7 ошибок кошки Маруси

Глава 1

Сегодня я спала плохо. Все же сорок лет – это вам не шутка, а серьезная дата. Причем не всех она радует. Кого-то вгоняет в уныние. И кто-то – это я. Дата такая, которую не принято справлять. Хотя я и другие дни рождения не праздновала никогда, разве что в голубом детстве. До восемнадцати ты взрослеешь. И это нравится. А после почему-то начинаешь стремительно стареть.

И когда спрашивают, сколько мне лет, кокетливо отвечаю:

- Да каждый год по-разному!

Хотя кого я обманываю? Кокетничать я не умела никогда и до сих пор не научилась. Наверное, уже все. Совсем поздно.

На работе мне сегодня подарят очередную кружку с шутливой надписью или полотенце с изображением дракона. Девочки наши начитались фэнтези, благо, в библиотеке доступ к книгам свободный. И считают, что лишь подобный двойственный мужик с зубастой пастью и перепончатыми крыльями за спиной может меня укротить. Прочитают традиционное четверостишие, которыми балуется одна возрастная коллега. Похоже, ей заняться нечем. А начальнику нашему нравится: креатив!

Это он сам у нас креатив. Все же мужчина, работающий в библиотеке, пусть и такой большой, как наша, очень большая редкость. А стишки… Хотите, я вам пару десятков насочиняю? Да таких, что полдня от смеха под столом валяться будете. Только настроения раскрывать свои таланты у меня нет. Зачем?

Говорят, что молодость заключается, в первую очередь, в стремлении духа к чему-то новому, к переменам. Тогда я совершенно глубокая старуха. Уже лет пять ни о чем не мечтаю, ничего не хочу. И главное мое желание — чтобы меня никто не трогал и все оставили в покое. Я даже на сегодня отгул хотела взять, чтобы пропустить эту слезливо-трогательную комедию с поздравлениями. Только Михаил Николаевич воспротивился:

- Мария Александровна, разве так можно игнорировать мнение и интересы коллектива? Мы ж готовились, поздравления сочиняли, подарок выбирали. От чистого сердца, между прочим. А вы в отгул засобирались!

Раз коллективу нужно, то кто я такая, чтобы перечить? Поэтому вздохнула, спустила ноги с кровати и пошла умываться.

Да не тут-то было. Громкий мяв выдернул меня из размышлений. Кошка Маруська требовала жрать. Мне ее принесли год назад на передержку. И вот так и передерживаю, все уже сроки прошли. Я, кажется, смирилась, что это прожорливое животное со мной до конца дней моих.

- Мария Александровна! Приютите, пожалуйста, нашу кошечку на недельку! Мы как из отпуска вернемся, так сразу ее и заберем. А то в гостиницу для животных отдавать слишком дорого. А мы вам купим недельный запас корма, - слезно умоляла меня Нина Смышляева, наш старший библиограф.

Да только «недельный запас корма» Маруська сожрала за три дня. Она так просила, так просила, что отказать ей было выше моих сил. Смышляевы домой так и не вернулись, решив осесть в теплых краях.

Первые пару месяцев Нина кормила меня завтраками:

- Машенька, мы, как вернемся за вещами, кошечку обязательно заберем!

А потом выяснилось, что они все же приезжали, но зайти ко мне забыли. Поменяли номера телефонов и зажили себе счастливо в теплой Анапе.

А я так и не рискнула поменять Маруське имя. Ведь по факту нас звали одинаково. Разве так можно? Оказалось, что вполне. И зажили мы вдвоем.

Может, я зря бывшую коллегу ругаю? Теперь у меня есть рядом живая душа, с которой можно поговорить. Она иногда мне даже отвечает. Только вот ее слов я разобрать не могу. А вдруг там что-то дельное?

Кошка съела влажный корм с красивым названием «Кусочки ягненка в брусничном соусе». Я, когда название читаю, то меня всегда подмывает попробовать эти кусочки. Но я беру себя в руки и Маруську не объедаю.

А она похрустела следом сухими крендельками и пошла наводить красоту. Я погладила квартирантку по черной лоснящейся шерстке:

- Везет же тебе, девочка! Поела, красоту навела, и голова не болит. А мне по жаре на работу тащиться. Эх, и почему я не кошка? – и в свой сороковой день рождения отправилась на работу.

На работе наши дамы обступили меня говорливой стайкой. Желали всего хорошего. Счастья в личной жизни, мужа богатого и здоровья побольше. Скорее всего, это возрастные издержки. Красивого уже не желают, да и деток тоже. И то ли так сложились звезды, то ли девчонки постарались, но работы у меня сегодня не было. Я со скучающим видом сидела в кабинете, подперев рукой щеку и размышляла. И вдруг мне в голову пришла удивительная идея: выписать те жизненные промахи, которые привели меня к сегодняшнему состоянию дел.

Я подумала и под цифрой один написала:

1) Не пошла в художественную школу.

Я всегда очень любила рисовать. Когда мама привела меня в шесть лет в детскую библиотеку, потому что дома я уже все перечитала, библиотекарь начала заполнять на меня формуляр. И там в одной графезначилось: любимое занятие. Во взрослых формулярах такого почему-то нет. И я сказала, что люблю рисовать. На что библиотекарь рассмеялась:

- Ой, а у нас все говорят, что любят книжки читать! Ты первая такая.

У мамы были две подруги. Одна вела танцевальный кружок, вторая давала частные уроки музыки. У меня талантов не было ни к первому, ни ко второму. Но я долго и упорно стояла у балетного станка и разучивала этюды на фортепьяно. А рисовала лишь в короткие свободные промежутки времени. В итоге у меня набралось подобных семь ситуаций, которые я в свое время не решила. И неизвестно, подсуетись я тогда, чтобы со мной приключилось. И как бы я и с кем жила. Думаю, что точно не с кошкой.

- Аршавина, ты тортик принесла? Мы чай накрываем, - забежала ко мне Наташа Петрова. А я про него даже и не вспомнила. В отгул же собиралась!

Коллега правильно истолковала мои покрасневшие щеки и сочувственно покачала головой:

- Маша, беги в соседнюю кулинарию. Там с утра бывают свежие и очень вкусные торты!

Что оставалось делать? Я послушала ее, подхватила сумку и рванула через дорогу.

В другое время я бы купила что-нибудь в «Пятерочке» с этикеткой «Красная цена». Как говорила моя подруга Ирина, дешево и сердито. Но раз умудрилась так опростоволоситься, то пришлось бежать за дорогим фирменным тортом из кулинарии. Правда, выбрала по принципу «не очень дорого». Только сумма все равно вышла приличная. И понеслась обратно.

Как так получилось, что я не посмотрела по сторонам, не поняла.

Только услышала визг тормозов.

И в мозгу лишь промелькнуло:

- Торт дорогой испортила…

Очнулась я в очень странном месте. Мне показалось, что все вокруг было заполнено ватой. Подо мной была вата, надо мной вата. По сторонам вата. Но она лежала не плотно к моему телу, а так, на расстоянии, оставляя мне пространство и воздух. Я аккуратно потрогала ее пальчиком. Вата оказалась холодной и мокрой. Однако я ни сырости, ни холода не ощущала.

- Это потому, что здесь лишь твоя душа. Она к мирским проблемам не чувствительна, - неожиданно раздался голос в моей голове.

- Но я же почувствовала холод и сырость! - тут же возразила в ответ.

- Это остаточная память тела, - вещал голос.

- А ты кто? –я недоумевала. Странно все это.

И вдруг среди нагромождения то ли ваты, то ли снега проявилась огромная кошачья голова. А я завизжала от страха. Хорошо, когда кошечка маленькая. А когда она с доброго льва или даже больше? Хищник все же.

- Фу, не кричи! Голова от тебя болит. Какие же вы, люди, все-таки громкие, - недовольно сморщила нос голова. Причем пасть у нее не шевелилась, а слова лились в моем мозгу.

Я перестала орать, еще раз посмотрела на хищника. Нет, злобным он не был. Кошка как кошка, просто очень большая.

- А почему я оказалась здесь? – мне очень хотелось понять, как я попала в столь странное место.

- Ты на радуге, - ответил гигантский кот. – Люди так называют место, куда попадают их любимые животные после смерти.

- А я что, даже нормального человеческого ада не заслужила? - возмутилась в ответ. То, что я умерла, стало доходить до моего сознания. Все же попала под машину. Так бездарно прожить жизнь и еще глупее скончаться! Вообще никакого следа на земле не оставила после себя. Даже вот торт испортила. Девчонкам не с чем чай будет пить. И куда они полотенце денут? Наверное, в служебный туалет повесят руки вытирать.

- Почему не заслужила? – рассмеялась голова. – Этот минимум заслуживают все. Однако твое последнее желание в подлунном мире было очень сильным. Ты захотела поменяться местами со своей кошкой. Мы с коллегами посовещались и решили предоставить тебе такую возможность.

Я осмотрела свое тело. И с ужасом увидела, что вместо рук у меня настоящие кошачьи лапы. Черненькие, с розовыми подушечками и острыми коготками. Я их выпустила и спрятала обратно. И засмеялась. Теперь точно знаю, как Маруська это делала. А затем до меня начал доходить трагизм положения. И я заволновалась:

- И что, я так кошкой до конца своих дней буду жить?

Хотя конец, похоже, уже наступил.

- Нет, ты должна будешь исполнить два условия, чтобы на пороге смерти не жалеть о потраченных зря годах. Скажи спасибо своей кошке, это она очень хотела побегать в человечьей шкуре. И вы просто поменялись местами. Во-первых, ты должна исправить те семь ошибок, которые записала на листе бумаги, - мне продемонстрировали мои каракули, аккуратно пронумерованные. – А во-вторых, ты должна стать довольной своей новой жизнью. Всего-то лишь.

- А у меня есть выбор? – почти смирилась я.

Голова качнулась из стороны в сторону и выдала:

- Боюсь, что нет!

И в то же время вся вата исчезла. А я обнаружила себя на полу собственной квартиры. Передо мной стояла пустая миска. А я в человеческом обличье возилась с пакетиком с надписью: «Форель в желе».

Вот мечтала Мария Александровна попробовать красиво названные кушанья? Извольте. Другого тебе точно не дадут.

Я, которая была человеком, пыталась вскрыть пакетик, и у меня никак это не получалось.

- На магнитном держателе висят ножницы, можно ими воспользоваться! – сама не знаю, почему эта мысль пришла мне в голову. Но женщина с пакетом тут же широко улыбнулась и воскликнула с какой-то мяукающей интонацией:

- Спасибоу, Мауруся, за подсказку! Ты меня выручуила. Хотя, почемяу выручуила? Это же твояу еда.

Она меня слышит? И не только слышит, но еще и понимает? Я была просто ошарашена. И кто эта странная девица в моем теле, которая не знает, как вскрывать пакетик с кошачьим кормом?

- Коунечноу, поунимаю! – очень знакомо фыркнула она. – Я тебя всегда поунимала, а вот ты меняу нет.

И она обиженно сморщилась, совсем как тот гигантский кот. Хотя лицо у нее было человечье.

- Маруська, это ты? – удивилась я мысленно. А из горла вырвался лишь протяжный мяв.

- Конечноу, же я! Когоу ты предполагала встретить в своей квартире? – весело отозвалась она.

- Ты теперь живешь в моем теле, а я, получается, в твоем? – честно говоря, я обрадовалась. Больше всего меня в моем превращении испугало то, что меня больше никто и никогда не будет понимать. И это я еще себя отшельницей считала?

- Дау, - она растянула губы в улыбке. – Мурзик исполнил наши обоюдные желания.

- Мурзик - это кто? – я догадывалась о хозяине клички. Однако решила уточнить. Уже ничему не стоило удивляться, когда оказалась в теле собственной кошки.

- Как ктоу? – удивилась лже-Мария Александровна. – Коушачий боуг!

Однако развить тему дальше она мне не дала. Достала еще один пакет, уже с ягненком в брусничном соусе, и торжественно возвестила:

- Я, в отличие от тебяу, не жаудная! Сколько раз я проусила у тебяу еще одну порцию еды? А ты ни разу мне ее не далау. Мне оставалось лишь ходить кругами и облизывауться! Только я не поняла, как тыу ее открывала без ножниц? Я же видела, что тыу это делала пальцамиу!

- Ты читать умеешь? – спросила на всякий случай. А когда получила утвердительный кивок, объяснила, что сверху пакета есть специальные насечки, которые позволяют открыть его легко.

Маруся потренировалась, вскрыв еще два пакета, и вывалила их в одну миску. Но содержимое при этом не перепуталось. И я решила, что наконец-то узнаю, чем отличается кролик в желе от ягненка в соусе.

Оказалось, что ничем. Разве что цвета красителей разными были. А так это была какая-то паста, совершенно бессолая и безвкусная. Однако кушать очень хотелось. Поэтому я наклонилась над миской и начала есть. К моей радости, тело кошки этот навык не растеряло. И вскоре миска опустела. А меня потянуло в сон. Устроилась у бывшей Маруси на животе, свернувшись калачиком, и задремала.

Но спала я недолго. Меня как жаром обдало от мысли:

- А какое сегодня число?

- Двадцать четвертое июля! Ты что, свой день рождения забыла? – Маруся-женщина оторвала взгляд от смартфона.

- Нет, не забыла. А сейчас утро или вечер? – не могла успокоиться я.

- Вечер, конечно, - она покачала головой. – Ты же успела на работоу сходить и такой шикарный тоурт испоуртить!

- А ты откуда знаешь? – сон как рукой сняло. Мне же пообещали, что когда я исправлю все свои ошибки, то вернусь в человеческое тело. А чего Маруська в моем теле успеет натворить?

- Ничегоу я не натворюу, - поморщилась она. – Я кошка приличнауя, между проучим! Фу, я же тепеурь человеук!

И она забавно хлопнула себя по губам. У меня такого жеста не было. Он новоприобретенный.

- И еще букву «у» убери почти в каждом слове, а то за дурочку примут! – попеняла я ей.

- А я все удивлялась, почему Миша говоурил, что у меня у пьяненькой такой гоувор неоубычный! – широко растянула губы Маша.

- Миша?! Что еще за Миша?

- Как что за Миша? – она вытаращила на меня глаза. – Будто в вашей библиотеке так многоу коутов? Проустите, мужчин. Хорошо, хоть оун не кастрироуванный.

- А это ты откуда узнала? – я нисколько не сомневалась, что Михаил Николаевич кастрации не подвергался. Но интереса никогда к нему не испытывала. И испугалась, что моя тезка позволила себе что-то лишнее. И, выяснилось, не зря.

Есть же такая поговорка, что трахаются, как кошки? Хотя, нет. Это про кроликов. А кошки влюбляются. И я поняла, что Мария захомутала единственного мужчину в нашей библиотеке.

- Как оуткуда? От верблюуда! – рассмеялась Маруська. – Нет, не бойся, гоурбатых там не было. Проусто, когда мы выпили по боукальчику вина, Миша приузнался, что давноу в меня влюублен. А когугда мы с ним переспали, оуказался поутрясенным доу глубины дууши и туут же сделаул мнеу предлоужение! Как думаеушь, стоуит соуглашаться или неут?

Та-ак, если я не хочу, чтобы меня слышали, меня не слышат. Уже хорошо. Могу и порассуждать. У меня вообще раньше привычка была говорить сама с собой. Если я вновь стану человеком, то Мишу в мужья мне никак не нужно. Такой тип мужчин меня совсем не привлекал. Маленького роста, с пузиком и лысинкой. Правда, улыбка у него была хорошая. На этом достоинства заканчивались.

А если не получится? Тогда и сама замуж не вышла, и Маруську лишу такого счастья, раз она этого хочет. Поэтому вздохнула, как могла, и предложила:

- Марусь, ты бы не торопилась. Мужики, они народ ненадежный. Подожди немного, присмотрись!

Потом мы с ней тренировались правильно говорить. Не хотелось бы, чтобы мое тело позорили этими странными «у». Бывшая кошка совершенно не понимала логику, где этот звук нужен, а где нет. Через два часа у нее стало уже получаться. Но до литературного языка было еще очень далеко.

- Все, я устала! – махнула она на меня рукой, когда за окном уже стемнело. – В конце концов, ты же всегда у нас молчуньей была. Вот и я молчать буду. А Мише скажу, что специально язык коверкаю, раз ему так нравится.

Так и порешили. А я даже немного возгордилась, какой все же правильный, за некоторым исключением, у моей кошки язык. И решила уточнить:

- А ты когда говорить научилась? Давно, или когда в мое тело попала?

- Слушай, говорят же, что у собак интеллект трехлетнего ребенка, а у кошки сорокалетнего холостяка на диване. Вот я и получилась такая, как и ты.

Когда я, удовлетворенная ее ответом, уже почти уснула, Маруська вдруг встрепенулась и спросила:

- Маш, ты еще не спишь?

- Нет, а что? – откликнулась я, вспомнив, как приставала к кошке с разговорами, когда она уже спала. Больше так, обещаю, делать никогда не буду!

- Мурзик сказал, что этой ночью перекинет тебя в первую ошибку. Ты должна попытаться ее поправить, - таинственным голосом прошептала мне она. А затем закуталась в одеяло и засопела, оставив меня в полной прострации. В какую ошибку? И что сможет сделать кошка? Мыслями до спящего человека не получится достучаться.

Глава 2

Когда я открыла глаза, за окном уже брезжил рассвет, а на кухне кто-то гремел кастрюлями. Хотя какой рассвет и кастрюли? В июле солнце в наших широтах встает в три утра. В это время на кухне никого не должно быть. Да и Маруська всегда вставала позже меня. Вряд ли она решила приготовить ранний завтрак. Я огляделась по сторонам.

Квартира однозначно была мне знакомой. Мы в ней жили с мамой и бабушкой. Бабушки уже давно нет в живых, а мама вышла второй раз замуж и переехала к Василию Петровичу, моему новоявленному отчиму. Но я каким образом здесь оказалась? И мебель, без сомнений, была нашей.

Тут раздался топот детских ножек. И на пороге комнаты появилась черноглазая, черноволосая девочка с торчащими в разные стороны косичками. Мы встретились с ней глазами, и она вдруг закричала:

- Ур-ра! Мама кошку принесла! - и кинулась ко мне обниматься.

А я вспомнила все, что произошло со мной вчера. И этот день вспомнила, словно все случилось совсем недавно, а не тридцать пять лет назад. Вечером к нам придет мамина подруга Елена Кузьминична и скажет:

- Любочка, чего у тебя девочка просто так бегает? В садик ты ее не отдаешь. Развития она совсем не получает. Приводи ее ко мне на занятия, пусть хотя бы у меня с ребятишками скачет.

Именно так я попала в балетную студию. Бабуля честно водила меня туда три раза в неделю. И если у всех маленьких детей пропорции тела одинаковые, то с возрастом они меняются. Со временем я поняла, что маленький рост, короткие ноги и руки в балете совершенно не котируются. Про лишний вес я вообще молчу. А я из-за этого навсегда получила психологическую травму, считая, что я совершенно не привлекательная. Хотя мальчикам в школе многим нравилась.

Тут в комнату вошла мама и строго взглянула на меня маленькую:

- Маруся, какая кошка? Ты что тут сочиняешь!

- Как какая? – у девочки на глаза тут же набежали слезки. – А это по-твоему кто?

И она ткнула в меня пальцем. Мама же нахмурилась, покачала головой. И вдруг выражение ее лица поменялось. Она как-то странно посмотрела и пожала плечиками:

- Ах, это же Маруська. Пусть спит, не мешай ей.

Маленькая Маша, счастливая, улеглась рядом на кровати и стала одним пальчиком меня гладить и приговаривать:

- Киса! Какая ты красивая. Я так рада, что ты у меня появилась!

Мама всегда говорила, что не потерпит в доме никакой живности, максимум — рыбок в аквариуме. И мне их действительно купили, когда я училась в восьмом классе. Но сейчас девочке было пять лет. И она восхищалась кошкой, которая благодарно мурчала от ее незатейливой ласки. И я подумала, что же произойдет с крохой, когда на следующий день я исчезну? Это же какая трагедия для нее будет!

Хотя силен кошачий бог Мурзик, раз заставил мою мать принять кошку в доме. Дай бог, Машенька не заметит моего исчезновения.

Вечером действительно пришла Елена Кузьминична и проговорила свой знаменитый монолог. А я в кошачьем обличии сидела рядом и ничего не могла сделать. Как объяснить людям, что Машеньке балет не нужен! Она всего лишь обожала рисовать.

Только Машенька была просто счастлива. Она вытащила из шкафа мамино свадебное платье, похожее на балетную шопенку, влезла в него и стала изображать какие-то балетные па. Мама смеялись вместе с гостьей.

- Вот видишь, с каким удовольствием твоя дочка танцует! – похвалила меня хореограф. А я вспомнила, что в этот миг действительно была счастлива. И, может быть, не стоило меня лишать этого счастья? По крайней мере, в этот день.

Однако радужное настроение закончилось довольно быстро. Я плакала по вечерам и жаловалась бабуле, что у меня болят ножки. Все же балет – это труд. Труд ежедневный и тяжелый. Но мама была непреклонна и всегда одергивала меня:

- Ничего, Маруся, потерпи. Скоро все пройдет. Вот вырастешь, станешь балериной, и все будет замечательно. И лишний вес уйдет, и фигура лучше будет.

Я не понимала ни про фигуру, ни про вес. И сильно завидовала девочкам, которые гуляли во дворе, когда я стояла у балетного станка.

А еще, на мою беду, выяснилось, что у меня абсолютное отсутствие музыкального слуха. Так скажем, комбо два в одном. Скорее всего, по блату Елена Кузьминична поставила меня солисткой в задорный танец под названием «Школьная полька». Я была самой маленькой по росту, да и по возрасту тоже. Мы там с каким-то мальчиком, его имя навсегда стерлось из моей памяти, изображали поссорившихся малышей. А девочки и мальчики постарше нас мирили.

Когда мы танцевали все вместе, я, глядя на других, кое-как попадала в такт. Но когда наступала очередь моего одиночного выхода, начиналась беда. Педагог на меня кричала:

- Маша, слушай музыку! Ты должна выйти на там-там-там. Почему ты опаздываешь?

А я элементарно не понимала, где этот «там-там-там». И спасло меня лишь то, что в записи в этом месте ударяли барабаны. Вот на них я и стала ориентироваться. А остальной танец опиралась чисто на слова песни, под которую мы танцевали.

Нас даже на камеру снимали. И показывали по местному телевидению. А еще мама к этому танцу купила мне нарядное капроновое платье, которое действительно походило на настоящий костюм балерины. И я поняла, что это были лучшие моменты моей пятилетней жизни, несмотря на длину ног, рук и кругленький животик вместо талии.

Ножки со временем болеть перестали. Занятия вошли в привычку. Только я радости от них не испытывала. А однажды со мной случился настоящий шок.

Рядом с танцевальным залом располагалась художественная студия. И преподаватель у них заболел. О чем деткам сообщил директор нашего Дома творчества юных.

- Наверное, обрадуются? – завела разговор с директором бабуля. Я-то всегда на занятия ходила с неохотой.

- Что вы, - всплеснула руками Лидия Леонидовна. – Расстроятся. Они так ждут этих занятий!

А мне стало очень завидно, почему я не жду своих балетных уроков?

Однако, когда я повзрослела и могла уже сама решать, танцевать мне или нет, все же выбрала первое. Только танцевала не классику, а была народницей. И со сцены ушла только в двадцать два года, решив, что, пропадая у балетного станка, зря трачу время и не смогу встретить достойного мужчину.

Не знаю, зачтет мне это Мурзик или нет, но лишать маленькую Машу танцев было бы большой ошибкой.

И только я так подумала, как оказалась снова в нашей квартире, но уже спустя пару лет. Определила это по новому телевизору и красивой корпусной мебели с названием «Воспоминание», которую недавно купила мама.

У нас снова была гостья. На этот раз Галина Григорьевна, директор музыкальной школы и мамина подруга по совместительству.

- Люба, а ты не хочешь отдать девочку в музыкальную школу? У нас не так дорого, как многие говорят. Но развитие детям мы даем хорошее, - предложила она маме, наблюдая, как Маша изображала балетные па перед зеркалом. Она как раз репетировала новый танец, чтобы не получить выговор от Елены Кузьминичны.

- Галя, ты что! – покачала головой мама. – Она к Лене ходит. И та утверждает, что у нее абсолютное отсутствие музыкального слуха.

- Разве такое бывает? – рассмеялась Галина Григорьевна. – Маруся, подойди-ка ко мне, пожалуйста.

Я всегда была девочкой очень послушной и исполнительной. Поэтому безропотно подошла к маминой гостье. А та стала давать мне какие-то странные задания. А в конце попросила что-нибудь спеть. И я заголосила обожаемую мной песенку из мультфильма про Крошку Енота:

- От улыбки станет всем светлей…

Мама лишь закатила глаза, а вот Галина Григорьевна широко улыбнулась:

- Люба, абсолютного отсутствия слуха не бывает. Да, у девочки отсутствует координация между тем, что она слышит и что поет. Однако неплохое чувство ритма. Музыкальную школу она, конечно, не потянет. На сольфеджио будет одни двойки получать.

- Про что я говорю! – закивала мама.

Но Галина Григорьевна не сдавалась:

- Подожди, Люба, выводы делать. Моя Оля поступила в аспирантуру. И сейчас пишет диссертацию на тему «Развитие слуха у детей». Маруся станет для нее отличным рабочим материалом. А взамен получит некоторое музыкальное развитие.

И мама согласилась. А бабуля стала водить меня по кружкам уже не три раза в неделю, а пять. Во вторник и четверг я теперь ходила на уроки музыки. Вернее, не я, а моя юная предшественница. Ей еще предстояло многое по жизни пройти, прежде чем стать отшельницей Марией Александровной.

Как ни странно, меня больше никуда мироздание не перебросило. Утром я проснулась там же, где и вчера. Мягких кормов тогда еще в продаже не было. И на завтрак от мамы Любы я получила порцию пшенной каши и миску молока. И была по-своему счастлива, с неприязнью вспоминая бессолые корма с красивыми названиями.

Встала я в этот день поздно. Кошки вообще никуда не торопятся. И оказалось, что Маруся уже сходила на занятия в музыкалку. Она сидела возле пианино и горько плакала.

Я не помнила всего того, что произошло со мной более тридцати лет назад. Поэтому растерялась, не зная, как успокоить и чем помочь девочке. Подошла и потерлась о ногу малышки. Но мысленно все же задала вопрос. А вдруг она меня, как взрослая женщина-Маруся, услышит:

- Маша, что случилась? Почему ты плачешь?

И она стала отвечать. То ли действительно услышала, то ли просто нужно было выговориться:

- Представляешь, мне Ольга Михайловна сегодня двойку влепила! А я же все-все выучила, до последней нотки.

- И что за произведение? – поддерживала я беседу.

- «Василек» - вздохнула девочка. – Вот послушай: фа-фа, ми, ре-ре, до. Фа-фа, ми, ре-ре, до.

Я оторопело посмотрела на нее. Если для кошки подходит такое определение.

- А когда пойдут аккорды и ты начнешь играть двумя руками? Будешь читать ноты на два голоса?

- Вот, Ольга Михайловна так и сказала! Ты как у нее с языка слизала. Хотя что с тебя взять. Ты же кошка!

Да, кошка. Но я уверенно знала, что учить произведения нужно не так.

- Смотри, выучить наизусть нужно таким образом! – велела я ей. Девочка заинтересованно посмотрела на меня и даже немного пододвинулась на стуле, дав место рядом с собой. А я запрыгнула, с сомнением глядя на клавиатуру. Нет, клавиши я хорошо помнила. Белая перед двумя черными – это до. Перед тремя – фа. Осталось лишь сообразить, как сыграть на пианино, когда у тебя не пальцы, а лапки.

Однако они оказались достаточно узкими, чтобы попадать лишь на нужную клавишу. Я вздохнула и попробовала изобразить незатейливую мелодию. Марусиной декламации мне хватило для того, чтобы с ходу ее запомнить.

- Точно так? – недоверчиво пролепетала маленькая я. А мне осталось лишь ей кивнуть и понадеяться, что буду понята.

На третье утро я опять проснулась в новом времени. Дома появилось пианино «Октава». До этого мама брала мне инструмент напрокат. А на лето сдавала, чтобы не переплачивать. И каждое лето я играла лишь во сне. Оказывается, мне это было нужно! Чаще всего мне снились ноты «Полонеза Огинского», наверное, он был созвучен с моими мыслями минорным звучанием. И я как-то рискнула и рассказала маме эти свои сны.

Она лишь нахмурилась в ответ. А через месяц нам привезли новый инструмент.

- Вот видишь, в кредит взяла! – сообщила она мне. А я только сейчас поняла, что, если что-то сильно хочу, не нужно молчать. Люди мысли читать не умеют. А стоит говорить о своих желаниях вслух.

А вечером по телевизору диктор местного телевидения сделал объявление, что в детском клубе «Орленок» открывается художественная студия выходного дня. То есть детей и взрослых будут учить рисованию по воскресеньям. И я поняла, что это Машкин шанс.

Когда позже все три женщины устроились перед телевизором в ожидании очередного бразильского сериала, я устроилась у Маши под боком и мысленно попросила ее:

- Не переключайте рекламу местного телевидения. Там будет объявление, которое сделает лучше твою судьбу.

Девочка кивнула, соглашаясь. Правда, ей пришлось чуть повоевать со старшими, которые рекламу категорически смотреть не желали. Но она проявила волю и своего добилась. Когда же услышала объявление про художественную студию, глаза девочки загорелись, и она твердым тоном заявила:

- Я туда пойду заниматься!

- Машенька, - взмахнула руками бабуля, - ты же и так почти все дни напролет занята. Куда тебе еще один кружок?

- В тех кружках я работаю, - отрезала Маша. – А здесь буду отдыхать душой и телом.

Бабуля тут же начала причитать, что все художники гуляки и алкоголики. На что мама ее одернула:

- Мама, хватит. Мы ее не замуж отдаем. Девочка просто пару раз сходит на занятия, а потом и бросит. Само собой все уладится.

А Маша лишь плотнее сжала губы, но я-то слышала, что душа у нее пела. Причем даже не фальшиво. Занятия музыкой дали свои плоды. Через три года я пыталась играть в вокально-инструментальном ансамбле в школе. Они тогда еще в моде были. А нашими кумирами стали «Руки вверх» и «Иванушки». Только ни тогда, ни сейчас я не понимала роли рыжего Григорьева-Апполонова. Не певец и не клоун. Но к моему рассказу это уже не относится.

И неожиданно утром я проснулась в своей квартире. С кухни доносились какие-то мурлыкания, напоминающие не то пение, не то плач. Я поспешила туда.

На середине стоял мольберт. А на холсте был написан мой портрет, только немного неправильный. Глаза модели застилали слезы. А одна, особо крупная, слезинка выкатилась из глаза и, проложив влажную дорожку по щеке, повисла бриллиантом. Маруся же сидела перед мольбертом в фартуке, с палитрой и кистями в руках и навзрыд плакала.

- Маруся, а откуда у нас мольберт и что вообще случилось? – попыталась я выяснить.

Она еще пару раз всхлипнула, вытерла слезы тыльной стороной ладони и зло фыркнула:

- Явилась гулёна. У меня тут, между прочим, личная жизнь рушится. А ты ходишь непонятно где.

Я проигнорировала ее выпад. Когда немного успокоится, тогда и беседу поведем. А сейчас повторила вопрос:

- Мольберт откуда? И кто автор портрета?

- Ну ты, Аршавина, даешь, - расхохоталась она. – Как кошкой стала, так и память отшибло? А я всегда все помнила. И никогда не забывала нагадить в тапки тому, кто мне не нравился.

Я, конечно, догадывалась, чьи это проделки. Но всегда Маруську защищала, утверждая, что кто-то мимо шел и чай пролил. Нечаянно. Постепенно мы с ней всех гостей отвадили. Ирка лишь изредка заглядывала. Но долго никогда не сидела. И Маруся относилась к ней терпимо. Какой-то портрет у меня вырисовывался не очень приятный. Причем не на холсте, а в жизни.

А Маруся продолжила:

- Мольберт ты в прошлом году купила, когда вам зарплату добавили. А портрет нарисовала четыре года назад, когда всей страной на карантине сидели. Только сегодня я его немного подправила, в соответствии со своим настроением.

Я с удивлением рассматривала работу, выполненную на вполне хорошем профессиональном уровне. А слезки были буквально шедевром. Похоже, моя судьба резко изменилась. И я все же стала художником, пусть и на любительском уровне.

- А что случилось? Почему ты плакала?

- Представляешь, этот чудак на букву «м» сказал, что замуж звал меня лишь по пьяни. А так он закоренелый холостяк и к институту брака относится отрицательно, - она зло выплюнула слова и сжала губы в тонкую линию. А я подумала, что становлюсь очень некрасивой, когда строю вот такие гримасы.

- Какой чудак? – не поняла я.

- Этот ваш Михаил Николаевич! – и, как истинная кошка, пусть и бывшая, она сверкнула глазами.

- И что ты думаешь делать? – мне стало любопытно.

- Отстаивать свою честь! Я ему отдалась душой и телом, а он так подло со мной поступил! – торжественно пообещала она. - Пошли спать. Тебя обниму, и на сердце легче станет.

Что мы имеем в остатке? Я действительно сумела изменить свою судьбу. Только лучше моя жизнь от этого не стала. Даже Маруську мужчина продинамил. Пора заняться этим вопросом. Спасибо Мурзику, который дал мне такую возможность.

А на маму я зря обижалась. Музыка и танцы хуже мою жизнь не сделали. И если кто и виноват, то я сама. Все же свои желания нужно уметь высказывать, а не молчать, предполагая, что близкие прочитают твои мысли.

Глава 3

Сейчас, проанализировав произошедшее и сопоставив все со своими ошибками, я поняла, что большинство из них можно было бы просто определить как «проблемы с мужчинами». Однако мужчин в моей жизни особо не существовало. И поэтому я каждый случай разобрала отдельно.

Первые трудности появились к классу восьмому. Я уже говорила, что мальчикам-то нравилась. Но совершенно не знала, как себя с ними вести. Серьезная проблема неполных семей. Меня воспитывали мама и бабуля. Я даже не представляла, как мама вела себя с мужчинами. Про бабулю вообще молчу. В итоге с мужским полом я не умела общаться в принципе. Я даже не понимала до конца, что за зверь такой – мужчина.

И если те, кто в меня влюблялись в первом классе, со скидкой на возраст, естественно, просто раздражали, то к четырнадцати годам захотелось взаимности. Только две мои самые дорогие женщины неустанно твердили, что мужики все козлы. Что от женщин им нужно только одно. А девушка должна быть неприступной и благочестивой.

В итоге к десятому классу у меня возникла фобия: я боялась забеременеть до восемнадцати лет. Хотя сделать это было просто не от кого.

Это я сейчас понимаю, что мальчишки – тоже дети. И они, со своей стороны, учатся выстраивать отношения. Этим навыком с рождения не обладает никто. Разве что бывают отдельные уникумы. Но это не про меня и моих знакомых.

Первая взаимная симпатия у меня случилась с Алешей Плаксиным. Очень симпатичный мальчик, которого друзья звали ласково Плаксюшей. Но нет, плаксой он не был. Довольно высокий, физически развитый юноша на два года старше меня. Он позвал меня на свидание:

- Маш, давай встретимся часов в семь вечера у Дома Российской армии?

И вот тут я запаниковала. А что я скажу маме? Куда это я отправилась? Хотя гулять мне разрешали до девяти.

Что я насочиняла, как отвертелась, уже не помню. Но потом еще недели две очень сожалела о своем отказе и мечтала, что он позовет меня еще раз. Однако он, обжегшись сразу, приглашение больше не повторил.

Вторую мою любовь, случившуюся тем летом, звали Гоша. В компании я была самой маленькой по возрасту. А он был небольшого роста. Поэтому мы как нельзя лучше подходили друг другу. И я попыталась проявить и показать ему симпатию.

Тогда компьютеров еще не было. Поэтому вечера мы проводили во дворах. Играли в игры, которые современные дети назвали бы отстоем. Например, популярный ручеек, пришедший к нам еще из древней Руси. Идешь через строй пар, держащихся над твоей головой за руки, и выбираешь любого, кого захочешь. Понятно, что я всегда выбирала его. И не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять мою симпатию.

Еще была игра, мелочи которой я уже забыла.В памяти осталась лишь суть. Парни и девчата располагались в два ряда: одни на лавочке, вторые вставали за ними. Был какой-то стишок, по которому человек без пары зазывал к себе кого-то из сидящих. А тот, с кем позванный был в паре, старался не отпустить.

Я всегда зазывала к себе Гошу. А когда он тоже стал звать меня к себе, счастью не было предела. И вот однажды мы просто сидели и пели под гитару. И он (какой нахал!) сел ко мне вплотную, нога к ноге.

Танцоры обычно люди тактильные. Во время исполнения и обниматься приходилось, и прижиматься к партнеру, и любовь изображать. Но это же в танце! А это вдруг случилось в обычной жизни. Сердце мое возликовало. Но в голове тут же раздался строгий мамин окрик:

- Маша, девочка должна вести себя прилично!

И я не придумала ничего иного, как от него отодвинуться. Он не растерялся и принял мою игру, пододвинувшись еще раз. Я, воодушевленная подобным ответом, отодвинулась еще раз. Правда, немного меньше. И мы так развлекались ровно до той поры, пока лавочка не закончилась. А я рухнула на землю.

Подростки бывают злыми. Все начали смеяться и говорить что-то обидное. Благо прошло уже больше четверти века, и я эти нюансы забыла.

Только наша симпатия на этом и заглохла, хотя я еще страдала по нему не меньше полугода.

И когда на следующий день подошла к лавочке, где сидели юная я и Гоша, то уже не удивилась. Лишь слегка пожалела, что не смогу исправить ситуацию с Алешей. Но, видимо, мироздание посчитало ее совсем бесперспективной.

На дворе уже вечерело. Машка сидела счастливая рядом с белокурым ангелом и хихикала над его шуточками. Сейчас, когда мне перевалило за сороковник, шутки смешными уже не казались. Но тогда это была вершина юмора. А он поглядывал на нее хитрым взглядом и медленно, но верно пододвигался к девочке. Когда же их ноги соприкоснулись, она, как и я когда-то, тут же отодвинулась.

Я, кошка Маруся, растерялась. Что делать? Попробовала транслировать ей, чтобы оставалась на месте. Но вскоре поняла, что сейчас ее мысли слишком заняты мальчиком. И меня она просто не слышит. Я запаниковала, не понимая, что предпринять дальше. И не придумала ничего иного, как запрыгнуть на лавочку со стороны Машки.

И когда она в очередной раз подвинулась, то уперлась в меня.

- Ой, Маруська, а ты что здесь делаешь? – хорошо, что отвечать мне было не нужно. Кошки вообще-то не говорят. Зато у нее появился повод остаться на месте с чистой совестью. Не хотелось сгонять домашнюю любимицу на землю. И вся компания тут же ринулась со мной знакомиться.

А что я? Ничего. Все же тело было настоящее, кошачье. С удовольствием подставила под почесушки шею, уши. И даже замурлыкала от удовольствия. А Маша оказалась заперта между мною и Гошей. Двигаться ей больше было некуда. Разве что встать. Но тогда пригретое место тут же заняли бы те, кому места на лавочке не хватило. И они стояли или сидели рядом на корточках. А Маша сегодня нарядилась в красное платьице в белый горошек. И сидеть в нем на корточках ей было бы неудобно.

Я просидела на лавке минут десять. Затем посчитала свою миссию выполненной. И вылизав все, что положено, отправилась с гордым видом домой.

Маша пришла домой пол-одиннадцатого. Мама с бабулей тут же встретили ее в штыки. Разве что скалки не прихватили.

- Мария Александровна! – гневно посмотрела на девочку мама. – И где вас, разрешите спросить, носит так долго? А утром будешь носом клевать.

- Да еще и на каких-нибудь лиходеев наткнешься. А они, знаешь, что с тобой сотворить могут! – добавила ужасов бабуля.

А Машку словно подменили. Я решила, что метаморфоза произошла благодаря моей поддержке. И если раньше она начала бы перед ними извиняться, возможно, даже заревела, то сегодня лишь широко улыбнулась и пропела:

- Мамуля! Бабуля! Как я вас люблю.

Родительницы переглянулись между собой. Они от подобного обращения немного опешили и не знали, как реагировать. А девочка так настойчиво продолжила:

- И чего вы придумали ругаться? Во-первых, у меня каникулы. И утром я могу спать до тех пор, пока не высплюсь. А во-вторых, какие лиходеи? Мы же на лавочке сидели прямо у подъезда. Да не одни, а с соседскими мальчишками. Они нас всегда защитят.

- Защитят они, - проворчала бабушка. - А потом только подол крепче держи!

Маленькая я растерянно на нее глянула, не понимая, куда она клонит. Только после окончания школы я узнала, что мама, как говорят, «принесла меня в подоле».

- Дочь, придется тебя наказать! – мать сурово сдвинула брови. А мне захотелось прыгнуть на нее и выпустить когти. За что обижают девочку? Я такой суровой мамашей, точно, не была бы. Глупо же. История показала, что часто неудачные браки и дети вне брака были именно у таких моих подруг. А я, словно белая ворона, осталась вообще старой девой.

Защита пришла, откуда не ждали:

- Сима, успокойся! - вдруг вступилась за нее бабуля. – Сама-то до скольки гуляла? Да и правда, каникулы же!

Мама ничего не ответила, а лишь махнула рукой. А Маша быстренько умылась и юркнула на свою любимую раскладушку. Были в те времена такие вот складные кровати, когда на алюминиевый корпус натягивали плотную ткань. Они считались временными приспособлениями для сна. Но так как в квартире Аршавиных нормальную кровать ставить было некуда, приходилось спать на подобной конструкции.

А девочка мечтала остаться наедине с собой и прокрутить в голове события сегодняшнего вечера. Это я по себе знаю. А еще завтра вечером нужно будет проверить, чем там молодежь занимается. Все же я чувствую свою ответственность. Не дай Бог, чего сотворят! Хотя, возможно, завести ребеночка в шестнадцать лет все же лучше, чем остаться одинокой и никому ненужной.

Днем Маша была удивительно тихой и послушной. Она, конечно, и до этого была такой. Но сегодня это выражалось особым послушанием и желанием прилежно делать то, что поручали старшие родственницы. Словно счастливая любовь вдохнула в нее силы.

А вечером она особенно долго собиралась и вертелась перед зеркалом.

Я же вспомнила этот день, который прошел почти двадцать пять лет назад. Я очень завидовала девчонкам, у которых мамы были как подружки. Им можно было все рассказать, поделиться своими бедами и успехами. С моей мамой подобный трюк не прошел бы. Она считала, что в пятнадцать лет думать про мальчиков рано. И всегда обрывала разговоры на эту тему.

И лишь в свете моего возраста и жизненного опыта я вдруг отчетливо поняла, что у мамы просто не было подобного опыта. А выглядеть некомпетентной в моих глазах она не хотела.

Гулять с Машей мы пошли вместе. Она сразу свернула на лавочку, а я спряталась в ближайших кустах.

Ребят еще не было. У подъезда было пусто. И лишь Гоша одиноко сидел на лавке. Завидев Марусю, он широко заулыбался и сразу поднялся ей навстречу.

- Привет! – смущенно поздоровалась она.

- Привет! – он же, напротив, смущенным не выглядел. А приосанился и чувствовал себя победителем. И после приветствия притянул девочку к себе и чмокнул в щеку. Она тут же покраснела. И, видимо, решила, что нужно как-то ответить. Потянулась, решив поцеловать его. А он, как нарочно, повернул в этот момент голову. И ее губы встретились с его.

Напускная бравада с парня тут же спала. И он смутился вслед за ней.

Рядом гуляли три пацана, примерно класс третий-четвертый. Когда своих детей нет, в возрасте малышей ориентируешься плохо. Могу сказать лишь одно, что этот был тот самый возраст, когда хочется пакостить и делать гадости. Они тут же заскакали по кругу и запели вразнобой:

- Тили, тили, тесто, Аршава и Порту – жених и невеста.

Странная фамилия Гоши досталась ему от отца эстонца. И в наших краях была крайне редкой и оригинальной. Возможно, она была одной из причин моей влюбленности.

Парень, не задумываясь, задвинул Машу за спину и пригрозил мальчишкам кулаком:

- Сейчас кого-то поймаю и уши надеру!

И мелюзга тут же сбежала, сверкая пятками. А я и она вместе со мной, кажется, влюбились в Георгия еще сильнее. Только это я сейчас знаю, что именно такое полное имя у всех Гош.

А потом они спряталась на другой лавочке, которую наши мальчишки в начале лета перетащили в кусты. Он взял нежно Маруськину руку, погладил большим пальцем и, немного заикаясь, спросил:

- Маш, можно, я тебя поцелую?

По лицу моего двойника я поняла, что прямо сейчас она откажется, а потом будет долго сожалеть и плакать по ночам в подушку. Поэтому я подошла к влюбленным со спины и прошипела мысленно:

- Только попробуй ему отказать!

И тут же получила растерянный ответ:

- А можно?

- Нужно! - припечатала я, точно зная, что от поцелуев дети не рождаются.

И, возможно из этого союза лет через пять получилось бы что-то очень хорошее. Только Гоша сгинул в бою в одной из горячих точек. Однако до того страшного времени нужно еще дожить. А пока оба были просто счастливы. А, может, есть вероятность, что будущее все же поменялось и Порту остался жив?

Утром я проснулась в своей квартире и на своей кровати. Только не на подушке, а в ногах у Маруси. И посчитала, что три ошибки, наверное, исправила.

Могучий кошачий инстинкт заставил меня потянуться и начать вылизываться. Будучи человеком, я бы не достала языком до тех точек, которые умывала сегодня с утра. Даже немножко смешно стало. Но не будем о грустном.

И тут открыла глаз новая хозяйка моего тела:

- Мария! Тебя где черти носили? Ты в курсе, что тебя не было целую неделю? Я уже в розыск хотела подавать! – она шустро вскочила с кровати и потрясла перед моим носом пачкой листов формата А4 с напечатанным на них текстом и фотографией кошки, которую я делала сама на Новый год.

На первой строке с тремя восклицательными знаками был напечатано обращение:

Помогите найти кошку!!!

И дальше расписывалось, какая я красивая и умная. И что предки у меня — суперпородистые победители многочисленных выставок и кошачьих чемпионатов.

- Марусь, ты с ума сошла! – усмехнулась я мысленно. Не знаю, отразилась ли усмешка на кошачьей морде или нет. Однако кошка в моем теле это поняла:

- Не смейся! Я никогда не писала объявлений о собственной пропаже. Но как классно получилось!

- Описание просто отличное, - покачала я головой. – Только с такими характеристиками меня никогда не вернули бы хозяйке. Такая кошка нужна самому!

- Кому самому[1]? – не поняла она распространённой шутки.

- Кто вернет чемпионку мира, если с ней можно ездить на выставки и зарабатывать деньги на потомстве? – попыталась объяснить более доступным языком.

- Но ты же меня в кошачьем теле стерилизовала, - поморщилась Маруся. – Какое потомство?

- Но в объявлении этого не указано. И, в отличие от мальчиков, у девочек факт стерилизации не очевиден.

Она села на кресло, поморщилась и пару минут молчала, что-то обмозговывая. А потом спросила:

- И где ты все-таки так долго была? Ты мне очень-очень нужна, - в глазах женщины загорелся огонь надежды. – Почему исчезла, когда без тебя никак?

- Меня ты бы не нашла ни по одному объявлению. Мурзик отправил меня в прошлое исправлять ошибки, которые я там совершила. И, видимо, время у нас течет по-разному. По ощущениям, я там пробыла пару дней всего.

- И как? Исправила?

- На первый взгляд, кажется, что да, - вздохнула я. – Скажи, а ты замужем?

- Нет, конечно! – возмутилась она. – Для этого ты мне нужна. Пришлось Мише соврать, что я на больничном.

Так, все ж Миша, а не Гоша. Похоже, мироздание не хотело или не смогло вернуть мне Порту.

- Скажи, а никакой мужчина к нам не заходил? Невысокого роста, такой светленький, кудрявый с голубыми глазами? – надежда умирает последней.

- Да к тебе вообще никто не ходит! – возмутилась Маруся. – Я вот неделю болею, хоть бы кто проверил.

- Ты серьезно болеешь? – я внимательно посмотрела на нее. Я никогда не болела ничем серьезнее простуды. Может, моя нелюдимость сыграла в этом не последнюю роль. Инфекции обходили меня стороной, нервы я не портила, питалась правильно. – Что-то не похоже.

- Конечно, не похоже! Я здорова, как египетская кошка! – фыркнула она.

- Надеюсь, у тебя есть больничный, а не просто прогуливаешь работу? – что-то я испугалась того, какие последствия мне потом придется разгребать.

- Больничный, - потупилась она.

- И кто тебе, здоровой, его дал?

- Да терапевт в вашей поликлинике из наших. Нас не так много в этом мире. И мы всегда друг другу помогаем.

Даже вот так? Я-то думала, что у нас с Маруськой эксклюзив. А это, оказывается, вполне нормальная практика в божественном пантеоне. Вот и врачи есть из бывших … кошек. Хотя. Какое мое дело? Это даже хорошо. Кошка без меня тут глупостей хотя бы не наделала. И почему она от Михаила Николаевича прячется?

Я задала вопрос вслух.

- Понимаешь, он, оказывается, не только упертый холостяк. Но еще и убежденный девственник, который считает, что секс возможен лишь в браке. Да в придачу не простом, а освященном церковью. А я его взяла и испортила, - покаялась бывшая кошка. Все же поговорка про кроликов и им подходит…

- С этим разобрались. А я-то тебе зачем нужна? Свечку в ногах держать? – фыркнула я, не понимая причин кошкиной трагедии.

- Да он сказал, что свяжет свою судьбу с моей, если я отдалась ему девственницей! – она подняла на меня глаза, в которых плескалась надежда. – А я не знаю, девственное твое тело было или нет.

- Было, да, - кивнула я. И вдруг рассудила, что, пока Маруська в моем теле, она много чего натворить может. А мне после придется это расхлебывать. И замужество за Михаилом Николаевичем – не самое страшное из зол. – Ты разве сама не поняла?

- А как я должна была понять? – возмутилась она.

- Так больно же должно быть! – я, конечно, специалистом в этом вопросе не была. Но теоретическую базу, как любая современная женщина, имела.

- А потом не больно, что ли? – бровки, которые я недавно красила у мастера, вопросительно взлетели вверх.

- Говорят, что нет. Потом должно быть приятно, - пожала я плечами. – Я же девственница. Была. Посмотри в интернете. Там подробно все описывается на некоторых сайтах.

- Эх, счастливые вы, люди. И счастья своего не понимаете, - дернула она плечами. - У кошек больно каждый раз.

- Да ну! – не поверила я. – У вас что, каждый раз обратно зарастает?

- Ничего у нас не зарастает. Это у наших мужиков одно место очень колючее. Знаешь, как больно в конце бывает.

Странно устроена природа. А зачем колется-то? Только Маруська этого не знала. И с интернетом она тоже была на «вы». Пришлось сесть рядом и помогать ей гуглить интересующие вопросы.

Почитали про оргазмы. Они ей понравились. Пока теоретически.

А у кошек очень удивительное устройство оказалось. У них яйцеклетки выходят лишь в том случае, если самец ее на прощание хорошенько уколет. Как-то так. Дикость, но зато перерасхода ценного материала нет.

[1] Обращение из шуточного стихотворения С. Михайлкова «Как старик корову продавал».

Глава 4

Следующее утро я снова встретила с Маруськой в кровати. Думала, что меня отправят в прошлое. Четвертая и пятая мои ошибки заключались в том, что я не следила за своей внешностью и весом. И к сорока годам стала колобком на ножках. Да только никуда меня никто не перенес.

Мне теперь Маруську перевоспитывать, что ли? Боюсь, что она меня вообще не услышит. Но попробую.

- Марусь, а ты не хочешь зарядку сделать? – осторожно поинтересовалась у новой хозяйки моего тела.

- Зачем? – она с упоением жевала бутерброд, запивая его свежесваренным кофе.

- Чтобы немного похудеть, - предложила свой вариант я.

- А Миша говорит, что ему больше пухленькие нравятся! - невозмутимо сообщила Маруська. А я не нашлась что ответить. Оказывается, у мужиков очень разнообразные вкусы.

- А сладкий кофе с колбасой - это смерть, - не унималась я. Хотя, честно признаться, ничего вкуснее докторской колбасы на ломте батона не едала.

- Маш, да я всю жизнь на тебя заглядывалась, когда ты так вот ела. А ты со мной никогда не делилась. И сейчас снова хочешь этого лишить? Тебе так кошачий корм нравится? – она отодвинула от себя бутерброд на секунду. - Или не очень?

А что я могла сказать про эту бессолую субстанцию? Опять пришлось промолчать.

И вопрос так и остался открытым. Как мне исправить ее поведение? Я не нашла ни одного аргумента против счастливой женщины. Ей и так было хорошо.

А вечером случилось маленькое чудо. К нам пришел Миша. Или Михаил Николаевич, как кому будет угодно.

Когда раздался звонок, я первая понеслась к двери. Было очень интересно, кто же там явился вдруг в гости. Однако по понятным причинам я не могла открыть двери. Пришлось Марусю дожидаться.

Она же совсем не торопилась, словно хотела испытать терпение того, кто стоял за дверями. И лишь на пятый или шестой раз выплыла в коридор и крикнула:

- Иду, иду! Кто там такой нетерпеливый? – и открыла замок.

- Маш, ты что меня с ума сводишь? – Миша стоял с тортиком и букетом гладиолусов. Я очень любила такие — махровые в нежных тонах. Наверное, у девчонок разузнал.

- Заходи уж, раз пришел! – Маруська игриво вильнула бедрами и сделала шаг в сторону, запуская гостя в квартиру. А я с интересом разглядывала начальника в светло-голубых джинсах и белоснежной футболке. Он даже более худым и высоким показался.

Она забрала подарки и скомандовала:

- Разувайся. Я сейчас чайник поставлю.

И пока он послушно расшнуровывал кроссовки, укатила на кухню, оставив меня наедине с мужчиной.

- Кис-кис-кис! – позвал он. – И как тебя зовут, красотка?

Вот, в человеческом виде ни разу от него комплиментов не получала. Лишь всегда сухое «Мария Александровна». И как тут понять, что он в меня давно влюблен? Или все же не в меня?

- Ты чего там долго возишься? – выглянула новая хозяйка моего тела. – Чайник успел вскипеть!

- Да вот с кошкой твоей знакомился. Спрашивал, как ее зовут, да она не ответила, - он с наигранной растерянностью развел руки в стороны. – Говорят, что как кошка кавалера встретит, так у них жизнь дальше может сложиться. Она, слава богу, на меня с шипением не кинулась.

- Марусь, это мой жених. Изволь любить и жаловать! – то ли приказала, то ли попросила бывшая кошка. Забыла, как метки в чужой обуви оставляла?

А мне что, мне не сложно. Я подошла и потерлась о его ноги.

- Смотри-ка, приняла! – удивился Миша. – Или она у тебя дрессированная?

- Естественно, - фыркнула Маруська, гордо задрав подбородок. - Других не держим!

А я почувствовала непреодолимое желание нагадить ему в кроссовки. Но потом решила, что не следует поддаваться низменным инстинктам. Вдруг кошачий бог Мурзик решит, что мне в кошачьем теле больше нравится. Поэтому пакостить не стала, а пробралась следом за ними на кухню.

Начало было скучным. Маруська с гостем просто сидели за столом, пили чай и вели светскую беседу. И в какой-то момент Миша встал и, судя по его взгляду, стал собираться домой. Мне это очень не понравилось. Как это — пришел и все? Зачем тогда приходил? Тортик один съесть не мог? У меня в бытность человеком это прекрасно получалось. И я решила действовать.

Взлетела стрелой на стол и скинула лапой чашку на джинсы гостю. Чай он еще допить не успел, так как Маруся ему подливала жидкость постоянно, стремясь задержать гостя подольше, поэтому самое пикантное место мужчины оказалось намоченным. И выглядело очень неприлично.

- Маруська, зараза, ты чего творишь! – Маруська-человек замахнулась на меня полотенцем. Однако я была уверена, что кошку она никогда не тронет. Поэтому легко соскользнула обратно на пол и скрылась в подкроватных недрах. От греха подальше.

На кухне раздались охи-вздохи, перемежаемые с баском Михаила Николаевича. Минуты через три хозяйка проследовала в ванную с его брюками, свешивающимися с руки. И пока она там их застирывала, я аккуратно пробралась на кухню. Миша там сидел в одних мокрых трусах и задумчиво смотрел в окно.

Маруська замыла мои грехи, включила электрический полотенцесушитель и вернулась обратно. Увидела гостя во всей красе и всплеснула руками:

- Ой, Мишенька, ты и там мокрый! А если простудишься? Нужно же тоже посушить! – с этими словами потянула гостя за руку, вынуждая встать. А затем начала стаскивать с него исподнее. Миша сначала сопротивлялся. Но она и кошкой была очень настырной. А в человеческом виде стала еще настырнее. И вскоре трусы отправились вслед за джинсами. Я снова заглянула на кухню. Не зря говорят, что любопытство кошку сгубило.

А то, что увидела, предпочла сразу же забыть. Как я на работу ходить буду, если видела начальника без трусов? Он этого знать, конечно, не будет. Но я-то помню!

И как ни странно, это был первый тревожный звоночек для меня.

Оставшись без трусов, Михаил Николаевич домой собираться передумал. И его нужно было чем-то развлекать. Чай с тортом гостю в желудок больше не помещались. А Маруська понятия не имела, что делать, что придумать. Начала беспомощно оглядываться и искать взглядом кошку.

Она же училась жизни у меня. А я особым гостеприимством никогда не отличалась. Чай с тортом –максимум, на который я была способна. И то эту роскошь от меня видела лишь Ирина, моя ближайшая подруга. Остальные и этого не удостаивались. Смышляевы, бывшие владельцы питомицы, похоже, тоже особой любовью к общению не славились. Иначе кошку оставили бы кому-нибудь другому, а не такой отшельнице, как я. Конечно, был еще и интернет. Но им она не владела и вообще с компьютером не ладила.

И я услышала ее тихую мольбу. Однако гость взял в руки ситуацию и начал травить анекдоты. Никогда бы не подумала, что начальник такой пошляк. Зато она хохотала от души. Однако и анекдоты то ли надоели, то ли репертуар закончился. И опять установилось молчание. Бывшая кошка вновь растерялась. Сидела и просто смотрела на Михаила Николаевича, побуждая к действиям. Однако он явно чувствовал себя без трусов дискомфортно и никаких попыток к сближению или еще чему-то не делал.

Тогда я решила, что нужно помогать. Спряталась под Маруськиным стулом и постаралась ей передать в надежде, что она не настолько поглощена Мишей и мои слова услышит:

- Покажи ему детские фотографии! – взрослых у меня не было.

Слава богу, сработало.

- Миша, пока твои вещи сохнут, давай я себя молодой покажу! – предложила она. Он с готовностью согласился. Но когда поднялся, обнаружилось, что некоторые части тела игриво выглядывают из-под футболки.

- Можно мне какое-нибудь полотенчико? – попросил он.

Фразой «Да что я там у тебя не видела!» бывшая кошка тоже не владела. Но принесла ему мои старые растянутые трико. Они оказались начальнику коротки, но вполне влезли по ширине. И со штрипками, болтающимися на уровне икр, зато спрятав все сокровенное, он переместился в зал.

Маруська достала все альбомы, включая тот, где мама выкладывала мои фотографии со дня рождения. Я и забыла про его существование. Именно в нем она хранила те, которые делала раз в месяц, приглашая знакомого фотографа, так скажем, в моем натуральном виде. Еще и подписывала: «Машенька растет. 1 месяц», и так далее. Сейчас я не могу сказать, был ли тот мужчина просто знакомым. Но мои фото появлялись с завидной регулярностью.

Я зря лелеяла надежду, что Мише эти «шедевры» покажутся скучными. Он разглядывал их с какой-то затаенной жадностью. И при этом приговаривал:

- Машенька, какой ты хорошенькой была!

- Миша, только была? – тут же насупилась Маруська. Я ее этому не учила. Похоже, флиртом она владела на генетическом кошачьем уровне.

- Нет, - рассмеялся он. – Тогда ты была хорошенькой. А сейчас просто красавица!

И я поняла, что окончательно и бесповоротно проигрываю битву с лишним весом, плохим здоровьем, отсутствием пресса на животе и, как результат, отсутствием тонкой талии. Она никогда не будет этим заниматься! А я навсегда останусь кошкой?

Я не хотела. Мне нужны бутерброды с докторской колбасой в неограниченном количестве! И я согласна ходить на работу хоть каждый день и никогда не мечтать занять Маруськино место. Только никакие боги меня не услышали.

А еще я поняла, что после того, как разглядела начальство во всей красе, а он видел мои фотографии в обнаженном виде, на эту работу я больше не пойду! Придется увольняться и искать что-то другое. А может быть и хорошо? Нужно же в жизни что-то менять. Не зря я в такую передрягу попала.

Погрузившись в размышления, я не заметила, как от фотографий парочка перешла к делу. Когда я очнулась, они уже вовсю целовались, а Михаил Николаевич старался уложить Маруську на спину на мой любимый девственный диван.

Да, я являлась самой настоящей старой девой. Не пробовала ни разу! Нет, в теории я, конечно, знала, что такое секс. Где-то в девятом классе мы с подружками раскопали у родителей одной из них кассету с названием «Белоснежка и семь гномов». Что-то на нас в тот день нашло, и мы решили окунуться с головой в детство. Ну, и окунулись. Рассмотрели все в подробностях.

Когда стало понятно, что это за фильм, мы дружно похихикали, сделали вид, что смущены, но кассету так и не выключили, а с жадностью досмотрели кино до конца. По стонам и блаженным лицам актрис я догадалась, что это все довольно приятно. Но со стороны совершенно некрасиво. Странные позы, жуткие предложения от мужчин. Фууу…

Когда дело у моих голубков перешло к явной порнографии, я решила, что это будет уже слишком. А вдруг я работу не найду, и придется зарабатывать на пропитание в родной библиотеке? Поэтому сбежала из зала на кухню.

Когда стали раздаваться охи, вздохи и стоны, захотелось зажать уши руками. Только рук у меня не было. А лапами не получалось.

И именно в этот миг до меня дошло, что возвращаться мне некуда! И это не только про работу, но и про всю жизнь. Вдруг Маруська успеет выскочить за него замуж, забеременеть. А кошки беременеют, говорят, с легкостью. Не зря же я ее тело стерилизовала. А я ее раз и обратно в кошку! А мне потом всю жизнь страдать с нелюбимым мужем? Да еще и делать все то, что они вытворяли на диване? Нет, на такое я не подписывалась.

Мурзик, ты где? Ты мне срочно нужен!

Это можно назвать чудом, магией или каким другим словом, однако кошачий бог меня услышал. Я вдруг снова оказалась в холодной и мокрой вате.

- Ты так сильно желала меня увидеть, что я не смог тебе отказать, - лениво протянула огромная кошачья голова. – Что у тебя стряслось, смертная?

- Маруська отказывается исправлять мои ошибки! – выпалила я не раздумывая.

- А почему она должна их исправлять, если они не ее? Можешь мне объяснить свою позицию?

- А как я стану снова человеком, если она не хочет худеть, не хочет вести здоровый образ жизни, и вообще ее все устраивает? – не сдавалась я. Мне нужно выторговать свое право на счастье!

- Разве людское счастье не заключается в том, чтобы иметь все то, о чем мечтал? – уточнил Мурзик.

Я на секунду задумалась и рискнула возразить:

- Нет, я так не считаю. Многие мечтают о власти. Но, получив ее, ломаются под ее бременем. Большинство мечтает о деньгах. Однако, выиграв большую сумму в лотерее, снова оказываются через некоторое время на грани нищеты. Счастье в чем-то другом.

- Возможно, - под ватой что-то пошевелилось. И мне показалось, что кошачий бог пожал плечами. – А ты сама что хочешь?

- Я хочу стать человеком, - со вздохом призналась я. – Все же людям живется намного интереснее, чем котам.

- Во-о-от! – протянул он. А из ваты вдруг вынырнул огромный серый палец с длинным когтем на конце и погрозил мне. –Надеюсь, что в следующий раз, когда ты заведешь кошку, будешь относиться к ней как к личности.

- Это обязательно, - усмехнулась я. – Осталось лишь вернуться.

- Ты решила Марусю обратно запрятать в кошачье тело? – вот он, момент истины. Настал.

- Нет, - совершенно искренне призналась я. – Не хочу. Она счастлива, да и Миша, как я понимаю, тоже. Как я их могу этого лишить?

Про различные неприличные картинки упоминать не стала. Все же дело было не в них.

- Предлагаешь увеличить кошачье тело до человеческого и будешь в нем жить?

- Ой, нет, - испуганно возразила в ответ. И дело было не только в черной шерсти. – Я ее стерилизовала. А очень хотела бы стать матерью.

В сорок лет ведь это еще возможно?Кажется, только сейчас япочувствовала подобное желание.

- А Маруську лишила… - начал было он.

- Нет, не лишила! – отчаянно возразила я. – Она дважды мне котят приносила. Только я их с трудом пристроила. А разводить кошачью ферму дома мне совсем не хотелось бы.

- Кошачья ферма, - морда бога весело ухмыльнулась. – Интересная идея. Ладно, предоставлю я тебе три тела на выбор. Которое больше понравится, в том и останешься.

- В смысле три тела? – не поняла я.

- А чего тут понимать, - развеселился Мурзик. – Попадешь по очереди в три мира к трем девушкам. Которая тебе больше понравится, той и останешься.

- А разве так можно? – удивилась сказанному.

- Конечно, нет, - послышался дробный смех бога. – Но у меня вполне может получиться. Эти три девушки в скором времени должны погибнуть. А ты сможешь или спасти душу, или занять место. Но имей в виду, вернуться уже не сможешь. На каждую дается только одна попытка.

- А что такое «иные миры»? – все же рискнула спросить.

- Как тебе объяснить, - огромный палец почесал кошачий подбородок. – Если ты хочешь стать человеком, но не желаешь отбирать счастье у Маруськи, я не могу вернуть тебя на Землю. Вы ни при каких обстоятельствах не должны встретиться. Иначе твоя душа переселится в свое бывшее тело, а ее, возможно, попадет в тело той девушки, в которой будешь жить ты.

Нет, такой вариант меня совсем не устраивал. Она же выйдет замуж за Михаила Николаевича. В этом я практически не сомневалась. Я их вместе видела и слышала. Родит ему детей, будет спать с ним в одной кровати. Я совсем не хочу занять ее место! Я не хочу быть его женой. А Маруську лишу женского счастья, заберу любимого и любящего. Возможно, я махровая эгоистка, но не настолько же?

- А в других мирах живут такие же люди? – со страхом уточнила у кота.

- Да такие же или очень похожие, но имеющие некоторые особенности, - растянул он губы в оскале, на секунду став похожим на Чеширского кота из известной сказки[1]. – Просто отличие будет в том, что в других мирах есть магия. Ваша Земля — один из немногих немагических миров. Человечество у вас пошло по непопулярному пути развития.

- А что за особенности? – не унималась я. Все же будущую жизнь выбираю.

- Ну-у-у, - загадочно протянул он. – Например, имеют вторые ипостаси.

- Оборотни, что ли?

- О, ты и про оборотней знаешь? Умная девочка, - голова кивнула, если о ней так можно было сказать.

- Я где работала-то? – фыркнула с легким недовольством.

- В библиотеке, насколько я помню, - развеселился Мурзик. – Но я ни за что не поверю, что у вас там вервольфы водились.

- Если только кикиморы, - вздохнула я, вспоминая зама нашего начальника. Очень противная бабенка. – Но у нас в библиотеке очень много книг и неограниченная возможность их читать. А в них рассказывают и о других мирах, и о магии, и многом другом в том числе. А многие авторы имеют дар предвидения.

- Тогда решено! Отправляешься в первый мир под названием Присцилла. И запомни, что всех трех девушек будут тоже звать Марией, как и тебя. Имя позволяет связывать и перемещать души. Поэтому не стоит называть детей именами погибших родственников или тех, кто прожил очень несчастливую жизнь. Тебе все понятно?

- Да, - согласилась в ответ. И тут же провалилась в абсолютную темень.

[1] Кэролл Льюис «Алиса в Стране Чудес».

Глава 5

Только пространство оказалось не пустым. Пока летела, услышала голос Мурзика, сопроводившего мой полет:

- Обстоятельства будут разными. Запомни: «Очаусис валидуисис!».

- А что это такое? – я летела, но в полете умудрилась разговаривать.

До меня долетел очень далекий голос бога:

- Заклинание невидимости!

- Что, что? – прокричала я, испугавшись, что поняла неправильно. Но то ли уже была слишком далеко до места, где мы с ним встречались, то ли Мурзик просто не захотел мне отвечать. Поэтому повторила раз десять:

- Очаусис валидуисис!

Надеялась, что выучила правильно. Неизвестно, какие там будут обстоятельства. А если я что-то скажу неправильно, то могут быть непредсказуемые последствия. Я же в мире с магией не жила. Вдруг вызову ураган или землетрясение?

Только землетрясения или урагана не случилось. А случился потоп. Самый настоящий. Иначе как можно объяснить, что я очнулась в чем-то очень мокром и грязном. И это не была божественная вата Мурзика.

Судя по запаху, отдававшему сырой землей и чем-то тухлым, а также по ощущению, что под моими пальцами оказалась глина, я плавала то ли в придорожной канаве или обыкновенной луже. Попыталась оглянуться вокруг, но не смогла. Глаза заливала грязь.

Собрав волю в кулак, чтобы меня не вырвало, потерла глаза рукой и тут же обомлела. Я действительно сидела в настоящей луже, которая раскинулась посередине дороги. А вокруг меня толпились люди в странной одежде, хохотали и показывали на меня пальцем.

Стоп, Мурзик! Мы о таком точно не договаривались. Хотя руки и ноги у меня были вполне человеческими. Аршавина, ты же хотела снова стать человеком? Хотела, но не пловчихой же в лужах? А еще в моей голове вдруг появились совершенно чудные мысли:

- Надеюсь, теперь Ариус простит меня? Я же исполнила его желание и окунулась в грязь!

Что за чушь собачья? Или кошачья? Какой Ариус? Какая грязь? Дайте осмотреться по сторонам и понять, что происходит!

И в тот же миг моя душа отделилась от тела, а я снова превратилась в кошку. Что, опять? Возможно, что когда та девица отмоется и высохнет, я смогу вернуться? Зато я могла оглядеться вокруг.

Тело кошки казалось уже родным. Я сначала тщательно вылизала шерстку. Тут никуда не денешься. Животный инстинкт был сильнее меня. Кошки грязными не ходят, если только не больны смертельно. А я была вполне молодой и здоровой. Затем начала вертеть головой.

Лицо тела, если так можно сказать, было вполне миловидным. Большие зеленые глаза наивно смотрели на мир. Длинные волосы непонятного цвета из-за грязи ниспадали до самой талии. Девушка была совсем молоденькая, хорошенькая и очень грязная. Она сидела в воде и испуганно смотрела на толпу.

Ха, похоже, она до лужи была блондинкой! Я когда-то мечтала иметь светлые волосы. И даже пробовала перекраситься. На парикмахерскую денег у меня не было. Да и мама на такую глупость их никогда бы не дала. Поэтому осветлялась я с помощью перекиси водорода, прочитав, что она дает подобный эффект, в каком-то журнале, раздающем рецепты красоты. В итоге из жгучей брюнетки превратилась в лимонную блондинку. Красилась тогда восемь раз и испортила все волосы, которые под оханье родственниц пришлось обрезать. Интернета в общем доступе еще тоже не существовало. Вот он мой шанс, сидит сейчас передо мной, размазывает грязь с лица и беспомощно озиралась.

А ее окружали люди. Женщины, как одна, в длинных юбках, а головы у всех покрывали белые чепцы с оборочками. Мужчины в одинаковых полосатых штанах и рубахах навыпуск, подпоясаны разноцветными шнурами в несколько рядов. И все обуты в настоящие деревянные башмаки, наподобие тех, в которых Цискаридзе танцевал вдову Симону в «Тщетной предосторожности».

- Ариус, ты где? – снова раздался голосок в моей голове.

«Похоже, я слышу ее мысли!» – подумала я.

- Ой, а ты кто? – этот же голосок задал встречный вопрос.

- Я? Я просто кошка, которая сидит рядом с тобой, - не придумала ничего лучше, как ответить прямолинейно.

- Вот эта черненькая, что ли? – рассмеялась мысленно девица и пальцем ткнула в меня уже основательно. А затем еще и позвала уже в реальном мире:

- Кис, кис, иди ко мне!

- В лужу? Не пойду. Там грязно и мокро.

- А жить ко мне пойдешь? Я всегда так мечтала о котеночке.

- Пойду, - тут же согласилась я. Хоть и кошка, но ночевать хотелось в тепле и сухости. Надеюсь, в луже она не живет. Да и покушать я бы не отказалась.

- Только если Ариус разрешит, - сникла моя собеседница.

- Так, а Ариус у нас кто? – полюбопытствовала в ответ, чтобы найти возможные выходы, если что.

- Ариус – мой муж. И он пожелал, чтобы я искупалась в грязи, чтобы смыть мои грехи. Вот я здесь и плаваю, - со вздохом сообщила она. Ладно, что не вслух. Иначе люди начали бы хохотать уже в голос. По их лицам было видно, что для этого хватило бы одной искры. Пока они улыбались и лишь перешептывались, показывая на тезку пальцем.

- Ты же Мария? - спросила у девушки.

- Да, - подтвердила мою догадку она. – А ты откуда знаешь?

- А меня Маруська зовут, - я не ответила на ее вопрос, а просто представилась. – А давай мы твоему Ариусу про меня ничего не скажем? Если очень надо, я иногда могу становиться невидимой! Смотри!

И я прошептала:

- Очаусис валидуисис! – лучше сразу действие проверить. А то вдруг оно не сработает в самый ответственный момент.

- Ой, как здорово! – Маша тут же захлопала в ладоши, разглядывая пустое место, где только что стояла я.

А народ стал интенсивнее перешёптываться и хихикать. А до меня стали долетать обрывки фраз:

- Эра наша совсем с ума сошла!

Но тут раздался грозный окрик:

- Чего, чернь, встали! Лясы точите. А ну, марш по рабочим местам!

На краю лужи выросла фигура. Мужчина был высоким и крепким. Золотые волосы завивались в крутые кудри. Под пшеничными бровями на мир смотрели глубоко посаженные синие глаза. Общую картину портил слишком массивный подбородок и какое-то сальное выражение лица, которое совсем не вязалось с его грубыми словами.

- Мария, ты что здесь делаешь? Нашу семью позоришь? Вылазь, бездельница. Хватит прохлаждаться, –прикрикнул на девушку он. Однако мы делили с ней чувства и эмоции пополам. И я ощутила, что она его не боялась, а буквально заходилась от восторга.

- Сейчас, дорогой, бегу, - широко улыбнулась она, но затем обиженно добавила: - Ты же сам сказал, чтобы я шла в лужу и искупалась в ней!

- Дура, как есть дура, - он сплюнул себе под ноги. – Марш домой, а то я тебя розгами отхожу, чтобы больше не повадно было.

Мария тут же поднялась из зловонной лужи. Мало того что пахла она соответственно, так еще платье насквозь промокло и плотно облепило худенькое тело, не оставив простора для воображения. Ариус оглядел ее еще раз и брезгливо процедил:

- Все же отхожу! – а затем снял с плеч сюртук и набросил на нее:

- Прикройся, бесстыжая!

Из чего я сделала вывод, что он как-то неправильно, но все-таки ее любит. Иначе не стал бы портить хорошую вещь. Однако это впечатление растаяло с его последующим окриком:

- Сюртук потом сама почистишь. Чтобы снова стал как новенький!

Он подошел к девушке, грубо выдернул её за руку из лужи, да еще пинком направил в нужную ему сторону. Я же не стала долго ждать, а потрусила за ними следом. Все же надежда на ночлег и еду у меня оставалась.

Я была просто уверена, что попала в настоящий фэнтезийный мир, где-то примерно в наше средневековье. И каково же было мое удивление, когда поняла, что бегу вдоль самой обычной асфальтированной дороги. А на обочине стоят самые настоящие автомобили. Разве что несколько длиннее наших, с очень широкими дверями. Но все же другой мир! Должны же быть отличия.

Дома выглядели тоже вполне привычно. Трех-, четырехэтажные. Построенные из серого камня. Но скоро они закончились, и на смену возникли особняки за высокими заборами. В один из таких мы и свернули.

Я стремглав бросилась за ссутулившейся и поникшей Машей, и в последний момент проскользнула в ворота.

Дом встретил нас светлым, просторным холлом. Говорят, такие холлы распространены в Америке. Но я там сама не была. И утверждать не могу. В центре стояла мягкая мебель в желто-зеленых тонах. На полу лежал ковер с высоким вопросом, модного цвета «масло». Так, по крайней мере, говорят в России популярные блогеры и блогерши.

А прямо в стену был вмонтирован большой серебристый экран. И я буду не я, если это не телевизор. Это уже хорошо! Мир в итоге оказался вполне современным. Надеюсь, что и с медициной у них так же хорошо. Потому что я до жути боялась оказаться там, где нет антибиотиков и хотя бы парацетамола.

Меня очень сильно подмывало поточить когти о стильный диван, такой красивый, немного шершавый. Как раз для моих коготков! Однако я понимала, что этого делать нельзя. Тут никакая Маша не спасет от златокудрого красавчика. Так, а на ковре ворс мягкий. И, как минимум, на нем будет приятно спать. Я аккуратно потрогала его лапкой. И с ужасом обнаружила, что она начала проявляться. Я становилась видимой. А в коридоре слышались приближающиеся к холлу шаги.

Не стала разбираться, кто идет сюда. А просто нырнула под диван. И вовремя это сделала, так как уже приобрела четкие очертания. «Очаусис валидуисис», похоже, действует, по моим ощущениям, ровно полчаса.

К креслу напротив дивана подошел хозяин дома и грузно в него опустился. Пришлось мне отползти чуть назад и уткнуться глазами в пол, чтобы, не дай бог Мурзик, они не заблестели из темноты. Он же откинулся на спинку кресла, закинул ноги на журнальный столик, умудрившись при этом громко и звонко пукнуть. В итоге пошла такая вонь, что у меня защипало глаза и очень сильно захотелось чихнуть.

Кошки, конечно, чихают не так чтобы очень громко. Только я не знала, человек ли сидит передо мной? Мурзик же предупреждал, что в этом мире водятся оборотни. А вдруг это волк или, еще хуже, собака. А кошки для них известные и постоянные противники.

А Ариус шумно выдохнул, затем набрал полную грудь воздуха и заорал что есть мочи:

- Машка, поганка, подь сюда!

Тут же раздалось шлепанье босых ног. Машка влетела в холл в одном халатике. С ее волос сбегали крупные капли воды.Видимо, девушка только что вылезла из ванны, где смывала с себя грязь лужи.

Он повертел ногами в черных начищенных сапогах, разглядывая их, и скомандовал:

- Обувку сними!

Она резво подбежала к нему и, сдувая пряди волос, падающие на глаза, начала стягивать сапоги. А я стала с интересом ее разглядывать.

Мария имела тело моей мечты. Она была высокой, с тонкими, длинными конечностями и лебединой шеей. А узкие ступни, утопавшие в ворсе ковра, имели высокий балетный подъем. Худеть ей необходимости не было. Еще чуть-чуть – и ее можно было бы посчитать анорексичкой. Я о подобном мечтала? Да, глаза были красивыми, напоминали свежую траву. Только какую ошибку мне с ней нужно исправить?

Вести здоровый образ жизни? Для нее он, скорее, заключался в сытном питании и здоровом сне. И если я правильно поняла слова кошачьего бога, мне предлагалось остаться в одном из трех тел. В недалеком будущем эта самая Маша решить закончить жизнь самоубийством. А я могу занять ее место.

Нет, я так не хочу! Это светлая любящая душа должна жить дальше. А я не смогу полюбить этого златокудрого хряка. Что ж, осмотримся и постараемся решить задачку, которую мне Мурзик подкинул.

Пока я размышляла, сапоги были стянуты. А Ариус включил телевизор с помощью шаровидного пульта и какого-то голубого свечения.

Миловидная девушка-диктор сообщила:

- Уважаемые зрители нашего видеографа, начинаем программу новостей Присциллы.

Хорошо, по крайней мере, название страны я теперь вспомнила. Бог, помниться, о нем говорил. Только я напрочь забыла.

Так-то Присциллой у нас называли красивый сорт гладиолусов преимущественно розового цвета, но имеющих красные и белые пятна. Я была уверена, что это иностранное женское имя. Но вполне возможно, что его в наши края завезли путешественники между мирами.

Выслушав политическую и экономическую обстановку в новом мире, я слегка задремала под диваном. Однако скоро меня разбудил голод. Нужно порыскать в доме, найти хозяйку и попросить, чтобы меня накормили. Я прочитала заклинание на всякий случай и отправилась на разведку.

На улице уже стемнело. В холле, соответственно, тоже. Но каково же было мое удивление, что я все прекрасно видела. Тут же вспомнилось, что хищники прекрасно видят в темноте. А я теперь, хоть и мелкий, но все же хищник. И к своему ужасу обнаружила, что меня заперли в этом самом холле. Все двери были закрыты. Еды и туалета нигде не обнаружилось.

Ладно, рядом с креслом валялись сапоги Ариуса. Для низких потребностей в худшем случае сгодятся. Только оставят ли меня тогда в этом доме? С другой стороны, а нужно ли мне здесь оставаться? Не кормят, за ушком не чешут. Может, сразу в новое тело переместиться? И наплевать на эту Машу, которая обо мне ни разу не вспомнила.

Я встала на задние лапы и с удовольствием запустила когти в обивку дивана. И, как назло, раздались шаги. Я растерялась, радоваться этому или огорчаться.

В холл зашла хозяйка дома. Как я поняла, она вернулась, чтобы забрать сапоги мужа. Как так? Меня последней надежды на лучшее лишают! И я громко мяукнула.

Мария испуганно оглянулась по сторонам и кошки, естественно, не увидела. Я же была под заклинанием.

- Киса, ты разве здесь? – спросила она шепотом. А я запаниковала. Что делать? Как обозначить себя? И я не придумала ничего лучшего, как потереться о ее ногу.

- Я же могу становиться невидимой, или ты забыла? – отправила ей мысленный посыл.

- Ой, как здорово! – девушка даже захлопала в ладоши. – А я думала, что ты там у лужи и осталась.

Так, коннект налажен, как говорит современная молодежь.

- Маша, я кушать хочу! – заискивающим тоном попросила я.

- Пойдем, я тебе молочка налью!

Что ж, хотя бы молочко. Говорят, что есть даже специальная диета, когда через день пьешь небольшими порциями только молоко. И при этом худеешь. А на следующий ешь все, что не приколочено. Говорят, ее придумала Лариса Долина, известная певица. Или там пьют не молоко, а кефир? Что-то я запамятовала. Но сейчас мне и молоко сгодится. И, глядишь, мое человеческое тело немного похудеет от такой диеты. Хотя, где оно, мое человеческое тело? То уже основательно занято Маруськой. А в это я нисколько не хочу, несмотря на шикарные пропорции. Муж мне ее не нравится.

Мои размышления прервало блюдце с молоком, поставленное на пол. Я к нему подошла осторожно, мало ли чего. Принюхалась. Пахло молоко молоком. И начала лакать.

- Ой, Маруська, ты все-таки действительно здесь! – рассмеялась Маша. – А я уже думала, что мне это все снится. А сейчас вижу, как розовый язычок молоко лакает. Ты в курсе, что он остался видимым?

Нет, этого я не знала. Получается, что при людях мне пасть разевать нельзя. Буду в тот же миг обнаружена. Какое-то заклинание неполноценное. Хотя, Мурзик, и на том спасибо!

Когда молоко закончилось, она обратилась ко мне:

- Наелась?

Я с удивлением почувствовала, что блюдца молока мне вполне хватило для полной сытости. И оно было очень вкусным, не то что бессолая «Курочка в желе». Захотелось тут же свернуться в клубочек и поспать. Однако такого удовольствия мне не доставили.

- Иди пока, погуляй. Когда Ариус дома, тебе лучше ему на глаза не попадаться. Я даже не представляю, как он на тебя среагирует. А вот утром он уйдет на работу. Тогда приходи. Я тебя и накормлю, и выспаться получится. Да и пузико почешу!

Я мысленно поморщилась. Совсем не хотелось идти в ночь на прогулку. Все же возраст моей души был отнюдь не пятнадцатилетний. Однако естественные потребности тела намекнули, что нужно, ведь сапоги уже забрали.

- Хорошо! Открывай двери и не забудь утром меня впустить! – отдала я мысленный приказ хозяйке, подбежала к входным дверям и громко мяукнула, чтобы сообщить о своей готовности.

- Тише, тише! – Маша прикрыла рот ладошкой, как испуганный ребенок. А затем неожиданно хихикнула:

- А тебя видно теперь!

Быстро как-то полчаса в тепле и сытости пролетели. Но ничего иного мне не оставалось, как черной тенью выскользнуть во двор.

И я пошла знакомиться и осваивать новый мир. А он оказался удивительным. Я же кошкой по улице еще путем не гуляла. Только у лужи недолго поторчала да вприпрыжку до дома бежала. Там по сторонам оглядываться было некогда.

Воздух был наполнен морем ароматов. Причем не таких противных, как у лужи. Пахло цветами, скошенной травой, асфальтом. Последний за день нагрелся и сейчас отдавал тепло вместе с запахом. Я задрала хвост трубой и побежала исследовать территорию.

Дом окружали коротко подстриженные газоны, и травка не мешала мне ходить. Только в туалет на газоне не пристроишься. Сразу Ариус увидит следы. Лучше не рисковать. И я пошла на поиски подходящего места. На мое счастье, газоны были только вокруг дома. А дальше располагался сад, где земля не казалась такой ухоженной. Я нашла вполне мягкий уголок возле забора и пристроилась по своим делам. И только сделала последний взмах лапкой, пряча результат, как раздался громкий собачий лай.

Подняла голову и увидела жуткую картину. На меня с огромной скоростью неслись два сторожевых пса, вывалив набок длинные мокрые языки. Вся жизнь пролетела у меня перед глазами. Даже когда попала под машину, так страшно не было. Я там ничего почувствовать не успела.

И я, не понимая, откуда взялась сила в моем крохотном тельце, взвилась стрелой на забор.

Глава 6

Псы подскочили к забору и, наскакивая на него, начали с пеной у пасти меня облаивать. Господи, что я в этот момент только не пережила! С одной стороны псы. А с другой — головокружительная высота, как преодолеть которую, я даже не представляла. Ни в эту сторону, ни на улицу. Почему-то сразу вообразила свой кошачий высохший трупик, одиноко торчащий на заборе. Хотя все спасатели в один голос утверждают, что кошки благополучно пережидают опасность на любой высоте, а потом спокойно спускаются обратно. И кричат разве что для порядка. И самый веский аргумент у них:

- Вы хоть один кошачий скелет на дереве видели?

С таким аргументом не поспоришь.

До земли было очень высоко. Собаки бесновались страшно и громко. Переминаясь растерянно лапками, понимала, что по этой узкой линии я не могу сделать ни шага. Могла, в худшем случае, рискнуть и спрыгнуть по другую сторону забора. Но кто мне даст гарантию, что там еще больше псовых не бегает? Да и мысль о блюдце с молочком грела душу. А оттуда, непонятно, попаду ли я обратно или нет. Маша была какой-то не очень надежной и ответственной хозяйкой. Она даже не заметила, как я пробралась в дом. А ведь сама позвала.

И вдруг один пес резко перестал лаять и потянулся ко мне мордой, принюхался. Второй на него покосился и сделал то же самое.

- Человек? – в голове раздался незнакомый басок.

- Человек! – подтвердил второй голос.

И я неожиданно поняла, что это разговаривают собаки!

- Господа, вы позволите спуститься мне на землю? – робко попросила я у зверей. А чем черт не шутит? Мне же Мурзик говорил, что здесь оборотни живут.

- Господа? – возмущенно ответил первый голос. - Мы не господа. Мы достопочтенные эры!

Я тут же вспомнила, что подобное словечко я слышала в толпе, когда обсуждали Марию. Похоже, это местное учтивое обращение.

- Простите! Я неправильно выразилась! – постаралась проговорить более почтительно. Хотя как можно почтительно говорить в собственных мыслях? Тут ни мимики, ни эмоций. – От страха.

- Ладно, кошка, слазь! – фыркнул второй, который был немного крупнее первого и напоминал нашего земного ротвейлера.

Я с опаской посмотрела на них. Как-то не хотелось попасть в лапы чудовищу, чья пасть тянулась от уха до уха.

Псы переглянулись, усмехнулись. Мне даже показалось, что эту эмоцию я вижу на их свирепых мордах. И вдруг, покрывшись сиреневым туманом, предстали передо мной двумя крупными мужиками в одних одинаковых белых подштанниках, которые плотно облегали их ниже пояса. Крупный обернулся большим и толстым брюнетом, отдаленно напоминавшим Михаила Шуфутинского. А его напарник — более мелким поджарым блондином. Он ни на кого похож не был. Так, сам по себе.

И блонди предложил мне:

- Сама спрыгнешь или помочь?

Похоже, мою половую принадлежность угадали. Хотя, чего я боюсь? Псы, а уже тем более мужчины, на кошачью честь точно посягать не будут.

Однако я была высоко. И прыгать боялась. И анекдот про кошачьи скелеты на дереве не помогал.

- Все же боишься! – усмехнулся блондин. – Рекс, помоги!

И тот, который Шуфутинский, тут же присел перед забором на корточки, а блондин ловко забрался на его спину и подхватил меня поперек туловища. Я же не успела даже среагировать на столь возмутительную наглость. Лишь жалобно мяукнула. И сразу же была поставлена на землю.

- Давай, красавица, показывайся! – довольно рассмеялся блондин. А я растерялась и лишь жалобно подумала:

- Я не могу!

Конечно, не рассчитывала, что меня услышат. Однако псы вняли. Не зря говорят, что нюх и слух у них от природы уникальные.

- В смысле, не можешь? – нахмурился Рекс. – Хан, разве так бывает?

Ишь ты, какие у обоих клички королевские!

- Ты заклинание «квазимус мазимус» разве не знаешь? – усомнился Хан.

- Нет, не знаю! – понуро вздохнула я. Но глубоко в груди вспыхнула надежда, что эти два смешных слова смогут вернуть мне человеческое тело. Не знаю, правда, которое. Но рискнуть все же стоит. Тем более, Маши рядом не было. И в нее я переселиться наверняка не могла.

- Произносишь заклинание и мысленно представляешь себя человеком. Делов-то! – пожал плечами Рекс. А я тут же решила воспользоваться открывшейся возможностью.

- Квазимус мазимус! – произнесла отчетливо в мыслях. И почувствовала, как тело вдруг начало меняться. Прямо мурашки побежали. И вот я вижу вместо лапок прозрачные руки. Причем мои родные, Аршавинские! Надеюсь, что Маруська в кошку не обернулась в какой-нибудь ответственный момент.

Я с надеждой стала ждать, что произойдет дальше, только ничего не поменялось. Руки как были прозрачными, так и остались.

Псы удивленно переглянулись между собой. Хан поразился:

- Слышь, у тебя, что, тела нет?

Я с грустью посмотрела на свои руки, через которые просвечивала травка под забором. Затем оценила голые ноги. С ужасом обнаружила, что и то, что между ними находится, тоже отчетливо видно. Штанов на мне никаких не имелось, не говоря про верхнюю одежду. Тут же прикрыла одной рукой грудь, а второй – что пониже.

- Получается, что нет! – говорить, правда, могла. Но призраком быть совсем не хотела! Уж лучше кошкой. Торопливо пробормотала мазимус и с облегчением увидела свои, ставшие родными, кошачьи лапки.

- Меня Мурзик в ваш мир за новым телом отправил! – обреченно объяснила я свое бедственное положение оборотням.

- Мурзик - это у нас кто? – мужчины озадаченно вздернули брови. Кажется, с кошачьим богом знакомы они не были.

- Наш кошачий бог, - просветила их я.

- А-а-а, - протянул Рекс.

А Хан ухмыльнулся:

- Нет, с кошками мы особой дружбы не водим. И с вашим Музырьком не знакомы.

- Мурзиком, - поправила их я.

- Да какая разница, Музырек или Бобик! – оборотни фыркнули в унисон. – Каждый бог решает только ему известные задачи. А мы, бедные адепты религий, вертимся по их волшебной указке.

- И что теперь делать? Идти против? – начала осторожно выведывать у псов. Они, точно, больше меня знают об этом мире.

- Нет, они такого не прощают. Богам лучше не перечить. Мы вот с Рексом рискнули пойти поперек. И нас тут же отправили на десять лет в службу к князю Игорю.

Во-первых, сочетание «князь Игорь» у меня неизменно ассоциировалось с названием поэмы, которую все российские школьники изучают, наверное, в классе в пятом. Мне она на экзамене по литературе попалась. До сих пор с улыбкой вспоминаю, как сочиняла цитаты на древнерусском. Но свою пятерку все же получила.

Во-вторых, если Игорь имелся ввиду другой, то почему псы гуляют по территории Ариуса? Вопрос, соответственно, тут же озвучила. А эти две наглые морды дружно захохотали.

- Ариус - это вообще-то прозвище. На современный язык переводится как «светлоликий». А так его зовут Игорь Поритус. Князь - это его титул, - разъяснил Хан. Он оказался более разговорчивым, чем тяжеловес Рекс.

Но вопрос он все же тоже решил задать:

- А в чье тело тебя сюда отправили? В Машкино, что ли?

- В Машкино, - вздохнула я. – Только я в него совсем не хочу. И Марию жалко. И к вашему князю Игорю я в жены не желаю.

- А чем тебе княже не угодил? – подозрительно прищурился Хан. – Ты рассмотри повнимательнее, какой он красавец!

- Не, не в моем вкусе! – хотела покачать головой, нополучились лишь какие-то странные подергивания. Все же кошкой быть непросто. – Ты, Хан, мне намного больше нравишься.

- Чур меня, - блондин тут же замахал руками. – Меня же остальные псы насмешками с ума сведут, если я на кошке женюсь. Тем более, без тела!

- Да я за тебя замуж не собираюсь. Просто объясню, какие мужчины мне больше нравятся. И пока я кошка, моим избранником пес точно не станет.

Договорить нам не дал какой-то шум у дома. Псы тут же встрепенулись:

- Не дай бог, Ариус с проверкой вышел! – покрылись сиреневым туманом и дружно залаяли на меня.

- Фрр, грубияны! – зашипела на них я, выгнув спину и подняв хвост трубой. В этой позе, действительно, я чувствовала себя более уверенной.

- Не бойся! – гавкнули они. – Мы же только для вида. Хлеб свой отрабатываем. А так, если скучно будет или помощь понадобится, приходи. Поможем, чем сможем, — обнадежил меня Хан. Все же не зря я чуть ли не в любви ему призналась. Иметь в друзьях подобных товарищей может очень сильно пригодиться. Но лучше не надо.

На забор я еще раз взлетать не стала. Вдруг больше не снимут? А с важным видом вылизала шкурку и побежала дальше по своим делам, которых, в принципе, у меня и не было.

Исследовав всю территорию сада, я вернулась к дому и стала дожидаться, когда же Ариус-Игорь уйдет на работу, как Мария обещала. Интересно, а где князь может работать? Я всегда считала, что они делают это в своих хоромах.

Наконец, он вышел из парадных дверей и направился к автомобилю. По-отечески чмокнул жену в лоб, забрался в авто и уехал. А Маша с умильной улыбкой смотрела ему вслед и долго махала рукой. Прямо такая идиллия, что аж тошно стало.

Затем я развила крейсерскую скорость, чтобы прошмыгнуть в двери, пока ее не захлопнули перед носом. Напомнила хозяйке о своем существовании жалобным мяуканьем. И получила долгожданное блюдце с молоком. Налакавшись до отвала, забралась на диван, умылась очень тщательно. Все же ночь на улице прогуляла. А затем свернулась клубочком и уснула. Если бы в этот миг я оказалась человеком, то непременно описала бы свое выражение как «с блаженной улыбкой на губах». Все познается в сравнении.

Как ни странно, выспалась я довольно быстро. Солнце стояло совсем высоко. По ощущениям, на улице был полдень или где-то около этого. Но с дивана я не слезла, решив, что немного потерплю без обеда.Даже мое призрачное тело выглядело, так скажем, жирненько. Не изменилось ни в одной из пропорций. И хотя Маруська именно такими формами с легкостью соблазнила Михаила Николаевича, я подобными талантами не обладала. Поэтому не мешало и слегка похудеть.

Вставать мне совсем не хотелось. Я перевернулась на спину и умудрилась поиграть собственным хвостом. Он так забавно качался из стороны в сторону. Легла обратно на живот и решила, что после сегодняшних потрясений имею полно право еще поспать. Или просто понежиться на солнышке.

Только при этом мне все же предстояло выяснить причину, почему Мария решит покончить жизнь самоубийством. И постараться помочь ей этого избежать. Для этого я должна ее хорошенько изучить. Но на сегодняшний день я лишь знала, как ее зовут, что она очень сильно любит собственного мужа. А муж у нас не кто иной, как хряк. Интересно, он тоже оборотень? Тогда, действительно, боевой кабан. А, может, и не боевой.

Пришлось все же спрыгнуть на пол и отправиться на поиски Маши для более близкого знакомства.

Нашлась она в комнате с панорамными окнами. В помещении девушка была не одна. С ней рядом сидели две пожилые женщины и с упоением пряли, если этим делом можно так заниматься. И одновременно мило беседовали.

Ого! Вот это мне на руку. Надо бы послушать и сделать кое-какие выводы.

Нет, профессиональным психологом я, конечно, не была. Но не нужно забывать, что моя профессия способствовала тому, что я очень много читала. Причем любила не только художественные книги, но и научно-популярные.

А потом появились социальные сети… Вот уж где было раздолье! И я пару лет изучала причины, по которым девушки не могут выйти замуж. Или выходят, но мужья от них быстро сбегают. И в теоретической области могла назвать себя экспертом. А вот на деле все обстояло хуже. Что ж будем практиковаться по ходу моего первого эксперимента.

- Машенька, а что у вас вчера приключилось? Почему наш хозяин так сильно осерчал? – посочувствовала первая пожилая женщина в необычном головном уборе, напоминающем копыто лошади. Он был выполнен из красной ткани, обшит голубыми лентами и украшен жемчугом, причем крупным. И, скорее всего, стоил немалых денег. Из этого я сделала вывод, что передо мной отнюдь не бедные женщины. А такая странная шляпка, кажется, называлась кичкой. Я попала в Древнюю Русь? Только автомобили и асфальт на улице никак с этой эпохой не сочетались.

Вторая женщина тоже носила кичку, только, в отличие от первой, сей головной убор у нее был рогатым. С такими массивными, толстыми рогами. Она пока молчала. И как я помнила, большие рога свидетельствовали о высоком статусе дамы.

А головку Машеньки венчал небольшой кокошник, обшитый золотой парчой и тоже разукрашенный жемчугом и драгоценными камнями. Красиво, ничего не скажу. Однако, наверное, очень жарко и тяжело такие бандуры на голове таскать.

Тут моя тезка заговорила. А я стала внимательно прислушиваться.

- Мы намедни с Олечкой Воронцовой в магазин нижнего белья съездили. Я очень хотела Ариуса красотой порадовать. А ему мое новое нижнее белье почему-то сильно не понравилось. Сказал, что я дура набитая. И если я, открыв рот, слушаю какую-то там Воронцову, то в первую очередь должна слушаться его, моего законного мужа.

- А ты что ему сказала? – включилась в беседу рогатая.

- А я, мамаша, жена примерная, покорная, - потупила глазки Машенька. Тут я вспомнила, что на работе кто-то из женщин рассказывал, как хорошо придумали вятские жители. У них мама и папа – это те, кто тебя родил и воспитал. А вот мамаша и папаша – это свёкор и свекровь. Не нужно себя ломать и мамой-папой их величать. Ой, что-то я на их манер заговорила. – Я сказала, что все сделаю, что он пожелает.

- А он? – хихикнула свекровь. Ей вдруг стало весело.

- А что он, - Маша глубоко вздохнула и обиженно дернула плечиками. – Он сказал, чтобы я на центральной площади в луже искупалась. Ну, я пошла. А он почему-то после этого стал ругаться еще сильнее.

- Нянюшка, ты как думаешь, Машка у нас дура круглая или наполовину? – съязвила свекровь.

Та лишь покачала головой и ничего не ответила. Лишь морщинистые щеки стали пунцовыми. То ли от стыда за воспитанницу, то ли от гнева. Но потом все же откликнулась:

- Ты бы так сильно не серчала, Наталья Алексеевна! Машенька это сделала не из злого умысла. Она всего лишь хотела угодить мужу.

- А если он скажет, чтобы ты поднялась на самую высокую башню княжеского замка и спрыгнула с нее, ты так и сделаешь? – не унималась свекровь.

- Да, пойду и спрыгну! – фыркнула тезка и высоко задрала подбородок, дав понять, что слова мужа для нее святое. Я сразу предположила, что скоро с ней может произойти. И, кажется, узнала, в чем будет заключаться моя помощь бедной девушке.

- Точно дура, - зло сплюнула Наталья Алексеевна. – Лучше бы сыновей Игоряше рожала, а не ерундой маялась. Вот ты скажи мне, ты же молодая, задорная девушка. Зачем со старухами сидишь и время на наши разговоры тратишь? Тебе заняться нечем?

Маша тут же сникла, вся скукожилась. А из ее глаз неожиданно потекли слезы. И она чуть слышно пискнула:

- Нечем. А просто так сидеть мне очень скучно. А к Олечке я пообещала больше не ходить. Она меня дурному учит.

Глава 7

На мое счастье, Наталья Алексеевна глянула в окно и авторитетно заявила:

- Солнце уже высоко. Пора, наверное, и пообедать.

Я с ней была абсолютно согласна. Вопрос заключался лишь в одном: а можно ли мне этим двум почтенным дамам на глаза показываться?

Однако поразмыслить мне не дали. Меня заметила нянюшка. Вскинула брови, покачала головой:

- Маша, эту черную скотинку опять, что ли, ты в дом притащила?

На что тезка покраснела, а в ее голове промелькнули предательские мысли свалить все на меня. Мол, кошка бессовестная, сама проскочила в двери. И она тут ни при чем. Стало очень обидно! Я, понимаешь ли, спасать ее собралась. А она готова меня за порог вышвырнуть, только бы вину за мое появление на себя не брать.

- Попробуй только соври! И я уйду от тебя и больше помогать не буду! – отправила ей мощный мысленный посыл. И тут же получила испуганный ответ:

- Они же меня наругать могут!

- Трусиха! Тебе же не три года. Когда научишься свои позиции отстаивать? – я уже поняла, что она легко поддается чужому влиянию. И лучший метод воспитания Марии — взять ее на слабо. И я не ошиблась.Девушка тут же гордо выпрямилась. Я прямо почувствовала, как она подняла свою значимость в собственных же глазах. И с некоторым вызовом ответила:

- Да, это я ее в дом привела, - но затем резко сдулась и почти шепотом добавила: - Она в дом приходит, когда Ариуса дома нет. Он ее не увидит и ругаться не будет.

-Еще и кошка! – округлила глаза Наталья Алексеевна. – А котят кто топить будет?

От последней фразы меня прямо передернуло. И я, психанув, вложила в Машины уста фразу:

- Не принесет. Она стерилизованная.

Потом сама испугалась. Какая стерилизованная кошка, если они в кичках да кокошниках пряжу прядут? Однако женщины иномирному слову не удивились. Лишь усомнились:

- А ты откуда знаешь? Кошка не кот. Бубенцы под хвостом не болтаются.

Про что они ведут речь, я поняла не сразу. Но,увидев Машино растерянное выражение лица, все же сообразила и подсказала:

- У нее шрамики на животике остались после стерилизации.

Эх, где наша не пропадала! Надеюсь, тезку совсем за дурочку не посчитают.

Пронесло. Свекровь пожала плечами:

- Какая-никакая, тебе игрушка. Учись пока хотя бы кошку воспитывать, - а затем без паузы сменила тему: - Все идем переодеваться и через пятнадцать минут спускаемся в столовую.

Мне, слава богу, переодеваться было не нужно не требовалось. И я, задрав хвост трубой, сразу отправилась туда, где вкусно пахло. Села перед дверью и стала ждать.

Каково же было мое удивление, когда все три дамы спустились в новом обличье. Наталья Алексеевна — в модном брючном костюме темно-синего цвета. Нянюшка (надо выяснить, как ее зовут) — в строгом офисном костюме в винных цветах. А сама Маша нарядилась в элегантное черное платье с ниткой жемчуга через плечо. Совсем как наши земные модницы! Получается, у нас мода параллельно развивается?

Они все трое расселись за большим столом, разложили, как полагается по этикету, белоснежные салфетки на коленях. Затем свекровь кому-то невидимому кивнула. Тут же в столовую зашла девушка в серой юбке и деревянных башмаках, какие я вчера наблюдала на площади. И стала накрывать на стол. А когда все расставила, Наталья Алексеевна приказала:

- Ираида, и кошке что-нибудь положи! – после этих слов я ее почти полюбила. А когда на маленьком блюдце передо мной появилась слега подгорелая котлетка и ложка каши, я была почти на седьмом месте от счастья. Это вам не курочка в брусничном соусе! А нормальная, человеческая еда.

Я так увлеклась едой, что не заметила, как женщины закончили трапезу.

- Нянюшка Арина, ты со мной гулять пойдешь или к себе поднимешься? – молвила Наталья Алексеевна.

- Пожалуй, прогуляюсь! – поддержала предложение родственницы та. Может, и не родственницы, а подруги. Не знаю, но, думаю, роли это не играет. – Маша, ты с нами?

А вот это мне не понравилось. Во-первых, они опять ее нравоучениями пичкать будут. Во-вторых, мне нужно самой провести с ней воспитательную работу. Поэтому я попросила ее остаться. И она охотно отозвалась.

- Нет, я дома с кошкой поиграюсь, пока мужа дома нет.

- Учись нянчиться, учись! – благосклонно кивнула свекровь. И пожилые дамы чинно вышли из дома. А мы с Машей снова поднялись в ту самую светлую комнату.

- И о чем же кошка решила со мной побеседовать? - весело улыбнулась девушка.

- О тебе и твоем поведении! – совсем без смехазаявила я.

Девушка вмиг посерьезнела. Она подозрительно прищурилась и, застыв на середине комнаты и развернувшись в мою сторону, нахмурила брови .

- И чем тебе мое поведение не нравится? - покачала она головой. – По-моему, я сама порядочность и добродетель. А ты всего лишь кошка, которая ничего в этой жизни не понимает.

Она даже притопнула каблучком, так ее задели мои слова. Я тут же запереживала, сумею ли донести до нее свои мысли. Даже не это главное, а смогу ли я заставить следовать моим советам?

И тогда решила рискнуть.

- Я не простая кошка. Я тоже человек! – фыркнула и произнесла этот самый «Квазимус мазимус». Понимаю, чтоблефовала. Но мне совсем не хотелось, с одной стороны, смерти бедной Маши. С другой, я не горела желанием остаться здесь навсегда. Будем верить, что мы с ней телами не поменяемся.

Кошка Маруська тут же исчезла, а на ее месте стало проявляться мое призрачное тело.

- Ой, ты оборотница! – охнула Маша, прикрыв рот ладошкой, и изумленно потрясла головой.

- Можно и так сказать, - согласилась с ней я. И, пока полностью не проявилась в голом виде, поспешно вернулась в кошачье тело. – Теперь понимаешь, что я могу тебя чему-то научить?

- Хорошо, - она села в кресло и ручки на коленки сложила, как примерная ученица. – Учи!

- Увы, вот так вот сказать «Абра-кадабра» и все поправить в твоей жизни с ходу не получится. Мне нужно разобраться в проблемах и их причинах. Для начала я соберу субъективный психиатрический анамнез. Затем необходимо составить релевантный психологический анамнез, а следом уже уточнить психический статус.

Да простят меня психиатры, но я очень поверхностно представляла, что все это означает. И, возможно, несла полную ахинею. Однако у меня стояла задача удивить Марию и вызвать доверие к моим способностям. И когда яубедилась, что она меня внимательно слушает и кивает в такт моей речи, спросила:

- Маша, скажи, ты счастлива?

Она сразу потупилась, но мгновенно взяла себя в руки, снова горделиво вздернула подбородок, правда, щеки у нее покраснели, выдавая ее смущение или озадаченность.

- Естественно! Я замужем за мужчиной, которого люблю. Он богат, имеет реальную власть и … любит меня. Что мне еще нужно для счастья?

Перед утверждением, что Ариус ее любит, девушка замешкалась на секунду. А я сделала мысленную пометку. Однако развивать эту тему не стала, боясь ее спугнуть. И зашла с другой стороны:

- А как давно вы женаты?

- Четыре года и семь месяцев, - нисколько не задумываясь, ответила она. Словно каждый день считала дни, проведенные в браке.

- А почему деток до сих пор нет? Они бы тебя счастливее сделали.

- Да что ты ко мне с этим счастьем привязалась! – повысила голос она. А я поняла, что психолог из меня фиговый. Но пасовать перед трудностями я не собиралась. – Я счастлива. Просто Ариус считает, что детей нам заводить рано. Говорит, нужно немного подождать.

М-да, если бы какая-нибудь наша земная пара не могла зачать ребенка в течение четырех лет, то уже оббежала бы все известные клиники. Хотя в мире магии все может оказаться по-другому. Вдруг у них есть эти самые пресловутые истинные пары? И княже Игорь ждет, что вдруг вот такая истинная на него свалится. А Машку можно будет и в монастырь сослать.

Она сидела, все так же сложив руки на коленях, и пристально разглядывала меня, ожидая, что я скажу дальше, а я просто не знала, как перейти к нужной мне теме. И не придумала ничего лучшего, чемвыпытать:

- И все же, зачем ты в лужу прыгнула?

Понятно, что ничего нового я не услышала. А снова эту же историю про белье и Олечку Воронцову. Но тот факт, что я все уже слышала, оглашать не стала.

- Маша, а у вас с Ариусом секс есть? – решила немного ее огорошить. Щечки девушки запылали пунцовым.

- Маруся, какие ты неприличные вопросы задаешь! – возмутилась она.

- Посмотри, перед тобой сидит кошка, а не человек. Стоит ли стесняться кошек? Это во-первых. А во-вторых, не просто так меня к тебе боги забросили. Это они шепнули, что тебе нужна помощь. Поэтому отнесись ко мне как к доктору. Доктору ты же все рассказываешь?

- То, что муж разрешает! – возразила она.

- Это от того, что доктор с твоим мужем потом все обсудит и расскажет. А я ему ни слова не передам. Я действительно хочу помочь именно тебе. И я точно знаю, что у тебя не все так радужно, как ты хочешь представить, - я осознавала, что иду ва-банк. Но другого выхода не видела.

И она мне поверила. Смутилась еще сильнее, но все же прошептала:

- Да, у нас бывает секс каждую вторую пятницу. Мой муж — активный мужчина.

Ха, я, конечно, старая дева. Но и то знаю, что активные мужчины хотят свою жену намного чаще, чем один раз в две недели.

- А знаешь, почему он с тобой так редко занимается любовью? – понимая, что неожиданность лучше всего выводит ее на откровенность, продолжила беседу в том же духе.

- Почему? – взгляд ее изменился. И мне показалось, что в нем блеснула надежда.

- Потому, милая моя, что мужчины — охотники по своей природе. Они предпочитают вести завоевания. А когда добыча сама падает к ним в руки, просто теряют к ней интерес.

- И что мне делать? Я даже не понимаю, что делаю неправильно, - девушка заломила руки в трагическом жесте. И я теперь стала для нее слабым лучиком надежды. И перед мной стояла сложнейшая задача оправдать ее чаяния и ожидания Мурзика.

- Скажи, а твой муж человек или тоже оборотень, как и я? – немного увела разговор в сторону, чтобы дать ей успокоиться.

- Оборотень, он у меня тигр! – с гордостью сообщила она. А я смекнула, что не зря двух псов отправили именно к нему отбывать наказание. Спуску им он точно не даст, да и поблажек тоже.

- И ты боишься, что он может встретить свою истинную? – если не права, спишу на Мурзика. Однако по плотно сжатым губам и слезам, подступившим к глазам,уловила, что попала в точку.

- Расскажи, что тебя мучит? Я уже, в принципе, проблему твою знаю. Но хотелось бы услышать твою версию, - предложила я тему для разговора.

- Я его очень сильно люблю, - вздохнула собеседница. – Делаю все, что Ариус мне велит. Каждую мелочь, каждую его просьбу. Я мечтаю стать для него идеальной женой, похожей на истинную. Только истинных в нашем мире уже давно не существует. А он все равно остается мной недовольным. Я стараюсь целый день быть с ним на связи. И постоянно напоминаю, как я его люблю!

- На связи – это как? – зацепилась за знакомый термин я. Уже сделала вывод, что Присцилла далеко не так проста, как может показаться на первый взгляд. Чего только автомобили и асфальтовые дорогие стоят!

- Как-как? – искренне удивилась Мария. – По связнику каждые два часа ему пишу, пока он на работе, что я его люблю и как я по нему скучаю.

Так, диагноз стал потихоньку вырисовываться. Нет, дурочкой она не была. Просто иному ее никто не научил.

- И что Ариус? Рад твоим смскам?

- Чему? – она удивленно вскинула бровками, непоняв термин нашего мира. А я мысленно хлопнула себя по губам. Осторожнее, Маша, надо. А то только так какой-нибудь инквизиции в лапы попадешь и на костре окажешься.

- Твоим записочкам! – поправилась я.

-Да! – уверенно ответила она. Но затем как-то стухла: - Он им очень был рад, пока мы не поженились. А после свадьбы резко переменился. И начал ругаться, что я мешаю ему работать. У него на работе столько женщин! Вдруг он меня с одной из них забудет?

- И в чем заключается его работа? – все же деятельность князей я только по сказке о Царе Салтане представляла. Мы историю того периода в школе очень поверхностно изучали. В институте нам преподавали маркетинг библиотечно-информационной деятельности и экономику библиотечно-информационной деятельности. А вот истории России, а тем более мировой истории, не было.

- Как в чем? – длинные ресницы растерянно хлопнули. – Работает!

Господи, Маша, ты совсем дурочка или только прикидываешься? Однако она или что-то обдумала, или все же снизошла до растерянного вида кошки:

- Я с ним на работу один раз только ходила. Он сказал, что я ему там сильно мешаю. И больше меня не берет. А так он там бумаги разные читает, визы на них ставит. Прием граждан ведет. Выслушивает их проблемы. Подчиненных вызывает, отчитывает за провинности. Что-то еще тебя интересует?

Нет, больше меня ничего не интересовало. Я поняла, что Ариус был хоть и высокопоставленным, но вполне обычным чиновником. И вел он обычную чиновничью работу по управлению своей территории. Я даже не знаю, княжество это или нет. Но суть не в том.

- Маша, представь. Вот он вызвал какого-то провинившегося. Запросил в отделе отчет о его работе. Ждет записку оттуда. Успел уже пригрозить: «Вот я сейчас все твои промахи узнаю!». А вместо этого приходит твое объяснение в любви. И князь реально потерял нить разговора инедоумевает, что делать дальше. Как думаешь, ему твоя записка помогла?

- Ой, я никогда не смотрела с этой точки зрения! – девушка округлила глаза. И сейчас они стали похожи на два чайных блюдца. – А что тогда писать? Я же тонкостей его работы не знаю!

- Маш, он до тебя со своими делами справлялся?

- Наверное, - она пожала плечиками.

- Вот и сейчас справляться будет. Ты просто попробуй ему больше не писать. Давай посмотрим, что из этого выйдет.

- А я сегодня уже две записки отправила! – ее щечки опять покраснели.

- Ничего страшного! – постаралась упокоить ее я. – Главное, больше не пиши!

- Хорошо, - кивнула она. – А когда он придет, я у него извинения попрошу.

- За что? – и как психологи работают и с ума не сходят?

- За то, что уже две записки написала!

- А вот этого делать не нужно. В женщине должна быть загадка. Пусть он голову поломает, почему ты ему больше не пишешь. А если уж сам спросит, ответь. Поняла?

Она как-то обреченно кивнула. Я же двинулась дальше. Я не читала учебников психологии, но активно изучала различные психологические чаты в интернете. И один мне просто врезался в мозг. И дальше я решилапоступить по этому сценарию. Надеюсь, что люди, написавшие это, что-то в отношениях смыслят.

- Скажи, муж делает еще что-то, что тебе не нравится? Как-то неприятно называет тебя? Некрасиво над тобой шутит?

- Да, он меня «казельской болванкой» иногда обзывает. Я все ломала голову, почему так делает. Но ты сейчас мне раскрыла на это глаза. Я ему мешаю! Часто по вечерам ходит без меня по ресторанам. А я в эти минуты места себе не нахожу. Обещает прийти, например, в девять после полудня. А приходит в двенадцать.

Первым делом я задумалась, что такое «казельская болванка. Но затем я решила, что это совершенно не имеет значения. Главное, налицо негативное влияние на свою жену. И она уже прочно подсела на эту иглу мазохизма. И даже испытывает тайное удовольствие, считая себя жертвой. Но все же я спросила об ином:

- Мария, а как ты на это реагируешь?

- Как любая нормальная женщина, - пожала он плечиками, – ругаюсь, взываю к совести. Могу поплакать. Один раз даже подушкой в него запустила.

- Да ты самая настоящая преступница! – притворно охнула я. – Еще и подушками кидаешься!

- И что мне делать? – кажется, она начала мне доверять. И теперь реально спрашивала совета.

- А давай мы твои претензии, как и твои записочки, просто поставим на паузу. Просто не будем ничего делать в ответ.

- А разве так можно?

- А тебе это кто-то запрещал?

По лицу тезки было видно, что идет усиленный мыслительный процесс. И в итоге она со мной согласилась.

Глава 8

День протекал тихо-мирно, даже как-то скучно. Маша откровенно страдала от безделья. Она просто не знала, чем себя занять. Пару раз к ней заглядывала Наталья Алексеевна и со вздохом наставляла:

- Все маешься, горемычная? Ты бы занялась чем. Вот распашонки для младенца вышивать бы начала. А там, может, бог тебя бы младенчиком наградил. Тогда точно скучать некогда будет!

- Мамаша, все будет так, как бог пожелает! – скромно отвечала сноха и упрямо поджимала губы.

- Как скажешь, как скажешь! – качала та головой и уходила. И, несмотря на суровый вид, она была, наверное, замечательной свекровью. В жизнь молодых не лезла. К сыну не приставала. А лишь старалась помочь. Да только Мария с ней не сближалась. Постоянно дистанцировалась.

- А ты чего со свекровью такая неприветливая? Живешь же в ее доме, - решила я прояснить для себя положение тезки в семье мужа.

- Да что на нее внимание обращать! – с неприязнью фыркнула Маша. – Старуха же! Да и дом этот не ее, а наш с Ариусом.

После таких слов я убедилась окончательно, что с Натальей Алексеевной ей определенно повезло. Не каждая мать мужа будет такой терпеливой.

- А ты так от безделья каждый день маешься? – в итоге не выдержала я.

- Я же жена богатого мужчины, - она недоуменно вздернула бровки. – Поэтому работать не обязана. Муж меня обеспечивает и кормит.

Затем секунду помолчала и все же созналась:

- Нет, я обычно так не бездельничала. Я для Ариуса записки сочиняла и отправляла. А сегодня ты мне сама их писать запретила. Вот я и не знаю, чем себя занять.

Интересно, сколько раз в день она ему их строчила? Я на месте этого тигра совсем озверела бы и дома вообще не появлялась.

И пока я придумывала и никак не могла придумать, чем увлечь мою подопечную, проблема разрешилась сама собой. Ариус прилетел домой раньше времени, когда его никто не ждал. Он ворвался в Машину комнату и с порога накинулся с вопросами:

- Мария, ты в порядке? Не заболела?

- Н-нет, - растерялась она. – Я совершенно здорова. А с чего ты это решил?

- Я от тебя сегодня получил лишь два сообщения, - покачал он головой. Но при этом я заметила, что Ариус ее не обнял, не притянул к себе. Даже просто не дотронулся. Лично для меня это был плохой знак. Я считала, что любящий мужчина всегда старается потрогать свою женщину. С Гошей опыт у меня был совсем крохотный. Даже не совсем у меня. А у меня маленькой. Он всегда старался меня коснуться. Даже просто рукой задеть. И после я наблюдала за парочками и вывела для себя вот такую закономерность.

- Хочешь, я тебе завтра снова каждые полчаса писать буду? – тут же расцвела моя подопечная.

Однако ее муж посуровел и, сморщившись, бросил:

- Нет, три раза в день будет достаточно! Больше не пиши.

Она тут же погрустнела, вздохнула, но все же согласилась:

- Как скажешь, любимый!

И тем не менее в ресторан он не пошел. А остался дома. И весь вечер кидал на жену подозрительные взгляды. Только Мария этого не замечала. Она просто купалась в счастье. И спать он увел ее с собой. И если я правильно посчитала, день недели был точно не пятницей.

А я нашла дырку в дверях черного хода. И уже не стала дожидаться, когда мне откроют двери. А выбралась на улицу самостоятельно. И, заслышав басовитый лай, поскакала навстречу вчерашним знакомым.

Поставила хвост трубой и, как мне казалось, сексуальной походкой от бедра подошла к псам:

- Привет, мальчики!

Те грозно гавкнули, но затем растянули пасти в улыбку:

- А, это ты Маруся! Только никому не рассказывай, что мы с тобой мирные беседы ведем.

- Да ни за что! – согласилась я. А затем несколько высокомерно добавила: - Иначе меня остальные коты не поймут.

И мы втроем дружно рассмеялись.

Хан потянул носом и сделал вывод:

- Все, весь двор облаяли. Никого в периметре нет. Можно и в будку отправляться.

А я сегодня была сытой. Псов уже не боялась. Да и бегать по двору не было никакого желания. Поэтому осторожно попросила:

- Ребята, а можно я с вами?

- И что ты там с нами делать собралась? – насторожился Рекс.

- Да ничего особенного, - усмехнулась я. – Просто мне скучно будет всю ночь во дворе торчать. А с вами хотя бы поговорить можно.

- О чем? – озадачился уже Хан. А я вдруг отчетливо поняла, что сюда меня направили не просто так. Моя задача была не исправить ошибки. А элементарно научиться общаться с противоположным полом через этих псов и через Машу с ее мужем.

- Я родом не из Присциллы. Просто хочу уточнить некоторые моменты. Мне у вас не все понятно, очень сильно отличается от моей родины.

- А откуда ты? – с опаской переглянулись псы. – Не шпионка ли часом?

- Я из России. Слышали о такой стране? – решила говорить правду, чтоб потом самой не запутаться.

- Я нет, - признался Хан. - А ты, Рекс?

- И я нет, - флегматично ответил его напарник. – Наверное, это очень и очень далеко.

- Очень, - согласилась я. – Меня сюда кошачий бог Мурзик закинул.

- Мы про него от тебя уже слышали, - кивнул Хан. – Но, согласись, странный он какой-то. Скажи на милость, зачем женщину закидывать так далеко одну без мужского плеча и поддержки?

- Ты хотел сказать, безмозглую бабу без мужика? – издевательски заметил Рекс.

- Нет, что ты, - буквально хрюкнул Хан и замахал на компаньона лапой, совсем как человек. – Наша Маруся далеко не безмозглая, если не боится с псами об устройстве мира беседовать. Ты когда в человеческой ипостаси был, много с тобой женщин о политике и географии разговаривали?

- Ты прав, - вздохнул ротвейлер. – Они больше про наряды, драгоценности и основной вопрос: «Когда ты меня замуж возьмешь?». А кошка нас об этом ни разу не спросила.

- И кого ты хочешь ей в мужья предложить? Вейлера или очара? – вслушавшись в их разговор, я поняла, что вейлер или очар – это по факту наши земные породы собак, только урезанные по звукам. А так-то язык казался практически русским.

- Да кошке ни тот, ни другой не подходит! А вдруг муж рассердится? Он же тогда ам — и просто сожрет бедняжку!

- Ребята, я за вас замуж не тороплюсь и не желаю. Вы хорошие, я просто вообще замуж не хочу. Скажите, вы меня жрать не будете? – испуганно осведомилась у своей компании. Не слишком ли я с ними расслабилась?

- Ладно, Маруська, шутим мы! – засмеялись псы в унисон. – Скучно нам. А тут какое-никакое разнообразие. Ты нашу жизнь скрашиваешь. А зачем своими же зубами лишать себя удовольствия?

Да, с этим утверждением я была абсолютно согласна.

- Давай вопросы свои задавай! Ты же для этого пришла? – предложил Хан, пока я старательно устраивалась между двумя горячими собачьими тушами. Мне стало так тепло и комфортно, что и разговоры вести уже не хотелось. Но слова о скуке и об «ам» взбодрили. Я собралась духом и решила начать издалека:

- Скажите, а кто вашим государством правит? Или у вас полная демократия?

- Демократия? – удивились собеседники. – А это что такое?

Так, греческий язык у них, похоже, был не в ходу. Поэтому я им процитировала цитату из учебника истории, которую мы заучивали наизусть перед экзаменом:

- Демократия — это политический режим, при котором власть исходит от народа, а управление государством осуществляется через избранные институты. Основные принципы демократии включают в себя систему выборов, а также защиту прав и свобод граждан.

- Ничего не понятно, - замотал лобастой головой Рекс. – Кто кого избирает? Зачем?

Я поняла, что революции здесь делать рано. Да и не стоит. Для меня веским аргументом в защиту монархии было то, что наследника с пеленок готовят управлять государством. А ведь даже медведя можно научить на мотоцикле ездить.

- Сформулируем вопрос по-другому. Кто у вас в Присцилле самый главный?

- В Присцилле? Никого.

- В смысле никого? - от такого заявления растерялась уже я.

- Как тебе понятнее объяснить? – Хан сначала задумался, а потом по-собачьи почесал задней лапой брюхо. – Присцилла – она огромна. И разделена на много мелких частей. И у каждой части есть свой предводитель - конунг.

- Я вот про это и спрашивала! – была бы человеком, растянула бы рот на все тридцать два. А так даже не знаю, сколько у кошки зубов. Конунги мне были знакомы. Информация о них мне попадалась в древнегерманском эпосе. Мы на библиотечном факультете чего только не изучали. – А конунг правит один или рядом есть женщина?

- Эко ты куда замахнулась, - по-своему истолковал мой вопрос Рекс и сморщил лоб. Никогда бы не подумала, что у вейлеров по-местному настолько живая мимика. На земле этих тяжелых черных псов я старалась обходить стороной, поэтому никогда не разглядывала.

- Не-ет, - поморщилась я. – Это чисто образовательный вопрос.

- Тогда есть! – оскалился в улыбке Рекс. – Кюна Ольгица очень милая женщина.

А Хан лишь вздохнул и отвернулся от нас. Кажется, я поняла причину, почему эти двое вдруг оказались в услужении у Ариуса. «Шерше ля фам», как сказали бы французы.

Осталось узнать главное в политике:

- А как называется наше государство?

- Государство? – псы переглянулись. – Видно, кошка, тебя из очень далека к нам занесло. Государство, в котором мы живем, называется Роневерг. Рядом еще есть Броневерг и Орнитмун.

- Роневерг, значит, - кивнула я.

- А ты откуда?

- А я из мира под названием Земля. А государство у нас зовется Россией.

- Я даже о таком не слышал, - склонил голову набок в задумчивости Хан. А Рекс вообще предпочел промолчать.

Я точно так же не слышала ничего про Роневерг, Броневерг и Орнитмун.

- А можете мне объяснить, почему люди у вас так странно одеваются? – пришло время дальше расширять мои познания о мире.

- В смысле, странно? Юбка, штаны и рубаха. А у вас что-то другое носят?

- Нет, у нас носят то же самое. Просто у вас очень необычное сочетание технического прогресса и моды. И почему все ходят в деревянных башмаках? У вас из кожи обувь не шьют?

- Шьют, - согласился Хан. – А ты у нас, похоже, из самых верхов происходишь, раз про кожаные обувки спрашиваешь.

Я с тоской вспомнила свои белые парусиновые тапочки, в которых обожала щеголять летом. Если мне в этой Присцилле и суждено стать человеком, то удобной обуви все же не видать.

- Нет, не из верхов я, - сообщила компаньонам со вздохом. Качественную кожаную обувь на Земле я носила, хоть и не так часто, как хотелось бы. Если двадцать лет назад одни туфли спокойно держались лет пять и дольше, то современный обувьпром с подобной задачей не справлялся. – Но в деревянных башмаках мы не ходим. Они же жесткие, подошвы не гнутся, стучат, опять же, громко. Поэтому у нас придуманы альтернативные варианты.

- Это как? – две собачьи морды с интересом впились в меня взглядом.

- Во-первых, когда жарко, то носят тапочки из прочной ткани. Очень удобно, не жарко и не дорого. Во-вторых, у нас есть искусственная кожа. Она похожа на натуральную, но стоит в разы дешевле.

- А из чего ее делают? Из картин, что ли? –ухмыльнулся Рекс. Хан благоразумно промолчал, позволив другу задать дурацкий вопрос.

- Почему из картин? – растерялась я.

- Искусственная же! – с выражением легкой наивности, если так можно было сказать про огромного ротвейлера, недоумевал спрашивающий.

- Нет, - рассмеялась я. – Искусственный на земле означает, что в природе такого нет. Его люди делают из других материалов. Так кожу делают из нефти. У вас, кстати, нефть есть?

- Нефть? – собачьи морды показались мне сильно озадаченными. – А что такое нефть?

- У вас из чего бензин делают, на котором автомобили ездят? – решила зайти с другой стороны.

-У нас машины ездят на магии. Кристаллы на специальных станциях магией заряжают, а водители ее затем активируют, - терпеливо объяснил мне Хан. А я смогла лишь порадоваться, что водителей здесь тоже водителями называют. Пришлось придумать другое объяснение, так как псы выжидающе продолжали взирать на меня.

- Нуу-у-у…- протянула в ответ, соображая, как быдоступно объяснить, - в земных недрах у нас есть черная маслянистая жидкость.

- У нас тоже есть! – обрадованно сообщил Рекс. – Ею нищие, которым магические кристаллы не по карману, свои примусы разводят.

Так, примусы есть, уже хорошо. И я с гордостьюпровещала:

- Вот эту жидкость у нас называют нефтью. И из нее делают искусственную кожу!

- Классно! – глаза Рекса загорелись в предвкушении. – Хан, ты чувствуешь, какая здесь золотая жила прячется? Мы же с тобой миллионерами станем. Девочек породистых себе заведем! Деток нарожаем!

Я только начала радоваться вместе с ними, не понимая еще тонкостей этого бизнес-плана. И как раз Хан задал очень неудобный вопрос:

- Маруся, ты же научишь нас из нефти кожу делать?

- Кожу из нефти? – опешила я.

- Да, - подтверждают псы. - Не волнуйся, мы и тебя в долю возьмем.

- Ребята, я это… - очень боюсь их разочаровать. – Я не умею из нефти кожу делать. Ее у нас делают только специальные люди.

- Маги? - сочувственно предположил Рекс.

- Маги, - без малейшего чувства вины подтвердила я. Пусть будут маги. А то придется объяснять, кто такие химики.

- Эх, а я-то размечтался, - ротвейлер понуро положил голову на лапы. И мне вдруг стало так его жалко.

- Но ведь можно из ткани попробовать шить? – предложила я.

- Можно-то можно, - согласился Хан. – Только ткань по нашим дорогам очень быстро износится. Да и магия через них будет утекать.

- Хотите сказать, что все те люди, которые разглядывали Машу у лужи, были магами? Они же все были в деревянных башмаках, - осторожно выведывала я.

- Нет, - возразил Хан. – Магов у нас немного. Просто оборотни, если не будут носить деревянную обувь, не смогут сохранять человеческую ипостась. Все каналы истончатся из-за того, что магические потоки убегут в землю.

- Почему, ты думаешь, мы босиком ходим? – посмотрел на меня Рекс. – Чтобы людьми не могли стать.

Я было открыла рот сказать, что мне же они людьми показались. Однако Хан меня опередил:

- Мы людьми можем стать лишь на несколько минут. А потом снова псами оборачиваемся.

Это очень сильно меня заинтересовало. Если я надену эти местные сабо, смогу ли вернуть себе тело? Только псы мне нужны были в качестве сообщников и компаньонов. И поэтому я подкинула им идею:

- А если подошву делать деревянной, чтобы магия не убегала, а верх шить из ткани? В жару такая обувь будет намного удобнее! – и сразу вспомнила свои красные сабо, которые мне мама покупала в классе так в девятом. Красная кожа была прибита скорее к пластиковым подошвам, так как они были достаточно легкими, круглыми золотистыми гвоздиками. Но при этом она выглядела, словно сделанная из дерева. И если мы заменим кожу на ткань, может получиться очень даже ничего!

- Идея интересная! – согласился Хан. Как ядогадалась, именно он являлся мозгом этой боевой парочки. – Только сохранишь ли ты эту идею в течение еще трех лет? На свободу нас раньше не выпустят.

А я опятьвпала в ступор. Для кошки три года очень много. Моему телу по факту уже шесть лет было. В девять я стану настоящей старухой. А я хочу вернуть себе тело, хочу любви и счастья! Мурзик, почему ты так сильно меня обманул?

Глава 9

Псы еще долго переговаривались, мечтая о том, как откроют обувное производство. Даже нашли мага, который, по их мнению, мог из нефти кожу сделать. А я пригрелась между горячими телами и сладко уснула.

У подруги Ирки кузина жила в Бельгии. Мы все завидовали жизни за границей. А Татьяна, когда приезжала, рассказывала, что завидовать нечему. Зимой она закрывала второй этаж и спала на первом, забирая в кровать свою бордер-колли. Благо, собачье тело имеет температуру в 39 градусов и может согреть даже самого большого мерзляку.

А когда пришло утро, я томно потянулась и пошла в дом. Завтракать. Слава богу, на этот раз Маша про меня уже помнила. И меня ждали блюдечко с кашей и миска молока. Очень даже по-человечески. И после такой плотной трапезы я, как нормальная кошка, должна была снова лечь спать. Однако мне предстояла работа над моими ошибками. И чем быстрее я их решу, тем быстрее обрету человеческое тело.

Маша сегодня сидела и мечтательно смотрела в окно. Похоже, вторая пятница на неделе пошла ей на пользу. Только на предыдущем багаже долго не протянешь. Нужно двигаться вперед.

- Маша, как твое настроение? Как дела? –начала я беседу устраиваясь рядом на диване.

- Ах, Маруся, это было чудесно! Ариус меня так не любил с самой свадьбы. Я как будто назад по времени вернулась, - она мечтательно улыбнулась. Но после резко погрустнела.

- И что не так? – рискнула уточнить я.

- А сегодня утром он снова стал тем же самым князем Игорем, что был день, неделю и год назад. Как вернуть мне любящего мужа? Что я делаю неправильно? – девушка пристально посмотрела на меня. А я возликовала. Похоже, что именно мой совет вернул ей приятное воспоминание. И сейчас она более внимательно отнесется к моим словам.

Я стала быстро перебирать воспоминания в голове и воспроизводить, чему меня учили современные психологи и блогеры, считающие себя таковыми. И сколько бы я ни крутила, ни вертела, все воспоминания сводились к одному. Женщина ни в коем случае не должна полностью растворяться в мужчине. У нее обязательно должна быть своя жизнь, свои интересы. Она становится вызовом для мужчины. И он всеми силами пытается ее удержать.

В том, что Маша вся растворилась в своем Ариусе, я не сомневалась ни одной секунды. Поэтому заострять на этом внимание не стала. А перешла сразу к решению проблемы.

- Маша, чтобы муж тебя сильно любил, ты должна найти занятие для души. Это вызовет интерес у него. И из духовной области все плавно перетечет в постель.

Да, надуманно и несколько косноязычно. Зато доступно и понятно. Хозяйка, пока я ей это объясняла, сидела и кивала головой. А когда я закончила свою «сугубо научную» речь, хлопнула глазами и растерянно спросила:

- А чем мне заняться? Я не имею ни малейшего представления. Да я тебе об этом уже говорила.

Так, и чем мне ее занять? Я правильно понимала, что, по большому счету, ей без разницы. Состояние мужа позволяет Марии купаться в роскоши и воплощать в жизнь любые свои хотелки.

А еще был тот факт, что маленькая Маша стала заниматься в художественной школе уже после того, как я стала кошкой. И Маруська утверждала, что тот шикарный автопортрет со слезками написала я! Поэтому я и предложила:

- А давай попробуем тебя живописью занять?

Маша от моего предложения даже оторопела:

- А разве женщина может художником стать?

- А ты первой станешь! – попыталась воодушевить ее я. – Возможно, женщина не может рисовать на продажу. Но писать для души ей никто не запретит.

- А чем мы будем рисовать? У нас дома даже пера нет. Я однажды хотела оставить Ариусу записку, когда к матушке в гости ездила. Пришлось помадой на зеркале написать, -рассказала тезка.

- У тебя деньги есть? – по-деловомуобратилась я.

- Да, немного наличности мне Ариус всегда оставляет, - и она тут же залезла в шкафчик и достала оттуда бархатный кошель. Вытряхнула содержимое на стол. И предо мной предстала небольшая кучка золота. Она загадочно сверкнула, привлекая взгляд. Я же решила, что, как минимум, на грифель и бумагу должно хватить.

Осталось лишь придумать, как взять меня с собой. Ведь совсем не факт, что с кошкой пустят в местные магазины. Маша лишь подтвердила опасения. И тогда мне пришла в голову почти гениальная идея.

- Скажи, а если бы кошка была игрушечной и лежала, например, в корзине, пустили бы?

- По крайней мере, дети с игрушками в магазин заходят, - промолвила Маша.

В итоге мы добыли корзину у кухарки. Она с ней ходила на рынок. А чтобы я больше походила на игрушку, у старой Машиной куклы, которую она зачем-то привезла в дом мужа, позаимствовали шляпку с полями, украшенную цветами. Нормальная кошка в подобном аксессуаре наверняка ходить бы не стала.

Поэтому мы дружно решили, что это должно меня обезопасить от пристального внимания. А так как я была существом разумным, то вполне могу сидеть неподвижно. Тем более что диалог мы всегда вели мысленно.

Маша быстренько собралась. И мы с ней пошли гулять по столице Роневерга. Она носила загадочное имя Астериус и из корзины выглядела очень привлекательной.

Дома в столице или, на первый взгляд, в ее центре были все многоэтажными. Нет, небоскребы не возвышались. Но парочку коробок в девять этажей я заприметила. Только стояли они в отдалении от дома князя. А в том районе, где жили Маша с мужем, дома не превышали трех этажей и полностью утопали в зелени за высокими заборами. Типичный такой островок богатства и роскоши. Рублевка или нет, я не знаю. Но очень на нее похоже.

Дороги были широкими, как, впрочем, и тротуары. Только в самом центре, где располагались административные здания и магазины, зелени ненаблюдалось вовсе. Разве что возле кафе стояли деревянные ящики с цветами, и даже деревья росли тоже в ящиках. И повсюду раздавался топот деревянных башмаков.

На Машу, которая все же ходила в кожаной обуви, народ оглядывался и почтительно уступал дорогу.

- И куда идем? – негромко справилась она у меня.

А откуда я знаю, куда идти? Я в этом городе не была ни разу в жизни. И даже кино про него не смотрела. Поэтому не придумала ничего иного, как спросить:

- А у вас есть магазин для художников?

- Есть, - отозвалась девушка. – Только я туда не пойду. Женщины не могут быть живописцами!

Последние слова она выдала с надменной маской на лице.

- А мы никому и не скажем, что это для тебя! – тут же нашлась я.

- А для кого? - Машенька, - немного подобострастно начала я диалог, - скажи-ка мне, а если бы ты пришла покупать краски для сына? Это было бы нормально?

- Но у меня нет сына! - И кто про это знает?

- Да весь Астериус! Я же жена местного князя, -горько вздохнула она.

- А ты здесь родилась? Твои родители в столице живут?

- Нет, конечно, - незлобиво фыркнула в ответ. – Я из глухой провинции. Ты даже не представляешь, сколько у меня здесь завистниц. Они не могут понять, почему эр князь выбрал меня, а не их!

О, эта была очень подходящая дорожка. И я с удовольствием подхватила направление.

- А что Ариус говорит? Почему он выбрал именно тебя, а не их? – эти вопросы были нормальными. А вот последний я задал провокационный. – Потому что ты очень красивая?

От ответа на него зависел мой окончательный вердикт: Маша совсем дура или все же нет.

- Что ты, совсем нет, - к моему облегчению, рассмеялась она. – Да, я хорошенькая. Но таких здесь тысячи. Он же говорил, что полюбил меня за чистую душу и любовь. Очень сложно любить такого мужчину, как он.

Вот здесь с князем я была совершенно согласна. Я бы такого полюбить не сумела. Хотя, возможно, это лишь выверты старой девы. Но вопрос сейчас не об этом.

- Тогда давай продавцу скажем, что это карандаши и краски для твоего младшего брата. Вряд ли горожане знают, из кого состоит твоя семья в глухой провинции, - мне показалось, что я нашла идеальное решение. И я не ошиблась.

- А вот это можно! Тем более что у меня действительно есть младший брат. И он очень любит рисовать. Скажу, что это все ему в подарок.

В итоге мы зашли в небольшую лавочку, на вывеске которой красовались палитра и кисти. Продавец, невысокий мужчина в коричневом жилете и белоснежной рубашке, учтиво поклонился Маше.

- Эра Мария что-то хочет? – и я поняла, что жену князя действительно знает весь Астериус. И финт с сыночком точно не прошел бы. А она тут же беспомощно посмотрела на меня, не представляя, зачем она сюда явилась. Поэтому пришлось командовать, чтобы она просто повторяла мои слова.

- Уважаемый эр, мой младший брат увлекается рисованием. И я хотела бы сделать для него подарок. Давайте назовем его «Набор юного художника». А вы положите в него все, что посчитаете нужным.

Продавец оказался понятливым малым. Он тут же достал из-за прилавка большую картонную коробку и начал складывать в нее карандаши, альбомы, краски и прочие художественные принадлежности. А я сидела в корзинке и переживала, хватит ли у нас денег.

И когда Мария высыпала на стол все содержимое кошелька, хозяин магазина широко улыбнулся:

- Спасибо, эра, за доверие! – я сначала не поняла, о чем это он. А он собрал всю горку и высыпал обратно в кошель, оставив себе три золотых. – Лишнего мне не нужно!

Так, похоже, кто-то решил, что Мария выступает в роли «контрольной закупки». Только какая мне разница? Продавец же любезно перенес коробку в наше авто и пожелал хорошей дороги. Но прежде спросил:

- Скажите, эра Мария, а я смогу пользоваться вашим изобретением и предлагать другим покупателям «Набор юного художника»? И как я раньше до этого не додумался?

По Машиному лицу я поняла, что она собирается отказать. Но я не дала. Заставила ее согласиться, да еще и один процент от выручки выторговала. Хозяин магазина был просто счастлив. Он точно рассчитывал, что с него запросят больше.

Когда мы сели в коляску и поехали в кафе, чтобы хозяйка выпила кофе и съела парочку вкусных пирожных, мне осталось лишь грустно вздохнуть. А она еще и решила выговорить мне по дороге:

- Маруся, аристократки не работают! Ты почему заставила меня с ним торговаться?

Заставила? Хм, я этого не знала. А вслух сказала:

- А кто сказал, что ты работать будешь? Ты же палец о палец не ударишь. Он просто будет перечислять деньги на твой счет. Или у вас это тоже запрещено?

Девушка задумалась на мгновение. А потом со вздохом согласилась:

- Нет, так, пожалуй, можно!

Дальнейшая дорога домой прошла спокойно, в молчании. Сложилось впечатление, что Маша в уме пересчитывала возможную прибыль и решала, куда потратит внезапно свалившиеся деньги.

А мне стало очень обидно. В Присцилле я смогла бы стать очень обеспеченной женщиной. Ночью была возможность открыть производство искусственной кожи. Днем я оформила процент от продаж. Что ещепреподнесет завтра? И это я только ненадолго вырвалась из дома!

А во-вторых, я очень сильно хотела кофе с пирожным. Однако это был бы нонсенс, если бы хозяйка выпустила меня из корзины и поставила на пол чашку кофе и блюдце с пирожным. Не забывайте и о том, что я была в кукольной шляпке! Не знаю, есть ли тут психушки, но у Марии был бы прямой шанс туда отправиться.

Однако цель моя пока была лишь одна – обрести снова человеческое тело. А ближайшей задачей я ставила вернуть Маше любящего мужа и отправиться в мир под номером два.

А дома сегодня снова случилось чудо. Ариус пришел сердитый и недовольно сверкнул глазами в сторону жены. Она мгновенно сжалась, как испуганный котенок. Только я отметила, что он опять пришел рано и первым делом бросился к Маше.

- Мария, ты решила съездить в гости к матушке? – его голос звучал напряженно. Мужчина явно чуть сдерживался, чтобы не перейти на крик.

- С чего ты это взял? – удивилась она.

- Или они собираются приехать к нам в гости? Но не находишь ли, что меня нужно было бы предупредить, чтобы я не выглядел дураком в глазах людей.

- Нет, я никуда не еду и никого в гости не жду! – она недовольно сверкнула глазами. Тихоня тихоней, но, когда ее обвиняли в том, что она не совершала, терпеть просто так не была готова. – С чего ты это вообще взял?

- А кто покупал «Набор юного художника» для младшего брата? Да еще так удачно, что хозяин лавки прилетел ко мне счастливый и довольный подписывать договор? – насупился Ариус.

- Договор? – ахнула я. А Маша повторила за мной.Я не учла, что в государстве с махровым патриархатом договора заключаются с лицами мужского пола. А владелец художественной лавки понимал, что с князем и женой лучше быть кристально честным. Поэтому следом за нами помчался в мэрию.

- Просто мне бывает немного скучно, когда тебя нет. И я вот решила порисовать для души. Но подумала, что скажут люди, если княгиня пойдет покупать краски для себя. Так родилась маленькая ложь, - торопливостаралась объясниться Мария. Князь кивнул, соглашаясь. А затем полез в карман и достал оттуда золотой и протянул жене:

- Бери! Это твой первый процент.

А у меня сразу возник вопрос, за сколько продавец продал набор, если он хозяйке решил выплатить золотой? Или князь с ним обсудил новые условия сделки?

На лице Марии эмоции сменялись одна за другой. Это были переходы от страха до удовольствия. Ариус, наконец, широко улыбнулся и решил ее подбодрить:

- Бери, что же ты не берешь! Это твои честнозаработанные деньги!

И она сдалась, подхватив монетку двумя пальчиками и спрятав ее за корсаж. А я усмехнулась тому, что женщины все же счастливее мужчин. У них кошелек всегда с собой.

Затем парочка отправилась ужинать. Меня же тайно накормили в комнате Маши. Это был хороший кусок мяса. Причем отварного. Чему я обрадовалась. Сырое есть я пока еще не хотела. И неизвестно, захочу ли это делать когда-нибудь. Как, впрочем, и мышей ловить.

После ужина Маша вернулась в комнату невероятно благодушной. Улыбка прямо светилась на её лице.

- Марусь, ты представляешь, Ариус сказал, что сильно устал на работе. Хочет отдохнуть. Причем вместе со мной. Вот отправил меня переодеться в ночную рубашку, - она говорила, не скрывая довольной улыбки. А когда переодевалась, все время что-то напевала и приплясывала. А яи не подозревала, что вторая пятница на неделе может сделать ее такой счастливой.

А когда я уже собралась выйти на улицу, она меня окликнула:

- Маруся! Это твое по праву! – и положила передо мной на пол золотой. – Потом я буду отдавать тебе пятьдесят процентов. Но сегодня это только твой заработок.

- И куда я его суну? – рассмеялась нервно я. – Приятно, спасибо. Только у меня, как видишь, ни кармана, ни кошелька в наличии нет.

- Ой, прости, я об этом не подумала! Кошке, скорее всего, деньги и не нужны. Но когда ты сможешь снова оборачиваться человеком, они тебе обязательно пригодятся.

С этими словами она открыла свой необъятный шкаф. И откуда-то с верхней полки достала зеленый бархатный кошелек с вышитым словом «Маруся». Заметив мой удивленный взгляд, объяснила:

- Меня так в детстве бабуля звала. И кошель она же подарила. Я сюда свои премиальные складывала, которые она мне дарила. Я же тебя не узнаю, когда ты снова человеком станешь. Придешь ко мне и скажешь, что в зеленом кошельке с надписью «Маруся» хранятся твои деньги.

И мне вдруг стало на душе так тепло, как не было никогда в жизни. Я всегда же была одиночкой. И на вопросы окружающих отвечала, что просто очень жесткий интроверт и в обществе других не нуждаюсь. А, оказывается, иметь дружеское плечо рядом не так уж и плохо. Хорошо, что кошки не плачут. Иначе я бы целый потоп устроила.

- Маш, я пошла. Выпусти меня на улицу, пожалуйста!

Я не знаю, что она услышала в моей голове, но вдруг спросила:

- Марусь, ты же еще придешь?

А я подумала, что львиную долю я здесь уже сделала. И пора отправляться в другой мир. Только вот свои художественные навыки не проверила. И это, пожалуй, задержит меня здесь еще на пару денечков.

Глава 10

А еще меня остановило то, что Маша не проявила восторга, войдя в художественную лавку. Когда я заходила в «Леонардо»[1], то хотела купить буквально все. Надолго зависала перед витринами с красками и кистями. Хотя путем и не рисовала никогда. Только мечтала, как сяду за мольберт и напишу настоящий шедевр. И в мечтах подрабатывала рисованием скетчей и портретов отдыхающих в турецком отеле. Однако дальше мечтаний никуда не двигалась.

Нет, вру. Однажды решила зарабатывать на ювелирных украшениях из полимерной глины. Сколько я на нее денег потратила, не скажу никому. Ползарплаты, не меньше. Хорошо, хоть раскаточную машинку не купила. Иначе пришлось бы на многое губы закатать и месяцок посидеть на жесткой диете. Тогда же успела на Алиэкспрессе заказать фурнитуру, которая тоже потребовала вложения средств. А в итоге сделала одни серьги в форме красных ромбиков. И нарисовала на них тибетский глаз. Что-то вроде оберега. Но и сама их носить не стала, и никому, естественно, не продала.

А она равнодушно прошла мимо витрин. Ни на одну кисточку не взглянула, ни одну коробочку с красками не потрогала. Поэтому у меня появилось большое сомнение, будет ли она рисовать вообще? Хотя мою идеюподхватила с легкостью. Или это все от скуки и безделья?

Но этот вопрос отложить придется до завтра. Пока моей подопечной некогда. Они там с мужем отдыхают. Поэтому прошмыгнула на улицу и отправилась искать своих четвероногих друзей. Хотя о чем я? Сама имею четыре лапы и хвост. А морду венчают шикарные усы. Вот уж не думала, что смогу когда-нибудь усами гордиться.

Псов нашла по громкому лаю. Они дружно выпроваживали постороннего облезлого пса за забор. Парни лаяли на него, наступая. А тот пятился спиной к забору, неприятно скалясь и поджимая хвост. Было в нем что-то неприятное, даже противное. И пах он плохо. Не псиной, а какой-то тухлятиной. И мне показалось, что возле его лап стелется мерзкий черный туман.

Я, естественно, в драку лезть не стала. Даже будучи человеком, обходила псов по касательной. А тут, когда я всего лишь маленькая киса, прекрасно понимала, что соваться в их разборки смертельно опасно. Поэтому не нашла ничего лучшего, как забраться на крышу собачьей будки. И безопасно, и видно далеко. У Рекса с Ханом вместо небольшой конуры были настоящие хоромы. Видимо, оборотни стояли выше на социальной лестнице, чем простые дворняги. Поэтому и жилье для них строили соответствующее.

Наконец, псы сделали свое дело. Шелудивый гость собрал силы и сиганул через забор, оставив за собой призрачный темный след. Мои же товарищи дальше за ним не погнались.

- Ай да, красавцы, ай да, молодцы! Как вы его круто выгнали! – не преминула похвалить их я, когда они, тяжело дыша, вернулись в будку. Все блогеры утверждали, что мужчины падки на комплименты. Особенно тогда, когда они отражают действительность. И хоть за Хана я замуж идти не собиралась, но в друзьях они мне были нужны. А для привлечения мужей или друзей методики работали одинаково.

- Скажи, что он противный? – вдруг спросил меня Рекс.

- Фу, смотреть тошно! – с готовностью согласилась я. – А он настоящая собака или тоже оборотень?

- Оборотень. Да еще говорят, что с темными спутался, - хмуро подтвердил Хан. – Только даже звания собаки не заслужил. Виргус к нашей хозяйке подкатывает. Соблазнить ее пытается. Она обычно вечерочком сюда гулять выходит. Но ее что-то третий день не видно. Вот он и решил в дом пробраться.

- А она ему, что, взаимностью отвечала? –ужаснулась я.

Я и смазливого красавчика Игоря-Ариуса в мужья не хотела, хотя в последний раз он даже начал нравиться. А уж этот шелудивый Виргус подавно нужен не был. И куда Маша смотрит? Хотя, говорят, что подругами могут быть женщины, у которых одинаковый вкус на вино и разный на мужчин.

Насчет вина не знаю. Не видела подобных напитков местного разлива. Если только кофе с пирожным. А вот мужики нам, точно, разные нравятся. И мы, пожалуй, при других обстоятельствах даже могли бы подружиться.

- Насчет взаимности не знаю, - вздохнул мудрый Хан. – Но он же темный. А это очень подлые создания. К своей цели могут идти по головам. Не щадят никого и ничего. А Машенька простая, добрая девушка. Замуж вышла рано. Жизни не видела. А муж все время на работе пропадает. Государственный человек. Помощник конунга в столице. Ей мозги запудрить ничего не стоит. Она вполне могла бы поддаться на льстивые слова и подставить своего мужа. Методы у темных грязные, как и их души.

И я вдруг поняла причину, по которой моя тезка могла бы распрощаться с жизнью. И это был бы не глупый приказ Ариуса с башни спрыгнуть. Она бы просто сильно запуталась и не нашла выход из сложившейся ситуации. Это мне пес шелудивым показался. А как на него посмотрела бы женщина, считавшая, что муж ее бросил? Переключился на другую? Для мести и такой сгодится. Только любила Машенька лишь своего князя.

А в реальности бедный князь любил свою глупышку Машу. Просто она своей любовью его совсем задушила. А вот что нужно несостоявшемуся любовнику, еще не известно. И я появилась в нужный момент. Не зря меня Мурзик вначале сюда отправил.

А утром мы начали первый урок рисования.

- Мария, скажи, а ты когда-нибудь вообще рисовала? – как мудрая учительница, решила выяснить я. Надо же знать, с чем придется работать. Возможно, она от природы гениальный художник. А краски и кисти ей в свое время осточертели.

Только хозяйка мне ничего не ответила, а молча полезла в шкаф и начала там усердно рыться, как я поняла, в постельном белье. Затем достала какую-то картонку, бережно упакованную в папиросную бумагу. А когда бумага была снята, с гордостью показала рисунок:

- Вот! – передо мной был поставлен чей-то портрет. Только определить чей, практически было невозможно. Рисунок по качеству соответствовал творению пятилетнего ребенка. Когда уже есть руки, ноги и два глаза почему-то с одной стороны лица. Да только реальных портретных черт нет ни одной.

Хотя, нет, одна все же была. На толстой цепи на шее мужчины (об этом я догадалась по штанам) висела какая-то круглая штуковина. А подобный медальон я видела лишь на Ариусе. Скорее всего, это был знак князя. С атрибутикой этого мира я пока полностью не разобралась. А ярко-желтые завитки на голове человека лишь укрепили мою догадку.

- Это твой муж?

- Ты поняла? – восторженно, с придыханиемпромолвила девушка. – А все говорили, что талант у меня нулевой.

После этих слов она слегка порозовела, прикрыла лицо руками и покачала головой. Да, шедевром подобное творчество я бы не назвала. Но все же сумела определить изображенного на портрете. Маша была небезнадежна.

- Это твое единственное творение? – уточнила на всякий случай. И получила ужасающее объяснение:

- Да! Когда я изъявила желание рисовать, то мои родители купили мне бумагу и карандаши. И сказали, что я могу нарисовать все что угодно моей душе. Я и нарисовала Игоря. Я в него уже тогда была влюблена. Да только никто в этом творении не признал моего возлюбленного. Маруся, ты сделала это первая! Видимо, сказывается твой талант художника! Только больше рисовать мне никто не разрешил.

Если бы моя мордочка не была покрыта черной шерсткой, я бы наверняка покраснела от похвалы. А так эмоции кошки остаются скрытыми от людских глаз.

- У тебя несомненный талант, - поддержала девушку я. – Только тебя никто не научил азам рисования. Ты не знаешь ни светотени, ни перспективы, ни бликов. Поэтому не удивительно, что простые люди ничего не разглядели. Сегодня мы будем рисовать… - я огляделась по сторонам, подыскивая подходящий объект. И мой взгляд наткнулся на вазочку с яблоками, – яблоко. Выбери из вазочки самое красивое и положи его на край стола.

- Яблоко? – в ее голосе прозвучало разочарование. На работу с азов Маша настроена не была.

- Да! – строго ответила я. Только, может ли быть голос строгим, когда ты разговариваешь лишь мысленно? Но потом добавила, чтобы ее простимулировать: - Не зря же говорят «глазное яблоко». Мы сегодня через этот фрукт попытаемся научиться рисовать глаза так, чтобы они казались живыми.

Я очень надеялась, что моих теоретических знаний на это хватит. Ведь практически я ничем помочь ей не могла. Лапки, знаете ли.

Ей пришлось со мной согласиться. Мы установили лист бумаги на мольберт. Я рассказала, как правильно сесть, как правильно держать карандаш. А также о последовательности, с какой нужно рисовать натюрморт.

Она с некоторым замешательством нанесла контурные оси, обозначающие перспективу, и вписала в них шарик. А я удивилась собственным познаниям. Раньше никогда так не делала! Сразу рисовала яблоко и раскрашивала. Поистине, велики твои дела, Мурзик! Я действительно научилась рисовать профессионально.

Примерно через полчаса на нас смотрело вполне узнаваемое яблочко. Только вот живым оно не было. Плоская картинка. Но уже не на уровне пяти лет. А так, примерно класс на третий тянуло.

- Оно какое-то плоское получилось! – недовольно фыркнула тезка.

- Сейчас оживим! – пообещала я.

- Магией? – тут же встрепенулась девушка.

- Нет, нам же не нужно совсем настоящее яблоко. У нас их целая ваза, - возразила в ответ. – Нам требуется, чтобы на картинке оно выглядело живым, как у настоящих великих художников, и сделаем это с помощью ластика и цветных карандашей.

- Да? – разочарованно протянула она, но все жене противилась. – Давай оживлять.

Последняя фраза прозвучала уже без энтузиазма. Только отступать я не собиралась. И упорно объясняла ей, как изобразить блики и тени. Говорила, какой карандаш нужно взять. И где нанести штрихи. Даже лапкой немного направляла девичью руку, запрыгнув на полочку мольберта.

Не зря же говорят, что кошки – это жидкость. Уместятся в любой объем и любую форму. Если бы меня сделали человеком, но оставили кошачьи размеры, я на этой полочкеникак не удержалась бы.

И яблоко ожило. Оно смотрело на зрителя глянцевым малиновым боком, бликуя от солнечного света. Противоположную сторону покрывала тень, придавая изображению глубину. И оно, действительно, казалось настоящим.

- Невероятно! – охнула моя ученица. – Это я нарисовала?

Она просто не верила, что способна на такую красоту. Однако следом засомневалась:

- А теперь я смогу нарисовать такой же живой глаз?

- Маша, я не знаю. Но попробовать можно.

И мы с не меньшим усердием начали рисовать радужку и зрачок. Нанесли тени на белок. А вот веки пока оставили схематичными. Но она так старалась, что сложилось впечатление, что в дырку на листе бумаги на нас смотрит сам князь.

Только я его вспомнила, как он сам, запыхавшийся, влетел в нашу импровизированную мастерскую. Я даже спрятаться никуда не успела. Да только Ариусу было точно не до меня.

- Маша, слава богу, с тобой все в порядке! – подлетев к жене, он заключил ее в объятия и поцеловал в лоб.

- А что со мной должно было случиться? – растерялась она.

- Я не знаю, - в недоумении развел руками мужчина. — Ты мне за весь день ни одной весточки не написала.

Наверное, именно тот вечер стал поворотной точкой. Маша избавилась от тотальной зависимости от мужа. Она перестала им дышать, жить,. Нет, любовь с ее стороны не пропала. Просто она трансформировалась. Девушка вдруг поняла, что в этом мире есть очень много интересного. И зачем все свое время тратить на мужчину, который и так стал твоим мужем.

А вот Ариус начал испытывать некоторый дискомфорт без ее присутствия в собственной жизни. Я почти на 100% была уверена, что он ее тихо проклинал за записочки каждые полчаса. А когда их не стало, оказалось, что с ними из его жизни ушла и частичка ее души. Однако это не пошло на вред отношениям. Он, наконец, разглядел в Марии молодую интересную женщину, со своими запросами, которые не сводятся к определенной сумме денег и доступа к княжескому телу.

А мы с ней продолжили осваивать азы рисунка и живописи. И помимо шариков, кубиков и столбиков, рисовали портрет мужа. Постепенно к глазам добавился нос, рот и и все лицо в обрамлении золотистых локонов. И сейчас родовые черты могла угадать не только я. Их также видела и нянюшка, которая только охала и всплескивала руками, не оставшись равнодушной к талантам воспитанницы.

И нужно сказать, что талант у тезки,определенно, был. Азы давались ей с поразительной легкостью. Только эту загадку помогла для меня решить Наталья Алексеевна. Однажды утром, когда мы увлеченно рисовали, она вошла в комнату,окинула нас взглядом королевы ипоинтересовалась:

- И чем это вы здесь занимаетесь?

Я в это время сидела на любимой полочке мольберта и направляла руки подопечной. Завидев свекровь Маши, тут же спрыгнула и попыталась спрятаться под диваном. Однако старшая дама ту же меня позвала:

- Кошка, вылазь! Я же прекрасно вижу, что ты не обычное животное. А, скорее всего, волшебный фамильяр.

А когда моя испуганная мордочка показалась из укрытия, она похлопала по коленям и позвала меня:

- Иди сюда! Я тебе за ушком почешу.

Я же разумная женщина, с высшим, между прочим, образованием и 20-летним стажем работы в крупнейшей российской библиотеке. Однако магические слова «за ушком почешу» подействовали на меня как магнит. И я запрыгнула ей на колени.

- Ты же понимаешь меня? – спросила Наталья Алексеевна.

- Да-а – протянула я.

Она, видимо, это почувствовала:

- Нет, слышать тебя я не могу. Хотя вижу по глазам, что ты отвечаешь. Давай договоримся, что будем использовать человеческие жесты. Если «да», ты качаешь головой сверху вниз. Если «нет», то из стороны в сторону. Понятно?

И я, естественно, кивнула в ответ, удивившись, с какой легкостью повелась на предложение. А свекровь тезки рассмеялась и почесала меня за ушком, приговаривая:

- Мария, это же настоящий фамильяр!

— А что это значит? – Маша лишь глупо захлопала глазами, совершенно не понимая сути момента.

Зато ответила нянюшка:

- А это означает, что твоя свекровь скоро станет бабушкой! Фамильяры просто так не приходят, правда, киса?

И я, как друг семьи, снова кивнула в ответ. Мне не жалко. А им виднее. Тем более, когда у парочки семь пятниц на неделе, результата не придется долго ждать.

- Ты, наверное, что-то очень любишь? Чем тебя порадовать? –старшая женщина выжидательно посмотрела на меня. – Эх, понять твоих мыслей не могу. Маша, ты ее слышишь?

- Да, - смутилась тезка. – Она очень хочет пирожное с кофе!

- Это правда?

И я с удовольствием, медленно, чтобы не возникло сомнений, кивнула. Тут же был отправлен приказ слугам принести мне желаемое. А женщины принялись обсуждать портрет Ариуса.

- Мария, в тебе словно магия проснулась! Это же просто великолепно. Сын на полотне выглядит будто живой! – восхищалась свекровь. А нянюшка лишь сидела в уголочке и вытирала платочком слезы.

А моя Машенька вдруг сильно покраснела, смутилась и шепотом сообщила:

- Да, у меня задержка месячной крови. Уже третий день. Ариус обещал сегодня колечко-определитель принести.

Женщины кинулись обнимать хозяйку. А мне осталось лишь тихонько улизнуть от них и предаться ублажению собственной плоти. Не знаю, пьют ли другие кошки кофе. Но я делала это с превеликим удовольствием.

Вечером меня представили князю. Я была тут же обласкана властной рукой и получила кусок сырого мяса. Пришлось сделать вид, что рада.

А вот Маше надели на руку черное кольцо с красным камнем, который в одно мгновение стал синим. И все члены семейства возликовали и стали поздравлять хозяина, что скоро у него родится сын. А я поняла, что больше мне здесь делать нечего. Самоубийством Маша жизнь в ближайшее время не закончит. С рождением младенца ей, конечно, не до того будет. Да и Виргуса вряд ли вспомнит.

Только у меня все же остались вопросы. И я решила получить ответы у своих друзей, к которым наведывалась каждую ночь. А еще я им должна была сообщить, что попрошу Мурзика перебросить меня дальше.

Присцилла оказалась удивительным миром. И от нее я тоже теперь ждала чудес. Возможно, в другом мире мне повезет больше, и я тоже найду свое женское счастье.

[1] «Леонардо» - сеть магазинов по продажам товаров для хобби и творчества.