3015 год

Введение

На дворе стоял 3015 год. Кстати, никто не знал, что такое “на дворе” и говорили так во-основном, когда хотели украсить речь старинным словом. Людей было так много, что дома строились высотой в 1000-5000 этажей и никто вниз (во двор) не спускался. Все передвигались по мостикам, которые связывали строения на разных уровнях. Температура воздуха очень отличалась в зависимости о того, на какой высоте ты живешь. В облаках она доходила до -50, ближе к земле до +60. Поэтому переходы между зданиями и балконы были оснащены или обогревателями или охладителями.

На самом деле пешеходов на подвесных улицах было не много. Чтобы попасть куда-то – в соседнюю страну к бабушке или к другу в дом напротив, достаточно было встать в Утюган. Утюган как туалет или ванная был неотъемлемой частью каждой квартиры. Заходишь в него, говоришь, куда тебе нужно, и вперед – через минуту или две - ты там. Утюганы изначально встретили большое сопротивление общественности, потому что каждый человек как-бы разбирался на элементарные частицы в пункте отправления и собирался заново в пункте прибытия. Во время испытаний вновь собранные люди не помнили своей предыдущей жизни или еще того хуже – собирались неправильно - какая-нибудь часть тела терялась или появлялась в другом месте – нога вместо руки, или голова твоего спутника вместо твоей и т.п. Но в течение трехсот лет удалось все-таки машину наладить и сделать дешевой. Так что она была теперь в каждом доме.

Толик жил с мамой и папой на 4563-ем этаже. Окна выходили на три стороны света и в хорошую погоду в просвете между домами можно было видеть море и горы. Все члены семьи проводили много времени дома. Родители работали удаленно и не часто, Толик в школу не ходил – учился во сне. Дома был бассейн, спортивной зал и оранжерея, где зрели разные фрукты и ягоды. Однако из-за общей незанятости членов семьи они часто ругались. В мире, где все давно уже делали роботы, людям было скучно и это скуку они пытались развеять, играя в компьютерные игры или выясняя отношения. Кончено проблема эта была признана в обществе и всем людям предписывалось принимать так называемые таблетки счастья (улучшатели настроения), но Толик в свои 10 лет еще до них не дорос и часто грустил. Он лежал, свернувшись клубочком на опушке леса (опушка леса – была его любимая 3д реальность) и часами не выходил к родителям, что их очень беспокоило.

Понедельник 12 июля 3015-го года был обычным днем, но он стал поворотным в судьбе Толика и его родителей.

Глава 1

Часов в 10 утра Толик еще дремал в своей кровати. Ночью в его мозг загружалась Высшая Математика и обрывки цифр и уравнений еще блуждали в его голове. Спал он в подвесной кровати на балконе. Под ним была пропасть высотой в 4562 этажа, а над ним обогреватель и еще 200 этажей. У Толика был сухой кашель, и доктор посоветовал поспать на улице в натуральном облаке несколько дней – это должно было помочь. Упасть в пропасть было невозможно из-за натянутой сетки, но мама Толика все-равно беспокоилась. Потому к Толику был приставлен робот Сеня. Сеня передавал маме, что с Толиком все в порядке, подключал Толика к ночной машине знаний, и бегал по всем его поручениям. Кстати, когда он убегал, вместо него оставался робот Веня, чтобы мама никогда не теряла связи с сыном.

Отделавшись, наконец от уравнений в голове, Толик сел в кровати, свесил ноги над бездной и посмотрел вокруг. -60 градусов и разряженный воздух начинались на расстоянии трех метров от него, а там, где он находился, поддерживалась приятная температура, достаточное количество кислорода, вился плющ, пели птички. Было не плохо. Кстати, в доме напротив его знакомая девочка Аня, тоже иногда спала на подвесной кровати. Здания стояли близко, и ребята могли переговариваться. Но этой ночью Ани не было.

Толик поболтал ногами, попытался рассмотреть море сквозь облако, не увидел и послал Сеню за какао и яичницей. Робот Веня остался за ним присматривать. “Слушай, я сейчас как прыгну вниз – может пойди проверь цела ли сетка?” – Толик все не оставлял надежду взломать алгоритм Вени и услать его куда-нибудь тоже. Веня оставался непоколебим: “неа, мне нельзя тебя оставлять, прыгай” –“ну это вообще! По идее робот должен либо меня слушаться, либо спасать, либо отговаривать… а этот наглый хоть бы хны, еще и провоцирует”. Толик на самом деле знал, что Сеня с Веней все время за ним наблюдают, анализируют, и давно просчитали, что он может сделать, а что нет, но все равно – равнодушные вредные роботы, особенно Веня его раздражали.

Поев какао и яичницу, Толик встал и по подвесной дорожке пошел в квартиру. Сеня с Веней поплелись за ним. Сеня с Веней были небольшие роботы высшей категории. Они были Толику по пояс, и во-основном их сила заключалась в их интеллектуальной мощи. Точность, с которой они просчитывали действия Толика была невероятной. Например, Веня, сказав Толику “прыгай” повысил вероятность того, что мальчик не прыгнет практически на 70%. Ну просто роботы знали, что Толик в основном делает то, что его не просят, и не делает того, что просят. Вот такой мальчик “наоборот”. Кроме того, Веня на расстоянии просканировал тысячи узлов сетки, чтобы убедиться, что она выдержит, если мальчишка все-таки прыгнет, связался с системой безопасности дома, проанализировал настроение родителей и их расписание. Все это и вылилось в ответ

“неа, мне нельзя тебя оставлять, прыгай”. Скорость выполнения Толиных “заказов” тоже была результатом вычислений. Например, Веня начал готовить какао и яичницу до того, как Толик это попросил. Ну просто вот так получалось, что по понедельникам в теплый день после ночи на улице мальчик чаще всего хотел такой завтрак. Была маленькая вероятность того, что он попросит что-то другое, но тогда какао и яичницу съест мама, которой все-равно что есть и продукты не пропадут. Мама Рита любила выйти на кухню и поглотить все, что выглядело съедобным. Счастье Риты состояло в том, что она не толстела. К 3015 ому году эта проблема была решена. У каждой стремящейся к красоте женщины был Ежик – прибор, который сам передвигался по телу каждый день или через день, запускал маленькие иголочки во вновь образовавшийся шарик жира и его растворял. Существовал еще и более продвинутый способ, но он был для тех, кто себя запустил – много и долго жирел, и Ежики уже не помогали. В общем когда-то давно около тысячи лет назад была неизлечимая болезнь, во время которой люди худели. Болезнь давно победили, но доктора решили использовать эффект похудения в так сказать мирных целях - желающего сбросить килограммы заражали теперь уже неопасным вирусом, человек худел до нужного размера и его излечивали. В общем любящей покушать маме Рите ничего не грозило.

Но вернемся к роботам и Толику.

Как вы уже, наверное, поняли. Сеня с Веней обладали очень сильным интеллектом, просчитывали всевозможные вероятности событий, сопоставляли их с наблюдениями за всеми членами семьи и миром вообще и перехитрить их было невозможно. Они плелись за Толиком, который, как и следовало ожидать, шел в туалет, потом поесть землянику в оранжерее, потом в бассейн. Ну или в бассейн потом за земляникой – суть от этого не менялась. Единственное место, куда Толик ходил один – это его 3д мир, его лес. Для мамы и роботов этот поход выглядел так, словно мальчик просто ходил по комнате туда-сюда или лежал в углу на кровати. Опасности это не представляло. Толик же одевал специальные линзы или очки и уже не комната его окружала, а деревья.

К 10 годам Толик перепробовал много игр и путешествовал он много. С помощью Утюгана он объездил весь мир, который, кстати, теперь выглядел практически одинаково во всех странах. Везде были высокие, очень высокие дома, которые стояли близко друг от друга и отличались немного архитектурой и темпераментом жителей. Игры тоже уже все поднадоели и только в одной он нашел место, которое его почему-то притягивало. В этом месте разработчики игры не предусмотрели никаких опасностей и сюрпризов и заметив это, Толик стал приходить сюда чаще и чаще. Иногда пособирать грибы. В этом месте не было Сени и Вени и в этом тоже был большой и можно сказать основной плюс.

В этот день в лесу было как обычно хорошо. Толик сел на сухую траву. Прокукукула 15 раз кукушка. Комарик пожужжал над ухом, но передумал кусать и улетел. Запах был хвойно-травяной и еще немного грибной. Это давало надежду, что тут где-то притаился гриб. По ноге пополз муравьишка, Толик сдул его и встал. Звук леса – шум листвы, хвои, птиц и насекомых завораживал его. “Вот он, я нашел гриб!” – сказал родной дедушкин голос и его шаги прохрустели в глубь леса. Толик знал, что он мог бы догнать дедушку, который на земле уже давно умер, но его компьютерная копия была включена в игру его родителями “чтобы Толику было не одиноко”, но в этот раз он решил не ходить за ним, а сел на траву опять. Потом даже прилег, жмурясь на солнышке от удовольствия, потом свернулся калачиком и заснул.

Глава 2

- Слушай, Борь, ну давай тогда отправим его туда. Я не могу больше на это смотреть —грустно сказала Мама Рита, глядя в окно.

- Когда? – спросил Толин отец (голос его звучал откуда-то сверху) – давай еще раз посмотрим на этих детей, на все это в общем посмотрим и решим. Я могу прийти через пол часа. Пойдет?

- Хорошо. Жду тебя тут – ответила Рита.

Толин отец работал доктором и чаще всего принимал у себя. Но сегодня утром пациент из Туниса, города в Северной Африке, не вышел на связь, и Борис встревоженный отправился к нему.

Через пол часа Личный робот Б2, ждавший Бориса у двери Утюгана протянул ему кофе и принял белый халат. Никто, включая самого Бориса не знал сколько у него роботов. Их было много и всех для простоты звали Борис Второй или Б2.

С кофе в руках Толин папа прошел в кабинет и плюхнулся на диван. Там его уже ждала мама Рита.

- Ну что, как дела, как пациент? – спросила она.

- Да ничего. Как обычно. Работает под землей, солнца не видит, перепутал ночь, день, все перепутал… и еще простудился.

- Ну да – задумчиво ответила Рита.

Из-за жары большинство жителей покинуло Тунис, да и большинство городов в Африке. Заводы строились глубоко под землей, чтобы не плавились под палящим солцем, обслуживались роботами, но все-таки несколько человек на каждом заводе присутствовало. Они часто хандрили из-за отсутствия естественного дневного света и обращались к доктору за помощью.

- Ну как Толик? Все лежит клубочком? – спросил Борис.

- Лежит.

- Хорошо. Сейчас все порешаем!

Борис нажал на кнопку в телефоне и перед ними появилась приятная девушка в строгом офисном костюме – голограмма.

- Здравствуйте, господа. Рада вас … - девушка продолжала говорить, но звука не было.

- Черт, звук пропал – сказал Борис – Б2, пропал звук! – прокричал он.

Робот и сам видел, что пропал звук, но предпочел подождать пока его призовут на помощь, потому что иногда Борис ругался и говорил, что “и сам бы мог починить”. Звук восстановили и девушку перемотали на начало.

- После нашего последнего разговора – продолжала представитель фирмы – я поняла, что вы практически готовы воспользоваться услугами нашей компании и доверяете нам вашего сына Анатолия. Анатолий, как и многие дети его возраста и старше, нуждается в эмоциональной встряске, нуждается в жизненном опыте, в ощущении, что он может что-то сделать сам и не в виртуальном мире, а на самом деле, я правильно вас поняла? – девушка остановилась и вопросительно посмотрела на Риту и Борю.

Воцарилась долгая пауза.

“человек вас спрашивает, а вы игнорируете” – буркнул Б2 и поспешно втянул в себя голову.

Борис коллекционировал роботов. Этот, например по описанию производителя обладал “незаурядным мышлением, перенимал принятые в семье слова и выражения и мог втягивать голову, во избежание повреждений”.

- Мы почти решились. Покажите нам девочку с Юпитера еще раз. – сказал Рита.

- Хорошо – ответила девушка, и на экране рядом с ней появилось лицо ребенка с закрытыми глазами. Девочка лет шести спала. Кроме ее лица в сумерках ничего различить было нельзя.

- Что она тоже спит??? Мы отправим за миллиарды километров сына на необитаемую планету, чтобы он там тоже спал? – вскипятился отец Толи.

Б2 высунулся из глубины своего корпуса, сверкнул осуждающе единственным глазом и втянул голову обратно… “во избежание повреждений” так сказать. Б2 не любил грубость особенно по отношению к другим беззащитным, как и он сам машинам.

- Господин Фадеев, она спит, потому что у нее ночь, а не по тому, что она больна атрофией желаний как ваш сын. Мы не станем ее будить. Давайте я покажу вам Роберта, который сейчас на планете Устрай?

На экране появился чернокожий мальчик лет 12ти. Он легко передвигался вдоль берега моря, практически парил над ним. Через каждый метр по линии прибоя стояли самодельные удочки. От них в воду тянулась связанные из травы лески. Мальчик заметил, что его снимают, помахал рукой и указал на глиняный таз, в котором плескалась рыба.

- Роберт там уже практически месяц. Добывает сам себе еду. Делает посуду. Устрай обладает похожими на землю климатическими условиями. Там, правда, прохладнее чем у нас. Климат напоминает наш земной каким он был в 2015ом году, и там меньше гравитация. Роберт страдал атрофией желаний с трех лет и посмотрите какой эффект! Мальчик просто летает!

Рита взволнованно смотрела на экран. Виды Устрая завораживали ее. Никаких домов. Море, песок, пальмы, голубое небо, счастливый ребенок. Честно говоря, она уже не хотела даже смотреть на репортажи с других планет, боясь увидеть что-то, что заставит их с мужем передумать. Мать Толика, наконец решилась.

- Хорошо. Мы видели других детей уже. Я склоняюсь к тому, чтобы отправить Толика на излечение. Давайте выбирать планету, там было три, да? – сказала она.

- Ритуля, мы же уже выбрали. Это планета Край – сказал муж.

Глава 3.

Рита, девочка, ну что ты ходишь туда-сюда сегодня? Бледненькая какая —говорил Толин дедушка, шагая с дочкой по лесной тропинке.

Мама Рита пришла будить сына в его виртуальную реальность. Снаружи его было расшевелить труднее - там он упирался и кричал “отстаньте от меня”. В Лесу же было все на много спокойнее.

- Папа. Тут такое дело… Мы отправляем Толика на некоторое время на другую планету. Тебя это никак не потревожит, ты даже не заметишь. Мы просто остановим программу на это время и все.

- Хм – промолвил дедушка – не привыкну я все к вашим этим штучкам. “Другая планета”, “остановим программу” … Я же, Рита, уже не молодой. Мне вот что важно – гриб, который я жду чтобы подрос – я дождусь его или он пропадет?

- Не пропадет. Он как бы зависнет. Помнишь, как программа зависала, когда ты на земле был?

- Ну да.

- Ну вот. Гриб зависнет, ты зависнешь. Толик на планету слетает, вернется. И все продолжиться с того же места.

- Ну ладно тогда, если с грибом, то – согласился дедушка и улыбнулся.

Они продолжали идти по узенькой тропинке. Сквозь деревья пробивалось солнышко. Пели птички, простучал дятел. Легкий ветерок сдул несколько листиков с дерева. Один из них упал на дедушкину седую голову и привлек Ритино внимание. Листик был с черенком, как и полагается, но абсолютно круглый и абсолютно белый, как, конечно, не полагается… Рита решила не заморачиваться на эту тему сегодня, хотя обычно она звонила производителям программы и ругалась с ними.

Рита еще многое могла бы рассказать папе. Многое ее беспокоило в этом перелете Толика. И планета какая-то странная – ничего про нее не известно. И вообще страшно – посылать ребенка одного, да так далеко. Хотя вот на Северный полюс он ездил в лагерь отдыхать и ничего. Но там же другие люди были. А тут. Сказали, что можно ехать только одному”. Рита вздохнула. Отец ее держался бодро, хорошо соображал, но как и многие старики, чтобы не беспокоится, сузил свои интересы до простых и понятных вещей, как, например, вырастет гриб или нет, и все волнительные абстрактные понятия его больше не беспокоили.

За сосной была ложбинка, в которой любил спать Толик. Мама присела к нему, погладила мягкий волосики и от проснулся. Вот так легко и просто, хотя проспал 8 часов.

Помахав дедушке в последний раз, Рита и Толик сняли очки. Вокруг были просто голые стены из пластика. Большая подвижная сфера, внутри которой они находились, позволяла ходить внутри и никогда не на что не натыкаться. Например, когда они шли в лесу по тропинке, на самом деле они оставались на месте, а пол под ними двигался. Комната такая была дорогим удовольствием, но Толик очень просил…

- Веня, открой нам – крикнул мальчик.

Дверь отворилась, и они вышли.

Глава 4

Через 32 часа ровно Толик совершенно один, с небольшим рюкзачком, стоял посреди большого поля. В обозримом пространстве никого и ничего не было видно. Деревьев или домов не было. Стояла полная тишина и что дальше делать было непонятно. Еще мгновение назад мама его поцеловала - он еще чувствовал ее тепло. Минуту назад их разделила дверь Утюгана и вот он уже тут. Совершенно непонятно где. Кстати, а может и не кстати, трава под ногами была странного синего цвета.

— Это какая-то новая игра, наверное – думал он и по привычке искал место притулиться поспать, отдохнуть от переполняющего его чувства беспокойства. Но место такого не было – все было однообразно плоское. Толик шел и шел. Пейзаж не менялся – синяя трава, небо, тишина и никого. Погода, однако, теплая. Мальчик присел, а потом и прилег, подложив рюкзак под голову.

- Ты что тут разлёгся то? Давай, вставай, просыпайся – перед ним стояла очень пожилая женщина, но в юбке в цветочек как у девочек, и с повязкой тоже в цветочек на голове.

- Ну, чего лежишь? – продолжала она.

Толик не привык резко просыпаться и уж тем более ставать по приказу.

- Глюк какой-то в программе подумал он и перевернулся на другой бок.

Через некоторое время к его лицу прикоснулось что-то мохнатое и противно сказало – Беееееее.

- А ну его, пусть его. Пусть лежит. Пойдем Мотя – услышал Толик и окончательно проснулся. Мелькнула надежда, что все это сон. Но нет – поле, трава теже, а бабка с животным, смахивающим на козу, удалялись.

Толик посидел еще, а потом встал. Постепенно внутри него стал просыпаться голод, чувство мало ему знакомое. Чем сильнее становился голод, тем больше Толику хотелось жить.