я действительно виновата в смерти ее матери. Потому что именно я восемь лет назад провела тот ритуал.

— …и сейчас вам важно объединиться, чтобы показать на что вы способны, — продолжал мужчина, пока мы с Хоуп молчали. — Что вы не бесполезны, что у вас не меньше прав, чем у магов. Что вы ничем не хуже.

Многие слушавшие кивали, кто-то неудовлетворенно перешептывался.

— Мы должны выйти на площадь, — сказала Беатрис.

Только не это…

— Никаких больше бунтов, — вмешалась незнакомая мне женщина. — Или мне напомнить, сколько наших забрали в прошлый раз?

— В этот раз мы будем умнее, — не отступала Беатрис.

Я перевела взгляд на Хоуп, пропуская мимо ушей дальнейшее обсуждение.

— Я пойду, — сказала я, так и не найдя слов, чтобы ответить ей. — Только, пожалуйста, не лезь во все это, ладно?

— Разберусь, — буркнула Хоуп, явно обидевшись из-за очередной попытки проконтролировать ее.

— И если все будет совсем…

— Я знаю, — перебила она.

Я выдавила улыбку и распахнула руки для объятий. Немного посомневавшись, Хоуп все же обняла меня в ответ.

Возвращалась я тем же маршрутом. Генри Хоффман все так же дружелюбно улыбался с плаката и на этот раз вызвал во мне еще больше раздражения. Если бы он не построил ЦИОРМ, якобы в попытке помочь ниимам, мама бы не попросила меня в тот день провести ритуал вместо нее. И я бы не смотрела как мама Хоуп корчится в муках, выворачиваясь наизнанку, выблевывая желчь вслед за содержимым желудка, захлебываясь, пока моя мама пыталась помочь. Но ритуал уже завершился, очаг магии был потревожен, и не найдя ни капли энергии, стал уничтожать сам себя. Женщина долго билась в агонии, а я лишь смотрела, не в силах сдвинуться с места. Мои руки безвольно висели вдоль тела, а слезы текли по щекам. И только когда она прекратила дергаться, а ее грудь перестала вздыматься, я будто очнулась и зарыдала. А мама залепила мне пощечину.

Через силу отбросив воспоминания, я поднялась на второй этаж и вернулась в квартиру. На всякий случай заглянула в свою спальню, хотя почти не пользуюсь ей уже три года — сплю на диване в гостиной. Дверь как обычно со скрипом открылась, оставив след на слое пыли на полу и едва не задев стул, который можно выдвинуть только при закрытой двери. Думаю, у кого-нибудь из района Апулен комнаты таких размеров используются разве что для гардеробных. Я быстро закрыла дверь, пыль полетела в разные стороны, ворвалась и в гостиную.

В мамину спальню я так и не решилась зайти. Заперла ее три года назад, когда закончились все разбирательства с похоронами, и ключ до сих пор так и торчит из замочной скважины. Отец тоже не захотел заходить туда. Молча оставил мне смешную сумму денег, отметился в колледже, якобы я не сирота и вновь исчез, прямо как в детстве.

Воду я перекрыла, и еще раз проверила, что отключила аллириум, — счета все-таки не маленькие. Взяла сумку и чемодан, окинула квартиру взглядом и вышла. Закрыла дверь на оба замка, повернула на все обороты, в надежде, что не вернусь сюда ближайший год или даже три, если удастся не вылететь из академии. Хотя лучше бы не возвращаться вообще никогда.

Пока я ехала в автобусе, на экране показывали выпуск новостей. Звука не было, но судя по бегущей строке субтитров, Роберт Эрдсхол — один из членов генерального совета, — комментировал исчезновение коллеги — Эймета Остерна. Я хмыкнула. Эти двое активно выступают против ниимов, что ж, поделом ему. Может в этом мире наконец появилась справедливость?

Глава 3

1 сентября, воскресенье

Подушка попала точно по голове. Рука дернулась, последняя буква вышла размашистой, линия пересекла половину обложки тетради.

— Ты охренела?

Я отпустила ручку, наклонилась за подушкой и швырнула ее обратно в Шер. Кудряшки волной проследовали за ее головой, когда она ловко увернулась. Подушка пролетела мимо и попала на колени Кэйли. Баночка с лаком для ногтей упала, красная жидкость растеклась по белому прикроватному коврику. Кэйли издала звук похожий на рык, подскочила и, бросив на меня пропитанный ненавистью взгляд, пошла к выходу из комнаты. Шер едва сдержала смешок, когда Кэйли локтями пыталась повернуть ручку двери, чтобы окончательно не испортить еще не высохший маникюр. Когда ей наконец удалось выйти, Шер расхохоталась в голос.

— Ты, кажется, довольна, — сказала я. — Насолила сразу двоим.

— Э, — Шер оборонительно вскинула руки. — Не надо! В Кэйли ты швырнула, а не я.

— Ты увернулась.

Шер развела руки, пытаясь сдержать улыбку.

— Инстинкт самосохранения.

Я посмотрела на свою тетрадь, оценивая урон и тоскливо вздохнула.

— Ты должна мне тетрадку.

— Серьезно? Это же всего лишь обложка, она не обязана быть идеальной. Да и кто вообще на нее смотрит.

— Мистер Барри на нее смотрит. И да, она должна быть идеальной. Хоть что-то связанное со мной должно быть идеально, чтобы меня не отчислили из-за сирховых ритуалов!

Шер закатила глаза.

— Поверь, даже мистер Барри не станет тебя отчислять из-за некрасивой обложки по ритуалам.

Я скорчила обиженную гримасу и посмотрела на красное пятно от лака на коврике Кэйли.

— Зачем ты вообще швырнула подушку? — спросила я.

— Ты меня не слушала!

— Я слушала, — настаивала я.

— Не слушала.

— Ты говорила про сегодняшнюю вечеринку и что там будет «тот самый парень», — передразнила я вдохновленный голос Шер, на что она фыркнула.

— Ну так ты пойдешь или нет?

— Да туда вроде все пойдут, почему бы и нет.

— А как же твои «учеба в академии — это совсем не колледж», «я должна оправдать ожидания миссис Мосс», — радостно пародировала меня Шер. — Вечеринка явно идет вразрез с образом примерной ученицы.

Я осмотрела стол в поисках того, чем можно запустить в Шер, но не найдя, швырнула в нее ту самую испорченную тетрадь. Шер увернулась и вновь расхохоталась, когда тетрадь угодила в красный лак, еще не засохший на ковре.

Успокоившись, она распахнула шкаф и задумчиво перебирала наряды. Грета видимо никуда не собиралась. Кэйли вернулась, я попыталась извиниться, но она лишь окинула нас с Шер ненавидящим взглядом, взяла банку с лаком и вновь ушла.

Мне повезло оказаться в комнате с ними. Шер и так знала о моих ночных кошмарах, но Грету и Кэйли я заранее предупредила, что периодически могу кричать во сне. Кэйли, судя по двум неделям совместного проживания, не то, чтобы не пугалась моих криков, а даже не просыпалась от них. Крепкий и здоровый сон, которому я могла лишь позавидовать. Грета отреагировала спокойно, порекомендовала несколько трав, и удивилась, узнав, что мне ничего не помогает, но навязываться с советами больше не стала.

Я надела платье и Шер окинула меня взглядом полным сомнения.

— Может возьмешь мое голубое? Оно вроде тебе нравилось.

Шер повернулась к зеркалу, чтобы подкрасить ресницы.

— Оно мне мало, — без энтузиазма ответила я.

Через зеркало Шер осмотрела меня оценивающим взглядом.

— Ты потолстела?

У нас с Шер практически одинаковый размер, но меняться с ней одеждой мне не хотелось банально из-за того, что все ее наряды казались мне чересчур вычурными.

— Да, — соврала я. — Или нет.

Шер закатила глаза. Провела большими пальцами от висков к затылку и отделила часть волос сверху, чтобы заплести их. Нижние пряди так и остались распущенными.

— В черном ты сольешься с пространством и тебя никто не заметит.

— Будто я хочу, чтобы меня замечали.

Шер надела туфли на каблуке и кивнула на дверь. Кажется, поняла, что продолжать уговоры нет смысла.

Мы вышли из нашей спальни, прошли по коридору мимо других комнат, и вместе с остальными девушками, спешащими на вечеринку, покинули левое крыло с женскими спальнями. Дальше — в центральной части — общие гостиные, отсек с отдельными комнатами для «золотых» студентов и дверь в правое — мужское — крыло.

В отличие от других учебных заведений, академия Абендорм предоставляет места для проживания всем желающим. Благо, студентов набирают не так много и места здесь достаточно — под общежитие выделен весь третий этаж основного корпуса. Хотя, при желании, конечно, можно жить в городе, но зачем каждое утро и вечер тратить по полчаса, а то и больше, на дорогу? По тем же соображениям в академии есть и домики для преподавателей, чтобы они могли жить и работать, ни на что не отвлекаясь. Звучит как сказка. И я бы с удовольствием согласилась на такую работу. Вот бы получилось окончить академию. Тогда передо мной откроется столько возможностей…

У парадных ступеней уже слышалась музыка, доносившаяся из дальнего павильона, предназначенного для физкультуры и разных мероприятий. Мы спустились и направились туда по тропинке. Но уже через пару шагов замедлились, пропуская других студентов вперед. Шер протяжно вздохнула, когда каблук в очередной раз провалился в насыпь.

— Вернемся? — предложила я.

— Ну нет, — сказала Шер. — Мне тогда и платье придется переодевать. Дай-ка руку.

Шер взялась за мое предплечье, и мы медленно пошли дальше. Странно было видеть ее выше себя. Обычно я даже и не замечаю, что она чуть ниже, но теперь, при сравнении, хоть и всего на несколько сантиметров, но разница заметна. Шер и хотела бы носить обувь на каблуке чаще, но страдает от плоскостопия, поэтому надевает их лишь по праздникам. Я же просто не люблю такую обувь, да и ходить на каблуках совсем не умею.

— Ты, кстати, соврала, — сказала Шер, смешно переваливаясь из стороны в сторону, чтобы вытаскивать тонкие каблуки из насыпи.

— Насчет чего? — спросила я, стараясь не прогибаться под напором подруги, опиравшейся на мою руку.

— Что ты не хочешь, чтобы тебя замечали. Тебе нравится, когда тебя замечают.

Я задумалась. Прохладный ветерок трепал волосы.

— Может и нравится… Ты это к чему?

— Да нет, просто вспомнила, как ты в школе демонстративно ушла с урока, хлопнув дверью, когда мистер Хойт отказался ставить тебе максимальный балл.

— Я не хлопала! Там был сквозняк, и я не успела придержать ее.

— Ну да, ну да, — судя по голосу Шер явно улыбалась.

Я расслабила руку, на которую опиралась Шер и она едва не повалилась на землю, не успев сместить точку опоры.

— Эй! — возмутилась Шер и замолкла. Дальше она шла сама, продолжая проваливаться в насыпь.

Спешившие на танцы студенты обгоняли нас.

— И мистер Хойт потом сам извинился, когда понял, что я не списывала.

— Ну вот видишь, даже заставила его пересмотреть оценку. Да и вообще ты всегда выпендриваешься перед учителями.

— Просто пытаюсь доказать, что я не бесполезна, — сказала я. А потом обернулась и, дождавшись, пока мимо нас пройдут несколько человек, шепнула. — Если б у меня не было проблемы, я бы уже давно забила на учебу.

Шер только хмыкнула. Мы наконец дошли до павильона. Даже перед закрытыми дверями чувствовалось, насколько громко внутри. Шер распахнула дверь и наконец ступила на ровную поверхность. Уверенности в ней явно прибавилось, глаза засияли, а улыбка растянулась до ушей.

Павильон изнутри казался гораздо больше, чем снаружи. Все сияло разными цветами. Музыка долбила так, что я не чувствовала биение собственного сердца, а может мое сердце подстроилось и теперь стучало точно в ритм музыки. Шер вмиг забыла о страданиях из-за каблуков, подхватила меня под руку и потащила к центру танцпола. Я не то, чтобы любила такие тусовки, но энергия Шер захватила меня и через пару минут я влилась, танцуя ничуть не менее воодушевленно, чем она. И я даже разочаровалась, когда началась спокойная мелодия для медленного танца, хоть уже порядком выдохлась. Шер подошла ближе и что-то сказала. Несмотря на то, что музыка сменилась, тише не стало. Я переспросила. Шер мотнула головой в сторону и крикнула у самого уха:

— Хочу выпить.

Мы направились к одной из стен павильона, где на длинном столе стояли чаши с напитками. Шер разлила напиток по двум бумажным стаканчикам и протянула один из них мне. Я отхлебнула, ощутив вкус алкоголя. Наверняка это и есть пунш, о котором говорил Олли. Вкус достаточно приятный, но с алкоголем я не дружу после одной не самой приятной ситуации.

Точно по заказу Олли оказался по другую сторону стола все в той же клетчатой рубашке. Я перегнулась через стол, чтобы спросить:

— А безалкогольное что-то есть?

Олли нагнулся ближе и подставил ухо. Я повторила вопрос. Он кивнул и указал на кувшин с красной жидкостью, выглядевшей примерно так же, как пунш. Я отпила еще глоток и разбавила напитком из кувшина, не представляя, что именно подливаю. На удивление, стало даже лучше, ко вкусу пунша добавились ягодные нотки, но я не смогла разобрать какие именно, напоминало клубнику со смородиной.

Шер дернула меня за подол, и я обернулась.

— Вон он, — сказала она мне в ухо.

Я пыталась понять, куда смотреть. Шер легонько повернула мою голову в нужном направлении, а сама отвернулась, видимо, чтобы не пялиться вдвоем. Хотя в такой суматохе, вряд ли кто-то мог это заметить. В той стороне у стены о чем-то говорили трое парней.

— Который?

— Светленький, — сказала Шер.

— Там как бы двое светленькие, — сказала я, пытаясь разглядеть.

Шер обернулась и бросила быстрый взгляд на ребят.

— Справа.

Не сказать, чтобы это помогло. В мерцающем свете и с такого расстояния я все равно не смогла разобрать лицо. Кто-то толкнул меня, и я чуть не разлила свой микс сока и пунша.

— Ну что? — спросила Шер.

— Что?

— Увидела?

— Да? — растерянно то ли ответила, то ли спросила я.

— И?

Я пожала плечами, не представляя, какого комментария она ожидает и предложила:

— Пойдем познакомишься.

— Нет-нет, — испуганно сказала Шер. — Не сейчас.

— Почему?

— Как-нибудь… В более подходящий момент.

Я усмехнулась и отпила еще пунша. Странно, но от того, что я добавила сок, пунш будто бы стал еще более пьянящим.

— Какой момент может быть более подходящим, чем вечеринка?

— Я не могу, — настаивала Шер. — Ты же знаешь, как я краснею. А тут еще и жарко. И я выпила. Сразу вся краской зальюсь.

Я пораженно смотрела как ее лицо переливалось в свете цветных лучей, льющихся с разных сторон. Шер, что, стесняется подойти к парню? Это что за новости? Неужели настолько понравился?

— Да тут ведь темно.

— Эли-и-ис, — протянула она, понимая, что я теперь не отстану.

— Давай-давай, — подбодрила я, допила пунш и налила себе еще, на этот раз решив не разбавлять. Подхватила Шер под руку и повела в сторону парней. — Идем.

Музыка сменилась, и кто-то завизжал, должно быть услышав любимую песню, многие, кто стоял у стены, устремились к центру танцпола, и я сама не поняла, как меня засосало в этот водоворот. Пытаясь пробиться и найти выход из этого хаоса, при этом не разлив пунш, я медленно обступала танцующих и наконец выбралась к стене как раз у нужного места. Вот только парней осталось уже двое. Один из них, ожидающе посмотрел на меня, другой и глазом не повел. Я обернулась на Шер, но ее нигде не было. Пришлось брать ситуацию в свои руки. Отхлебнула еще пунша для храбрости, хотя в целом никаких трудностей в общении с парнями не испытывала.

— Привет, — уверенно сказала я.

Темноволосый смерил меня взглядом, другой улыбнулся и сказал:

— Привет.

— Меня Элис зовут, — громко сказала я, пытаясь перекричать музыку.

— Маркус, — ответил светленький. — А этот вечно недовольный тип — Джейден.

Повисла странная пауза. А чего я, собственно, хотела? Сама ведь подошла. Шер так и не появлялась, не уходить же мне теперь, пришлось как-то выкручиваться и я спросила первое, что пришло в голову:

— А вы ведь втроем были, да?

Маркус перестал улыбаться. Джейден хмыкнул.

— Тоби сейчас подойдет, — растеряв всякую дружелюбность сказал Маркус.

— А… э, ладно.

Я неуверенно отшагнула назад. Совсем не ожидала, что разговор окажется таким неловким. Почему при упоминании Тоби, Маркус так изменился? Я отошла еще на пару шагов и остановилась у высоких круглых столиков. Уперлась спиной в стену, чувствуя, как по ней расходятся вибрации от громкой музыки, и отпила пунша. Еще раз глянула на парней. Маркус что-то рассказывал Джейдену. Джейден выглядел не особо заинтересованным, скучающим видом изучал толпу танцующих, теребил ворот черной водолазки. На меня они не смотрели, так что я неприкрыто разглядывала этого Маркуса. Волнистые, на вид мягкие, волосы едва прикрывали уши, челка спадала на лоб. Белая футболка, небрежно распахнутая темная кофта с закатанные рукавами и множество браслетов на руке. На вид, уверенный в себе и самовлюбленный тип. Наверно именно он и понравился Шер, такие в ее вкусе.

К ним подошел третий, видимо, тот самый Тоби. Он держал три стаканчика над головой, пробираясь через толпу. Протянул их друзьям. Маркус тут же подхватил стаканчик и жадно отпил, Джейден взял свой без особого рвения.

Тоби почти одного роста с Маркусом, но держался прямее, отчего казался слегка выше. Волосы тоже светлые, но короче, и зачесаны назад. В белой рубашке, застегнутой на все пуговицы, и с серьезным взглядом, он будто только что вернулся с какой-нибудь конференции, где выступал с докладом с невероятно сложным и никому непонятным названием. Слишком уж строгий для вечеринки вид. Таким ребятам обычно и выделяют отдельные комнаты, сразу видно, будущий «золотой» студент.

Очень некстати заиграла медленная музыка. Маркус закинул локоть на плечо Тоби и что-то сказал ему на ухо, а потом указал в мою сторону. Тоби перевел взгляд на меня, и я немного по-глупому двинула рукой, приветствуя его, — ну не отворачиваться же? Тоби что-то спросил у Маркуса, тот ответил. Тоби вздохнул так, будто его отправили выйти к доске, передал Маркусу свой стаканчик и пошел ко мне, на ходу расстегнул часы и убрал в карман. Надеюсь, не решил, что я какая-то воровка. Я допила остатки пунша и поставила стакан на столик позади меня.

— Элис, да? — спросил он.

— Тоби, да? — вторила ему я и сходу выдала: — Выглядишь так, будто тебя заставляют знакомиться.

Он моргнул, взгляд изменился, будто он не ожидал подобного, но все еще казался не особо заинтересованным в знакомстве. Тоби выдавил улыбку и протянул руку, вероятно приглашая на танец, но выглядело это так вымученно, что соглашаться не было никакого желания. Я покосилась на протянутую руку. Взялась за нее и повернула, чтобы пожать.

— Приятно познакомиться, — сказала я. И по моей интонации можно было понять обратное.

Тоби растерянно посмотрел на наши руки и поднял на меня взгляд. И то ли от духоты, то ли от количества выпитого, у меня закружилась голова. На секунду его лицо исказилось, обращаясь в лицо из моих кошмаров и я отшатнулась, выдергивая руку из его руки. Не надо было пить алкоголь. Тоби растерянно и даже обеспокоенно посмотрел на меня, возможно увидев страх в моих глазах. Я попыталась принять как можно более непринужденный вид и натянула улыбку, собираясь уйти.

— Так… зачем ты меня искала? — спросил Тоби, выглядел он теперь куда более дружелюбным. Неужто порадовался, что не придется танцевать с навязчивой девицей?

Голова все еще продолжала кружиться.

— Я не искала, — сказала я, пытаясь звучать не так раздраженно, как прежде. — Мы с подругой хотели подойти познакомиться, но она затерялась где-то в толпе, вот я и ляпнула первое, что пришло в голову.

— С подругой? — уточнил Тоби, будто подозревая, что это лишь отмазка.

— Да, звучит глупо, понимаю. Ей кто-то из вас понравился и… — я запнулась, осознав, что только что сдала Шер. Не надо было пить алкоголь! — И это звучит еще глупее, да. В общем, давай представим, что я и не подходила.

— Я понял, — сказал Тоби.

— «Понял» что?

— Много что. — Он кивнул и отступил на шаг. — До встречи на занятиях, Элис.

Тоби развернулся и пошел к ребятам, а я поспешила скрыться в толпе. Музыка вновь сменилась. Я не заметила, как оказалась где-то по центру танцпола. Голова закружилась сильнее. Кто-то дотронулся до моего плеча, и я обернулась. В животе все сжалось, к горлу подступила тошнота. На меня смотрело пустое лицо. Точь-в-точь как в моих кошмарах. И если обычно я видела их в реальности лишь на пару мгновений, то в этот раз лицо не спешило растворяться. Совсем как два года назад.

Время точно замедлилось. Пустые глазницы широко распахнуты, нос скошен и придавлен к щеке, а изогнутый беззубый рот двигался, обращаясь ко мне. Но я не могла разобрать ни слова, слышала лишь булькающие звуки, чувствовала его дыхание, от которого подрагивала казавшаяся влажной ткань, облепившая пустое лицо.

Я инстинктивно попятилась и наткнулась на чью-то спину. От чужого присутствия стало чуть легче. Я не одна. Мне помогут. Но обернувшись я едва не взвыла, увидев очередное пустое лицо. А за ним еще и еще. Я завертелась на месте. У всех вокруг пустые лица. Изломанные, вдавленные, отломанные носы, вывернутые, распахнутые, искаженные рты и пустые, абсолютно пустые глазницы.

Кто-то задел мое плечо, я дернулась, на пол упал стаканчик, облив мои ноги, забрызгав кого-то еще. Послышались недовольные возгласы. Пустые лица взирали на меня, возмущенно говоря о чем-то, но я не понимала их слов.

Пустые лица, кругом пустые лица. От них не спрятаться, не скрыться

Стекавшая по голеням жидкость отрезвила меня, и я рванула в сторону, где как я надеялась, был выход. Туфли липли к полу. Люди с пустыми лицами толпились, танцевали, мешали пройти, загораживали собой все, заполняли пространство и перекрывали любые пути. Музыка будто усиливалась. Мерцание огней не прекращалось. Стало трудно дышать.

Я толкнула кого-то и наконец увидела дверь. Схватилась за ручку и рывком потянула на себя. Выскочила наружу и прижалась к стене здания. Закрыла глаза, но даже это не спасло от мерцания, точно мои веки сверкали изнутри. Я прикрыла глаза рукой и начала медленно дышать. Вдох. Досчитать до десяти. Выдох. Спиной я чувствовала, как по стене расходятся вибрации, но музыка уже перестала казаться такой громкой, как прежде.

Вдох.

Выдох.

Наконец я смогла ощутить уличную прохладу. Открыла глаза. Несколько человек стояли у входа что-то обсуждая. Пустых лиц больше не было. Все нормализовалось. Я отошла дальше от входа. По сравнению с шумом внутри, здесь было невероятно тихо. Свежий воздух успокаивал. В глазах прекратило мерцать, теперь вокруг была только темнота и свет одинокого фонаря около скамейки недалеко от входа. Я направилась к ней, но кто-то обогнал меня и уселся на скамейку, занимая примеченное мной место. По черной водолазке я его узнала, хоть и не успела запомнить лицо «вечно недовольного» Джейдена. Вид у него действительно недовольный, даже, я бы сказала, раздраженный. Черные давно не стриженные волосы спадали на глаза, ссутуленные плечи, мешковатые джинсы. Такой бунтующий подросток, задолбавшийся от опеки родителей и гнета преподавателей.

Он достал из кармана зажигалку и синюю пачку, лишь подтверждая первое впечатление о нем. Отточенным движением вытащил сигарету и сунул в рот, быстро поджег, затянулся и выдохнул. Я с опаской огляделась по сторонам, будто ожидая, что сейчас набегут преподаватели.

— Не боишься, что поймают?

Он пожал плечами и не особо заинтересованно спросил:

— И что будет?

— Выговор сделают? — предположила я, хотя не знала, полагается ли какое-то наказание за курение. Все-таки в академии все уже совершеннолетние и совсем запретить никто не может, но очень вряд ли курение прямо на территории поощрялось. — Или может штраф какой-то…

Джейден выдохнул дым после очередной затяжки.

— Хочешь? — Он лениво протянул открытую пачку. Я уверенно мотнула головой, на что он лишь усмехнулся. — Боишься, что выговор сделают? Или, что штраф выпишут?

Эту дрянь я пробовала. Даже грешила какое-то время, когда связалась с одной компанией парней. Но поняла, что меня затягивает и пыталась слезть. Потом перебрала с алкоголем два года назад, и случилось то, что случилось… С теми ребятами с тех пор я старалась не пересекаться и уже больше года как отказалась от всей этой гадости. Второй раз ступать на эту дорожку не хотелось.

— Просто не хочу, — ответила я, не желая что-либо объяснять. Да и он не похож на человека, хоть каплю заинтересованного в чужих историях.

Джейден сунул пачку в карман, продолжая мерно курить. В свете фонаря дым танцевал и переливался складками тонкого шелка, напоминая мне призрачные вуали, покрывающие пустые лица. Стало неуютно.

— Надоело на вечеринке? — спросила я, чтобы отделаться от этого ощущения.

— А?

— Ну ты вышел.

— Не курю в помещениях, — сказал он, пожав плечами.

Джейден поднялся и пошел по насыпной тропинке в сторону корпуса. Я нагнала его, сама не понимая зачем. Возможно, чтобы просто не оставаться наедине с воспоминаниями о кошмарах, или чтобы вновь не увидеть пустые лица наяву. Мы медленно шли, и я все думала, о чем еще можно спросить. Может про странное поведение Тоби. Или про то, почему Маркус назвал Джейдена «вечно недовольным». Или что-то совсем банальное про кафедру и специализацию. Молчать сейчас почему-то было совсем неприятно.

— Хреновая ты подруга, — вдруг сказал он.

— Что? — тупо переспросила я.

— Бросила свою подругу там, а сама увязалась за незнакомцем.

Он остановился и глянул на меня. Откуда он вообще узнал, что я была с подругой? И в чем собственно проблема? Это же вечеринка в академии, а не какой-то сомнительный клуб, где действительно можно нарваться на неприятности и лучше не оставаться одной.

— Ну ты тоже бросил своих друзей, — парировала я.

Огонек сигареты светился в темноте, и я различила ухмылку на его лице.

— А кто сказал, что мы друзья?

Он развернулся и пошел дальше. Я остановилась, не понимая, куда себя деть. Почему я так растерялась? Должна ли я вернуться и предупредить Шер, что ушла? Или просто пойти в комнату? Почему я даже не подумала о ней? И почему меня вообще задел его комментарий?

Джейден остановился у мусорки и затушил сигарету. Буркнул что-то еще, а потом выпрямил спину и поднялся по ступеням к дверям академии, освещенным фонарем. И только теперь я узнала его. Гордо выпрямленная спина. Темные волосы. А под воротником водолазки наверняка черная татуировка.

Глава 4

2 сентября, понедельник

Женщина с пустым лицом сжимает мою руку. Чертит знак на запястье. Как ни стараюсь, не могу понять, что это за знак, но почему-то доверяю ей.

Я поднимаю на нее взгляд. Передо мной пустые глазницы пустого лица, покрытого прозрачной вуалью. Ее нос, изогнутый в сторону, словно придавлен тканью. Рот вывернут в крике. Я не понимаю, что происходит. Все вокруг искривляется. Меняется, меркнет, ускользает.

— Спасибо за помощь, — говорит женщина. Голос искажен и теперь его невозможно отличить, будто он принадлежит и не женщине вовсе, а компьютерной программе. В ушах звенит.

Она отпускает мою руку, и я падаю. Падаю вниз, проваливаюсь в пустоту. Забываю о чем-то важном и теперь уже не могу вспомнить.

Я резко вдохнула и перевернулась на другой бок. Откинула одеяло, ощущая, насколько мне жарко. В комнате тихо, слышно только мерное дыхание соседок.

Этот сон всегда снился мне чаще других. В нем мое последнее искаженное воспоминание и вместе с тем первое, что изменилось, когда она украла мою магию. С помощью ли этого знака или как-то иначе — не знаю. И мама не знала. Но я точно уверена, — мою магию украла женщина из этого воспоминания, я уже научилась отличать ее пустое лицо от других. Как и мамино. Остальных слишком много, все мое детство превратилось теперь в уродливые карикатуры с измененными лицами. И я даже не могу понять, правдивы ли эти воспоминания или даже они теперь искажены. Так что верить могу лишь тому, что помню после…

Я вздрогнула от шелеста бумаги позади. Перевернулась, и увидела в дальней части комнаты Грету. Она сидела за столом в тонкой хлопковой пижаме, вытянув спину точно кто-то держал ее на ниточке за макушку, и читала учебник. Отсюда не видно, но почерк у нее наверняка ровный и аккуратный, как и все что ее окружает: идеально выглаженная одежда, тугая косичка — когда только успела в такую рань? — даже голос у нее монотонный, спокойный. Только челка жесткая и непослушная, срезана ровной линией, но волоски выбиваются, никак не хотят лежать ровно.

Поднявшись, я умылась, переоделась и отправилась на пробежку. Возможно, мне лишь хотелось верить, что они помогают, как и успокаивающие настойки, как и запрет на кофе и алкоголь. Вчера вот выпила пунш и что из этого вышло? Нет, больше пить точно не буду. Два года не пила и не нужно было снова пробовать. А пробежки… Даже если и не помогают, то хотя бы не вредят.

Когда я возвращалась в корпус, Стивен — местный охранник — залил в себя разом около половины стаканчика растворимого кофе и вяло махнул мне, приветствуя. Он поймал меня еще в августе после второй или третьей пробежки. Думал, я шлялась где-то всю ночь и собирался донести мадам д'Арлин, но мне удалось убедить его, что я ранняя пташка, ложусь и встаю очень рано, потому и хожу на пробежки, чтобы чем-то занять себя пока все спят. Даже и не соврала почти. Стивен еще какое-то время сомневался, но шоколадка, оставленная мной на следующее утро, явно задобрила его, и он сдался. Хотя, мне кажется, он больше переживал, не расскажу ли я директору, что он спит на рабочем месте.

Приняв душ, я вернулась в комнату. Непривычно молчаливая Шер уже успела проснуться и переодевалась. Кэйли стонала в попытке разлепить глаза, Греты в комнате не было. Когда я проходила мимо ее стола, любопытство взяло верх, и я заглянула в одну из тетрадок Греты — да, подчерк идеальный, ровный будто в прописях. Не знаю, зачем мне это знание, но убедиться в своей правоте все же хотелось. Да и мама всегда говорила, что любопытство — мой главный порок.

Я надела брюки, рубашку и новенькую недавно отшитую по моим меркам фиолетовую жилетку с белой эмблемой академии. Титановые нити вшили так, что и не заметишь. Кажется, их теперь вообще во всю одежду вшивают, но оно и правильно, можно не беспокоиться, что кто-то решит забавы ради стянуть с тебя одежду магией. За это опять же спасибо поставкам с материка. Титан оказался единственным материалом не подвластным магии управления. Так что теперь в одежду вшивают титановые нити; на вещи в магазинах пристегивают магниты из титанового сплава, чтобы не украли; а в общественных местах на все крепят титановые накладки. В Абендорме вот даже дверные ручки с титановым покрытием. Только понятия не имею — зачем.

Жизнь титан, конечно, сильно упростил, стало куда меньше беспорядков. Особенно полезны титановые браслеты, но такие просто так не достать, они есть только у блюстителей, чтобы справляться с опасными преступниками. Раньше обходились простыми наручниками, и металлическими перчатками, не позволявшими человеку двигать рукой и призывать магию. Но куда сложнее было с теми, кому для магии не нужны движения рук, они могут направить ее одной лишь силой мысли, а сквозь обычный металл магия спокойно проходит. Титановые же браслеты не позволяют использовать магию вовсе, не дают магической энергии добраться до кончиков пальцев и сорваться с них.

Завернув волосы в култышку, я нарисовала черные стрелки и подкрасила ресницы.

— Ну и куда ты вчера пропала? — раздраженно спросила Шер, складывая тетради в сумку.

Я обернулась и посмотрела на нее. Так она что, молчала все это время, потому что обиделась?

Кэйли наконец оторвала себя от кровати и поплелась к выходу из комнаты.

— Мне стало плохо, — сказала я. — Зря пила пунш.

— А, — Шер заметно подобрела, видимо забыв свои обиды и спросила, понизив голос, хотя в комнате остались только мы одни: — Прям как в тот раз?

— Не совсем, но да, типа того.

Шер еще какое-то время смотрела на меня, а потом надела пиджак — чуть темнее, чем мой жилет, но с такой же эмблемой, и кивнула на дверь. Я взяла сумку и последовала за ней.

— Жаль, конечно. Ты пропустила все самое интересное.

— Ну ты тоже кое-что пропустила, — парировала я.

— О, говори тогда первая. Посмотрим, кто больше упустил, — развеселилась Шер.

— Я познакомилась с теми парнями.

Шер остановилась и потянула меня за предплечье к стене, чтобы пропустить шедших за нами студентов. Озорные огоньки уже плясали в ее глазах, и она протянула в нетерпении:

— И-и-и?

— И они странные, — сказала я. — Серьезно, Шер, очень странные. Правда, я так и не поняла, который тебе понравился, но надеюсь, что Маркус.

— О-о, положила глаз на кого-то? — расплылась в улыбке Шер и пошла дальше.

— Обязательно. Но Маркус, по крайней мере… — Я запнулась, подбирая слова. Но так и не подобрав ничего подходящего, выдала: — …наименее странный из этих троих.

— Маркус, — повторила Шер. — Красивое имя. Фамилию не знаешь? — Шер глянула на меня, и дождавшись отрицательной реакции, задумалась. — Нужно будет поспрашивать. Хотя слишком распространенное имя, наверняка он тут не один с таким… А остальных как зовут?

— Джейден и Тоби.

Шер хохотнула.

— Тоби? Прям как злодей в «Торуане». Будет забавно, если он еще и маг иллюзий.

— Ага, — выдавила я, сделав вид, будто Шер только что не заспойлерила мне концовку комикса, который я так и не удосужилась дочитать. Но ей лучше не знать об этом. Просто с этой подготовкой к поступлению мне было совсем не до комиксов, а признаться теперь уже стыдно. И чтобы сменить тему, я напомнила: — А я-то что пропустила?

— Да ничего такого. Просто хотела заинтриговать тебя, — призналась Шер. — Несколько старшекурсников напились и устроили драку. А потом их разнимал кто-то из преподавателей, кажется, местный физкультурник.

Мы спустились на первый этаж и дошли до столовой. Я взяла яичницу с фасолью и стакан апельсинового сока, пошла занимать столик, пока Шер боролась с вечно тормозившим кофейным аппаратом.

Когда мы позавтракали, к нам подсела Кэйли. Шер как раз сверилась со своим расписанием и заключила:

— История магии, и две пары по травам. А у тебя что?

— Зелья — две пары, а потом история магии, — сказала я.

— Да ладно? — Шер вытянула у меня из рук блокнот, в который я вклеила свое расписание, и забегала по нему глазами, сравнивая со своим. Медленно ее брови поднимались все выше и выше. А потом она перевела взгляд на меня и повторила еще печальнее: — Да ладно?! У нас вообще ничего не совпадает…

— Ну, разные кафедры — разное расписание, — пожала плечами я, стараясь не выдать нарастающей паники, и забрала у Шер блокнот. — Оно и логично.

— У меня тоже история магии третья, — сказала Кэйли. Сунула в рот ложку с йогуртом и порылась в сумке, достала листок со своим расписанием. И не вынимая ложки изо рта произнесла: — Мхм.

— Ох, Элис, — Шер сделала страдальческий вид и потянулась ко мне, взяла мою руку двумя руками и театрально продолжила: — Они хотят разлучить нас! Но мы не позволим им разрушить нашу дружбу.

Кэйли прыснула. Я похлопала Шер по руке, уже чувствуя подступающий страх. Я буду одна. Никто не подстрахует меня, если все выйдет из-под контроля. Никто не сотворит иллюзию вместо меня, никто не притянет ко мне упавшую на пол ручку, чтобы не вызывать подозрений, как это бывало в колледже.

— Все будет в порядке, — одними губами сказала Шер.

И я кивнула.

Все нормально. Главное, сохранять непринужденный вид. Я обычная студентка, это мой первый учебный день в академии, я могу слегка нервничать, — это нормально. Вдох-выдох. Просто смешаться с толпой, не отсвечивать. Я ничем не выделяюсь, я такая же как все. Все в порядке.

Но кабинет находился в основном корпусе, на первом этаже в конце длинного темного коридора, украшенного мраморными скульптурами, напоминавшими мне о моих кошмарах. И как теперь продолжать думать, что все в порядке?

Не первая и не последняя парта, не слишком близко и не слишком далеко. Где-то между. Куда села бы обычная студентка? Сирх, я слишком переживаю. Всем плевать, всем плевать, всем плевать. Никто ничего не поймет, никто не заметит, если я не буду так паниковать.

Со мной села незнакомая мне девушка, миссис Мосс вошла в кабинет и начала занятие. И все было… действительно нормально. Ничего необычного, абсолютно ничего сложного. Так что я наконец смогла расслабиться.

Миссис Мосс провела вступительную лекцию, напомнила об основных правилах приготовления зелий, рассказала о технике безопасности. Проверила наши знания по основным зельям.

— А сейчас покажу вам кое-что, — сказала миссис Мосс. Достала из шкафчика небольшую стеклянную баночку и оглядела присутствующих, ее взгляд остановился где-то в дальнем конце кабинета. — Джейден, подойдешь сюда?

Я обернулась. Увлеченная своим страхом, даже и не заметила, что он тоже на кафедре зелий. Оглядела остальных студентов в поисках вчерашних парней, но больше никого не нашла. Джейден сидел на последней парте. Он отложил телефон, медленно поднялся и пошел к преподавательскому столу. Будто уже зная, что от него требуется, на ходу отделил от челки один волос и оторвал его, протянул миссис Мосс.

— Умничка, — прокомментировала она. Откупорила баночку, и Джейден опустил туда волос. — Кто скажет, что у меня в руках?

Я быстро подняла руку, забыв, что собиралась не отсвечивать, но, к счастью, руки подняли почти все. Логично, будучи на кафедре миссис Мосс, знать про зелье обращения.

— О, ну раз все знают, то никакой интриги, — кивнула миссис Мосс. — Кто-то хочет попробовать?

И застрять в обличие Джейдена на несколько часов? Нет уж, спасибо.

Но, как ни странно, многие руки остались подняты.

— А о побочных эффектах знаете? — уточнила миссис Мосс. Сразу несколько рук опустилось. — Тошнота, головокружение, фантомные ощущения. Для такого зелья лучше подбирать кого-то со схожей комплекцией, хм-м… — Миссис Мосс оглядела аудиторию и остановилась на каком-то парне. — Молодой человек, как насчет вас?

— Я не…

— С меня освобождение от занятий на сегодня и дополнительные баллы к промежуточному экзамену, — подмигнула миссис Мосс. И парень, немного посомневавшись, все же поднялся. Дошел до преподавательского стола и принял колбу, опасливо посмотрел на нее. Миссис Мосс закивала: — Пьем-пьем. До дна.

Парень зажмурился и залпом осушил колбу, запрокинув голову. Миссис Мосс отвлеклась на список студентов и спросила его имя.

— Так, Итан, опишите свои ощущения, — сказала миссис Мосс и многозначительно кивнула нам, чтобы мы записывали. — Нет, Джейден, ты никуда не уходишь.

— Я… ничего не чувствую, — сказал Итан, пока миссис Мосс по-матерински обхватила Джейдена за плечи и что-то шептала ему на ухо, поглаживая плечо. Джейден явно был не в восторге, согнулся и замер в объятии низенькой миссис Мосс. — А нет, что-то чувствую.

Лицо Итана побагровело, на лбу выступили капли пота.

— Описывайте-описывайте, — добродушно сказала миссис Мосс.

— Неприятно, — выдохнул Итан и сжал зубы. — Тело… ломает. Будто температура поднимается.

— Чу́дно, — кивнула миссис Мосс и наконец отпустила Джейдена, шагнула к Итану. — Сначала изменится цвет, — сказала миссис Мосс и многозначительно подернула подбородком в нашу сторону, как бы говоря: «записывайте-записывайте». — Цвет кожи, цвет волос, цвет радужных оболочек. Следом волосы отрастут или обломятся. А дальше начнет меняться и все остальное. Накопится или растворится жир, увеличится или уменьшится мышечная масса, огрубеет или повысится голос. И мы получим точную, идеальную копию другого человека.

Я старательно записывала за ее словами, а когда подняла взгляд, поняла, что Итан уже не был похож на себя. Еще не стал копией Джейдена, но постепенно все больше и больше походил на него.

— Как ощущения, Итан? — напомнила миссис Мосс.

— Неприятно, — повторил Итан. — Как на следующий день после тяжелой тренировки.

— Потерпите еще пару минут. А пока, — миссис Мосс обернулась к нам. — Чтобы приготовить зелье обращения нужны годы тренировок. И даже не у всех третьекурсников оно получается достаточно безопасным. — Она прошлась перед первыми партами в одну сторону, а затем в другую. — Но, если готовить его мы будем только на третьем курсе, зачем я сейчас вам все это показываю?

— Чтоб мы знали, к чему нам стремиться? — предположила с первой парты Лорел, которая чаще всех отвечала во время занятия.

— Тоже верно, — согласилась миссис Мосс. Подождала еще немного, но все молчали. — Джейден?

— Чтобы никто не вздумал пытаться его приготовить и использовать на экзаменах, — вяло растягивая слова проговорил Джейден. — Или одолжить у третьекурсников.

Что ж, передам Шер, что ее гениальная идея — поменяться на экзамен местами — никуда не годится…

Лицо Итана скривилось, и он судорожно выдохнул, согнулся пополам, а когда выпрямился, был уже точной копией Джейдена.

Миссис Мосс пару раз хлопнула в ладоши и с довольным видом подтянула Джейдена ближе к Итану. Встала перед ними, сравнивая между собой, обошла, хлопнула Джейдена по спине, чтобы тот выпрямился, еще какое-то время ходила вокруг, добиваясь идентичной позы. Вытянула руку в сторону и из кладовки вылетело две темных ткани, напоминавших шторы. Они сомкнулись точно занавес, скрывая дальнейшие действия миссис Мосс. А затем эти импровизированные шторы опустились на Джейденов заматывая их в подобие коконов, скрывая отличия в одежде.

— Так. — Миссис Мосс с довольным видом повернулась к нам. — Кто найдет отличия?

Но отличий не было. Разве что складки на ткани лежали по-разному. И все молчали. Миссис Мосс удовлетворенно покивала и обратилась к Джейденам:

— Давайте.

Джейдены расслабились и теперь их позы отличались. Джейден справа опустил плечи и держался неуверенно, Джейден слева же наоборот выпрямил спину и сдул упавшую на глаза челку.

— Всем привет, меня зовут Джейден, — сказал правый Джейден. И голос этот точно принадлежал Джейдену, но несвойственно ему подрагивал.

— Привет всем, меня зовут Джейден, — повторил левый, настоящий Джейден. И звучало это куда гармоничнее и правильнее.

— Чу́дно, — сказала миссис Мосс. — Есть те, кто сомневается, который настоящий? — По кабинету прошли шепотки, но рук никто не поднял. — Вот и славно. Надеюсь, больше никто не думает, что преподаватели не смогут отличить вас через год на экзамене.

Миссис Мосс дошла до своего стола, записала что-то и махнула рукой. Ткани слетели, освободив Джейденов и вернулись в кладовку.

— Итан, на следующем занятии жду от вас подробное описание всех ощущений. И спасибо, можете садиться, — сказала миссис Мосс. Дождалась пока Джейден и Итан в обличие Джейдена вернуться на свои места и заговорила: — Как бы я ни старалась, знаю, что не у всех отбила желание попробовать воспользоваться этим зельем. Так что, моя задача вас хотя бы предупредить. Есть три основных правила безопасного использования зелья обращения. Первое: не пытаться обратиться в людей с отличающейся комплекцией. Разница в росте и весе может сильно сказаться на вашем здоровье. Второе: не пытаться обратиться в детей или стариков. Разница в возрасте тоже может быть очень опасна. И третье: ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах, не пытаться обратиться в животных.

Миссис Мосс подвела занятие к концу и напомнила о том, что в академии также можно выбрать факультативные дисциплины. Спортивные, музыкальные, научные и художественные. Она перечисляла и записывала желающих.

— Дальше у нас — рисование, — сказала миссис Мосс. Я тут же подняла руку, как и еще несколько студентов. — Но должна сразу предупредить, чтобы потом не возникло проблем… Преподаватель рисования — мистер Карвер — ниим.

У меня даже рука дрогнула, и я поспешно опустила ее вслед за другими студентами. Никто не хочет иметь дело с ниимом. Не буду выделяться. Миссис Мосс натянуто улыбнулась и продолжила перечисление факультативов.

После окончания занятия, я дождалась, пока большинство покинет кабинет и прошла к преподавательскому столу.

— Миссис Мосс, — обратилась я. — Можно мне все-таки записаться на рисование?

Хоть бы это не выглядело подозрительно…

Но миссис Мосс наоборот лишь расцвела.

— Конечно-конечно! Ниим или нет — это не так важно, когда у человека настоящий талант. Очень печально видеть, как из года в год студенты отказываются от рисования только по этой причине…

Миссис Мосс вписала мое имя в пустой список.

— А как… — начала я, но запнулась. Этот вопрос точно прозвучит подозрительно.

Но она уже догадалась:

— Как ниим попал в академию? О, я просто обожаю искусство. Да и Томас… мистер Карвер сделал мне большое одолжение в прошлом, так что я просто не могла не помочь ему. Мадам д'Арлин, конечно, долго сопротивлялась, но в итоге я уговорила дать ему шанс.

Что на это ответить я не знала. Слишком уж опасно радоваться за другого ниима даже перед миссис Мосс, которая, судя по всему, относится к нам без предубеждений. Так что я выдавила лишь:

— Понятно. — И шагнула в сторону выхода, но заметила, что аудитория опустела и все же обернулась. — И, миссис Мосс, спасибо, что… помогли на вступительных.

Надеюсь, в контексте предыдущего обсуждения это не звучало еще более подозрительно. Сирх, надо было просто уйти…

— А, не бери в голову. Агнес же все мне объяснила, — миссис Мосс прижала руку к груди и прикрыла глаза. — Светлая ей память.

Объяснила? Я хотела переспросить, но не понимала, могу ли. Стоит ли? Она знает? Знает и помогла мне попасть в академию? Мне стоит радоваться? Я не понимала куда себя деть.

— Помню, как она переживала, что у тебя тот же недуг, что поглощал ее магию, — продолжила миссис Мосс, хмуря брови и судя по виду, предавшись воспоминаниям. — Но хорошо, что все обошлось. А психосоматика в последнее время все чаще встречается…

Надеюсь, я не выдала своего разочарования. Если бы сейчас оказалась, что миссис Мосс знает правду и, несмотря на это, позволила мне поступить, мне стало бы куда легче. Я бы наконец почувствовала, что могу кому-то довериться, что мне есть на кого опереться, что я не одна. Но нет.

Байку про психосоматику мама скармливала всем коллегам, которые интересовались, отчего же такая прекрасная юная ритуальщица перестала помогать маме в ЦИОРМе. И они достаточно охотно велись на историю, что моя неокрепшая душа отличницы не выдержала одного неудачного ритуала. Якобы настолько я была поражена собственным провалом, что все стало валиться из рук, и я разуверилась в своих способностях. А в таком раздрае, да еще и вкупе с начинавшимся пубертатом, конечно же, магическая энергия решила ощетиниться и заупрямиться. Вот и перестала меня слушаться.

И я очень хотела бы сказать миссис Мосс правду, хотела бы признаться, но не знаю, как она отреагирует. Да, она позволила одному нииму стать преподавателем, но кто сказал, что теперь она возьмется помогать и другому?

Может я скажу. Может я признаюсь. Но… чуть позже. Не сегодня, не сейчас.

— А, да, — быстро сказала я. — У меня… получается периодически. Я просто перенервничала на вступительных.

— Вот и я так подумала, — улыбнулась миссис Мосс, кажется, совершенно не подозревая, что я нагло вру ей в лицо.

— Еще раз спасибо, — добавила я, уже пятясь в сторону выхода. Быстро кивнула: — Хорошего дня.

И вышла из кабинета.

Глава 5

У павильона номер три столпились несколько студентов, они о чем-то шептались и посмеивались, не торопясь заходить внутрь. Я шла по насыпной тропинке следом за миниатюрной черноволосой девушкой. Глянув на стоявших у павильона, она открыла дверь, вошла в кабинет и тут же со вскриком выбежала оттуда, едва не сбив меня с ног. Я пошатнулась и нахмурилась. Это что еще такое?

Из-за моей спины появилась Лорел, переглянувшись со мной, она опасливо открыла дверь и заглянула в кабинет, остановилась в дверях. Толпившиеся рядом студенты внимательно наблюдали за ней.

— Да что там? — произнес кто-то позади меня и прижался ближе.

Я поднялась на носочки, чтобы выглянуть из-за плеча Лорел, но она повернулась ко мне.

— Это…

Лорел шагнула спиной в павильон, и наконец открыла мне обзор. От увиденного я смогла только сдавленно ахнуть. Мужчина — вероятно, мистер Льюис, — с посиневшим лицом болтался на веревке, закрепленной под потолком. Он вяло покачивался из стороны в сторону, а на полу под ним лежал упавший стул.

Он… Повесился?

Мне не привыкать видеть мертвых. Ниимы слишком часто умирали перед мамой на белой кушетке после очередного ритуала. Когда фиолетовые чернила впитывались в их кожу, устремлялись к очагу магии, заставляли его сжиматься и распрямляться, чтобы стимулировать выработку магической энергии. А никакой энергии там просто-напросто не было.

Но одно дело — видеть мертвых там, где это стало для меня уже чем-то обыденным и само собой разумеющимся (хоть теперь эти ощущения и позабылись за годы). Здесь же, — в академии, — увидеть мертвого, да еще и преподавателя, казалось чем-то слишком уж неправильным, слишком жутким и диким. Настолько пугающим, что меня бросило в дрожь.

Позади зашептали.

— Нужно вызвать скорую, — сказала Лорел. Ее прежняя маска спокойствия, маска непоколебимой отличницы, знавшей ответ на любой вопрос, тут же треснула, и она занервничала. — Нет, блюстителей. Нужно вызвать блюстителей. Или и тех, и других. Вдруг это…

Ее взгляд метался по моему лицу. Моя рука потянулась к карману за телефоном.

— Ну чего столпились? — пробурчал Джейден, и я посторонилась, сжимая телефон в руке.

Джейден как ни в чем не бывало прошел до первой парты и кинул сумку на соседний стул. Будто бы его вовсе не смущало увиденное. Будто в Абендорме преподаватели каждый день вешаются. Будто это в порядке вещей. Будто…

Телефон я все-таки оставила в кармане. Пригляделась к висевшему преподавателю и только сейчас смогла различить, что его силуэт подрагивал. Я шагнула в павильон, наклонила голову сначала в одну, а потом в другую сторону. Свет не горел, но от больших окон его было достаточно, чтобы разглядеть мерцания и лишние блики на одежде и теле мистера Льюиса.

— Иллюзия, — сказала Лорел, тоже догадавшись.

Вздохнув от облегчения, я прошла к партам и заняла то же место, что и в кабинете миссис Мосс. Иллюзия начала рябить, подернулась и растворилась. Из открытой двери подсобки, опираясь на черную трость вышел уже настоящий мистер Льюис. В белой рубашке и классическом черном жилете, слегка прихрамывая он дошел до преподавательского стола. Седые, почти что белые волосы напоминали гриву, борода не очень длинная, но густая, очки в тонкой оправе и галстук-бабочка. Слишком уж стильный вид для мужчины далеко за пятьдесят.

— Я запомню это, Джейден, — усмехнулся он, подкручивая усы. Повернулся к Лорел и пожаловался: — Испортил мне все представление.

— Могли бы хоть что-нибудь новенькое придумать, — сказал Джейден.

— Вы нас очень напугали, мистер Льюис, — ласково сказала Лорел. — Мы уже собирались вызывать скорую и блюстителей...

— Они бы все равно не приехали, — хохотнул мистер Льюис. — Я у них в черном списке.

Джейден обернулся к Лорел и пояснил:

— Каждый год одно и то же. Он пугает новичков, новички вызывают экстренные службы. Ему даже начали выписывать штрафы, но это не помогло. — Джейден пожал плечами. — Так что стали выписывать штрафы уже академии, и мадам д’Арлин…

— Ну все, хватит, Джейден, не позорь меня, — перебил мистер Льюис, хотя, судя по виду явно веселился.

— Я, между прочим, спас вас от очередного выговора. Могли бы и поблагодарить, — фыркнул Джейден.

— О, ну тогда с меня виски, — подмигнул мистер Льюис и окинул взглядом кабинет, будто только сейчас заметил присутствие остальных студентов. И поспешно заговорил: — Шутка-шутка. Алкоголь — смерть. Вредит здоровью и все такое. В общем, сами знаете.

Помимо нашей группы, подтягивались и другие студенты. С Джейденом сел уже знакомый мне Маркус. А ко мне позже подсела Кэйли — значит Маркус, как и она маг иллюзий. Интересно. Я оглянулась на задние парты в поисках третьего парня из их компании — того самого Тоби, но не нашла. Видимо на другой кафедре. Что ж, не сошлось с комиксом, придется расстроить Шер.

А вот что за странные отношения у Джейдена с преподавателями действительно очень любопытно. Миссис Мосс вела себя так, будто он сын ее подруги, а теперь вот и мистер Льюис общается с ним точно старый приятель. Надеюсь, Джейден не сын мадам д’Арлин или не какой-нибудь там племянник. Хотя какая мне вообще разница?

Мистер Льюис лихо уселся на преподавательский стол и оглядел присутствующих.

— С чего начнем? — спросил он.

— С истоков? — не поднимая руки предложил Маркус.

— Верно, с истоков. Тогда вы и начнете, мистер…

— Эрдсхол, — сказал Маркус.

И я перевела взгляд на Кэйли. Та поиграла бровями, видимо тоже удивившись и открыла тетрадь, чтобы записывать. Шер будет в шоке, когда узнает, что с нами учится сын (или просто родственник?) члена генерального совета. Главное, чтобы Маркус не унаследовал от Роберта Эрдсхола его ненависть к ниимам.

— Отлично, мистер Эрдсхол, — ничуть не впечатленный фамилией своего нового студента, сказал мистер Льюис. — Давайте тогда кратенько основную информацию, а потом поглядим на все это через новую призму.

— Было три основателя: Иргем, Мирелла и Рейнар…

— Не-не-не, — перебил мистер Льюис. — Еще раньше.

— А… Двести лет назад в лесу под Реанье зародилась магия, — уже не так уверенно сказал Маркус.

— Мхм, — кивнул мистер Льюис.

— Магию получили три основате…

— Это где так учат? — вновь перебил мистер Льюис.

— Лицей Грандени́, — сказал Маркус.

— Досадно. Ладно, продолжайте.

— Магию получили три основателя, — с нажимом повторил Маркус. — Иргем получил магию восприятия, Мирелла магию познания, а Рейнар телесную магию. Они хотели поделиться своей магией с другими, но вмешался четвертый…

— Ну, так уже немного лучше, — прокомментировал мистер Льюис.

— Эраз убил Рейнара, чтобы забрать его магию, а позже и магию остальных основателей. Но Иргем не позволил этому случиться. Изгнал Эраза и забрал магию Рейнара себе. После этого Иргем и Мирелла распределили всю магию поровну между всеми жителями Реанье, а после и других городов Орилана. Только вот, разделившись, магия уже не была прежней. Магия восприятия и телесная магия стали магией иллюзий и управления. И лишь магия Миреллы осталась той же, хоть и утратила всю свою мощь. А потомки изгнанного Эраза остались без магии, их мы знаем теперь как ниимов.

Мистер Льюис потер лоб.

— Хорошо… Но я хотел заняться не совсем этим. — Он вздохнул и оглядел аудиторию. — Есть у кого-то другая версия?

Многие подняли руки. То ли в лицее для богатеньких так небрежно относятся к легенде об истоках магии, то ли Маркус был не самым ответственным учеником. Конечно, с такой фамилией можно и вовсе не учиться. В любом случае, займешь высокопоставленную должность.

— Лорел Вианье́, — расплылась в улыбке моя одногруппница, когда мистер Льюис остановился на ней. — Лицей святой Миреллы.

— Ого. Магия познания? — уточнил мистер Льюис и девушка закивала. — Отчего тогда вы не в институте Л'Эшаль?

Лорел тут же потухла и опустила голову.

— Слишком высокий конкурс на место, — сказала она.

Мистер Льюис покивал. Странно, мне казалось, что магам познания все дороги открыты.

— Что ж, давайте послушаем версию вашего лицея, — предложил мистер Льюис.

Приободрившись, Лорел поднялась и уверенно начала рассказ:

— Юные влюбленные Иргем и Мирелла гуляли по лесу. На прогулке их сопровождал брат Иргема — Рейнар. Ничего не предвещало, но началась гроза и им пришлось укрыться в пещере. Молния ударила в одно из деревьев и то повалилось. Когда все стихло, они покинули пещеру, но услышали чьи-то крики. Одинокому путнику придавило ногу то самое упавшее дерево. Мирелла не могла смотреть на чужие мучения, и она взмолилась богам, чтобы те помогли им, но боги оставались глухи к ее мольбам. Весь день и всю ночь Иргем и Рейнар пытались вызволить путника, а Мирелла продолжала молиться и наконец боги обратили на них свой взор и послали дары: сосуд с магией, чтобы разделить ее поровну и спасти путника; невиданное прежде существо — Сирха, — чтобы утолить голод и набраться сил; и трость для путника в знак того, что он будет спасен, но всегда должен помнить об оказанной помощи.

— Так, секундочку, — прервал мистер Льюис ее рассказ. — Кому-то есть чем дополнить эту часть?

На этот раз я все-таки решилась поднять руку.

— Элисон Уэйланд, колледж святого Иргема, — представилась я.

— О, то, что нужно! — Мистер Льюис соскочил со стола и дошел до доски на колесиках, крутанул ее, разворачивая другой стороной. Черная поверхность доски была разлинована на четыре части, каждая для одного из основателей, а четвертая для Эраза.

Мистер Льюис заскрипел мелом, быстро записал в столбике Миреллы: «Влюбленные. Гроза, Пещера. Путник. Дерево. Боги. Молитвы. Дары».

— Что из этого отличается в вашей версии? — обратился ко мне мистер Льюис.

— Почти все. Мирелла была женой Иргема и сопровождала их с братом на охоте. Рейнар по неопытности подстрелил разбойника, но Иргем в силу своего великодушия решил помочь ему. — Я еще раз пробежалась глазами по пунктам, написанным на доске. — Не боги, а духи леса наградили его дарами… Остальное так же.

Мистер Льюис кратко зафиксировал факты.

— Из колледжа Рейнара есть кто-то? — обратился он к аудитории. Несколько человек вяло подняли руки.

Парень с задних парт представился и дополнил историю. Мистер Льюис записал в столбике Рейнара: «Четверо друзей. Заблудились в лесу. Нашли пещеру с дарами».

— Так, мисс Вианье, — обратился мистер Льюис к Лорел. — Что было дальше?

— Они по очереди прикоснулись к сосуду и каждый получил магию. Мирелла и Иргем решили поделиться магией и с другими. Но спасенный путник — Эраз — был алчен. Он обманул Рейнара, заставив пойти против брата, а после отнял его магию и убил. В наказание Иргем хотел убить Эраза, но Мирелла уговорила его не гневить богов и изгнать его. Иргем так и поступил, а после забрал магию погибшего брата и разделил свою и его магию между всеми жителями. Так же поступила и Мирелла.

— Мисс Уэйланд? — обратился ко мне мистер Льюис, зафиксировав на доске: «Прикоснулись к сосуду. Эраз обманул Рейнара, забрал его магию, убил. Изгнали Эраза. Разделили магию».

— Все так же. Только без богов. А, и Эраз все же успел забрать магию Рейнара. Но Иргем в схватке с Эразом забрал его магию. И изгнал его.

Мистер Льюис кивнул и в столбике Иргема поставил знак равенства. У парня из колледжа святого Рейнара история отличалась. Эраз Рейнара не обманывал, а лишь предложил основателям не делиться магией с другими. Рейнар был согласен с ним, но Иргем и Мирелла переубедили его. Однако Эраз попытался обмануть их, за что был лишен магии и изгнан.

Мистер Льюис записал все и отпустил мел. Тот завис в воздухе у доски.

— Мистер Эрдсхол, — обратился мистер Льюис к Маркусу. — У нас несколько историй. Но в чем же проблема?

— Очевидно, в том, что они разные. Хотя суть одна.

— Нет, друзья мои, проблема не в этом. — Мистер Льюис двинул рукой и мел проехался по доске, скрипя и крошась мелкой пылью, нарисовал большой знак вопроса в столбике Эраза. — Проблема в том, что у нас нет четвертой истории. — Мел сдвинулся на столбец Рейнара и перечеркнул его. — И нет никакой уверенности в том, что третья история — правда, ведь Рейнар погиб. А истории Миреллы и Иргема, как видите, не совсем сходятся. А значит, что нет и уверенности в том, что все что вы знали — правда.

Маркус сдвинулся к Джейдену и зашептал ему на ухо. Джейден пожал плечами и шепнул что-то в ответ.

— У вас комментарий, мистер Эрдсхол?

— Никаких комментариев, — быстро сказал Маркус.

Мистер Льюис какое-то время разглядывал Маркуса, а потом обратился к аудитории.

— В каждой истории есть главный герой. Но в этой… — Мел проехался по доске подчеркивая имена. — «Мирелла или Иргем», — предложите вы. Оно и логично, мы услышали оба варианта. Но что, если главным героем все это время был Рейнар? А может и Эраз? Что если от них мы услышали бы еще две совсем иные истории? — Мистер Льюис самодовольно улыбнулся и отряхнул руки. Мел опустился на подставку. — Это был наглядный пример того, почему никогда не нужно слепо доверять лишь одному источнику информации. Всегда все подвергайте сомнению. Даже то, что говорю сейчас я. — Он дошел до стола, что-то записал и выпрямился. — А теперь перейдем к основной лекции…

***

4 сентября, среда

Погрузившись в учебу, я и не заметила, как начала вливаться и забывать о том, что не имею права здесь находиться. Но после завтрака, сверившись с расписанием, вспомнила.

И теперь стояла у подоконника на первом этаже основного корпуса и собиралась с силами, чтобы свернуть за угол и дойти до конца коридора — к кабинету ритуалов. Сердце предательски стучало, будто я все еще на пробежке. Бегу со всех ног в попытке убежать от самой же себя и от собственного обмана, который может вскрыться в любой момент, в зависимости от того, когда мистер Барри решит перейти к практической части.

На что я надеялась? Зачем вообще поступила? Чтобы в очередной раз попытаться заслужить мамину любовь? Доказать ей, что я на что-то способна? Но ее больше нет. Какой смысл доказывать что-то умершим, если никогда не узнаешь, одобрят они это или лишь снова обесценят все твои старания. Ведь что бы я ни сделала, я всегда буду недостаточно хороша по сравнению с ней. Недостаточно хороша для нее.

И действительно ли я так мечтала поступить в Абендорм? Может это лишь потому, что она училась здесь? Пойти по ее стопам, продолжить ее дело, добиться большего, доказать… зачем-зачем-зачем? Кому это нужно? Точно не мне. Или…

Или я просто испугалась первых же трудностей и решила сдаться? Обратить все вспять, отказаться от своего решения, сбежать даже не попытавшись. Я ведь хотела учиться здесь. Хотела?

— А людей они не жрут? — донесся громкий голос, и я обернулась.

В начале коридора, сунув руки в карманы, в черной объемной толстовке с капюшоном (почему ему никто ничего не говорит за отсутствие формы?), шел Джейден с… Иди он с кем угодно, я бы вообще ни капли не удивилась. Но Грета? Серьезно? Она мило похихикала, прикрыла рот ладонью, и я запуталась, что меня удивляло больше: то, что Джейден решил общаться с Гретой или то, что Грета общается с ним. Видимо первое впечатление очень обманчиво, и я многого о них не знаю.

— Нет, Сирхи питаются исключительно магической энергией, — ответила Грета, поправляя очки. — Хотя, это лишь легенды. Никаких достоверных данных на этот счет у нас нет, как и доказательства того, что они действительно существуют.

Они прошли мимо меня, свернули за угол и направились к кабинету ритуалов, продолжая обсуждать Сирхов. Я быстро вернулась к своей сумке, осознав, что только что выглянула из-за угла, провожая их взглядом. Что ж, спасибо им, я даже забыла, о чем думала. И, раз уж я отвлеклась от своих страданий, решила тоже пойти на занятие.

Я села за одну из парт в среднем ряду, в надежде, что смогу затесаться между другими студентами и мистер Барри не вспомнит моего лица. Но сердце все еще продолжало колотиться. Я порылась в сумке, достала флакончик ароматического масла и капнула на запястье. Растерла и поднесла к носу, вдохнула сладкий, древесный аромат. Давай, ваниль, спасай меня. И будто бы стало чуточку спокойнее. Не убирая запястье от лица, я достала из сумки учебник, пенал и тетрадь — ту самую, многострадальную тетрадь с красным пятном от лака Кэйли. В выходные точно выберусь в город, куплю новую и перепишу все конспекты.

Кабинет постепенно наполнялся студентами. От запаха ванили у меня начала кружиться голова и я опустила руку. Глянула на Джейдена за партой у окна, все еще обсуждавшего что-то с Гретой. Грета, видимо, почувствовав мой взгляд, обернулась и неловко улыбнулась. Могла бы и со мной сесть, раз уж нас объединили на ритуалы с кафедрой мистера Льюиса. Со своей кафедры я до сих пор ни с кем не сдружилась и даже не запомнила, кто сидел со мной на зельях в первый день.

— Не занято?

Я даже не сразу поняла, что обращались ко мне. Обернулась и окинула взглядом уже знакомого парня. Рубашка, форменный пиджак — все как положено. Позади него еще куча свободных мест, но он решил сесть со мной?

Я пожала плечами:

— Нет, наверно.

И Тоби опустился на соседний стул.

— Креативная обложка, — сказал он, едва глянув на мою часть стола.

Я быстро распахнула испорченную тетрадь на первой странице, убеждая себя, что это временно. Лучше бы не кафешку открывали на территории академии, а канцелярский магазин. Впрочем, Олли действительно иногда завозит всякую канцелярию, но перед началом учебного года, конечно же, все смели быстрее, чем он мог представить. Оставалось лишь молиться, чтобы мистер Барри не решил собрать тетради до конца недели.

Тоби достал несколько тетрадей и выложил на стол. Раздвинул их веером, демонстрируя скучные и однообразные темные обложки. Только одна выделялась — черная с едва заметным голубым узором.

— Можешь брать любую.

— Спасибо, не нужно, — сказала я резче, чем хотела, и чтобы сгладить ответ, добавила: — Я куплю в выходные.

— Как знаешь. — Тоби начал медленно перекладывать тетради одну на другую, собирая в ровную стопку. — Но не думаю, что мистер Барри оценит такой порыв к творчеству. Он завалил моего брата на экзамене за неверно расставленные знаки препинания…

Я ловко выловила из его стопки сразу запримеченную черную тетрадь и быстро сказала:

— Спасибо. На выходных куплю тебе новую.

— Не нужно, мне хватит, — сказал Тоби, сложил остальные тетради в сумку, оставив на столе перед собой только одну и мило улыбнулся. — Так и думал, что ты возьмешь эту. Ее мне сестра выбирала.

Он одернул рукава пиджака, обнажая запястья и взял ручку, чтобы записать дату в тетради. Часы на его руке показывали, что мистер Барри задерживался уже на пять минут, и что я уже пять минут как не думала о том, что не имею права здесь находиться.

Когда мистер Барри вошел в кабинет, я как раз успела подписать новую тетрадь и сунуть испорченную в сумку, чтобы он не увидел этот ужас. Мистер Барри представился, хотя сомневаюсь, что в аудитории, да и во всем Абендорме был хоть один человек, который его не знал. О нем и его отстранении постоянно шептались, и даже ходил странный слушок, будто в мистера Барри либо влюбляются, либо ненавидят его, якобы никто не остается равнодушен. Уж не знаю, кто эти слухи распускает, но принимать их всерьез я бы не стала. Привлекательным мистера Барри точно нельзя назвать. Хотя бы из-за слишком грубых черт, шрамов и искривленного носа, что напоминал мне пустые лица. Но и ненависти во мне он не вызывал, хотя, кто знает…

— Почему не записываете?

Рука с ручкой дрогнула, я испуганно посмотрела на мистера Барри и быстро перевела взгляд на тетрадь, когда поняла, что он обращался не ко мне. Опустила голову еще ниже и глянула в тетрадь Тоби, чтобы переписать прослушанную фразу.

С колледжа не припомню, когда еще на занятии стояла такая тишина. Только осипший голос мистера Барри и скрежет ручек.

— Самое важное — соблюдение последовательности черт, от которых и зависит, сработает ли ритуал. Основные линии всегда сверху вниз и слева направо. Сначала внешний контур, потом — черты внутри него. Неверный наклон линии — еще одна распространенная ошибка.

Мистер Барри взял мел и быстро начертил на доске два знака. «Веруан и Авенно», — произнесла я, едва шевеля губами. Практически одинаковые знаки, различающиеся лишь наклоном одной из линий.

— Кто скажет, что случится, если вместо первого знака я напишу на потерявшем сознание второй?

Снизится артериальное давление.

Я захлопнула рот, поняв, что прошептала ответ, но, к счастью, никто не заметил. Лорел подняла руку и дала тот же ответ.

— Верно. Первый используется для улучшения кровообращения и часто применяется при потере сознания, а второй — для снижения частоты сердечных сокращений, так что в такой ситуации лишь все усугубит.

Мистер Барри продолжил занятие, спрашивал еще о нескольких знаках и внутри у меня все зудело от желания ответить, но страх сковывал. Если он поймет, что я буквально выросла на этих знаках и знаю их едва ли не лучше алфавита, притвориться на практике неумехой точно не выйдет. И я лишь шептала ответы одними губами, уткнувшись в тетрадь. Еще немного и занятие закончится. Первое из многих, предстоящих впереди.

На что я надеюсь? Мне здесь не место.

— И скажу сразу… — Ближе к концу занятия Мистер Барри остановился у своего стола и присел на краю. — К экзамену начинайте готовиться уже сейчас, не стоит откладывать на потом и рассчитывать, что вы все успеете. Просто поверьте, не успеете. На экзамене будет вся теория, начиная с сегодняшней лекции. Если вы считаете, что сможете прогуливать и потом наверстать по учебникам, спешу вас расстроить — я рассказываю куда больше, чем вы найдете в любой книге. — Мистер Барри закашлялся и прикрыл рот рукой. Его кашель эхом разносился по тишине кабинета. Он сипло вдохнул и продолжил: — О том, в какие дни мы будем заниматься практикой я не предупреждаю, так что опять же прогуливать не советую, потом не сможете сдать практическую часть. Баллы на экзамене начисляются отдельно за практическую и отдельно за теоретическую части. Если вы получаете минимальный по одной из частей — вы автоматически отправляетесь на пересдачу. Так что, даже если вы получили максимальный балл за теорию, без практической части экзамен вам не сдать.

И именно в этот момент взгляд мистера Барри встретился с моим. Произошло ли это случайно, или он действительно меня запомнил — не знаю. До этого мне казалось, что я смогла слиться с пространством и оставаться незаметной, но видимо нет.

— На этом на сегодня все. — Мистер Барри поднялся и обошел стол, чтобы оказаться возле доски и быстрым движением стереть все написанные им знаки ритуалов. — И да, сдаем тетради.

По кабинету пронеслась едва уловимая волна расстроенных вздохов. Я бросила взгляд на Тоби и вновь поблагодарила его за тетрадь. Все засобирались, начали передавать тетради, девочка справа судорожно что-то дописывала.

— Даже вы, мистер Даррел, — сказал мистер Барри, глядя в дальнюю часть кабинета.

Я инстинктивно обернулась, как и многие. Дверь была распахнута, а по коридору стремительно удалялся парень. Эту спину я хорошо запомнила.

Тоби хмыкнул и поднялся, собрав вещи. Я последовала за ним.

— Что с ним не так? — спросила я.

— М? — Тоби глянул на меня, точно вынырнув из каких-то размышлений.

— С Джейденом.

— А, мистер Даррел — местная знаменитость.

Я нахмурилась.

— Чего?

— Он тут не первый год.

— В смысле, остался на второй год? Не сдал экзамены?

Не знала, что в академии такое практикуют.

— Можно и так сказать, — Тоби натянуто улыбнулся. Совсем не так мило, как когда поделился тетрадкой.

— Ясненько, — бросила я и поспешила свернуть на первом же повороте.

Опять какие-то загадки. Ненавижу загадки.

Глава 6

Доев салат с острым соусом, я перешла к картофельной запеканке, которая уже порядком остыла, — зря решила разместиться на улице, сегодня прохладно. Я проткнула вилкой подгоревшую корочку, зачерпнула побольше картошки и сунула в рот. Стала жевать, глядя как кроны елей в лесу покачиваются от порывов ветра. Нет, все-таки, ради такого вида можно и потерпеть остывшую запеканку.

Шер вынырнула из-за моего плеча и села напротив, шумно опустив поднос на стол. Стакан покачнулся, разбрызгав яблочный сок на салфетки, но Шер успела предотвратить падение.

— Это такой ужас, — сказала Шер и отпила сок. — Нет, ты только представь, милашка мисс Мелборн оказалась каким-то зверем. Мисс Мелборн! Ты ее видела вообще?

— Да ладно? А с нами была самой очаровательной старушкой.

— Вот и я о том! — Шер вздохнула и наколола на вилку листья салата. — Но это она только притворялась. А сегодня заставила нас вытаскивать червей… — Шер посмотрела на листья салата на своей вилке и скривившись, опустила их обратно в тарелку. — Руками! Голыми руками. Даже перчатки не разрешила надеть. «Вы должны прочувствовать в них жизнь», — передразнила Шер старческий голос и все-таки сунула листья салата в рот.

— И как? Прочувствовала? — спросила я, едва сдерживая смех.

— Еще как!

Пока мы ели Шер рассказала больше о травах. У меня была всего одна пара по ним, и мы успели только повторить основной материал. А вот Шер, будучи на кафедре мисс Мелборн, узнала и о специальных теплицах и растворах аллириума, на которых выращивают новые виды растений для приготовления сложных зелий. Но изучают их лишь со второго курса.

Шер сдвинула свой поднос в сторону и вздохнула, уткнулась лицом в сложенные перед собой руки.

— Еще только среда, а я уже устала, — сказала она куда-то в ткань рубашки. И приглушенно добавила: — А у меня еще сегодня допы по литературе.

— Ты все-таки записалась?

— Да, я что, не сказала? — спросила Шер, резко подняв голову. — Элис, за эти дни мы так мало общались, что мне уже кажется, будто мы и не в одной академии учимся. Это расписание составлял какой-то… — Ее взгляд остановился за моей спиной, и она расплылась в улыбке тут же сменив страдальческий тон на максимально дружелюбный: — Приве-е-ет.

— Не помешаю? — спросил Тоби из-за моей спины.

Я хотела ответить, что помешает, но Шер сказала:

— Нет, конечно! Меня Шер зовут.

И просияла такой обворожительной улыбкой, что я начала сомневаться, не поспешила ли, решив, что ей понравился Маркус.

Тоби назвал свое имя и сел на скамейку рядом со мной.

— Шер — сокращение от Шерилин? — спросил он.

И что-то подсказывало мне, что пора незаметно исчезнуть.

— Не-а, — сказала Шер, продолжая улыбаться. — Шарлиз де Лири́. А ты?

— Тобиас, — сказал он. И как-то не особо охотно добавил: — Хоффман.

Шер приоткрыла рот, но тут же закрыла его, пожевала губами, и все же спросила:

— А ты не… сын Генри Хоффмана?

Тоби кивнул.

Отлично, просто отлично. Теперь и не знаю, чье присутствие в академии меня пугало больше. Родственника (возможно, сына) Роберта Эрдсхола — ярого ниимоненавистника или же сына Генри Хоффмана — основавшего ЦИОРМ, в котором этих самых ниимов «лечат». Должно быть сдружились на фоне общей ненависти к нам.

Вот только, если Генри Хоффман помимо всего прочего — основатель и ведущий преподаватель института Л’Эшаль, интересно, что его сын забыл в Абендорме. Настолько интересно, что я даже озвучила свой вопрос.

Тоби ответил неохотно.

— В этом году курс набирала моя мама, а лишние слухи мне не нужны, — сказал он. Хотя слухов в Л’Эшаль с такой фамилией ему в любом случае не избежать, сразу станет местной знаменитостью. — Вот я и решил поучиться год здесь.

Как все просто у тех, для кого все двери открыты. Бесит.

— И потом уйти? — спросила я. Тоби кивнул и от этого мое раздражение только наросло: — Ты просто занял чужое место? Кто-то не поступил из-за того, что тебе просто… нечем заняться этот год? Просто, потому что ты боишься, что о тебе будут сплетничать?

Тоби даже не посмотрел на меня. Уложил локти на стол, потер металлическую застежку часов, будто и не собираясь отвечать.

Шер кашлянула. Я уже и сама поняла, что перегнула палку, но внутри все горело от возмущения.

— А ты зачем здесь? — спросил Тоби. И судя по голосу, его мои слова совсем не задели.

— Чтобы закончить академию и найти достойную работу, разве не очевидно?

Тоби повернул ко мне голову и сдержанно улыбнулся.

— Понятно... Что ж, соглашусь, я занял чье-то место, — сказал он совершенно спокойно. — Но ты тоже заняла чье-то место. Как и каждый из поступивших. Возьмешься судить, кто действительно заслуживает здесь учиться, а кто нет?

Я захлопнула рот и отвернулась. Нашелся тут, тоже мне… Сейчас бы рассуждать о морали и нравственности.

— На какой ты кафедре? — спросила Шер, и я мысленно поблагодарила ее за смену темы.

— История магии, — сказал Тоби. Он вновь перевел все внимание на нее и добавил странным ласковым голосом: — А Маркус на кафедре иллюзионистов, если тебе интересно.

Я глянула на Шер, не сумевшую скрыть смущения. На ее щеках начали медленно проступать красные пятна. Нет, все-таки я была права по поводу Маркуса.

— Шер, кстати на травах у мисс Мелборн, — быстро сказала я, повернувшись к Тоби.

Он склонил голову набок и подпер рукой, заинтересованно глядя на Шер.

— А Элис у миссис Мосс на зельях, — Шер поддержала мою попытку увести разговор подальше от Маркуса.

— Да, с Джейденом, я в курсе, — сказал Тоби, продолжая рассматривать Шер.

Не нравится мне этот разговор, совсем не нравится. И улыбка у Тоби такая лукавая, будто все это — какая-то игра, правила которой я не в силах понять.

— М-м, ты хотела заглянуть в кофейню, да? — спросила я, обращаясь к Шер.

— Точно, — поддержала она и уже начала вставать. — Приятно было поболтать.

— Ты, кстати, ему понравилась, — сказал Тоби. И щеки Шер стали совсем красными.

— Я… забыла учебник, — быстро сказала она, подхватив сумку.

И умчалась прежде, чем я успела вылезти из-за стола. Как же я ее подставила, сболтнув Тоби, что ей понравился кто-то из них. А он все продолжал улыбаться.

— Забавная, — сказал Тоби. — Теперь все понятно.

— И что же понятно на этот раз?

— Да много что, — сказал он, переводя все внимание на меня. — Чаю не хочешь?

— О-о, — протянула я с усмешкой, — ну если сам мистер Хоффман угощает, то как же я могу отказать.

И Тоби ушел. Посидев немного, я решила унести наши с Шер подносы в столовую. Переложила посуду на стойку, убрала подносы к другим на подставку. Заметила, что девушка за мной делала все так же. Шер не зря говорила, что никто не будет обращать внимания на мою проблему, в академии многие не использовали магию для бытовых задач. В такие моменты даже казалось, что я ничем не отличаюсь.

Я подошла к выходу из столовой, замерла в дверях, отделявших ее от столиков на улице. Может просто уйти? Или этот Тоби хочет что-то обсудить? Подсел ко мне на ритуалах, когда вокруг куча свободных мест, подсел за столик, теперь вот чай предложил. Как-то все это слишком подозрительно, не люблю такое. Сразу начинаю думать, что меня раскрыли. Я вдохнула побольше свежего воздуха и вышла на улицу. Все-таки любопытство взяло верх. Да и бесплатный чай — тоже неплохо.

Тот столик уже заняли, так что пришлось сесть за другой. Достав блокнот, я сверилась с расписанием, — после большого перерыва у меня еще пара по рисованию. С преподавателем ниимом! Такое точно нельзя пропустить. Нужно будет как-нибудь ненавязчиво выведать у него, каково ему тут приходится, но при этом и себя не раскрыть. Ведь даже среди ниимов есть те, кто готов сдать других ради личной выгоды…

Передо мной оказался стаканчик. Тоби обошел стол и сел напротив. Я принюхалась, четко ощутив запах кофе. Он же вроде предложил чай? Но, прежде чем возмутиться, я откинула пластиковую крышку. Горячий пар тонкой струей поднимался вверх, и я почувствовала аромат ромашки. Он ведь не спросил, что я буду. Почему взял именно ромашковый чай? У Олли гигантский ассортимент. Мне уже стоит начинать бояться, что за мной следят?

Тоби отпил свой напиток, судя по запаху, как раз кофе, внимательно наблюдая за мной.

— Мистер Хоффман, вы меня пугаете, — сказала я. — Я не говорила, что пью ромашковый чай.

— Зато Оливер сказал.

Ладно, допустим Олли действительно знает, что я проявляю нездоровый интерес к успокаивающим напиткам, и возможно таких как я не так уж много, учитывая, как расхваливают его кофе. Но боюсь представить, как это выглядело… «Эй, Олли, не подскажешь, что предпочитает вон та девчонка с подносом?» «А-а, сходит с ума по успокаивающим настойкам, скоро все мои запасы вылакает». Я поежилась и отмахнулась от своих мыслей. Отпила горячий чай.

— Ну и что это было? — спросила я. Тоби вопросительно приподнял бровь. — С Шер.

— А, просто хотел убедиться, что не интересую ее, — совершенно невинно сказал он, будто говорил о чем-то что делает на постоянно основе.

— Какое самомнение…

Тоби пожал плечами.

— Тяжело, знаешь ли, жить с такой фамилией.

— Ох, бедненький, должно быть отбоя нет от поклонниц, — наигранно вздохнула я. — Так вот чего ты такой недовольный был на вечеринке. Подумал, что очередная девчонка клюнула на деньги твоих родителей?

Он глубоко вдохнул и отвел взгляд. Ох, неужто я угадала?

— Может о чем-то другом поговорим? — предложил он и отпил кофе.

— Например о том, что тебе от меня нужно?

Он озадаченно смотрел на меня, будто совсем не понимал, о чем я. Неужели мне просто показалось?

— А обычно люди общаются с тобой только когда им что-то от тебя нужно?

— Чаще всего. Или мне от них.

— Прагматично... — сказал Тоби. Отвлекся на свой стаканчик, приподнял и опустил обратно. — И печально.

Он это серьезно? Ничего, что я просто сказала это лишь бы что-то сказать?

— Так тебе что-то нужно? — спросила я.

Тоби пожал плечами.

— Да нет. А тебе?

— Мне? Это ты ко мне подсаживался. — Я постучала по своему стаканчику. — И чай предложил. Явно не просто так.

— Просто так, — сказал Тоби и какое-то время смотрел на меня. — Ты все еще не ушла. Значит ли это, что тебе что-то нужно?

Я закатила глаза.

— Да. Бесплатный чай. Спасибо, кстати.

— Не за что, — сказал Тоби. — Так ты здесь, чтобы изучать зелья? Пойдешь потом на стажировку в больницу святого Традстоуна?

— Скорее всего, — согласилась я, просто чтобы не придумывать других вариантов. Сейчас мне страшно загадывать даже на день вперед.

— И как тебе учеба?

— Неплохо, — сказала я и ткнула в экран телефона. До рисования еще двадцать минут. — Ты сказал, что Джейден тут не первый год…

Тоби приглушенно усмехнулся и качнул головой.

— Вот мы и выяснили, почему ты еще не ушла… Можешь сама у него спросить.

— Не настолько интересно, — фыркнула я. Но задумавшись, решила уточнить: — Ты не знаешь или говорить не хочешь?

— Не знаю.

— Так вы все-таки не друзья?

— Все-таки? — не понял Тоби.

— Ну, он сказал, что вы не друзья, — пожала я плечами.

— Значит, так и есть, — сказал Тоби. Открыл крышечку стакана и помешал деревянной палочкой, соскребая со стенок молочную пену. — Лучше бы о себе что-нибудь рассказала.

— Вот видишь, все же что-то от меня нужно, — самодовольно улыбнулась я.

— Нужно, — согласился наконец Тоби. — Хотел пообщаться. Но видимо это очень непросто.

— Да, гиблое дело, — сказала я. — Не рекомендую. — Ткнула в экран телефона, чтобы проверить время. Что ж, приду пораньше. Сунула блокнот в сумку и поднялась. — Еще раз спасибо за чай. Потом куплю тебе тоже. Не люблю оставаться в долгу.

И поспешно ушла. Какой-то неприятный осадок остался от этого разговора. Но лучше об этом не думать. Лучше вообще ни о чем не думать.

Художественный павильон располагался в отдалении от основного корпуса, почти у кромки леса. Чай совсем остыл, прохлада улицы освежала, и я ускорилась, чтобы не замерзнуть. Со стороны леса доносилось щебетание птиц и хриплое карканье, когда я подошла к одинокому павильону. Казалось, будто он и вовсе был заброшен, вокруг совсем никого, и я уже подумала, что ошиблась местом, когда дернула за ручку и увидела пустой кабинет. Но у дальней стены стояли аккуратно сложенные мольберты, и я прошла внутрь. Допила остатки чая и выбросила стаканчик в мусорку у входа.

Взяла один из мольбертов и расположилась примерно по центру, придвинула стул, подставку, разложила свои карандаши. У правой стены стояли огромные шкафы, но я не рискнула в них рыться, в поисках красок, да и не знала, пригодятся ли они на первом занятии.

— О… — послышался растерянный мужской голос. — Доброе утро.

Я подняла голову. Молодой мужчина с изящной внешностью напоминал печального поэта, худой и утонченный, в свободной легкой рубашке он вышел из небольшого помещения со стеллажами, держа в тонких пальцах несколько банок и ногой закрыл дверь. Длинные волнистые волосы забраны в небрежный пучок, и отливают золотом даже в свете холодных ламп. На лице пятна белой краски и заспанный вид.

— Добрый день, — сказала я и отвела взгляд.

— День, да, прошу прощения, я… потерялся во времени, — сказал он бархатистым голосом и опустил банки на длинную скамейку у стены.

И я поняла, что опять смотрю на него. Не просто смотрю, а любуюсь его движениями. Такие не должны становиться художниками, они должны вдохновлять других творить. Они и сами будто произведения искусства.

Сирх, надеюсь, я не единственная записалась на рисование. Если проведу еще хоть немного времени наедине с ним в этом павильоне, где воздух резко стал душным и влажным, точно начну влюбляться.

— Сегодня тема свободная, так что можешь брать любые материалы, — сказала он и резко замер. — Прошу прощения, я должен был сказать «можете».

— Все в порядке, можно на «ты».

Сирх, что я несу… Я же студентка. Он — преподаватель. Мы должны соблюдать формальности. Даже если на вид ему не больше тридцати. Даже если он безумно привлекательный…

Си-и-ирх.

Он внимательно посмотрел на меня, будто решал что-то важное.

— Да, можно и так, — сказал он и направился к тем самым шкафам.

Я последовала за ним. За створкой оказалось множество ящичков, каждый из которых аккуратно подписан, а внутри все материалы рассортированы по назначению. Пока я подбирала кисти и цвета акрила — клянусь, даже в художественном магазине выбор меньше — в павильон подтягивались другие студенты. Мистер Карвер приветствовал их и направлял к тому же шкафу. Я вернулась на свое место и украдкой оглядела присутствующих. Их было всего семеро, включая Грету, которой я удивилась. И мне отчего-то казалось, что Джейден тоже будет здесь, раз уж он такой великий знаток тонкостей рисования. Но его не было.

— Меня зовут Томас Карвер, я буду вашим преподавателем. — Он замолк, о чем-то задумавшись. Его взгляд медленно скользил от одного студента к другому. — В этом году вас чуть меньше, чем в прошлом, так что можете приглашать своих однокурсников, если им интересно…

Он выглядел расстроенным. К концу предложения его взгляд совсем потух.

— Как я уже сказал, сегодня свободная тема, — проговорил он, и наконец приободрился. — Рисуйте все, что взбредет в голову. Хочу узнать на что способна ваша фантазия.

С фантазией у меня всегда были проблемы. Копировать реальность — да. А вот выдумать что-то свое, новое и интересное никогда не получалось. Прошло наверно несколько минут, пока я смотрела на пустоту белого листа, закрепленного передо мной на мольберте. Я слышала, как шуршат карандашом по бумаге другие, булькают водой те, кто решил рисовать сразу цветом. А в моей голове существовала лишь пустота, такая же как на моем листе.

— Что тут у нас? — Мистер Карвер оказался рядом и остановился. До меня донесся медовый, сладковатый запах то ли одеколона, то ли каких-то ароматических масел, слишком приятный, чтобы быть правдой. Он склонил голову набок, задумчиво посмотрел на лист и подытожил: — Выглядит вполне неплохо. Отличная метафора трудности выбора.

Его улыбка оказалась такой потрясающей и заразительной, что я не смогла сдержаться и неловко улыбнулась, чувствуя, как начинают краснеть щеки.

Пожалуйста, кто-нибудь, вызовите мне скорую.

Мистер Карвер проследовал к другим ученикам. Я выглянула из-за мольберта, чтобы подглядеть, что делают остальные, но не смогла разобрать — зрение не позволяло. Тогда мой взгляд зацепился за постановку для натюрморта справа от меня, и я решила, что нарисовать его будет лучше, чем совсем ничего.

Когда набросок выглядел почти похоже, мистер Карвер вновь оказался рядом.

— Нет-нет-нет. — Он порывисто подцепил лист и отлепил бумажный скотч от мольберта. — Сегодня мы с натуры не рисуем. Прояви фантазию.

— Но… Я не умею рисовать из головы.

Мистер Карвер задумчиво смотрел на меня. Потом его лицо изменилось, точно ему пришла в голову какая-то идея. Он глянул на тюбики с акрилом, которые я выбрала. Пересек комнату до шкафа, вернулся с новым листом и широкой флейцевой кистью, и вручил ее мне.

Я растерянно наблюдала за тем, как он перевернул мольберт в горизонтальное положение и закрепил новый лист. Взял кадмий синий, тонкими пальцами раскрыл тюбик с акрилом и выдавил приличное количество на центр листа. Потянулся за голубым и добавил несколько капель, следом немного церулиума и белого. Я так и сидела с кистью в руке и смотрела на расплывавшееся по листу нечто, а сердце у меня сжималось от такого расточительства.

Мистер Карвер глянул на меня и с улыбкой сказал:

— Давай скорее, а то засохнет.

Я оторопела.

— А что рисовать-то?

— Что угодно, — сказал мистер Карвер. — Что получится. Просто расслабься и твори.

И ушел, оставив меня наедине с кистью и неприличным количеством начинавшего подсыхать акрила.

Получившееся, конечно, трудно назвать картиной. Какая-то странная абстракция. Слишком своеобразно и совсем не похоже на то, что я привыкла считать искусством, но мистер Карвер довольно кивнул. И так приятно, комфортно и уютно мне не было еще ни на одном занятии. Если и стоило поступать в Абендорм, то хотя бы ради этого.

— Не знала, что ты тоже записалась на рисование, — обратилась я к Грете, когда мы шли к основному зданию.

— Я хотела на флейту, но в этом году преподаватель не продлил свой контракт с академией, а замену не успели найти. Вот я и решила попробовать себя в новом занятии.

— Играешь на флейте? — поразилась я.

— Да, с детства. Меня мама учила.

— Это… здорово, — сказала я и поджала губы. Действительно здорово, когда родители не только одобряют интересы детей, но и поддерживают их. — Я думала, ты запишешься с Шер на литературу.

— На литературу я тоже записалась, но с третьекурсниками, — сказала Грета. — На первых курсах слишком скучная программа. Я уже сдала по ним экзамен.

Если б я умела свистеть, то присвистнула бы.

— Иногда мне кажется, что ты на самом деле маг познания, и лишь притворяешься, что без специализации.

Грета улыбнулась и переступила через ступеньку.

— Спасибо, я стараюсь.

Что ж, не я одна стараюсь притвориться тем, кем не являюсь на самом деле. От этого, будто бы немного легче. Совсем чуть-чуть. Все-таки, для Греты это разве что милое притворство, чтобы потешить свое эго, а для меня…

А что это для меня? Кажется, я уже перестала понимать.

Когда мы вернулись в комнату, Шер там не оказалось. Я хотел обсудить с ней разговор с Тоби и Маркуса, поделиться эмоциями от занятия по рисованию и рассказать о мистере Карвере, но пришлось оставить все это вариться внутри меня и сесть за домашку.

Когда я ложилась спать, Шер все еще не было в комнате.

Глава 7

5 сентября, четверг

Проснулась я как-то особенно тяжело, едва разлепила глаза, потянулась. И лишь перевернувшись на другой бок, поняла, что кровать Шер пустовала. Как и две другие. Схватившись за телефон, и осознав, что проспала, я умчалась в ванную комнату, попутно пытаясь понять, почему не слышала чужие будильники. Свой я не завожу, кошмары никогда не позволяют проспать, но сегодня… А снилось ли мне что-то сегодня?

Я быстро сбежала по ступенькам, оказалась в столовой, навалила на тарелку несколько ложек омлета и два кусочка бекона, прихватила стакан с апельсиновым соком. От шума звенело в ушах. Я уже привыкла завтракать одной из первых почти в тишине, или под звуки вялых разговоров, а сегодня мой сонный мозг, не встревоженный кошмарами и не растормошенный пробежкой, отказывался соображать. Я медленно шла мимо столов, в поисках свободных мест.

— Элис! — окликнула меня Шер и я почувствовала облегчение. Ее исчезновение слегка напугало меня.

Я протиснулась мимо столов и направилась к ней. Вот только увиденное меня совсем не порадовало. Шер сидела с Маркусом и Тоби. А меня ждало свободное место рядом с Джейденом. Я натянуто улыбнулась и буркнула:

— Доброе утро.

В ответ мне пронеслось несколько таких же добрых утр, но я смотрела только на сиявшую Шер. Вид у нее был помятый, но глаза горели. Парни что-то активно обсуждали, а Шер завороженно следила за Маркусом, ловила каждое его слово.

— Ты куда вчера пропала? — спросила я, привлекая ее внимание.

— Прости-и-и, — протянула Шер, быстро повернув ко мне голову. — Я хотела написать, но у меня сел телефон… Мы были на концерте.

Я могла только смотреть на нее, редко моргая. Мозг очень медленно сводил полученную информацию к простому выводу.

— В городе?

— Да, приезжали Арталисы, а я и не знала об этом. Я… — Шер глянула на Маркуса и одними губами добавила: — Потом расскажу.

— Они выбрали заведомо проигрышную тактику, — сказал Тоби.

— Да с чего бы? — возмутился Джейден.

— Играть в атаку против команды, которая сильнее тебя по классу — по-твоему хорошее решение?

— Нормальное было бы решение, если б тренер не поставил Уоллеса в стартовый состав, — сказал Джейден.

Тоби покачал головой.

— Дело не в Уоллесе. В прошлом сезоне он был лучшим по голевым передачам, — продолжал Тоби.

— Да если б он не сделал тот подкат сзади в самом начале встречи, его бы не удалили, и они могли бы выиграть.

Ладно, они не такие уж странные, как мне казалось. Обычные парни. Обсуждают футбол.

Я перевела взгляд на Маркуса, который в этом разговоре не участвовал, но и уходить не торопился, хотя уже все доел. Он хмурился и смотрел на Джейдена, пока Шер писала что-то в телефоне. Маркус перевел взгляд на меня и тут же расслабил лицо. Он наклонился к Шер и что-то шепнул ей на ухо. Она расплылась в улыбке, закивала и поднялась, забирая сумку и поднос. Махнула мне рукой, и они с Маркусом вышли из-за стола. Я провожала ее долгим ненавидящим взглядом. «Серьезно? Позвала меня за ваш столик, а теперь просто уходишь? Ше-е-ер», — мысленно сокрушалась я.

А эти двое продолжали обсуждать свой футбол, будто меня тут и не было. Я залпом допила апельсиновый сок, достала блокнот, чтобы проверить в каком павильоне сегодня история магии, и ушла, ничего не сказав.

***

На большом перерыве в столовую идти совсем не хотелось, и я дошла до кафешки. Махнула Олли, приветствуя его и дождалась, пока он разберется с заказами передо мной.

— Доброго денечка, моя погрешность, — сказал Олли. — Тебе как обычно?

Я кивнула. Погрешностью он стал называть меня с первого дня в академии. Думаю, если бы своим существованием я не разрушила все его исследование, то он и не запомнил бы меня вовсе. А так, что ж, можно считать это единственным плюсом потери магии — местный бариста всегда знает, что тебе налить.

— Ухажер появился? — спросил он, пока из баночек в чайник сыпались травы. — Заходил вчера, спрашивал, что ты любишь.

Сирх… Надеюсь, это выглядело не так как в моей фантазии.

— Ты про них что-то знаешь?

— Про них?

— Ну эта компания: Хоффман, Эрдсхол и Джейден-как-там-его…

— Пу-пу-пу, — пропел Олли. — Моментик.

Он отвлекся на клиентов, желал им доброго дня, принимал заказы. А я разглядывала витрину, пока ждала свой чай. Лимонные тарты, круассаны, шоколадные пуддинги, бисквиты… Мой взгляд остановился на пироге с патокой, который так и молил откусить плотное, почти хрустящее песочное тесто с золотым оттенком. Таким же золотым, как…

Я что только что хотела сравнить песочное тесто с волосами мистера Карвера?

— Так, значит, — очень вовремя отвлек меня Олли от мыслей, зашедших в какую-то совсем ненужную сторону. — Что тебя интересует? Но, сразу предупреждаю, я сплетни не собираю. Скажу только то, что знаю.

— А можно мне пирог с патокой? — спросила я.

— Конечно. Взбитые сливки добавить?

Я закивала. И взяла наконец свою успокаивающую настойку. Через пару секунд передо мной оказалась и тарелка с пирогом. Ровный треугольник с белым облаком взбитых сливок. Густой янтарный сироп, лимонный вкус. Я прикрыла глаза от наслаждения.

— Ну и в кого влюбилась? — спросил Олли.

— М?!

Я чуть не подавилась пирогом.

— А-ха-ха. Угадал, что ли? — поразился он. — Я просто из Лессара. У нас пирог с патокой считается символом влюбленных. Ну, знаешь: «Мари готовит с патокой пирог, // На чай возлюбленного ждет». Не слышала? — спросил Олли. Я покачала головой. — Ну там концовка не очень: «Но он, увы, к ней не придет // Эраз его на смерть обрек».

— Почему Эраз?

— А мне откуда знать? Наверно это из той части легенды, когда Эраза изгнали и он оставлял для Иргема тела убитых им местных жителей, в напоминание, что он еще жив и всегда рядом. Жуткий тип видимо был.

Он оставлял их у кромки леса. Не просто убитых. Изуродованных. Со сломанными, вывернутыми конечностями, выломанными челюстями, поломанными носами и выдавленными глазами. Облаченных в белую мокрую ткань.

Когда я увидела в библиотеке эти рисунки, меня так затошнило, что я сразу захлопнула книгу и больше не брала ее в руки. Слишком уж они были похожи на пустые лица.

— Эй, ты чего? — обратился ко мне Олли, отпустив очередного клиента. — Слишком впечатлилась стишком? У тебя сейчас чай совсем остынет.

— Так что там про тех ребят? — попыталась я отвлечься и сунула в рот еще ложку пирога. Тот встал поперек горла, и мне пришлось запить его чаем.

— А что тебя интересует-то?

— Почему Джейдена оставили на второй год?

Олли рассмеялся.

— На второй? Ну тогда уж на четвертый.

— В смысле?

— В смысле, он учился со мной. Закончил вот в июне.

Я пялилась на Олли, ожидая продолжения, но его отвлекла вошедшая девушка. Заказала латте. И пока она ждала свой заказ я продолжала смотреть на Олли, и жевала пирог в попытке переварить услышанное.

— Если хочешь спросить, почему он снова на первом курсе, то тебе лучше найти какого-нибудь более осведомленного информатора. Мы с ним давно не общались, а чужой болтовне не доверяю.

— А что болтают?

— Болтают всякое, — сказал Олли с нажимом, кажется, разозлившись. — Но, сказал же, я не собираю сплетни.

— Поняла-поняла, прости.

— Да все норм.

Я оплатила свой заказ и накинула сумку на плечо, уже собираясь выйти, но Олли продолжил:

— И слушай, так, на всякий случай… Джейден не самый приятный тип.

— Да я это уже поняла.

Я улыбнулась, махнула ему рукой и вышла.

До следующей пары оставалось еще полчаса, и я прошла вдоль стены основного корпуса от кафешки к заднему двору. Там на ровно выстриженном газоне располагалась тренировочная площадка для магических дисциплин, куда мне предстоит отправиться уже завтра. А следом за ней, отделенный насыпной тропинкой и низким забором, стройный ряд двухэтажных таунхаусов — домиков преподавателей.

Но к ним я не пошла, свернула налево и устремилась к самому тихому и безлюдному месту во всей академии. Сад камней — что-то вроде памятника трем основателям. Ровная площадка усыпана галькой, а по центру серая плита, с выгравированным символом академии. Вокруг — десятки больших покатых камней по типу скамеек, выставленных кругами и образующих три кольца. Где-то писали, что когда-то давно на месте этой плиты стояли сами основатели, а на камнях вокруг сидели их последователи. Первый круг для магов иллюзий, кому подарил свою силу Иргем, второй для магов управления, кому Иргем передал силу погибшего Рейнара. А третий для магов познания, получивших магию Миреллы.

Я села на один из камней в первом круге, прямо перед плитой и долго смотрела на нее. Может, мне стоит как Мирелла, воззвать к богам и они меня услышат? Дадут хоть щепотку магии? Я даже не прошу вернуть мне магию иллюзий, мне достаточно совсем немного, пусть я буду без специализации, пусть у меня даже не получаются простенькие иллюзии, пусть я не смогу притянуть даже стакан, но можно, у меня будут получаться хотя бы ритуалы? Хоть небольшую искру магии, чтобы на практической части я могла получить чуть больше, чем минимальный балл? Самую капельку магии, чтобы я просто смогла доучиться…

Иргем, мой покровитель, может хоть ты услышишь? Дашь мне знак?

Глаза слипались и очень хотелось лечь. Странно, настойка никогда на меня так сильно не действовала. Или это место такое успокаивающее?

Позади хлопнула дверь я обернулась. Мистер Барри шел к тропинке от ближайшего ко мне домика преподавателей. Я поджала губы и буркнула себе под нос:

— Отличный знак, спасибо, Иргем.

Знак, чтобы я ни на что не рассчитывала и шла на занятие. А лучше, валила из академии, в которой мне не место.

***

К концу занятий я чувствовала себя выжатой до последней капли. Брела в свою комнату, едва переставляя ноги и только поднявшись на третий этаж осознала, что все это время шла за Джейденом. Черная татуировка начиналась где-то под воротом рубашки и скрывалась под волосами, возможно, продолжалась на голове? Кто знает, может она просто не заметна под копной темных волос. Может она начинается со спины? Может она лишь часть какого-то рисунка?

«Эй, Джейден, приветик, а что у тебя за татуировка такая?», или лучше: «Эй, Джейден, тебе что, настолько нравится в академии, что решил пойти по второму кругу?», а может: «Эй, Джейден, ты что, просто тянешь время, потому что все еще не определился, кем хочешь стать, когда вырастешь?».

Пошлет же…

К мужским спальням Джейден не свернул, прошел прямо к центральному отсеку. Дошел до балконных дверей, перекрытых решеткой, и скрылся в комнате справа от них.

Странно. Здесь между общими гостиными личные спальни «золотых студентов». Они предоставляются особо отличившимся студентам. Тем, кто работает над важным исследованием или за другие заслуги. Всего таких комнат десять. Обычно туда попадают не раньше второго года обучения, за редким исключением после первого куса. Вопрос лишь в том, пошел ли он к кому-то в гости или живет там сам.

— Ну чего встала, — пробурчал кто-то и я отшатнулась, понимая, что замерла посреди прохода.

Я прошла вперед, дошла до той самой двери, куда ушел Джейден. На табличке значилось: «Джейден Даррел». Не хватает только приписки на каком он курсе, имевшейся у других. На секунду мне захотелось постучать и все-таки спросить, что он здесь забыл. И за что ему выделили отдельную комнату. И почему позволяют ходить без формы. И зачем вообще ходит на занятия. Работает над исследованием? Важным проектом?

Но я, конечно же, не постучала. Отошла к перекрытому решеткой выходу на балкон, тому самому, что над центральным входом. Вид отсюда действительно открывался красивый. Виднелось и спортивное поле и хвойный лес, простилающийся вплоть до города, и даже очертания городских высоток, скрытых сейчас в тумане. Жаль, что перекрыли решеткой. Да еще и замок повесили (наверняка из титана). Возникла странная мысль, что Джейден к этому причастен. Раз уж он тут не первый год, а дверь его комнаты вплотную к балкону, кто знает, может он раньше выходил туда покурить. «Мистер Даррел, не знаете ли, почему у нас вся парадная лестница в окурках?», — представился мне возмущенный голос мадам д’Арлин.

Я хмыкнула и ушла в свою комнату.

Шер лежала на кровати, смотрела что-то на телефоне в наушниках и улыбалась. Я бросила сумку к столу и совсем обессилив, повалилась на кровать. Просто пялилась в потолок, пытаясь переварить все произошедшее за последнее время.

Краем глаза я заметила, как Шер приподнялась на локтях, вытащила наушник из одного уха и спросила:

— Ты что делаешь?

— Лежу.

— О, Элис, ты расстроилась? Прости, что не предупредила тебя вчера.

— И бросила на завтраке!

— И бросила на завтраке, — согласилась Шер. Я повернула к ней голову, и она состроила извиняющуюся мордашку. Слишком милую, чтобы продолжать злиться. — Прости-и.

Шер вытащила второй наушник, легла на живот поперек кровати и придвинулась к краю. Кудряшки сползли с ее плеч, потянулись к полу. Она застыла в нетерпении, глядя на меня с хитрющим лицом, изо всех сил сдерживая поток информации, который грозил обрушиться на меня, как только я соглашусь.

— Ну рассказывай, — сказала я, поворачиваясь, чтобы лучше видеть ее.

— Маркус! Маркус Эрдсхол! — Она сдвинулась с кровати еще сильнее. Еще чуть-чуть и окажется на полу. — Мы вчера были на концерте, а потом гуляли по городу полночи, да я за последний год так много мест не видела, как этой ночью, все ноги в кровь себе стерла, зря только эти туфли надела. А потом деваться было некуда, не возвращаться же в академию ночью, вот я и осталась у родителей, — продолжала Шер. — Мама вообще в восторге была, когда узнала, с кем я гуляла, и чуть ли не до утра расспрашивала…

— Тш-ш-ш, погоди, — попыталась вклиниться я в восторженный рассказ Шер, который она выдавала чуть ли не на одном вдохе. — Вы как вообще на концепт попали?

— А, у Джейдена какие-то дела были, и он не смог поехать, так что…

— Шер, — перебила я. — Ты как вообще в этой компании оказалась?

— Так мы же… Блин, я ведь не рассказывала это, — вздохнула Шер.

— Вот-вот. Общались только вчера, а у тебя новостей будто мы неделю не виделись.

— Короче. Прихожу я на пару по литературе как раз после того, как мы с Тоби сидели. И угадай, кого там вижу?

— Видимо, Маркуса.

— Точно! И я думаю, ну а почему нет? И села с ним. Вот как-то и разговорились, потом прогулялись по территории, встретили Тоби, и он сказал, что Джейден не сможет поехать на концерт. Маркус предложил мне поехать с ними. Ну я и поехала. А прямо перед концертом Тоби деликатно исчез, якобы тоже какие-то дела появились.

И Шер продолжила в красках рассказывать о том, как провела вчерашний день.

— Боги, Шер, да у тебя один день интереснее, чем вся моя жизнь, — вздохнула я.

— А у тебя что новенького?

Но все, что я хотела вчера рассказать, теперь померкло на фоне ее новостей. И я сказала лишь:

— Да ничего особенного. Узнала вот, что Джейден тут уже четвертый год и у него комната в «золотом» отсеке.

— Чего-о-о? — поразилась Шер. — Подожди-ка. — Она игриво подвигала бровями. — А зачем ты про него узнавала? Так и знала, что тебе нравятся мрачные загадочные типы.

— Скорее бесят.

Шер хихикнула и глянула на наших соседок по комнате. И тише сказала:

— Он из Традстоуна.

У меня даже мурашки по коже пробежали, я придвинулась к краю кровати и тоже зашептала:

— Серьезно?

Шер уверенно кивнула.

— Не знаю подробностей. Но тс-с-с. Мне это Маркус по секрету сказал.

Это он зря…

— Как его вообще могли взять в Абендорм? — все так же шепотом спросила я. — Да еще и выделить комнату.

— «Золотой» мальчик из Традстоуна, — голосом, подходящим для трейлера фильма ужасов, прошептала Шер. — У-у-у-у…

Святой Традстоун славился тем, что помогал каждому. Он покровительствовал больным и обездоленным, и спустя много лет в его честь назвали самую большую больницу в Реанье. Но помогал он действительно всем, так что назвали в честь него не только больницу.

Колледж святого Традстоуна — практически исправительная колония. Туда попадают те, кого не готовы обучать больше нигде. Чаще — малолетние преступники, реже — просто необучаемые дети.

Учеба там оставляет неизгладимый отпечаток на судьбе человека, почти что клеймо, с которым тебя никогда не возьмут ни на одну работу. И как бы ты ни старался, отмыться не получится. Общество никогда тебя не примет. Возможно, в чем-то его выпускники похожи на ниимов. Но даже у ниимов больше шансов стать хотя бы прислугой.

Не знаю, не ошибся ли Маркус и действительно ли Джейден учился там. Скорее всего, это окажется лишь слухом или глупой шуткой, потому что поступить в Абендорм после Традстоуна в принципе невозможно.

Хотя, ниимам тоже. Но я здесь.

***

Через клетку, через клетку. Прыгать, не задевая черных линий, только по белым плиткам. Вперед и вперед. Перебраться через порог, вынырнуть из-за двери и оказаться на улице во дворе. Я вытаскиваю мел из кармана, черчу знак. Круг, а чуть выше еще один. Линия, линия и еще две, получился квадрат. От уголков лучики провести к кружкам. Я поднимаюсь, гляжу на получившийся знак. Мне не нравится. Так не пойдет. Плохой знак. Линия вправо от центра одного круга, пересечь линию квадрата. Линия от центра другого. Соединить их и получится прямоугольник.

— Что это за знак?

Он смотрит на меня жутким пустым лицом.

— Секрет, — отвечаю я.

Он присаживается и смотрит на меня пустыми глазницами, перекрытыми вуалью.

— А я никому не скажу.

Он подставляет свое ухо, и я шепчу ответ.

Не помогает, никакие настойки не помогают. Никакие пробежки не помогают. Никакие молитвы не помогают, ничего не помогает. Мне было так хорошо в тот единственный день без кошмаров. Без выматывающих снов, без ранних подъемов. Я будто впервые за восемь лет смогла выспаться. Но они опять вернулись.

В пятницу я стояла на заднем дворе, на том ровном газоне, недалеко от сада камней и снова молилась основателям и всем богам, чтобы занятие по практической магии поскорее закончилось. Шер, конечно же, рядом не было. Нас объединили с историками, и я могла разве что довериться Грете, если все покатится в пропасть.

Миссис Ферт — худая и подтянутая женщина с тугим пучком на затылке ходила между студентами, и остановилась около меня.

— Очень тяжелая неделя, — сказала я, делая вид, будто пытаюсь создать иллюзию. Вздохнула и опустила руку. — Все из рук валится.

Миссис Ферт похлопала меня по плечу и ничего не сказала. У других даже если не идеально, но получалось. Не знаю, на что я надеюсь…

Допустим, на первый раз прокатило. Может еще пару раз получится отмазаться, но потом она меня точно запомнит. На особый случай у меня припасена история про отравление и тяжелую интоксикацию организма, вследствие которой мои запасы магической энергии временно в упадке. А что потом? Вспомнить мамину сказку про психосоматику? Наплести про эмоциональные проблемы, разбитое сердце, депрессию, — или по каким еще там причинам могут быть проблемы с магией?

На выходные Шер укатила с Маркусом в город. А во мне не осталось сил ни на что, и я два дня провалялась в кровати, читая комикс. Только вечером воскресенья смогла поднять себя и усадить за домашку, обещая, что все наладится, что я вольюсь, что все получится, нужно только чуть-чуть усилий. Но уже не верила себе.

За столиком в новой компании я чувствовала себя абсолютно лишней и пару раз садилась с Гретой, пыталась разговорить ее, расспросить про Джейдена, но она лишь сказала, что у них общий интерес к легендам о Сирхах.

Шер продолжала пропадать с Маркусом. А я чувствовала себя все более одинокой. Хоть Тоби и подсел опять на ритуалах и пытался разговорить, но мне от его внимания становилось только хуже.

Я здесь чужая.

Хочу на рисование. Когда уже там среда?

***

11 сентября, среда

Мама с пустым лицом держит меня за руку, ведет по длинному коридору мимо сотен черных дверей. Мы идем очень быстро, но будто не сдвигаемся с места, а коридор все удлиняется и удлиняется, отдаляя от нас белую дверь в конце.

— Знак добавишь последним, — хрипло говорит мама, сжимая мою ладонь. — Быстро и незаметно.

— Я не хочу… — шепчу я.

И чувствую боль в костяшках, когда она сжимает руку сильнее. Останавливается и рывком разворачивает меня к себе, склоняется ближе, и я смотрю в ее пустые глазницы. Вывернутый рот не шевелится, когда она произносит:

— Меня не интересуют твои прихоти, Элисон. Ты должна добавить знак. Точка.

— Но…

Мама разворачивается и дергает меня за руку. Дверь будто по волшебству оказывается рядом с нами, хотя только что была в самом конце коридора. Мама давит на ручку, тянет на себя, и я замираю, глядя на человека с пустым лицом на кушетке. Перевожу взгляд на стоящих рядом людей. Они оборачивают свои пустые лица ко мне и смотрят. И одно из лиц принадлежит ей. Женщине, забравшей мою магию.

Я понимаю это какой-то отдаленной частью сознания. Внутри разрастается страх, но я шагаю вперед.

«Это сон», — бьется в моей голове, но я не в силах проснуться. Могу лишь наблюдать за тем, как мама приветствует их, распинается перед ними, объясняя, почему ритуал проведу я, а не она. А я смотрю на лежащего на кушетке, на его руки, скованные металлическими перчатками и застегнутые наручниками, которые ни капельки не помогут. Но он в любом случае без сознания. Усыплен анестезирующим зельем или дротиком из пневмата блюстителей.

Я беру баночку черных чернил. Окунаю в них перо и черчу первый знак.

Я дернулась, ударилась рукой о тумбочку и зашипела от боли. От такого резкого пробуждения, сонливость сошла на нет. За окнами все еще было темно, я потерла глаза и ткнула в экран телефона — пять утра. Отличное время для пробежки.

Стивен как обычно спал на рабочем месте. Мне всего пару раз удалось застать его бодрствующим перед пробежкой. Обычно он просыпается, когда я уже возвращаюсь.

Затянутое темными тучами небо выглядело так, будто скоро начнется дождь. Я вдохнула свежий влажный запах осени, сделала пару шагов к дорожке и поняла, что шнурок на кроссовке развязался. Пока зашнуровывала его, мимо меня кто-то промчался. Неужели я здесь не единственная сумасшедшая, которая бегает в такую рань? Интересно, этот кто-то в свое удовольствие решился на такое или, как и я вынужден изнурять себя, чтобы справиться с проблемами? Я бы ни за что не вытащила себя из спальни, если бы бег не помогал хоть немного приглушить кошмары, — последнее время я хотя бы не кричу. Вроде бы…

Здание академии выглядело сегодня зловеще. В окнах не горел свет, и ветви деревьев, высаженных рядом с корпусом, скрещивались и напоминали тонкие руки, тянущиеся вверх, изломанные и искаженные. Я зажмурилась, чтобы отбросить неприятную ассоциацию. А когда открыла глаза, ветки оказались всего лишь ветками. Но в такой темноте, подсвеченная лишь редкими холодными светильниками вдоль стены, кирпичная кладка напоминала старинные здания церкви. Не хватало лишь памятников из холодного серого камня.

Кожа покрылась мурашками, и я быстро спустилась по насыпной тропинке.

Я пробежала половину дорожки, когда увидела силуэт человека у кромки леса. В такой темноте не различить, но вроде как, он сидел на корточках. Тот самый, что пробежал мимо меня? Может, плохо стало? Я ускорилась и в боку неприятно закололо. Но чем ближе к нему я подбиралась, тем медленнее двигалась, начиная различать, что он не один. На земле лежал еще кто-то.

Стоит ли вернуться в корпус и позвать на помощь? Или сразу вызвать скорую? Я сделала еще пару шагов, чтобы уточнить, что произошло.

Сидевший обернулся и быстро сказал:

— Не смотри.

Но было поздно. Я уже не могла отвести взгляд.

На земле лежал человек с пустым лицом.

Глава 8

Кажется, я издала какой-то звук. Может хрип. И отшатнулась, прежде чем смогла выдавить что-то хоть капельку связное.

— Что это? Что… Кто это? Он… Это…

Мысли путались, и я даже не понимала, что именно должна спросить. И должна ли спрашивать. Это очередная иллюзия? Очередной розыгрыш от мистера Льюиса? Меня накрыло от переутомления, и кошмары вновь полезли наружу? Или может я пила пунш всю ночь, но забыла об этом?

Нужно ли звать на помощь? Могу ли я в ужасе бежать и кричать на всю академию?

Но ноги не слушались, окаменели, словно вросли в землю. Руки похолодели, и тошнота подступила к горлу. Я с усилием сглотнула.

— Позови мистера Барри, — спокойно сказал Джейден.

Он поднялся и шагнул в мою сторону. Но я все еще стояла, не сводя глаз с тела на земле. Теперь, когда Джейден отошел, я смогла разглядеть не только искаженное лицо, но и все тело — изломанное, изогнутое под неестественными углами, что теперь и не разобрать, кому оно принадлежало прежде. Единственное, что можно было понять точно — перерезанное горло.

Я хотела отвернуться и не смотреть, но не могла отвести взгляд. Джейден шагнул ближе, перекрыв собой лежавшего, и теперь я видела лишь его темную толстовку.

— Позови мистера Барри, — настойчивее повторил он. — Именно его.

Такой спокойный. Будто каждый день подобное видит и ни капли не напуган. Будто ему совсем не привыкать. Будто… Это опять лишь иллюзия? Я посмотрела на Джейдена. Но столкнулась не с его недовольным взглядом, а с пустыми глазницами за прозрачной вуалью.

И это лицо было мне знакомо.

Я сорвалась с места прежде, чем успела подумать хоть о чем-то. Бежала и бежала, почему-то боясь, что он бежит следом, но не решалась обернуться, пока не оказалась на заднем дворе академии. Я постучала в дверь дома с золотой табличкой «Уильям Барри». И только сейчас ощутила, как колотится сердце, как колет в боку, и посмела обернуться, чтобы понять, что за мной никто не бежал.

Мистер Барри открыл почти сразу, и меня обдало запахам лекарственных трав, которыми буквально пропиталась вся квартира. Ужасно знакомым запахом. В голове проносилось столько мыслей, что я не могла сконцентрироваться на чем-то одном. А мистер Барри выжидающе смотрел на меня, ничего не говоря.

— Там кто-то… умер или… Не знаю. У леса. Там тело и… это ужасно, — задыхаясь выдавила я.

Поняла, что даже не поздоровалась с преподавателем я только, когда он вышел, закрыл за собой дверь и последовал за мной. Казалось, он вовсе не был удивлен. Они тут все сговорились что ли?! Или в Абендорме такое в порядке вещей?

— Я рано проснулась и… решила сходить на пробежку, а там…— зачем-то начала оправдываться я, когда мы обогнули здание академии и вышли к спортивному полю. Но его это совсем не волновало.

— Еще кто-то был? — перебил мистер Барри.

— Да, там был… — начала я, но запнулась.

То место уже виднелось, но Джейдена нигде не было. Сбежал? Но это же не мог быть он? Не мог же он сотворить такое? Он пробежал мимо меня всего на несколько минут раньше, не мог же он убить кого-то за это время… Или мог? Он же из Традстоуна, что если…

Я глянула на мистера Барри и только сейчас осознала, что, когда я постучала в дверь, он уже был одет. Да и открыл почти сразу. Сколько сейчас? Полшестого? Шесть? Рано встает или не ложился? Или… Я что, уже подозреваю всех вокруг?

— Ну?

— Не могу вспомнить его имя, — зачем-то соврала я, чтобы оправдать свою заминку. — Попросил позвать помощь.

— И из всех преподавателей вы решили позвать меня?

Я чувствовала насмешку в его тоне. Не удивление, почему же я выбрала его, а именно насмешку.

— Тот парень попросил позвать вас.

Мистер Барри будто и не сомневался в этом.

— И куда же делся «тот парень»?

Я остановилась у того самого места, и огляделась по сторонам, одолеваемая тем же вопросом. Куда же ты делся, Джейден? И самое главное… Куда, сирх возьми, делось тело?!

И что мне теперь сказать мистеру Барри? Мне что, все это привиделось?

— Я…

Но мистер Барри и не думал слушать. Он пошел дальше, к самой кромке леса, прошел мимо деревьев, сдвигая ветви елей, цепляясь за них одеждой и шурша. А я направилась следом. На ходу мистер Барри достал из кармана небольшой стеклянный шарик с аллириумом, ударил по нему пальцем и осветил нам путь.

— Почему… — сорвалось с моих губ, когда мистер Барри остановился у найденного под одним из деревьев тела, но я вовремя закрыла рот.

— Что? — спросил он.

— Нет, ничего.

Просто труп был… обычным. Ни пустого лица, ни искореженных конечностей. Всего лишь мертвая женщина с перерезанным горлом.

Мистер Барри попросил подождать, а сам отошел, чтобы позвонить. Я смотрела на тело женщины, пытаясь понять, почему это случилось снова. Почему мои кошмары вновь пробрались в реальность? В прошлые разы все было из-за алкоголя, но теперь… Не в самом же деле я напилась и забыла об этом.

Женщина была совсем непримечательная. Совершенно обычная. Слишком обычная. Я не могла узнать ее, даже не могла определить возраст, но вряд ли она моя ровесница. И в отличие от искаженных лиц, она совсем не пугала меня. Просто мертвая женщина. Таких я видела много.

Хотя все-таки она немного жутковатая… будто обезличенная. Как кукла.

Нет, мне не могло показаться. Я точно видела и… Да, Джейден же сказал не смотреть, значит видел то же, что и я. Не подумал же он, что я испугаюсь обычного мертвеца… Или подумал?

И зачем вообще он передвинул тело?

Слишком много вопросов.

Когда мистер Барри вернулся, я наконец смогла оторвать взгляд от тела. Он сжал пальцами переносицу и прикрыл глаза. Ссутуленные плечи, синяки под глазами — может не спал всю ночь? Он тяжело вздохнул, глянул на меня и выпрямился.

— Никому об этом не рассказывайте, — сказал он. И строго добавил: — Совсем никому.

— А тот парень?

— Если узнаете, кто это был — скажете мне, — не особо заинтересованно произнес он, и стал печатать текст в телефоне.

— Эта женщина… Она из академии?

— Блюстители разберутся, — сказал мистер Барри. Кажется, разговор окончен. Все так же не отрываясь от телефона, он добавил: — Можете идти.

***

На завтраке Джейден вел себя так, будто ничего и не произошло, будто и не было всей этой утренней сцены с искореженным мертвецом на спортивном поле, с «позови мистера Барри», с передвиганием тела. И продолжал вести себя так же, когда пришел на зелья. Сел на последнюю парту, тыкался в телефон.

— Элис, да? — спросила Лорел, оказавшись возле моей парты. — К тебе можно?

Я кивнула и убрала сумку с соседнего стула. Лорел плавно опустилась на него, разгладила складочки юбки, откинула длинные платиновые волосы. Обычно сидит на первой парте, чтобы преподаватели лучше видели ее поднятую на каждый вопрос руку. Зачем села ко мне? Что-то нужно?

Или это опять слишком прагматично?

«И печально».

Нет.

— Как дела, Лорел? — спросила я, попытавшись звучать дружелюбно.

Она повернулась ко мне всем телом, протиснув ноги в белых колготках между нашими стульями, и обворожительно улыбнулась.

— Не думала, что спросишь, но все чудесно, спасибо. А ты в порядке? Выглядишь встревоженной.

— Все нормально, — сказала я.

Правда, несколько часов назад я увидела у леса тело с искореженным лицом из моих кошмаров, а рядом с ним самого странного типа в академии, который уже отучился свои три года, но вот опять какого-то сирха на первом курсе со своими странными татуировками, которые не дают мне покоя. И он зачем-то отправил меня за мистером Барри, от которого несет слишком знакомыми мне травами, но каждый раз, когда я их чувствую, я в такой панике, что не могу разобрать, откуда их знаю. И мистер Барри, из-за которого я в любой момент могу вылететь из академии, стоит мне лишь неудачно отмазаться на практической части, которая вот-вот начнется, отчего-то открыл дверь через пару секунд после того, как я постучала и будто все понял без слов и ни капли не удивился. А Джейден всего лишь сдвинул тело (которое каким-то образом оказалось обычным) поглубже в лес и куда-то запропастился, а теперь сидит вон там, на последнем ряду со своим телефоном, будто ничего и не произошло.

А так, да, все нормально.

Лорел кивнула, достала красивый белый блокнот с разделителями и открыла одну из страниц.

— Миссис Мосс назначила меня старостой нашей группы, — сказала она. — Попросила распределить обязанности между студентами. Как ты смотришь на то, чтобы в субботу помочь с инвентаризацией? Нужно будет свериться со списком, проверить наличие всех зелий и ингредиентов для…

Дальше я не слушала. Отвернулась и посмотрела в затылок сидевшего передо мной Итана.

Зачем только пыталась быть дружелюбной…

***

— Эй, Джейден! — окликнула его я, нагнав перед ритуалами.

Остановился он неохотно, сдул упавшую на глаза челку и сунул руки в карманы.

— Чего тебе?

Он всем своим видом показывал, что на разговор не настроен. Но я все же спросила:

— Куда ты пропал утром?

— Утром? — вообще без интереса переспросил он.

— Ну ночью, какая разница.

— Ты о чем вообще? — уже раздраженно спросил Джейден.

Я нахмурилась. Не мог же и он быть частью тех искажений? Он точно был там.

— Ты понял, о чем я, — настаивала я. — Я привела мистера Барри, как ты и просил. Но сам-то ты куда делся? И зачем передвинул его?

— Кого его?

— Тэ. Е. Эл. О.

Джейден закатил глаза.

— Все еще не понимаю, о чем ты, — сказал он, развернулся и пошел дальше.

Нет, я так просто это не оставлю. Мне не могло показаться. Я нагнала его и подстроилась под его шаг.

— Видимо зря я не сказала мистеру Барри, что ты был там, — сказала я. Но он молчал. Я глянула на него, но напуганным он точно не выглядел. Кажется, ему было вообще плевать и на меня, и на мои слова. — Значит сейчас расскажу. И про то, что ты передвинул те-ло.

— Пф-ф. Валяй.

Джейден вяло махнул рукой и пошел к кабинету.

Все занятие я наблюдала за ним и мистером Барри. Но оба вели себя как обычно. Мистер Барри читал лекцию, периодически прерываясь на кашель, Джейден в открытую игнорировал эту лекцию и сидел в телефоне. Никаких переглядываний, никаких тайных знаков, никаких намеков на то, что они оба видели сегодня на территории мертвого человека. Не просто мертвого, а с перерезанным горлом. Это, сирх возьми, вряд ли несчастный случай.

Я скидала вещи в сумку, как только мистер Барри окончил занятие и сидела, пока другие студенты поднимались, собирали свои вещи и направлялись к выходу. Кабинет постепенно пустел. Тоби тоже поднялся, но никуда не торопился, стоял возле нашей парты. И я перевела взгляд на него.

— Ты меня ждешь?

— Не надо? — спросил он.

Я моргнула. С каких это пор он решил меня дожидаться? Хотя, если подумать, с ритуалов мы действительно всегда уходили вместе. Не то, чтобы специально, просто как-то так получалось. Да я и не задумывалась даже до этого момента.

— Не надо, — сказала я.

Тоби глянул на мистера Барри, потом посмотрел на меня и все-таки вышел.

Мистер Барри даже не заметил, что я осталась. Или же делала вид. Черкал ручкой в чьей-то тетради, писал свои комментарии. Я подошла ближе, но он не отрывался от своего занятия.

Может зря я это? Может уйти?

— Мистер Барри…

Он наконец обратил на меня внимание.

— По поводу утренней ситуации... — аккуратно начала я.

— Кажется, я уже дал понять, что обсуждать это не стоит.

И он вновь перевел все внимание на тетрадь. Перечеркнул целую строку.

— Вы просили сказать, если узнаю, кто из студентов был там. Я узнала, — сказала я. Но мистер Барри не отвлекался, написал в тетради: «неверно». — Джейден Даррел. И он…

— Понятно, — перебил мистер Барри.

— … передвинул тело.

Мистер Барри замер, медленно поднял голову.

— Передвинул тело? — повторил он.

— Да, изначально оно было у кромки леса и… — я запнулась. Не знаю, стоит ли говорить о том, каким я увидела его. Возможно, это действительно лишь из-за моих кошмаров. — Джейден сказал не смотреть и попросил позвать вас. Я поэтому и растерялась, когда не увидела его на том же…

— Как выглядело тело, когда вы обнаружили его?

Я молчала какое-то время, решаясь. Если он спрашивает, может в этом и суть? Может оно действительно изначально было другим?

— Искореженное, с поломанными конечностями и…

— Понятно, — перебил мистер Барри и вновь уставился в тетрадь. — Можете идти.

— Но…

— Можете идти, — повторил мистер Барри.

И я захлопнула рот. Развернулась и быстро пошла к выходу.

— Мисс Уэйланд, — позвал он и я обернулась. Он постучал пальцами по столу, глядя на меня. — Вы помните, о чем я просил?

— Никому не рассказывать, — кивнула я.

— Верно. Лишняя паника в академии ни к чему, — сказал он и медленно скользнул пальцем по корешкам тетрадей в стопке, подцепил и вытащил мою. Пролистал несколько страниц. Я завороженно следила за его движениями, чувствуя нараставшую панику. — Если пытаетесь делать ошибки, попробуйте хотя бы копировать их у других. Ваши — выглядят нарочито выверенными и последовательными.

Я сглотнула. Внутри все колотилось, билось мелкой дрожью. Руки похолодели.

Мистер Барри закрыл мою тетрадь и положил сверху на стопку. Перевел взгляд на меня.

И медленно и вкрадчиво произнес:

— Просто помните: пока молчите вы — молчу и я.

Я вроде кивнула. Не знаю. Вылетела из кабинета быстрее, чем успела понять. Закрыла за собой дверь. Прижалась к ней, пытаясь успокоить колотящееся сердце.

Он знает. Он знает. Он знает.

— Ты в порядке? — спросил Тоби, и я только сейчас заметила, что он стоял у подоконника неподалеку. Закрыл книжку и шагнул в мою сторону.

— Да, — соврала я, силясь унять дрожь. Нервно обтерла руки о штаны и кивнула, натягивая улыбку. — Да, все нормально, все в порядке.

И плевать, что Тоби точно мне не поверит, потому что я слышала, насколько дрожал мой голос. И плевать, что он смотрел на меня так, будто ждал, что я поделюсь. Нет. Не поделюсь. Даже если бы хотела, не поделилась бы.

Мистер Барри знает. И он молчит, пока молчу я. Пара его слов и меня выкинут из академии. Но… Почему он до сих пор никому не сказал?

— Пойдешь на обед? — спросил Тоби, продолжая смотреть на меня.

— Нет. Да... Не знаю. И вообще, я сказала не ждать меня!

Я оттолкнулась от двери, как от стартовой колодки и промчалась мимо него.

Оказавшись на улице, я быстро выловила Шер взглядом. Она сидела с Маркусом за одним из столиков и слушала его с широкой улыбкой, кивая в так словам и посмеиваясь.

— Шер, — сказала я, подойдя к столу. Она обернулась ко мне, и ее улыбка медленно растаяла.

— Что-то случилось?

— Да, — сказала я и быстро глянула на Маркуса. — Можем отойти?

— Конечно!

Шер подхватила сумку, сказала Маркусу, что скоро вернется и поспешила за мной.

— Элис, да не беги ты так, — сказала Шер, нагоняя меня уже у сада камней.

— Барри в курсе, — сказала я и опустилась на один из камней.

— Ох… — только и выдавила Шер, сев напротив. Она сжала лямку сумки и отвела взгляд. Медленно опустила ее на поверхность камня, но садиться не стала. — Ты уверена? В смысле, тебе показалось или…

— Он намекнул. Но звучало достаточно прозрачно.

— Ох, — громче повторила Шер. — Он намекнул и все?

— Ну он, кажется, решил меня шантажировать этим. Или это была угроза…

Шер нахмурилась.

— Шантажировать? Угроза?

— Хорошо, не прям шантажировать, но… В общем, я кое-что… узнала. И… не знаю, я не могу рассказать. Он сказал, что пока молчу я, молчит и он.

— Элис, — серьезно сказала Шер. — Это ненормально. Нужно рассказать мадам д’Арлин.

— И тогда мистер Барри расскажет ей про меня, и меня отчислят!

— Но ведь… Думаешь, если мистер Барри знает, он даст тебе сдать экзамен?

Я почувствовала привкус крови во рту и поняла, что раскусила губу. Шер продолжала смотреть на меня, а я не знала, что еще сказать. Все рухнуло. Нужно уходить, пока мистер Барри никому не сказал. Если скажет, меня точно отправят в ЦИОРМ, чтобы просканировать мое тело и обнаружить что очаг магии пуст и не вырабатывает ни капли магической энергии. И укажут в базе, что я ниим. А может еще и распределят куда-нибудь работать прислугой. Или, еще хуже, отправят в тюрьму… Сколько там дают за сокрытие данных об отсутствии магии?

Лучше просто вернуться домой, поискать хоть какую-то работу, где не нужно заключать ритуальный контракт… Вряд ли ведь мистер Барри будет кому-то рассказывать, если я исчезну из его поля зрения. Может просто забудет обо мне?

— А можно ли, — задумчиво проговорила Шер, — обернуть то, что ты узнала, против мистера Барри? Если он шантажирует тебя, значит ты узнала что-то действительно важное… Сама посуди, его уже отстраняли из академии, репутация у него и так не очень. Может, и из-за того, что ты узнала его могут отстранить.

— Вряд ли. Да и я не до конца разобралась в ситуации.

— Так. Во-первых: он тебя шантажирует, а такое мадам д'Арлин точно не оставит без внимания. Второе: ты знаешь что-то, из-за чего он переживает. Не переживал бы — не шантажировал бы.

— Но в любом случае, то, что он знает обо мне, перекрывает оба эти факта.

— Кстати, да! Он знает, но никому не сказал, — заметила Шер, приободрившись. — Сокрытие незарегистрированного нии...

— Тш-ш-ш! — зашипела я и глянула по сторонам. Но в саду камней мы все еще были одни. — Это все равно никак не поможет.

— Почему же? Пригрозишь ему, что если он будет топить тебя, то ты потащишь его за собой. Вряд ли он хочет лишних проблем с блюстителями.

— Ше-е-ер, ты не помогаешь…

— Помогаю! У тебя уже тройное преимущества. Просто нужно его преумножить, — Шер глянула на здание академии. — Например, узнать, за что именно мистера Барри отстранили в прошлый раз.

— Зачем? Повторно за уже произошедшее все равно не отстраняют.

Шер хитро улыбнулась.

— Отстраняют. Если это повторится.

— Ты что-то знаешь?

— Кое-что слышала. Дай мне время, чтобы узнать подробности.

И мне даже стало чуточку легче, потому что я ей поверила. С таким взглядом, Шер готова горы свернуть. А уж какой-то там шантаж от мистера Барри и вовсе — не проблема. Возможно, ей действительно удастся откопать что-то такое, что я смогу использовать против него в ответ. Но главное, чтобы это не обернулось еще большей проблемой…

Шер вернулась за столик к Маркусу, и пока я ходила за курицей с рисом, к ним успел присоединиться еще и Джейден. Я села напротив него и принялась за еду, попутно прожигая его взглядом. Но он смотрел какое-то видео, склонившись к экрану телефона, будто пытался рассмотреть что-то мелкое, и совсем не замечал ни меня, ни моего испепеляющего взгляда.

Зато, когда перед моим подносом опустился стаканчик, Джейден сразу заметил его и потянулся рукой.

— Это не тебе, — сказал Тоби.

Джейден тут же отлип от телефона и уставился на него.

— А мне?

— А ты не просил, — сказал Тоби и обошел стол, чтобы сесть рядом с Джейденом, держа в руке еще один стаканчик.

Джейден ревниво глянул на стаканчик у моего подноса, потом на меня и вновь на стаканчик. И обернулся к Тоби.

— Она так-то тоже.

Тоби поставил второй стаканчик перед Джейденом.

— Капучино устроит? Я не пил.

— Устроит, — сказал Джейден. Отпил кофе и добавил: — Спасибо.

Я какое-то время гипнотизировала оставленный мне стаканчик. Быстро глянула на Тоби, но он уже отвлекся на книжку. Ладно, два чая и тетрадка. Так и запишу в список того, что нужно будет вернуть.

***

— Элисон, — послышалось у самого уха, и я вздрогнула. Мистер Карвер вытянул кисть из моей руки и окунул ее в банку с водой. — Занятие уже закончилось.

Я оглянулась и поняла, что кабинет действительно опустел. Мы рисовали постановку, а я в это время пыталась переварить все произошедшее утром. Но неужели настолько задумалась, что даже не заметила, как все ушли?

Мистер Карвер отцепил мой лист, сложил мольберт и понес к стене. Я взяла банку с водой и направилась к раковине.

— Нет-нет, не нужно, — сказал мистер Карвер и оказался возле меня. — Я сам все уберу.

Забрал банку, задевая мои пальцы и от его прикосновения по рукам пробежали мурашки. Я подняла на него взгляд и от его ласковой улыбки, внутри все теплело.

Как же мне жаль его. Даже получив работу и став преподавателем, он все равно продолжает оставаться ниимом. Услужливым и удобным. Как и принято в обществе.

— Вам тяжело здесь? — спросила я.

И его взгляд померк, а уголки губ дрогнули и опустились. Он обошел меня, положил банку в раковину. Стал отмывать кисти.

— Простите, — быстро сказала я.

Сирх, когда же я научусь не нести всякий бред?

Я дошла до своего места и сложила вещи в сумку.

— Здесь лучше, чем на прежнем месте, — сказал мистер Карвер. Он унес банки в подсобку и закрыл дверь. Дошел до шкафа, и стал раскладывать кисти по ящичкам, а я ловила каждое его движение. — Но тяжело. Больше даже от того, что не можешь поделиться с другими… Они просто не поймут.

Я понимаю. Как же я понимаю. Но могу ли сказать вам об этом?

— У меня сейчас… похожая проблема, — сказала я. — Тоже есть то, что я не могу доверить каждому и от этого я чувствую себя чужой.

Мистер Карвер посмотрел на меня. И в его глазах было столько горечи и понимания, что я из последних сил сдерживалась, чтобы не признаться.

Но он закрыл шкафчик и улыбнулся.

— Все наладится, Элисон. В новом месте всегда тяжело поначалу. Но потом все наладится.

И я бы очень хотела в это верить. Но, кажется, все, наоборот, становится только хуже.

Глава 9

В четверг мне снова ничего не снилось. И весь день я ходила настолько расслабленная, что готова была уснуть в любой момент. Но в пятницу кошмары вернулись.

Единственное, за что я могла зацепиться в своих предположениях, — чай, который давал мне Тоби. И если он мне что-то туда подсыпал, то… что ж, пусть продолжает.

Хотя может это какое-нибудь любовное зелье с сильнодействующим эффектом, от которого весь следующий день меня клонит в сон? Но тогда он немного просчитался, и я начала влюбляться совсем не в того, кого он планировал.

Впрочем, делать что-то с этим я не собиралась, по крайней мере пока что. Потому что помимо кошмаров, в пятницу вернулись и другие проблемы.

— Мне стоит переживать о вашем состоянии? — спросила миссис Ферт, когда я опять ничего не смогла сделать на занятии по практической магии.

— Простите, я влюбилась, — сказала я первое, что пришло в голову. — Полный кавардак в мыслях и чувствах.

Миссис Ферт собиралась сказать еще что-то, но отвлеклась на других студентов и ушла. А я лишь протяжно вздохнула. Хорошо, два занятия продержалась, впереди еще примерно сорок (и это только в этом году), а через пару недель промежуточный зачет. Нужно будет договориться с Шер, чтобы она помогла мне.

Я развернулась и едва не столкнулась с Гретой.

— У тебя все нормально? — спросила она.

— Да, — сказала я.

— Точно?

И от этого «точно» становилось только хуже.

Ты что, тоже все знаешь? Все вокруг уже все знают, но молчат?

И я словно бежала по кругу в своих мыслях, пытаясь понять зачем я вообще здесь, нужно ли мне это, почему я все еще не ушла, почему продолжаю ходить на занятия, почему не сбежала домой, не уткнулась в подушку, не сижу под дверью в мамину спальню и не вою навзрыд.

14 сентября, суббота

В субботу Шер уехала в город вместе с ребятами, а я направилась в кабинет зелий. Миссис Мосс сегодня выглядела особо нарядной, в бирюзовом платье, с подкрашенными ресницами и на каблуках, она будто собралась на свидание. Торопливо объяснила мне, как проводить инвентаризацию, открыла таблицу на ноутбуке, в которой нужно отмечать наличие или отсутствие зелий и ингредиентов для них, и ушла, сказав, что вернется через пару часов.

Сначала я с энтузиазмом подошла к делу: открывала ящики, выуживала оттуда баночки с порошками и травами, отмечала в таблице, возвращала на место. В отличие от мистера Карвера, у которого даже кисти лежали строго в определенном порядке по номеру, форме, материалу и длине, у миссис Мосс в ящичках творился полный хаос. И я не то чтобы педантична, но все-таки расставляла все в попытке следовать хоть какой-то логике.

Я старалась не смотреть в другую часть кабинета, где у входа стояли несколько мраморных скульптур. Совершенно обычных: всего лишь четыре девушки в длинных платьях с корзинками и цветами в руках. Но изящные складки на их платьях не переставали напоминать мне о вуалях на пустых лицах из кошмаров, и я невольно вспоминала о случившемся в среду. Хоть всеми силами и старалась отвлечься, не думать, забыть. Все-таки, мистер Барри прав, не мне с этим разбираться, а блюстителям.

Следующая партия зелий находилась в подсобке, и я перешла туда, прихватив ноутбук. Разместила его на старинном бюро с потрескавшейся краской и вернулась к своему занятию. За стеклянными дверцами шкафчика стояли самые красивые флакончики. Резные, пухлые, вытянутые, всех возможных цветов и замысловатых форм, они переливались и напоминали игрушки с новогодней елки. Я взяла один из флакончиков из дутого стекла и повертела в руке, разглядывая на просвет, прочитала название, отметила в таблице.

В кабинете что-то скрипнуло, и я замерла. Миссис Мосс вернулась? Я затаила дыхание, прислушиваясь к копошению. Поставила флакончик на место и медленно выглянула из-за косяка. Но в кабинете была вовсе не миссис Мосс.

— Ты что делаешь? — возмутилась я и пересекла расстояние до шкафа, в котором только недавно навела порядок.

Джейден лишь быстро глянул на меня и продолжил рыться в ящике. Подтягивал пакетики к лицу, разглядывал замысловатый почерк миссис Мосс и откидывал в сторону. Я резко задвинула ящик, едва не прищемив его пальцы и он вскинул на меня взгляд.

— Охренела?!

— Это ты охренел! Я только что прибралась, а ты все переворошил, — сказала я, удерживая ящик, который он пытался открыть. — И что вообще ты тут забыл? Разве не уехал в город с остальными?

Джейден хмыкнул и отстал от ящика, развернулся и пошел в подсобку.

— Ты отвечать будешь или нет? Что тебе нужно? — не отступала я, следуя за ним.

Джейден остановился у распахнутых стеклянных дверей и взял флакончик, который я только что отметила в таблице. Повертел его в руке в поисках подписи и поставил обратно. Взял следующий.

— Миссис Мосс в курсе, что ты здесь? — спросила я, пытаясь перехватить флакончик из его рук.

— Не-а.

— Ну и что же тогда ты делаешь?

Джейден переставлял флакончики и брал другие, а я возвращала их на свои места, точно мы играли в какие-то нестандартные шахматы.

— Можешь считать это ограблением. — Джейден сунул один из бутыльков в карман. — Так что, не двигайся.

— Верни на место!

Он вышел из подсобки, вернулся к шкафу с ингредиентами для зелий и открыл тот же ящик. Достал несколько баночек и пакетиков. Вытащил из кармана нарезанные бумажки и стал отсыпать на них травы.

— Ты с ума сошел? Нельзя просто так брать…

— Кто сказал?

Я замолкла, глядя как сушеные листья крошились, когда Джейден сворачивал белый листок в несколько раз, подгибал уголки. По сути, миссис Мосс никогда не говорила, что нельзя, но… Разве это не само собой разумеется?

— Ладно, давай дождемся миссис Мосс и спросим у нее, — попыталась я.

— Пф-ф.

— Если ты думаешь, что я не сдам тебя, то ты ошибаешься.

— Ты че ко мне пристала, а? Иди дальше сортируй или что ты там делала.

Джейден завершил свои пересыпания, небрежно кинул ингредиенты обратно в ящик, а свои свертки убрал в карман и дошел до стола миссис Мосс. Выдвинул верхний ящик, выловил оттуда ключ, будто делал это далеко не первый раз, и подошел к шкафу у окна.

— Чтоб ты понимал, я уже рассказала мистеру Барри, что ты передвинул тело.

Джейден сунул ключ в замок и повернул.

— И что он сказал?

— Что передаст блюсти…

Я хотела его припугнуть, но так и застыла с распахнутым ртом, когда Джейден открыл дверцу шкафа. На полке стояло множество бюстов. Их лица не были искажены, все они принадлежали красивым женщинам, но каждое из них покрывала тонкая вуаль, будто и не мраморная, а самая настоящая, прозрачная и струящаяся. Я подошла ближе, уже не пытаясь остановить Джейдена, пока он отсыпал на новый лист травы из баночки, хранившейся в шкафу под замком, а значит, наверняка, не предназначенной для использования студентами. Сейчас меня интересовали только бюсты. Я потянулась и коснулась тонких складок, провела по одной из них подушечкой пальца, убеждаясь, что это все же не настоящая ткань, а искусная работа. И глянула на Джейдена, нюхавшего травы из другой банки.

— Почему изначально та женщина была изуродованной, а потом стала обычной?

Джейден прыснул.

— Видимо у тебя очень бурная фантазия.

Я резко одернула руку от бюста и повернулась к нему.

— Может хватит?! Ты был там и видел то же, что я. — Он еще раз принюхался, просунув нос поглубже в банку, а потом сморщился, резко убрал ее от лица и поспешно закрыл. — И зачем ты передвинул тело? Может это как раз ты что-то сделал, чтобы она стала обычной… Ты ведь изначально бежал туда, будто уже знал, что…

— Бла-бла-бла, — медленно проговорил Джейден. — Давай уже, заканчивай.

Он поставил банку на место. Я проводила ее взглядом и только теперь увидела лист бумаги, придавленный одним из бюстов. Бо́льшую часть листка перекрывала подставка, но последнее слово виднелось четко:

«Уэйланд».

— Свали-и-и, — сказал Джейден у моего уха, и я не успела потянуться к бумажке, когда он пихнул меня бедром, и закрыл шкаф на ключ.

— Открой, — сказала я.

— Не-а.

Я перегородила ему путь к столу и вытянула руку.

— Ключ.

Джейден остановился передо мной. Кажется, он впервые смотрел так открыто и без раздражения. Он протянул руку, держа ключ над моей распахнутой ладонью, но отдавать не спешил. Ключ покачивался из стороны в сторону точно маятник, и я могла бы попробовать схватить его прежде, чем Джейден одернет руку, но медлила, ожидая. Хотела узнать, что он задумал.

— Дам, если скажешь, что спрашивал Барри. Только без шуток.

Я прожигала его взглядом, раздумывая.

— Ладно. Он спросил, как выглядело тело изначально.

— Прям так и спросил?

— Прям так и спросил.

— И все?

— Ну он удивился, когда я сказала, что ты передвинул тело… И спросил, как оно выглядело. А больше вроде ничего и не спрашивал. Просил не рассказывать никому о произошедшем.

— Ясно, — сказал Джейден. Уронил ключ мне на ладонь, развернулся и пошел к выходу.

— Эй!

Но он уже не обернулся. Я глянула на телефон и, понадеявшись, что миссис Мосс не вернется раньше времени, открыла шкаф. На листке действительно была моя фамилия, мне не показалось. Я потянула его, приподнимая бюст и разочарованно поджала губы. Единственное, что было там написано: «Элисон Уэйланд». Другая сторона оказалась пуста.

Зачем миссис Мосс листок с моим именем? И не связано ли это с тем, что она дала мне шанс на вступительных? Я бы очень хотела спросить ее. Но как спросить о том, чего видеть я не должна была? Все-таки листок лежал в шкафу под замком, а значит, для моих глаз не предназначался.

***

18 сентября, среда

День. Еще день. Еще и еще. Каждый день мне казалось, что вот-вот все узнают. Когда-то ведь это должно уже всплыть. Сегодня. Сегодня точно пойдут слухи, поднимется паника. Но дни сменяли друг друга, и с каждым из них я все больше убеждалась — никто не узнает.

Встрепенулась лишь раз, когда мадам д'Арлин вошла в столовую и начала медленно хлопать в ладоши, призывая к тишине. Но ее важным объявлением оказалось напоминание о грядущем Дне Основателей, к празднованию которого нужно все подготовить. До него еще месяц, но судя по ее словам, празднование в Абендорме проходит едва ли не грандиознее, чем в городе. Все-таки именно на территории академии и возникла магия.

Основная часть подготовки, конечно, ляжет на плечи иллюзионистов, им нужно будет продумать и отрепетировать все представление. Управленцам предстоит помогать с установкой сцены, подготовкой атрибутов, и украшением территории. Маги без специализации тоже требовались, лишняя помощь никогда не повредит, так что мадам д’Арлин звала всех желающих.

И все это, конечно, очень здорово, но… На территории недавно кого-то убили.

А произошедшее скрыли как скрывают неприятную оплошность, как исшарканный пол прикрывают новым ковром, как дыру в стене завешивают картиной, а потом быстро замазывают, чтобы никто не заметил. И с одной стороны, я все понимаю…

Но неужели о таком не принято говорить? Разве не нужно оповестить студентов, чтобы они вели себя осторожнее? Или у блюстителей все под контролем и убийца уже пойман, а я волнуюсь о том, что меня совсем не касается?

После ритуалов меня нагнала Грета, передала что мистер Карвер заболел и рисования сегодня не будет. Сказать, что я расстроилась — ничего не сказать.

— Может тогда к нам присоединишься? — спросил меня Тоби, когда мы шли в сторону столовой.

Их компания, в которую отлично влилась Шер, но не я, последнее время постоянно располагалась на траве под одним из деревьев недалеко от павильонов, чтобы делать домашку. Обычно я с ними не сидела, предпочитая избегать общество Джейдена, но в этот раз, подумав, все-таки сказала:

— Почему бы и нет.

Так что, пообедав, я направилась на полянку вслед за остальными.

— Чаю не хочешь? — спросил Тоби.

— Хочу, — сразу сказала я, кажется, удивив Тоби таким быстрым ответом.

Он улыбнулся и свернул в сторону кафешки. Но за ним я не пошла, дождалась, пока он войдет и медленно сдвинулась ближе, все еще держась чуть поодаль, чтобы наблюдать за ним через окно. Видела, как Олли поприветствовал его, принял заказ, и пока в аппарате варился кофе и взбивалась молочная пена, а в заварник сыпались травы и лился кипяток, они о чем-то разговорились. Я внимательно следила за процессом приготовления моего чая, но не заметила ничего необычного. Последовательность действий та же. Значит, он добавлял что-то после.

Через стекло я встретилась взглядом с Олли, и он жестом пригласил меня внутрь. Сирх… Надеюсь, я не сильно подозрительно выглядела со стороны, подглядывая за ними.

— Отчего моя погрешность постеснялась войти? — ласково спросил Олли, опустив локти на витрину и подавшись вперед.

— Мешать не хотела, — пробормотала я.

К Тоби подплыл стаканчик кофе, а я не выпускала из виду мой настаивавшийся чай.

— Да мы как раз тебя обсуждали, — сказал Олли.

— Меня?

— Ну вас обоих. — Олли отпрянул и крутанулся на месте, что-то выискивая. Тряпка со столешницы устремилась к витрине, опустилась на место, где только что лежали его руки и стала елозить по стеклу, начищая до блеска. — Рушите мне все исследование.

Я перевела взгляд на Тоби, но тот только пожал плечами и шепнул мне:

— Выборка в любом случае слишком стихийная и нерепрезентативная.

— Так! Я все слышу, — сказал Олли, вскидывая руку, и тряпка улетела на место. — Вот не нужно. Все было прекрасно, пока не появились вы двое. Ну да, были косяки и раньше, но последнее время все сходилось. — Олли перевел взгляд за наши спины и мигом нацепив улыбку сказал: — О-о-о, добрый день!

Мы с Тоби посторонились, пропуская группу ребят. Ко мне наконец подплыл стаканчик чая, и я глянула на Тоби, а потом снова на чай и на него, мол «не собираешься ничего туда подсыпать?». Не уверена, что он что-то понял, так что я просто отпила чай.

— А что не так с его выборкой? — спросила я.

— В академии слишком мало студентов для такого исследования, да и здесь практически нет магов познания. Если он действительно хочет вывести какие-то особенности, то ему нужно гораздо больше людей… — Тоби отпил кофе и глянул на Олли. — Посмотрим, может у него что-то и получится. Тема интересная, папе понравилась.

— Ты рассказал ему об исследовании?

— Да. Он любит такое. Сказал, подготовить бумаги, так что дальше все зависит от Оливера. Но… — Тоби понизил голос. — Мне все равно кажется, что у него просто хорошо развита интуиция или ему везет. Может какое-нибудь внутреннее чутье… Только ему не говори, а то он расстроится.

Я посмотрела на Олли, рекомендовавшего девушке морковный пирог и подумала, что расстраивать его точно не хотела бы.

— Куда он тебя распределил? — спросил Тоби.

— М? А… К иллюзионистам, — сказала я.

Опасная тема…

— Меня тоже, — сказал Тоби.

Я перевела на него взгляд и, кажется, впервые обратила внимание на его внешность. Вытянутое лицо с четкими скулами, серовато-голубые глаза, прямой не слишком длинный нос. Светло-русые волосы слегка вьются и зачесаны назад, явно податливые и растреплются от первого же порыва ветра.

— Олли-и-и, — протянула я, нахмурившись, когда он наконец освободился. — А ты по каким таким признакам определяешь, какая у кого магия? Мы ж вообще не похожи.

Олли закатил глаза и протяжно вздохнул. Обтер руки тряпкой (возможно, той же, которая протирала стекло витрины, но неважно), и поднял указательный палец.

— Во-первых, вы… — Он вдруг замер. А потом расплылся в улыбке, обнажая неровные зубы, и несколько раз потряс поднятым пальцем. — Ха-а-а, нет! Меня так просто не проведе-е-ешь. Не-не-не, я на такое не куплюсь. Вздумали украсть все мои наработки и присвоить себе? Не дождетесь. Вот запатентую, тогда и поговорим.

Мы с Тоби лишь переглянулись, не найдя, что ответить.

— Тебя он тоже погрешностью называет? — спросила я, когда мы вышли из кафешки и направились к остальным.

— Думаю, это только твоя привилегия.

— Как мило… — пробормотала я, но на душе потеплело.

Шер с Маркусом расположились у самого дерева. Перед ними на спине валялся Джейден, уставившийся в свой телефон, и покачивал ногой, закинутой на другую. Я опустилась на траву и достала учебник по истории магии, попыталась сосредоточиться на тексте.

— Варионн, — сказала Шер.

Маркус поморщил нос, глянув в тетрадь.

— Почти.

— Вари-и-и…ом?

— Близко, но все еще нет.

— Вариолл?

— В точку!

Шер вздохнула и привалилась к его плечу.

— Я никогда все это не запомню, — жалобно простонала она.

— Запомнишь, не переживай, — сказал Маркус, гладя ее по голове, путаясь в кудряшках.

Я закатила глаза и перевела взгляд на валявшегося теперь уже на животе Джейдена, отделявшего меня от этой парочки. Он и не думал заниматься домашкой, смотрел какое-то видео в телефоне про то, как маги управления ускоряют процесс регенерации тканей при серьезных повреждениях, и, судя по всему, совершенно не планировал надевать наушники. А я боролась с желанием пнуть его ногу, лежавшую как раз около меня. Не знаю, почему никто ничего не говорит ему. Маркус с Шер ладно, сами вон вслух учат знаки ритуалов, попутно нежась, но Тоби сидит с книжкой прямо у плеча Джейдена и наверняка слышит все еще лучше, чем я, только его это будто ни капли не отвлекает.

Бесят. Больше не буду соглашаться сидеть с ними.

— Элис, — послышалось откуда-то сзади, и я обернулась. Лорел просияла обворожительной улыбкой. — Ты ручку оставила на зельях, а я забыла отдать.

Ручка действительно оказалась моей, только вот не помню, чтобы доставала ее на зельях. Может, просто выкатилась из пенала.

— К вам можно? — спросила Лорел.

Я перевела взгляд на остальных, но ни Тоби, ни Джейден не отреагировали. Маркус пожал плечами.

— Конечно, — решила за всех Шер.

— Не подвинешься? — обратилась ко мне Лорел.

Тут вокруг целое поле, — садись в любую сторону, тебе что, места мало?

Я двинулась в сторону, но Джейден упер в меня свою ногу, продвигая назад. Я двинулась еще раз, но он вновь продвинул меня ногой обратно. Не знаю, наблюдал ли кто-то за этой нелепой схваткой и выглядела ли она со стороны так же странно, как представлялась мне, но продолжать я не собиралась, поэтому пнула его по ноге. Он зашипел и обернулся, грозно зыркнув на меня. Но ногу все-таки подвинул. Хотелось бы сказать «спасибо». Такое очень едкое и язвительное «спасибо». Но Лорел спросила:

— Что читаешь?

Я повернулась к ней, чтобы ответить, вот только обращалась она не ко мне. Грациозно опустилась на землю и придвинулась ближе к Тоби, приглаживая складочки юбки.

Ах, так вот зачем попросила подвинуться.

Тоби глянул на нее и молча продемонстрировал обложку. Лорел протянула руку.

— Можно?

Когда книга оказалась у нее в руках, она открыла первую страницу. И почти сразу перелистнула на следующую, а затем еще и еще. Она перелистывала страницы, задерживаясь на каждой всего по несколько секунд, и я завороженно наблюдала за ней. Не зря в науке сплошные маги познания. Остальным за ними точно не угнаться.

— Неплохо, — сказала Лорел, возвращая Тоби книгу. — Но слишком много домыслов автора. Он пытается выдать желаемое за действительное и притянуть полученные результаты к своим гипотезам. Вполне возможно, что результаты исследования и вовсе сфальсифицированы.

— У-у-у, — протянул Маркус. — Это опасная затея, Лорел.

— Обоснуй, — холодно сказал Тоби, и от его тона у меня по рукам пробежали мурашки.

— Хорошо, — согласилась Лорел, и встрепенулась точно давала ответ на занятии. — Первое — теория нитей в принципе не выглядит хоть капельку похожей на истину. Давно установлено, непосредственно Генри Хоффманом, что очаг магии располагается в районе солнечного сплетения, где и происходит выработка магической энергии. Каким образом по мнению этого автора, магия может тянуться от некого источника к очагу магии — абсолютно не ясно. И даже, если условно, существует некий источник магии, из которого мы все черпаем энергию, где он находится и почему до сих пор никем не найден и не изучен? Если мы черпаем энергию из него, разве абсолютно всех людей не должно тянуть к нему, тем более, сам автор считает, что магия ниимов заключена в этом источнике. Тогда ниимы давно бы нашли этот источник. А по поводу передачи магии звучит и вовсе недостоверно.

И если до этого я слушала вполуха, то теперь навострилась.

— Да, магия завязана на эмоциях, — продолжала Лорел, — да, по легендам Рейнар перед смертью передал магию Иргему. Но никаких достоверных данных, что это возможно — нет. То, что автор исследования нашел респондентов, якобы передавших кому-то магию, но при этом скрывает их имена, — выглядит как фальсификация. И если бы магию так просто было передать, наверняка это было бы куда более распространено и вынесено на законодательный уровень для обеспечения информационной безопасности обще…

— Можешь так не стараться, — перебил ее Джейден, и Лорел замолкла, вопросительно вскинув брови. Джейден перевернулся на бок и подпер голову рукой. — Тоби не дает рекомендации в Л'Эшаль.

Лорел открыла рот, но тут же захлопнула его. Повисла неловкая пауза.

— Даже друзьям, — подтвердил Маркус. И звучало это как-то особенно печально и обиженно.

— Зато я могу дать, — сказал Джейден и добавил: — Рекомендации.

— О не-е-ет, — усмехнулся Маркус. — Не ведись на это, Лорел!

Джейден шикнул на него, а Лорел уже успела подняться и отряхнуть юбку от налипших травинок.

— Если что, обращайся, — сказал Джейден, глядя на нее из-под опущенных ресниц. И на лице у него была самая наглая и хитрая улыбочка, которую только можно представить. — Могу даже попробовать уговорить Тоби, ради тебя.

Лорел поджала губы и поправила сумку, гордо вскинув подбородок.

— Какие вы… отвратительные.

— Согласна, — пробормотала я себе под нос.

Лорел сжала лямку сумки и уже развернулась, чтобы уйти, когда Тоби произнес ее имя. И она остановилась. Медленно обернулась, продолжая держать максимально незаинтересованное выражение лица.

— Рекомендации я действительно не даю, но могу дать совет. Если он тебе нужен.

— Слушаю.

— Магия познания позволяет тебе поглощать и обрабатывать огромные объемы информации, но…. Если ты попробуешь сместить фокус с количества потребляемого материала на его качество, и дашь себе время на отдых и осмысление, — будет куда полезнее. И проще.

Лорел шумно втянула воздух, откинула волосы и направилась к зданию академии. Я перевела взгляд на Шер, которая, судя по виду, тоже была в шоке от происходящего. Она потянула Маркуса за жилет и что-то зашептала ему на ухо. А я перевела взгляд на Тоби, который уже вернулся обратно к чтению, будто ничего и не произошло. Тоже мне, зазнавшийся отпрыск благородного семейства Хоффман.

Но про исследование нужно будет у него поспрашивать. Как-нибудь очень аккуратно. Лорел, может и не верит, что передача магии возможна… Но она же не знает, что рядом с ней только что сидело живое тому доказательство. Передать магию вполне возможно, как и украсть ее.

Глава 10

Дисклеймер!

Данная глава содержит упоминания сексуализированного насилия

20 сентября, пятница

— …и тогда Сирх укусил Горлена, выпил всю его магию иссушая очаг, и повалил в ущелье, — говорила Кэйли, сидевшая со мной на истории магии, пока мистер Льюис мерно покачивал головой и потирал свою бороду. — Израненный и истощенный Горлен семь дней шел по ущелью, но оно казалось бесконечным. Не было там ни еды, ни воды, и совсем обессилев, Горлен рассек руку об острый камень и испил собственной крови. И тогда он увидел перед собой Сирха, принявшего облик медведя. Сирх указал на свисавший с края скалы разрушенный мост, по которому можно было забраться, но до него было не дотянуться. Тогда Сирх указал на поваленное рядом дерево, но Горлен не понимал его.

— «Ты забрал мою магию, что я могу сделать?», — театрально вскинув руку произнес мистер Льюис и Кэйли вздрогнула. — Больше энтузиазма, мисс Тьюэл.

— Эм… Да. «Ты забрал мою магию, что я могу сделать?», — повторила Кэйли интонацию мистера Льюиса, однако энтузиазма в ней не прибавилось. — Но Сирх не ответил ему, а лишь продолжал указывать на дерево медвежьей лапой. Тогда Горлен решил сделать все сам. Еще семь дней потратил он на то, чтобы изготовить из поваленного дерева лестницу и дотянуться до моста. Когда Горлен смог выбраться, на вершине его встретил все тот же Сирх, но уже в обличие птицы.

— «Странный ты человек», — почти пропел мистер Льюис. — «Вернул себе магию, но не использовал ее». Не сразу понял Горлен, о чем твердил ему Сирх. Вскинул он руку и обнаружил, что его магия действительно при нем. И обрадовавшись тому, принялся Горлен вырывать с корнем деревья и сбрасывать в ущелье. И… что было дальше, мисс Тьюэл?

— Магия иссякла, — сказала Кэйли. — Горлен был так ослеплен собственным счастьем, что не подумал о том, что магия вернулась к нему лишь на время, когда он испил своей крови.

— И сказал ему Сирх: «Странный ты человек. Мог построить мост, чтобы перебраться на другую сторону, но растратил все попусту».

Мистер Льюис кивнул и жестом призвал Кэйли продолжить.

— Сирх исчез, а Горлен только тогда осознал, что выбрался не на ту сторону и теперь от дома его отделяло все то же ущелье. Но магии у него уже не было.

— Отлично, — сказал мистер Льюис и лихо соскочил со стола. — В чем мораль?

— М-м… В том, что нужно разумно распоряжаться своими силами и учитывать свои возможности?

— Мхм. Иногда не стоит проявлять упорство там, где это не требуется, а лучше приберечь силы для чего-то более значимого. И всегда оставаться в здравом уме и рассуждать трезво, — сказал мистер Льюис, на что Джейден прыснул. — …а не позволять обстоятельствам вскружить тебе голову. Хочешь что-то добавить, Джейден?

— Не-не, про трезво рассуждать — это вы правильно сказали.

— Ты у меня дошутишься когда-нибудь, — добродушно пригрозил ему мистер Льюис и продолжил занятие.

А я думала о том, что не отказалась бы от личного Сирха, который периодически покусывал бы меня, а я попивала свою кровь перед занятиями по практической магии. Домашний Сирх — звучит вполне неплохо, даже отлично. Жаль, что они существуют лишь в легендах.

***

Чай Тоби, конечно же, на этот раз не помог. Зря я следила за ним. Хотя не знаю, может я вообще выдумала это и хотела выдать желаемое за действительное? Может кошмары не снились мне просто так, без какой-либо причины. Решили, скажем, брать выходной раз в недельку, а я только зря пыталась найти какую-то связь. Не спрашивать же мне теперь у Тоби: «А не подсыпал ли ты мне что-то в чай?». Потому что, если да, то он все равно вряд ли признается. А если нет, то я даже объяснить ничего не смогу. Не скажу ведь я ему правду. Не расскажу, что уже восемь лет страдаю от этих искаженных воспоминаний, приходящих каждую ночь, кроме тех двух раз, когда он угощал меня чаем. Это точно вызовет у него лишние вопросы, которые неизбежно приведут к тому, что у меня нет магии.

Я стояла на заднем дворе академии и сжимала в пальцах тонкую шершавую ветку с какого-то куста, пока миссис Ферт объясняла, как именно направлять магическую энергию, чтобы создать иллюзию на объекте. Эти знания сейчас очень кстати для тех, кто хочет участвовать в подготовке праздника ко Дню Основателей.

Обычную иллюзию можно создать где угодно, но, чтобы она продолжала существовать, ее нужно постоянно поддерживать; стоит лишь немного отвлечься, или надолго отвести взгляд, и она тут же развеется. А иллюзия на объекте может держаться без внимания создателя достаточно долго. Человек направляет часть своей энергии в объект, создавая на нем сгусток магии и придает ему нужную форму. Сколько она продержится — зависит лишь от того, сколько энергии вкладывается. Опытные иллюзионисты могут создавать неограниченное количество таких иллюзий и делать это даже на расстоянии. Магам без специализации рекомендуют всегда держать объект в руке, чтобы не промахнуться и не направить потоки энергии мимо.

А мне… нужно просто стоять с веткой и создавать видимость активной деятельности, пока другие создают иллюзии цветков, по заказу миссис Ферт.

— И что на этот раз? — устало спросила она, оказавшись возле меня.

— Простите, не знаю, почему так, — бубнила я, пытаясь выдумать очередную ложь. — Вчера только получалось, а сегодня… Не знаю, может это психосоматика.

Миссис Ферт потерла глаза.

— Обычно, значит, у вас получается, а именно на моих занятиях перестает.

— Да, сама не пойму, что такое. Может это еще, потому что…

— Мисс Уэйланд, — перебила миссис Ферт, отмечая что-то в списке. — Мне придется поднять вопрос о вашем состоянии на…

Мое сердце остановилось. Клянусь, на пару секунд оно вовсе перестало биться, а потом заколотилось с такой силой, что грозило проломить грудную клетку, выскочить прямо к ногам миссис Ферт, и поскакать дальше, оставив мое охладевшее тело валяться на заднем дворе академии.

Но вовсе не от ее слов. А из-за того, что в моей руке возникла самая настоящая, хоть и слабенькая, но иллюзия. Я все еще чувствовала, что держу сухую ветку, вот только выглядела она теперь как тонкий зеленый стебель с шестью пурпурными колокольчиками. Неощутимая, нематериальная, но очень реальная иллюзия.

— М-м. Хорошо. Запишу, что на вас благотворно влияют угрозы, — сказала миссис Ферт себе под нос и пошла дальше.

А я продолжала смотреть на иллюзию в моей руке, пока на глаза наворачивались слезы. Невозможно. Это невозможно. Я не могла создать иллюзию. Во мне нет магии. Я тысячи раз пыталась, я годами не теряла надежду, я часами сидела перед пустым стаканом, пытаясь притянуть его к себе, я рисовала сотни знаков ритуалов на тренировочном манекене, но ни один из них не сиял.

Я не могла. А значит, иллюзию создал кто-то другой.

Я подняла глаза, в надежде увидеть Шер где-то поблизости. Оглянулась на здание в поисках ее кудряшек за одним из окон академии, но нет, Шер не могла быть здесь. У нее сейчас травы в дальнем павильоне, мы уже договорились, что она будет помогать мне на следующей неделе с зачетом, и сегодня она бы не стала прогуливать. Разве что отпустили пораньше…

Но Шер нигде не было.

Кто еще мог создать иллюзию? И главное — зачем? Потому что знает, что сама я бы не справилась? Или просто решил помочь? Я посмотрела на домики преподавателей, они совсем рядом, но… Нет, это полный бред. Мистер Барри точно не стал бы помогать мне.

Тоби с Джейденом в другом конце площадки, да и не смотрят даже в мою сторону, да и не могут они знать. Не могут ведь?

А иллюзия все не растворялась, значит кто-то все еще смотрел на нее. Или умеет направлять энергию на расстоянии. Мог ли Олли оказаться прав и…

— Что-то случилось? — спросила неизвестно откуда возникшая рядом Грета. — Выглядишь потерянной.

Иллюзия подернулась и медленно угасла. В моей руке вновь была лишь голая сухая ветка. Я перевела взгляд на Грету.

— Это… ты?

И без того большие глаза Греты от удивления стали совсем круглыми за очками.

— О чем ты?

— Я… что-то меня подташнивает. Передашь, миссис Ферт, что мне стало плохо, если она спросит?

Я медленно попятилась, под непонимающий взгляд Греты.

— Ладно, — сказала она. А я быстро кивнула и умчалась.

Не понимаю. Ничего не понимаю. Что вообще происходит?

***

21 сентября, суббота

Я сжимала ножницы трясущейся рукой, глядя на свое отражение в зеркале, но не могла решиться. Мне страшно. И я чувствую свой страх. Он такой живой и настоящий. Скребет по плечам, покалывает шею, щекочет затылок, и медленно ползет, едва касаясь позвоночника. Он всегда рядом. И от этого еще страшнее.

Страх сковывает, страх не дает двигаться вперед, страх лишает способности мыслить.

Я собрала часть волос и сжала в руке. Поднесла ножницы. Одно движение и мой страх исчезнет. Одно движение, и я избавлюсь от него. Одно…

Я бросила ножницы в раковину и закрыла лицо руками.

Не могу.

Мама запрещала стричь волосы. И я ненавидела их. Длинные, ниже поясницы, слишком жесткие, вечно путались и мешали. Оставались везде, лежали по всей квартире, тянулись за мной по полу, изгибались темными змеями, клубились и вили гнезда, преследовали меня, куда бы я ни шла. Всегда рядом.

Мой страх был похож на змею. Скользкую и гладкую. Он струился и изгибался, догоняя меня каждый раз, когда я пыталась сбежать от него. Потому что всегда был со мной. Был частью меня.

Она говорила, что ей они нравились. И я понимала, почему.

За длинные волосы удобнее хватать. За длинные волосы проще тянуть. За длинные волосы легче тащить.

Но волосы мои были не волосами вовсе, а темными змеями моего страха. Я думала, что уже справилась с этим, что отпустила, но...

Мама запрещала стричь волосы. И когда она умерла, первое, что я сделала — отрезала их.

Отрезала и связалась с компанией Мэйсона. Алкоголь, сигареты, запрещенные порошки и зелья. Постоянные кошмары. Кошмары во сне, кошмары наяву. И так продолжалось почти год. Год, о котором лучше не вспоминать. Год, который мог перерасти в два или три, а то и больше, если бы на одной из тусовок я не напилась, и мы с Мэйсоном…

Я даже не до конца помню, как мы оказались в постели, настолько была пьяной. Все жалась к нему, терлась о его колючую бороду, которая меня ужасно раздражала (но не говорить же об этом?). Тем более мы даже не встречались. Пару раз целовались так же по пьяни, но эти поцелуи никогда ничего не значили для нас обоих. В той компании вообще мало что имело значение, и я свыклась с этим, решила, что так и должно быть, что это нормально. А он впивался в мой рот жадными поцелуями, ударяясь зубами о зубы, вжимая меня сильнее в матрас. И я терлась бедрами о его рваные джинсы, ощущая под ними набухший член. И почему-то хотела его.

Но это оказалось куда больнее и противнее, чем я представляла. И я хотела, чтобы он остановился, просила, чтобы он прекратил, но он продолжал рывками входить в меня, прижимая к себе. Комкал в руке мои волосы, и тянул, запрокидывая голову, а с моих губ срывались судорожные стоны совсем не похожие на стоны наслаждения. Но ему было плевать. А я не знала, так ли должно быть, и я не знала, правильно ли все это, и я не знала, что должна чувствовать. Может так и нужно? Может обычно так и бывает? Может просто терпеть?

И я зажмурилась. Терпела, терпела, терпела, задыхаясь от собственной боли, заверяя себя, что это скоро закончится. Но оно не заканчивалось. А когда стало совсем невыносимо, распахнула глаза, чтобы все-таки попытаться сбросить его с себя, но в темноте смогла различить лишь его пустое лицо. И закричала.

Когда кричала, всегда просыпалась. Но в тот раз не проснулась. И я продолжала кричать. Кричала и кричала, пока совсем не охрипла, пока в комнату не ворвались остальные, с такими же пустыми и безобразными лицами. А я смогла лишь забиться в угол и рыдать. Рыдать в надежде, что вот-вот проснусь, но не просыпалась.

Потому что я не спала.

Я шмыгнула и убрала от лица руки, уперлась в раковину. Ножницы так и лежали там, распахнув металлическую пасть, готовые в любой момент оборвать жизнь моего страха. Я глянула на свое лицо, на опухшие и покрасневшие глаза, размазанную тушь. Медленно отделила передние пряди, завесила ими лицо, и подняла ножницы. Резанула где-то у кончика носа.

Темные волосы упали на белую раковину, изогнулись проклятыми змеями. Я открыла кран и смыла их. Пускай тонут.

В тот момент, когда ножницы сомкнулись, мне показалось, что я действительно отрезала что-то лишнее, чужое, инородное. Секундное удовольствие. Будто мне удалось освободиться. Избавиться от своего страха, смыв его в раковину. Отпустить, и позволить себе жить дальше или… хотя бы притвориться.

Натянула улыбку, глядя на свое лицо, обрамленное теперь с двух сторон темными прядками. В моем воображении выглядело лучше, но что получилось, то получилось. За уши убирается и ладно.

И мне даже стало немного лучше.

Всего чуть-чуть.

Наверно, потому что я понимала, — все змеи умеют плавать.

***

Об отрезанной челке я пожалела, когда шла к автобусу. Она щекотала нос и лезла в глаза, отчего приходилось постоянно сдувать ее и убирать за уши, но она все равно выбивалась. Просто чудесно. Добавила себе проблем.

— К тебе можно? — спросил Тоби, когда Шер с Маркусом заняли места передо мной.

Я промолчала, отвернувшись к окну, смотрела, как академия медленно удалялась и приближался лес.

— Если нет, то…

— Садись уже.

И он сел рядом. А я все думала, не спросить ли его про вчерашнее занятие по практической магии, но боялась услышать ответ. Потому что при любом из вариантов, возникло бы еще больше вопросов.

— Ты в порядке?

— Да, — пробурчала я, пялясь на проезжавшие мимо машины.

Тоби помолчал какое-то время, но потом все же сказал:

— Если вдруг захочешь поделиться, я могу выслушать.

— Мхм.

«Знаешь, Тоби, я ниим. Что говоришь? Твой отец помогает ниимам? Построил для них ЦИОРМ? А он знает, что там творится? В курсе, что процентов восемьдесят ниимов просто умирает, так и не пробудив магию? М-м, как здорово, нет, спасибо, я туда не хочу. Зато не против, если ты скажешь, что подсыпал мне в чай. А, ничего не подсыпал? Мне показалось? Я это выдумала, как и искаженное лицо той убитой женщины, просто потому что у меня (как там Джейден сказал?) слишком бурная фантазия? Может я и кошмары все свои выдумала забавы ради, чтобы придать потере магии какой-то смысл, добавить сакральности, будто я не обычный ниим, а особенный. Не просто родилась без магии, а мою магию кто-то украл. Что по этому поводу пишут в твоих умных книжках?»

Интересно, это ли он хотел услышать, когда предлагал поделиться?

Шер, конечно, потащила нас в Джеллби, как только мы приехали, но я и не против. Наконец смогла заказать пасту с курицей под соусом орнэ, которую не ела уже больше месяца. Так, как в Джеллби, ее нигде не делали: идеальное сочетание сливочно-сырного вкуса и мягкой курицы с проваренными до нужной степени макаронами, немного черного перца и куриный желток, — замешать, отправить в рот и умереть от блаженства.

— Элис, они вернули мягкое мороженое! — воскликнула Шер, тыча пальцем в меню перед моим носом. — Я же говорила, что вернут.

Что ж, видимо сегодня у меня день рождения.

— Как вы познакомились? — в какой-то момент спросил Маркус, нарезая кусок телятины.

— Мы учились в одном колледже, — сказала Шер. — Первые два года и не общались даже, а потом Элис подсела ко мне…

— Я к тебе не подсаживалась, — перебила я.

Шер нахмурилась.

— Да? Ну значит, я подсела. Мы читали один и тот же комикс.

— Тебе давно нравятся комиксы? — спросил Маркус, явно заинтересовавшись.

— Ой, да с детства, кажется. А ты вообще никогда не читал?

— М-м… Папа считает, что это лишняя трата времени и только отвлекает от учебы, так что…

— Вообще нет! Знаешь, сколько всего я узнала из комиксов? — Шер задумалась, видимо пытаясь вспомнить хоть что-то. — Вот, например, ты знаешь, в чем отличие пистолета от револьвера?

— Очень полезное знание, Шер, — прокомментировала я.

— У револьвера есть барабан, — гордо сказала Шер, пропустив мой комментарий мимо ушей. — И они бывают одинарного и двойного действия.

— Да, знаю, читал про них в детстве, — сказал Маркус. — Там курок взводится вручную для каждого выстрела, а у двойного — самовзводный механизм.

Я закатила глаза и вернулась к своей пасте, едва не извозив в ней челку. Какая польза от этой информации, если огнестрельное оружие у нас не производят, а все, что поставляли с материка давно уже изъято и заменено на безопасные пневматы с анестезирующими дротиками, которые используют блюстители?

— …и потом Элис начала доказывать мне, что там все нелогично и не может злодей на самом деле преследовать высшие цели и одуматься, если всего лишь поговорить с ним, — задорно продолжала Шер.

— Вообще-то так и есть, — буркнула я.

— Это ж всего лишь комикс, — пожала плечами Шер. — А ты все воспринимаешь слишком всерьез. А вы, кстати, как познакомились? — спросила она, обращаясь к Маркусу.

Маркус глянул на Тоби, который, судя по всему, как и я, подрабатывал массовкой в этом романтическом фильме. С Шер в главной роли, естественно.

— Тоже года два назад, получается, — прикинул Маркус и посмотрел на Тоби. — Я рассказываю?

— Рассказывай.

— В общем, была одна девушка. Сколько ей сейчас? Шестнадцать? — спросил Маркус, Тоби кивнул. — Тогда, значит, четырнадцать было. Ну и она все вилась вокруг меня, а мне как бы вообще не до того было. Последние два года, подготовка к экзаменам, сами понимаете, да и я тогда еще в Л’Эшаль собирался… А к нам как раз в группу перевели Тоби, потому что он год болел и решил не нагонять своих, а продолжить учебу с нами. Правильно?

— Мхм.

— Мы может немного общались, пересекались в компании, а потом Тоби позвал меня на «серьезный разговор». Я сначала вообще растерялся, думаю, ну все, у сынка Генри Хоффмана ко мне какие-то претензии, отец меня прибьет, — усмехнулся Маркус. — Ты может тоже что-то добавишь?

— Про то, как ты три дня избегал меня?

— Ну спасибо. Я вообще-то реально перепугался. Знаешь, сколько у нас слухов ходило о вашей семейке?

— Могу представить.

— А что за разговор в итоге? — поторопила Шер и поиграла бровями. — Про ту девушку?

— Ага, — сказал Маркус, повернувшись к ней. — Оказалось, что она его сестра, и уже год в меня влюблена. Вот Тоби и попросил меня поговорить с ней и все объяснить. А потом как-то само собой общение пошло.

— А с сестрой что в итоге? — спросила Шер.

— Я ей объяснил, что пока не готов к отношениям, у меня подготовка к экзаменам, поступление, и что можем пообщаться, когда я поступлю, — сказал Маркус. Шер прищурилась и скрестила руки на груди, поэтому Маркус поспешно добавил: — Да уже два года прошло, ты чего? Она меня и забыла уже, нашла там кого-то себе наверно.

—Мхм, — подтвердил Тоби.

— А с Джейденом вы как сошлись? — вклинилась я.

— Маркус решил, что со мной ему слишком скучно, — сказал Тоби.

— Я этого не говорил! И вообще у него за столом просто было не занято.

— Там все столы были свободны.

— Ты чем-то недоволен? Вы вроде неплохо поладили.

— Молчу, — сказал Тоби.

Я сунула в рот последнюю ложку мягкого мороженого и решила, что раньше оно все-таки было лучше.

Когда мы вышли из Джеллби, Шер подхватила меня под руку и притянула к себе.

— Меня не жди, — шепнула она мне в ухо и чмокнула в щеку. А потом махнула и они с Маркусом направились в сторону сквера.

Ладно, мне все равно нужно дойти до дома, проверить квартиру и оплатить счета. Возвращаться туда совсем не хотелось, но за меня это никто не сделает.

В сквере перед площадью дежурило на удивление много блюстителей. В темно-синей форме они патрулировали улицы и останавливали случайных прохожих, спрашивали их о чем-то, заполняли бланки. Хорошо, что мне не в ту сторону, не хочу лишний раз пересекаться с ними. Прошла мимо автобусной остановки, где бригада управленцев собирала разбитые стекла магией, попутно ломая голову, как чинить сломанные панели, покрытые титаном. Справа пара управленцев контролировали покраску стены здания, — закрашивали какие-то надписи, которые уже не прочитать. Беспорядки в городе? Это что-то новенькое.

Я остановилась на перекрестке и только сейчас осознала, что Тоби все это время шел за мной.

— Ты меня преследуешь?

— Да нет, — сказал он. Но видимо не найдя в моем взгляде удовлетворения пояснил: — Просто иду в ту же сторону.

— И куда же?

— В ту же сторону, что и ты, — сказал он и кивнул вперед.

— Ты в курсе, что ведешь себя очень навязчиво?

— Навязчиво?

— Именно, — сказала я, пока мы переходили дорогу, и принялась загибать пальцы. — Подсаживаешься на ритуалах, предлагаешь тетрадки, угощаешь чаем, пытаешься разговорить, зовешь посидеть с вами. — Пальцы на руки кончились, и я подняла другую, чтобы загнуть еще один. — Теперь вот преследуешь. Говори уже, что тебе нужно.

— Я ведь сказал, что хотел пообщаться. Маркус сейчас постоянно с Шер, так что мне слегка одиноко.

— Ну а чего тогда не берешь с собой Джейдена?

— Наверно, потому что он не моя собственность.

— А нормально ответить?

— Тебе интересно, зову ли я его поехать с нами или почему он не едет?

— Почему не едет.

— Тогда это лучше спросить у него, — сказал Тоби и остановился. Я зачем-то тоже остановилась, отшагнула за ним к стене здания, чтобы не мешать прохожим. — Слушай, мы в любом случае часто будем пересекаться. Почему бы просто не подружиться?

— Подружиться, — повторила я и поджала губы. — Слушай, давай начистоту. Я могу отличить, когда хотят подружиться, а когда подкатывают.

Тоби прыснул.

— Ты называешь «подкатами» дружелюбность и вежливость? Или вообще любые проявления внимания?

Бесит он меня со своим занудством. Я смотрела на него какое-то время, пытаясь понять, к чему вообще все эти разговоры. И потом тяжело вздохнула.

— Ладно, мистер Хоффман, договорились, — сказала я. — Тогда идем в канцелярский, куплю тебе тетрадь.

— Я ведь сказал, что ты можешь не возвращать.

— А я хочу вернуть, — отрезала я и направилась к магазину. — Только давай сразу проясним. Хочешь дружить, — без проблем, давай дружить. Но влюбляться не вздумай.

— Какое самомнение…

— И передразнивать меня тоже не вздумай!

В канцелярском магазине я сразу направилась к стенду с тетрадями.

— Тебе нужно такую же? — спросила я, разглядывая полки в поисках похожей.

— У меня достаточно тетрадей, — сказал Тоби.

— Такую же или другую? — настаивала я.

— Как хочешь.

— Тогда возьму розовую.

— Хорошо, — равнодушно сказал Тоби.

— Я ведь серьезно, — сказала я и взяла первую попавшуюся розовую тетрадь, явно детскую, с белым пони из какого-то мультика. — Эту. И заставлю тебя писать в ней.

Он улыбнулся.

— Можешь попытаться.

И ушел к другому стенду. Я сунула тетрадь на место и шумно вдохнула, взяла обычную черную и направилась к кассе. По пути зацепилась взглядом за стенд с блокнотами, остановилась, разглядывая, в поисках такого же как у меня, но его не оказалось. Провела пальцем по корешкам и остановилась на белом, вспомнив о блокноте Лорел, который мне понравился. Достала и оглядела со всех сторон. Никогда не позволила бы себе взять белый. Не практично, быстро запачкается, потемнеет. Хотя скорее всего, это мамины мысли, не мои. Взять или не брать? Провела пальцем по пленке и положила на место. Буду решать, когда закончится.

Тоби ждал меня у выхода, и я протянул ему купленную тетрадь.

— Спасибо, — сказал он и убрал тетрадь в сумку. Выглядел не особо довольным.

— Расстроился, что не с пони?

— Немного, — сказал Тоби. — Куда ты планировала пойти?

— Домой, — сказала я. И добавила: — Одна. Так что, пока.

Я махнула рукой и поспешила дальше. Но не пройдя и квартала, поняла, что не могу отделаться от ощущения, что он все еще идет следом и обернулась, чтобы убедиться в этом.

— Ты издеваешься?!

— Я просто иду в ту же сторону, — сказал Тоби. — Мне нужно в ЦИОРМ.

— Зачем? — спросила я, делая вид, что меня ни капельки не задело упоминание этого места.

— Нужно встретиться с одним человеком.

Наверняка с кем-то главным, кто в курсе, что там творится. Может мне стоит спросить, в курсе ли Тоби? Что, если все эти зверства происходят без ведома его отца? Может кому-то из назначенных там руководителей слишком вскружила голову полученная власть и он возомнил себя вершителем судеб, а Генри Хоффман и не знает об этом?

— Могу я спросить кое-что? — прервал мои размышления Тоби.

— Ну попробуй.

— У тебя все в порядке с мистером Барри?

Я чуть не подавилась воздухом и поспешно спросила:

— Ты о чем?

— Просто заметил, что ты не отвечаешь на ритуалах, хотя знаешь ответ, — сказал Тоби. — Да и когда ты задержалась после занятия, выглядела напуганной.

— Все нормально. Мы обсуждали… — сказала я быстрее, чем успела придумать, — …дополнительные задания. Хочу больше узнать о ритуалах.

— Такие страшные дополнительные задания? — спросил Тоби. Возможно, это должно было прозвучать как шутка, но вышло слишком серьезно.

— Очень, — решила подыграть я. — Не знаю, как я справлюсь. Уже пожалела, что решила взяться. Но ради дополнительных баллов придется постараться... А не отвечаю, просто потому что не хочу выпендриваться как некоторые.

Я повернулась к Тоби, ожидая какой-то реакции. Пыталась угадать по его выражению лица, поверил он мне или нет, но ничего не смогла разобрать. Глянула вперед, прикидывая, что могу свернуть уже здесь, чтобы не продолжать разговор, но зацепилась взглядом за лежавшего прямо на тротуаре человека. Возможно, кто-то из ниимов совсем обессилел от голода.

— Я понял, — сказал Тоби.

— Вот и отлично.

Прохожие обступали лежавшего в последний момент, запинались о его ноги, оборачивались на него, но помогать никто не спешил.

— Но так, на всякий случай, мистер Барри не очень… порядочный человек. Так что, с ним лучше не связываться.

— Ты о… — пробормотала я, уже не понимая, о чем мы говорим, потому что теперь, подходя ближе, я смогла разглядеть рыжую макушку лежавшего.

Очень знакомую рыжую макушку.

И я побежала к ней.

Глава 11

— Хоуп, — звала я, но она не реагировала.

Я оттащила ее к стене, пыталась нащупать пульс, но он был очень слабым. Она совсем похудела и выглядела слишком изможденной, губы обветрились, под глазами пролегли темные круги. Совсем холодная.

Сколько она уже здесь? Несколько минут? А что, если больше? Нужно бы вызвать скорую, но нельзя. Они, конечно, помогут, но потом сдадут ее в ЦИОРМ, точно сдадут.

И я даже не знала, чем помочь ей. Вернее, знала, но не могла. Если только не… Я перевела взгляд на Тоби, который остановился рядом.

— Есть перо? — спросила я. Тоби открыл сумку, а я в это время достала блокнот и быстро нарисовала знак Веруан. Пихнула блокнот Тоби. — Нарисуй на ней этот знак. Только линии не перепутай! — Я поднялась и добавила: — Сейчас вернусь.

И побежала к магазину.

Сирх, я только что оставила Хоуп с сыном Генри Хоффмана, даже не выяснив его отношение к ниимам, просто чтобы он не понял, что у меня нет магии. Зато теперь он скорее всего поймет, что я общаюсь с незарегистрированный ниимом. Сирх, он же еще и только что сказал, что идет в ЦИОРМ!

Я схватила бутылку воды, упаковку овсянки и почему-то решила, что нужно взять еще шоколадку, (после потери сознания же дают шоколад, я ничего не путаю?) и побежала на кассу.

Тоби стоял рядом с Хоуп, свернувшейся на асфальте калачиком. Я подошла к ней и опустилась на корточки.

— Ты как?

Она открыла глаза, посмотрела на меня, а потом метнула взгляд на Тоби и пересохшими губами шепнула:

— Кто это?

Я протянула ей бутылку воды и помогла попить.

— Из академии. Ты как себя чувствуешь? Тут лучше не оставаться. Идти сможешь?

— Нет, — сказала Хоуп.

— Тогда полежи немного, а потом…

— Уходи.

— Хоуп. Мы пойдем ко мне, и ты останешься там.

— Элис, отвали.

— Тебе нужно хотя бы поесть, — не отступала я. — Ты вообще видела себя?

— Сама справлюсь.

— Вижу. Отлично справляешься.

Хоуп открыла рот, чтобы сказать еще что-то, но я сунула в него дольку шоколадки, и она замолкла, медленно жуя. Я глянула на Тоби, но он даже не смотрел в нашу сторону, печатал в телефоне. Странно, что вообще до сих пор не ушел. Надеюсь, прямо сейчас он не сообщает блюстителям о том, что нашел незарегистрированного ниима.

Нам бы убираться отсюда, пока здесь не объявились блюстители, но вряд ли в таком состоянии Хоуп сможет куда-то идти.

— Вам помощь не нужна? — спросил Тоби, наконец обратив на нас внимание.

— Нет, — быстро сказала Хоуп и попыталась подняться, но зажмурилась и осела обратно.

— Да, — сказала я и посмотрела на Тоби. — Донеси ее до моего дома.

— Не нужно меня никуда… — с ужасом начала Хоуп.

— Пожалуйста, — добавила я.

Хоуп за этот месяц так исхудала, что я, возможно, смогла бы донести ее и сама, но… Почему бы не воспользоваться чужой помощью?

Что ж, мистер Хоффман, хотел дружить со мной? Получай.

Но Тоби видимо был не особо против. Зато Хоуп была.

— Не трогай меня! — возопила она. Но прохожие стали оборачиваться, и она тут же заткнулась. Только корчила недовольную гримасу, на руках Тоби.

— Далеко идти? — спросил Тоби.

— Пару кварталов. А, у тебя же встреча, да?

— Я уже написал, что задержусь, так что все в порядке.

В Гамбле Тобиас Хоффман смотрелся как-то совсем не к месту. Как инородное тело, проникшее в уже давно сформировавшийся организм нашего, пропахшего мусором и дешевой едой из забегаловок, района. Такие обычно сюда не заглядывают, максимум сворачивают к ЦИОРМу, но не пробираются вглубь, иногда проезжают на машинах по пути в свои загородные дома, если на основной дороге пробки.

Мы шли молча. Я пару раз хотела сказать о чем-то, пошутить про опять закрывшийся магазин на углу, новые владельцы которого каждый раз надеялись, что «у них-то точно бизнес попрет», но через пару месяцев не выдерживали и закрывались; или про голубей, которые в очередной раз загадили развешенное на балконе белье в доме напротив, будто это стало их излюбленным местом. Но все это прозвучало бы как-то не к месту.

Думаю, после сегодняшнего Тоби точно несколько раз подумает, прежде чем снова захочет пообщаться.

Мы поднялись на второй этаж, я открыла квартиру и пропустила Тоби. Он опустил Хоуп на диван, и та сразу уткнулась носом в подушку.

— Еще чем-то помочь? — спросил Тоби.

— Нет.

— Я тогда пойду,

Я глянула на Хоуп и поспешила за ним. Оказавшись в общем коридоре, я прикрыла дверь в квартиру.

— По поводу Хоуп… Это не то, что ты подумал. В смысле…

— А что я должен был подумать?

— Нет. Ничего.

— Я не лезу в чужие дела… — сказал Тоби и замолк. Отвел взгляд в сторону. — Стараюсь не лезть. Но если хочешь, можешь рассказать.

— Не хочу.

— Тебя потом встретить?

— Нет. Я разберусь. И… спасибо.

Тоби кивнул, а я вернулась в квартиру. Закрыла дверь на ключ и сунула его в карман.

— Рассказывай, — строго сказала я, встав перед диваном и скрестив руки на груди.

Хоуп отпустила подушку и глянула на меня, поморщила нос.

— Это все из-за Рейнара.

— Рейнара? — не поняла я.

— Да того мужика, которого притащила Беатрис. Ты ж его видела?

— Хоуп, я же просила не ввязываться в…

— А я и не ввязывалась! — перебила Хоуп. — Они и без меня отлично справились. Разгромили все ночью на площади, исписали стены своими требованиями, подожгли здание ЦИОРМа! И нет, чтобы сделать все по-тихому, залечь на дно, но они пошли со своими плакатами. Их, конечно отпустили. Но ты же знаешь, зачем, да? Чтобы они привели их к нам! А они ворвались ночью, пока все спали и давай всех хватать, я еле как сбежала.

— Хоуп… Но почему ты не сказала мне? Я ведь просила. План же для этого и нужен был.

Хоуп отвернулась и опять уткнулась лицом в подушку, намекая, что разговор окончен. Я тяжело вздохнула и дошла до кухни. Включила аллириум, поставила вариться овсянку. Прижалась спиной к кухонной тумбе, оглядывая квартиру.

За диваном все так же лежал свернутый ковер, который давно истерся, а я все никак не могла донести его до мусорки. Раньше он лежал по центру гостиной, помню, как мама сидела в одном из кресел и читала свои нудные книжки в очках с толстенными стеклами. Я сидела в своей комнате, дверь в которую никогда не закрывалась, за столом, лицом к окну. Изучала знаки ритуалов, но спиной всегда чувствовала, как она поглядывала на меня, проверяя, ровно ли я держу спину. И когда я слышала, что она поднялась с кресла, прислушивалась к шагам. Сначала тихий скрип пола, приглушенный ковром, — три шага. Потом два шага босыми ногами по голым доскам. Если третий шаг приглушенный и липкий по плитке, — значит идет на кухню, а если по полу, то к себе. Но если шага всего два, — значит, она в дверях моей комнаты. Стоит и смотрит, наблюдает, решает, хорошо ли я справляюсь.

Я сглотнула и услышала шипение. Сирх! Каша. Открыла крышку, и пена поспешно опала обратно в кастрюлю.

— Твой парень в курсе, что ты ниим? — небрежно спросила Хоуп, сев на диване.

— Он мне не парень. И нет, не в курсе.

Хоуп хмыкнула.

— Спасибо, что подставила.

— Он ничего не скажет, — сказала я, хотя сама не была уверена в этом.

— Пока, — сказала Хоуп и поднялась.

— Хоуп! Ты останешься здесь.

Я шагнула вперед. Три стука ботинок по плитке и я в гостиной.

— Нет, не останусь.

— И куда ты пойдешь?! На улицу?

Два шага по скрипящим доскам, и я перед ней.

— Отвали от меня, ладно? — прошипела Хоуп мне в лицо. — И катись в свою академию.

Пять шагов и она у двери.

— Скоро похолодает, Хоуп. Ты не сможешь оставаться на улице.

— Отстань от меня! — Она дернула ручку двери. Дернула еще и еще. И наконец обернулась ко мне. — Открой!

Меня колотило мелкой дрожью. Мне хотелось подойти к ней, схватить ее за руку, дернуть, оттащить от двери, заставить слушаться. Нет, это не я. Это не я. Это мама. Я сглотнула, сделала медленный, очень медленный вдох и трясущимся голосом сказала:

— Хотя бы поешь.

Хоуп посмотрела на кастрюлю. Какое-то время сомневалась, но все-таки дошла до кухонного стола, громко топая и опустилась на стул.

Вдох. Выдох.

Я перевалила кашу в тарелку и поставила перед ней. Стоило Хоуп заполучить ложку, как она жадно зачерпнула кашу, отправила в рот и проглотила, не жуя.

Зачем она так со мной? Я же переживаю, я не хочу, чтобы с ней что-то произошло, я не могу бросить ее. Я так перед ней виновата, неужели так трудно принять мою помощь? Она так сопротивляется, но ей ведь нужно это, ей стало бы куда проще, если бы она всего лишь позволила помочь ей.

— Почему ты не хочешь жить здесь? — спросила я.

Хоуп не отвечала, продолжая поглощать кашу и я села напротив нее. Она выглядела сейчас как одичавший звереныш, готовый напасть на любого, кто попытается отобрать у нее еду. Доев, Хоуп потянулась за шоколадкой. И лишь съев всю плитку, ответила:

— Не хочу быть как ты.

Я нахмурилась.

— Что значит — как я?

Хоуп сверкнула на меня глазами.

— Есть мы, а есть они. И если ты выбираешь одних, то не должна помогать другим. Так не работает. Ты либо с нами, либо с ними.

— Но я же…

— У тебя есть квартира, Элис! В базе блюстителей указано, что ты маг! Ты учишься в академии с другими магами! Ты дружишь с магами!

— Но у меня нет магии! — не выдержала я. — Я не могу полноценно учиться, не могу устроиться на работу, не могу даже продать эту квартиру и купить другую, чтобы…

Я замолкла, потому что Хоуп рассмеялась.

— Ты себя вообще слышишь?! Да любой ниим отдал бы что угодно, чтобы обменять свои проблемы на твои. Так что, если ты уже выбрала их, то будь с ними. А к нам не лезь.

— Да не выбирала я их. Я просто пытаюсь хоть как-то… Я все равно никогда не смогу жить нормально. Я в любом случае не одна из них и…

— Но и не одна из нас.

И эти слова больно резанули где-то под ребрами. Точно Хоуп всадила туда нож. Нет, не всадила. Нож уже давно был там, но сейчас она решила его провернуть.

Хоуп поднялась и пошла к выходу. Остановилась у двери. Молча смотрела в нее. Я подошла, вставила ключ и открыла дверь.

— Спасибо, — буркнула Хоуп. — Но больше ко мне не подходи.

И Хоуп ушла, забрав с собой тот воображаемый нож. Вытащила его из моих ребер и оставила меня одну перед дверью истекать воображаемой кровью.

В квартире, из-за которой я не могу быть одной из них. В квартире, из которой хотелось поскорее сбежать. Но куда? В академию, из-за которой я не могу быть одной из них? К магам, одной из которых мне никогда не стать?

Я помыла кастрюлю и выключила аллириум, оплатила счета. Спасибо маме, что прямо перед смертью она умудрилась где-то отыскать столько денег, что я до сих пор могу их оплачивать. Будто точно знала, в какой именно день умрет. Да, она долго болела, не спала ночами, постепенно теряла магию и угасала, а в последние годы почти не могла проводить ритуалы, денег получала мало, ушла с работы, чтобы найти попроще, и в итоге просто осела дома.

Но в июле три года назад неожиданно пропала на весь день, а вечером вернулась с целой сумкой денег. Не знаю, что она сделала, не знаю, где взяла их, спрашивать я побоялась. А она лишь твердила о том, что через пять лет я должна поехать в Абендорм. Но объяснять ничего не стала или просто уже не могла. Всю ночь заходилась в кашле, просила не вызывать скорую, но я вызвала.

И она говорила не ехать, но я поехала. И врачи говорили, что она умерла, но я не верила. И в похоронном бюро говорили заключить договор, но я не могла.

И тогда пришлось звонить отцу.

Он был не рад, совсем не рад. Не из-за того, что мама умерла, а что ему пришлось приехать. И я тоже была не рада. Не из-за того, что мама умерла, а из-за того, что пришлось общаться с ним. Врать про психосоматику, про еще что-то, уже и не вспомню. Делать вид, будто мне абсолютно плевать, что он бросил меня с ней совсем одну; пока он делал вид, будто сожалеет об этом. Не смеяться ему в лицо, когда на похоронах он говорил, какой прекрасной женщиной она была и как жаль ему о ее безвременной кончине. Притворяться, что я со всем справлюсь, что мне не нужна помощь, что мне абсолютно плевать на ее смерть. Потому что абсолютно плевать мне все-таки не было, ведь, что бы она ни делала, как бы себя ни вела, я все равно любила ее.

Я захлопнула дверь и закрыла на оба замка. Поплелась к остановке, чтобы вернуться в академию.

Ниим, которому не место среди магов.

Ниим, которому не место среди ниимов.

***

«Тебя ждать?», — пришло сообщение от Шер и я нахмурилась. Разве это не она просила не ждать ее?

«Иду к остановке. Минут 5», — написала я.

«Ждем».

Они с Маркусом решили меня дождаться? Неожиданно. И я ускорилась. Пыталась отвлечься от своих мыслей, но никак не получалось. Видимо, придется просто нацепить улыбку, чтобы Шер не выспрашивала, что случилось.

Но вывернув из-за угла я застала Шер вовсе не с Маркусом, а с Тоби. Они что-то активно обсуждали, но завидев меня оба замолкли.

— Разобралась со счетами? — спросила Шер.

— Да, — сказала я, глянув на Тоби. — А где ты Маркуса потеряла?

— У него… проблемы. Потом расскажу, — сказала Шер следя взглядом за подъезжавшим автобусом.

Но в автобусе она так и не рассказала. Говорила лишь об учебе, жаловалась на мисс Мелборн. Слишком активно даже для Шер. Болтала без устали, будто боялась, что, если замолкнет, неизбежно поднимется какая-то другая тема, о которой говорить не следует. И только когда мы дошли до академии, быстро помахала Тоби, намекая, что ему пора исчезнуть, и потащила меня к саду камней.

— Элис, что происходит? — серьезно спросила Шер.

— Ты о чем?

— Тоби спрашивал, нет ли у тебя проблем с мистером Барри.

А ее-то он зачем об этом спрашивал? Сам же сказал, что не лезет в чужие дела и вот, пожалуйста, очень даже лезет.

— А ему какое дело?

— Я его так и спросила, — сказала Шер с явным возмущением. — Ну, ладно, не совсем так, но не суть. А он сказал лишь то, что Барри какой-то мутный тип и ты вроде как договорилась о дополнительных занятиях или что-то такое. Но это не так важно. Я ему, конечно, ничего не стала говорить про шантаж и прочее. Но мне совсем не понравилось, что он спросил об этом сразу после того, как мы обсуждали ниимов. И…

— Вы обсуждали ниимов?!

— Да. И это выглядело примерно, как: «ла-ла-ла, ниимы», — сказала Шер, изображая рукой говорящий рот. А потом подняла другую руку и подвигала ей, при этом изображая голос Тоби: — «Не знаешь, у Элис нет никаких проблем с мистером Барри?».

— Да зачем вы вообще начали обсуждать ниимов?!

— Потому что он спросил, где Маркус. Вот я и стала рассказывать, как мы гуляли, а ему позвонил отец, попросил прийти. И Маркус очень разозлился, но не сказал почему. Я и спросила у Тоби, а он рассказал, что в городе были беспорядки из-за ниимов, а у отца Маркус и так куча забот, поэтому он и поручает ему улаживать подобные ситуации с блюстителями. — Шер замолкла, будто вспоминая, к чему она вообще все это рассказывала, но тут же опомнилась. — Вот я и спросила, что за беспорядки, а Тоби сказал, что они разрушили там все на площади, и что их выследили, и многих поймали, а потом — раз! — и спросил про тебя. И я совсем растерялась.

— Это из-за Хоуп… — вздохнула я. — Мы нашли ее на улице без сознания и… Я попросила его донести ее до моего дома. И, сирх, я еще сначала попросила его нарисовать на ней знак, чтобы она пришла в себя. И, я не знаю, возможно, он вообще все понял… Да и про мистера Барри тоже спрашивал.

— Так. Ладно, — сказала Шер, встрепенувшись. — Без паники. Если бы он понял, то наверняка бы спросил напрямую. Или вообще сразу вызвал бы блюстителей. Значит, он либо не понял, либо не придал этому значения.

— Либо думает, как бы получше это использовать.

— Опять шантаж? Пф, он сын Генри Хоффмана. Ему это ни к чему.

— Ага, сын основателя ЦИОРМа, — сказала я и зашептала, — узнал о незарегистрированном нииме и ничего не будет с этим делать?

— Значит, нужно поговорить с ним.

— И лишь подтвердить его догадки?

Шер задумчиво постучала ногтем по губе, и заключила:

— Как говорит мисс Мелборн, сначала нужно прощупать почву.

— Прочувствовать в ней жизнь? — улыбнулась я.

— Типа того, — хохотнула Шер.

***

24 сентября, вторник

Во вторник я с прискорбием осознала, что все-таки придется скоро раскошелиться на новый блокнот. Последнюю неделю в любую свободную минуту я рисовала. Это помогало мне отвлечься от мыслей о моих многочисленных проблемах и напоминало о мистере Карвере. Надеюсь, он уже выздоровел и завтра я смогу увидеть его собранные в пучок золотистые волосы и тонкие пальцы, заправляющие выбившиеся пряди за ухо. Никогда не думала, что меня заинтересует такой типаж. Светловолосые парни вообще больше по части Шер, мне всегда нравились темненькие. Я оторвала взгляд от блокнота и глянула на Джейдена, развалившегося на диване.

Да, примерно такие.

Джейден, действительно достаточно привлекательный, но слишком уж загадочный. От таких никогда не знаешь, чего ожидать. А сюрпризы я совсем не люблю. Шер как-то пыталась устроить мне один на день рождения: тайно взяла вторую пару ключей от моей квартиры, хотела там все украсить. Но я очень не вовремя обнаружила пропажу — сразу после ухода сантехника, чинившего раковину, и подумала, что он хочет обокрасть меня. Так что я решила проявить себя как гостеприимная хозяйка. Изготовила чихательный порошок, пересыпала его в тонкий пакетик и закрепила над входом. К пакетику пришила тонкую нитку и прицепила ее к входной двери, оставив возможность открывать ее лишь на небольшое расстояние, чтобы можно было протиснуться боком. А вот если потянуть дверь сильнее, нить натянется, порвет пакетик и чихательный порошок рассыплется, а злоумышленник неизбежно вдохнет зависшие в воздухе частицы.

Пришлось, правда, пару дней входить в квартиру с некоторыми сложностями, чтобы случайно не открыть дверь сильнее, чем нужно, и не обречь саму себя на предназначенную грабителю муку. Но я была коварна и не желала отступать.

И каково же было мое удивление, когда, вернувшись из магазина я застала не грабителя, а раскрасневшуюся, хлюпающую носом и неистово трущую глаза Шер, чихавшую едва ли ни чаще, чем успевала вдохнуть. И она злилась, очень злилась. Потом, конечно, мы вместе смеялись, но она все равно злилась и припоминала мне это еще несколько месяцев. Но зато усвоила, что сюрпризы устраивать мне не стоит.

Джейден тоскливо вздохнул и перевернулся на спину. Мы сидели всей компанией в одной из общих гостиных после занятий. Шер опять с Маркусом, Тоби с книжкой, а Джейден с телефоном. Ну и я с блокнотом. Отличная компания, ничего не скажешь.

— Ты еще не читал те комиксы, которые я отправила? — спросила Шер Маркуса.

— Еще не успел, — сказал Маркус. — У папы полный завал с этими ниимами, а разгребать мне…

— Кстати, про ниимов, — сказала Шер, оживившись. — Я тут нашла тако-ой комикс. Как же он назывался… Та-та-та судеб… Или «Судьбы чего-то-там»… Ладно, не суть. Рассказываю. — Шер подогнула под себя ноги, вся вытянулась и повернулась к нам. — Там романтика, так что сильно не смущайтесь. В общем, было два враждующих народа — маги и ниимы. Они жили обособленно в разных городах и вели постоянные войны. Там еще очень долгая предыстория, так что опустим и перейдем сразу к основному. Главная героиня у нас из народа магов, а герой — ниим. Ну… Сами понимаете, к чему все это, да? — Шер поиграла бровями, ожидая от нас хоть какой-то реакции.

— Наверняка к тому, что будет много страданий, — сказала я.

Глянула на страницу блокнота и поняла, что уже пару минут набрасывала там Джейдена. «Ничего такого, просто практика с натуры», — подумала я, но на всякий случай стерла набросок.

— Никаких страданий, только настоящая и чистая любовь, способная преодолеть любые преграды, — театрально приложив руку к груди и вскинув голову, говорила Шер.

— Аргх-х-х, — протянул Джейден, блокируя телефон и перевернулся на бок. — Ты в курсе, что ты мешаешь?

— Чего-о?

— Это ты всем мешаешь со своими видео, — все-таки не выдержала я.

— Кстати, да, — поддержал Маркус. — Или ты намекаешь, что тебе нужно подарить наушники?

— Ой, да идите вы, — буркнул Джейден. Сел на диван и скрестил руки и ноги, насупившись. — Могли бы так и сказать.

— Я же уже говорил, — вздохнул Маркус. — Что ты вообще хочешь найти в этих видео? В серьезную медицину все равно не берут без специализации.

— Просто интересно.

— Ага, любишь щекотать нервишки? — спросил Маркус и приобнял Шер, которая еще продолжала дуться из-за того, что ее рассказ прервали. — У тебя там про такие травмы рассказывают, что мне не по себе становится.

— Там про разработку новой технологии охлаждения тела в экстренных ситуациях, — пробормотал Джейден, все еще сидевший в закрытой позе. Руки сплетены, ноги тоже, весь сжался, будто на него нападают.

Ладно-ладно, один набросок. Просто поза интересная.

— Искусственный анабиоз, что ли? — спросил Маркус и отмахнулся, когда Джейден кивнул. — Управленцам такое не под силу. Да и уже придумали капсулы, которые вшивают в организм. При резкой потере крови они разрываются и вводят человека в состояние комы.

— Это ты где такое взял?

— Да везде говорили вроде, — пожал плечами Маркус. — Может папа рассказывал, не помню уже.

Джейден быстро перевел взгляд на Тоби, но тот все так же не отрывался от книжки. Я бы и не заметила этого, если б не рисовала его. Джейден вдруг встрепенулся, расслабился и закинул руку на спинку дивана, весь выпрямился. Я поджала губы, метнула на него ненавидящий взгляд и перечеркнула незаконченный рисунок. Лучше порисую Тоби, он та еще недвижимость, разве что странички перелистывает и покачивает закинутой на ногу ногой.

— Слу-у-ушай, — протянул Джейден. — А про вживление титана в организм ты не слышал?

— Это еще зачем? — спросил Маркус и судя по голосу, как-то напрягся.

— Ну знаешь, — заговорил Джейден хитрым голосом. — Слышал, что некоторые до сих пор верят, что телесные маги еще существуют… Вот и подумал, может в правительстве что-то знают об этом.

— Нет. Не слышал о таком, — сказал Маркус и заговорил нежно, обращаясь к Шер: — Так что ты там рассказывала про комикс?

— Все равно никто не слушает, — обиженно пробормотала Шер, явно напрашиваясь на утешения.

— Я слушаю, — шепнул Маркус. — Очень внимательно.

И хорошо, что я туда не смотрела, потому что, судя по звукам, уровень милоты там зашкаливал. Я сдула упавшую на глаза челку и перешла к уточнению линий. Как я и думала, Тоби оказался очень удачной натурой для практики.

— И что там случилось потом? — не унимался Маркус в попытках вернуть Шер к прежнему настроению.

— Ничего, — сказала Шер, но все же сдалась, хоть продолжила и без прежнего энтузиазма: — Главного героя взяли в плен маги и должны были казнить, а главная героиня, узнав об этом, пыталась ему помочь, но все попытки провалились и надежды уже не было. Но их любовь была так сильна, что в последний момент, главная героиня смогла передать ему свою магию, и он спасся. Только вот сама она стала ниимом. Конец.

— Красивая история, — сказал Маркус. — А в конце они остались вместе?

— Да, она была принцессой народа магов и ее отец, конечно, не смог оставить дочь в беде, так что война закончилась, отношения между магами и ниимами наладились, и все было хорошо.

Мне хотелось фыркнуть, но я сдержалась. К чему вообще Шер затеяла этот рассказ? Хотела как-то вывернуть на обсуждение ниимов, чтобы разговорить Тоби? Но он ее даже не слушал. Сидит вон со своей книжкой будто нас тут вообще не существует. Я глянула на него еще раз, чтобы зарисовать это сосредоточенное выражение лица, но тут же уставилась обратно в блокнот. Потому что за ту короткую секунду успела встретиться с его взглядом.

А может, все-таки слушал… И, возможно, у меня проблемы.

Почему бы не добавить побольше проблем в и без того переполненную чашу, не правда ли?

Боги, прошу вас, если вы слышите, остановитесь, пожалуйста, мне уже хватит.

Глава 12

25 сентября, среда

Мама выхватывает рисунок из-под моей руки. Рвет его на две части, а я сижу, сдерживая слезы.

— Твои фантазии отвлекают тебя от учебы, — говорит она искаженным ртом. Рвет бумагу уже на четыре части. — Они разрушают твое сознание. Создают ложные иллюзии и надежды. Ты должна думать о будущем, а не поддаваться развлечениям и соблазнам.

Она рвет его еще и еще, пока мелкие клочья не осыпаются из ее рук, летят на пол белым пеплом моих надежд, моих глупых маленьких желаний, недостойных жизни. И лежат там. А я смотрю на них, не в силах выдавить ни слова.

— Прибери здесь и садись за учебу, — она шагает по голым доскам босыми ногами, поломанными и искаженными.

Пять шагов и она в своей спальне. А я могу осесть на пол и заплакать, очень тихо, почти беззвучно, давясь слезами и вдохами.

Я резко вдохнула и потянулась к телефону. Пять утра. Бесит.

Опустила ноги с кровати, коснулась прохладного пола. Днем тепло еще держится, но ночи становятся холоднее, и старинное здание академии успевает промерзнуть. Скоро не смогу ходить на пробежки в тонком спортивном костюме, а другого у меня и нет, — придется разве что бегать по лестнице вверх и вниз, или вообще отложить пробежки. Проверить, не ухудшится ли ситуация с кошмарами. В Абендорме с ними вообще куда лучше, чем дома, там я постоянно проваливалась и тонула в собственном страхе, а просыпалась в холодном поту и с такими криками, что соседи даже пару раз вызывали блюстителей.

Я вышла из отсека с женскими спальнями и замерла. Прижалась к стене, следя как Джейден прошел к лестнице и скрылся из виду. Меня он, кажется, не заметил.

Медленно, очень медленно, я направилась следом. Ступала так, чтобы мои шаги были едва различимы, в то время как топот Джейдена разносился по всей академии. Когда его шаги затихли, и послышался хлопок двери, я ускорилась и промчалась по ступенькам до первого этажа. Остановилась у двери и аккуратно приоткрыла ее, выглядывая на улицу. Джейден быстрым шагом шел в сторону леса.

Вот ты и попался.

Я дождалась, пока он дойдет до кромки и побежала следом.

Зачем я вообще иду за ним? Хочу лично убедиться, что он непричастен? Добиться от него ответов? Доказать ему, что это все не мои фантазии, ткнув носом в искореженное тело? Или просто хочу сама проверить, не схожу ли с ума? Лишний раз глянуть на лицо из моих кошмаров?

Хотя, на самом деле, я бы посмотрела, как Джейден собственноручно кого-нибудь убивает и посмеялась бы.

Ветки хрустели под ногами, и я медленно шла, боясь каждого нового шага, содрогаясь от каждого странного звука и шороха. Это лес между академией и городом, здесь не должно быть диких животных, по крайней мере опасных. Чудовищ в лесу тоже быть не могло. Но я бы не отказалась найти в лесу настоящего Сирха. Сама бы бросилась в его объятия и сунула руку в его пасть, — кусай, да поскорее.

Шаг, еще шаг и вот оно. Вдалеке за кустом — очертания чьих-то ног. Точнее того, что когда-то было ногами. Я направила фонарик на телефоне в ту сторону, но продолжала стоять, глядя на поломанные бледные ноги убитого. Нужно было оставаться в комнате. Мое сирхово любопытство когда-нибудь выйдет мне боком.

Подойти ближе и убедиться или не смотреть? Позвать кого-то? Мистера Барри? Нет, ни к чему. Что он скажет? Спросит: «что вы забыли в лесу?», а я отвечу: «шла за Джейденом». «И зачем же?», — спросит он. «Сама не знаю», — отвечу я. И наверно он скажет: «странно, что вы уже второй раз находите труп», а я скажу: «может это как-то связано с Джейденом…». И тогда возможно он спросит: «уж не связано ли это с вами, мисс Уэйланд?». «Я уже, и сама не знаю», — отвечу я. «Стоит ли мне переживать по этому поводу?», — строго спросит он. И я уверенно отвечу: «Да, стоит».

Хотя нет, очень вряд ли мистер Барри будет переживать. Точно не из-за меня. Какой-то уж слишком заботливый он в моей фантазии.

Лицо все так же скрывалось под тонкой вуалью. Глаза выдавлены не до конца и еще лежат кроваво-белой кашицей в глазницах. Нос свернут набок и из-под разорванной кожи выпирает кусок носовой кости. Челюсть выломана в другую сторону, вывернута, обнажая кривые зубы. Кажется, я впервые смотрела на пустое лицо без страха. Смогла разглядеть каждую деталь четко и явно, а не бежать в ужасе, пытаясь забыть о нем. Может, если я перестану бояться их, они перестанут меня преследовать? Это всего лишь изуродованные лица, которые я вижу уже восемь лет, пора бы привыкнуть.

Позади что-то хрустнуло, и я подскочила, готовая бежать.

— Опять ты…

— Могу сказать то же самое, — парировала я. Джейден ничего не ответил. Просто прошел к телу, достал телефон и стал печатать текст. — Ну что, опять скажешь, что это моя бурная фантазия?

— Ночью нужно спать, а не шляться по лесу.

— Кто бы говорил.

Джейден убрал телефон в карман и достал тонкую металлическую палочку, напоминавшую перьевую ручку, и нажал на верхнюю часть большим пальцем. Тело осветила яркая вспышка, и оно стало медленно меняться. Все, что я видела прежде, точно тонкой пленкой стягивалось, ползло от пальцев ног, от пальцев рук и ото лба, белой пеной устремляясь к груди человека. И словно вошло в нее, оставляя на том же месте лишь обычный труп. Такой же.

На земле теперь лежала точно такая же женщина, как и в прошлый раз.

— Что за… Как? Что ты сделал?!

Джейден поднялся и засунул металлическую палочку в карман.

— А что я сделал?

— Может хватит уже, а? Сейчас ты точно не отвертишься. Я прекрасно видела, как искаженное лицо стало обычным. Все тело стало обычным! И я видела, что ты тоже видел это, так что не вздумай притворяться.

— Искаженное… — пробормотал Джейден и устало потер лицо рукой.

— Именно! И в прошлый раз было так же. И почему вообще это та же женщина, что и в прошлый раз? Это иллюзия? Чей-то розыгрыш?

Джейден прыснул.

— Розыгрыш, точно. Давай уже, сваливай.

Он развернулся и шагнул в сторону, но я быстро оказалась перед ним и преградила ему путь.

— Объясняй давай. Я никуда не уйду.

— Можешь дождаться блюстителей и поговорить с ними, если так интересно.

Ладно, с блюстителями пересекаться я точно не хочу…

Его лицо резко подернулось, становясь уже знакомым пустым лицом, и я отшатнулась. Джейден, воспользовавшись моим замешательством, прошел мимо. Я зажмурилась, резко распахнула глаза, и побежала за ним.

— Эй! Я от тебя не отстану!

Осветила фонариком телефона черные линии на его шее. И мне совсем не нравилось, куда заводили меня мои мысли.

— Что это за татуировка?

Он замер и медленно обернулся.

— Татуировка?

— На твоей шее.

Джейден потянулся и коснулся рукой своей шеи, поскреб пальцами, словно пытался нащупать те самые линии. А потом опустил руку и усмехнулся.

— Все-таки фантазия у тебя совсем больная, — сказал он, лишь подтверждая мои догадки.

Как я и думала. Это не татуировка, а ритуал. Вот только не представляю, от какого ритуала может остаться такой след. След, о котором, возможно, не знает даже сам Джейден. Если только он не вздумал опять поиздеваться надо мной, сделав вид, что не понимает, о чем я.

Значит ли это, что мое воспоминание из кошмара было правдой? Мог ли Джейден действительно быть тем человеком, на котором я рисовала знаки? И если да, знает ли он ту женщину, что украла мою магию?

Я смотрела как Джейден уходил, оставив меня с кучей вопросов совсем одну посреди леса. Ну как одну… С мертвецом позади. Что ж, компания явно получше, чем Джейден.

***

На завтраке Джейден опять делал вид, что ничего не произошло. Поэтому я решила обратиться не к нему. Хотя и не была уверена, что из этой затеи выйдет хоть что-то полезное.

Я ждала, пока мистер Барри встанет из-за преподавательского стола, но отвлекшись на рассказ Шер об исчезнувших из подсобки мисс Мелборн травах, едва не упустила его из виду. Сорвалась с места, забыв и про сумку, и про свой поднос.

— Мистер Барри, — позвала я, нагоняя его уже на улице у выхода из столовой. — Можно вас на минуту? По поводу сами-знаете-чего. И я помню, что вы говорили, но сегодня это повторилось и…

Мистер Барри развернулся и пошел мимо столов. Я несколько секунд топталась на месте, не понимая, идти ли мне следом или он так намекнул, чтобы я отстала. Но все-таки пошла за ним. Дойдя до заборчика перед своим домом, он остановился.

— Слушаю.

— Я пошла на пробежку и увидела Джейдена, и… — я замолкла, испугавшись, что сейчас повторится диалог из моей утренней фантазии и решила не вдаваться в подробности. — В общем, там было тело. И оно снова было искаженным, но потом Джейден осветил его какой-то… металлической палочкой, и оно превратилось в тело той же женщины, что была в прошлый раз.

Прозвучало все равно как-то слишком сумбурно.

— Это все?

— Да.

— Понятно, — сказал мистер Барри и судя по виду, для него разговор был окончен и мне следовало поскорее убраться.

— Мистер Барри, я… Никому не говорю, но начинаю беспокоиться, потому что не понимаю, что происходит и…

— Мисс Уэйланд, — перебил он. — Происходящее не касается студентов.

— Даже Джейдена?

Мистер Барри вздохнул и закашлялся. И сейчас стоя напротив, я наконец смогла разобрать запах. Только в этот раз он был другим: душица, лаванда, ваниль, сандал. Это вовсе не лекарственные травы, как я думала прежде. Но… почему так знакомо?

— Хорошо, — сказал он. — Вот вам ответ. Происходящее касается лично мистера Даррела и только его. Вам в это лезть не стоит, как и волноваться по этому поводу. Те тела, что вы видели — подделка. Это не убийства, а магия.

Я открыла рот, но не нашла, о чем спросить.

— Но вы в любом случае продолжаете молчать об этом, — сказал он, и его тон не допускал возражений.

— Конечно, — сказала я. — И спасибо, но… Почему вы не объяснили сразу? Я бы куда меньше переживала.

— Занятие сейчас начнется. Вы меня задерживаете, — сказал мистер Барри. — И сами задерживаетесь.

— Прошу прощения, — выпалила я и развернулась, поспешила обратно.

И только через пару шагов поняла, что недалеко от кафешки стоял Тоби с моей сумкой. И смотрел на меня. Вот сирх… Сейчас опять про мистера Барри начнет спрашивать.

— Спасибо, — сказала я, когда дошла до него и забрала свою сумку. И быстро добавила, чтобы он не успел ничего сказать: — Лучше поторопись, а то опоздаешь на занятие.

— Элис. Нам нужно поговорить.

— Давай не сейчас, ладно? Я уже опаздываю.

— Элис…

— После ритуалов, — бросила я и побежала к павильону на историю магии.

***

— …новые знаки появлялись в результате необходимости обозначения действий, для которых ранее не было подходящего знака. Если изначально мы имели Илливо для заключения договоров, то позже появилась необходимость создать и Овилли для расторжения ранее заключенных договоров, — говорил мистер Барри и я силилась дотянуть до конца лекции и не умереть от скуки. — Знаки создаются в результате длительных исследований и требуют проведения определенного числа испытаний и проверок, прежде чем войти в категорию безопасных для использования. Некоторые знаки создаются внезапно, без предварительной подготовки, если у человека возникает острая необходимость в изменении порядка или совокупности черт какого-либо знака. В таких случаях, есть вероятность, что знак и вовсе не будет пригоден для массового использования, но должен, как и другие пройти проверки в…

Когда мистер Барри закончил лекцию, я передала свою тетрадь девушке передо мной и скидала вещи в сумку, чтобы побыстрее убраться и сбежать, желательно куда-то подальше от Тоби.

— Элисон Уэйланд, задержитесь, — послышался голос мистера Барри.

Я закинула сумку на плечо, глянула на Тоби и строго сказала:

— Не жди меня.

— Мы хотели поговорить, — напомнил Тоби.

— Значит, после обеда поговорим.

Я прошла до стола мистера Барри, но говорить он не спешил, ждал, пока кабинет опустеет.

— Что-то хотели мистер Хоффман? — спросил он, выплевывая фамилию Тоби с явным, хорошо читаемым раздражением.

— Хотел дождаться Элис, — как ни в чем не бывало ответил Тоби.

Он стоял на том же месте, не сводя глаз с мистера Барри.

— Дождитесь за дверью.

Тоби перевел взгляд на меня, и я кивнула на дверь, всем видом показывая, что ему и правда пора. Он еще раз глянул на мистера Барри и все-таки вышел.

Не знаю, что именно хочет обсудить мистер Барри, но, судя по всему, что-то связанное со всем происходящим. Или может даже что-то про Джейдена? Не зря я все-таки подошла к нему утром. Даже захотелось поторопить его, чтобы он поскорее начал.

Мистер Барри постучал пальцами по столу.

— Через две недели начнутся практические занятия, — медленно растягивая слова произнес он, глядя на стопку собранных тетрадей. — И я уже не смогу так легко закрывать глаза на вашу… проблему.

По спине пробежал холодок. Нет, не такой разговор я хотела, совсем не такой. Я ждала, пока он продолжит, не понимая, требуется ли от меня какой-то ответ.

— Но я заметил, что секреты хранить вы умете, — все так же медленно продолжал он. — Как свои, так и чужие.

Я тяжело сглотнула. В горле точно ком стоял. Липкий и склизкий. Мистер Барри наконец посмотрел на меня.

— Я хочу кое-что предложить вам. — Он говорил спокойно и размеренно, но внутри меня разрасталась паника. — В обмен, я закрою глаза на вашу проблему и, если все пройдет гладко, даже смогу принять у вас экзамен без практической части.

Мистер Барри замолк, а я не знала, что ответить. Да, это мой шанс. Я никак не ожидала, что он сам предложит такое. Но что-то здесь не так, наверняка все совсем не так просто. И в голове голос Тоби повторял, что с мистером Барри лучше не связываться.

— Что от меня требуется? — через силу произнесла я, пытаясь звучать спокойно.

— Я предлагаю заключить сделку. Ритуальный договор. Детали смогу рассказать только после.

— Но я не могу заключать договоры, — сказала я.

Он прекрасно понимал это. А я прекрасно понимала, о чем он, но все еще надеялась, что ошибаюсь.

— Есть ритуал, который не требует наличия магии второго участника.

Я отвела взгляд. И одними губами сказала:

— Хейруви.

— Верно.

Хейруви — единственный ритуал, для которого не требуется согласие второй стороны. Он предназначен для ниимов и действует только на них. Если попытаться провести ритуал с другим магом, он просто не сработает, рассеется, столкнувшись с чужой магией. А у ниимов ему сталкиваться не с чем, так что Хейруви регулярно используют для заключения договоров с ними, например в ЦИОРМе. Или для того, чтобы нанять ниима на работу, сделать прислугой, или рабом, если вздумается. Все зависит от условий, которые выдвинет маг, проводящий ритуал. Вот только в процессе, мистер Барри может потребовать что угодно, а я даже не смогу отказаться. Нарушать условия, в целом, можно, никакой силой подчинения сам по себе знак не обладает. Но в тело помещается небольшой сгусток магии, который контролирует выполнение этих условий и, если они нарушаются, маг чувствует это. А ниим чувствует боль соразмерную степени нарушения.

— Я никому не скажу, — попыталась уговорить его я. — Могу выполнить все, что скажете, без ритуала. Вы и так можете в любой момент рассказать обо мне и меня отчислят.

Сердце так быстро стучало в груди.

— Только договор, — отрезал мистер Барри. — Подумайте об этом и приходите, если будете согласны.

— А если я не справлюсь? — вырвалось у меня.

Я знаю, что будет, если я не справлюсь. Знак разрастется и, если маг выбирает видное место, — как чаще всего и бывает, — у человека всегда буквально на лице будет написано, что он ниим. Да еще и нарушивший договор.

— Тогда я вынужден буду поднять вопрос о вашем отчислении. Но, как вы понимаете, этим в любом случае все рано или поздно закончится.

— Где будет знак?

Мистер Барри какое-то время просто смотрел на меня, а потом поднялся, обошел стол и оперся на него. Я отшагнула.

— У меня нет цели испортить вам жизнь, мисс Уэйланд. Вы можете выбрать любое место.

Место, где знак никому не будет виден, даже если я нарушу сделку? Да у меня полно таких мест. Только вот не на всех из них хочется ощущать боль и жжение, если все покатится к сирхам. Да и руку мистера Барри в процессе нанесения знака, тоже не везде хотелось бы чувствовать. Точнее, вообще нигде.

Руки и ноги — сразу нет, летом точно все будет открыто. Стопы? Большую часть времени я в обуви, да и можно всегда ходить в носках, но кто знает, вдруг забуду надеть их и лягу спать, а ночью одеяло собьется и…

Нет, нужно что-то, что у никогда не сниму при других. Хорошо, нижнее белье. Его я точно ни перед кем в ближайшее время снимать не планирую. Но и перед мистером Барри не хотелось бы… Возможно, он и порадовался бы такой перспективе, кто знает. Но я точно нет.

Мистер Барри видимо устал ждать и медленно листал одну из тетрадей. Я сдвинула руку к левому боку, просунула под пиджак и нащупала ребра через ткань рубашки, поскребла пальцами, подцепляя топ. В целом, и под нижним бельем, и не так противно было бы ощущать там его руку. Да и снимать ничего не придется… Если расположить знак там, он всегда будет прикрыт топом и левой рукой. Снимать его при других я не стану, а даже если буду переодеваться около шкафчика, можно прикрыть это место дверцей, и, если что, сразу опустить руку, перекрывая его.

Да, думаю, достаточно безопасное место.

— Хорошо, я согласна.

Глава 13

Мистер Барри отложил тетрадь и шагнул в мою сторону. Я невольно посторонилась, но он прошел мимо. Дошел до двери в кабинет и закрыл ее на замок. А когда вернулся к столу, достал из ящика набор перьевых ручек.

Синие чернила — для сделок, зеленые — для лечения. Черные подходят для любых ритуалов, но в неумелых руках снижается эффективность.

— Принцип действия Хейруви? — спросил мистер Барри, будто мы на занятии, и подошел ближе.

— Договор не на равных условиях, — ответила я. — Вы выставляете требования, я выполняю. Если мои действия не соответствуют вашим требованиям, мы оба это почувствуем, и вы сможете выбрать соразмерное наказание. Если я нарушу условия, знак разрастется, станет ярче и заметнее, оповещая всех о том, что я нарушила договор.

Мистера Барри кивнул, но продолжал стоять, глядя на меня. Я ждала, не понимая, что еще от меня требуется. Я дала неверный ответ?

— Вы определились с местом? — спросил он.

Я поспешно ткнула в ребра, приподняв левую руку. Но мистер Барри не двигался.

— Вы же понимаете, что я не смогу нанести знак через одежду?

Лицо обожгло, и я опустила взгляд. Быстро расстегнула пуговицу пиджака, больно зацепившись за нее ногтем. Убрала пиджак на парту позади, тут же замерзнув, хотя в кабинете было не так уж холодно, но я чувствовала, как вся кожа покрылась мурашками.

Потянула плотную ткань рубашки вверх к подмышке, следом подняла ткань топа, задевая холодными пальцами горячую кожу, все это время стараясь не смотреть на мистера Барри. Он шагнул ближе. Переложил перо в левую руку и вытянул передо мной правую. Продемонстрировал как пишет на ней знак.

Еще шаг и он оказался возле меня, почти вплотную. От запаха трав у меня закружилась голова. И только теперь я поняла, что это за запах. Я вскинула взгляд на мистера Барри, растеряв все прежнее смущение. От него пахло травами не потому, что он болеет. Он перекрывает ими другой запах, который я не могла разобрать прежде, но отчетливо чувствовала теперь.

Горячая, влажная рука легла на мои ребра, впечатывая в них написанный на ладони знак, обжигавший кожу. И он заговорил:

— С этого момента вы не будете никому говорить, писать или намекать о заключенном договоре, о его условиях, и о полученной от меня вне занятий информации. Вы согласны с этим?

Я кивнула.

— Вслух, — сказал он.

— Согласна, — сказала я несмотря на то, что для Хейруви мое подтверждение вовсе не требовалось.

— В случае успешного выполнения договора, я обязуюсь принять у вас экзамен без практической части, что не означает каких-либо поблажек в теоретической части. Согласны?

— Да, — сказала я, все еще не понимая, зачем он проводит ритуал по правилам стандартных договоров.

Лоб мистера Барри покрылся испариной, от него так и веяло жаром, но говорил он сдержанно, будто умел сопротивляться собственной слабости или пытался ее побороть.

— Также, вы не будете задавать лишних вопросов, которые не влияют на успешное выполнение вашей части договора.

— Согласна.

Его ладонь стала совсем горячей и мокрой, по моим ребрам стекали капли его пота, ползли к брюкам и впитывались в ткань.

— Я расскажу вам подробности о Джейдене Дарреле, — хрипло сказал он. — Вам нужно будет узнавать о нем необходимую мне информацию. Докладывать о его перемещениях и обо всем, что покажется вам странным и необычным.

— Х-хорошо, — растерянно сказала я.

— Если он узнает об этом, наш договор будет считаться расторгнутым, — говорил мистер Барри, держась уже не так стойко, как прежде. Голос его подрагивал, но он продолжал: — В таком случае, я расскажу директору о том, что вы поступили без законных оснований, а также, вероятно, являетесь незарегистрированным ниимом, — сказал мистер Барри. — Вы принимаете все условия договора?

— Принимаю, — сказала я, хотя от моих слов совсем ничего не зависело. Это была чистая формальность. Все что он говорил, автоматически вступало в силу с момента, как слова срывались с его губ.

Я почувствовала жжение на ребрах и поморщилась. Мистер Барри убрал руку и спешно отошел от меня, давясь в приступе кашля. Согнулся пополам, прислоняя ко рту салфетку. А когда разогнулся, глянул на салфетку и быстро смял ее в руке. Но я успела увидеть кровь.

Я опустила рубашку, как только он отошел. И стояла, теперь поправляя помявшуюся ткань и нервно разглаживая складки.

— Что именно нужно узнать? — спросила я.

— Подробности. Зачем он здесь, кто оставляет ему эти послания, какие у него отношения с блюстителями, как попал в академию. Все, что хоть немного выходит за рамки образа обычного студента. С кем общается и о чем, куда ходит и зачем, — сказал мистер Барри и привалился к столу. — Но вне занятий. Если мистеру Даррелу вздумается как сегодня, прогуливать, — это не значит, что вы должны следовать за ним.

Я пару раз моргнула, осознавая, что даже не заметила отсутствие Джейдена на ритуалах. Мистер Барри поэтому решил предложить мне это именно сегодня? Чтобы Джейден не догадался?

— Хорошо, — сказала я.

— Можете записывать все это и передавать во внеучебное время. Где я живу — вы знаете. Если кого-то это озадачит, объясните все дополнительными заданиями по причине неуспеваемости.

— А не лучше… — начала я и запнулась. Мистер Барри выжидающе смотрел на меня. — Записи может кто-то увидеть. Разве не лучше было бы отправлять сообщения? Можно сделать их с автоматическим удалением после прочтения или…

— Я не веду переписок со студентами, — отрезал мистер Барри.

— Но…

— Это лишние вопросы, мисс Уэйланд. А теперь к делу. — Он обошел стол и тяжело опустился на свое место. — Мистер Даррел в прошлом совершил покушения на жизни сразу трех человек, устроив поджог в собственном доме. За это он был направлен в колледж святого Традстоуна, после которого, по неизвестным мне причинам, был зачислен в Абендорм и распределен в отдельную комнату. На все вопросы мадам д’Арлин отмалчивается, явно что-то скрывая. А мистер Даррел, отучившись положенные три года, так и остался в академии. — Мистер Барри обтер влажный лоб все той же салфеткой и откашлялся. — Также, три года назад его родителей убили с особой жестокостью, но дело замяли и несмотря на прошлое покушение, блюстители даже не рассматривали его как одного из подозреваемых. А сейчас мистер Даррел получает некие послания, которые вы могли лицезреть уже дважды. Но ни он, ни блюстители, не хотят пролить свет на это дело.

Я даже не нашлась, что ответить. Просто стояла и смотрела на мистера Барри, пытаясь переварить услышанное и совместить все факты. Да, Джейден, действительно, не самый приятный тип. И слухи о том, что он из Традстоуна, очевидно, не слухи. Но — покушение? Возможно, убийство родителей? Я вообще не зря согласилась на это?

— Вам все понятно? — спросил мистер Барри.

— Да, но… Могу я узнать, для чего вам это?

— Это лишние вопросы.

— Разве это не помогло бы мне понять, какую именно информацию нужно узнать? — попыталась я.

Мистер Барри взял из стопки верхнюю тетрадь и открыл ее.

— Можете идти, — сказал он, проигнорировав мой вопрос.

Я вздохнула и потянулась за своим пиджаком. Вспомнила, как сняла его, как задрала рубашку, как почувствовала тот запах, когда мистер Барри оказался рядом.

Все эти травы нужны были лишь для отвлечения внимания. Чтобы скрыть металлический запах крови, запах гнилого мяса, запах мокрой земли. Их я ни с чем не спутаю. Мама пахла так же.

Мистер Барри вовсе не болеет. Он умирает. И каждый проведенный ритуал лишь приближает его к смерти, и может стать для него последним.

Так почему он готов рискнуть собственной жизнью, чтобы узнать что-то о Джейдене?

Я сжала ткань пиджака и посмотрела на мистера Барри.

— Можно еще один вопрос? — спросила я. Он нехотя, но все-таки поднял голову и выжидающе посмотрел на меня. — Вы же знаете, что вам нельзя проводить ритуалы?

Всего на секунду, но его взгляд изменился. И в ту секунду он был не моим преподавателем, а лишь напуганным человеком, загнанным в угол, боявшимся скорой смерти и осознавшим, что его разоблачили. Но всего на секунду, после которой он вновь посмотрел в тетрадь.

— Знаю, — сухо сказал он. — И об этом вы тоже никому не скажете.

Я поспешно вышла из кабинета, на ходу надевая пиджак и прикрыла за собой дверь.

Позади раздался хлопок, и я обернулась. Это Тоби захлопнул книжку. Стоял опять у подоконника, ждал меня.

— Долго ты, — сказал он.

— Просила ведь не ждать… Мне… очень много нужно было обсудить по дополнительным заданиям, — сказала я, одернула рубашку и застегнула пуговицу пиджака, не в силах отделаться от ощущения, что знак заметен даже через них. И поспешила сменить тему: — Ты уже пообедал?

— Нет.

Стоял здесь все это время? Сколько я была там? Минут двадцать? Или больше?

— Тогда нужно поспешить, пока обед не закончился.

— Элис. Нам нужно поговорить.

Только этого мне сейчас не хватало.

— Договорились ведь — после обеда. Ужасно хочу есть. А, и можешь взять мне чай? — вспомнила я и решила воспользоваться этим, чтобы отвлечь его. — Только не как в прошлый раз, а как в первые два.

Сейчас и проверим, верно ли я догадалась. Но по его лицу невозможно было что-либо понять. Смотрел на меня слишком серьезно. И ничего не сказав, пошел в сторону столовой. Что ж, завтра узнаем, правильно ли я все поняла. И если да, то нам действительно придется поговорить. Хотя бы об этом.

— А, и можно одолжить у тебя еще одну тетрадку? — спросила я.

Тоби на ходу открыл сумку, достал оттуда тетрадь и протянул мне.

— Спасибо. В выходные верну.

На это он тоже ничего не ответил.

***

Тоби опустил стаканчик на стол передо мной и сел к Джейдену.

— …а потом мисс Мелборн заставила нас пересадить пятнадцать евфразий, и ушла из павильона. Когда она вернулась, мы как раз закончили, и что вы думаете? — Шер оглядела всех, выдержав паузу, и продолжила: — Сказала, что нам нужно пересадить пятнадцать евфразий.

— Еще пятнадцать? — не понял Маркус.

— Нет. Тех же самых! Она забыла, что уже просила нас об этом... Но это еще не все, — продолжала Шер. — Потом она опять ушла, и мы, конечно, ничего не делали, пересадили ведь уже. Но когда мисс Мелборн вернулась… — Шер вновь сделала паузу и окинула нас таким взглядом, будто рассказывала страшилку у костра и сейчас должно произойти самое ужасное.

— Попросила пересадить пятнадцать евфразий? — спросил Маркус.

— А вот и нет! Она спросила: «А вы зачем их пересадили?».

Маркус рассмеялся.

— Это еще что! Раф говорил, что как-то мисс Мелборн две недели подряд рассказывала одно и то же на каждой лекции, и давала одни и те же задания. А они и рады были, но в какой-то момент уже начали думать, что застряли во временной петле и это никогда не закончится, — рассказал Маркус. — У Рафа вообще куча смешных историй. И про травы, и про зелья, и про мадам д'Арлин даже что-то было.

— А Раф — это…? — спросила Шер.

Маркус вдруг перестал веселиться и кашлянул.

— Рафаэль, — ответил почему-то Джейден. — Старший брат Тоби.

— О, он тоже здесь учится? — спросила Шер, обращаясь то ли к Тоби, то ли к Джейдену.

— Он… — начал было Джейден.

— Его отчислили, — перебил Тоби, не отрываясь от книги.

Повисла какая-то напряженная тишина. Джейден хмыкнул. Маркус отвел взгляд. Тоби продолжал читать, или делать вид, что читает.

— Ой, у нас же скоро литература, — спохватилась Шер, прерывая это общее молчание.

— Точно, — поддержал Маркус, поднимаясь, и глянул на Тоби. — Ты без нас поедешь?

— Да, я и так опаздываю, — сказал Тоби. — Напишу, как освобожусь.

Отлично, он куда-то опаздывает, самое время пропасть из виду. Я поднялась и понесла свой поднос в столовую, а когда вернулась за столиком остался только Джейден. Еще лучше. Самое время попробовать разговорить его. Правда, рисование вот-вот начнется, но ничего. Договор с мистером Барри куда важнее.

— Слушай, — сказала я, присаживаясь напротив. Он оторвал голову от телефона и посмотрел на меня. — Они ненастоящие, да?

— Отчасти, — сказал Джейден и вернулся к своему телефону.

Серьезно? Я думала, он спросит, что за «они»; или удивится, о чем это я; или опять скажет, чтобы не лезла не в свое дело. Ожидала чего угодно, но не ответа — хоть и очень отдаленно, — но похожего на человеческий.

— Что значит отчасти?

— Я похож на толковый словарь?

Я раздраженно выдохнула. Ну вот, только решила, будто удастся нормально поговорить, но нет.

— А что это была за металлическая палочка? Какой-то рассеиватель иллюзий?

— Типа того, — сказал Джейден.

— Тебе его блюстители дали?

Джейден вскинул голову.

— Ты че опять пристала, а? Вали уже на свое рисование, а то опоздаешь.

О, Джейден помнит, что я хожу на рисование, да еще и заботится, чтобы я не опаздывала, как мило.

Ладно, нет, вообще не мило.

***

Вариант первый: продолжить приставать с вопросами о телах. Минусы: скорее всего продолжит отмахиваться и огрызаться.

Вариант второй: обескуражить тем, что я узнала о нем. Минусы: по условиям договора я не могу никому говорить о полученной от мистера Барри информации, а значит могу сказать Джейдену лишь о Традстоуне и том, что он в академии уже не первый год, потому что узнала это не от мистера Барри. Но Джейдена эти знания вряд ли удивят, и он скажет что-то в духе: «ну и? че тебе опять надо, а?».

Вариант третий: сблизиться с ним и попытаться втереться в доверие. Минусы: …да это уже само по себе минус. Не представляю, как Маркус с Тоби вообще с ним общаются.

Вариант четвертый: сблизиться с Тоби, чтобы узнать у него про Джейдена. Минусы: наверно, это не очень красиво по отношению к Тоби. К тому же, он неохотно говорит о Джейдене и, возможно, сам ничего не знает.

Вариант пятый: …

— Элисо-он.

Я дрогнула и перевела взгляд на мистера Карвера, а потом быстро оглянулась на остальных, но их в кабинете уже не было. Мы рисовали простенький этюд, рассчитанный на одно занятие, и я все никак не могла отстать от него. Мусолила одни и те же места в попытке придумать, как мне выведать у Джейдена необходимую информацию.

— Я ценю твое рвение к творчеству, но и про отдых не стоит забывать, — сказал мистер Карвер, унося один из мольбертов к стене. — Стремление к идеалу — похвально. Но в творчестве совершенно бесполезно. Идеала тут, к сожалению или к счастью, не существует.

— Да нет, дело не в этом. — Я поднялась и отклеила свой лист от мольберта, отнесла к остальным работам. — Я не пытаюсь достичь идеала, просто хочу сделать максимально возможное, что в моих силах. Исправить те ошибки, которые вижу.

Я взяла банку и кисти, и направилась к раковине.

— В любом случае, — сказал мистер Карвер, сортируя уже помытые кисти в ящике. — Нужно уметь вовремя остановиться. Даже если сегодня тебе будет казаться, что ты сделала все, что могла, поверь мне, через несколько дней, а может уже и завтра, ты найдешь в работе новые ошибки. Исправишь их, и вновь найдешь новые. И так до бесконечности. — Я отряхнула помытую банку и шагнула в сторону двери в подсобку, но мистер Карвер оказался возле меня и перехватил банку. — Спасибо, я сам все уберу. — Он оглядел кабинет и сказал: — Если хочешь помочь, можешь сдвинуть табуретки к стене.

Я кивнула, но отходить не торопилась. Мистер Карвер стоял напротив, продолжая смотреть на меня, и мое сердце трепыхалось в груди. Мне отчаянно хотелось прикоснуться к нему, убрать выбившиеся золотые пряди ему за ухо, утонуть в его теплом взгляде и сладковатом запахе. Он улыбнулся, наклонился чуть ближе, и я скользнула взглядом к его приоткрывшимся губам.

И он шепнул:

— Табуретки.

Я мигом развернулась и направилась к своему место, по пути запнувшись за собственную сумку, лежавшую на полу. Сдвинула табуретку к стене, пытаясь охладить пылающие щеки холодной рукой.

Мистер Карвер унес банку в подсобку и вернулся со шваброй.

— Знаешь, так можно стать заложником одной работы, — сказал он, и мне потребовалось время, чтобы вспомнить, о чем мы вообще говорили. — И возможно, не лучшей своей работы. А вот если ты пойдешь дальше, будешь пробовать снова и снова, начинать, бросать, заканчивать, ошибаться, тогда среди сотен твоих работ, возможно, одна будет действительно достойной.

— А у вас получилось?

Мистер Карвер остановился и поднял голову. Замер со шваброй в руке.

— Что получилось?

— Создать достойную работу?

Он натянуто улыбнулся. Продолжил мыть пол. Я быстро расставила все табуретки у стены и закинула сумку на плечо, уже не рассчитывая получить ответ. Но уходить совсем не хотелось.

— Я раньше занимался этим, — сказал он и, видимо уловив мою растерянность, пояснил. — Мыл полы. Хотя для ниима даже это можно считать везением, но… Было непросто. Я всегда находил отдушину в творчестве. Долго и упорно оттачивал свои навыки, и в итоге был замечен. Хотя, наверно, в какой-то степени мне просто повезло, что Тиссея обратила внимание на мое творчество, — мистер Карвер слегка поморщился, будто несмотря на сказанное, ему неприятно было говорить о миссис Мосс. Но тут же вновь добродушно улыбнулся. — Но теперь у меня есть работа, есть жилье и… Мне не на что жаловаться.

Теперь, после его откровения, я прониклась к мистеру Карверу еще большей симпатией и почувствовала в нем родственную душу. Он понимал мои чувства. Действительно понимал и даже больше, он прочувствовал на себе все то, чего я так боялась. Был тем, кем я так боялась стать. Но, с другой стороны, я понимала и то, что несмотря на всю плачевность ситуации, он не сдался и у него получилось.

Я дождалась, пока он домоет пол, и мы вместе вышли из павильона, направились по тропинке мимо других павильонов, в сторону домиков преподавателей.

— А по поводу творчества… Нет, мне так и не удалось создать достойную работу. Но… Я не отчаиваюсь. Главное, продолжать упорно трудиться. — Мистер Карвер глянул на меня, и улыбка на его губах растаяла, будто он вспомнил о чем-то. — Хорошей недели, Элисон.

— Хорошей недели, — повторила я ему вслед, когда он уже отошел от меня, направляясь к своему дому.

Дом, точно! Вот, что я чувствовала рядом с ним. Я будто была дома. Но не у себя, не в той квартире, где ощущала мамино присутствие даже после ее смерти. А настоящий, теплый и уютный дом, куда хочется вернуться. Жаль, что рисование только раз в неделю, но я с нетерпением буду ждать следующую среду. Хотя бы для того, чтобы снова почувствовать это.

Оставшись одна, я расслышала голоса, доносившиеся слева от меня. Там, в саду камней, сидели двое, и я решила подойти ближе. Джейден глянул на меня опять с этим своим недовольным видом и пробурчал что-то неразборчивое.

— …и если бы архитектор не заключил договор о неразглашении… О-о, мисс… — Мистер Льюис заметил меня. Опустил бутылку, судя по форме — крепкого алкоголя, и зажал ее между ног. Если он хотел так спрятать ее, то у него не вышло. — Мисс… сейчас вспомню…

Мистер Льюис прикрыл глаза, и поднес указательный палец к губам, призывая меня к молчанию. Джейден глянул на меня и откинулся назад. Оперся руками на камень и сдвинулся по нему глубже, то ли пропуская меня, то ли чтобы держаться от меня как можно дальше.

— Из колледжа святого Иргема, кажется. Я помню, что у меня был к вам вопрос, — сказал мистер Льюис, распахнув глаза. — М-м… Напомните имя?

— Элисон.

— Точно, Элисон Уэ… Уэйден?

— Уэйланд.

Мистер Льюис щелкнул пальцами и потряс указательным пальцем, о чем-то раздумывая.

— Элисон Уэйланд из колледжа святого Иргема. Я запомню. Найдется пара минут?

— Конечно, — сказала я и присела на край камня, чуть поодаль от Джейдена.

Мистер Льюис взял бутылку и отхлебнул прямо из горла, а потом приподнял брови, глядя на меня.

— Вы же не побежите жаловаться директору, что я подаю студентам дурной пример?

— И спаиваете других студентов, — добавил Джейден, потянувшись к бутылке.

— Не спаиваю, а культурно просвещаю, — поправил мистер Льюис и передал Джейдену бутылку. А потом повернулся ко мне. — Итак. Колледж святого Иргема, значит. Меня интересует вот что… Духи леса, да, вспомнил. Вы сказали, что не боги, а духи леса передали основателям дары. Кто у вас вел историю магии?

Я назвала имя преподавателя, и мистер Льюис покачал головой.

— Нет, к сожалению, не знаком. А подробнее о них рассказывали? Не поймите неправильно, я доверяю компетенциям ваших преподавателей, просто впервые о таком слышу.

— Кажется, это потому, что Иргем не верил в богов.

— Вот как… Занятно.

— Но он слышал чьи-то голоса в лесу, молящие о помощи. А когда пришел на зов, нашел сосуд с магией, спящего Сирха, и трость.

— М-м, гляньте-ка. — Мистер Льюис подхватил свою трость, прислоненную прежде к камню возле него, крутанул в руке, и протянул мне, демонстрируя набалдашник в виде морды собаки. — По некоторым источникам, именно такая была у Иргема.

— Он его фанат, — шепнул Джейден.

— Не фанат, а скорее приверженец его идей и взглядов, — поправил мистер Льюис. — Многие его поступки вызывают у меня смешанные чувства, но общее видение дальнейшего развития общества я поддерживаю, — сказал он и задумался о чем-то, а потом заговорил с несвойственной ему язвительностью: — И заметьте, какой скачок прогресса за последние двадцать лет! «Аллириум — чистая энергия». Тьфу. — Мистер Льюис устало вздохнул и отпил из бутылки. — Не будь Генри таким упертым, сидел бы сейчас тоже здесь и попивал с нами.

Я похлопала глазами, но мистер Льюис отвернулся и сделал еще один глоток. Он, что, дружил с Генри Хоффманом? Вот это новости.

— Голоса в лесу, значит, — повторил мистер Льюис. — Но, друзья мои, скажите мне вот что. Если это все всего лишь легенды, то откуда бы Иргему было знать, что магию, спустя сотни лет действительно смогут использовать как источник энергии? Об этом писали, когда даже электричества в помине не было.

— И как же он узнал? — спросил Джейден.

Мистер Льюис качнул бутылкой в сторону Джейдена.

— Мирелла. Она удивительным образом предугадывала многое, и все ее предсказания сбывались. Ходили даже слухи, что это магия познания позволяла ей видеть будущее. Но вопрос в другом. Если Мирелла была женой, или возлюбленной, или еще боги весть кем, Иргема, тогда скажите мне, друзья мои, отчего же она не сказала ему, что Эраз убьет его брата?

Я напряженно молчала, не понимая, что ответить и как мы вообще пришли к этому разговору. Джейден тоже ничего не ответил.

— А я вам скажу. — Мистер Льюис наклонился вперед, переходя на заговорщический шепот. — Потому что она знала о чем-то, чего не знаем мы. Возможно, это должно было случиться, чтобы мы с вами сейчас сидели здесь и говорили об этом, или для того, чтобы случилось что-то после. Но… Магия познания, вы же понимаете, — подмигнул мистер Льюис и постучал пальцем по виску. — Она все просчитала наперед.

Пьяные разговоры мистера Льюиса меня совсем не вдохновляли, поэтому я глянула в телефон и как можно вежливее вклинилась.

— Простите, совсем забыла, что не доделала задание по зельям на завтра.

— Давайте, бегите, — кивнул мистер Льюис и повернулся к Джейдену. — О чем мы там говорили?

— Про архитектора и тайные ходы.

— Так вот, — оживился мистер Льюис. — Как там его… А! Все планы здания были уничтожены, а с Адамом Робертоном заключили договор о неразглашении…

Глава 14

26 сентября, четверг

Сколько бы я ни пыталась, челка все равно не ложилась так, как хотелось мне. Волосы я завила, и их вид меня полностью устраивал, но вот челка… Я накрасила ресницы, добавила немного блесток на глаза, и нацепила лучшую улыбку. Даже брызнулась своими любимыми духами, а то стоят совсем без дела, так ни разу и не пользовалась за месяц.

Я удовлетворенно глянула на свое отражение в зеркале и направилась на завтрак. План дурацкий, план провалится, и… Не знаю, как это вообще пришло мне в голову. Но сегодняшняя задача — очаровать Джейдена. (Ужасно, я согласна. Но не представляю, как еще к нему подступиться).

И да, сегодня мне опять ничего не снилось. Так что задача номер два — поговорить с Тоби. В сравнении с первой задачей, эта — куда проще. Поэтому я выловила Тоби еще перед завтраком и утащила к коридору, где меньше людей.

Мы остановились у одного из подоконников, и я ждала, пока Тоби что-то скажет, не зная, как начать. Сходу спросить про чай? Или подойти к этой теме как-то издалека? Но он молчал, глядя в окно, выглядел то ли уставшим, то ли расстроенным. По стеклу ритмично стучал дождь, поторапливая меня.

— Ты вроде хотел поговорить о чем-то?

— Хотел, — сказал Тоби, отвлекшись от окна. — Про мистера Барри.

Я вздохнула.

— Да чего ты к нему так прицепился? Еще и Шер заставил волноваться… — я замолкла, когда знак на ребрах потеплел, напоминая о договоре. — Я же уже сказала, что у меня нет с ним никаких проблем.

— Я понял, — сказал Тоби. — Просто переживаю.

— За меня?

— Да.

Он стоял напротив, с этим своим обеспокоенным взглядом, которым он всегда смотрел на меня, но никогда — на других. И я не понимала, куда себя деть.

— Просила же не влюбляться.

— Да почему сразу влюбляться… Разве нельзя переживать за друзей? — спросил он, постукивая костяшками пальцев по подоконнику. — Скажем, я не могу переживать за Маркуса или Шер? Или за Джейдена?

— Ой, да переживай за кого хочешь, — сказала я и добавила: — Но не за меня. У меня все в порядке.

Тоби ничего не ответил, молча отвел взгляд в окно.

— И по поводу чая, — начала я, но запнулась.

— Чай можешь не возвращать, — сказал он, продолжая смотреть в окно. — Как и тетрадь.

— Да нет, я про другое… — Вдох. Выдох. И шепотом: — Ты что-то туда подсыпал?

Тоби перевел взгляд на меня.

— Подсыпал?

И выглядел он так, будто действительно не понял.

— Ну… ты… — я совсем растерялась. — А о чем тогда ты подумал, когда я сказала, что нужно «не как в прошлый раз»?

— Подумал, что ты меня забалтываешь, чтобы я не спрашивал про мистера Барри.

А я вот об этом не подумала… И что теперь делать? Не похоже, чтобы он врал. Но почему? Все ведь так сходилось. Каждый раз в среду мы шли после ритуалов на обед и каждый раз Тоби брал мне чай. И каждый раз ночью после этого мне ничего не снилось. Каждый, кроме одного раза, когда я следила за ним и пришла в кафешку к Олли. Не мог же это Олли что-то мне подсыпать, к чему ему это, да и если бы даже хотел, он мог делать это в любой другой день.

— Ладно, неважно, — сказала я и развернулась.

— Ты не сказала, что значит «подсыпал», — напомнил Тоби.

— Я что, похожа на толковый словарь? — вырвалось у меня, и я мысленно пнула себя. — Забудь.

***

После завтрака я поравнялась с Джейденом, нам все равно в одну сторону, так что, его не должно это удивить. Но вот как его разговорить совсем не представляла. Если спрошу про тела, он опять уйдет от разговора. Может что-то про отдельную комнату? Или про то, почему он ходит без формы? Нет, нужно что-то милое и очаровательное. Как бы вела себя Шер, если бы пыталась заговорить с понравившемся парнем? Наверняка сделала бы комплимент или что-то подобное.

Я окинула его взглядом, выискивая за что можно зацепиться. Небрежная прическа, черные джинсы, черная водолазка. Неплохо, можно попробовать.

— Водолазки идут тебе куда больше толстовок, — выдала я. И прозвучало это совсем не так дружелюбно, как я планировала.

Джейден резко повернул на меня голову и остановился. Глянул вниз на свою водолазку и вновь посмотрел на меня.

— Чего?

— Того. Глухим не притворяйся, ты прекрасно слышал, — сказала я. Протяжно втянула носом воздух и сказала: — Это был комплимент, ясно? Тебе идут водолазки.

Джейден моргнул как бы не понимая, что вообще происходит и усмехнулся.

— Грубить у тебя получается куда лучше, чем делать комплименты.

Я знаю. Спасибо.

— Ну, в этом мы похожи, — бросила я и ускорилась, чтобы поскорее оказаться в кабинете миссис Мосс.

Почему? Почему? Почему мистер Барри не мог попросить о чем-то другом? О чем угодно, но только не пытаться вытянуть из Джейдена какую-то информацию. Как узнать что-то у человека, с которым невозможно общаться? Он же даже не пытается быть хоть капельку дружелюбным, когда к нему обращаешься. Хотя мистер Льюис же как-то общается с ним. Да и Тоби с Маркусом вроде находят с ним общий язык. Может дело во мне? Может все, потому что я сама не могу нормально общаться? Но как мне тогда быть? Как подступиться к нему?

Вторую попытку я решила предпринять на ужине. Раз с комплиментами не получилось, то нужно попробовать спросить о чем-то, узнать, что ему нравится, что он любит. Ведь всем людям нравится, когда ими интересуются?

— Ты любишь рис? — спросила я и поняла, что прозвучало это скорее как претензия, нежели попытка завести беседу.

Джейден подавился этим самым рисом, хватая воздух, и я протянула ему стакан своего сока, отчего он закашлялся еще сильнее.

— Боги, Элис, — сказала Шер. — Я уже поняла, что все вокруг любят рис. Ну не нравится он мне, что я могу поделать? Не нужно постоянно пытаться доказать мне что он вкусный.

Никогда не слышала, чтобы Шер не любила рис, так что это скорее всего попытка спасти меня из неловкой ситуации.

— Тебе не нравится рис? — поразился Маркус. — Разве ты не ела его вчера?

— Ела, — сказала Шер и трагично продолжила: — Но любить и есть — это совершенно разные вещи, понимаешь?

— В столовке огромный выбор, зачем брать то, что не нравится? — спросил Маркус.

— Это было наименьшее из зол, — все так же трагично вздохнула Шер.

— Она еще и апельсины не ест, — добавила я, пытаясь развить тему и не смотреть на Джейдена, который уже прокашлялся и теперь прожигал меня взглядом.

— Аллергия? — спросил Маркус.

— Не, просто не люблю, — пожала плечами Шер и ловко перевела тему. — Вы, ребята поедете завтра в город?

— Я поеду, — сказал Тоби.

Я неопределенно пожала плечами, Джейден помотал головой.

— Да брось, Джейден, — разочарованно сказал Маркус. — Давай хотя бы в субботу? Там фестиваль уличной еды будет.

— Я подумаю, — сказал Джейден.

Что ж, если в субботу он поедет в город, то возможно, там у меня получится разговорить его в более непринужденной атмосфере. Хотя, кого я обманываю, ничего у меня не выйдет.

***

27 сентября, пятница

Четвертая пятница месяца — означала промежуточный зачет по практической магии. С Шер мы заранее договорились, что она не пойдет на свою пару, чтобы помочь мне. Так что она расположилась на лавочке на заднем дворе академии, недалеко от стола, который миссис Ферт распорядилась доставить ей из ближайшего кабинета.

Я, конечно, могла бы рассчитывать, что мне опять поможет кто-то другой, возможно Грета, или Тоби, или даже Джейден, или, сирх его знает, сам мистер Барри. Я так и не выяснила, кто в прошлый раз создал ту иллюзию. Но лишний раз подтверждать чьи-либо мысли о том, что у меня нет магии, я не собиралась. Так что, кем бы он ни был, пусть убедится, что магия у меня есть, и я сама могу справиться. (Не без помощи Шер, но не суть).

— Только не перебарщивай, — шепнула я Шер и уложила свой пиджак на ее руку, пока первые студенты из списка сдавали зачет.

— Я помню, — сказала Шер.

Скамейка стояла на достаточном расстоянии от стола, но отсюда прекрасно видно и сам стол, и профиль миссис Ферт. Я отошла на несколько шагов и оценила, как все выглядит. Рука Шер лежала на наших сложенных друг на друга сумках, прикрытая небрежно уложенным сверху пиджаком. На вид, не слишком подозрительно. Шер, может и отлично управляется с магией, но не без использования руки, на такое без специализации вряд ли кто-то способен, разве что после многих лет практики.

Пока другие по очереди выполняли задания, я набрала номер Шер на телефоне. Она приняла звонок и надела наушники, а я отошла на приличное расстояние, — примерно такое же как будет от нее до стола, но в другую сторону, — убрала телефон в карман, посмотрела на Шер и спросила:

— Ты меня слышишь?

Шер закивала будто в так музыке, и я вернулась обратно к ней, сбросив звонок.

— Все супер, — сказала Шер.

— Не сработает…

— Сработает.

— Она поймет.

— Не поймет, — уверяла меня Шер. — Все пройдет нормально, обещ…

Шер замолкла, увидев подошедшего к нам Тоби.

— У тебя разве сейчас не зелья? — спросил он, должно быть заинтересовавшись появлением Шер на нашем занятии.

— Травы, — быстро сказала Шер. — Мисс Мелборн опять сошла с ума, и я решила проветриться.

— Что на этот раз?

— Избавляем ее запасы сушеных трав от моли, — сказала Шер. — Которой там нет.

Кажется, такое действительно было. На прошлой неделе. Но Тоби вряд ли об этом знает, так что неплохая отмазка.

Шер еще раз глянула на Тоби.

— Ты уже сдал? — почему-то раздраженно спросила она. Может нервничает?

— Да, можем дождаться Элис и…

— Я хочу побыть одна, — сказала Шер слишком резко. — Извини.

Тоби кивнул.

— Да, без проблем.

И прошел мимо нас.

— Шер? — поразилась я.

— Что? Я вообще-то тебя спасаю. Можешь не благодарить, — Шер глянула в сторону Тоби, который дошел до конца площадки, но уходить не торопился. — Не нравится он мне.

— После того разговора?

— Нет. Потом расскажу, не отвлекайся.

Через какое-то время очередь дошла и до меня. Мы предварительно еще раз проверили связь, и я направилась к столу миссис Ферт с продолжавшимся звонком Шер на телефоне. Остановилась у вазочки с надписью: «Этап 1». Всего таких вазочек стояло пять. Я подняла трясущуюся руку и выудила бумажку. Главное, сдать хотя бы три.

— Переместить объект вдоль линии, — зачитала я.

— Приступайте, — кивнула миссис Ферт и придвинула ко мне красный деревянный кубик из детского набора для строительства.

Я направила руку на кубик и напрягла ее, делая вид, будто с усилием продвигаю воздух. Сначала ничего не происходило и миссис Ферт скучающе смотрела на мою руку. Но наконец кубик сдвинулся с места и прокатился вдоль стола точно по заданной линии.

Отлично, одно есть.

Миссис Ферт кивнула и сделала пометку в экзаменационном листе.

— Создать иллюзию вазы на объекте, которая продержится до конца всех этапов, — зачитала я.

И с этим уже могли возникнуть проблемы. Потому что по логике я должна вложить часть магической энергии в объект, чтобы иллюзия продолжала существовать даже когда я не буду держать ее в поле зрения. Но на расстоянии Шер сделать этого не может. А значит, ей придется и поддерживать иллюзию второго этапа, и выполнять следующие задания.

Миссис Ферт положила передо мной зеленый кубик. Я коснулась его рукой, и он тут же превратился в небольшую белую вазочку с голубыми узорами, как у Шер дома. Всегда проще создавать что-то знакомое, ведь для создания иллюзии нужно четко представить образ объекта, иначе вылезут лишние детали.

— Создать простую иллюзию яблока, — зачитала я задание третьего этапа.

Отлично, это из азов практической магии, с таким Шер с легкостью справится. Главное, чтобы она могла и удержать прошлую иллюзию, и…

Яблоко возникло передо мной еще до того, как я успела направить руку. Миссис Ферт вскинула на меня голову, но я продолжала упорно смотреть на иллюзию, направляя на нее руку, будто ничего не произошло.

— Мхм, — произнесла миссис Ферт что-то помечая в бумаге.

Иллюзия растворилась, и я опустила руку. Взяла листок из четвертой вазы и открыла рот, чтобы зачитать, но миссис Ферт шикнула на меня.

— Молча, — сказала она и забрала лист, чтобы прочитать задание.

Я сглотнула.

«Создать простую иллюзию яблока», — значилось на листе. Сирх, Шер ни за что не догадается, что мне выпало то же самое, что и на прошлом этапе. Я направила руку, а другую убрала за свою спину, пытаясь жестами показать Шер, что нужно то же самое. Но, кажется, она не понимала, и… Иллюзия второго этапа подернулась и растворилась.

Сирх…

Я еще и отвлекла ее.

Но миссис Ферт будто и не обратила на это внимание. Удовлетворенно кивнула и указала рукой на пятый этап. Она что, рада, что у меня не получается? Хочет, чтобы я все завалила? Два этапа она мне уже точно не зачтет, если сейчас не получится и с последним, то мне не хватит даже на минимальный балл. И что дальше? Пересдача? Отчисление?

«Выстроить объекты в форме пирамиды используя магию управления». Сирх... Другие студенты какие только фигуры сегодня не выкладывали, Шер ни за что не догадается. Я протянула листок миссис Ферт и она, ознакомившись, выложила передо мной несколько кубиков, хаотично разложив их по столу.

«Пирамида, пирамида, пирамида», — молила я, направляя руку. Другой рукой за спиной в это время пыталась изобразить ее пальцем в воздухе.

И Шер поняла меня, но не совсем так, как нужно было, и начала выкладывать кубики на столе в виде треугольника. Ну, треугольник, это ведь тоже, по сути, пирамида, да? Может миссис Ферт устроит?

Я лишь продолжала направлять руку на кубики, делая вид, что передвигаю их.

— Удивили, так удивили, — сказала миссис Ферт, когда фигура была закончена, и отметила что-то в экзаменационном листе. — Можете идти. Результаты будут в понедельник или вторник на сайте академии.

Она уже говорила, что выставляет баллы в зависимости от общих результатов. Если все сдают слабо, то и порог минимального балла будет снижен. Так что мой следующий вопрос наверняка неуместен, но…

— Этого достаточно на минимальный балл?

Миссис Ферт выглядела озадаченной, а потом покачала головой и добродушно хохотнула.

— Вам бы поработать над самооценкой, мисс Уэйланд.

Надеюсь, это означало «да». Я быстро кивнула, сказав «спасибо», и отошла от стола, пропуская следующего.

Только добравшись до Шер, я смогла облегченно выдохнуть.

— Идем отсюда, — шепнула Шер прежде, чем я успела сказать хоть что-либо, подхватила меня под локоть и потащила мимо рядов скамеек, толпившихся студентов и все еще стоявшего на том же месте Тоби.

В саду камней оказалось занято, так что мы прошли дальше.

— Все нормально, Шер, — шепнула я, пока мы шли. — В следующий раз нужно будет придумать знаки на такие случаи.

Но лишь когда мы свернули за павильон для физкультуры, Шер наконец остановилась и отпустила мою руку. Такой встревоженной я ее давно не видела.

— Она поверила? — спросила Шер.

— Вроде бы. Она кажется, даже такого от меня не ожидала, так что...

— Супер, — торопливо перебила Шер.

— Ты чего? Ох, — опомнилась я. — Спасибо тебе! Ты лучшая. Без тебя — не знаю, что бы я де…

— Он пялился на тебя, — перебила Шер, которая была явно возмущена этим фактом. — И делает это постоянно. Может ты этого и не замечаешь, но…

— Тоби? Ну да, я в курсе. Не знаю, он вроде как пытается подкатывать. Хоть и отрицает это.

— Нет, Элис! Не смотрят на понравившуюся девушку с таким серьезным видом. Он будто… изучает тебя, пытается просканировать… проанализировать, не знаю.

— Шер, ты чего? Ревнуешь что ли?

— Элис! Он очень странный тип. Я серьезно.

Тоби — странный тип. Джейден — странный тип. Мистер Барри — странный тип. Меня окружают сплошные странные типы. Может… потому что, это я — странная?

— И вот еще что, — продолжила Шер. — Помнишь, к нам подсела Лорел? И Маркус тогда сказал, что Тоби не дает рекомендаций в Л’Эшаль даже друзьям. Я спросила Маркуса об этом и оказывается, Тоби действительно не помог ему, хотя для Маркуса это был бы единственный выход, а для Тоби помочь — раз плюнуть.

— В смысле единственный выход?

Шер вздохнула и прислонилась спиной к стене павильона.

— У Маркуса очень сложные отношения с отцом. Он же в генеральном совете, а туда, видите ли, можно попасть только после Л’Эшаль. В основном там сплошные маги познания, а Маркус унаследовал от бабушки магию иллюзий и… Отец его презирает. Не позволяет включаться в полноценную работу, хотя Маркус очень этого хочет. Доверяет разве что всякую ерунду типа разбора документов из архивов, решения проблем с ниимами, устранения мелких конф…

— Ерунду, значит… Проблемы с ниимами. Спасибо, Шер.

— Я вообще не то имела в виду!

— Ну да, конечно, проблемы ниимов — то же самое, что бумажки в архиве.

— Элис!

Я сжала зубы и вдохнула.

— Ладно, прости.

Все-таки, Шер только что очень выручила меня, да и вообще, всегда на моей стороне, зря я так отреагировала.

— Я имела в виду лишь, что Роберт Эрдсхол сваливает на Маркуса то, с чем не хочет разбираться сам. Ты знаешь, что он ненавидит ниимов и я ничего не могу с этим поделать. Но Маркус не такой. — Шер запустила пальцы в волосы, ероша кудряшки. — Я это все вообще к чему. Вот представь, у тебя и так проблемы с отцом, ты кучу сил и времени тратишь, чтобы заслужить его внимание, пытаешься поступить в Л’Эшаль, но тебя не берут. А твоему другу достаточно сделать один звонок или просто обмолвиться с отцом парой слов за ужином, но он не хочет помогать, потому что ему плевать вообще. Это разве друг? Это так же, как если бы я сейчас отказалась помочь тебе, хотя для меня это совсем не проблема.

— Ну да, неприятно.

— Неприятно?! И вот еще что, мы тут с Маркусом обсуждали наше знакомство. И, оказывается, — Шер сделала паузу, глядя на меня. — Маркус изначально знал, что понравился мне, потому что ему, видите ли, Тоби сказал. Чуть ли не в первый день! Нет, я, конечно, в какой-то степени благодарна ему, но откуда ему вообще было знать об этом?

Упс… А вот это уже я виновата.

Хорошо, что Шер легко отвлечь, так что я спросила про субботний фестиваль уличной еды.

Глава 15

Когда ребята собрались в город, я даже думала поехать с ними. Купить себе новый блокнот, а Тоби тетрадку, и заодно вывести его на серьезный разговор, возможно и про Джейдена что-то узнать. Но Джейден сказал:

— Не, точно не поеду.

И я решила, что это мой шанс пристать к нему так, что он от меня не отвяжется. Если надо будет, притворюсь влюбленной и скажу, что все это время шлялась за ним по лесу только потому, что без ума от него.

Мы остались сидеть за столом, и я отчаянно думала, как начать этот разговор. Сходу сказать что-нибудь вроде: «Слушай, ты мне нравишься», и тогда он скажет: «Ой, отвали, а?». Или может спросить что-то банальное про те видео, что он смотрит? «О, Джейден, тебя интересует медицина?». И он ответит: «Ты чего пристала?».

— Ты говорила, у них искаженные лица, — сказал Джейден, и я опешила. Серьезно?! Сам заговорил со мной! — Нарисовать сможешь?

— Я же слишком сильно давлю, — вырвалось у меня.

И да, меня это настолько задело, что я до сих пор помню.

— Чего?

А вот он, видимо, не помнит…

— Ничего.

Сирх, ну сама же хотела его разговорить. И вот он говорит. Сам заговорил с тобой, радуйся же! Но нет, нужно опять все испортить.

Джейден вздохнул.

— У нас тут возможно серийный убийца…

— Убийца? Ты же сказал, что они ненастоящие.

— Я сказал — отчасти. Потому что их невозможно опознать из-за странной магии. И мы не до конца уверены, действительно ли это убийства.

Не сводя с него взгляд, я вытащила телефон из кармана.

— Мы?

Глянула на экран, чтобы не промахнуться и включила диктофон.

— С блюстителями.

— О, так ты, значит, сотрудничаешь с блюстителями? Типа тайный агент? Или подсадная утка? Ты поэтому делаешь вид, что на первом курсе.

Джейден нахмурился.

— А это ты откуда взяла?

— Олли сказал.

— Олли?

— Ну Оливер. Из кафешки.

Джейден фыркнул.

— А-а, тот поехавший.

— Поехавший?! Да он единственный нормальный человек во всей академии!

Джейден опять что-то пробормотал себе под нос, но я не смогла разобрать ни слова.

— Ты не ответил, — напомнила я.

— Да-да, тайный агент, ты права, — сказал Джейден, закатив глаза. — Так ты нарисуешь или нет?

— Нарисую. Но только если ты мне все расскажешь.

Его ноздри раздулись. Он смотрел на меня так, что я была уверена — сейчас он пошлет меня. Но, то ли сегодня мой день, то ли ему действительноочень нужно, чтобы я нарисовала те лица, потому что в итоге он тяжело вздохнул и сказал:

— Идем.

Всю дорогу до его комнаты мы молчали. Я боялась сказать что-то, что могло бы спугнуть мое фантастическое везение, поэтому просто плелась следом, и каждый раз вздрагивала, когда он замедлялся, — вдруг передумал? Но он толкнул дверь с табличкой «Джейден Даррел» и не захлопнул ее перед моим носом. Значит, все-таки готов говорить.

Комната оказалась меньше, чем я думала. Справа от входа — узкий шкаф и высокий комод, у дальней стены не заправленная кровать, слева — широкий стол с выдвижными ящиками, придвинутый вплотную к окну, за которым виднелся лес. На краю стола у окна располагалась странная металлическая конструкция, напоминавшая старый радиоприемник. В остальном, в комнате было как-то слишком пусто и неуютно. Будто он и не жил здесь три года, а только заехал.

Джейден ногой подцепил стул и выдвинул его на центр. Уселся на кровать и пнул стул, отодвигая чуть дальше. А сам продвинулся по кровати к стене и уперся в нее спиной.

— Ну чего встала? Садись, — очень вежливо сказал он.

Я запихнула поглубже все свои комментарии и села. Только ради договора с мистером Барри и экзамена по ритуалам. Если б не это, я б уже послала его.

Ну ладно, узнала бы еще немного про те тела ради собственного любопытства, а потом послала бы.

— Спрашивай, — сказал Джейден.

В голове вертелось столько вопросов, что я даже не знала, с чего начать. Поэтому решила начать с начала.

— Первое тело. Ты бежал к нему — потому что знал о нем?

— Меня оповестила эта штука, — Джейден двинул ногой в сторону стола, указывая на тот самый радиоприемник.

— И… что это?

— Аллирохрень какая-то, — пожал он плечами. — В лесу установлены датчики, которые улавливают магическую энергию и посылают сигнал на эту штуку. Я не вдавался в подробности. Она пищит — я иду.

— Допустим… — кивнула я, пытаясь восстановить последовательность событий. — Потом ты сказал позвать мистера Барри, чтобы…

От его упоминания знак на ребрах кольнуло.

— Чтоб ты свалила.

Я похлопала глазами.

— Ты… серьезно?! Отправил меня за ним, просто чтобы я ушла?

— Ну да.

— И почему тогда именно за мистером Барри?

Джейден вздохнул, сполз ниже по кровати, будто ему неимоверно скучно и сказал:

— Потому что он в курсе.

— Подожди… Ты хочешь сказать, что в академии кроме мистера Барри никто не знает, что на территории происходят убийства?

— Возможно убийства, — поправил Джейден.

— Даже мадам д’Арлин?!

— Ну да.

— И ты поэтому передвинул тело? Чтобы его никто не видел?

— Ну да.

Джейден взял подушку, сунул ее за голову и закинул ногу на ногу.

— Почему тогда мистер Барри в курсе?

— Видимо вы с ним чем-то похожи, — сказал он и поморщился. — Любите совать свой нос в чужие дела.

— А сам-то ты как в это ввязался?

— Сотрудничаю с блюстителями. Остальное — конфиденциально.

— Ла-адно, — сказала я, прожигая его взглядом. Совсем тут разлегся уже, никакого уважения… — Но ты несколько недель убеждал меня в том, что это все моя фантазия, а теперь просишь нарисовать. Как-то не сходится.

— Потому что… — Джейден замолк и протяжно вздохнул. А потом резко сдвинулся к краю кровати и выпрямился. — Короче. Периодически в лесу появляются сгустки магии. Их улавливает эта аллирохрень. — Джейден кивнул на аппарат на подоконнике. — Я иду туда. Замораживаю сгусток другой аллирохреновиной, и на его месте появляется тело. Поняла? Это на практической магии уже должны были объяснять, вроде… Или это на втором курсе…

— Иллюзия на объекте?

— Да, типа того. Вкладываешь в предмет магию, и создаешь иллюзию на его месте. А та хреновина замораживает эту магию, чтобы проявить изначальный предмет. Не развеивает, как другие штуки, а именно замораживает, чтобы сохранить сам сгусток.

Как хорошо, что я включила диктофон…

— То есть, эти искаженные лица — просто иллюзия на объекте?

Джейден протяжно застонал, будто я сказала какую-то глупость.

— Есть сгустки, в которые вкладывают не определенный образ, а какую-то эмоцию. Такие часто суют на праздниках. И каждый видит в них что-то свое, кого что радует и прочее. Ну а там уж в меру своей фантазии.

И Джейден посмотрел на меня так, будто уж сейчас-то я точно должна была все понять.

— И?

— Ну слушай, лично я вижу в этих сгустках то, что пугает меня. Скорее всего, они и заряжены на то, чтобы вызывать страх. А чего обычно девчонки боятся? Пауков? Змей? И тут ты со своими искореженными телами. Вот я и подумал, — Джейден присвистнул, — совсем крыша потекшая.

Мне просто нужно сдать ритуалы. Очень нужно сдать ритуалы. Вдох. Выдох.

— Ты не забывай, что я все еще могу отказаться рисовать.

— Но во второй раз ты совсем не испугалась, — сказал Джейден, пропустив мой комментарий. — А суть сгустков в том, чтобы пугать… В этом и весь прикол, что нельзя увидеть в разных сгустках одно и то же. Значит, ты видела не просто сгустки… И вот мы здесь.

Джейден хлопнул в ладоши, видимо решив, что я удовлетворена рассказом и потянулся к столу, чтобы достать из верхнего ящика листок с карандашом.

— А почему нельзя было сразу все объяснить?

Джейден глянул на меня так, будто я смертельно обидела его.

— Я и не собирался. Мне сказали, чтобы ты нарисовала. Я выполняю.

Я придвинулась к столу, взяла карандаш и пробормотала себе под нос:

— По тебе и не скажешь, что ты такой послушный.

— А по тебе… — Он захлопнул рот и кивнул на лист. — Рисуй давай.

Я прикрыла глаза, пытаясь вспомнить пустое лицо. В голове вертелось множество тех, что я помнила из кошмаров, но они были смазанными, размытыми. Мелькали перед глазами, но я должна была сосредоточиться на одном. Хотела бы остановиться на той женщине, что украла мою магию, но она так давно не снилась мне, что я не могла вспомнить детали.

Зато то лицо, которое я видела в среду, помнилось мне ярко и четко, и я провела первую линию. А за ней следующую.

— Если это убийства, разве не лучше предупредить всех в академии? — спросила я, продолжая рисовать.

— Говорю ж, тела невозможно идентифицировать. Они просто пустышки. Мы вообще сначала склонялись к тому, что это все забавы ради, но…

Джейден замолк. Я отвлеклась от рисунка и посмотрела на него, но он не продолжал.

— Что?

— Неважно.

И больше он ничего не говорил.

Тишина с Джейденом вызывала у меня не самые приятные ощущения. Я продолжала рисовать, но чувствовала, будто сейчас он меня одернет. Скажет, что я рисую неправильно. Не так держу карандаш.

Спину ровно, голову выше, не кусать губы, не хлюпать носом, не глотать слишком громко, не дышать.

Дернет за волосы и ткнет носом в ошибку. Очередную ошибку, которые я не имею право допускать. Но только и делаю, что допускаю их.

Тишина с Джейденом напоминала мне дом. Мой дом. И это была совсем не приятная ассоциация.

Так что, я решила спросить хоть что-то, лишь бы не сидеть в этой тишине.

— Почему ты не ездишь в город?

— Это не твое дело.

Ладно, лучше б не спрашивала.

Но я все еще чувствовала, как он следил за моими движениями, и не хотела признаваться в том, что давила на карандаш куда меньше чем обычно. И кажется, мое напряжение ощущалось в воздухе, вибрировало и звенело, потому что Джейден сказал:

— Нужно… — он запнулся. Я подняла голову и посмотрела на него. — Я имел в виду, что ты слишком сильно напрягаешь руку. Если расслабишь запястье, линии будут четче и увереннее.

Значит, все-таки помнит.

— Что-то я не заметила тебя на факультативе по рисованию.

Это должно было прозвучать куда более язвительно, но получилось скорее жалко.

— Вот еще. Пустая трата времени, — ответил он. И я вернулась к рисованию, не ожидая, что он продолжит. — Мне давали частные уроки.

Тоже богатенький значит. Понятно, почему сошелся с Тоби и Маркусом. Отличную компанию выбрала Шер, ничего не скажешь. Вот только интересно, как он оказался в Традстоуне, и действительно ли поджег свой дом? Или там все не так просто? Но спрашивать об этом пока рано, а то еще спугну его.

— А, ну тогда понятно, откуда у тебя своя комната.

Джейден ничего не сказал. Странно, я ожидала очередной колкости в свой адрес. Глянула на него, но он отвернулся и смотрел куда-то в сторону комода с таким печальным выражением лица, что мне стало не по себе. Лучше б послал.

— Прости, я…

— Ну ты там долго еще? — перебил меня Джейден, резко вернувшись к прежнему настроению. Сдвинулся на край кровати и заглянул в мой лист. — Твою-ю-ю ж…

Он выхватил лист прямо из-под карандаша, и линия пересекла лицо.

— Эй! Я не закончила.

— Ты че, не видишь, кого нарисовала? — спросил он, тыча листком у меня перед носом.

— Вижу, — возмутилась я. — Искаженное лицо, которое видела позавчера.

Джейден схватил свой телефон и сфотографировал рисунок, а потом быстро застучал пальцами по экрану, набирая сообщение. Я выжидающе смотрела на него. Забрала рисунок, повертела, не понимая, что такого он в нем увидел. Всего лишь не самый удачный рисунок уродливого пустого лица.

Джейден наконец оторвал взгляд от телефона и посмотрел на меня.

— Нужно будет поехать в участок и нарисовать еще семь.

— Семь?!

Он поднялся и прошел в другой конец комнаты, остановился и вернулся обратно, взял листок и сунул мне под нос.

— Кого ты рисовала?

— Говорю же, то лицо, которое видела в лесу.

— То есть на рисунке ты человека не видишь?

— Нет… — сказала я, совсем растерявшись.

С громких хлопком Джейден уронил рисунок передо мной.

— Нарисовано хреново, но личность угадывается.

Я все еще смотрела на искаженное лицо, не понимая как на одном и том же листе мы можем видеть разное. Если б у меня была магия, я бы поняла, но…

— И кто это?

— Эймет Остерн, — сказал Джейден.

Что-то знакомое. Что-то очень…

— Из генерального совета?! Тот, что пропал в августе?!

Джейден кивнул и вновь прошелся по комнате. Вернулся и протянул свой телефон.

— Напиши свой номер, с тобой свяжутся по этому делу.

— Но я не…

— Это убийства, — серьезно сказал Джейден. — И их было уже восемь. Так что… — Джейден глянул на меня что-то обдумывая. — Придется помочь, если не хочешь проблем с блюстителями.

И я вписала свой номер в его телефон.

Связываться с блюстителями я, конечно, совсем не хотела, но проблемы с ними мне точно не нужны.

Глава 16

28 сентября, суббота

— И ты можешь изменить так любой знак? Что, если не ******* ***** * ****, а ******** ** *****, — говорит он, и его слова звучат как шипение. Кто-то стер их, вырезал из моей памяти.

Но там, в воспоминании, десятилетняя я прекрасно понимаю, о чем он. Болтаю ногами, сидя на скамейке на заднем дворе ЦИОРМа, пока он сидит рядом с искаженным лицом и смотрит на меня пустыми глазницами.

— Не знаю, — говорю я. — Мама сказала, что такое происходит только при серьезной необходимости. — Я замолкаю и поднимаюсь, встаю напротив него и обхватываю его руку своими. — Но вы не говорите ей, что я рассказала… И про знак тоже.

— Конечно, я ничего не буду ей рассказывать, Элисон. — Его рот не движется, но тонкая ткань вуали подергивается в так словам. Он сжимает мою руку крепче. — Мы ведь друзья, а друзья не рассказывают секреты друг друга. Так что, ты тоже не говори, что я спрашивал.

И я усиленно киваю, чувствуя, как внутри разливается тепло.

Если бы кто-то спросил, какое мое самое яркое воспоминание из детства, — я бы выбрала это. И не важно, что лицо того человека искажено в моей памяти, отчего после пробуждения мне слегка не по себе. Я бы все отдала, чтобы узнать его личность, понять, кого десятилетняя я считала своим другом, и кто называл другом меня. Если б не это воспоминание, я бы думала, что и вовсе провела все свое детство в полном одиночестве, окруженная пыльными книгами с ссохшимися корешками, грозившими развалиться от любого неудачного прикосновения; и непонятными, жуткими взрослыми, говорившими о чем-то, чего я не понимала. Знала все эти слова, но стоило им оказаться в определенной последовательности, как смысл сразу терялся и ускользал от меня. А тот человек всегда говорил понятно. И говорил он со мной, а не с другими. Воспринимал меня как равную, а не как жалкий зародыш человека, еще не доросший, чтобы участвовать в разговорах и иметь собственное мнение.

Поэтому на пробежку я не пошла. Сидела в теплом свете настольной лампы, выводя линию за линией, пытаясь уловить образ, который то и дело ускользал. Может, рот и не в эту сторону вывернут? И складки ткани лежали иначе? А нос точно сломан именно так? Я закрывала глаза, пытаясь вновь возродить в памяти его лицо, но чем больше времени проходило, тем труднее мне было вспомнить.

В итоге, я и вовсе забыла, как он выглядел, но все же сунула блокнот едва разлепившей глаза Шер. Она долго смотрела, тянула пальцами веки, щурилась и усиленно моргала.

— Ну такое, — сказала она.

— Что «ну такое»?

— Не знаю, чувак какой-то вроде.

— Похож на кого-то?

— Да нет, не осо-о-обо. — протянула Шер, зевая. — А на кого должно быть похоже?

— На человека вообще похоже? Честно.

Шер бросила на меня короткий непонимающий взгляд и потянулась.

— Ну-у… обычно у тебя лучше получается. Только не обижайся. Ты в город поедешь?

— Поеду, — буркнула я и убрала блокнот в сумку.

— Эли-и-ис, ты же сама попросила честно, чего надулась?

— Да не дулась я!

Просто обидно, что не могу сама увидеть, что нарисовала. И понять, кого пыталась нарисовать.

Во время завтрака мне позвонила некая Адрия Беркли и попросила прийти в участок к четырем часам дня. Я глянула на Джейдена, но он ничего не сказал. Наблюдал за Маркусом с Шер, изучавшими программу фестиваля и строившими планы, куда пойдут в первую очередь.

Вчера я потратила несколько часов, чтобы переслушать запись разговора с Джейденом, законспектировать его для мистера Барри, а потом переписать повторно и вырезать все, что касается искаженных лиц. Не знаю, почему, но я не хотела, чтобы мистер Барри знал об этом.

И я была уверена, что знак на ребрах будет жечь, потому что я нарушаю условия. Но нет, жжения не было. Возможно, потому что в договоре не говорилось, что я должна сообщать какую-то информацию о себе. А эти искаженные лица касаются только меня, значит я не лгу, а просто умалчиваю. О себе. Все честно.

— Тоби в городе остался что ли? — спросил Джейден, громко хлебнув чай.

— Да, у него дела какие-то, — сказала Маркус, не отвлекаясь от телефона.

Джейден скривился и пробурчал:

— Даже не предупредил.

— А вы что-то планировали? Поехали с нами, — предложила Шер. — Там должно быть весело. И Тоби тоже обещал прийти.

— Ага, — сказал Джейден. Но с нами, конечно же, не поехал.

Суматоха фестиваля обрушилась на меня, стоило выйти из автобуса. Люди мельтешили перед глазами, сновали с пакетами и контейнерами для еды, протискивались между толпившимися у остановки, торопились к площади, таща за руку визжащих детей. Их голоса смешивались в нечленораздельный гомон, от которого внутри нарастала паника.

И это еще даже не началась основная программа!

Шер сразу потянула нас с Маркусом в самую гущу, к рядам палаток, громоздившимся едва ли не друг на друге. Здесь все пропахло едой. Жареная рыба, сладкий попкорн, картошка во фритюре, растянувшаяся колечками на тонких шпажках, всевозможные пряности. Запахи наслаивались один на другой, окутывали, впитывались в одежду, щекотали нос. Шер прихватила несколько цветных десертов в бумажных контейнерах и сунула их нам с Маркусом, чтобы набрать еще пакетиков с мармеладом и зефиром. Глаза у нее блестели даже ярче, чем после первой прогулки с Маркусом. Ведь эмоции от влюбленности всегда хоть и постепенно, но угасают, а вот любовь Шер к сладкому вечна…

Тоби встретил нас в сквере, когда мы наконец вырвались с площади, едва не потеряв Шер у очередной палатки. В светлом плаще и бежевом клетчатом шарфе он выглядел куда менее строго, чем в форменном пиджаке. Стоял у одной из скамеек со стаканчиком кофе и милым биглем, которому тут же досталось все наше с Шер внимание. Бигль, к слову, был в восторге. Кружился на месте возле нас, присевших на корточки, не зная к кому повернуться. Вилял хвостом и радостно скулил, пока мы гладили его густую жесткую шерсть и теребили длинные уши.

— Арчибальд, — представил пса Тоби.

Мы с Шер переглянулись, и вновь уставились на непоседливого бигля, вертевшегося с неиссякаемым оптимизмом и энергией. Серьезно? Ну какой Арчибальд?

— Арчи, — согласился Тоби. — Мама предполагала, что он окажется куда степеннее, когда выбирала имя.

Арчи тем временем свалился на спину, свесил набок язык и подергивал лапками, требуя почесать его пузико. Ну как тут откажешь?

Мы с Шер расположились на траве, пока Маркус и Тоби по ее поручению отправились за кофе. Арчи предпочел остаться с нами, носился вокруг, пытался влезть носом в контейнеры и попробовать, что же такое мы едим.

От кого-то я слышала, что собаки похожи на своих хозяев и… думаю, хозяином Арчи был явно не Тоби.

— Вот тебе миссия на сегодня, — сказала Шер и слизнула с пластиковой ложки остатки шоколадного пудинга. — Разговорить Тоби и все у него выпытать. Я бы, и сама могла, но, думаю, если спросишь лично — будет лучше. Только начни как-нибудь издалека, а не сразу в лоб, спроси про…

— Да знаю я.

— М-м, попробуй вот этот, — сказала Шер и сунула мне в рот ложку клубничного пудинга.

— Не, фоколадный был фкуснее.

— Ой, ничего ты не понимаешь…

Маркус тем временем подсел к ней с двумя стаканчиками кофе. Шер зачерпнула ложку шоколадного пудинга и повернулась к нему.

— На, попробуй-ка.

А Тоби расположился справа от меня и протянул стаканчик.

— Ромашковый.

— Спасибо.

Я не просила, но ладно.

— Шоколадный вкуснее, — сказал Маркус, попробовав и второй вид пудинга.

Шер простонала что-то неразборчивое и сверкнула глазами сначала на меня, а потом на Маркуса, и перевела взгляд на Тоби. Придвинула к нему оба стаканчика.

— Пробуй!

— Он не ест сладкое, — шепнул Маркус.

— Прости, — добавил Тоби с улыбкой.

— Да как с вами общаться?!

Арчи оказался возле стаканчиков и принялся их обнюхивать, едва не лизнул клубничный. Шер перехватила пса и притянула к себе.

— Ты ж моя прелесть, — прошептала Шер, обнимая искрящегося радостью Арчи. — Хоть кто-то меня понимает.

Из всех сладостей самым вкусным оказался зефир. Хрустящий снаружи и мягкий внутри, — прямо как я люблю. А вот Шер не оценила, так что оставила мне целый пакетик, когда они с Маркусом решили вернуться на площадь, чтобы посмотреть начинавшееся шоу. Перед уходом, она глянула на меня этим своим подбадривающим взглядом, означавшим: «Я все устроила, давай, действуй».

Но действовать совершенно не хотелось. Потому что сейчас, оставшись наедине с Тоби, мне казалось, что куда проще еще раз поговорить с Джейденом. У него хотя бы все на лице написано: вот Джейден злится, вот Джейден опять недоволен, вот Джейден считает, что я несу какой-то бред, вот — надо же! — Джейден грустит. А по Тоби вообще ничего не поймешь. Вот сидит и смотрит на пустой стаканчик на траве и то ли разочарован, потому что кофе кончился; то ли радуется, что тот был вкусным; то ли собирается написать негативный отзыв на сайте кафешки; то ли пытается испепелить его взглядом.

И только я собралась с силами, чтобы заговорить, Тоби откинулся на спину и потер глаза, устало вздохнув. Растянулся на траве, прикрывая рукой глаза от падавших сквозь листву солнечных лучей.

— Можешь присмотреть за Арчи, если я усну?

Арчи, услышав свое имя, тут же оказался около Тоби и принялся лизать его руку.

— Э-э… ладно, — сказала я и глянула на телефон. — Но мне к четырем нужно быть в другом месте.

— Без проблем. Разбуди, когда нужно будет идти.

— Ладно, — повторила я, глядя как Арчи нюхает его волосы. Ну вот, мой план провалился. — Не выспался?

— Вроде вообще не спал… Или может отключался на пару часов.

— А… зачем тогда пришел?

— Нужно было погулять с Арчи. Мои уехали в Лессар на конференцию рано утром, а он плохо переносит дорогу. Но и одному ему тяжело, поэтому и пришлось остаться дома.

— Ну мог погулять с ним возле дома, сюда-то зачем тащиться?

Тоби поднял руку от лица и глянул на меня приоткрыв глаз.

— Я и так возле дома.

Ах, да. Как же я могла забыть, с кем говорю… Я перевела взгляд на ряд белых домов через дорогу от сквера. Трехэтажные, но судя по окнам, с высоченными потолками. Перед каждым входом крыльцо, украшенное парой длинных белых колонн. Красиво. Да и отсюда рукой подать и до площади, и до главной улицы, и до основных торговых центров. Л’Эшаль тоже неподалеку. В общем, самое сердце Реанье.

— А почему не спал?

— Разбирался с… делами, — вяло проговорил Тоби, вновь прикрыв глаза рукой.

— Может тогда просто пойти домой?

— Мне и здесь хорошо.

И я замолкла.

Почитала немного комикс, повторила зелья для промежуточного зачета, поела зефир. Кое-как успела отобрать у Арчи стаканчик, который он умудрился открыть и почти слизнул остатки кофе. Так что я решила немного погулять с ним.

Мы прошли в сторону площади, где уже начиналось иллюзионное шоу. Арчи тянул поводок и рвался в толпу, к сияющим огням и громкой музыке, и мы прошли дальше, обогнули ряды палаток и вышли к сцене, где столпилось больше всего людей. Красочные взрывы, яркие всплески, за которыми я не успевала следить. Наверняка и сюжет какой-то был, но я пропустила начало и теперь не могла уловить суть. Люди аплодировали, восхищались и присвистывали. И когда на сцене возникла золотая птица, разрослась до небывалых размеров и устремилась вперед, накрывая зрителей своими крыльями и взмыла в воздух, по толпе разнеслись восторженные вскрики.

А у меня внутри сжимался тугой удушающий узел из боли и разочарования. Ведь я могла бы так же. Возможно, могла бы. Вызывать у людей улыбки, видеть их удивление, слышать восхищенные вздохи, или даже восторженные выдохи, и осознавать, что эти эмоции подарила им я.

Но не могу.

Я потянула Арчи обратно к скверу, а он сопротивлялся и не хотел идти, все лаял на иллюзорную птицу, еще парящую над нашими головами.

— Арчи, идем же, — звала я, силясь не закричать на него от нараставших во мне эмоций. Он уж точно не виноват в этом. — Нам нужно вернуться к Тоби.

Услышав имя хозяина, Арчи глянул на меня, еще пару раз гавкнул на птицу и устремился обратно к скверу. Тянул поводок, подгоняя меня, будто только сейчас вспомнил, что оставил Тоби без присмотра и теперь нужно срочно его проведать.

И чем дальше от сцены мы уходили, тем легче мне становилось. Не могу я радоваться чужому счастью, не могу спокойно смотреть на магию, которая могла бы быть у меня…

Стоп, хватит. Я обещала себе больше не поддаваться этим чувствам. Не хочу. Лучше просто задавлю их и похороню в груди.

Тоби будто и не двигался, с тех пор как мы ушли. Лежал все так же на спине, прикрыв глаза рукой. Арчи тут же устремился к нему, и принялся нюхать его волосы. На секунду мне даже стало интересно, чем таким они пахнут. Всего на секунду, когда я посмотрела на расслабленное лицо Тоби, которое теперь выглядело совершенно простым и понятным. И я подумала, что если сейчас он ответит, то я спрошу у него все, что хотела.

— Спишь? — шепнула я, привязав поводок Арчи к соседнему дереву и сев на то же место.

— Нет, — сразу ответил Тоби.

Жаль.

— Я хотела спросить… По поводу того, что случилось в прошлую субботу.

И я замолкла, не зная, что сказать дальше. Как спросить и при этом не подтолкнуть его мысли в ненужную сторону. Вдруг он все-таки ничего не понял, а сейчас я спрошу, и он догадается.

— Спрашивай.

— Ты же все понял, да?

Тоби приподнял руку, посмотрел на меня и куда-то за мою спину, а потом опустил ее обратно.

— Понял.

— И… что ты понял?

— Понял, что твоей подруге нужна была помощь и ты помогла ей.

— И… это все, что ты понял?

Он вздохнул, запустил руку в волосы, зачесывая назад растрепанные Арчи пряди. Часы на его запястье блеснули на солнце.

— Я не собираюсь никому рассказывать, если ты об этом.

И это хорошо. Это очень хорошо. Но он все еще не сказал, все ли он понял, потому что… Почему мне так важно это знать? Он ведь сказал, что никому не скажет, а это — самое главное.

— Ты не ответил, — все-таки сказала я.

— Я ведь уже сказал, что… стараюсь не лезть в чужие дела, — Тоби открыл глаза и медленно поднялся, сел, скрестив ноги и почесал Арчи за ухом, отчего тот повалился на бок, подставляя пузо. — По поводу случившегося: да, я понял, кто твоя подруга, и у меня есть предположения, как она оказалась на улице в таком состоянии. И нет, я не собираюсь ничего с этим делать. — Тоби перевел взгляд на меня. — Я ответил на твои вопросы?

— Да, — приободрилась я. Значит, зря переживала.

— Тогда можешь ответить на два моих?

Вот сирх…

— Не обещаю, — сразу предупредила я.

— Что ты имела в виду, когда спросила, что я подсыпал в чай?

Вот сирх…

— Я… м-м… В общем, у меня была одна проблема, которая неожиданно решалась после твоего чая и… я почему-то связала эти события, но просто… Неважно. В общем, ничего особенного. Все в порядке.

Тоби размышлял какое-то время, глядя на меня, будто решая, верит этому или нет, но все же кивнул.

— И второе, — сказал он. — У тебя точно все в порядке с мистером Барри?

От этого вопроса кольнуло ребра. Нет, не кольнуло. По ребрам расходилась пульсация, напоминавшая жжение — это знак напоминал мне, что я должна молчать.

— Да! — поспешно сказала я. Мягкое жжение постепенно нарастало, начиная приносить дискомфорт. — Все в полном порядке. И… если ты еще раз спросишь про мистера Барри я перестану с тобой общаться. Серьезно!

Тоби в этот раз молчал еще дольше, чем в предыдущий, но в итоге кивнул. И жжение утихло.

— Хорошо, но… если что, знай, что я могу помочь решить любые твои проблемы, — сказал Тоби. И добавил: — По дружбе.

Ох, мистер Хоффман, если б вы знали, какие у меня проблемы, вы бы точно так не говорили…

— А Маркусу по дружбе рекомендацию в Л’Эшаль не дал, — как бы невзначай обронила я.

— Это для его же блага. Я знаю Маркуса и знаю, какая учеба в Л’Эшаль, так что…

— То есть, за него решил, как ему будет лучше?

— Получается, что так, — сказал Тоби без тени сожаления. — Но он и сам последнее время хотел в Абендорм. И, кажется, вполне счастлив. Так что… В крайнем случае, поучимся год здесь, потом поступим в Л’Эшаль, какая разница.

Ох, да, я ведь уже и забыла, с кем разговариваю. С мистером Для-меня-все-двери-открыты. Угораздило же его столкнуться с мисс Для-меня-все-двери-закрыты. Хотя… Может, мне просто использовать это в свою пользу? Как там у Шер было в комиксе? Принцесса магов влюбилась в ниима, и они смогли помирить враждующие стороны? Сейчас сыграем с Тоби в любовь по лучшим традициям любовных романов, а потом признаюсь ему, что я ниим и он убедит отца обернуть ЦИОРМ не местом помощи (читай — убийства), ниимов, а самым настоящим центром занятости ниимов. И начнет толкать в массы, что ниимы такие же люди, и все наконец откроют глаза и перестанут угнетать их… то есть, нас.

Хорошая сказка. Шер бы понравилась.

— Мне нужно идти, — опомнилась я, глянув на время.

— Тебя проводить? — спросил Тоби и поднялся, чтобы отцепить поводок от дерева.

— Нет.

— Во сколько закончишь?

— И встречать тоже не нужно.

— Я к тому, что мы могли бы встретиться на фестивале. Или на остановке, и доехать вместе.

— А… а как же Арчи?

— Дина освободится к пяти, так что я могу отвести Арчи к ней.

— Дина? Сестра?

— Нет, мамина помощница.

— А ну… Тогда я напишу, как закончу.

Тоби склонил голову набок, заинтересованно глядя на меня.

— Куда напишешь?

— Тебе. На… а.

Я достала телефон и протянула ему. Он постучал пальцами по экрану и вернул мне телефон с новым контактом, подписанным: «мистер Хоффман».

— Мне теперь так тебя называть? — спросила я, вскинув брови.

Тоби пожал плечами.

— Ты сама меня так называла.

— О, и тебе понравилось? Значит, больше не буду, — сказала я. — Так что, до встречи, Тоби!

— До встречи, Элис, — сказал он с улыбкой.

И в этот момент по его лицу все было предельно понятно.

***

Участок блюстителей, в который попросила прийти Адрия Беркли, располагался недалеко от больницы святого Традстоуна. Стандартная высотка с большими окнами будто целиком была сделана из стекла и напоминала скорее офисное здание. Встретившая меня на входе приятная девушка оказалась вовсе не мисс Беркли, но попросила следовать за ней мимо пустых кабинетов с распахнутыми дверьми.

— Фестиваль. Укороченный день, — пояснила девушка и нажала на кнопку лифта, подписанную «-2».

Когда двери открылись, передо мной оказался длинный белый коридор, с жужжащими лампами. Одна из них моргнула, и мне сразу стало не по себе. Девушка проводила меня до железной двери и открыла ее ключом, жестом пригласила войти.

И только внутри я поняла, где оказалась. От запаха крови и формалина меня затошнило. В просторной холодной комнате было лишь три стола из гладкой идеально отшлифованной стали; большие круглые лампы над ними; тележка и… целая стена металлических ящиков.

Девушка мило улыбнулась мне и ушла.

Отлично. Спасибо.

Не знаю, что меня пугало больше: то, что сейчас мне придется общаться с одной из блюстителей, или то, что в этих металлических камерах скорее всего находятся восемь тел, в которых я увижу лица из своих кошмаров.

— Элисон Уэйланд? — раздался голос позади, и я дрогнула. Быстро развернулась и пару раз удивленно моргнула.

Я сразу обратила внимание на ожог — красное пятно на всей левой части лица, чудом не задевшее глаз, но изуродовавшее ухо, висок, лоб и шею. На левой руке, — сжимавшей папку с бумагами, — тоже следы от ожогов.

Когда мы говорили по телефону, я думала, она старше. На вид ей слегка за тридцать. Стандартная темно-синяя форма блюстителей, темные глаза, грубоватые черты лица. И обритая почти налысо голова.

— Нам нужно заключить договор о неразглашении.

Вот сирх…

Глава 17

Я отшагнула и вжалась в стол. Дверь прямо за ее спиной. Если побегу, то вызову подозрения. Почему я вообще не подумала о том, что придется заключать договор? И Джейден, конечно, не предупредил об этом, я же учусь в академии, значит у меня есть магия, значит для меня не проблема заключить договор.

— Мисс Беркли, — выдавила я, усиленно придумывая повод сбежать.

Она открыла папку и протянула ее мне. Я непроизвольно перевела туда взгляд. Договор о неразглашении… на бумаге?!

— Не мисс, — поправила она. — Адрия.

Сердце стучало где-то в висках, в ушах гудело. Почему она дает мне договор на бумаге? Она знает, что я ниим? Здесь так принято? Трясущимися руками я взяла протянутые папку и ручку. Прочитала текст.

Ничего необычного, стандартные фразы, но, когда подписываешь бумагу, ты всегда можешь обмануть. Если бы я была магом, и мы заключили с Адрией ритуальный договор, она бы всегда знала, соблюдаю ли я условия. И если бы я нарушила договор, на моей коже остался бы потемневший знак. Чем больше нарушенных договоров, тем больше знаков, так что другие лишний раз подумают, прежде чем связываться с тобой. Я видела людей, у которых темные знаки нарушенных договоров заполонили все руки, напоминая узорчатый длинный рукав. Еще и поэтому никто не носит татуировки, — чтобы на него не подумали лишнего.

Я подписала бумаги и протянул обратно Адрии, стараясь не смотреть на нее и ни о чем не спрашивать. Адрия вытащила с конца папки белые листы, уложила их сверху и протянула мне.

— Рисовать есть чем? — спросила она. Я быстро кивнула и достала карандаш.

Адрия тем временем открыла одну из камер и выдвинула ящик с телом — все та же женщина, что я видела в лесу уже дважды. Обычная, непримечательная, не имеющая никаких отличительных особенностей. Вот чье лицо нужно называть пустым.

Яркая вспышка от «аллирохреновины», — как назвал ее Джейден, — осветила тело. И из груди женщины медленно потекла прозрачная субстанция, стала расползаться во все стороны, окутывая ее, проявляя очередное искаженное лицо.

— Можешь приступать, — сказала Адрия, не глядя на изуродованное тело, а точнее на сгусток магии, в котором она могла бы увидеть свой собственный страх. От ее тона в помещении стало еще на несколько градусов холоднее.

Я собралась с духом и принялась за рисунок. Чувствовала, как все это время Адрия наблюдала за мной, и от ее взгляда мне становилось только хуже. Может она действительно знает, что у меня нет магии? Нет, она же блюститель, она бы не стала такое скрывать, давно бы отправила меня в ЦИОРМ. А там уже никак не отвертишься, ничего не придумаешь. Встаешь между темных панелей сканера и ждешь вердикт. И следят за тобой всегда двое, чтобы нельзя было никого подкупить, да и подкупать ниимам обычно нечем, но случаи были. Поэтому за стеклом всегда сидит третий, наблюдает за ними. Сканер делает две проверки, на случай сбоев или ошибок. Если обе проверки не пройдены, сканер автоматически вносит в базу, что ты ниим. Если результаты не совпали, проводится третья проверка. Столько мороки, столько проблем. И все это лишь из-за того, что ниимы — потомки Эраза. Но я-то — нет. У меня была магия. Была.

Не могла Адрия откуда-то узнать, что у меня ее нет. В базе я числюсь магом. Мою магию регистрировали, когда она проявилась, как и у всех. Не должна она знать.

Может здесь просто принято подписывать договор на бумаге? Может, потому что это особое дело со «странной магией»? Может, потому что я студентка?

Пожалуй, возьму свои слова назад, тишина с Джейденом была не такой уж ужасной…

Когда я закончила и протянула ей рисунок, она внимательно его рассмотрела. Опять щелкнула металлической палочкой, задвинула тело и выдвинула следующее, снова щелкнула. А потом ушла с первым рисунком из комнаты, оставив меня наедине с искаженным телом. И с еще семью такими же скрытыми в ящиках. Вернулась, забрала следующий рисунок, и все по кругу.

После четвертого мне стало нехорошо. Их лица мелькали перед глазами, и я не могла сосредоточиться. Несколько раз моргнула, пытаясь отвязаться от них, и протянула рисунок Адрии.

— Думаю, на сегодня хватит, — сказала она. Щелкнула, задвинула и, развернувшись, направилась к выходу.

Но стоило мне пойти следом, как все изменилось, поплыло перед глазами. И вот я уже иду не за Адрией, а за ее искаженной копией по холодному длинному коридору с жужжащей и мигающей лампочкой. Там, в конце коридора — лифт. И он так далеко, но так близко. Все кривится, наклоняется, падает в сторону. Я во сне. Я сплю. Это кошмар.

— Э-эй! Все нормально?

Адрия махнула рукой перед моим лицом. Я оттолкнулась от стены, к которой не заметила, как прижалась.

— Да, — кивнула я, все еще не открывая глаз.

— Идем, — сказала Адрия.

Лучше мне пореже взаимодействовать с этими сгустками.

На первом этаже Адрия провела меня в полупустой кафетерий и спросила:

— Кофе будешь?

— Нет, спасибо, — сказала я. Но Адрия смотрела на меня так, будто я обязана согласиться. — Чай. Травяной, если можно.

Она кивнула и указала мне на столик. Вернулась с двумя чашками, придвинула одну из них мне.

— Спасибо за помощь, — сказала Адрия, немного потеплев. — Возможно, теперь получится пролить немного света на это дело.

Я отпила чай, не зная, что на это ответить.

— Джейден тебе все объяснил? — спросила Адрия. — У тебя не осталось вопросов?

У меня столько вопросов, что она еще пожалеет, что спросила об этом.

— Джейден сказал, вы не знали, что это убийства. Но… тела хранили в морге.

— Знали, — сказала Адрия. — Внешне они выглядят как куклы, но после вскрытия стало ясно, что это настоящие тела, хоть и измененные неизвестной магией. — Она замолкла о чем-то задумавшись. — Обескровленные, с опустошенными очагами… Дело сложное, паника нам не нужна, тем более что пока удалось установить личность только двух жертв.

— И… кто они?

— Пока не разглашаем. Но никакой взаимосвязи между ними мы не обнаружили. Их ДНК совпало с родственниками, сообщившими об исчезновении, только вот процесс этот слишком затягивается. Из-за этой магии у нас нет других способов установить их личность, так что, надеюсь, что твои рисунки совпадут и процесс ускорится.

Я молчала, не зная, что на это ответить.

— Значит, академию закроют?

— Нет, — сказала она и постучала пальцами по чашке. — Преступник не тронет никого из академии, так что тебе не о чем беспокоиться.

Я похлопала глазами, разглядывая ожог на ее лице, а потом отвела взгляд, подумав, что неприлично так откровенно пялиться.

— Почему?

— Это долгая история. — Адрия отпила кофе и брякнула чашкой о блюдце. — На первых двух мы действовали по стандартной схеме. Прочесывали лес, устраивали засады, но он будто знал все наперед: в какие дни, во сколько придем, где будем искать. Следов никаких не оставлял. Только эти сгустки, и все. — Адрия отпила еще кофе, но чашку не опустила. — Так что, когда он выдвинул свои условия, нам пришлось согласиться и сказать директору, что преступник пойман. В обмен, он пообещал не трогать никого из академии.

— И вы… верите ему?

— Нет. Но с того момента никто из академии действительно не пропадал. И… честно признать, мы не знаем, что с этим делать, поэтому просто подыгрываем ему, чтобы его действия хотя бы оставались предсказуемыми. — Адрия тяжело вздохнула и опустила чашку. — На самом деле, я даже хотела отказаться от дела, но, когда Джейден сказал, что ты возможно видишь в сгустках настоящие лица, у меня появилась хоть какая-то надежда сдвинуть это расследование с мертвой точки.

— А эти сгустки, — неуверенно сказала я. — Разве по ним нельзя определить, кто убийца? У вас же есть база с отпечатками магии.

— Конечно, можно. Мы первым делом этим и занялись. Сверились с отпечатками всех преподавателей и студентов академии. Потом искали по общей базе и нашли человека с совпадающим отпечатком магии. Только это не помогло.

Адрия как-то странно улыбнулась и мне стало не по себе.

— Почему? — спросила я, хотя что-то подсказывало, что развивать эту тему не стоит.

— Потому что, судя по отпечаткам, убийца — ты.

Внутри все похолодело. Я растерянно глянула на дверь и сидевших в кафетерии блюстителей. Сейчас меня схватят. Все это было спланировано, чтобы заманить меня к ним и наброситься. Поймать, повалить на пол, скрутить, нацепить браслеты, бросить в камеру…

Адрия тихо рассмеялась.

— Не бойся, тебя никто не подозревает, — сказала она и тише продолжила: — Возможно ты и видишь их лица, потому что он использует твою магию.

— О ч-чем вы? — прошептала я, трясущимися губами.

— Не переживай, тебе проблем не доставят, — сказала она. — Если, конечно, продолжишь сотрудничать с нами.

Я смотрела на нее ничего не понимая. Откуда она знает? Как она могла узнать? Почему никому не сказала?

Но я молчала, не в силах произнести ни слова.

— Буду ждать тебя в следующую субботу, так же в четыре, — сказала Адрия. — Дорисуешь оставшихся, а мы пока разберемся с этими. Может удастся выявить какую-то закономерность. — Она залпом допила остатки кофе. — У тебя, как я понимаю, нет представления о личности преступника?

— Нет, но… — сказала я шепотом, припоминая мои кошмары. — Если убийца тот, кто забрал мою магию, то это женщина.

И я даже смогу нарисовать, если вспомню ее лицо! Если тот кошмар опять приснится мне, я обязательно нарисую.

Адрия какое-то время смотрела на меня, о чем-то раздумывая.

— Женщина, значит. Хорошо, приму это к сведению.

Она поднялась и кивнула мне.

— Мисс… Адрия, — позвала ее я.

— Еще вопросы?

— По поводу Джейдена. Я… слышала о нем всякое. Что он из Традстоуна и… Вы уверены, что ему можно доверять?

— О, вообще, я бы не стала, — быстро сказала она с усмешкой. А потом посерьезнела. — Джейден — сложный человек с… непростым прошлым. — Адрия глянула на коллег, сидевших за другим столиком, и добавила. — Но конкретно в данном деле доверять ему можно.

***

О том, что обещала написать Тоби, я вспомнила только, когда идти оставалось минут десять.

«Забыла написать. Почти на остановке».

В ответ пришло:

«На фестиваль не пойдешь?»

Я остановилась и прикинула, как дойти до фестиваля и хочу ли я вообще на него. Чай пила только что, к ужину в академии как раз успею, так что смысла особо и не было. Посмотреть очередное шоу, которое устроят маги иллюзий и лишний раз напомнить себе, что у меня нет магии? Увидеть, как все веселятся, в то время как ниимы вынуждены скрываться и голодать? Вновь думать, что я где-то между и не позволять себе наслаждаться происходящим просто потому, что не заслуживаю этого?

«Здесь есть мягкое мороженое», — написал Тоби.

Сирх, еще и запомнил, чем меня подкупить…

Посомневавшись немного, я все-таки свернула в сторону площади. Только ради мягкого мороженого!

Под потемневшим небом, освещенная десятками, а то и сотнями зависших в воздухе шарообразных ламп с аллириумом, площадь выглядела в разы наряднее. Тут и там мерцали всевозможные иллюзии: гигантский, разлегшийся прямо на палатках розово-синий осьминог, медузы с длинными кружевными щупальцами, скользящие над головами гостей, элегантные морские коньки, и даже огромный голубой кит, — и это только в морской зоне!

Найтись было практически невозможно, так что пришлось писать Тоби, а потом обращаться к карте фестиваля, чтобы разобраться, как пройти к ярморочной части. Там оказалось куда спокойнее, все-таки фестиваль был посвящен еде, а не поделкам, аксессуарам и прочим украшениям, которые здесь продавались. Деревья вдоль ярморочных палаток пестрили иллюзорными разноцветными лентами, тут и там порхали цветастые бабочки и от количества ярких акцентов рябило в глазах. Но у одной из палаток я все же смогла различить знакомые кудряшки.

— Элис! — обрадовалась Шер, тоже увидев меня. Стоило мне подойти к ним с Маркусом, как Шер сунула мне в руки небольшой прозрачный шар. — Смотри.

— Что это?

— Сфера для генерации… — начал Маркус, но Шер закрыла его рот рукой.

— Тш-ш-ш, — протянула она и обратилась ко мне. — Сначала посмотри!

Шер энергично закивала на шар, и я перевела на него взгляд. Внутри было совершенно абсолютно пусто, и сквозь прозрачное стекло я видела лишь собственную ладонь.

— Ну и? — спросила я.

Шер нахмурилась и глянула на Маркуса. Тот отвел ее ладонь от лица, но не отпустил, а лишь нежно сжал и сказал:

— Это потому, что ты не дала мне объяснить. — Маркус повернулся ко мне, продолжая держать руку Шер, которую это видимо вполне устраивало. — Это сфера для генерации образов из твоего сознания. Можно увидеть самые потаенные страхи и желания, в зависимости от того, что тебя сейчас волнует. Она устроена по типу сгустков, только работает куда точнее, потому что впитывает твою магию.

Мы с Шер переглянулись и на ее лице отразился ужас. Кажется, она только сейчас осознала, как подставила меня.

— Чтобы сработало, нужно расслабиться и позволить твоей магической энергии наполнить сферу, — ни о чем не догадываясь, продолжал Маркус. А Шер оглядывалась по сторонам, судя по виду, судорожно пытаясь придумать, чем его отвлечь.

Она сжала руку Маркуса и резко вытянула ее в сторону, указывая на одну из дальних палаток.

— Смотри, там можно выиграть игрушку!

Я собиралась протиснуться к соседней палатке и вернуть сферу на стеллаж, но чья-то рука забрала ее с моей ладони, и я повернулась к внезапно оказавшемуся рядом Тоби.

— Ты же только что говорила, что это для детей? — растерялся Маркус.

— Я передумала, — сказала Шер. — Хочу игрушку.

Тоби повертел сферу в руке и оставил на ладони. Внутри вихрем завертелись тонкие полупрозрачные ленты, отливавшие всеми оттенками синего и фиолетового. Они вспыхнули, разлетелись, образуя цветное облако, серебрящееся мелкой пылью.

— О, Тоби, — тут же переключилась Шер, оставив Маркуса в замешательстве. — Что ты видишь?

Пора сваливать.

Я поспешно отступила на пару шагов и развернулась.

— Элис, — неуверенно сказал Тоби, но я не собиралась возвращаться.

Зачем я вообще пришла? И чем только думала Шер?! Пихнула эту сферу мне в руки, даже не убедившись в том, как именно она действует. Ладно, Маркус ничего не понял, она отвлекла его, но Тоби… На этот раз точно сможет сложить все в единую картину.

Я остановилась у одной из палаток, отчетливо ощутив среди ароматов сладкой ваты, карамели и шоколада, странный запах тухлой рыбы и какой-то гнили. Он чем-то напоминал то, как пахла мама, как пах мистер Барри, как пахла смерть.

Аллирома — опухоль, возникающая в очаге по неопределенным причинам, для которой до сих пор не нашли подходящего лечения.

Магия застаивается, закупоривает протоки, образуя сгустки. Те разрастаются от каждой новой выработанной частицы магии. Если магию не использовать, аллирома не увеличивается в размерах, находясь в тихой и неподвижной энергии. Но стоит потратить хоть каплю, тихая гладь растревожится, сдвинется, начнется выработка энергии и к сгустку прилипнут новые частицы. И так, с каждым разом, аллирома будет становиться все больше и больше, пока не начнет растягивать очаг, в попытке выбраться за его пределы, давить на легкие, смещать органы, и медленно и мучительно приближать человека к смерти.

Молодой черноволосый мужчина стоял возле палатки с фестивальными масками, пока продавщица активно предлагала примерить одну из них, будто и не чувствуя этот запах. Или другие просто не обращают на него внимания, и он такой яркий лишь для меня одной?

— Может эту? — спросила продавщица, предлагая маску с пестрыми узорами.

Но мужчина даже не посмотрел на нее, потянулся к прилавку и взял белую маску, на которой помимо узких скошенных прорезей для глаз были еще по пять дырок возле каждого, будто предназначавшихся для глаз поменьше. Помимо них на гладкой поверхности маски растянулась лишь черная линия искривленного в зловещей улыбке рта.

— Хм-м, — протянул мужчина совершенно не подходящим ему низким голосом, повернул ко мне голову и прислонил маску к лицу. — Нравится?

— Эта моя любимая, — гордо сказала продавщица. — Когда муженек мой увидел меня в ней, едва не обделался. Вот умора была! Если кого напугать нужно, берите, не пожалеете.

Но мужчина продолжал смотреть на меня сквозь тонкие прорези маски, и от нараставшего напряжения мне становилось не по себе.

— Жутковато, — согласилась я.

Он медленно опустил маску, и я только сейчас поняла, что уже где-то видела его. Черные волосы, густая скошенная челка, перекрывавшая почти весь лоб. Ярко-голубые глаза, обрамленные черными ресницами, казались подведенными. Уголки губ чуть приподняты, но не похоже, чтобы он улыбался. Я бы сочла его заносчивым красавчиком, если бы он не выглядел так пугающе.

— Отвратительно? — спросил он, все еще обращаясь ко мне.

— Очень даже отвратительно! — подтвердила продавщица. — Муженек мой так и сказал, когда увидел.

Но мужчина продолжал смотреть на меня, ожидая ответ.

— Мхм, — согласилась я, собираясь уйти.

Он потянулся к карману и выудил смятый фантик. Движение выглядело несуразно, словно он делал это через силу, напоминая марионетку, не способную контролировать собственное тело и управляемую кем-то другим.

— Элис, — позвал меня Тоби, и я обернулась. — Ты…

Тоби перевел взгляд на мужчину, теперь протягивавшего женщине вовсе не фантик, а наличку. Продавщица радостно приняла оплату и тут же переключилась на нас.

— А вам что посоветовать?

Мужчина повернулся к нам всем телом.

— Говорят, что Иргем был благороден, но так ли это было на самом деле? — спросил он, и его рот точно существовал отдельно от тела. Вопрос на этот раз был адресован не мне.

Повисло напряженное молчание, даже продавщица замолкла, и отшагнула вглубь палатки.

— У мальчишки есть ответ? — задал он следующий вопрос и медленно протянул маску Тоби, все еще продолжая смотреть только на него. Тоби, поколебавшись, взял маску и провел пальцем по гладкой поверхности. — Иргем любил брать чужое и не благодарить за это, — продолжил мужчина, не сводя с него глаз. — Разве неблагодарность и благородство могут быть совместимы?

Я непонимающе следила за происходящим. Мне хотелось сбежать, или забиться в неприметный угол, как сделала это продавщица, но я стояла, ожидая продолжения этой странной беседы.

— У меня нет ответа, — сказал Тоби, протягивая маску обратно мужчине, но тот даже не взглянул на нее.

— Хм-м… У мальчишки много вопросов, но он их не задает. Потому что боится… Но чего? — Он странно качнул головой, будто та норовила отвалиться, а этим движением он вернул ее на место. Поднял руку и указал на маску. — Это подарок. Для брата.

Мужчина развернулся, и я продолжала смотреть ему в спину, пока он медленно удалялся, передвигая лишь одними ногами, в то время как все остальное тело оставалось практически неподвижным. Какая-то совсем не человеческая походка.

Я глянула на Тоби. Он хмурился, продолжая изучать маску.

— Ты его знаешь? — спросила я.

Тоби дрогнул точно я его разбудила, быстро положил маску на прилавок и пошел в обратную от мужчины сторону.

Что вообще происходит?

— Вы забирать не будете? — шепнула совсем растерявшаяся продавщица, выглядывая из палатки.

Я уверенно замотала головой и поспешила за Тоби.

— Кто это был? — спросила я, нагнав его.

— Понятия не имею, — сказал Тоби.

— Выглядело не совсем так… — пробормотала я. — Он знает твоего брата?

Тоби остановился и повернулся ко мне.

— Я могу рассказать, — сказал он непривычно холодным голосом. Обычно со мной он так не говорил. — Но только, если ты тоже расскажешь.

Расскажу что? Про мистера Барри? Про то, почему у меня не сработала сфера? Что у меня нет магии? Что я ниим?

— Знаешь… Не так уж и интересно, — сказала я, переводя взгляд на проплывавших мимо иллюзорных бабочек. — И да, где обещанное мягкое мороженое?

Тоби улыбнулся, будто только что не общался так напряженно и холодно, будто и не было всей этой странной сцены с тем мужчиной, и кивнул вперед.

— Идем.

Зона со сладостями находилась ближе всех к парку, и я надеялась, что мы прихватим мороженое и двинемся к остановке, но быстро не получилось. Пришлось стоять в очереди, попутно размышляя, а так ли уж сильно я хотела мороженое, и не лучше ли вернуться в академию и опять пристать к Джейдену с вопросами. Хотя к Тоби тоже можно было пристать. Только по другому поводу.

— Помнишь, к нам подходила Лорел? — спросила я. — Рассуждала про теорию нитей или что-то в этом духе.

— Помню, — сказал Тоби и замолк.

Ну вот, а я надеялась, что он сам поддержит беседу.

— Ты, кажется, был не согласен с тем, что она говорила.

— Да нет, она все правильно сказала.

— Правильно? — поразилась я. — Ты выглядел так, будто она тебя лично оскорбила всем сказанным!

— Я… — Тоби растерянно приподнял брови. — Что?

— Ты посоветовал ей, как лучше обращаться с информацией, — сказала я с возмущением. — Магу познания! Представляю, как она себя чувствовала.

— Я не хотел, чтобы это выглядело так. — Тоби перевел взгляд на отошедших от палатки людей, и мы наконец оказались у прилавка.

Пара минут ожидания, и я заполучила то, ради чего пришла. Абсолютно довольная и счастливая, я сунула в рот ложку мягкого мороженого, позволяя ему приятно таять на языке, пока мы шли в сторону парка, удаляясь от фестиваля.

— После первого прочтения, я бы согласился с ней, — сказал Тоби, и я отвлеклась от мороженого, вспомнив, о чем мы говорили. — Но с каждым новым прочтением, замечал все больше моментов, на которые не обращал внимания, и теперь стал понимать то, чего не понимал прежде. Поэтому я и сказал ей об этом.

— М-м, — протянула я, облизав ложку. — И что понял?

— Много что, — сказал Тоби, и мне вдруг вспомнилось, что когда-то он уже говорил это. Не на вечеринке ли? — Я уже который год пытаюсь разобраться в этой теме. Но проблема была в том, что я двигался вширь, а не вглубь. Искал все новые исследования, не уделяя должного внимания тем, что были у меня прямо под носом. Просто смотреть на них нужно было под другим углом.

— Мхм, — кивнула я. — А что понял-то?

Тоби глянул на меня.

— Могу рассказать, если тебе будет комфортно говорить на эту тему.

— А с чего это мне должно быть некомфортно? — усмехнулась я.

— Мне казалось, тебе некомфортно, когда говорят о ниимах.

— Это… больная тема, — сказала я и свернула к мусорке, чтобы выбросить пустой стаканчик из-под мороженого. Тоби прошел следом, и мы остановились у скамейки. — Моя мама работала в ЦИОРМе.

— Тогда молчу, — кивнул Тоби.

— Нет уж, давай рассказывай. Что ты там про них изучаешь?

— То же, что изучают в центре.

— А-а… решил, значит, продолжить дело отца, — холодно сказала я.

— Помочь нии…

— Но вы не помогаете, — перебила я. — Делаете только хуже. Тешите их мечтами о возможности вернуть магию, и заманиваете туда, чтобы проводить опыты и издеваться.

— Элис…

— Ты хоть видел, что там творится?! Вы убиваете их! Ради какой-то там призрачной надежды, ради веры в то, что магию возможно вернуть. Ради того, что… Ради чего?! Чтобы показать, какие вы благородные? Ты вообще понимаешь, каково это?

Я захлопнул рот и в ужасе отшагнула назад, только сейчас осознав, что все это сказала вслух. Но Тоби смотрел на меня так спокойно, будто я только что не орала на него и мне все это лишь почудилось.

— Если продолжишь держать все в себе, лучше не станет.

И его серьезный и рассудительный тон разозлил меня еще больше. Я порывисто вдохнула, собираясь сказать что-нибудь обидное, высказать, как же он меня раздражает и послать куда подальше. Но позади раздался такой грохот, что мы синхронно обернулись, и я забыла все, о чем думала прежде, глядя на поднимавшийся над площадью черный дым и полыхавшие ряды палаток.

Это точно не было частью иллюзорного шоу.

Глава 18

После взрыва время точно замедлилось, и на пару секунд все погрузилось в полную тишину, а потом меня волной окатило истошными криками проносившихся мимо людей. Я стояла, завороженно глядя на бушующее пламя, охватившее ряды палаток. Они вспыхивали одна за одной, огонь перекидывался на деревья и те полыхали, становясь огромными кострами под темным небом, между которыми совсем не к месту проплывали голубые иллюзорные киты.

Все разгоралось так стремительно, что я не успевала следить. Нужно было бежать, но я стояла на месте. Нужно было уносить ноги, но я не могла оторвать взгляд от огня.

И в голове вспыхнула страшная мысль — Шер могла быть где-то там.

Я подалась вперед, ведомая странным порывом броситься туда, найти ее, спасти, уберечь.

Но мою ладонь обхватила чья-то теплая рука и я обернулась.

Тоби потянул меня назад.

— Нужно уходить, — слишком уж спокойно сказал он.

— Там Шер! — сказала я, хотя даже не была уверена в этом.

— Все будет в порядке. Идем.

— Но…

— Они справятся, — сказал Тоби и увереннее потянул меня за руку, повел дальше по парку.

Я шла, безвольно переставляя ноги, пока мимо проносились люди. Паника охватывала меня и застилала мысли, не позволяя успокоиться. Могла ли я что-то сделать? Что, если Шер была там? Должна ли я была броситься туда и помочь? Могла ли я помочь?

Я даже не заметила, как мы свернули от парка и оказались у одного из тех белых домов. И только сейчас Тоби отпустил мою руку, чтобы открыть дверь. Оказавшись внутри, я наконец опомнилась, достала телефон и набрала Шер. Гудки все повторялись и повторялись, но ответа не было.

Тоби в это время прошел мимо лестницы, ведущей на второй этаж, и оказался в светлой гостиной. Он ходил из стороны в сторону, прижав телефон к уху, останавливался у пианино возле стены, разворачивался и проходил вглубь комнаты, скрываясь из виду за дверным косяком, а потом снова возвращался. Здесь было спокойно и даже уютно. Казалось, если отвлечься и поддаться этой витавшей в воздухе безмятежности, можно легко забыть о случившемся. Но доносившиеся из моего телефона напряженные гудки напоминали, что за пределами квартиры все еще творился хаос. Такой же, как у меня внутри.

— Вы в порядке? — спросил Тоби, вновь оказавшись у пианино. — Да, мы с Элис у меня, все нормально. — Он замолк, слушая ответ собеседника. — Да, хорошо. Если что, подходите, Хэнк нас отвезет.

— Это Маркус? — спросила я, как только Тоби опустил телефон. — Шер в порядке?

Не успел Тоби открыть рот, как мой телефон завибрировал и я тут же ответила.

— Шер, как ты?!

— Элис! Боги, как я рада, что ты в порядке! Никогда не думала, что меня спасут мозоли… Мозоли! Мы как раз собирались в ту сторону, но я так натерла ногу, что Маркус предложил сходить за пластырем. Ты представляешь?! Элис… — Шер шмыгнула носом. — Элис, я так рада, что все хорошо. Это какой-то кошмар, я не понимаю, я даже не знаю, что произошло толком. Маркус сейчас говорил с отцом и это… — Она замолкла, кажется, на что-то отвлекшись. — У тебя же все хорошо, да?

— Да-да, все нормально, — пробормотала я.

— Супер! Я перезвоню позже, — сказала Шер и сбросила.

От ее звонка, от ее голоса и от осознания, что она в порядке, мне стало значительно легче. Правда, очень хотелось присесть и…

Так. Стоп. Я что, у Тоби дома? И да, кажется, прямо перед всем случившимся мы обсуждали ниимов, и я наорала на него?

Сирх…

— Я пойду, пожалуй, — пробормотала я, разворачиваясь к двери.

Тоби уже вернулся в прихожую и стоял теперь у лестницы, прислонившись плечом к перилам.

— Маркус сказал, что к остановке сейчас не подобраться, на дорогах пробки. Можем дождаться, пока все уляжется, и потом поехать на машине вместе с ними.

— Тогда прогуляюсь, — сказала я и взялась за ручку двери.

— Ты хотела узнать про теорию нитей, да? — спросил Тоби, и я замерла. — Могу рассказать.

Я поджала губы и медленно отпустила ручку. Опять он знает, чем меня подкупить.

— Ладно. Давай.

Тоби кивнул в сторону гостиной, и я прошла за ним. На столике возле пианино стоял букет белоснежных лилий, у огромных — почти во всю стену, — окон громоздилось множество растений, из которых я узнала только драцену (у мамы была такая же). По центру комнаты был огромный светлый диван и несколько кресел, одно из которых уже занял Тоби, придвинув к себе небольшой деревянный столик. Я села на соседнее, переложив бежевый плед на подлокотник.

— Можно твой блокнот? — спросил Тоби.

Я потянулась к сумке и достала его прежде, чем вспомнила, что помимо прочих рисунков, там были те дурацкие наброски Джейдена и самого Тоби. Но не станет ведь он бесцеремонно листать мой блокнот? На всякий случай я все-таки подогнула уголки листов, чтобы не так просто было открыть тот разворот. И протянула ему блокнот, раскрыв на пустой странице почти в самом конце.

— Смотри, — сказал Тоби и достал из сумки карандаш. — Основатели получили магию из источника и тем самым соединили себя с этим источником тонкими призрачными нитями. — Тоби нарисовал жирную точку по центру листа, и провел от нее три линии: вверх, вправо и вниз. Поставил на конце каждой линии по точке поменьше. — Внутри каждого из основателей возник очаг магии — узелок этих нитей. Когда они поделились магией с людьми, они протянули эти нити через себя к другим. Те передали ее через себя своим детям и так далее.

От каждой точки Тоби провел еще по несколько линий так же завершая их точками.

— Но потом все становилось куда хаотичнее. — Тоби нарисовал следующую линию поперек предыдущей, увел линию справа в левую часть, а линию снизу наверх, завершая каждую из них точками. — Нити спутывались и переплетались, и чем дальше, тем сильнее они истончались, а где-то и вовсе обрывались. — Он перевернул карандаш и стер только что нарисованную линию, оставив точку, к которой она вела, одиноко существовать между десятка линий. Тоби поставил еще несколько точек в случайных местах. — Ниимы были всегда, но сейчас их становится все больше. А значит, магия угасает. И все потому, что сеть изначально была сплетена неверно. — Тоби вернулся к основной точке и провел от нее линию влево. — Потому что получили магию четверо, а делили магию троих.

Он положил карандаш на блокнот и посмотрел на меня, будто ожидая какого-то вопроса, но я смутно понимала, к чему он клонит.

— Если верить основным легендам, у Иргема была магия восприятия, у Миреллы магия познания. И телесная магия у Рейнара, — сказал Тоби то, что и так всем известно. — Три вида магии, которые они разделили между всеми жителями. Но куда делась четвертая?

Я нахмурилась, только сейчас осознав, что никогда не задумывалась об этом. Всегда относилась к легендам как к некой данности и истине, в которой не нужно было искать провалы или нестыковки.

— Магия трансформации Эраза, — кивнула я. — Иргем забрал ее.

— А забрал ли? — хитро улыбнулся Тоби. Эта тема явно была ему по душе. — И даже если забрал, как забрал магию Рейнара, то почему не поделился ею с другими? Оставил себе? Или может все-таки не забирал? Может Эраза и не изгоняли вовсе, а убили? Но это все неважно, а важно вот что. — Тоби указал пальцем на четвертую линию, проведенную от основной точки. — Именно из-за этого и возник дисбаланс. Поэтому нити спутываются и рвутся, и именно поэтому рождаются ниимы.

Я покачала головой.

— Ты меня совсем запутал. Но это ведь лишь теория, да? Не факт, что все на самом деле так.

— Не факт, — согласился Тоби. — Но магия угасает, и ниимов становится все больше. В итоге мы можем и вовсе остаться без магии и без основного источника энергии.

— И… какой выход?

Тоби вздохнул и откинулся на спинку кресла, устало потерев глаза.

— По-хорошему, нужно вернуть всю магию в источник и перераспределить ее заново, но никто до конца не уверен, что из этого выйдет, и выйдет ли вообще… Есть вероятность, что все просто останутся без магии, а это повлечет за собой массу проблем, к которым мы пока не готовы.

— А как можно вернуть магию в источник? И, если он действительно есть, разве нельзя просто передать из него магию ниимам? — спросила я, понимая, насколько мои вопросы наивны.

— Мы… не до конца уверены, возможно ли это. А проверять слишком рискованно.

— Проверять… Подожди, то есть, источник все-таки существует? Уже известно, где он?

Тоби замялся и отвел взгляд. Постучал пальцами по колену, размышляя о чем-то и резко выпрямился.

— Его ищут, — сказал Тоби, взяв карандаш, и обвел основную точку, делая ее еще крупнее.

— Разве тогда всех не должно тянуть к нему, как сказала Лорел?

— Скорее всего… — Тоби еще раз провел карандашом по четырем линиям, расходившимся от основной точки. — Другая проблема, которая все усугубляет — передача магии.

Я тут же оживилась.

— Значит ее все-таки можно передать?

Тоби приподнял брови и глянул на меня так, будто был удивлен моему вопросу, и у меня опять возникло ощущение, что он все знает. Вообще все обо мне знает.

— Можно, — кивнул он.

— И… почему тогда об этом не говорят?

— Это единичные случаи. И передать ее не так просто. Вернее, нет… очень даже просто, но не каждый догадается, что она передается именно так. — Тоби подвигал карандашом, зажатым между пальцами, о чем-то задумавшись. — Лучше не рассказывать об этом, чтобы не преумножать эти случаи. Такое действительно очень редко случается.

— Ты говоришь так, будто знаешь, как можно это сделать, — сказала я.

— Знаю, — сказал Тоби так просто, будто говорил о какой-то совершенно будничной глупости, вроде расписания занятий или меню в столовой.

— Как?!

Я только сейчас заметила, что подалась вперед всем телом, и уже почти задевала колено Тоби своим, явно нарушая его личное пространство. Но мысль о том, что сейчас я узнаю, как именно у меня забрали магию, так будоражила, что я не могла думать ни о чем другом.

Но Тоби лишь перекатывал карандаш между пальцами с отстраненным видом и не собирался отвечать.

— Вообще было бы неплохо предупредить людей, чтобы они были осторожнее, и знали, что делать, если кто-то решит забрать их магию, — сказала я, но Тоби продолжал молчать. — Да ладно, я никому не скажу, — не унималась я, сдвинувшись на самый край кресла и все-таки столкнув наши колени, на что Тоби быстро взглянул на меня и опять уставился в блокнот. — Мне просто интересно.

Как же тебя разговорить?! Мне нужны ответы, очень нужны, Тоби, как же ты не понимаешь?

Я аккуратно коснулась рукой его колена. Тоби прикрыл глаза и тяжело вздохнул.

Ладно, с этим я переборщила.

— Могу сказать только, что магию всегда передают добровольно, — сказал Тоби, открыв глаза.

— Неправда! — вырвалось у меня, и я поспешно убрала руку, осознав, что сжала ткань его брюк. Я сдвинулась назад по креслу, упираясь в спинку и забормотала: — В смысле… Я имела в виду, что… Лично знаю человека, у которого забрали магию. — Я словно снова была на вечеринке и пыталась оправдаться перед ним, хотя все это звучало слишком глупо и неправдоподобно. — Это не было добровольно.

— Я знаю только один способ, — сказал Тоби, прочертив горизонтальную линию в блокноте. — Возможно, есть и другие, но я о них не слышал. И тот способ… для него нужна очень близкая связь с человеком. — Тоби прочертил еще одну линию под предыдущей и глянул на меня. — Шер рассказывала про комикс. Уж не знаю, кто его автор, но это не так далеко от истины. Любовь — как вариант. Семейные узы тоже подойдут, так что Рейнар действительно мог передать Иргему свою магию.

Тоби прочертил еще одну линию, пока внутри меня все рушилось, собиралось заново и вновь рассыпалось. Я пыталась вспомнить свои сны, те немногие моменты общения с женщиной, забравшей мою магию и понять — кто же она. Я любила ее? Но это точно не мама. Да и любила ли я ее по-настоящему? Какая именно любовь требовалась, чтобы передать магию? Других родственников у меня и не было. И точно не было никого, кого я могла бы любить, да еще и так сильно, чтобы передать им магию. Разве что, бабушка, но к тому времени она уже умерла.

— Почему тогда не… — начала было я, но замолкла, передумав говорить пришедшую в голову глупость. — Нет, поняла.

— Что? — спросил Тоби, проводя вертикальную линию, пересекающую уже нарисованные.

Я отмахнулась, но зачем-то сказала:

— Хотела спросить, почему бы тогда магам просто не передать часть своей магии ниимам, но уже поняла, что… Никто не сможет полюбить ниима. Такое только в комиксах бывает.

— Мне казалось, ты хорошо к ним относишься, — сказал Тоби, не отвлекаясь от своего рисунка, напоминавшего теперь решетку со множеством клеточек.

— Да, но… — я запнулась, вдруг вспомнив о мистере Карвере. Конечно, я видела его слишком редко и знала слишком мало, чтобы действительно влюбиться и задумываться о чем-то большем, но наверно, даже если бы действительно влюбилась… — Нет, я бы точно не смогла полюбить ниима. Слишком много проблем.

И возможно это прозвучало жестоко, но зато могло сыграть мне на руку и убедить Тоби в том, что я всего лишь «хорошо к ним отношусь», а не отношусь в прямом смысле.

Тоби, кажется, это не особо заинтересовало. Или он вообще думал на какую-то другую тему, сирх его разберет. Но он молчал, обводя контур получившегося рисунка из небольших квадратиков. Если заштриховать половину, будет похоже на шахматную доску.

— В любом случае, даже если бы кто-то захотел поделиться своей магией, вряд ли бы стал, — сказал Тоби, наконец отвлекшись от рисунка. — Мало кто захочет отдать магию нииму, и сам при этом стать ниимом.

Я нахмурилась.

— Разве нельзя передать часть магии? Или…

— Нельзя, — тут же сказал Тоби. — Либо все, либо ничего. И если говорить о нитях и узелках, то, скорее всего в этот момент человек передает узелок, протягивая нить сквозь себя и остается болтаться где-то между. — Тоби вернулся к основному рисунку и поставил крестик на одной из линий между двумя точками. — И в теории, если человек, получивший магию, умрет… — Он перечеркнул точку, а на крестике нарисовал новую пожирнее. — То магия вернется к предыдущему владельцу.

Великолепно. Нужно всего лишь найти того, кто забрал мою магию и убить его. Ничего проще и придумать нельзя. Отличная идея, спасибо, Тоби.

— Но это всего лишь предположения, — добавил Тоби, и, захлопнув блокнот, протянул его мне. Глянул на наручные часы и тихо, но раздраженно сказал: — Маркус как обычно.

Пока я убирала блокнот в сумку, Тоби успел подняться и отойти к окну, чтобы позвонить Маркусу. Тот, судя по всему, не отвечал. Я закинула сумку на плечо, и направилась к коридору, на ходу поправляя выбившуюся челку.

— Шер, Маркус рядом? — спросил Тоби, и я обернулась. Не знала, что у Тоби вообще есть ее номер. — Понял. Да, мы тогда тоже сейчас поедем, — сказал он и сбросив звонок, повернулся ко мне. — Шер сказала, с автобусами уже лучше, так что можем возвращаться.

***

Пока мы ехали, я смотрела в окно и никак не могла перестать думать об этих узелках и нитях, о передаче магии, о ниимах. Тоби столько знает по теме, которая так меня волнует, что внутри тоненький голосок шепотом просил рассказать ему, обратиться за помощью. Он же сам не раз говорил, что мог бы помочь. Но может ли он представить, с чем именно мне нужна помощь? И… что, если помощь его будет такой же, как помощь всем остальным ниимам в ЦИОРМе?

Хотя я даже не уверена, можно ли хоть что-то исправить. Перераспределить магию? Но неизвестно, где источник. Или же известно, но Тоби явно не хотел рассказывать.

Найти того, кто забрал мою магию и убить его? Нет, конечно, даже в мыслях звучит ужасно. Надеяться, что он сам умрет? Встретиться и уговорить вернуть? А можно ли ее вообще вернуть? Что если это действует только в одну сторону?

И главное — мог ли Тоби оказаться прав? Я действительно передала магию добровольно?

Помню, что, когда мою магию только забрали, я будто еще чувствовала связь с ней. Меня постоянно тянуло куда-то, и я пыталась идти на зов, словно могла нащупать правильное направление, если бы просто шла. Пару раз я даже пыталась, но доходила лишь до окраины города, а по лесу идти одна не рисковала. Можно было попросить маму, но я боялась даже сказать ей об этом. И я злилась на нее за то, что она пыталась вернуть мою магию ритуалом, от которого я могла умереть. Хотя, возможно, если бы я призналась, мы смогли бы найти источник магии, или может того человека, что забрал ее… Но с каждым днем то чувство притуплялось, а вместе с ним угасали мои страх и злость. И через месяц или больше, я уже готова была рассказать маме об этой связи, только вот перестала ее чувствовать.

За окном автобуса виднелись очертания академии, когда я ощутила тяжесть на своем плече и, обернувшись, увидела макушку Тоби. Я уже собиралась возмутиться, но заметила его прикрытые глаза и размеренное дыхание.

Уснул что ли? А да, говорил же, что не выспался, точно.

Я устало склонила голову набок, почувствовав щекой его мягкие волосы. Пахли они действительно приятно, неспроста Арчи все вился около них. Что-то хвойное, лесное и очень знакомое, будто из детства. Я подцепила пальцами одну из прядок, аккуратно потрогала. Нежные, шелковистые, не то, что моя солома. Вот бы и мне такие…

Беззвучно усмехнувшись собственным мыслям, я отпустила прядь и дернула плечом, отворачиваясь к окну. Тоби быстро поднял голову.

— Приехали? — спросил он растерянно.

— Нет, — буркнула я.

И все еще чувствовала этот запах.

Надеюсь, Тоби не выспался не потому, что ночами убивает и обезличивает людей, чтобы оставить их у кромки леса. Все-таки те сгустки созданы магом иллюзий и… надеюсь, ты действительно погрешность в исследования Олли. Потому что иначе все слишком неприятно сошлось бы.

Глава 19

1 октября, вторник

Всеобщая паника от произошедшего на фестивале быстро поутихла, и ко вторнику все опять погрузились в учебу. По словам Маркуса, еще не удалось выяснить, кто именно устроил тот взрыв, но блюстители активно занимаются этим вопросом.

На большом перерыве я подсела к ребятам за столик на улице. Пыталась доделать задание на завтра по ритуалам, потому что в воскресенье у меня не хватило на него времени. Вернее, его бы хватило, если бы я не терлась почти весь день вокруг Джейдена, в надежде, что смогу выведать у него еще что-то. (Естественно, безрезультатно).

Вчера я уже успела занести мистеру Барри тетрадь с первыми записями. Его лицо даже показалось мне удивленным, когда он пролистал исписанные мной страницы. Он выдрал их и вернул мне тетрадь, сказав, чтобы я продолжала в том же духе. И, воодушевленная этим, я даже пыталась подсесть к Джейдену на паре по зельям, но он посмотрел на меня так, будто первый раз видел и спросил:

— Ты типа решила, что мы друзья теперь?

— А нет, что ли? Вроде постоянно в одной компании… — Я опустила сумку на стол и наигранно сказала: — Ах, да, точно! Ты ведь даже их друзьями не считаешь.

— Ну с тобой я точно дружить не собираюсь, — сказал он, включая видео на телефоне.

— Да я и не претендую, — фыркнула я.

Джейден остановил видео. Повернулся ко мне и глянул из-под опущенных ресниц, самодовольно улыбаясь.

— Если тебя интересует что-то другое — ты знаешь, где моя комната, — слащавым голосом сказал он.

— Ой, да пошел ты, — сказала я, на что Джейден лишь усмехнулся.

После этого я решила, что меня вполне устраивало мое обычное место и ретировалась.

А теперь сидела на перерыве перед учебниками и переписывала даты в тетрадь, радуясь, что Джейден решил к нам не присоединяться. Все-таки, нужно менять тактику. Не получается у меня подкатывать к парням.

Я перевела взгляд на Тоби. Интересно, много ли он знает про Джейдена? Вроде постоянно общается с ним, пока Маркус с Шер, и, наверняка, узнал что-то, чего не знаю я. Что если все-таки попробовать сблизиться с ним? Он явно куда лучше идет на контакт, но вот про Джейдена говорит неохотно…

Тоби подчеркнул строчку в книге и написал что-то на полях.

— Кстати, я тут кое-что узнала, — сказала Шер и заговорщически склонилась к центру стола. — Вы в курсе, из-за чего отстранили мистера Барри?

О нет, только этого сейчас не хватало… Я же совсем забыла предупредить Шер, что у нас отмена по этому плану. Мне больше не нужно ничего узнавать про мистера Барри, мне больше не нужно его ничем шантажировать.

Я едва заметно помотала головой, глядя в глаза Шер. Но она с довольной улыбкой закивала, как бы говоря: «сейчас я все решу, не переживай». Я опустила голову, в надежде вжаться в тетрадь так сильно, что не смогу услышать этот разговор. Уж не знаю, что именно она узнала, но надеюсь, от этого все не станет только хуже.

— Оказывается, он спал со студенткой, — торжественно заявила Шер.

Повисла странная пауза. Не знаю, какой реакции ждала Шер, но явно не такой. Я глянула на ребят: Тоби продолжал смотреть в книгу, Маркус уткнулся в телефон. Шер перевела удивленный взгляд на меня, шевеля губами, как бы спрашивая, что не так, и я опустила голову обратно в тетрадь. Сама заварила это зелье, пусть сама и расхлебывает.

— Что обсуждаем? — спросил Джейден бросив сумку на стол и едва не сбив мою руку.

Я окинула его гневным взглядом.

— Охренел?!

— Да вот, — тут же оживилась Шер, — рассказываю, что мистер Барри спит со студентками в обмен на экзамен.

Шер, какого сирха ты творишь?!

Джейден усмехнулся.

— Барри уже староват для такого, — сказал он. И судя по голосу хитро улыбнулся. — Но по этому поводу всегда можно обратиться ко мне, а уж с Барри я как-нибудь договорюсь.

Маркус усиленно кашлянул. Джейден прыснул.

— Да я и не ей предлагаю.

Я только хмыкнула. Что ж, может и не такая плохая тактика, как мне казалось.

— А не пойти ли тебе…

— И куда-а-а же? — самодовольное протянул Джейден, опираясь на стол.

— На зелья, — холодно сказал Тоби, не отрываясь от книги.

— На зелья? — растерянно переспросил Джейден, глянув на него.

— Да, у вас сейчас зелья, — подтвердил Тоби.

Джейден усмехнулся и направился в сторону корпуса. И зачем только приходил?! Скидав вещи в сумку, я поспешила следом.

— Это что сейчас было? — спросила я, нагоняя Джейдена уже в коридоре.

— Ты о чем?

— «Но всегда можно обратиться ко мне», — передразнила я его самодовольный тон.

— Ты ж сама вчера намекала, — сказал он, пожав плечами.

— Ни на что я не намекала!

— Ой, да ладно, будто я не заметил, что ты постоянно вокруг вьешься, — сказал Джейден. — Только не говори, что втрескалась, я не поверю.

— А может и втрескалась, — сказала я и остановилась, поворачиваясь к нему. — Что скажешь?

Джейден тоже остановился. Прищурил глаза, осматривая меня.

— Не-а. Не верю, — сказал он, мотнув головой. — Ты б тогда не сказала.

— А я б может и не сказала, если бы ты сам не сказал.

Сирх, что я вообще несу?! Мистер Барри, это все из-за вас, и только ради экзамена по ритуалам!

Джейден вдруг перестал дурачиться и нахмурился.

— Ну… тогда хреново, — сказал он и пошел к кабинету.

***

— Ты совсем с ума сошла? — сходу возмутилась я, врываясь в нашу комнату, где Шер уже переодевалась для физкультуры. От испуга она тут же прикрылась только что снятой рубашкой.

— Ты о чем? — не поняла Шер, растерянно смотря на меня.

Я глянула на уже переодевшуюся Грету, которая закрепляла завернутую на макушке косичку шпильками, и прошла к Шер.

— После обеда, — шепнула я. — Про мистера Барри.

Знак на ребрах заныл, напоминая о себе.

Шер опустила наконец рубашку, оставаясь в одном лифчике и вытащила из шкафа футболку.

— Сама просила узнать, вот я и узнаю, — сказала она и, натянув футболку, двинула рукой, чтобы вытащить кудряшки из-под ворота.

— Но не так ведь!

— А ты видела, как они замолкли? Точно что-то знают. — На этих словах, глаза Шер даже блеснули. — И, кстати, я узнала, что это было три года назад. Ты сказала, что Джейден здесь уже три года, а значит, он должен знать. И может это именно он и рассказал ре…

— Шер, все, хватит, — перебила я, чувствуя, как жжение на ребрах становится болезненным. — Прости… Я знаю, что сама попросила, но… В общем, уже не важно. Мистер Барри…

Я закусила губу, стараясь не зашипеть от боли.

Да не собираюсь я ничего рассказывать! Чего ты жжешься на любое упоминание мистера Барри?!

— В общем, я все уладила, — выдавила я. Шер озадаченно на меня смотрела. — Нет, в смысле, все, правда, в порядке. Даже слишком в порядке.

Шер продолжала смотреть на меня, кажется, совершенно не веря моим словам.

— И с Тоби?

— Да, Шер. Со всеми все отлично, — подтвердила я, пытаясь звучать максимально бодро и жизнерадостно. — Сегодня, кстати, первое, уже месяц учебы позади, смотри-ка, я втянулась. И все действительно наладилось.

Шер расплылась в улыбке.

— Отлично. Вот видишь, я же говорила, что все будет хорошо.

Я смогла только кивнуть и уйти к шкафу, чтобы распахнуть его дверцы и скрыться между них. Торопливо сняла жилетку, расстегнула рубашку и быстро занырнула в спортивную футболку, почти не поднимая левую руку. Под топом знак не видно, я проверяла, хотя так ни разу толком и не посмотрела на него. Постоянно боялась, что кто-то заметит. И сейчас, надев футболку, и заправив ее в штаны — мало ли задерется на занятии! — и даже застегнув кофту, я все равно не могла успокоиться. Казалось, что стоит мне расслабиться и забыться, как знак тут же все увидят.

После стандартной пробежки по полю и разминки, мистера Вейнера — молодого преподавателя физкультуры, в которого была влюблена половина студенток, как же без этого? — забрала незнакомая мне женщина, скорее всего, чтобы решить что-то с подготовкой ко Дню Основателей.

Последние дни все преподаватели, да и многие студенты, носились с этой подготовкой, срывая занятия и суматошно пытаясь успеть все доделать. Мистер Вейнер оставил нам мяч и настоятельно просил заниматься чем-то хоть отдаленно напоминавшим физкультуру. Так что мы с Шер решили заняться дыхательной гимнастикой, а именно — посидеть под деревом и подышать свежим воздухом, наблюдая, как парни гоняют мяч, попутно выясняя, кто из них использовал магию управления, чтобы забить прошлый гол.

На настоящих соревнованиях, таких проблем, конечно, не возникало, если не учитывать те виды спорта, что завязаны на магии. В этой теме я не сильна, но точно знаю, что на матчи всем участникам надевают титановые браслеты, как у преступников в тюрьмах. Снять такие получится только с посторонней помощью, так что все максимально честно, и следят за этим сразу несколько судей. А здесь, в академии любой может двинуть рукой и направить мяч в нужную сторону, так что ссор избежать невозможно.

— Задолбали, — выдохнул Маркус и опустился на траву рядом с Шер, пытаясь отдышаться. — Ненавижу футбол.

— Вы же его постоянно обсуждаете, — сказала я, глянув на него.

— Не-е-е, это вон, — Маркус кивнул в сторону поля. — Эти двое нашли друг друга. А меня от этих игр воротит… Но я рад, что Тоби наконец получил уши, готовые слушать про все эти серии пенальти, латералей и офсайды. Прям как чувствовал, что не надо поступать в Л’Эшаль.

— Так у него же мама набирала в этом году, а он не хотел, чтобы сплетничали, — сказала Шер, глянув на меня.

— Тоби-то? — усмехнулся Маркус. — Да ему как-то плевать на эти сплетни. Он вообще очень спонтанно решил поступать сюда. Я все лето готовился, а он внезапно в июле заявил, что будет поступать со мной. Ну взяли-то его, конечно, без проблем, вряд ли вообще вступительные сдавал.

— Ну может, решил не бросать тебя, — предположила я, просто чтобы развить тему.

— Не смеши меня. Уже и не помню, когда он последний раз говорил со мной о чем-то кроме учебы. Понятия не имею, зачем он продолжает делать вид, будто мы все еще друзья.

— Оу-у, все настолько серьезно? — поразилась Шер. — Нет, в смысле, я замечала, что вы как-то мало общаетесь, и Тоби постоянно занят своими книжками, но…

— Да мы уже с мая практически не общаемся, после… — Маркус вдруг запнулся и пару раз моргнул. — После… Короче, неважно, уже и не вспомню. И мне еще с праздником помогать, так что пойду.

Маркус чмокнул Шер и поспешно ушел.

— Все-таки что-то не так с этим Тоби, — сказала Шер, глядя на поле.

— Мхм, — согласилась я.

Хотя последнее время я старалась об этом не думать. Ни о Тоби, ни о Джейдене, ни о мистере Барри, ни о том, что с ними со всеми не так. Тоби не сдаст меня блюстителям — это хорошо. Мистер Барри позволит мне сдать экзамен, если я добуду нужную информацию о Джейдене — это главное. Остальное мне абсолютно безразлично. Никаких больше эмоций, никакой паники, никаких страданий. У меня наконец-то появилась возможность жить нормально. Не переживать из-за ритуалов каждую секунду свободного времени, не переживать из-за практической магии, ведь уже сдала промежуточный зачет. Кстати, о нем, когда там результаты?

— Ой, я забыла. Должны были вроде утром выложить, — сказала Шер, проверяя телефон и так и застыла с приоткрытым ртом. Ее брови сошлись на переносице, и она ткнула в экран, чтобы обновить страницу. — Э-э-элис.

— М?

— А сколько тебе этапов зачла миссис Ферт? — спросила она, пораженно глядя на меня.

— Шер, не пугай меня, пожалуйста…

Она повернула телефон экраном ко мне. Я не сразу нашла свою фамилию, потому что искала как обычно в конце, но список был отсортирован не в алфавитном порядке, а по количеству баллов. И в конце меня не было. Я подняла взгляд выше, уже предчувствуя неладное.

— Восемьдесят четыре… — прошептала я. — Она перепутала…

— Мне б так перепутали, — сказала Шер. — У меня семьдесят девять!

Я забрала ее телефон и просмотрела весь список. Сотни ни у кого не было. 92 — у Лорел, 86 — у Греты, 84 — у меня, 80 — у Тоби. Я пробежалась по списку тех, у кого балл граничил с минимальным, в надежде найти кого-то из отличников, с которым меня перепутали, но не нашла. А вот Джейдена в списке вообще не было. Наверно он и студентом не числится, а преподаватели просто позволяют ему ходить на занятия для видимости.

— Нужно поговорить с миссис Ферт, — сказала я.

— Ты что, с ума сошла?! Радуйся, давай. А то вдруг она еще пересдать попросит, и что тогда?

— Но…

— Никаких «но»! Ты сдала и получила свой балл. Если она поймет, что ошиблась — сама исправит, если нет, то тебе будет проще на следующих зачетах. Так что давай, наслаждайся своими баллами и не благодари.

— Спасибо, — шепнула я.

— Шер, — позвал шедший к нам Тоби. — Не знаешь, куда Маркус ушел?

— А, у него репетиция ко Дню Основателей.

— Вы потом в город?

— Мы еще не обсуждали, но, да, наверное.

Я отвлеклась на идущего в нашу сторону Джейдена. На ходу он стянул футболку и вытер лицо. Черные линии были не только на шее. Они скользили по плечам, обвивая руки, тянулись по ребрам и животу, сходясь в черный круг в области солнечного сплетения.

Шер кашлянула. И я резко перевела взгляд на нее.

— Слишком откровенно пялишься, — шепнула она, прикрыв рот рукой.

— Просто смотрела на татуировку, — шепнула я и покосилась на Тоби, который не торопился уходить. Достал из сумки телефон и прислонился к дереву, у которого мы сидели.

Шер свела брови и бросила быстрый взгляд на Джейдена.

— Какую? — шепнула она.

— Ты не видишь, да? — спросила я.

Теперь Шер и сама откровенно пялилась на шедшего к нам Джейдена.

— Элис, ты серьезно? — Она бросила быстрой взгляд на Тоби и едва слышно сказала: — Я не вижу ни одной татуировки.

Я поднялась, но так и осталась стоять, сверля взглядом Джейдена, потому что не знала, куда собираюсь пойти. В моей голове все сошлось, теперь уже точно, но в то же время, стало только запутаннее и непонятнее.

Джейден тем временем дошел до дерева и остановился возле Тоби. Подхватил с земли свою сумку и закинул на плечо вместе с футболкой. Я обогнула дерево, остановившись позади них, продолжая изучать узоры теперь уже на спине Джейдена.

— Ну и на что смотришь? — спросил Джейден, закидывая руку на плечо Тоби. — А-а-а, да, очень стремные ступеньки.

Мне нужно было запомнить рисунок, но узор был слишком сложным, лучше сфотографировать. Я уже потянулась к карману, но поняла, что телефон оставила в сумке, а следом осознала, что рисунки вряд ли вообще будут видны на снимке, если их вижу только я.

— Да, — пробормотал Тоби. — Мне тоже не нравятся.

— Нужно сказать мадам д’Арлин, чтоб заменила на новые, — усмехнулся Джейден и потянул Тоби к этим самым ступенькам.

А я все стояла и смотрела на его татуировку, пока они удалялись.

Весь вечер я провела в библиотеке, перебирая десятки книг, в попытке найти хоть что-то. Но в них не было ничего хотя бы отдаленно напоминавшего нужные рисунки. И я уткнулась лицом в страницы, совсем отчаявшись.

— Кхе-кхе, — послышалось совсем близко. Я молниеносно оторвала лицо от книги. Подошедшая мисс Болди натянуто улыбнулась. — Так ты можешь испортить книгу.

— Мисс Болди, я в отчаянии, — сказала я. — Вы знаете что-то о черных рисунках на теле?

— Черные рисунки? — мисс Болди оглядела ряды с книгами. — По какому предмету задано?

— По ритуалам, — не моргнув соврала я.

— Что-то я не помню такого в программе, — сказала мисс Болди, и я уже готова была все бросить, но она продолжила: — Ох уж этот мистер Барри. Как не надоест издеваться над студентами. Будто одной ему мало… — Она тут же захлопнула рот и кивнула. — Сейчас погляжу, чем можно тебе помочь.

Я успела пролистать еще одну книгу и ничего в ней не найти, прежде чем мисс Болди выглянула из-за стеллажа и спросила:

— Может проклятье?

— Что? — растерялась я.

— Рисунки эти. К проклятьям могут относиться? — уточнила мисс Болди, вынося стопку книг.

— Возможно…

— Ну тогда вот, — она опустила книги передо мной. — Закрываемся через час, не забывай.

— А с собой взять можно?

— Эти — нет. Уж прости. В единственном экземпляре.

Я листала страницы так быстро, как только могла, стараясь просмотреть все приведенные узоры, но ни один не походил на рисунок на теле Джейдена. Некоторые отдаленно напоминали схожими линиями, но не подходили. Отчаявшись, я взяла книги и отнесла к мисс Болди.

— Это все, что есть по проклятьям?

Мисс Болди пощелкала мышкой, глядя в монитор, и кивнула.

— Больше ничего.

— Может есть электронные книги в каталоге академии?

— Очень вряд ли. Думаю, больше материала только в библиотеке Л’Эшаль.

Я вновь поблагодарила мисс Болди и ушла. Значит в субботу перед встречей с Адрией зайду в библиотеку.

Когда вернулась в комнату, застала Шер за разбором покупок.

— Смотри, какие классные, — сказала она, демонстрируя сережки с птичками и протянула их мне. Я взяла тонкую картонку, на которой висели две сережки — тоненькие, ручной работы птички, каждая летела в свою сторону и держала по веточке в клюве.

— Красивые, — сказала я и протянула обратно.

— О, а это тебе, — сказала Шер и достала из сумки обтянутый пленкой белый блокнот и отвела взгляд. Выглядело так, будто она в чем-то провинилась и теперь пытается загладить вину.

— Спасибо, — неуверенно сказала я, приняла блокнот и осмотрела со всех сторон. — Но зачем?

Пустые страницы, бумага цвета слоновой кости, идеальной плотности. Такой же как мой, но с белой обложкой. С каких пор Шер стала такой внимательной? Да еще и так с цветом угадала. Я ведь и не говорила даже…

— Твой уже заканчивается, — пожала плечами Шер. — Просто… решила тебя порадовать.

— Спасибо, — уже более воодушевленно повторила я.

Удивительные перемены в подруге не могли меня приятно не радовать. Неужели Маркус на нее так благотворно влияет? Тогда стоит поблагодарить и его.

Глава 20

2 октября, среда

Я уже который день надеялась, что мне приснится та женщина, укравшая мою магию (или правильнее теперь называть ее женщиной, которой я передала магию?). Но она мне не снилась, будто испугалась, что я смогу нарисовать ее лицо и раскрыть ее личность. Или это мое подсознание отчаянно сопротивлялось и не хотело найти разгадку…

Подаренный Шер блокнот все еще лежал на столе в прозрачной пленке. Хотелось отложить его до времен получше, когда я стану достойна, а то ведь возьму, да испорчу первую же страницу или запачкаю белую обложку в первый же день. Казалось, если он полежит тут немного, — может хотя бы пару дней или недельку, — станет не таким новым и чуть более родным, и мне будет куда проще за него взяться. А в старом еще можно было найти почти не заполненные листы. Или просто стереть совсем неудачные наброски, чтобы освободить дополнительное место. Этим я и занялась после пробежки, попутно обдумывая, как спросить у мистера Барри про проклятье.

Я, конечно, не собиралась рассказывать ему о том, что проклятье вижу только я, — да еще и на Джейдене. Хотя, возможно, это именно та информация, которую он хотел получить… Но я ведь даже не могла быть уверена, действительно ли это проклятье. Может это галлюцинации или моя бурная фантазия. К чему мистеру Барри знать о таком?

В любом случае, у меня не осталось других вариантов после того, как я прочитала на сайте, что книги в библиотеке Л’Эшаль могут брать только студенты или сотрудники института. А я ведь даже успела составить список нужных мне книг, который теперь не пригодится…

Знак на ребрах при мыслях о разговоре с мистером Барри никак не реагировал, и я решила, что поступаю правильно. Поэтому сразу после ритуалов сказала Тоби:

— Не жди меня.

И уверенно закинула сумку на плечо. Тоби, поколебавшись, все же кивнул и направился к выходу. Что ж, спасибо, что наконец-то отстал.

Когда последние студенты вышли, прикрыв за собой дверь, я направилась к столу мистера Барри. Он в очередной раз был увлечен только тетрадками и не обращал на меня никакого внимания.

— Мистер Барри, — обратилась я, остановившись у его стола и он поднял голову. — Можно вопрос?

Он вздохнул и закрыл тетрадь.

— Кажется, мы обсуждали это.

— По предмету, — уточнила я.

Это ведь не совсем ложь, верно? Знак не жжется, значит, все в порядке. Я еще раз напомнила себе, что ему про эти, возможно не существовавшие, татуировки-знаки-ритуалы-проклятья, которые вижу только я, совсем необязательно знать, как и про то, что я вижу искаженные лица жертв и рисую их для блюстителей. Это касается меня, а не Джейдена.

Знак молчал, явно поддерживая мое решение.

Мистер Барри отложил блокнот в сторону и оперся на локти, глядя на меня даже с некой заинтересованностью.

— Что-то непонятно?

— Нет-нет, все понятно, — тут же сказала я. И решила начать издалека. — Я просто читала кое-что… Хотела поинтересоваться, есть ли какие-то ритуалы, от которых остается видимый для посторонних след? Если не считать нарушенные договоры.

— След какого рода?

— Черные рисунки, похожие на татуировки.

— Локализация?

— На спине и руках, на животе… Возможно и по всему телу.

На лице мистера Барри скользнула тень сомнения. Он отвел взгляд, постучал по столу пальцами.

— Нет, — сказал он и вяло продолжил, теряя всякий интерес: — Если мы говорим о видимых окружающим, то… в зависимости от ритуала они могут походить на шрамы, рубцы или лишенные пигмента участки кожи, напоминающие витилиго. Могут быть темнее цвета кожи, как загар. Но никогда не черные. Черный — всегда знак нарушенного договора или Хейруви, если мы говорим о ниимах. Но это вы и сами должны знать.

Конечно, я знала. Но нужно было как-то ненавязчиво вывести его на интересовавшую меня тему.

— А если, скажем, рисунок видят не все? И может ли не видеть его тот, на ком он нанесен? Если это, например, проклятье, может ли быть, что…

— Это материал третьего курса, — перебил меня мистер Барри, открыл тетрадь и тут же перечеркнул в ней строчку. — Вряд ли сейчас вам пригодятся эти знания.

Я кивнула. Ладно, не вышло, бывает. Лучше не выводить его из себя. Как вариант, можно спросить Тоби, есть ли у него знакомые в Л’Эшаль и попытаться добыть нужные книги через них. Правда, делать этого мне совсем не хотелось, Тоби бы точно пристал с вопросами, почему я интересуюсь проклятьями и не связано ли это с мистером Барри.

— Спасибо, — быстро сказала я.

И уже развернулась, чтобы пойти к выходу, когда мистер Барри спросил:

— Что вы читали?

— А… Ничего особенного… — пробормотала я, прекрасно осознавая, насколько неуверенно звучит мой голос. — Просто комикс. Там было подобное и мы с подругой обсуждали, могло ли быть такое в реальн…

У меня перехватило дыхание от боли в ребрах.

— Мисс Уэйланд, я чувствую, когда вы лжете, — мрачно сказал мистер Барри. Он поднял руку и медленно сжал кулак. — На ком вы видели след от проклятья?

Я зажмурилась, пытаясь ответить, но не могла даже вдохнуть. Вся сжалась до одной единственной области — знака на ребрах, который горел, прожигал меня до внутренностей, пронзал насквозь, словно кто-то вогнал в мое тело острый металлический прут, сломав ребра, пробив органы, распоров внутренности. Меня затошнило.

— На. Ком? — повторил мистер Барри.

— Джейден, — кое-как выдохнула я, осознавая, что еще немного и меня вывернет наизнанку.

Боль резко ослабла, меня прошибло холодным потом, и я судорожно вдохнула. Стояла, согнувшись почти пополам и сглатывала, зажимая рот рукой, чтобы содержимое желудка не вырвалось наружу. Слезы текли по лицу и капали на деревянные доски, оставляя на них темные следы.

— Вы меня разочаровали, мисс Уэйланд, — сказал мистер Барри еще грубее, чем прежде. — Больше не пытайтесь мне лгать. Иначе экзамен… — Он замолк и закашлялся. — Идите.

С трудом разогнувшись, я вырвалась из кабинета, не оборачиваясь. И только захлопнув дверь и прижавшись к ней спиной, осознала, что не дышу. Кажется, не дышала все то время, пока шла. А теперь задыхалась во вдохах и выдохах, сбивалась и путалась, делала все невпопад.

Тоби стоял прямо передо мной, и я не знала, как оправдаться. Должна ли я вообще оправдываться? Но мое состояние на этот раз точно нельзя было списать на сложности с дополнительными заданиями по ритуалам. И по его напряженному взгляду, я понимала, что даже пытаться не стоило.

Он потянулся к ручке двери, и я вцепилась в его предплечье, останавливая на полпути.

— Не надо, — прошептала я, все еще задыхаясь.

— Элис, — серьезно сказал он.

— Не надо! — повторила я, не отпуская его руку.

— Я просто поговорю с ним.

— Нет. Пожалуйста. Все в порядке. Все нормально, — бормотала я, комкая ткань его рубашки влажными пальцами. — Ничего не случилось. Все хорошо.

— Элис... Посмотри на меня.

И я посмотрела. Металась взглядом от одного его глаза к другому и обратно, не зная, на какой смотреть. Остановилась где-то между, вглядываясь в россыпь светлых веснушек на носу, которых не замечала прежде. Ребра неприятно саднило, утихшая боль еще пульсировала и давила. А Тоби был чем-то расстроен, чем-то очень сильно расстроен. Или может разочарован? Может и его я разочаровала, как разочаровываю всех вокруг?

— Я просто поговорю с ним, — повторил Тоби.

— Нет, — сказала я, сильнее сжав его руку. Хоть он и не двигался, но я боялась, что он в любой момент может дернуть ручку, войти в кабинет, и разрушить мою и без того растрескавшуюся жизнь. — Все хорошо. Не нужно ни с кем говорить… Пожалуйста.

— Уверена?

— Да.

Тоби опустил руку, и я разжала пальцы. Медленно прошла к окну, следя, чтобы Тоби не воспользовался ситуацией, и не вошел в оставленную без внимания дверь. Но он не двигался с места, опустив голову и глядя куда-то себе под ноги.

На стекле зависли мелкие капли после недавнего дождя. Вдалеке между пасмурным небом и лесом едва шевелился шлейф тумана, обволакивавший верхушки деревьев. А меня продолжало тошнить. Я потянулась к окну и распахнула его, отчаянно нуждаясь в свежем воздухе. Подалась вперед, подставляя лицо холодному ветру, тут же ворвавшемуся в открытое окно, и глубоко вдохнула. Стало чуточку легче.

Тоби обхватил мое плечо и потянул назад. Я резко обернулась, непонимающе глянув на него. Он тут же разжал руку и отдернул ее.

— Прости, — быстро прошептал он и шагнул назад. Глянул в сторону коридора. — Может, лучше… выйдем на улицу?

Я пару раз моргнула, глядя на него, но он больше на меня не смотрел. Развернулся и медленно пошел по коридору. В целом, он прав, на улице куда больше свежего воздуха. Я захлопнула окно, отчего зависшие на стекле капли потекли вниз, и пошла следом за Тоби, так и не поняв произошедшего. Не подумал же он, что я собираюсь сброситься с первого этажа? Какой-то очень ненадежный способ покончить с жизнью…

К счастью, о произошедшем в кабинете зелий, Тоби не спрашивал. Зачем-то поднялся со мной на третий этаж, и дождался, пока я смою растекшуюся тушь и приведу себя в нормальный вид. Все это время он молчал, и только, когда мы спускались, спросил:

— Может, хочешь в город?

— Мхм, — выдавила я, но тут же опомнилась. — Нет, у меня еще рисование.

Хотя поехать в город и отвлечься мне бы точно сейчас не помешало.

— Уверена, что хочешь туда?

Нет. Или да… Я не знала. На рисовании мне всегда становилось лучше, рисование всегда отвлекало. Но прямо сейчас мне хотелось сбежать. Желательно, куда-нибудь подальше, но и город выглядел неплохим вариантом. Только вот мне совсем не хотелось расстраивать мистера Карвера. Он всегда расстраивался, когда кто-то не приходил на занятия. И почему-то, мне казалось, что, если не приду я — он расстроился бы даже больше. Или мне просто хотелось так думать…

— Хорошо, в город, — согласилась я. — Только скажу Грете, что не приду на рисование.

— Могу написать ей.

— У тебя есть номер Греты? — поразилась я.

— Конечно, — сказал Тоби, уже набирая сообщение. — Мы на одной кафедре.

Я хмыкнула. У меня с моей кафедры есть номер только Лорел. И то лишь потому, что она староста группы.

Но в городе отвлечься мне не удалось. Даже любимая паста под соусом орнэ из Джеллби не спасала, она казалась безвкусной и какой-то совсем не такой как обычно. К тому же, я не знала, о чем говорить с Тоби и постоянно проваливалась обратно в мысли о мистере Барри и о моем глупом решении попытаться узнать у него о проклятье. Тоби тоже не особо проявлял инициативу, размышляя о чем-то своем, но, когда мы поели, вызвался оплатить счет.

— Это ведь не свидание, — тут же запротивилась я.

— Конечно, — согласился Тоби. — Но я лишил тебя бесплатного обеда в академии и подумал, что так будет честно.

Решив, что сегодня такой расклад меня вполне устраивает, я прихватила с собой еще и стаканчик мягкого мороженого, и мы отправились на улицу.

На площади уже вовсю шла подготовка ко Дню Основателей. Все последствия взрыва на фестивале успешно устранили и теперь разве что сгоревшие деревья напоминали о случившемся, как и явно увеличившееся количество блюстителей на улицах. Из того, что я слышала от Маркуса, узнала только, что практически никто не пострадал, потому что взрыв случился где-то за основной сценой. Его сперва хотели списать на несчастный случай из-за смешения огнеопасных зелий, но после, блюстители нашли следы самодельной бомбы. Виновных еще не поймали.

Стоило нам пройти мимо площади, как я забыла о фестивале и вновь мысленно вернулась к произошедшему. Мороженое тут же стало не таким вкусным как прежде, и последние ложки я доедала без энтузиазма. Зато, когда увидела здание Л’Эшаль, смогла оживиться. Все-таки не стоило идти к мистеру Барри, нужно было сначала попробовать вариант с Тоби.

— Не знаешь, как можно достать пару книг из Л’Эшаль? — как бы невзначай спросила я, глядя на здание института.

Оно походило на самый настоящий собор или готический замок: из белого камня, со множеством заостренных башен и арок, украшенное различными орнаментами и узорами. И выглядело оно куда величественнее мрачного и скучного здания академии Абендорм.

— Знаю, — отстраненно сказал Тоби, все еще пребывая где-то в своих мыслях.

— И как же?

Тоби глянул на меня и указал на здание.

— Зайти вон в ту дверь, подойти к библиографу и попросить то, что тебе нужно. Но сегодня — не советую. Да и ближайшие пару дней тоже. Там сейчас все слегка не в себе из-за подготовки к празднику.

— Я вообще не о том. У них же книги дают только их студентам и…

— Можем зайти в субботу, — сказал Тоби, повернув ко мне голову. — Возьмешь то, что тебе нужно.

На вопрос он так и не ответил, но… ладно, в субботу, так в субботу. Разберемся на месте. Развивать тему я не стала, но видела, что он продолжал смотреть на меня, и буквально физически ощущала, как он хочет о чем-то спросить.

— Ну говори уже, — не выдержала я.

— Ты просила не спрашивать об этом, я помню. Но... — Тоби одернул шарф, оголяя шею, будто тот мешал ему говорить. — Тебе точно не нужна помощь?

— Точно, — быстро сказала я и устало вздохнула. — Слушай, я просто завалила ритуалы на вступительных. Мистер Барри был против моего поступления и теперь… предвзято ко мне относится. Поэтому сейчас мне нужно хоть как-то сдать ритуалы, так что…

Я замолкла оттого, что жжение на ребрах вновь усиливалось и закусила губу.

— Хоть как-то? — спросил Тоби, нахмурившись.

Он остановился, глядя на меня.

— Что? — непонимающе спросила я, останавливаясь напротив, пока нас обходили прохожие.

Он мотнул головой, будто отбрасывая какие-то мысли.

— Нет, я… Элис, прости, я не должен о таком спрашивать, но… — Тоби отвел взгляд в сторону и снова посмотрел на меня. — Твое «хоть как-то» ведь не связано с тем, о чем вчера говорила Шер?

А о чем вчера гово… СИРХ!

— Конечно, нет! Ты с ума сошел?!

— Значит… — растерянно сказал Тоби и замолк, глядя в сторону. — Прости… я не должен был о таком спрашивать. Но мне нужно было убедиться.

— Забудь, — отмахнулась я. — Шер иногда… болтает всякое. Просто не обращай внимания.

Какое-то время мы шли молча, жжение постепенно утихло, и я разглядывала стеклянные фасады офисных зданий, сверкавшие в лучах солнца и слепившие глаза.

— Я так понимаю, мне нет смысла спрашивать о том, что произошло? — тихо спросил Тоби.

— Нет, — твердо сказала я. — И Тоби, пожалуйста, хватит. Я хочу просто погулять и не думать о мистере Барри и ритуалах. Хоть немного.

— Как скажешь… — сказал Тоби, явно расстроившись. Помолчал немного, а потом спросил: — Ты давно рисуешь?

— А? — растерялась я, совсем не ожидав такого вопроса. — Года три. Но вообще с детства, просто… мама не одобряла.

— Отвлекало от учебы?

— Да, и… это все какие-то фантазии, развлечения, которые никак не пригодятся в жизни, а только развращают сознание, отвлекая от главного, — раздраженно проговорила я то, что постоянно твердила мама. — Но сейчас мне кажется, что это единственное, что спасает меня. Отвлекает от дурацких мыслей.

— Понимаю. Я тоже в какой-то степени пытался сбежать от своих мыслей, — сказал Тоби совершенно разбито. — Но в итоге стало только хуже.

— Почему?

— Потому что узнал то, чего мне знать не следовало и теперь… не знаю, как все исправить.

— Может и не надо исправлять?

— Думаешь? — разочарованно спросил Тоби, будто я понимала, о чем мы говорим. — Возможно, ты права. Мне порой кажется, я начинаю сходить с ума, делая все это буквально своим смыслом жизни и… Прости, не хочу тебя грузить этим. У тебя и без того проблем хватает.

— А?

Опять он сказал это так, будто все знает…

— Да, точно, ты просила не напоминать об этом… — пробормотал Тоби и перевел взгляд куда-то на вывески магазинов. — В общем, давай лучше сменим тему.

А, он про мистера Барри… Ну раз уж я опять о нем вспомнила, почему бы не опробовать еще один план?

—Я, кстати, заметила, что вы сблизились с Джейденом, — сказала я и от этого Тоби лишь помрачнел.

— Вы вроде тоже, — сказал он будто и не своим голосом.

— Ну вряд ли взаимное посылание-куда-подальше считается сближением, — усмехнулась я. — Просто думала про все эти странности… Ты же знаешь, что он из Традстоуна, и что он…

— Элис, — перебил меня Тоби.

— М?

— Если ты продолжишь спрашивать про Джейдена, я продолжу спрашивать про мистера Барри, — холодно сказал Тоби.

Я замолкла и отвернулась. Ладно, попытка не удалась…

Тоби все еще молчал и мне стало неловко, что я, вероятно, обидела его…

— Видел вон ту башню? — спросила я, указывая на десятиэтажное здание со стеклянной башней на самом верху. Оно выглядело современно и, вместе с тем, казалось старинным и загадочным из-за большого количество декоративных элементов. — Мне в детстве всегда интересно было, что в той башне.

— Там…

— Ш-ш-ш, — протянула я, вскинув руку. — Только не смейся, сейчас будет романтическая сказочка в духе Шер, — быстро добавила я, и продолжила. — Так вот, в детстве я решила, что на самом деле Иргем и Мирелла до сих пор живы, просто скрываются. И живут они в той самой башне. А оттуда вид на весь город, — я покрутилась на месте, обводя парк и площадь, оставшиеся позади, и все, что их окружало. — По вечерам они зажигают свечи и ужинают под потрескивание камина, любуются зданием Л’Эшаль или смотрят иллюзорное шоу, которое устроили в честь Дня Основателей, и тихонько хихикают, потому что все думают, будто их давно нет, а на самом деле вот же они, прямо там, сидят и ужинают какой-нибудь банальной… не знаю, пастой под соусом орнэ и попивают вино. А когда наступает ночь, и на темном небе нет ни одной звезды, Иргем создает иллюзию звездного неба или… — я усмехнулась оттого, какой бред несу, но Тоби не перебивал, и я старалась на него не смотреть.

Кажется, я впервые говорила с кем-то о чем-то настолько личном. И мне показалось странным, как легко я выдала все это. Я даже на секунду задумалась, что так же просто могла бы рассказать ему и обо всем остальном…

— А днем они притворяются обычными людьми, ходят на работу и следят за тем, чтобы у всех все было хорошо, но… — сказала я и пожала плечами. — Либо они очень плохо справляются, либо все-таки их не существует. А может их и вовсе никогда и не существовало…

— Существовали, — уверенно сказал Тоби.

— А ну да, простите, забыла, что мистер Хоффман знает все на свете. В общем, забудь, — отмахнулась я. — Слишком романтично. Я в детстве страдала этим.

— Мама не одобряла?

Я дрогнула и повернулась к Тоби. Почему это сейчас прозвучало для меня как какое-то озарение?

— Нет. Или… — я замолкла и раздраженно добавила: — Маму тоже не обсуждаем.

— Все больше запретных тем… — загадочно проговорил Тоби и улыбнулся, глядя на меня. — Мистер Барри, мама, ЦИОРМ, ниимы… Должно ли это в итоге сложиться в какой-то пазл?

Тепло, которое только что разливалось в груди, сжалось до липкого кома и рухнуло вниз. Такая приятная атмосфера, навеянная воспоминаниями, треснула и рассыпалась всего от пары фраз.

— Поздравляю, мы больше не общаемся, — сказала я, глотая обиду, и пошла в сторону остановки.

Чего это я вообще так разоткровенничалась? Потому что он интересовался? Спрашивал обо мне, переживал за меня, предлагал помощь и… возможно это все было действительно искренне? Без какого-либо умысла, без требования чего-то в ответ, без принуждения, просто потому что хотел подружиться? Потому что я ему нравлюсь?

А я только и делаю, что ищу любой повод, лишь бы сбежать и оттолкнуть его. Цепляюсь к словам, все выворачиваю, закрываюсь, едва успев открыться. Потому что не хочу, чтобы кто-то помогал мне? Не хочу подпускать кого-то слишком близко? Но, что если…

Я остановилась и обернулась. Тоби стоял на том же месте, глядя на ту самую башню, хотя я думала, что он идет за мной. С чего бы? Я усиленно вдохнула и вернулась обратно.

— Ты едешь в академию? — спросила я. Прозвучало наверно слишком грубо. Я не хотела, чтобы так звучало, но оно вышло само.

Тоби перевел взгляд на меня.

— У меня были дела, но могу отложить их, если хочешь.

— Нет. Не нужно. Тогда до завтра, — сказала я и опять развернулась.

— Тебя проводить?

— Нет, — бросила я и пошла на остановку.

Зачем только возвращалась?

Глава 21

3 октября, четверг

Пока следила за Джейденом, я заметила несколько интересных вещей:

Первое. Ему удавалось курить виртуозно скрываясь, но при этом всегда оставаться на виду. По дороге к павильонам, выверенными движениями он закуривал так, что и незаметно. Шел не по основной тропинке, сворачивал, терялся где-то между зданий, как бы просто прогуливаясь. И лишь тонкий шлейф табака тянулся за ним, но растворялся в воздухе быстрее, чем кто-либо успевал заметить.

Второе. Когда он думал, что на него никто не смотрит — весь ссутуливался и погружался глубоко в себя, будто и не замечая ничего вокруг. Однако, стоило кому-то появиться неподалеку, тут же выпрямлял спину и принимал гордый, но недовольный вид.

Третье. Часто говорил с кем-то по телефону, но в основном очень тихо, так, что и не расслышать, если не подойти поближе (эксперимент неудачный — сразу получила «че надо?» в лицо и смущенно скрылась). Но иногда голос он все-таки повышал, ругался, но из обрывочных фраз, понять — с кем и о чем — не удалось.

Ни один пункт из этого списка не выбивался из жизни «обычного студента», так что я составила его лишь в своей голове, как дополнение к образу загадочного и таинственного Джейдена Даррела. Мистеру Барри знать об этом было совсем необязательно. Как, впрочем, и о многом другом.

И я рисковала. Очень рисковала. Но чувствовала, словно я не на той стороне: воюю за «хороших», но сливаю информацию «плохим». Предаю их, предаю саму себя.

Как бы ни старалась, я не могла разглядеть в Джейдене человека, способного совершить покушение на собственных родителей, не видела в нем и того, кто заслуживал бы учиться в Традстоуне. Да, согласна, он не самый приятный в общении человек, но не злодей, не преступник и уж точно не убийца.

Хотя возможно я очень сильно ошибалась, но ничего не могла с собой поделать.

Так что для мистера Барри записывала уже известную ему информацию, только другими словами, создавая иллюзию активной слежки. После вчерашнего мне просто необходимо было вернуть его доверие. Как-никак это все еще единственная возможность сдать экзамен.

Знак на ребрах молчаливо поддерживал мои действия, но я больше не доверяла ему. Впрочем, как и мистеру Барри.

После обеда я заскочила к Олли, чтобы выпить чай и настроиться. А теперь стояла возле домика мистера Барри и мяла обложку тетради, глядя на пресловутую дверь. Мне пришлось пару раз прокрутить в голове заготовленные извинения и настроиться на возможный разговор о проклятье Джейдена, прежде чем я смогла постучать.

Обычно он открывал сразу. Несколько мгновений — дойти от комнаты, в которой в прошлый раз я успела разглядеть только кухонный гарнитур да спинку дивана; и щелкнуть задвижкой. Но в этот раз мистер Барри медлил. Может тоже помогал с подготовкой праздника? Хотя мне мало представлялось, чтобы мистер Барри участвовал в подобном. У него просто могли быть и другие дело. Я постучала еще раз, — чуть громче, — и прижалось спиной к стене возле двери, ожидая.

Вдалеке за академией тонкий туман точно молочная пена просачивался между верхушек елей, скользил едва уловимыми струями сигаретного дыма, и наверняка пах холодно и маняще —ветром.

Я вздрогнула от нахлынувших так некстати воспоминаний и оттого, что дверь рядом со мной открылась. Мигом развернувшись, я вытянула руки с тетрадью вперед и застыла, глядя на улыбнувшегося Маркуса.

— Приветик, — сказал он.

И я растерянно, совершенно растерянно, еще не придя в себя от предыдущих мыслей, но уже запутавшись в новых, выдавила:

— Привет. Ты…

— А-а. — Он небрежно махнул рукой. — Отец настаивал на дополнительных занятиях. Хорошие ритуальщики прилично зарабатывают, и раз уж мне не светит попасть в совет… ну сама понимаешь. А мистер Барри один из лучших.

Он пожал плечами, как бы уверяя меня, что эта информация абсолютно не важна и вообще все это его мало интересует. Хотя звучало странно, будто заученный текст или отмазка. Словно он пытался оправдаться, словно…

Ох, нет, конечно! Не каждый в академии должен быть в сговоре с мистером Барри. И не каждый должен скрывать что-то. И Маркус уж точно не заключал с ним никаких договоров, банально, потому что у него есть магия. Да и с его отцом проблемы преподавателям совершенно не нужны.

— У тебя тоже? — спросил Маркус, так и не уйдя с прохода.

— Тоже? А, да, дополнительные задания.

— Вот и славно. — Маркус похлопал меня по плечу и, проходя мимо, добавил: — Увидимся вечером.

Я проводила его взглядом и мотнула головой. Постучала по так и оставшейся приоткрытой двери. Тихонько позвала мистера Барри. Настолько тихонько, что вряд ли он вообще расслышал.

Дверь со скрипом открылась шире, когда я надавила на нее и шагнула внутрь. От запаха трав в носу зудело, и мне отчаянно хотелось чихнуть. Я потерла глаза и прошла по узкому коридору. Как он вообще живет в таком гомоне ароматов? В аптеках и то меньше разнообразие.

Остановившись у небольшого обеденного стола с единственным стулом, я вырвала лист из тетради и опустила его на деревянную исшарканную поверхность, но тут же подняла. Задумалась, не получится ли неловкая ситуация, если мистер Барри не увидит его, а кто-то из преподавателей зайдет к нему в гости, и обнаружит результаты моей слежки за Джейденом? Хотя я не замечала, чтобы мистер Барри общался с кем-то, но… на всякий случай постучала по столешнице.

— Мистер Барри. Я оставлю задание на столе?

Тишина.

Но он точно здесь. Не мог же Маркус зайти в пустой дом, а если и да, то наверняка сказал бы мне об этом. Не испарился же мистер Барри? Не через окно же он вышел?

Сирх, надеюсь Маркус не тот убийца, что оставляет людей у леса. И он не убил мистера Барри… И прямо сейчас не стоит за моей спиной с ножом наготове.

Не стоит же...?

Ладно, это было глупо, но я все-таки обернулась. Бросила короткий взгляд на входную дверь и все. Никакой паранойи. (Разве что совсем немного).

Со второго этажа донесся хриплый кашель, и я облегченно вздохнула. По крайней мере, можно отказаться от идеи, что Маркус убийца. Не то, чтобы я всерьез об этом задумалась, но какие времена, такие и мысли. Вдруг Маркус в отчаянии оттого, что отец его не принимает, и решил стать злодеем, чтобы обратить на себя его внимание. Он, кстати, как раз маг иллюзий…

Я беззвучно усмехнулась. Было бы даже забавно, но Маркус в роли злодея как-то совершенно не представлялся.

Пройдя к лестнице, я обратилась наверх, туда, откуда доносился кашель:

— Мистер Барри, это Элисон Уэйланд. Я оставлю задание на столе?

Опять без ответа. И что мне теперь делать? Не идти же к нему. Можно, конечно, просто уйти, зайти вечером или уже на следующей неделе.

— У вас… все в порядке? — последний раз попыталась я.

Мистер Барри снова откашлялся и, судя по звуку, открыл дверь на втором этаже.

— Оставьте и идите, — хрипло донеслось сверху.

— Вам…

— Идите, — повторил он.

Я поспешно развернулась, хлопнула листом по столу и вышла из его дома. Опять хотела как лучше, а получилось как обычно.

На территории уже вовсю шла подготовка к празднику. Тут и там студенты тестировали иллюзии, которыми украсят павильоны и основное здание. На месте спортивного поля управленцы выставили ряды скамеек и теперь возводили огромную сцену, где завтра будут показывать иллюзорный спектакль про основателей.

Ребят я нашла как раз перед полем. Только вот совсем не в том составе, который ожидала увидеть. Они стояли ко мне спиной: Тоби, прислонившись плечом к стволу дерева, и Шер, обхватив себя руками то ли от холода, то ли от неуютного разговора. Ни Маркуса, ни Джейдена.

Стараясь не шуршать желто-сгнившей листвой под ногами, я двинулась к ним. Очень уж хотелось выцепить частичку разговора, совсем тихого и явно не предназначенного для чужих ушей.

— …и мне это совсем не нравится, — говорила Шер непривычно печально. — А я даже не знаю, как помочь ему.

— Помочь, мне кажется, ты вряд ли сможешь, — так же тихо ответил Тоби. — Разве что просто быть рядом и поддерживать. Хотя, на самом деле не знаю, нужна ли ему поддержка. Когда я пытался, он лишь стал отдаляться, так что…

— Вот и мне кажется, что он отдаляется, — вздохнула Шер. — От меня. И я не знаю, что с этим делать. Тянусь к нему, а он все это будто мимо пропускает, весь в своих мыслях. И так злится… Меня это даже пугает последнее время. Все эти разговоры о ниимах, об отце и…

Увидев, что Тоби двинул головой и почти обернулся, я тут же вклинилась.

— Что делаете? — спросила я куда активнее, чем обычно, сделав вид, что только что подошла.

Шер обернулась и растянула губы в улыбке.

— А, да вот, смотрим как другие работают, — совершенно беззаботно сказала Шер. Будто только что ее голос не был тихим и напряженным. Она шагнула ко мне, и подхватила под руку. — Идем-ка, прогуляемся.

И повела меня к зданию. Я проводила взглядом Тоби, который остался стоять на том же месте, так и не обернувшись. Даже не глянул на меня!

— И с каких это пор вы с Тоби общаетесь? — с неизвестно отчего возникшим возмущением, спросила я. — Да еще и наедине…

— М-м, после фестиваля, наверно, — задумалась Шер. — В воскресенье Маркус был весь в делах, а ты видимо решила меня бросить. — Шер неодобрительно глянула на меня и пихнула локтем в бок, тут же развеселившись. — Вот и пришлось разговорить Тоби, чтобы не есть в тишине. А, и во вторник еще в городе…

Она вдруг запнулась и поджала губы, будто сболтнула лишнего.

— Он же тебе не нравился.

— Тоби? Да нет, беру свои слова назад, — сказала Шер, лавируя между шедшими навстречу студентами. — Он хороший.

— Хороший… — Я тихо усмехнулась. — Не ты ли говорила, что он очень странный тип?

— Ой, я много что говорила.

— И что он не помог Маркусу, — продолжила я. —Хотя ему раз плю…

— Мы с ним поговорили! Он все объяснил, я согласилась, — перебила Шер. — Это были необоснованные обвинения и домыслы. И вообще, почему ты так к нему относишься?

— Я? Ты о чем вообще? Это ты…

— Элис. Ты ему определенно нравишься! Точно тебе говорю.

— Шер, — возмутилась я. Мы уже дошли до сада камней, но там столпилась группа студентов и пришлось развернуться. — Сама говорила: «не смотрят так на понравившуюся девушку» и прочее. Он что, что-то спрашивал про меня?

— Нет. Ничего не спрашивал.

Я прищурилась, глядя на Шер. Как-то слишком быстро она это сказала.

— Точно?

— Ну, — Шер коварно улыбнулась, — Он ничего не спрашивал, зато что-то сказал…

— Ше-е-ер…

— Тс-с! Ничего не скажу, даже не проси. — Она мотнула головой, разметав по плечам кудряшки, а потом неодобрительно глянула на меня. — И, боги, Элис, в чем вообще проблема? Ты почему так недовольна? Он, на минуточку, сын Генри Хоффмана, а ты нос воротишь.

Я нервно хохотнула. И что с того, чей он сын? Или Шер всерьез хочет воплотить в реальность сказочку из комикса?

— А я, на минуточку, сама знаешь кто, — зашептала я. — Мне не нужны лишние проблемы.

— Элис, да какие проблемы?

— Мне сейчас не до отношений, Шер. Мне нужно сосредоточиться на учебе и не отвлекаться. Иначе я рискую вылететь в любой момент.

— Но ты же…

— Все. Закрыли тему. Лучше скажи, что там с Маркусом.

Шер поежилась.

— Слушай, я… Прости, не хочу сейчас это обсуждать. И… мне пора.

Она ускорилась и, обогнав меня, направилась к лестнице. А я так и застыла неподалеку, провожая ее взглядом и не понимая, что на нее сегодня нашло. И наверно я бы еще долго так стояла, пытаясь разобраться, но щеку мокро кольнуло. Следом холодная капля упала на мой лоб. А уже через пару секунд я понеслась в здание, чтобы укрыться от хлынувшего дождя и недовольных возгласов студентов, возводивших на поле сцену.

Поднявшись, я и сама не заметила, как оказалась перед дверью в комнату Джейдена. Но постучать не решалась. Хоть и понимала, что это необходимо. Если в субботу удастся взять книги в библиотеке, мне нужно быть уверенной, что я правильно запомнила, как выглядит проклятье.

Я занесла руку над дверью, собираясь постучать, но в последний момент остановилась и лишь коснулась деревянной поверхности. Рука медленно сползла ниже.

— М-м, все-таки надумала, да? — послышался сзади ехидный голос Джейдена, и я тут же опустила руку, грозно зыркнув на него. Надавив на ручку, он толкнул дверь вперед, и мне пришлось посторониться. — Ну чего встала, заходи давай. Или уже передумала?

Я втянула носом воздух, пропитавшийся влажным запахом сигарет, и шагнула за ним. Джейден швырнул куртку в сторону, и та шлепнулась на стол, оросив меня мелкими брызгами.

— Ну, — поторопил он, прислонившись к стене возле двери. — Чего хотела-то?

Нужно действовать уверенно. Уверенно, да. С ним надо пожестче.

— Можешь снять водолазку? — спросила я, и тут же пожалела, что не записывала это на видео, потому что вытянувшееся в удивлении лицо Джейдена явно разлетелось бы по интернету.

— Снять… водолазку? — тупо переспросил он, теряя всю прежнюю спесь.

Произведенный эффект меня впечатлил, и я расплылась в улыбке.

— Ага.

Джейден хмыкнул, оттолкнулся от стены и прошел вглубь комнаты, что-то пробормотав себе под нос, а потом резко развернулся и скрестил руки на груди.

— Ты же не всерьез восприняла все эти шутки про переспать, да? Или мне расценивать это как домогательство?

— Кто бы говорил! — усмехнулась я.

Джейден качнул головой и оперся на стол.

— Хорошо, один-один, уговорила. А теперь заканчивай и говори, зачем пришла.

Я бы уже и готова была сказать, но эта внезапная перемена в Джейдене меня так раззадорила, что я хитро повторила:

— Чтобы попросить тебя снять водолазку.

— Все. Уже не смешно, — грубо сказал Джейден. Взял со стола куртку и встряхнул ее, забрызгав меня холодными каплями. Повесил на дверцу шкафа. — Давай серьезно.

Вздохнув, я достала из сумки блокнот и карандаш.

— Серьезно. Просто сними водолазку, я зарисую и уйду.

Джейден прыснул.

— Ну таких комплиментов моему телу еще не делали… — пробормотал он, но водолазку все-таки стянул.

Я открыла последний разворот, на одной из страниц которого был рисунок Тоби по теории нитей, и обошла Джейдена, останавливаясь за его спиной.

— Мне… просто стоять? — спросил он, растерявшись.

— Мхм, — произнесла я и быстро наметила силуэт спереди и сзади, начала переносить линии.

Джейден к моему удивлению, держался как-то неуверенно. И только когда я закончила с первым рисунком и обошла его, усмехнулся.

— Чего? — спросила я, вскинув на него взгляд.

— Поражаюсь твоей бурной фантазии, — сказал он, кивнув на рисунок.

Я втянула носом воздух и надавила на карандаш. Кончик грифеля откололся, оставляя на бумаге ненужную жирную линию.

— Может уже просто скажешь, что это за проклятье?!

— Пф-ф. — Губы Джейдена изогнулись в кривой улыбке. — Давай развлекайся. Мне даже интересно куда заведет тебя это расследование.

— Тогда заткнись!

— А это что? — заинтересованно спросил Джейден, пропустив мою просьбу мимо ушей, и указал на клетчатый узор в блокноте.

— Тоби нарисовал, — сказала я, не отвлекаясь.

— М-м-м, — протянул Джейден. — И что это?

— Да откуда мне знать. Калякал просто, пока мы говорили.

— Тоби? Калякал? — Джейден усмехнулся. — Да это шифр или тайное послание, не меньше.

Я замерла и перевела взгляд на квадратики.

— Поясни-ка.

Джейден пожал плечами.

— Ну я с трудом поверю, что Тоби мог сделать что-то просто так.

Еще раз глянув на квадратики, или клеточки, или что там хотел изобразить Тоби, я вернулась к линиям проклятья. Но думать об этом не перестала. Пыталась вспомнить, что именно мы обсуждали, когда он рисовал. Кажется, что-то про передачу магии, но как это могло быть связано?

Я начертила последнюю линию и бросила еще один взгляд на тело Джейдена. И, может, потому что небо наконец прояснилось и в комнате посветлело, а может просто свет упал под нужным углом, но я лишь сейчас обратила внимание, что линии отличались. Некоторые выглядели свежее и темнее, а другие чуть потускнели, будто с их нанесения прошло очень много лет. На всякий случай я выделила их на своем рисунке.

— Повернись-ка, — сказала я. И к моему удивлению, Джейден покорно развернулся.

Я уточнила нужные линии и закрыла блокнот. Приблизилась к его спине, вглядываясь. Если предположить, что мои искаженные воспоминания не были ложью, то, возможно, именно эти поблекшие линии и остались после проведенного мной ритуала. Но откуда взялись другие? Я подняла руку и аккуратно провела по одной из них пальцем, будто могла узнать ответ лишь коснувшись.

Джейден резко обернулся, схватил меня за запястье и потянул на себя, так, что я едва не врезалась в его грудь.

— А вот это ты зря.

— Эй!

Я выдернула руку и отступила на пару шагов.

— И все что ли? — спросил он, глядя на меня хитрым взглядом.

— Да, спасибо за помощь, — выдавила я, засовывая блокнот в сумку.

— Жаль… А я уже настроился на продолжение.

— У кого тут еще бурная фантазия, — пробормотала я, отходя к двери.

— Я, кстати, тебя тоже нарисовать могу, — сказал Джейден и шагнул ближе, продолжая лукаво улыбаться. Я уже взялась за ручку двери, но он оперся на нее плечом, лишая меня возможности выйти. — Так что, давай, раздевайся, — шепнул Джейден, склонившись ко мне, и я совсем растерялась. Странное, внезапно возникшее напряжение не предвещало ничего хорошего, но Джейден вдруг усмехнулся, тут же развеяв его: — Видела бы ты сейчас свое лицо.

— Сирх… — на выдохе произнесла я и закатила глаза. — Я уж испугалась, что ты серьезно.

Джейден вернулся к столу и натянул водолазку.

— Мечтай, — сказал он прежним тоном. — На словах ты вон какая смелая, а тут прям растерялась сразу.

— Просто не могла выбрать, как тебя отшить, — в тон ему сказала я, расслабившись. Но на всякий случай предупредила: — Больше так не делай.

— А то что?

— А то соглашусь, — усмехнулась я.

Джейден вновь нацепил эту улыбочку и скрестил руки на груди.

— Ну если будет нечем заняться холодными вечерами, ты знаешь, где меня найти.

На это я смогла лишь хмыкнуть. И выйти из его комнаты, бросив:

— Спасибо, я учту.

Глава 22

4 октября, пятница

Территорию академии буквально распирало. Помимо нынешних студентов, на праздник приехали и выпускники — кто поодиночке, кто с семьями, — и бывшие преподаватели, и чьи-то родители, и даже просто друзья и знакомые. Так что к вечеру было уже не протолкнуться.

Небо над нами усыпали звезды, созданные иллюзионистами, должно быть, вдохновившимися историями, как Иргем радовал Миреллу, пока она носила его ребенка. Столы из столовой вынесли на траву, и теперь они ломились от еды и всевозможных сладостей, подсказывая Шер, куда отправиться в первую очередь. Тут и там возникали иллюзорные Сирхи, переливавшиеся всеми оттенками голубого и фиолетового. Как они выглядели на самом деле — никто не знал, ведь по легендам Сирхи могли принимать облик любого существа, так что по полю скакали цветные зайцы, бегали разноцветные белки, и даже расхаживал благородный синеватый олень.

Мистер Льюис чувствовал себя явно на своем месте. Он останавливал всех и каждого и гордо упоминал то одну, то другую легенду, напоминая о важности сегодняшнего дня, и не забывая попутно хвастаться своей — прямо как у Иргема! — тростью.

Громыхавшая музыка извещала, что вот-вот начнется представление, а Шер все никак не могла определиться, какой из десертов попробовать.

— Идете на спектакль? — спросил Тоби, оказавшись рядом с нами.

— Мне ничего не нравится, — вздохнула Шер, окинув столы очередным тоскливым взглядом, и обернулась. — О! Тоби, — удивилась она, видимо, только сейчас осознав, что к ней обращалась не я, и с надеждой спросила: — Маркус уже вернулся?

Тоби с печальным видом мотнул головой, и Шер совсем поникла. Джейден, вероятно, пришедший вместе с Тоби, без особого энтузиазма прихватил канапешку и отправил ее в рот.

— Да, спектакль, точно, — отстраненно пробормотала Шер и, так ничего и не взяв, потянула меня к рядам скамеек перед сценой.

Только вот мест нам, как и многим, не хватило, пришлось остаться в последнем ряду за скамейками. Благо, организаторы учли и это, — иллюзии оказались настолько огромны, что даже отсюда можно было разглядеть едва ли не каждую ресничку возникшего на сцене Иргема. Узнать молодого светловолосого юношу труда не составило, — в моем колледже его портреты висели едва ли не в каждом коридоре, да и в любом учебнике истории обязательно встречалось хотя бы одно его изображение.

Спектакль, видимо, решили начать с событий до основной легенды, так что Иргем прогуливался в одиночестве по возникшему на сцене лесу в поисках пропитания, пока не встретил там Миреллу, собиравшую ягоды. Они должны были увидеть друг друга и влюбиться с первого взгляда…

Но стоило Мирелле повернуться, как у меня перехватило дыхание. Совершенно обычное, ничем непримечательное, и от этого пугавшее только сильнее кукольное лицо, что я видела уже почти десяток раз.

Джейден, должно быть, тоже узнал ее и теперь хмурился, напряженно глядя на сцену. Обогнув Шер и Тоби, я подхватила его под локоть и потянула подальше от толпы. Джейден не сопротивлялся, просто следовал за мной, будто бы настолько погрузился в свои мысли, что и не заметил, как я увела его в сторону.

— Ты видел?! — шепнула я, хотя возле нас никого не было.

— Видел.

— Но как… Как это возможно? Это ведь не может быть совпадением… Или может? Как вообще могло получиться, что…

— Хватит, а? — раздраженно перебил Джейден, вскинув голову. — Только на нервы действуешь.

— Но…

— Т-с-с, замолкни. И не лезь вообще в это.

— Но я…

Джейден отмахнулся и пошел обратно. А у меня отпало всякое желание возвращаться к сцене, так что я направилась в сад камней, опустевший на время спектакля. Помимо меня там оказался лишь иллюзорный Сирх, забавно вертевший головой в облике птички. Я хотела сесть рядом, но он перескочил на другой камень, а потом и вовсе улетел, оставив меня наедине с мыслями об увиденном.

Это точно было то самое лицо, иначе Джейден не был бы так встревожен. Но могло ли это значить, что создавший иллюзию Миреллы — и есть убийца? Если да, то нужно выяснить, кто он. Если нет, то возможно он создал иллюзию Миреллы, основываясь на ее изображениях. Только вот черты кукольного лица мало походили на привычные портреты, я бы даже никогда не подумала сравнить их. Да и какой вообще смысл убийце менять лица жертв на лицо Миреллы?

Когда с поля донеслись аплодисменты, я поднялась и направилась к сцене, выискивая мистера Льюиса. Он точно был одним из тех, кто отвечал за спектакль, он должен был знать.

Найти его оказалось не так уж сложно. Куда труднее — подобраться. На один вечер он точно стал местной знаменитостью, чью руку жаждал пожать каждый довольный зритель.

— М-м-м, мисс… Простите, опять забыл, — добродушно улыбнулся мистер Льюис, когда мне наконец удалось обратить его внимание на себя. — Из колледжа святого Иргема… Как вам представление?

— Да, представление… очень хорошее. Мне понравилось. Только у меня вопрос, — бормотала я, но мистеру Льюису явно было не до этого, пока он кланялся и принимал благодарности. — Почему Мирелла… выглядела именно так? Я видела другие портреты и…

— О-о-о, тоже заметили, да? — подмигнул мистер Льюис. — Мы решили на этот раз уйти в достоверность и раскопали книгу Энви Торстена. Это такой кладезь, вы не представляете! Он жил во времена основателей и, несомненно, приведенные там портреты вызывают куда больше доверия, чем привычные из учебников.

— Значит… Мирелла выглядела именно так?

— Смотрите, — начал было мистер Льюис, но его отвлек пожилой мужчина и он радостно обменялся парой фраз с вероятным коллегой. — Так, о чем это я? А, да, смотрите, мисс… Уэйден, да?

— Да, — сказала я, лишь бы он продолжил.

Я уже согласна быть кем угодно, если вы дадите мне ответы!

— После трагической смерти Миреллы, Иргем уничтожил большинство портретов, чтобы те не напоминали ему о смерти любимой. Поэтому все, что существуют — воспроизведены мастерами по памяти. А вот Энви Торстен смог, по его словам, сохранить один из настоящих портретов. Так что, смею утверждать, что он ближе всех к истине. — Он вдруг расплылся в улыбке, глядя куда-то поверх моей головы. — О, надо же, и вы здесь!

На этом лимит внимания мистера Льюиса был исчерпан, и он совершенно забыл о существовании мисс Уэйден из колледжа святого Иргема…

От его слов все вроде и прояснилось, но стало только запутаннее. С Джейденом обсуждать это совершенно не хотелось, да и он куда-то запропастился вместе с Тоби, так что я решила поговорить завтра с Адрией. Она точно не станет брыкаться как Джейден.

— Понравился спектакль? — спросила я, подходя к Шер, вновь стоявшей возле того же стола со сладостями.

— М? — растерялась она, поднимая на меня взгляд. — Нормально.

— Шер, что не так?

— Не-не, все в порядке, — сказала Шер и, сунув конфету в рот, тут же сморщилась. — Гадость какая, — пробормотала она и выплюнула ее на салфетку.

— Я же вижу, что не в порядке, — настаивала я. — Это из-за Маркуса?

— Мхм, — выдавила Шер, взяв другую конфету. На этот раз она разломила ее пополам, принюхалась, и лишь потом надкусила. — Да фто ж такое!

— Отчего грустим? — спросил Олли, внезапно оказавшийся по другую сторону стола, словно Шер волшебным образом призвала его нелестными отзывами о конфетах.

Видеть Олли вне кафешки казалось уже чем-то странным. Но он себе не изменял. В клетчатой рубашке — на этот раз синей — и очках в модной черной оправе, он держал стаканчик кофе так непринужденно и правильно, что тот казался продолжением его руки.

— От нехватки хороших десертов, — вздохнула Шер. — Не знаю, кто отвечал за их выбор, но у него явно нет вкуса.

— А я говорил им, что к тем поставщикам нельзя обращаться, — улыбнулся Олли, будто именно этого и ждал. Он выудил из кармана связку ключей и ловко крутанул их на пальце. — Можем это исправить.

— Олли! Ты ж мое спасенье, — сказала Шер, едва не запрыгав от счастья. Еще немного и она бы точно бросилась ему на шею.

— Всегда к вашим услугам. — Олли склонился в шутливом поклоне и кивнул в сторону кафешки.

Стоило нам оказаться внутри, как полочки с десертами тут же подсветились, маня блестящей желейной глазурью, хрустящими корочками и шоколадной крошкой.

— Выбирай, — сказал Олли, явно довольный тем, что ему удалось заманить нас в кафешку. — У меня, кстати, запрещенка есть. Хотите? Правда, это на завтра, но для вас ничего не жалко.

Олли подмигнул и кивнул на ящик со стеклянными бутылками, который тут же выехал из-за прилавка и остановился у наших ног.

— На завтра? — спросила я, пока Шер пускала слюнки на витрину, не в силах решить, какую из сладостей она бы съела с бо́льшим удовольствием.

— Да, завтра ж неофициальная часть праздника, — сказал Олли и, столкнувшись с моим непонимающим взглядом, пояснил: — Вечеринка. Вы не знали?

— Эту, — наконец определилась Шер, совершенно не заинтересованная сейчас в каких-то там вечеринках, и ткнула в витрину, указывая на безе, украшенное кусочками свежей клубники.

— Ну-у-у, прошу, только не пальцем, — взмолился Олли. Тряпка тут же опустилась на стекло и принялась оттирать оставленный отпечаток.

Пока к Шер подплывало выбранное безе, Олли рассказывал про тех самых поставщиков, с которыми он когда-то работал, и сокрушался, что они предали свои принципы в угоду выгоде. Я села на высокий стул у деревянной столешницы вдоль окна, наблюдая за наконец приободрившейся Шер. Она с наслаждением хрустнула безешкой и протянула свое «м-м-м», с улыбкой глядя на просиявшего Олли.

В общем, идиллия… которую прервал звук открывшейся двери.

— И чего вы тут заныкались? — спросил Джейден, совершенно по-свойски входя в кафе. Он глянул на меня и кивнул на дверь, явно намекая, что нам надо выйти, но я помотала головой. — Пошли давай, поговорить надо.

— Обойдешься, — сказала я, глянув на вошедшего следом Тоби.

Интересно, где это они пропадали?

— Пф-ф. — Джейден отмахнулся и прошел к ящику с бутылками. Выловив одну из них, он глянул на Олли. — Возьму?

— Бери, — совсем несвойственным ему равнодушным тоном произнес Олли и, заметив Тоби, оживился: — О-о, а ты давно не заходил. Как там с моими документиками?

— Опять он заладил, — пробормотал Джейден, и получил за это сразу три укоряющих взгляда. Их наверняка было бы четыре, если бы Шер не была так увлечена своим безе. — Чего?!

Так и не получив ответ, Джейден пожал плечами и отпил из бутылки.

— Все не так быстро. — сказал Тоби, присев на стул рядом со мной. — Скорее всего ответ будет только через пару недель.

— Жаль… — Олли перевел задумчивый взгляд на Шер и неожиданно спросил: — А где же ваш Маркус?

Шер протяжно вздохнула, сунула последний кусочек безе в рот и взяла одну из бутылок:

— Можно?

— Конечно, — улыбнулся Олли. — Тебе за счет заведения.

Джейден подавился и, откашлявшись, возмущенно уставился на Олли.

— Э-э!

— А тебе плюсом ко всему твоему долгу, о котором я не забыл, — сказал Олли, окинув Джейдена презрительным взглядом.

— Да сказал же, верну, — буркнул Джейден и сделал еще глоток. — А Маркус в городе с ниимами развлекается.

Олли удивленно приподнял брови.

— Это из-за отца, — пояснил Тоби.

— Издевается над ним как может, — пробормотала Шер, приобняв свою бутылку и продолжила жаловаться: — Вызвал его вчера прямо во время обеда, даже доесть ему не дал!

— Во время обеда? — переспросила я.

— Да-а. И Маркусу пришлось тут же сорваться и поехать в город. Видите ли, очень срочно. Роберт Эрдсхол ждать не может!

— Странно, — сказала я скорее самой себе, нежели Шер. — Я видела его после обеда у мистера Барри... — Осознав, что это может вызвать вопросы, я запнулась, но глянула на Олли и тут же нашла способ выкрутиться: — После того как брала чай. Вышла из кафешки и увидела, как Маркус выходил из его дома.

Тоби бросил короткий взгляд на Джейдена. Тот нахмурился и отпил еще глоток.

— Значит пришлось зайти, — тоскливо сказала Шер. — Эти дополнительные занятия тоже отец на него повесил. Он ему вообще жизни не дает…

Олли покачал головой и, вскинув руку, притянул магией одну из бутылок.

— Допы с Барри обычно ничем хорошим не заканчиваются, — сказал он и кисло усмехнулся. Повисла странная, ощутимо напряженная пауза. Олли отпил и приподнял бровь. — А… упс. Мы не говорим о Камилле?

— Камилла? — переспросила Шер, явно заинтересовавшись.

Джейден громко прочистил горло.

— Иди-ка сюда, — сказал он, обращаясь к Олли и кивнул на дверь.

Олли неохотно вышел из кафе следом за Джейденом. Я перевела непонимающий взгляд на Тоби, но он будто и не следил за происходящим, разглядывая десерты на витрине.

— Может, это та самая студентка? Ну, ты поняла… — сказала Шер, глядя на меня. — И с чего это Джейден так всполошился… Может, знает ее?

Я не планировала лезть в это, но поведение Джейдена все-таки заставило меня задуматься.

— Они с Олли как раз были на первом курсе, когда мистера Барри отстранили, — сказала я и перевела взгляд на Тоби. — Ты не знаешь?

— М? — Тоби повернул ко мне голову и моргнул, будто вообще не слушал, а я только что вырвала его из совсем других размышлений.

— Ты что-то знаешь, да? Поэтому постоянно спрашивал про мистера Барри? — спросила я, стараясь не обращать внимание на зудевший знак договора.

Тоби сидел так близко и от его взгляда мне становилось не по себе. Он всегда так смотрел, но сейчас в его глазах виднелось что-то особенное, что-то, чего я не видела там прежде. Что-то призрачное и ускользающее, напоминавшее тоску, смешивалось с чем-то другим, совершенно незнакомым и неизвестным, но таким теплым, окутывающим и приятным… Нужно было отвести взгляд, пока это совсем не затянулось, пока сидевшая справа Шер не надумала лишнего и не решила донимать меня этим завтра. Пока не…

— Ты такая красивая, — тихо сказал Тоби.

И мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что он только что сказал и понять, что я не ослышалась.

Щеки обожгло, и я тут же отвела взгляд. Порывисто кашлянула, и соскочила со стула, шлепнув подошвами о белую плитку.

Сердце гулко стучало в груди и где-то в ушах, заглушая все остальные звуки. И я слышала только его, пока выходила из кафе, проходила мимо Олли и Джейдена, мимо толп студентов на празднике, мимо иллюзий и декораций, пока шла, сама не понимая куда.

Хватит, пожалуйста, хватит. Давай не трепыхайся там, слышишь? Нам не нужны сейчас лишние проблемы. Тем более проблемы в виде влюбленностей. Тем более влюбленностей в сына Генри Хоффмана! Лучше уж тихонько пускать слюнки на кого-то вроде мистера Карвера и ни о чем не думать, и ни на что не надеяться. Потому что иначе… Иначе ведь я действительно могу начать на что-то надеяться. На что-то красивое и прекрасное, что бывает лишь в глупых комиксах Шер, но не в жизни. А я знаю, знаю, что надежды всегда рушатся с громким звоном и впиваются осколками в сердце, оставляя уродливые шрамы. Те, с которыми тебя никто никогда не примет. А таких у нас и так в избытке, так что, пожалуйста, просто замолкни…

Но глупое сердце не слышало моей мольбы и продолжало настойчиво стучать в грудную клетку, точно извещая о том, что на порог кто-то явился. Кто-то, кого я совсем не ждала. И не звала. А незваным гостям открывать не следует. От незваных гостей нужно запираться на дополнительный оборот или лучше на два, и оставлять ключ в замке вертикально повернутым, чтоб снаружи не вытолкнули. Потому что никогда не знаешь, чего от этих незваных гостей можно ждать.

Оказавшись на поле, я перешла на бег. И плевать, что рядом сцена, и плевать, что вокруг все празднуют и веселятся. Нужно переключиться, отвлечься, убедить себя в том, что сердце колотится так быстро лишь оттого, что я бегу. Физическая активность всегда учащает пульс, заставляет сердечную мышцу сокращаться быстрее. Я бегу — вот оно и колотится, и плевать мне на то, кто и как на меня посмотрел, и неважно кто там и что мне сказал.

У кромки леса пришлось остановиться, иначе сердце рисковало просто вырваться наружу. Я уперлась в колени, пытаясь отдышаться, а когда разогнулась, увидела приглушенный свет в павильоне рисования.

Вот и мой шанс переключиться!

Медленно, на ходу восстанавливая дыхание, я направилась к павильону. Странно, что мистер Карвер не на празднике. Может не хотел лишний раз напоминать себе, кто он? Или просто решил немного порисовать в тишине и одиночестве?

Надеюсь, он не разозлится, что я отвлекла его. И не сильно расстроился из-за того, что меня не было в среду. Может сейчас как раз подходящее время, чтобы извиниться…

Но, так и не дойдя до павильона, я застыла, разглядев сквозь окно очень странную сцену: освещенные лишь парой ламп, у распахнутой двери подсобки стояли двое. Мистер Карвер, согнувшийся пополам, сжимал ткань рубашки на груди и корчился от боли. А перед ним, спиной ко мне, стояла миссис Мосс, сжимая кулак… Возможно, я бы не сразу догадалась, что происходит, если бы сама не прошла через это в среду, но сейчас догадка озарила меня слишком быстро, и я сама не заметила, как метнулась к двери и распахнула ее.

— Что вы делаете?!

Миссис Мосс тут же расслабила руку и обернулась. Ее лицо вытянулась в удивлении.

— Ты почему не на празднике?

— Что происходит? — повторила я уже тише, глядя на замершего в ужасе мистера Карвера, все еще сжимавшего ткань рубашки. Он отчаянно замотал головой, когда я шагнула ближе.

Еще несколько шагов и я оказалась возле него. Встала между ними, глядя в лицо миссис Мосс и загородила собой мистера Карвера. Миссис Мосс жевала губы, не находя, что ответить.

— Вы… — начала было я, но лицо миссис Мосс подернулось, обращаясь знакомым лицом из моих кошмаров.

Она точно была в каких-то воспоминаниях из ЦИОРМа, общалась с мамой, возможно общалась со мной, но слов я не помнила. Ничего важного, ничего особенного, но почему это случилось снова?

Дверь позади хлопнула, и я обернулась, — это мистер Карвер скрылся в подсобке. Я медленно перевела взгляд на миссис Мосс, чье лицо вернулось к привычному виду. Она тяжело вздохнула и потянулась ко мне, желая то ли обнять, то ли похлопать по плечу, но я увернулась.

— Я знаю, что вы сделали, — сказала я, растеряв всякий страх перед ней, как перед преподавателем. Сейчас передо мной стояла не миссис Мосс, которая, как мне казалось, уважала ниимов, а Женщина, что только что издевалась над одним из них.

Женщина расправила плечи, вскинула подбородок и цокнула языком.

— Мисс Уэйланд, не знаю, о чем вы подумали, но я не сделала ничего предосудительного.

— Нет, я точно знаю, что это Хейруви, — сказала я. И она явно этого не ожидала. — Но почему...? Разве не вы сожалели, что студенты отказываются от рисования из-за того, что преподаватель ниим? Разве не вы помогли мистеру Карверу попасть сюда? Почему тогда сейчас вы…

— Это наше личное дело, — перебила Женщина, намекая, что разговор окончен. — Давайте сделаем вид, что вы ничего не видели.

— Нет, — сказала я, уверенно замотав головой, хотя не понимала, что еще могла сделать, кроме как притвориться, что ничего не видела. Никто не стал бы вступаться за ниима, даже если бы я рассказала. Нет никакого закона, запрещавшего наносить Хейруви и принуждать их делать то, что пожелаешь. Но я все равно повторила: — Нет.

— Мисс Уэйланд, — сквозь зубы процедила она. — Разве я мало для вас сделала?

Женщина скрестила руки на груди, явно ожидая ответ. И ответ был очевиден.

— Я очень благодарна вам за это! Но… — В голове уже все смешалось. Почему она хочет, чтобы я молчала, если за это ее никто не осудит, почему пытается на меня надавить, зачем вспомнила о том, что сделала для меня и главное: — Зачем? Зачем вы помогли мне?

Женщина тяжело вздохнула и потерла лоб, прикрыв глаза.

— Твоя мать приезжала в академию три года назад. Оставила для тебя письмо и просила передать через пять лет. Она сказала, что все тебе объяснит… Должно быть, не успела.

Я нахмурилась.

— Но… вы не передали письмо.

— Договор, Элис, — вздохнула она. — Твоя мать назвала точную дату, когда я должна передать его.

— В случае смерти договор автоматически расторгается…

— Если не упомянуть это в договоре! — Женщина усмехнулась, сказав это со злостью и даже обидой. — В тонкостях ритуалов Агнес отлично разбиралась. И добавила этот пункт, будто была уверена, что умрет той же ночью.

Быть не может. Ей нельзя было проводить ритуалы. Не могла она пожертвовать всем ради этого. Что такого было в том письме? Почему я должна была получить его в определенный день? Почему именно тогда?

Из-за этих мыслей я совсем позабыла о том, почему я вообще здесь, и кто напротив меня. Но Женщина напомнила наигранно ласковым голосом:

— Что скажешь, Элис? Мы с тобой договорились?

И с каких пор она перешла на «ты»?

— Мистер Карвер — такой же преподаватель, как и вы, — выдавила я, пытаясь не повышать голос. Что бы ни сделала эта Женщина, мне все еще придется сдавать ей экзамен в конце года. Если меня, конечно, не выкинут раньше… — Какое вы имеете право так с ним обращаться?

Женщина долго смотрела на меня. Наверняка думала о том, почему вообще должна оправдываться перед студенткой. Могла и не объяснять ничего. Пригрозить низким баллом на экзамене и заставить молчать. Зря только она сказала про письмо. Теперь это могло стать моим преимуществом. Она явно не хотела нарушать договор, а я легко могла поспособствовать этому. Скрыться, уехать, исчезнуть. И письмо она мне передать просто не сможет, а значит — и договор нарушит, и получит позорную отметину.

— Томас серьезно ошибся, и был наказан за свой проступок. Если бы не я, его бы здесь вообще не было. — Женщина хмыкнула и серьезно продолжила: — Он должен был понимать, какие могут быть последствия, когда соглашался. Я ни к чему его не принуждала.

— Тогда… давайте спросим у него, — сказала я и попятилась к подсобке, отчего-то боясь выпускать Женщину из виду.

Я дернула ручку, но дверь оказалась заперта изнутри. Не знала, что в подсобках вообще предусмотрен замок…

— Мисс Уэйланд, — сказала миссис Мосс, как бы напоминая, что она все еще мой преподаватель. — Мне кажется, вы слегка заигрались в спасателя. Подумайте об этом и, если у вас останутся вопросы, можете подойти после занятия.

Миссис Мосс кивнула то ли мне, то ли собственным мыслям и покинула павильон.

Я тут же забарабанила в дверь подсобки, но мистер Карвер не открывал. Наверное, своим вмешательством я поставила его в неловкое положение... Он выглядел напуганным, когда увидел меня. Наверняка не хотел, чтобы кто-то знал о его договоре.

Постояв еще немного, я прислушалась к тишине за дверью и решила, что лучше будет просто уйти.

Сирх… Зачем только пыталась помочь?

Глава 23

5 октября, суббота

Шер все утро пялилась в переписку с Маркусом. Завалила его десятком: «все в порядке?», «где ты?» и «я переживаю», но ответа не было.

Пока мы шли к остановке, я придерживала ворот пальто, чтобы хоть как-то укрыться от холодного ветра, и подумывала о том, что нужно будет купить шарф потеплее. Шер молчала, а я не знала, что сказать или спросить, чтобы выдернуть ее из раздумий. Пару раз пыталась, но она лишь бессвязно мычала и опять отвлекалась на телефон. Даже ничего не сказала о моем вчерашнем позорном побеге. Мне казалось, что это станет главной темой для обсуждения, но ей явно сейчас было не до меня.

— Доброе утро, — сказал Тоби, нагнав нас по пути к остановке.

Я опасливо глянула на него, страшась, что в груди опять произойдет нечто непредвиденное, но, к счастью, все было в порядке. Никаких лишних мыслей, никаких лишних чувств.

Пронесло…

— Тоби! — тут же ожила Шер, увидев его. — Тебе Маркус ответил?

Но Тоби лишь покачал головой, и Шер вновь потухла.

Пока ехали в автобусе она продолжала проверять телефон. Смахивала окно с перепиской, вновь открывала, глядя на написанное под именем Маркуса с красным сердечком — «заходил два дня назад», и снова смахивала. Но больше ничего не писала. Там и без того хватало непрочитанных.

— Дойду до его дома, — сказала Шер, когда мы вышли из автобуса. — Надеюсь он там… Вы не пойдете?

Тоби посмотрел на меня, но я только пожала плечами. Идти искать Маркуса, на самом деле, не было ни малейшего желания. Пока что я даже не представляла, сколько займет поиск нужного проклятья, и время попусту тратить совсем не хотелось. Поэтому я была благодарна, когда Тоби сказал:

— Элис хотела в библиотеку.

— А, да, конечно, — пробормотала Шер, опять открывая переписку с Маркусом. — Я справлюсь.

— Шер… — начала я.

— Не-не, все в порядке. — Она написала что-то и заблокировала телефон. — До встречи.

— Если его не будет дома — позвони, — сказал Тоби.

— Да, конечно, — отмахнулась Шер. — Все супер, не парьтесь.

Я втянула носом воздух, понимая, что она обиделась, но Шер уже развернулась и направилась к перекрестку.

— Хочешь пойти с ней? — спросил Тоби.

— Нет, — неуверенно ответила я. — Но ты можешь идти. Все-таки твой друг не отвечает и…

Тоби отвлекся на кафе через дорогу, и я замолкла, проследив за его взглядом. Там, под белым навесом с надписью «кафе д’Элер», закинув ногу на ногу и вальяжно откинувшись на спинку стула, сидела уже знакомая мне женщина с короткими, почти полностью сбритыми волосами, и смотрела точно на нас. Адрия приподняла чашку с кофе в знак приветствия и кивнула на свой столик.

Что ж, спасибо, что она хотя бы не в форме блюстителей, а то от новых вопросов Тоби мне бы долго пришлось отмахиваться.

— Я на минутку, — неожиданно сказал Тоби и пошел в сторону кафе.

Я непонимающе посмотрела на него и пошла следом.

Он что, знаком с ней?

— То-оби, давненько тебя не было, — сказала Адрия, когда я нагнала его уже около столика. Она перевела на меня взгляд и заинтересованно склонила голову набок.

— Элис, это Адрия, — сказал Тоби. — Она…

— Мы знакомы, — перебила Адрия и достала из пачки тонкую сигарету. Быстро щелкнула зажигалкой.

Тоби глянул на меня. Адрия картинно отвела сигарету от лица, отпила кофе, и кивнула на стул.

— Что-то будете заказывать? — спросила она.

— Мы… пойдем, наверно, — сказал Тоби непривычно растерянно.

— Присядь, — почти приказным тоном сказала Адрия.

Тоби несколько секунд колебался. Перевел взгляд на меня, на одинокий стул перед Адрией, снова на меня и решительно похитил стул от соседнего столика. Придвинул мне и, наконец, сел. Я тоже села, хотя предпочла бы куда-нибудь скрыться. Надеюсь, Адрия не собирается рассказывать ему обо мне и… Откуда они вообще знают друг друга?

— Как Джейден? — спросила Адрия, стряхнув пепел с сигареты на землю в мою сторону. Кроссовок пришлось быстро одернуть, чтобы догоравшие частицы не прожгли его.

— В порядке, — сказал Тоби бросив на меня еще один напряженный взгляд.

— В порядке… — повторила Адрия и задумалась. — Мне казалось, последнее время он не в духе.

— Джейден разве не всегда не в духе? — зачем-то сболтнула я и тут же замолкла.

Но Адрию, кажется, это заинтересовало. Она перевела все внимание на меня. Оперлась локтями на стол и затянулась сигаретой.

— А поподробнее?

Я растерялась, не понимая, что она хочет услышать.

— Эм… Он постоянно препирается и грубит, — неуверенно пробормотала я.

— Продолжай, — сказала Адрия.

— Говорит всякие колкости… Ворчит и раздражается по любому поводу. И вообще ведет себя как недовольный подросток, озлобленный на весь мир.

Адрия усмехнулась, и дым вывалился у нее изо рта. Она двинула рукой с сигаретой, поднося ее к губам, но так и не затянулась. С улыбкой повернулась к Тоби и прищурилась.

— Ваши показания не сходятся.

— У них… — Он замолк на какое-то время, подбирая слова. — Сложные отношения.

— Будто с другими он ведет себя иначе, — возмутилась я.

— Да, — сказал Тоби. — Со мной, по крайней мере.

Адрия хохотнула и покачала головой.

— Вполне логично. — Она затушила сигарету в пепельнице и с легким хлопком сомкнула руки в замок, подавшись вперед. — Так что там с Маркусом?

— Ничего нового. Весь в проблемах отца и… — Тоби запнулся и повторил: — Ничего нового.

Адрия покивала.

— Ладно, не буду вас задерживать, развлекайтесь. — Допив остатки кофе, она поднялась. Задвинула стул и уже собиралась уйти, но в последний момент добавила: — А, Элис, жду тебя в четыре.

И, улыбнувшись так, словно намеренно сотворила пакость, направилась к пешеходному переходу.

Ну вот и зачем она это сказала…

Пока мы шли к Л’Эшаль я чувствовала в молчании Тоби отчаянное желание завалить меня вопросами. И в этом желании мы сходились. Но я все равно упорно продолжала молчать. Потому что понимала: если спрошу об их разговоре, должна буду сказать и о нашей с Адрией встрече, иначе он вряд ли станет рассказывать. Возможно, Тоби не спрашивал меня по тем же соображениям…

Тишина была вязкая и напряженная. Такая же, как в прошлый раз, когда он собирался спросить про мистера Барри. И я даже никак не могла прервать ее. Банально не знала — что сказать. Про тела мистер Барри просил не рассказывать. Хоть этого и не было в договоре, но рисковать не хотелось, особенно после моего промаха.

Ребра неприятно кольнуло, и я поежилась. Как же меня достал этот знак!

— Так у вас… сегодня встреча? — все-таки спросил Тоби. И я бы даже порадовалась нарушенной тишине, если бы усиленно не пыталась придумать, что мне ответить.

— Да, — только и сказала я.

И опять тишина. Лишь наши шаги, да шум улицы, разговоры прохожих.

— Элис, — сказал Тоби и резко остановился.

Может просто пройти дальше? Сделать вид, что не заметила? Нет, так неправильно, так нельзя. Получится совсем некрасиво… А мне почему-то не хотелось его расстраивать.

Прохожие были явно не рады, что мы застыли посреди дороги, но разраставшаяся внутри тревога перетягивала все внимание на себя и мне уже становилось плевать на других.

— Ты мне не доверяешь? — серьезно спросил Тоби, глядя мне в глаза.

Я сжала губы и отвела взгляд.

Не доверяю. Или доверяю? Может и доверяю, но что с того? Расскажу про помощь блюстителям, — спросит: «какую?». Расскажу про тела — знак будет жечься. Расскажу, что вижу лица убитых, — придется рассказать — почему. Потому что у убийцы моя магия, Тоби! Потому что я — ниим, ясно? Или может ты уже знаешь?Может Джейдену сказала Адрия, а он сказал тебе? Или может тебе сама Адрия рассказала? И вообще…

— А у тебя что за дела с Адрией? — спросила я опять слишком грубо. Куда грубее, чем хотела.

Тоби прикрыл глаза, наверняка разочарованный тем, что я фактически подтвердила, что не доверяю ему. Вечно я всех разочаровываю. Но даже если б и хотела, я все равно не могла рассказать ему правду. А я, возможно, уже действительно хотела бы…

— Ничего особенного… Просто периодически видимся, — сказал Тоби и пошел дальше. А потом глянул на меня и с улыбкой, как бы невзначай, обронил: — Интересуется жизнью брата.

— Брата?.. — я зажмурилась, наконец осознав, к чему были те вопросы. — Джейдена?! Сирх… Ты не мог сразу сказать?

— Да она и сама от него не в восторге.

Ну почему? Почему я сама не догадалась?

На входе в библиотеку Л’Эшаль привычно стояли аллиродетекторы. Пройдя через них, мы оказались в огромном трехэтажном пространстве с высоким потолком и сотнями стеллажей, уставленных книгами. Я восторженно озиралась, впервые оказавшись в подобном месте. Здесь все отличалось от пропахшей сыростью и унынием городской; и достаточно уютной, но совершенно непримечательной библиотеки академии. Современно обставленная, со множеством зелени и ярких ламп, с огромными — во всю стену — окнами, (и даже мягкими диванчиками!) библиотека так и манила остаться в ней. Прихватить все свои вещи и переехать. Так что, если меня выкинут из академии, попробую обосноваться здесь. Вдруг удастся затеряться между рядов и прожить пару лет, а там, глядишь, персонал ко мне попривыкнет, да и примет в свои ряды…

Тоби уже о чем-то беседовал с девушкой за большим островком с компьютерами. Он глянул на меня и кивнул, очевидно намекая, что пора просить нужные книги. Так что я протянула девушке листок с аккуратно написанным списком.

— Проходите к семьдесят шестому столу, — сказала она, пробежавшись по строкам, и скрылась за стеллажами.

Одна я бы точно запуталась в нумерации и еще долго искала нужное место, но Тоби явно знал, куда идти.

— Так просто, — пробормотала я, опустившись на стул, и пролистала блокнот до страницы с узором проклятья. Вчера я перерисовала его, отделив свежие линии от потускневших, чтобы проще было искать, и теперь вся страница пестрила рисунками. — А на сайте писали, что книги выдают только студентам…

— Не только студентам, — вяло сказал Тоби, садясь напротив. — Нужна читательская карта.

— И ее можно просто так получить? — спросила я, попутно обводя контуры узоров.

Тоби не отвечал. Краем глаза я видела, как он следил за моими движениями, подперев голову рукой и спрятав рот где-то в ладони. Но стоило мне посмотреть на него, как он тут же отвел взгляд.

— Не просто так, — сказал Тоби все так же неохотно. — Если ты не учишься в Л’Эшаль нужно подтвердить, что проект, над которым ты работаешь, действительно важен.

— М-м, — протянула я. — И над каким проектом ты работаешь?

Ответа не последовало, хотя я уверена, что Тоби слышал вопрос. И теперь явно делал вид, что очень заинтересован наблюдением за одним из сотрудников библиотеки, который магией расставлял книги на полку.

— А, точно, забыла, — усмехнулась я, продолжая обводить рисунки. — Простите, мистер Хоффман.

— Элис… — вздохнул Тоби, и я подняла голову, чтобы встретиться с его серьезным взглядом. — Можешь не называть меня так?

Я пару раз непонимающе моргнула.

— Тебе же… вроде, нравилось.

— Нравилось, — сказал он. — Но не с такой интонацией.

На этот раз уже я сделала вид, что наблюдаю за тем же сотрудником. Смотрела, как книги поднимались вверх и плавно вставали на полку, а он лишь контролировал их, направляя рукой. Как же… завидно.

И обидно.

И Тоби вон, видимо, тоже обиделся. Возможно, стоило извиниться, он ведь мне помогает, а я, как обычно, только грублю. Но как же раздражает, что ему все можно! А мне все нельзя. Тотальная несправедливость. Если б только можно было это уравнять... Баланс. Вот чего не хватает этому миру. Одинаковых прав, одинаковых возможностей, одинаковой магии. Чтобы никто не был обделен. Чтобы ниимов не ущемляли. Чтобы управленцы, иллюзионисты и маги познания (этих лучше иначе не называть, а то надменно вскинут голову и добавят вас в свой личный список неугодных) не мнили себя лучше тех, кто без специализации. Чтобы таким как Тоби не давали карточку в библиотеку просто так, в то время как другим нужно постараться, чтобы заслужить ее. И чтобы все наконец перестали презирать ниимов лишь потому, что они потомки Эраза!

Тележка подкатилась к нашему столу, и книги плавно опустились передо мной, отвлекая от прежних мыслей.

Пока я листала страницы, попутно сдувая и заправляя за ухо спадавшую челку, никак не могла отделаться от ощущения, что Тоби следит за каждым моим движением. Сначала я не хотела обращать на это внимание, но в итоге не выдержала.

— Что? — спросила я, оторвавшись от страниц.

Опять прозвучало слишком грубо…

— Тебе помочь?

Я пожевала губу, сомневаясь, но все-таки продвинула блокнот на центр стола. Лишняя помощь сейчас действительно не помешает, а то придется сидеть до вечера.

— Нужно найти проклятье с таким рисунком.

— По какому это предмету? — спросил Тоби, даже не глянув туда.

— Допзадание от мистера Барри, — сказала я, игнорируя теплевший знак.

— А в нашей библиотеке нет?

— Нет, я все обыскала.

— И как он хотел, чтобы ты взяла книги без читательской карты?

Ответа у меня не было. Не говорить же теперь, что я соврала.

— Наверно, он об этом не подумал…

Тоби провел пальцами по корешкам, выцепил одну из книг и, открыв оглавление, пробежался по строкам.

— Не думаешь, что он решил просто поиздеваться над тобой?

— М? А, нет, все нормально, — пробормотала я, перелистывая страницы.

— Элис, — сказал Тоби. И его серьезный тон заставил меня вновь посмотреть на него. — Нет, это совершенно не нормально. Он дает тебе задание, которое ты заведомо не сможешь выполнить. Я помню, в каком состоянии ты выходила из его кабинета… — Он замолк и, взяв другую книгу, тихо спросил: — Что ты будешь делать, если у тебя не получится?

Я покачала головой, но Тоби вряд ли это увидел, сверяясь с оглавлением. Он говорил про выдуманное мной задание, но насколько же хорошо его слова ложились на реальную ситуацию. Был ли у меня вообще шанс на успех? Возможно ли вытащить из Джейдена информацию, которая нужна мистеру Барри, даже не зная, что именно он хочет получить? Я так легко согласилась... Но что, если он изначально был уверен в моем провале?

Нет-нет, он не мог! Он поставил на кон свою жизнь, рисковал, проводя ритуал, значит должен был верить, что у меня получится. Иначе… зачем?

Но главное, — я действительно не знала, что буду делать, если у меня не получится. Уйду из академии, да. Вроде логично. Буду искать работу без договора. Скрывать уродливый знак, который разрастется на ребрах. Жить на остатки маминых денег, а потом и вовсе без них, потому что на работе наверняка будут очень мало платить. Брошу квартиру, потому что не смогу больше оплачивать счета и пойду к другим ниимам? Или отправлюсь в ЦИОРМ, — подтвердить, что у меня нет магии? Если поверят, что потеряла ее недавно, — возможно, смогу стать прислугой у каких-нибудь богачей; если нет — отправлюсь в тюрьму. Чудесные перспективы…

Нет, я должна справиться. Я справлюсь. Чего бы мне это ни стоило.

— Почему тебя это так беспокоит? — спросила я, глядя в текст и стараясь звучать совсем не заинтересованно.

Тоби отложил книгу и взял следующую.

— Я уже говорил, что переживаю за тебя.

— Нет. Я про другое. — Жжение на ребрах становилось сильнее. Я знала, что хочу спросить. И знак тоже знал. — Что не так с мистером Барри?

Тоби листал страницы, хмуря брови и медлил с ответом. Я уже успела просмотреть до конца одну из книг, и, так ничего и не найдя, перейти к другой, когда он наконец сказал:

— Мистер Барри тогда не только моего брата завалил на экзамене. Четверть курса, не меньше, остались учиться на все лето, чтобы сдать ритуалы и… Не все справлялись.

Страницы больше не шелестели, Тоби молчал, глядя на открытый разворот. Я выжидающе смотрела на него, но он, очевидно, не хотел продолжать.

— Камилла, да? — спросила я. — Что с ней случилось?

Тоби развернул книгу и придвинул ко мне.

— Это?

Я застыла, глядя на нужный рисунок. Под ним была лишь короткая приписка:

«Меры пресечения.

Селлори — используется с целью временно ограничить возможность передвижения личности, сузив область до определенного, заранее заданного расстояния от места проведения ритуала. В народе — проклятье «тюрьмы».

Ниже под сноской значилось: «Подробнее в Справочнике Нелегитимных ПроклятийФ. Риора».

Сирх…Я сфотографировала страницу. Один из рисунков точно совпадал с проклятьем «тюрьмы». Это бы многое объяснило. И то, почему Джейден все еще в академии и то, почему не ездит в город.

Я пролистала еще несколько страниц и посмотрела на обложку — просто сборник проклятий. Здесь нет ни техник нанесения, ни последовательности черт, ни подробной информации. Лишь краткие справки и ссылки на другие источники.

Найти бы этот справочник Риора. Я бы точно добавила его в список, если бы увидела такое название на сайте библиотеке. Но я отсмотрела все книги по проклятьям, а значит, его там попросту не было. И что-то мне подсказывало, что не просто так…

Ладно, если в этой книге нашелся один из рисунков, скорее всего здесь должен быть и другой.

Я открыла оглавление, пробежалась глазами по названиям, пытаясь прикинуть, что еще могло подойти. Порчи, сглазы, — точно не то, слишком мелко. В самом конце списка значилось: «Засекречено». И вот это уже смахивало на правду.

Пролистав до нужной страницы, я стала сверять рисунки проклятий. Ни названий, ни описаний. Только узоры и номера со ссылкой на справочник Риора под сносками. Засекретили так засекретили…

Через страниц десять я наконец нашла его. Проклятье Джейдена скрывалось в списке под номером восемь. Теперь мне точно нужен справочник Риора, чтобы узнать подробности!

Взяв книгу, я поднялась из-за стола и направилась к девушке. Она прочитала название, вписала в компьютер. Долго смотрела, но в итоге лишь покачала головой.

— Нет, к сожалению, не смогу вам ее выдать.

— А ему? — спросила я, кивнув на подошедшего Тоби.

Девушка перевела на него взгляд и вновь покачала головой.

— Она уже несколько лет в хранилище, туда доступ только по специальным пропускам. Даже вам, мистер Хоффман, я не могу одобрить…

— Разве нет электронного варианта? — вмешался Тоби.

— Да, но… нужно делать запрос.

— Тогда давайте сделаем запрос, — сказал Тоби.

— Боюсь, что… вашего статуса не хватит. Нужна как минимум научная степень или…

Какие сложности.

Дослушивать я не стала, и, вздохнув, вернулась к столу. Скидала вещи в сумку, еще раз глянула на книгу, пытаясь прикинуть, каким могло оказаться второе проклятье Джейдена, если оно засекречено. Хотя, казалось бы, что могло быть страшнее и секретнее проклятья «тюрьмы»?

До четырех оставалась еще пара часов, и я не представляла, чем занять себя на это время. Поэтому просто шла рядом с Тоби по парку. После библиотеки между нами чувствовалось неприятное напряжение, и я не знала, как это исправить. Тоби, видимо, думал о том же…

— Если я расскажу тебе про Камиллу, ты расскажешь мне что-то в ответ? — спросил он, и я отчетливо слышала, что это предложение ему и самому не особо нравилось.

— И что ты хочешь, чтобы я рассказала?

— Все, что сможешь…

— Ну, могу рассказать легенду об основателях, — усмехнулась я. — Или основы зелий. Выбирай, что больше нравится.

Тоби отчаянно вздохнул.

— Элис… Я не смогу помочь тебе, если ты не расскажешь.

— Да с чего ты вообще взял, что мне нужна помощь? — возмутилась я и получила от Тоби растерянный взгляд.

— А она тебе не нужна?

Нужна. Нужна. Очень нужна. Но я ничего тебе не расскажу, Тоби. Поэтому просто прекрати пытаться. Разочаруйся, как разочаровывались все до тебя и забудь обо мне. А я сама справлюсь. Всегда справлялась, справлюсь и теперь. Одна.

— Ты куда? — спросила я, когда Тоби неожиданно свернул от сквера к белым домам.

— Отправлять запрос.

— Что? Какой запрос? — не сразу поняла я, нагоняя его. — Но тебе же сказали…

— Отправлю с папиного компьютера.

— Ты… — У меня даже сумка с плеча соскользнула и едва не свалилась на землю. Он с ума сошел?! — Тоби, это не так уж важно! Не нужно подставлять себя.

— Я и не подставляю. Ничего не случится, — сказал он и глянул на меня. — Раз уж мистер Барри дает тебе такие задания, пусть подавится.

Что ж, отлично. Я только что подставила мистера Барри. Но и признаться в том, что солгала, теперь уже не могла. Оставалось лишь надеяться, что Генри Хоффман действительно не рассердится из-за того, что сын воспользуется его почтой.

Глава 24

В прошлый раз после взрыва на фестивале я и не заметила на двери дома Тоби золотую украшенную завитками букву «Х».

Без комментариев…

Стоило нам оказаться внутри, как в прихожую выпорхнула светлая миниатюрная девушка, и с возгласом: «Арчи, смотри, кто вернулся», едва ли не бросилась Тоби на шею.

Я так и осталась стоять в дверях, не понимая, куда себя деть. Арчи вынесся в коридор и завертелся вокруг Тоби, весело лая и виляя хвостом. Прыгал на его ноги, цепляя когтями ткань брюк, пока Тоби не склонился и не потрепал его уши.

— Дома никого? — спросил он.

— Зари́н у подруги, — сказала девушка, заправив за ухо выбившуюся из ровного каре прядку. — Остальные в Л’Эшаль.

— Тогда буду в кабинете.

Тоби свернул к лестнице, и Арчи тут же помчался за ним следом. Девушка проводила их взглядом, продолжая лучезарно улыбаться.

И только когда она повернулась ко мне, я разглядела на ее шее, — чуть выше ямочки, где сходились ключицы, — татуировку с буквой «Х». Такой же, как была на двери…

Меня передернуло. Вся создавшаяся только что идиллия треснула.

Девушка — ниим. И принадлежит семье Хоффман.

— Здравствуй, — сказала она, приложив руку к груди. — Я — Дина, помощница Селены Хоффман.

«Не помощница, а прислуга», — мысленно поправила я. Только странно, что не кланяется, общается на равных. Не может ведь знать, что я тоже ниим… Да и с Тоби общалась без должных формальностей.

Не понимая, как быть, я кивнула:

— Элис.

— Очень приятно, — сказала она, не прекращая улыбаться. — Идем, покажу тебе, где можно разместиться.

Я бы и тут постояла, но Дина прошла по коридору, и я все-таки последовала за ней в уже знакомую комнату.

— Здесь гостиная, там кухня. — Она указала на соседнюю дверь и повернулась ко мне. — Чай или кофе хочешь? Могу показать, где можно сделать.

Сделать?! Она точно ниим? Это совсем не похоже на те истории, что я слышала…

— Не хочу, — только и пробормотала я.

— Можешь располагаться, где удобно. Чувствуй себя как дома.

Дина упорхнула в коридор. Донеслись ее легкие, но быстрые шаги по лестнице.

Чувствовать себя как дома здесь вряд ли получится…

Оглядев гостиную, я села на диван. Белые лилии так и стояли в вазе возле пианино, странно, что не завяли. Или их уже заменили на новые? Не зная, чем себя занять, я вытащила из сумки блокнот и, пролистав до последнего разворота, еще раз глянула на рисунки проклятья. На соседней странице нарисованные Тоби клетки намекали, что нужно спросить у него и об этом.

— Мы пойдем прогуляться. Не заскучаешь? — Дина возникла в дверях, держа на руках Арчи. Он ловил ее волосы и терся носом о шею как раз в районе пресловутой татуировки. — Если что, Тоби в кабинете на втором этаже. — Она вытянула руку и изобразила маршрут. — Вперед по коридору, третья дверь справа.

И только когда они ушли, оставив меня в тишине, я осознала, что все это время в гостиной была не одна.

На верхней крышке пианино лежал толстый кот и смотрел на меня. От такого внимания вдруг стало некомфортно, и я пересела на соседнее кресло, но кот проводил меня взглядом, продолжая разглядывать. Хмыкнув, я вооружилась карандашом, нашла пустое место в блокноте (пора все-таки распаковать новый!) и принялась рисовать кота, глядевшего на меня все с тем же невозмутимым видом.

Он продолжал пялиться даже когда рисунок был готов. И если бы изначально он не проследил за мной взглядом, я и вовсе подумала бы, что он ненастоящий. Убрав блокнот, я подошла к пианино. Кот не сдвинулся с места.

Я аккуратно подняла крышку, — не ту на которой лежал кот (его уж точно лучше не беспокоить), а ту, что скрывала клавиши. И медленно надавила на одну из них. Звук разнесся по комнате, отразился от стен, громким эхо уносясь дальше и дальше, и я тут же закрыла крышку. Кот неодобрительно моргнул.

— Так и будешь на меня пялиться? — шепнула я.

Ноль эмоций.

Я вздохнула и решила подняться к Тоби. Он, в отличие от кота, хотя бы мог ответить.

Ступени не скрипели, а мягкие коврики заглушали шаги, но я все равно старалась ступать медленно. И чем выше поднималась, тем лучше мне становилось. То ли, потому что я скрылась от внимательного взгляда кота, то ли, потому что хотела поскорее оказаться рядом с Тоби.

В смысле, поскорее оказаться не одна. Неважно с кем именно. Я не то имела в виду.

По приоткрытой двери я сразу поняла, куда мне идти, хоть и забыла маршрут, продиктованный Диной. Оперлась рукой на косяк и заглянула в комнату, откуда доносилось щелканье клавиш.

Тоби сидел за ноутбуком в дальнем углу. Свет из окна путался в его волосах, скользил по светлым ресницам. А я так и стояла у двери, завороженно наблюдая, как его пальцы быстро стучали по клавишам; останавливались, зависая над ними, тянулись к кнопке, чтобы стереть написанное и вновь набрать уже новый текст. С таким сосредоточенным видом, как и всегда за своими книжками, он поднес правую руку к лицу, едва касаясь губ костяшкой пальца, и нахмурился, глядя в экран. Солнечный блик, отразившись от его часов, упал мне на лицо, заставив моргнуть, и я опомнилась. Отшагнула назад, решив все-таки не мешать.

— Еще пару минут, — сказал Тоби, не отвлекаясь от ноутбука.

Мог бы сразу сказать, что заметил меня. Или ему польстило, что я просто стояла и пялилась? Но возмущаться сейчас было бы совсем не уместно.

— А твой отец…

— Все в порядке, — сказал Тоби. — Почту проверяет Дина. Я ее предупредил.

— И отец ничего не скажет? — спросила я, не веря в этот странный план. — Вдруг он случайно увидит или…

Тоби поднял голову и его губы дрогнули. Он явно собирался сказать что-то, но перевел взгляд обратно в экран и только сухо произнес:

— Не увидит.

План казался совсем простым. Написать запрос с почты самого Генри Хоффмана, — конечно, кто ж ему откажет? И, возможно, именно это меня и пугало. То, как Тоби легко найти решение любой проблемы и воплотить это в реальность. Не жизнь, а сказка. Никаких тебе трудностей. А если какие и появятся, — все можно решить: деньгами, статусом, фамилией, или еще миллионом способов. Наверняка и полезные связи прилагаются. А если ты один, совсем один в этом огромном и враждебном мире, где тебе даже не к кому обратиться, или ты просто не можешь попросить хоть кого-то о помощи, потому что страх сковывает тебя и лишает возможности говорить, точно обрубая голосовые связки, — ты просто ничегошеньки не можешь сделать. Ты — ниим. Никто.

И теперь, стоя здесь, и осознавая, что Тоби действительно пытается помочь… Нет, не пытается, а в самом деле помогает. Мне! Пусть и по такой мелочи (серьезно, плевала я на это проклятье), и возможно даже в какой-то степени подставляет себя. Мне стало невероятно стыдно оттого, что я обманула его. И не раз. Кажется, я вообще очень сильно завралась. Настолько, что скорее всего уже и не вспомню всей своей лжи, а если попытаюсь, то точно запутаюсь.

Как же отвратительно… Какая же я отвратительная!

Внутри уже разгорался пожар, слова лезли наружу, мне так хотелось признаться, что я не заслужила его доброты, что я обманула его, что соврала, что он зря мне помогает, и вообще зря связался с такой как я. И я почти уже собралась сказать, но горло сдавило. Тот самый страх обвился змеей вокруг моей шеи, и я могла лишь приглушенно дышать, не произнося ни слова. Потому что представляла, как он отреагирует, скажи я правду. Как изменится его отношение ко мне, как он разочаруется, отречется, пожалеет о том, что хотел общаться, не обращая внимания на то, сколько раз я отталкивала его. Отталкивала, потому что это все слишком странно, слишком приятно и некомфортно одновременно.

И так не должно быть. Не должен никто тянуться ко мне, не должен проявлять ту заботу и помощь, что он предлагает. Я не заслужила этого. Нужно сказать ему, нужно признаться, пусть отвернется и больше не смотрит на меня, и больше не говорит мне приятных слов, и больше не предлагает помочь. Но…

Так страшно.

Что, если все это действительно закончится?

И я молчала, пока эти мерзкие чувства вертелись внутри, почему-то гранича с приятным теплом и дрожью.

А когда он поднялся, выключил ноутбук и улыбнулся, подходя ко мне, я смогла выдавить лишь тихое: «спасибо», и надеяться, что мой рот изогнулся в чем-то хоть отдаленно напоминавшем улыбку, потому что челюсти аж сводило, а правый уголок губ подергивался.

Но он не заметил. Или сделал вид, что не замечает.

— Рассматривать заявку будут в течение недели, — сказал Тоби, остановившись передо мной в проходе. — Во сколько у тебя встреча с Адрией?

— В четыре, — глухо ответила я.

Тоби поднял руку и глянул на часы.

— Тогда у нас еще пара часов.

У нас… Боги, я должна ему все рассказать.

Я мотнула головой и развернулась, пошла к лестнице.

Нельзя. Нельзя. Нельзя.

Не могу я ничего рассказать. Лучше отдалиться, исчезнуть, сбежать. Пока не стало слишком поздно. Пока я не…

— Ты не голодная? — спросил Тоби.

Понятия не имею.

— Думаю, Дина приготовила что-то на обед, — продолжил он. И от звука ее имени все тут же схлынуло, сменяясь совсем другим, совершенно неприятным чувством. — Или можем зайти…

Я замерла на ступеньках и резко обернулась, отчего Тоби, шедший позади, едва не врезался в меня.

— Это часть ее договора, да? Быть такой дружелюбной, делать вид, что рада тебя видеть и прочее.

Тоби отшагнул назад, растерявшись. Запнулся о ступеньку, и схватился за перила.

— Дого… Что? — он помотал головой. — Нет, конечно!

— Почему тогда она была так рада?

Его губы расползлись в улыбке. Он смотрел с нескрываемым удивлением.

— Может, потому что действительно была рада? — Тоби обошел меня и направился вниз по лестнице. — Не знаю, можешь спросить у нее, когда вернется.

Странно, очень странно. Не может такого быть.

— Она ниим? — спросила я, нагоняя его в коридоре.

— Да. Но у нее нет договора. По крайней мере того, который ты подразумеваешь.

— А татуировка? — настаивала я, следуя за ним в гостиную.

Кот все еще лежал на крышке пианино и Тоби остановился возле него, чтобы почесать за ушком. Тот замурчал, но не сводил с меня глаз. Смотрел как-то презрительно и с недоверием щурился.

— Татуировка нужна для ее безопасности. Она сама предложила этот вариант, после одного… инцидента. А теперь никто не сможет усомниться, что она зарегистрированный ниим.

Ниим. Не прислуга, а помощница. Без договора. С татуировкой для безопасности… Он что, пудрит мне мозг?

— Так не должно быть.

Теперь помимо кота на меня уставился еще и Тоби. Две пары внимательных глаз, от которых хотелось сбежать.

— А как должно быть?

Я помотала головой. Не знаю я как должно быть. Все, что я слышала от других ниимов, все те ужасы, что они рассказывали, все то, во что я верила, все то, что видела — ломалось и трескалось. Как должно быть? Понятия не имею!

— Тебе не нравится, когда с ниимами поступают несправедливо, но при этом ты недовольна и тем, что кто-то ведет себя иначе? — Тоби опустил руку и кот с недовольством глянул на него. — Дина помогает по дому, ей за это хорошо платят. Она ни в чем не нуждается. И общаемся мы с ней на равных.

— Так… не бывает, — зачем-то продолжала упорствовать я. У меня в голове не укладывалось, что такое возможно. Он явно пытался обмануть меня, зная, что я переживаю из-за ниимов. Наверняка, просто хотел выглядеть лучше в моих глазах.

— Если тебе кажется, что все вокруг ненавидят ниимов, это не значит, что так и есть, — совершенно спокойно говорил Тоби, пока у меня внутри все кипело. — Просто, возможно, тебе попадались такие люди или… Ты часто интересовалась чьим-то отношением к ним?

Все не так. Все совсем не так. Все иначе.

— Все считают ниимов мусором…

— Действительно все? — спросил Тоби. — Какой процент опрошенных?

Я задохнулась возмущением.

— Да ты посмотри вокруг! Ниимы живут на улице или в ужасе прячутся в подвалах, потому что боятся оказаться в ЦИОРМе. Потому что там их либо отдадут в рабство, либо посадят в тюрьму, либо и вовсе убьют, пытаясь вернуть магию.

— Элис.

— Что?!

— Мне жаль, что ты видела подобное, но это не значит, что все обстоит именно так.

— А как по-твоему?! Ты видел Хоуп, видел, что с ней стало. И почему? Потому что ей некуда деться, потому что она не может…

— Если бы она обратилась в ЦИОРМ…

— Ее мать там умерла! Я убила ее, ясно? Я! Я провела тот ритуал, который… — Я замолкла, чувствуя, как колотится сердце, как жар охватил лицо, раскалив щеки. Я покачала головой и заговорила тише, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. — Это все из-за меня, понимаешь? Я виновата перед ней и теперь должна что-то сделать. Как-то помочь ей, но не понимаю как, потому что…

— Элис, — перебил меня Тоби и посмотрел мне в глаза. — Ты не виновата.

— Нет, я…

— Но ты не виновата, — повторил Тоби.

Я замотала головой и отшагнула. В носу щипало, глаза жгло.

— Ты меня вообще слушал?!

— Слушал.

— Нет, не слушал. — Еще шаг назад. — Мне нужно идти. И не вздумай преследовать меня!

Я развернулась и устремилась к выходу. Меня колотило, разрывало на части, мне нужно было выйти, сбежать, убраться подальше, лишь бы больше не находиться рядом с ним. Дверь распахнулась и Арчи бросился ко мне, виляя хвостом, прыгал и вертелся вокруг. Дина лучезарно улыбалась, что-то говоря ему, но я не слышала. Вывернулась, выскользнула, вынырнула за дверь.

Не нужно меня утешать. Не нужно мне помогать. Не нужно пытаться доказать мне что-то.

Я сама разберусь.

***

Когда я оказалась в Гамбле, у меня оставалось чуть больше часа до встречи с Адрией. Поэтому я прошлась по знакомым местам. Свернула между домов, даже не глянув на стенд с улыбавшимся Генри Неважно-как-его-там, о сыне которого лучше сейчас не думать. Нырнула в подъезд и застыла, глядя на пустоту вместо привычной панели. Аккуратно заглянула внутрь, но в помещении было темно и тихо. Точно, их ведь выследили. Логично, что они здесь больше не появятся. Но где тогда найти Хоуп?

Я обследовала еще пару возможных мест, но везде — пусто. Вариантов не оставалось. Быстро набрав заученный наизусть номер, который опасно хранить в телефоне, я дождалась пока пройдут гудки. Тот самый план, которым Хоуп не воспользовалась в прошлый раз, но, возможно, решилась теперь?

— Слушаю, — донесся из телефона хриплый голос Мэг.

— Это Элис.

— Элис?! — поразилась она и грязно выругалась. — Только не говори мне, что у тебя тоже ЧП, я не вывезу.

— А, не-ет, все нормально, — пробормотала я. — Ты не знаешь где Хоуп?

— Фух. Зашибись тогда. Она у меня. Вместе с шайкой других отбросов.

Я поежилась, и зачем-то кивнула.

— Я зайду?

Мэг молчала, пока на фоне разносились чьи-то пьяные голоса.

— Ну зайди. Только у нас эм-м… В общем, неважно. Заходи.

Желтокирпичный переулок начинался под аркой между двумя домами, сросшимися в одно неведомое архитектурное уродство. Возможно, когда-то переулок и вовсе был частью этой странной постройки, но теперь отслоился и зажил собственной жизнью, став настоящим лабиринтом и вобрав в себя самые злачные заведения. Алкоголь, азартные игры, запрещенные вещества — все было здесь, в месте, объединившем под своей прогнившей крышей бар, игорный клуб и даже дом терпимости.

Блюстители сюда не совались, зная, что здание принадлежит кому-то из членов генерального совета, и обходили это место стороной, закрывая глаза на происходящее внутри. А тот богач наверняка довольно посмеивался, выкачивая последние деньги у и без того балансирующих на грани жителей Гамбла.

Я часто бывала здесь раньше. И теперь каждый желтый кирпич под ногами напоминал мне о тех временах; пока я шла по заученному маршруту и молилась, чтобы его здесь не было.

Но он, конечно же, был. Развалился на диване с незнакомой мне девушкой на коленях и поглаживал ее оголенные бедра. Мэйсон совсем оброс, и, судя по виду, давно не следил за собой. От одного взгляда на его длинные грязные волосы и заплывшее жиром лицо меня замутило. Захотелось залить в себя пару коктейлей да покрепче, чтобы горло обожгло, чтобы стало еще хуже, чтобы уж точно стошнило.

Я отвернулась. В мигающем свете, среди стольких людей, почему я сразу увидела именно его? Я должна была искать Хоуп, а не отвлекаться, не проваливаться опять в свои мысли и проблемы, но звуки игровых автоматов и пьяный гогот мужиков за баром тянули меня вниз, наполняя живот чем-то густым и тяжелым, отчего подкашивались ноги.

— Элис! — Хоуп бросилась мне на шею и сжала в объятиях. — Элис, я так рада тебя видеть!

Я растерялась. Не знала, как быть и какое-то время просто позволяла ей обнимать меня, но потом все же неловко погладила ее по спине.

Хоуп отстранилась и расплылась в улыбке. Она выглядела куда лучше, чем в прошлую нашу встречу. Явно отъелась и в мерцании ламп сияла румянцем.

— Ты слышала про фестиваль?

— Да. — Я нахмурилась, не понимая, к чему она. — Точнее, была там.

— О-о! — Хоуп обхватила мои руки и подскочила на месте. — Ты видела? Видела?

— Я…

— Потрясно было, да? — спросила Хоуп, даже не дав мне продолжить. — Как они все испугались, как понеслись, как кричали! Они теперь нас боятся, Элис.

Я потрясенно смотрела на нее, пока она продолжала сжимать мои руки и искриться от счастья.

— Это… вы сделали?

— Да! — сказала Хоуп не скрывая восторга. — Этот Рейнар просто гений! Все придумал, все устроил. Вообще не представляю как он это делает, у него будто какие-то сверхспособности. Он то здесь, то там. Нужно что-то узнать и раз, уже все узнал!

— Хоуп, — строго сказала я.

Она замерла. Улыбка сползла, оставляя рот приоткрытым и Хоуп нахмурилась.

— Что?

— Ты обещала…

— Ну вот опять ты заладила, — сказала Хоуп, отпустив мои руки, и они безвольно повисли вдоль тела. — Как ты не понимаешь? Сейчас все наладится. Рейнар действительно знает, что делать. Он поможет нам. Только вот… — Она запнулась и вновь потянулась к моим рукам, но я спрятала их за спину. Хоуп непонимающе вглядывалась в мои глаза. — Мне нужна твоя помощь…

— Разве? В прошлый раз ты сказала…

— Прости! — Она обхватила мои плечи, прижимаясь ближе. — Прости-прости-прости. Но я не знаю, как мне быть и куда деться.

Грудь сдавливало от ее жалобного тона. Она ластилась как котенок, вымаливая прощения, умоляя о помощи, распахивала и без того большие печальные глаза. И я держалась из последних сил.

— Рейнар сказал скоро будет очень важная фаза, после которой нужно будет залечь на дно. И… Ты же предлагала пожить у тебя.

— Ты не хотела, — пробормотала я, пытаясь не выдавать никаких эмоций.

— Да… но теперь мне некуда деться. — Хоуп отстранилась, махнула рукой, обводя пространство, и жалобно продолжила: — Ты только посмотри. Здесь опасно находиться. Сюда иногда такие типы заглядывают, что страшно становится и… Элис, ты что, хочешь бросить меня здесь?

Я стояла, не зная, что ответить. В прошлый раз я без сомнений готова была отдать ей ключи, позволить жить в моей квартире. И да, мне совершенно не нравилось, что она была в этом месте, но… Почему-то я медлила.

— Мэг сказала, что вышвырнет нас через пару дней, — добавила Хоуп. — Ниимы в заведении отпугивают клиентов.

— Хоуп, я… Нет, прости, я не дам тебе ключи.

Сама не понимаю, что на меня нашло и почему я сказала это. Но мне отчаянно казалось, что я не должна соглашаться. Даже несмотря на то, что я…

Ты не виновата.

Лицо Хоуп вытянулось, рот жалобно приоткрылся, а брови сошлись, взметнувшись вверх, отчего мое сердце сжалось.

— Ты… Почему? Я же… Элис, ты… — Хоуп путалась в словах. Я точно огорчила ее, очень сильно огорчила. Расстроила. Разочаровала. Она сжала губы и, нахмурившись, замотала головой. Голос резко стал грубее, чем прежде. — Вот так, значит. Сначала лишила меня матери, а теперь и помочь отказываешься.

Я пораженно отшатнулась. Нет. Она же… Она ведь не винила меня, она…

— Я не… — начала я, но слов не было.

— Если я умру, это тоже будет на твоей совести, так и знай!

Ты не виновата.

— Хоуп…

— Уходи!

Ты не…

— Хоуп, подожди!

Рука сама потянулась к сумке и нашла там ключи, протянула ей.

— Ничего мне от тебя не нужно, — отмахнулась Хоуп.

Ты виновата. Виновата. Виновата!

— Хоуп!

Я схватила ее за руку и вложила ключи. Она сжала их и посмотрела на меня, но в ее взгляде не было ничего кроме злости.

— Это все равно не искупит твою вину, — процедила Хоуп.

Она выдернула руку и ушла. С моими ключами. Оставив меня совсем одну в баре желтокирпичного переулка, наполненного людьми.

Глава 25

— Тоби не в курсе, да? — сходу спросила Адрия, встретив меня в подвале.

— Про лица? — уточнила я и, дождавшись кивка, сказала: — Вроде, нет.

Адрия окинула меня взглядом полным сомнения, будто ожидала другого или хотя бы более развернутого ответа.

— И про твою магию, — добавила она.

— Я не говорила.

Я-то не говорила, но, возможно, он знает. Иначе к чему все эти разговоры…

— Интересные вы ребята, — прокомментировала Адрия и протянула мне планшетку с карандашом.

— А он… как-то с этим связан?

— Ой, не, — отмахнулась Адрия. — Разбирайтесь там сами. Мне проблемы с Хоффманами точно не нужны.

Она выдвинула ящик с телом, и я тут же вспомнила, что собиралась обсудить.

— Это Мирелла, — сказала я, прежде чем Адрия успела щелкнуть металлической палочкой.

— Да, Джейден сказал.

— Это что-то значит? Вы нашли какую-то связь между убитыми?

Вспышка осветила тело и мой кошмар стал медленно проявляться.

— Почти никакой. Будто ему вообще без разницы, кого убивать. Разные статусы, разное материальное положение, разные взгляды. Единственное, что их объединяет — магия познания.

— Поэтому лицо Миреллы!

— Возможно, — согласилась Адрия, не разделив моего энтузиазма. — Но это ничего нам не дает.

Я задумалась, набрасывая первые линии на листке.

— Он должен откуда-то узнавать, что у них именно магия познания… Может, у него есть доступ к базе?

— Пока рано что-то утверждать. Это все еще может быть совпадением. — сухо ответила Адрия и направилась к двери. — Проверим еще четырех, а потом уже будем решать.

— Четырех? — спросила я, обернувшись к ней. — Их разве не три осталось?

— В воскресенье еще одного доставили, — сказала она и вышла.

Когда Адрия забрала третий листок и вытащила последнее тело, перед глазами вновь мелькали лица — только что нарисованные и те, что из кошмаров. Я даже почти разобрала лицо забравшей мою магию женщины, но оно ускользнуло так же быстро как появилось, и я не успела зарисовать.

— А как так вышло, что почти никто в академии не знает о происходящем? — спросила я, лишь бы отвлечься от накатившей усталости и не проваливаться в собственные кошмары.

— Мадам д’Арлин знала. Но это было одним из условий преступника, и на втором теле нам пришлось сказать ей, что дело закрыто.

Я моргнула, отгоняя пустые лица и стерла неудачную линию.

— Зачем?

— Я уже говорила. Так его проще поймать.

— Нет, я про убийцу. Какая ему выгода оттого, что в академии не знают?

— Мне-то откуда знать? — раздраженно спросила Адрия, напомнив мне Джейдена. А потом точно одернула себя и продолжила уже спокойнее. — Это самый непонятный случай за все годы моей службы.

— И в обмен на это он не убивает никого из академии?

— Да. И… есть еще кое-что, — явно нехотя сказала она.

— Еще условие? — уточнила я, не отрываясь от рисунка. Оставалось совсем чуть-чуть.

— Тела должен находить Джейден. И делать это сразу, как только услышит сигнал аллиродетектора.

Я замерла и перевела на Адрию пораженный взгляд. Ее лицо стало размываться, и я тут же отвернулась, чтобы дорисовать наконец рисунок и поскорее уйти. Еще немного. Всего пара линий.

— Они с убийцей знакомы?

— Я тоже так сначала подумала, — сказала Адрия и усмехнулась. — Если бы твою магию не забрали, я бы в первую очередь арестовала именно тебя.

Голова начала кружиться, я дорисовала последние линии и протянула Адрии лист. Она вытянула его из моей руки.

— А я тут при чем? — спросила я, но возможно это прозвучало лишь в моей голове, потому что Адрия не обратила никакого внимания.

— Отлично. Я наберу тебя, если появятся новые жертвы, — сказала она дребезжащим голосом. Раздался щелчок и искаженное тело осветила вспышка, превращая его в уже привычную куклу. — Спасибо за помощь.

Что-то треснуло. Последняя фраза прозвучала очень знакомо, сопровождаясь странным шипением, голос исказился, будто он принадлежал и не женщине вовсе, а компьютерной программе. В ушах звенело.

Я подняла на нее взгляд. Передо мной пустые глазницы пустого лица, покрытого прозрачной вуалью. Ее нос, изогнутый в сторону, словно придавлен тканью. Рот вывернут в крике.

Я отшатнулась и попятилась. Это она. Она. Женщина из моего кошмара. Та, что украла мою магию.

— Все нормально? — спросила Она и положила руку мне на плечо.

Я вывернулась, продолжая смотреть на Нее, но теперь Ее лицо стало обычным. Нет, не может такого быть. Не может Она быть тем, кто забрал мою магию. Она блюститель, Она ищет преступника. Не может же Она… искать саму себя.

А я все пятилась и пятилась, пока не уперлась в стену. Она непонимающе смотрела на меня, а потом сделала шаг, и я сорвалась с места. Выскочила в коридор, промчалась мимо дверей в мигающем свете холодных ламп. Бежала к лифту по длинному коридору мимо сотен черных дверей. Я бежала очень быстро, но будто не сдвигалась с места, а коридор все удлинялся и удлинялся, отдаляя от меня двери лифта.

«Это сон», — билось в моей голове, но я знала, что ошибаюсь.

Обернулась, ожидая, что она бежит следом, но коридор был пуст. Лифт будто по волшебству оказался рядом со мной, хотя только что был в самом конце коридора. Я нажала на кнопку. Клацала по ней, давила и вжимала, будто могла заставить лифт спускаться быстрее. Наконец что-то звякнуло, двери разъехались, и я оказалась внутри. Ткнула на кнопку первого этажа, и принялась спешно жать другую, для закрытия дверей, но они не собирались поддаваться. Вдалеке Она выглянула из комнаты, прижимая телефон к уху плечом, посмотрела на меня, но ничего не сказала.

Двери наконец подчинились и медленно закрылись, скрывая и Ее, и злосчастный подвал.

Я не знала, как очутилась на улице, не знала, откуда там взялся Тоби, не знала, что мне теперь делать. Кому сказать? Куда бежать? Она украла мою магию, но кому я могла рассказать, не раскрыв себя? И чего я только удивилась, что Она знала, что я ниим? Конечно, Она знала, ведь сама сделала меня им, украв мою магию. И, конечно же, у нее есть доступ к базе! Я должна рассказать хоть кому-то. Может, Джейдену? Другим блюстителям? И сразу раскрыть себя? Нет, нужен кто-то другой, кто-то, кто знает обо всей ситуации, кто-то, кто… Мистер Барри? Он знает и о телах, и о моей магии. Что, если он сможет помочь?

— Элис, что случилось?

Я обернулась и уставилась на Тоби.

Скажи ему, скажи ему, скажи ему.

— Ничего. — Я мотнула головой. — Все в порядке.

Нет, наверно, мне просто показалось. Я слишком долго смотрела на пустые лица, слишком долго контактировала с магией убийцы, с моей магией, вот кошмары и полезли наружу. Это нормально, так бывает. Возможно, это и не то лицо, оно давно не снилось мне, я могла перепутать.

— Я же вижу, что не в порядке, — донесся голос Тоби, шедшего рядом. Сколько мы уже прошли? Где мы вообще? Я даже не заметила, как оказалась в другой части города.

Он коснулся моего плеча, и я дернулась, вспомнив прикосновение Адрии. Адрии, которая, возможно, украла мою магию. Адрии, которая, возможно, убийца. Адрии, которая… сестра Джейдена. Странные условия убийцы, что тела будет забирать Джейден… Что если Адрия вздумала сыграть в игру с собственным братом?

Рука Тоби скользнула вниз по ткани моего плаща, и он потянул меня за рукав, останавливая.

— Хватит меня трогать! — выкрикнула я, выдергивая рукав из его пальцев.

Тоби замер напротив и, не сводя с меня глаз, указал себе за спину. Я посмотрела туда.

Канцелярский магазин.

— Ты хотела вернуть мне тетрадь, — напомнил он.

— Чт… — Мой рот распахнулся в изумлении. — Серьезно?! Ты сказал, я могу не возвращать!

Тоби пожал плечами.

— Тетради имеют свойство заканчиваться.

Я грозно зыркнула на него и направилась в магазин. Тоже мне. Сначала сказал не возвращать, теперь вернуть. Вот так и доверяй людям.

Пройдя мимо стеллажей и оказавшись возле полок с тетрадями, я остановилась и скрестила руки на груди, повернувшись к Тоби.

— Выбирай.

— Можешь брать любую.

— Нет, выбирай. Ты сказал вернуть, я возвращаю. Выбирай.

Тоби подцепил первую попавшуюся тетрадь и протянул мне. Я взяла ее и еще одну для себя (на всякий случай), и направилась к отделу с пишущими принадлежностями. Ничто так не отвлекает от проблем, как импульсивные покупки. Особенно в канцелярском магазине. Взяв несколько карандашей, я прихватила еще и ластик и уже собиралась пойти к кассе, когда увидела Тоби у витрины с перьевыми ручками. Он глянул на меня и пояснил:

— Скоро начнутся практические занятия по ритуалам.

Да, спасибо, что напомнил!

— У тебя разве нет пера? — не особо заинтересованно спросила я.

— Его забрал Джейден.

— М-м. Ну так пусть купит тебе новое, — пробормотала я.

— Какое нравится? — спросил Тоби, не обратив внимания на мой комментарий.

— Для тебя? — Я быстро пробежалась глазами по рядам. Остановилась на классическом из серебристой латуни, без каких-либо узоров. Просто, сдержанно, лаконично — как раз в стиле Тоби. — Это.

Тоби взял его даже не глядя.

— А тебе какое нравится?

Никакое. Я все равно не смогу им воспользоваться. Разве что в качестве обычной ручки, но это уж слишком расточительно. Хотя я бы с удовольствием заменила то, что лежало в моем пенале. Просто чтоб не напоминало о прошлом. Выбросила бы его или похоронила где-то в лесу вместе с воспоминаниями.

Посомневавшись немного, я взяла черное с матовым покрытием. Выбирать мне не нужно было, я давно знала, какое хочу. Просто никак не решалась взять. Сняла колпачок и опробовала на бумаге. Начертила несколько знаков, которые помнила с детства.

— Красивое, — тихо сказал Тоби.

Я резко остановилась, сжала перо и пошла к кассе. Если буду и дальше думать, точно не возьму. Может, получится как с духами? Вот сейчас куплю его, и мне станет лучше. И все наладится. Хотя, возможно, я лишь пыталась убедить себя в этом.

Расплатившись, я забрала пакет и вышла из магазина. Вдохнула прохладный воздух. Пахло кофе и выпечкой из соседней кафешки, и я только сейчас осознала, что не ела с завтрака. Желудок сжался и скорбно заурчал.

— Положу к тебе? — спросил Тоби, показавшись из-за моей спины с такой же бежевой коробочкой, как та, в которой лежало мое новое перо.

Я раскрыла пакет, и он сложил туда коробку вместе с какой-то карточкой, которую я не успела разглядеть.

— Не расскажешь, что случилось? — спросил наконец Тоби, после того как мы какое-то время молча шли к остановке.

— Слишком сложно, — пробормотала я.

— Не страшно. Я постараюсь понять.

Но я молчала, не зная, что сказать. Еще немного и вывалю на него вообще все, и не важно, что он подумает или скажет. И так уже держусь из последних сил.

— Это нормально, если… — начала я, но запнулась. Как рассказать, ничего не рассказывая? Как выдать все, ничего не выдавая? — Если человек сделал что-то плохое в прошлом… — Я вновь замолкла, пытаясь подобрать слова. — И сейчас притворяется, что этого не было. Ведет себя так, будто ничего не произошло.

Мы дошли до остановки, и я обернулась к нему, ожидая ответ.

— Каждый может совершить ошибку, разве нет? — спросил Тоби. Таким печальным я еще никогда его не видела.

— Не такие… ошибки, — пробормотала я. — И просто совершить ее — это ладно, но зачем делать вид, что ничего не было? Смотреть человеку в глаза, общаться лично и скрывать содеянное. Притворяться хорошим, вести себя так, будто ничего и не произошло. Это как минимум… некрасиво?

Он продолжал смотреть на меня так, будто точно понимал, о чем я, но ничего не говорил.

Ладно, это бесполезно… Я все равно не смогу рассказать ему.

— Элис, — сказал он, и его голос прозвучал слишком напряженно. — Я должен кое-что тебе рассказать.

Он вновь замолк. Я следила за автобусом, который вот-вот должен был подъехать к остановке и понимала, что сейчас совсем не время для серьезных разговоров. А судя по его тону, разговор обещал быть серьезным.

— По поводу вечеринки, — сказал Тоби, но продолжать ему будто и не хотелось.

— Точно! — Я тут же зацепилась за возможность и, не глядя на него, чересчур оживленно спросила: — Сегодня ведь вечеринка, ты пойдешь?

— Мне… нужно остаться в городе. Но, если ты…

— А, — выдавила я и поспешила перебить. — Я думала, ты в академию. Зачем тогда… — Двери автобуса открылись в самый подходящий момент, и я устремилась к ним, бросив напоследок: — Ладно, неважно.

— Элис, — услышала я его голос, когда уже заходила в автобус.

Но за мной Тоби не пошел.

И почему это меня так расстроило? Потому что я хотела, чтобы он пошел на вечеринку? Или потому, что поняла, что он собирался сказать? «Мне нужно остаться сегодня в городе, но если…» Что «если»? Если я попрошу, то он поедет? Но я не попрошу. Уже не попросила. И не попросила бы снова. Потому что не надо. Он и так слишком много видел. Я и так уже слишком близко его подпустила. Так близко, что уже который раз ловлю себя на мыслях о нем. И уже который раз хочу открыться ему.

Нет. Пора прекращать. У меня и других проблем хватает. Не нужна мне еще одна. Тем более в лице Тобиаса Хоффмана.

Я отмахнулась от этих мыслей, пытаясь убедить себя, что мне плевать. Но сердце все равно неприятно сжималось в груди.

***

В комнате никого не было. Я бросила сумку и пакет на кровать. Достала старый блокнот и нашла свободную страницу. Живот сдавливало от голода, но сейчас совсем не до ужина. В голове все смешалось. Письмо от мамы, переданное миссис Мосс, которое я смогу получить только через два года. Проклятье Джейдена. Убийства. Кошмары. Все это точно как-то связано, только вот я не могла понять как именно.

Но главное, самое главное, — лицо Адрии Беркли, укравшей мою магию. Лишь дорисовав, я смогла убедиться, что это точно она. То лицо, что я видела сегодня — один в один лицо из моего кошмара. Я не перепутала, я не могла перепутать. Я вижу его с разной периодичностью уже восемь лет.

И сейчас я получу все ответы.

Я вырвала лист из блокнота, достала телефон и открыла сфотографированную в библиотеке страницу с проклятьем. Положила на стол. Походила вокруг, собираясь с мыслями, но смелости не хватало. Распахнула шкаф, достала духи, открыла крышку и поднесла к носу. Несколько раз вдохнула запах свежей выпечки, мятного чая, дров, трещащих в камине, и... Неважно, лучше об этом не думать. Осталось чуть меньше трети и, на самом деле, мне уже хотелось, чтобы они поскорее закончились. Возможно, тогда закончится и все это. Возможно, тогда подойдет к концу какой-то очень важный отрезок моей жизни. И наконец начнется новый.

И я брызнула четыре раза. На удачу.

Джейден посторонился, когда я уверенно шагнула в его комнату и закрыла за собой дверь.

— Что, все-таки надумала? — усмехнулся он. — Вечеринка отменяется?

Я сунула лист с рисунком ему под нос. Выражение его лица тут же изменилось, игривая улыбка сползла с губ.

— Узнаешь? — спросила я, хотя точно знала ответ. Но Джейден, должно быть сразу почувствовал подвох и нахмурился.

— Ты это к чему?

Он прошел мимо меня и остановился у стены, прислонившись к ней.

— Это лицо того, кто убивает людей.

Джейден хмыкнул.

— Ты что-то путаешь.

— А что тебя так удивляет? — мрачно спросила я. — Узнал кого-то знакомого?

Он молчал. Потом тяжело вздохнул, и оттолкнувшись от стены дошел до стола.

— Это все? — спросил Джейден, но не дождался ответа. — Давай тогда, проваливай.

Я хмыкнула и сжала рисунок.

— Ладно, покажу Тоби. Наверняка он узнает здесь твою сестру.

Лицо Джейдена потемнело. Он резко шагнул ко мне, выхватил листок из моих рук и разорвал его пополам. Я отшатнулась. Сердце болезненно сжалось. Он рвал его снова и снова, глядя точно на меня, пока клочки не стали настолько маленькими, что уже и не склеить.

К глазам подступили слезы. Нет. Я не позволю себе заплакать. Только не из-за порванного рисунка.

— Не страшно, — через силу сказала я. — Нарисую новый.

— Хватит лезть не в свое дело, — грубо сказал Джейден.

— Меня это тоже касается, ясно?! — выкрикнула я. — И еще! — Я вытащила телефон и сунула к его лицу снимок из книги. Глаза Джейдена забегали по экрану. — Такие знаки наносят на преступников. Ты учился в Традстоуне. Ты как-то связан с убийцей, и он требовал, чтобы ты сам забирал тела. И в его лице я узнала лицо твоей сестры. Но как только я сказала об этом, ты разорвал рисунок! — Слова потоком лились из меня, и я едва ли могла остановиться. — Так что, если ты сейчас же мне все не объяснишь, я пойду с этим к… — Я запнулась. А к кому я, собственно, пойду? И, глядя на его совсем не напуганное лицо, я уже не так решительно сказала: — К директору… к блюстителям… к…

Джейден долго прожигал меня взглядом, а потом его рот изогнулся в кривой улыбке.

— И что ты им покажешь? — спросил он с насмешкой. — Знаки на моем теле, которые видишь только ты?

Он шагнул ко мне, продолжая:

— Или расскажешь о том, что периодически шляешься по лесу и находишь там тела, о которых во всей академии и даже среди блюстителей никто толком и не знает?

— Мистер Барри… — начала я, но он перебил.

— И ты, конечно, расскажешь о том, что в этих телах, которые для остальных лишь сгустки магии, ты, — да-да, только ты! — видишь какие-то там искаженные лица.

Я сделала шаг назад.

— И, конечно, скажешь, что в лице главного следователя ты увидела лицо убийцы, — продолжил он, подходя ближе, и театрально изобразил задумчивое лицо, явно издеваясь. — Что же подумает преподавательский состав? А блюстители...? М?

Я отшагнула еще.

— Может, и о своих кошмарах им расскажешь? — Джейден подошел вплотную, и я поняла, что вжалась спиной в стену. — Или о том, что ты обманула всех, поступив в академию без магии? Что столько лет скрывала, что ты гребаный ниим?!

Я схватилась за ручку двери, дернула ее, но Джейден одним движением захлопнул дверь и уперся в нее рукой, нависая надо мной.

— Хватит, — выдавила я.

— Нет, не хватит! Ты вздумала сунуться туда, куда не следовало, так что получай, — прошипел он с явной угрозой, склонившись к моему уху. — И поверь мне, если продолжишь лезть в мою жизнь… Я разрушу твою. — Он отстранился. Посмотрел на мое лицо и почти ласково, но с опасным оскалом спросил: — Договорились?

Я порывисто кивнула, пытаясь унять дрожь. Джейден убрал руку с двери, и я молниеносно выскочила из комнаты.

Меня переполняла злость. На собственную глупость.

На мерзкого и отвратительного Джейдена, и на то, что я ничего не смогла сказать ему в ответ. На то, что растерялась.

На мистера Барри, предложившего этот дурацкий договор. На себя, так слепо и быстро на него согласившуюся.

На то, что у меня нет магии. На то, что я ниим. На то, что зачем-то вообще попыталась поступить.

На миссис Мосс, зачем-то вступившуюся за меня и давшую мне шанс. На то, что она издевалась над мистером Карвером.

На маму, ничего мне толком не объяснившую и бросившую меня совсем одну.

На Хоуп, все это время винившую меня в смерти своей матери, но отрицавшую это.

На куда-то запропастившуюся Шер. На Маркуса, из-за которого Шер больше не была рядом, когда так нужна мне. На то, что она мне вообще нужна, и я не могу сейчас справиться сама.

И почему-то больше всего я злилась на Тоби.

На то, что он остался в городе и не нагнал меня, когда я села в автобус. На то, что я оттолкнула его своими словами и грубостью. На то, что не попросила поехать со мной. На то, что так и не смогла ему ничего рассказать. На то, что почему-то мне очень хотелось, чтобы он сейчас оказался рядом, но и не хотелось этого одновременно. На то, что откуда-то во мне просыпались какие-то чувства, которые я усиленно старалась запихнуть обратно. На то, что он такой добрый и отзывчивый. На то, что он тянется ко мне, несмотря на все мои попытки отстраниться.

Я пила пунш. Третий или четвертый стакан. Может, пятый… Шестой? Олли пытался остановить меня, но мне было плевать. Музыка стучала в висках, пол уходил из-под ног. Пусть будут пустые лица, пусть будут кошмары наяву. Плевать. Мне уже ничего не страшно. Нужно забыться. Отпустить.

Лица искажались, смотрели на меня пустыми глазницами, выворачивали пустые рты, тянули к потолку поломанные руки.

Я думала, будет проще. Я думала, что привыкла. Я думала, что справлюсь.

Но пришлось опустить голову, чтобы не видеть их.

На полу спортивного зала под ногами танцующих виднелись красные полосы для игры в квадрат.

Линии-линии-линии.

Клетки.

Через клетку, через клетку. Прыгать, не задевая черных линий, только по белым плиткам. Вперед и вперед. Перебраться через порог, вынырнуть из-за двери и оказаться на улице во дворе. Я вытаскиваю мел из кармана, черчу знак.

Что это? Что происходит? Я оглянулась, пытаясь понять, где нахожусь. Но я была все там же.

— Что это за знак? — спрашивает он и я оборачиваюсь.

Он смотрит на меня жутким пустым лицом.

Так не должно быть. Это сон.

Это сон.

— Секрет, — отвечаю я и сажусь на корточки, сжимая голову руками.

Он присаживается и смотрит на меня пустыми глазницами, перекрытыми вуалью.

— А я никому не скажу.

Он подставляет свое ухо, и я шепчу ответ:

— Я сама его придумала.

И начинаю смеяться.

Нет-нет-нет. Хватит!

Я ползла к стене, пока об меня запинались. Кто-то облил меня пуншем, по лбу потекло, залилось в рот. Волосы слиплись. Я прижалась к стене.

Свет. Яркие вспышки.

— И ты можешь изменить так любой знак? — спрашивает он и я поворачиваю к нему голову. Его не должно быть здесь. Я сплю! Или не сплю… Где я? — Что, если не ******* ***** * ****, а ******** ** *****, — говорит он, и его слова звучат как шипение. Кто-то стер их, вырезал из моей памяти.

— Не знаю, — говорю я. — Мама сказала, что такое происходит только при серьезной необходимости. — Я замолкаю и поднимаюсь, пытаюсь выйти, но не могу. Кругом только пустые лица. Сотни пустых лиц. — Но вы не говорите ей, что я рассказала… И про знак тоже.

— Конечно, я ничего не буду ей рассказывать, Элисон. — Его рот не движется, но тонкая ткань вуали подергивается в так словам. Он сжимает мою руку крепче. — Мы ведь друзья, а друзья не рассказывают секреты друг друга. Так что, ты тоже не говори, что я спрашивал.

— Отпусти! — крикнул кто-то и я отшатнулась.

Повалилась в сторону. Все поплыло.

— Эй, ты чего? — спросил кто-то.

— У нее все нормально? — спросил кто-то.

— Помощь не нужна? — спросил кто-то.

Я падала, мир кренился и удалялся, голоса гудели в ушах. Кто-то схватил меня. Потащил. Я пыталась сопротивляться. Билась из последних сил, брыкалась и кричала.

Пока все не погасло.

Глава 26

6 октября, воскресенье

Мерзкий писк все продолжался и продолжался.

Открыв глаза, я тут же зажмурилась от вспыхнувшей в голове боли и зажала рот рукой, пытаясь подавить подступившую тошноту.

Хорошо, что та вечеринка оказалась лишь сном.

Хотя чувствовала я себя так, будто действительно перепила.

Медленно перевернувшись на бок, я вновь приоткрыла глаза и… поняла, что смотрю в стену. Передо мной больше не было моего стола, да и вообще ничего не было, потому что кровать придвинули вплотную к стене. Попытка разобраться — кто и зачем это сделал — ни к чему не привела. И только перевернувшись на другой бок, я осознала, что все это время лежала на чужой кровати. В чужой комнате. И я даже знала в чьей!

Сирх.

СИРХ.

Си-и-и-ирх.

Я резко поднялась и скинула одеяло: на мне та же одежда, в которой я шла на вечеринку во сне… Я пропустила вдох. Затаила дыхание. Перестала дышать вовсе. Будто так могла бы перестать существовать. Потому что осознала.

Это был не сон.

Я повалилась обратно на подушку, прикрыв глаза ладонями.

Это конец.

Меня отчислят. А если нет, то нужно отчисляться самой. Если то, что я помню — правда, то я больше не смогу смотреть в глаза людям, которые вчера были на вечеринке. Нужно уходить. Из комнаты. Из академии. Из города.

Сбежать. Исчезнуть. Провалиться сквозь землю. Не рождаться вовсе.

Я вжималась в подушку, сгорая со стыда. Мотала головой из стороны в сторону, пытаясь отбросить мысли. Но одно воспоминание перекрывалось другим, а то третьим и четвертым. Яркие и красочные, они врывались в мое сознание, борясь за первенство, соревнуясь и претендуя на звание «самый постыдный момент в жизни Элисон Уэйланд».

Судя по времени, обед уже заканчивался, а есть хотелось нестерпимо. Отбросив остатки стыда, — куда уж хуже? — я поднялась и обследовала шкаф (попутно ужаснувшись своему виду в зеркале на одной из створок), и ящики стола на предмет чего-то съедобного, но ничего не нашла. Придется терпеть до ужина или зайти к Олли…

У-у-у, нет, к нему я точно не пойду после вчерашнего.

Хотя сейчас не хотелось вообще ни с кем пересекаться. Но и в комнате Джейдена больше оставаться нельзя. Он мог вернуться в любой момент, если не уехал в город или… Я тут же вспомнила, что покидать территорию он вряд ли может, а следом вспомнила и вчерашний разговор, отчего пересекаться с ним захотелось еще меньше.

Что делать? Если выйду так, — распугаю своим видом всю академию. Я еще раз открыла шкаф и осмотрела в отражении опухшие и раскрасневшиеся глаза с черными пятнами потекшей туши. Взгляд зацепился за толстовку Джейдена с большим капюшоном, комом лежавшую на одной из полок. Чем не вариант? Возьму в качестве платы за вчерашнее.

На отражавшемся в зеркале подоконнике мигала лампочка той самой «аллирохерни», разносившей по комнате мерзкий писк. Возможно, она извещала о новом трупе в лесу… Хотя, плевать. Джейден сказал не лезть в его дела. Больше не буду. Пусть катится куда подальше.

Я надела толстовку, натянула капюшон до носа и медленно открыла дверь. Людей в коридоре оказалось достаточно мало — повезло. Многие еще наверняка на обеде или уехали по домам на длинные выходные.

Добравшись до туалета, я умылась. Без средства тушь не удалось оттереть полностью, пришлось так и остаться с темными пятнами под глазами. Плевать. Все равно не планирую ни с кем пересекаться.

Я спустилась вниз, прошмыгнула по коридору, отворачиваясь от проходивших мимо людей. За столиками на улице сидели лишь несколько самых ответственных студентов с книгами. Миновав их, я направилась к раскидистой липе, которую рисовала летом. Вспомнились комментарии Джейдена к моему рисунку, вспомнился сам Джейден и мне стало еще хуже. Я юркнула к корням, устроилась между ними, завернувшись поплотнее в толстовку. Передо мной — только поле и лес, в котором, возможно, новый труп. Но плевать.

За широким стволом и под размашистыми ветвями меня не должно быть видно со стороны академии, а на поле сейчас вряд ли кто-то появится. Я уткнулась носом в ворот, и натянула капюшон, оставляя лишь небольшой промежуток, чтобы свободно дышать. Хотя, возможно, я бы сейчас отказалась и от это функции, чтобы стать еще незаметнее. Срастись с корнями, врасти в землю, уйти под нее… Я завидовала, что у Джейдена была своя комната, где он мог спрятаться от всего мира. А я, — куда бы ни пошла, — везде на виду. Здесь нет ни единого места, где я могла бы укрыться. Спрятаться так, чтобы точно никто не нашел. Я и раньше нигде не могла скрыться. Всегда под присмотром матери, всегда на виду.

Ни спрятаться, ни скрыться, ни сбежать…

— Ты значит не только в чужую жизнь лезешь, но еще и вещи чужие крадешь, — усмехнулся Джейден.

Я почувствовала, как он сел рядом, но даже не глянула на него. Лишь сильнее уткнулась в ворот толстовки.

— Еще ведь и самую любимую выбрала, — сказал он слишком уж мягко для Джейдена.

Я молчала. Лицо горело от стыда и злости на него.

— Ну и как себя чувствуешь?

— Нормально, — буркнула я.

И с чего он такой разговорчивый?

— Слушай, я вчера слегка… перегнул.

— Слегка?! — вырвалось у меня от возмущения. Я повернулась к нему, ткань сползла с лица, и я тут же спряталась обратно в импровизированный кокон, затягивая капюшон шнурками.

— Ладно, не слегка… — согласился Джейден. — Так что… извини. И насчет вечеринки…

— Нет, — перебила я, утыкаясь в колени. — Не надо. Не хочу знать.

— Да все нормально. Никто ничего не понял толком.

— Правда? — спросила я, недоверчиво глянув на него.

— Ну там к тому времени все уже напились. Может пара человек и подумали, что ты перебрала, но… Забей. Ничего особенного.

Я поежилась. Не знаю, пытался ли он меня утешить или все было действительно не так ужасно, как я представляла. Хотя чужой позор всегда воспринимается не таким масштабным как собственный…

— Я кричала?

Ответа не последовало, и я приподняла капюшон, чтобы увидеть его лицо.

— Кричала, — подтвердил Джейден. — Ты… была чем-то напугана.

— Там у всех были искаженные лица… из моих кошмаров, — призналась я и помотала головой, пытаясь отделаться от нахлынувших воспоминаний. — Думала, они меня уже не пугают после того, как нарисовала с десяток.

Джейден задумчиво посмотрел на поле.

— Ты их из-за этого видела?

— Возможно. Или потому, что перепила… Так бывает.

— Весело живешь, — хохотнул Джейден. — Ты дергалась как потерпевшая. Знаешь, каких усилий мне стоило затолкать тебя в комнату?

— М-м, — протянула я. — Мог бы тактично умолчать об этом.

— И скажи еще спасибо Тоби, что он остался в городе. Иначе я бы просто спихнул тебя соседкам, и дальше б сама разбиралась.

— О, так ты чувствуешь себя героем, потому что уступил мне свою постель?

— Нет, что ли? — усмехнулся Джейден. — Или ты расстроилась? Хотела спать вместе?

Я фыркнула. Допустим, к соседкам в таком состоянии я бы точно не хотела. Как и делить постель с Джейденом. Но Тоби спасибо я не скажу. Потому что, если б он вернулся в академию вместе со мной, я бы вообще вряд ли вчера напилась. Хотя, с другой стороны, кто знает, что он там собирался мне рассказать…

— И че, даже не поблагодаришь за спасение?

— Спасибо, — буркнула я.

— Но ты не обольщайся. Это была разовая акция, — хмыкнул Джейден. — Я чувствовал себя виноватым.

«Не знала, что можешь», — хотела сказать я, но решила промолчать.

Повисла пауза. Я сдвинула капюшон, почувствовав себя чуточку лучше и посмотрела на затянутое небо и верхушки елей, скрытые в тумане. Где-то там в лесу прямо сейчас, возможно, лежал очередной мертвец с кукольным лицом Миреллы, но мне отчаянно не хотелось говорить об этом, лишь бы вновь не окунаться в гущу проблем.

— Я разозлился, что ты подозревала Адрию, — сказал Джейден все-таки вернув меня в реальность. — И что назвала ее убийцей.

Тяжело вздохнув, я оторвала взгляд от леса и повернулась к нему.

— Вчера я видела ее искаженное лицо. И оно точь-в-точь как у женщины, забравшей мою магию.

— Мы с ней уже обсудили это, — кивнул Джейден. — Видимо, кто-то использовал зелье обращения. Да и по времени как раз совпадает…

— С чем?

— Лет восемь назад кто-то использовал ее облик, чтобы получить пару запрещенных книг в библиотеке. Ее тогда чуть не уволили, пока не разобрались в чем дело.

— Тогда еще не было аллиродетекторов?

— Да-а, зелье обращения только придумали, и никто не ожидал такого количества проблем. Достаточно было прийти в библиотеку, назвать фамилию и твою фотку высвечивало в базе. А так как она блюститель, естественно, у нее был доступ ко всем книгам.

Интересно, не на ту ли запрещенную книгу вчера Тоби сделал для меня запрос...

— Допустим, — сказала я. — Но зачем убийце менять облик, чтобы забрать мою магию? Он все равно потом исказил мои воспоминания.

— Мне-то откуда знать? Может, потому что вы были знакомы, и ты ему не доверяла? Блюстителям дети наверняка охотнее поверят… Понятия не имею каким обманом он заставил тебя передать магию, но…

— Я ее не передавала! — перебила я. — Ее забрали.

— Да нельзя забрать магию, — вздохнул Джейден. — Так не работает.

— Но я…

— Слушай, обсуди это лучше с Тоби, я не разбираюсь.

— Тоби что… — пробормотала я, переходя на шепот, — тоже в курсе, что у меня нет магии?

— Понятия не имею, — пожал плечами Джейден. — Я не говорил… Но мне иногда кажется, что он знает вообще все.

Я прижалась спиной к стволу дерева. Может, действительно, стоило поделиться с Тоби? Рассказать ему обо всем? Вот с Джейденом хоть что-то прояснили и сразу стало чуточку легче. Я впервые могла говорить открыто и без утаек… ну, кроме того, что я по-прежнему следила за ним и не могла рассказать о договоре с мистером Барри.

— Это Адрия сказала тебе? Про мою магию. — Я глянула на Джейдена, и он неопределенно кивнул. — Как она вообще узнала?

— Да это было нетрудно, — пожал плечами Джейден. — Закрепила за тобой человечка, и он быстро все разгадал.

Я пару раз глупо хлопнула глазами.

— За мной, что… следили?

— Ничего особенного. Он просто незаметно провожал тебя от колледжа до дома. Подслушал кое-какие разговоры и быстро все понял. И про кошмары, и про магию… да и много что еще.

Сирх… Мы с Шер часто все обсуждали: про поступление; про будущее; про то, что я не знаю, как мне быть. Хотя говорили мы всегда вполголоса и не называя вещи своими именами. Обычные прохожие ничего бы не поняли, но, если целенаправленно слушать…

— Подожди. — Руки похолодели. Сейчас все сойдется. Я знаю, что сейчас все сойдется. Я была права! — Почему вообще за мной следили?

Джейден издал нечто напоминавшее нервный смешок.

— Тебе там вообще конкретно память подчистили, да?

— Зачем. За мной. Следили?

— Хотели понять, сможешь ли ты снять проклятье.

— М-м… — Я напряженно усмехнулась. — Что, никого получше десятилетки не нашли?

— Смешно ей... Ну это уже к твоей матери вопросы, что за аферу она пыталась провернуть, спихнув работу на десятилетку.

Быть не может. Так это правда.

— Рассказывай, — серьезно сказала я.

— Что рассказывать-то? Проклятье может снять только тот, кто его нанес, — равнодушно сказал Джейден, откидываясь на ствол дерева. — Видеть, кстати, оказывается тоже.

Он бросил на меня колкий взгляд, и я отвернулась. Покачала головой.

— Вот и прикинь, как я охренел, увидев тебя здесь? Говорю Адрии: «Какого хрена он сказал, что она гребаный ниим?», а она мне «Нет-нет, все точно», — возмущенно говорил Джейден. — Ну я потом и сам убедился. Палилась ты знатно.

— Я — что?!

— Палилась-палилась. Так что, не удивлюсь, если Тоби реально все понял, вот и бегает за тобой, типа помочь хочет.

— Ой, отвали, а? — отмахнулась я. — И вообще, для таких ритуалов всегда назначают доверенное лицо, чтобы в случае…

— Ага. Только твоя мать умерла. — Джейден смотрел на меня с неприкрытым разочарованием. А потом совсем не весело усмехнулся. — Ну а маньяк, забравший твою магию, что-то не пышет желанием помочь мне снять проклятье. Только подкидывает все новые и новые тела, будто радуется, что я никуда не могу деться. А я просто смотрю, смотрю на это все и… ни хрена не могу сделать.

И в его голосе было столько горечи, что я даже начала сочувствовать ему, позабыв о том, каким отвратительным, мерзким и грубым он бывает.

— Мне жаль, — только и смогла выдавить я, но Джейден молчал. — Я, правда, хотела бы помочь… если бы могла.

Он будто пропустил это мимо ушей и никак не отреагировал. Возможно, сейчас самое время разузнать обо всем, раз уж он так разоткровенничался. Но я тоже молчала. Ведь знала: все что мне удастся вытянуть из него — придется писать в отчете для мистера Барри. А чем дальше, тем сильнее я не хотела этого делать.

— О, смотри-ка кто вернулся, — сказал Джейден, глядя в сторону ворот.

Я бросила взгляд на шедшего к нам Тоби, и сердце тут же болезненно сжалось.

— Меня тут нет, — быстро сказала я, скрываясь под капюшоном.

— О-о, неужели поссорились, — наигранно удивился Джейден. — Что, вчера Тоби не позволил лезть в его жизнь, вот ты и решила влезть в мою?

Я промолчала. До меня донеслись лишь мягкие шаги по насыпи и легкий ветерок.

— У вас… все в порядке? — послышался голос Тоби.

— У нас? — спросил Джейден даже не скрывая усмешку. — Я тут один.

Сирх…

Отличная шутка, Джейден, очень смешно!

Я хотела, чтобы он просто сказал, что я не в духе, а не устраивал из этого представление. Но после такого, высовываться мне хотелось еще меньше.

— Понятно, — сказал Тоби, судя по всему, не особо оценив юмор. — Если увидишь Элис, передай, что я хотел с ней поговорить.

Выждав, пока его шаги стихнут, я выглянула из-под капюшона и недовольно уставилась на Джейдена.

— Я не это имела в виду, — буркнула я.

— Что просила, то и получила, — пожал плечами Джейден.

— Ты в курсе, что с тобой невозможно общаться?

— Как и с тобой, — хмыкнул он. — Но мы, кстати, именно этим сейчас и занимались.

Я шумно поднялась, бросив на него еще один гневный взгляд, и направилась к зданию академии. Лишь на третьем этаже вспомнила, что я все еще в толстовке Джейдена и свернула к его комнате. Он нагнал меня как раз, когда я по-свойски толкнула дверь и оказалась внутри.

— Так. Давай-ка проясним, — серьезно сказал Джейден, игнорируя все тот же мерзкий писк, что я слышала утром. — То, что ты один раз здесь переночевала — вовсе не значит, что теперь ты можешь заходить сюда, когда вздумается.

Я стянула толстовку и швырнула в него. Джейден поморщился, поймав ее, и с презрением покосился на меня.

— Что? Нужно было сначала постирать?

— Сам постираю, — пробурчал он и сунул толстовку в шкаф.

— Вот и отлично, — сказала я и вышла из его комнаты, заметив лишь, что лампочка аппарата на подоконнике все так же продолжала мигать.

***

— А где Шер? — спросила я, окинув взглядом ее не расправленную кровать.

Кэйли глянула на сидевшую за столом с учебниками Грету, но та лишь мотнула головой.

— Она не возвращалась, — пожала плечами Кэйли.

Чудесно. Даже ничего не сказала. Совсем забыла про меня со своим Маркусом. Я быстро написала ей сообщение, чтобы уточнить, в порядке ли она, но ответа не последовало.

На моей кровати так и лежала сумка и пакет со вчерашними покупками. Я перевернула его, высыпая все содержимое: две тетради, две коробочки с перьевыми ручками, ластик, пара карандашей и небольшой картонный сверток.

Я распаковала новое перо и убрала в пенал, а старое уложила коробочку и сунула ее в сумку, стараясь ни о чем не думать. Похороню потом где-нибудь в лесу вместе с воспоминаниями.

Тетрадь и коробку с пером Тоби я отложила. Взяла оставшийся на кровати сверток, напоминавший небольшой слегка выпуклый квадратный конверт. Я аккуратно встряхнула его, но по звуку не смогла определить, что внутри. Интересно… Не видела, чтобы Тоби брал в магазине еще что-то. Положив сверток на тетрадь, я унесла все на стол, чтобы не забыть передать.

Над отчетом для мистера Барри я мучилась не меньше часа. Все не могла решить, как обойти тему с проклятьем Джейдена. Хотя, скорее всего мистер Барри и так все понял, когда я расспрашивала его в среду. И про то, что проклятье на Джейдене, и про то, что нанесла его я... Ребра все жгло и жгло, но я начинала свыкаться с этим чувством, будто с ноющей болью в желудке — некомфортно, но, если не концентрироваться на ней, — жить можно. А вот от другого зудящего чувства я отделаться не могла. Лежавший справа картонный сверток так и манил открыть его и подглядеть, что же внутри…

Одним глазком!

Если б он был заклеен, я бы точно остановилась. Но он открывался слишком легко: подцепить уголок, загнутый к центру, потянуть вверх и затаить дыхание.

Я медленно вытащила из конверта тонкую белую картонку с двумя закрепленными на ней заколками: черными, с мелкой россыпью белых точек, напоминавших звезды. Свободная рука сама потянулась к челке, и я прикрыла глаза.

Тоби…

Блокнот тоже, да? И как я только могла поверить, что это Шер. Еще и удивилась, как она с цветом угадала. Точно, Тоби ведь был тогда в магазине, когда я выбирала блокнот…

Ну зачем? Зачем. Зачем. Просила ведь, просила…

Может, и себя о том же стоило попросить?

В голове вертелась только одна мысль: «Что мне теперь со всем этим делать?». И я даже не знала, о подарках ли я или о дурацких, начинавших ворочаться где-то внутри чувствах.

Я резко сунула заколки обратно в конверт и положила к другим вещам Тоби. Убрала пакет в сумку.

Потом передам. Ничего не знаю. Я ничего не видела. В конце концов, может, это вообще не мне, а я тут уже напридумывала.

«Занята», — пришло сообщение от Шер, но я смогла лишь сдавленно хмыкнуть, пытаясь унять разраставшееся в груди тепло.

Глава 27

7 октября, понедельник

Все утро мне названивали с незнакомого номера, но отвечать не было никакого желания. Хотелось просто расслабиться и ни о чем не думать. А еще начать новую жизнь, перекрыв все неприятные воспоминания новыми. Так что я пару раз брызнулась духами, чтобы они поскорее закончились. Идея, конечно, дурацкая, но вдруг поможет…

Преподаватели уехали на конференцию в Лессар, и все утренние занятия отменили. В моем расписании осталось лишь рисование в три. Как сказала Грета, мистер Карвер назначил его вместо пропущенного по болезни. Правда, теперь я не знала, как идти туда, и будет ли ему комфортно после той сцены, что я застала… Но очередной прогул, наверняка, лишь усугубил бы ситуацию.

К обеду объявилась Шер. Сидела со скорбным видом, не притрагиваясь к своему рису, будто и впрямь его не любила, пока Маркус активно и даже агрессивно рассказывал что-то Джейдену. Такая атмосфера мне сразу не понравилась, и я кивнула Шер в сторону столиков на улице, приглашая ее, но она помотала головой, даже не улыбнувшись. Так что я прошла мимо и вышла на свежий воздух вместе с подносом.

Не знаю, что там у Шер и почему она не хочет рассказывать. Неужели настолько обиделась, что я не пошла с ней в субботу на поиски Маркуса? Но она же нашла его, все в порядке, ничего не случилось…

— Там все уже разошлись? — спросил Тоби, оказавшись возле меня со стаканчиком кофе.

— Нет, — сказал я в надежде, что он решит присоединиться к остальным, но Тоби обошел стол, чтобы сесть напротив.

Не отвяжется ведь сейчас…

— Пойду за чаем, — сказала я, поднимаясь.

— Элис. Ты ведь меня не избегаешь?

— Нет, — быстро сказала я. Пришлось сесть обратно. А то получилось бы, что действительно избегаю.

— Точно? В субботу мы… не очень хорошо разошлись. А вчера ты, кажется, и вовсе не хотела меня видеть.

Я не знала, что на это ответить. Потянулась к сумке, достала пакет и продвинула по столу.

— Забыла отдать.

Тоби вынул коробочку с перьевой ручкой и продвинул пакет обратно.

— А тетрадь? — спросила я.

— Элис, — Тоби улыбнулся, убрав коробочку в сумку. — Я ведь это несерьезно. Просто хотел отвлечь тебя...

— М-м. Но там… — Я двинула пакет обратно к нему. — Еще что-то.

Он внимательно смотрел на меня, но к пакету не притронулся.

— Да.

Да? Что «да»? И что мне, сирх возьми, делать с твоим «да»?

— Ладно, — сказала я, свернула пакет и убрала его обратно в сумку.

Может, я и не видела, что там. Он ведь не знает, что я смотрела. Притворюсь, что вообще не заинтересована и случайно забуду об этом конверте.

Попытавшись отвлечься, я сунула в рот ложку каши.

— Мне кажется, нам нужно все обсудить, — сказал Тоби, и я едва не подавилась.

— Что именно?

— Все, — сказал он и вздохнул, прикрыв лицо ладонью. — Но… на самом деле, я не знаю, с чего начать.

— С начала… — тут же сказала я. И прозвучало это так глухо и отдаленно, будто говорила и не я вовсе.

В ушах шумело. Внутри сжимался тугой ком от невысказанных слов, от правды, что рвалась наружу. И сейчас мы можем обсудить все. Я ведь правильно понимаю? Он хочет поговорить обо всем, сказать, что знает, что у меня нет магии, что поможет узнать, кто ее украл, что найдет решение как ее вернуть… Или я слишком о многом прошу? Конечно, удобно мечтать, что появился кто-то, способный решить все мои проблемы по щелчку пальцев.

— Да, ты права. Лучше начать с начала, — сказал Тоби, отпил кофе и решительно посмотрел на меня. — Я должен признаться…

Он осекся, скользнув взглядом за мою спину, и разочарованно сжал губы.

— Как дела, голубки? — спросил Джейден и плюхнулся рядом со мной, откусывая смачный кусок яблока.

— Ты очень невовремя, Джейден, — холодно сказал Тоби, глядя на него.

— Да брось, я всегда вовремя. Или ты не рад меня видеть?

— Джейден, — с нажимом повторил Тоби.

— Что?! Дай посидеть в нормальной компании, а? Меня Маркус задрал уже со своими ниимами. Ниимы то, ниимы это, будто в голове у него теперь одни сплошные ниимы. Вчера вон влезли в какую-то квартиру в Гамбле, так отец и это на него повесил.

Я проглотила кашу, и она камнем рухнула вниз. Джейден говорил что-то еще, но я не слышала.

— Что значит влезли? — дрожащим голосом спросила я.

— М? — Джейден резко повернул ко мне голову и, прожевавшись, пожал плечами. — Ну влезли. Не знаю. Соседи вызвали блюстителей, жаловались на шум, а там оказался рассадник ниимов.

Я перевела взгляд на Тоби и испуганно прошептала:

— Я дала Хоуп ключи.

— У-у-у. Ну, попрощайся с квартиркой, — усмехнулся Джейден и не особо заинтересованно добавил: — А что за Хоуп?

Тоби какое-то время напряженно смотрел на меня, а потом повернулся к Джейдену.

— Позвони Адрии.

— Она такой херней не занимается, — отмахнулся Джейден, хрустнув яблоком. Тоби поднялся из-за стола и выудил из кармана телефон. — Э-э, ты куда?

— Сам позвоню.

— Пф, как хочешь, — пробормотал Джейден.

Я тоже отошла, чтобы узнать, не в курсе ли Мэг. Но каждый звонок она сбрасывала после первых же гудков, и во мне все сильнее разрасталась паника.

Как я могла так сглупить? Зачем вообще доверилась Хоуп? Чувствовала ведь, что что-то не так. Но не могла же она так поступить со мной… ее наверняка заставили.

Или, может, это все-таки не моя квартира? Может, зря я волнуюсь?

Когда я вернулась за стол, Тоби все еще стоял у дерева с прижатым к уху телефоном. Джейден вдруг перестал жевать и принюхался. Двинул головой будто пытался найти источник какого-то запаха. Поднес яблоко к носу, пару раз вдохнул, а потом резко наклонился ко мне и… понюхал мои волосы?

— Фу, — раздраженно сказал он. — Опять этот запах. Всю толстовку мне провоняла.

— Чего-о? — возмутилась я и притянула прядь волос к носу. — В смысле «фу»? Это дорогущие духи!

Джейден пожал плечами и откусил яблоко.

— Фто за фирма?

— Так тебе же не нравится!

— Напишу им претензию, — пожал плечами Джейден. — Ну?

— Эр Фондле, — недовольно сказала я.

Джейден хмыкнул и поднялся.

— И все? — спросила я, обернувшись. — Ты просто спросил фирму духов?

— Сказал же, напишу им претензию. Не сейчас ведь мне этим заниматься. И да, — усмехнулся он. — С тебя новая подушка. Моя не отстирывается.

Я беззвучно взвыла и направилась к Тоби.

— …тогда сейчас подъеду, — сказал он, сбросил звонок и повернулся ко мне.

Его взгляд мне совсем не нравился.

— Это моя квартира, да? — спросила я, все еще надеясь, что Тоби расстроен по другому поводу. Но он кивнул. — И… что мне делать? Поехать в город? Прийти в участок?

Тоби покачал головой.

— Тебе туда точно не нужно. Они поймали нескольких ниимов и у одного были ключи, так что… они подозревают, что вы в сговоре.

— Но… Я же…

— Я разберусь.

— Как ты… Адрия поможет?

— Да, — уверенно сказал Тоби. — Не переживай, все будет в порядке.

— Точно? Может, мне все-таки поехать?

— Нет. Не нужно. Правда. Просто доверься мне, ладно?

— Ладно… — выдавила я.

И еще долго смотрела ему вослед, пытаясь понять, что должна чувствовать по этому поводу. Потому что то, что я действительно чувствовала — совсем меня не устраивало…

***

Так холодно в павильоне рисования еще никогда не было. Не потому, что пришлось открыть окна для работы с разбавителем, а потому что мистер Карвер на меня не смотрел. Делал вид, что меня и не существовало вовсе. А учитывая, что сегодня нас в павильоне было лишь пятеро, это слишком хорошо считывалось. К тому же, на прошлом занятии они начали писать масляными красками, о которых я не имела ни малейшего представления, но мистер Карвер все равно упорно меня игнорировал.

Хотя и мне было не до него. Я пыталась разобраться во всем происходящем, понять, почему Хоуп так поступила, и почему я так сглупила, доверившись ей. Но все мысли отчего-то становились совершенно ватными, и сил тревожиться не было. На рисовании я всегда чувствовала себя как-то особенно умиротворенно. Даже несмотря на то, что сейчас мистер Карвер очевидно злился на меня.

Когда я отложила кисть, чтобы выдавить еще краски, приоткрытое окно распахнулось и в павильон влетело нечто огромное. Оно ударило меня в грудь, и я повалилась на пол.

Послышался чей-то визг, топот, хлопок. От боли в затылке в ушах загудело.

Все, что я успела разглядеть — разноцветная, как бензиновая лужа, волкоподобная морда с размытыми контурами, напоминавшая акварельное пятно. Оно подернулось, расплылось, сжалось и предстало передо мной в облике змеи. Я вскинула руку, в попытке отбросить ее, но та молниеносно распахнула пасть и сомкнула ее на моем предплечье.

Горячо и остро.

Я закричала, но звука не было. Дыхание перехватило, а потом меня словно окатило водой. Существо взвыло, зашипело, поднялось надо мной и стянулось в маленький шар, обратилось все такой же бензиново-акварельной птичкой и выпорхнуло в окно.

Я могла только лежать и моргать. Очень медленно, в попытке осознать, что только что произошло. Всего несколько секунд — все случилось слишком быстро и стремительно, чтобы успеть разобраться.

Рука онемела и остро пульсировала, разнося боль волнами по всему телу. Стало холодно, и я только сейчас поняла, что мне не показалась, — я действительно была мокрая. В павильоне внезапно стало очень тихо, и от этой тишины только сильнее звенело в ушах. Я инстинктивно сжала и разжала кулак, медленно повернула руку, чтобы разглядеть место укуса — две точки, сочившиеся кровью.

— Сирх, — прошептала Грета. И мне потребовалось время, чтобы понять, что она не выругалась.

Сирх… В прямом смысле СИРХ!

Что-то металлическое упало и забренчало по полу. Это мистер Карвер уронил ведро, из которого меня облил. Он развернулся и отошел к стене, ссутулив плечи.

— Он укусил тебя? — спросила Грета, забившись в дальний угол. И в ее голосе слышался ужас, граничащий с детским восторгом.

— Их же… не существует…

— Существуют, — уверенно закивала Грета, но потом слегка растерялась и добавила: — Видимо, существуют…

Грета медленно прошла ко мне, но ступив на мокрый пол, тут же отшагнула.

— Он мог погибнуть, — печально сказала она и, встретившись с моим непонимающим взглядом, пояснила: — Сирхи боятся воды. От дождя и вовсе раствориться могут.

И это, конечно, невероятно интересная и важная информация, но в данный конкретный момент она абсолютно и бесповоротно не к месту!

Я медленно поднялась, осмотрела павильон, в котором кроме нас с Гретой остался только мистер Карвер, так и стоявший у стены. Грета продолжала смотреть на меня, и я знала, что должна как-то отреагировать, но не понимала как именно. «О ужас, меня укусил Сирх, теперь я останусь без магии!» или «Какой кошмар, что же теперь будет?!» или «Как же мне теперь быть, меня отчислят!». Но отчего-то я продолжала молчать.

Мистер Карвер наконец развернулся и шагнул ко мне.

— Нам придется рассказать мадам д’Арлин, — серьезно сказал он.

И тут меня словно еще раз водой окатили.

— Нет. Нет-нет-нет! Не нужно. Все в порядке!

— Он должен был лишить тебя магии, — шепнула Грета, будто хотела лишний раз напомнить мне то, что я и так прекрасно знала.

— Нет. Нет, все в порядке, правда. Я ничего не почувствовала, все нормально.

— Тогда попробуй использовать ее, — сказал мистер Карвер.

— Простите, мне… нужно прийти в себя.

Я шагнула в сторону выхода, но мистер Карвер взял меня за руку, и я замерла. От его прикосновения тепло разлилось по телу, и сердце забилось чаще. Такая мягкая и нежная ладонь, тонкие пальцы, обвившие запястье — правильное и родное прикосновение. И пахло от него так сладко и тягуче. Чем-то очень приятным и злаковым. Солод? Карамель?

Он тут же отпустил мою руку, будто и его это прикосновение заставило думать о чем-то лишнем, и отступил на шаг.

— Элисон, мне очень жаль… — говорил мистер Карвер, и отчего-то в его голосе я не слышала сожаления. — Если он лишил тебя магии, ты не сможешь продолжать учиться здесь.

— Я…

Но подходящих слов не было.

Я смогу учиться! Училась все это время. Ну хоть вы, хоть вы должны это понимать. Ниимы ничем не хуже магов, вы должны знать это. Должны. Или просто смирились с тем, что навязало вам общество? Срослись с этим и уже сами не считаете себя за равного?

— Если на территории Сирх, мы в любом случае должны сообщить директору, чтобы обезопасить других студентов.

— Но…

Но слов не было. Поэтому я лишь покорно поплелась за мистером Карвером в сторону основного здания. Можно было сбежать, рвануть сразу к остановке, бросить все и уехать куда-нибудь в Лессар, найти там неприметную группу ниимов и примкнуть к ним. Но почему-то я продолжала идти к кабинету директора. Мокрая одежда неприятно липла к телу и мне хотелось переодеться, но какой теперь в этом смысл?

— Как-то это подозрительно, — сказала себе под нос Грета, шедшая рядом со мной.

— М?

— Нужно кое-что проверить.

И она свернула в одном из коридоров. А мы направились дальше.

На втором этаже недалеко от кабинета мадам д’Арлин было совсем безлюдно, и я нагнала мистера Карвера, чтобы идти рядом.

— Может… не стоит говорить мадам д’Арлин? Или хотя бы не говорить обо мне и…

— Я… не могу не рассказать об этом, Элисон. А если скажу про Сирха, она наверняка спросит, не напал ли он на кого-то. А все видели…

— Давайте просто скажем, что он меня не укусил! Напал, но вы вовремя облили его водой, и он испугался… — Я глянула на мистера Карвера, но, очевидно, мое предложение его не устроило. — Вы же понимаете, что будет, если вы скажете ей? Она ведь отправит меня в ЦИОРМ, чтобы проверить магию. А если ее нет, то…

— Тогда тебе лучше уйти, — резко сказал он. — И не придется проходить никаких проверок.

Кажется, он был чем-то раздражен. Может, нервничал из-за того, что вину за произошедшее могут повесить на него? Я потянулась к его руке, чтобы коснуться, замедлить, остановить, но он отдернул ее и обернулся ко мне.

— Я обязан сказать, понимаешь? Если ты останешься в академии… — он запнулся. Отвернулся к окну, уперся руками в подоконник, опустив голову. — Я не буду рассказывать про тебя только в том случае, если ты сегодня же уйдешь из академии и больше сюда не вернешься.

Я застыла, глядя на него, не понимая к чему все это. Он настолько боится, что обман всплывет? Не верит, что я смогу справиться и не раскрою себя? Но у меня получалось, все это время получалось. Да, иногда совсем плохо, да, пришлось заключить договор с мистером Барри, да, мне нужна помощь Шер на занятиях по практической магии, но, возможно, если я расскажу Тоби, то он сможет ее подменить, и тогда все будет еще лучше. Я не хочу уходить. Не хочу уходить. Я хочу быть здесь.

— Я смогу учиться без магии, — уверенно сказала я.

Мистер Карвер качал головой глядя в окно.

— Все это время справлялась, — добавила я быстрее, чем успела усомниться в верности своего решения.

Он продолжал смотреть в окно, возможно, не осознав, что я имела в виду. И я вдохнула побольше воздуха, чтобы на выдохе сказать:

— Я ниим.

Мистера Карвер медленно перевел взгляд на меня и долго, задумчиво смотрел на мое лицо.

— Мне очень жаль, — сказал он с абсолютно ничего не выражавшим видом. Даже ни капли не удивился… — Но мне придется рассказать и об этом.

— Нет!

Мистер Карвер развернулся и шагнул в сторону двери, я схватила его за руку и потянула назад. Весь мир точно накренился и дрогнул. Воздух между нами подернулся дымкой, разошелся волнами. Сладкий дурманящий запах ударил в нос и лицо мистера Карвера исказилось, превращаясь в пустое лицо, которое я знала.

И тот, кого десятилетняя я считала своим другом, грубо дернул меня за руку и потащил в кабинет директора.

***

Я не слушала, что он говорил ей. Мне было уже плевать. Я доверилась ему. Такому же нииму как я, но он меня предал. И теперь стоял и распинался перед мадам д’Арлин, едва ли не пополам сгибаясь в поклонах. И будь у меня хоть что-то против него, я бы сейчас же все выдала. Но увиденная в павильоне сцена с миссис Мосс совсем не выглядела как что-то заслуживающее хоть каплю внимания директора.

Сейчас меня могло спасти лишь одно. Крохотный шанс на то, что легенды не врут и, раз уж Сирхи существуют, то мне нужно лишь выпить собственной крови. Вот только, по легенде Горлен был магом, и я не могла знать, сработает ли это с ниимом. Но все равно усиленно кусала губу и глотала сочившуюся из нее кровь.

— Мисс Уэйланд, я так сожалею, что подобное произошло на территории академии, — вздохнула мадам д’Арлин, вырывая меня из оцепенения. Вот только по голосу ее нельзя было сказать, что ей хоть немного жаль. — Кто бы мог подумать… Сирхи да еще и на территории. Уму непостижимо.

Слова звучали эхом, и я старалась сильно не вслушиваться. Но, судя по всему, мистер Карвер все-таки не рассказал о моем обмане. Хоть на этом ему спасибо. Только вот я все равно не понимала, почему он делал вид, что мы незнакомы. Это ведь точно был он в моих кошмарах, он говорил что-то о дружбе, о секретах, которые не раскрывают друзья. У нас были с ним общие секреты! Мы дружили! Да, это было много лет назад, но неужели, неужели он забыл меня? Может, я и изменилась внешне, но он же знал мое имя, и фамилию наверняка знал, не мог же так просто забыть все это.

— Вы уже проверяли свою магию? — спросила мадам д’Арлин.

Я дрогнула, осознав, что она вновь обратилась ко мне, и мотнула головой.

— Так чего же вы ждете? — возмутилась она. — Давайте проверим и избавимся от лишних вопросов. Попробуйте создать простенькую иллюзию.

Рука не слушалась, одеревенела, когда я подняла ее и разжала ладонь. Напрягала пальцы, даже не до конца уверенная в том, как именно это должно происходить. Помнила лишь как притворяться, но как в действительности направить энергию — совершенно забыла.

Мадам д’Арлин вздохнула, вскинула руку, притягивая перо и протянула его мне.

— У меня… плохо с ритуалами, — сказала я, пытаясь найти любую возможность избежать проверки и оттянуть момент разоблачения. — И у нас еще не было практики…

— Четырехлучник, — сказала она. — Он у всех получается.

Четырехлучник — не знак ритуала, скорее просто забава. Родители рисуют такой детям, чтобы подбодрить или придать уверенности перед волнительными событиями. Якобы он приносит удачу, хотя на деле, не более чем две пересеченные линии. Никакой магической нагрузки он не несет. Но… Чтобы он засиял, нужна магия.

Мистер Барри мог бы попросить меня нарисовать его еще на вступительных, чтобы убедиться, что я лгунья. Но никто и мысли допустить не мог, что ниим посмеет пытаться поступить в Абендорм. А провалы на вступительных в целом обычное дело.

Трясущейся рукой я взяла перо. Мадам д’Арлин внимательно следила за мной. Хорошо хоть сейчас я могла списать свои нервы на то, что переживаю после укуса Сирха.

Нарисовала черту. И пересекла ее другой.

Я смотрела на знак с надеждой, будто ждала, что он действительно засияет, будто верила, что случится какое-то чудо. Что легенды не врут и выпитая кровь после укуса Сирха, и правда вернула мне магию хоть на пару минут. Хоть на один несчастный четырехлучник.

Но чудес не бывает. Линии оставались лишь черными линиями на моей побледневшей коже.

Мадам д’Арлин цокнула языком и покачала головой.

— В целом, это может быть временная реакция, — сказала она и отошла к бумагам на столе. — Что ж, в любом случае, нам нужно подтверждение из ЦИОРМа. В качестве извинений за случившееся, могу предложить вам сопровождение до центра.

Какие чудесные извинения, спасибо!

— Думаю, я сама справлюсь, — выдавила я натянутую улыбку.

— В таком случае… Если подтвердится, что вы лишились магии, мы должны будем рассмотреть вопрос о вашем исключении. Но… В виду того, что в инциденте в какой-то степени виновата академия, я готова рассмотреть вариант оплаты прохождения программы реабилитации в ЦИОРМе.

— Мхм, — выдавила я, проглатывая гнев, что уже рвался наружу.

— Также мы предпримем меры, обследуем лес и постараемся выяснить, каким образом там возник Сирх и что привело его на территорию, — продолжала мадам д’Арлин, но я уже не слушала. Она говорила еще какую-то чушь, которая раздражала меня все сильнее. И напоследок, уже распрощавшись, она добавила: — В среду жду справку из ЦИОРМа.

Мистер Карвер вышел из кабинета и быстро пошел к лестнице, но я нагнала его, преграждая путь.

— Почему вы не сказали ей? — раздраженно спросила я. Хотя должна была быть благодарна за это. Но нет, он предал меня. Мог вообще ничего не рассказывать, не тащить меня к директору, не говорить, что Сирх укусил меня.

— Хочешь, чтобы я вернулся и сделал это?

— Нет. Нет, но… Мистер Карвер, мы ведь с вами и раньше общались. Вы работали в ЦИОРМе, да? Наверняка там и с миссис Мосс познакомились.

И с каждой моей фразой его лицо все сильнее напрягалось. Брови сошлись на переносице, и он покачал головой.

— Не понимаю, о чем ты.

— Нет, понимаете! — сказала я, чересчур осмелев после случившегося. Но злость охватила меня и сжимала ребра. — Мы общались. И вы говорили, что друзья не раскрывают секреты друг друга. — Он весь всколыхнулся и отступил на шаг. Его взгляд метался по моему лицу. — Вы поэтому не сказали ей правду?

Мистер Карвер мотал головой, отступая все дальше.

— Нет. Ты перепутала, — убеждал он, но я не верила, потому что точно знала, что в тех воспоминаниях из детства был именно он. Может, потому он и казался мне все это время таким родным? Может, я чувствовала, что раньше мы общались, хоть и не могла узнать его.

Почему же сейчас, услышав правду, он был так напуган? Ужасно напуган чем-то, но я не понимала, чем именно. Может, дело в его договоре?

— Это из-за миссис Мосс? — спросила я, шагнув ближе. — Что ей нужно от вас?

— Ты не понимаешь, во что ввязалась, — пробормотал он. — Лучше просто уйди из академии, пока не стало слишком поздно.

— Так объясните мне! Может, я смогу помочь, может…

Его лицо дрогнуло, и он рассмеялся. Смех эхом разнесся в пустом коридоре.

— Помочь?! Лучше помоги себе и исчезни отсюда, — прошипел он и резко прошел мимо меня.

И только когда его шаги стихли, и я осталась одна в пустоте коридора, на меня накатило осознание всего произошедшего.

Мадам д’Арлин будет ждать от меня справку из ЦИОРМа.

Глава 28

Сирх укусил меня и лишил магии, которой не было. Я должна поехать в ЦИОРМ и подтвердить наличие магии, которой нет. Еще никогда я не была так близка к поражению.

Это конец.

Мистер Карвер прав, мне нужно уйти из академии.

На полу передо мной лежал потрепанный мамин чемодан, в который я уже сложила все свои вещи. Грета сидела на кровати с книжкой и то и дело печально поглядывала на меня, но ничего не говорила. Шер в комнате не было, а Кэйли после нескольких попыток поняла, что меня сегодня лучше не трогать. Я скидала в чемодан ароматические масла и взяла духи, чтобы завернуть их в футболку, но остановилась, глядя на жидкость, оставшуюся на самом дне. Быть не может! Не могли они почти закончиться. Утром точно оставалось куда больше.

— Кто брал мои духи?! — спросила я, но никто не отреагировал. — Кэ-э-эйли.

Она глянула на меня, и замотала головой, оборонительно вскинув руки.

— Это не я!

— Ну не Грета же…

— А почему сразу не Грета? — возмутилась она. — Или, может, это вообще Шер!

Я перевела взгляд на Грету, та лишь пожала плечами, но нахмурилась.

Шер точно не стала бы брать духи, ведь знает, как они важны для меня. А значит, Кэйли соврала. Но плевать. Уже на все плевать. Я завернула духи в футболку и сунула в чемодан. Защелкнула замок.

Так и не распечатанный блокнот отправился в пакет к бумажному конверту. Верну на ужине. Не нужны мне лишние напоминания.

Над лесом висел густой туман и только вершины елей прорезались сквозь него, издалека напоминая темные сгорбленные силуэты. Мягкая трава временами редела, обнажая островки земли, а под соснами и вовсе напоминала выжженные участки. Чем глубже в лес я уходила, тем страшнее мне становилось. Где-то здесь, под одним из деревьев, мог оказаться новый мертвец с пустым лицом или, возможно, убийца прямо сейчас пробирался по чаще, таща за собой обезличенное тело…

Я остановилась у куста черники. Расковыряла землю и уложила коробочку с пером в получившуюся ямку. Присыпала землей. Мне казалось, что от такого простого действия станет легче, но я не почувствовала ровным счетом ничего. Только опустошение, которое, возможно, было банальным голодом.

Поужинаю, верну пакет и лягу спать. А утром уеду на первом же автобусе. И нужно узнать у Тоби, что там с квартирой, вдруг окажется, что мне еще и возвращаться некуда.

Когда выходила из леса, заметила у кромки в другой стороне бригаду блюстителей, надевавших защитные костюмы. Неужто мадам д’Арлин действительно сообщила им, что в лесу Сирх? Я думала, она скроет это, чтобы не подрывать репутацию Абендорма… В целом, наверно, я могла бы подать на академию в суд, когда в ЦИОРМе подтвердят, что у меня нет магии. Все-таки я «лишилась» ее из-за них. Но вряд ли это хоть каплю поможет, в конце концов меня все равно отправят на «лечение» или распределят куда-нибудь прислугой. Хотя, если верить Тоби, возможно, это не худший вариант. И, пожалуй, нужно будет обратиться к нему за контактами каких-нибудь богатеньких работодателей, которые не считают ниимов мусором.

Я горько усмехнулась собственным мыслям и отправилась на ужин.

В столовой было шумно. Шумнее, чем обычно, но я слышала в перешептываниях слова «сирхи» и «блюстители», так что ничего удивительного. Атмосфера за нашим столиком была слишком уж гнетущей, но никто не пытался это исправить. Шер на меня даже не смотрела, выглядела совсем печальной и уставшей. Маркус тоже, но ко всему прочему еще и казался раздраженным, бренчал ложкой о тарелку зачерпывая рагу. Джейден и вовсе где-то запропастился.

— Ты узнал что-то? — шепнула я Тоби.

— Да, — шепнул он и протянул мне ключи под столом. Я быстро сжала их в руке и сунула в сумку. Тоби покосился на остальных и добавил: — Потом объясню.

Ладно, согласна. При Маркусе обсуждать ниимов все-таки не стоит.

Шер молча ковыряла вилкой листья салата. А я планировала, как утащить ее после ужина к саду камней, чтобы все обсудить. Или хотя бы просто предупредить, что ухожу из академии. Хотя, возможно, ей уже не было разницы. Без меня ведь только меньше мороки будет...

Позади раздались громкие хлопки, и все затихли. Лишь быстрый шепот пронесся по залу, но тут же оборвался.

— У меня для вас скорбные известия, — прозвучал голос мадам д’Арлин. Я крепче сжала вилку и уставилась в тарелку. — Как вы могли заметить, на территорию академии прибыли блюстители, и у вас, наверняка, появились вопросы. Хочу сразу разъяснить ситуацию. — Я медленно сдвигала рисинки к краю тарелки, стараясь не вслушиваться. — В лесу был обнаружен Сирх, но не волнуйтесь, угрозы он не представляет. Блюстители уже оградили лес защитным барьером, через который ему не прорваться, и на данным момент занимаются его поисками. Как только Сирха поймают и убедятся, что в лесу безопасно, барьер снимут. Но пока, прошу воздержаться от прогулок в том направлении.

Что ж, спасибо, хоть про меня не рассказала…

Шепот вновь возобновился, а затем и вовсе перешел в гомон.

Маркус усмехнулся.

— Не удивлюсь, если и это дело рук ниимов. Крушат город, поджигают здания, устраивают взрывы, вламываются в квартиры, — говорил он, с каждым словом распаляясь все сильнее. — А теперь выпускают Сирха? Ну да, логично, хотят породить больше себе подобных.

— Маркус… — вздохнул Тоби.

— Что «Маркус»?! Ты знаешь, как они меня уже задрали? Они как тараканы разбегаются во все стороны, стоит только включить свет. И не заканчиваются. Ловишь одних, появляются другие, разбираешься с ними, набегают третьи. И никак не хотят угомониться!

Надо было уйти, но я сидела. Жевала слоеную булку, разделяя ее на части, совала в рот, где было уже нестерпимо сухо, будто слюна и вовсе перестала вырабатываться. А еще приторно сладко. И я запивала соком, размачивая тесто во рту, отчего оно превращалось в кашеподобное нечто.

— И ладно бы хоть требовали чего-то вразумительного, но нет, им равные права подавай. Какие на хрен равные права?! Им сразу работу в совете предоставить? Или, может, без вступительных в Л’Эшаль принимать? — не унимался Маркус. Я смотрела на Шер, но она отводила взгляд и продолжала молчать. — Им дают работу, а они отказываются ее выполнять и требуют другую, видите ли, не устраивает. Дашь им другую работу, они опять взбунтуются. И что потом? Что дальше? Переворот? Займут наше место?

Возможно, Маркус продолжал говорить, но я не слышала, потому что уже шла к выходу из столовой. В голове пульсировала злость. Почему? Почему для них все выглядит так просто? Почему им кажется, что у ниимов все в порядке, когда они сами принижают нас и не дают право выбора и банальную свободу?

У леса блюстители уже возводили тот самый барьер, о котором говорила мадам д’Арлин. Все столики на улице были заняты, но в саду камней никого не оказалось, и я смогла свободно взглянуть на плиту основателей, молча вопрошая, как они могли такое допустить. Как могли они — умные и благородные, а если верить мистеру Льюису, еще и способные видеть будущее, — не подумать о подобном, когда распределяли магию?

Видела ли ты Мирелла, что я буду сидеть здесь на этих камнях и обращаться к тебе? И если да, то почему ничего не сделала? Почему позволила Эразу убить Рейнара, зная, на что обрекаешь всех его потомков? Почему ты — сильнейший маг познания — поступила так глупо и неосмотрительно?

— Элис, — донесся голос Тоби из-за моей спины, но я не обернулась. — Мы можем поговорить?

— В другой раз, — сказала я.

Но другого раза не будет.

Завтра я уйду из академии, и мы больше не увидимся. Так к чему эти разговоры? Признаться во всем, рассказать, что на меня напал Сирх и украл мою магию? Или сказать о том, что у меня ее и не было? Чтобы он предложил помочь, и я поверила? Чтобы внутри снова расцвела надежда?

Нет, не хочу, спасибо.

Тоби обошел меня и сел на камень напротив.

— Не обращай внимания на то, что говорит Маркус. У него сейчас…

— Ты пришел его оправдывать? — перебила я.

— Нет, — серьезно сказал Тоби. — Просто, чтобы ты понимала, почему мы с Шер молчали. С ним сейчас бесполезно говорить на эту тему.

Я промычала что-то невнятное и отвела взгляд. Провела пальцем по сумке, лежавшей на камне, вырисовывая завиток.

— Элис, — сказал Тоби, но я продолжала смотреть на свой палец, выводивший узоры. — Я знаю, что у тебя нет магии.

Он так спокойно это произнес, будто говорил о чем-то совершенно будничном. И даже не предполагал, а был уверен…

— М-м, — только и смогла выдавить я. И пробормотала: — Джейден сказал?

— Нет.

Значит, сам догадался. Хотя, это логично, Джейден ведь говорил, что я «палилась». Внутри все жгло, но в голове было совершенно пусто. Я не понимала куда себя деть, лишь продолжала рисовать завитки, будто в этом теперь заключался весь смысл моего существования. Тоби молчал, а я не знала, чего он ждал от меня.

— И? Разочарован?

— Нет, — повторил Тоби. И это его «нет» звучало куда мягче предыдущего, но при этом четко и уверенно. — Разве что немного расстроен… тем, что ты так и не захотела довериться мне.

Я не знала, что ответить. Зачем он так со мной? Лучше бы сказал, что разочарован, я бы все поняла. Но нет, он, видите ли, расстроен, что я не доверилась ему. А с чего должна была? Из-за того, что он весь такой добрый и замечательный? Из-за того, как он смотрит на меня? Из-за пары приятных моментов? Из-за подарков? Нет. Я не куплюсь на это. Палец сам коснулся замка, и я быстро расстегнула сумку, достала пакет и протянула ему, но он не торопился принять, продолжая внимательно изучать мое лицо.

— Я ничем не пользовалась, — сказала я. — Можешь вернуть.

Тоби выдавил улыбку.

— Это дружеский жест, — сказал он. — Без какого-либо подтекста.

— Зато я вижу подтекст в другом, — не выдержала я. В поступках, в словах, даже в том, как он смотрел на меня в эту самую секунду. Но уточнять я не стала. Опустила пакет на камень рядом с собой. И с укором произнесла: — Просила ведь не влюбляться.

И эти слова больно резали горло, цеплялись о зубы, щипали трещинки на губах, не желая срываться. Но теперь уже поздно, они вырвались.

Тоби внимательно смотрел на меня, и я опять не понимала, что выражало его лицо.

— Боюсь, что… — Он глянул в сторону и слегка качнул головой, улыбнувшись. — В тот момент уже поздно было просить об этом.

От его слов, от его голоса тепло разлилось по телу, пальцы похолодели, и я отвела взгляд.

Не надо. Не надо. Хватит!

— Не могу ответить тебе тем же, — сказала я и уставилась на лежавший рядом пакет.

Хотя, может, и могу…

Но не стану. Так будет лучше. Правда.

— Понимаю, — сказал Тоби, и я чувствовала, что он продолжал смотреть на меня. — Я и не жду этого.

— А чего тогда ты хочешь? — спросила я, вскинув голову. — К чему все это?

— Я уже говорил, что переживаю за тебя и… — Тоби вздохнул. — Я мог бы помочь.

— Не нужна мне помощь, — ответила я прежде, чем успела бы признаться в обратном. — И вообще в этом больше нет смысла… — Внутри все сжалось. Мне совсем не хотелось говорить это, но... — Я ухожу из академии.

Последнее я произнесла так тихо, что сомневалась, услышал ли он вообще. Но Тоби нахмурился.

— Если это из-за ритуалов, то…

— Нет, — перебила я. — Из-за Сирха.

— Сирха? О котором говорила мадам д’Арлин?

— Да. Он напал на меня на рисовании. Ворвался через окно и укусил. До меня даже сперва не дошло, но Грета сразу поняла… А потом мистер Карвер потащил меня к мадам д’Арлин и… Я рассказала ему о том, что у меня и не было магии, но он не сказал ей этого и…

Я замолкла. Зачем вообще все это сказала? Только что буквально отшила его, а теперь решила вывалить все свои проблемы? Но нет, он же сказал, что мог бы помочь… даже несмотря на мои слова.

Тоби перевел взгляд куда-то в сторону леса, будто пытался выследить там того самого Сирха.

— Если у тебя нет магии, то Сирхи вряд ли опасны.

А, я же не сказала самого главного.

— Может, и не опасны. Только вот теперь мадам д’Арлин ждет справку из ЦИОРМа.

Тоби продолжал хмуриться, глядя на павильоны.

— Но никто точно не знает, действительно ли после укуса Сирха теряют магию, — сказал Тоби.

— И? Мадам д’Арлин ждет справку в среду. Вряд ли она обрадуется, если я просто проигнорирую ее. Она уже видела, что у меня не засиял даже гребаный четырехлучник. А если пойду в ЦИОРМ, там в любом случае, подтвердят, что у меня нет магии. И помимо прочего, укажут в базе, что я ниим.

— Значит, нужно, чтобы тебе выдали справку, что магия у тебя есть, — сказал Тоби будто бы сам себе.

— Да ты меня слушаешь вообще?!

— Слушаю, — сказал он, переводя взгляд на меня. — Мне нужно подумать.

Я вздохнула и подтянула сумку на колени.

— Ладно, неважно, — отмахнулась я. — Не забивай голову.

— Нет, важно, — сказал Тоби. — Если тебе выдадут справку, что у тебя есть магия, проблема решится?

— Да никто не выдаст мне эту справку! Или думаешь, если ты сын Генри Хоффмана, то тебя там все послушают? Результаты не подделать, сканер автоматически вносит их в базу. Там трое проверяющих и даже если…

— Я знаю, — перебил Тоби. — Но, если бы ты получила справку, проблема бы решилась?

— Да. Да! Одна из тысячи моих проблем точно решилась бы.

Тоби кивнул.

— У меня есть одна идея, — сказал он и отвел взгляд. — Хотя нет, даже две. Но обнадеживать пока не буду.

Я пораженно смотрела на него.

— Зелье обращения не сработает, там на входе…

— Не сработает, — согласился Тоби. — Но я думал про кровь.

— Нет, не получится, я уже пыталась, — вздохнула я.

— Сразу после?

— Ну да, почти сразу… Не знаю, сколько прошло, пока мы шли до кабинета.

Тоби поднялся с камня и глянул в сторону академии.

— Тогда кое-что уточню и завтра обсудим, — сказал он. Глянул на меня и кивнул на здание. — Пойдем, уже поздно.

Я растерянно смотрела ему вслед, пока он медленно удалялся. Поднялась и закинула сумку на плечо. Бросила взгляд на оставшийся на камнях пакет, который Тоби полностью проигнорировал. И что мне теперь делать? Вряд ли он вернется за ним. Так и оставить лежать? Как-то некрасиво... Он ведь правда пытается помочь, а я так старательно выстраиваю стену между нами.

Посомневавшись еще немного, я вздохнула, убрала пакет в сумку и поспешила за Тоби.

Стало ли мне лучше после разговора с ним? Определенно. Но теперь беспокоило другое. Как я и боялась, ему удалось подарить мне надежду. А я знала, что им свойственно рушиться с громким звоном, и оставлять самые глубокие шрамы.

Глава 29

Я не спала почти всю ночь. Вертелась с боку на бок, прокручивая в голове разговор с мистером Карвером и все случившееся. Меня укусило существо из легенды! А все так спокойной отреагировали на это… Грета еще ладно, я давно уже поняла, что она слегка странная. Но мадам д’Арлин, мистер Карвер, да и Тоби — будто не особо удивились этому. Впрочем, возможно, они были в таком же шоке, как я сама, и осознание дошло до них только после.

Но уснула я с четкой уверенностью, что, если идея Тоби окажется слишком нереалистичной, я должна буду пробраться в кабинет миссис Мосс и найти то письмо. Возможно, мама придумала какое-то решение, нашла выход, хотела позаботиться обо мне, возможно, письмо — мой шанс на спасение и лучшую жизнь. И неважно, что я подставлю миссис Мосс, получив его раньше срока, с чего мне вообще переживать за нее?

И, должно быть, всеми этими мыслями я настолько вымотала себя, что наутро не вспомнила ни одного кошмара. А может, они и не снились сегодня вовсе…

Садиться с Шер и Маркусом на завтраке я даже не собиралась, так что сразу вышла на улицу и обнаружила за одним из столиков Тоби. Он кивал, глядя на страницы учебника, и слушал активную речь Греты, сидевшей напротив.

Как только я подсела к ним, Грета тут же повернулась и деловито поправила очки.

— Смотри, Сирх вытягивает магическую энергию, но при этом сам он — энергия в чистом виде, — сходу заговорила она, и мне пришлось повременить с завтраком. Грета повернула ко мне учебник с открытой схемой тела человека и стала водить по ней карандашом, объясняя. — Он опустошает твой очаг, и в дальнейшем вся выработанная тобой магическая энергия перенаправляется непосредственно к нему по призрачной нити, протянутой между вами. Но при укусе, часть энергии из которой состоит сам Сирх, — назовем ее энергией распада, — попадает в кровь. Кровь в свою очередь доставляет ее в ткани организма. Скорее всего, она будет сохраняться там в течение нескольких дней и циркулировать в крови, постепенно высвобождаясь из тканей, в которых скопилась. — Грета невесомо обвела карандашом схему тела и ткнула в районе солнечного сплетения. — Наша задача — направить энергию распада в очаг, но при этом успеть использовать ее до того, как она преобразуется в магическую энергию и покинет твой организм по нитям.

— Около пятнадцати минут, — добавил Тоби.

Я перевела на него взгляд, все еще пытаясь переварить услышанное, но Грета добавила:

— Скорее всего вчера не сработало только потому, что прошло слишком мало времени после укуса Сирха.

— Мхм, — выдавила я, все-таки сунув в рот ложку каши. — А сколько крови нужно выпить?

Грета покачала головой.

— Никаких данных, но по некоторым легендам, хватало и пары капель.

— Мхм… То есть, вы предлагаете прийти в ЦИОРМ, выпить крови и пойти на сканер?

— Именно, — сказала Грета.

— И какой шанс на успех? Один к тысяче? К миллиону?

— Сначала ты выпьешь кровь и дождешься, пока проявится эффект, — сказала Грета. — Проверишь на чем-то простом и если получится, то сразу пойдешь на сканирование.

— А если эффекта не будет? Если это вообще не сработает? Я ведь уже отмечусь, что пришла на сканирование, так что будет слишком подозрительно, если я сбегу.

— С этим я разберусь, — сказал Тоби.

Я окинула его взглядом. Он сказал это так просто, будто речь об оплате счета в кафешке, а не о сканировании в ЦИОРМе. Да будь он хоть самим Генри Хоффманом, никто не позволил бы ему вмешаться. Это же запрещено на законодательном уровне и приравнивается к измене, за такое сажают в тюрьму!

Но все мое беззвучное негодование разбилось об его уверенный вид.

— Хорошо, ладно, допустим, — пробормотала я и обратилась на этот раз только к Тоби. — Но что, если я проверю, что магия есть, войду в сканер, а она к тому моменту уже испарится или перейдет к Сирху или еще что случится? Я, конечно, могу искусать себе весь рот прямо в сканере и хлебать эту кровь, пока не грохнусь в обморок или проверяющие не заметят. Но что, если сканеру этого будет недостаточно?

— С этим я тоже разберусь, — все так же спокойно сказал Тоби.

Я продолжала смотреть на него, пытаясь понять, что делать с этим дурацким желанием довериться ему. Вся моя жизнь зависела сейчас от того, сработает ли этот невозможный, абсолютно нереалистичный и нежизнеспособный план, вероятность на успех которого сравнима по своей абсурдности разве что с возможностью появления в реальном мире существа из легенды… которое ко всему прочему вышибет окно в павильоне рисования и нападет именно на меня!

Что ж, ладно, мистер Хоффман, почему-то я действительно готова довериться тебе. И… даже хочу этого.

Грета закрыла учебник, вытащила из сумки серый тканевый сверток с тонким предметом и выложила его на стол. Отогнула края демонстрируя небольшой изогнутый нож с черной резной ручкой и тонкой гравировкой в виде виноградных лоз. Размером он был чуть больше ладони. Мой рот непроизвольно приоткрылся, и я медленно перевела взгляд на Грету.

— Он обработан аллириумом, — сказала она, и глаза ее сияли так ярко, будто она говорила не о ноже, а о какой-то драгоценности. — Не требует стерилизации и не считывается аллиродетекторами. — Грета завернула нож в сверток и продвинула мне. — Только не потеряй. Он мне дорог.

Она поднялась и, пожелав мне удачи, направилась к зданию академии. Я медленно перевела взгляд на сверток и аккуратно отогнула край ткани, чтобы убедиться.

Мне не привиделось…

Я убрала его в сумку, стараясь не думать о том, откуда у Греты этот нож и зачем он ей. А еще о том, что она скорее всего хранила его все это время в нашей комнате…

Тоби удивленным не выглядел, впрочем, ничего необычного. Поглядывал то на меня, то на часы, возможно, засекая, через сколько я обрету дар речи, или просто торопился.

— Идем? — улыбнулся он и решительно поднялся, подхватив свою сумку.

Пока мы шли к остановке, я все еще не знала, как относиться к его внезапному желанию помочь. Хотя, почему внезапному? Он ведь уже не раз предлагал помощь, но каждый раз я отказывалась, хотела справиться сама. В целом я и справлялась. Может, не всегда хорошо, и не без помощи Шер, и… Я глянула на Тоби, и догадка озарила меня.

— Колокольчики…

— М? — Тоби повернул ко мне голову,

— Это ты создал ту иллюзию на занятии, да? Ты уже тогда знал, что у меня нет магии.

Тоби отвел взгляд, высматривая автобус, но его не было. Он вздохнул и провел рукой по волосам, зачесывая выбившиеся пряди.

— Да, — сказал он, и вся его прежняя уверенность внезапно растворилась.

— Но… как? Ты даже не смотрел в мою сторону.

— Смотрел, — сказал Тоби все еще глядя на дорогу.

— Нет, точно не смотрел! И ты слишком далеко стоял… — Я шагнула, чтобы оказаться перед ним. — Так Олли не ошибся, да? У тебя магия иллюзий. Ты поэтому и рассказал отцу про его исследование?

Тоби вновь попытался отвести взгляд, но я шагнула, не позволяя ему увильнуть.

— Элис…

— Тоби!

Он прикрыл глаза и мотнул головой, но все-таки сдался.

— Да, — сказал он даже слегка раздраженно. — Олли не ошибся.

— Так и знала! — почему-то обрадовалась я, хотя Тоби явно не был доволен, что я вынудила его признаться. Так что я все-таки вернулась на прежнее место, позволяя ему продолжить наблюдение за дорогой. Автобус как раз вывернул из-за поворота и уже приближался к нам. — А зачем… ты скрываешь это?

— Нагрузка меньше, — отрезал Тоби и направился к автобусу.

Ладно, поняла, больше не буду…

***

Пока мы шли, Тоби рассказал, что тех ниимов, влезших в мою квартиру, поймали, но Хоуп среди них не было. Адрия помогла уладить все проблемы в участке, забрала ключи, передала их Тоби, разобралась с бумажками. И нет, я ничего не должна ей за это. Но я решила, что поблагодарить все-таки надо будет. И извиниться за то, что считала ее убийцей, забравшей мою магию…

Здание ЦИОРМа пугало своей простотой. Серое, ровное, с четкими линиями и выверенными небольшими прямоугольниками окон, оно напоминало скорее какое-то производство, где все процессы налажены и оптимизированы. И от этой правильности и идеальности внутри у меня все рвалось и выворачивалось наизнанку.

Я хотела сбежать, когда мы входили, хотела кричать, когда бормотала, что мне нужна справка, хотела рыдать, когда шли к лифту, чтобы подняться на страшный этаж. Я застыла, прижимаясь к стене кабины спиной, так что поручень грозил проломить мою поясницу.

— Нервничаешь?

— Очень.

Тусклая единица на панели медленно сменилась на двойку.

— Все будет хорошо, — шепнул Тоби. — Обещаю.

Он стоял рядом, и его рука едва заметно коснулась моей. Легкое, но настолько ощутимое прикосновение, что в кабине сразу стало слишком душно, и я поспешно подняла руку, чтобы поправить сумку.

Двойка сменилась на тройку. Что-то звякнуло, и дверцы расползлись в стороны, выпуская меня в холод коридора. Приятное тепло разлившееся в животе, тут же стянулось в тугой ком, ползущий к горлу.

Коридор казался в детстве куда длиннее. И до белой двери в конце не так уж много шагов.

Не смотреть, не думать. Мне не туда.

Стараясь не поднимать головы, я прошла до женского туалета и скрылась внутри, заперлась в одной из кабинок и вытащила из сумки сверток. Нож хоть и был маленьким, но казался даже чересчур острым. Главное делать все аккуратно. И быстро.

Короткое движение и тонкая линия пореза на коже большого пальца тут же скрылась под выступившей кровью. Я сунула палец в рот и сглотнула. Скулы свело от отвратительного вкуса, но я сделала еще пару глотков, старательно высасывая сколько могла. Вытащила палец, блестевший от моей слюны в свете трещавшей лампы, и он тут же покрылся новой кровью. Тонкой струйкой она заскользила по коже, потекла по фаланге, обвивая ее. Я поморщилась и, слизнув, сделала еще несколько спешных глотков. Обмотала палец туалетной бумагой и надавила на порез.

Борясь с подступившей тошнотой, я распахнула дверь кабинки и включила воду в раковине. Подставила рот под струю, быстро прополоскала его и умыла лицо. Надеюсь, это никак не повлияет на эффект, но иначе меня бы стошнило.

В зеркале отражалось мое побледневшее лицо, обрамленное выбившейся челкой. Ее распушившиеся концы напоминали сейчас пасти змей.

Не думать. Не думать. Не думать.

Мотнув головой, я выключила воду и вышла из туалета. Через ткань рубашки я отчетливо чувствовала сверток с ножом, лежавший в кармане пиджака. На всякий случай. Я верю, что Тоби поможет, но… Просто на всякий случай.

В коридоре его, к слову, не оказалось, и моя уверенность тут же слегка притухла. Слева что-то скрипнуло, и я быстро обернулась. Из той самой белой двери вышла приятная женщина и глянула на меня.

— Вы ко мне?

Я быстро замотала головой. Она одарила меня улыбкой и направилась дальше по коридору, оставив дверь приоткрытой.

Шаг. Еще шаг.

Неведомая сила тянула меня к двери, за которой прошло почти все мое детство. Через тонкую щель виднелась слишком знакомая кушетка. Та самая?

Я и не заметила, как толкнула дверь и замерла на входе.

Без нее кабинет стал куда уютнее. Сквозь небольшие окна лился свет на потрескавшийся паркет и лекарскую кушетку, стоявшую на том же самом месте. Шкафы уже не казались такими огромными, но все, как и прежде, были уставлены книгами. На столе такой же порядок и наверняка в нижнем ящике все еще спрятаны мамины сандаловые палочки. Нет, уже не ее. И кабинет этот уже не ее. Он все еще отвратительно родной, знакомый до дрожи и гулкой боли в груди, но больше не ее.

Кто-то стоял за моей спиной, и я неосознанно вжала голову в плечи. Сейчас обхватит за волосы и потянет назад. Скажет, что я опять ее разочаровала, напомнит, какая плохая я дочь.

— Элис.

Но этот голос не мамин. Совсем не ее. Этот голос дарил мне тепло и надежду, которых было так мало здесь, в этой камере пыток для смертников заключенных в ЦИОРМе, веривших в то, что их избавят от страданий. И ведь их избавляли. Хоть и не совсем так, как им хотелось. Потому что мама моя была не спасителем, а их палачом.

Рука Тоби вытянулась из-за моей спины, коснулась ручки двери и закрыла ее. Ткань рубашки натянулась, оголяя его запястье с тонкими следами от снятых часов.

Я обернулась и оказалась слишком близко. Шагнула в сторону, смущенно пряча взгляд.

— Проверила? — спросил Тоби и мне понадобилась пара секунд, чтобы вспомнить, о чем он и где мы вообще.

— Еще нет.

Я отошла, огляделась по сторонам и развернулась к стене, чтобы избежать чужих любопытных взглядов. Тоби подошел ближе, прикрывая меня от сидевших в коридоре. Но от его близости становилось лишь труднее сосредоточиться.

Пока я доставала перо, он протянул мне небольшую упаковку. Пластыри? Его не было, потому что он ходил за ними? Почему это смутило меня еще сильнее?

— Спасибо… — неуверенно сказала я.

Стараясь не смотреть на Тоби, я размотала палец и залепила его пластырем.

А потом вдохнула побольше воздуха, открыла перо и провела тонкую линию. Пересекла другой.

Пару секунд я просто смотрела на них.

Не вышло, не сработало, я так и знала…

И даже когда четырехлучник приглушенно засиял, я не сразу поверила. Думала, что это такая игра света, что мне мерещится. Но линии постепенно впитывались, оставляя после себя едва заметный узор — символ удачи, который исчезнет через пару часов.

Я не могла отвести от него взгляд. Слезы подступили к глазам, а сердце колотилось в груди так быстро, что я не могла произнести ни слова. Сработало. Сработало! У меня получилось. Я перевела взгляд на Тоби, едва сдерживаясь, чтобы не завизжать от счастья и не начать приплясывать. Хотелось бежать по коридору и совать руку со знаком в лицо каждому: «Смотрите! СМОТРИТЕ! У меня получилось!». Но Тоби на знак не смотрел.

Он смотрел на меня.

И внезапно накатило странное, будто и не мое вовсе, чувство. Он словно и сам сиял, притом куда ярче знака, ярче ламп, ярче самих звезд на небе и, возможно, даже ярче солнца. И мне хотелось смотреть на него, любоваться им, а лучше… Я потянулась к нему, уткнулась в плечо, обхватила руками, цепляясь за шуршавшую ткань рубашки на спине. Вдыхала такой приятный и уже казавшийся родным запах. Что-то лесное, хвойное и древесное, но совершенно легкое и воздушное. Мне хотелось, чтобы он был рядом, всегда был рядом, чтобы я могла смотреть на него и видеть в его глазах все то же, что чувствовала сейчас, хотелось, чтобы он обнял меня и прижал к себе, еще ближе и теснее.

Но Тоби не шелохнулся. Всего лишь замер, позволив мне обнять его.

Приятное чувство тут же схлынуло, сменившись напряжением, неловкостью и даже стыдом. Я быстро отпрянула и, пробормотав что-то вроде «ну я пойду», устремилась к нужному кабинету.

***

В кабинете сидели двое: добродушный пожилой мужчина у компьютера и — чуть поодаль — худющая женщина, сходу окинувшая меня недобрым взглядом. Позади — зеркальное стекло. Где-то за ним был третий проверяющий, чьей личности я никогда не узнаю.

Мужчина сразу сверился с базой, поискал что-то в компьютере и кивнул на сканер.

— Вы из Абендорма, да? Почему запросили справку?

— Отравление, — быстро сказала я заготовленный ответ.

Когда-то к маме попадали и такие несчастные. После сильного отравления и обезвоживания организма, магическая энергия могла ослабнуть, очаг пустел, и требовалось время на восстановление. Это самая безобидная причина, чтобы оказаться в центре.

Он покивал. Женщина молчала.

Я прошла к сканеру, ступила на металлический круг и оказалась между черных изогнутых панелей. Над моей головой висело пугающее черное кольцо. Мужчина нажал на кнопку, что-то зашумело, и кольцо поползло вниз, освещая меня голубоватым свечением. Когда оно достигло пола, все стихло, и кольцо поднялось обратно. В компьютере что-то пискнуло.

Все произошло настолько быстро и просто, что я даже не успела запаниковать. Вроде и не страшно даже. Или это четырехлучник придавал мне уверенности?

— А вы… простите, что спрашиваю… А нет, о чем это я, вы же есть в базе, — сказал мужчина, и его голос мне не понравился.

Совсем не понравился.

— Что-то не так? — выдавила я, едва сдерживая тут же охватившую меня панику.

Женщина перевела взгляд на мужчину.

— Странно, так не должно быть… Видимо, очень серьезное отравление, — сказал он и повернулся ко мне. — Судя по сканированию, уровень магической энергии на нуле.

Глава 30

Я пропала. Пропала. Не нужно было идти сюда, не нужно было верить Тоби, нельзя было поступать так глупо и опрометчиво. Мне конец.

Они узнают, что я ниим, что я притворялась, отправят меня в тюрьму.

Мужчина часто заморгал и потер глаза.

— Аманда, глянь-ка, может, сбой какой-то. — Аманда поднялась со своего места и молча прошла к нему, повернувшись ко мне спиной. Мужчина продолжал тереть глаза. — Да что ж такое…

Это мой шанс. Единственный шанс на спасение. Я засунула руку в карман и провела по лезвию ножа, надавив слишком сильно. Боль пронзила палец, отдавая в локоть. Плевать. Я отправила палец в рот и принялась высасывать из него кровь, борясь с тошнотой. Сейчас главное — потянуть время, чтобы энергия распада успела достичь очага. Если что, скажу, что мне стало плохо, отпрошусь в туалет, — мало ли какие последствия у моего отравления.

Я смотрела на свои блестевшие и точно обезумевшие глаза, отражавшиеся в зеркальной поверхности напротив меня. И только сейчас вспомнила.

За стеклом все это время был третий наблюдатель.

Но… Что он мне сделает? Увидит, что я облизываю свой палец и решит, что я ниим из Абендорма, которого укусил Сирх? Очень маловероятно. Если только мадам д’Арлин не позвонила им и не сообщила, что одну из студенток покусало существо из легенд и сегодня она придет на проверку. Тоже вряд ли. А так, стою я с пальцем во рту, что такого? Может, сосать пальцы — это мой личный способ борьбы с тревогой? Никто не запрещал. В тюрьму за такое точно не сажают.

Голова кружилась, и я чувствовала, что сейчас меня вывернет. Зажала палец и сунула руку в карман. Тут же наткнулась на лезвие ножа, зажмурилась и вся сжалась от боли, громко выдохнув.

Женщина обернулась, посмотрела на меня и вернулась на место.

— Так, давайте еще раз проверим. Не понимаю, в чем проблема, — сказал мужчина и ткнул в кнопку.

— Подождите, я…

Но кольцо уже поползло вниз. Я закрыла глаза, молясь основателям, чтобы времени хватило, и сканер уловил хоть каплю магии. Сквозь опущенные веки я различала лучи от кольца, которое в этот раз будто опускалось в сотню раз медленнее. Руку жгло от боли сразу в трех местах, но я продолжала давить одним пальцем на другой, то и дело задевая лезвие свежей раной. Представлять, как выглядела сейчас моя рука и что творилось в кармане — не хотелось.

Раздался писк.

Мне конец…

— Вот! Другое дело, — радостно сказал мужчина, и я распахнула глаза.

— Да? — вырвалось у меня. Аманда окинула меня презрительным взглядом.

— Да-да, все в порядке. Но нужно сделать третий. Контрольный, так сказать.

Как прошло время на третьем сканировании я не заметила, выскочила из сканера, как только мужчина сказал, что все в порядке. Выхватила распечатанную справку, воздержавшись от порыва расцеловать его и даже Аманду. Выбежала из кабинета, промчалась по коридору, уже не казавшемуся таким холодным, и ткнула в кнопку лифта. Только тогда осознала, что совсем забыла о своих ранах, и вернулась в туалет.

Рука выглядела не так плохо, как я представляла, вся в следах от засохшей крови, но нестрашно. Тонкий порез на костяшках уже покрылся корочкой, из раны на указательном до сих пор сочилась кровь. Хорошо, что Тоби дал целую упаковку пластырей…

Когда я вышла, в коридоре его вновь не оказалось, — нашелся лишь на улице, стоял около входа с телефоном в руке. Я остановилась перед ним и, лучась счастьем, продемонстрировала ему справку, полную лжи. Тоби пробежался глазами по строкам и глянул на меня с вымученной улыбкой.

— Отлично, — сказал он каким-то совершенно незнакомым и отстраненным голосом. — Возвращаемся?

Надеюсь, это не из-за того, что я обняла его…

Он отвлекся на телефон, набирая текст. Часы на его руке показывали половину какого-то часа, и мне пришлось наклонить голову, чтобы понять, какого именно. Полдвенадцатого. Долго мы. И… разве в ЦИОРМе он был не без них?

— Есть не хочешь? — спросила я, решив, что вопрос про часы точно будет не к месту.

— Как раз успеем вернуться в академию к обеду, — сказал Тоби, даже не посмотрев в мою сторону.

Он убрал телефон в карман и прошел мимо. Вообще я хотела предложить зайти в кафешку, но, видимо, он не в настроении. Непонимающе посмотрев ему в спину, я поплелась следом.

Тишина давила, клубилась и оседала на плечи и голову, перекрывая всю прежнюю радость.

— Ты… чем-то расстроен? — спросила я.

— А, нет, прости, — сказал он, оживая, но все еще не глядя на меня. — Просто… появились некоторые сложности. Но все нормально. Лучше расскажи, как прошло.

— Ну сначала все пошло не по плану, — тут же сказала я. — Первое сканирование показало, что магия на нуле. Я думала — все, конец. Но потом они отвлеклись, и я успела выпить еще. — Я приподняла обклеенную пластырями руку и вздохнула. — Все пальцы себе разворотила.

— Может, стоит зайти к лекарям? — обеспокоенно спросил Тоби.

Я отклеила часть пластыря с указательного пальца и заглянула внутрь. Засохшая часть оторвалась, и кровь вновь начала сочиться из ранки.

— Думаешь, стоит? — спросила я и протянула ему руку, демонстрируя порез.

Тоби внезапно остановился и отвернул голову, глядя куда-то на другую сторону улицы. Я непонимающе посмотрела туда, а потом уставилась на свой палец.

— Что, все так плохо? — спросила я, но Тоби упорно продолжал игнорировать мою протянутую руку. Да еще и побледнел. — Ты что… крови боишься?

— Нет…

— Уверен? — усмехнулась я и продвинула руку, чтобы она оказалась прямо перед его лицом.

— Элис… — сдавленно прошептал он, прикрыв глаза.

У меня даже мурашки пробежали от его голоса.

— Там совсем не страшно, — сказала я.

Тоби аккуратно приоткрыл один глаз и вновь закрыл его, отворачивая голову.

— Элис, пожалуйста… — повторил он так же тихо. — Хватит.

Правда боится, что ли? Странно, конечно. Но даже мило. Я заклеила палец пластырем и еще раз глянула на Тоби, так и стоявшего с закрытыми глазами. И, подумав, решила обнять его. Теперь уже осознанно, не из-за того порыва, возникшего наверно из-за тревоги и страха, а просто потому, что он помог мне и был рядом.

Он едва слышно вздохнул. Аккуратно обвил мои плечи руками, прижимая меня к себе чуть нежнее и чуть ближе, чем требовалось для дружеских объятий. И сердце его билось чуть быстрее, чем положено при дружеских объятиях. Но, признаться честно, мое тоже.

— Спасибо, — сказала я, не позволяя голосу выдать нахлынувшие чувства.

—Не за что, — шепнул он. И от его дыхания у самого уха по спине пробежали мурашки.

Я поспешно отстранилась, пока и для меня эти объятия окончательно не перестали быть всего лишь дружескими.

***

За привычным столом на обеде мы застали одного только безразлично ковырявшего макароны Маркуса. На мой вопрос, где Шер он неопределенно мотнул головой в сторону улицы, и я сразу направилась туда. Еще в тот момент, я поняла, — что-то произошло. Но, найдя Шер за одним из столиков всю в слезах, убедилась в этом окончательно.

— Шер. — Мой поднос громко ударил по столу, и я потянулась к ней, чтобы обнять. Она уткнулась мне в плечо и шмыгнула носом. А потом содрогнулась от всхлипа. — Что случилось?

Она промычала в мою жилетку неразборчивые слова и отстранилась, промакнув опухшие глаза салфеткой. Еще несколько раз она пыталась начать, но в итоге лишь заходилась в очередных всхлипах.

— Я не знаю, что делать, — выдавила она, пару раз усиленно вдохнув, и поморгала, отгоняя вновь подступившие слезы. — Я думала, что… скоро все наладится. Вот разберется он с делами и все снова станет как прежде, а оно… не становится. Как будто с каждым днем все только хуже и хуже, а я уже привязалась к нему, понимаешь? Я люблю его, как бы громко это ни звучало. Мы уже строили планы на будущее… — Шер втянула носом воздух и отчаянно шмыгнула. — Собирались поехать в Лессар на те выходные, но в итоге я лишь таскалась за ним из места в место и часами ждала, чтобы выцепить пару минут наедине. Но и эти пару минут он был занят. — Шер еще раз всхлипнула. — Я эгоистка, Элис. Я понимаю, что я эгоистка. Но разве я так о многом прошу? Всего лишь чтобы все стало как прежде. А оно не становится… И я… — Шер прикрыла глаза, громко вдохнула и быстро проговорила: — Я уже начинаю ненавидеть тех ниимов. Прости! Я понимаю, как это звучит для тебя. Я поэтому и не хотела говорить с тобой об этом. Знаю, что ты бы не поняла и…

Шер замолкла, ища в моих глазах поддержку.

— Да нет, я понимаю. Мне и самой не нравится то, что сейчас происходит, но… Их я тоже понимаю.

— Нет, я тоже их в какой-то степени понимаю, — поспешно сказала Шер. — Понимаю, но не вижу во всем этом смысла. Их будут и дальше ловить и сдерживать, пока они не остановятся. В совете просто не позволят им получить то, чего они хотят, понимаешь? А своими действиями сейчас ниимы только усугубляют и без того ужасное отношение к ним.

— Говоришь, как Маркус, — пробормотала я.

— Но… — начала было Шер и замолкла.

Я не должна была говорить этого. Должна была поддержать ее, а не делать хуже.

— Если они прекратят, — то ничего не изменится. А сейчас, возможно, в совете хотя бы обратят на это внимание.

— Уже обратили, — сказала Шер с сожалением. — И скоро кое-что изменится. Вот только не в лучшую сторону.

Она сжала губы, глядя на меня с таким видом, будто от этой новости зависела моя жизнь.

— Шер? — опасливо поторопила я.

— Сейчас в разработке портативный сканер. За пару секунд можно будет проверить магию и свериться с базой. Уже через месяц такие будут у всех блюстителей.

Ниимы просят у них равных прав, а они просто ужесточают контроль…

«Нужно предупредить Хоуп», — пронеслось в моей голове. Но я тут же вспомнила о квартире. Думать о возможном предательстве совершенно не хотелось, да и почему я вообще в первую очередь начала переживать за Хоуп, а не за себя? Мне ведь придется запереться в квартире и не выходить, если блюстители будут сканировать каждого встречного, придется забиться в угол, жить в вечном напряжении и тревоге, в которых я жила и прежде, но помноженных на тысячу. Теперь вариант стать прислугой в доме добродушных богачей не казался таким ужасным, как раньше…

— Может, ты скажешь им? — спросила Шер.

— А? — не поняла я.

— Скажешь другим ниимам об этом. Может, это заставит их остановиться? Может, они прекратят, и тогда сканер не потребуется.

— Если он уже в разработке, вряд ли в совете так просто от него откажутся, — сказала я. — Да и… Кто я такая, чтобы ниимы меня слушали. Они меня даже за свою не считают.

— Я… — Шер вздохнула. — Да, это глупая идея. Но я правда не знаю, что делать.

— Может, Маркусу просто отказаться?

— Что? Нет, конечно! Это его единственный шанс заслужить доверие отца. Если Маркус откажется, точно никогда не сможет попасть в совет.

— Он разве не занимается ритуалами с мистером Барри? Зачем ему в совет? У ритуальщиков куда меньше обязанностей, а платят им вполне неплохо.

— Это запасной вариант, но… Ему важно доказать отцу, что он не хуже его, что он достойный сын. Не знаю, — вздохнула Шер, — не заставлю ведь я его отказаться.

— Вот я и вспомнила еще одну причину, почему не хочу отношений… — усмехнулась я. — Добавлять к своим проблемам еще и проблемы парня — слишком утомительно.

Шер хмыкнула, а потом подперла голову рукой и хитро улыбнулась. Радовало, что она вновь стала той самой Шер, которую я знала.

— А я как ни посмотрю, ты все с Тоби. Видела, как вы сегодня вернулись…

— Он мне помогал, — быстро сказала я и решила, что пересказывать ей всю эпопею про Сирха не стану. Но самое важное все-таки сказала: — Оказывается, он знал про мою магию.

— Ага-а-а.

— Ага? Ты что, в курсе?!

— Ну он сказал типа «так и так, я все знаю, но все норм».

— И ты молчала?! — поразилась я. Она неловко улыбнулась, откинув свои кудряшки. — И да, Шер. Блокнот!

Ее почему-то лишь развеселило мое возмущение.

— А ты бы взяла его? — спросила Шер, и я закатила глаза. — Вот и Тоби подумал, что не взяла бы. Ты тогда грустила, а он хотел тебя порадовать, и попросил передать. Ну я и подыграла.

— Та-а-ак. Что еще?

— Да ничего. — Шер пожала плечами. — Мы просто поболтали на фестивале немного, да и потом тоже... Все прояснили. Он сказал, что ты ему нравишься, я сказала, что ты пока не хочешь отношений, он понял.

— И про магию мою не спрашивал?

— Да он вроде вообще ничего не спрашивал. — Шер задумалась. — Про мистера Барри только тогда, но я уже это говорила.

— Ясно, — пробормотала я. Почему-то это расстроило меня.

— А что ты хотела? — спросила Шер, уловив мое настроение. — Чтобы он выспрашивал у меня, какие парни тебя привлекают? Или как завоевать твое сердце? Или, может, какие тебе нравятся цветы?.. Хотя так-то да, про цветы мог бы и поинтересоваться. — Шер хихикнула, а потом неожиданно замолкла, и улыбка сползал с ее губ. — А нет, погоди… Я вспомнила. Меня еще этот вопрос так удивил, я не поняла к чему он, но потом подумала, может, вы обсуждали это…

— Ну? — поторопила я.

— Он спрашивал, когда умерла твоя мама.

— Эм-м-м… — пораженно протянула я.

— И его интересовала конкретная дата, — добавила Шер.

— Да, пожалуй, лучше б спросил про цветы, — усмехнулась я, но запомнила, что об этом у Тоби точно нужно будет спросить.

Шер опустила взгляд и ахнула.

— Элис, боги… Что с твоей рукой?!

— Я… — быстро глянув на свои обклеенные пластырем пальцы, я сболтнула первое, что пришло в голову: — Хотела кота погладить...

— Уж не у Тоби ли дома? — спросила Шер с хитрющей улыбкой.

— Ше-е-ер, — протянула я, но совсем не так возмущенно, как собиралась.

Шер хохотнула и, поднявшись, кивнула на здание академии.

— Идем, заглянем к лекарям.

***

Только когда мою руку подлечили, я обнаружила на своем телефоне с десяток сообщений и несколько пропущенных.

«Ты где?»

«Нужно поговорить»

«Где пропала?»

«Зайди ко мне»

«Это срочно!»

И все в том же духе. Так что, когда Шер ушла мириться с Маркусом, я вздохнула и направилась к комнате Джейдена. Уж не знаю, что ему понадобилось, но дверь он открыл едва ли не в ту же секунду, когда я постучала.

— Ты где шлялась? — возмутился Джейден. — Я весь день писал.

— Я была занята, — сказала я, все еще стоя на пороге.

— Настолько занята, что не удосужилась ни разу глянуть на телефон?

Я втянула носом воздух и скрестила руки на груди.

— Ты меня просто повыводить из себя хотел, да? Тогда до завтра.

Я уже почти развернулась, но он схватил меня за руку и потянул в комнату.

— Подожди, — с мольбой сказал он. Внезапно вся его напускная бравада улетучилась, обнажая читавшуюся во взгляде беззащитность. И через силу, явно борясь с самим собой, он все-таки выдавил: — Мне нужна твоя помощь.

Я похлопала глазами. Не ослышалась? Ему нужна моя помощь? Не кто-то попросил, и он исполнил просьбу, как в прошлый раз. Нет. Ему!

— Ладно, — сказала я, совсем растерявшись.

Джейден отпустил мою руку, и я прошла в комнату, прикрывая дверь.

— Можешь снять проклятье? — спросил он. И мне было до дрожи непривычно слышать такой умоляющий голос, но от сказанного я все-таки напряглась.

— У меня нет магии, — сказала я, внимательно следя за реакцией Джейдена.

— Да брось, — сказал он, хоть и с усмешкой, но все таким же мягким голосом. — Я в курсе, что вы были в ЦИОРМе.

— И… как ты узнал?

— Тоби сказал, — пожал плечами Джейден, будто это было чем-то само собой разумеющимся.

Я хмурилась, пытаясь понять, в чем подвох, потому что без него точно не могло обойтись. Хоть я и знала, что они с Тоби общаются достаточно часто, но не думала, что он отчитывается Джейдену о каждом своем шаге.

— И ты хочешь, чтобы я сняла проклятье… — пробормотала я. Джейден молча кивнул. Удивительно, каким приятным собеседником он стал, когда ему действительно что-то потребовалось. И мне даже было интересно, до каких унижений он готов опуститься, чтобы добиться желаемого. — Ну, даже не зна-а-аю, — протянула я и глянула на свою руку. — Мне вот только все раны залечили. Да и как-то я утомилась за день…

— Может… хотя бы попробуешь? — спросил Джейден, продолжая смотреть на меня умоляющим взглядом. — Пожалуйста.

Пожалуйста?! Ладно, сдаюсь.

Полученная от Сирха энергия в любом случае рано или поздно растворится в крови. И особых причин отказывать у меня не было. Кроме одной. И только я подумала об этом, как знак на ребрах напомнил о моей основной задаче.

— А стоит ли? — задумчиво проговорила я. — Не зря же тебя здесь заперли. Вдруг ты опасен, кто ж знает?

Его глаза сверкнули прожигающим холодом. Он втянул носом воздух и, пнув стул в центр комнаты, сел на кровать, — видимо, это уже стандартное распределение для серьезных разговоров. Я тут же села. Случая лучше этого, возможно, больше и не представится.

— Спрашивай, — сказал Джейден, и я видела, что он всеми силами сдерживался, чтобы не послать меня.

— Нет уж, — сказала я, гордо вскинув подбородок. — Это тебе нужно, а не мне. Так что давай, выкладывай.

Джейден продолжал молча смотреть на меня, и я уже подумала, что перестаралась, и нужно было пользоваться возможностью, пока она была, но Джейден резко продвинулся по кровати, упираясь спиной в стену и сказал:

— Ладно! Ладно… Стандартный всплеск магии. Вышел из себя, спалил дом.

Он глянул на меня, ожидая реакции. Возможно, если бы я не знала, то как-то отреагировала бы, но я лишь кивнула, и он уставился в окно.

— Не специально, конечно. Мама часто разжигала камин. Одно из бревен вылетело, вспыхнули шторы, все запылало. Они бросились к двери, но та не открывалась. А я не мог это контролировать... Вот они и решили, что я пытался их убить. Отвели в ЦИОРМ, договорились с твоей матерью, что она запечатает магию и привяжет меня к Традстоуну. Но она сослалась на болезнь, и ритуал провела ты. А через пять лет «тюрьма» снялась, и твоя мать привязала меня сюда. — Все это время обращавшийся к окну Джейден наконец посмотрел на меня. — Все.

— Так у тебя… запечатана магия?

— Ну да.

Тогда понятно, почему то проклятье было в списке засекреченных…

— Не знала, что такие ритуалы вообще существуют, — пробормотала я. — И… я в любом случае не знаю знаки.

— У меня все есть, — оживился Джейден и достал телефон из кармана.

Я смотрела на него, продолжая думать о его словах. Вроде и похоже на правду, да и звучало достаточно искренне, но что-то не сходилось. Родители решили отправить его в Традстоун за то, что у него был банальный всплеск магии? Но всплески почти у всех бывают, это вполне нормально. Да, далеко не у всех это заканчивается пожаром, скорее даже почти ни у кого, но, если Джейден достаточно сильный маг управления, такое вполне возможно. Зачем же лишать магии? Или все-таки Джейден что-то недоговаривал? Почему родители решили, что он пытался их убить? Потому что не открывалась дверь, но…

Джейден протянул мне телефон с фотографией ритуала, я быстро пробежала глазами по знакам и, тут же позабыв о возникшем вопросе, подняла взгляд.

— Я думала, ты хочешь снять тюрьму.

— Ну, вдруг тебя хватит только на одно, — сказал Джейден, неуверенно пожав плечами. — Тюрьма через два года сама спадет, так что отсижусь, не проблема. А вот магию вернуть, возможно, сейчас единственный шанс.

В голове мелькнула еще какая-то мысль, но, когда он сказал про возвращение магии, я позабыла вообще обо всем и поджала губы. Теперь я уже не могла отказать ему, даже несмотря на то, что до сих пор чувствовала, как в его рассказе что-то не сходилось.

Жаль только, что у него нет фотографии с каким-нибудь ритуалом, позволившим бы вернуть и мою магию…

Некоторое время я изучала знаки, перерисовывала на бумагу, чтобы натренировать руку. Открыла перо, которое дал мне Джейден, проверила, что чернила не засохли, и заметила на серебряном колпачке гравировку с буквой «Х». Уж не то ли это перо, которое он забрал у Тоби?

Джейден уже стянул домашнюю футболку и улегся на кровать. Я положила телефон рядом, чтобы сверяться с порядком знаков. Подготовила нож и перо.

— Наверно, будет неприятно, — сказала я, глянув на притихшего Джейдена.

Он усмехнулся.

— Ну, если буду орать, сунешь мне в рот футболку.

— М, спасибо, что разрешил, — пробормотала я. — Хотя я бы и так это сделала.

— Пф-ф. — Джейден окинул меня этим своим самодовольным взглядом. — Любишь пожестче, да? Тогда нам бы придумать стоп-слово.

Я втянула носом воздух и взяла нож.

— Эй-эй-эй! Не настолько пожестче, ладно?!

— Знаешь, я что-то передумала.

— Я молчу! — тут же посерьезнел Джейден. — Все. Больше никаких шуток. Клянусь!

— Совсем никаких шуток, — кивнула я. — И, если получится, за тобой будет должок.

— Если получится, — проси, что угодно!

— Я запомнила, — сказала я с коварной улыбкой и резанула залеченную совсем недавно кожу.

Обсасывать свой палец при Джейдене было достаточно неловко. Но он, к моему удивлению, не отпустил ни одной шуточки на этот счет и даже тактично не смотрел. Решив, что хватит, я залепила палец пластырем и нарисовала на руке новый четырехлучник, который тут же покорно засиял. На этот раз я уже не ощутила никакого восхищения, возможно, потому что понимала, что привыкать не стоит?

Склонившись к Джейдену, я начертила на его коже первую линию. А за ней и следующую.

На втором знаке Джейден зашипел. Чем дальше, тем тяжелее он дышал и сильнее сжимал зубы. Его кожа мелко блестела от пота. На третьем знаке он вцепился руками в простыни и замотал головой. Я остановилась. Внутри нарастала паника. Мне было страшно. Я боялась, что сейчас он забьется в агонии и я ничего не смогу сделать. Буду лишь стоять и смотреть, пока по щекам будут течь слезы. А потом его грудь перестанет вздыматься, и появится мама с пустым и ужасным лицом, чтобы влепить мне пощечину.

— Фут…болку, — прохрипел он.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и протянуть ему валявшуюся в ногах футболку. Он скомкал ее и запихал в рот сколько влезло. Стиснул зубами.

Сиявшие знаки бледнели на коже. Нельзя больше медлить, иначе просто исчезнут и ритуал не сработает.

Я нарисовала еще один знак, но он не засиял. Пришлось отрывать пластырь, вновь пить свою кровь, повторяя не сработавший знак. Я чертила дальше, продолжая поглощать собственную кровь, и в голове все мутнело. Мне казалось, что над нами, под самым потолком сгущался темный туман с мелкой россыпью блестящих точек, напоминавших звезды.

Джейден стонал в футболку, жмуря глаза. Сжимал простыни. А моя голова кружилась, и мне казалось, что комната кренится и падает, еще чуть-чуть — и вся мебель покатится в сторону. Шкаф упадет, снесет меня и придавит к стене.

На последнем знаке Джейден резко дернулся и вцепился в мое запястье. Я зашипела от боли, но это взбодрило меня, хотя темный туман все еще мерещился над моей головой и будто шептал хриплым маминым голосом:

— Знак добавишь последним. Быстро и незаметно.

Я мотнула головой. Нарисованные знаки сияли, мне оставалось лишь провести черту, чтобы завершить ритуал. Зачем добавлять еще что-то? Какой еще знак?

Будто отвечая на мой внутренний вопрос, в сознании мелькнули знакомые линии. Нет-нет. Я помню его. Я не стану.

— Меня не интересуют твои прихоти, Элисон, — шептал мне туман искаженным маминым голосом. — Ты должна добавить знак. Точка.

Все смешалось и плыло перед глазами. Я хотела убрать руку, хотела закончить ритуал. Но вот я черчу круг. А чуть выше еще один.

Линия, линия и еще две, получился квадрат. От уголков лучики провести к кружкам. Линия вправо от центра одного круга, пересечь линию квадрата. Линия от центра другого. Соединить их и получится прямоугольник.

И завершающая черта.

Туман рассеялся и от внезапной тишины зазвенело в ушах. Все знаки засияли еще ярче, чем прежде, а потом медленно стали впитываться в кожу. Старые рисунки исчезали, точно их стирали ластиком.

Джейден разжал руку, выпуская мое запястье, и я опустилась на стул, глядя, как исчезают последние линии с его тела, оставляя лишь те, что были от проклятья тюрьмы. Его дыхание замедлилось и выровнялось, но открывать глаза он не спешил. Я потянула край футболки, освобождая его рот, и поднялась со стула. Джейден продолжал спокойно дышать. Может, уснул, так бывает….

Отступив на шаг, я вдруг застыла, когда в шее что-то больно кольнуло, и коснулась пальцами пульсировавшей вены. Дошла до шкафа и открыла створку. В зеркале отражалась моя шея, с черным знаком, таким же как тот, что я нарисовала на теле Джейдена последним. Он пульсировал еще пару секунд, а после исчез, сливаясь с кожей.

Боги… Что я натворила?

Глава 31

9 октября, среда

Утром я отнесла справку мадам д’Арлин, а она лишь сказала, что блюстители обследовали весь лес, но ни Сирха, ни его следов так и не нашли, да и раз уж моя магия на месте, возможно, это и не Сирх был вовсе. Их же не существует. Я лишь натянуто улыбалась. Ну да, у нас с Гретой и мистером Карвером просто была коллективная галлюцинация. Показалось. Как и то, что я успешно получила справку о наличии магии и провела вчера ритуал, всего лишь выпив своей крови.

Четырехлучник, к слову, утром уже не сработал. Пришлось вновь резануть палец, чтобы проверить это, и выслушать от лекаря порцию «как же так» и «будьте аккуратнее». Но зато я смогла убедиться: я ниим, как и прежде.

Вообще, ради разнообразия, могло бы и чудо какое-то случиться в моей жизни… Сирха за чудо считать я не стала, слишком уж много проблем он доставил. Хоть и позволил мне на денек вновь ощутить это неописуемое удовлетворение, когда начерченные на коже линии начинают сиять.

Другой вопрос, который меня волновал — не разрушило ли неожиданное появление магии мой договор. Я пробовала думать о мистере Барри и даже о том, что не буду говорить ему о снятом с Джейдена проклятье, но знак никак на это не реагировал. Так что, дождавшись, когда соседки отправятся на завтрак и убедив Шер, что скоро нагоню ее, я аккуратно приподняла топ и впервые рассмотрела в зеркале черный узор на ребрах, напоминавший крупную чернильную кляксу с растянувшимися в разные стороны подтеками. Я нервно сглотнула, представив, как они поползут по коже, обвивая мое тело, если я нарушу договор, и спешно отпустила ткань, позволяя ей вновь скрыть метку. Лучше все-таки указать в отчете, что я сняла проклятье, а-то мало ли…

Подумав, я все-таки достала подаренные Тоби заколки и убрала челку. Новый блокнот тоже распечатала. Мне казалось, Тоби что-то скажет по этому поводу, когда мы сидели в столовой на большом перерыве, но он никак не отреагировал. Хотя я была абсолютно уверена, что он заметил.

Атмосфера за нашим столиком наконец наладилась. То ли Шер все-таки смогла убедить Маркуса успокоиться, то ли ниимы временно затихли. Еще и Джейден наконец объявился, лучась несвойственной ему улыбкой. Его не было ни на завтраке, ни на занятиях и я даже начала подумывать, что неплохо было бы проверить, не помер ли он после вчерашнего ритуала. Все-таки ряды серийных убийц пополнять не хотелось. (Разве что самую малость… Хотя, если окажется, что он все это время был таким мерзким лишь из-за проклятья, — что ж, ладно, пусть живет).

С довольным видом, Джейден плюхнулся напротив и уронил передо мной небольшую картонную коробку. Я с сомнением посмотрела на нее. По виду — точно что-то из кафешки Олли.

— Что это? — спросила я.

— Открой и узнаешь, — слишком уж добродушно сказал Джейден.

Помедлив еще немного, я все-таки открыла коробку. Внутри был круассан. С шоколадом. Я бросила взгляд на Шер. Она неловко улыбнулась. Сдала меня, значит… Но если он решил отделаться такой благодарностью, — не выйдет, я запомнила его «проси что угодно» и приберегу до необходимости.

— Спасибо, конечно, но я такое не ем, — соврала я и пихнула коробку по столу в сторону Джейдена.

Он поймал ее и вопросительно посмотрел на Шер. Она перевела взгляд с меня на него и обратно и замотала руками.

— Отстаньте от меня, а?

Джейден вновь двинул коробку в мою сторону, а я отодвинула к нему.

— Ты вздумал от меня круассаном отделаться? — возмутилась я.

— А ты на что рассчитывала? — он вскинул брови и толкнул коробку обратно ко мне.

— Ну точно не на круассан, — я толкнула коробку обратно.

— О, ну я могу еще кое-что предложить, — лукаво произнес Джейден и толкнул коробку обратно. — Если ты понимаешь, о чем я.

И как мне вообще могло прийти в голову, что он изменился?

Тоби перехватил коробку, открыл ее и разломил круассан пополам, протянул одну половинку Маркусу, а другую оставил себе.

— Спасибо, Джейден, — сказал Тоби и откусил круассан.

Кажется, его голос еще никогда не звучал так холодно.

— Да, спасибо, Джейден, — усмехнулся Маркус, кусая свою часть круассана, а потом протянул его Шер, и она, неловко улыбнувшись мне, откусила.

Джейден хмыкнул, не особо расстроившись, и ушел за едой.

А мне после этой дурацкой и абсолютно неловкой ситуации предстояло отправиться на рисование, куда идти совсем не хотелось. И даже не из-за того, что на меня напал Сирх, а потому, что я совершенно не представляла, как теперь относиться к мистеру Карверу. Так что я стояла на улице недалеко от столиков, вспоминая наш с ним разговор и мои кошмары.

— Ты в порядке? — спросил Тоби, оказавшись рядом.

— М? Да, просто… — я замолкла, продолжая смотреть на павильон. Нужно было промолчать, отмахнуться, сказать, что все нормально, но слова сами полезли наружу. — Я кое-что узнала о человеке и… теперь не знаю, как после этого с ним общаться. Даже не понимаю, предал он меня или нет. Внутри что-то странное творится. Вроде он столько знал обо мне, а делал вид, будто ничего и не было… И, наверно, он не со зла, просто… Не понимаю. И не знаю, как дальше находиться с ним рядом.

Замолкнув, я тут же пожалела обо всем сказанном и, быстро глянув на Тоби, уставилась обратно на павильон. В его взгляде было столько сожаления, словно он и сам переживал подобное, будто я надавила на какую-то незажившую рану, и от этого мне стало неловко.

— Ты сейчас… о ком? — тихо спросил он.

— О мистере Карвере, — сказала я и пояснила. — Преподаватель рисования. Оказалось, что мы раньше были знакомы и, можно сказать, дружили. Ну, я была маленькая, плохо помню.

— Карвер, — задумчиво повторил Тоби. — Что-то знакомое.

— Он вроде как работал уборщиком в ЦИОРМе, но я не уверена в этом.

— Ниим?

— Ага. А я часто там бывала в детстве. Ну, из-за мамы, — я запнулась и повернулась к Тоби, резко посерьезнев. — Зачем ты спрашивал у Шер, когда она умерла?

Тоби замялся, видимо, не ожидав этого вопроса.

— Хотел… свериться по датам.

— С чем?

— С проклятьем.

— А… Ты и об этом знаешь, — пробормотала я. — Ну, если что, я вчера сняла его. Он из-за этого круассан и притащил.

Я что, пытаюсь оправдаться?

— Я понял, — только и сказал Тоби, помрачнев.

— Повезло ему, конечно, что на меня этот Сирх напал, — хохотнула я, чувствуя себя неловко. Но Тоби почему-то только сильнее нахмурился, и я попыталась сменить тему. — Вообще, ты мог бы спросить у меня, а не у Шер. Про маму.

— Прости, — сказал Тоби, продолжая хмуриться, будто мысленно все еще был в предыдущей теме. — Я подумал, что тебе будет некомфортно говорить об этом.

— Да нет, мне… Сирх! Я ж опаздываю, — опомнилась я. — Потом обсудим.

И я уже поспешила в сторону павильона, но Тоби нагнал меня.

— Как ты сказала?

— А? — не поняла я.

— Про Сирха.

— Про Сирха? А, ну, что Джейдену повезло, что на меня напал Сирх.

— Повезло... Подожди секунду, — сказал Тоби и остановился. Совсем растерявшись, я тоже остановилась и уставилась на него. Он продолжал хмуриться и смотреть в сторону павильона. — В субботу ему неожиданно понадобилось перо, — пробормотал Тоби будто сам себе. — Вчера выспрашивал, где ты, будто знал, что… — Он перевел на меня напряженный взгляд. И вдруг точно осознав что-то, распахнул глаза, втянул побольше воздуха и на выдохе произнес: — Я убью его.

Тоби развернулся и стремительно направился обратно к основному зданию.

***

Мысль, что Джейден, возможно, поспособствовал нападению на меня Сирха, не выходила из головы, и я даже забыла о своих переживаниях из-за мистера Карвера. Вспомнила лишь когда увидела удивление на его лице, но нацепив маску спокойствия, подготовила рабочее место к занятию, на всякий случай сев подальше от окна, рядом с Гретой.

— Ты что творишь? — шепнул он, склонившись к моему уху и обдав сладким запахом. — Просил же уйти, пока не поздно.

— Не понимаю, о чем вы, — сказала я, уверенно вскинув голову. — Я принесла мадам д’Арлин справку. С моей магией все в порядке.

— Ты… Как ты…

Он резко отстранился и, сжав зубы, ушел к другим студентам, а я, удовлетворенная произведенным эффектом, повернулась к Грете. Доверие к ней за эти дни резко возросло, так что я решила спросить.

— Ты не знаешь… почему Сирх напал на меня?

Она сощурилась, будто что-то заподозрила.

— Я бы могла ответить, что это неудачное стечение обстоятельств, — сказала она и загадочно замолкла. — Но тогда я совру. — Грета поправила очки, отчего те опасно блеснули в свете ламп. — Возможно, что-то в тебе его и привлекло, но в таком случае, он бы наоборот вел себя сдержанно, попытался бы приблизиться, заслужить доверие. А выглядело совсем не так. Он будто охотился на тебя, будто… пришел на твой запах.

Грета смотрела на меня, чего-то ожидая, но я не знала, что сказать.

Духи… Духи! Ну, конечно же, духи. Как я сразу не догадалась? Но не мог же Джейден это все спланировать? Как он вообще мог знать, что появится Сирх? И как он мог… натравить его на меня? И зачем я только доверилась ему, да еще и сняла проклятье? Повелась на грустную историю отвергнутого родителями ребенка. О чем я только думала? Он же учился в Традстоуне, наверняка история лишь выдумка, попытка разжалобить. И мистер Барри не с проста попросил следить за ним.

— Это Джейден, да? — спросила Грета.

— Что? — растерялась я, будто Грета могла прочитать мои мысли.

— Я подумала об этом еще позавчера, но… вы вроде общаетесь, и я не хотела высказывать необоснованные обвинения. Он расспрашивал меня о Сирхах в сентябре, пытался выдать это как заинтересованность в легендах в целом, но сейчас я поняла, что интересовали его тогда только Сирхи.

— Он… в день нападения говорил про мои духи. И потом…

— Да! — сказала Грета, будто сразу поняла, о чем я. — Когда ты спросила, я сразу подумала, что что-то здесь не так, как раз ведь рассказывала ему, как привлечь Сирха, и он так интересовался, будто был уверен в их существовании, но… я не могла понять его мотив, вы ведь общаетесь. Потому и не стала говорить.

Грета не поняла, зачем ему это, зато я прекрасно понимала. Натравить на меня Сирха, чтобы я вернула магию, а потом разжалобить грустной историей, чтобы сняла проклятье… Отличный ход, Джейден. Просто гениальный.

«Через час у павильона рисования», — написала я Джейдену. И все занятие представляла, как придушу его.

***

Джейден стоял недалеко от двери, выдыхая облачка дыма. Надо же, действительно пришел.

Я грубо подхватила его под руку и потащила дальше от павильона.

— Эй, полегче!

— То есть, ты думал, что я ничего не узнаю?! — бросила я, отпустив его руку в тени ближайшего дерева.

— Ты о чем? — нахмурился Джейден, затягиваясь. Пепел посыпался с сигареты, и я отшагнула.

— Про Сирха!

Джейден закатил глаза и устало простонал.

— И ты туда же…

Он затянулся еще раз и затушил сигарету о ствол дерева, щелкнул пальцами, отбрасывая окурок.

— «Фу, какие духи, всю толстовку мне провоняла», «Ой, а что за фирма?», «М-м, тебя укусил Сирх, может, снимешь проклятье?», «Смотри, какой я бедный и несчастный, у меня такая грустная история»!

— Да тише ты, — буркнул Джейден, ничуть не впечатленный моими попытками его пародировать.

— Нет, я не буду тише! Пусть все знают. Пойду сейчас и буду рассказывать каждому встречному.

— Но все же в плюсе, — пожал плечами Джейден.

Я задохнулась возмущением.

— В плюсе?!

— Ко мне вернулась магия, а ты получила справку, что она у тебя есть.

— Да мне и не нужна была эта справка! Я и так прекрасно справлялась, пока никто не знал.

— А ритуалы ты как хотела сдавать?

— Уж разобралась бы! И чем, по-твоему, мне поможет эта справка? Приду и скажу мистеру Барри: «смотрите, я не беспомощна»?! «У меня есть магия, вот же, на бумажке написано»!

— Говорю же, тише, — сказал он, глянув мне за спину.

— Я тебе доверилась! Я никому не говорила о происходящем!

— Элис, — серьезнее сказал Джейден.

— Но сейчас я пойду к мадам д’Арлин и расскажу, что в лесу…

— Элис!

— …появляются тела…

Джейден вцепился в мою жилетку, дернул на себя и заткнул мне рот.

Своим.

Я резко подалась назад, но он запустил руку в мои волосы и надавил на затылок, прижимая меня к себе. От привкуса табака меня замутило. Что-то призывало покориться, сдаться, признать свое поражение, и я просто не могла сопротивляться.

— Кхе-хем, — послышалось сзади.

Освобождение произошло слишком резко. Джейден отпустил меня, и я отскочила. Сумка слетела с плеча, Джейден попытался поймать ее, но та упала на его ногу.

— Твою-ю-ю ж… — зашипел он.

Оказавшийся рядом мистер Карвер перевел взгляд с Джейдена на меня, и взгляд этот мне совсем не нравился.

— Нам нужно поговорить, — сказал он, кажется, ни капли не смутившись от представшего перед ним действа.

Но говорить с ним мне совсем не хотелось.

— Я… занята, — сказала я и шагнула ближе к Джейдену.

Мистер Карвер о чем-то раздумывал, не сводя с меня глаз, и сжимал зубы с такой силой, что видно было, как подергивались желваки.

— Зайди, как освободишься, — бросил он и, развернувшись, направился к павильону.

А я вскинула голову на Джейдена, который успел закурить очередную сигарету, прислонившись к стволу дерева.

— Какого… Сирха?!

Джейден глянул на сигарету, будто не поняв, о чем я, а потом его лицо прояснилось и он усмехнулся.

— Ты не затыкалась.

— А сказать нельзя было?!

— Я говорил.

— Нормально сказать? Типа «Элис, у тебя за спиной препод!»

— Пф… Да иди ты.

— Сам иди!

Устало вздохнув, Джейден затушил сигарету и состроил страдальческую гримасу.

— Будто не знаешь, как херово без магии, — пробормотал он. — Наверняка и сама готова на что угодно, лишь бы вернуть ее.

И он был прав. Но признавать это не хотелось.

— Ты мог рассказать. Мы бы обсудили. Можно было сделать все тихо, и мне бы не пришлось переживать все это с ЦИОРМом, чтобы получить справку!

— Ты б не согласилась.

— Я… Да, скорее всего я не согласилась бы. Но… Джейден, это подло! И отвратительно. Ты… — я запнулась, вдруг осознав, что он совсем помрачнел. — Где ты вообще взял Сирха?!

— Не сообщил о новом трупаке, — пожал плечами он, будто говорил о чем-то совершенно обыденном. — Думаю, он поэтому и просил забирать их сразу.

— Не поняла…

Джейден простонал что-то несвязное.

— В августе про тела еще никто не знал, так что первое провалялось там слишком долго. О нем бы, может, вообще и не узнали, если б не Сирх. Походу, замораживающий эффект того зелья, — или что там использует этот маньяк, — уже кончился, и тело начало гнить. Ну, сама знаешь, трупные черви и прочее. Вот они и нажираются этой убийственной смеси гнильцы с магической энергией из сгустка.

— И?

— И, — многозначительно кивнул Джейден. — Ты спросила, откуда взялся Сирх. Я ответил.

— Ты… хочешь сказать… что Сирхи…

— Ага, — сказал Джейден, явно довольный произведенным эффектом.

Я приложила руку ко рту, борясь с тошнотой. Лучше не пытаться представить в подробностях, что именно меня укусило. И чем именно являются Сирхи.

Джейден молча пинал землю, пока я пыталась переварить услышанное.

— Это ж… — сказал он вдруг куда серьезнее, чем прежде. — Надеюсь, не первый твой поцелуй?

— А? С ума сошел? — усмехнулась я. Если он хотел отвлечь меня от мыслей о Сирхах, то у него отлично получилось. — Ты назвал это поцелуем?

— Пф-ф. Я не старался. И, если б ты не сопротивлялась, это — оказалось бы самым незабываемым поцелуем в твоей жизни.

— Ха! Не смеши меня.

— Хочешь поспорить?

Джейден шагнул ко мне, лукаво улыбаясь.

— Еще чего!

Но какая-то предательская искра уже загорелась внутри, напоминая, что поцелуи — это всего лишь поцелуи. Они ничего не значат. Я склонила голову на бок, ответив ему такой же улыбкой. На краю сознания еще билась мысль, что продолжать не стоит, что мне станет неприятно и больно, что это не я. Не та я, которая сейчас, а та я, которая была когда-то давно.

Он притянул меня к себе, обхватывая шею, сдавливая талию, прижимая ближе. Накрыл губами мои губы, окутывая табаком. Я едва поспевала за его движениями, интуитивно отвечая, но не отдаваясь процессу. Джейден целовался как Джейден, неаккуратно и грубо, достаточно страстно, но и лениво. Прикусывал мои губы, комкал мои волосы, вжимался в мое тело, желая обладать. И меня разрывало на части, бросало из привычного «так и должно быть», «поцелуи ничего не значат», в незнакомое и странное «мне не нравится» и «со мной так нельзя», которое я успешно подавляла бы и дальше, если бы не образ, мелькнувший в сознании всего на секунду, когда язык Джейдена скользнул мне в рот.

Я прикусила его и отпрянула, упираясь руками в его грудь. Джейден что-то промычал и зыркнул на меня.

— Больно вообще-то.

— Ты проспорил, — сказала я, в надежде, что звучало это достаточно самодовольно, чтобы убедить Джейдена.

Чувствовала же я себя отвратительно, все еще пытаясь осознать, почему вообще задумалась о том, о чем задумалась в момент поцелуя.

— Врешь, — усмехнулся Джейден.

— Не-а, — сказала я. — В пятнадцать у меня был парень, который целовался куда лучше.

— Ох, ну куда ж мне до пятнадцатилеток! Может, сделаем скидку для старика?

— Договорились, — уже совершенно незаинтересованно сказала я, глянув на павильон рисования.

— И что же, я теперь на втором месте?

— На втором? Разве я сказала, что тот на первом?

— Ой, да иди ты, — отмахнулся Джейден.

И я пошла. В сторону павильона рисования. Обхватив себя руками и пытаясь понять, от чего мне больнее. От того, что этим поцелуем я словно вернула себя на два-три года назад и поняла, что больше так не хочу? Или от того, что я вспомнила о Тоби и подумала, что с ним бы все было иначе? И… самое дурацкое, что от этой мысли мне стало так приятно и волнительно. Но при этом еще и очень, очень стыдно.

***

Мистер Карвер нервно перекладывал кисти в ящике с места на место. Я медленно прошла в павильон, но держалась поодаль. Здесь, как и обычно, было комфортно и уютно как дома, но предательство мистера Карвера заставляло меня сохранять бдительность.

Он определенно знал, что я вошла, но говорить не торопился. Брал кисти трясущимися руками, откладывал в сторону, ронял и снова поднимал.

— Я-я… должен сказать тебе, — произнес он дрожащим голосом. — Это… я виноват.

— Виноваты? — растерялась я. — В чем?

— Я должен был проверить… проконтролировать... убедиться. — Он уперся локтями в открытый ящик и схватился за голову. — Нет, это Джейден. Конечно, это он виноват, но я должен был догадаться… Конечно, я должен был догадаться, что он сделает нечто подобное, но…

Я неуверенно шагнула ближе, совершенно растерянно произнося:

— О чем вы говорите?

Он резко повернул голову, глядя на меня огромными, точно обезумевшими глазами.

— Ты должна пообещать мне. Что никому не скажешь. Я все тебе расскажу, но ты не скажешь им. — Он вцепился в ящик до побелевших костяшек. Держался так, будто стоило отпустить его, и он тут же рухнул бы вниз. — Пожалуйста, пообещай, что никому не скажешь.

— Я… — Обещать ничего не хотелось. Он рассказал про меня мадам д’Арлин, с чего я должна делать для него то, что он не сделал для меня. Но мной двигало желание узнать правду. — Обещаю.

Он помотал головой.

— И Джейдену не скажешь. И блюстителям.

— Не скажу.

Казалось, ящик сейчас хрустнет под его тонкими пальцами. Мистер Карвер отвернул голову и, посмотрев внутрь, пробормотал:

— Просил ведь забирать тела сразу…

Глава 32

«Просил-ведь-забирать-тела-сразу», — прозвучало скороговоркой в моем сознании, и мне потребовалось время, чтобы отделить слова, осознать их смысл и медленно попятиться к выходу.

Мистер Карвер отпустил ящик и вскинул руки, демонстрируя пустые ладони.

— Я не убиваю их! — быстро сказал он. Отошел от шкафа на пару шагов и остановился напротив меня. — Я, наоборот, хотел помочь.

— Вы… — начала было я, пораженно мотая головой и не понимая, что должна спросить, и не стоит ли все-таки поскорее убраться из этого павильона.

— Я только просил забирать тела сразу, — повторил он, словно пытался убедить меня, что бояться не нужно. — Чтобы не появлялись Сирхи, чтобы не случилось… того, что случилось с тобой.

— Вы… знаете убийцу?

— Да, я… — он осекся, резко схватившись за рубашку в области сердца и согнулся, тяжело дыша.

Я подалась навстречу, но замерла, не решаясь подойти.

— Это миссис Мосс?!

— Нет, но… Я… Агх… — Он весь побагровел. Морщился, борясь с самим собой и с договором, которому трудно сопротивляться. — Не могу сказать.

— Но она как-то с этим связана?

Он зажмурился.

— Мол-чи, — выдавил он, вскинув руку. Судорожно вдохнул и выдохнул, и медленно разогнулся, все еще корча лицо от боли. — Я оставил им послание, пытался помочь. Я думал, они будут благоразумны, — говорил он и, кажется, начинал злиться. — А Джейден решил рискнуть всеми ради себя… Впрочем, как и ожидалось.

Я изучала его лицо, до сих пор не осознавая всего происходящего.

— Но зачем вы… просили, чтобы тела забирал именно он?

Мистер Карвер распахнул глаза и замотал головой.

— Не я. Это его просьба.

— Его — в смысле, убийцы?

Он медленно кивнул и сделал шаг ко мне.

— И я просил тебя уйти, пока не стало слишком поздно... Но ты осталась и сняла проклятье. И он знает об этом. — Мистер Карвер вытянул руку и медленно закрыл ящик. — Я просил его не трогать никого из академии, но… теперь он вряд ли послушает.

Я сглотнула.

— Мне… нужно уйти?

Мистер Карвер прикрыл глаза и грустно усмехнулся.

— Уже поздно. Я, правда, хотел помочь тебе, но… Он найдет тебя где угодно. И не остановится, пока не убьет.

Нет-нет-нет-нет-нет. Нет!

Он что-то путает, так не может быть.

Так не должно быть…

— Потому что я сняла проклятье? — спросила я, но прозвучало это жалким писком.

Мистер Карвер медленно кивнул.

— Он… я не понимаю… — Слюна стала совсем вязкой, рот не слушался. — Но почему вы не хотите, чтобы я говорила другим? Я могу не говорить про вас, или попрошу, чтобы вам обеспечили безопасность. Может, получится остановить его, может…

Но на все мои слова, мистер Карвер лишь начал отрывисто посмеиваться.

— Ты просто не понимаешь… Его нельзя остановить.

— Но…

— Это невозможно.

— Но…

Мистер Карвер лишь еще раз покачал головой.

Слова путались, сплетались, цеплялись друг за друга и тянули вниз. Тот, кого невозможно остановить, хочет убить меня. Из-за того, что я сняла проклятье? Да без проблем, я могла бы вернуть все обратно. Если бы…

— У него моя магия, да?

Мистер Карвер посмотрел на меня и медленно прикрыл глаза. Возможно, на этот вопрос он тоже не мог ответить, но, сжав губы, все-таки кивнул.

— Тогда… если он вернет ее, я могу снова нанести проклятье на Джейдена.... Или… Могу попросить кого-то другого сделать это. Если дело только в проклятье, есть тысяча способов, как все исправить. — Я шагнула ближе к мистеру Карверу. — Вы же можете поговорить с ним? Скажите, что я сделаю все, что он попросит. Я…

— Забери ее, — быстро произнес мистер Карвер.

— Заб… Что?

— Ему нужна магия Джейдена. Если ты принесешь ее, думаю, он отпустит тебя.

— Но… Как я могу забрать ее?

Его лицо вытянулось и пару секунд он просто пораженно смотрел на меня.

— Ты ведь сама показывала мне знак.

Показывала? Так он все-таки помнит!

— Он чтобы… забрать магию? И… Подождите, мне просто нанести знак, и его магия перейдет мне? Такое разве возможно? Как-то слишком просто, так не может быть.

И если это тот самый знак, то я уже нанесла его, но ничего ведь не произошло…

— Я не знаю тонкостей, — с сожалением сказал мистер Карвер. — Но, если ты согласна, я постараюсь убедить его не трогать тебя.

— Да, — уверенно закивала я. — Да, конечно.

Конечно, я на все согласна, если от этого зависит моя, — может, и не самая удачная, но все-таки вполне сносная, а временами очень даже приятная — жизнь.

***

10 октября, четверг

Не помню, как прошли занятия. Меня на них будто и не было, хотя я точно присутствовала.

Сейчас все мои прежние переживания казались такой глупостью. Почему в какие-то дни мне не снятся кошмары; как мне сдать ритуалы и практическую магию; не раскроют ли меня, не сдадут ли в ЦИОРМ; не отправят ли работать прислугой? Все это такие мелочи, по сравнению с новой огромной проблемой. Как сделать так, чтобы сумасшедший убийца позволил мне жить? Как забрать магию Джейдена, если я уже нанесла на него правильный знак, но ничего не произошло?

И теперь я даже не могла сбежать. Уход из Абендорма не спас бы меня. Мистер Карвер сказал, что убийца найдет меня где угодно, чтобы отомстить за то, что я сняла проклятье. Но почему? Что не так с Джейденом и его магией?

— Да не знаю я, сказал же, — бурчал Джейден, валявшийся под деревом с телефоном, когда я спросила, чего хочет от него убийца. — Понятия не имею, чего он привязался ко мне.

— Но не просто так ведь он хотел, чтобы тела забирал именно ты. Значит вы как минимум знакомы.

— Слушай, в Традстоуне сплошняком потенциальные маньяки были. Если так посудить, то это может быть любой из них.

— Значит, нужно сузить круг поиска, — уверенно сказала я. — С кем ты общался?

— Ни с кем, — отмахнулся Джейден и вновь включил свое видео.

— Ага, конечно! — Я ткнула в экран его телефон и остановила видео, на что тут же получила недовольный взгляд. — Ты был там пять лет. Прям вообще ни с кем не общался все эти годы?

Джейден закатил глаза и что-то простонал.

— Общался. Но если б сделал кому-то что-то, достойное подобной мести, наверняка запомнил бы.

— Да тебе будто вообще плевать на то, кто он!

— Ну да, — усмехнулся он. — Вот заявится лично, тогда и поболтаем.

Конечно, ему плевать. Джейдена ведь, судя по всему, никто убивать не собирается. Его жизнь не висит на тонкой нитке, к которой уже поднесли ножницы. А вот моя — да… Один щелчок, — и оборвется.

Но у меня еще оставалась, хоть и очень призрачная, но все же надежда.

— Мне нужно попасть в кабинет миссис Мосс.

— Ну, так сходи.

— Ты не понял. Мне нужно незаметно попасть туда. И кое-что забрать.

— У-у, — усмехнулся Джейден. — Ограбление? Ну, успехов.

— Ты идешь со мной, — уверенно сказала я.

— С чего бы это?

— С того, что кто-то сказал «проси что угодно».

— И из миллиарда других вариантов ты выбрала ограбить со мной кабинет зелий? Все-таки странные у тебя фантазии. Я рассчитывал на что-то более… приятное.

— Кабинет. Зелий!

— Да понял я, понял, — сказал он и поднялся. Судя по виду, это стоило ему серьезных усилий. — Пошли.

— Прямо сейчас?

— А когда ты хотела?

— Но… — я запнулась. В целом, конечно, можно и сейчас. — Но как же разработать план и…

— На ходу и разработаем.

— М-м, ну с Сирхом ты, видимо, тоже на ходу разрабатывал, — пробормотала я и поплелась следом за уверенно шагавшим к зданию Джейденом. Удивительно, но этот комментарий он оставил без внимания.

Еще удивительнее было то, что все оказалось куда проще, чем я думала. Сверившись с расписанием, мы выяснили, что миссис Мосс сейчас в павильоне, а кабинет зелий свободен. Джейден перекинулся парой слов с охранником, спросил про количество непонятно чего, кивнул на сказанное охранником «ну пять-шесть, как обычно» и тут же получил ключи.

— Это вы о чем? — спросила я, пока мы шли к кабинету. Джейден выглядел слишком уж уверенным и непринужденным, в то время как я постоянно оглядывалась по сторонам, боясь, что нас поймают.

Он усмехнулся.

— Тебе лучше не знать.

— И все же?

— У миссис Мосс разные штуки есть… — сказала Джейден, совершенно по-свойски отпирая дверь кабинета. — Ну, Стивен периодически балуется. Он мне ключи, я ему подарочки.

Ладно, соглашусь, лучше б не знала.

— Закрой на ключ, — сказала я, когда мы оказались внутри.

Джейден прыснул.

— Ну ты и трусиха.

— Закрой!

— Ладно-ладно, — пробормотал он и повернул ключ в замке.

В этот раз пустой кабинет оказался мрачен и холоден. Когда я была здесь одна в прошлый раз, я еще считала миссис Мосс прекрасной женщиной, которая уважала ниимов и помогла мне поступить просто потому, что знала меня. Теперь же я понимала, что все это было ложью и притворством.

Я перекладывала бумаги, не вникая в записи, лишь пробегала глазами по строкам, выцепляя отдельные слова. Глупо было надеяться, что письмо окажется в одном из ящиков стола, но я не знала, где еще искать. Джейден в это время рылся в шкафу, перебирая пакетики с травами.

— У нее есть какие-то тайники? — спросила я, скользнув пальцами по стопке бумаг на столе, но не нашла ничего хоть отдаленно напоминавшего конверт.

— Мне-то откуда знать, — сказал Джейден, оказавшись возле меня.

Он подцепил со стопки пустой листок, оглядел его с обеих сторон и, сложив несколько раз, разорвал на части поменьше. Пересыпал какие-то травы из пакетика на пару листков и аккуратно завернул их, подгибая края.

Я успела просмотреть все бумаги в ящиках по второму кругу и, только наткнувшись на знакомый ключ, поняла, что, на самом деле, все это время знала, где письмо.

Листок с моим именем так и лежал придавленный одним из бюстов с вуалью. Я аккуратно достала его и повернулась к окну, осматривая на просвет. Конечно, зачем миссис Мосс отдельный листок с моим именем? Это и есть письмо! Никаких следов текста на нем не было, но если я права, то их и не должно быть. Я поднесла лист к носу и вдохнула. Пахло искусственной кожей. Такой же, как на манекенах для практики. А значит, чернила впитывались по тому же принципу, и осталось лишь проявить их. Только вот… в таком случае назад пути уже не будет. Чернила не впитаются обратно второй раз. Их можно будет лишь вывести специальным раствором, но его поиски и сама процедура займут время. Да и миссис Мосс скорее всего по запаху сразу догадается, что к чему. Поэтому…

Я сжала губы и втянула воздух, решившись. Сейчас мне действительно важнее узнать, что в письме, а все остальные проблемы можно приберечь на тот случай, когда никто не будет желать моей смерти.

— Здесь есть сандаловые палочки? — спросила я, обернувшись.

— Да откуда мне знать? — Джейден отсыпал какой-то порошок на другой листок. — Так спрашиваешь, будто это мой кабинет.

— Ну, чувствуешь ты себя здесь явно как дома…

— Поищи там, — кивнул он на шкаф у окна.

Открыв скрипучие дверцы, я осмотрела баночки с травами, флакончики с маслами, и за опустевшими рядами колб с охлаждающим зельем наконец нашла деревянную коробку с сандаловыми палочками точь-в-точь как у моей мамы.

— Уверен, что не твой кабинет? — спросила я и достала одну из палочек. Еще немного — и я узнаю, что в письме. — Дай зажигалку.

— В заднем кармане, — сказал Джейден, не отвлекаясь от своих пересыпаний.

Я сжала в руке сандаловую палочку и глянула на его карман.

— Трудно достать?

— Я слегка занят, если ты не заметила.

Так, ладно, мы уже даже целовались, о какой неловкости может идти речь? Я шагнула к нему и максимально быстро скользнула пальцами в карман рядом с пачкой сигарет, но ничего там не обнаружила.

— В другом.

Кто вообще кладет сигареты и зажигалку в разные карманы?! Стараясь не думать и вовсе отключить мозг, я опустила руку в другой карман. Джейден вдруг замер и усмехнулся.

— А, нет. В переднем.

— Ты издеваешься?!

Джейден прыснул. И я уже потянулась к переднему карману, когда он сказал:

— Да в пачке она, в пачке.

Облегченно вздохнув, я достала пачку и выловила из нее покоцанную синюю зажигалку. Подожгла сандаловую палочку и, дав ей время разгореться, задула. А дальше оставалось лишь наблюдать как дым медленно струился, скапливался на поверхности листа и, растекаясь, сползал с краев, тонкими линиями устремляясь к потолку.

Текст медленно и равномерно проступал на поверхности листа, и я нетерпеливо кусала губу. Сейчас моя жизнь во многом зависела от того, будет ли в письме хоть что-то способное мне помочь.

Но чем ярче становились буквы, тем сильнее я стискивала зубы, а в итоге и вовсе прокусила губу. Знакомый вкус крови заполнил рот.

Пять строк.

Мама знала, что она умрет, но написала всего лишь пять строк.

Пять жалких, бесполезных строк…

«Связаться с Кэрен Даррел — 555-0134. Назначить дату обновления Селлори.

В колбу номер 3 (в секретере) добавить кровь. Выпить непосредственно перед ритуалом.

Провести ритуал (копия страницы в секретере). Последним добавить знак Айверро.

Добраться до Лессара и связаться с Альфредом — 555-4823.

Завершить ритуал».

Пять строк и ни одного слова, обращенного ко мне. Жалкие инструкции. Строго и формально. Только по делу. Даже мое имя с другой стороны листа написано не ее рукой.

Но она молодец, все продумала наперед. Все подготовила и спланировала. Вероятно, хотела, чтобы я заработала денег, продлив «тюрьму» Джейдена. Допустим, это можно принять за заботу. Только она не учла, что его родители к этому моменту будут мертвы, а Джейден вряд ли заплатит мне за продление собственного срока. Как, думаю, и Адрия. Не знаю, какие у них отношения, но вроде не похоже, что она хотела бы продлевать его заточение.

И в секретере столько всего, а я так и не рискнула зайти в мамину комнату… В колбе номер 3 наверняка что-то связанное с Сирхом, раз это позволило бы временно вернуть магию.

Айверро — скорее всего, тот самый знак, что я нанесла на Джейдена, призванный забрать его магию. После чего следовало скрыться из города и связаться с неизвестным мне Альфредом. Это тоже можно считать заботой?

Но что, сирх возьми, значит — завершить ритуал? Это знак с отложенным действием? Об этом точно нужно поговорить с мистером Барри…

— Э-эй, ты че зависла? — спросил Джейден. Сунув в карман очередной сверток, он убрал пакетики в ящик и задвинул его. — Валим?

— Валим, — согласилась я и, на всякий случай сфотографировав лист, убрала его в новенький блокнот.

Успешно покинув кабинет, мы направились к Стивену, чтобы Джейден мог вернуть ключ и передать «подарочки». Я лишь молча плелась следом, чувствуя полное опустошение. Вроде информация и полезная, вроде и может чем-то помочь, а вроде ничего и не изменилось. Только лишний раз убедилась, что даже перед смертью мама не снизошла хотя бы до пары добрых слов.

— Ну и? — спросил Джейден, возвращаясь от Стивена. — Нашла, что искала?

— Мхм, — только и смогла выдавить я.

— И где благодарности?

— Ты вроде как возвращал должок. За такое положены благодарности?

— Ой… да пошла ты.

— Ла-а-адно, — протянула я и быстро сказала: — Спасибо.

Джейден самодовольно улыбнулся, совершенно не подозревая, что сам помог мне, хоть и немного, но приблизиться к разгадке — как забрать его магию.

И самым отвратительным было то, что я действительно заберу ее, как только узнаю, как завершить ритуал. Передам убийце. Скроюсь из города. И свяжусь с Альфредом.

Прости меня, Джейден…

Глава 33

11 октября, пятница

Последнее время я бегала через раз. В моем спортивном костюме становилось слишком уж холодно, да и кошмары в любом случае приходили теперь когда им вздумается, — что бегай, что не бегай. Но сегодня первым занятием поставили практику по ритуалам, так что мне просто необходимо было проветриться. Хотя, в связи с новыми обстоятельствами, — это вряд ли удастся. Да и сейчас вообще не было смысла думать об учебе. Если мистер Барри знает, как завершить ритуал, я тут же заберу магию Джейдена, договорюсь с мистером Карвером, как передать ее убийце, и просто исчезну из академии. А дальше… Может, этот Альфред — какой-то наш дальний родственник и знает, что делать. Возможно, он сможет помочь мне…

Пробежав половину дорожки, я заметила кого-то у кромки леса. Подумала даже, что Джейден пришел за очередным телом, но чем сильнее приближалась, тем отчетливее видела, что это был явно не Джейден.

Человек в черном смотрел точно на меня. На его лице — белая маска со множеством прорезей для глаз и жуткой улыбкой. Точь-в-точь как на фестивале. Он медленно поднял руку и поманил меня к себе. Корявое, марионеточное движение было слишком знакомым.

Сердце рухнуло куда-то в желудок. Я рванула поперек поля к зданию академии. Неслась так быстро, как никогда прежде. Дыхание сбилось, или я вовсе перестала дышать, пока в голове мелькали воспоминания. Маска, вопросы про Иргема, взрыв на фестивале, человек, помогавший ниимам. Человек, который представлялся Рейнаром. Я должна была понять это раньше. Я ведь видела его еще в июле в подвале, когда передавала Хоуп продукты. Это точно был он. И, возможно, — нет, не возможно, а точно! — он и был тем самым убийцей.

Я рискнула обернуться лишь у ступеней. Позади никого не было. Повезло. Сегодня меня не убьют. Но на пробежки ходить больше все-таки не стоит. Облегченно вздохнув, я расстегнула кофту, — слишком уж жарко стало, — и двинулась к ступеням.

В нос ударил запах гнили и тухлой рыбы. Кто-то обхватил мое предплечье. Я взвизгнула, дернулась, и его ледяная рука соскользнула. В черных прорезях маски блеснули глаза. Он вцепился в рукав моей кофты. Я вывернулась, выдергивая руку из рукава, провернулась, вытаскивая вторую и помчалась по ступеням. Ворвалась в здание и, не заметив, как пересекла все ступени до третьего этажа, ввалилась в комнату Джейдена, мысленно благодаря его, что он никогда не запирал дверь. Захлопнула ее и закрыла щеколду, хотя вряд ли она сдержит убийцу…

— Че-е-е тебе надо? — взвыл Джейден, едва разлепив глаза.

— Он схватил меня за руку! Появился у леса… А потом оказался прямо за моей спиной! — Я подбежала к столу и перегнулась через него, чтобы глянуть вниз. Ступени были прямо под окнами, и возле них лежала моя кофта, но убийцы нигде не было. Оставалось только надеяться, что он не идет за мной… — Позвони Адрии!

— Зач-е-ем? — простонал Джейден, сопроводив это еще каким-то невнятным мычанием.

— Он хотел убить меня!

Джейден перевернулся на бок и потер глаза, вымученно глядя на меня.

— Да ты про кого вообще?

— Убийца! Маньяк! Зови как хочешь. Когда я добежала до академии, оказался прямо у меня за спиной! И схватил за руку. Говорю же, он собирался меня убить, ты что, не слышишь?!

Только сейчас я осознала, что меня всю трясло. Мелкие мурашки стягивали кожу, волоски на руках поднялись и от холода, и от страха. Я обхватила себя руками, пытаясь хотя бы согреться.

— М-м, конечно. Заняться ему больше нече-е-ем. — Джейден протяжно зевнул, потягиваясь. — Иди давай. Я не выспался.

— Ты… — Шагнув к нему, я потянула одеяло, но он вцепился в него и не отпускал. — Звони Адрии!

— Ну подожди-и-и немного. Ща-ас я встану! — недовольно бубнил Джейден. — Э-э-э, верни!

Я все-таки забрала одеяло. Радовало, что Джейден спал не без трусов. Хотя сейчас даже это вряд ли смогло бы отвлечь от того ужаса, что охватывал меня.

В дверь постучали. Я подскочила на месте и вжалась в стол.

— Это он, — прошептала я, комкая одеяло, и с мольбой уставилась на Джейдена.

— Ну так открывай, — усмехнулся он. — Пообщаемся хоть. Я давно хотел.

Стук повторился.

— Сам открывай, — сказала я. Хотелось закутаться в одеяло, спрятаться под кровать, сделать вид, что меня и вовсе не существует.

Джейден протяжно вздохнул и поднялся, поплелся к двери, на ходу натягивая штаны. Я отступила от стола и попятилась к кровати, прикрываясь одеялом, будто оно действительно могло защитить от убийцы. В случае чего, может, получится бросить в него и хотя бы дезориентировать.

Постучали чуть громче и Джейден усмехнулся, оборачиваясь ко мне.

— Уверена, что маньяки так вежливо стучат?

Он отодвинул щеколду и открыл дверь. Стоявший на пороге был вовсе не убийцей, но от этого лучше не стало.

— Чего тебе? — спросил Джейден.

Тоби открыл было рот, но тут же закрыл его, встретившись с моим взглядом.

Отлично, просто отлично. Шикарная сцена, ничего не скажешь: стою тут у кровати, прикрываясь одеялом, в комнате с полураздетым Джейденом. И эта невероятно неловкая пауза слишком затягивалась, так что я сказала самое тупое, что только могло прийти мне в голову:

— Это… не то, что ты подумал.

Джейден прыснул. Я быстро пересекла расстояние до двери, швырнула одеяло на Джейдена и остановилась перед Тоби.

— Э-э! — возмутился Джейден, борясь с одеялом.

— Я…

— Думаю, нам нужно все обсудить, — сказал Тоби совершенно спокойно, будто только что не был удивлен или хотя бы растерян. И, шагнув в комнату, прикрыл за собой дверь.

Джейден пробурчал что-то и поплелся обратно к кровати, чтобы свалиться на нее и завернуться в одеяло. Я, не особо понимая, что мы будем обсуждать, отступила к столу.

— Что-то случилось? — спросил Тоби, так и оставшись у двери.

— Да! Там… — я замолкла, не понимая, как все вывернуть, чтобы не рассказывать о происходящем на территории. Или все-таки уже пора рассказать… — В общем, тут такая история…

Джейден усмехнулся.

— Он в курсе.

Я бросила на него испепеляющий взгляд.

— А предупредить нельзя было?!

— Да ты не спрашивала.

Тоби откашлялся.

— Вот об этом я и хотел поговорить, — сказал он довольно мрачно. — Из вас обоих приходится щипцами выуживать информацию, чтобы хоть как-то во всем разобраться. — Осуждающий взгляд на меня, а следом и на Джейдена. — Если бы вы удосужились спокойно обо всем рассказать, проблем бы значительно поубавилось.

Мы с Джейденом пристыженно замолкли, как провинившиеся студенты перед строгим преподавателем.

— Давайте обо всем по порядку, — сказал Тоби и посмотрел на меня. — Да, я знаю, что на территории оставляют тела. И я много раз пытался вывести тебя на разговор, но каждый раз что-то или кто-то… — Тоби бросил быстрый взгляд на Джейдена, и вкрадчиво произнес: — Мешал.

— Я… думала, об этом нельзя рассказывать, — пробормотала я. — Но ты мог хотя бы намекнуть, что знаешь или… Как ты вообще узнал? И… еще кто-то в курсе? Маркус тоже знает?

— Смотря сколько ему рассказал Барри, — хмуро сказал Джейден.

Под ребрами неприятно кольнуло. Я непонимающе посмотрела на Джейдена. Но вместо него продолжил Тоби:

— У нас… есть подозрения, что Маркус начал общаться с Джейденом только чтобы узнать для мистера Барри какую-то информацию.

Я закусила щеку изнутри, чтобы не выдать, как жгло мой знак. И мне было страшно, невероятно страшно, но не из-за Маркуса. Плевала я на его дела с мистером Барри и на то, что у них за договор или по какой еще причине он в это ввязался. Страшно было от взгляда Тоби с заметным, совершенно легко читавшимся «и про тебя я тоже знаю».

Пока я отвлеклась на убийцу, жаждущего мести, моя жизнь начала рушиться с той стороны, о которой я и не подозревала. Но, если Тоби знает, а знак до сих пор не расползся от нарушенного договора, значит ли это, что он не сказал Джейдену? И будет ли договор расторгнут в тот момент, когда он узнает? Я даже не удосужилась до конца разобраться как именно работает Хейруви. По сути, с Джейденом знак никак не связан и не может определить, в курсе он или нет. Значит, возможно, договор будет расторгнут лишь в том случае, если я пойму, что он знает…

Только вот никаких признаков своего разоблачения на лице Джейдена я не заметила.

— Но… зачем ему это? — попыталась я свести свое замешательство в удивление от услышанного. Оставалось лишь покачать головой, и раздосадовано произнести: «Какой ужас, как он мог так поступить?!». Но это было бы уж слишком лицемерно.

— Да кто ж его знает, — сказал Джейден. — Как нашел тело, так и не может угомониться. Все разнюхивает… А, или ты про Маркуса? Понятия не имею, что там Барри ему наобещал, но прицепился он с первого же дня.

Я совсем запуталась.

— Вообще, не уверен, что это после первого тела, — сказал Тоби. — Маркус собирался в Л’Эшаль вплоть до мая, но после конференции в Лессаре резко передумал и нацелился на Абендорм. Возможно, они с мистером Барри уже тогда о чем-то договорились.

— Может, это просто совпадение… — пробормотала я, зачем-то пытаясь оправдать Маркуса. Или мистера Барри… Или себя.

— Возможно, но я… слишком хорошо знаю Маркуса, чтобы практически не сомневаться в этом. И мы хотели поговорить о другом. — Тоби уперся спиной в стену и скрестил руки на груди. — Что сегодня произошло?

Джейден застонал и перевернулся на другой бок.

— Почему нельзя было выбрать другое время для обсуждений?!

— А, точно, — опомнился Тоби. — Адрия не смогла до тебя дозвониться. Просила передать, что ждет у проходной.

Выражение лица Джейдена быстро сменилось. Он схватил телефон и ткнул по экрану.

— А сразу сказать нельзя было?!

Он выругался, быстро собрался и вылетел из комнаты, оставив нас. А я принялась сбивчиво пересказывать произошедшее утром.

— Перемещения, значит… — только и сказал Тоби, когда я закончила.

— Да. Не мог же он пробежать рядом так, что я и не заметила. Просто возник за моей спиной… И маска! У него была та самая маска с фестиваля.

На это Тоби никак не отреагировал, о чем-то раздумывая. И чем дольше он молчал, тем страшнее мне становилось. Потому что я все сильнее убеждалась, — ситуация сложная, запутанная, и скорее всего неразрешимая. И Тоби помочь мне точно не сможет. Если б мог, уже наверняка сказал бы об этом. Но зачем-то я все-таки решила рассказать ему еще кое-что. Возможно, чтобы убедить и его, и себя, что все куда хуже, чем хотелось бы.

— Он не просто так напал на меня сегодня, — сказала я и подняла на него умоляющий взгляд, будто все еще надеялась, что он сможет найти решение. — Это потому, что я сняла проклятье с Джейдена.

Но, — судя по тому, как Тоби сжал губы и тяжело вздохнул, — решения у него не было.

— Об этом еще кто-то знал?

— А? Нет, только мы с Джейденом. — Я запнулась, не решаясь сказать про мистера Карвера. Все-таки он должен был договориться с убийцей, может, просто еще не успел. И нарушать его условия пока явно не стоило… — Ну и ты.

Тоби опять смотрел на меня этим внимательным взглядом, от которого казалось, что он видел меня насквозь.

— Ты уверена, что больше совсем никто не знал?

И я прекрасно понимала, что он не о мистере Карвере.

— Нет, я не… — Бок пронзило резкой болью. Я зажмурилась и зашипела, сдавливая ткань на месте знака.

Тоби шагнул ко мне, но я попятилась к столу и замотала головой.

— Прости… — тихо произнес он на выдохе.

— И давно ты знаешь? — пробормотала я, все еще прижимая руку к ребрам и борясь с болью.

— Я ведь столько раз предлагал помочь…

— Да какая уже разница. — Я отмахнулась, не желая даже думать о том, что действительно могла довериться ему раньше. Если бы только знала, если бы только… — Мне уже не помочь, понимаешь? Это бесполезно. Начнешь разгребать одно, тут же развалится что-то другое.

— Я не собираюсь никому говорить, если ты об этом.

— Да плевать уже. Тот человек в маске в любом случае убьет меня.

— Не убьет, — уверенно сказал Тоби, будто мог знать наверняка.

— Ага. Здорово, спасибо. Мне стало значительно легче!

Он устало вздохнул.

— Просто будь рядом, ладно? Тогда все будет в порядке.

Быть рядом? И что ты сделаешь? Напугаешь убийцу какой-нибудь иллюзией? Окинешь его своим внимательным взглядом, и он тут же сбежит? Или, может, поговоришь с ним, и он одумается?!

Тишина затягивалась.

— Пойдем? — спросил Тоби, глянув на часы.

Я кивнула и медленно шагнула вперед. Он хотел все обсудить, но мы ведь так ничего и не обсудили. Поговорили про нападение, про тела, про Маркуса, про мистера Барри, но будто лишь потоптались на месте. Мы должны были обсудить вообще все. Я должна была рассказать про свои кошмары, сказать, что вижу лица убитых, узнать, знал ли он и об этом. Сказать про мамино письмо, про миссис Мосс, про ее договор с мистером Карвером и про то, что он знает убийцу. Про то, что я и сама догадываюсь, кто убийца. Про ниимов, Рейнара и какую-то «очень важную фазу».

Тоби взялся за ручку двери, но открывать не спешил. Возможно, он думал о том же, и я взмолилась, чтобы он настоял на этом разговоре, иначе бы я так и продолжила молчать.

— Элис, — сказал он и повернулся ко мне. Он стоял в паре шагов, но сейчас казалось, что мы слишком близко. От его голоса воздух вокруг точно сгущался. — Прости за вопрос, но… между вами что-то есть?

Я замерла, пару раз моргнув, прежде чем осознать, что именно он спросил. Сейчас я ожидала любого вопроса, абсолютно любых слов, но точно не этого.

— Между… нами? С Джейденом, что ли? — поразилась я. — Нет, конечно!

Разве что один дурацкий поцелуй, но о нем Тоби знать совсем не обязательно. Ладно, возможно, не один, а полтора поцелуя… Все-таки до двух там не дотягивало. Но и на половину первый не тянул. Может, один с четвертью? Боги, о чем я вообще думаю?!

Тоби отвел взгляд и быстро коснулся застежки часов, но тут же одернул рукав рубашки. И все эти несущественное движения отчего-то казались сейчас такими притягательными и волнующими, что я отступила на полшага, лишь бы наоборот не шагнуть ближе и не проверить то, о чем подумала в среду.

— Я неправильно задал вопрос, — сказал Тоби и заглянул мне в глаза. — Я имел в виду, есть ли у тебя к нему какие-то чувства?

— Желание пнуть сойдет за чувство? — попыталась отшутиться я, чтобы разрядить эту напряженную атмосферу.

Тоби криво улыбнулся, должно быть, не особо оценив мою шутку. И я точно знала, каким будет его следующий вопрос еще до того, как он тихо произнес:

— А ко мне?

Я молча смотрела на него. Буквально неделю назад я готова была ответить четкое «нет», но сейчас не могла даже соврать. Я определенно что-то чувствовала, хоть и пыталась убедить себя в обратном и постоянно одергивала, но чем дальше, тем сильнее мне хотелось поддаться этим чувствам. И, возможно, я бы даже позволила себе это, если бы не убийца, явно желавший мне смерти.

Тоби печально улыбнулся, должно быть, расценив мое молчание по-своему.

— Ты говорил, что не ждешь от меня ничего в ответ, — наконец смогла сказать я. — Зачем тогда спрашиваешь?

— Не жду, — кивнул он. — Вероятно, я неверно воспринял… некоторые моменты. Я… учту это.

Несмотря на внешнюю отстраненность, голос звучал не так уверенно, как прежде. Но сами слова… Будто он говорил не о чувствах, а о научной работе, в которой допустил оплошность.

До кабинета ритуалов мы шли молча. И все это время я жалела о сказанном, но пыталась убедить себя, что поступаю правильно. Я даже прослушала все, что говорил мистер Барри и не обратила внимания, когда он начал вызывать студентов к тренировочному манекену. Пришла в себя лишь, когда дверь распахнулась, и в кабинет вошел Джейден, совершенно не скрывая, что ему плевать на свое опоздание.

Тоби все это время напряженно щелкал застежкой часов, а когда его вызвали, и вовсе снял их и сунул в карман.

Меня же мистер Барри позвал одной из последних и с ничего не выражавшим видом кивнул, когда начерченные знаки не засияли.

После занятия, не дожидаясь, пока все выйдут, я направилась к его столу. Но мистер Барри поднялся и принялся собирать вещи.

— Мистер Барри, — сказала я.

— Не сейчас. — Сложив тетради в аккуратную стопку, он убрал их в сумку. — И да, давно не получал ваших заданий.

Он многозначительно посмотрел на меня, и я замялась.

— У меня… были сложности.

— От ваших сложностей у меня все утро зудела рука, — прошипел он, застегивая сумку. — Зайдите в понедельник.

Он прошел к выходу, и я поспешила следом. Мне нужна была всего минута его времени, всего лишь несколько вопросов про знак, но он всем видом показывал, что ему сейчас не до этого.

Когда мы вышли из кабинета, мистер Барри направился дальше, а я так осталась стоять у двери, глядя на постепенно пустевший коридор.

И сердце болезненно сжималось оттого, что на этот раз меня никто не ждал.

Глава 34

Я даже не подозревала, что мне станет так больно от подобной глупости. Да, он не дождался меня, но ведь и не обязан был. К тому же я сама столько раз просила меня не ждать. И я вроде понимала все это, но ничего не могла поделать с щемящим чувством, что я все испортила.

Он ведь сам сказал мне быть рядом, и тогда все будет в порядке. Но как мне быть рядом, если он сам рядом не был? Или он передумал из-за моего ответа…

Но к обеду он все-таки нашелся и даже принес оставленную мной кофту.

Оказалось, что ему звонила Дина, сказала, что на почту пришла та книга, которую Тоби заказывал в библиотеке. Только к чему она мне теперь?

— Поедем? — спросил Тоби.

Я неопределенно кивнула. О проклятьях Джейдена я уже знаю и даже сняла одно из них, так что больше информации мне и не требовалось, но все-таки книга о запрещенных ритуалах, и, возможно, знак Айверро тоже нашелся бы там. Так что, почему бы не попытаться?

Пока ехали в автобусе, Тоби напряженным не выглядел, вел себя как обычно, словно ничего не случилось. А я думала о том, что, если он знал и про мой договор с мистером Барри, и про проклятье Джейдена, наверняка сразу понял, что именно и зачем я искала в библиотеке. Тем более, кажется, именно он нашел нужный ритуал, да еще и так быстро.

— Я поговорил с мадам д’Арлин, — сказал вдруг Тоби после долгого молчания.

Я удивленно уставилась на него.

— О чем?

— Намекнул на то, чем промышляет мистер Барри. Она обещала разобраться.

Я хмыкнула, не обратив внимания на уже привычно зудевший знак.

— Знаю я, как она разбирается с проблемами. Ей проще будет выкинуть меня, чем что-то решать.

— Про тебя я не говорил, — качнул головой Тоби. — Только про Маркуса. А с его отцом она не станет вступать в конфликт.

— Ты и Джейдену про него сказал, — припомнила я. — Какая-то странная у вас дружба.

— У нас с Маркусом… — Тоби задумчиво глянул на свои руки. — Это отдельная история.

Я подавила чуть не вырвавшийся смешок и мотнула головой.

— Ну, даже если так… Это все равно вряд ли поможет.

— Один раз Барри уже отстраняли. Могут отстранить снова. А если нет — у меня есть другой вариант.

— Спасибо, конечно, но вряд ли это понадобится, — пробормотала я. — Лучше подбери костюм на мои похороны.

— Элис, — сказал Тоби, резко посерьезнев. — Это не смешно.

— Сам сказал быть рядом, и сам ушел!

— Я… — Тоби явно собирался продолжить, но в итоге лишь отвернулся к окну на другой стороне автобуса, едва слышно сказав: — Больше не уйду.

И замолк вплоть до самого дома.

Пока мы шли к лестнице, я краем глаза заметила, что на пианино все так же лежал кот. Хоть какое-то постоянство в моей, вечно балансировавшей на тонком канате, жизни. То магию украдут, то сомнительный договор предложат, то и вовсе убийца объявится. Никакого спокойствия. А я бы, может, просто хотела так же, как этот кот, лежать целыми днями да поглядывать на всех с осуждением. Тем более, что в доме Хоффманов наверняка вкусно кормят… Если убийца все же завершит начатое, надеюсь, я смогу переродиться котом и приползти к их порогу, — вдруг подберут.

Тоби включил ноутбук и открыл письмо с тремя вложениями. Щелкнув по одному из них, он поднялся и пропустил меня к стулу.

— Я скоро вернусь, — сказал он. И добавил: — Не переживай. Здесь тебя точно никто не тронет.

— Спешу напомнить, что убийца умеет перемещаться.

Тоби посмотрел на меня с теплой улыбкой.

— Но не сюда. На доме блокираторы, которые регулируют… — он осекся. Улыбка тут же исчезла. — Долго объяснять. Но в дом он точно не попадет.

— Это… отлично! — обрадовалась я и, с облегчением опустившись на стул, крутанулась на нем. — Я переезжаю.

— Без проблем, — серьезно сказал Тоби, и я замялась.

— Это была шутка…

— Я понял. — сказал он и, уже направившись к двери, быстро и как бы невзначай добавил: — Но я, если что, не шутил.

Ощутив смесь странных чувств, о которых лучше не думать, я уставилась в экран ноутбука.

Ознакомилась с оглавлением. Прочитала про ритуал тюрьмы и запечатывание магии, но ничего полезного не нашла: описания да последовательность знаков, — все это я и так уже знала. Вернулась к оглавлению, более вдумчиво перечитала названия. Конечно, здесь ничего не было про Айверро, на что я только рассчитывала? Полистала разные ритуалы, удивляясь, чего только ни придумают. И вдруг застыла на одном из них. В описании значилось — используется для подмены или искажения воспоминаний. Истинные воспоминания человека блокируются и подменяются на предложенные. Применять с осторожностью. В случае неправильного проведения ритуала, некоторые фрагменты предложенных воспоминаний могут влиять на восприятие испытуемого под воздействием психоактивных веществ (в том числе никотина, алкоголя и кофеина), а также при взаимодействии с магией или следами магии проводившего ритуал.

Я щелкнула мышкой, но страницы с последовательностью черт и знаков дальше не следовало. Сразу открывался другой ритуал. И на сканах отчетливо виднелись частицы вырванной страницы у корешка. Неужели… Это тот самый ритуал, которым убийца подменил мои воспоминания. Именно ради него он пробрался в библиотеку в обличие Адрии?

Так я поэтому вижу в сгустках его магии пустые лица? Точнее, в сгустках своей магии. Но почему по рисункам можно опознать личность убитых? Или же он сам вкладывает в сгустки их искаженные копии, чтобы… Я пораженно прикрыла рот рукой, глядя куда-то сквозь текст. Неужели он делал это для меня? Может, все это время он играл в эту игру не с Джейденом, а со мной? Забрал магию, искажал лица, подсовывал, чтобы я увидела и узнала истинное лицо. Он наверняка знал, что лишь создатель сгустка может видеть изначально заданный образ, но если у него моя магия, значит ли это, что и я могу видеть то, что создано моей магией?

Я мотнула головой. Слишком уж запутанно, да и наверняка все это лишь мои домыслы. Лучше вообще не пытаться понять, как мыслит убийца, а просто постараться сделать все возможное, чтобы он не убил меня.

Я закрыла вкладку с книгой, посмотрела на другие вложения в письме от библиотеки. Помимо моей книги, там были еще две, которые Тоби, вероятно, запросил для себя. В кабинет он все еще не вернулся, так что, недолго думая, я щелкнула на первую книгу и прочитала название: «Нити иллюзий. Истинная история основателей от зарождения магии до возникновения теории нитей». Напоминало сомнительный научпоп. Да и, судя по содержанию, автор по кругу мусолил одни и те же мысли и сыпал цитатами из чужих исследований. Книга вряд ли представляла из себя хоть что-то стоящее. Странно, что Тоби вообще заинтересовался подобным. Еще страннее то, что на подобную книгу вообще нужно делать запрос.

Автор предполагал, что утраченная магия основателей все еще могла в ком-то пробудиться. Якобы магия восприятия Иргема не исчезла, а перешла его сыну и до сих пор передавалась по наследству. Телесная же магия Рейнара, позволявшая управлять не только предметами, но и телами других людей, считалась самой опасной и вспыхивала стихийно за неимением у основателя наследников. Следом автор предлагал несколько вырезок из историй людей, якобы видевших, и даже подвергавшихся воздействию телесной магии. А потом и вовсе ушел в сомнительные размышления о том, что всех телесников отлавливали и убивали, потому что в Совете боялись их.

Магии трансформации Эраза автор посвятил всего лишь небольшую главу, упомянув, что она позволяла обращаться в любого человека, существо или же даже предметы и субстанции, за счет чего Эраз мог пересекать огромные расстояния в считанные секунды. Но за двести лет не нашлось ни одного очевидца, который мог бы подтвердить ее существование, так что скорее всего, она исчезла вместе с Эразом.

Название следующей главы и вовсе вызвало у меня нервный смешок: «Иргем — благодетель или подлый лжец?». Сразу стало понятно, почему книгу запретили. Но содержание меня заинтересовало как минимум потому, что тот человек с фестиваля тоже говорил об Иргеме.

Вот только полезного я ничего не нашла. Разные рассуждения о том, что магия восприятия Иргема позволяла ему создавать настолько правдоподобные иллюзии, что они были осязаемы и обладали запахами. А когда после смерти Рейнара погибла и Мирелла, Иргем, оставшийся один с младенцем на руках, не в силах смириться с собственным горем, создал копии любимых, неотличимые от реальности и начал медленно сходить с ума, днями и ночами проливая слезы до тех пор, пока глаза его не иссохли и не утратили способность видеть.

Далее автора явно понесло, и он предположил, что Иргем и вовсе горевал о погибших только лишь потому, что сам убил и Рейнара, и Миреллу, и Эраза.

Решив, что с меня хватит, я закрыла вкладку.

Третья книга оказалась той самой, о которой говорил мистер Льюис. Но пробираться через витиеватую и давно устаревшую манеру письма Энви Торстена я не собиралась, поэтому просто щелкала мышкой, перелистывая страницы, пока не нашла наконец тот самый портрет Миреллы. Но долго на нем я не задержалась, потому что следом шли портреты других основателей. И если Иргем точно соответствовал привычным изображениям, то вот Рейнар отличался. В учебниках его всегда изображали моложе, скорее даже подростком, по собственной глупости поддавшимся сказкам Эраза; простеньким и легкомысленным, чтобы на его фоне Иргем при всех своих мягких чертах, казался мужественнее и солиднее. А на этом портрете Рейнар выглядел старше, и я бы даже сказала привлекательнее, если бы казавшиеся подведенными голубые глаза и вздернутые уголки губ не были так знакомы. Рейнар с этого изображения был точной копией человека с фестиваля.

Я мотнула головой и закрыла вкладки. Часы на стене намекали, что Тоби не было уже больше часа. А нараставшее напряжение, подсказывало, что мне срочно нужно обсудить с ним увиденное. На этот раз мы точно должны поговорить обо всем.

Пройдя по коридору и прислушавшись к тишине за дверями, я хотела пойти к лестнице, чтобы спуститься вниз и дождаться Тоби в гостиной, но сверху раздались звуки шагов, и я направилась на третий этаж. Однако, стоило мне оказаться там, как шаги стихли. Тоби мог скрываться за любой из десятка одинаковых дверей, но какое-то зудящее чувство потянуло меня к самой дальней и неприметной, спрятанной в углублении возле длинного окна. Сознание отдаленно намекало, что мне не следует расхаживать по чужому дому, но в коридоре так приятно пахло, что мне хотелось побыть здесь еще немного. Пройти дальше мимо дверей, оказаться у самой дальней, прикрыть глаза от внезапно возникшего головокружения и надавить на ручку. Ноги подкашивались от странного тепла, разливавшегося в животе, или, может, от страха, что меня поймают?

За дверью оказалась небольшая комнатка, напоминавшая кладовку. Стены увешаны рядами полок со всяческим хламом, картонными коробками, явно давно ненужными вещами. В углу стояла трость с набалдашником в виде морды собаки с отколотым ухом. Кажется, у мистера Льюиса похожая, если не точно такая же. Возможно, они с Генри Хоффманом покупали одинаковые, когда еще общались? Но трость меня не интересовала.

Я точно знала, что мне нужно, хоть и не понимала, откуда возникло это знание. Потянулась к самой верхней полке, встав на цыпочки, и едва не уронила коробку, когда пыталась ее стянуть. Внутри что-то зашуршало. Ведомая абсолютно странным желанием, не понимая, что делаю, и не обращая внимания на полумрак, я опустилась на пол и уложила коробку на колени. Пока открывала, порезалась плотным картоном и сунула палец в рот, но не остановилась. То шуршание теперь обрело физический облик — это стопка фотографий разметалась по коробке, завалив желанный объект, скрывавшийся на дне.

Не особо заинтересованно я оглядела фотографии. Парень, напоминавший Тоби, но точно не он, и девушка со светлыми длинными волосами, — очень красивая, такую красоту, кажется, и называют классической. Не к чему придраться. Вот они вместе на набережной, вот встречают рассвет, вот на фоне здания академии. Парень, хоть и походил на Тоби, но выглядел куда менее строго, или я бы даже сказала развязно: с отросшими взлохмаченными волосами, в свободной и мешковатой одежде, с большинства фотографий он так и кричал, что он любил получать удовольствие от жизни, и даже не пытался это скрыть.

Фотографий было так много, что мне пришлось собрать их в стопку, чтобы наконец добраться до того, чего я желала. Того, ради чего я пришла.

Сердце забилось чаще, когда я наконец увидела шкатулку. Деревянная и резная, узорчатая, на тонких элегантных ножках, с металлическими вставками по краям, напоминавшими титановые. Я потянулась к ней, желая коснуться, но замерла, не решаясь. От шкатулки так сладко пахло точно в ней лежал какой-то пирог из кафешки Олли. У меня кружилась голова, мысли путались, все смешивалось в какой-то странные водоворот, затягивавший меня все глубже и глубже. Я вдохнула побольше воздуха, выдохнула и тронула шкатулку.

Дверь позади скрипнула, и я едва не опрокинула коробку. Странное наваждение схлынуло, и накатила паника. Как мне все это объяснить? Что я вообще здесь делаю? Почему пришла сюда и роюсь в чужих вещах?

Медленно, очень медленно я обернулась, уже представляя лицо Тоби. Но это был вовсе не он.

Парень с фотографий. Он смотрел на меня, прислонившись головой к косяку со странной улыбочкой. Я тут же поднялась и застыла, прижимая коробку к себе, будто боялась, что он ее отнимет. А он продолжал смотреть на меня, пока его губы подрагивали в кривой в улыбке, точно он пытался сдержать смех.

— Слу-у-ушай, я даже не знаю, что обычно говорят в таких ситуациях.

От его слов я и вовсе растерялась и неуверенно пробормотала:

— Ну… точно не это.

— Да, может, «какого хрена ты роешься у нас в кладовке», — задорно предложил он. — Или «выметайся отсюда, пока я не вызвал блюстителей»?

— Прошу прощения, — выдавила я, опустив голову и разглядывая его лицо теперь уже на снимке. — Я… Даже не знаю, как объяснить, просто…

— Ты к Зарин? — внезапно спросил он.

— А? Нет, я с Тоби, — тут же сказала я, вновь подняв голову. — Мы учимся вместе.

— М-м, в Абендорме, — сказал он и кивнул. — Я тоже там учился.

— Рафаэль, да?

— Да ладно… Даже не представился! — усмехнулся он и, оттолкнувшись от косяка, щелкнул выключателем, наконец освещая кладовку. — Прошу прощения. Рафаэль Хоффман к вашим услугам. Можно просто Раф.

— Элис, — пробормотала я, чувствуя себя еще более неловко при включенном свете.

— И что же ты, Элис, все-таки искала в кладовке? — спросил Раф, шагнув ко мне. — Хотя подожди, дай угадаю. Тоби в очередной раз решил…

Он замолк, заглянув в коробку. Медленно вытащил одну из фотографий, и его лицо в секунду приняло напряженный и скорбный вид. Он хмурил брови, доставая фотографии одну за другой и разглядывая, а я не знала, что делать. Так и стояла, прижимая коробку к себе и следила за его действиями.

— Знаешь ее? — спросил он, повернув ко мне одну из фотографий с той самой блондинкой.

От его вопроса мне стало совсем неуютно.

— Нет, — тихо сказала я.

Его лицо помрачнело. Он развернул фотографию к себе и вновь вгляделся в нее. Мне абсолютно не нравилось постепенно нараставшее напряжение. Как и то, что он стоял в проходе, преграждая путь к коридору. К тому же, мне очень не кстати вспомнилось, что человек с фестиваля протянул Тоби маску со словами: «Подарок для брата».

— Она на кафедре зелий, — сказал Раф будто сам себе. — Да, точно, у миссис Мосс.

Но ее там нет. Хотя что-то подсказывало мне, что лучше не говорить этого.

Раф вдруг усмехнулся, продолжая хмуриться. Достал еще несколько фотографий из коробки, стал перекладывать их, беря то одну, то другую, начал отбрасывать их в стороны, и те падали на пол. А я лишь крепче прижимала к себе коробку, не понимая, что делать. Он достал фотографию, где они стояли перед зданием академии с группой других студентов и застыл, вскинув брови, точно увиденное его удивило. Он начал тихо посмеиваться, и от смеха этого у меня задрожали руки.

— Представляешь, я помню имена всех на этом снимке, а ее… забыл. Не могу вспомнить. Ми… Нет, что-то другое. Что-то на «А». Или нет. — Он отбросил снимок в сторону, схватился за другой, снова отбросил. Выхватил последний и сжал зубы. — «К». Точно «К»…. Может, «Ка…»

— Камилла, — прошептала я и Раф смял фотографию, вскинув на меня взгляд.

— Камилла, — повторил он, хватая меня за плечи. — Ты должна знать ее. Она на первом курсе, на кафедре зелий.

Но ее там нет!

Я выронила коробку. Она упала мне на ногу. Я дернулась в сторону, но он продолжал держать меня, все сильнее сдавливая плечи.

— Отпусти!

— Нет, подожди, — говорил он точно обезумев. — Ты должна знать ее!

— Отпусти меня!

Но Раф все бормотал и бормотал по кругу про Камиллу, про первый курс, про кафедру зелий, про миссис Мосс.

— ТОБИ! — заорала я, не зная, куда мне деться.

Раф вдруг отпустил меня, и лицо его прояснилось, точно он только сейчас осознал, что творил. Он отшагнул назад, а я попятилась. Ударилась спиной о стеллаж.

— Прости… Прости, я…

За его спиной оказался Тоби. Он с ужасом оглядел меня и снимки, разбросанные по полу, схватил Рафа за предплечье и вытянул его из кладовки, захлопывая дверь.

Я так и стояла, вжимаясь спиной в стеллаж, и совершенно не понимала, что только что произошло.

Шкатулка больше не манила, не знаю, что нашло на меня. Я наклонилась и еще раз боязливо дотронулась до теплой деревянной поверхности, провела пальцем по резным узорам и спустилась к замочной скважине. Что бы в ней ни хранилось, так просто открыть не получится.

Быстро собрав снимки и свалив их в коробку, я поставила ее на место, будто так могла притвориться, что ничего не случилось. Я не заходила сюда, не общалась с Рафом.

Открыла дверь кладовки и выглянула в пустой коридор. Не знаю, где Тоби, и знать не хочу. Он сказал, что здесь безопасно, но… Я еще никогда не видела его таким напуганным.

Сбежав по лестнице, я никого не встретила. Только кот с пианино в гостиной глянул на меня с осуждением, когда я спешно покидала дом. И пока шла по парку, старалась убедить себя, что ничего не произошло. Но порез на пальце неприятно ныл, напоминая о случившемся.

— Элис! — донеслось сзади, но я не хотела оборачиваться. Тоби нагнал меня совершенно запыхавшись. — Подожди… пожалуйста. Я сейчас… все объясню.

Я все-таки остановилась. Он застыл напротив со слишком печальным выражением лица. Взлохмаченный, в распахнутом пальто и с наспех намотанным шарфом, он совсем не был похож на привычного мне Тоби.

— Ты получается, мне тоже не доверяешь? — с обидой бросила я.

— Что? — растерялся Тоби.

— Ну ты хотел, чтобы я тебе доверилась, все рассказала. А сам… Что за ужасные тайны семейства Хоффман? Камилла, Рафаэль, шкатулка. Тот человек с фестиваля, давший тебе маску «для брата». И да, кстати, ту самую маску, что была на убийце, напавшем на меня утром.

— Элис…

— Тоби! — перебила я. — Или ты сейчас же все мне рассказываешь, или больше ко мне вообще не подходи. На этот раз уже точно!

— Я… правда, не знаю того человека с фестиваля.

— Ясно, — сказала я и шагнула, собираясь пойти к остановке, но Тоби преградил мне путь.

— Но остальное я расскажу! — сказал он, и я застыла. От отчаяния в его взгляде и голосе сердце болезненно сжалось. — Все, что попросишь.

— Ладно, — выдавила я, стараясь звучать отстраненно. — Что это за шкатулка?

— Может, мы сядем? И… я бы сходил за кофе. — Он смотрел на меня умоляющим взглядом. — Прости, это правда очень непростой разговор.

— Ответь хотя бы на один вопрос.

— Там… — Тоби замолк, набрал в грудь побольше воздуха и, прикрыв глаза, на выдохе шепнул: — Источник магии.

— Что? — глухо переспросила я, совсем растерявшись.

— В шкатулке.

Я похлопала глазами.

— Ты серьезно?

— Элис, мне сейчас не до шуток. Об этом никто не должен знать.

Источник магии… В шкатулке… В кладовке… Дома у Тоби…

— И Рафаэль тоже не знает?

Тоби покачал головой.

— Никто. Кроме нас с отцом, — сказал Тоби, не сводя с меня взгляд. — И тебя.

— Та-а-ак. Я правильно понимаю, что дальше еще веселее? — спросила я. Тоби неопределенно мотнул головой. — Ясно. Идем за кофе.

***

Пока ходили за напитками, я примерно пересказала Тоби произошедшее, но он только напряженно молчал. Заговорил лишь, когда мы нашли в парке самое безлюдное место, и я опустилась на скамейку.

— Не думал, что на тебя так подействует сфера…

— Сфера? — не поняла я.

— Да, источник магии в небольшой сфере, — сказал Тоби, так и оставшись стоять напротив. — Рядом с ней, действительно, чувствуешь какое-то необъяснимое влечение, но на шкатулке титановые вставки, они должны блокировать этот эффект, не мешая потокам магии. — Тоби отпил кофе и задумался. — Дина на нее внимания не обращала… Но, возможно, все потому, что тебя подвинули…

— Подвинули?

— Мысли вслух, — быстро сказал Тоби. — Я имел в виду, что ты на нитке между узелком и источником, помнишь?

— А, да… Так получается, это все не только теория?

— Я не могу утверждать, но скорее да, чем нет.

— Ладно, хорошо… — Сняв пластиковую крышку, я аккуратно подула на чай, отгоняя белеющий пар, и мелкие капли стремительно разбежались по стенке стаканчика. — Что насчет фотографий?

Тоби вздохнул.

— Раф вообще не должен был так рано вернуться… Я и предположить не мог, что вы встретитесь. Тем более в таком месте… В эту кладовку обычно никто не суется, вот я и убрал их туда, чтобы он не нашел.

Он замолк и не торопился продолжать.

— И… зачем?

— У Рафа м-м… проблемы с памятью. Если можно так сказать...

— Понимаю, — горько усмехнулась я.

— Это немного другое, — сказал Тоби, и я бросила на него непонимающий взгляд. Я вроде не рассказывала про свои искаженные воспоминания? Хотя, может, Джейден и про них в курсе, раз уж знает про кошмары. Но они с Тоби, что… обсуждали это? Или, возможно, Тоби имел в виду что-то другое. — Раф… не помнит Камиллу. Обычно это проблем не доставляет, но иногда происходит… подобное.

— Так и… что с ней произошло?

— Они учились вместе в Абендорме четыре года назад. — Тоби влил в себя еще кофе и закашлялся. — Потом она умерла, а Раф сильно переживал и… В общем, он не помнит о произошедшем.

— Я… А что…

— Третий этаж. Парадные ступени.

Он сказал это так быстро и спокойно, что мне потребовалось время, чтобы переварить.

— Она… — прошептала я. — Но… зачем? Почему…

— Я уже рассказывал эту историю, — холодно сказал Тоби. — В тот год Барри завалил на экзамене многих. Она пересдавала три раза, и в сентябре… Возможно, было еще что-то, не знаю.

Меня точно молнией прошибло. Все, что я так долго не могла понять, наконец сошлось. Все намеки и недомолвки, слова про ступеньки, перекрытый решеткой балкон…

— Это ужасно, — сказала я, не находя нужных слов. Чай в моем стакане почти остыл, и я сделала два нервных глотка. — Но зачем мистера Барри вернули? После… такого.

Тоби вымученно вздохнул.

— Не так легко найти хорошего ритуальщика, который согласится на зарплату преподавателя. Так что его вернули с условием, что он сменит подход. Но, как видишь… ничего не меняется.

— Сказал бы раньше. Я бы хоть понимала, почему ты так переживаешь из-за него.

Тоби молчал некоторое время, но затем кивнул.

— Ты права. Я должен был сказать раньше. Но… Неприятная тема, — сказал он и, будто за секунду забыв об этом, с улыбкой спросил: — Как книжка? Нашла что искала?

Я поджала губы.

— Ты изначально знал, зачем она мне, да?

— Я предполагал. Но ты, видимо, и без нее разобралась.

— Ага, разобралась… очень мило побеседовав с Джейденом, — усмехнулась я.

— Значит, зря приехали? — спросил Тоби с какой-то загадочной улыбкой.

Нет, не зря! Я ведь столько всего узнала…

— Магия трансформации, — вспомнила я и тут же закрыла рот. Это же из другой книги! Неловко улыбнувшись, я пробормотала: — Я там случайно не тот файл открыла…

— Потом посмотрю, — кивнул Тоби, кажется, ни капли не расстроившись, что я влезла не в свое дело. — Но, насколько я знаю, ее ни у кого не выявляли. Хотя других вариантов как он переместился у меня нет. Если только он изначально не стоял в том месте, где схватил тебя за руку. Тогда он мог использовать магию иллюзий, чтобы ты увидела его копию у леса. Но не знаю, к чему такие сложности.

— Это не была иллюзия, — уверенно сказала я. — Разве что магия восприятия. В книге как раз было о том, что Иргем мог создавать настолько мощные иллюзии, что не отличишь от реальности. Если у убийцы магия восприятия, то он мог быть вообще где угодно, и…

Телефон завибрировал, но я сбросила не глядя. Кто бы это ни был, мне сейчас не до него.

— Точно нет, — сказал Тоби, качнув головой.

— Почему? — не поняла я. — Иллюзии, — возможно, а магия восприятия — нет? В книге писали, что она могла перейти потомкам Иргема… хотя тоже не факт. А вот магию трансформации еще никто не встречал, — рассуждала я, припоминая прочитанное. Тоби открыл рот, чтобы что-то сказать, но я вдруг вспомнила о другом. — Я нашла ритуал с искажением воспоминаний! Уверена, убийца использовал его, когда забрал мою магию. И теперь я вижу в тех сгустках именно то, что он в них вкладывает, потому что он использует для их создания мою магию.

К концу предложения я заговорила тише, потому что уже сама запуталась и не была уверена, что правильно все поняла. Но Тоби кивнул.

— Похоже на правду. Если предположить, что тот человек с фестиваля и есть наш убийца, то все сошлось бы. Он явный подражатель Эраза. Осуждает Иргема; пытается устроить восстание ниимов; использует те же искаженные лица, точь-в-точь как с картинок из легенд; даже, возможно, использует магию трансформации. Вроде, все отлично сходится. — Тоби покачал стаканчик, задумчиво глядя на него. Открыл крышечку и обратился будто уже и не ко мне, а к остаткам кофе. — Только мне до сих пор непонятно, зачем в таком случае ему твоя магия…

— И если он такой фанат Эраза, зачем тогда представляться Рейнаром? — добавила я.

— Рейнаром? — спросил Тоби, резко вскинув голову.

— Да, тот мужчина с фестиваля. Я видела его как-то среди ниимов, и он называл себя Рейнаром. И в книге Энви Торстена был его портрет! Один в один.

Тоби пару раз кивнул, будто и не мне, а собственным мыслям.

— Я поэтому и запросил ее после спектакля. Хотел убедиться. — Он допил кофе и выбросил стаканчик, все это время напряженно хмуря брови. Мой телефон вновь завибрировал, но я сбросила. — Тогда, это лишний раз подтверждает, что у него магия трансформации… Но я все равно не понимаю, зачем ему принимать облик Рейнара, да еще и тот, который далеко не каждому известен.

— Вот и я о том же! И…

Я замолкла, ощутив несколько быстрых вибраций от сообщений и все-таки достала телефон. Цифры на экране сменились, уведомляя, что уже пять вечера. Два пропущенных от Джейдена призывали перезвонить. В сообщениях значилось: «Нам нужно поговорить!», «Ты где?», «Если вы в городе, зайди к Адрии, нужно нарисовать еще пару лиц», «А потом ко мне!».

Нарисовать лица… Я нахмурилась, глядя на экран телефона.

Джейден знает про искаженные лица, но я ведь никогда не описывала их в подробностях. На моих рисунках только я вижу их такими. Откуда тогда Тоби мог знать, что они точь-в-точь как с картинок из легенд?

Я вскинула взгляд на Тоби, отвлекшегося на проезжавшие возле парка машины.

— Подожди… — сказала я, ощущая какие-то странные, вертевшиеся внутри сомнения. — Ты сказал, что он подражатель Эраза?

— Похоже на правду, — кивнул Тоби, повернувшись ко мне. — Тогда это объяснило бы, почему он помогает ниимам и…

— И использует искаженные лица, — напряженно добавила я, сжимая стаканчик с остатками чая. — Ты сказал: «точь-в-точь как с картинок», да?

— Да, я находил подобные в… — Тоби осекся и несколько секунд внимательно смотрел на меня, будто ожидая чего-то, а потом его губы изогнулись в печальной улыбке, и он со вздохом отвел взгляд. — Так и думал, что проговорюсь.

Лицо Тоби растворилось, а следом исчезло и все остальное.

Остались лишь тишина и пустота.

Глава 35

Я моргнула.

Лицо Тоби было совсем близко, но казалось каким-то размытым, словно у меня ухудшилось зрение. Пришлось моргнуть еще несколько раз, чтобы сфокусироваться на его напряженном и обеспокоенном взгляде и осознать, что он держал меня за плечи.

— Чт…

— Ты в порядке? — спросил Тоби, и от сожаления в его голосе мне стало не по себе.

Я металась взглядом по его лицу, не понимая, почему стою, и почему он держит меня так, словно я вот-вот свалюсь. Когда я вообще успела встать? И… о чем мы говорили?

Тоби медленно отпустил меня и отступил на шаг, но руки не опустил, словно боялся, что я в любой момент могу начать падать.

— Что… произошло? — спросила я, совсем запутавшись.

— Не помнишь?

Я покачала головой. Он прикрыл лицо ладонью и вздохнул. Рукав пальто задрался, обнажая сползшие по запястью расстегнутые часы. Без двадцати шесть? Почему мне казалось, что только что было пять?

— Я… Не знаю, — пробормотала я, все еще напряженно глядя на его часы. — Помню, что сидела, а потом… моргнула, и уже здесь.

— Странно… — сказал Тоби, и звучало это совсем не убедительно. Он повернулся к дороге, будто что-то высматривая среди проезжавших машин, но я заметила, как быстрым движением он защелкнул часы и одернул рукав пальто.

— Странно, — эхом повторила я, пытаясь собрать ускользавшие мысли воедино, но в голове все смешалось. — Помню только, что мы говорили про магию иллюзий… Нет, про трансформацию. Или…

— Да, ты предположила, что у убийцы магия трансформации, — сказал Тоби, все так же глядя на дорогу.

— И ты сказал… — едва начав, я позабыла, что собиралась сказать, словно припоминала сон, который ускользал и таял, растворяясь в моем сознании. — Что-то про магию иллюзий?

— Возможно… Я уже не помню, что именно сказал. — Тоби кивнул в сторону дороги, так ни разу и не посмотрев на меня, и сухо добавил: — Давай лучше вернемся в академию.

Не дожидаясь, он пошел к выходу из парка. Я посмотрела на пустой стаканчик из-под чая, валявшийся у моих ног, выбросила его, и поспешила за Тоби.

Горло чесалось, в груди свербело, словно совсем недавно во мне бушевал гнев. Неизвестно откуда взявшееся внутреннее раздражение постепенно стихало. В голове мелькали какие-то образы, но я не могла их уловить, а напряженная тишина только раскаляла подступавшую тревогу. Я не понимала, что произошло, и от этой неизвестности страх сдавливал шею, не давая возможности свободно вдохнуть.

— А точно… больше ничего не было? — на выдохе спросила я.

Тоби сжал губы и какое-то время молчал.

— О чем ты?

— У меня будто провалы в памяти. Ощущение такое, словно я… злилась?

Тоби выдавил улыбку. Какую-то слишком грустную улыбку.

— Думаю, тебе нужно отдохнуть.

И больше ни слова не произнес.

***

12 октября, суббота

Той ночью меня преследовали не привычные кошмары, а обрывки каких-то фраз. Помню, как бежала в темноте окруженная лишь тысячами сиявших звезд, но никак не могла найти выход.

Так и думал, что проговорюсь.

Давай не будем об этом.

Мне очень жаль.

Отчего-то я вспомнила о той вечеринке, когда мы познакомились с Тоби, о дне, когда мы ездили в ЦИОРМ и задумалась о его часах. Была ли закономерность в том, когда он их снимал? Связано ли это с чем-то? Могли ли они быть блокиратором магии? И если да, то зачем скрывать ее?

Но все это перекрывала другая, возникшая под утро, страшная мысль, что Тоби — убийца. Хотя ближе к завтраку осталась лишь странная дурнота, от которой явно веяло желанием уйти из Абендорма и больше ни во что не ввязываться.

Я должна найти мистера Барри. Нельзя ждать до понедельника. Нужно узнать про ритуал уже сегодня. Забрать магию Джейдена, передать убийце, кем бы он ни был, и уйти. Скрыться из города, позвонить Альфреду… и, возможно, — я очень на это надеюсь, — наконец избавиться от всех проблем.

За завтраком Шер с Маркусом мило ворковали, и я радовалась, что у них все наладилось, но одновременно с этим, чувствовала внутреннюю пустоту и раздражение. Почему я не могу так же? Почему у меня все так сложно? Почему я ввязалась во все это? За что? За что? За что?!

За то, что ослушалась матери и не нанесла знак еще тогда, когда следовало? За то, что когда-то в детстве столкнулась с убийцей и позволила ему забрать мою магию или же и вовсе передала ее ему по собственной воле? За то, что не захотела пойти в ЦИОРМ и признаться, что я ниим? За то, что позволила себе мечтать о том, что могу жить лучше и осмелилась поступить в Абендорм? За то, что доверилась Джейдену и сняла с него проклятье?

Вспомнив о Джейдене, я достала телефон и еще раз посмотрела на так и висевшие на экране уведомления о пропущенных. Вчера он пытался заговорить со мной, но я отмахнулась и ушла в комнату, чтобы повалиться на кровать и сразу уснуть.

«Если вы в городе, зайди к Адрии, нужно нарисовать еще пару лиц».

Странная мысль, что вчера я уже читала это сообщение, растворилась так же быстро, как и возникла, оставив после себя лишь неприятный зуд.

— Вы Джейдена не видели?

— М, они с Тоби на улице были, — сказала Шер, глянув на Маркуса. Тот кивнул.

Я отнесла свой поднос и вышла из столовой. Тоби с Джейденом сидели за дальним столиком, и я направилась к ним. Джейден что-то говорил, а лица Тоби я не видела — он сидел ко мне спиной, но уже отсюда я чувствовала напряжение, исходившее от него. Я медленно опустилась на край скамейки возле Тоби. Он тут же поднялся, пробормотав: «Схожу за кофе», и ушел, даже не глянув на меня.

— В чем дело? — спросила я у Джейдена, провожавшего Тоби хмурым взглядом.

— Че? — Джейден быстро повернулся ко мне. — А… это я у тебя спросить хотел.

— У меня?

— Со вчера такой ходит, — сказал Джейден, кивнув в сторону кафешки. — Будто помер кто.

— У нас… вчера был непростой разговор.

— Ясно, — хмыкнул Джейден. — Ну, любовные страдания — это не ко мне.

— Что? Не-ет! Мы говорили про убийцу… магию трансформации, и… — Я прикрыла глаза, пытаясь вспомнить вчерашний разговор, но все вновь размывалось. — Про Камиллу…

— Он что… рассказал тебе? — Джейден вскинул брови, кажется, искренне удивившись.

— А ты, разве, не в курсе?

— Не, я-то в курсе. Просто не думал, что он захочет говорить об этом, — сказал Джейден.

— Да-а, вы очень активно избегали эту тему…

— Еще бы. Он ведь… — Джейден захлопнул рот и усмехнулся. — А-а, так он не все рассказал.

Я непонимающе посмотрела на него.

— Не все?

— Я ничего не говорил, — отмахнулся Джейден и уставился в сторону кафешки.

— Нет уж, — настаивала я. — Говори.

— Не буду я ничего рассказывать, — буркнул Джейден.

— Ты мне еще и за Сирха должен!

— А за него-то с чего? Мы же не… — Джейден замолк, видимо, поняв все по моему взгляду, и посерьезнел. — Ла-адно. — В его взгляде мелькнуло что-то холодное и опасное. — Но потом ты ответишь на мой вопрос.

— Без проблем, — кивнула я.

— Сентябрь. Суббота. Три года назад, — быстро сказал Джейден и глянул мне за спину, возможно, в надежде, что Тоби скоро вернется и прервет рассказ. — Я тогда только попал сюда. Мы с Рафом не особо общались, но я его знал. Пересекались на вечеринке, пару раз курили вместе, в общем, неважно. — Джейден двинул рукой, точно отмахиваясь от подробностей. — Не знаю, нахера он в тот день притащил Тоби в академию, может, хотел показать, где учится… В общем, приехали они невовремя. — Джейден кивнул мне за спину, но на этот раз в другую сторону. Я обернулась, и Джейден перегнулся через стол, чтобы указать на балкон над парадным входом. — Она вон там стояла. Рафаэль сразу рванул в здание, наверно, хотел успеть остановить. А Тоби остался где-то тут стоять, может, пытался до нее докричаться, уговорить ее передумать… не знаю. Но она шагнула. — Джейден провел пальцем невидимую линию от балкона до ступенек и сопроводил это свистом, окончившимся тихим «бдыщ». — Грохнулась прям там.

Я перевела взгляд на Джейдена, лишь бы больше не смотреть на ступени. Вчера эта история казалась мне какой-то абстрактной и далекой, но от осознания, что это было здесь, совсем рядом, — становилось не по себе. Джейден отпрянул, глянул в сторону кафешки, нервно постукивая пальцами по столешнице.

— Ну и где он застрял…

— Это все? — спросила я.

— А че, еще хочешь? — усмехнулся он. — Ну сбежался народ, вызвали скорую, но все бессмысленно. На ступеньки столько крови натекло, что потом еще несколько месяцев оттирали, — Джейден пожал плечами и заметно развеселился. — О, и мое любимое! Раф потом набил Барри морду. Жаль только, что его за это отчислили... Но у меня даже где-то видео сохранилось. — Кажется, я впервые видела, чтобы Джейден был в таком восторге, но он тут же перестал веселиться и его взгляд потемнел. — Так, все. Конец истории. Теперь мой вопрос.

И тон его мне совсем не понравился.

— Ладно… — выдавила я.

— Как ты вывернулась на практике ритуалов?

Вот же…

— Ты о чем? — спросила я, лишь бы потянуть время и подобрать ответ, который спасет от дальнейших расспросов.

— Ты поняла, — хмуро сказал Джейден, но я молчала. — Я все ждал, когда же Барри перейдет к своим любимым публичным унижениям. Даже телефон подготовил, чтобы видео записать. А он просто отпустил тебя.

— Я… сказала ему, что плохо себя чувствую.

— Ага, конечно, — мрачно сказал Джейден. — Так я и поверил.

— Так и было, — бросила я и глянула на кафешку. И где там Тоби пропадает?!

Подтянув к себе сумку, я сдвинулась по скамейке и уже собиралась уйти.

— Я даю тебе последний шанс ответить по-хорошему, — сказал Джейден с нажимом, и я обернулась, чтобы столкнуться с его потемневшим взглядом.

— Ты чего пристал? Сказала же, что… — Язык точно прилип к нижней полости рта и не поднимался, словно стал слишком тяжелым и отказывался двигаться. Я попыталась продолжить, но вырвалось только мычание.

— Значит, будет по-плохому, — грозно сказал он. — Повторяю: почему Барри ничего не сказал?

Язык ожил, но двигался теперь против моей воли, и слова сами слетели с моих губ:

— Из-за Хейруви.

Я в ужасе распахнула глаза, глядя на Джейдена. И только осознав, что натворила, почувствовала боль в ребрах. Меня точно пронзило насквозь. Я зажмурилась и скрючилась, упираясь в стол лбом. Шипела, сжимая кожу сквозь ткань рубашки.

— А так натурально вчера удивилась, — холодно сказал Джейден. — Когда про Маркуса спрашивала.

Ребра жгло. Все мое существование точно сошлось в единственном месте. Стягивало и сжимало, стремясь смять меня до размера точки.

— А я на тебя даже и не думал, — пробормотал он. — Ну и давно ты следишь за мной?

Очередной удар по ребрам, на этот раз совсем невыносимый. Еще чуть-чуть — и сползу под стол. Я задохнулась вдохом и почувствовала, как по коже словно ножом вырезали узоры сразу в несколько сторон. Они расползались от знака, тянулись к животу и спине, ползли к руке и бедру. Казалось, что сейчас знак расползется по всему моему телу, не оставив свободного места. Заполнит своей чернотой.

— Че, реально так больно, или ты отвечать не хочешь? — спросил Джейден. Но ответить я не могла. Только стискивала зубы и терпела. — Ты давай как-то поспокойнее, а то все уже косятся.

Я резко выпрямилась и уставилась на него, сдерживая слезы.

— Отвали, — хрипло прошипела я и попыталась подняться, но тело не слушалось.

— Я спросил, как давно ты следишь за мной.

— Что ты… делаешь?! Что это за…? Это… — меня вдруг прошибло холодным потом. Я же читала об этом буквально вчера. — … телесная магия.

— Ты отвечать будешь или тебя заставить? — спросил Джейден, игнорируя мои слова, но в то же время лишь подтверждая их.

— Ты… — Я совершенно растерянно замотала головой. — Я буду кричать.

Джейден прыснул.

— Ну спасибо, что предупредила.

Я собиралась открыть рот, но губы слиплись.

— Давно? — с нажимом спросил он.

Мой рот предал меня, поддавшись его магии:

— После второго тела.

Джейден задумчиво глянул в сторону, будто прикидывая что-то в голове.

— Барри знает про проклятье?

— Я не говорила.

— И про магию тоже?

— Нет, но, возможно, он догадывается, — сказала я, и пробормотала: — Иначе зачем ему следить за тобой…

— Логично, — задумался Джейден. — Ну а ты не сказала про магию, потому что и не знала... Странно, что Тоби не рассказал тебе, — Джейден глянул в сторону кафешки, потом на меня и усмехнулся. — А-а-а, так он знал, да? Про то, что ты следишь за мной… Ну, конечно, знал, — сказал он, горько усмехнувшись. — А я доверял ему. И тебе… доверял.

— Джейден, я…

Мой рот вновь захлопнулся. Джейден протяжно вздохнул, почти застонал, будто ему было физически больно. Резко опустился, ударяясь лбом о стол, и глухо сказал:

— Так стремно.

— Дже…

Но я не могла ничего произнести. Он медленно повернул голову и прижался щекой к столешнице.

— Реально стремно. На Маркуса как-то похер было. Но от вас я не ожидал. Думал, мы заодно, и все такое… Разочарование года прям.

Разочарование. Разочарование. Разочарование.

Я одно сплошное разочарование для всех и каждого и главное, для самой себя.

Внутри все отзывалось маминым: «Ты меня разочаровала».

Слезы подступили к глазам, и я подняла взгляд, чтобы не дать себе заплакать. Громко шмыгнула носом, пытаясь успокоиться. Джейден больше ничего не говорил. Меня ничего не сдерживало. Я могла встать и уйти, но сидела, сглатывая, лишь бы не разрыдаться. Быстро заморгала и шумно вдохнула, опуская голову.

У кромки леса стоял человек в белой маске.

— Джейден!

— Отвали, — буркнул он.

— Убийца, — прошептала я, не в силах оторвать взгляд от человека в маске.

— Че?

Джейден резко выпрямился и обернулся. Тут же перекинул ноги через скамейку и устремился к лесу. Я завороженно следила за ним, не сдвигаясь с места. Если у Джейдена телесная магия, ему никакой убийца не страшен. Но убийце, кажется, было на это плевать. Его тело стянулось и расплылось, обращаясь темным туманом, летевшим теперь прямо к Джейдену. Я затаила дыхание. Джейден остановился, но туман пролетел мимо него и устремился ко мне. Я поднялась, выбираясь из-за стола, запнулась о сиденье и едва не повалилась на землю.

Стоило мне выбраться, как дым обрушился передо мной, преграждая путь к зданию академии. Дым обернулся человеком, и справа кто-то завизжал. Чужие голоса разносились совсем рядом, но звучали слишком далеко. Убийца склонил голову в белой маске, пяля на меня черные дыры глазниц, и потянул ко мне руку.

Внутри что-то перевернулось, и я сорвалась с места. Бежала в сторону леса, боясь оглядываться, и смотрела точно на Джейдена, застывшего на месте. Я почти добежала до него, когда дым темной стеной возник передо мной, обращаясь человеком. И на этот раз он не медлил. Вытянув руку, схватил меня за плечо и сдавил до боли. Кисть другой его руки неестественно сжалась, пальцы вытянулись и блеснули сталью. Обратились самым настоящим ножом. Я не могла заставить себя сдвинуться с места, но мое тело дернулось в сторону против воли.

Нож метнулся к моей шее, но полоснул по руке, которую вскинула вовсе не я. Боль пронзила руку, а я даже не могла закричать.

— Хм-м-м, — просипел убийца.

И ударил в живот. А потом еще раз, еще, и… Внезапно замер. Отпустил мое плечо и отшагнул, будто чему-то удивившись, завертелся на месте, что-то выискивая, и прохрипел:

— Не прячься. Я знаю, что ты здесь.

В ту же секунду, Джейден набросился на него и повалил на землю. Тело убийцы стало растворяться, обращаясь дымом.

Я прижала руку к животу и медленно опустила голову, глядя на собственную кровь, блестящую и склизкую. В свете солнца это выглядело даже красиво...

Мне же должно быть сейчас очень больно, да? Но почему тогда так странно?

Ноги подкосились, я пошатнулась и осела на землю, глядя на свои окровавленные руки. Тело тяжелело. Мне было жарко, но в то же время холодно. Рубашка стала влажной и мерзко липла к коже. На животе две раны от ножа, но… почему мне не больно?

Перед глазами поплыло, мир накренился, голова коснулась земли. Лицо Джейдена перевернутой копией возникло надо мной.

— Ты идиотка?! — Что-то легло на живот, зажимая рану. — Ты слышишь меня, нет?! Твою ж мать, Тоби! Вызови скорую.

— Уже, — эхом донесся приглушенный голос Тоби откуда-то издалека. — Но они вряд ли успеют.

Такой спокойный голос. «Они вряд ли успеют», — просто констатировал факт. Почему мне так холодно?

— Да приди же ты в себя! — кричал Джейден.

Кому? Мне? Себе? Тоби?

— Замедли пульс.

В ушах гудело.

— Какой нахрен пульс?!

Пульс. Я чувствовала, как что-то пульсирует.

— Искусственный анабиоз.

Слова эхом разнеслись в сознании.

Искусственный…

Искусство…

— Искусство потому и искусственно, что противоположно природному, — говорит мама, глядя на мои рисунки. — А все искусственное несет собой цель искусить. Где искушение, там порочность и распущенность. Потому отказ от природного сродни грехопадению.

Она рвет мои рисунки в мелкие клочья, и они падают на пол хлопьями белого пепла. Мама сгребает их в кучу и бросает в камин, к трещащим поленьям. Огонь вспыхивает, комнату заполняет темный густой дым и тот обращается маской убийцы. Тонкая линия нарисованного рта изгибается, распахивается, обнажая черноту под маской, и он начинает смеяться.

В комнате пахнет тухлой рыбой и гнилью.

Я распахиваю глаза. Лежу на кушетке в мамином кабинете, на моем животе знаки, которые она только что начертила.

Это сон!

— Девчонка не справилась, — хрипит мой убийца, и я медленно поднимаюсь с кушетки. Я знаю его. Это тот человек с фестиваля, тот человек, что был среди ниимов, тот, кто представлялся…

— Господин Рейнар, прошу, дайте нам еще время, — умоляет мама, склонив перед ним голову.

Он берет ее за подбородок, тянет вверх и заглядывает в глаза. На его губах расползается хищная улыбка.

— Так даже лучше.

Он поворачивается ко мне, и я опускаю взгляд.

На моем животе расползаются две дыры и сочатся кровью. Нет-нет-нет. Такого не было! Я прижимаю руки к животу, в попытке остановить кровь. Она блестит и переливается, растекается по ладоням и срывается водопадами на пол, заполняя комнату густым алым цветом.

Это не воспоминание. Это сон! Дайте мне проснуться…

Я откидываюсь на кушетку, но проваливаюсь сквозь нее. Падаю посреди темноты, глядя на удаляющийся белый прямоугольник комнаты, лишившейся пола, чьи очертание точно зависли в черном космическом пространстве. Очень холодно, только темнота и мелкие белые звезды вокруг. Я хочу уйти. Я должна найти выход.

Я бегу вперед. И кричу:

— Отпусти!

А голос Тоби шепчет:

— Прости… Прошу, Элис, прости меня…

И добавляет: «Мне очень жаль», — что разносится по межзвёздному пространству, и повторяется, повторяется, повторяется. Пока я не свыкаюсь с этим шепотом, как с фоновым звуком, и не перестаю слышать его вовсе.

Я поднимаю руки, смотрю на то, как они размываются, как меняется количество пальцев, их то шесть, то четыре. Ладони просвечивают, сквозь них можно увидеть звезды. Так не бывает.

Это сон.

Я должна проснуться.

Глава 36

Мальчик и шторы

8 лет назад

Джейден помнил, как вспыхнули шторы. Как закричала Адри, как мама бросилась к двери, как отец тряс его за плечи и просил успокоиться. Джейден помнил, как он отмахнулся, сбросив папины руки, и как все замерли, точно время застыло. Лишь огонь трещал позади, извещая, что в доме пожар и жизнь действительно движется вперед, но они почему-то не двигались, застыли, словно решили сыграть в какую-то игру, забыв предупредить, какие в ней правила.

— Кэрен, — сказал папа, едва шевеля губами.

— Джейден, пожалуйста, отпусти нас, — непривычно мягко сказала мама.

Джейден знал, что она говорила так только когда не могла повлиять на ситуацию. Когда Адри в очередной раз не ночевала дома из-за нового ухажера, хотя уже давно могла ни перед кем не отчитываться, или когда отец опять проигрывал на ставках деньги, которые заработал сам и которых всегда было в достатке. Мама не могла добиться желаемого, потому что знала, — она не может им указывать, как распоряжаться собственной жизнью или деньгами, поэтому делала вид, что просит для их же блага. И теперь, — Джейден сразу понял, — она не могла указывать и ему.

— Кэрен, — настойчивее повторил папа. Они все еще стояли, не сдвигаясь, продолжая играть в эту игру, в которую решил теперь сыграть и Джейден.

— Джейден, — в тон папе повторила мама. — Будь добр, отпусти нас.

— Джейден, правда, уже не смешно, — резко сказала Адри, и Джейден вздрогнул.

— Кэрен, — повторил папа, косясь на огонь, перекинувшийся на диван.

— Джейден, вызови хотя бы пожарных, — воскликнула мама.

В этой игре нельзя было двигаться, и Джейден уже проиграл, когда вздрогнул. Притворяться больше не было смысла. Он дошел до телефона на подкосившемся столике у стены и набрал давно выученный номер. Сделал все как положено, как мама учила, как объясняли на занятиях: сообщил о пожаре и продиктовал адрес.

— Умничка, — наигранно ласково сказала мама. — А теперь отпусти нас, иначе мы все здесь задохнемся.

На самом деле, Джейден хотел бы их отпустить, только не знал, как...

— Ма-а-ам, — протянула Адри. — Сделай что-нибудь.

— Джейден, — сказала мама, на этот раз не сумев скрыть раздражение. — Прекращай эти игры. Смотри, даже Адрии уже страшно.

Джейден посмотрел на разбитое зеркало в прихожей, на распахнутые шкафчики в кухне и разбросанные по полу столовые приборы; на разодранный диван с вывернутыми на ковер пружинами и мягким наполнителем, пылавшим теперь вместе со шторами и ковром. Дым заполнял комнату и становилось трудно дышать.

— Мне тоже, — сказал Джейден, чувствуя, как в груди стягивается странный непривычный узел и давит на сердце. — Очень страшно.

По щекам потекли слезы, и он осел на пол, стискивая голову руками, моля Рейнара — покровителя всех магов управления, — помочь ему. Джейден обещал ему, что больше никогда не будет плохо себя вести и всегда будет слушать родителей, и что он больше никогда-никогда не будет произносить плохих слов и грубить, что он будет самым старательным учеником и впредь всегда будет соблюдать мамины правила, придуманные для его же безопасности. И больше никогда, — действительно никогда! — не будет использовать эту магию.

И основатель услышал его мольбу.

— Уходим, уходим, — говорила мама, таща из дома все самое ценное. А Джейден продолжал сидеть на полу и сжимать голову, пока квартира полыхала в огне.

— Пошли давай, чего расселся, — сказала Адри, схватила его за руку и дернула, заставляя подняться. — Или ты помереть тут вздумал?

***

— Не хочу, — сказал Джейден, но они уже стояли в неуютной комнате, пропитанной сандалом и травами. Белая кушетка точно намекала, что Джейдена ожидает нечто ужасное, хотя мама убеждала его в обратном.

— Мы всего лишь проверим, все ли в порядке, — отрезала мама и окинула его взглядом, полным недовольства. — Не нервничай так.

Джейден посмотрел на папу, будто ожидал получить от него поддержку, но тот лишь стоял в тени мамы, уставившись в телефон. Адри заинтересованно рассматривала корешки книг на высоких полках, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону, отчего массивная заколка, подаренная очередным ухажером, покачивалась в ее волосах.

— Я больше не буду, — сказал Джейден совершенно по-детски, хотя давно уже не считал себя ребенком. Мама напряженно улыбнулась.

— Конечно, не будешь, — сказала она, и ее голос дрогнул. — Сейчас придет миссис Уэйланд и поможет тебе.

— Не надо!

Книги слетели с полок, проносясь в опасной близости от Адри, заставляя ее вскрикнуть, и зависли в воздухе.

— Джейден, — предостерегающе сказала мама.

Кушетка упала на пол, ящики стола распахнулись, выплевывая содержимое, телефон вылетел из папиных рук, сумка сорвалась с маминого плеча.

— Ауч! Джейден! — вскрикнула Адри, когда заколка потянулась в сторону, вырывая ее волосы.

Предметы завертелись в воздухе, закружились в замысловатом танце, который уже не был ему подвластен.

— Джейден, ты обещал, — напомнила мама. Шторы всколыхнулись, свет моргнул, стекла шкафчиков задребезжали, и папа пробормотал что-то себе под нос.

— Адрия! — строго сказала мама. — Чего встала?

Джейден успел только повернуться к ней, и увидеть вскинутый пневмат, когда шею кольнуло. По телу растеклась волна приятного расслабления. Книги с громким хлопком обрушились на пол, следом повалился и Джейден. Он еще мог различить, как Адрия надевала на него титановые перчатки и застегивала наручники, как папа поднимал его и укладывал на поднятую мамой кушетку, но уже не мог шевелиться.

Из-под опущенных век он видел, как в комнату вошла сухая женщина, напоминавшая стервятника, и слышал, как она извинялась, но не мог разобрать слов. Следом за ней прошла девчонка с длиннющим темным хвостом и встала рядом с кушеткой, сжимая в руках тонкое перо и баночку черных чернил.

А потом все мысли исчезли.

Только утром, когда одеяло привычно не слетело по одному лишь его желанию, а одежду пришлось самому доставать из шкафа, Джейден понял, что что-то не так, и вышел из комнаты. Он слышал, как в ванной журчала вода, но был слишком поглощен своими мыслями, чтобы придать этому значение. Сбежав по ступеням на первый этаж, он обнаружил в гостиной совершенно новый диван и шторы, и опустевший камин.

Папа сидел на кухне с огромной кружкой чая, громко дул, и хлюпал, отпивая.

— Пап…

— М-м, Джейден, ты проснулся. Как себя чувствуешь?

— Пап… что с моей магией?

— Ах, это… — папины глаза забегали по комнате, и он откинулся назад, крикнув через плечо. — Кэрен!

— У меня встреча, — сказала мама, выныривая из ванной комнаты, и на ходу поправляя сережку. — Что-то срочное?

— Надо бы Джейдену… объяснить.

Мама отмахнулась.

— Сам объяснишь, я тороплюсь.

Она прошла в коридор и взяла сумку, остановилась у зеркала, чтобы накрасить губы.

— Но я тоже тороплюсь, — глухо пробормотал папа себе под нос и повернулся к Джейдену. — Твою магию… в общем, ее запечатали, чтобы ты не мог никому навредить. В первую очередь, конечно, себе…

— И нам тоже, — добавила мама, приоткрыв рот с уже красной верхней губой и приступила к нижней.

— Вы…

Джейдена колотило, ему хотелось кричать, хотелось выместить на них все, что он чувствовал. Гнев, разочарование, обиду, боль. Вывалить на них всю злость, что закипала в нем прямо сейчас на этой самой кухне.

— В тебе пробудилась очень опасная магия, Джейден, — сказал папа. — А ты пока еще недостаточно взрослый, чтобы мудро распоряжаться ею.

— Раньше телесников вообще убивали при первой же возможности, — добавила мама, вытянув лицо перед зеркалом и рисуя на глазу черную стрелку. — Так что, радуйся, что теперь ее можно запечатать.

Мама больше не боялась. Она думала, что теперь снова могла контролировать его. А зря…

Как только папа ушел из дома следом за ней, и Джейден остался один, он поднялся в комнату Адрии, порылся вручную в ящиках и выловил новенькую синюю зажигалку. Спустился вниз, прошел мимо нового дивана, по новому ковру и подошел к новым шторам. Медленно поднес зажигалку, сомневаясь, стоит ли это делать, но щелкнул раньше, чем успел передумать.

Если мама решила, что, запечатав его магию, она получит послушного ребенка, она очень сильно ошиблась.

Он вышел из дома и с ужасным, просто отвратительным чувством наслаждения наблюдал за тем, как горел дом. Как огонь охватывал первый этаж и устремлялся на второй.

И Джейден был в восторге.

Он знал, что теперь они поймут, что натворили.

Но еще не знал, что Адрия рассталась с очередным ухажером и взяла отгул, чтобы топить печаль в вине и пушистой пене, закрывшись в ванной. Если бы он знал… если бы он только знал.

***

Девчонка с длинным хвостом склонила голову на бок, но держалась чуть поодаль, будто боясь его, хотя внимательно разглядывала. Джейден сидел на стуле в углу, титановые перчатки давили, сжимая его запястья вместе. Их нацепили, пока он спал, а потом силком привезли в это место и оставили в комнате ждать своей участи.

— Ты преступник, да? — спросила девчонка.

Джейден отвернулся к окну, не зная, что ответить. Он не считал себя преступником, но теперь, когда вспоминал, как вспыхнули шторы, и как он смотрел на полыхавшую мебель, как выходил из дома, переходил через дорогу, и стоял на другой стороне, абсолютно, совершенно не чувствуя вины, — ему казалось, что все-таки что-то с ним было не так.

Девчонка склонила голову на другой бок точно глупая птичка.

— Тебе было больно?

— А? — не понял Джейден.

— В прошлый раз, когда я проводила ритуал, тебе было больно? Или во сне боль не чувствуется? — спросила она, но Джейден молчал. — Если во сне не больно, странно, что мама не усыпляет их всех перед процедурами…

— Ты чего ко мне пристала, а?

Девчонка отшатнулась и, хлопнув глазами, открыла рот, чтобы сказать еще что-то, но замок щелкнул и в комнату вошла худощавая женщина в длинном коричневом платье со стоячим воротничком. Она окинула Джейдена взглядом хищника, смотрящего на жертву, и повернулась к девчонке.

— Можешь приступать, Элисон.

Девчонка тут же стушевалась, вся сжалась и, быстро кивнув, достала из сумки перо и баночку чернил. В комнату вошли двое мужчин и направились к Джейдену, вжавшемуся в стул. Им ничего не стоило подхватить его под руки и разложить на столе, задирая футболку. Сначала Джейден пытался сопротивляться, но, когда перо коснулось его живота, понял, что уже бесполезно. Девчонка провела линию, скребя кожу холодным металлом, и на этот раз ему было больно.

Очень больно.

И он пожалел, что не спал.

***

За год в Традстоуне он понял дурацкую и совершенно отвратную истину — выживает сильнейший. Не хочешь, чтобы над тобой издевались — издевайся сам. Боишься других — заставь их бояться тебя. Не хочешь общаться с ними — сделай так, чтобы они не хотели общаться с тобой. Стань тем, кого будут уважать, но к кому лишний раз не подойдут, запугай их, твори что вздумается, и они будут в ужасе шарахаться и считать тебя опасным, но вместе с тем восхищаться и тянуться к тебе, как к самому сильному и важному человеку в этом забытом богами и основателями месте.

За год в Традстоуне Джейден нашел самое слабо просматриваемое и плохо охраняемое место — задние ворота, за которыми виднелось кладбище. Служебные машины проезжали здесь утром во время завтрака трижды в неделю, и когда ворота открывались, их контролировали сразу четыре охранника, но они всегда вели себя расслабленно, вяло проверяя груз. Один постоянно курил в отдалении, и за его спиной можно было прошмыгнуть, но тогда заметил бы тот, что стоял напротив, а значит, их нужно было отвлечь.

Джейден сидел чуть поодаль, воссоздавая в голове эту сцену и перебирал возможные варианты для отвлекающего маневра, когда с той стороны ворот появился человек в черном и поманил его рукой. Посомневавшись немного, Джейден поднялся и медленно направился к нему, раздумывая, не уловка ли это охранников, и не заметил ли кто, что он часто сидел здесь, слишком уж дотошно изучая ворота.

От человека несло какой-то тухлятиной и Джейден скривился. Не будь он так заинтересован, сразу бы ушел, чтобы не пропитаться тошнотворным запахом.

— Мальчишка приходит каждый день и смотрит, — сказал человек.

Джейден сразу испугался, что его раскрыли, но виду не подал. Лишь небрежно качнул головой, приняв скучающий вид.

— Чего-о?

Губы человека расползлись в неприятно улыбке, и он хрипло сказал:

— Я могу помочь мальчишке.

Он совсем не внушал доверия, но точно не походил ни на одного из местных охранников. В обносках и с этой кривой, точно существовавшей отдельно от лица, улыбкой, он скорее напоминал умалишенного, сбежавшего из лечебницы по соседству, так что Джейден расслабился.

— Ага... И чем же?

— Смотря чего хочет мальчишка, — сказал человек, скаля зубы.

— Ворота открыть, например, и че дальше? — с усмешкой спросил Джейден, уже точно решив, что перед ним сумасшедший. — Организуешь?

— И все? — разочарованно произнес человек.

Замок на воротах дрогнул, стянулся и, обратившись в нечто напоминавшее патрон из старых книжек, упал на траву. Джейден пораженно смотрел на приоткрывшуюся со скрипом дверцу, пытаясь понять, что за странную магию использовал незнакомец. На управление не похоже, да и замок из титана, как и все в Традстоуне, на него не получится воздействовать. Тем более, как раз где-то здесь должна проходить линия невидимого купола, который ограничивает использование любых видов магии на территории. По словам тех, кто на прошлой неделе хоронил кого-то из местных отбросов, на кладбище купол тоже распространялся, но, возможно, граница как раз проходила возле ворот, поэтому мужчина и смог разрушить замок…

Медлить было нельзя, так что Джейден отставил размышления. Оглянулся и тут же проскользнул мимо дверей. Но, стоило ему оказаться на свободе, как тело сковала неведомая сила, и Джейден со сдавленным стоном повалился на землю.

— Занятно, — хрипло сказал мужчина.

Все та же сила потянула Джейдена по земле, провезла щекой по грязи мимо ворот и утащила обратно на территорию. Джейден зажмурился, пытаясь не завыть от боли, а когда открыл глаза, человека за вновь закрывшимися воротами уже не было.

И только лежавший на земле патрон намекал, что Джейдену он все-таки не привиделся.

4 года назад

Джейдена втолкнули в тесную комнату, разграниченную решеткой, даже не спросив, хотел ли он встретиться с посетителем. А ведь он не хотел. Совсем не хотел видеть ни отца, ни мать, и даже растерялся, когда по ту сторону решетки открылась дверь и в комнату вошла Адрия. Она изменилась: сбрила длинные волосы почти налысо, перестала краситься и обзавелась парой едва заметных морщинок между бровей, — но это мелочи. Больше всего в глаза бросался ожог, обезобразивший всю левую часть лица. Джейден отвел взгляд, разрываясь от закипавших внутри эмоций.

— Привет… — тихо сказала Адрия, ее голос звучал не так уверенно, как раньше, и от этого Джейдену становилось только хуже.

— Херово выглядишь, — бросил он и оперся на стену, пытаясь принять непринужденный вид.

Адрия натянуто улыбнулась.

— Ты тоже.

— Ну и? — хмыкнул Джейден. — Маман стало стыдно, и она отправила тебя, чтобы умолять не поджигать дом, когда я выйду?

— Нет… Они хотят продлить «тюрьму».

Ее слова больно ударили по ребрам и отозвались гулким шумом в ушах.

— Не-е-ет, — протянул он с усмешкой, но и сам слышал, как страх просачивался в каждый срывавшийся звук. — Тут уже все ждут не дождутся, когда я свалю. Вы не уговорите их продержать меня здесь даже лишнюю минуту.

Адрия покачала головой.

— Не здесь. Родители… договорились с директором Абендорма.

— Пф-ф, вам деньги девать некуда, да?

— Джейден…

— Катись, — бросил он, развернулся и дернул дверь, но она оказалась заперта.

Джейден ударил по холодному металлу, бил вновь и вновь, с каждым разом вливая в удар все больше собственной ярости.

— Прости меня… — донеслось из-за спины, и он замер. — Прости! Я должна была прийти раньше. Я должна была вмешаться, должна была уговорить их одуматься, но не могла… Я винила себя и винила тебя. Я ужасно злилась, я… ненавидела тебя…

Джейден резко обернулся и пересек расстояние, вцепился в решетку, сжимая до боли.

— Тогда какого хера приперлась?! — выкрикнул он. Слюна мелкими брызгами прорвалась сквозь решетку, попав на Адрию, и та отшатнулась.

Какое-то время она молчала, глядя на него. Медленно стерла с лица блестевшие капли.

— Я блюститель, Джейден, — сказала Адрия и ее голос надломился, — я должна действовать по закону. Я должна поступать правильно, делать правильный выбор… — Она вздохнула, шагнула ближе и обхватила холодные прутья прямо над руками Джейдена. — Но… мне понадобилось время, чтобы осознать, что я еще и твоя сестра. А это… совсем другая роль.

— Хероль, — пробормотал Джейден, не желая слушать.

Адрия улыбнулась, спустила руки ниже, коснулась его кожи и мягко сжала.

— Но когда эти выборы противоречат друг другу … — Она посмотрела на него, и в ее взгляде было столько тепла, которого Джейден не видел долгие годы, что его руки дрогнули. — Я должна поступать правильно как сестра. Потому что эта роль куда важнее.

И в тот момент Джейдену на секунду показалось, что за решеткой был вовсе не он.

***

Когда человек появился снова, в Джейдене внезапно вспыхнула какая-то предательская надежда. Он промчался к воротам, боясь, что человек вновь исчезнет, оставив его без ответов, и сходу спросил:

— Как ты это сделал?!

Глаза человека казались стеклянными, совершенно пустыми и мертвыми. Он смотрел на Джейдена, но будто бы сквозь него.

— Мальчишка… занятный. Не прячется, как другой, — прохрипел человек и его рот искривился, напоминая улыбку. — Но помочь я не смогу.

— Они хотят перевезти меня! — выпалил Джейден. — В этот… как его? Абендорм. Ты можешь остановить их. Вмешаться. Что-нибудь сделать!

И с каждым словом Джейдена, рот человека расползался все шире и шире, а в какой-то момент Джейдену показалось, что тот и вовсе порвется, — растянется шрамом до самых висков.

— Ненавидишь их? — со сладким, нескрываемым блаженством произнес человек.

— Ненавижу! — не раздумывая, сказал Джейден.

Человек облизнулся, обнажая почти сгнившие зубы.

— Хм-м, мальчишка мне нравится, — прошипел он. — Я… помогу.

Он развернулся и пошел вдоль кладбища, медленно переставляя негнущиеся ноги.

— Эй! — крикнул ему вслед Джейден, но человек не обернулся.

***

3 года назад

— Управленец! Говорю тебе, ты точно должен быть управленцем, — заявил Оливер с довольным видом продвинув по носу очки.

— Отвали, а? — отмахнулся Джейден и пошел дальше по коридору.

— У меня все сходится, — не унимался Оливер, нагоняя его. — Не было ни одного промаха. Наверняка твоя магия еще просто не пробудилась и…

Джейден резко обернулся, и Оливер едва не врезался в него.

— Я сказал, замолкни, — процедил Джейден сквозь зубы. — И больше ко мне не подходи, понял?

Оливер оборонительно вскинул руки и отшагнул.

— Спокойнее, ладно? Понял я.

Джейден хмыкнул, разозлившись лишь сильнее.

После смерти родителей он не мог найти себе места. Его разрывало от сожаления и мерзкого удовлетворения от восторжествовавшей справедливости, но все же… смерть, — тем более такая, — была слишком жестоким наказанием. По крайней мере, для отца.

Джейден поднялся на третий этаж, краем глаза заметив, как за дверцами балкона мелькнули длинные волосы какой-то блондинки. Хмыкнув, он вошел в комнату, скинул вещи и шагнул на тумбу, а с нее переступил на подоконник. Сунул сигарету в рот, щелкнул зажигалкой и распахнул форточку, в очередной раз пожелав тому, кто монтировал окна, сдохнуть где-нибудь в канаве, — нужно быть полным идиотом, чтобы сделать единственную открывающуюся створку так высоко, что с пола не дотянуться.

Слева за окном что-то шевельнулось. Блондинка залезла на балюстраду и смотрела вниз. Джейден заинтересованно глянул туда же, а потом снова на нее. Лицо показалось ему знакомым, но он не мог вспомнить, где ее видел. Может, — та, что постоянно терлась возле кабинета ритуалов? Или та, что тусовалась с сынишкой Хоффмана… А может, это одна и та же?

Пока Джейден курил, она все стояла, и он не мог понять, чего она вообще туда залезла. Если вздумала сдохнуть, чего ждать? Не можешь решиться, — слезай, а то сейчас ведь набегут, поднимут панику. Или просто захотела внимание привлечь?

— Камилла! — донесся снизу знакомый голос и Джейден усмехнулся, увидев Рафа. Угадал, значит. С ним был еще какой-то парнишка, так и оставшийся стоять на том же месте, когда Раф рванул к зданию.

Камилла встрепенулась, прижала руки к груди и задрожала. Джейден мог бы выйти из комнаты, дойти до нее — всего-то несколько шагов, — и остановить, но он лишь выбросил окурок в форточку и закрыл створку.

Похер.

Уже слезая с подоконника, Джейден столкнулся со взглядом оставшегося там парнишки, и будто увидел в нем осуждение. Хотя, казалось бы, третий этаж, — а если судить по обычным зданиям, то и вовсе шестой, — мог ли он действительно разглядеть его?

Джейден опустился на кровать, не ощущая ровным счетом ничего. Сбросится она или нет — не его дело. Он бы и сам был не прочь покончить со всем этим, но… не решался. Да и родителей больше нет, а Адрии, возможно, удастся отыскать ту девчонку и заставить ее снять проклятье. А даже, если нет, — всего-то пять лет, — нестрашно. Отсидел в Традстоуне, отсидит и здесь. Да и в Абендорме хотя бы поменьше отбросов, можно расслабиться и не бояться, что кто-то придушит во сне. К тому же, своя комната…

Ему почти удалось заснуть, когда за дверью прогремел топот чьих-то ног, а за ним разнеслись вскрики и вопли. Внутри возникло странное напряжение, разраставшиеся в неприятную, жгучую боль. Сожаление охватило его, заволокло, утягивая под толщу страха и паники. Они накрывали тяжелым плотным одеялом, придавливали к кровати, не позволяя шевельнуться, и Джейден мог лишь лежать, судорожно хватая ртом воздух, и пытаться понять, откуда взялись эти, — будто и не его вовсе, — чувства.

Ему ведь только что было плевать…

***

16 августа

— Маркус Эрдсхол. — Парень опустил поднос на стол и с важным видом уселся напротив.

Джейден вскинул на него взгляд и вернулся к просмотру видео.

— У тебя же тут свободно? — спросил этот Эрдсхол.

— Ты вроде уже сел, — пробормотал Джейден.

Рядом с Эрдсхолом опустился еще один поднос, что-то щелкнуло и на стол упали наручные часы. Джейден раздраженно ткнул на паузу и поднял голову, чтобы вывалить на второго подошедшего пару нелестных слов, но замер, узнав его. На этот раз в его взгляде не было осуждения. Скорее даже некая заинтересованность.

— Тобиас Хоффман, — сказал он, протянув руку.

И Джейден, сам не понимая зачем, пожал ее.

Глава 37

15 октября, вторник

Я схватила ртом воздух и распахнула глаза.

Белый потолок, белые стены, запах трав и снадобий. Я отбросила одеяло, скользнула пальцами по животу и, не обнаружив крови, убедилась, что не сплю. Ран тоже не было, их залечили. Я опустила взгляд на гладкую кожу под белой больничной рубашкой и у меня перехватило дыхание. Весь левый бок был в черных узорах. Они тянулись в разные стороны, заполонили живот, и, возможно, уходили дальше — под штаны, переходя на ногу и вверх, устремляясь к руке. Я зажмурилась и одернула край рубашки, скрывая этот ужас.

Мне конец.

Меня раскрыли.

Лекари точно видели, они точно поняли.

Я вжималась затылком в подушку, в надежде, что это все-таки сон и я смогу провалиться сквозь кровать, упасть как можно глубже в самое небытие и больше не открывать глаз. Лучше б не просыпалась. Лучше б это все закончилось. Лучше…

— Элис! — воскликнула Шер, и я распахнула глаза. Она бросилась ко мне, сжимая в объятиях. — Элис, хвала богам, ты в порядке!

— Ше-е-ер, — выдавила я, отплевываясь от упавших мне на лицо кудряшек. — Ты меня задушишь…

— Боги, ты бы знала, как я переживала, — бормотала она, прижимаясь щекой к моей щеке и совершенно игнорируя вероятность моей скоро кончины от ее объятий. — Как услышала крики на улице, сразу сорвалась с места, будто почувствовала, что с тобой что-то случилось.

— Воздух… — еле вдыхая, через силу сказала я.

— О, прости, пожалуйста! — Шер тут же отпрянула, села на кровать рядом и, обхватив мои руки, напряженно смотрела на меня. — Ты как?! Лекари сказали, что раны были глубокие, ты потеряла много крови и чудом дотянула до их приезда… Но сейчас все должно быть в порядке!

— Меня раскрыли, да? — спросила я и сжала губы, ожидая неутешительный ответ.

Шер нахмурилась.

— Раскрыли? Ты о чем?

Пару раз непонимающе моргнув, я вытянула руки из ладоней Шер и, бросив быстрый взгляд на дверь, подняла рубашку. Шер отшатнулась, точно увидела мерзкое насекомое и застыла, приложив ладонь ко рту, а потом перевела на меня обеспокоенный взгляд.

— Элис… — прошептала она. — Ты не говорила…

— Я не могла сказать, — пробормотала я, одернув рубашку. — Но уже неважно.

— Это мистер Барри, да? Поэтому ты сказала, что все уладила… — Шер обреченно втянула носом воздух. — Что ж я за подруга такая! Я должна была догадаться…

— Шер! — перебила я, иначе она бы еще долго продолжала. — Меня раскрыли или нет?

— Я не знаю, — вздохнула она и задумалась. — Тоби сказал, что со всем разобрался… может, он это имел в виду?

Может…

Шер поднялась и решительно шагнула к двери.

— Сейчас все узнаю.

— Ше-е-ер! — взмолилась я. — Только, прошу, сделай так, чтобы после твоих вопросов у них не появились лишние сомнения…

— Ты меня недооцениваешь, — подмигнула Шер и, хохотнув, скрылась за дверью.

Должно быть, Тоби действительно со всем разобрался, потому что проблем не возникло. Лишь пара дополнительных осмотров и меня отпустили, вручив в руки справку, что я в порядке.

Только вот я совсем не в порядке…

Мне предложили пообщаться с психологом, обсудить произошедшее, но что бы я сказала? Что на меня напал убийца, владеющий магией трансформации, способный обращаться дымом, и найти меня где угодно? Что я не знаю, куда мне деться и как сбежать от него? Что, когда я пришла в себя, я какое-то время жалела, что он не довел начатое до конца? Что мне не у кого просить помощи, потому что я испортила со всеми отношения? Что у Джейдена телесная магия, а с Тоби вообще непонятно, что не так? Что мне очень и очень страшно, и хочется просто лечь на землю прямо здесь у входа в больницу и рыдать, пока не захлебнусь собственными слезами?

Пальцы сами вытащили телефон, открыли фотографию с маминым письмом и, набрав номер Альфреда, прислонили телефон к уху.

— Алло, — донесся мужской голос, и я растерялась. — Алло. Кто это?

— Здравствуйте, это Элисон Уэйланд.

Молчание.

— Добрый вечер, мисс Уэйланд, вы по какому вопросу?

— Я… Это Альфред?

— Альфред? — переспросили в телефоне. — Нет, вы должно быть ошиблись номером.

— Простите…

Последняя нить надежды лопнула, хлестнув меня по лицу, и я сбросила звонок.

— Вот ты где, — раздался голос Шер за моей спиной. — Ты как успела пройти, что я не заметила? — Она подхватила меня под руку. — Проверилась? Все в порядке? Ты домой хочешь? Или за вещами в академию?

— Мхм, — только и смогла ответить я.

— Может, я поживу пока с тобой? Мне кажется, тебе это нужно.

Но я не знала, что ответить. Мне очень хотелось согласиться, но я боялась подвергать Шер опасности, поэтому просто молчала.

Пока мы шли к остановке, постепенно темнело. Шер рассказывала, что после случившегося в академии усилили охрану, и теперь там постоянно дежурили несколько блюстителей. Занятия на эту неделю отменили, и многие студенты уехали домой. Мадам д’Арлин злилась и срывалась на каждого, кто оказывался рядом в неподходящий момент, ругалась с блюстителями, которые скрыли, что преступник еще не пойман и грозила пойти с этим в генеральный совет.

— Мне и самой страшновато возвращаться, — сказала Шер, когда мы уже подъезжали к академии. — Хотя там сейчас везде блюстители, да и Маркус остался, вот я и решила его поддержать. А то у нас только все стало налаживаться… — Шер вдруг подхватила меня под руку, точно опомнившись. — Но я, конечно, останусь с тобой, если ты согласна!

— Нет, все нормально, — выдавила я.

Мы прошли через ворота, мимо дежуривших там блюстителей с пневматами. Дошли до входа, минуя поле, обходя стороной то место, где убийца напал на меня, но во мне все равно нарастала паника. И был лишь один шанс избавиться от нее и покончить со всем.

— Ты иди, мне нужно кое-куда зайти… — сказала я, высвобождая руку.

— Элис? Ты уверена? — спросила Шер, цепляясь за рукав моего пальто, в надежде задержать. — Давай я схожу с тобой.

— Нет, правда, все в порядке, — сказала я и нервно усмехнулась. — Вряд ли ведь на меня снова нападут.

Шер с сомнением смотрела на меня еще немного, но потом все-таки кивнула. Потому что не знала, что я была не случайной жертвой. И что убийца непременно нападет снова.

Дорога до домика мистера Барри далась мне нелегко. Туман над лесом в темневшем небе казался почти таким же темным, как тот, в который обращался убийца. Я шла, то и дело оборачиваясь, и вздрагивала от каждого странного звука. Но в итоге, дойти до дома оказалось не так уж сложно, — куда сложнее было постучать в дверь и посмотреть в глаза мистера Барри. Я не знала, что он скажет про нарушенный договор. Хотя меня уже не пугало ни отчисление, ни огласка, что я ниим.

Плевать.

Я уже готова сама прийти в ЦИОРМ и взяться за любую работу, если это могло бы гарантировать мне безопасность.

— Я просил зайти в понедельник, — раздалось за моей спиной, и я быстро обернулась. — Но вы, кажется, решили взять дополнительные выходные.

Мистер Барри шагнул вперед и мне пришлось посторониться, чтобы пропустить его. Он прошел по коридору, оставив дверь открытой. И я неуверенно прошла следом.

— Слушаю вашу горькую исповедь, — сказал он, уронив ключи на стол, где не так давно я оставляла листок с результатами моей слежки за Джейденом. Странно, но мистер Барри не выглядел рассерженным, или по крайней мере мне так не казалось. Скорее даже печальным…

— Мне… нужна ваша помощь, — выдавила я, проходя дальше.

— Вот как, — сказал мистер Барри и взял из ящика стакан и бутылку какого-то крепкого алкоголя. Вытащил из морозилки стеклянную емкость, и, выудив несколько кубиков льда, звонко бросил их в стакан. Я молча наблюдала, как он залил лед янтарной жидкостью и выпил, запрокинув голову, а потом ударил стаканом о стол и налил еще. И лишь со вздохом опустившись на стул, произнес: — Слушаю.

— Как действует знак Айверро?

Его губы скривились в беззвучной усмешке.

— Айверро — миф. Жалкая выдумка шарлатанов из ЦИОРМа вроде вашей матери. — Он крутанул стакан, заставив лед пронзительно звякнуть о края. — Никто не знает верные черты.

Я сжала губы и усиленно вдохнула.

— Даже если так. Вы знаете, как его использовать?

Мистер Барри какое-то время смотрел на меня. Его губы подернулись в кривой усмешке, и он отпил глоток.

— По отложенному принципу, — сказал он и продолжил так, словно мы были на занятии: — Знак наносится на субъект, и, в случае успешного нанесения, на теле проводившего ритуал возникает соответствующий знак, которым можно воспользоваться в необходимый момент. Если верить не самым достоверным источникам, — знак лишь несколько минут будет заметен на коже, а позже исчезнет, так что важно сразу запомнить его локализацию. — Мистер Барри поднял стакан и посмотрел сквозь него на горевшую лампу. Его голос вдруг прозвучал непривычно мягко, с какой-то совершенно несвойственной ему отеческой заботой. — Чью магию хотите забрать, мисс Уэйланд? Уж не мистера Даррела ли?

— Меня вынуждают, — выдала я, растерявшись.

Мистер Барри повернул ко мне голову и все так же странно спросил:

— Кто?

Я сглотнула, не понимая, куда себя деть. Почему он вдруг так изменился? Или это алкоголь заставил его внезапно подобреть и стать таким приятным собеседником?

— Тот, кто убивает людей… — пробормотала я и покачала головой, вспоминая о своем вопросе. — Мистер Барри, как воспользоваться знаком?

Он опустил стакан и постучал по нему пальцами.

— Значит, знак вы уже нанесли…

Я неуверенно кивнула, хотя он утверждал, а не спрашивал.

Мистер Барри тяжело поднялся, прошел мимо меня до столика, на котором оставил ключи и вернулся с блокнотом, открытым на пустой странице.

— Нарисуете знак — скажу.

Я не поднимала голову. Смотрела на протянутый блокнот. От мистера Барри все так же пахло травами, на этот раз шалфеем и мятой, возможно, чем-то еще, но мне сейчас было не до этого.

Зачем ему знак? Из научного интереса? Чтобы проверить, настоящий ли он? Убедиться, что он прав, и моя мама лишь шарлатанка из ЦИОРМа? Или…

— Вы хотите забрать чью-то магию?

И, конечно же, Джейдена! Иначе зачем мистеру Барри просить меня следить за ним? Но к чему ему, и без того умирающему, лишь приближать себя к смерти использованием чужой магии? Или же, забрав магию он сможет излечиться?

Мистер Барри ничего не сказал, и я спросила:

— Как мне убедиться, что вы не обманете меня, если и сами хотите получить магию Джейдена?

Я наконец осмелилась поднять взгляд. Мистер Барри как-то странно, совершенно несвойственно ему тепло улыбнулся.

— Вы ведь все равно не сможете ее забрать.

— Почему? — искренне не поняла я.

Он какое-то время смотрел на меня, будто решал, стоит ли говорить это.

— Потому что знаете, каково без нее.

Я мотнула головой. Нет, не в этот раз.

— От этого зависит моя жизнь. Мне сейчас не до сантиментов, — сказала я и приняла блокнот. — Я рисую — вы говорите, как воспользоваться знаком. И не лжете. — Мистер Барри задумчиво смотрел на меня. Я чувствовала, что он сомневался. И, отчего-то уверенная, что знаю, как надавить на него, я холодно сказала: — Вы ведь не хотите, чтобы еще одна студентка погибла по вашей вине.

Буквально в ту же секунду я пожалела о сказанном. Мистер Барри шумно вдохнул и пересек расстояние до стола. Он взял стакан, залпом осушил его вместе с растаявшим льдом и налил еще. Сделал новый глоток, продолжая стоять ко мне спиной. Молчал какое-то время глядя в окно, отпивал, и снова молчал.

— Рисуйте знак, мисс Уэйланд. Я не стану вам лгать. Но… — Он вновь замолк, повернулся и внимательно посмотрел на меня. — Я дам вам время до семи утра. Если так и не воспользуетесь знаком… это сделаю я.

До семи утра? Да к тому времени я буду уже где-нибудь в Лессаре!

Черта, линия. Еще черта. Я бросила взгляд на мистера Барри, который все это время следил за моими движениями, словно знал, что я собираюсь сделать. Но на этот раз я не боялась. Черта, линия, точка. И намеренно неверная линия, а следом за ней две верные. Черта. Точка.

Захлопнув блокнот, я вскинула голову, и встретилась с его взглядом. Он медленно подошел ко мне, взялся за корешок, но я не спешила отдавать. Мистер Барри смерил меня долгим взглядом и сказал:

— Нужно перекрыть знак собственной кровью.

— Так просто? — поразилась я.

Уголок рта мистера Барри дрогнул, и он вытянул блокнот из моей руки.

— Так просто, — сказал он. — Но, чтобы сработало, у вас должна быть магия.

Сирх… Во всех смыслах СИРХ! Мне, сирх возьми, нужен сирховый Сирх. Или… не нужен?

Я поджала губы, чтобы не улыбнуться и постаралась выжать из себя хоть каплю разочарования, хотя внутренне ликовала.

— Вы все-таки обманули меня…

— Мне жаль, мисс Уэйланд. — На его лице действительно скользнуло что-то, напоминавшее сожаление, но я не верила ему. — Я, правда, не хотел бы вашей смерти, но… — Он замолк, сжал блокнот и направился к столу. — Идите. Может, успеете что-то придумать до утра.

Но времени у меня было куда больше. Должно быть, мистер Барри все-таки не понял, что я и сама обманула его, изменив линию. И уж тем более не знал, что дома в мамином секретере стояла колба номер три.

***

Собрать вещи труда не составило (я их и не разбирала толком после нападения Сирха), а время в автобусе и вовсе пролетело незаметно. Я была в предвкушении. Еще чуть-чуть и все наладится. Неважно, что будет дальше, главное — забрать магию Джейдена и я буду в безопасности.

Телесная магия! Я даже не успела толком удивиться, прежде чем все полетело в пропасть. А что, если не отдавать ее убийце, что, если оставить ее себе? С ней мне никакой убийца не будет страшен. Да вообще никто не будет страшен. Но что тогда? Меня наверняка будет выслеживать кто-то вроде мистера Барри, жаждущий получить себе такую силу... Не-е-ет, спасибо, не нужно. Все, чего я хочу — спокойной жизни. Да, хорошо бы с магией, но не с такой. Может, предложить убийце сделку? Магия Джейдена в обмен на мою? Было бы великолепно!

До дома я дошла быстро. Вечером по Гамблу лучше не разгуливать, мало ли кого можно встретить. Открыв первый замок, я вставила ключ во второй, но тот уперся в какую-то преграду, не желая поворачиваться. Не может быть… Я всегда закрываю на оба замка!

Сердце напряженно сжалось в груди. С протяжным, подобным стону звуком входная дверь поддалась, и я в ужасе замерла.

Нет-нет-нет, только не это!

Я уронила чемодан прямо на пороге и пронеслась по коридору. К маминой комнате, которая была заперта три года. Была…

Дверцы всех шкафов распахнуты, ящики выдвинуты и опустошены, ворох бумаг на полу, разбитые баночки чернил, старые перьевые ручки и классические перья.

Хоуп… Ну за что?

Пройдя к секретеру, я перебрала разбросанные листы: счета, характеристики клиентов, бесполезные списки дел. Я откладывала бумаги, брала новые и снова откладывала, в надежде, что где-то под ними затерялась колба номер три. Но, когда стопка оказалась совсем плоской, я убедилась, что никаких колб под ней быть не могло. Втянула воздух и яростно смахнула бумаги. С громким шелестом они разлетелись по комнате устилая пол. Падали как мои разорванные рисунки когда-то падали из маминых рук.

Я полностью вытащила очевидно пустой ящичек, и перевернула его в надежде, что из пустоты удастся вытряхнуть нужную колбу. Сейчас она появится, стоит только тщательнее поискать! Второй ящик, третий, четвертый. Пошарить руками по полкам, — вдруг закатилась в самый дальний угол и притаилась там, чтобы я не нашла.

Но ничего не было.

От отчаяния, я толкнула секретер, и он ударился о стену, жалобно скрипнув. Я громко захлопнула крышку и толкнула секретер еще раз, еще и еще, будто в какой-то момент из него должны были повалиться колбы номер три, как монеты из игрового автомата.

Из коридора донесся стук, и я обернулась.

— Кхем, Элис? У тебя все в порядке?

Это соседка — миссис Хабл — приятная старушка, лет семидесяти, стояла у входной двери, которую я даже не удосужилась закрыть, и смотрела на меня с сожалением. Она всегда на меня так смотрела, даже когда мама была жива. Хотя, возможно, она на всех так смотрела…

Кое-как вернув контроль над собственным бьющимся в гневе телом, я кивнула.

Миссис Хабл вытащила ключ и переставила его в замочную скважину со стороны квартиры.

— Я прикрою, хорошо? — спросила она, грустно улыбнувшись. — А то немного шумно.

И я кивнула еще раз. Миссис Хабл тоже кивнула, аккуратно прикрывая дверь.

Я повернулась к секретеру и сжала зубы. Снова тщательно осмотрела каждый ящик. Затем перешла к соседнему шкафу. Одну за одной проверяла полки, вываливая все на пол. Зачем-то заглянула даже в комод с одеждой, которая уже не должна была, но как будто все еще пахла мамой. И от запаха этого мне стало совсем дурно. Я осела на пол, цепляясь за выдвинутый ящик комода, и прижалась лбом к холодной металлической ручке.

Мне конец.

Я уже знала, что ничего не найду, но все равно перекладывала вещи, разбросанные по полу, и вдруг застыла, увидев под завалами листок с цветными линиями. Мелкая дрожь оросила тело, и я аккуратно вытянула то, что никак не могло здесь оказаться. То, что должно было сгореть в камине или осыпаться мелкими клочьями к ее ногам.

Мы с мамой и бабушкой стоим на фоне домика в лесу. И улыбаемся.

Сердце сдавило от нахлынувших чувств, от щемящей боли, смешавшейся со страхом и еще не утихшим гневом. Все, что так долго копилось внутри, вспыхнуло пламенем, взметнулось ввысь и обрушилось, окатив леденящим жаром.

Я сжала рисунок трясущейся рукой. И зарыдала.

***

16 октября, среда

Я проснулась в пальто и ворохе бумаг на полу маминой спальни. Кожу вокруг глаз стягивало так, что больно было даже моргать, не то, что прикасаться. В каком-то полубессознательном состоянии я поднялась и поплелась в свою комнату, чтобы убедиться, что сумка с деньгами тоже исчезла. Кто бы сомневался… Я смогла только сжать губы и хмыкнуть — сил расстраиваться уже не было. Я уже ничего не чувствовала. Ладно, что хоть какую-то часть денег закинула на карту. Возможно, стоило закинуть все, но я боялась, что появление крупной суммы на счете вызовет вопросы, а привлекать к себе лишнее внимание не хотелось.

Впрочем, остаться без денег — ничто в сравнении с возможностью лишиться жизни.

Оказавшись в ванной, я едва не отшатнулась, увидев в отражении лохматую почти незнакомую девушку с опухшими глазами… Это зеркало видело меня разной: напуганной, уставшей, отчаявшейся и почти сдавшейся, спокойной, решительной и порой даже счастливой, но настолько разбитой, наверно, я показалась ему впервые. Глаза казались совершенно стеклянными, в них не осталось ни искры сил или надежды, ни капли уверенности в себе и том, что я справлюсь.

Еще и эта дурацкая челка за ночь смялась и топорщилась у лба, щекотала нос. Я дошла до чемодана, чтобы достать дурацкие заколки от дурацкого Тоби. Но не могла вспомнить, куда убрала их. Проверила в пакете, в косметичке, вытряхнула все из чемодана. Одна из футболок развернулась и из нее выкатились духи, звонко прокатились по полу, ударились о стену и остановились.

Плевать.

Заколки нашлись в пенале, лежали рядом с новым пером. Когда покупала его, еще верила, что все наладится, что я справлюсь, только вот не учла, что за мной будет гоняться самый настоящий убийца… Если бы можно было вернуться назад, я бы все исправила! Не стала бы проводить тот ритуал, когда ко мне вернулась магия и… Я замерла, сжимая в руке перо и перевела взгляд на флакончик духов, лежавший у стены.

Может, еще не все потеряно?

Я сунула перо в карман пальто, убрала челку заколками и решительно шагнула к стене. Посмотрела на оставшуюся на дне жидкость. Вдруг тот Сирх все еще где-то в лесу и помнит их запах? Если да, то я брошусь в его объятия, как только найду! И неважно, как именно и из какой мерзости он возник.

Во мне вновь забурлила надежда. Заставила подняться, убрать флакон в карман и стремительно покинуть квартиру.

Успев на первый автобус, я глянула на телефон — почти шесть. Хорошо, что не дала мистеру Барри правильный знак. Значит торопиться не нужно. Если, конечно, убийца не решит, что настало мое время, или не заскучает на своих важных убийственных делах — обезличивании трупов или чем там он занимается на досуге? Хотя если подумать, магия трансформации могла бы все объяснить. Он с легкостью превращался в туман и обратил свою руку в нож, когда напал на меня. Возможно, так же просто он мог и человеческое тело сделать куклой с лицом Миреллы? Все это явно указывало на Эраза. Да и пустые лица как раз похожи на те, что были в сборнике легенд из библиотеки…

Я нахмурилась.

Странно, но последняя мысль показалась мне очень знакомой. Будто я с кем-то уже говорила об этом, обсуждала искаженные лица. Но я ведь никому их толком не описывала…

Ладно. Неважно!

На территории, чуть дальше от входа дежурили двое блюстителей.

— Вы за вещами? — спросил мужчина постарше, и я замялась, увидев еще одного у кромки леса. Вот сирх… Наверняка не дадут так просто пройти.

— Ну… — выдавила я. Нужно было придумать какую-то важную причину, зачем мне в лес, но идей не было и я пробормотала только: — Да, забыла забрать кое-что.

Я быстро прошла ко входу в здание академии. Поднялась на ступеньки и обернулась. Если обойти вокруг павильона рисования, — он ближе всех к лесу, — получится прошмыгнуть за ним. Те двое у входа точно не заметят, но тот, что у леса — слишком близко. Можно попытаться отвлечь его чем-то или, может, кем-то?.. Надеюсь, Шер не слишком расстроится, что я разбужу ее и опять не расскажу, во что ввязалась.

Среда, шесть сорок, — кто-то уже точно должен вяло плестись на завтрак, но академия словно погрузилась в вечный сон. Никаких звуков.

Поднявшись на третий этаж, я прошла в основной отсек, и сердце ударило в разы громче, чем нужно. В пустом коридоре, прямо у порога комнаты Джейдена, — как подаренная котом дохлая мышь, — лежало тело. Не искаженное, не с пустым лицом, но с привычно перерезанным горлом. И даже отсюда я отчетливо видела, кому оно принадлежало…

Внутри что-то треснуло. Я сглотнула, иронично заметив, что после увиденного, Шер точно будет не до помощи мне, и пару раз отрывисто вдохнула, пытаясь успокоиться.

Воздух слабо пах гнилью и тухлой рыбой. Ноги подкосились.

Он здесь.

Глава 38

Перескочив через Маркуса, я ввалилась в комнату Джейдена и закрыла щеколду, будто она могла защитить от убийцы, способного обращаться дымом.

Джейден перевернулся на кровати и разлепил глаза.

— Ну твою ж ма-а-а-ать, — взвыл он и натянул одеяло на голову. — Мне дадут уже когда-то поспать спокойно…?!

— Там Маркус, — прошептала я. — Мертвый…

Джейден приподнял одеяло и уставился на меня. Замер, будто ожидая, что сейчас я скажу, что пошутила, но я молчала, не находя нужных слов. Поднявшись, Джейден натянул штаны и футболку и прошел ко мне. Я посторонилась, позволяя открыть дверь. Ему хватило небольшой щели, чтобы убедиться, выругаться и вернуться за курткой и телефоном.

— Сиди здесь, — бросил он.

— Но…

Но Джейден уже хлопнул дверью.

Я схватилась за ручку, щеколда защелкнулась и край ее изогнулся в сторону. Я ударила по двери. Попыталась разогнуть щеколду, чтобы открыть, но она металлическая — все без толку. Я пнула дверь и сползла по ней. Отлично, теперь я заперта в комнате Джейдена, и даже не смогу сбежать, если убийца заявится, как тогда, — да-да, я уверена, что тот туман, появившийся во время ритуала, мне не померещился, — это точно был он!

Пока за дверью разрастался шум чужих голосов, в груди у меня все сжималось в тугой ком из страха и отчаяния. Я пыталась сопротивляться им, убеждала себя, что мне все лишь привиделось, показалось, что это — лишь дурной сон, и я вот-вот проснусь. Прямо сейчас закрою глаза, и…

На полу возле стола валялся аппарат, разломанный практически надвое, и уже вряд ли способный извещать Джейдена о новых телах. На столе — несколько листов.

Интересно…

Я медленно поднялась и подошла ближе, чтобы разглядеть написанные мелким почерком столбцы с именами. Десятками, а может и сотнями имен. Почти все они были зачеркнуты: какие-то встречались лишь раз, какие-то были вычеркнуты и повторялись снова. Среди них я узнавала имена преподавателей и студентов. Уильям Барри — несколько раз вычеркнуто, написано снова, а потом вновь перечеркнуто. Маркус Эрдсхол — тоже несколько раз, и все зачеркнуты. Это… список подозреваемых? Я нашла в нем даже свое имя, правда, написанное всего дважды.

Но больше всего волновало другое. Последние несколько строк начинались с перечеркнутого Тобиас Хоффман, потом переходили в простое Тобиас, и продолжались коротким Тоби, повторявшимся не меньше десятка раз. И в самом низу, крупнее чем раньше, так и оставшееся не зачеркнутым ТОБИ со множеством знаков вопроса.

И первым делом, когда щелкнула щеколда, и Джейден вернулся в комнату, я спросила:

— Ты думаешь, это Тоби?

Джейден мотнул головой, прикрывая дверь.

— Я уже не знаю, что думать, — сказал он. Его голос звучал непривычно серьезно и тихо.

— Я заметила! Ты даже Стивена вписал…

— Ну да, там весь персонал.

— Он же охранник! Еще скажи, что убийца — уборщица, — усмехнулась я.

— Обычно, кстати, так и бывает, — пожал плечами Джейден. — А если серьезно, то я не видел Тоби с субботы. Как уехал с тобой в больницу, так и пропал.

Я нахмурилась.

— Не-е-ет, это не может быть Тоби, — сказала я и напомнила, хоть и не была уверена в тех обрывочных фразах, что слышала: — Он ведь был с тобой, когда на меня напали.

— Ага, — усмехнулся Джейден куда более напряженно, чем прежде. — Появился ровнехонько после того, как маньяк исчез. И опять с этим своим равнодушным видом.

— Тоби бы не стал… — прошептала я, но запнулась, и продолжила совсем не так уверенно, как начала, — …нападать на меня.

— Да? — вдруг повеселел Джейден. — А ты разве его не отшила?

— Я — что?! Нет, то есть… Но не убивать же меня за это! И… он вообще крови боится, — добавила я, будто это могло сойти за аргумент.

— Или хочет, чтобы мы так думали.

Я покачала головой, все еще не желая верить.

— Нет. Это точно тот Рейнар.

— Рейнар? — не понял Джейден.

— Который помог ниимам устроить взрыв на фестивале. У него, возможно, магия трансформации и…

— Пф-ф. А что тогда мешает Тоби просто обратиться кем угодно, если магия трансформации как раз-таки у него?

— Нет же! Они были рядом на фестивале!

— Он об этом не говорил… — хмуро пробормотал Джейден и отмахнулся. — Слушай, я могу сказать только, что убийца не ты и не я. Ну и не Маркус…

— Маркус, боги… — прошептала я, только сейчас осознав, что мне это не привиделось, и паника вновь подкатила к горлу. — Нет, Тоби бы точно не стал…

— О, а ты видела между ними хоть какой-то намек на крепкую дружбу? — перебил Джейден, но я не знала, что ответить. — Да и не хорони его раньше времени, его в больничку увезли, может еще выкарабкается.

— Выкарабкается?! У него перерезано горло!

— Искусственный анабиоз, — просто сказал Джейден. — Его отец вживил всей семье капсулы с зельем. При угрозе жизни те сразу лопаются и притормаживают все процессы в организме.

Я задумалась.

— Ты со мной то же сделал?

— Мхм, считай вернул должок. С процентами.

— Телесной магией?

— Мхм, — не особо охотно повторил Джейден.

Я замолкла, пытаясь совместить все в голове. Если подумать, то я не могла утверждать, что тот с фестиваля и нападавший — один человек. Тем более, ничто не мешало кому-то принять его облик с помощью магии…

— Ты думаешь, у Тоби действительно может быть магия трансформации?

— Когда дело касается Тоби, я вообще ни в чем не уверен. Скажи, что он хоть один из основателей воплоти — я б не удивился, — хмыкнул Джейден. — Хотя он забрал то зелье обращения, которое просил приготовить типа на всякий случай… Согласись, вряд ли бы оно ему понадобилось, умей он менять облик магией.

Я не успела вникнуть, потому что меня внезапно осенило:

— Часы!

— Чего-о-о?

— Он их иногда снимает! И как раз в такие моменты происходят… странности. Что, если часы — блокиратор магии, как браслеты у блюстителей?

Джейден хмурился и долго молчал, точно провалился очень глубоко в свои мысли. Отвечать он, судя по всему, не собирался, так что я вздохнула и шагнула к двери, но Джейден тут же встрепенулся:

— Ты куда это?

— Пойду. У меня… дела еще.

— Ну спасибо… — с укором пробормотал Джейден.

— Что?

— Ничего, — отмахнулся он. — Вали.

— От меня все равно никакого толку! А у тебя есть магия. — Я запнулась. Да, у него есть магия, которая может остановить убийцу, но я собираюсь забрать ее и отдать тому самому убийце, лишь бы спасти собственную жизнь.

— Она не работает.

— Как это? — не поняла я. — Ты же тогда…

— На него не работает, — пояснил Джейден. — Я пытался остановить его, но он... невосприимчив к ней, что ли. На тебя все действовало, а на него вообще ноль эффекта.

— А почему… — я прикрыла глаза, но воспоминание казалось слишком туманным и размытым, точно нападение было не более, чем очередным кошмаром. — Он же все-таки остановился.

— Ну да, отвлекся на что-то и сам тебя отпустил.

— Отвлекся… И магия не действует, — пробормотала я. — Может, из-за блокиратора?

— Не, он бы тогда сам ее использовать не мог. Если только титановые вставки в теле… Тоби все думал, что у Маркуса такая.

— М?

— Да короче, — вздохнул Джейден. — Тоби все думал, будто Маркус знал, что я телесник и хотел забрать мою магию, якобы он из-за этого сюда и решил поступать. Но я сразу ему сказал, что это бред полный. И, как видишь, оказался прав.

Я цокнула языком и расплылась в улыбке.

— Ну, а если Тоби убийца, тогда зачем ему подозревать Маркуса?

— А чего ж тебе все не верится, что это Тоби? — спросил Джейден с коварной ухмылочкой. — Так и знал, что у вас что-то было. Не зря ж он так страдал в субботу.

— Ладно, пока, — бросила я и шагнула к двери. — Если убийцей окажется Тоби, кинь сообщение, хоть посмеюсь…

— Ага, — сказал Джейден совсем не весело. — Кстати! Отшила маньяка, — звучит как неплохой пунктик для анкеты на сайте знакомств.

***

Стоило выйти из комнаты, как суматоха коридора обрушилась на меня, и едва не затянула во всеобщую панику. Студенты неслись с вещами, опасливо шептались и нервно посмеивались. Девушка справа и вовсе сорвалась на рыдания.

Вариант использовать Шер как отвлекающий маневр отпал сам собой. Но, когда я вышла из здания, отпала и необходимость использовать этот самый маневр, — блюстители куда-то пропали. Так что, ни секунды не раздумывая, я устремилась вперед.

Уже ступив в лес, я нащупала в кармане духи, отбросила крышку и брызгала на себя до тех пор, пока флакончик не стал издавать жалкие звуки, слабо напоминавшие пшики.

Вот они и кончились.

Я вздохнула, опустила в карман опустевший флакон и…

И что теперь делать? Стоять и ждать, пока Сирх сам меня учует? Или идти глубже в лес в надежде отыскать его? Что, если он уже забыл мой запах? И самое главное: что, если убийца найдет меня раньше, чем Сирх? Удастся ли объяснить ему, что мне нужно чуть больше времени, или он даже слушать не станет? В прошлый раз он сразу напал, но и я не сориентировалась попытаться уговорить его. Он же все-таки человек… Он же точно человек, да? Я уверена, что это Рейнар, или кто-то другой, но, пожалуйста, пожалуйста, пусть это будет не Тоби! Нельзя убивать людей и притворяться таким хорошим. Порой даже слишком хорошим, а временами и… идеальным? Может в этом и проблема? Не может никто быть идеальным. Это все маска, иллюзия, а на деле за ней только холодный и расчетливый Тобиас Хоффман, заставивший поверить ему, проникнуться теплом и симпатией. А если вспомнить тот странный момент в парке, мой сон и утренние мысли, что он убийца, то, может, все-таки…

Ветки хрустнули, листва зашелестела и справа выскочил олень. Не обычный привычный олень, а Сирх в его обличие. И следом еще два. Пронеслись мимо, не обратив на меня никакого внимания, а я успела лишь проводить их пораженным взглядом. Три Сирха?! Когда Джейден рассказывал, я думала, что из одного тела может появиться только один Сирх. Или они размножаются? Или… Мне вспомнился сломанный аппарат в комнате Джейдена, и руки похолодели. Я сунула их в карманы, чтобы согреть, сжала перо и флакон.

Что, если Джейден перестал забирать тела? Или убийца так обезумел, что завалил ими весь лес? Сколько их могло скопиться? И сколько Сирхов могло возникнуть? Они ведь могут напасть на оставшихся в академии студентов… Ладно, это не мои проблемы! Мне лишние Сирхи только на руку. Успеть бы только поймать хоть одного до появления убийцы.

Я пошла дальше и, когда с другой стороны вновь зашевелились кусты, сразу навострилась. Встала в позицию вратаря, готовая сама броситься на Сирха и повалить на землю. И едва не напала, когда из кустов показалась Грета.

— Элис?! — удивленно и одновременно радостно сказала она. Я даже не успела прийти в себя от неожиданности, когда она подскочила ко мне, держа перед собой вымазанные грязью руки, и кивнула назад. — Идем, я должна показать тебе это!

Грета запыхалась, очки съехали на кончик носа, и она ткнулась ими в запястья, чтобы поправить.

— Ты… почему в лесу? — поразилась я.Внутри разрастались сомнения: что она здесь забыла, почему ее руки в грязи, и что она хотела показать мне?

— Идем! Я по пути расскажу.

— Грета, тебе лучше вернуться и… вообще уехать. Тут кругом Сирхи, и где-то может быть убийца. Он уже напал на…

— Там люк в пещере! — восторженно воскликнула Грета, кажется, не услышав ни одного моего слова.

— Люк?.. В пещере? Какая пещера… о чем ты?

Я непроизвольно попятилась, и Грета удивленно вскинула брови.

— Пещера, в которой основатели прятались от грозы! — сказала она, будто это было чем-то само собой разумеющимся. — Она прямо там, чуть дальше. Я уже находила ее, но в ней никогда не было люка.

Все еще держась чуть поодаль и с недоверием глядя на нее, я повторила:

— Что ты делаешь в лесу?

— Я… Это для моего исследования по Сирхам, — быстро заговорила Грета. — Я хотела найти того, который напал на тебя, и Тоби вызвался помочь. Мы договорились еще неделю назад, но он куда-то пропал. А сегодня обещают дождь, ждать больше нельзя. Твой Сирх может исчезнуть, если не найдет, где укрыться! Я хотела спрятать его в пещере и нашла люк, но не смогла открыть его, — совершенно обреченно произнесла Грета и с надеждой добавила: — Может вместе у нас получится…

Я непонимающе смотрела на нее, пытаясь найти в ее словах хоть каплю логики и здравого смысла. Грета собиралась помочь Сирху, спрятав его в пещере? Открыть непонятный люк, который неизвестно откуда взялся? С ней… точно все в порядке?

Хотя это мне только на руку!

— Ты знаешь, как найти того Сирха? — спросила я и тут же исправилась. — Или приманить любого другого? Мне нужно, чтобы он укусил меня.

— Конечно! — закивала Грета, видимо и не думая уточнять подробности. — Их много в той стороне. Ты можешь просто попросить их об этом.

— Попросить… Что-то мне не показалось, что они особо сговорчивы.

— Нет-нет, они очень дружелюбные, если их не тревожить. Идем.

— М-м-м, — только и протянула я, но все-таки пошла за Гретой. Дружелюбные они или нет, на самом деле — не так важно. Главное, чтобы меня укусили.

Пока мы медленно продвигались все глубже и глубже в лес, я продолжала размышлять над ее словами и все-таки спросила:

— Тоби не сказал, почему решил помочь тебе?

— Нет, но я и не спрашивала. Хотя мне показалось странным, что он сам предложил, но я подумала, что он тоже хотел посмотреть на Сирха.

— А больше ничего странного ты за ним не замечала последнее время?

— Вроде бы нет... Разве только то, что он совсем перестал ходить на занятия, — сказала Грета и кивнула вперед. — Смотри.

Из-за дерева показалась та самая пещера, напоминавшая торчащий из земли гнилой зуб с зиявшим пустотой разломом. Прямо над ним примостилась маленькая акварельно-бензиновая птичка и смотрела точно на меня, будто знала, что я пришла за ней.

Грета устремилась в пещеру, махнула рукой, привлекая мое внимание и указала на выпиравший из земли пласт металла с проржавевшим вентилем, вымазанным грязью.

— Давай попробуем откры…

В нос ударил запах гнили, столб тумана рухнул прямо между нами, обращаясь убийцей, и Грета вскрикнула. Я застыла, глядя в черные дыры маски, а внутри все тряслось и сжималось от страха.

«Подождите», — попыталась сказать я, но с губ не сорвалось ни звука.

Он потянул ко мне руку, и я сорвалась с места. Понеслась обратно, огибая деревья. Запиналась о коряги и едва не падала, путаясь в стесняющем движения пальто. Сердце колотилось. Деваться некуда.

Он убьет меня, убьет! Теперь мне никто не поможет.

Я так быстро бежала, что забыла, как дышать. Сердце рвалось выскочить из груди, и я позволила себе обернуться, чтобы понять, что за мной никто не гнался. Я согнулась, уперлась руками в колени, пытаясь отдышаться. И только сейчас осознала, что Греты нигде не было. Она осталась там с убийцей?! Или побежала в другую сторону? Или ее… Нет, не хочу даже думать об этом.

Справа что-то треснуло, цветастое нечто вырвалось из кустов и повалило меня на землю. Вцепилось в руку, и я взвыла от боли и внутреннего ликования. Сирх! Он дернул мордой, напоминавшей волчью, и расцепил зубы. Я попыталась подняться, но Сирх упер лапу мне в грудь, придавливая к земле, и посмотрел черными хищными глазами точно в мои, скаля размытые, словно иллюзорные, но такие реальные клыки.

Что ему нужно?! Чего он хочет? Не сожрет же меня? Сирхи ведь не едят людей! Не едят же?

Он зарычал, а я боялась пошевелиться. Могла только судорожно втягивать носом воздух. Сладкий и приторный. Солод? Карамель? Нет. Патока! Сирх пах магической энергией, он и был ею. Падальщиком, паразитом, всеядной тварью, стянувшейся в единую сущность, напитавшуюся сгустком иллюзий, оставленным убийцей. Сгустком, созданным моей украденной магией. Что, если он чувствовал ее отголоски во мне?

Сирх склонился ближе, принюхиваясь, и я задрожала. Завороженно смотрела в его глаза, скапливая во рту слюну. И, втянув носом воздух, плюнула точно в него.

Я и не надеялась, что сработает, но Сирх издал звук, напоминавший истошный визг и соскочил с меня. Этой секунды мне хватило лишь на то, чтобы попытаться подняться. Он вновь зарычал и бросился на меня, роняя обратно, но его сбил с ног другой. Первый заскулил, испуганно попятился и умчался. А второй вцепился в рукав моего пальто и потащил, отвоевав добычу. Повезло, что не задел руку, но… надеюсь, Грета уверена, что Сирхи не питаются людьми!

Свободной, но раненой рукой я пыталась расстегнуть пальто, но не могла, — пальцы ослабли и соскальзывали с пуговиц каждый раз, когда я как безвольная кукла, цеплялась за кусты и выступавшие корни деревьев. Я брыкалась, выдергивала руку, но существо вцепилось в рукав мертвой хваткой. Ветки, шишки, все цеплялось за мою одежду, раздирая ее. Я ударилась головой о какую-то корягу и вскрикнула. Зажмурилась, когда перед глазами поплыло.

Сирх расцепил зубы, и я бессильно распласталась по земле. Открыла глаза и едва не закричала. Прямо передо мной лежало тело с кукольным лицом той самой женщины, которую я видела множество раз. Лицо Миреллы. Все та же пустышка, что убийца использовал для сокрытия личностей жертв. На ее теле сидели десятки полупрозрачных цветастых бабочек, должно быть, таких же Сирхов. Похитивший меня зарычал на них, и они разлетелись.

Отлично, нашел новую добычу. Нужно убираться, пока он не передумал.

Я бросила взгляд на рукав пальто, уже пропитавшийся кровью, и, стараясь не тревожить руку, отползла чуть дальше, не находя в себе сил подняться. Точно почувствовав это, Сирх обернулся и стремительно направился ко мне. Я подскочила, рванула вперед, запнулась о собственную ногу и повалилась на живот. Быстро перевернулась, зашипев от боли в руке и со всей силы пнула по морде, оказавшегося уже возле ноги Сирха. Он отпустил, отчаянно заскулив. Прижал уши и склонил голову. Будто… поклонился мне? С опущенной головой он медленно шагнул ближе. Я отползла, и он вновь замер. Пошел рябью, стал меняться и обратился в небольшую птичку. Попрыгал в мою сторону и, смешно повертев головой, добрался до моей руки. Я ошарашенно смотрела на него, не понимая, чего он хочет.

Это что, тот же, что укусил меня в прошлый раз? Решил, что мы теперь друзья? Или он пришел на мой запах и решил помочь?

Сирх в облике птички потерся о мой рукав, вновь пошел рябью и обратился в волка. Я тут же отдернула руку. Волк прижал уши и, точно преданный пес, опустился на землю. Странно. Только недавно мне казалось, что он готов был загрызть меня. Или это потому, что я его пнула? Признал во мне равного? Начал уважать? Я аккуратно погладила его мягкую шерсть. Она казалась плотной и теплой, но в то же время совсем невесомой, словно я всего лишь водила рукой по воздуху. И я даже невольно задумалась, материальны ли Сирхи вообще? Хотя клыки того, что укусил меня, были вполне ощутимы…

Сирх вдруг поднялся и мотнул головой в сторону.

— Ты меня выведешь? — не поняла я.

Сирх кивнул. В ту же секунду в него врезалась крупная ветка и повалила его на землю.

— Вот дерьмо!

Я обернулась, чтобы увидеть Джейдена, и воскликнула:

— Ты что творишь?!

— На них тоже магия не действует, — пожаловался он. — Вот и пришлось использовать палку.

Я опасливо перевела взгляд на Сирха, но тот не нападал. Замер на месте и внимательно наблюдал за нами.

— Он не опасен, — сказала я. — Он… будто хотел помочь.

— Ага, конечно. Помочь себе пообедать.

Пробурчав пару неласковых слов, я поднялась. Медленно подтянула рукав и, зашипев от боли, обнажила рану. Джейден присвистнул.

— Ты залечивать умеешь? — спросила я и протянула ему руку, стараясь не смотреть на образовавшееся на ней кровавое месиво.

Джейден как-то неуверенно кивнул, но других вариантов все равно не было. Он обхватил мою ладонь, потянул выше, отчего кровь потекла по локтю, и я зажмурилась. Рану обожгло, кожу точно обхватили щипцами и потянули в сторону в попытке вырвать. Я стиснула зубы и перестала дышать. Терпела пока рана срасталась, и лишь когда боль сменилась мелким покалыванием, смогла выдохнуть. И открыла глаза.

— Ты… — вырвалось у меня, когда я увидела уродливый змеевидный шрам под слоем запекшейся крови.

— Радуйся, что вообще получилось, — пожал плечами Джейден. — Я еще только учусь ее использовать.

— М-м-м, — язвительно протянула я. — Рот мне затыкал ты вполне неплохо.

— Ты про какой раз? — с лукавой улыбочкой спросил Джейден, и я толкнула его в плечо. Он усмехнулся и вдруг посерьезнел. — Ты что вообще в лесу забыла?

— Мне… Я столкнулась с Гретой и... О боги, Грета! Она осталась там, и там был убийца, и…

— А она тут что забыла?

— Она собиралась спасти Сирха и… да, там какой-то люк в пещере, она повела меня туда, а там убийца и…

— Какой нахрен люк?!

— В пещере! — сказала я, вдруг почувствовав себя на месте Греты.

— Нет там никакого люка.

— Да нет, я видела, что… Грета сказала, раньше его там не было, а теперь он появился.

— Реально? — заинтересовался Джейден. — Ну, тогда пошли.

Сирх зарычал, и я только сейчас вспомнила о нем. Он медленно прошел ближе, но в него тут же полетела очередная палка. Обернувшись птичкой, Сирх взмыл в воздух, зацепил прядь моих волос и потянул в сторону.

— Пошли давай, — сказал Джейден, окинув Сирха недобрым взглядом, и развернулся.

— К пещере? — спросила я и последовала за ним, вытягивая волосы из клюва птички.

Сирх, может, и собирался вывести меня из леса, но любопытство брало верх. Да и Джейдену я доверяла чуть больше, чем слишком уж переменчивому Сирху.

— Ага, мистер Льюис рассказывал, что тут куча тайных ходов, о которых никто не знает. Адрия, как услышала, сразу отправила своих агентов. И они даже нашли пару этих ходов, вот только ни один из них не вел в лес.

— А пещеру не обыскали?

— Обыскали. Несколько раз. Это ж самый удобный вариант. Влез где-то с трупаком, вышел через пещеру, бросил в лесу тело и скрылся тем же путем, — рассказал Джейден и, помрачнев, добавил: — Но в пещере ничего не было…

Сирх сел на мое плечо и сидел на нем все то время, пока мы шли. Он больше не был мне нужен, меня уже укусили, оставалось лишь выпить кровь, но я откладывала этот момент. То ли слишком хотела узнать, что не так с тем люком, то ли просто не могла оставить Джейдена без магии в такой важный момент.

— Охренеть… — сказал Джейден, когда мы вышли к пещере. Он включил фонарик на телефоне, освещая люк.

Ни Греты, ни убийцы рядом не было, и я не знала, радоваться мне этому или начинать беспокоиться.

— Может, позвонишь Адрии? — предложила я, пока Джейден ходил вокруг люка, подсвечивая его с разных сторон, будто тот мог исчезнуть, если посмотреть под определенным углом.

— Я написал ей, — отмахнулся он. — Но им и с Сирхами на территории проблем хватает.

— На территории?

— Мхм. Выбежали из леса и носятся там, уже даже нескольких бедолаг покусали.

Да, Грета, твои Сирхи — очень дружелюбные и мирные создания.

Вентиль люка заскрипел и провернулся. Я отскочила, только потом осознав, что это Джейден открыл его магией.

— Прошу, — сказал он, жестом приглашая меня в черноту дыры с приставной лестницей.

— С чего такая вежливость? — усмехнулась я. — Испугался, что ли?

— Пф-ф, еще чего… — Джейден опасливо глянул в темноту, потом на меня, хмыкнул и быстро присел на краю, свесив ноги.

Я шагнула вперед, но Сирх потянул меня за волосы, будто отговаривая.

— Ты же… — пробормотала я, — в курсе, что это очень — очень! — плохая идея, да?

— Ага, — усмехнулся Джейден и резко, точно окунувшись в воду, провалился в люк.

Я глянула на выход из пещеры. Убийца мог быть как в лесу, так и поджидать нас внизу. Оставлять Джейдена без магии — не вариант, но и идти одной через лес, не забрав ее, — тоже. Я вздохнула и, выругавшись, полезла следом.

Сирх оказался куда благоразумнее и слетел с моего плеча.

Внизу пахло сыростью. Узкий темный коридор не освещался, и мы оказались почти в полном мраке. Шли, подсвечивая путь фонариками на телефонах. Коридор продолжался дальше, но Джейден остановился возле первой же двери. Что-то щелкнуло, ручка повернулась, и я вздрогнула, запоздало осознав, что Джейден опять использовал магию. Тонкая линия света, льющегося из-за двери, медленно расширялась, неся с собой едкий запах чистящих средств, пыли и крови.

— У-у-у, — откашлявшись, протянул Джейден и шагнул внутрь.

Комната освещалась лишь парой шарообразных ламп, заполненных аллириумом, и в их приглушенном свете поначалу напоминала уютную мастерскую. Но чем дольше я вглядывалась, тем страшнее мне становилось.

Пол в белых подтеках, банки с красками, разбросанные кисти и холсты, холсты, холсты. Все в холстах. Они заполонили стены, висели в несколько слоев, перекрывая друг друга, громоздились в углах, подпирали стол, валялись рядом — поломанные и разодранные.

И с каждого из них на меня смотрели пустые лица.

— А я думал, у тебя фантазия бурная, — пробормотал Джейден и, присвистнув, прошел к дальней стене, у которой стояла потемневшая от въевшейся крови лекарская кушетка. Справа от нее — в углу — было что-то еще, издававшее мерзкий журчащий звук и скрытое за темной шторой. Джейден подцепил ее край и глянул на меня. — Принимаю ставки.

— Может, лучше уйдем? — предложила я, опасливо втянув голову в плечи.

Джейден усмехнулся и, все так же глядя на меня, резко отодвинул штору, сопроводив это громким «бу», и лишь обернувшись, дернулся и отскочил подальше.

— Твою ж мать!

Я зажала рот рукой и попятилась от человека, подвешенного на крюк под потолком. Кровь текла по его разрезанным венам, струилась по бледным конечностям и наполняла сосуд, напоминавший прозрачную, — уже на треть заполненную, — ванну.

Не успела я отвести взгляд, как позади что-то щелкнуло и с громким шипением покатилось по полу. Странный обволакивающий запах наполнил тело легкостью, и я успела лишь едва шевельнуть губами, когда мое «не вдыхай» потонуло в вязкой пустоте.

***

Перед глазами плыло, но судя по журчанию крови, я очнулась на полу у стены той же комнаты. Тело все еще было слишком расслабленным после сонного газа, но я отчетливо чувствовала тугие веревки на запястьях и лодыжках.

Когда зрение нормализовалось, я смогла разглядеть лежавшего на кушетке Джейдена, на груди которого сидела цветастая птичка. Прилетел все-таки… Я медленно поднялась и попыталась принять удобную, — насколько это возможно в моем положении, — позу, огляделась в поисках чего-то хоть отдаленно напоминавшего оружие, но кроме кистей и банок с краской ничего не нашла.

Сирх издал какой-то звук, отдаленно напоминавший чириканье, и, подлетев ко мне, разместился на моем колене. Он повертел головой, рассматривая мое лицо, глянул на Джейдена, и снова повернулся ко мне.

— Влипли, да? — горько усмехнулась я и потянулась связанными руками к Сирху, чтобы погладить его невесомые перышки. Сирх чирикнул и резко клюнул мой палец. — Ауч! Зачем ты…

Я дернула рукой, Сирх слетел, но тут же вернулся на мое колено, пока я разглядывала тоненькую каплю крови, выступившую на пальце.

Точно! Это мой шанс. Я сунула палец в рот, пытаясь не представлять, насколько грязные у меня руки, но из маленькой ранки выделялось слишком мало крови. Я глянула на Сирха и с надеждой протянула ему связанные руки.

— Может, в кого-то покрупнее превратишься?

Птичка вновь повертела головой и слетела с моего колена.

Ну, конечно, с чего я вообще взяла, что Сирхи хоть что-то понимают?! Только потому, что Грета так сказала?

Вспомнив про заколки, я неловко потянулась и сняла одну из них, попыталась разрезать палец металлической частью, но в итоге лишь сделала себе больно, так и не сумев разрезать кожу.

На мое колено вскочило нечто, напоминавшее кошку, и я вздрогнула. Пару секунд рассматривала новый облик Сирха, а потом сунула руку к его морде. Недолго думая, кошка склонилась, открыла пасть и, внимательно глядя в мои глаза, аккуратно куснула большой палец.

Из коридора донеслись шаги, я отдернула руку и принялась спешно пить кровь, сжимая в свободной руке заколку, — чем не оружие? Да и если убийцей окажется Тоби, получит своим же подарком в глаз!

Замок щелкнул, дверь открылась. Я отняла палец от губ и радостно выдохнула:

— Мистер Карвер! Как хорошо, что вы…

Я замолкла, глядя на его сжатые в тонкую линию губы и сведенные к переносице брови. Он устало потер лицо рукой и медленно дошел до меня.

— Ты должна была забрать его магию, — сказал он, и от его тона мне стало не по себе. Он выглядел разочарованным и определенно злился. Резко присел на корточки передо мной и прошипел: — Мы же договорились.

— Я…

— Почему твой знак не работает? Ты уже нанесла его, да? — От него так сладко пахло, что мне хотелось приблизиться, хотелось дотронуться до него, коснуться, ощутить этот запах на своей коже, будто… Мистер Карвер дернул меня за связанные руки, подтягивая ближе к себе. И отрывисто произнес: — Хватит. Тянуть. Время.

Патока…

Патока. Патока. Патока!

Так пахла шкатулка с источником, так пахли Сирхи, так пахла магия. Я пораженно распахнула глаза, глядя на него, и мои веки подрагивали от осознания.

— Вы…

— Ты уже нанесла знак или нет?! — рявкнул он и сжал мои руки.

Я испуганно замотала головой.

— Это вы. Это все время были вы. Вы обманули меня! Вы забрали мою магию. Вы убивали людей. Вы…

Но он меня не слушал. Свободной рукой потянулся к моему лицу, другой все еще удерживая мои связанные руки. Я попыталась отстраниться, но лишь ударилась головой о стену. Мистер Карвер аккуратно заправил выбившуюся челку мне за ухо, и по коже пробежали мурашки.

— Я, правда, не хотел этого, Элисон, — с печальной улыбкой сказал он. — Но, если ты нанесла знак, другого выхода нет.

И его красивые тонкие пальцы сомкнулись на моей шее.

Глава 39

Издав хриплый вдох, я сжала заколку и со всей силы дернула руками вверх, попав куда-то в его плечо, но этого хватило, чтобы мистер Карвер отвлекся и его пальцы расслабились на моей шее. В ту же секунду обернувшийся волком Сирх оттолкнул его от меня и повалил на пол.

Я рвано дышала, пытаясь унять колотящееся сердце. Времени не было. Мне нужна была кровь, но мои раны засохли. Попыталась подняться, но ноги оказались так плотно связаны, что я не смогла удержаться и повалилась обратно. Что-то твердое больно уперлось в мою ногу, я поспешно перевернулась на другой бок и… Духи! Я вывернулась, чтобы вытащить флакон из кармана. И с размаху швырнула его на пол. Осколки со звоном разлетелись по комнате. Но мистеру Карверу было не до этого, пока он боролся с Сирхом. Я повалилась на живот, вцепилась в осколок и порезалась прежде, чем успела его взять. Кровь заструилась по пальцу, закапала на стекло, я зашипела. Вскинув руки, дотянулась до шеи и провела линию там, где в день, когда снимала с Джейдена проклятье, возник знак.

И все словно затихло. Я не слышала возни и шума, не слышала ни своего дыхания, ни сердцебиения. Меня наполняло что-то пьянящее и воздушное. Оно скапливалось в моем животе, струилось под кожей, наполняло мое тело уверенностью и смыслом. Я чувствовала сладковатый привкус во рту и на губах. Вдыхала знакомый и родной запах. Запах магии. Вкус магии.

Рядом упало что-то металлическое, возвращая меня в реальность. Я распахнула глаза. Банка подкатилась к моим ногам, белая краска растекалась по полу. Сирх медленно сползал по стене, подергиваясь цветными переливами. Менял обличие, превращаясь, то в кошку, то в птицу, то и вовсе в каких-то неведомых мутантов, и в итоге распластался на полу несуразным пятном. Мистер Карвер прошел мимо меня, на ходу выдвигая канцелярский нож, и, присев, поднес его к Сирху.

— Стой! — выкрикнула я, вскинув связанные руки. И мистер Карвер замер. Я не понимала, подействовала ли магия или он просто не ожидал, поэтому сказала. — Отпустите нож.

Его рука разжалась и нож упал на пол.

Сердце бешено колотилось. Я боялась, что вот-вот произойдет что-то и я потеряю контроль, но в то же время ощущала нечто невыразимое. У меня была магия! Настоящая магия. Телесная магия! С моих пальцев срывались тонкие нити, за которые я могла тянуть, управляя им как марионеткой. Заставить делать все, что пожелаю. Приказать выполнить любую просьбу.

— Развяжите меня, — сказала я, все еще не опуская рук. Возможно, получилось бы и без них, но я не была уверена. Не могла рисковать. Мне казалось, что еще немного и все рухнет.

Мистер Карвер поднялся и направился ко мне на негнущихся ногах. Его лицо кривилось от смеси гнева и разочарования. Он усиленно сопротивлялся, но не мог противостоять приказу. Пока он развязывал меня, я заметила, что Сирх исчез, — должно быть, осознал все-таки, во что ввязался… Ну и правильно, пусть летит.

Освободившись, я резко поднялась, продолжая направлять правую ладонь на мистера Карвера и обошла его.

— Сядьте и свяжите ноги.

И он повиновался. Я чувствовала невероятное удовольствие от собственной власти, от того, что он не мог ослушаться и лишь покорно делал то, что хотела я. Магией я направила вторую веревку, чтобы связать его руки, она подернулась, но не сдвинулась с места. Мистер Карвер улыбнулся, попытавшись подняться, но я вновь направила на него руки, заставив сесть на место.

— Почему Джейден еще не очнулся? — спросила я, и мой голос дрогнул от напряжения. Мистер Карвер молчал, все так же разочарованно глядя на меня. Я двинула пальцами, натягивая призрачную нить. — Отвечайте!

Мистер Карвер скорчился и выдавил:

— Я вколол ему больше зелья.

— Когда он очнется?

— Через пару часов…

Я сжала губы, осознав, что так долго вряд ли смогу удерживать мистера Карвера. Оставалось лишь тянуть время и надеяться, что Адрия, прочитав сообщение Джейдена, приведет подмогу.

— Вы забрали мою магию, да?

— Да, — сухо сказала он. Мне даже не пришлось заставлять его. — Но не проси вернуть ее, я все равно не знаю, как.

— Не знаете? — растерялась я, опустив руку и едва не потеряв контроль. Но тут же сосредоточилась. — Тогда воспоминания. Это ведь вы исказили их? Отмените тот ритуал.

— Я не знаю знаки, — пожал плечами мистер Карвер и отвел взгляд. — И я… сожалею.

Я хмурилась, не понимая, верить ему или нет. На его лице действительно мелькнуло нечто, напоминавшее раскаяние, но все это могло быть ловушкой. Он так долго притворялся ниимом, общался со мной, скрывая, что украл мою магию, он…

— Зачем?.. — только и смогла выдавить я.

— У меня не было другого выхода, — пробормотал он, мотнув головой.

— Вы лгали! Убивали ни в чем неповинных людей…

— Я не… — начал было мистер Карвер, но вскинул голову и выпалил: — Неповинных? Они ненавидели таких как я. Таких как ты! Разве ты и сама не ненавидела их, когда была в моей шкуре? Когда чувствовала себя ничтожеством в этом мире, где всем правит магия? И я искренне сочувствовал тебе в этом!

Моя рука дрогнула, призрачные нити моргнули и едва не потухли. Я втянула воздух, пытаясь успокоиться.

— И чем вы лучше? Осуждаете магов, а сами забрали чужую магию, чтобы стать таким же как они.

Мистер Карвер криво усмехнулся.

— А ты разве только что не сделала то же самое?

«У меня не было другого выхода», — собиралась сказать я, но одернула себя и выпалила:

— Но я никого не убивала!

— Я тоже! Говорил ведь уже, что не убиваю их.

— Но вы… Вы же… — Я смотрела на него, совсем запутавшись. Нити слабо мерцали, грозя вот-вот потухнуть. — Вы не убивали их?

Мистер Карвер покачал головой. Это не он. Все это время, — это был не он. Я ведь уже расслабилась, подумав, что поймала убийцу. Но как я могла забыть, что на настоящего убийцу магия Джейдена не действовала? Моя уверенность стала растворяться, уступая место панике, и я почувствовала, как теряю контроль. Нити вспыхнули и исчезли. Мистер Карвер потянулся к ногам.

— Стойте! — сказала я, собирая остатки самообладания. Нити вновь слабо засеребрились в воздухе, останавливая его. — Если не вы, то кто? Кто убивал людей? Это Рейнар?

Откуда-то сверху донесся треск, и из вентиляционной шахты над нами медленно полез темный дым. Он струился и плавно полз по потолку. Сердце заколотилось в разы сильнее, я попятилась, все еще направляя руку на мистера Карвера.

— Элисон! — воскликнул он. — Отпусти меня! Он убьет нас!

Я успела только опустить руку и отскочить в сторону, когда дым обратился человеком в белой маске с прорезями для глаз. Он вскинул руку и выстрелил из самого настоящего пистолета. Нет, не пистолета…

«У револьвера есть барабан», — гордо сказал голос Шер в моей голове, перекрывая звон в ушах, и я зажмурилась.

— Хм-м-м, — разнесся голос убийцы где-то далеко, точно я оказалась в вакууме. — Не повезло.

Тело непроизвольно подрагивало, но я все еще была жива. Медленно, очень медленно я приоткрыла глаза, и из-под опущенных век разглядела ноги мистера Карвера, безвольно растянувшиеся по полу, тело его сползло, а глаза так и остались распахнуты, застывшие в ужасе. Кровь стекала со лба, струилась по переносице на щеку и капала на белую легкую рубашку.

Я перевела взгляд на убийцу. Он уже опустил револьвер и повернулся ко мне. Я медленно попятилась и зачем-то подняла руку.

— Опусти…те… — пролепетала я. В ушах все еще звенело, голос звучал отдаленно, будто говорила и не я вовсе. Но нити не засияли, а убийце было плевать на мои приказы. Магия Джейдена не него не действовала. — Я отдам вам магию… вы же за ней пришли.

Он повернулся и, медленно передвигая ноги, направился к Джейдену, все еще лежавшему на кушетке под действием сонного зелья.

— Н-не трогайте его, — пробормотала я, но убийца уже опустил руку на его грудь в области солнечного сплетения, туда, где располагался очаг. — Его магия у меня. Я отдам ее вам. Только скажите, как.

— Занятно… — хрипло сказал он. — Но пока рано. Я вернусь за ней позже.

Я не знала, что сказать, о чем спросить, что мне сделать. Убийца достал из кармана мятый фантик, в секунду обратившийся патроном, и уложил его на грудь Джейдена.

— Кто вы? — прошептала я.

Он медленно повернулся и прошел ближе.

— Я ведь уже представлялся, — хрипло сказал он. Маска медленно поползла, вжимаясь в его лицо, и вместо нее стали проступать знакомые черты человека с фестиваля. — Рейнар, — сказал он, растянув рот в широкой улыбке, обнажившей гнилые зубы. Резким нечеловеческим движением он мотнул головой в сторону мистера Карвера и посмотрел на меня. — Хороший подарок для нового друга?

— Ч-что? — не поняла я.

— Я вернул девчонке украденное, — нахмурился он. — Отчего не радуешься?

— Я…

В коридоре послышался шум, и чьи-то громкие шаги. Убийца обернулся тонким дымом со сверкающими мелкими огоньками, пролетел над комнатой и скрылся между решеток вентиляции.

Дверь распахнулась, в комнату ворвались несколько человек. Я почувствовала, как руку кольнуло. Увидела одежду блюстителей, в глазах потемнело, и я повалилась на пол.

***

— Элис.

Адрия присела передо мной, и я была так рада видеть ее, что готова была даже броситься обнимать, но тело казалось ватным. Еле ворочая языком, я спросила:

— Вы поймали его?

Адрия нахмурилась.

— Карвера?

— Рейнара, — выдавила я и опомнилась: — Как Джейден?

— Лекари проверили его, все в порядке. Отсыпается, — Адрия глянула куда-то в сторону и обратилась ко мне. — В тебя попали сонным дротиком, не разобрались на месте… Приходи в себя, потом обсудим.

Постепенно ко мне вернулась чувствительность, и я медленно поднялась. Оказалось, что все это время я лежала на полу в павильоне рисования. За распахнутой дверью подсобки, виднелся люк, почти такой же, что был в пещере, только чуть меньше. Мне вспомнилось, как каждый раз, когда я собиралась унести туда банки, мистер Карвер забирал их и уносил сам. Тогда это казалось мне проявлением заботы или привычной для ниима услужливостью. Но должно быть люк был скрыт иллюзией созданной моей магией, и мистер Карвер лишь не хотел подпускать меня к нему…

Тело тянуло и ломило, мне хотелось опуститься обратно на пол, лечь и лежать, переваривая все произошедшее, но находиться в павильоне, где все напоминало о мистере Карвере я больше не могла. Вышла на улицу, осмотрела опустевшую территорию. Солнце уже заходило. Интересно, сколько я провалялась без сознания?

— Лучше? — спросила Адрия, вновь оказавшись рядом. Я вздрогнула и неуверенно кивнула. — Нужно будет поехать в участок, ответить на некоторые вопросы.

Я вновь кивнула, хотя мне совершенно не хотелось куда-либо ехать, и последовала за Адрией.

— Территорию от Сирхов очистили, отловили их для исследований, — сказала она, будто отчитывалась перед руководством. — Барри задержали, чтобы он прокомментировал свою слежку за Джейденом и ваш договор.

— Но я…

— Это все будет на закрытом слушанье, не беспокойся. Сейчас ты под протекцией блюстителей за помощь в расследовании и как важный свидетель. Так что, переживать не стоит.

Ответить мне было нечего, так что я в очередной раз кивнула и пробормотала:

— Как Маркус?

— Пока жив, но подробностей не знаю.

— А что с Гретой?

— Гретой?

— Она была в лесу, когда я последний раз ее видела... Светленькая, с челкой и косичкой.

— Лес еще проверяют, пока нет другой информации.

— А Тоби?

Адрия бросила на меня коротки взгляд и нахмурилась.

— Тоби? В порядке. И да, Роберт Эрдсхол рвет и мечет, так что Абендорм закроют на несколько недель, пока все не… наладится. А еще… — Адрия остановилась и повернулась ко мне. Серьезный тон сменился на мягкий, напоминавший личную просьбу. — Снимешь «тюрьму» с Джейдена?

— Да, конечно. И магию верну, если скажете, как… — Я осеклась, вспомнив, что не рассказала ей о произошедшем. — Так получилось…

— Не нужно, — перебила Адрия, качнув головой, будто и так все знала. — Оставь себе. В этом решении я согласна с родителями. Джейден слишком вспыльчивый и импульсивный для такой магии. Боюсь, он может причинить вред как другим, так и самому себе. — Адрия остановилась возле ворот и вздохнула. — Думаю, у тебя она будет в безопасности.

Не уверена. Совсем не уверена.

Адрия указала на черную машину за воротами и, пожелав удачи, направилась обратно, так и оставив меня с кучей вопросов.

***

17 октября, четверг

Весь прошлый день смешался в единый нечленораздельный ком. Убийца, Сирхи, смерть мистера Карвера, магия Джейдена, которую я забрала. Дача показаний. Выживший, но так и не пришедший в себя Маркус, слезы Шер.

И сны. Мои сны. Блеклые и затуманенные, мягкие, но ощутимые, а главное — совершенно обычные. Без пустых лиц.

Проснувшись, я еще долго смотрела в потолок, пытаясь осознать, что все закончилось, что кошмаров больше не будет, что воспоминания вернулись, что моя магия снова у меня. И заплакала. Не столько потому, что была счастлива, а потому, что помимо моей магии, у меня теперь еще и магия Джейдена, за которой Рейнар обещал вернуться.

Родители Шер, у которой я ночевала, учтиво не стали ни о чем спрашивать, хотя ее маму заметно распирало от желания завалить нас вопросами. Вещи из академии Шер забрала еще вчера, так что после завтрака сразу уехала в больницу, в надежде, что Маркус очнется хотя бы сегодня. А я отправилась в академию, чтобы снять проклятье с Джейдена и больше никогда туда не возвращаться.

Территория почти опустела. Одинокие фигуры студентов тащили свои вещи к выходу. Кто-то только шел в корпус, должно быть за своими вещами. Джейден никак не отреагировал на мое появление в его комнате. Не знаю, чего я ожидала. Что он бросится меня обнимать? Судя по сумкам, он уже собрался. Наверно, хотел поскорее покинуть это место. Все-таки уже четвертый год здесь заперт…

— Ты как? — спросила я, замерев у двери, по которой только вчера сползала, еще не представляя, что ждет меня впереди.

— Хреново, — сказал Джейден, пнув одну из сумок. — Не знаю, что он мне вколол, но я всю ночь мучился. Прям на куски разрывало. Хотя сейчас внезапно лучше стало… — Джейден замолк и, нахмурившись, пробормотал себе под нос: — Даже странно как-то, что так резко все прошло.

Повисло неловкая пауза.

— Ну… Я в порядке, если тебе интересно.

— Да я в курсе, — отмахнулся Джейден. — Адрия уже сказала.

И опять замолчал.

— Так мне уйти?

— Какой уйти?! — возмутился Джейден и плюхнулся на кровать. — Снимай тюрьму давай.

Он потыкал в экран телефона, чтобы открыть нужные знаки и стянул футболку.

Вообще я думала, мы поговорим обо всем произошедшем, но Джейден видимо не собирался. Я взяла заранее подготовленное перо и прошла к кровати.

— Магию не вернешь, да? — пробурчал Джейден.

— Адрия попросила не возвращать.

— Ну а я прошу вернуть, — сказал он, точно маленький ребенок, который требовал сиюминутного исполнения своей прихоти. — С чего ее просьба важнее моей?

— Да я даже не знаю, как это сделать!

— Как забрать — знала, а как вернуть не знаешь? Ты это изначально планировала, да?!

— Я… У меня не было другого выхода…

— Иди. Нахер, — сказал Джейден. И я даже не могла ему ничего ответить. — Снимай тюрьму. А потом катись.

Согласна, я виновата. Я действительно собиралась украсть его магию. Так же, как когда-то украли мою. Нет, не украли, забрали обманом, но это не так важно. Я готова была бросить его без магии, ради спасения собственной жизни. Я… Но как я должна была поступить?

Я склонилась над ним с пером и уже почти провела линию, но остановилась.

— Ты не видел Тоби?

— Видел, — не особо охотно ответил Джейден.

— И… где он был все это время?

— Зайдешь потом да спросишь.

— Он здесь? — растерялась я.

— Да.

Я втянула носом воздух и провела линию надавив сильнее, чем следовало. Выругавшись, Джейден схватил футболку и сунул ее в рот.

Когда я завершила ритуал, Джейден опять отключился, а я опустилась на стул, чувствуя полное истощение. Достала телефон и открыла переписку с Тоби. Последнее сообщение про мягкое мороженое он отправил мне в конце сентября, перед фестивалем. Теперь казалось, что это было когда-то в другой жизни.

Не знаю, почему, но я нервничала. Вроде точно знала, что он не убийца, но что-то все равно настораживало. Хотя убедиться, что он в порядке все-таки хотелось.

«Ты в академии?», — написала я.

«В коридоре», — почти сразу пришел ответ.

Тоби ждал прямо за дверью, но выглядел непривычно помятым. Под глазами пролегли темные круги, лицо и шея — в синяках и ссадинах. Он поднял на меня усталый взгляд и вымученно улыбнулся.

— Привет.

— Привет, — неуверенно повторила я и подошла ближе.

— Как ты?

— Нормально… — пробормотала я и, повинуясь странному порыву, потянулась к синяку на его щеке, но дотронуться не решилась. — Кто тебя так?

— Ты, — одними губами сказал Тоби, но я не понимала, что это значит. — А вообще, кто только не…

Он коснулся моей руки, провел по ранке на большом пальце, оставшейся от укуса Сирха, и с теплой улыбкой спросил:

— Не больно было?

Я застыла, глядя в его глаза.

— Сирх… — прошептала я, сама не понимая, выругалась ли я или озвучила озарившую меня мысль.

— Дурацкая была затея, — пожал плечами Тоби.

— Сирх, — повторила я, все еще не до конца осознавая, как так вышло. — Зелье обращения? Тоби, ты серьезно?! Миссис Мосс же говорила, что…

— Знаю, — перебил он и воодушевленно продолжил: — Но ты просто не представляешь, сколько всего я узнал за это время. Только сказать никому не мог…

— Боги… Тоби, да как тебе это вообще в голову взбрело?! Как хорошо, что я не знала, что это был ты, иначе с ума бы сошла, когда мистер Карвер…

Тоби расплылся в улыбке.

— И, возможно, не пнула бы, да?

— Прости! Я же не… Я правда даже подумать не могла, что такое возможно!

— Ничего, я заслужил, — сказал Тоби как-то слишком серьезно и, все-таки отпустив мою руку, кивнул на лестницу. — Может, пойдем?

Пока шли к автобусу, я пыталась переосмыслить случившееся, и все совместить, попутно слушая Тоби.

— Я давно уже попросил Джейдена сделать зелье обращения, — говорил он. — Но все не знал, как правильно его использовать, потому что подозреваемых было слишком много. А когда на тебя напал Сирх, и выяснилось, что мы имеем дело с магом трансформации, я подумал, что это идеальный вариант. Сирхи могут обращаться в любого зверя, можно незаметно пролететь куда угодно, и напасть, если понадобится. Я прочитал десяток исследований про обращение в животных, и даже нашел пару легенд про обращение в Сирхов, так что думал, что все просчитал, но… Легенды обманчивы, а Сирхи — не совсем животные. Точнее, — совсем не животные. В общем, да… я не учел, что застряну в его облике так надолго.

— Ты мог… хотя бы сказать! Если не мне, то хотя бы Джейдену или… да хоть Грете! А что, если бы ты навсегда остался Сирхом?

— Я… думал, что сам смогу со всем разобраться.

— Ты вообще ничего не рассказывал! — возмутилась я и Тоби отвел взгляд. — Мы уже даже начали подозревать тебя. Серьезно, в какой-то момент я действительно начала верить, что ты убийца!

— Да, я… понимаю, — пробормотал Тоби.

Мы дошли до остановки, и я повернулась к нему, строго сказав:

— И у меня до сих пор к тебе очень много вопросов.

Тоби кивнул.

— Только не сегодня, ладно? Я, правда, очень устал. Да и ты, думаю, тоже.

— Но ты на все ответишь!

— Отвечу, — серьезно сказал Тоби с тоскливым вздохом. — Обещаю.

Ехали мы в напряженном молчании, и я несколько раз порывалась спросить его то о часах, то о случившемся в парке, то о том, чем он был расстроен в ЦИОРМе, то о той самой вечеринке, о который он собирался что-то рассказать, но каждый раз одергивала себя и в итоге спросила лишь был ли он вчера в участке, но получила короткое и сухое «да».

Я хотела разойтись сразу как мы вышли из автобуса, но Тоби молча пошел в сторону моего дома. Заговорил только, когда подходили:

— Нужно понять, как вернуть Джейдену его магию.

Я согласно кивнула.

— Есть варианты?

— Пока… вообще никаких, — вздохнул Тоби. — Но я попытаюсь что-нибудь придумать. — Мы остановились у подъезда, и он натянуто улыбнулся. — Напишу тебе, если что-то узнаю.

Он развернулся, и на меня накатило осознание, что сейчас все закончится, он уйдет, а я вернусь домой и снова останусь одна, потону в своих мыслях, запрусь в своей комнате и увязну в тоске и жалости к себе, из которых я только недавно смогла начать выбираться.

— Может, зайдешь? — выпалила я.

Тоби ничего не ответил, но за мной все-таки пошел.

Открыв дверь, я тут же вспомнила, в каком состоянии оставила квартиру: посреди гостиной лежал чемодан с вываленными рядом вещами, дверь в мамину комнату распахнута, а внутри все завалено бумагами и прочим хламом.

— Здесь, эм… немного не прибрано, — пробормотала я, отчего-то почувствовав себя неловко. — И да, ты ведь так и не рассказал, что в итоге было с квартирой. Когда я вернулась тут… ну, было вот так. Почти.

— Прости… Мне сказали, что все в порядке, а я завертелся и не успел проверить.

Я вздохнула. Из всего, что забрали, я жалела лишь о сумке с деньгами, все остальное — мелочи. Мама в принципе никогда не покупала ничего дорогого, кроме разве что той вазы на шкафу, но ее почему-то не взяли, видимо решив, что она ничего не стоит.

Тоби смотрел на меня обеспокоенно и от его взгляда в животе вновь растекалось нечто нежное и щемящее.

— Если пропало что-то важное, я могу…

— Нет, — быстро перебила я, щелкнула переключателем, чтобы включить аллириум и дошла до кухни. — Чай будешь?

Не дожидаясь ответа, я набрала воду и поставила чайник. Уперлась руками в стол, пытаясь заглушить вновь нахлынувшие чувства. И боялась, что, если обернусь, все станет только хуже. Зачем вообще попросила его зайти…

Я разглядывала потрескавшуюся столешницу, которая казалась теперь одновременно чужой и родной. Словно всего за пару месяцев эта квартира стерлась из моей памяти, словно я и не жила здесь всю свою жизнь, словно не планировала возвращаться хоть когда-то.

— Элис, — сказал Тоби, и от напряжения в его голосе оборачиваться хотелось еще меньше. — Я так больше не могу. Я должен все тебе рассказать.

Чайник звякнул, и я вздрогнула. Медленно взяла баночку с сушеными травами. Ромашка, душица, лаванда, шалфей. Я добавляла всего по чуть-чуть, отсыпала медленно и не торопясь, потому что не понимала, что собирался сказать Тоби. Но раз он не продолжал, значит, — это что-то очень важное. Я сглотнула, залила травы кипятком и повторила внезапно охрипшим голосом:

— Будешь чай?

— Ты не хочешь слушать, потому что уже поняла?

Я закрыла баночки с травами. Очевидно, чай Тоби все-таки не хотел. Струя горячего пара от моей кружки ползла вверх, вяло покачиваясь. Я вдохнула и выдохнула, заставив ее нервно задергаться и оборваться, чтобы затем вновь возобновить свое течение. И обернулась к Тоби.

— Хорошо… — начала я, но замерла, услышав настойчивый стук в дверь.

Тоби оглянулся.

— Ты кого-то ждешь?

Я помотала головой.

— Может ошиблись дверью, — шепнула я.

Но в дверь постучали снова. Еще настойчивее и громче.

— Давай открою, — сказал Тоби и направился к двери, на ходу расстегивая часы.

Я последовала за ним. В прихожей Тоби замер, прислушиваясь. На этот раз застучали так громко, что казалось, — дверь пытались выломать.

— У меня есть магия, — шепнула я, прячась за спиной Тоби. — Ну так, если что.

Хотя я даже ни разу не пробовала воспользоваться ею после всех событий.

Тоби медленно повернул ключ и дверь распахнулась.

— Ну наконец-то, — сказал слишком уж радостный Джейден и посмотрел на Тоби. — О, неожиданно... Надеюсь, не отвлек ни от чего важного?

Ехидно улыбнувшись, Джейден протиснулся между нами и прошел до центра комнаты, огляделся и швырнул большую сумку на диван.

— Какого сирха ты здесь делаешь? — наконец пришла в себя я, проследовав за ним. — И откуда вообще знаешь, где я живу?!

— Адрия сказала адрес. — Джейден по-свойски плюхнулся на диван, попрыгал на нем, будто проверяя на прочность и откинулся на спинку. — И да, я теперь живу здесь.

— Чего?!

— А того! Знаешь, как мне хреново было? Я все понять не мог, в чем проблема. Сначала думал это после того, что вколол мне Карвер. А нет! Все из-за тебя, — Джейден поднялся и направился к кухне.

— Из-за меня?

— Ну, это ж ты решила забрать у меня магию. А разлука с ней, как оказалось, дается мне ой как нелегко. — Джейден прошелся по квартире, заглянул в мою спальню. — Так что, либо возвращай мне магию, либо смирись с моим обществом.

— Но я не знаю, как ее вернуть!

— Вот и решили. Так какая спальня моя? — Он остановился у маминой комнаты и присвистнул. — А че у тебя дома такой срач?

Я едва не взвыла, и уже пожалела о том, что убийца или кто-нибудь еще не придушил его в том подвале.

— Что ж… Я пойду, пожалуй, — подал голос Тоби и шагнул через порог. — Удачи вам.

— Тоби, подожди! Не бросай меня с ним.

— Да, Тоби, оставайся! — крикнул ему вслед Джейден. — Втроем у меня еще не было.

И расхохотался.

Глава 40

Мальчик со шваброй

13 лет назад

Когда отец постучал в дверь, Том завороженно рассматривал изящные завитки буквы «Х». Он бы предпочел остаться здесь и посмотреть на них еще немного, но дверь распахнулась, и добродушный мужчина с ясными голубыми глазами пожал руку отца. Они обменялись парой фраз, но Том пропустил их мимо ушей, рассматривая Генри Хоффмана, которого привык видеть лишь на плакатах и по телевизору. Хоть отец и достаточно часто упоминал, что они работают вместе, Тому никогда не доводилось лично видеть человека такого масштаба.

— Ох, чего ж мы на пороге стоим, — совершенно неожиданно для человека такого масштаба, спохватился Генри Хоффман. — Пойдемте в кабинет.

Том еще какое-то время мялся у входа, пропустив отца вперед, а потом медленно прошел в совершенно несвойственную для человека такого масштаба прихожую. Здесь все выглядело куда скромнее, чем дома: никаких скульптур, никаких гобеленов и барельефов, и даже ни одной картины. Мамы была бы совсем не впечатлена такой простотой и скукой.

— Идешь, нет? — окликнул его отец, уже миновав первый пролет лестницы.

Том вяло кивнул и направился следом. Он знал, какой именно предстоял разговор, и именно поэтому старался идти настолько медленно, насколько позволяли приличия. Войдя в кабинет, он аккуратно прикрыл за собой дверь, но не рискнул пройти дальше.

— Все по-прежнему или все-таки?.. — спросил Генри Хоффман.

Он многозначительно посмотрел на Тома, и тот сразу же отвел взгляд. Отчего-то ему казалось, что внимательные глаза Генри Хоффмана видели его насквозь, и что он замолк лишь потому, что сразу все понял, а не потому, что посчитал неуместным продолжить.

— Ничего не меняется, Генри, — порывисто начал отец. — Уже год прошел. Ты сам говорил, подождать. Я ждал. И что изменилось? Ничего. В колледже уже напрямую говорят, что, если он не появится в базе — его просто вышвырнут. А мне оно надо? Ты скажи мне, оно надо мне?!

— Тео, тише, — напомнил Генри Хоффмана и перевел взгляд на Тома. — Может, оставишь нас ненадолго?

— Нет, пусть слушает, — отрезал отец. — Пусть знает, как подставляет меня. Всю нашу семью!

— Тео, он не виноват.

— А кто?! Скажи мне, кто тогда виноват? Я? Миранда? У нас в роду и в помине не было ниимов. Откуда тогда было взяться этому Эразову отродью?!

Том смотрел себе под ноги, нацепив маску безразличия. Он давно научился делать вид, что слова и прилюдные издевки отца его ни капли не задевают. Мама всегда говорила, что на светских раутах положено держать лицо. Том понимал это. Он знал, что никому нет дела, сколько на холсте загрунтованных неудачных слоев полных боли и отчаянья, если все они перекрыты выверенным до идеала шедевром, — пусть даже и поддельным. В свою очередь, и сам Том был идеальной подделкой, которой ему с каждым годом становилось все труднее притворяться.

— Давай отправим его к этой — как там ее? — на ту экспериментальную программу. Она же придумала какой-то там способ. Попробуем пробудить его магию силой, если она не хочет пробуждаться сама.

— Магическая энергия — не та материя, что поддается принуждению, — покачал головой Генри Хоффман. Том не смотрел на него, но отчетливо слышал, что мужчина произнес это с грустной усмешкой. — И Агнес Уэйланд — не тот человек, которому я бы доверил жизнь твоего сына.

— Жизнь? — внезапно растерялся отец. — Ты… о чем?

Какое-то время они стояли в полной тишине, и Том даже осмелился поднять голову, но мимолетно встретившись с печальным взглядом Генри Хоффмана, тут же опустил ее.

— Программа Агнес… потому и экспериментальная, что есть определенные риски. Это шанс для тех, кто настолько отчаялся, что готов даже расстаться с жизнью, если не сможет обрести магию и… — Генри Хофман вздохнул и быстро сказал: — Я это не одобряю, но в совете решили иначе.

— Пусть так, — сказал отец, и на секунду Тому показалось, что он ослышался. — Впиши его в эту программу. И либо его магия пробудится, либо… пусть лучше сдохнет.

Том вскинул голову, его рот распахнулся в беззвучном возгласе, но он вовремя успел себя одернуть.

— Тео… — пораженно выдохнул Генри Хоффман. — Я не позволю тебе…

— Я и не спрашивал твоего разрешения, — перебил отец. — Насколько мне известно, все полномочия на проект у Агнес, так что…

— Теодор Карвер! — перебил Генри Хоффман, подавшись вперед. Он шагнул к отцу, оказался перед его лицом почти вплотную и сквозь зубы процедил: — Это твой сын.

— И я не позволю ему порочить честь моей семьи, — в тон ему ответил отец. Он развернулся и бросил на Тома короткий презрительный взгляд. — Идем.

Покорно кивнув, Том покинул комнату вместе с отцом, все еще ощущая на себе взгляд внимательных глаз.

***

— Увы, результат неутешительный, — холодно сказал Агнес Уэйланд, пока Том корчился на лекарской кушетке, пытаясь терпеть боль. Самое ужасное — уже позади. За все время он не проронил ни звука, просто не мог позволить себе этого, пока отец стоял всего в паре шагов и наблюдал. — Его очаг не способен вырабатывать магию.

— Вырабатывать? — глухо переспросил отец.

— Вырабатывать, — повторила Агнес Уэйланд, будто от этого становилось яснее.

Она направилась к столу цокая каблуками, взяла банку других чернил и вернулась обратно. Том втянул носом воздух и вжался в кушетку, приготовившись терпеть, хотя понимал, что больше просто не вынесет. Агнес окинула его взглядом, окунула перо в зеленые чернила и, посмотрев на отца, вывела первый знак.

— Ниимы не могут вырабатывать магическую энергию. Хранить и использовать — да. На данный момент в разработке ритуал, который позволил бы передавать ниимам энергию, вырабатываемую донорами. — Она вскинула взгляд на отца, закрыла чернила и вернулась к столу. — Если хотите, можете поддержать проект.

Том даже не сразу понял, что на этот раз ему не было больно, скорее наоборот, стало легче. Начерченные зелеными чернилами знаки словно излечили его.

— Сколько? — бросил отец совершенно незаинтересованно.

— Пока не могу сориентировать по сумме, проект долгосрочный и только начат…

— Нет, — перебил отец. — Сколько времени на него уйдет?

Агнес Уэйланд поджала губы и с нажимом повторила:

— Проект только начат.

— Сколько? — настойчивее спросил отец.

— От нескольких месяцев до… — Она замолкла, явно не желая продолжать.

— До?

— Мистер Карвер, ритуалы — это не та область, где можно ожидать быстрых результатов. Это тысячи неудачных попыток, годы исследований и…

Отец шумно прошел до двери, не дав ей договорить. Том спешно накинул рубашку и, на ходу застегивая пуговицы, направился следом.

— Пап… — пробормотал он, но тот не останавливался, продолжая идти по длинному коридору.

Том поспешил нагнать его, но отец вдруг замер. Окинул Тома полным презрения взглядом.

— Ты мне больше не сын, — сквозь зубы прошипел он. Сжал кулак и почти замахнулся, но сдержал себя. — И не смей даже думать о том, чтобы вернуться домой! Ты… жалкий выродок!

Отец разжал кулак, развернулся и направился к лифту, а Том не посмел ослушаться. Он мог многое стерпеть. Стерпел и это.

Сидел в коридоре, пока мимо шли люди. Пока за окнами темнело, а они все проходили и уходили, хлопали дверями, топали и шептались. А Том мог лишь сидеть на скамейке и сожалеть о том, что Агнес Уэйланд не убила его ритуалом.

Восприняв эту мысль как надежду, он поднялся и вернулся в ее кабинет.

— Нет, — сразу сказала она, когда Том попросил провести повторный ритуал.

— Я готов умереть.

— Дело не в этом, — отрезала она и продолжила, лишая Тома последней надежды: — В повторных попытках нет смысла. Результат будет тот же.

— Тогда… просто убейте меня.

Агнес Уэйланд застыла и медленно перевела на него взгляд. Ее лицо впервые за всю встречу выражало что-то не напоминавшее надменность или отстраненность, но это длилось недолго. Она тут же поджала губы и кивнула на дверь.

— Иди. Смерть сама тебя найдет… Рано или поздно.

Том опустил взгляд, осуждая себя за произнесенную глупость и необдуманное поведение, и развернулся к двери.

— Подожди, — вдруг сказала Агнес Уэйланд, и каблуки несколько раз цокнули по плиткам. — Я знаю, кто мог бы тебе помочь.

Помощь оказалось не совсем такой, как ожидал Том. С другой стороны, хоть какой-то дом — лучше, чем улица. Даже если квартира Тиссеи Мосс напоминала скорее захламленный чердак, с загаженными голубями окнами. Сама же она оказалась взбалмошной и неопрятной женщиной, каких Тому встречать еще не доводилось, но главным было не это, а то, что она приняла его и позволила жить у нее сколько потребуется.

Потребовалось куда больше, чем Том ожидал, потому что ни через день, ни через неделю, ни даже через месяц, никто так и не пришел за ним. И только через несколько лет, увидев родителей в парке с двумя детьми на руках, Том осознал, что приходить никто и не собирался.

***

9 лет назад

— Опять грустишь? — спросила Тиссея, запустив пальцы в его давно отросшие волосы. Том в очередной раз вздрогнул от прикосновений, к которым никак не мог привыкнуть. Она опустила подбородок на его плечо и осмотрела гипсовый бюст, над которым он работал. — Когда уже меня слепишь?

Дыхание щекотало шею, и Тому было отвратительно оттого, что его тело реагировало на ее ласковые прикосновения. Она никогда не переходила границ, а он никогда не сопротивлялся. И терпел. Ведь это всегда получалось у него лучше всего.

— Скоро, — выдавил Том.

— Чудно, — сказала она и отстранилась, чтобы чмокнуть его в щеку и в очередной раз оставить след от отвратительно яркой помады. — О, и я принесла тебе ту книжку.

Тиссея отошла и вернулась со сборником легенд, который Том просил взять для него в библиотеке.

— Спасибо, — кивнул он, даже не глянув на нее.

— То-о-ом, — ласково протянула она и пробежалась пальцами по его руке, царапая кожу острыми ногтями. — Ты ведь хотел устроиться на работу?

Металлический стек едва не выпал из дрогнувших пальцев. Тиссея хитро улыбнулась, когда Том перевел на нее пораженный взгляд.

— Я на днях говорила с мистером Хоффманом, и он не против, но, чтобы не было проблем с советом… — она замялась. — Это не совсем та работа, которую ты хотел бы.

— Я согласен на что угодно.

***

8 лет назад

Том потянулся и вышел на улицу, расположился на скамейке, наблюдая за голубями. Они всегда держались чуть поодаль от здания ЦИОРМа, точно знали, что творилось на третьем этаже в кабинете Агнес Уэйланд. А вот ниимы, шедшие туда, видимо не до конца понимали или же настолько отчаялись, что готовы были расстаться с жизнью. Том не осуждал их, он и сам жил во тьме беспросветного отчаяния, хотя в отличие от них, у него было жилье, а теперь и работа, так что, он смог смириться… или ему только хотелось верить в это.

Дверь распахнулась, и Том обернулся. Элисон сбежала по ступенькам, перескакивая с ноги на ногу, и ее длинные собранные в хвост волосы подскакивали вместе с ней.

Она достала мел из кармана и принялась чертить линии на асфальте. Заинтересовавшись, Том направился к ней. Она вдруг поднялась, окинула нарисованные знаки взглядом и тут же присела, чтобы дорисовать еще пару линий.

— Что это за знак? — спросил Том.

Элисон быстро глянула на него и сказала:

— Секрет.

Том опустился на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне и широко улыбнулся. Она никогда не относилась к нему как к нииму, то ли потому, что понимала, чем занималась ее мать, то ли потому, что просто считала всех ниимов… людьми?

— А я никому не скажу, — сказал он, подставив ухо, хотя совершенно ни на что не надеялся.

Они успели сдружиться за последний год, но эта девочка была точно напуганный звереныш: ее тянуло к миру, но она каждый раз осекалась и сдерживала себя, наверняка вспоминая о строгой матери. Возможно, поэтому она и нравилась ему, а она, в свою очередь, тянулась к нему, будто чувствовала, что они похожи. Или Тому лишь хотелось так думать.

— Я сама его придумала, — прошептала она ему на ухо. И почему-то начала смеяться.

— Вот как! — поразился Том, не до конца понимая, как реагировать. — И значит каждый может так просто придумать знак?

Элисон быстро поднялась и отряхнула юбку, приняв строгий вид.

— Это совсем не просто. Так кажется, потому что ты видишь только результат.

Том хлопнул глазами, поднявшись следом, и действительно задумался над ее словами, однако сейчас его интересовало другое.

— И… для чего нужен этот знак?

— Чтобы забрать магию, — замявшись, сказала она, и Тома точно молнией прошибло. — Но не навсегда, а на время. Забрать ее в долг.

Том стоял, глядя на знак. Эта девочка только что перевернула весь его мир, вернула ему надежду, веру и желание жить. Только все это рушилось об ужасную и невозможную проблему — чтобы использовать знак, нужна хоть капля магии.

Элисон двинула ногой, смазывая линию и Том пришел в себя.

— Стой-стой-стой, — забормотал он, цепляя ее за руку и оттягивая от знака.

Она замерла, и зажмурилась, будто ожидала, что Том ее ударит. Он вздрогнул и тут же отпустил ее.

— Его нельзя здесь оставлять, — быстро прошептала она.

— Конечно! Я… уберу, — сказал Том и попытался отшутиться, чтобы сгладить ситуацию. — Я же уборщик, если ты не забыла.

Элисон расплылась в улыбке и кивнула. Пока Том перерисовывал знак и стирал его с асфальта, Элисон уселась на скамейку и следила за голубями, а в голове его уже назревал план. Ужасный, отвратительный план, которым он собирался воспользоваться.

— Значит, ты сама придумала знак, способный забрать чужую магию? — спросил он, присев на скамейку рядом с ней.

— Нет! Забрать в долг, — поправила она. — Я его изменила.

— Изменила?

— Да, мама дала мне знак, чтобы забрать маг… Ой. — Элисон быстро отвернулась и уставилась на голубей. — Я не должна это рассказывать.

— Все в порядке, я никому ничего не скажу, — улыбнулся Том, ощущая внутреннее ликование, когда она вновь повернулась к нему.

— У одного мальчика пробудилась телесная магия, — зашептала она. — Тот мальчик… он сжег свой дом, и мама сказала, что я должна забрать его магию, потому что я буду лучше с ней обращаться. Но это мне показалось неправильным… Вдруг тот мальчик потом вырастет и станет ответственным. Да и я вспомнила о тебе и подумала, что он тоже будет очень грустить без магии.

— И ты можешь изменить так любой знак? — спросил он, пытаясь задавить все чувства вымученной улыбкой. — Что, если не забрать магию в долг, а одолжить на время?

Он внимательно смотрел на нее, ожидая ответ.

— Не знаю, — сказала она. — Мама сказала, что такое происходит только при серьезной необходимости. — Она замолкла и поднялась, встала напротив него и обхватила его руку своими. От неожиданности, Том замер. — Но вы не говорите ей, что я рассказала… И про знак тоже.

— Конечно, я ничего не буду ей рассказывать, Элисон, — сказал он, чувствуя, как сердце сжимается от такого предательства. Он сжал ее руку крепче. — Мы ведь друзья, а друзья не рассказывают секреты друг друга. Так что, ты тоже не говори, что я спрашивал.

***

Том чувствовал себя отвратительно. И это отражалось в каждом новом рисунке, в каждой новой скульптуре. И Тиссея не могла не заметить этого. Но она и сама последние недели отстранилась и даже не касалась его, будто чувствовала его напряжение.

Он осознавал, как мерзко собирался поступить. Обмануть маленькую девочку, которая ему доверяла. И вина за еще не содеянное сдавливала и душила, но он не мог отступить. Он должен был получить телесную магию, прийти с ней к отцу и вернуть ему всю ту боль, что чувствовал сам. Показать, кем он стал, что сотворил с ним отец, кем он его сделал. И чем больше Том думал об этом, тем темнее становились его картины, и тем чаще, на бюстах появлялись вуали, а лица стали походить на лица убитых, что Эраз оставлял у кромки леса. Но Том ведь и был Эразовым отродьем. Жалким выродком…

Он и сам не понял, как оказался в спальне Тиссеи, как стал целовать ее губы с мерзкой бордовой помадой, и сжимать пухлые плечи с выступавшими темными родинками. Том даже не заметил, в какой момент ее растерянность улетучилась, и она стала отвечать ему с той же страстью.

И когда вся злость, вся боль и весь страх, что копились в нем долгие годы выплеснулись на потную спину Тиссеи, он смог наконец отвлечься, чтобы не чувствовать ровным счетом ничего, кроме тошноты и отвращения. Хотя бы на несколько коротких мгновений, пока все прежние чувства медленно ползли по его телу, цепляясь крючковатыми изломанными пальцами, стремясь вновь затянуть в бесконечную тьму пустых глазниц под вуалью.

— Я… думала, что противна тебе, — шепнула она.

И это было так. Но вместо того, чтобы соврать, Том зажмурился, отбрасывая уродливые лица, и сказал то, ради чего и пришел:

— Мне нужна твоя помощь.

Тиссея отвела взгляд, точно эти слова расстроили ее, точно она ожидала чего-то другого. Но он не собирался разбираться. Он уже не мог остановить себя, когда начал рассказывать о своем ужасном плане, а Тиссея лишь молча слушала.

— Я смогу помочь, — сказала Тиссея. — Но если и ты мне поможешь …

— С чем?

— Я ввязалась в ужасную историю. Вернее… это все Агнес, все из-за нее и теперь… Я смогу сказать, только если мы заключим договор.

— Договор? — не понял Том. — Я же не…

— Хейруви.

Такое точно не входило в его планы, но…

— Если поможешь мне забрать магию, я на все согласен.

Тиссея радостно поднялась и направилась за пером, и Том чувствовал, что совершает огромную ошибку, но без помощи он бы не справился.

Она прижала руку со знаком к его груди раньше, чем он успел все обдумать и с ласковым коварством улыбнулась, произнося:

— С этого момента ты будешь делать все, что я попрошу.

***

Он думал, что подобрал волос Агнес, но, когда осознал, что обратился в ту девушку блюстителя, все стало только лучше, и куда безболезненнее из-за схожего возраста. Зайти в библиотеку Л’Эшаль, найти книгу и вырвать нужную страницу тоже труда не составило.

А вот дальше предстояло самое сложное. Он выучил знаки для искажения воспоминаний, чтобы Элисон точно ничего не поняла и не смогла рассказать матери. Он заранее изучил расписание Агнес и когда именно Элисон бывала в ЦИОРМе, так что выпил очередную порцию зелья, как только она осталась одна в кабинете на ближайший час.

Она сидела за столом матери и старательно выписывала знаки на листок. Том замер на пороге, глядя на нее и какая-то его часть вопила и призывала выйти, покинуть кабинет, передумать, не воплощать этот план. Но Элисон заметила его, отложила учебник и тут же поднялась.

— Если вы к Агнес Уэйланд, то она будет через час, — быстро сказала Элисон и Том только сейчас вспомнил, что он в чужом обличие.

— Ты… разве не помнишь меня? — сказал он непривычным женским голосом.

— Помню. Вы были с тем мальчиком и… — она поднесла руку ко рту. — Что-то случилось? Я где-то ошиблась?

— Нет… все в порядке, — мотнул головой Том. — Я прише… пришла к тебе.

— Ко мне?

— Да. Ты так хорошо провела ритуал, что… — Том запнулся, чувствуя, как слова сдавливают горло и не хотят идти наружу. — Я хотел-ла кое-что тебе предложить.

Элисон похлопала глазами, непонимающе глядя на него в чужом обличие.

— Твоя мама сказала, что у тебя уникальный талант, — выдавил Том задуманные Тиссеей слова. — И мы хотели бы предложить тебе участие в специальной программе.

Элисон продолжала смотреть на него, и Тома тошнило от самого себя. Тиссея говорила, что она обрадуется, но Элисон скорее была напугана.

— Все в порядке, твоя мама в курсе и одобрила это, — добавил Том уже от себя.

— Л-ладно, — прошептала Элисон. — Что мне нужно делать?

— Мы хотим помочь ниимам и для этого… — Он запнулся. Перед глазами вновь начали мелькать картинки из сборника легенд. Те искаженные лица, которые последнее время постоянно преследовали его. Он заговорил сбивчиво, быстрее, чем нужно и совсем не по плану. — Попробовать передавать им магию на время, чтобы проверить как их очаг будет реагировать. Твоя мама сказала, что ты можешь создать такой знак, так что мы решили обратиться к тебе за помощью.

Элисон нахмурилась и Тому даже показалось, что она все поняла, что она узнала его, вспомнила, что не так давно они говорили об этом, но Элисон вдруг улыбнулась.

— Хорошо, я помогу. Но… я пока не придумала такой знак.

— А что… если я попрошу тебя придумать его прямо сейчас?

Она вновь растерялась.

— Сейчас?

— Да. Я дам тебе время подумать и… если получится, то мы возьмем тебя на эту программу, а если нет… — Том замолк, зная, что должен сказать, но не мог произнести это. Он знал, что эти слова подействуют, они должны были подействовать на нее. Но ему вспоминалось и то, насколько они с ней были похожи, и в этот момент он будто предавал и обманывал сам себя. — Придется сказать твоей маме, что ты не справилась.

Элисон дрогнула, вся сжалась и опустила голову. Стояла так несколько минут, не меньше, и Том уже подумал, что он перестарался и нужно извиниться, опуститься перед ней на колени, признаться во всем и молить о прощении. Но она резко вскинула голову и направилась к столу. Чертила карандашом знаки один за другим, что-то бормоча себе под нос. А потом вдруг застыла, перевела взгляд на Тома, подскочила и подбежала к нему, протягивая лист.

— Вот, — гордо сказала она.

Том смотрел на такой же точно знак, который она рисовала на асфальте и не мог понять в чем подвох. Она раскусила его и решила переиграть?

— Это знак, чтобы забрать магию в долг, а это… — Она перевернула лист так, что верхняя его часть оказалась теперь внизу. — Чтобы передать ее. Такой же, но зеркальный!

Элисон едва ли не приплясывала на месте.

— И ты уверена, что сработает?

— Сработает!

Том втянул воздух.

— Тогда давай проверим.

— Проверим? — поразилась она, округлив глаза.

— Да… Давай ты передашь магию мне. — Том попытался выжать из себя улыбку, но она вряд ли удалась. Элисон явно испугалась, так что он напомнил: — На время. Просто передашь, и я тут же верну ее обратно.

— Вы не сможете. Только я могу ее вернуть. Знак работает по отложенному принципу.

— Тем более, — зацепился Том за возможность. — Никаких рисков. Вернешь, как только передашь. — Том смотрел на нее, и она все еще сомневалась. И он выжал из себя последнее, на что был способен: — Я же блюститель, мне нет смысла тебя обманывать.

Элисон посомневалась еще немного, но видимо оценив риски, ушла за чернилами. Том протянул ей свою привычно тонкую, но все-таки женскую руку, и Элисон вывела знак.

Поначалу ничего не происходило, Том даже подумал, что она не справилась, и успел разозлиться на нее и на самого себя, за то, что поверил будто десятилетняя девочка действительно могла создать настоящий знак. Он хотел отступить, извиниться за содеянное и возможно даже признаться в том, что именно хотел совершить. Но дыхание перехватило и живот свело судорогой от хлынувшего в него тепла.

— Получилось, — восхитилась Элисон, словно и сама не ожидала. Она подняла руку, наверняка в попытке создать какую-то иллюзию, но ничего не произошло. И девочка с явным восторгом посмотрела на Тома. — Я чувствую ее. Чувствую, что она сейчас в вас.

Том напрягся. Этого он не учел. Что, если даже после искажения воспоминаний, она сможет вспомнить как вернуть магию или сможет понять, кто именно ее забрал?

— Нужно… кое-что проверить, — сказал он и достал данное Тиссеей перо. — Дай руку.

Элисон сомневалась, но Том не мог ждать. Он не знал, сколько именно времени прошло, и подозревал, что ее мать могла вернуться в любой момент.

— Четырехлучник, — сказал он и обхватил ее руку. Элисон вся сжалась, но сопротивляться не стала.

Том быстро начертил две линии и не смог произнести ни слова, когда осознал, что тот засиял, однако радоваться было рано. Не отпуская ее руку, он вывел на предплечье девочки следующий знак.

Она даже ничего не сказала, даже не спросила, что это за знак, и совсем не сопротивлялась. Том должен был контролировать свои мысли, четко представить, какие именно воспоминания и на что он хотел исправить, но в голове все смешалось. Он мог думать только о том, что скажет Агнес Уэйланд, когда узнает, что дочь лишилась магии, представлять, как она замахнется на нее, чтобы ударить, как уложит на кушетку, чтобы попытаться вернуть магию, как маленькая девочка будет кричать и задыхаться от боли, которую Том слишком хорошо помнил. И искаженные лица охватили его.

***

Сенктябрь

Все смешалось. Дни сплелись. Кровь капала с мертвых рук, стекала в резервуар. Том слышал этот звук даже из павильона. Он приходил туда каждую ночь, проверять, не появилось ли новых тел, чтобы снова резать, — что уже стало привычным, подвешивать на крюк, выпускать кровь, вытягивать магию и вливать свою, создавая сгустки, покрывать охлаждающим зельем, ждать пока появится Рейнар, чтобы обратить тело в Миреллу и оставить в лесу. «Зачем?» — спрашивал его Том. «Для мальчишки», — отвечал Рейнар, и Том знал, что мальчишкой он называл Джейдена, — к нему Рейнар всегда испытывал какие-то странные, не то отцовские, не то братские чувства. «Хочу, чтобы он их видел», — улыбался Рейнар, и Тому оставалось лишь надеяться, что Джейден в очередной раз вовремя заберет тело. «Мальчишка… чувствует их. Занятно», — говорил Рейнар, когда тело вновь забирали прежде, чем оно успевало обратиться. И даже не подозревал, что Том всеми силами старался помешать ему, но не мог. Весь план Рейнара, все его желания, отзывались тупой болью где-то под ребрами. В том же месте, где был знак. Том хотел все бросить, пытался уехать, сбежать, но не мог ослушаться. Договор его сдерживал. И Том ненавидел Тиссею, но куда больше он ненавидел Агнесс, из-за которой…

Воспоминания оборвались, растворились и навсегда исчезли. Если бы не холод подвала, возможно, у него было бы чуть больше времени, но теперь ничего не исправить.

— Получилось что-то узнать? — напряженно спросила Адрия.

— Меньше, чем хотелось…

— Что ж, это в любом случае лучше, чем ничего, — кивнула она. — Поехали в участок, по дороге расскажешь.

Она направилась к выходу и открыла дверь, впуская в комнату, увешанную холстами, нескольких блюстителей. Бросив короткий взгляд на тело, принадлежавшее Томасу Карверу, Тоби поднялся и застегнул часы.

Конец первой части

От автора

Дорогие мои, спасибо огромное каждому, кто дошел до этого момента. Я очень рада, если смогла порадовать, заинтересовать вас, или же просто скрасить ваше время своей историей. Многое мне далось не так уж просто, но я не сдавалась до последнего и не планирую сдаваться и дальше, однако мне потребуется время, чтобы написать продолжение. Вторая (заключительная) часть уже есть в черновом виде, но в процессе доработки первой части многие линии разрослись и усложнились, поэтому мне нужно чуть больше времени, чем планировалось. И, не буду скрывать, я слегка вымоталась…

Так что пока не могу гарантировать, но постараюсь начать выкладку второй части к концу лета. Возможно, в это время будут выходить еще какие-то истории. Если хотите следить за новостями, можете подписаться на мой телеграм-канал: Эль Гри | колючий писатель (elle_gris).

Отдельную благодарность выражаю тем, кто оставлял комментарии и поддерживал меня все это время, вы лучшие!

ЧАСТЬ 2. Глава 1

24 октября, четверг

За неделю у меня скопился целый список минусов жизни с Джейденом.

Первой же ночью он вздумал устроить «уборку» и перетащить все вещи, валявшиеся на полу маминой спальни, в гостиную. Участвовать в этом я, конечно же, отказалась и попросту ушла спать. А утром едва не умерла от страха, когда застала на диване в гостиной мамин тренировочный манекен. Мало того, что Джейден усадил его как человека, так еще и повернул безликую кукольную голову лицом к моей комнате.

В такой ситуации мне не оставалось ничего, кроме как отплатить ему тем же, так что я прислонила манекен к двери маминой спальни, чтобы он свалился прямо на Джейдена, когда он соизволит выйти, и с чистой совестью отправилась в магазин.

Честно говоря, изначально я планировала пойти на пробежку, но кошмары больше не преследовали меня, поэтому ни сил, ни мотивации на поддержание единственной полезной привычки, увы, не осталось.

Когда, закупившись продуктами, я вернулась и открыла входную дверь, на меня — как же неожиданно! — вывалился манекен. Оттолкнув его, я собиралась сказать: «Молодец, Джейден. Два один в твою пользу!», но он засел в ванной. Так что пришлось заканчивать эту бессмысленную войну и убирать манекен туда, где он никому не будет мешать, а именно — под мамину кровать. Если не наклоняться, то и не заметно, ну а если Джейдену вздумается заглянуть под нее… Что ж, его проблемы.

Но началом списка минусов послужило вовсе не это, а то, что Джейден провел в душе не меньше получаса. Уж не знаю, что можно там так долго намывать, представлять я не стала, а лишь записала в воображаемый блокнот:

Первое. Надолго занимает душ. И именно тогда, когда я собираюсь туда идти. В ответ на эту претензию он ожидаемо предложил мыться вместе, на что получил тут же полетевшую в него подушку и расхохотался.

Второе. Чайные пакетики. Везде чайные пакетики! Он оставляет их в кружках и те засыхают, а если ему вздумается опять выпить чая, он просто берет новую. К вечеру все кружки заканчиваются, и он переходит на стаканы. Когда кончатся и они, не удивлюсь, если Джейден возьмется за глубокие тарелки, а то и вовсе начнет хлебать прямо из чайника. Но мыть за ним я принципиально не собиралась.

Третье. Ест на диване. Ест на кровати. Ест на подоконнике. Ест где угодно, но только не за столом. На мой комментарий Джейден отреагировал лишь ехидным: «Тоже так хочешь?». И только после его самодовольной улыбки до меня дошло, что именно имелось в виду… Поэтому от дальнейших возмущений я все же решила воздержаться.

Четвертое. Разбрасывает одежду. Да, я тоже оставляю везде свои вещи, но мои разбросанные вещи не бесят меня так, как бесят его разбросанные вещи! Я обещала сжечь все, что соберу после первой же уборки, на что Джейден заявил, что может ходить и голый. Так что и здесь мне пришлось проглотить свое недовольство.

Пятое. Пару раз ему взбрело в голову готовить, после чего на кухне оставался такой бардак, будто там была война между едой и кухонной утварью, не меньше. Я пыталась призвать его к благоразумию и заставить убирать за собой, но после такого эксперимента пришлось перемывать все по второму кругу. И собирать осколки тарелки…

Шестое. Нет. ШЕСТОЕ! Вся квартира провоняла куревом. Я умоляла его выходить на улицу, но он наотрез отказался. В ответ на мое “кто-то ведь говорил, что не курит в помещениях”, Джейден хмыкнул, пробормотав, что это касалось только академии. Но в итоге нам удалось сойтись хотя бы на том, что он будет курить в окно и исключительно в маминой комнате.

Только вот не уверена, что он придерживался этого правила, когда меня не было дома.

И да.

Седьмое. Уходить я теперь могу лишь на несколько кварталов. Стоило мне вчера прогуляться до парка, и по возвращении пришлось выслушивать тираду о страданиях Джейдена. Видите ли, не может несчастный выдерживать расставание со своей магией, которая теперь во мне. При этом сам он уходить может куда ему вздумается! Он-то ведь “контролирует, в какой момент ему становится нестерпимо больно”, а я нет.

Последнее я произнесла, передразнивая язвительный тон Джейдена, и могла бы продолжать список и дальше, если бы Шер не спросила:

— И что, совсем никаких плюсов?

Плюс был только один. И, к сожалению, он перекрывал все минусы. Джейден заплатил за съем комнаты на месяц вперед. Столько, на сколько я планировала жить ближайшие полгода, учитывая, что, благодаря Хоуп, денег у меня почти не осталось. Так что, каждый раз, когда я готова была выбросить его вещи и его самого вместе с ними, я лишь набирала в грудь побольше воздуха и напоминала себе, что за такие деньги можно стерпеть что угодно.

— Ну и да, он приносит еду из кафешек, — добавила я. — Вкусную. Хотя это скорее минус. Так я скоро растолстею.

Шер хохотнула.

— Толстая, но богатая.

— И с нервным тиком, — хмыкнула я.

И если Шер на мои жалобы лишь посмеивалась, с Тоби лучше было и вовсе не поднимать тему моего совместного проживания с Джейденом. Хоть он и пришел на следующее же утро якобы на новоселье с рыбным пирогом (от которого Джейден переплевался), хоть и пытался вести себя дружелюбно, хоть и помог с уборкой и даже с посудой, я отчетливо чувствовала его напряжение. И стоило нам остаться наедине, как все закончилось гробовым молчанием и моими неловкими попытками разрядить обстановку.

Сегодня вот пришел как раз когда я собиралась на встречу с Шер.

— Я нашел несколько вариантов в шаговой доступности, — сказал Тоби, сев в кресло напротив Джейдена, развалившегося на диване с телефоном. Он все еще регулярно смотрел свои видео, но мне наконец удалось заставить его надевать наушники, так что Тоби пришлось повторить, когда Джейден потянул за провод, освобождая уши.

— Вариантов чего?

— Жилья, — пояснил Тоби. — Ты спокойно можешь отходить на несколько кварталов, так что необязательно жить именно здесь.

— Мне и здесь неплохо, — пожал плечами Джейден. — Да и я уже заплатил.

— Думаю, Элис может вернуть тебе деньги, и ты подыщешь другой вариант.

— А меня ты спросить не хочешь? — возмутилась я, уже надевая пальто, от которого хотелось поскорее избавиться. Оно все еще пахло лесом и, что самое ужасное, патокой. Да и крупная заплатка слишком уж выделялась — увы, лишь она смогла спасти рукав после зубов Сирха. И псевдо-Сирха…

Я перевела взгляд на Тоби, который удивленно поднял брови.

— То есть, тебя устраивает, что он здесь живет?

— Меня устраивает оплата. Она соразмерна сопутствующему ущербу.

— Если дело только в деньгах, то у меня они есть. — Тоби поднялся с кресла, будто собирался прямо сейчас отправиться за деньгами или даже сразу вытащить из кармана пачку купюр. — Могу возместить тебе это.

— Не нужны мне твои деньги, — сказала я и застегнула пальто. — Джейден заплатил за съем комнаты.

— Хорошо, я тоже могу снять у тебя комнату. — Он обвел взглядом гостиную, совмещенную с кухней. — Например эту.

— Эй, я вообще-то шутил тогда про тройничок, — сказал Джейден, укладываясь на диване поудобнее. — И вообще, в чем проблема?

Тоби вздохнул.

— В том, что не следует девушке жить с парнем, с которым она не состоит в отношениях.

— Ну да, гораздо лучше — с двумя парнями, — усмехнулся Джейден.

— Извини, конечно, но в своем благоразумии я не сомневаюсь, — снисходительно произнес Тоби. — А вот тебя лучше держать под контролем. Особенно после твоих рассказов…

— Пф, да сдалась она мне. У меня в распоряжении несколько кварталов девиц посимпатичнее.

На этой ноте я вышла из квартиры под полетевшее мне в спину «далеко не уходи!» и направилась к Шер. Благо ее дом еще попадал в область, обозначенную Джейденом как «терпимо».

— Нет, ну с одной стороны, Тоби прав, — задумалась Шер, когда я закончила рассказ. — Ты ведь ему нравишься, а тут такое… — Она хохотнула, выловила из упаковки желтую мармеладку и отправила в рот. — Вполне могу его понять.

Я вздохнула, отпила кофе — радость, которую теперь могла себе позволить — и достала из пакета с крупной надписью «Джеллби» пластиковый контейнер с чизкейком, в очередной раз мысленно поблагодарив прогресс за существование доставки. Иначе пришлось бы мне увлечься готовкой. Ну или и впрямь продолжать питаться только тем, что приносил Джейден.

— Не знаю, — пробормотала я в попытке открыть контейнер. — Вроде и нравлюсь… да и он сам говорил, но… за прошлую неделю столько всего произошло, а некоторые моменты и вовсе… — Контейнер никак не хотел поддаваться, лишь тоскливо поскрипывая. — В общем, все как-то сложно... Да и последние дни он ведет себя отстраненно.

— Еще бы! — усмехнулась Шер. — Посмотрела бы я на тебя, если бы Тоби поселился с симпатичной девицей, с которой у него к тому же очень странные отношения.

— Нет у нас с Джейденом никаких отношений! — Пластиковая коробка под моими пальцами громко хрустнула и распахнулась, забрызгав нас джемом. — Вот сирх!.. Никаких отношений, — повторила я, стирая салфеткой джем со стола. — Даже странных…

— Ну да, ну да. — Шер, посмеиваясь, слизнула пару капель, угодивших ей на запястье. — Просто недвусмысленные намеки и пара невинных поцелуев.

Я отломила ложкой кусочек чизкейка и сунула в рот. Медленно жевала, обдумывая ее слова.

— Ла-адно, — выдавила я, уже пожалев, что поделилась с Шер подробностями наших «отношений». — Со стороны действительно выглядит странно. Но на самом деле это всего лишь глупые шутки и ничего больше. Как только придумаем, как вернуть его магию, пошлю его куда подальше.

Объяснять ей, какая именно магия мне досталась от Джейдена, я не стала по совету Адрии, а вот про Рейнара и убийства пришлось рассказать. Хоть после произошедшего все и поутихло, нам в любом случае следовало оставаться настороже, ведь его возращение было лишь вопросом времени.

А пока, пусть и ненадолго, но в моей жизнь все наконец-то наладилось. Я впервые за восемь лет почувствовала себя хоть капельку счастливой. Ко мне вернулась магия, у меня появились деньги, меня больше не сдерживал договор с мистером Барри, и я могла не переживать, что меня выгонят из Абендорма…

Да, потому что я сама себя оттуда выгнала и теперь мне нужно искать работу. После нарушения договора на теле остался огромный уродливый след, который летом будет тяжело прикрыть. А денег больше не будет, ведь Джейден съедет, как только мы придумаем способ, как вернуть ему магию, которая пока во мне и которая нужна сумасшедшему убийце…

А в целом все отлично.

Но дышалось отчего-то все равно намного легче, чем прежде. И хотелось просто — жить. Спокойно. Размеренно. Расслабиться и ни о чем не думать еще хотя бы несколько дней, недель или месяцев, пока Рейнару не взбредет в голову завершить свой план порабощения мира — или для чего там ему понадобилась телесная магия?

Закончив с поздним завтраком или ранним обедом, мы с Шер отправились в магазин, чтобы наконец-то купить мне новое пальто. Магазин находился чу-у-уточку дальше оговоренной с Джейденом области, но я надеялась, что он потерпит. В любом случае, он никак не мог меня остановить, кроме как завалить сообщениями или же самолично найти меня благодаря обостренному чутью на его магию. Но ему наверняка было бы слишком лень.

— Как Маркус? — спросила я, когда мы оказались на улице и свернули к проспекту, ведущему в центр города.

Холодный ветер колол щеки, и мне приходилось сильнее кутаться в шарф. Всего за пару дней осень успела преобразиться и из нарядных, но уже приевшихся золотистых оттенков облачиться в мрачную серость, почти лишившись тепла. Зато, пока стояла такая погода, мне не приходилось думать о том, как скрыть темные узоры, которые растянулись по всей левой части тела, достигая колена и локтя. По правде говоря, я так и не смогла набраться смелости посмотреть на них и каждый раз, спешно переодеваясь, делала вид, что их и вовсе не существует.

— Стабильно, — после длительной паузы выдавила Шер то же, что говорила последние дни. — Его мама просто места себе не находит. Приезжали лучшие лекари из Лессара, но… ничего нового. Только разводят руками. Организм в норме, та капсула сработала, как и должна была, и он выжил только благодаря ей, но… уже должен был очнуться. — Шер тяжело вздохнула, поправляя кудряшки, то и дело падающие на лицо от порывов ветра. — Видимо этот Рейнар что-то с ним сделал.

— В каком смысле?

— Вчера сканер выявил какой-то странный сгусток в коре головного мозга. Как сказали лекари — похоже на чужое вмешательство, но определить, кому принадлежит магия, они не смогли. Думаю, это потому, что отпечатка магии Рейнара в базе нет, так что сравнивать не с чем. Может, он что-то трансформировал прямо у Маркуса… в голове. — Шер понизила голос, а потом пару раз быстро моргнула, точно отгоняя неприятные мысли.

— Он превращал фантик в деньги, а собственное тело в дым, так что ничему не удивлюсь…

Я хмурилась, пытаясь представить, что вообще Рейнару могло от него понадобиться. Будучи одним из самих основателей, он вряд ли опустился бы до попыток достать таким образом отца Маркуса — одного из членов генерального совета. Ничто не мешало Рейнару, умеющему с легкостью перемещаться, добраться до Роберта Эрдсхола напрямую. Зачем тогда вредить его сыну? Он пытался его убить, да, это я могла понять, Рейнар, в целом не особо раздумывал, прежде чем лишить кого-то жизни. Но изменить что-то в чужом мозге… Вряд ли он сделал это забавы ради, здесь явно присутствовал какой-то умысел.

— А этот сгусток, — пробормотала я, — его никак не… эм… развеять?

Шер окинула витрину, возле которой мы остановились, оценивающим взглядом и покачала головой. Мы направились дальше. На телефон пришло несколько сообщений, отозвавшихся в пальцах настойчивой вибрацией. Вот и Джейден проснулся…

— Они подобны аллироме, — сказала Шер, пока я пробегала глазами по сообщениям со страданиями Джейдена, возмущениями, что я далеко ушла, и даже обещаниями жестокой расправы. — Лекари попытаются, но… сама знаешь, сколько времени и денег уйдет на попытки.

Я-то знала. Именно ради денег мама всю себя посвящала работе. Ритуальщики в целом всегда неплохо зарабатывали, а она и вовсе была одной из лучших. Но из-за счетов за лечение деньги исчезали так же быстро, как растворялись первые иллюзии начинающих магов — с легким, едва слышным пшиком они подергивались и рассыпались, едва успев сложиться в цельный образ. А время… оно ускользало куда быстрее.

Шер переключилась на очередной рассказ о ссорах родителей. На этот раз ее мама решила, что муж слишком уж активно тратил деньги, и пришла к выводу, что он одаривал подарками любовницу, а то и вовсе заимел ребенка на стороне. Мой телефон продолжал вибрировать, но я уже не читала сообщения Джейдена. Я и так несколько дней почти не выходила из дома, разочек можно было и повыводить его из себя. Хотя бы просто чтобы позлить в качестве мести за все доставленные им неудобства.

— И ладно бы хоть какие-то доказательства были, — сокрушалась Шер. — Но у нее нет ничего, кроме непробиваемой упертости и уверенности, что она права. Бо-о-оги, как же я хочу обратно в академию.

— Разве там не обещали разобраться за пару недель?

Шер остановилась у очередного магазина, разглядывая вывешенную за стеклом одежду.

— Да, на мистера Эрдсхола насели из попечительского совета, так что обойдутся лишь парой проверок. И я просто молюсь основателям… — Шер запнулась, поджав губы, — всем, кроме Рейнара! Чтобы Маркус очнулся к тому моменту, когда нужно будет возвращаться. Иначе не знаю, как я буду там одна… Без тебя. Без всех вас.

— Ну, Тоби будет, — поспешила успокоить ее я.

— Он ведь переводится в Л’Эшаль.

Не успела я удивиться, как Шер обхватила меня за плечи и ткнула пальцем вперед, указывая куда-то вглубь магазина.

— Смотри, вон там, такое темно-серое с фиолетовым отливом, как же его… антрацитовое! Пойдем глянем.

— Подожди, — пробормотала я, вынырнув из-под руки Шер, которая уже почти потащила меня ко входу. — Когда он такое сказал?

— Что сказал? — спросила Шер, все еще не сводя взгляд с пальто как с уже запримеченной добычи. — А, Тоби? Мы вчера пересеклись, когда я навещала маму Маркуса. Их дом как раз недалеко от Л’Эшаль, а Тоби заносил документы…

Обида обожгла горло, но я настойчиво проглотила ее. Все же он не обязан отчитываться передо мной, но… Шер глянула на меня, и ее брови удивленно взметнулись вверх.

— Он… не сказал тебе? М-м… Наверняка хотел, просто еще не успел. Он там весь в делах, занятой такой, а я пристала к нему, вот он и рассказал. — Шер настойчиво потянула меня в магазин. — Идем, примеришь, пока никто не прихватил себе.

Распахнув тяжелую дверь, Шер втянула меня в магазин, но стоило сделать лишь пару шагов, как мы одновременно замерли.

Отвратительный писк пульсацией ударил в уши. Виски стянуло болезненным напряжением. Шер растерянно смотрела на меня, и на секунду я даже подумала, что единственная слышу этот звук. Но и другие посетители кривились и морщились, оборачиваясь прямо на нас, точно мы были источником шума.

Охранник шагнул ближе и, взмахнув рукой, вдавил какую-то кнопку в панель возле входа. Сведя густые темные брови, он неодобрительно покачал головой, глядя на нас. Двери щелкнули, решетка поползла в сторону, преграждая выход.

И только когда тишина давящей волной заполнила уши, я поняла, что звук был сигналом аллиродетектора.

Глава 2

Прибывшие блюстители даже не планировали разбираться, кто из нас стал причиной сработавшего сигнала тревоги. Нацепили титановые перчатки на обеих и затолкали в машину. Единственное, что мы могли сделать — подчиниться.

Пока ехали в тесном и душном салоне, отделенном от передних сидений бронированным стеклом, Шер не прекращала возмущаться, что блюстители нарушили при нашем аресте как минимум два правила, не уведомив нас о наших правах и не составив протокол, но они то ли не слышали, то ли им было плевать.

Паника не охватывала меня лишь потому, что я знала, что в любом случае нахожусь под протекцией блюстителей, что Адрия поможет, как только узнает о случившемся и объяснит коллегам, что я не использовала никаких зелий, а всего-навсего забрала чужую магию, но не с целью украсть, а с целью спастись, и это была вынужденная мера.

В том, что детектор сработал, не было ничего удивительного. Они реагировали на любое превышение аллириума в организме, чтобы распознать тех, кто использовал зелья, например, чтобы принять чужой облик. Но помимо моей вернувшейся магии, во мне теперь была и другая. Не просто какая-то, а телесная магия, которая сама по себе куда сильнее любой другой, и уже только ее наличие превышало допустимую норму. Вполне логично, что теперь детекторы воспринимали меня едва ли не ходячей бомбой, заполненной аллириумом и готовой рвануть в любой момент. Странно только, что ни я, ни Адрия, ни кто-то другой не подумали об этом заранее.

Стоило оказаться в участке, как я начала просить вызвать Адрию, но на мои просьбы никто не реагировал. Телефоны и сумки сразу забрали, а потом, не задавая вопросов, отвели в слабоосвещенную комнату, разделенную на секции, напоминавшие вольеры для животных, и щелкнули замком, заперев нас в одном из них.

Сидевшие в соседней камере мужчины не вызывали доверия, как и желания оставаться с ними наедине дольше пары секунд. Успокаивало лишь то, что нас разделяла достаточно плотная решетка, а на их руках были такие же перчатки, сковывающие движения.

— Элис, — шепнула Шер, толкнувшись плечом в мое плечо. — Все будет нормально.

Ей удавалось сохранять спокойствие, и я прекрасно понимала, почему. Шер ничего не угрожало. Максимум, что ей могли предъявить — сокрытие информации обо мне, как о незарегистрированном нииме, но она могла убедить всех, что ничего не знала, да и я бы подыграла ей в этом. А вот мне…

Чем больше я думала, тем громче трещала моя напускная уверенность. В Адрии, в других блюстителях и в их желании помочь. Почему ни один из них — тех, кто знал, — не задумался о такой банальной проблеме как превышение аллириума в организме? Меня могли схватить на следующий же день, зайди я в любой магазин, хоть сколько-то приличнее продуктовых в Гамбле — у их владельцев на такую роскошь, как аллиродетекторы, денег попросту не было, так что мне в какой-то мере даже повезло. Уж лучше застрять в этой камере с Шер, чем совсем одной.

Заключенные шумели не прекращая, я нервно слонялась по тесному пространству: несколько шагов до стены и обратно к Шер, устало прислонившейся к решетке и прикрывшей глаза. С каждым шагом сердце все сильнее колотилось о ребра, напоминая, что любая оплошность может привести к тому, что все вскроется. Стоит им увидеть черные отметины на моем теле, и они тут же поймут, что я была ниимом, позволила кому-то нанести Хейруви и нарушила договор. Об этом знали лишь единицы: те, кто присутствовал на слушании по делу мистера Барри, но им и самим пришлось заключить договор о неразглашении, а вероятность того, что я встречу кого-то из них, ничтожно мала.

От холода по телу бежали мурашки, руки, закованные в перчатки, затекли. Хотелось согнуть пальцы, а еще почесать нос и потереть глаз… и бровь. Все тело точно пульсировало от невозможности исполнить такие банальные действия.

— Может, Джейден придет? — тихо спросила Шер, приоткрыв глаза и наблюдая за моими метаниями. — Почувствует и все такое…

— Вряд ли. — Я мотнула головой, остановившись возле Шер, и ткнулась носом в ее плечо, чтобы потереться и избавиться наконец от зудящего чувства. — Ему наверняка будет слишком лень, и он просто завалит меня сообщениями. Да и мы не так уж далеко, чтобы…

Стоило мне поднять голову, как я встретилась с внимательным взглядом женщины в камере напротив. Она стояла возле решетки, поджав губы, и смотрела на меня не то с презрением, не то с разочарованием. Отросшие розовые пряди отдавали у корней сединой, лицо осунулось и приобрело немало новых морщин, выданная блюстителями одежда делала ее непривычно бледной и не прикрывала предплечья, одно из которых черной узорчатой змеей обвивал след нарушенного договора.

— Чу́дная встреча, не правда ли? — язвительно спросила миссис Мосс.

Другие заключенные не смолкали, но все словно затихло, когда я смотрела не нее. Во мне пылало столько эмоций, что я даже не могла определить, какие из них преобладали. Неприязнь, отвращение, гнев, обида, боль, и даже ненависть. Мне хотелось вывалить на нее все и сразу, потопить ее во всем том ужасе, что я пережила. Но я не припасла для такой встречи ни одной колкой фразы, ни одного пропитанного ядом слова, способного заставить ее отшатнуться и попятиться, распахнув рот в изумлении.

И с моих губ сорвалось лишь банальное:

— Вы знали…

— Знала, — ничуть не смутившись сказала она, сразу поняв, о чем я.

— Это вы заставили его?..

— Заставила, — так же равнодушно произнесла она. Я собиралась возмутиться, но миссис Мосс опередила меня, дав ответ на еще не озвученный вопрос. — Забрать твою магию — была его идея. Я только помогла.

Надежда треснула. Да, часть меня ненавидела мистера Карвера за то, как он поступил со мной, но другая часть отчаянно хотела верить, что тот, кого я называла в детстве своим другом, не мог так со мной поступить, что все это время он действовал лишь по указам миссис Мосс, потому что не мог сопротивляться Хейруви, но… Должно быть, я в очередной раз ошиблась.

Когда Рейнар вернул мои воспоминания, убив мистера Карвера, я думала, что смогу восстановить последовательность всех событий и докопаться до истины, мне казалось, что они будут такими же яркими, как были мои кошмары, но на деле они лишь смешались со всем, что я помнила прежде, иногда звуча приглушенными и размытыми отголосками.

— Вы знаете Рейнара, да? — внезапно включилась в разговор Шер. Она шагнула к решетке и с вызовом посмотрела на миссис Мосс. — Чего он хочет?

Миссис Мосс заинтересованно оглядела ее и усмехнулась.

— Поверь, я задавала тот же вопрос. Десятки раз… — Ее взгляд быстро метнулся ко мне, и она процедила: — Но твоя мать так и не дала мне ответ.

— Она… — пролепетала я, растерявшись сильнее, чем прежде.

— Но вы должны хотя бы догадываться, — не отступила Шер, пока я переваривала услышанное. — Зачем ему пытаться убить сына Роберта Эрдсхола? Что за сгусток магии он оставил в нем? Вы должны знать хоть что-то!

Шер вжалась в решетку, точно собиралась прорваться сквозь нее и вцепиться в горло миссис Мосс. Замок входной двери щелкнул, в комнату вошли несколько блюстителей, а следом за ними и Адрия. Облегчение тут же накатило на меня, расслабив тело.

— Вы не ответили! — напомнила Шер, не отпуская прутья решетки, пока нашу камеру открывали.

— Я сказала блюстителям все, что знаю, — пожала плечами миссис Мосс.

Когда нас выпустили, напряжение Шер ощущалось настолько ярко, что я была уверена — еще немного и она бросится к миссис Мосс, протянет руки, схватит за волосы, начнет трясти, выпытывая правду, лишь бы хоть как-то помочь Маркусу.

Но Адрия сказала твердое «за мной», и Шер, насупившись, поплелась следом.

Берите вещи, идите рядом, отметьтесь здесь, проходим дальше, спускайтесь на первый этаж.

Послушными зверушками, разве что не на привязи, мы следовали за ней, выполняя команды. Под пристальным вниманием других блюстителей Адрия казалась совсем другой: ни капли мягкости, свободы или расслабленного тона, каждый раз напоминавшего Джейдена. И от этого напряжение никак не хотело отступать.

— Простите за неудобства, — сказала она, стоило нам разместиться в кафетерии на первом этаже. В ее тоне больше не скользил бескомпромиссный призыв подчиняться, а плечи расслабленно опустились, и она оперлась на столик, помешивая кофе. — У нас тут такая неразбериха, что свихнуться можно. Все точно с ума посходили. Ниимы в городе творят, что вздумается, да и в целом нарушений все больше… Мы не собирались пускать новость про Рейнара в массы, чтобы как раз и избежать этого, только вот журналисты не дремлют.

Адрия криво усмехнулась и громко отхлебнула из своей чашки, продолжая рассказывать об участившихся преступлениях.

— Что вам сказала Мосс? — спросила Шер как бы между делом, пока Адрия делала очередной глоток. Хотя я уверена, что все это время она только и выжидала момент, чтобы задать этот вопрос.

— Ох, с ней проблем не меньше, чем с остальными. — Адрия отклонилась, закинув локоть на спинку стула и нервно постучала пальцами по столешнице. — Прямых доказательств, что она причастна, нет. Сама она, естественно, все отрицает. На Карвере было слишком много отпечатков чужой магии: в основном частицы той, что он вытягивал из погибших магов познания. Но пока проводили экспертизу, все следы и вовсе развеялись, так что мы остались ни с чем.

Шер тихо хмыкнула.

— Но вы все еще держите ее здесь, значит, что-то у вас все-таки есть.

— Только благодаря другим нарушениям, — сказала Адрия и потянулась к карману, чтобы достать пачку сигарет. — Тиссея Мосс занималась изготовлением и распространением запрещенных порошков. Нам уже поступали заявления об исчезновении трав из теплиц Абендорма, да только та преподавательница каждый раз забывала, что вообще обращалась к нам. — Адрия покрутила сигарету в пальцах, разминая ее. — Возможно, и с этим Мосс постаралась, но доказательств пока нет. Ее кабинет опечатали, образцы порошков отдали на анализ, и благодаря этому мы пока можем удерживать ее здесь. Но по другим делам у нас ничего нет.

— А если дать показания? — предложила я. — Могу сказать, что лично видела, как миссис Мосс подчиняла себе мистера Карвера и слышала их разговор о Хейруви. И о том, что она знала, кто я.

— Думаю, тебя не нужно вмешивать еще и в это. К тому же сейчас есть куда более важные задачи.

— Вы издеваетесь? — поразилась Шер, повысив голос. — Вам нужно лишь надавить на миссис Мосс, и она расколется! Расскажет, что нужно Рейнару, зачем он напал на Маркуса, и что за странный сгусток в его…

— Шер, — тихо перебила я, наблюдая, как взгляд Адрии темнеет. Она глянула через плечо на полупустой кафетерий.

— О сгустке не переживай, ничего серьезного. С ним все будет нормально, — сказала Адрия вновь вернувшись к строгому, почти приказному тону. Она залпом допила кофе и, сунув сигарету в рот, направилась к выходу. — Идем.

Я последовала за ней, пока Шер осталась допивать чай, бормоча что-то себе под нос. Когда я вышла из участка, Адрия уже курила. В ее взгляде читалась тревога, она глянула на дверь, а потом быстро сказала:

— Постарайся донести до подруги, что у нас все под контролем.

— Что именно? — растерялась я.

— Ситуация с Маркусом. И с Рейнаром тоже… в какой-то степени.

— Но… — договорить я не успела, потому что Шер нас настигла.

Адрия тут же сделала новую затяжку и, запрокинув голову, выдохнула дым.

— У нас сейчас проблемы с браслетами, — сказала она нарочито спокойно. — Нарушений слишком много, постоянные проверки… Но я подумаю, что можно сделать, чтобы таких ситуаций больше не возникало. А пока постарайся не посещать места, где есть детекторы.

— То есть, вообще все места, — хмыкнула Шер. — Могли бы хоть расписку ей дать, чтобы она совала ее под нос каждому охраннику.

Адрия подавилась смешком и закашлялась. Метко бросив тлеющую сигарету в мусорку, она обратилась ко мне:

— Свяжусь с тобой, если что-то узнаю.

И, проигнорировав сдавленное «но», оставшееся от былой спеси Шер, скрылась в участке.

Я растерянно смотрела на дым, ползущий из щелей в металлической решетке мусорного бака. Тонкими потоками он тянулся вверх, подрагивал, сплетаясь в единое целое, и разбивался о стеклянный навес над входом. Мыслями я уже была в том дне, когда снимала проклятие с Джейдена, и подобный — но черный — дым клубился над нашими головами. Если бы тогда я не нанесла знак, как бы все сложилось?

Вдруг осознав, что Шер прошла мимо меня и уже стояла возле светофора, я бросила последний взгляд на струи дыма и поспешила нагнать ее, как раз когда загорелся зеленый.

— Шер, ты чего?

— Ничего, — отмахнулась она. А потом вздохнула и все же сказала: — Просто всем плевать на Маркуса.

— Вовсе нет! Но… мы сейчас действительно ничего не можем сделать.

— Ты еще не поняла? Они и с Рейнаром ничего не могут сделать. Медлят как раз потому, что даже не представляют, как его остановить.

— Адрия говорит, что у них все под контролем, значит…

— Ты вообще слышала, что она сказала? Что в сгустке нет ничего серьезного! Но она даже не должна знать о нем. Делом Маркуса занимаются в другом участке. А значит, это либо настолько серьезно, что подключили уже всех, либо она соврала, лишь бы отмахнуться!

— Шер…

Я потянулась к ней, но она отдернула руку и остановилась. Пожевала губу, упорно отводя взгляд, и пробормотала:

— Неважно. Все нормально.

А потом свернула в сторону своего дома и ускорила шаг.

Еще какое-то время наблюдая, как ее фигура удаляется, я пыталась понять, что на нее нашло. Да, Маркус не приходил в себя. Да, у Адрии своих дел хватало, она не могла посвящать все свое время поискам Рейнара. Да, все было совершенно не в порядке, но ведь… и не так плохо? То есть, не ужасно, не кошмарно, и не хуже некуда.

Шер просто переживала…

Или Адрия действительно что-то скрывала, а я настолько расслабилась, что даже не замечала этого?

Глава 3

Магазин пришлось выбирать поближе к дому, чтобы и без детекторов и Джейден не стонал. Хотя на удивление сообщений от него за то время, пока я была в участке, скопилось не так уж много. Бродя мимо полупустых рядов, я пролистала всего несколько возмущений в свой адрес и заблокировала телефон. Взгляд привлекли неожиданно яркие и свежие зеленые яблоки, которые в нашей дыре не часто найдешь, и в голове тут же вспыхнул недавно вычитанный рецепт крытого пирога. Вообще, я хотела попробовать приготовить рыбный, как тот, что приносил Тоби пару дней назад, но, разрываясь между вариантами, решила все же остановиться на яблочном. Хотя рыбу тоже взяла — на потом.

Входную дверь Джейден в очередной раз не закрыл. Кстати, еще один минус в его уже и без того забитую копилку, которую хотелось поскорее разбить (желательно, об его голову). Должно быть, он настолько привык не запирать дверь в академии, что такая, казалось бы, базовая необходимость не укладывалась в его сознании. Или ему просто было плевать. А вот мне не было. Да, дверной замок никак не спасет от Рейнара, но может спасти от кого-то еще: ниимов, которые решат вновь выпотрошить мой дом, самых банальных грабителей, которых в Гамбле не перечесть, или любых других незваных гостей.

Пока подготавливала тесто, все же отвлеклась от неприятных мыслей, хотя сегодняшнее приключение и отрывки разговора с Адрией и Шер все еще проносились в сознании. На самом деле, проблемы в том, чтобы не выходить из дома, не было. Я могла оформить доставку продуктов или даже готовых блюд из кафе, могла заказать одежду с примеркой, да и любые бытовые мелочи для дома. Только вот… чем заняться? Рисование теперь слишком напоминало о мистере Карвере, так что этот вариант даже не рассматривался, а других хобби у меня не было. Разве что мне всегда нравилось готовить, но я никогда не задумывалась о том, чтобы подходить к этому делу всерьез. Пойти потом учиться на повара? Даже не учитывала такой вариант, пока была ниимом, а сейчас он вызывал теплую улыбку.

Я помыла яблоки, уложила их на доску и подняла руку в попытке сдвинуть нож магией. Смотрела на него, гипнотизируя пронзительным взглядом. Повернула ладонь, взметнула вверх, опустила ниже… но все без толку. Тоска вновь подступила, обвивая меня плотными щупальцами, сжимая горло, сдавливая грудь, не позволяя дышать.

Спокойно. Все хорошо. Все в порядке.

Мотнув головой, я встрепенулась, концентрируясь только на положительных эмоциях.

Я жива, я в безопасности, ничего страшного не происходит.

Пока что…

Готовка заняла куда больше времени, чем я планировала. На небольшой кухне было слишком тесно, поверхностей едва хватало, чтобы растянуть тесто до нужных размеров. Пару раз ударившись локтем о холодильник, я все же сформировала прямоугольный пласт и, выложив начинку, завернула рулет.

Наконец, убрав пирог в духовку, я выставила таймер и утомленно повалилась на диван. Интернет пестрил страшными заголовками «серийный убийца», «маньяк», «восстание ниимов», «взрыв». Смахнув их, я включила телевизор, но и там не смогла отделаться от назойливых новостей. Пришлось оставить музыкальный канал и размышлять, в какой момент я настолько выпала из жизни, что уже не знаю ни одной песни и не могу понять, кто эти люди.

В какой-какой, в тот самый, когда решила поступать в академию и в итоге ввязалась в опасную игру Рейнара!

Усиленно вдохнув, я заставила себя перестать думать о плохом и вновь перевела все внимание на экран, но даже оттуда смазливый парень напомнил мне ласковым голосом: «ты никуда не сбежишь», а потом его клип и вовсе прервался экстренным выпуском новостей.

Я вздрогнула. Но не от новости о поджоге в районе желтокирпичного переулка, а от стука в дверь. Судя по звуку, это вряд ли был Джейден. Он бы сначала нажал на ручку, потом подергал бы ее еще несколько раз, но куда усиленнее, явно грозя сломать, а затем колотил бы в дверь до тех пор, пока я не открою или пока не вспомнит, что у него есть ключи.

Так что, выключив телевизор и мысленно подготовившись к разговору с Тоби, я направилась в прихожую.

— Джейдена нет, — выдавив улыбку, сказала я. Не знаю, зачем. Может, в надежде, что Тоби пришел поговорить с ним и сейчас просто развернется и уйдет?

Слишком уж невыносима была мысль, что мое, хоть и не особо приятное, уединение превратится в очередное напряженное молчание, если Тоби все же решит задержаться.

— Я знаю. — Судя по усталому виду, Тоби было абсолютно не до размышлений о том, почему я с порога сообщила ему именно это. — Он в больнице.

— В больнице? — растерялась я. — Что случилось?

— Нет, он… — Тоби посмотрел на дверь, которую я так и держала слегка приоткрытой, а потом перевел взгляд на меня. — Я не вовремя?

Я тут же отпустила ручку и отступила на пару шагов. Развернулась, нервно поправляя челку, и направилась на кухню, сделав вид, что очень занята мытьем посуды.

И опять — опять! — эта ужасная тишина. Я чувствовала странное напряжение, неловкость и даже страх, будто вот-вот должно случиться нечто ужасное. И оно случилось. Посуда кончилась… и мне больше нечем было себя занять. Глянув на таймер, я решила, что пирог можно достать и на пару минут раньше.

— Вкусно пахнет, — вдруг сказал Тоби, и я едва не выронила противень. — Не пользуешься магией?

— Не могу, — резко ответила я, сбросив прихватки.

Сколько ни пыталась, так ни разу и не вышло. Джейден сказал, что тогда — в подвале — могло получиться из-за безвыходности ситуации, всплеска адреналина и еще боги знают чего. Но теперь, когда мне ничего не угрожало, магия вновь задремала, и мне оставалось лишь как в детстве ждать всплеска эмоций, способного ее пробудить.

Я больше не была ниимом, но на деле все равно оставалась им.

Пока я нарезала пирог, Тоби вновь молчал, и в какой-то момент я и вовсе забыла, что он все еще в квартире. На этот короткий миг напряжение улетучилось, но потом с новой силой окатило меня, когда Тоби оказался возле моего плеча. Я вздрогнула и отшатнулась, тут же сделав вид, что потянулась к верхней полке за тарелками. Зачем-то взяла две, хотя не собиралась ему предлагать, но все же спросила:

— Будешь?

Ответ последовал не сразу и прозвучал куда нежнее, чем мне бы хотелось.

— Разве что… совсем немного.

Не обращая внимания на горящую кожу, — хотя нет, очень даже обращая! — я разложила пирог по тарелками и устремилась к столу, игнорируя и огибая Тоби настолько, насколько это было возможно на небольшой кухне. За последние дни мы оставались наедине всего пару раз, и то ненадолго, но отчего-то ни разу я не чувствовала этого напряжения между нами. Возможно, потому что каждый раз он был чем-то занят или уже собирался уходить. Или мы говорили о Джейдене и нашей проблеме. Но сейчас, сирх возьми, я не могла выдавить ни слова. Ровно до тех пор, пока не вспомнила…

— Шер сказала, вы вчера пересекались.

Все мое волнение тут же обратилось обидой. Слова прозвучали настолько язвительно, что я хотела бы залепить себе по лбу, но лишь плюхнулась на стул, громко проскрипев деревянными ножками по плитке и едва не разлив только что заваренный чай.

— Пересекались, — кивнул Тоби, садясь напротив, и я пожалела, что стол был настолько маленьким. Хотелось увеличить его. Растянуть точно кусок плавленого сыра, пока дальние стороны не окажутся так далеко, что и не разглядеть — кто напротив.

— О чем говорили?

— Она в основном рассказывала про Маркуса.

При его упоминании я чуть смягчилась. Все же Тоби тоже переживал за друга, да и выглядел таким уставшим, точно не спал ночи напролет. Возможно, он действительно просто забыл сказать.

— И больше… ничего не обсуждали?

— Вроде нет.

Я втянула носом воздух. Тоби задумчиво проследил взглядом за тем, как я отломила кусок пирога.

— Шер сказала, что вы говорили про Л’Эшаль

— В том числе, — кивнул Тоби, словно и не слышал колкости, сквозившей в моем голосе.

Я сунула пирог в рот, лишь бы не сказать вертевшееся на языке. Но стоило дожевать, как вопрос тут же сорвался.

— А мне ты не собирался сказать?

Молчи. Молчи. Молчи. С чего бы ему вообще отчитываться?

— Мне нужен доступ к библиотеке.

Я нахмурилась, сразу растеряв все недовольство.

— А разве?..

— К другой, — тут же пояснил Тоби — Там хранят редкие экземпляры. Пришлось перевестись, чтобы каждый раз не делать запрос.

Тоби взял чашку. Я глянула на кусок пирога, к которому он еще не притронулся. Покусала губу, ожидая, но он, сделав пару глотков, так и не приступил к десерту.

Вместо этого вдруг потянулся к карману и выложил на стол часы.

Мне потребовалась пара секунд, чтобы осознать, что его запястье пустовало, а я даже не обратила на это внимания. Отчего-то к горлу подступила паника, напомнившая, что каждый раз, когда Тоби снимал часы, происходило нечто странное.

— С них убрали несколько звеньев, так что должны подойти, — сказал он и продвинул их по столу. Я непонимающе смотрела то на часы, то на Тоби, ожидая пояснений. — Адрия сказала, что у тебя были проблемы.

— Твои часы… блокируют магию. — Это был не вопрос. Я уже думала об этом, но так ни разу и не рискнула спросить напрямую.

В академии мне все казалось, что была какая-то закономерность в том, когда Тоби снимал часы, но я никак не могла понять, с чем это связано. Если они блокируют магию, то зачем ее скрывать? Я чувствовала, что близка к ответу, но он каждый раз ускользал от меня, словно нарочно не позволяя найти разгадку.

А теперь все внезапно сложилось, и я заглянула в глаза Тоби.

— Зачем блокировать магию иллюзий?

— Незачем, — согласился он.

Сердце застучало быстрее. Я сама не заметила, как вновь разволновалась. Почему-то мне было страшно высказывать новое предположение, словно стоило озвучить его, и Тоби тут же подорвался бы с места и заявил, что все это время именно он убивал людей, а теперь убьет и меня за то, что я узнала его секрет.

— Значит… — сказал Тоби, будто наоборот отчаянно желая быть разоблаченным.

— Магия восприятия, — выдохнула я.

И за этим ничего не последовало. Ни злости, ни радости, ни согласия, ни даже кивка. Он продолжал смотреть мне в глаза, ожидая чего-то еще, но я не понимала, что могла сказать. Какой вывод должна была сделать.

— Она позволяет создавать более реальные иллюзии, — припомнила я то, что читала про магию восприятия. Но и этого не хватило, чтобы Тоби ожил. Он замер точно статуя, продолжая смотреть на меня лишь изредка моргая. Мысли путались, все прочитанное в той книге смешалось в огромный липкий ком. Не в силах больше выдерживать внимательный взгляд, я сдалась. — Что ты хочешь услышать?

— Ничего. — Его губы изогнулись в печальной полуулыбке, и он кивнул на часы. — Примерь. Если не подойдет, можно переделать.

Когда я потянулась к часам, Тоби вдруг резко подался вперед. Я интуитивно отдернула руку и отпрянула. Но Тоби лишь коснулся металлического ремешка.

— Чтобы расстегнуть, нужно нажать на кнопки с обеих сторон, — сказал Тоби, демонстрируя механизм, а потом продвинул часы ближе ко мне и отклонился на спинку стула. — Надевай всегда, когда куда-то идешь.

— Значит, с ними аллиродетекторы не будут реагировать?

— Да, и… — Тоби вздохнул, — на самом деле, дома тоже лучше не снимай.

— Почему?

Меня не отпускала мысль, что мне не показалось, и изначально Тоби потянулся вовсе не к часам… Но отчего-то, чем отчаяннее я пыталась найти хоть одно логичное объяснение, тем отчетливее казалось, будто в моей голове расползался липкий туман, скрывающий истину.

— Они блокируют чужое воздействие. На случай, если… — Тоби запнулся и отвел взгляд. — Если что-то случится.

Я коснулась холодного металла. Напряжение схлынуло, точно его и не существовало вовсе. Надев часы на запястье, я защелкнула застежку. Сели почти идеально.

— Вряд ли спасут от перерезанного горла или пули в лоб, — пробормотала я, припоминая методы Рейнара, но мысленно отметила, что нужно будет снова вернуться к тем исследованиям по магии восприятия.

— Не спасут, — согласился Тоби. — Поэтому чем раньше ты вернешь Джейдену магию, тем лучше.

— Ты говорил, что знаешь, как можно передать ее. — Тоби нахмурился, точно не понимал, о чем я. — Когда мы были у тебя дома. После взрыва на фестивале…

Он перевел взгляд в окно и какое-то время молчал, точно и не собирался отвечать, но в итоге сдавленно пробормотал:

— Вряд ли получится.

— Если ты не уверен, это еще не значит…

— Ты любишь Джейдена?

— Ч-что? — выпалила я, уже сомневаясь, что верно расслышала.

— Если нет, то не получится.

Я вспомнила, что Тоби и в прошлый раз говорил, что для этого способа нужна близкая связь с человеком. Семейные узы, любовь…

Могла ли я полюбить Джейдена? Какую-то роль в моей жизни он определенно играл, я уже даже привыкла к его выходкам и отвратительному характеру, но… можно ли заставить себя полюбить его? Как человека? Как друга? Как члена семьи? Сойдет ли за любовь, если я смогу привязаться к нему, как к надоедливому домашнему питомцу?

— Какая именно любовь нужна? — все-таки уточнила я.

У Тоби вырвался смешок. Настолько резкий, что по коже пробежали мурашки.

— Та, про которую не задают уточняющих вопросов.

Значит, полюбить Джейдена, как вредного кота, — не выход…

Я вздохнула.

— И больше никаких вариантов?

— Я ищу. Но информации слишком мало.

— Может, все-таки… сходить к мистеру Барри?

В первый же день, когда Тоби пришел с рыбным пирогом, мы обсуждали все возможные способы, которых практически не было. Те несколько идей, что у нас возникли, были сразу отвергнуты, а на мое предложение обратиться к кому-то, кто действительно разбирается в ритуалах, ни Тоби, ни Джейден не согласились. Хотя мы знали лишь одного человека, который мог помочь. Но я и сама не особо ждала встречи с ним.

А теперь Тоби внезапно кивнул и тут же направился к выходу.

— Нужно сказать Джейдену, — опомнилась я у порога.

— Потерпит, — отрезал Тоби и вышел из квартиры.

Глава 4

Наблюдать за лесом из окна автобуса казалось уже настолько привычным, что я легко могла представить, будто мы с Тоби возвращаемся в академию из библиотеки или после прогулки по городу, чтобы завтра пойти на учебу. Мне вновь пришлось бы думать о том, как сдать ритуалы или не раскрыть себя на занятиях по практической магии. Что-то выдумывать, лгать.

А теперь во лжи смысла не было. По крайней мере, с Тоби.

По крайней мере, с моей стороны…

— А у тебя не будет проблем? — спросила я, не отрываясь от окна. — Без часов.

Я коснулась застежки и провела по металлическому ремешку, цепляясь ногтем за звенья.

— В ближайшее время я буду только дома и в Л’Эшаль.

— Но… там тоже детекторы.

— У меня есть ключи от запасного входа.

Я обернулась к Тоби, встретившись с его взглядом. Почему у него на любую проблема всегда находилось такое простое и банальное решение?

— В Абендорме тоже детекторы поставили, — сказала я в надежде, что хоть этим смогу завести его в тупик. — Как собираешься пройти?

— Увидишь, — внезапно улыбнулся он.

Стоило нам выйти из автобуса, как я принялась осматривать забор в поисках лазейки. Но Тоби направился прямиком к пропускному пункту. Войдя в небольшую кабинку, он как ни в чем не бывало поздоровался с охранником, и, не выпуская его из виду, прошел через раму детектора.

В ту же секунду лампочка на верхней панели вспыхнула и начала мигать, разнося уже знакомый мне оглушительный писк. Я заткнула уши, пораженно глядя на Тоби, но он все еще не сводил глаз с охранника, который… будто ничего не слышал. Лишь поднял руку и нажал на кнопку.

Звук прекратился.

Ничего не понимая, я быстро пробежала детектор, успев уловить заигравшую на губах Тоби улыбку, прежде чем он развернулся и быстрым шагом направился по тропинке.

— Ты создал какую-то иллюзию? — спросила я, нагоняя его.

— Не совсем. Чуть позже объясню.

А я только понадеялась, что на этом с недомолвками покончено…

Обогнув академию, мы прошли по насыпной тропинке мимо павильонов и направились к домикам преподавателей. Сад камней слева от них навевал воспоминания. Да и все вокруг — каждое место — отзывалось в груди теплым, но в то же время невыносимо тревожным эхом.

Тоби постучал в знакомую дверь дома мистера Барри, а я стояла рядом, переминаясь с ноги на ногу, и боялась встречи с ним.

На слушании по его делу мы не пересекались, я давала показания лишь блюстителям, но рассказала обо всем. О том, что он знал, что я ниим, но никому не сообщил об этом, хоть и должен был. О том, что он использовал на мне Хейруви, хоть это и не запрещено в отношении ниимов, но я все же была его студенткой… И даже о его болезни, хоть я и не была уверена, что это можно как-то использовать против него.

В общем, я сдала мистера Барри с потрохами и теперь ужасно нервничала. А то, что он долго не открывал, лишь оттягивало момент и усиливало мою тревогу.

Тоби постучал снова. И снова, но в этот раз громче. А потом совсем отчаянно еще погодя.

Но мистера Барри, судя по всему, попросту не было дома.

— Может, в другой раз придем? — предложила я, глядя на то, как секундная стрелка наручных часов наворачивает очередной круг.

А лучше никогда.

— Нет. Подождем.

Я вздохнула и прижалась спиной к стене возле двери. Сегодня тумана над лесом не было, верхушки деревьев лишь мерно покачивались под слабыми порывами ветра.

— Почему мистер Барри вообще все еще здесь? Я думала, что ему предъявят обвинения и отправят в тюрьму как минимум за сокрытие ниима.

— Отец Маркуса вступился за него. Вроде как смог все замять.

— Хорошо быть Робертом Эрдсхолом, — пробормотала я и вздохнула. — Переживаешь за Маркуса?

— Нет, — ответил Тоби слишком резко и холодно. Я окинула его непонимающим взглядом.

— Шер говорила про сгусток в его мозге? — На это Тоби лишь промычал что-то неразборчивое. — Есть идеи? Зачем Рейнару вообще вкладывать сгусток в его голову? Понял, что не смог убить и решил сделать так, чтобы он никогда не очнулся? Тоби?

Все это время он не двигался с места, глядя на дверь, будто до сих пор ждал, что мистер Барри вот-вот откроет.

— С ним все будет нормально, — напряженно сказал Тоби.

Ответил так же, как Адрия.

И от этого только больше казалось, что все совсем не нормально…

— Раз уж мы ждем… — пробормотала я, решив сменить тему. — Не расскажешь, что сделал с охранником? И как вообще магия восприятия работает?

Тоби еще раз постучал, но в доме было все так же тихо. Прислонившись к стене по другую сторону двери, он посмотрел на лес.

— Нетрудно догадаться, что магию восприятия назвали именно так, потому что влияет она непосредственно на восприятие, — тоном рассудительного преподавателя проговорил Тоби. — Визуальное, слуховое, тактильное… Стандартные иллюзии просто возникают в пространстве, я же могу внушить нужный образ конкретному человеку. Например, убедить охранника, что он не слышит подозрительный звук, или заставить его выключить аллиродетектор, не задаваясь лишними вопросами.

— И ты можешь внушить что угодно любому?

— Тебе сейчас не смогу, — Тоби кивнул на часы на моей руке. — Титан мешает воздействию. А так, да. Но мне нужен зрительный контакт.

— И видит все это лишь тот, кому ты внушаешь?

— Видит, слышит, чувствует… Один или несколько — неважно, главное, чтобы они были в поле зрения. Хотя, если несколько, а образы разные — будет сложновато.

— То есть… — я замолкла, пытаясь представить. — Ты создаешь иллюзию прямо в сознании человека?

— Вроде того, — сказал Тоби и повернулся ко мне. — Только прошу, никому не говори об этом. Если кто-то узнает, слухи быстро разнесутся и… будет много проблем.

— Ладно.

Не то чтобы я хотела кому-то рассказывать…

— Даже Шер.

— Я поняла.

Часы намекали, что прошло по меньшей мере десять минут, а мистера Барри все еще не было. В груди неприятно саднило от лезущих в голову мыслей и новых догадок. Я глубоко вздохнула и, оттолкнувшись от стены, встала перед Тоби.

— Что ты мне внушал?

Он моргнул. Его взгляд растерянно метался по моему лицу, словно выискивая на нем что-то.

— Я ведь только что сказал, что часы…

— Нет, я про другое. Я помню, как ты снимал их. На вечеринке, в парке…

Он отвел взгляд и, вмиг посерьезнев, сказал:

— Элис, давай не сейчас.

— И да, в ЦИОРМе тоже. Ты снял их, а потом… Что ты сделал? — Тут же вспомнив то странное чувство, внезапно нахлынувшее на меня перед сканированием, я вспыхнула. — Заставил обнять тебя?

На последнем вопросе лицо Тоби дрогнуло. Он посмотрел на меня с сожалением и почти прошептал:

— Я никогда ни к чему тебя не принуждал.

Сладковатый запах ударил в ноздри. Осознав, что погорячилась, я отступила и тут же наткнулась спиной на человека, оказавшегося позади. Нос защипало от смеси ароматов, перекрывавших запах смерти, и я поспешно отскочила от мистера Барри.

— Какая честь, — пробормотал он, выдавив кривую улыбку. — Любимые студенты явились.

Не получив ни от меня, ни от Тоби ответного приветствия, мистер Барри открыл дверь и пропустил нас в прихожую.

Телефон завибрировал, но я сбросила. Даже проверять не нужно было, чтобы понять, что звонил Джейден. Следом полетели уведомления.

Тоби проследовал за мистером Барри в гостиную, а я остановилась в коридоре и все же проверила сообщения.

«Ты охренела?»

«Свалила непонятно куда и не отвечаешь!»

«Мы же договаривались!»

«Знаешь, как мне херово?!»

«Я серьезно!»

«Где ты?»

С кухни уже доносились голоса, а Джейден продолжал:

«Ответь».

«Я по-хорошему прошу».

«А могу по-плохому».

«Если не ответишь, точно будет по-плохому».

«Ты еще не видела меня в гневе».

Они приходили так быстро, что я непроизвольно пробегала по ним глазами, каждый раз планируя заблокировать экран и отключить уведомления, но вновь отвлекалась на новое сообщение.

«Наказание будет страшным».

«Я уже даже придумал, каким именно».

«Тебе не понравится».

«Или понравится…»

«Если понравится, можем потом повторить».

Я представила выражение лица Джейдена и закатила глаза.

«Серьезно, ты жива там, нет?»

«А то вдруг тебя Рейнар уже убивает, и надо блюстителей вызвать»

«Прием».

Я быстро набрала короткое: «жива», отключила телефон и прошла на кухню. Мистер Барри перевел внимание на меня и тут же замолк, словно у них была какая-то беседа, не предназначенная для моих ушей.

Квартира в этот раз выглядела совсем иначе. Тут и там валялись разбросанные вещи, кухня едва ли виднелась под коробками и пакетами из доставки еды и пустыми бутылками, пыли на поверхностях скопилось столько, что при желании можно было слепить небольшого снеговика. Единственное растение уныло расползлось по подоконнику и пожелтело.

Перед глазами замелькали воспоминания о последних неделях, когда маме было совсем уж плохо. Я сглотнула, отмахиваясь от них, иначе могла бы ненароком начать сочувствовать мистеру Барри. А я все еще не была уверена, что он этого заслуживал.

— Если мисс Уэйланд соизволит объяснить, где взяла знак, то, так и быть, я попробую помочь.

От тона мистера Барри все сочувствие мигом испарилось, и теперь мне хотелось лишь развернуться и уйти. Но пришлось запихнуть свою гордость куда подальше. Если он готов был предложить хоть какую-то помощь, не стоило от нее отказываться.

— Знак показала мне мама, — сказала я, стараясь не выдать раздражение. — Она хотела, чтобы я забрала магию Джейдена. Вернее, изначально она показала мне другой знак, но я его исправила.

— Не исправили, а изменили, — тут же отозвался мистер Барри, подходя к небольшому комоду. Он открыл верхний ящик и достал из него блокнот. — Исправить можно только неверный знак. — Он выразительно приподнял брови, пролистав страницы до той, на которой красовались выведенные моей рукой линии, и ткнул в них пальцем. — Например, этот.

— Как вы…

— Я не идиот, мисс Уэйланд. И уже говорил, что ваши ошибки излишне выверенные.

Значит, он уже тогда знал, что я обманула его, но все равно рассказал, как завершить ритуал? Не скажи он этого, возможно, я уже была бы мертва…

Мистер Барри глухо постучал пальцами по пустой странице.

— Рисуйте настоящий Айверро и измененный знак. Посмотрим, что можно сделать.

Он пересек кухню и скрылся в соседней комнате. Я перевела взгляд на Тоби, который все это время неприметно стоял возле окна, но он лишь отстранено кивнул. Не знаю, что именно они обсуждали, пока я не пришла, но это явно испортило ему настроение. Или…

Сирх.

Я вспомнила о своем предположении — практически обвинении — и поскорее схватилась за блокнот, чтобы не продолжать грызть себя за необдуманные слова.

Восстановить знаки труда не составило — слишком уж хорошо их помнила. Едва я закончила выводить линии, как на кухонный стол с грохотом опустился тренировочный манекен. Мистер Барри жестом пригласил меня ближе и протянул перо, но Тоби перехватил его прежде, чем я успела подойти.

Точно. На мне ведь часы, которые блокируют магию.

К счастью, мистер Барри замену никак не прокомментировал.

— Есть еще, — сказала я, когда Тоби перенес мамин знак и принялся за измененный. — Они зеркальные. Чтобы не забрать, а передать магию. Мы думали попробовать воспользоваться им в первый же день, но Тоби сказал, что не выйдет.

Ведь тогда нити магии спутаются и затянутся, связав нас с Джейденом еще сильнее…

— И не вздумайте пробовать, — строго сказал мистер Барри. — Действие одного знака перекроет обратным, и, столкнувшись, они начнут противоречить друг другу. Все равно что тянуть канат в разные стороны.

… или вовсе оборвутся.

Пока знаки еще слабо сияли на искусственной коже тренировочного манекена, мистер Барри не прекращал записывать что-то в блокнот, постоянно поглядывая на линии то под одним, то под другим углом, используя специальное увеличительное стекло с желтоватым отливом. Затем поджег небольшой конус из сандалового дерева и положил на грудь манекена. Дым стелился по кукольному телу, подсвечивая мелкие частицы магии, скопившиеся на чернилах, и стекал вниз тонкими водопадами.

— Слишком странное написание. — Мистер Барри нахмурился, глядя в блокнот, и устало потер глаза. — В измененном все понятно, вы просто добавили линии из стандартного договора займа, хотя решение интересное. — Он мягко улыбнулся, глянув на меня. — Чувствуется влияние матери.

Он, что… похвалил меня?!

В прошлый раз, когда я просила его о помощи с завершением ритуала, он тоже странным образом изменился. И тут меня посетила мысль, которая могла бы все объяснить.

— Вы ее знали?

Уже успев погрузиться в записи, мистер Барри снова взглянул на меня, но на этот раз с некой озадаченностью.

— Агнес все знали, — сказал он так, словно это было прописной истиной. — В наших кругах. Хоть и не в лучшем смысле, но… ее упорству можно было позавидовать. — На секунду на его лице скользнула тень улыбки, но тут же померкла, и он постучал задней стороной ручки по одному из знаков. — Проблема в самом Айверро. Он… нелогичный. Линии собраны из разных знаков, но в них нет никакого смысла. Похоже на стихийное возникновение. Нечто импульсивное, будто линии срочно необходимо было наделить силой, но какие именно — не имело значения.

— Нет вариантов решения? — подал наконец голос Тоби.

— Могу только предположить по измененному знаку, что он действует все по тому же отложенному принципу: вы берете магию в долг, а заимодатель в любой момент может расторгнуть ваш договор и потребовать ее обратно.

— То есть, нужно перечеркнуть кровью возникший на его теле знак? Но Джейден был без сознания и не мог запомнить, где он появился…

— И у него нет магии, — добавил Тоби.

— В этом и проблема знаков, возникших стихийно. В моменте никто не задумывается о таких мелочах. — Мистер Барри захлопнул блокнот. — Больше ничем не могу помочь.

Очевидно, решив, что беседа завершена, он унес манекен в другую комнату и открыл кухонный шкафчик, что-то выискивая, словно нас уже и не было в его доме.

— Но… что тогда мне делать? — спросила я, все еще надеясь, что мистер Барри о чем-то умолчал.

— Радоваться, что у вас появилась магия, мисс Уэйланд, — сказал он, вытянув из ящика бутылку крепкого алкоголя: — Хотя есть еще пара вариантов.

Так и знала!

Я подалась навстречу, жаждая их услышать.

— Если основываться на стандартных договорах займа, — мистер Барри заполнил граненый стакан темной жидкостью, — ваш долг будет автоматически аннулирован сразу после вашей смерти. Скорее всего, в таком случае магия тут же вернется к первоначальному владельцу.

Живот свело, и я поморщилась. Мистер Барри улыбнулся, явно довольный произведенным эффектом.

— Думаю, нам пора, — сказал Тоби, потянув меня к выходу.

— Мистер Хоффман, — позвал мистер Барри, сделав пару глотков. — Оставьте свой номер. Вдруг удастся что-то узнать.

Тоби явно с сомнением, но все же подошел к столу и быстро записал цифры. Задумавшись на секунду, он поднял голову и протянул мистеру Барри руку.

— Буду очень признателен.

Мистер Барри покосился на протянутую руку, но все же пожал ее. Они замерли, словно застыли на несколько долгих секунд, но, когда я моргнула, вновь ожили, будто ничего странного и не случилось.

А потом мистер Барри стал так отчаянно кашлять, что я испугалась, что он задохнется и замертво упадет прямо на наших глазах. Тоби резко оказался возле меня и, подхватив под руку, потянул к выходу, будто мы были в опасности.

— Подождите, — пролепетала я, вырываясь из чересчур крепкой хватки. — Вы сказали, что у вас есть пара вариантов.

Прочистив горло, мистер Барри залпом осушил стакан и хрипло сказал:

— Второй — не больше, чем сказка.

— Вы говорили, что и Айверро — выдумка.

— Элис, идем, — раздраженно сказал Тоби из коридора. — Я уже говорил сегодня о нем.

Значит, без вариантов…

Бросив короткий взгляд на все еще бледного мистера Барри, я направилась следом за Тоби. Он вышел из дома и слишком быстро направился дальше, пересекая пространство такими широкими шагами, что я едва поспевала за ним. В его выпрямленной спине, в каждом движении отчетливо прослеживалось напряжение и плохо скрываемый гнев.

Я знала. Что-то определенно произошло в те короткие секунды, когда они замерли.

— Что ты сделал? — спросила я, запыхавшись, но нагнав наконец Тоби. — Когда пожал ему руку. Ты что-то сделал, да?

— Ты теперь в каждом моем действии будешь искать подвох?

Он даже не пытался скрыть раздражение, и это только сильнее злило.

— Да. Пока не скажешь, зачем снимал часы!

Тоби вдруг остановился. Так резко, что я случайно прошла несколько лишних шагов, и мне пришлось обернуться. Я собиралась высказать все, что во мне накопилось за месяцы его бесконечной лжи и утаек, добавив парочку колких фраз, но внезапно растерялась, не найдя в его лице ни единой знакомой черты. Я даже не могла разобрать, что именно оно выражало.

Боль? Разочарование? Обиду? Тоску? Гнев? Отчаяние?

Словно все разом выплеснулось на него, исказив до неузнаваемости.

— Тогда не буду мешать, — сухо сказал он.

И пошел дальше.

Завидев нас, охранник поднялся со стула и открыл было рот, но тут же захлопнул его и повалился обратно, стоило Тоби взглянуть на него. Аллиродетектор завизжал, но Тоби лишь прошел мимо и направился к остановке.

— Судя по звукам, вы ограбили банк, не меньше, — усмехнулся Джейден, заглянув в кабинку.

Я посмотрела на мигающую лампочку, разносящую пронзительный писк и на охранника, распластавшегося на стуле без чувств. Быстро шагнула ближе и неуверенно ткнула в кнопку. Звук прекратился.

По ту сторону ворот Джейден стоял, прислонившись спиной к забору и докуривал сигарету.

— Ты… откуда здесь вообще? — пробормотала я, уже не разбирая, от чего растерялась сильнее: от поведения Тоби, орущего детектора, отключившегося охранника или внезапного появления Джейдена.

— Шел прямиком по твоему следу, — хмыкнул он и ткнул себя по носу. — У меня ж нюх на мою магию, забыла?

— Почему тогда не зашел?..

— Не-не-не, я туда больше ни ногой. А то мало ли, засосет еще лет на пять. — Джейден выбросил окурок и кивнул в сторону Тоби, замершего на остановке в ожидании автобуса. — Ты че с ним сделала? Нервный какой-то.

— Ничего я не делала, — буркнула я.

Джейден закатил глаза.

— А Барри что сказал? Вы же к нему ходили, да?

Я вспыхнула еще сильнее.

— Что единственный вариант — убить меня!

— О! — обрадовался Джейден. — Я хотел предложить, но думал, ты не согласишься. Сегодня, кстати, и дата неплохая. Хорошо будет смотреться на надгробье. — Он подмигнул. — Не переживай, я все оплачу.

— А ты чего такой довольный?

— Меня в больничку взяли.

— В больничку?

— Ага, — просиял Джейден. — Учиться. Адрия договорилась, правда, пока без практики, но смогу сконцентрироваться на теории. А как вернешь магию, все наверстаю.

Оптимистичный Джейден, жаждущий учиться, — это что-то новенькое…

Я посмотрела на него и прищурилась, пытаясь догадаться, в чем подвох. Однако подъехавший автобус отвлек меня. Тоби сразу прошел в самый конец и подсел к незнакомцу, явно намекая, что общаться не намерен. А стоило нам добраться до города, как он тут же скрылся из виду. Так что пришлось возвращаться домой в компании Джейдена под его непрекращающийся рассказ об учебе.

— Ты прикинь, сколько проблем можно будет решить с телеской, — добавил Джейден, стоило нам оказаться дома. — Любая операция пройдет в пять раз быстрее.

— Что-то не замечала у тебя раньше такой тяги помогать людям.

Джейден насупился.

— Ну а что плохого в желании быть полезным?

— Скорее уж потешить свое эго, мол «смотрите, какой я незаменимый!», — изобразила я его самодовольный тон, на что Джейден лишь сунул сигарету в рот и щелкнул зажигалкой. — Эй! Я просила не курить здесь.

Он выдохнул дым в мою сторону и ушел в мамину спальню, захлопнув за собой дверь, а я направилась прибираться на кухне.

Пирог Тоби так и остался нетронутым.

Глава 5

25 октября, пятница

Утром Джейден, как и обычно, занял ванную ровно в тот момент, когда я проснулась и собиралась принять душ. Так что пришлось начать день с готовки. В голову лезли неприятные мысли: о разговоре с Тоби, о их с мистером Барри странном рукопожатии, о безвыходности моей ситуации.

Я сама не заметила, как провалилась в этот поток и уже вспоминала о Рейнаре и о мистере Карвере. О коротком выстреле, оборвавшем его жизнь. Так просто. Всего миг, и человек — да, возможно, не самый хороший — уже мертв. Секунда, делящая все на до и после, заставляющая вновь и вновь возвращаться туда и до тупой боли в груди вертеть бесполезное «а что, если бы?..». А потом проваливаться еще глубже, размышляя: что заставило его так поступить? Была ли причина обманывать маленькую девочку и лишать ее магии? Не будь он ниимом, наверняка, ему не пришлось бы идти на такой шаг. Значит, именно это всему виной? Разделение? Угнетение? Неравенство?

Ощутив горький запах, я опомнилась и схватила лопатку, но омлет уже подгорел.

В ванной включился фен. Странно. Я нахмурилась, пытаясь припомнить хоть раз, когда Джейден им пользовался. Обычно ходил по дому с мокрой головой, попутно потряхивая волосами, точно собака, с явным желанием забрызгать все вокруг, чтобы лишний раз меня позлить. А тут решил высушить? Да еще и так долго… Слишком странно.

Отставив тарелку с омлетом, я направилась к ванной, но не успела дойти до нее, как фен выключился, и дверь распахнулась, являя мне… вовсе не Джейдена. А приятную стройную девушку чуть ниже меня с миловидным лицом и россыпью бледных веснушек на носу. Придерживая неплотно запахнутый халат, она окинула меня взглядом с головы до ног, точно оценивала.

— Ты… — пробормотала я, совсем растерявшись. — Что здесь делаешь?

— Мылась, — беззаботно ответила она, проходя мимо.

— Это я поняла, но… почему ты мылась в моей квартире?

— А… — Она уже потянулась к двери маминой спальни, но обернулась. — Джейден сказал, что ты не будешь против.

Я втянула воздух, наполненный ароматом моего шампуня с лавандой, и постучала в дверь прежде, чем она успела ее открыть. Девушка отступила, позволяя мне постучать снова, и ожидала, снисходительно глядя на меня.

Джейден не открывал, и лишь когда я постучала в третий раз, рядом раздалось:

— Его там нет.

— Как это нет?

Она пожала плечами.

— Он на занятиях.

— Он, что… просто впустил тебя и ушел?

— Еще проще, — улыбнулась девушка. — Он дал мне ключи. — Должно быть, после этих слов на моем лице отразились все эмоции, потому что она удивленно приподняла брови. — Это проблема?

— Еще какая! — Я прижалась спиной к двери, скрестив руки на груди и преграждая ей путь. — Так что выметайся отсюда. И халат мой снимай!

Девушка хлопнула глазами и почему-то расплылась в улыбке, не сдержав едва слышный смешок.

— Да без проблем. — Она распахнула халат и, позволив ему легко соскользнуть на пол, обворожительно улыбнулась, кивнув в сторону коридора. — Мне такпо улице идти или все же пустишь за одеждой?

В конец растерявшись, да еще и смутившись до красноты на щеках, я спешно отступила и скрылась в ванной под звонкий смех блондинки.

Холодная вода хоть и не полностью, но смыла с меня смесь стыда и гнева, после чего, глубоко вдохнув, я вышла в гостиную. Девушка еще не ушла, но уже стояла в коридоре быстро набирая текст на телефоне. К счастью, она была одета — и вполне прилично: кажется, именно на такое пальто цвета слоновой кости Шер не так давно пускала слюнки перед одним из брендовых магазинов; да и сапоги явно стоили не меньше среднестатистической месячной зарплаты.

Она обернулась, словно только меня и дожидалась, и демонстративно положила ключи на комод возле двери.

— До встречи, Элис, — с улыбкой сказала она, махнув мне рукой. — Приятно было поболтать.

Стоило ей выйти, как я сразу закрыла дверь на все обороты. А потом, фыркнув, забрала с пола свой халат и бросила его в стирку, после чего немного успокоившись, вернулась к остывшему завтраку.

Джейден заявился ближе к обеду, развалился на диване, точно ничего и не произошло, и даже не реагировал на мои взгляды полные ненависти, уткнувшись в свой телефон. Халат как раз достирался, и я демонстративно унесла его в свою комнату, чтобы больше ни одна внезапно оказавшаяся в моей квартире гостья не могла им воспользоваться, но и на это Джейден не обратил никакого внимания.

— Мы, кажется, договаривались, — не выдержав, прошипела я. — Если хочешь с кем-то спать, спи на здоровье, но не в этой квартире.

— Чего?

— Я ведь просила не водить сюда своих девушек.

— Чего-о-о? — поразился он, наконец, отвлекшись от телефона.

— Прекрати, а? У нас утром мылась какая-то девица. Сказала, что ты дал ей ключи!

Джейден с явным облегчением усмехнулся.

— Так это ж За́ри.

— Я очень рада, что ты знаешь ее имя, но сути это не меняет.

Джейден какое-то время хлопал глазами, глядя на меня, а потом прыснул. Отложил телефон и поднял со стола неизвестно откуда взявшийся там небольшой мяч. Тихо посмеиваясь, Джейден повертел его в руке и бросил на пол. Мяч отскочил и подлетел вверх прямо в распахнутую ладонь.

— Это еще что?

— Утешительный приз из автомата.

— Серьезно? Я думала, ты на учебе был.

— Был, — пожал плечами Джейден, на его губах все еще играла плохо сдерживаемая ухмылка. — Ты серьезно не знаешь, кто такая Зари?

— Да объясни уже просто!

Он откинулся на спинку дивана и запустил мяч в стену.

— Меня поражают ваши отношения… — Ловко поймав мяч, Джейден подбросил его к потолку. — Зари-и-ин. Зари́н Хоффман — сестра Тоби. Не в курсе, да?

Кажется, он говорил что-то про сестру, но…

— Подожди, ты что, с ней?..

— С ума сошла?! — В очередной раз поймав мяч, Джейден глянул на меня. Я из последних сил сдерживалась, чтобы не выхватить из его рук эту угрожающую безопасности квартиры игрушку. — Ей шестнадцать. Была ночью на какой-то тусовке, а родителям сказала, что у подруги. Мы с ней пересеклись утром, и она попросила пустить ее привести себя в порядок, чтобы не спалили.

— А со мной это обсуждать не нужно?

— Да я думал, она сама тебе объяснит. Но у нее сейчас возраст такой, подростковый бунт и так далее, хочется идти всему наперекор.

— О, и ты ее в этом, конечно же, понимаешь! Нашел родственную душу, да?

— Да иди ты, — огрызнулся Джейден, швырнув мяч в стену.

— Может, хватит?! — не выдержала я. Буркнув что-то, он поймал мяч и насупился. — Вы когда вообще познакомиться успели?

— Да вот буквально вчера и познакомились. Сидели у Тоби, думали, что делать с магией, пока ты развлекалась в участке.

— А это ты откуда знаешь?!

— Ой, а это был секрет? Ну прости, подслушал.

Я окончательно запуталась.

— Что подслушал?

Джейден вздохнул.

— Адрия звонила Тоби, спрашивала про человека, который сделал ему часы. Какой-то там Виктор Далстер, но не суть. Ну вот она попутно и рассказала про твои приключения.

Я пожевала губу, чтобы никак не прокомментировать то, что события моей жизни так просто разлетаются и становятся темой для обсуждений. Джейден в очередной раз бросил мяч, тот отскочил от стены и пролетел в опасной близости от шкафа.

— Аккуратнее! Там же ваза.

— О, это та самая любимая мамина ваза, которую все разбивают в детстве? — усмехнулся он. — А ты попробуй остановить.

— Джейден…

— Давай-давай, пора уже магию пробуждать, хватит ждать. — Он бросил мяч в мою сторону, и я едва успела увернуться. Джейден поймал его, соскочив с дивана и слишком уж оживившись, швырнул в другую стену. Я почти взвыла, когда мяч врезался в стеклянную кухонную дверцу, но это его лишь раззадорило. — Отлично! Теперь будем так регулярно практиковаться, пока твоя магия не проснется.

И снова швырнул в меня мяч.

***

26 октября

Джейден с книгой — все тот же Джейден, но в новой модификации. Вроде как обновленный, но с теми же дефектами в виде грубости, неуместных шуток и, да, засохших чайных пакетиков! Один из них пристыл настолько, что, когда я отодрала его, мелкие частицы все еще остались на поверхности кружки и не отмывались так долго, что мне уже хотелось запустить этой самой кружкой в виновника.

В целом, деньги он мне уже заплатил, хватит их надолго. А проблему с магией можно было решить убийством изначального владельца. Тогда магия по праву стала бы моей. Правда, этот вариант Джейден бы явно не одобрил, но и озвучивать его я не собиралась. Как, впрочем, и осуществлять. Хотя мысли иногда возникали…

Главная проблема все это время заключалась все-таки не в самом факте получения чужой магии, и даже не в том, что Джейден ее чувствовал, — серьезно, пускай страдает и таскается везде за мной, не так уж и страшно, — а в том, что Рейнар обещал вернуться. И что-то подсказывало, что способ, который он придумает, чтобы забрать магию, вряд ли мне понравится…

— Ты куда опять поперлась? — спросил Джейден, не отрываясь от страниц, когда я уже надевала пальто.

Благодаря его вопросу я вспомнила о часах, которые с непривычки постоянно забывала надеть, и направилась в спальню.

— Предлагаешь мне вообще не выходить?

— Нет, — донеслось из гостиной, пока я застегивала часы и включала на телефоне беззвучный режим, чтобы хоть на время оградить себя от его нытья. — Предлагаю сообщать, когда куда-то идешь.

— В магазин, — отчиталась я, вернувшись в коридор, где внезапно оказался Джейден. Он накинул куртку и так стремительно вышел из квартиры, что я растерялась. — А ты-то куда?

— В магазин! — бросил Джейден, уже сбегая по лестнице. Его слова эхом разлетелись по подъезду: — Вдруг опять собьешься с пути.

Нахмурившись, я закрыла квартиру и побежала следом.

— Чего? — спросила я, нагнав его уже на улице. — Собьюсь с пути?

— Ты ж вчера тоже в магазин пошла. И в итоге оказалась в участке. А потом вообще в академии. Кто знает, вдруг сегодня случайно телепортнешься в Лессар, а мне потом — бегай ищи.

— Ха-ха. Очень смешно, — пробормотала я.

— И лучше б ты часы надевала только когда через детекторы проходишь, — сказал Джейден, кивнув на мою руку. — А то ощущения от них… неприятные.

Я подтянула часы выше по запястью — все-таки сидели они не слишком удобно — и задумалась.

— Какие именно?

— Хреновые. Не знаю. Ну типа как… воздуха не хватает, будто придушили.

— Был опыт? — усмехнулась я и тут же вздрогнула, ощутив на шее призрачное пальцы мистера Карвера. Отмахнуться от воспоминания оказалось не так-то просто.

— Не-а. Пока самым необычным и будоражащим опытом была футболка в зубах.

— С радостью там бы ее и оставила!

— Может уже переспим?

— Заткнись.

Он явно развеселился, и это только сильнее раздражало. Вечно недовольным он устраивал меня куда больше. Мы уже почти дошли до торгового центра, в котором меня ждала Шер, и я все надеялась, что в какой-то момент Джейден отвяжется и отправится по своим делам, но, судя по всему, он действительно намеревался пойти с нами.

— А жаль, — наигранно вздохнул он. — Всего одна незабываемая ночь, и магия бы вернулась.

Я вдруг замерла посреди дороги, а Джейден расплылся в довольной улыбке.

— Что, Тоби не сказал? — с наигранным удивлением спросилон. — Ну еще бы. Ему такой вариант явно не по душе.

Не может такого быть. Не может магия передаваться… таким способом!

— Врешь.

Джейден пожал плечами.

— Не веришь, спроси у него сама. Хотя он вряд ли признается.

Я продолжала стоять, пытаясь собрать воедино все, что знала. Тоби говорил, что нужна любовь, но… что, если он просто решил так преподнести этот вариант? Покачав головой и отмахнувшись от мыслей, я прошла мимо Джейдена ко входу в торговый центр и бросила ему короткое:

— Не дождешься.

Глава 6

— Теперь вы не только живете в одной квартире, но и вместе ходите по магазинам, — лукаво почти пропела Шер, склонившись к моему уху, и вручила первое попавшееся пальто.

Джейден в это время с видом сварливой старушки, щупал кофты в мужском отделе. Ранее он уже навел беспорядок на стойке с джинсами: брал их, трогал, прикладывал к себе, а потом отбрасывал в сторону и брался за следующие; в итоге, переворошив почти все, попросту ушел в другую часть отдела.

— Сам увязался за мной. Не знаю, что на него нашло.

— М-м-м, — протянула Шер, осматривая еще одно запримеченное пальто. Она тут же сняла его с вешалки и протянула мне, даже не спросив мое мнение. — А я вот подозреваю…

— Что ты там подозреваешь? — вздохнула я, следуя за ней к следующему рейлу.

— Как же? Вы так часто наедине, в такой тесной квартире, где наверняка вечерами очень холодно и хочется согреться, прижавшись к теплому телу… — с придыханием говорила Шер. — Не поверю, что за эти дни между вами ни разу не промелькнула хоть одна искра.

— Разве что искры из глаз, когда я запустила в него тем мячом, которым он едва не разбил мамину вазу.

— Эли-и-ис. Ну ты так и останешься старой девой! В одного всем швыряешь, другого игнорируешь.

— Скорее уж он игнорирует меня.

Тоби не выходил на связь уже два дня. Джейден по этому поводу не особо переживал, хоть и сказал, что его сообщения тоже оставались непрочитанными. А вот мне в голову уже начинали лезть нехорошие мысли…

— Просто сходи к нему домой, в чем проблема? — тут же нашла решение Шер. — Убедишься, что все в порядке, а заодно и общение наладишь.

Она всунула мне в руки еще два пальто, а потом затолкала в кабинку. Пока я примеряла то одно, то другое, Шер по ту сторону шторки без умолку рассказывала про родителей, прерываясь лишь на «не, это не очень», «хотя нет, то было лучше» и «надень-ка еще раз предыдущее». И в итоге, когда мы сошлись на самом первом варианте, потащила меня к кассе.

— Сегодня, кстати, ночь фейерверков, не забыла? — спросила она, пока мы стояли в очереди.

— Ты же говорила, что не пойдешь.

— Передумала. — Она пожала плечами, а потом вздохнула. — Мама Маркуса сказала, что мне нужно отвлечься. Не знаю, может, я просто ей надоела за эти дни, и она решила меня спровадить… В общем, сегодня не думаем ни о чем плохом и развлекаемся!

Выйдя из отдела, мы оказались у ствола огромного искусственного дерева, тянувшегося ветвями к стеклянному потолку через все три этажа торгового центра. Рядом — у небольшого фонтана — на игровой площадке резвились дети, выкрикивая вымышленные заклинания, которые сливались с другими голосами и музыкой из динамиков в единый гул. С фудкорта едва различимо доносились запахи фритюра и попкорна, из-за которых хотелось поскорее встать под душ, а одежду отправить в стирку.

Джейден стоял возле скамейки и с хмурым видом изучал что-то в телефоне. Стоило нам подойти, как он, подняв голову, напряженно сказал:

— Вчера из участка пропали несколько заключенных.

— Как пропали? Сбежали?

— Если бы. Исчезли. — Джейден ткнул в телефон и повернул к нам экран, демонстрируя мутное видео. — Камеры засняли вот это.

Поначалу в точно такой же комнатке, как та, где держали нас с Шер, ничего не происходило: заключенные бесцельно слонялись по выделенным им небольшим кускам пространства, огражденным решетками, кто-то сидел в углу, некоторые конфликтовали. А затем в секунду комната заполнилась дымом и так же быстро очистилась. На первый взгляд казалось, что ничего особенного и не случилось — помехи на записи или нечто подобное, но я сразу догадалась, что именно произошло.

— Рейнар, да? — уточнила Шер.

Мы с Джейденом одновременно кивнули.

— И угадайте, кто среди пропавших, — продолжил он без капли веселья.

— Миссис Мосс, — тут же сказала я. Даже думать не нужно было.

На пару секунд воцарилось напряженное молчание. Я все еще смотрела на уже остановившуюся запись и пыталась понять, зачем Рейнару понадобилось забирать миссис Мосс. Неужели она настолько важна для его плана? Шер была права, и блюстители ошиблись, не допросив ее как следует? Что вообще задумал Рейнар и…

— Так! — резко сказала Шер, заблокировав телефон Джейдена. — Сегодня у нас развлекательная программа. Не отвлекаемся на плохие мысли!

И потащила нас вглубь торгового центра.

Шер явно нашла в лице Джейдена отличного компаньона для развлечений. Пока они смеялись над всякими неоднозначными и бесполезными безделушками в магазинчике «странных вещей», закупались причудливыми сладостями в виде глаз, червячков и куда более неожиданных объектов, а потом уплетали их по пути к игровым автоматам, я не могла расслабиться. Словно и хотела поддаться этой беззаботной легкости, но не позволяла себе. Только нервно поглядывала на телефон, проверяя, не прочитал ли Тоби сообщения. А потом и вовсе улизнула, когда Шер с Джейденом нашли танцевальный автомат.

Мысли тревожно напоминали: «Рейнар уже начал действовать», «скоро он придет за тобой», «еще немного, и ты вновь окунешься в пучину боли и отчаяния». Он вызволил миссис Мосс из заключения, а значит что-то сдвинулось с мертвой точки. Какой-то механизм уже заработал, и я даже не могла предположить, в какой момент запустится обратный отсчет.

Возможно, он уже начался?

Я надела новое пальто и, ни капли не жалея, выбросила старое в мусорный бак у выхода из торгового центра. Небо затянуло темными тучами, предвещающими приближение не только дождя, но и опасности. Ничто не мешало Рейнару появиться в любой момент. Наверняка ему не составило бы труда найти меня, как он находил всех своих жертв. Рисковала ли я, уходя одна из торгового центра? Скорее всего. Но в то же время, вряд ли присутствие пары десятков охранников могло хоть как-то помочь. Да и ни Шер, ни Джейден не смогли бы никак помешать, если бы на меня напали.

Разве что магия восприятия?..

Мужчина, шедший передо мной, резко шагнул к стене, остальные прохожие поступили так же: кто-то метнулся ближе к проезжей части, кто-то и вовсе перебежал через дорогу. Я отступила в сторону, последовав их примеру, не до конца понимая зачем, но повинуясь инстинкту толпы.

Мимо меня с невероятной скоростью промчался паренек не старше пятнадцати: его разодранная куртка, худое изможденное лицо и отросшие сальные волосы сразу выдавали в нем ниима. Следом за ним бежали двое блюстителей, размахивая дубинками и выкрикивая «а-ну стой!» и «держите!». Только вот ни паренек, ни прохожие не спешили прислушаться. Они лишь молча расступались, чтобы пропустить бегущих, и продолжали свой путь, а паренек все бежал и бежал, пока не скрылся за поворотом. Я проводила взглядом блюстителей, пока и они не исчезли из виду. Стало даже любопытно, как долго они будут безуспешно пытаться угнаться за хоть и истощенным, но куда более выносливым взращенным улицей ниимом?

А еще очень и очень горько.

Стал бы мир лучше, если бы магию разделили поровну?

Вновь провалившись в раздумья, я сама не заметила, как оказалась возле дома Тоби и, помявшись у порога, нерешительно постучала в дверь. Но тут же пожалела о содеянном, ведь открыть могла как Зарин, с которой мы вчера не лучшим образом познакомились, так и Дина, которая все еще вызывала во мне смесь противоречивых чувств. Или вообще кто-то из родителей Тоби, с которыми мне совершенно не хотелось пересекаться.

Но все оказалось куда хуже.

На пороге стоял Рафаэль, о котором я успела позабыть. А теперь от воспоминаний о случившемся в кладовке, в груди медленно расползался липкий страх.

— Элис, да? — весьма дружелюбно и даже немного растерянно спросил он, возможно, увидев тревогу на моем лице. — Ты к Тоби?

— Да…

— Он вроде в Л’Эшаль.

— А, хорошо, — пробормотала я, уже жалея, что вообще пришла. — С ним… все в порядке?

Отвечать Рафаэль не спешил, задумчиво покусал губу и, придержав дверь ногой, потянулся к вешалке.

— Ты хотела с ним встретиться, да? Можем вместе дойти, как раз хотел прогуляться. — Он застегнул куртку, небрежно накинул на плечи шарф и, не дожидаясь моего согласия, вышел из дома. — По пути расскажу.

Пока мы шли по парку, я чувствовала себя невероятно неловко. К счастью, до Л’Эшаль дорога занимала не больше десяти минут, но я уже предвкушала, как за такое короткое время успею свести себя с ума, ожидая, что в любой момент все может вновь пойти наперекосяк. Рафаэль спросит про Абендорм, вспомнит Камиллу, вновь вцепится в меня, словно я едва ли не причастна к ее смерти. Или выкинет что-то еще более неожиданное и странное!

— Слушай, — неуверенно сказал он. — Извини за прошлый раз… Мы, кажется, познакомились не лучшим образом. Честно говоря, я плохо помню, у меня такое иногда бывает…

— Все в порядке, — быстро сказала я. От его слов сразу стало чуточку легче. Значит, не я одна чувствовала себя некомфортно, вот только развивать тему совсем не хотелось. — Так что там с Тоби?

— Да странный он какой-то в последнее время. Он, конечно, всегда странный, но… — Рафаэль на секунду замялся и покачал головой, нервно усмехнувшись. — Не пойми неправильно, он нормальный, это я просто как старший брат говорю. Тоби иногда, как бы это сказать… слегка зацикливается на чем-то и… в общем, не отступит, пока не добьется своего. И это вполне в его духе, но в последние дни он как будто совсем с катушек слетел.

Рафаэль внезапно замолк. Мне казалось, что он не хотел продолжать или вовсе думал о том, что зря поделился.

— Может, расскажешь подробнее? — предложила я, но он задумчиво глядел на проезжавшие машины. — Я тоже переживаю за него.

— Да, понимаю. На самом деле, я просто не знаю, вряд ли он бы хотел, чтобы я рассказывал тебе о его проблемах, но… Думаю, лучше, чтобы его девушка знала.

— Но я не…

— А. Ой, прошу прощения. Ты не подумай, Тоби ничего такого не говорил, это просто я не так понял.

— Но я в любом случае переживаю за него, так что… может, расскажешь?

Здание Л’Эшаль уже виднелось за деревьями, когда Рафаэль наконец заговорил, да еще и так быстро, словно пытался успеть рассказать все, что хотел, прежде чем мы дойдем.

— Для начала, он почти не появляется дома. Сидит в Л’Эшаль вплоть до закрытия и с самого утра уходит туда же. На вопросы не отвечает, так что остается лишь гадать, что за тема его так увлекла. Но это еще ладно, такое периодически бывает, когда что-то поглощает его с головой, но сейчас… я начинаю побаиваться, что он ввязался во что-то серьезное и, возможно, даже опасное. Сегодня вот: я проснулся посреди ночи, спустился на кухню воды попить, а он как раз вернулся. Где был — не отвечает. А сам весь в грязи перемазан, словно яму копал. Я хотел отшутиться, разрядить обстановку, спросил, не убил ли он кого, а он на меня так посмотрел, что мне аж стало не по себе.

— И ничего не сказал?

— Сказал. Попросил не вмешиваться. Так что… ты попробуй поговорить с ним, если получится. Может, хотя бы тебе расскажет.

Тем временем мы уже подошли к зданию Л’Эшаль, на площади перед которым вовсю шла подготовка к мероприятию. Тут и там возвели небольшие палатки, украсили сцену, все оградили. Я немного отстала от Рафаэля, чтобы надеть часы, но только нагнав его, поняла, что на входе не было аллиродетектора. Странно… Еще не успели поставить? Хотя народу собралось уже немало, да и разве о подобном не стоит позаботиться заранее? Решили, что обойдутся без них и ночь фейерверков не самый подходящий праздник для злоумышленников? Или блюстители совсем потеряли бдительность из-за участившихся преступлений и позабыли о банальных правилах безопасности?

Часы я все-таки сняла. Лишь бы Джейден не ныл. На удивление, за то время, пока я гуляла, не пришло ни одного сообщения. Возможно, настолько отвлекся на увеселительные мероприятия? В таком случае, нужно почаще сдавать его Шер. На перевоспитание.

Но радость моя длилась недолго, потому что едва мы с Рафаэлем миновали первые палатки, меня окликнул не слишком радостный голос.

Шер с недовольным видом следовала за мной. Позади плелся совсем уж раздраженный Джейден.

— Ты охренела? — На удивление, вопрос задал не Джейден. Должно быть, Шер нахваталась от него всякого за каких-то пару часов. Дурной пример заразителен… — Взяла и исчезла, даже не предупредив! И телефон отключила. Мы, знаешь, как перепугались? Ладно хоть Джейден может чув… — На ее рот резко опустилась его ладонь, так что дальнейшие слова вырвались лишь сдавленными звуками. — …фо…фа-афь… — Шер вывернулась и толкнула его в плечо. — Эй!

— Привет, Раф, — тут же сказал Джейден, протянув ему руку и прервав дальнейшие возмущения Шер.

Нечасто мне доводилось видеть его таким серьезным. Кажется, Джейден упоминал, что они с Рафаэлем пересекались, когда он учился в Абендорме, но я не ожидала, что встреча с ним заставит Джейдена так перемениться. Он словно чувствовал себя неловко, и едва ли не вздрогнул, когда Рафаэль пожал протянутую ему руку.

— Мы… знакомы, да? — неуверенно пробормотал Рафаэль. — Извини, у меня бывают проблемы с памятью…

Джейден натянуто улыбнулся.

— Вряд ли, — небрежно бросил он и обратился уже к нам с Шер, резко вернувшись к привычно недовольному тону. — Ладно, развлекайтесь. Я сваливаю.

И, не дожидаясь реакции, быстрым шагом направился к выходу.

— Мы… эм… тоже пойдем, — тут же сказала я, утягивая Шер за собой. — До встречи!

Я не знала, насколько нелепой вышла вся эта ситуация и насколько Рафаэлю стало некомфортно от нашего поведения, но его присутствие, даже после вполне дружелюбной беседы, все равно вызывало у меня неконтролируемое напряжение. И оно лишь усилилось от внезапных перемен в Джейдене.

— Это что было? — спросила Шер, когда мы отошли достаточно далеко, а я остановилась, чтобы проверить, почему они не смогли дозвониться.

Конечно же, потому что я включила беззвучный режим, чтобы избавить себя от бесконечных сообщений Джейдена! Пришлось все-таки отключить его, попутно пробормотав:

— Понятия не имею…

Хотя я точно знала, что что-то определенно было не так.

Глава 7

Иллюзорные фигуры вспыхнули, заметались по сцене перед огромными, возникшими за ними часами. Стрелки все вертелись и вертелись, изображая ход времени. Вот Мирелла с Иргемом встретились и влюбились друг в друга с первого взгляда, вот они уже вместе сидят на траве, глядя на созданные его магией фейерверки, а чуть позже уже обживаются в небольшом доме в глубине леса, где уединенно и тихо, и наблюдают как растут их дети.

Все заискрилось и потухло. Следом в небо устремились два огромных всполоха и разорвались на мириады мелких огней, так и зависших в воздухе. Музыка торжественно громыхнула, и каждый из огоньков двинулся в сторону, объединился с другим и все вместе они заплясали, образуя причудливые узоры. С новым аккордом они разлетелись, вновь собрались и яркими лентами разрисовали небо, залив его теплым светом.

А потом вспышка, вспышка и еще вспышка. И всего таких десять. Через час будет одиннадцать, а затем и двенадцать, после которых громыхать перестанет, но небо продолжит искриться иллюзорными фейерверками до самого рассвета, пока они не растворятся в первых солнечных лучах.

— Идем, — сказала Шер, подхватив меня под локоть, как только все стихло. — Я слышала, в квартале со сладостями палатка с лучшими конфетами Лессара. Мы должны попробовать.

Сопротивляться не имело смысла, так что я и не пыталась. Но, по правде говоря, мне хотелось поскорее убраться. Хоть на праздник площадь перед Л’Эшаль и оградили, хоть и усилили охрану — тут и там сновали блюстители, готовые в любой момент вскинуть пневмат и пустить в тебя сонный дротик, но мне все равно было неспокойно из-за отсутствия детекторов. Я так и не поняла, было ли это продуманным ходом или глупой оплошностью, потому и не могла перестать волноваться. Казалось, что вот-вот громыхнет по-настоящему, запахнет гнилью и тухлой рыбой, вдалеке мелькнет темный дым и устремится вперед, поблескивая мелкой пылью, а потом рухнет прямо передо мной, обращаясь Рейнаром. Он растянет губы в хищной улыбке, скажет: «Время пришло», схватит за руку, перережет горло и…

На этом все закончится.

Не придется больше переживать и нервничать, не нужно будет настораживаться при виде любого темного силуэта или вздрагивать, ощутив даже намек на похожий запах.

Но секунды шли, а ничего не случалось. И то ли они приближали меня к неизбежному, то ли наоборот уводили все дальше от катастрофы — если до сих пор не произошло, то, может, ничего и не будет?.. Ну пожалуйста…

— Олли? — поразилась Шер, замерев у палатки. Видимо, той самой, куда тащила меня все это время.

— Ого, — расплылся он в улыбке. — Не ожидал вас здесь увидеть!

— Как и мы тебя, — хохотнула Шер. — Я-то все думала, почему так нахваливают сладости, а вот почему!

— А ты как здесь оказался? — спросила я, пока взгляд Шер лихорадочно метался от одного конца прилавка, пестрящего сладостями, к другому.

— Ну а где мне еще быть? Академию прикрыли, заказов нет. Исследование зависло, едва начавшись. Присыпьте все это щепоткой бюрократии и — вуаля! — я на мели. Вот и приходится хвататься за любую возможность выйти в плюс.

— То есть, исследования не будет?

— Да не знаю, — пожал плечами Олли. — Мы взялись проводить его на крупной выборке, и сразу пошли промашки. Дело, кажется, вот в чем: другим тяжеловато определить, к какой группе отнести человека по моим критериям. Им нужна точность, хотя, казалось бы, куда точнее? Смотришь на человека и сразу ведь все понятно, но как им это объяснить, если они не улавливают?

Я неловко улыбнулась. Кажется, Тоби был прав, когда сказал, что у Олли просто развита интуиция и он скорее удачно угадывает, нежели в самом деле выявил какие-то сходные черты для определения.

— Может, расскажешь, что все-таки за критерии такие?

— Нет, конечно! Все конфиденциально.

Шер отвлеклась от десертов и уставилась на Олли.

— Но правда ведь интересно.

Он недовольно поморщил нос.

— Ла-а-адно, уговорили.Скажу кое-что для примера. — Он склонился к прилавку и заговорщически зашептал: — Во многом все определяется банальным цветотипом. У управленцев зачастую оттенок кожи теплее, как и у магов без специализации, а вот у магов иллюзий и познания кожа куда светлее и холоднее.

Олли отпрянул и расплылся в торжественной улыбке, будто ожидал как минимум бурной реакции или даже аплодисментов. Не хватало только рассыпаться в поклонах, вскидывая то одну, то другую руку.

Мы с Шер неуверенно переглянулись.

— И-и-и… все?

— Нет, конечно! — с обидой возмутился он. — Сказал же, что это лишь пример. Цвет глаз тоже влияет, кареглазые чаще управленцы, но если глаза — темно-карие, то специализации скорее всего нет. Если светлые-светлые, то скорее всего иллюзии, но бывают и маги познания. Но если кожа холодная, а волосы теплые, то скорее всего специализации нет. Или вот, например, вьющиеся волосы — чаще всего признак управленца.

От количества информации у меня даже закружилась голова, сразу стало понятно, почему с исследованием возникли проблемы. Шер в это время нахмурилась, а потом указала на свое лицо. Мне потребовалось время, чтобы осознать, что она никак не подходила к перечисленным характеристикам. Еще одна погрешность?

— Бинго! Ты великолепна, — подмигнул Олли, явно поняв куда больше меня. — Если все указывает на управленца, но человек слишком подвижен и энергичен, — значит, у него нет специализации.

— Это еще почему? — не поняла Шер. А я едва не закатила глаза от совершенно не пригодного для серьезного исследования критерия.

— Управленцы те еще лентяи, — пожал плечами Олли и, явно в доказательство своих слов, притянул магией бутылку воды, стоявшую буквально возле его плеча.

— Ты вроде кажешься энергичным, — задумалась я. — Иногда даже слишком.

Олли отмахнулся.

— Ты просто плохо меня знаешь.

В бутылку плюхнулась трубочка, и Олли лениво отпил, в то время как к нему подлетела планшетка и начала двигаться, обмахивая его наподобие опахала. Не хватала только развалиться на каком-нибудь импровизированном шезлонге под самодельным зонтом и нежиться в лучах горячего солнца, жаль — погода неподходящая.

— Как там ваши друзья? — оживился Олли, закончив дурачиться. — Видел Тоби на днях в институте, весь такой серьезный и занятой, едва парой слов перекинуться успели. А остальные как?

Мгновенную перемену на лице Шер трудно было не заметить, так что я тут же сказала:

— У Джейдена все в порядке.

— О, вы общаетесь? Я думал, он как ушел из академии, так и затерялся где-нибудь, а то и вовсе сбежал из города, чтобы больше ни с кем не поддерживать связь.

— Трудно не общаться, живя в одной квартире, — ехидно пробормотала Шер. Олли вскинул брови, перевел пораженный взгляд с нее на меня и похлопал глазами.

— Оу… поздравляю? Или… кхем… Ладно, неважно! Как там Маркус?

Шер тут же отстраненно уставилась на витрину.

— М-м, стабильно, — шепнула я.

— Стабильно? — не понял Олли.

— Пока не пришел в себя, — еще тише сказала я.

— А! А-а-а… Так это из-за него… — Олли покачал головой и вздохнул. — Я и слышал, что… ну, кое-что произошло, просто… — Олли покосился на Шер. — Не все знал.

— Да, так что… давай сменим тему.

Олли развернулся в поисках чего-то, а потом хлопнул в ладоши. На прилавок опустилась коробочка, в которую тут же слетелось по одной конфете каждого вида.

— Дегустационный сет, — подмигнул он. — За счет заведения.

— Но я… — начала было Шер, однако продолжить не успела.

— Сладкое — лучший способ борьбы с печалью. — Олли продвинул коробочку ближе к ней. — Потом расскажешь, какие больше понравились.

Она какое-то время сомневалась, явно разрывалась между неловкостью от неожиданного подарка и желанием попробовать сладости, да еще и бесплатно. В итоге, встрепенувшись, она приняла пакетик, в который уже опустилась коробка, и завалила Олли благодарностями.

— Всегда пожалуйста, — расплылся он в улыбке. — В следующие выходные будет ярмарка в бумажном квартале, так что заглядывай. — Оторвав наконец взгляд от Шер, Олли глянул на меня и тут же исправился: — Заглядывайте!

После одиннадцати я пыталась уломать Шер пойти по домам, но она продолжала свое: «Ну раз год ведь всего бывает, давай дождемся», «Обещали, что сегодня будет еще масштабнее, чем обычно» и совсем уж раздосадованное: «Хочешь — иди, я и одна посмотрю». Так что мне пришлось сдаться. Втиснуться в толпу перед сценой и смотреть на иллюзорные часы, отсчитывающие минуты до полуночи.

Тик-так.

Сердце волнительно сжалось. Сейчас начнется. Сейчас случится. Взрыв. Массовое убийство. Прилюдная казнь. Я вздрогнула, четко ощутив чужое присутствие позади — слишком близко даже в толпе — и обернулась, приготовившись к худшему.

— О, Тоби! — обрадовалась Шер. — А мы, угадай, кого встретили!

— Олли тут торгует в одной из палаток, — сказала я, даже не дав Тоби попытаться.

Он кивнул, судя по всему, ни капли не заинтересованный в этой информации, а следом за ним появился и Рафаэль со стаканчиком фисташкового мороженого. Шер тут же начала выспрашивать, где он его взял, должно быть, позабыв о том, что на ее запястье и без того висел пакет полный сладостей.

Пока мы следовали за Рафаэлем к нужной палатке, я незаметно поглядывала на Тоби, который выглядел так, словно почти не спал уже несколько суток: он казался вялым и уставшим, с непривычно растрепанными волосами и без тени улыбки на побледневшем лице, да еще и темными кругами под глазами, довершавшими болезненный вид.

— Ты в порядке? — тихо спросила я, когда Шер уже бросилась изучать виды мороженого, написанные аккуратными буквами на отдельно стоящем стенде в виде вафельного рожка с меловой доской.

Тоби растерянно глянул на меня и кивнул. Я, конечно же, не поверила, но почему-то мне стало куда спокойнее хотя бы от его присутствия, и я даже почти перестала беспокоиться из-за его состояния, компании его брата и даже возможного появления Рейнара…

Шер уже определилась с выбором и направилась делать заказ, Рафаэль в это время делился новостями с работы в Л’Эшаль, жаловался, как тяжело найти замену преподавателю, сбежавшему на днях в Лессар.

— Сбежавшему? — переспросила Шер, вернувшись к нам с клубничным мороженым.

— В городе беспорядки, — пояснил он. — Может, пока и не заметно, но они есть. О Рейнаре говорят на каждом углу и у всех разные опасения на этот счет. Многие боятся худшего и выбирают бежать.

— И правильно делают, — сказала Шер, лизнув мороженое. — Я бы тоже уехала, если б могла. М, гляньте-ка. — Шер резко кивнула куда-то за мое плечо. — Это там Лорел, да?

— Она, — согласилась я, обернувшись.

Лорел стояла у палатки напротив в окружении нескольких подруг. Шер спешно всунула мне в руку свое мороженое, и направилась к ней, пробормотав гневное: «пойду-ка напомню, что она так и не вернула мою плойку!» и, судя по ее виду, напоминание это обещало быть не самым дружелюбным.

Внезапно меня охватила волна паники. Странное напряжение захлестнуло с головой, и я огляделась, чтобы найти нечто, вызвавшее это чувство, но не ощущала ни запаха смерти, ни других предвестников появления Рейнара. Люди, толпившиеся вокруг, радостно смеялись и болтали о своем, но тревога не отпускала, словно я волновалась, даже не осознавая из-за чего именно. Я обернулась, чтобы поделиться, но успела заметить лишь помрачневший взгляд Рафаэля, прикованный к Лорел и резкое движение Тоби, за которым последовал внезапный грохот.

Гигантский рожок мороженого упал на землю, Рафаэль тут же отвлекся на него, а Тоби повернулся к продавцу и без капли смущения произнес:

— Случайно вышло, прошу прощения.

Пока они поднимали стенд, я пыталась понять, что произошло. Из того, что я успела увидеть, напрашивался лишь один вывод — Тоби уронил его специально. Вот только зачем?

Когда они успешно вернули стенд на место, Тоби что-то шепнул Рафаэлю и тот, покивав и быстро попрощавшись со мной, направился в сторону парка, оставив нас одних.

— Ты… уверен, что все в порядке? — тихо спросила я, глянув на Тоби.

— Вполне.

— И ты просто внезапно уронил стенд?

— Случайно вышло, — повторил он то же, что сказал продавцу.

— Точно? Не то чтобы я опять сомневалась в твоих действиях, но… это выглядело странно.

Тоби тяжело вздохнул. Мороженое потекло по моим пальцам, и я поспешно слизнула его, уже проклиная Шер, которая задерживалась. Хотя… вполне вкусно. Так что я лизнула еще пару раз. Если она не вернется в ближайшее время, доем все, сама виновата!

— Громкие звуки отвлекают его от воспоминаний, — наконец сказал Тоби.

— Воспоминаний о Камилле? — уточнила я. Он кивнул. — А разве ты не можешь просто, ну… внушить ему не думать о ней?

— Очень сложно влиять на того, кто знает про мою магию. Человек сразу чувствует подвох и начинает сопротивляться, а это достаточно опасно.

— То есть, теперь я пойму, если ты…

— Я не буду ничего делать, — резко и слишком уж строго сказал Тоби.

— Хорошо-хорошо, — пробормотала я. — А почему Рафаэль вообще вдруг вспомнил про Камиллу? Мы ведь ни о чем таком не говорили.

— Издалека они слишком похожи, — сказал Тоби, глядя куда-то за мою спину.

Я обернулась, но обзор мне перекрыла внезапно вернувшаяся Шер.

— Кто похожи? — тут же заинтересовалась она. — И что у вас тут вообще произошло? Эй, ты что, съела почти все мороженое?!

Шер выхватила у меня стаканчик, а я наконец смогла увидеть Лорел, все еще стоявшую неподалеку в окружении подруг. И правда. Она действительно чем-то напоминала Камиллу, хотя, если бы Тоби не сказал, то я бы и не подумала их сравнить. Одинаковые светлые длинные волосы, красивые и правильные черты лица. Вроде ничего удивительного в таком совпадении, но по коже побежали мурашки. И даже не из-за внезапно обнаруженного сходства, а из-за того, что на пару мгновений задумчивый и сосредоточенный взгляд Лорел напомнил еще об одном лице. Том, что я видела множество раз.

Лицо Миреллы.

Но вот Лорел улыбнулась кому-то из подруг, и вся схожесть тут же улетучилась.

— У нее тоже была магия познания? — озвучила я внезапно возникшую мысль и случайно перебила пропущенный мимо ушей рассказ Шер о том, как Лорел одолжила кому-то ее плойку и теперь совершенно не представляет, где она.

— Да о чем вы вообще? — возмутилась она. — Про Лорел? На кого она похожа?

Тоби кивнул мне, проигнорировав вопросы Шер, а я нахмурилась из-за новой догадки, но все же спросила:

— И она тоже не поступила в Л’Эшаль?..

— Да-да, меня тут не существует, — пробормотала Шер и демонстративно тяжело вздохнула. — Сейчас фейерверки начнутся, давайте хоть к центру вернемся!

Так и не получив согласия и одарив нас неодобрительным взглядом, она слилась с толпой, которая стремительно стекалась к основной площадке, пока мы с Тоби так и стояли возле палатки мороженого.

— Поступила, — внезапно ответил он после длительной паузы. — Но Абендорм предоставляет места для проживания, и Камилла выбрала его, потому что у нее были сложные отношения с родными. Но это лишь совпадение, а вот внешнее сходство… Думаю, они обе могут быть потомками Миреллы.

— И Иргема, — добавила я казавшийся банальным факт, но почему-то взгляд Тоби заставил меня усомниться. — Ты что-то знаешь?

— У Миреллы и Иргема не было общих детей.

— Но… почему тогда... Подожди, откуда ты…

Едва возникшая мысль не успела до конца оформиться и тут же потонула в сознании, когда небо вновь заискрилось. С первым ударом часов пестрая лента фейерверка с грохотом взорвалась, разнеся по небу цветные искры, и тут же заставив меня обо всем позабыть.

Я следила за тысячами мерцавших огней не впервые, но в этот раз все ощущалось куда ярче. То ли от произошедшего за последние месяцы, то ли от осознания того, что еще могло произойти, сейчас мне безумно хотелось застыть в этом моменте. Замереть и замедлиться. Остановить время, чтобы навсегда остаться здесь, чтобы не было ни до, ни после, чтобы существовало лишь темное небо, усеянное разноцветными всполохами, и шум ветра, а я бы так и стояла, не шевелясь, пока холод покалывает щеки, пока глаза слезятся, а губы расползаются в улыбке.

Челку сбил ветер, я потянулась, чтобы убрать ее с глаз, но не успела. Пальцы Тоби скользнули возле виска, едва коснувшись, и заправили пряди мне за ухо. Я обернулась и в секунду растворилась в его взгляде. Сама не заметила, как шагнула ближе и, зацепившись за ворот его пальто, подалась навстречу.

Внутри все вспыхнуло горячо и ярко. Потому что так — правильно, так и должно быть, потому что… боги, почему я не сделала этого раньше?

Мир сошелся в единственном мягком касании губ. В ответном движении рук, прижавших теснее, в дыхании, щекотавшем кожу, в теплом и нежном поцелуе, который все разгорался, становясь пыльче и настойчивее. Я чувствовала ладони Тоби сквозь плотную ткань пальто так отчетливо, что, казалось, он касался моей кожи. А внутри все сияло и искрилось куда ярче, чем на заполненном иллюзиями ночном небе.

И именно это было тем мигом, в котором хотелось застыть.

Ровно до тех пор, пока все не прервалось настойчивой вибрацией, возвещающей о входящем звонке, а затем и странной, абсолютно противоречащей прежним чувствам, необходимостью отстраниться.

И я покорилась ей.

Тоби все еще стоял рядом, но не так близко, как прежде, и внимательно смотрел в мои глаза с такой пленительной нежностью, что мне хотелось вновь прижаться к его губам. Вот же они — одно движение и коснешься, — но я сомневалась. Что-то в той потребности отступить настораживало и не позволяло вновь поддаться искушению.

Телефон опять завибрировал, пришлось тянуться к карману, чтобы сбросить. А потом еще дважды и зажать кнопку, чтобы и вовсе отключить. Тоби собирался что-то сказать, но его перебила тихая мелодия, донесшаяся из кармана, и он, неловко улыбнувшись, поднес телефон к уху и отошел.

Площадь постепенно пустела: довольные зрители расходились, спеша по домам. Я огляделась в поисках Шер, но не нашла ее. Пришлось включать телефон, чтобы увидеть три пропущенных от Джейдена. Следом прилетело уведомление о еще нескольких попытках дозвониться. Я набрала сообщение с пожеланиями ему скорейшей смерти, но, подумав, все-таки стерла. Лучше передам лично. А то и вовсе сразу осуществлю. Зачем откладывать?

Из короткой переписки с Шер удалось выяснить, что она обиделась, но не слишком сильно, и решила тактично исчезнуть, пожелав нам с Тоби пышной свадьбы, счастливого брака и побольше детишек.

Фыркнув, я заблокировала телефон.

Впереди, буквально в нескольких шагах от меня, один из блюстителей подошел к группе ребят, и направил на них небольшой прибор, напоминающий ручной сканер из магазина. Компанию тут же осветило яркой вспышкой, а затем сканер одобрительно пикнул, и блюститель, кивнув, пропустил их дальше.

Меня в секунду осенило. Портативные сканеры! Вот почему на входе не было аллиродетекторов. Все это время на празднике дежурили блюстители, которые в любой момент могли проверить каждого, кто вызывал подозрения.

Осознание дошло в тот момент, когда блюститель уже двинулся в мою сторону. Я спешно полезла в сумку за часами, но никак не могла их найти, проклиная Джейдена, из-за жалости к которому и сняла их.

Кто-то подхватил меня под руку и потянул в сторону. Не сразу сообразив, я начала сопротивляться, но узнав в подошедшем Тоби, тут же расслабилась и поспешила за ним.

— У них портативные сканеры, — шепнула я, когда мы миновали опасную зону. — Говорили, что такие появятся лишь через пару месяцев.

— Должно быть, ускорили разработку из-за слухов о Рейнаре. Но с часами у тебя проблем не будет.

— А у тебя?

Мы замедлились, когда вышли с территории Л’Эшаль и свернули к проезжей части. На всякий случай я все-таки надела часы, которые наконец смогла отыскать в отдельном кармане сумки. Стоило застегнуть их, как я заметила напряженный взгляд Тоби.

— Ты… — Он с почти неприкрытым разочарованием перевел взгляд с моей руки на лицо. — Все время была без них?

— Я ведь не знала, что у блюстителей теперь есть эти сканеры. — Мою попытку оправдаться Тоби, кажется, совершенно не оценил и лишь сильнее нахмурился. — Просто Джейден сказал, что они на него давят, просил надевать только, когда прохожу через сканеры, вот я и…

Тоби вздохнул совсем уж печально.

— Все-таки лучше носи их всегда.

И пошел дальше, будто ему не о чем больше со мной говорить. Будто я окончательно разочаровала его. Будто ничего между нами не было, будто ничего не случилось, будто…

— Прости, — пробормотала я, нагоняя его. — За часы и за то… что было на площади.

Не стоило поддаваться порыву. Как же глупо. Глупо. Глупо. Слишком глупо.

— Что? Нет, Элис, все хорошо. — Тоби обхватил мою руку, заставив остановиться. — То есть, все прекрасно. Тебе не за что извиняться. Но сейчас… не лучший момент.

— Почему?

Это очередной секрет, да? Тайна, которой со мной нельзя поделиться? То, что мне не следует знать?

И очевидно, все обстояло именно так, потому что Тоби сказал лишь:

— Давай пока разберемся с вашей магией.

— Если проблема в том, что он живет в моей квартире, то не переживай, вместе мы не спим!

— Дело не в этом…

— Тогда в чем?! Неужели я не заслуживаю объяснений?

— Нет, я… Послушай, ты можешь немного подождать? Буквально неделю. Я постараюсь успеть во всем разобраться и тогда все тебе объясню, хорошо?

— А если не получится?!

Тоби сжал губы и отвел взгляд.

— В любом случае объясню. Но только через неделю.

Обида все еще душила меня, но я через силу кивнула. Грудь сдавливало от невысказанных слов, рвущихся наружу, которые следовало проглотить. А в небе все еще сияли огни застывших иллюзорных фейерверков, переливаясь и искрясь в напоминание о моментах, в которых я так и не смогла застыть.

Глава 8

29 октября, вторник

— Да не получается у меня! — воскликнула я, увернувшись от мяча, который по задумке Джейдена должна была остановить магией, однако вновь потерпела неудачу.

Мяч отскочил от стены, полетел в другую сторону и едва не врезался в шкаф, но на этот раз Джейден успел поймать его. На этот — потому что все предыдущие разы он лишь с восхищением наблюдал за попытками этой резиновой штуковины разнести мою квартиру. Вспылив, я даже ушла в свою комнату, хлопнув дверью, но Джейден настиг меня и там, ведь кто-то (спойлер — мама!) решил, что на мою дверь не нужно ставить замок.

— Может, ножом в тебя кинуть, — задумчиво предложил он, опустившись на край кровати.

— Ага, еще что придумаешь?

— Или лучше придушить…

— Джейден!

— Что?! В прошлый раз была угроза жизни. Значит, и теперь…

— Не нужна мне угроза жизни! — перебила я. Джейден откинулся назад и уперся головой в стену, внимательно глядя на меня, точно все еще пытался придумать очередной способ, который при неудачном раскладе наверняка привел бы к фатальному исходу. — Все равно мне эта магия никак не поможет, если Рейнар придет за ней.

— Так-то странно, что она на него не действует, — вздохнул Джейден и сполз по кровати сильнее, подсунув подушку под голову. Он уставился в потолок и напряженно прищурился, словно где-то там, среди трещин крошащейся краски, мог скрываться ответ. — Хотя Тоби нашел какие-то исследования на эту тему. Они на примере управленцев, но не суть. Если двое пытаются воздействовать на один и тот же предмет и тянут его в разные стороны, то он не сдвинется с места.

— Вполне логично.

— Скорее всего, с телеской так же. И если б у Рейнара тоже была она… — Джейден прикрыл один глаз, что-то прикидывая, и вытянул руки, изображая движение потоков магии. — Типа я пытаюсь воздействовать на него, а он в это время воздействует на свое же тело.

— А так можно?

— Да хрен знает, я не пробовал. — С глухим хлопком уронив ладони на покрывало, он продолжил совсем уж печально: — А информации нет, ведь раньше всех телесников тупо убивали… Но, с другой стороны, Рейнар, кажется, ни разу не использовал телеску. Только что-то вроде этой трансформации, а уж про нее тем более ничего не найти, раз ее ни у кого никогда не выявляли.

Он замолк и, нашарив рукой мяч, затерявшийся в складках возле подушки, подкинул его к потолку. Я тут же поспешила задать новый вопрос, пока Джейден не решил возобновить эту пытку по пробуждению магии и попутному доведению меня до нервного срыва.

— Может, он знает другой способ, как сопротивляться телесной магии?

— Вряд ли такие есть. Хотя… — Мяч отклонился от заданного курса, и Джейден резко выпрямился, чтобы поймать его. — У нас с Тоби была одна идея, пока мы рассуждали, но это просто предположение.

— Какое?

— Ну смотри, допустим, у меня телесная магия. — Он вновь опустил мяч на кровать, отчего мое сердце забилось спокойнее. — И я хочу заставить тебя что-то сделать. Ну, скажем, помассировать мне спинку.

Джейден повел плечами и лениво потянулся, разминая шею и как бы намекая, что не шутит.

— А завтрак в постель тебе не подать?

— В постель можно и без завтрака, — усмехнулся он, но тут же посерьезнел. — Так вот. Если я хочу, чтобы ты сделала мне массаж, то я буду сконцентрирован только на том, чтобы заставить тебя его сделать. Но я не буду держать все твое тело под контролем. Например, мне абсолютно плевать, как ты дышишь, если я хочу, чтобы ты делала массаж.

— Ну и-и-и?

— Если ты в этот момент сконцентрируешься на дыхании, то сможешь напомнить своему телу, кто тут главный, и вернешь себе контроль. Но, честно говоря, понятия не имею, сработает ли это на самом деле. Проверить, сама понимаешь, не получится, пока кто-то не пробудит магию!

Джейден швырнул в меня мяч, и от неожиданности я едва успела увернуться.

— Да хватит уже!

— Когда магию пробудишь, тогда и хватит!

Я вздохнула и опустилась на кровать рядом с ним. Голова уже шла кругом от бесконечных размышлений о том, как вернуть магию, как передать магию, как пробудить магию, как использовать магию. Магию, магию, магию… От разговоров о ней все сильнее начинало мутить, и я даже с тоской вспоминала те времена, когда у меня ее попросту не было.

— Ладно хоть телесная магия не у каждого встречного, — пробормотала я, прикрыв глаза. — Тогда вокруг творилось бы сирх знает что, получи люди возможность управлять друг другом… Пришлось бы цеплять на всех титановые браслеты.

— Это точно, — хмыкнул Джейден и с хрустом размял плечи. — Так что там насчет массажа?

— Обойдешься.

Он резко спрыгнул с кровати и, оказавшись напротив меня, швырнул мяч в стену над моей головой. Я вовремя успела вскинуть руку и отбить его в сторону гостиной, отчего тот, тоскливо плюхнувшись на пол, закатился под диван.

Наконец-то!

— Тебе же хуже, — фыркнул Джейден и вдруг замер с совершенно несвойственным ему печальным выражением лица. Какое-то время он просто стоял, вглядываясь в окно, а потом заговорил с раздражением и даже обидой: — Вообще телеска не так уж и плоха. Когда тобой управляют, ты, по крайней мере, понимаешь это, хоть и не в силах сопротивляться. А вот маги восприятия могут водить тебя за нос так изящно, что ты никогда не заподозришь обман.

В груди неприятно кольнуло. Я собиралась развить тему, но так и застыла с открытым ртом, когда Джейден расстегнул ремень на джинсах и резко вытянул его из шлевок.

— Эм-м… Ты что делаешь?..

— Хочу воссоздать ситуацию с Карвером, — без тени улыбки сказал Джейден. — Ты же была связана, да?

Он сложил ремень вдвое, свел руки вместе и тут же развел их, отчего раздался громкий хлопок.

— Ну не-е-ет. Знаю я тебя. Потом будешь мне ножом угрожать? Или душить начнешь?

— Да брось, — усмехнулся Джейден. — Обещаю, ничего опасного для жизни. Просто попробуешь выбраться. — Он растянул ремень и поиграл бровями. — Или ты не доверяешь мне?

— Нет, конечно!

— Ну разочек, — не унимался он, шагнув ближе. — Не получится, и я отстану. Совсем.

Я неуверенно перевела взгляд с его лица на ремень и обратно. В целом, идея не казалась вовсе лишенной смысла, да и Джейден вряд ли действительно планировал мне навредить, но согласиться… Я еще не настолько отчаялась в попытках пробудить магию, чтобы всерьез рассматривать такой вариант.

— Ладно, не нравится ремень, давай возьмем это. — Он отбросил его на стол и шагнул к шкафу, на ручке которого теперь висел мой халат (чтобы уберечь его от новых непредвиденных гостей, желающих помыться в моей ванной!). Похитив с него пояс, Джейден обернулся ко мне и распорядился: — Вытяни руки.

До последнего сомневаясь, я все же сдалась, хоть и успела несколько раз передумать в процессе, но Джейден уже обернул пояс вокруг моих запястий. Стянул чуть сильнее, чем хотелось бы, отчего я сдавленно ойкнула, а затем обернул еще раз и завязал узел, оставив длинные концы свободно болтаться.

— Давай, — скомандовал он, отступив на шаг, — высвобождайся.

Я смотрела на свои сведенные руки и пыталась сделать хоть что-то. Вела внутренний монолог, обращаясь к магии, и старалась договориться с ней, убедить сжалиться надо мной, пока Джейден не придумал новый, куда более опасный и изощренный способ для ее пробуждения.

Но магия молчала.

— Ну нет, так не пойдет.

Джейден в секунду оказался передо мной, и резким движением толкнул в плечо. Не успев сориентироваться, я повалилась назад, едва не ударившись головой о стену.

— Эй! — сорвалось с моих губ, когда он дернул пояс вверх и обернул концы вокруг планки на изголовье. Я пнула Джейдена, но попала лишь по его колену, хотя целилась выше. — Ты. Что. Творишь?!

Пока он затягивал пояс и завязывал пару тугих узлов, я не прекращала брыкаться, но все тщетно.

— Готово, — радостно заявил Джейден и отскочил, в очередной раз увернувшись от моей ноги.

— Ты же обещал!

— А что тут опасного для жизни? — невинно удивился он и, подхватив со стола ремень, продел его через петли на джинсах.

Я бросила на Джейдена взгляд полный ненависти, и изо всех сил дернула руки. Пояс лишь сильнее впился в запястья, а костяшки пальцев ударились о деревянную поверхность. Попытка дотянуться до узла тоже провалилась, — он предусмотрительно оказался с другой стороны изголовья, куда мне не удавалось дотянуться.

— Так и знала, что ты выкинешь что-то подобное! — Я злилась даже не на него, а на саму себя за то, что все-таки согласилась. Знала ведь, что добром все не кончится… Вновь безрезультатно рванувшись вперед, я почти заорала: — Развяжи меня!

— Давай-давай, у тебя получится, — подбодрил Джейден, явно довольный сложившейся ситуацией.

Еще пару раз дернув руками, я поняла, что так выпутаться точно не смогу. Старалась сосредоточиться, почувствовать то, что тогда в подвале, но вновь ощущала себя лишь ниимом, не способным призвать даже крупицу магии.

Нет-нет, не так. В прошлый раз я не пыталась выбраться, я приказывала. Что если…

Кое-как провернув руку и направив ладонь в сторону Джейдена, я вдохнула и со всей твердостью, на которую только была способна, сказала:

— Развяжи меня.

Но нити не вспыхнули.

— Не-а, — усмехнулся он, направляясь к двери. — Совсем неубедительно. И кстати, советую поторопиться, потому что минут через десять я уйду.

— Дже-е-ейден, — взвыла я. — Это не смешно!

Джейден подмигнул и скрылся из комнаты, добавив напоследок:

— Нужно просто сильно захотеть, и все получится.

Знал бы он, что сейчас больше всего на свете я хотела придушить его!..

Подтянувшись выше, я изогнулась, чтобы достать до узла, но безуспешно. Цепляла пальцами пояс в попытке провернуть, но лишь скребла ногтями по ворсу. Почти отчаявшись, я стала дергать руками так сильно, что уже не понимала, надеюсь ли растянуть пояс или же просто переломить планку, хотя сейчас я была согласна даже на это.

Нет, так не пойдет.

Я сползла ниже и легла в максимально удобную — насколько возможно в таком положении — позу. Сконцентрировалась на дыхании. Вдох. Выдох. Глянула на пояс. Нужно представить узел. Почувствовать его, мысленно дотронуться и потянуть магией.

С управлением в детстве у меня всегда были проблемы. Все-таки когда твоя специализация — иллюзии, ты уделяешь большую часть времени именно им, а в моем случае, по настоянию мамы, и вовсе ритуалам. Да и теперь, пробыв столько лет ниимом, я вообще слабо помнила те ощущения.

Хотя тогда, в подвале, с телесной магией получилось чуть проще, чем со стандартным управлением — помогли те призрачные нити, возникшие ниоткуда в нужный момент и подсказавшие, что делать. Должно быть, они были привилегией тех, кому досталась магия самих основателей, потому что, судя по рассказам Джейдена, он видел их всегда, в отличие от обычных управленцев.

Только вот сейчас никакие нити помогать мне не спешили.

Я буквально прожигала пояс взглядом. Мне казалось, что я уже достаточно в бешенстве для всплеска магии, но… возможно, не хватало чего-то еще? Неужели мне нужно совсем потерять контроль над эмоциями, чтобы наконец получилось?

Больше эмоций! Ну, давай же! Пожалуйста! Прошу-у-у…

Джейден появился в дверях и прислонился к косяку, отпив пару глотков из очередной кружки, к которой вскоре пристынет забытый чайный пакетик.

Бесит. Бесит. Бесит!

Но и это не помогло.

— Ну как? Получается? — с явной издевкой спросил он.

— Нет, — едва не всхлипнула я, а потом тоскливо вздохнула, решив сменить тактику, и заговорила настолько мягко и печально, что сама удивилась своей актерской игре. — Ничего не получается… Отпусти меня, пожалуйста. — Я умоляюще посмотрела на Джейдена, но его мои уговоры явно лишь забавляли. — Может, я вообще не могу использовать твою магию…

— В тот раз ведь использовала.

— Да, но… не знаю, вдруг я уже исчерпала лимит? Да и не нужна она мне. Я не буду ей пользоваться. Давай просто оставим эти попытки, и ты меня развяжешь?

— И что будешь делать, если Рейнар появится?

— А что я смогу сделать против него? Сам ведь говорил…

— Да хоть швырнешь в него чем-то, — усмехнулся он.

Я протяжно вздохнула.

— Пожалуйста, Джейден. Мне очень больно. Я уже рук не чувствую.

— Отлично! — Он хитро улыбнулся и поставил кружку на стол. — Значит, теперь нужно добавить угрозу.

— Что? Нет! — воскликнула я, подтягиваясь выше. — Ты ведь обещал!

Джейден склонил голову набок, продолжая улыбаться. И улыбка эта мне совершенно не нравилась.

— Ничего опасного для жизни, — нараспев сказал он. — Просто думаю, почему бы не воспользоваться ситуацией и не вернуть себе магию, раз уж она тебе не нужна…

Он склонился ближе и игриво пробежался пальцами по моему колену.

— ДЖЕЙДЕН!

Я вывернулась и пнула его руку. Пинала снова и снова, пока он пытался поймать мои ноги, весело хохоча.

— Хватит! Прекрати!

— Так заставь меня остановиться, — сказал Джейден и, все-таки обхватив мои голени, прижал их к себе с лукавой улыбкой. — Или тебе нравится?

— От-пус-ти! — Я резко дернулась, едва не ударив его пяткой по подбородку, и он отступил, но я не перестала брыкаться. — Развяжи! Меня! Живо!

Продолжая улыбаться, Джейден направился в сторону гостиной, бросив короткое:

— Успехов.

— Нет-нет-нет, подожди! Ты же не оставишь меня одну связанной?!

— С чего ты взяла? Оставлю.

— Нет, серьезно, так не делается. Джейден! Я тебя выселю! Уеду в другой город и не скажу, где я. И страдай без своей магии!

— Договорились, — усмехнулся он, выйдя из комнаты. — Но сначала развяжись.

— ДЖЕЙДЕН! Я убью тебя!

— Да-да, как только развяжешься, можешь приступать, — донеслось из прихожей.

А потом дверь хлопнула. И… все.

— ЗАМОК! — заорала я.

Но щелчков так и не последовало.

Отлично.

Теперь я одна. В квартире с незапертой дверью! Привязана к кровати…

Великолепно.

Спасибо, Джейден!

Оставалось только ждать, когда придет убийца.

Глава 9

Еще пару раз попытавшись призвать магию, я взвыла и принялась дергаться в каком-то приступе не то бешенства, не то отчаяния и даже сдвинула кровать с места, судя по резкому скрипу ножек по паркету. После пары таких же конвульсивных рывков я застонала и обмякла, вконец отчаявшись.

Оживилась, лишь когда телефон в кармане начал вибрировать. Сирх… Хоть бы это был Тоби. Пожалуйста, Тоби, пойми, что я в беде, и приди сюда. Телефон завибрировал снова. Да-да, давай, начни переживать. После третьего раза звонки прекратились.

Ну нет же… Прошу!

Я ударила ногой в стену и заорала:

— ПОМОГИТЕ!

И пнула снова. Заколотила по ней изо всех сил обеими ногами попеременно в надежде, что соседи услышат. Стены здесь тонкие, может, испугаются и придут проверить. Или хотя бы блюстителей вызовут. Раньше такое случалось, когда я кричала во сне. Но теперь словно всем вдруг стало плевать, или попросту никого не было дома…

Ноги ныли от боли, но я продолжала долбить в стену. Руки совсем онемели, и я почти перестала их чувствовать. Время тянулось, и мне казалось, что я лежу связанная уже не меньше суток. Удары становились все слабее, к глазам подступили слезы. Силы кончились.

Я сдалась, смирившись с поражением.

Возможно, даже уснула. Потому что, когда в дверь постучали, едва не подскочила на месте, и сразу невольно выкрикнула:

— Помогите!

Из коридора донесся звук повернувшейся ручки, затем спешные шаги, и на пороге комнаты замер мой спаситель, которого сейчас я готова была приравнять едва ли не к ангелу-хранителю.

— Тоби, хвала богам…

Он окинул меня непонимающим взглядом, оглянулся на гостиную, словно выискивал там невидимого врага, и вновь уставился на меня.

— Что… произошло?

— Развяжи меня, — взмолилась я.

Совершенно растерявшись, Тоби спешно подошел и склонился к изголовью. Он возился бесконечно долго, и мне казалось, что еще немного, и я взвою от отчаяния.

— Слишком туго затянуто… — пробормотал он. — Есть ножницы?

— На кухне. В ящике. Верхнем.

Метнувшись туда, Тоби вернулся и в пару щелчков разрезал пояс. Мои руки безвольно упали вдоль тела. Я заныла оттого, как онемение медленно отступало, сопровождаясь неприятным покалыванием, и зажмурилась, ожидая, когда закончится это тягучее мучение. Но оно продолжалось.

— Если я убью его, проблема ведь решится?

— Джейдена? Думаю, в таком случае решится даже сразу несколько, — ответил Тоби так, словно всерьез рассматривал этот вариант. — Однако прибавится не меньше.

Постепенно к рукам возвращалась чувствительность, я аккуратно согнула пальцы и зашипела от боли, уже жалея, что магия все-таки не пробудилась. Тогда я бы придумала для Джейдена тако-о-ое! Но и без нее можно было найти по меньшей мере десяток вариантов для возмездия…

— Да, нужно будет где-то закопать его труп, — сказала я с такой же серьезностью.

— У меня есть пара знакомых, которые могли бы помочь, — кивнул Тоби и, поймав мой удивленный взгляд, тепло улыбнулся. — Шучу.

Однако идеи уже замелькали в голове, хоть каждая из них и напоминала скорее безобидный розыгрыш, а не достойное наказание. Конечно, я и не хотела в самом деле навредить Джейдену, но все же жаждала расплаты. И уже всерьез решила, что сейчас же соберу свои вещи, запру квартиру, отключу телефон и уеду в Лессар, чтобы он страдал как можно дольше в попытках найти меня.

— И все-таки… — Тоби обеспокоенно посмотрел на разрезанный пояс, а затем на мои руки, — Что у вас произошло?

Гнев уже порядком поутих, приглушенный сладким планом мести, и я осознала, что мы с Тоби сидим слишком близко. На кровати. Вдвоем. В пустой квартире.

— Джейден решил пробудить магию, — пробубнила я и потерла истерзанные запястья: кожа местами сильно содралась, а кое-где даже проступили внушительные синяки. — Воссоздать ситуацию, как он сказал. Связал меня и… ушел.

— Нет арниковой мази?

— Есть, — опомнилась я. — В аптечке.

Удивившись, что сразу о ней не подумала, я уже собиралась подняться, но меня опередили. Тоби вышел из комнаты и, следуя моим указаниям, вернулся с нужной стеклянной баночкой. Сев рядом, он протянул раскрытую ладонь, и я покорно вложила в нее руку.

До меня донесся медово-травяной запах, когда холодная белая субстанция обожгла запястье. Но неприятные ощущения тут же схлынули, стоило Тоби провести подушечками пальцев по коже, равномерно распределяя мазь.

В груди всколыхнулось тепло и поползло к животу, пока я следила за его плавными движениями. С таким сосредоточенным видом, точно от его действий сейчас зависела моя жизнь — не меньше, — он перешел к другой руке. Тепло спускалось ниже с каждым мерным и нежным скольжением, напоминавшим теперь не лечебное втирание, а ласковое поглаживание, временами выходящее за пределы пострадавших мест, и я сама не заметила, как мое дыхание стало тяжелым и прерывистым.

Бред какой… Мы же договорились. Договорились! Прошло лишь три дня от отведенной недели, но отчего-то желание коснуться его оказалось настолько сильным, что я просто не могла сопротивляться.

Тоби в очередной раз задел кожу чуть дальше, чем следовало, и я не выдержала. Подалась вперед всем телом и прижалась губами к губам. Его пальцы дрогнули и скользнули выше — от запястья к локтю, оставляя на коже едва ощутимые тонкие линии мази, а потом коснулись плеча и мягко сжали, отчего тепло в животе превратилось в жар. Жажда оказаться ближе охватила меня, заставляя повиноваться этому порыву: прильнуть всем телом, утопая в слиянии рук, касаниях губ и сбивчивых вдохах.

И даже этого сейчас было мало.

Я повалилась назад, увлекая его следом, опрокидывая нас и мир вокруг. Гладила и целовала, теряясь и путаясь в движениях и собственных мыслях, жалась теснее, не желая расставаться или отпускать.

— Элис, — шепнул Тоби, но я не позволила ему продолжить, оставляя все новые и новые поцелуи на его губах. Разгоряченное тело молило о большем, шуршание тканей будоражило кровь, разгоняя ее по венам и ускоряя и без того обезумевшее сердце.

Он уперся руками в кровать, пытаясь отстраниться, и я едва не взвыла, ощутив, как лишаюсь чего-то ценного и важного, чем так отчаянно желала обладать. Притягивала его ближе, затыкала рот поцелуями, не позволяя продолжить, не давая возможности затушить то, что так долго взрастало во мне, а теперь вспыхнуло и засияло.

— Элис, подожди, — хрипло выдохнул Тоби.

Он резко обхватил мои руки и отвел их от своего тела. Отстранился, увеличивая расстояние между нами.

— Ты… — начала я, даже не зная, что собираюсь сказать. Приподнялась, чтобы поравняться с ним, и сердце больно сжалось, когда он отвел взгляд.

— Элис, это… Так не должно быть.

— Не должно быть? — эхом повторила я. — Но…

— Нет, подожди, — перебил меня Тоби, — я неверно выразился. Просто сейчас все немного неправильно, потому что…

Он медленно поднялся и отступил от кровати на пару неуверенных шагов. Во мне все гудело и трещало от раскалившихся чувств, от прерванных фраз, от вечно ускользающих объяснений, от бесконечных недомолвок, от нехватки слов, от невозможности выразить все, что боролось внутри, раздирая меня на части.

— Неправильно? — Я не узнала свой голос. Он сорвался в конце, выдав все мои чувства, и разбился на звуки, выплеснув боль наружу.

— Нет, все правильно, — поспешно сказал Тоби, все еще тяжело дыша. Развернулся, то ли собираясь уйти, то ли в поисках чего-то, но тут же повернулся обратно и запустил пальцы в растрепавшиеся волосы, чтобы убрать их с лица. — Мне нужно тебе кое-что объяснить.

И в очередной раз лишь все усложнить?!

— Молчи, — прошептала я, сдерживаясь из последних сил. — Лучше просто молчи. И… уйди.

— Элис, я…

— УЙДИ!

Дверь захлопнулась, и я вздрогнула. Мы одновременно перевели на нее взгляд, а потом переглянулись. Шкаф распахнулся, одежда пестрыми птицами выпорхнула наружу, ящики стола поочередно выдвинулись, их содержимое, словно конфетти из хлопушки, резко взметнулось вверх и упало на пол. Кружка, оставленная Джейденом, затряслась, напряженно дребезжа донышком о столешницу.

Тоби схватил меня за руку и, рывком подняв на ноги, выдернул нас из комнаты за секунду до того, как раздался пронзительный звон и в гостиную вылетели осколки. Прокатились по полу до дивана.

Я испуганно прижалась к стене. Тоби обхватил мои плечи, оказавшись напротив, и заглянул в глаза.

— Элис, — произнес он тихо и едва различимо из-за грохота в спальне.

— Не трогай меня!

В ушах звенело, тело дрожало от злости и с трудом сдерживаемых слез.

Его руки скользнули к предплечьям, коснулись запястий чуть выше раненых мест.

— Где часы?

Я замотала головой и, все еще не до конца понимая, что происходит, посмотрела в сторону дивана, на котором оставила их. Подушки тут же подскочили к потолку и взорвались пуховыми фейерверками, усеяв комнату белым подобием снега. Комод задрожал, раскачиваясь и распахивая ящики один за другим. Бумага, документы, блокноты — все заметалось по гостиной, врезаясь в стены; незнакомые и давно забытые мамины статуэтки падали на пол, звонко разбиваясь на сотни частей.

Массивная папка с размаху влетела в стену возле моей головы и шлепнулась на пол, разметав у наших ног смявшиеся листы.

— Элис, тебе нужно…

— Нет! И хватит… — Я запнулась, вглядываясь в его глаза. Пыталась сдержаться, но все же сорвалась. — Хватит быть таким спокойным!

Постоянно, постоянно спокойным, словно тебе плевать на меня и мои чувства.

Кухонный стол подскочил к самому потолку, рухнул и подкосился на тут же треснувших ножках. Стулья разлетелись в стороны, холодильник распахнулся, выплюнув разом все продукты. Ящики открывались и закрывались, грохоча и выпуская наружу тарелки, кружки, стаканы, столовые приборы. Они падали на плиту, бренча, трескаясь и разбиваясь с пронзительным звоном и скрежетом.

Тоби обхватил мое лицо, не позволяя смотреть.

— Тебе тоже нужно успокоиться.

— Я спокойна!

Дверь распахнулась и тут же захлопнулась. Все вокруг продолжало греметь и разваливаться, дробиться на части, разрушая и разрушаясь.

Пальцы Тоби коснулись моих висков и аккуратно погладили их. Перед глазами замелькали странные узоры, уши заполнил тихий шум воды, напоминающий звук водопада; мерный шелест листвы, щебет… птиц? Меня обволакивало теплом и спокойствием, прежде чем я осознала, что это была магия.

Магия восприятия!

Я оттолкнула Тоби, и он пошатнулся, поскользнувшись на стопке бумаг.

— Хватит! Прошу, хватит! А лучше… просто уйди.

Но он не двигался с места. Лишь с сожалением смотрел на меня, не решаясь вновь подступить.

— Элис, у тебя всплеск магии, — все так же сдержанно сказал Тоби, словно говорил с маленьким ребенком, впавшим в истерику. — Просто доверься мне, хорошо?

Довериться?!

В груди обжигающе вспыхнула злость. Я сжала зубы, пытаясь сдержать накатившие слезы, и шагнула в сторону, чтобы больше не видеть его, но дверь ванной резко распахнулась, преграждая мне путь. Тоби коснулся моего плеча, — наверняка опять хотел использовать магию, чтобы успокоить, и я, обернувшись, выкрикнула из последних сил:

— ДА УЙДИ ЖЕ ТЫ!

Тонкие нити сорвались с пальцев, сплелись в тугой ком, и устремились вперед, чтобы точным ударом врезаться в его грудь. Он отлетел к дальней стене, изогнувшись словно тряпичная кукла, и впечатался в шкаф под громкий треск деревянной дверцы. Мамина ваза опасно покачнулась на самом верху, когда Тоби обессиленно рухнул на пол, и, не удержавшись, повалилась следом, чтобы звонко разбиться на части.

Я в ужасе замерла.

И все в доме замерло.

Затихло, оборвавшись в одно мгновение.

В полной тишине Тоби лежал на спине, заслонив лицо рукой. По его белой рубашке быстро расползались алые пятна сразу в нескольких местах.

Мое тело дрожало теперь не от злости, а от страха. Я рванула к комнате, но тут же опомнилась и устремилась на кухню, а потом, совсем растерявшись, завертелась на месте и все-таки побежала к себе. Перескакивая через осколки, путаясь в вещах под ногами и запинаясь, я пробралась к эпицентру образовавшегося хаоса, закопошилась, спешно перебирая горы тетрадей, учебников и прочего хлама. Нашла наконец пенал и, выудив из него перо, вернулась в гостиную, ногами расчищая путь от останков маминой вазы.

Упав на колени возле Тоби, я задрала его рукав и осмотрела пару глубоких порезов. От обилия крови, что сочилась из ран и стекала на паркет, меня замутило. Сжав губы, я принялась чертить знаки на здоровом участке кожи, стараясь не смотреть на то, как тяжело вздымалась его грудь.

Наконец, когда знаки засияли и кровотечение стало замедляться, я смогла облегченно выдохнуть.

— Сейчас обработаю, — сказала я, направившись к кухне, но остановилась, глядя на оставшиеся от нее руины.

И где теперь искать аптечку?

Хоть ритуалы и помогали с такими — не самыми серьезными — ранами, полностью залечить их могли лишь лекари или время. А до тех пор следовало оказать как минимум первую помощь.

— Не нужно, — хрипло отозвался Тоби.

Он уже успел подняться и теперь медленно шел в сторону коридора. Внутри меня боролось столько эмоций, что я даже не могла разобрать, какие из них преобладали, но в то же время от их обилия я словно не чувствовала абсолютно ничего. Только прожигающую грудь… пустоту?

— Тоби, я… Я не хотела, правда!

Отчего-то язык не поворачивался произнести такое банальное «прости».

Я устремилась за ним, но Тоби не оборачивался и не отвечал, медленно надевая пальто поверх пропитавшейся кровью рубашки.

Его лицо, обращенное к двери и скрытое в тени, отражалось в узком настенном зеркале и, казалось, не выражало совсем ничего, словно опустело.

— Подожди, — взмолилась я, когда он взялся за ручку двери, и вцепилась в его рукав. Пальцы обожгло колючей шерстяной тканью. — Не уходи, прошу тебя.

Тоби замер. Я прижалась к нему, уткнувшись лицом в его спину. Твердые и напряженные удары сердца били по щекам, кожа горела от прикосновений жесткого ворса, ставшего влажным от внезапно сорвавшихся слез.

— Ты… — начал Тоби, но тут же замолк. Его голос совсем охрип. Я чувствовала, как он вибрацией расходился по телу и дрожал, отдаваясь в моей груди сдавленной болью. — Только что ты требовала, чтобы я ушел, а теперь просишь об обратном. Я… теряюсь.

Бесцветный и монотонный, лишенный хоть каких-то оттенков, в то время как мой звенел и срывался.

— Почему ты говоришь так спокойно? Ты должен злиться или хотя бы… Посмотри на меня! Наори на меня! Сделай хоть что-то. Только…

Дыхание оборвалось. Сдавленное «не уходи» так и зависло в воздухе тихим отзвуком.

Он качнул головой, его грудь поднялась в тяжелом вдохе и обрушилась на выдохе. Дверь скрипнула.

— Тоби…

Руки ослабли, ткань выскользнула, оцарапав подушечки пальцев. Я могла побежать за ним. Могла вновь использовать магию, чтобы остановить. Могла кричать ему вслед, могла догнать и схватить. Но я только стояла у порога перед распахнутой дверью и смотрела, как Тоби спускается по ступеням и пропадает из виду, оставляя после себя лишь мелкие частицы пыли мерцать в свете, льющемся из окон подъезда.

Глава 10

Я не могла найти себе места.

Ходила от стены к стене, переступая через осколки разрушенной жизни. Через одежду с верхних полок шкафа, о которой успела забыть. Через мамины безделушки из комода, о существовании которых не знала вовсе. Через столовые приборы, части тарелок, донышки кружек, вырванные страницы блокнотов, обертки, бумажки, фантики, какие-то чеки!

Теперь все они смешались в единый неразборчивый ком, и разметались по квартире — ни собрать, ни склеить.

Обхватив себя руками и продолжая расхаживать, я несколько раз порывалась взяться за уборку, но окинув взглядом гостиную, вновь вспоминала о ранах Тоби и о том, что натворила…

Я.

Это сделала я!

Я виновата… Во всем и всегда виновата. Такие ошибки не прощают, такое просто невозможно забыть, простить или исправить. Не выкорчевать из памяти, не выжечь из сердца, не содрать с кожи.

Разочаровала… в который раз!

Среди осколков разрушенной жизни часы нашлись слишком быстро. Призывно поблескивали с подушки дивана, умоляя надеть, чтобы оградить этот мир от такого чудовища. Схватив их, я пересекла квартиру в пять широких шагов и сорвала с крючка пальто.

Я не знала, куда шла. Просто вперед.

Только через пару кварталов, когда волосы совсем вымокли под дождем, а вода хлюпала в тонких — не по погоде — кроссовках, я подумала, что стоит вернуться.

Но не могла.

Только не туда.

Не в квартиру, где теперь все напоминало о содеянном. Мне хотелось просто идти. Уйти как можно дальше и больше никогда не возвращаться. Заблудиться в лесу. Затеряться в листве и сосновых иглах. Слиться с корой многолетних деревьев. А потом упасть и лежать. Долго-долго лежать. Пока не умру…

— Нет, пожалуйста, не надо! — взмолился кто-то по другую сторону дороги. — Вы ведь ее убьете!

Прохожие оборачивались, но спешно проходили мимо, а я застыла, глядя на ужасную сцену: две девушки жались к стене покосившегося заброшенного дома. Одна уже почти лежала на земле, а другая загородила ее собой от двух блюстителей, которые, ударяя тонкими дубинками снова и снова, пытались оттащить их к фургону.

Ниимы.

Сердце сжалось от ужасающей несправедливости и невозможности помочь. Я хотела бы заступиться, сделать хоть что-то, лишь бы прекратить их мучения и позволить им сбежать. Совершить хоть один хороший поступок, хоть раз оказаться действительно полезной.

Но я ничего не могла.

Или?..

Я опустила взгляд на свои руки. Пальцы сморщились от дождя и подрагивали на холодном ветру.

Искупит ли спасение невинных вину за содеянное? Или мое вмешательство лишь все усугубит?

— НЕ-Е-Е-Т! — истошный крик заставил меня вздрогнуть. Девушка отчаянно сопротивлялась, когда один из блюстителей все же смог оттащить ее от лежавшей. — От-пус-ти-те!

Стоило сдернуть часы, как на кончиках пальцев заискрились едва заметные огоньки. Не успела я приказать, как нити сорвались и устремились вперед, пронеслись сквозь прохожих, направляясь прямиком к цели. Занесенная дубинка одного из блюстителей зависла в воздухе, и тот замер не в силах пошевелиться. Я не слышала их слов, но догадывалась по их ошарашенным лицам, что они в ужасе. Второй, что повыше, шагнул вперед и попытался силой опустить руку напарника. И я позволила. Дубинка обрушилась вниз, с размаху впечаталась в голову второго. Он отступил, покачнулся и безвольно повалился на землю.

Первый что-то бормотал, смотрел на свою руку и сжатую в ней дубинку, а я улыбалась, глядя на него. Он стал моей марионеткой, послушной, покорной и податливой.

Я упивалась свершившимся возмездием и восторжествовавшей справедливостью, восхищалась той силой, что теперь была подвластна мне и позволяла вершить правосудие. Я хотела заставить его почувствовать то же, что чувствовали девушки, которых они избивали, чтобы он ощутил то, что ощущали все ниимы, годами страдавшие от их жестокости, нескончаемого гнета, притеснений и неравенства.

Кто-то коснулся моего плеча, и я вздрогнула.

Что со мной? Это мои мысли?..

Я обернулась, но, кроме обычных прохожих, никого не заметила. Должно быть, один из них случайно толкнул, когда пытался обойти меня, застывшую посреди улицы, или попросту задел зонтом.

Нити все еще слабо поблескивали и тянулись с пальцев к так и стоявшему в растерянности блюстителю. Одно движение — и дубинка, взметнувшись вверх, ударила по голове своего же хозяина, отправляя его на землю.

Тряхнув руками, чтобы сбросить нити, я быстро защелкнула часы на запястье. Огляделась по сторонам и спешно пересекла дорогу, увернувшись от сигнала одной из промчавшихся рядом машин.

Возле распластавшихся на асфальте блюстителей уже собралась небольшая толпа, которую я обогнула, направляясь к ниимам.

— Как вы?

Девушка вздрогнула и затряслась, вновь заслонив собой другую, будто боялась и меня. Ее лицо, сплошь покрытое синяками, исказилось ненавистью и тревогой.

— Я хочу помочь, — тихо сказала я, но она замотала головой, отстраняясь от моей протянутой руки.

Прожигая меня взглядом, девушка помогла подняться второй, чье лицо и вовсе трудно было рассмотреть сквозь мешанину из грязи и крови. Они обошли меня по дуге, как очередного опостылевшего блюстителя, и медленно, кое-как переваливаясь с ноги на ногу и опираясь друг на друга, поплелись мимо столпившихся прохожих, которые тут же обратили на них свои взгляды.

«Вот же они», «прокля́тые отродья», «остановите их», «поганые ниимы», «задержите», «это они виноваты», «ловите», «не дайте уйти».

Но я же… хотела помочь.

Шум дождя заглушал мои шаги. Я отступала к зданию как можно тише, стараясь не привлекать внимание разгневанных прохожих еще и к себе, но едва не взвизгнула, когда возле моих ног что-то щелкнуло.

Небольшое окно, находившееся чуть выше уровня земли, распахнулось, и из него показалась рыжая макушка, а следом и ее обладательница. С грацией уличной кошки, она резко выскользнула из окна, словно что-то стащила, и уже собиралась рвануть прочь, как вдруг встретилась взглядом со мной.

Несколько секунд она просто смотрела на меня, в ужасе распахнув глаза, пока я пыталась подобрать хоть одно слово для той, за кого так долго переживала, той, о ком пыталась заботиться, и той, что предала и подставила меня.

— Хоуп… — прошептала я, и это ее отрезвило.

Она резко сорвалась с места, а я, не успев все обдумать, побежала следом…

Жизнь на улице сделала ее невероятно выносливой, но и мои утренние пробежки не прошли даром. Здания и чужие лица мелькали перед глазами, смазываясь и размываясь от такой гонки. Мы мчались по Гамблу, огибая людей, уклоняясь от чужих рук и зонтов, резко сворачивали, меняя направление, когда натыкались на красный сигнал светофора, и забрызгивали ноги прохожих, проносясь по глубоким лужам.

В какой-то момент я почти нагнала ее — она выдохлась и держалась уже из последних сил, но стоило мне обрадоваться, что победа близка, как Хоуп ускользнула, скрывшись под аркой одного из зданий. Тогда-то я и отстала. Замерла и тяжело сглотнула, пытаясь отдышаться. Из-за этой задержки я могла окончательно потерять ее из виду, но занервничала у входа в желтокирпичный переулок, сбитая короткой, но четкой мыслью:

Что, если это ловушка?

Хоуп ведь не поступила бы так снова? Да и не могла она знать, что мы пересечемся… Она была удивлена, увидев меня, вряд ли успела бы так быстро что-то спланировать.

Отмахнувшись от навязчивых страхов, я все же шагнула вперед.

Лабиринты переулка могли запутать любого, кто впервые здесь оказался. Они заставляли петлять в бесконечных поворотах, натыкаться на двери сомнительных заведений, и бродить, то упираясь в тупик, то возвращаясь к началу. Часть коридоров скрывалась внутри зданий, потому была защищена от дождя, но другая часть проходила сквозь дворы под открытым небом и вынуждала ускориться, чтобы не продрогнуть под холодными каплями.

Я обследовала все уголки и уже отчаялась найти Хоуп, когда рядом со мной распахнулась дверь знакомого бара, выпуская компанию подвыпивших верзил. Замерев чуть поодаль, я дождалась, пока они закурят и, громко гогоча, свернут за угол, чтобы скрыться под навесом в темном и узком проулке, а потом прошмыгнула в помещение.

Внутри оказалось непривычно спокойно. Боясь увидеть знакомых из прошлой жизни, я лишь быстро окинула присутствующих взглядом и, не найдя нигде рыжих волос, двинулась к барной стойке.

— Вот это там льет, — сипло присвистнула Мэг, оглядев мои промокшие насквозь пальто и волосы. — Деточка, ты не слышала, что давно изобрели такую штуку, как зонт?

— Видела Хоуп? — спросила я, проигнорировав ее комментарии.

Скорчив задумчивую гримасу, Мэг похлопала крючковатым пальцем по щеке.

— Дай-ка подумать. Возмо-о-ожно, я и знаю, где она… и даже могу сказать... Но у меня последнее время сто-о-олько проблем от этих отбросов. — Мэг кивнула в сторону столиков и с напускной досадой покачала головой. — Глянь-ка, всех клиентов мне распугали, я уже в минус ушла.

Нетрудно было догадаться, к чему она клонит.

— Сколько? — спросила я, запустив руку в карман и нащупав телефон, а с ним и карточку.

Мэг тут же просияла, и на ее лице растянулась кривая улыбка.

— А сколько ты выпьешь?

Она продвинула по барной стойке жирный лист со списком напитков. Я оглядела небольшой выбор и указала на самый безобидный коктейль, стараясь не задевать застывшие на поверхности сальные пятна.

— Один.

— Ну-у-у, за один я скажу разве что видела ли Хоуп в принципе! А вот за два… хотя нет, лучше за три. — Глаза Мэг сверкнули в полутьме бара. — За три я могу поделиться куда более ценной информацией. Той, которую ты точно хочешь услышать.

— О чем ты? — хмурясь, спросила я. Осознанно или нет, но ей удалось меня подловить.

Мэг с довольной ухмылкой почесала нос и поманила рукой. Пришлось склониться чуть ближе.

— Тут, знаешь ли, всякие разговоры ходят, — загадочным полушепотом сказала она. — Отбросы часто забегают, пытаются разгрести то дерьмо, что наворотили, ну и попутно говорят о своем. А порой бедолаги совсем забывают, что я с ними не заодно, и разбалтывают всякое… — Мэг оперлась на барную стойку и, скучающе оглядев свои ногти, выскребла из-под одного слой грязи. — Про тебя, например.

— Хорошо, три, — кивнула я, но, как только Мэг потянулась к небольшим стаканам, добавила: — Оплачу три, но пить не буду.

— Элис, — с упреком произнесла она. — Ты ведь знаешь, я не люблю, когда хорошее пойло пропадает даром.

— Можешь даже не наливать, я просто оплачу.

Я демонстративно покачала картой перед ее лицом. Мэг резко опустила стаканчики на столешницу и уперла ладони возле них.

— Просто так деньги не возьму. Условия есть условия, менять их я не стану. Так что пей или уходи.

Три не слишком крепких коктейля? Конечно, прежде я справлялась и не с таким. Да и выпить, честно говоря, очень хотелось. А еще лучше — напиться до такой степени, чтобы вовсе забыть о том, что я натворила, и о том, что мне пришлось пережить за последние месяцы, как, впрочем, и годы.

К тому же я просто не могла упустить возможность выведать планы Рейнара. Если ниимы до сих пор водились с ним, они могли знать что-то важное…

До последнего сомневаясь, я все же сдалась и кивнула. Мэг расплылась все в такой же жуткой улыбке, взболтала шейкер и одним неразрывным движением наполнила стаканчики, а затем прокатила их по столешнице прямо ко мне.

Горький напиток обжег горло, я зажмурилась и сглотнула, привкус на мгновение показался странным, совсем не таким, как я помнила, но Мэг отвлекла меня, тут же сказав:

— Хоуп была здесь вчера. И днем ранее тоже. Последнее время вообще частенько заглядывает. Передает какие-то пакеты…

Мэг продвинула второй стаканчик ближе ко мне и призывно кивнула, мол «давай-давай, я жду».

На этот раз я задержала жидкость во рту чуть дольше, пытаясь разобрать, что именно вызвало подозрения, и — только когда проглотила, — поняла.

Но было уже поздно.

— Тебе объяснять, что в пакетах? — уточнила Мэг. Ее голос звучал отдаленно, а лицо постепенно размывалось и смазывалось, расплываясь точно акварель по мокрой бумаге. — Не знаю, с кем отбросы связались, но делишки у них таки-и-ие грязные, что даже я ввязываться не хотела.

В ушах гудело. Лицо Мэг то вспыхивало, то исчезало, потонув во тьме. Какой-то резкий звук заставил меня обернуться, я чуть не повалилась с барного стула, на котором даже не помнила, как оказалась, но Мэг обхватила меня за предплечье и прижала стакан к моим губам так резко, что стеклянный ободок ударился в зубы и отозвался пульсацией в челюсти. Я пыталась противиться, алкоголь вытекал изо рта, струился по подбородку и капал на джинсы. Я кашляла, пыталась отстраниться, но не могла совладать с собственным телом. Я смотрела на Мэг, которая то появлялась, то пропадала, пока в ушах гремели чужие голоса. Я вздрагивала от каждого шороха, меня бросало в жар и тут же в холод. Я глотала, пока в мой рот что-то вливали, и уже не понимала, где нахожусь. Я…

— Тише… — донеслось отдаленно, — …станет хорошо… потерпи…

Я задыхалась и горела изнутри, куда-то падала и вновь поднималась, перед глазами танцевали узоры и всполохи, вызывая тошноту и боль в висках.

А потом все разом схлынуло.

Я моргнула.

Мои веки еще никогда не казались такими тяжелыми. Голова едва держалась в вертикальном положении, но отчего-то мне стало невыносимо хорошо. Хо-ро-шо. Даже забавно. Странно, но так хорошо и приятно, хотя мне совсем не нравилось то, что происходило, но отчего-то я думала, что мне хорошо. Или не слишком хорошо? Вроде и хорошо, но не в той мере, в которой это «хорошо» я обычно рассматривала…

— Эй, ты тут? — спросила Мэг, слишком медленно щелкнув пальцами перед моими глазами. Звук дошел с еще большей задержкой.

Я открыла рот, чтобы ответить, но он вдруг стал таким тяжелым и необъятным, что я едва могла шевелить губами.

— Ты… обещала… рассказать…

— А я и... — Она продолжала говорить, но я не могла разобрать слов, которые разваливались на звуки. — …Рейна… убийс… дом… — Как вдруг одно слово резко обрушилось на меня и отрезвило, со звоном ворвавшись в сознание. — …ключ.

— Ключ?

Я только сейчас поняла, что распластала руки по столешнице и упиралась в нее щекой. Мыльная картинка перед глазами стала чуть более четкой, и я смогла различить, как Мэг пожала плечами.

— Говорю только то, что слышала. Какой-то ключ у тебя в квартире. То ли мать твоя припрятала, то ли еще что. А он им вроде как нужен.

Через силу я смогла выпрямиться, но голова все равно клонилась и норовила вернуться на горизонтальную поверхность. Тело настолько расслабилось, что каждое движение давалось с трудом. Перед глазами по-прежнему плыло.

— Что ты… мне… подсы…

— Не знаю даже. Что в пакетах было, то и подсы́пала. — Мэг подперла подбородок ладонью и задумчиво посмотрела на меня. — Хоуп прибежала на пару минут раньше, попросила задержать тебя, пока она не позовет Рейнара. Мне, в общем-то, плевать на ваши разборки… Просто помогаю всем, кто платит. А она мне вот пакет дала, надо ж было на ком-то опробовать перед продажей.

Голова едва не упала на столешницу. Я попыталась подняться, но ноги не слушались. Мне нужно было встать. Уйти. Сбежать. Как-то заставить себя двигаться и…

Точно!

Одеревеневшей рукой я коснулась застежки часов, через силу надавила на кнопки. Пальцы не слушались, а я все давила и давила, но замок никак не хотел открываться.

— Мешают? — поинтересовалась Мэг, наблюдая за моими безуспешными попытками. — Симпатичные часики… Могу помочь снять, если оставишь их мне.

Не дожидаясь согласия, Мэг нажала на кнопки и, после короткого щелчка, стянула часы. У меня не было ни сил, ни времени сопротивляться. Рейнар мог появиться в любой момент. Мне следовало собраться, призвать магию и внушить себе...

Встать!

Кончики пальцев заискрились. Бледные нити медленно и вяло поползли к моим же ногам и потянули в сторону, да так резко, что я едва не свалилась со стула, но в последний момент все же успела направить руку к столешнице, чтобы удержаться.

— Странно даже, — удивленно пробормотала Мэг. — Может, алкоголь сбивает эффект… Хоуп говорила, тебя так развезет, что ты и пальцем пошевелить не сможешь.

Она хмыкнула, но задерживать меня не спешила. С трудом направляя тело приказами, управляя собой точно марионеткой, я уже отступила от барной стойки, когда возле уха раздался знакомый голос.

И я бы предпочла, чтобы сейчас рядом со мной оказался Рейнар, а не он…

— Вот ты и попалась, куколка.

Я едва не рухнула на пол, когда магия всколыхнулась и задрожала всего от пары его слов.

Мэг, все еще следившая за моими стараниями, поморщилась.

— Мэ-эйсон, не мешай девочке, у нее и без тебя проблем хватает.

— Да я ж, наоборот, ей только помогу, — отозвался он с усмешкой и грубо обхватил мои плечи. — Заполню пустоту… в ее сердечке.

Мэйсон загоготал, прижимая меня теснее к своему телу. Я пыталась отстраниться. Вызвать нити, но они лишь слабо трепыхались, отказываясь слушаться. Меня куда-то повели — почти понесли. Ноги волоклись по полу, едва передвигаясь.

— Мэйсон, куда ты ее потащил? — окликнула Мэг почти без интереса. — Она здесь нужна.

— Скоро верну! — усмехнулся он, обдав мое лицо влажным дыханием. — Мы только чуток развлечемся.

Он вытянул меня из бара и свернул за угол в темный и пустой проулок. Навес хоть и защищал от дождя, но под порывами холодного ветра мелкие капли все равно настигали и ударяли по лицу. Я врезалась спиной в стену, когда Мэйсон толкнул меня и прижался вплотную, склонившись к уху.

— Думала, я не заметил, как ты поглядывала на меня, когда приходила в прошлый раз? — Его руки прошлись по моему телу, и я отчетливо ощущала их даже через слои одежды. — А потом сбежала, еще и не попрощавшись. — Я задержала дыхание, когда его пальцы сжали бедро, а губы впились в шею, оставляя на ней жадные влажные поцелуи. — Решила поиграть со мной? Заставить бегать за тобой? А теперь, смотри-ка, ты уже никуда не убежишь.

Липкие ладони забирались под пальто, грубо сминали кофту, расстегивали джинсы и тянули их вниз. Страх сковал все тело, я могла лишь отвернуться и смотреть в пустоту содрогаясь. На секунду мне даже показалось, что в темноте шевельнулась чья-то тень. Я попыталась закричать, чтобы позвать на помощь, но с губ сорвалась только тишина.

— Ты чего так трясешься? — Рука Мэйсона резко оказалась на моем затылке, пальцы загребли волосы и сжали, дернув в сторону, отчего моя голова, как голова шарнирной куклы повернулась к нему. — Уже в предвкушении?

Его лицо расплывалось, грозя вот-вот превратиться в лицо из кошмаров, вернуть меня к тому ужасу, от которого я только недавно смогла сбежать. Пустые лица, пустые лица, пустые лица…

Я должна была бороться. Заставить магию помочь, призвать нити, приказать им оттолкнуть его, ударить… бить до тех пор, пока он не испустит последний вздох.

Его рука скользнула по коже живота, и я дернулась всем телом, но он продолжал настойчиво прижимать меня к стене.

— Сопротивляешься, — сказал Мэйсон с противной усмешкой. — А мне это даже нравится.

Он резко встряхнул меня, ударив головой о стену, всунул колено между моих ног, прижимаясь плотнее. Перед глазами замерцали огни и размытые пятна, шершавые пальцы скребли чувствительную кожу, щупали и трогали, пробираясь ниже.

Пусти. Пусти. Пусти…

Мэйсон оскалился и одним движением заставил меня содрогнуться.

— М-м-м, смотри, какая ты уже мо…

ПУСТИ!!!

Его тело вдруг отлетело в сторону и врезалось в стену напротив.

— С-сука… — Он уставился на меня и сделал шаг, но вновь впечатался в кирпичную кладку, приложившись головой. — Ты… — едва успел пробормотать он и посмотрел на свою ладонь, которая тут же сжалась. — Как ты?..

Его кулак взметнулся вверх и вмазался в испуганное лицо. Мэйсон покачнулся. Из носа поползла склизкая струя крови, а рука, опутанная теперь плотным коконом нитей, медленно отстранилась, чтобы ударить снова.

— Что за?.. — успел пробормотать он и взвыл от боли.

Мои ноги подкосились. Я медленно сползла на землю, не в силах оторвать взгляд от чужих мучений. Я не контролировала нити, не приказывала продолжать, но Мэйсон снова и снова калечил себя, издавая жалобные крики, а его лицо уже превратилось в алое безобразное месиво.

Искаженные рты, скошенные носы и пустые-пустые глазницы…

Он рухнул на землю, но все равно бил и бил ритмично и беспрерывно под собственные сдавленные хрипы. Его тело выворачивалось и ломалось, изгибаясь под неестественными углами. Хрустело, словно свежих хворост, разламываясь на части.

Нет...

Нет, прекрати.

Хватит…

Я не хотела… Не хотела такого.

Но нити не слушались.

Мэйсон уже почти не реагировал на удары, лишь сдавленно стонал, а его тело вздрагивало с каждым разом, когда изломанный кулак вреза́лся в то, что осталось от его пустого лица.

Стой. Остановись. Прошу…

Хватит!

ХВАТИТ!!!

Он замер. Рука безвольно упала возле тела, как отдельный чужеродный предмет. Я даже не знала, дышал ли он. Даже не знала, должна ли пытаться что-то сделать. Как-то… помочь?

Мне хотелось сбежать. Как можно дальше. Уже даже не в лес, не в другой город и не куда-то еще.

А лучше… и вовсе исчезнуть.

Но я могла лишь сидеть и напряженно смотреть на неподвижное тело, пытаясь отыскать в нем хоть мимолетный признак жизни, чтобы убедить себя, что я не... не… Я просто не могла, не должна была, я не…

Только не снова!

— Твою ж ма-а-ать… — приглушенно донеслось издалека вместе со спешными шагами.

Нити потухли, и я вдруг ослабла. Провалилась куда-то, растворяясь в пустоте, но все еще продолжала бежать по незримой границе сна и яви в болезненной полудреме, лишь бы убежать от осознания:

Магия Джейдена сделала меня монстром.

Глава 11

30 октября, среда

Не уходи. Пожалуйста, только не оставляй меня одну. Прошу, не уходи.

Но Тоби снова и снова уходит. Пыль серебрится в воздухе, сияет в лучах солнца, льющегося из окон подъезда, тянется ко мне, липнет к пальцам. Оседает на них мелкими искрами. А потом срывается тонкими нитями, обвивает все вокруг и сдавливает. Сжимает пространство к одной точке, стягивается, превращаясь в светящийся шар в моих руках. Сияющий клубок. Он темнеет, идет трещинами, гудит и трясется, словно его вот-вот разорвет на куски.

Шар раскаляется до предела. Я выпускаю его, но он не падает. Зависает передо мной и дрожит. А потом разрывается, сжигая мир дотла. Оставляя после себя лишь тьму.

Я все уничтожила.

Открыв глаза, я какое-то время просто лежала, глядя в потолок. Тело било мелкой дрожью после жуткого сна. Краем глаза заметила что-то непривычно странное — большой шкаф? Опустив взгляд, я едва не задохнулась, осознав, что я не в своей комнате, а на кровати в маминой спальне лежу прямо поверх одеяла в той же одежде, в которой была вчера.

Вчера…

Грудь сдавило от воспоминаний. И мне стало невыносимо тошно. От ужаса, который творился со мной, и ужаса, который сотворила я. Мутный и липкий ком из прошедших событий не позволял подняться, вжимая отяжелевшее тело в матрас, под закрытыми веками плясали туманные образы, которые хотелось поскорее смыть. Через силу я все же стянула себя с кровати и, пошатываясь, направилась в душ, чтобы хоть немного успокоиться и забыться.

— А я уж думал, ты весь день будешь в отключке, — излишне радостно усмехнулся Джейден. Он сидел на диване, забравшись на него с ногами, в окружении развалин, оставшихся от моей квартиры, и ел погнутой вилкой что-то из картонной коробки с логотипом доставки. — Вот это ты вчера повеселилась, конечно.

— Заткнись, — отмахнулась я то ли от него, то ли от вновь вспыхнувших образов, и тут же скрылась от них в ванной.

Холодная вода ни на секунду не помогла, лишь напоминая о вчерашнем дожде, горячая — всколыхнула в груди жар, нахлынувший от выпитого в баре. Даже полотенце, в которое пришлось завернуться из-за оставленного в комнате халата, в итоге привело меня к мыслям о случившемся. Обо всем случившемся.

Когда я переоделась и вышла в гостиную, Джейден все еще сидел на диване, но уже с книгой. Я с подозрением осмотрела его и глянула на часы… которых на руке не оказалось.

Оставила в баре. Сирх!

— Ты разве не на учебе должен быть?

Джейден медленно оторвал взгляд от страниц и с удивлением посмотрел на меня.

— Ты ж вчера весь вечер буквально умоляла не оставлять тебя одну. Забыла, что ли?

Возможно, бормотала во сне…

Я прикрыла веки и опустилась в кресло, пытаясь разобраться, что происходило после первого коктейля, но все смешалось и перед глазами плясало лишь очередное пустое лицо.

— Как я вообще оказалась дома и… в той спальне?

— Ну а куда надо было тебя деть? Ты ныла, чтобы я не уходил, а сидеть всю ночь у твоей кровати, знаешь ли, не хотелось. Тебя чем там накачали вообще?

— Накачали?..

В памяти резко возникла Мэг, ее слова, выпитый алкоголь, смешанный с порошком, а следом и тело Мэйсона… Если прежде я видела лишь смутные образы и надеялась, что меня в очередной раз попросту охватили кошмары, то теперь все вспыхнуло ярко и остро.

— Сирх, я… Я… Он жив?

Я уставилась на Джейдена, ожидая ответов, но он лишь пожал плечами.

— Не проверял.

— Боги… — в ужасе прошептала я и сжалась. — Я убила… человека?.. Я… я… Меня… посадят? Или… боги… Я не… не могла… Я не…

Только не снова.

Руки дрожали, мысли путались, перед глазами вновь и вновь мелькали удары и разбитое окровавленное лицо, изломанные конечности.

Джейден уткнулся в телефон и после длительной паузы пробормотал:

— Адрия пишет, что все нормально.

— Нормально? — я вскинула голову и вытянулась, с надеждой глядя на него, хоть и не верила. То, во что превратилось тело Мэйсона, не походило на состояние, совместимое с жизнью.

— Мхм, — кивнул Джейден. — Или ты хотела, чтобы было не нормально?

— С ума сошел?! Нет, конечно!

— Ну, он вроде как заслужил…

— Что? — Я запнулась и перевела взгляд на Джейдена, который вновь уткнулся в телефон. — Н-нет… наверное. Я… не хотела.

Это все магия. Ужасная магия, сделавшая меня монстром. Сначала квартира, потом Тоби, потом блюстители, хоть они и заслужили, потом и Мэйсон, хоть он тоже заслужил, но не… такого. Нет. Меня просто нужно изолировать, пока мы не найдем способ, как вернуть магию Джейдену, а лучше и вовсе… избавиться от нее! Такая магия не должна существовать, никому нельзя обладать такой силой, ни у кого нет права управлять другими и… творить такое.

— Что ж, — неуверенно сказал Джейден, отложив телефон. Он уперся руками в колени, с сомнением оглядывая квартиру. — Вижу, мой план все же сработал.

— Хреново сработал, — буркнула я.

— Ну-у-у… Я, конечно, ожидал не совсем такого, но…

— Не сработал твой план, — тихо пробормотала я и зачем-то добавила: — Это не из-за тебя.

— А-а-а! Так вот почему Тоби не отвечает. — Джейден тут же повеселел и уселся поудобнее, будто приготовился к увлекательной истории. — И что тут у вас случилось? О, погодь! Его что, заводят связанные девушки? Фетиш типа? Распускал руки, да?

— Собирай вещи, — сказала я, резко поднявшись. — И проваливай.

— Чего? Эй-э-эй, подожди! Мы так не договаривались, — возмутился он, следуя за мной к комнате. — Магия пробудилась? Пробудилась. Значит, мой план в любом случае удался!

— Ты видел, что я натворила?! — воскликнула я обернувшись. — Это было частью твоего плана?

Я вскинула руки, обводя хаос вокруг. Хаос, созданный мной. Хаос, который каждый раз лишь преумножался. И виной тому была я и эта прокля́тая магия!

— Я разрушила квартиру, ранила Тоби. Я едва не убила человека! Это ты тоже планировал?!

Джейден поморщился.

— Ну, чутка не подрассчитал возможный урон… Да и ты сама сказала, что это Тоби виноват.

Во мне полыхал гнев, я собиралась продолжить этот бессмысленный спор, но вдруг заметила на пальцах мелкие искры и тут же прижала руку к груди.

— Собирай. Свои. Вещи, — сквозь зубы проговорила я. — И выметайся.

— Не-а. — Джейден развернулся и, дойдя до дивана, улегся на него. — Я оплатил месяц, так что…

— Твои деньги пойдут на починку сломанного и на новую посуду. — Я прикусила губу, все еще удерживая свою руку, на которой так и сверкала магия. — Остальное я верну.

— Нет, так не пойде…

— Хорошо, — перебила я. — Тогда я уезжаю.

Я шагнула в свою комнату и потянула за собой дверь.

— Э-эй! Ну я же хотел как лучше. Я ведь не знал, что в итоге…

— Да у тебя что ни план, то попытка меня убить!

— Но я не…

— Собирай вещи! — повторила я и хлопнула дверью, прежде чем нити успели сорваться с рук.

***

Уборка моей комнаты заняла по меньшей мере пару часов. И то для починки одного ящика нужно было вызывать специалиста, а может, и вовсе покупать новый стол, потому что ножки слегка подкосились.

Все это время я упорно старалась не вспоминать о произошедшем, но мысли то и дело лезли в голову, не позволяя отвлечься.

Когда я вышла в гостиную, Джейден все еще лежал на диване.

— И что непонятного было во фразе «собирай вещи»?

Он обернулся и посмотрел на меня с такой печалью, что я не сразу поверила своим глазам.

— Ну ты серьезно?

— Серьезно, — почти без колебаний ответила я.

Джейден обреченно вздохнул и поплелся к коридору, попутно тыкая в экран телефона. Натянув куртку, он обернулся и, встретившись с моим взглядом, сказал с возмущением и обидой:

— Иду смотреть квартиру, как ты и просила!

— Отлично! Дверь закрыть не забудь, — напомнила я, прежде чем он успел выйти.

И приступила к уборке кухни, как только щелкнул замок. Надо же. Неужели хоть раз решил прислушаться…

Магией я принципиально не пользовалась. Вручную собирала разбросанные столовые приборы, сметала осколки посуды, возвращала хоть немного уцелевшие предметы на места. Половину вылетевших из холодильника продуктов пришлось выбросить в отдельный пакет, куда не влезла та самая рыба, которая уже попахивала и теперь напоминала мне о Рейнаре. Зачем вообще покупала… Так и не найдя пакет покрупнее, я просто отложила ее и еще раз осмотрела квартиру, все еще напоминавшую руины.

Развалины моей жизни.

Я хотела вернуться к уборке, но, кажется, выдохлась. Не потому, что устала физически, а потому, что больше не могла справляться с рвущимися наружу чувствами. И когда от Тоби пришло сообщение со словами: «Нам нужно поговорить», и следом: «Могу зайти через полчаса?», я не выдержала. Осела на пол и зарыдала. Бормотала ругательства, жалела себя, винила Джейдена, Тоби, Мэйсона, Мэг, Хоуп, Рейнара и всех основателей, винила магию, ниимов, разделение и неравенство, а вместе с ними винила и весь этот мир.

А еще бесконечную вселенскую несправедливость, из-за которой, почему-то я страдала чуть ли не больше всех!

Выплакав все имевшиеся слезы и почувствовав полное опустошение, я вдохнула забитым носом и вдруг ощутила нечто иное. Что-то испорченное и…нет, не рыбу! Она не могла пахнуть так сильно.

Знакомый, до тошноты знакомый запах смерти заполнил квартиру, а вместе с ним проявился и звук, похожий на чавканье. По спине пробежали мурашки. Я медленно обернулась, страшась увидеть то, что предполагала и вздрогнула, осознав, что на этот раз не ошиблась.

На диване в гостиной сидел человек.

Обхватив все ту же рыбу двумя руками, он впивался зубами в ее брюхо и выдирал внутренности. Ошметки и чешуя прилипали к его лицу и валились на пол, пока он жевал, медленно двигая челюстью, подобно кукле чревовещателя. Он не смотрел на меня, с упоением вгрызаясь, жуя и отрывая все новые и новые куски.

Человек, оставлявший тела в лесу. Человек, убивший мистера Карвера. Человек, называвший себя Рейнаром. Человек, возможно, являвшийся самим основателем — сидел на диване в моей квартире и ел.

Встань. Брось. Уйди.

Я мысленно повторяла приказы, но нити не вспыхивали.

— Исчезни, — одними губами прошептала я.

И он меня заметил.

Мои руки, а следом и все тело прошило мелкой дрожью, пока он изучающе смотрел на меня, не отрывая ото рта уже наполовину обглоданную рыбу. Его брови медленно поднялись. Он расцепил зубы и, опустив добычу, коснулся безымянным пальцем жирных губ.

— Салфеток не найдется?

Я опешила и вскочила с пола. В животе все стянулось в тугой ком, который затвердевал и разрастался, давил на ребра, грозил проломить позвоночник и раздуться до таких размеров, что ноги не выдержат его вес.

Нити вспыхнули. Десятки тонких, едва заметных линий протянулись во все стороны. Я взмахнула руками, натягивая их и направляя. Повинуясь магии, столовые приборы взлетели, и все разом устремились вперед, но, не достигнув цели, обратились мыльными пузырями и плавно поплыли к потолку. Осколки посуды взметнулись и залпом обрушились на Рейнара, чтобы вонзиться в него множеством острых углов, но в секунду рассыпались, усеяв пол бледной пылью.

— Занятно, — только и сказал он.

Тело содрогалось от усталости. Очаг скрутило, как при сильном голоде. Я больше ничего не могла сделать. Рейнар же все это время продолжал упоенно поглощать рыбу, словно мои попытки атаковать его были лишь несущественной детской шалостью.

Дожевав, он отложил остатки на погнутый металлический поднос и продвинул его по столу, а сам медленно откинулся на спинку дивана.

— Никакого гостеприимства…

— Что вам… нужно? — выдавила я.

— Я же сказал — салфетка.

Сердце учащенно билось в груди. Я не понимала, что делать. Нет, понимала, конечно, — дать ему салфетку! Но что делать в глобальном, сирх его, смысле? Бежать? Подчиняться? Сопротивляться? Кричать? Звать на помощь?

Я двинула рукой в сторону шкафа, но нити не появились, а очаг пронзило болью. Надо же было израсходовать всю энергию на такую глупую попытку напасть…

Не сводя с Рейнара взгляд, я взяла стопку салфеток и медленно протянула ему, держась на расстоянии вытянутой руки. Двумя пальцами он подцепил одну и улыбнулся, обнажив все свои прогнившие зубы, испещренные чешуей и частицами рыбы. Небрежно протер рот все такими же механическими движениями, которые все больше напоминали мне влияние телесной магии.

Но мог ли кто-то все это время управлять его телом? Или же он сам…

Рейнар продолжал испытующее смотреть на меня, а я, не выдержав, глянула на дверь. Зачем только попросила Джейдена запереть ее?!Мой ключ где-то в кармане пальто, пока достану и открою замок… Хотя Рейнар мог уже несколько раз убить меня, если бы хотел. А значит, он и не собирался? Или чего-то ждал? В крайнем случае я могла выпрыгнуть в окно. В целом, потолки здесь довольно низкие, со второго этажа падать будет не так высоко, можно удачно приземлиться, только вот бежать потом вряд ли получится, да и он мог обращаться в дым…

— Не стоит меня бояться, — усмехнулся Рейнар, словно мог знать, о чем я думала. — Друзья мальчишки — мои друзья.

— Мальчишки?

— Телесника, — пояснил он. — Телесника по праву, а не по воле случая.

Кривая улыбка рассекла его лицо.

— И… что вы здесь делаете? — спросила я, попытавшись звучать спокойно.

— Все-таки боишься, — с недовольством произнес Рейнар и откинул салфетку. — А странно, я вроде помог тебе.

— Помогли?

Тяжелый вздох сорвался с его губ.

— В ваше время убивать врагов друзей не считается помощью? — Он нарочито нахмурился, словно и вправду задумался. — Да нет, должно считаться… И я помог девчонке вернуть магию и память. Разве это не называется помощью? Дружеский жест, не иначе.

Убийца вздумал поболтать? Хорошо, поболтаем.

Нападать на меня он, судя по всему, пока не планировал, так что можно было и подыграть. Главное — дотянуть до прихода Джейдена, а дальше пусть они тут вдвоем разбираются.

— Если вы о мистере Карвере, то я не хотела его убивать. Он уже был связан. Нужно было просто передать его блюстителям.

— Чтобы они вершили свое правосудие? — резко ожесточился Рейнар. — Поверь мне, девчонка, они не вправе решать. Решать должна судьба.

Его рука дернулась в сторону и вытащила из-за пояса тот самый револьвер. Я тут же попятилась.

— Боги послали его нам вместе с сосудом, — продолжил Рейнар, покачивая оружие в руке, точно взвешивая. — Вот что вправе определять достоин ли человек наказания. Веление богов! И боги решили, что тот ниим заслуживал смерти. — Я отступила еще на шаг и замерла, когда он резко вытянул руку, направив на меня дуло. — Девчонка хочет знать, заслуживаю ли я смерти за то, что отнял столько жизней? Позволим же богам определить.

Он развернул револьвер рукоятью ко мне и кивнул, явно намекая, что я должна его взять. Но ноги будто одеревенели, не желая сдвинуться с места. Рейнар предлагал… убить его? Я не понимала, серьезен ли он или вздумал сыграть в какую-то игру, чтобы еще сильнее запутать меня. Кое-как уняв дрожь, я неуверенно ступила ближе и, глядя в его глаза, осторожно обхватила гладкую деревянную поверхность.

Рейнар опустил руку и замер. В тот момент его лицо — молодое и невероятно красивое, но в то же время ужасающее — показалось мне абсолютно мертвым. Глаза, застывшие и остекленевшие, не совершали никаких лишних движений, и даже грудь не вздымалась на вдохах. А дышал ли он вообще?И если нет, то могла ли я убить его?

Один выстрел и все, возможно, закончится. Но разве стал бы он предлагать выстрелить в него, зная, что умрет или… боги, может, он уже и без того мертв? Что, если он вздумал устроить проверку и, стоит мне выстрелить, как он тут же убьет меня?

К тому же я совершенно не представляла, как пользоваться револьвером. Просто держала его, направляя на Рейнара.

Всего один выстрел и…

Палец сам лег на выпиравший крючок и машинально вдавил его.

Щелк.

Но звук получился совсем не такой, как при выстреле в подвале.

— Ну нет же… — разочарованно вздохнул Рейнар и обтер жирные ладони о штаны. — Ты неправильно делаешь.

Я едва успела моргнуть, когда он, обратившись дымом, возник за моей спиной. На запястьях сомкнулись его тонкие ледяные пальцы и сжали до боли. Прижавшись ближе, он уткнулся подбородком в мое плечо, удерживая меня в крепких «объятиях», и я задрожала то ли от страха, то ли от холода, исходившего от всего его тела.

— Сначала нужно взвести курок, — просипел Рейнар в самое ухо.

Он уложил вторую руку поверх той, в которой я держала револьвер, и оттянул большим пальцем тонкий пласт металла чуть выше рукоятки, отчего раздался щелчок, будто провернулся какой-то механизм.

— Вот так, — сказал он.

А потом нажал указательным пальцем на мой, вновь вдавливая крючок.

Наши руки дернулись под оглушительный звук выстрела. В ушах зазвенело, я зажмурилась, но тут же распахнула глаза, услышав чей-то визг — он приглушенным эхом разнесся откуда-то из-за стены, посреди которой теперь зияло углубление, расплескавшееся словно чернильная клякса. Сердце бешено колотилось, руки дрожали, сдерживаемые в крепкой хватке.

Хоть бы соседи вызвали блюстителей…

— Да начнется суд, — хрипло и торжественно произнес Рейнар возле моего уха.

Он потянул наши руки выше и прижал дуло револьвера вплотную к своему виску. Прикрыв глаза, Рейнар с наслаждением улыбнулся и в очередной раз вдавил мой палец.

Щелк.

Опять лишь щелчок…

— Хм-м-м, — протянул он, убрав голову с моего плеча. — Боги решили, что мне еще рано умирать.

Я уже не понимала, что происходит. Он только что пытался… убить себя? Или все же смерть ему не страшна, и он попросту решил развлечься?

— Теперь твоя очередь, — с явным удовольствием сказал Рейнар.

Нет-нет-нет!

Я рванулась что есть сил, но он только плотнее прижал меня к себе. Приблизил наши руки к моей голове, и, сдвинув холодным металлом челку, прижал к виску. Я забыла, как дышать. Ладони стали совсем влажными, и я молилась, чтобы револьвер попросту выскользнул на пол. Время словно замедлилось, я пыталась призвать магию, но она все еще не восстановилась, отзываясь в очаге тупой болью.

— Пахнешь страхом, — сладко шепнул он.

Я закрыла глаза. Любое движение сейчас могло стоить мне жизни. Но и бездействие тоже.

Хотя, возможно, смерть — не такой уж плохой вариант?

Щелк.

Глава 12

На этот раз щелкнул не револьвер.

Я открыла глаза и с мольбой уставилась на замершего в коридоре Джейдена. Но он явно был напуган не меньше.

— Мальчишка, — обрадовался Рейнар, не отпуская меня.

Джейден оборонительно поднял руки.

— Опусти… эту штуку, ладно?

— Все в порядке, — хрипло заверил Рейнар, продолжая вжимать дуло мне в висок. — Просто кое-что проверяем.

— Хорошо… проверяйте, — согласился Джейден, медленно подходя ближе. Он пытался говорить спокойно, аккуратно подбирая слова, и не выдавать своего страха, но я видела, как напряглись его плечи и как мелко дрожали все еще поднятые руки. — Только убери это от ее головы… пожалуйста.

— Хм… Переживаешь? — Рейнар отвел холодный металл от моего виска, и с моих губ сорвался судорожный вздох. Облегчение волной прокатилось по всему телу, колени подкосились, и я наверняка рухнула бы на пол, не держи он меня так крепко. — Убрал.

И только теперь, задышав наконец чуть спокойнее, я осознала, что Рейнар направил револьвер точно на Джейдена, который тут же, тяжело сглотнув, пробормотал:

— Давай лучше ты… опустишь его, и мы… поговорим?

Он опасливо поглядывал то на оружие, то на нас, нерешительно подступая.

— Ты будто не рад меня видеть, — сказал Рейнар с неожиданной обидой в голосе. — А я думал, ты обрадуешься, если я зайду в гости.

— Я, может, и был бы… рад, — выдавил Джейден, продвинувшись еще на шаг. — Если бы ты не целился в меня из этой… хреновины.

Он оказался уже достаточно близко, чтобы рвануть вперед и выхватить револьвер, но резко взведенный курок заставил его замереть и вновь поднять руки. Рейнар призывно махнул стволом в сторону дивана, и Джейден попятился.

— У меня к тебе предложение. — Ледяной нос коснулся моего уха и со свистом втянул воздух. — Девчонка мне не нравится, а магию хорошо бы вернуть… Разрешишь убить ее?

Джейден бросил короткий взгляд на меня и вновь перевел внимание на Рейнара, но с ответом не торопился. Я пораженно затаила дыхание, не понимая, почему он не отвечал. Мне уже хотелось наорать на него, высказать все, что о нем думаю, пригрозить уехать с его магией как можно дальше, запустить в него подушкой или чем-то потяжелее, но… я ничего не могла сделать. Магия все еще не восстановилась, Рейнар не ослаблял хватку ни на секунду, револьвер в любой момент мог вновь оказаться у виска, и сейчас моя жизнь зависела от решения Джейдена, а он почему-то… сомневался?!

Неужели настолько хотел вернуть свою магию?

— Нет, — в итоге сказал Джейден, и я, не сдержавшись, облегченно выдохнула.

— Жаль, — произнес Рейнар отстранившись. — Очень жаль, что придется… тебя огорчить.

Он резко вернул револьвер к моей голове и нажал на спусковой крючок.

Щелк.

Дыхание оборвалось. Ноги подкосились. У моего уха раздался хриплый смех, а Джейден сорвался с места, чтобы повалить нас на пол.

Я не понимала, что происходит, только барахталась среди чужих тел, пытаясь выбраться. Чья-то рука врезалась в мой живот, я вздрогнула и пнула кого-то, вывернувшись из хватки Рейнара. Откатилась по полу и поползла, по пути подобрав валявшийся без внимания револьвер. Прижалась спиной к стене под окном и вытянула руки, сжимая рукоять.

Стоило Джейдену навалиться на Рейнара, как тот обратился дымом и оказался прямо передо мной. Не раздумывая, я взвела курок и нажала на спусковой крючок, целясь ему в грудь. Щелк. Опять лишь сдавленный звук и никакого выстрела. Рейнар обхватил револьвер и выдернул его из ослабших пальцев. Джейден набросился на его спину, но вновь схватил лишь дым и, потеряв равновесие, рухнул прямо на меня.

— Спокойнее, — сказал Рейнар. Он уже сидел на диване, покачивая револьвер на ладони. Нажав на кнопку, он распахнул барабан и вытряхнул на стол небольшой металлический цилиндр. — Всего один патрон на шесть выстрелов. — Рейнар подцепил его, в секунду восстановив форму, и вернул на прежнее место. — Справедливый суд, как я и говорил.

Не сводя с него взгляд, Джейден встал между нами, а я так и осталась сидеть на полу, не находя в себе сил подняться следом. Меня все еще потряхивало от страха и непонимания. В чем заключалось его правосудие, если после первого же выстрела в револьвере не осталось патронов? К чему был весь тот фарс и притворство? Если он хотел моей смерти, мог убить любым другим способом: с той стальной хваткой, какой Рейнар сдерживал меня, он бы с легкостью свернул мою шею. Но он… не хотел?

— Твою мать, — выдохнул Джейден и задал мучивший меня вопрос: — Скажи уже, что тебе надо, а?

— Хм-м-м, — с наигранной задумчивостью протянул Рейнар, прокрутив барабан револьвера. — Почуял запах рыбки и решил заглянуть пообщаться с девчонкой. Но понял, что она не станет мне помогать. — Склонив голову набок, он улыбнулся. — А ты бы помог.

— Да с чего бы!

— Как же? — вновь фальшиво удивился Рейнар. — Я помог тебе, когда ты просил. Теперь твоя очередь. Разве не так поступают друзья?

— Чего?.. Подожди-ка! В каком это месте ты мне помог?!

— Ты ведь сам просил меня. Тогда, у ворот. Не помнишь?

— Ты… — Джейден замолк, его кулаки сжались, подрагивая от вспыхнувшей в нем ярости. — Так это ты убил их?!

— Убил тех, кого ты ненавидел — родителей. Разве ты не об этом просил? — Джейден бросился в его сторону, но Рейнар, обратившись дымом, оказался у него за спиной. — Странно. Ты ведь так отчаянно просил…

Джейден обернулся, обреченно глядя на Рейнара, и, возможно, собирался напасть на него вновь, но внезапный стук заставил нас всех замереть.

Блюстители! Соседи вызвали блюстителей, услышав выстрелы!

— Помогите! — заорала я.

Дверь щелкнула. Джейден накинулся на Рейнара и успел обхватить его, когда Тоби оказался в гостиной. На пару секунд все замерло. Тоби перевел взгляд на меня словно в замедленной съемке. В это же время губы Рейнара шевельнулись возле уха Джейдена в едва различимом шепоте, а потом его тело схлопнулось, и струя дыма, рванув к вытяжке, тут же скрылась в ней, оставив нас одних.

— Твою ж мать! — Джейден развернулся и пнул стол так, что тот подскочил. — Что? Что на этот раз?! — Он подхватил поднос с останками рыбы и швырнул в Тоби, но тот успел увернуться. Поднос врезался в стену, размазав по ней жирное пятно, и с металлическим звоном рухнул на пол. — В прошлый раз тебе было не до этого, я понял, но теперь-то что?! — Джейден взмахнул рукой, указав на меня. — Она вон живая, сидит целехонькая, так в чем проблема?! Решил сжалиться и отпустить убийцу, чтоб он убил еще пару десятков человек?!

— Джейден, — перебил Тоби, но тот не слушал.

— Ну ниче, мы подождем, нам же некуда торопиться! Так часто ведь выпадает возможность его поймать! — Джейден прошел до маминой спальни и распахнул дверь, но все же обернулся. — Если б ты не страдал этой своей любовной херней, еще б в прошлый раз все решили, и дело с концом. Но нет, конечно! Жизнь одной девчонки важнее десятков других… — Он замолк, то ли ожидая ответ, то ли подбирая слова, шумно вдохнул, но в итоге отмахнулся. — Короче, идите на хер! Я сваливаю.

Он скрылся в комнате, громко захлопнув за собой дверь.

Тоби стоял, не двигаясь с места, глядя куда-то себе под ноги. Я продолжала сидеть на полу, тихо глотая внезапно покатившиеся слезы. Время тянулось, заполняя комнату напряжением и сдавленным шумом.

Прошла по меньшей мере целая вечность, прежде чем в дверь постучали, и Тоби вдруг ожил. Я отдаленно слышала, как он говорил с кем-то — очевидно, с блюстителями — о жалобах соседей на шум, но удивительно быстро убедил их, что волноваться не о чем. Как ни странно, они сразу поверили и ушли, а Тоби, вернувшись в гостиную, тяжело опустился в кресло.

Спустя еще бесконечность, из комнаты вышел Джейден с большой сумкой в руке и тлеющей сигаретой в зубах. Проходя к коридору, он остановился возле подноса и, развернувшись, замахнулся ногой, чтобы со всей силы пнуть его, словно собирался забить мяч в ворота.

— Джейден… — пробормотала я, когда поднос со скрежетом пронесся по полу и влетел точно в мамину спальню. Но сил возмущаться уже не было.

— Что? — буркнул он, отчего сигарета в его губах покачнулась, и пепел посыпался на пол. — Все равно за мой счет все оплачивать будешь.

И ушел.

***

Я даже не поняла, почему мы взялись за уборку. Тоби просто поднялся и, ничего не говоря, начал собирать в пакет безнадежно испорченные вещи, а я сама не заметила, как присоединилась.

Монотонные действия немного успокаивали и отвлекали, хотя пару раз я порывалась начать разговор, но сразу замолкала, глянув на Тоби. По его напряженному и сосредоточенному виду можно было сделать лишь один вывод: что-либо обсуждать он пока не намерен. А когда он присел возле шкафа и взялся собирать осколки вазы, я и сама передумала заводить беседу. Даже смотреть не хотелось в ту сторону, чтобы не вспоминать о вчерашнем, потому я ушла на кухню.

Пока сметала пыль, в которую обратились столовые приборы, я усиленно старалась делать вид, что ничего не произошло. Не было ни всплеска магии, ни ран Тоби, ни погони за Хоуп, ни встречи с Мэйсоном, ни появления Рейнара. Казалось, в груди образовалась огромная дыра, лишившая меня каких-либо эмоций, и теперь я совсем ничего не чувствовала, словно… опустела. Лишь продолжала сметать пыль.

— От чего этот ключ? — вдруг спросил Тоби.

В голове тут же вспыхнули слова Мэг, затмевая все мысли, и я обернулась.

— Какой ключ?

Я устремилась к Тоби, который уже поднялся и протянул мне найденный предмет. Небольшой и, судя по виду, старинный ключ с заключенными в кольцо тремя треугольниками — символом основателей.

— Он просто лежал на полу? — спросила я, осматривая оставшиеся осколки, словно где-то между них могли затеряться еще несколько таких же ключей.

— Выпал, когда я поднял донышко. — Тоби аккуратно взял крупную отколовшуюся часть, судя по всему, относившуюся раньше к основанию вазы, и повернул ко мне неровным углом, где виднелось углубление, как раз подходившее под размеры ключа. — Думаю, он был вложен в нее еще при изготовлении, — добавил Тоби, разглядывая кусочек со всех сторон.

— Мама всегда очень бережно обращалась с этой вазой, но я никогда не понимала, для чего она ей, если цветов в нашем доме не бывало… — растерянно пробормотала я и нахмурилась, еще раз глянув на находку. — И он от чего-то очень важного, иначе не понадобился бы Рейнару.

Тоби смотрел на меня, ожидая продолжения, но я и так с трудом могла вспомнить, о чем конкретно говорила Мэг, поэтому только покачала головой и отошла к окну, чтобы получше рассмотреть ключ. В лучах уже клонившегося к горизонту солнца, он лишь вяло поблескивал золотом, но по-прежнему не давал никаких ответов.

Внезапно меня охватила тревога, хотя я даже не могла понять, из-за чего именно переживаю. Из-за всего случившегося? Из-за ключа? Рейнара? Если ему так нужен этот ключ, то почему он даже не попытался его отыскать?

— Элис, где часы? — спросил Тоби, вновь вырывая меня из раздумий.

— Они… — Я сжала губы, все еще глядя на ключ. Оборачиваться совсем не хотелось, как и признаваться в том, как глупо я поступила, доверившись Мэг. — Я верну их, не переживай.

— Вернешь? Нет, дело не в этом. Я хотел, чтобы ты надела их, чтобы… я все объяснил.

Судя по звуку, раздавшемуся позади, Тоби сел в кресло. И мне совершенно не нравилось, что даже спиной я ощущала растекавшееся по комнате напряжение.

— Значит… — Немного помедлив, я все же заставила себя развернуться, но так и осталась стоять возле окна, прислонившись к подоконнику. — Тебе придется объяснять без них, потому что я… облажалась.

— Что случилось?

На его лице отразилась тревога, и от этого стало еще хуже.

— Не хочу говорить. И не пытайся заставить меня сказать или… что-то подобное. Не знаю, что ты можешь делать этой своей… — начала я, вспомнив слова Джейдена о магии восприятия, но замолкла. И, то ли от желания отложить разговор, явно грозивший свести и без того вымотанную меня в могилу, то ли от мыслей о магии, я вдруг вспомнила возникший у меня не так давно вопрос и поспешно сменила тему. — Что, если Рейнар невосприимчив к телесной магии, потому что в нем действительно осталось какая-то ее часть? Джейден сказал, это как с управлением, если тянешь в разные стороны, то предмет не сдвинется с места.

— Возможно.

Я нахмурилась.

— Но ты говорил, что нельзя передать часть магии — либо все, либо ничего.

— Я помню, — Тоби покусал губу и отвел взгляд. — Не знаю. Я уже ни в чем не уверен.

Только сейчас я заметила, насколько растерянным он выглядел. Словно его, не меньше, чем меня саму, охватило отчаяние, от непонимания, что делать дальше. И мне было до ужаса странно видеть его таким: беспомощным, напуганным и… опустошенным? Раньше мне казалось, что Тоби мог найти ответ на любой вопрос, знал, как решить каждую проблему, а если и не знал, то с легкостью бы узнал, воспользовавшись своим положением, деньгами или связями, но теперь…

— Ты хотел мне что-то объяснить, — напомнила я.

Возможно, ответ крылся именно в этом.

— Я собирался рассказать еще вчера, но ты не захотела слушать, — медленно проговорил он, обращаясь куда-то в пол. — И уже много раз пытался, но либо что-то мешало, либо я просто не мог найти в себе силы признаться… — Он наконец поднял взгляд и посмотрел на меня. — …снова.

Сердце отчего-то до боли сжималось в груди. Я не понимала, почему, но мне ужасно не хотелось, чтобы он продолжал, словно его слова могли сейчас лишь усугубить ситуацию, которая и без того доводила меня до отчаяния. Давящая тишина с каждой секундой раздражала лишь сильнее, и вместе с тем была куда безопаснее предстоящего разговора. Но его, по-видимому, уже невозможно было избежать.

— Как я уже говорил, моя магия позволяет влиять на то, что человек видит, слышит или чувствует. — Он перевел взгляд на диван, и какое-то время смотрел на него, возможно, предлагая мне присесть, но мне не хотелось отходить от окна. — Но я могу искажать и восприятие уже прошедших событий. Например, подменять воспоминания. — Тоби ненадолго замолк, а потом добавил так быстро, что я не сразу успела осознать смысл слов: — Рафаэль не просто так не помнит Камиллу.

Пару секунд я просто медленно моргала, пока в моей голове наконец не сложился такой очевидный вывод:

— Ты стер ее из его памяти?

— Но по неопытности получилось плохо, — с сожалением кивнул Тоби.

А следующий вывод был еще очевиднее.

— И что ты стер из моей?

— Один наш разговор, — тут же ответил он, словно именно этого вопроса и ждал. Слова сорвались так легко, как если бы он мысленно повторял их множество раз, но никак не решался произнести вслух. — Вернее, его часть.

— В парке, — выдохнула я. Напряжение охватило все тело. Тот странный провал в памяти, странное поведение Тоби, снятые часы, отдаленные обрывки фраз. Я будто снова ощутила все это.

Вновь вспомнились слова Джейдена: «Когда тобой управляют, ты, по крайней мере, понимаешь это, хоть и не в силах сопротивляться. А вот маги восприятия могут водить тебя за нос так изящно, что ты никогда не заподозришь обман». По коже пробежали мурашки, и я обхватила себя руками.

— В парке, — повторил Тоби, не сводя с меня взгляд. — И это был импульсивный и необдуманный поступок, о котором я очень сожалею.

— Но… зачем? Мы говорили о… магии? Ты боялся, что я узнаю про…

— Прошу, только не пытайся вспомнить, — со вздохом перебил он. — И да, про магию в том числе. Я… не хотел, чтобы ты знала.

— И в итоге все равно рассказал.

— Потому что не могу больше врать тебе.

Мне хотелось высказать ему столько всего, но, запутавшись, с чего начать, я лишь поджала губы. Отступила от подоконника и медленно прошла к дивану, чтобы сесть напротив.

— Ты не хотел, чтобы я знала про магию восприятия, потому что… не доверял мне?

— Доверял, — тут же сказал Тоби, однако продолжил уже не так бодро. — Но дело в том, что… это не единственный раз, когда я использовал магию.

— В ЦИОРМе, да? Значит, я была права.

Он приоткрыл рот, словно вновь хотел попытаться меня переубедить, но в итоге лишь покачал головой, будто передумал и сказал, кажется, вовсе не то, что собирался:

— Я внушил проверяющим отвлечься, чтобы ты прошла проверку.

— Нет, — нахмурилась я, слишком сильно сжав ключ, который все еще держала в руке, — тебя там не было.

— Был, — почему-то с улыбкой сказал Тоби. — За стеклом.

— Там ведь еще один проверяющий!

— Внушил ему отвлечься, как и другим. Так же, как внушил миссис Ферт, что ты прекрасно сдала промежуточный экзамен.

Отложив ключ на стол, я отвернулась к окну, уже пожалев, что решила сесть поближе и теперь не могла спрятаться, чтобы скрыть свои эмоции.

Даже такое небольшое везение оказалось фальшивкой! Мое поступление в Абендорм было лишь спланированным ходом миссис Мосс, чтобы выполнить договор, заключенный с моей мамой, и передать мне письмо. Чудесное спасение от смерти в подвале, где я забрала телесную магию, и вовсе обернулось настоящим кошмаром. А теперь и тот единственной раз, когда, как я думала, мне действительно сказочно повезло, превратился в совершенно банальное вмешательство магии Тоби.

Наверное, я должна была чувствовать благодарность, но грудь почему-то сдавливало от разочарования и обиды.

— Элис, я мог бы и мистеру Барри внушить, что ты блестяще сдала ритуалы, если бы ты просто доверилась мне и рассказала, что у тебя нет магии.

— Но ты и так знал! — с горечью воскликнула я обернувшись.

— Знал, — согласился Тоби, и его голос дрогнул. — Но не мог признаться, как именно узнал об этом.

Неужели?.. В самый первый раз, когда он снимал часы!

— На вечеринке? — шепотом выдавила я.

И Тоби кивнул.

— Я знал про убийства с самого начала. Видел это в памяти Джейдена. И тебя… тоже видел. Поэтому, когда ты подошла в тот вечер, я посмотрел и твои воспоминания. Но они сплошь были в искажениях, через которые я не мог пробраться, потому и решил, что это как-то связано и нужно…

— Сблизиться со мной, — перебила я.

— Элис…

— Ты знал все с самого начала! — Я соскочила с места, прошла по гостиной, не понимая, куда себя деть. Мне не хотелось даже смотреть на Тоби, чтобы вновь не столкнуться с его спокойствием, противоречащим бушующим во мне чувствам.

На пальцах мелко мерцала успевшая восстановиться магия, готовая сорваться в любой момент. Я устремилась на кухню, оглядела полки в поисках стаканов, и не найдя, схватила какую-то банку и набрала в нее воды, чтобы сделать пару спешных глотков.

Но так и не смогла прийти в себя.

— Ты мог сразу сказать! Объяснить… — Я резко обернулась и, увидев уже подошедшего ко мне Тоби, тут же растеряла весь запал. В его взгляде было столько боли и сожаления, что моя злость почти сразу утихла. Но я все же с досадой выпалила: — Ты хоть знаешь, сколько проблем решилось бы разом, если бы ты просто все рассказал?

— Я хотел, — обреченно произнес он. — Пытался намекать, но… Я не мог просто рассказать про магию восприятия. Никто не должен знать о ней. Один раз я уже доверился не тому человеку, поэтому больше не мог так рисковать. И я думал, что смогу сам все уладить и разобраться...

— Но Джейден знал, да?

Тоби покачал головой.

— Я сказал ему только на прошлой неделе.

Вновь нахлынуло опустошение, силы кончились. Вздохнув, я прошла мимо и вернулась в гостиную, чтобы сесть на диван и поднять со стола оставленный на нем ключ, лишь бы отвлечься.

— Раз он нужен Рейнару, то лучше не хранить его в этой квартире, — сказала я и протянула ключ Тоби.

Он вдруг отстранился и помотал головой, словно я пыталась всунуть ему что-то опасное.

— Поверь, лучше будет оставить его здесь.

Догадка озарила меня почти сразу, и я прищурилась, внимательно глядя на него.

— Ты знаешь от чего он, да?

— Нет, но догадываюсь, — Тоби замолк, а потом совсем уж хмуро продолжил. — И если я прав, то он от той шкатулки. С источником.

Глянув на ключ, я вдруг осознала смысл слов и, совершенно неожиданно для самой же себя, рассмеялась.

— Источник магии… в шкатулке… у тебя в кладовке. А ключ от него… — Я едва не подавилась смехом. — …внутри маминой вазы! Боги…

Тоби напряженно смотрел на меня, пока я продолжала нервно посмеиваться.

— Ну да, — выдохнула я, чуть успокоившись. — Тогда действительно лучше не хранить их рядом. Но нужно как-то спрятать его.

— Спрячем, — кивнул Тоби.

— Странно, конечно, что он вообще оказался здесь…

Я вернула ключ на стол и, откинувшись на спинку дивана, прикрыла глаза. Хотелось заснуть прямо сейчас и спать до тех пор, пока все само собой не решится, а проснуться уже в новом прекрасном мире, где нет никаких проблем. В мире, в котором нельзя управлять другими, нельзя вторгаться в чужую голову, и уж точно нельзя обращаться в дым, чтобы без конца убивать людей. В мире, где нет такой ужасной магии. А лучше… вообще никакой.

— Элис, я правда очень сожалею о том, как поступил с тобой, — тихо сказал Тоби, и я посмотрела на него сквозь опущенные ресницы. — Прости меня, если можешь. Клянусь, я больше ничего не сделаю...

Я резко распахнула глаза и подалась вперед, озаренная внезапной идеей.

— Подожди. — Тут же засомневавшись, я покусала губу, но все же сказала. — Можешь сделать это снова?

— Исказить… твои воспоминания? — с сомнением спросил он, явно не ожидав подобного. Я неуверенно кивнула. — Если хочешь стереть что-то про Рейнара, то каждый раз, когда мы будем говорить о нем, или если он вновь появится…

— Нет, — перебила я. — Только вчерашний день.

Тоби некоторое время изучал меня, напряженно сведя брови, словно пытался понять что-то по моему лицу.

— Если ты о том, что случилось из-за всплеска магии, то я не виню тебя.

— Прости, — вздохнув, наконец смогла выдавить я. — Но нет, не только из-за этого, я… сделала еще кое-что.

— Я не могу исказить весь день, — хмуро сказал Тоби. — То есть, могу, но… если сотру всплеск магии, то любое упоминание магии в принципе будет напоминать тебе об этом и вызывать неконтролируемые состояния. Ты будешь пытаться вспомнить, а частица моей магии будет заставлять забыть, но ты, зная про магию восприятия, будешь сопротивляться. Это замкнутый круг, который лучше не начинать, иначе может получиться как с Рафаэлем.

Раскусив губу до крови, я отвела взгляд. Мне отчаянно хотелось забыть все случившееся, но, возможно, достаточно было лишь какой-то части. Тоби сказал, что не винит меня, а значит, с этим я могла смириться, но остальное…

— Тогда хотя бы с того момента, как ты ушел, — сказала я, подавшись вперед. — Прошу тебя, я не хочу помнить об этом.

Он перевел взгляд на меня и пару секунду просто смотрел сомневаясь.

— Уверена?

Я кивнула. Тоби протянул мне раскрытую ладонь, и я уже собиралась вложить в нее руку, но в секунде от прикосновения вдруг опомнилась и, резко отстранившись, заглянула в его глаза.

— Ты… все увидишь, да?

— Увижу, — кивнул Тоби и понимающе улыбнулся. — Но постараюсь не всматриваться.

Я все еще сомневалась. Мне не хотелось в подробностях представлять, как много моих воспоминаний он уже видел, но ни одно из событий прошлого не шло в сравнение с тем, что я сделала вчера.

— И ты не сможешь потом стереть это из своей памяти? — решила все-таки уточнить я.

Его улыбка вдруг потухла, и он сказал совершенно разбито:

— Если бы мог, я бы очень многое стер…

И почему-то именно эти слова заставили меня решиться и убедили в том, что Тоби не станет меня осуждать.

Помедлив еще мгновение, я прикрыла глаза и вложила руку в его ладонь.

Глава 13

2 ноября

За четыре дня у меня скопился целый список плюсов жизни с Тоби.

Первым же утром он заказал продукты и приготовил завтрак. Даже не описать, в каком шоке я была! Но не от завтрака. А оттого, что Тоби в принципе находился в моей квартире. Как выяснилось, предыдущим вечером я попросту отключилась, а он побоялся оставлять меня одну — вдруг Рейнар решил бы вернуться, чтобы закончить начатое? Честно говоря, я была очень благодарна за такую заботу и даже обрадовалась, когда Тоби предложил пожить пока у меня, — исключительно ради моей безопасности! — раз уж Джейден съехал.

Во-вторых, не знаю как, но Тоби довел квартиру до вполне приемлемого состояния за то время, пока я спала. А после завтрака мы даже выбрали и заказали на одном из сайтов наборы новой посуды и столовых приборов, точно какая-то семейная пара! Я бы предпочла и вовсе пройтись вместе по магазинам, но места́ с аллиродетекторами для нас обоих, увы, без часов по-прежнему недоступны.

В-третьих, мы смогли прогуляться по парку словно самые нормальные люди. Портативные сканеры, конечно, тоже представляли угрозу, но магия восприятия могла помочь убедить блюстителей, что все в порядке и система попросту дала сбой. Так что мы даже дошли до дома Тоби, чтобы он собрал вещи и перенес их ко мне. К счастью, без неожиданных встреч с его родственниками.

В-четвертых…

Ой, да плевать на эти списки!

На самом деле, мне еще никогда прежде не было настолько комфортно в своей же квартире, и я впервые за долгие годы почувствовала себя действительно счастливой.

И да! Больше никакого напряженного молчания, никаких оборванных фраз, недомолвок и лжи. После того разговора Тоби словно ожил, и между нами наконец все наладилось. Но… один минус все же был. И из-за него порой мне хотелось перечеркнуть все плюсы.

Тоби полностью и бесповоротно игнорировал любые мои попытки сблизиться или хоть как-то вывести наши отношения из разряда дружеских.

— Френдозо-о-она, — протянула Шер, когда я рассказала ей все, конечно, опустив подробности о магии восприятия, стирании памяти и прочем. Но про Рейнара умалчивать все же не стала. На всякий случай… — А может, он просто не хочет пользоваться ситуацией? Наверняка думает, что ты слишком напугана после всего этого. Согласись, было бы не особо красиво, если сразу после появления в твоем доме убийцы, Тоби бросился бы тебя раздевать.

Линия дрогнула и свернула не в ту сторону, пришлось тянуться за ластиком, чтобы стереть.

— Ше-ер…

Я лежала на полу в ее комнате и, к своему же удивлению, рисовала на первом попавшемся клочке бумаги с заваленного хламом стола. Мне казалось, что после всего случившегося, я уже никогда не смогу взяться за карандаш, но руки сами потянулись к нему, а теперь выполняли знакомые движения, словно зажили собственной жизнью.

— Это так-то даже мило, — хмыкнула Шер, распластавшись по кровати. — Ну, что он просто рядом, когда нужен, и ни на что не намекает. — Она сдвинулась к краю, и кудряшки спустились до самого пола, перекрывая рисунок. — Не намекает ведь?! Или ты не понимаешь намеков? Может, ты сама не считываешь знаки, а он воспринимает это как отказ?

— Шер, прошу-у-у, — протянула я, сдвигая с листа кудряшки, которое снова и снова возвращались на прежнее место, от каждого ее движения. — Никто ни на что не намекает!

— А жаль… Но, если что, я обо всем позаботилась еще в первые дни, когда у тебя поселился Джейден, — заговорщически улыбнулась она. — Оставила тебе кое-что в кармашке косметички.

Я прекратила бессмысленную борьбу с волосами и уставилась на нее.

— Ты — что?.. Нет, только не говори, что… — Но по ее лицу все и так было понятно. — Сирх, Шер… зачем?!

— Что значит «зачем»? — возмутилась она, резко перевернувшись на живот. — Зачем предохраняться? Или зачем твоя подруга подумала о том, что у тебя дома поселился симпатичный парень, и в какую-то из холодных дождливых ночей тебе захочется погреться о его горячее тело?

— Нет там ничего горячего!

— У Джейдена-то? — Она хохотнула. — Ну-у, я бы поспорила.

— Передам Маркусу, — сказала я и тут же прикусила язык. Шер замолкла и поджала губы. — Никаких новостей?

— Если бы они были, ты бы уже знала.

На телефон пришло сообщение: «Ты еще у Шер?». Ах да, вот и еще один минус. Все четыре дня Тоби практически не отходил от меня. И от такой гиперопеки уже становилось не по себе. Да, я прекрасно понимала, что Рейнар все еще мог возникнуть рядом в любую секунду, но мне хотелось хоть немного свободы. Сегодня вот кое-как смогла вырваться, чтобы встретиться с Шер, а Тоби выглядел таким расстроенным, словно я предала его и вышвырнула из квартиры вместе с вещами.

«Да», — написала я.

«Семь. Черное платье».

Я нахмурилась и несколько раз перечитала сообщение, прижавшись спиной к основанию кровати.

«Это какой-то тайный шифр?», — уточнила я.

Тоби ничего не ответил.

— О-о-о, как ми-и-и-ило, — протянула Шер, высунувшись из-за моего плеча. — Ну вот, можешь радоваться! Тоби перешел в наступление.

Я резко обернулась к ней.

— Что здесь милого? Мне надеть платье к семи? Или взять платье? Купить платье?! Семь — это вообще время? Или, может, количество?

— Все ты понимаешь, не притворяйся, — строго сказала Шер и глянула в телефон. — Вот написал еще: «Неделя прошла». Так… а вот это я уже не поняла.

Зато я поняла. И сразу написала: «А если я не хочу черное платье?».

— Эй-эй-эй, Элис! — заорала Шер и едва не выхватила мой телефон. — Ну, так не делается. Сейчас весь сюрприз испортишь.

— Не люблю я сюрпризы! Потащит меня в какой-нибудь дорогущий ресторан, и я буду чувствовать себя идиоткой.

— Да брось ты, нет в этих ресторанах ничего страшного. Там такие же люди. Ну да, богатые, ну да, пытаются выставить себя лучше других и выпендриться своими деньгами. Но тебе в любом случае придется туда вливаться, если собираешься встречаться с Тоби, — строго закончила Шер. — И вообще напиши, что ты пошутила. А то он до сих пор не ответил.

— Ну и пусть не отвечает. Пойду так.

Шер неодобрительно окинула взглядом мой свитер и потрепанные джинсы.

— Можешь взять какое-то из моих, если то не нравится, — с надеждой предложила она.

— Да нравится оно мне. Не в этом ведь дело…

Телефон вновь завибрировал. Шер тут же уложила подбородок мне на плечо, и я вздрогнула, вспомнив Рейнара. Чтобы отвлечься, поскорее открыла сообщение.

«Тогда, что угодно». И следом: «В чем будет комфортно».

— Ну вот, он обиделся! — сказала она с тяжким вздохом.

— Да в каком месте?!

— По интонации же понятно.

Я уставилась на нее, вскинув брови.

— Это сообщения, Шер. Тут нет интонации.

— А ты прочитай с интонацией и сразу поймешь. «Тогда, что угодно», — обиженно зачитала она и с раздражением бросила: — В чем будет комфортно!

Пришло новое, еще более непонятное сообщение: «ТМР1824, Хэнк».

Я перевела взгляд на Шер, которая хмурила брови.

— Номер машины? — предположила она. — И имя водителя?

Действительно, похоже.

«Можно без загадок?», — написала я.

— Элис! — Шер вырвала телефон из моих рук, но я уже успела отправить сообщение. — Ты что, вообще не понимаешь, что такое сюрприз?!

— А ты не знала?!

— Знала, — с обидой согласилась она, явно припомнив свою неудавшуюся попытку. — Но это сюрприз от парня. А ты сейчас отобьешь ему все желание пытаться в романтику.

— В непонятных сообщениях нет ничего романтичного.

Шер напряженно смотрела на мой телефон. Я тоже изредка на него поглядывала, уже начав сомневаться, не погорячилась ли. Может, она была права и мне следовала довериться Тоби?

Минуты шли, а новых уведомлений не приходило.

— Ну вот, я же говорила! — не выдержала в итоге Шер и, соскочив с кровати, распахнула шкаф. — Иди сюда, выберем тебе что-то.

Я еще раз глянула на переписку, в которой так и не прибавилось сообщений, и поплелась к ней. Возможно, действительно слишком резко отреагировала.

— Вот смотри, тебе подойдет, — сказала она, толкнув меня к зеркалу, и приложила к моим плечам черное платье.

— Похоже на мое, — пробормотала я.

— Оно короче и не такое траурное, — фыркнула Шер. — Есть другие, но он сказал «черное», значит, будет черное. И только попробуй сказать что-то против!

Окинув взглядом свое отражение, я пожевала губу и вздохнула.

— Шер, я просто надену свое.

— Вот и правильно! — Она убрала платье в шкаф и захлопнула дверцы. — А что насчет белья?

— Белья?

— Да, у тебя есть красивые комплектики? Если что, я знаю один сайт, там…

— Ше-е-ер!

С кровати донеслась вибрация, и мы обе бросились к телефону.

«Машина с номером ТМР1824 будет ждать тебя в семь у дома. Водителя зовут Хэнк, он довезет тебя до нужного места и скажет, куда заходить. Можешь надеть то, что тебе нравится, подошло бы платье, в котором ты была на вечеринке, но это на твое усмотрение. И рекомендую не ужинать».

— Ну все, он точно обиделся, — вздохнула Шер.

— Ну все, точно ресторан, — вздохнула я.

— Даже не вздумай идти туда в этом! И про белье не забудь!

Я смогла только тоскливо застонать и мысленно взмолиться, чтобы Тоби не придумал устроить какой-нибудь званый ужин со своей семьей.

***

Уже дома я осознала, что ни в какой ресторан, даже при желании мы пойти не могли, иначе тут же оказались бы в участке, если, конечно, Тоби не знал мест, где на входе нет детекторов. Поэтому мысль о семейном ужине все сильнее крепла.

Пока Шер заваливала меня сообщениями с очередными наставлениями, я стояла перед зеркалом и впервые с момента заключения договора смотрела на свое тело. Темные узоры напоминали замысловатые и малознакомые символы, которые сплетались между собой и перетекали друг в друга. У левого локтя и колена они практические сливались с кожей, но чем дальше, тем отчетливее и плотнее заполняли каждый участок, стягиваясь к ребрам — туда, где чернел нанесенный мистером Барри знак.

Такой ужас никакое белье не спасет…

Платье я все-таки надела, повезло, что рукава были достаточно длинными, чтобы прикрыть узоры, да и подол почти достигал колен, а все остальное спасали колготки. До семи оставалось около получаса, и, подумав, я решила еще и накраситься. Кто знает, что там выдумал Тоби, лучше выглядеть подобающе. Попутно нашла в косметичке тот самый подарочек от Шер, который я, посомневавшись, все же сунула в сумку. На всякий случай.

За последние дни я настолько привыкла находиться с кем-то, что, оставшись наедине с собой, сразу почувствовала себя до мерзкого скрежета в груди одинокой. Хотя прожила ведь три года одна. Конечно, у меня была Шер, а до нее и другая компания, с которой, правда, лучше было и вовсе не связываться, потому что…

Потому что?..

Потому что кто-то… А кто?

Я качнула головой, пытаясь понять, что происходит. Старалась что-то вспомнить, но оно вновь и вновь ускользало, будто…

Из коридора донеслось несколько резких щелчков. Я выскочила из спальни, насторожившись, но смогла облегченно выдохнуть, когда осознала, что это всего лишь дверная ручка дергалась снова и снова в конвульсивных попытках Джейдена открыть дверь.

Через пару секунд он наконец вспомнил, что можно воспользоваться ключом, и вошел. Окинул меня хмурым взглядом.

— На свиданку, что ли, собралась? — фыркнул Джейден. Не дожидаясь ответа, он прошел мимо и направился к маминой комнате. — Правильно, развлекайтесь. Кому вообще есть дело до серийного убийцы…

Помявшись немного, я неуверенно прошла следом и остановилась в дверях, наблюдая, как он поочередно открывал ящики. С появления Рейнара прошло уже четыре дня, но Джейден явно до сих пор злился. Вчера я писала ему, а он попросту проигнорировал сообщение. Не то чтобы я слишком переживала за него, но…

— Нашел где остановиться?

— Мхм, — буркнул Джейден. Он выдвинул очередной ящик и сразу задвинул его, не обнаружив того, что искал, и перешел к следующему. — Думал остаться у Адрии, но не сошлись характерами с ее муженьком. Так что я снял квартиру в паре кварталов отсюда.

— И… как ты?

Он хлопнул ящиком и обернулся.

— Тебя что-то конкретное интересует?

— Да нет…

— Вот и вали тогда.

Джейден вновь развернулся и открыл дверцу пустого шкафа, чтобы тут же закрыть. Я откашлялась.

— По поводу денег…

— Забей. От родителей столько осталось, что точно не обеднею.

— Спасибо, — сказала я так тихо, что сомневалась, мог ли он услышать.

Еще немного помявшись на пороге, я развернулась и направилась в коридор.

— Эй, — крикнул Джейден, выглянув из маминой спальни. — Только давайте там без глупостей!

— Глупостей? — не поняла я.

— Мхм. Наушники мои не видела? — спросил он, прислонившись к косяку, и пробормотал: — Под кровать закатились, что ли…

— Не знаю, посмотри.

Он вновь скрылся в спальне, а я уже успела надеть пальто и взять сумку, как вдруг опомнилась. Но было уже поздно.

— Твою ж мать! — раздалось из спальни. — Какого хера ты его туда засунула?!

И в следующую секунду манекен влетел в гостиную. С грохотом упал на пол и прокатился прямо к моим ногам. Едва сдерживая смех, я быстро выскользнула в подъезд, чтобы скрыться от гнева Джейдена.

— Не забудь потом дверь закрыть! — крикнула я напоследок.

И захлопнула ее прежде, чем донеслось: «Я тебе щас как закрою!».

***

Первое время я старалась следить, куда сворачивал водитель, но в какой-то момент отвлеклась на сообщения с очень важными напоминаниями от Шер, так что, когда машина остановилась, даже не поняла, где мы оказались. Ни вывесок, ни опознавательных знаков, — совершенно обычный двор неприметного жилого дома. Хэнк перегнулся через сиденье и указал в сторону одного из подъездов.

— Вам в ту серую дверь. И на пятнадцатый этаж.

Вариантов заблудиться не представилось, хотя я все больше предчувствовала неладное, а поднявшись на стареньком лифте, лишний раз убедилась: из приоткрытой двери одной из квартир лился приглушенный свет и доносилась тихая музыка. Только не это…

Я замерла у входа на пару секунд, чтобы усмирить вдруг затрепетавшее сердце, и аккуратно шагнула внутрь. Длинный светлый коридор вел в гостиную, где в полутьме виднелись очертания нескольких резных шкафов — остальная часть комнаты была скрыта одной из стен, и я могла лишь догадываться, что Тоби ждал меня где-то там.

Прошу, скажи, что я ошибаюсь.

Я ведь с ума сойду.

Сняв пальто, я проследовала мимо закрытых дверей, и чем дальше проходила, тем больше догадок и предположений возникало в моей голове. Но стоило мне войти в просторное помещение, как я сразу осознала, где оказалась. И замерла, затаив дыхание.

Круглая комната почти полностью состояла из огромных арочных окон, которые открывали вид на весь город. Мерцание вывесок, свет фонарей и огни соседних зданий заполняли комнату сиянием и переливами, отчего казалось, что я попала в сказочный замок. Возле единственной стены потрескивал камин, шкафы из темного дерева хранили за стеклянными дверцами сотни книг, на длинном столе горели свечи в тонких канделябрах. В груди все замирало от каждого шага, когда я шла по комнате, скользя пальцами по узорчатой скатерти и резным спинкам стульев.

Тоби стоял ко мне спиной возле дальнего окна, как и всегда, в белой рубашке, с ровной осанкой и уложенными волосами. Его силуэт обрамляло свечение, и казалось, словно сияло не все вокруг, а он сам, отчего я все больше убеждалась, что очутилась во сне.

— Это магия? — прошептала я, остановившись возле него, не в силах оторвать взгляд от красоты за окном.

— Сегодня никакой магии, — с улыбкой ответил он. Его пальцы коснулись моего плеча, призывая обернуться. — Посмотри наверх.

Только сейчас я осознала, что, засмотревшись на комнату и вид из окна, не заметила самого главного. Темный купол над нами украшали двенадцать кольцевых линий, на каждой из которых, словно планеты, изображались незнакомые мне символы. Линии сужались к самому центру, где сиял круг, напоминавший серебряное солнце, растянувшее свои лучи во все стороны. А остальное пространство усыпали разноразмерные точки и мерцали как самые настоящие звезды.

— Говорят, магия возникла задолго до того, как основатели нашли источник, — тихо сказал Тоби и указал на тонкие кольца. — Каждая из линий обозначает этап, который проходили люди, чтобы очистить свои души и получить частицу той великой силы, что наполняет все вокруг. А те символы, — он медленно очертил их пальцем в воздухе, — изображают так называемые алхимические элементы. Объединив их и завершив все стадии очищения, древние ученые надеялись найти способ обрести бессмертие, но в итоге… получили нечто иное. — Тоби перевел взгляд на круг в самом центре, и его глаза загадочно блеснули. — По некоторым версиям, полученная энергия оказалась настолько мощной, что никому не удавалось ее сдержать. Магия вырвалась из-под контроля, порождая ужасных существ и обращая мир в пепел.

— Никогда о таком не слышала.

— Я и сам недавно узнал. — Тоби замялся и отступил от меня. — Смог дотянуться до воспоминаний прежних обладателей магии восприятия.

— И даже Иргема?

Он медленно кивнул.

— Кое-что видел. Правда, очень смутно, и это не слишком помогло. Но давай не будем сегодня об этом, хорошо? — Тоби еще раз посмотрел на потолок и окинул взглядом все помещение. — Тебе нравится?

— Очень! Но как?.. Мы в чьей-то квартире или…

— Это так важно? — улыбнулся он.

— Нет, но…

Совсем растерявшись, я замолкла. Хотела сказать, что думала, будто он потащит меня в ресторан или куда-то еще, но никак не ожидала подобного, однако все эти слова сейчас были совершенно не к месту. Музыка, которую прежде я почти не замечала, сменилась, и Тоби протянул руку. В груди что-то всколыхнулось.

— Хочешь, чтобы я ее пожала? — вырвалось у меня, и я поспешно захлопнула рот. Тоби вдруг рассмеялся: тепло и мягко, совсем без осуждения, но я все равно почувствовала себя неловко. — Прости, не умею быть романтичной.

— Нет-нет, все хорошо. — Он продолжал улыбаться, а я вдруг подумала, что прежде еще ни разу не слышала, как он смеется. Или мне лишь так казалось? — На самом деле, я подозревал, что ты скажешь нечто подобное. И даже ждал этого.

Отбросив сомнения, я вложила руку в его ладонь. Он мягко сжал ее и притянул меня к себе, уложив другую руку на мою талию. От такой близости сердце забилось невпопад, стремясь выскочить наружу.

Мы ведь уже целовались, что за глупости…

Тоби смотрел на меня все то время, пока мы медленно покачивались под приглушенную музыку, а я никак не могла решить, что делать с эмоциями, бушующими внутри; заглядывала в его глаза, но сразу отводила взгляд, не зная, как избавиться от смущения. В любой другой ситуации я бы съязвила, пошутила, высказала что-то колкое или хотя бы усмехнулась. Но сейчас не могла. И вообще перестала понимать, куда мне деться, что чувствовать, что говорить и как себя вести. Мне так хотелось прекратить эту пытку, но и не хотелось ее заканчивать. Чувства сжались в груди в тугой ком, а веки мелко задрожали от подступающих слез.

— Элис, — шепнул Тоби, склонившись к моему уху. — Все хорошо?

— Да, — выдавила я.

— Если тебе…

— Все хорошо, — пробормотала я, прижавшись ближе, и прикрыла глаза от прокатившихся по коже мурашек. Тоби остановился, прекращая наш танец, но не отпустил меня, а я зашептала, едва сдерживая слезы: — Все прекрасно, правда. Но я теряюсь, не понимаю, что делать и…

— Не нужно ничего делать. Просто будь собой.

— Если я буду собой, то все испорчу, — шепнула я куда-то в его плечо и шмыгнула носом.

— Не испортишь, — сказал Тоби, отстранившись, и заглянул в мои глаза. — А даже если испортишь, ничего страшного, я ведь рядом.

— В этом и проблема, — сказала я, усмехнувшись сквозь слезы. — У меня сейчас сердечный приступ случится. Ты чувствуешь, как оно колотится?

— Чувствую.

Не сводя с меня глаз, он поднес мою руку к губам, чтобы оставить едва ощутимый поцелуй где-то возле костяшек. Пальцы невольно дрогнули, я аккуратно провела ими по его щеке, и Тоби, прикрыв глаза, прильнул к моей ладони.

— Элис, — шепнул он, мягко задев губами кожу у запястья. — Я могу поцеловать тебя?

Сердце скакануло в груди, отозвавшись где-то в ушах. Щеки вспыхнули. Дрожь пробежала по всему телу. Я не понимала, куда деть свой взгляд, а лучше и всю себя, чтобы сбежать от смущения. Сбежать как можно дальше, но при этом не двигаться с места.

— Зачем ты спрашиваешь, мы ведь уже…

— Чтобы узнать, хочешь ли ты, — совершенно серьезно ответил Тоби.

Мне внезапно стало ужасно стыдно, что я уже дважды целовала его, опираясь лишь на собственное желание, и я спешно пробормотала:

— Можешь не спрашивать.

— Как скажешь, — шепнул Тоби, и в его глазах мелькнуло нечто неуловимое и совсем незнакомое.

Он придвинулся ближе и, обняв меня так бережно, словно я была чем-то невероятно важным и хрупким, провел кончиком носа по коже, сдвигая мою челку.

— О таких поцелуя точно можно было не спрашивать, — шепнула я, обвив его шею, пока он касался губами моего виска и спускался к щеке. От его мучительной медлительности я распалялась лишь сильнее и уже из последних сил сдерживала порыв перехватить инициативу.

Тоби оставил последний легкий поцелуй в уголке моих губ и отстранился. Ноги стали совсем ватными, я едва не потеряла опору, когда наши глаза встретились, и я впервые увидела, как что-то опасно вспыхнуло в его потемневшем взгляде.

Его улыбка вдруг стала искушающей. Я не успела сказать ни слова, когда Тоби приник к моим губам, вовлекая в поцелуй, которой не был похож ни на один предыдущий. От прежней неспешности не осталось и следа, он прижимал меня к себе с такой страстью, на которую всегда такой спокойный и сдержанный, казалось, и вовсе не был способен.

Музыка смешалась с шорохом ткани и нашим тяжелым дыханием, когда донесся новый звук — тихая мелодия звонка, но нам обоим было не до него.

С каждым пылким движением, с каждым горячим касанием, я все больше убеждалась, что в прошлые разы Тоби лишь позволял целовать его, почти ничего не предпринимая в ответ, но теперь… С губ сорвался тихий вздох, когда горячее дыхание коснулось шеи. Я прижалась затылком к окну, внезапно оказавшемуся за спиной, и запрокинула голову, позволяя Тоби спуститься поцелуями к шее, в то время как мои пальцы, точно обретя собственную волю, спешно расстегивали пуговицы его рубашки.

Он потянул застежку моего платья, и я вздрогнула. Все разом схлынуло, и меня охватил страх. Черные линии мелькнули перед глазами, заставляя вспомнить о нарушенном договоре и окатив с головой чувством вины и стыда, а следом напоминая о чем-то еще…

О чем-то…

О чем?

Мелодия вновь заиграла. Тоби замер и, аккуратно сжав мои плечи, прошептал:

— Прости.

— Нет-нет, все хорошо.

Он достал телефон из кармана и глянул на экран.

— Подожди, пожалуйста, это может быть срочно.

Я кивнула скорее самой себе и развернулась к окну, поправляя сбившееся платье. Город все еще мерцал тысячью огней, лицо горело не меньше, а мысли совершенно спутались.

— Только не говори, что вы собираетесь тра… — донеслось из динамика телефона, и я вздрогнула. Тоби отошел и явно убавил громкость, так что дальнейшие возмущения Джейдена смешались с моим тяжелым дыханием и приглушенной музыкой.