2424

Глава 1

Это художественное произведение. Любое совпадение с реальными людьми и событиями в будущем является случайным.

Все права защищены. Эта книга или любая её часть не может быть воспроизведена или использована каким-либо образом без письменного разрешения автора или его законного представителя, за исключением использования кратких цитат в рецензии на книгу. Copyright © Titus

____

Мы родились слишком поздно, чтобы стать пиратами, и слишком рано, чтобы стать космическими пиратами.

***

Май 2024 года.

- Куба либрэ, порфавор! – озвучил для начала шоколадной официантке, подошедшей к моему столику. Шесть часов вечера, терраса только открылась для посетителей, и я в одиночестве занял самый маленький столик. Столик для двоих в La Guarida – одном из самых лучших (на мой вкус, так в самом лучшем) и дорогих ресторанов Гаваны. Ещё только начало короткого по-летнему жаркого майского вечера, солнце спряталось за крышу дома, дав немногочисленным поклонникам местной кухни отдых после знойного дня.

- Мучо грасиас, сеньорита, - поблагодарил бойкую официантку, быстро доставившую запотевший бокал с коктейлем. Она приняла мой заказ и упорхнула, одарив тёплой улыбкой. Чёрт, опять. Так получилось, что в любом месте меня принимают за своего, легко переходя на неформальное общение. Ведь со своими можно быть попроще, не так ли? Хотя, я совсем непохож на местных.

Меня зовут Данила, я – русский, мне двадцать четыре, и я никогда не был на Кубе. После окончания школы в северном Прибайкалье поехал покорять Белокаменную. Поступал в Международных Отношений, МГУ и Дружбы Народов. МГИМО и Университет – мимо. В первом – слишком большой конкурс на одно бесплатное место, доставшееся детям дипломатов и прочим блатным, во втором – на бюджет прошли одни медалисты. А так как у меня медали не было, пришлось урезать осетра. Зато без проблем смог поступить в ВУЗ имени Патриса Лумумбы на иностранные языки. На бюджет, что для парня из сибирской глубинки было очень даже.

В нашей деревне многие охотились, четырнадцатилетние подростки спокойно уходили в тайгу брать птицу и зверя. Не всякого, конечно же, только мелкого. На медведя, сохатого или кабана в одиночку не ходят, потому как зверя надо не только добыть, но и шкуру снять, и мясо из леса вынести, что одному сделать практически невозможно. Меня Бог силушкой не обидел – в отца пошёл, а тот до сих пор первый силач на деревне. Коренастый, квадратный, руки, как лопаты, один в лес ходил, когда меня не брал. В тот раз мы вместе пошли в ночь с острогами на налима – семья захотела жареной налимьей печёнки, по сравнении с которой фуа-гра отдыхает. Конец октября, небольшие речушки уже почти скованы льдом. Только на стремнинах ещё река не встала. Соскользнул с камня, затянуло под лёд, отец увидел, сориентировался – через десяток метров ниже по течению взломал ледяной панцирь и вытащил меня бессознательного. Откачал, отогрел. Я, конечно, потом заболел – пару недель с воспалением дома валялся, температурил. А когда выздоровел, выяснилось, что стал понимать языки. Любые. И не только понимать, но и говорить. В голове что-то щёлкало, и я начинал шпрехать на уровне носителя языка. Все кругом удивились, конечно. Особенно училка, преподававшая русский, английский и литературу в девятилетке. Но случай не единичный – некоторые после клинической смерти начинали на скрипках играть и говорить на старофранцузском. Вот и успокоились: голова – предмет тёмный и исследованию не подлежит. Подумаешь, человек начал испанский свободно переводить, как и любой другой язык? Только училка все уши моим прожужжала, что нельзя такой талант в землю зарывать. Вот и отправили меня в райцентр в интернат заканчивать среднюю школу. А там подтянулся в учёбе и замахнулся на столичный ВУЗ, потому как учителя с такими способностями очень рекомендовали родителям учить меня дальше, проча светлое будущее.

Ребёнок в семье я был старший, ещё младшая сестра была, которой учиться и учиться. Вот и собрали денег, отправили меня поступать на бюджет, потому как на платное обучение денег не хватало. Сибиряки, хоть и живут позажиточнее, чем на той же Кубани, но тянуть платное обучение и дорогую жизнь отпрыска в Москве тяжеловато. Поехал, поступил, чё. Правда, я к тому времени уже перестал всем говорить, что любой язык понимаю. Ибо достали – всяк норовил меня проверить, взять на слабо, особенно когда сами едва чужой язык знали. М-да.

Столичная жизнь была дорога, хватало на еду и только. Были мысли о работе, но совмещать подработку и учёбу, чтобы не вылететь с бюджета, не получалось. Выход нашёлся неожиданно. Богатые студенты-арабы увидели во мне палочку-выручалочку, мигом найдя со мной общий язык – я помогал им с переводами по некоторым предметам. Уже позже обо мне пошла молва, как о полиглоте, и меня стали приглашать переводчиком на переговоры разного уровня: сарафанное радио – великое дело! Деньги появились, я стал лучше одеваться, купил приличный смартфон, но амбициозные длинноногие однокурсницы-красавицы по прежнему меня сторонились. Ещё бы, не для того они в иняз поступали, чтобы обратить внимание на какую-то деревенщину. Квартиры московской нет, денег курам на смех, да и внешность… Я же говорил, что пошёл в отца? Он был невысоким, я был на четыре сантиметра выше – метр семьдесят два. Да и лицом не Ален Делон – обычный коренастый парень с квадратной челюстью. В деревне у нас много таких крепких и скуластых – кровь казаков-первопроходцев давно перемешалась с бурятами, зырянами и другими малыми народностями необъятной Сибири-матушки. А то, что силён, так это на стройке и у грузчиков требуется, а никак не среди русских красавиц с тонкими длинными пальцами, приехавших покорять столицу. Для москвичек я вообще был невидимкой – они всех приезжих парней считали сплошь и рядом охотниками за невестами со столичными квадратными метрами в приданом. Но я не страдал без женского внимания – неожиданно стал популярен среди незакомплексованных латиноамериканских студенток. Большинство были невысокими, плотно сбитыми, жопастыми, с выдающимися формами – я им очень напоминал оставшихся на родине парней. Тем более языкового барьера не было. Так что через некоторое время за мной закрепилась слава Дон Жуана, хотя, с большинством девиц я был просто дружен. Некоторым парням на курсе пришёлся не по нраву мой образ сердцееда, и они попытались меня зачморить, но вовремя подправленные мной физиономии отбили у будущих филологов всю охоту: драться я умел и любил – это было одно из развлечений деревенской молодёжи. Стенка на стенку, борьба якутских мальчиков, огнестрельные игрушки вместо смартфонов… интересное у меня было детство.

После четырёх лет обучения в ВУЗе поступил в магистратуру и поехал по программе обмена студентами в Штаты, как самый успевающий со всего курса – по иностранным языкам у меня была стабильная пятёрка, и я больше изучал культурные особенности народов мира, чем языки. А что ещё делать, если вместе со способностью к языкам у меня открылась феноменальная память? Не водку же пить, в самом деле! Вот я и посвятил свободное время собственному развитию, куда входили не только тяжело дающиеся мне точные науки, но и занятия спортом – рядом с институтом была секция новомодного айкидо, куда я стал ходить со второго курса. Я хотел на бокс, так как у меня с детства была тяжёлая рука, но с моим ростом, весом и длиной рук мне посоветовали не терять время.

В Стэнфорде мне понравилось – дружелюбные латиносы, на улицах и в магазинах везде испанская речь. Я мигом нашёл общих знакомых среди студенческой братии и даже поднял денег на организации приватных вечеринок с двумя колумбийцами, с которыми жил в кампусе. Там же и подружку себе нашёл. Камила из Бразилии. Страстная штучка, но поверхностная. Не в нашем культурном коде – после секса даже поговорить не о чем. Но я не теряю надежд встретить ту самую…

Тем временем в мире сгустились тучи. Собственно, недолго музыка играла – СВО, университеты отказываются от обмена студентами, и вот я уже пакую вещички для возвращения на Родину раньше срока. Моя бразилюха сделала вид, что сильно расстроилась, но как-то неубедительно, так что расстался без сильного сожаления. Вылетел из провонявшего марихуаной и превратившегося в зомбиленд Сан-Франциско в Москву через Гавану. Решил задержаться в кубинской столице на три дня – хотелось увидеть страну победившего социализма. Мои родители с такой теплотой вспоминали сытые спокойные годы брежневского застоя, что я был в предвкушении…

- Ещё одну Куба либрэ, порфавор, - я закончил ужин и заказал уже пятый коктейль, не желая покидать гостеприимный ресторанчик. Вообще-то обычно я пью два, максимум три раза за свободу Кубы, но завтра улетать, а Гавана оказалась таким душевным местом! Она произвела ошеломительное впечатление – оглушила постоянным шумом, чуть не сшибла с ног вонью свалок мусора на улицах, поразила контрастом трущоб, когда напротив строгого белого Капитолия увидел старинные здания в колониальном стиле с зияющими провалами окон и видимым через них синим небом.

Но местные бедные люди с дружелюбными улыбками и широко открытой душой… мне кажется, я начал понимать, что имели в виду мои родители. Меня даже не расстроил хитрован-велорикша, попытавшийся развести на двойной тариф по окончанию поездки – он худой, есть хочется, а марку поддерживать надо. Известно же, что таксисты – вселенское зло независимо от времени и государственного строя на дворе.

Попросил счёт, рассчитался, оставив щедрые чаевые. Улыбавшаяся мне весь вечер официантка в конце оставила свой номер телефона на клочке бумажки. Сунул в карман, чтобы не расстраивать. Звонить я не собирался – завтра улетать, а суетливые отношения на одну ночь меня не интересуют. Домой вернусь, там уже и займусь поиском постоянной девушки для серьёзных намерений. Вышел в опустившиеся на Гавану сумерки и двинул в сторону видневшегося купола Капитолия, около которого находится моя гостиница. В отеле меня убедили, что на улицах в центре безопасно, вот я и решил проветриться.

Иду в лёгком подпитии по неосвещённой улице, никого не трогаю, как слышу в подворотне крики. Худой длинновязый парень ругается с ярко одетой полноватой девицей – он требовал с неё деньги, она визгливо отвечала, что он сам Хуан и пусть идёт в дупу какого-то Педро. Скоро у парня закончился словарный запас и он приступил к решительным действиям: ударом по лицу свалил девицу на землю и стал убеждать её пинками по толстой заднице.

В глазах потемнело. Женщины, любые, даже толстые – они для любви и поцелуев, для скандалов и выноса мозга, для того, чтобы создавать уют в доме и доставлять присутствием массу неудобств своим жертвам-избранникам, но не для побоев. Львы и волки в горячке битвы с другими самцами никогда не нападут на самку – это прописано у них в генах для выживания всего вида. И чем же венец творения лучше волка, когда поднимает руку на женщину?

Без лишних разговоров в два шага оказался у парня, развернул его к себе и ударил в грудь. Его снесло – он упал и завозился в зловонной луже, пытаясь подняться. Подошёл, взял его за затрещавшую на груди рубашку и замахнулся, желая добавить. Пусть только даст повод сопротивлением – вырублю сразу, сучонка. На руке сзади повисли. Оглянулся – девица резво подскочила и вцепилась в меня, как клещ, вереща что-то про «что же это, граждане, делается?!? совсем уже страх потеряли приезжие, избивают честных людей!!!». Я немного растерялся от такого яростного напора жертвы и попытался оттолкнуть её от себя. Получилось не очень – от невнятного толчка девица пошатнулась и впилась мне в лицо хищным маникюром, целясь в глаза.

***

Да, уж. Двое дерутся, третий не лезь. Ещё чуть меня крайним не сделали. Хорошо, хоть, соседи подоспели и разняли, отпустили с миром. Красавчик, мля, ценитель Шекспира в подлиннике – взглянуть на себя нельзя без содрогания, - я шипел и матерился похмельным утром у зеркала, прижигая одеколоном расцарапанное лицо и разглядывая бланш под глазом. А вообще, синька – зло. Не были бы мозги затуманены алкогольными парами «Куба либры», глядишь, и разобрался бы сначала, а не полез руками махать – пострадавшая девица оказалась супругой избивавшего её парня. Да, в каждой избушке свои погремушки… ну и хрен с ними, скоро дома буду.

В четыре вечера был у стойки регистрации экономкласса в аэропорту. Уцелевшие глаза скрыты солнечными очками, царапины из-под них видны, но тут уж ничего не поделаешь. Пропустил перед собой мидовцев с двумя тележками упакованных в брезент коробками диппочты, зарегистрировался, прошёл в дьюти-фри, где затарился двумя литровыми флаконами семилетнего «Гавана клуба». Пусть будет. Взял ещё блок кубинских сигар подороже. Сам я не курю, а вот наш декан очень уважает. Проставлюсь сигарами и бутылкой «Гаваны», может ещё какой обмен студентами обломится. Пишут, с Китаем мы очень дружны стали, иномарки миллионами уже завозим, так что чем чёрт не шутит. А вообще, конечно, в мире неспокойно. Все как с ума сошли – разом вспомнили старые обиды и начали играть мускулами. Страшно подумать, что нас ждёт в будущем, если конфликты продолжат катиться по наклонной.

Объявили посадку, зашёл в самолёт, где красавицы-стюардессы авиакомпании «Россия» помогали пассажирам занимать свои места.

Вылетели на закате. Не успел налюбоваться на темнеющий горизонт, как предложили напитки.

- Куба либрэ, порфавор! – сказал на автомате улыбчивой стюардессе, вмиг ставшей строгой.

- А что, по-русски говорить не умеете? – наехала девица с чудесным именем Жанна на бейджике. Ну, никакого чувства юмора! Хотя, с таким-то именем да в стюардессы... точно никакого чувства юмора не хватит. Уверен, каждый второй старается с ней пошутить. Я окинул её с ног до головы. Худющая, высокая, блондинка… Я подкатывал к похожей однокурснице в инязе, но получил от ворот поворот.

- Девушка, а выходите за меня замуж! Давно мечтаю жениться на стюардессе! – сейчас я уже не тот смущающийся парень из сибирской глубинки. Пообтесался, научился с девушками общаться, мир увидел и вообще хочу стать предпринимателем, в отличие от сверстников, в большинстве своём мечтающих стать блогерами.

Она со скепсисом посмотрела на моё поцарапанное лицо и фингал: - Не интересует. Не в моём вкусе.

Всучила в руки стаканчик с водой и подвинула тележку к следующему ряду. Зато её коллега, двигавшаяся следом, наклонилась ко мне:

- А вы и вправду хотите взять замуж стюардессу? Не врёте? – она кокетливо поправила непослушный локон.

- Да чтоб мне провалиться на этом месте! – заверил я.

- Ну-ну, - хмыкнула она и, подарив многообещающую улыбку, покатила свою тележку дальше.

А ничё так, вполне... Не такая красивая и тёмненькая, в отличие от первой, но тоже очень даже. На международные линии у нас берут только худых, молодых и красивых, я только за.

Наконец, ужин закончился, у меня и соседей забрали пустые коробки из-под еды, в салоне погасили свет. Я устроился поудобнее в кресле и уснул – лететь в ночь, прилетаем на следующий день, надо поспать, чтобы легче перенести смену часовых поясов. А проблему с невестой буду решать по приземлению. Стюардесса это будет или нет, какая, в принципе, разница?

***

- Семёныч, а ты не боишься над Бермудским треугольником летать? – спросил второй пилот у командира воздушного судна. Командир был почти в два раза старше, и молодой любил потрындеть о всяком-разном. Как-никак лететь больше двенадцати часов, молчать всю дорогу – с ума можно сойти.

- А чего бояться? – откликнулся капитан. – Лёха, байки это всё про треугольник, поменьше смотри хрень-тэвэ.

- Ну, не скажи! – с энтузиазмом подпрыгнул в кресле Алексей. – Вот случай был, между прочим, зафиксированный официально. Амерский лётчик влетел над треугольником в какой-то облачный шестиугольник! Приборы отказали, компас крутит, всё, думает, хана. А вылетел из облака и, оказалось, прилетел в точку назначения раньше срока. Топливо сэкономил. А?

- Попутный ветер поймал и всё. А звиздеть журналистам – не мешки ворочать. Не верю я.

- Семёныч, а то, что целая эскадрилья пиндосов над Бермудами пропала в годы Второй мировой и даже не пикнула? А то, что корабли пропадают, которые потом находят за тысячи миль без единой души на борту?!? По телеку говорили, что во всём виноваты рептилоиды, которые хотят захватить Землю!

- Лёха, кончай языком молоть, - рассердился капитан. – Если что-то и есть, то нефиг об этом болтать! Тем более над треугольником. Маршрут утверждён в Росавиации, а там не дураки сидят. Была бы какая-то опасность, нарисовали бы другой маршрут.

- То понятно, но интересно же! – прикрутил свой энтузиазм второй пилот и отвернулся от командира к лобовому стеклу. – Ой, смотри, впереди шестиугольник светится…

- Вот звиздюк! Накаркал, - только успел сказать капитан, перед тем как самолёт влетел в неожиданно возникшее перед ними странное по форме облако, подсвеченное вспышками молний.

***

- Что за…!?! – я резко проснулся, когда желудок подскочил к горлу. Самолёт провалился в очередную воздушную яму, на полке ручной клади жалобно звякнуло стекло. Игнорируя предупреждающие сигналы пристегнуть ремни, встал с кресла, достал с верхней полки запечатанный пакет из дьюти-фри и прижал к себе. Только успел закрыть полку ручной клади, как самолёт провалился куда-то вниз. Пол ушёл из-под ног, и я со всей дури впечатался бестолковкой в потолок самолёта.

- Только бы не разбить бутылки, - была последняя мысль перед тем, как сознание покинуло моё тело.

Глава 2

Открыл глаза. Над головой белый потолок с подсветкой. Ничего не болит, чувствую себя хорошо. Привстал, огляделся. Лежу голый в какой-то хайтековского вида капсуле с откинутой в сторону прозрачной крышкой. Тепло. Вещей моих нигде не видно. Неужели, в какую-то клинику попал? Последнее, что я помню, как воткнулся в потолок салона пассажирского самолёта.

Щёлкнул замок, дверь открылась, и в кабинет вошла бронзовая от загара брюнетка лет тридцати. Ну, точно, я угадал – попал в клинику. Причём, не в простую, а какую-то элитную – женщина в белом халате была так ослепительно красива, что я непроизвольно прикрыл руками своё хозяйство, смутившись наготы. Такие врачихи могут работать только в непростых клиниках, где платят в килобаксах, зуб даю!

- Здравствуйте, Дэн, - сказала по-русски с акцентом, мазнув равнодушным взглядом по моему телу.

- Здравствуйте, эммм…

- Все ваши данные в норме, - она не стала называть своё имя, сосредоточившись на мониторе капсулы, - в нашей помощи вы больше не нуждаетесь.

- А где я? Что произошло?

- Все вопросы не ко мне, я с вами закончила, - она развернулась на выход.

- Стойте! А где моя одежда?

- Вам всё принесут, - вышла.

Наверно, к пиндосам в клинику попал из-за травмы. Наши-то врачи хоть слово в поддержку скажут, улыбнутся, а здесь как будто с роботом общался – тридцатилетние врачихи с голыми молодыми парнями так себя не ведут. Хоть капелька интереса, но должна была быть. Розовая стерва, точно говорю!

Стоп! Если из-за меня самолёт приземлился где-то в Штатах, то страшно представить, какой мне ценник могут выкатить за незапланированную посадку! Это же я был не пристёгнут, значит, сам виноват. Я напрягся и заново обвёл глазами помещение без окон. Чёрт, и дёргаться бесполезно, пока ситуация не прояснится.

Опять щёлкнул замок, и в дверь вошёл негр, одетый в зелёный анарак со штанами. Ну, точно, я в пиндосии – у нас отродясь чёрных медбратьев не бывало. Он шагнул ко мне и, улыбаясь во все тридцать два зуба, протянул тряпки, упакованные в прозрачную плёнку.

- Одежда, - сказал медбрат на английском.

- Спасибо, Майкл, - я увидел бейджик у него на груди, ответив также по-английски.

Разорвал пакет, достал из него тапки с серым нижним бельём и пижамой, стал одеваться. Дают – бери, бьют – беги. Моей одежды на горизонте не видно, придётся поносить казённое. Медбрат тактично отвернулся к двери.

- Скажи, друг, а где это мы? – я давно понял, что общение – ключ к успеху в социуме. Есть информация, выживешь. Будешь молчаливым букой, останешься на дне общества изгоем.

Майкл оглянулся, увидел что я уже одет и, развернувшись ко мне, стал размахивать руками:

- Ты в центральной клинике Торонто, чувак! Тебе повезло, вовремя доставили – с переломом шеи и закрытой черепно-мозговой травмой долго бы не протянул!

- Ээээ, - я в замешательстве потёр шею. Ничто не напоминало, что у меня были такие серьёзные проблемы. – А сколько я уже здесь?

- Ты? Долго. Уже целых десять дней. Но тобой занималась сама Патрисия, так что починили как надо!

- Десять дней?!? А до этого где? – я был точно уверен, что за декаду шея срастись не могла.

- Бро, у тебя что, амнезия? Надо будет сообщить Патрисии. Но она будет недовольна, если её отвлечь попусту.

- Стоп, Майки, не надо пока никому сообщать. А Патрисия – это кто?

- Ну ты даёшь! Она же от тебя только что вышла!

- Аааа, та стерва…

- Точно подмечено, бро, - хохотнул медбрат. – Но она гражданка третьего класса, ей положено быть такой. Тем более, ей уже семьдесят лет.

- В смысле, третьего? Как, семьдесят?!? – у меня стало закрадываться впечатление, что чёрный медбрат немного не в себе.

- Бро, не тормози. Она – третьего, я – восьмого, скоро седьмой должны присвоить, если нигде не накосячу. А с возрастом что не так? – искренне удивился Майкл.

- Так она выглядит лет на тридцать!

- А как она должна выглядеть? Она же главврач, ей положено. Было бы странно, если бы она выглядела плохо, если есть деньги.

- Ну, так-то резонно, но у нас и за деньги в семьдесят лет на тридцатник никто не выглядит, - проворчал я.

- Бро, ты из какой колонии прилетел?

- Из какой колонии, чего ты мелешь? – разозлился я. Кажется, меня разыгрывают. А завтра на весь мир покажут в шоу со скрытой камерой, стану звездой ютюба.

- Да откуда я могу знать? Я вот с Марса прилетел на вахту.

- Марсианин, значит. А что, похож… - я решил подыграть чёрному медбрату с протёкшей крышей. У нас в стране сумасшедших не изолировали, если они не буйные. Видимо, в Канаде тоже.

- Конечно, похож. У нас половина колонистов афро-марсиане… Заболтался я с тобой, пойдём, провожу тебя к Стиву.

- Тоже из ваших, из марсиан? – хмыкнул я.

- Неее, он местный, гражданин четвёртого класса.

- А, ну раз четвёртого, тогда понятно, - кивнул, пытаясь не спровоцировать сумасшедшего на неожиданную агрессию.

Мы вышли из кабинета и по пустынным коридорам без окон дотопали до двери с табличкой «Стив Буш, глава службы безопасности». Медбрат постучал и распахнул передо мной дверь. Я вошёл, и Майкл закрыл за мной дверь с той стороны.

- Проходьи, садьись, - сказал с ужасным русским акцентом полноватый мужчина, сидящий за столом. Невысокий, загорелый, короткая стрижка и цепкие глаза, лет под пятьдесят – он выглядел, как обычный безопасник из бывших военных.

- Лучше говорить по-английски, - поморщился я от его акцента, присаживаясь напротив.

- Отлично, - улыбнулся он, сверкнув белоснежными зубами. Взял со стола мой бордовый загранпаспорт с орлом и стал листать. – Русских Даниил Андреевич, двухтысячного года рождения. Так? Расскажите о себе.

- Всё верно, - кивнул я. – Родился в Сибири, поступил в Москве в институт иностранных языков. Не женат, детей, насколько я знаю, нет. Характер нордический, не был, не состоял, не привлекался.

- То, что не женат, это хорошо… - протянул он. – Что ж, не буду тянуть кота за хвост. Дэн, ты в заднице.

- Ээээ, а почему? – подзавис я. – Это всё из-за самолёта, которому экстренно пришлось сесть в Канаде?

- Это всё из-за сломавшегося маяка предтеч, сработавшего на дне Бермудского треугольника, когда ваш самолёт пролетал над ним. Маяк уже давно ликвидирован, но иногда к нам закидывает из прошлого таких вот потеряшек, как вы.

- Куда это, к вам?

- Ты в будущем, парень. Тебя с травмой положили в нашу клинику, а остальных уже депортировали на Челябинск-3.

- Депортировали? – удивился. – А почему не в Москву?

- Ха! Скажешь тоже, в Москву! В Москве живут граждане Земли, как и в Торонто. А вы, по нашим законам, нелегальные мигранты.

- В смысле, мы не граждане Земли?!? Я гражданин России, которая находится на Земле!

- Дэн, давным-давно нет такой страны. Есть либо граждане Земли с соответствующими документами, либо нелегальные мигранты, мечтающие попасть на Землю. Хотя, некоторым нравится на других планетах.

- Понятно… А почему всех отправили на Челябинск, а не куда-то ещё?

- Так это ближайшая колония с русскоговорящей общиной за пределами Солнечной системы, где требуются люди, - пожал плечами Стив. – Индустриальная планета земного типа. Там, правда, атмосфера не очень, но выбирать сильно не из чего. На Челябинске-3 хоть дают подъёмные новым колонистам.

- А что теперь со мной будет? – задал закономерный вопрос. У меня не укладывалась в голове полученная информация, и я попробовал разузнать побольше, чтобы потом уже делать какие-то выводы. – Да, и какой сейчас год?

- Две тысячи четыреста двадцать четвёртый по старому летоисчислению, или пять тысяч тридцать седьмой год с начала образования Звёздной Федерации. Дэн, а что с тобой будет, сейчас мы и будем решать.

- Постойте! А что за граждане третьего, четвёртого и восьмого класса?

- Это тебе Майки рассказал? – хмыкнул безопасник. – Надо будет вынести ему предупреждение и отодвинуть получение следующего класса, чтобы не болтал, - он потыкал в планшет. – С гражданами всё просто. Всего десять классов. Первый класс гражданской полезности – самый высший, десятый – низший.

- А почему мы, люди, прилетевшие на самолёте, не являемся гражданами Земли?

- На гражданство этой планеты могут претендовать граждане Звёздной Федерации, начиная с четвёртого класса.

- Как вы?

- Как я. Но, помимо класса, надо иметь нужную сумму денег, чтобы жить на Земле. Я тебе скажу, на экологически чистых планетах, вроде Земли, жизнь совсем недешёвая.

- А как же Майкл, у него ведь восьмой класс?!? – я принял пока всё, как данность. Если это и розыгрыш, то уж очень продуманный.

- Так он и не живёт на Земле, прилетает на двухнедельную вахту с Марса. На низкооплачиваемые и непопулярные работы среди граждан Земли мы привлекаем гастарбайтеров из ближайших колоний, - пожал плечами безопасник.

- А почему пассажиров с нашего самолёта на тот же Марс не отправили?

- Почему, почему, - добродушно проворчал Стив – времени у него было вагон, делать было сильно нечего и он с удовольствием общался с путешественником во времени, - потому что в Солнечной системе могут оставаться граждане от восьмого класса, а вам присвоен девятый, как ненадёжным.

- Чего это, ненадёжным?

- Так нелегальная миграция, ты не забыл? Десятый вам пока присваивать не за что – этот класс присваивают преступникам перед отправкой на каторгу другие планеты осваивать. С экстремальными условиями. Впрочем, экстремальность подбирается в зависимости от тяжести совершённого преступления, да… Но к тебе это пока не относится. Так что я хочу поговорить о твоей судьбе. Твоё лечение оплатил муниципалитет под гарантии правительства Земли, которое обошлось в полмиллиона кредитов.

- Это что, десять дней в вашей клинике стоит целых пятьсот тысяч?!? – я был неприятно удивлён стоимостью лечения. Пока не знаю, дофига это или нет, но названная сумма в полмиллиона каких-то кредитов внушала.

- Это ещё недорого и небыстро, - хохотнул отчего-то развеселившийся безопасник. Можно было и за двое суток тебя на ноги поставить, но это было бы в десять раз дороже, на такой перерасход муниципалитет Торонто не пошёл бы, да. В общем, парень, ты теперь должен городу круглую сумму, которую надо отработать.

- А если я не захочу? – набычился я. Не люблю, когда меня пытаются сделать должником против моей воли.

- Рудникам на каторге всегда нужны рабочие руки, - равнодушно пожал плечами безопасник.

- А если я продам что-нибудь? Почку там или ещё что…

- Дэн, твоя почка никому и даром не нужна, всё восстанавливается в медкапсулах за считанные дни со стопроцентной приживаемостью. Нет, конечно на планетах третьего мира есть чёрные трансплантологи, но они обычно забирают органы бесплатно, то есть даром. Всё, что у тебя есть интересного – это две бутылки коллекционного рома по тысяче кредов за бутылку и обычные гаванские сигары. Я тебе по знакомству могу помочь и забрать всё вместе за три тысячи. Решай, цена хорошая, а деньги тебе в любом случае понадобятся.

- Я подумаю, - уклонился я от ответа. Соглашаться на первое встреченное предложение, пока не изучил рынок, это каким наивным идиотом надо быть? Идиотом я не был и заключать сомнительную сделку не спешил.

- Как хочешь, - скрывая разочарование, ответил Стив. – Собственно, предложение правительства, от которого ты не сможешь отказаться – служба в космическом флоте на рубежах Звёздной Федерации, куда Земля вступила полноправным членом. Три года, и все твои долги погашены, тебе присвоится восьмой класс гражданской полезности, сможешь поселиться в любой колонии Солнечной системы.

- И потом прилетать сюда на вахту, чтобы выносить за больными утки с дерьмом? – я не удержался от сарказма.

- Утки давно у нас никто не выносит, все медкапсулы полного цикла, но неквалифицированной работы тоже хватает. Да и не факт, что ты ещё сможешь получить на Земле работу. Знаешь, сколько соискателей мечтают подышать свежим воздухом родной планеты?

- Сколько?

- Много. Конкурс – десять человек на одно место.

- Но служба в армии? Я вообще-то студент института иностранных языков, у меня отсрочка.

- Была. Четыреста лет тому назад. Сейчас твои знания никому не нужны, все говорят на интерлингве – это ещё одна причина, почему почти все твои спутники выбрали Челябинск-3. Несколько человек, правда, выбрало испаноговорящую Гавану, но условия там похуже, чем на Челябинске.

- Я могу подумать?

- Конечно. Уже вечер, завтра утром ты должен выбрать между флотом и рудниками. Майки тебя проводит в твою палату.

- Стив, мне бы доступ к телевизору или к интернету, чтобы узнать новости и сделать правильный выбор…

- Таких раритетов у нас нет. Есть галавидение и галанет. Принцип тот же, разберёшься. Да, пациентом нашей клиники мы предоставляем такой доступ совершенно бесплатно. То есть, это входит в оплаченный правительством пакет твоего лечения. Единственное, ты не сможешь никому отправлять сообщения. Номер гражданина у тебя уже есть, но на твоём счету ноль, а отправлять сообщения могут только абоненты сети с ненулевым балансом.

- Ясно…

- Хотя, если продашь ром и сигары, я закину тебе денег на счёт, сможешь писать письма, кому захочешь, - Стив опять закинул удочку.

- Да не, может позже, мне пока и писать-то некому, - я опять съехал с неудобной темы.

***

Всю ночь я провел в галанете, решив, что от него будет больше пользы, чем от зомбоящика. На галавидении сплошным потоком идут развлекательные ток-шоу с незнакомыми лицами, поэтому сначала надо разобраться, что это за лица, и что вообще в мире делается. Благо, услышав интерлингву, у меня привычно щёлкнуло в голове, и я стал понимать не только разговорный, но и письменный язык – бегущая строка с буквами, похожими на латинский алфавит, поделилась прогнозом погоды. Зашёл в сеть под присвоенным мне гражданским номером, автоматически определившимся терминалом по биометрии. Мой баланс в галанете нулевой, как и предсказывал безопасник. Ну, лиха беда начало. Начну с новостей.

В новостной ленте пестрит от рекламы вышедшей пятнадцатой версии нейросети, обсуждения экологической проблемы космического мусора в околоземном пространстве и скандалов с предвыборными обещаниями партий, пытающихся занять побольше мест в парламенте нового созыва. Мне вся эта политическая шумиха была непонятна, да и просто скучна, поэтому я стал читать историю Земли.

Оказывается, наш самолёт вовремя провалился – случился глобальный военный кризис, переросший в Третью мировую. Больше всех досталось потерявшей берега Европе, из которой ВКС России превентивным ударом сделали безжизненную пустыню. Китаю тоже прилетело, но от американцев. Китайцы в ответ начали бомбить ракетами Штаты и устраивать ядерными торпедами цунами на Западном и Восточном побережье. Апофеозом кризиса стал выстрел китайской субмарины торпедой с ядерной боеголовкой по маленькому острову Сан-Мигель-де-ла-Пальма, относящегося к Канарскому архипелагу. Учёные давно предупреждали, что отколовшийся западный склон вулкана Кумбре-Вьеха висит на волоске, и что ему достаточно очередного извержения, чтобы он съехал в океан. Так и случилось: от землетрясения, вызванного торпедой, скала объемом пятьсот кубических километров плюхнулась в Атлантику, породив цунами двухсотметровой высоты. Восточное побережье Америки смыло, как и острова Карибского бассейна. В Азии Индия с Пакистаном обменялись ядерными ударами, Японии досталось от Северной Кореи, а корейцы напоследок выхватили от американцев.

В итоге, в глобальном конфликте погибла большая часть человечества. Оставшиеся в живых люди схватились за голову и организовали общепланетарное правительство, чтобы ничего подобного не повторилось вновь. Тем более, состоялся так давно ожидаемый контакт с внеземной цивилизацией. Прилетевшие инопланетяне оказались такими же людьми, как и мы, что подтвердило существовавшую гипотезу о внеземном происхождении разумной жизни на Земле. Или когда-то была попытка колонизации нашей планеты, или здесь потерпел крушение межзвёздный корабль, история умалчивает. Но факт остаётся фактом – мы оказались родственниками прилетевших инопланетян.

Родственники широким жестом пригласили жителей Земли в Звёздную Федерацию, куда входило две тысячи планетарных систем нашей галактики. Земляне ринулись покорять Млечный путь, освоив на сегодня более сотни близлежащих систем. Сейчас ничейные системы потихоньку приватизируются объединённым человечеством при помощи новых колоний, куда отправляют самых беспокойных – преступников, искателей приключений и прочих романтиков-авантюристов. Бывает, колонии гибнут из-за природных катаклизмов, агрессивной фауны или атак вражеских кораблей.

Да, Федерация воюет. С одной стороны с пиратами всевозможных рас, корабли которых нападают на наши колонии и мирные суда на удалённых трассах, с другой стороны с арахнидами, прилетевшими из другого рукава галактики, и называемыми в новостях угрозой всему живому во Вселенной. К счастью, у человеческого содружества есть союзники в борьбе с захватывающими систему за системой пауками: рептилоиды Иссиды, пёсьеголовые кинокефалы Шаахсы, гуманоидные малорослики-торгаши Чатлане и многие другие расы, являющиеся соседями по коммунальной квартире. Как-то я раньше не задумывался, глядя в ночное небо, насколько велика галактика Млечный путь. Оказывается, в ней триста миллиардов (!) звёзд с триллионами планет. А ещё ведь есть и галактики-карлики, вращающиеся около нашей мега-галактики, которые медленно но верно притягиваются огромным скоплением чёрных дыр, находящимся в центре Млечного пути.

Так что на фоне миллиардов звёзд пара тысяч систем, освоенных человеческим содружеством, выглядят довольно бледно. Но человеческая раса, считающаяся молодой, не сдаётся. По бодрым новостям с окраин, мы даём прикурить и пиратам, и паукам, потому как у нас самые храбрые воины и самое мощное оружие, но почему-то Федерация постепенно оставляет систему за системой перед натиском арахнидов. Хотя, пару раз люди отбились, но это, скорее, исключение. Человечеству остро требуется всё больше и больше ресурсов, поэтому был взят курс на экспансию: федералы потоком отправляют очередные партии поисковиков, колонистов и каторжан в ничейные звёздные системы, которых хватает в ближнем и дальнем космосе.

Для выдавливания излишков населения с планет в космос давным-давно была придумана система разделения людей на классы полезности для общества, которую земляне приняли, как одно из условий вхождения в Федерацию. На Земле осталось около миллиарда человек, другие, кому не повезло, полетели осваивать звёздные просторы. Хотя, надо отдать должное пропаганде, образ колониста был полон романтики. «Будь пионером, осваивай фронтир!» «Колонист – это звучит гордо!» «Повысь свой класс полезности, стань колонистом!» - пестрели рекламные объявления с брутальным бородатым мужиком в скафандре, к которому на фоне белоснежного пляжа и лазурного моря прильнули загорелые красавицы в бикини.

М-да. С внешним окружением всё понятно, а что с ценами и зарплатами? В крупных городах Земли, бывших ранее столицами, стоимость обычной двушки от миллиона до двух кредов. Кстати, получить земное гражданство светит только собственникам недвижимости с классом полезности от одного до четырёх, как и говорил Стив. Рынка аренды как такового нет – есть только гостиницы и доходные дома для гастарбайтеров и прочих неместных. Цены на проживание, по сравнению со стоимостью квартир, вполне подъёмные: от одной до трёх тысяч в месяц в зависимости от размера и локации. Так в Торонто, ставшим крупнейшим городом Северной Америки, аренда тридцати квадратов обойдётся в две тысячи кредов, а в Москве уже в две с половиной. В Улан-Баторе, куда рванули уцелевшие китайцы с корейцами, тысяча кредов, а самая дорогая аренда – в Сиднее. Австралия меньше всех пострадала в Третьей мировой, да и удалённость от других центров цивилизации в прошлом делала её не самым дешёвым местом для проживания, так что дороговизна всего и вся осталась. С зарплатами тоже стало более-менее понятно, когда я через поисковик нашёл работный ресурс. Самые маленькие зарплаты у приезжающих на заработки с седьмым и восьмым классом полезности – три-четыре тысячи кредов. От пяти до восьми тысяч предлагают гражданам пятого-шестого класса. Всё, что выше – по договорённости. Полагаю, что граждане четвёртого класса получают от десятки, иначе откуда у начальника местного СБ завалялись свободные деньги на товары не первой необходимости?

Кстати, интересно, а сколько на самом деле стоит ром и сигары? По всплывшей ссылке прошёл на аукцион, набрал «Гавана клуб». Хм, а бутылка пятилетнего рома с таким названием последний раз ушла два года назад за рекордные десять тысяч кредов, и больше таких лотов нет! А почему? Полез изучать вопрос и обнаружил, что вместе с Флоридой, Бостоном и Нью-Йорком мега-цунами смыло Гавану, превратив Кубу в безлюдную заражённую радиацией территорию. Теперь понятно, почему такая цена – коллекционный раритет. А что с сигарами? Такие, как я купил, уходили поштучно за две-три тысячи, а у меня их двадцать штук! И, конечно же, последнее предложение было тоже два года назад. Видать, какой-то путешественник во времени продал, как и я пропавший в Бермудском треугольнике с пакетом из дьюти-фри.

Ну-ка, интересно, а чем ещё можно торгануть из раритетов? Так, наличные деньги прошлых веков никому не интересны, как и устаревший смартфон с огрызком. В цене золото, драгоценные камни, недвижимость в хорошей локации и… крипта. Национальные валюты после войны в международных расчётах не котировались, и весь мир перешёл на крипту. Так началось триумфальное шествие биткойна, альфакоина, гаммакоина и прочих дельтакоинов, нашедших равновесную цену в кредитах, использующихся в межзвёздных расчётах Федерации. Биток с другими монетами остался в кошельках толстосумов Земли и по-прежнему используется в местных расчётах наравне с общегалактической валютой, а курс его сегодня, на минуточку, больше пятисот тысяч кредов за один биткоин!

У меня резко вспотели руки от волнения. Я же говорил, что немного подзаработал на организации частных вечеринок в Стэнфорде? Кэш домой везти было чревато: лимит недекларируемого ввоза валюты – десятка тысяч долларов, вот я и купил один биткоин перед отлётом, чтобы не рисковать.

Зашёл на нужный сайт, оставивший себе после перехода в галанет старый дизайн, ввёл по памяти пароль для доступа в свой кошелёк, и вуаля – перед глазами мой единственный биткоин-долгожитель, переживший всемирную войну, потоп и несколько веков. Вижу кнопки Купить, Подарить и Продать. Ну, покупать крипту не на что, дарить некому, а вот продать – хорошая идея. Если меня завтра забреют во флот и вышлют с планеты, то когда ещё будет возможность зайти на местную крипто-биржу? Может, у них здесь ограниченный доступ извне для защиты от хакеров? И буду искать какой-нибудь хитрый межзвёздный VPN, чтобы продать свой единственный биток. Помню, земные соединения через VPN были слабо защищены, не хотелось бы потерять деньги из-за глупости.

Решительно жму кнопку Продать, и мой кошелёк через долгие три минуты пополняется на 545387 кредов. Да я чёртов богач! Сайт спрашивает, куда вывести деньги. Ищу в поисковике крупнейшие банки Федерации. Самый крупный – «Денеб-банк». Запрашиваю информацию о Денебе. Звезда-сверхгигант в созвездии Лебедя, вокруг которой вращается столичная планета Звёздной Федерации. Открыть счёт можно только гражданам первого класса. Дискриминация, однако! Если банк самый крупный, теперь понятно, в чьих руках сосредоточены основные богатства галактики!

Следующий банк – «Креди-Альтаир». Второй по величине банк, обслуживающий с первого по третий класс граждан. Не мой вариант, как и следующие семь банков. Только замыкающий десятку крупнейших банков «Популяр» подходит мне, так как обслуживает граждан по девятый класс включительно. Интересно. И филиалов полно, и оптимистичный рейтинг А+ для инвесторов, и есть разные фишечки типа премиального обслуживания и персонального менеджера для крупных вкладчиков. Захожу, авторизуюсь, пытаюсь открыть накопительный счёт. Получилось с первого раза. Ввожу банк и номер счёта в своём кошельке крипто-биржи. Бинго! Через секунду мой счёт в «Популяре» пополняется на полмиллиона с лишним кредов! Фууух, можно выдохнуть.

Возвращаюсь к поисковику, запрашиваю онлайн-карту Земли. Вижу изменившуюся береговую линию континентов, некоторые города исчезли – невооружённым глазом видно, что людей стало меньше. Приближаю карту Сибири… На месте моей родной деревни в верховьях Лены – зелёное море тайги, а весь Байкал с огромной прилегающей территорией на многие тысячи квадратных километров объявлен заповедником.

Неожиданно меня накрывает. Осознание того, что я остался совсем один в этом мире, наконец обрушилось на меня и погребло под собой, вызвав почти физическую боль. Я закрыл глаза, из которых тотчас хлынули слёзы. Тело стало раскачиваться, из груди вырвался стон – мне стало невыносимо жаль себя и моих близких, оставшихся в далёком прошлом и уже давно умерших. Как, как это могло произойти со мной?!? Подспудно я не верил всему, что мне говорил Майкл и Стив, внутри себя надеясь на глупый розыгрыш. Но все увиденное в галанете было слишком… продуманным и логичным своей беспощадной правдой. Всё было очень натуральным. И теперь моих родителей и сестры нет, как нет и того мира, который я знал…

Глава 3

Не знаю, сколько я пролежал на кровати, жалея себя и оплакивая своё прошлое, пока не провалился в сон. Мне приснились поседевшие родители и взрослая сестра, вышедшая замуж и родившая троих пацанов. Отец с матерью сидели у дома на лавочке и смотрели в вечернее небо, не обращая внимания на бегающих рядом внуков.

- Даня, у нас всё хорошо. Никто не болеет, мелкие вон подрастают. Где бы ты ни был, мы верим, ты не пропадёшь. Помни, что ты сын своих родителей, и поступай по совести. Не делай ничего такого, за что нам пришлось бы краснеть, - сказал батя, а мать согласно кивнула. И меня отпустило – во сне мою мятущуюся душу омыло родительской любовью, как будто солнышко согрело.

Из такого приятного сна меня вырвал входящий на стеновую панель видеовызов из галанета. Хм, банк «Популяр» звонит. Я молча активировал соединение и уставился на симпатичную девицу в деловом костюме, появившуюся на экране.

- Уважаемый Дэн Рус, здравствуйте! – расцвела она, как будто увидела перед собой любимого родственника.

- Эмм, здравствуйте… - я улыбнулся в ответ, всё ещё пребывая под хорошим впечатлениям от сна. Это подбодрило девушку, и она затараторила на интерлингве со скоростью зенитного пулемёта:

- Я – Люси, ваш персональный менеджер. Мы очень рады, что вы выбрали наш банк, со своей стороны мы приложим все силы, чтобы оправдать ваши самые высокие требования! В связи с чем разрешите вам задать несколько вопросов.

- Задавайте. Стоп, а почему вы меня зовёте Дэном Русом?

- Так это ваше имя, указанное в гражданском АйДи. А что? – напряглась она. Ещё бы, клиент внёс крупную сумму и не помнит, как его зовут.

- Дело в том, что меня зовут Данила. Полностью Даниил Русских без всяких сокращений.

- Давайте посмотрим... Так, АйДи выдан неделю назад миграционной службой муниципалитета Торонто планеты Земля, место рождения – Земля, возраст… Четыреста двадцать четыре года?!? – воскликнула девушка, выпучив глаза. – Я впервые вижу такой возраст у человека девятого класса, - ошарашенно сказала она. И тут же, поняв свою оплошность, пискнула: - Ой, извините! Я не имела цели оскорбить вас! Для нас важны клиенты любого класса, я прошу прощения за мою бестактность!

У молодой девушки, которой явно не доставало опыта, был такой покаянный вид, да и уязвить меня она не ставила цели, что я отмахнулся: - Забудьте. Лучше поясните за возраст. Что там про четыреста лет, и как это пересекается с классами?

- Обычно до четырёхсот лет доживают граждане первого класса, но никто из них не выглядит так молодо, как вы! – объяснила помощница.

- Хм, а до скольки в среднем живут люди?

- Очень по-разному. Граждане десятого класса полезности – не более пятидесяти лет, первого класса – до пятисот. Максимальный возраст был зафиксирован у женщины, жительницы Примы – четыреста девяносто восемь лет. Продолжительность жизни других классов распределяется между этими крайними значениями. Собственно, именно это меня и смутило – вы девятого класса, вам более четырёхсот лет, и вы очень молодо выглядите!

Я уже был в курсе, что на Приме, столичной планете Федерации, можно было жить только гражданам первого класса – прочитал в местном аналоге википедии, когда интересовался вопросом, кому можно находиться на Земле.

- Люси, я на самом деле родился более четырёх веков назад и сегодня впервые узнал, какой сейчас год, - я решил до конца объясниться, чтобы снять у банковского клерка все подозрения. - Дело в том, что я попал на Землю против своей воли и в бессознательном состоянии. Как это произошло, я не знаю, но сегодня меня достали из медицинской капсулы какой-то клиники и озвучили мой долг перед муниципалитетом в полмиллиона кредов. Или плати, или уже завтра иди служить во флот на три года. Ну, или на рудники, если я откажусь от оплаты и службы по контракту.

- Вас, наверно, похитили пираты? – девушка опять распахнула глаза в удивлении. – Тогда это всё объясняет! Вы давным-давно были захвачены в плен, пираты поместили ваше тело в криокапсулу, но с ними случилась авария, все погибли и только вы в анабиозе остались в живых! Затем вас нашли, поместили в клинику и привели в сознание под надзором врачей!

- Ээээ, - подвис я, ошарашенный полётом фантазии персональной помощницы. Звучало полным бредом, но это такая же рабочая версия, как и у Стива. А что? Сам не видел, что там было на самом деле, хрен знает. Может, в самом деле меня пираты похитили. – Люси, где-то близко, но вы сами понимаете, многих подробностей я не знаю, потому как был в этом, как его… анабиозе.

- Тогда вам нечего бояться завтрашнего дня. Согласно статьи 1034 прим. 13 процессуального кодекса Звездной Федерации вы должны быть признаны потерпевшим от нападения пиратов, что автоматически приостанавливает любые юридические действия местных властей в отношении вас. Пиратство – это федеральное преступление, которое расследуется исключительно дознавателями из метрополии. Любые действия, направленные на затруднение ведения следствия, караются понижением гражданского класса полезности до десятого уровня с обязательной отработкой вины на каторжных работах. В вашем случае, пока с вами не встретится дознаватель, вы не можете идти служить во флот и покидать пределы муниципалитета, - как по писаному отчеканила Люси. – Дэн Рус, вы готовы подать официальную жалобу на бездействие властей по расследованию вашего случая?

- Готов, чего уж. Только если вдруг выяснится, что это была ложная тревога? Меня не сошлют на каторгу?

- Не переживайте, это всего лишь отсрочка от действий местных властей в отношении вас. Если кому и надо волноваться, так это лицам, препятствующим дознавателям… Я отправила жалобу от вашего имени в Следственный Комитет.

- Спасибо.

- Чем-то я вам могу ещё помочь?

- Скажите, раз уж вы так легко ориентируетесь в законах, у меня могут силой изъять личные вещи вроде алкоголя или изделий, содержащих никотин?

- Алкоголь и никотин для личного потребления являются лёгкими наркотиками и подлежат изъятию только в качестве вещдоков в рамках процессуального законодательства. Во всех остальных случаях это не является контрабандой, не признаётся контрафактом и не подлежит изъятию.

- Отлично! – она меня немного успокоила.

- В дальнейшем вы можете положиться на мою юридическую помощь в любое время дня и ночи. Просто позвоните в банк с коммуникатора или свяжитесь со мной через нейросеть или галанет.

- Обязательно, - обрадовался я – пока не освоюсь в этом мире, помощь Люси очень важна. – Только у меня пока нет средств связи, как и нет нейросети. Что мне делать, если я не смогу получить доступа к галанету, а мне начнут выкручивать руки и забривать в солдаты?

Девушка подумала несколько секунд и выдала: - по вашему джэпи я вижу, вы находитесь в клинике «Онтарио» в Торонто. Я пришлю к открытию клиники адвоката, который будет защищать ваши интересы.

- И сколько я буду должен? – осторожно спросил помощницу. Насколько я помню, в Америке адвокаты одни из самых дорогих в мире. Вряд ли что-то поменялось. А им только дай зацепиться, разденут вмиг. Все эти апелляции, кассации, бесконечные заседания – всё заточено, как можно дольше вести дело и доить перспективного клиента.

- О, нисколько. Это входит в вашу страховку премиального клиента, как и оказание скорой медицинской помощи.

- Класс! – восхитился сервисом. Это я удачно зашёл – банк в лице помощницы оказался незаменим в моей ситуации.

Сеанс связи прервался, время три часа ночи, а сна уже ни в одном глазу. Остаток времени до утра я посветил сёрфингу в сети, чтобы побольше собрать информации о ситуации в мире и на Земле в частности.

***

В девять утра улыбчивый Майкл принёс мне завтрак и в полдесятого проводил к начальнику СБ.

- Ну-с, молодой человек, что решил? – у Стива сегодня утром было прекрасное настроение в предвкушении сделки века, ведь он придумал, как в любом случае остаться с подарками из Гаваны.

- Пока ничего. Решил задержаться на Земле, - я развалился на неудобном стуле, отзеркалив позу безопасника, улыбка которого превратилась в оскал.

- Это не тебе решать. Сейчас придут рекрутёры и, если ты откажешься, сдадут тебя полиции. Поэтому, паря, не усугубляй.

- Да-да, пусть приходят, - я беззаботно отмахнулся.

- Что ж, ты сам выбрал свою судьбу. А по алкоголю и сигарам что выберешь: конфискацию или креды?

- Предпочту остаться при своих, - я зевнул – после завтрака меня разморило, ведь я спал всего ничего..

На столе Стива завибрировал коммуникатор.

- О! А вот и флотские за тобой пожаловали! – злорадно заявил он и активировал громкую связь.

- Шеф, здесь на входе к вам хочет попасть мистер Браун. Он говорит, что он адвокат, и защищает интересы какого-то Дэна Руса.

СБ-шник в раздражении потыкал в коммуникатор и поднёс его к уху: - Пусть проваливает! Я не принимаю!

- Но он грозится вызвать полицию, говорит, что мы незаконно удерживаем его клиента! Перечислил кучу статей, в том числе похищение людей и работорговлю! Что делать шеф? – до меня донёсся возбуждённый голос охранника. Стив по ошибке не отключил громкую связь и сейчас, судорожно тыкая в экран, пытался её отключить. Наконец, он победил гаджет.

- Проводи, - хмуро бросил он и вперил в меня тяжёлый взгляд. – Твои проделки?

Я пожал плечами и ничего не ответил.

- Но как ты смог? У тебя же не было прав отправлять сообщения!

- Магия…

- Какая, к чёрту, магия? Её не существует! – взорвался он – выгодное дельце вдруг обернулось возможными проблемами с Законом.

- Стив, ты мне лучше скажи, откуда взялся Дэн Рус, когда я Даниил Русских?!?

- Лень было лишний раз на буковки нажимать! – ухмыльнулся он. – Потом ещё спасибо скажешь за упрощение.

- Это вряд ли…

В дверь постучали, и в кабинет вошёл плечистый парень в чёрной форме охранника, за которым семенил невысокий человечек с портфелем. Был он примечателен тем, что выглядел несколько нелепо – светлый твидовый пиджак с кожаными заплатками на локтях, под ним сорочка с розовой бабочкой, на голове пух из редких волос и очки на носу. Я думал, все уже победили проблемы со зрением. Хотя, если у него нет денег… Ой, ёёёё… Это что за бедный законник взялся меня защищать?!? Неужели Люська не смогла найти кого получше?

- Мистер Браун, адвокат, - представился он и махнул рукой, как будто подвесил в воздухе документ.

Стив пробежался по невидимому документу глазами и смахнул его в сторону.

- Свободен! – рыкнул на охранника, и теперь уже тяжёлый взгляд сверлил моего адвоката. – Чем обязан?

- Мой клиент, Дэн Рус, утверждает, что незаконно удерживается в стенах вашей клиники. Скажите, есть ли какие показания для его дальнейшего пребывания в этом лечебном заведении? – адвоката нисколько не смутило недовольное выражение лица СБ-шника.

- Таких показаний нет, он здоров. Но я не могу его отпустить – у него девятый класс. Скоро прибудут рекрутёры из флота, он сможет покинуть клинику только с ними. Или с полицией за неисполнение финансовых обязательств, - нехотя пояснил Стив.

- О, вы ошибаетесь! Я уже подал апелляцию на присвоение столь низкого класса моему клиенту. Согласно статьи 1034 прим. 13 процессуального кодекса Звездной Федерации он должен быть признан потерпевшим, а не нелегальным мигрантом, что даёт ему возможность получить шестой класс гражданской полезности. Думаю, к обеду муниципальный суд уже рассмотрит его дело.

- Вот как рассмотрит, так и будем говорить, - набычился безопасник.

- Что ж, у меня полно времени, - жизнерадостно заявил адвокат, придвинул к столу стоящий у стены стул и без спроса уселся, устраиваясь поудобнее.

На столе опять завибрировал коммуникатор. Стив молча активировал и выслушал собеседника.

- Проводи, - скомандовал он и, не скрывая злорадства, заявил: - А вот и кавалерия! Флотские вместе с полицией! Сами будете с ними объясняться!

- Полицию это я вызвал, - скромно заметил безмятежно улыбающийся адвокат, и Сб-шник напрягся, а я невольно проникся к мистеру Брауну уважением. Надеюсь, моё первое впечатление о нём было обманчивым.

Открылась дверь, в кабинет зашёл офицер в сопровождении одного вооружённого бойца и двое полицейских в форме, на их фоне в коридоре маячил давешний охранник.

- Дэн Рус? Подполковник Андерсен. Вы должны пройти с нами на медкомиссию, - взял быка за рога офицер.

- Это никак невозможно! Мой клиент не желает идти на службу! – вклинился мой защитник.

- А вы кто?

- Мистер Браун, его адвокат, - он опять подвесил невидимый документ перед флотскими.

- Ничего не знаю, у меня повестка на его имя, - смахнул документ офицер. - Впрочем, давайте спросим его самого. Сынок, желаешь отдать долг службой во флоте? Станешь пилотом. Красивая форма, завистливые взгляды парней и вздохи женщин на гражданке, приключения в дальнем космосе…

- Нет. Не желаю. У меня здесь дела. Скоро федеральный дознаватель по мою душу должен явиться, и вообще…

- Смотри, следующее предложение будет уже не таким интересным. Я бы на твоём месте принял предложение сейчас, иначе… - начал угрожать он.

- Мистер Андерсен, ответ отрицательный, - я скрестил руки на груди. – Свободны!

- Со своим долгом перед Торонто ты ещё пожалеешь! Сгниёшь на урановых рудниках! – он резко развернулся и вышел из кабинета, вслед за ним шагнул молчаливый боец.

- Лейтенант МакКвин, - представился один из полицейских, глядя на СБ-шника. – Нам поступил сигнал, что в вашей клинике силой удерживается пациент. Это так?

- Вас ввели в заблуждение, - Стив нахмурился. – Никто ему не препятствует. Но гражданин Дэн Рус девятого класса. Он не может сам покинуть нашу территорию без сопровождения силовых ведомств. Сами понимаете, нелегальный мигрант, попал на Землю незаконно, - со значением поиграл бровями, артист.

- Тогда мы его забираем.

- Не раньше, чем вы распишетесь в его получении. Протокол под камеру.

- Нет проблем. Где завизировать?

- Здесь, - Стив подвесил невидимый документ перед лейтенантом. Представитель власти бегло пробежал по воздуху глазами и приложил к документу большой палец. Со стороны это всё выглядело забавно, но я удержался от усмешки.

- Лейтенант МакКвин, полицейское управление Торонто. Забираю пациента Дэна Руса из клиники «Онтарио» под свою ответственность. Дэн Рус пройдёмте.

Я посмотрел на адвоката, тот молча кивнул.

- А мои вещи, а пакет с алкоголем и сигарами?!? – я требовательно посмотрел в глаза Стива.

- Сейчас выдадим со склада, - выдавил из себя безопасник и мстительно добавил: - Лейтенант, обязательно проверьте вещи на контрабанду!

- Разберёмся, - безразлично ответил полицейский.

Через десять минут мы оказались на улице. Я переоделся из больничных вещей в свои и наконец-то почувствовал себя человеком. Вдохнул всей грудью знакомый мне с детства чистый воздух летней тайги – клиника находилась в окружении сосен и елей за чертой города.

- Мистер Браун, дальше сами? – лейтенант остановился у полицейского внедорожника в чёрно-белой раскраске со знакомой бабочкой Шевроле.

- Спасибо, Люк, за помощь. Ты очень помог.

- Не за что, обращайтесь. Передавайте привет супруге, - кивнул лейтенант и вместе с напарником уехал.

- И мы поедем, - адвокат остановился у неброского седана. – Кладите ваши вещи в багажник.

Закинул чемодан, в котором звякнули спрятанные в него бутылки, залез на переднее сидение, бесшумно тронулись. Через некоторое время мы выехали из леса в жилую застройку. Я с интересом вертел головой, пытаясь найти отличия от городов, оставшихся в прошлом. Людей на тротуарах и в скверах немного: все высокие, подтянутые, загорелые – лето в самом разгаре. По улицам едут бесшумные машины незнакомого дизайна, а в остальном всё привычно – такие же высотные здания из бетона, стекла и стали. Тихо, размеренно, спокойно. Только над головой иной раз пролетают футуристического вида бескрылые болиды – вот и всё отличие от моего времени.

- Что, сильно большая разница? – усмехнулся адвокат.

- Да не особо. Мистер Браун, а как так получилось, что полиция была на нашей стороне, а не на стороне безопасности клиники?

- Полиция всегда на своей стороне… А сегодня нам просто повезло – как раз дежурил лейтенант, которому я как-то помог. Впрочем, завтра и послезавтра дежурят люди, которых я тоже когда-то выручил. Услуга за услугу. Некоренным гражданам Земли приходится поддерживать друг друга.

- Знакомо, - улыбнулся я, вспомнив взаимопомощь в национальных диаспорах в прошлом. - А куда мы едем?

- Лично я еду в кафе. Утро было беспокойным, думаю, мы заслужили по чашечке кофе.

- Поддерживаю. Представляете, я не пил кофе четыреста лет!

Минут двадцать мы ехали до центра и, наконец, остановились около уютной кафешки «Лендвер».

- Говорят, этому заведению почти пятьсот зим, - адвокат взял в руки меню, когда мы разместились за столиком у окна.

- Не знаю, я впервые в Торонто… Ого! Чашка капучино – сто кредов! – удивился я. Вчера первым делом я разузнал средние цены на еду и одежду, и сейчас был неприятно удивлён на порядок большей ценой за ароматный напиток.

- Если здесь веками варят кофе, и они до сих пор на плаву, значит, как минимум, кофе неплох. Я думаю, мы можем доплатить за историю.

- Да, но у меня с собой совсем нет денег! Я бы не хотел быть кому-то должным.

- Дэн, у меня для вас хорошая новость. Ваша помощница не только дала ваш контакт с крайне интересной и запутанной историей, но и попросила меня передать вам подарок от банка – коммуникатор, через который вы можете оплачивать свои покупки и связываться с ней. Конечно, было бы проще, если бы у вас стояла нейросеть, но за неимением гербовой...

- Люси такая милая девушка! – я принял из его рук лёгкую коробочку. - Начитанная, симпатичная, отзывчивая – мой идеал. Она ещё сказала, что могу звонить ей в любое время дня и ночи. Наверное, сильно ей понравился. Как вы думаете, банк не будет против, если я на ней женюсь? – ну а чё, деньги есть, свободен как птица. Зачем искать лучший вариант? Слетаю, посватаюсь.

Адвокат на моих словах покраснел, хрюкнул и, не выдержав, заливисто рассмеялся.

- Да уж, рассмешили, - он вытер платком выступившие от смеха слёзы. – Люси – это самообучающийся искусственный интеллект. Она и должна быть такой отзывчивой и милой. Знаете, сколько психологов трудилось над её созданием, чтобы она нравилась клиентам? Для мужчин помощница женского пола, для женщин – мужского. Бывает и наоборот, но это исключение. Хотя, вы можете поменять помощницу на помощника.

Вот это поворот! Не ожидал.

- Нет, пусть будет Люси, - грустно улыбнулся я. Вот так всегда! Только встретишь идеальную женщину, так она или виртуальная, или ей не интересен – я вдруг вспомнил холодную красоту лечившей меня Патрисии. – Расскажите, а как здесь всё обустроено? Классы, долголетие, другие миры… Вот вы, например, какого класса? По вам не скажешь, что у вас много денег, - я взглянул на его мятый пиджак и нелепую бабочку.

- Вот теперь я верю, что вы сюда прибыли из прошлого – моя нейросеть подтверждает вашу искренность на 90 процентов, - адвокат опять развеселился. - Дэн, местный этикет требует никогда не интересоваться возрастом, классом полезности и количеством денег. Хотя, граждане более высокого класса могут видеть классы других людей ниже уровнем. Вот я, например, вижу, что вы девятого уровня, - он посмотрел над моей головой, словно считал информацию.

- А дату моего рождения тоже видно?

- Нет, это уже персональная информация. А что касается внешности… женщины хотят выглядеть помоложе, мужчины тоже молодятся, но без фанатизма. Скажем так, всё определяет общество, в котором вращается человек. У граждан низших классов не хватает денег на омолаживающие процедуры, живут они меньше и выглядят натуральнее. Люди второго класса доживают максимум до двухсот лет, - сообщил мне адвокат информацию, которую я ранее вычитал в галанете.

- А первый класс? Почему они живут дольше всех?

- Ооо, это долгая история. На момент вступления Земли в Звёздную Федерацию, на Приме уже существовала каста долгожителей. Почему они живут так долго – это тайна. Знакомый медик считает, это связано с редактированием генома. Поэтому все помешались на своём социальном рейтинге, люди стремятся пролезть в первый класс и улететь в систему Денеба, чтобы пожить подольше.

- Но ведь это дискриминация! Люди живут мало, хотя, могли бы жить дольше и принести больше пользы!

- Такова жизнь, - мистер Браун пожал плечами. – Хочешь жить долго и счастливо, старайся. Хочешь в первый класс – лезь по головам.

- Всё, как было у нас – Хомо хомини люпус эст. Мрачновато у вас здесь… - настроение упало ниже плинтуса. Я-то думал, корабли бороздят просторы, в будущем всё для людей, а по факту попал в жёсткое классовое неравноправие.

- Эй, выше нос! – адвокат оценил моё минорное состояние. – Главное, что у тебя здесь, - он ударил себя в грудь. – Только ты решаешь, кем ты станешь, и где ты будешь. Думаешь, я сразу стал гражданином Земли? Я родился на Венере в семье уровня ниже среднего, в колонии, где не видно Солнца из-за кислотных облаков. А сейчас я гражданин с третьим классом, который всё заработал своей головой!

- Почему вы мне помогаете? – до меня вдруг дошло, что сидящий передо мной человек совсем не беден, а вся его одежда и внешний вид не более чем инструмент в работе адвоката. В самом-то деле, кто принимает всерьёз забавного толстячка с пухом на голове и старомодными очками?

- Я же говорил, что неместные должны помогать друг другу? Делай добро и бросай его в воду – это ещё моя бабушка говорила. Сегодня я помог тебе, завтра ты мне – всё очень прагматично. Тем более, мне за это платят. Банк «Популяр» пытается закрепиться на перспективном для себя рынке финансовых услуг Земли. Ты просто оказался в нужное время в нужном месте, а я всего лишь хорошо делаю свою работу, - он глянул на часы и полез в коммуникатор. – Вот и заседание по твоему вопросу началось. Через пару минут всё будет ясно.

Я тоже вспомнил про свой новенький коммуникатор и начал распаковывать коробку. Так, что у нас здесь? Простенький комм с логотипом «Популяра». Ну да, было бы странно надеяться на навороченный, как у того же мистера Брауна. Включил, дождался загрузки системы, прошёл идентификацию по отпечатку пальца и радужке глаза, получил приветствие от виртуальной помощницы.

- Скажите, а что с нейросетями? Я посмотрел цены, на самую новую со всеми базами межзвёздного пилота мне не хватит всех моих денег. Что посоветуете: купить постарее и подешевле или подзаработать и поставить потом новейшую версию?

- Дэн, я глубоко убеждён, что не надо становиться жертвой рекламы, а надо думать. Например, у меня сейчас стоит нейросеть двенадцатого поколения, а моему коммуникатору уже пять лет, и мне для работы хватает. Если вы хотите стать пилотом и освоить необходимые базы знаний, а денег нет, идите во флот, - адвокат опять перешёл на "вы". - Тем более, они вас ждут и обучат совершенно бесплатно. После прохождения службы у вас останутся все базы и необходимая конфигурация нейросети. Стоит ли три года вашей жизни кучки кредитов и бесценного опыта, решать вам.

- А вы бы как поступили?

- На вашем месте я бы пошёл служить. Вы не адаптированы к новой жизни, у вас нет необходимых социальных связей. Вы – невидимка для всех. Тем более, не надо забывать про висящий над вами долг муниципалитету. Полагаю, ваших денег еле хватит для погашения счёта клиники, иначе вы бы так не реагировали на цену. Миллион кредов за нейросеть, базы и лицензию – не такие уж большие деньги для межзвёздного пилота, работающего на серьёзную компанию… О, вот и новости из суда, - он вчитался в поступившее на комм сообщение. - Ну, могло быть и лучше... Дэн, вам повысили рейтинг социальной полезности до седьмого класса. Если бы у вас стояла нейросеть, вам был бы присвоен шестой класс. Согласитесь, в этом есть резон. Что ещё? Через год можно подать заявление на пересмотр. Поздравляю! Не у каждого получается повысить свой класс сразу на два уровня всего за один день! Я тоже начинал с седьмого класса, всегда помните мою историю.

- Спасибо, – от души поблагодарил мистера Брауна, отлично разрешившего мои затруднения. Быть невидимкой мне не привыкать, справился в Москве, справлюсь и здесь, а вот его совет идти во флот, чтобы сэкономить на обучении, бесценен. – Позвольте, оплачу наш счёт.

- Я уже оплатил через нейросеть. Угощение от адвокатского бюро «Браун и Браун».

- И всё же, я настаиваю! – я не привык, чтобы за меня кто-то платил. Может, мой бзик давно устарел, но этой мой бзик. В первые голодные годы студенчества я сам решал свои проблемы, не опускаясь до попрошайничества ни у родителей, ни у однокурсников. Да, пришлось нелегко, но я мужчина или где? Справился.

Что-то похожее на понимание мелькнуло в глазах адвоката: - Хорошо. Вы можете перечислить мне двести кредов. Войдите в банк, забейте нужную сумму и прикоснитесь своим коммуникатором к моему… Готово! Уважаемый Дэн Рус, спасибо, что угостили чашечкой кофе.

- Мистер Браун, вам спасибо!

- Что ж, моя миссия закончена, вы теперь можете спокойно перемещаться в рамках муниципалитета, - он встал из-за стола. – Не забывайте, после встречи с дознавателем вы должны сразу погасить долг и покинуть планету, если решите не идти во флот.

Мы вышли на улицу, я достал из багажника свой чемодан, пожал пухлую ладошку адвокату, и тот уехал. Выбрал на коммуникаторе забитый номер банка.

- Уважаемый Дэн Рус, с вами говорит ваш персональный помощник Люси. Чем я могу вам помочь? – я услышал знакомый голос.

- Привет. Спасибо за помощь с адвокатом, без тебя я бы не справился.

- Ну что вы, это моя обязанность. Я рада, что вам удалось поднять свой гражданский класс до седьмого, вы теперь можете остаться в своей родной Солнечной системе, - промурлыкала Люси. Вот если бы не знал, что разговариваю с железякой, был бы уверен в общении с реальной девушкой. – Чем я ещё могу вам помочь?

- Подскажи, где поблизости находится гостиница из недорогих? Надо где-то перекантоваться несколько дней.

- Внимание на карту. Из недорогих поблизости трёхзвездочный отель «Очо» и «Сохо Торонто» – четыре звезды.

- Построй маршрут в «Очо» и забронируй там обычный номер на пару ночей. Мне ещё на нейросеть копить и копить, обойдусь без четырёх звёзд.

Дошёл до отеля, обратился к молодому человеку на ресепшен:

- Здравствуйте. На имя Дэна Руса должен быть забронирован номер.

- Привет. Есть такое. Бронь на двое суток без завтрака. С вас сто пятьдесят кредитов. Как будете оплачивать?

Я помахал перед ним коммуникатором, и парень пододвинул ко мне платёжный терминал.

- Прикладывайте… Ошибка. Банк пишет, недостаточно средств на счёте.

- Странно. Вот только что платил за кофе. Попробуйте ещё раз, - удивился я.

Парень заново вбил нужную сумму и пододвинул ко мне терминал.

- Опять ошибка. Вам нужно связаться со своим банком, - парень вернулся к своим делам, потеряв ко мне интерес.

Я отошёл к дивану, около которого оставил свой чемодан.

Странно. Сбой, что ли какой? Зашёл в приложение банка – в сообщениях красным висит арест счёта, все деньги заблокированы в обеспечение требований муниципалитета Торонто. Стал звонить Люське, в ответ – у вас недостаточно средств на счёте для связи с персональным помощником. Набрал службу поддержки банка по общей линии – ориентировочное время ожидания связи с оператором шесть часов, перед вами семьсот шестьдесят два человека. Вы можете оставить своё сообщение, с вами свяжется первый освободившийся специалист. Рекомендуем воспользоваться ответами на часто возникающие вопросы… Песец, приплыли!

Глава 4

Подхватив чемодан, вышел на улицу. Что же делать? Зашёл в поисковик, фууух – ну, хоть, галанет не отключили! Нашёл телефон адвокатской конторы «Браун и Браун» и… не стал звонить. Проскочившая мысль опять попросить помощи у милейшего адвоката умчалась вдаль. А вдруг откажет, если банк уже отказал в премиальном обслуживании? Не хочется разочароваться в понравившемся человеке. Я должен сам справиться со своим проблемами – всего-то надо найти денег, чтобы переночевать и поесть. Хотя… тут же тайга рядом, а она мне дом родной. И накормит, и напоит, и даст выспаться. Если не решу проблему с деньгами, так и поступлю.

Рядом остановилась кислотного цвета спортивная машина-двухдверка, из которой вышла ругающаяся на французском парочка. Не обращая на меня никакого внимания, высокая, под метр восемьдесят, блондинка модельной внешности отбривала ухажёра:

- Шарль, между нами всё кончено! Забудь меня и никогда больше не звони!

Ухажёр был выше её, слащавый, как заднеприводный Кен из мира Барби.

- Это из-за той стриптизёрши? Пфф, нашла к кому ревновать! Она же восьмого уровня, приезжая из колонии! – молодой человек заплетающимся языком попытался успокоить свою пассию.

- Ты, и правда, такой тупой?!? Мердэ, и за этого человека я собиралась выйти замуж! - начала разоряться девица, а я в этот момент пожалел, что понимаю все языки – не всё, что слышишь, хочется понимать. – Да ты в трусы ей залез не только у меня на виду, у всех на виду! Шарль, ты думаешь, никто не сольёт такой горячий материал репортёрам? Уже сегодня везде будут фотки, как отдыхает внук главы правящей партии, топящего за семейные ценности! Ты понимаешь, что после этого вашей семье не получится удержаться у руля муниципалитета?!?

- Почему?! – парень был явно туповат или слишком расширил сознание, раз не понимал очевидного.

- Потому что я не собираюсь быть посмешищем, идиот! Я расторгаю помолвку! Это была моя ошибка, когда я сделала на тебя ставку! Наша семья больше не будет спонсировать избирательную кампанию вашей семьи, а без наших денег вам вообще ничего не светит! – она повернулась уйти, но парень схватил её за руку.

- Куда ты пошла?! Никто никакую помолвку не разрывает! Ты моя сучка, а ещё раз пасть откроешь, пожалеешь! Поняла?!? – слащавый налился дурной кровью.

Раздался звук пощёчины. - Это тебе за сучку!

- Ах ты… Нна! - я боковым зрением увидел, как бывший жених ударом по лицу свалил девицу на землю. – Вот тебе! Получай! – он стал пинать блондинку, стараясь попасть по голове. Девушка неожиданно оказалась крепкой, блокируя удары своими руками.

- Ну всё! Ты сама напросилась! Готовься стать овощем! – у бешено вращающего глазами торчка вообще сорвало крышу – он вытянул к девушке руки, и та сразу отключилась. – Сейчас поджарю тебе мозги…

Я сначала тормознул – уж слишком быстро развивались события, и мой мозг не сразу переключился с моих проблем на чужие. Зато потом… Сам не понял, как смог так быстро оказаться рядом. Рванул урода за руку, разворачивая к себе, и ударом в грудь свалил его на землю. Ну, не могу я смотреть, как избивают женщин – воспитан так. Не по понятиям это и не по закону. Наклонился к бесчувственной девушке – жива, дышит. Надо вызвать скорую!

Стал рыться в коммуникаторе в поисках нужного номера, но меня отвлекли.

- Да ты знаешь, на кого руку поднял?! – растрёпанный блондинчик медленно встал, потирая ушибленную грудь.

- На морального урода, избивающего женщин, - я убрал комм в карман. Чую, сейчас мне будет не до него.

- Всего седьмой уровень? – удивился он. – Пфф, тебе конец!

Парень вытянул ко мне руки, как до этого протягивал к подружке, и напрягся.

- Ты бы не тужился так, для сосудов вредно, - посоветовал я покрасневшему от натуги красавчику. Странно, но я ничего не почувствовал. Может, он так меня напугать решил?

- Не понял, откуда у такого быдла пси-защита? – удивился он и прыгнул ко мне.

Для торчка под препаратами он неожиданно слишком резво атаковал. Я с трудом увернулся, уйдя с линии удара – спасибо айкидо, тренировки не прошли даром, тело среагировало, как надо. Захватил руку противника и через бедро бросил на землю.

- Проваливай, пока я тебе челюсть не сломал. Будешь потом только бульон через трубочку пить, - посоветовал я ему. Но он не внял, подскочил и с дикими глазами бросился на меня, беспорядочно размахивая кулаками Зацепил меня по скуле, но сам получил по зубам. Его челюсть хрустнула, и блондин прилёг на асфальт отдохнуть.

- А я предупреждал, - потряс в воздухе кулаком со сбитыми костяшками.

Сверху раздался шум, и рядом с нами приземлился один из болидов, периодически пролетавших над городом. Из поднявшейся дверцы на дорогу выскочила спортивного вида темноволосая девушка в форменном комбинезоне с неизвестными мне нашивками. Тоже высокая, чуть пониже пострадавшей модели, но всё равно выше меня.

- Мать, как же так! – стала причитать она на великом-могучем, бухнувшись перед пострадавшей на колени. – Совсем тебя одну оставить нельзя!

- Это что, мама твоя?! – вырвалось у меня. Врачиха, которой было семьдесят, выглядела зрелой женщиной, а эти две – девчонки девчонками. Хотя, кто этих богатых знает? Может, им уже по сотне лет плюс-минус.

- Дурак, что ли? Подруга это, – ляпнула она и резко повернулась ко мне. – О, так ты из наших? Помогай давай!

Девушка потянула бесчувственную подругу за руку, пытаясь поднять её. Подошёл и подхватил несостоявшуюся невесту на руки.

- Куда её?

- Давай в салон! – девушка в два прыжка оказалась у флаера и открыла вторую дверцу. Бережно положил пострадавшую на сиденье и замер, разглядывая залитое кровью лицо. М-да, досталось ей – нос точно сломан, полные губы разбиты, во рту тоже кровь. Но медицина должна справиться, у них же здесь чудо-капсулы есть.

- Чего встал?! Не тупи, полезай следом! – скомандовала спортсменка, стоя уже у дверцы с другой стороны.

- Зачем?

- А ты что, из этих, из мазохистов? Желаешь познакомиться с его семейкой поближе? – кивнула на валяющуюся тушку торчка.

- Да ну, нафиг!

- Тогда полетели скорей, пока копы не примчались!

Я схватил чемодан и подбежал к девушке, откинувшей к штурвалу кресло.

- Там тесно, не влезу! – я оценил микроскопичный размер сиденья сзади.

- Ничего, жить захочешь, не так раскорячишься! Да оставь ты этот чемодан!

- Ни за что!!! Ты не знаешь, что мы с ним пережили! – я полез внутрь.

Устроился боком, иначе ноги не влезали, на колени поставил ребром чемодан. Спортсменка зафиксировала меня спинкой своего сиденья, захлопнула дверцу и лихо взмыла в воздух.

- Фууух, успели! – через пару минут напряжённого полёта со сменой высот выдохнула она. – Ты как там?

- Терпимо… А куда мы летим? – заинтересовался я. Мы уже вылетели за пределы Торонто, под нами расстилалась канадская тайга.

- В другой муниципалитет, туда, где нас семейка Шарля не достанет, - девушка потянула штурвал на себя, и флаер стал набирать высоту.

- Даня, - представился я.

- Эля, - ответила пилотесса, не оборачиваясь. Весь полёт прошёл в тягостном молчании. Я списал это на волнение девушки за подругу, которая так и не пришла в себя…

Блин, долго же мы летели! – я пытался разогнуться после приземления. По моим ощущениям, летели мы не меньше трёх часов и сейчас были в другом часовом поясе – кругом была глубокая ночь.

Кряхтя вылез из болида и огляделся. Флаер стоял на освещённой площадке у дома, напоминающего загородную усадьбу. По приземлению нас встречало двое мужчин, сразу подхвативших пострадавшую на носилки и галопом унёсшиеся внутрь, Эля рванула за ними следом, я остался один.

***

Элеонора стояла у кресла, на котором сидел крупный мужчина. В данный момент он разглядывал на мониторе паренька, усевшегося на поклажу и глядевшего в звёздное небо.

- Дядь Лёш, ты проверь его, какой-то он мутный. Сам седьмого класса, а стоит боевая нейросеть. По крайней мере, на запросы моей не откликнулась – я пыталась взломать её во время полёта. Почему боевая? – Эля правильно поняла невысказанный вопрос мужчины. - Он попёр с голыми руками на Шарля, у которого продвинутая сетка с боевыми приложениями и инфрой – голыми руками он бы с Шарлем не справился, точно тебе говорю! Представился Даней, говорит по-русски чисто. Ну, не верю я, что он случайно оказался рядом с Ленкой и вмешался, хотя, должен был понимать, чем ему грозит избиение одного из Моро! Вот ты бы вмешался, если бы тебе светила каторга?!? – горячилась она.

- Я бы вмешался. Но я – это я. Молодёжь нынче пошла ссыкливая. Хотя, если он прилетел из колонии… В разных колониях, разные нравы, - пожал плечами мужчина. – Эля, а ты спасибо-то ему сказала? За спасение подруги? Я сейчас смотрю на отчёт диагноста, если бы парень не вмешался, Шарль бы успел до конца Елене Сергеевне мозги поджарить. Ты просто не успевала на её вызов. А так, док говорит, что обойдётся. Поваляется недельку-другую в капсуле и будет как новенькая. Только память насколько пострадала, пока не известно.

- Нет, не сказала, - буркнула девушка. – Как-то не до этого было.

- Ага, взламывала его нейросеть, - усмехнулся мужчина. – Ладно, зови его в дом, поглядим, что за птица.

- Дядь Лёш, а, может, ты сам? А я пойду, Ленку проведаю…

- Что, стыдно стало? Ладно, я схожу, - мужчина с кряхтением поднялся из кресла. – Эх, старость, не радость…

- Дядь Лёш, не ворчи, тебе только девяносто лет исполнилась! Мужчина в самом расцвете сил! Спасибо! – чмокнула в воздух и ускакала.

***

Через четверть часа, когда я уже думал, что обо мне все забыли, во двор вышел погрузневший мужчина, в движениях которого проскальзывала грация вольного борца. Медведи тоже такие с виду неуклюжие, а сильнее зверя в тайге нет, недаром его зовут Хозяином. То есть, звали.

- Голодный? Заходи, поедим, - позвал он и, не оглядываясь, вернулся в дом. Подхватил чемодан, зашёл следом.

- Мне бы руки помыть, - сказал я, разглядывая опухшую кисть. Кровь на саднивших костяшках уже запеклась, и рука начала ныть.

Мужчина оценивающе глянул на мой кулак.

- Пойдём-ка, я тебе боевую рану обработаю, чтобы скорее зажило, - он повернулся и направился влево по коридору. – Да оставь ты чемодан, здесь его не украдут, - бросил он, не оборачиваясь.

Пришли в светлый кабинет, похожий на медицинский, где мужчина усадил меня на кушетку и поводил надо мной непонятным прибором.

- Молодой человек, давай знакомиться. Меня зовут Алексей Фёдорович, я здесь отвечаю за безопасность. Расскажи, откуда ты, и что с тобой случилось? – он начал звенеть склянками в шкафу.

- Где это, здесь? – я не торопился отвечать на вопрос – все безопасники одинаковые, последнее знакомство в Торонто с одним из них вышло не очень.

- Здесь, это в Московском муниципалитете. Мы в получасе езды от города, - хмыкнул он и вопросительно приподнял бровь, ожидая моих ответов.

- Данила, Даниил Русских, - поправился я. - В айди сократили до Дэна Руса. Летел в Москву, но не долетел, приземлился в Торонто. Ауч!!! – руку обожгло. Безопасник, когда я начал рассказывать, залил рану какой-то вспенившейся жидкостью.

- Вот и всё. За день рука пройдёт. Да ты рассказывай, рассказывай, я внимательно слушаю.

- Я так понимаю, вас происшествие с подругой Эли интересует? Стоял у отеля, никого не трогал. Рядом остановилась машина, вышла девушка с парнем, стали ругаться. Что-то про разрыв помолвки говорили. Она оторвала его от стриптизёрши, сказала, свадьбы не будет. Он был резко против, не дал ей уйти, начал бить. Пришлось вмешаться – не могу смотреть, когда на женщин руки распускают. А дальше Эля прилетела. Вроде, всё.

- Всё, да не всё. Ты самое главное не сказал – почему вмешался с риском для себя.

- Да он укуренный был или синькой глаза залил. Какой риск?!?

- Ну, раз-то он по тебе попал, - безпасник достал зеркало и показал мне налившуюся синим гематому на скуле.

- Фигня. Он остался лежать, а не я, - легкомысленно отмахнулся.

- Я про другой риск. У Шарля, жениха Елены Сергеевны, третий класс гражданской полезности, а у тебя седьмой. У его отца и деда – второй класс. Предвзятое мнение судьи муниципалитета, где семейство Моро заправляет уже больше двадцати лет, можно не учитывать, так как любое нападение представителя низшего класса на высший является преступлением. Разбирательства как такового не будет, тебя автоматом понизят до десятого класса и отправят на каторгу.

- Да вы достали с этой каторгой! – не выдержал я. – Все только ей и пугают! Я что, должен был позволить вашему Шарлю сделать из невесты овощ?!? Он грозился ей поджарить мозги!

- Федерации нужна дешёвая рабочая сила, - пожал плечами Алексей Фёдорович. Рабство запрещено, но ведь всегда можно закрутить гайки, если есть запрос общества на ресурсы и бесплатных работников. Никто не горит желанием лететь на малопригодные для жизни планеты, поэтому строгое законодательство помогает власть имущим расширять жизненное пространство для всего человечества.

- Вы хотели сказать, для граждан первого класса? Я недавно обнаружил занятную статистику – больше всего денег у жителей Примы!

- Жаловаться на несправедливость мира можно бесконечно. Я предлагаю не терять время, а потратить его более продуктивно. Если ты расскажешь о себе как можно более полно, я подумаю, как тебе помочь.

- Помочь? За просто так?! – в моих словах непроизвольно проскользнул сарказм. Не верю, что я смогу потянуть его помощь. В новом мире всем от меня что-то надо: Стиву – ром, клинике – денег, банку – денежного клиента, адвокату – плюшек от банка.

- Я вижу, ты пока не в ресурсе, - примирительно поднял руки безопасник. – Пойдём, покормлю, как и обещал. Поздно уже, выспишься, завтра и поговорим. Утро вечера мудренее.

***

Утром в кабинет начальника безопасности зашла зевающая Эля с кружкой парящего кофе.

- Дядь Лёш, ну как, нарыл чего на парня? – она посмотрела в красные глаза Алексея Фёдоровича. – Ты что, не спал всю ночь?!?

- Не успел. Интересного кадра ты мне подкинула. Представляешь, ему больше четырёх сотен лет, точнее, ему четыреста двадцать четыре!

Девушка закашлялась, поперхнувшись – кофе пошёл не в то горло.

- Как это?!? – вытаращила глаза она.

- Не знаю. Его дело очень скудное. Место рождения – Земля без конкретики, родственных связей нет, словно он возник из ниоткуда. Только возраст, пол и имя. Ещё вчера он был девятого класса, и вдруг за один день по решению муниципального суда Торонто его класс повышен до седьмого. А сейчас тот же суд заочно его арестовал, наложил арест на его банковский счёт и объявил в розыск. И нейросети у него нет. Ни боевой, ни самой простенькой гражданской – я просветил его в медкабинете. Вот такие пироги с котятами. Вряд ли он охотник за твоей подругой – более тупой легенды для подводки и придумать нельзя. Да, а ещё он колючий, как ёжик. Другой бы из кожи вон лез, чтобы понравиться, а он… В общем, ты со своей стороны с ним пообщайся, поблагодари за спасение Елены Сергеевны, чай с ним там попей или пообедай, разузнай о нём побольше. Если он не тот, за кого себя выдаёт, сдадим его канадской полиции.

- Пффф, вот ещё! Пусть сам спасибо скажет, что провёл ночь не в камере, а у нас в усадьбе! Много чести для бывшего девятого класса! Да и не нравится он мне! Низкорослый какой-то!

- Я тебя сколько учил, что главное не снаружи? Главное – не рост, а что у него внутри. У парня есть стержень и не только. Думаю, он преподнесёт тебе несколько сюрпризов на татами, если встанешь с ним в спарринг.

- С чего ты взял? Я вторая на курсе по рукопашке, а у него даже нет сетки!

- Видел, как он двигается, как держится. Впрочем, тебе решать, благодарить его или нет. Это ведь не ты, а он твою подругу спас. Чего ты так на меня смотришь? Теперь уже точно можно говорить, что спас – док обещает, что вся память восстановится.

- Ладно, посмотрим, кто кого. Не верю, что со мной можно без нейросети справиться!

***

Проснулся утром в белоснежной постели выспавшимся и отдохнувшим. Вышел в гостиную, где за обеденным столом был накрыт обычный завтрак из гречневой каши и блинов с икрой. Красной. Позавтракал в одиночестве, а на чаепитие ко мне присоединилась Эля. Она налила себе чаю и приземлилась за стол напротив меня. Я оценил взглядом её прикид – вместо вчерашнего строгого комбинезона она была одета в мешковатый спортивный костюм розового цвета.

- Привет, - помахала она ручкой.

- Привет… - осторожно ответил я – у меня возникло стойкое ощущение, что ей от меня что-то нужно.

- Как рука?

- Зажила, - я посмотрел на кулак, на котором вместо глубокой раны за ночь появилась молодая кожица.

- Ещё бы! Дядя Лёша тебя нанитами обработал – они чудеса творят с открытыми ранами! – ответила с гордостью, словно сама эти наниты вырастила.

- Понятно, - наниты, так наниты, мне пофиг. Помогло, и ладно.

- Что планируешь сегодня делать?

Я пожал неопределённо плечами.

- А я на каникулах, ещё две недели отдыхать, представляешь?! Учусь в академии на пилота! – похвасталась.

- Круто, чё. Я бы тоже на пилота поучился.

- Тебя не возьмут – у тебя нейросети нет. Ведь нет же?

- Пока нет, потом появится.

- Слууушай, а давай в спортзал сходим? Мне интересно, как ты смог одолеть Шарля? Предлагаю провести дружеский спарринг! – из неё так и пёр энтузиазм.

- Не, не хочу. В лес пойду, погуляю, а потом лететь уже будет пора. Мне надо вернуться сегодня в Торонто, пока моё отсутствие не заметили.

- Зачем тебе обратно? – удивилась по-настоящему.

- Дознавателя должен там ждать. Федерального. Чтобы проблем не было, надо вернуться.

- Нет, ты точно дурачок! Проблемы у тебя появятся, если ты вернёшься в Торонто! А зачем ты нужен дознавателю???

- Уровень обещали повысить. До шестого, - отшутился я. А чего она? При каждом случае обзывается.

- Врёшь! – сделала вывод Эля. Вдруг она перегнулась через стол и взяла меня крепко за руку. – Признавайся, ты ведь не случайно оказался около Ленки? Охотишься на невесту из семьи Морозовых?!?

- Да отстань ты! Не знаю я никаких Морозовых! – со второй попытки я вырвал руку из захвата. Встал в раздражении. – Сыт по горло я вашим гостеприимством! Всё время какие-то подозрения, будто виноват в чём. Пойду я. Спасибо за завтрак!

Зашёл в свою комнату, застегнул чемодан… Нищему собраться, только подпоясаться.

- Данила, постой, - на выходе из дома меня тормознул Алексей Фёдорович. – Что ж ты такой резкий? Пойдём, поговорим. Мы не долго.

- Ну? – мы вошли в его кабинет, и я встал около двери, скрестив руки на груди.

Безопасник присел на крышку своего стола.

- Не держи зла на Элеонору. Она сильно обожглась со своим молодым человеком, вот и судит всех по одному козлу. Специально пошла в академию на пилота, чтобы быть подальше от Земли, хотя может здесь жить, ни в чём себе не отказывая.

- Зачем мне эти тайны мадридского двора?

- Ты прав, незачем. Я хочу поговорить о тебе. Куда ты сейчас?

- Пойду ловить попутку до города, потом буду искать вариант улететь в Торонто, - озвучил первую мысль. Как такового плана у меня не было. Если добраться до Москвы на попутке ещё можно было попытаться, то как лететь в Америку без денег я не представлял.

- Тебе же надо встретиться с дознавателем? Я могу устроить так, чтобы он прилетел сюда, в Москву. Эля права, нельзя тебе возвращаться. Дознаватель тебя опросит и отпустит, а из муниципалитета ты уже не сможешь выбраться. Поэтому давай представим вместе, что дознаватель приезжает сюда, тебя опрашивает и отпускает. Что ты будешь делать дальше, если по закону должен сразу покинуть Землю?

- Вообще-то планировал пойти служить во флот, - я не стал кочевряжиться. Если со мной по-хорошему, зачем хамить в ответ? Может, чего дельного подскажут. – Я должен круглую сумму муниципалитету Торонто за лечение. Или выкладывай из кармана, или иди служить. Ну, или в каторжане, куда я пока не стремлюсь.

- М-да, чтобы с тебя списали долг, тебе надо призываться там, - он побарабанил пальцами по столу. – Что ж, давай так: ты остаёшься здесь, ждём дознавателя, после его посещения отвозим тебя в муниципалитет Торонто прямо к дверям призывного пункта. Муниципалитет не сможет тебя достать у вояк.

- Я здесь не останусь. Доберусь до Москвы, там подожду.

- А у тебя деньги-то есть на гостиницу? – по-доброму усмехнулся безопасник.

- Нет, придумаю что-нибудь.

- И у меня, конечно же, не возьмёшь?

Я отрицательно помотал головой.

- Лааадно, - он с силой помассировал виски. - Есть вариант бесплатно поселить тебя в апартаментах семьи Морозовых. Они в курсе твоей роли в спасении дочери и хотели бы тебя отблагодарить.

- Лексей Фёдорович, мне не нужна благодарность ни от Эли, ни от семьи её подруги. Я помог не из-за благодарности, а из-за своих принципов. Если поможете встретиться в Москве с дознавателем, буду признателен. А что касается всего прочего, правда, не нужно. Пойду я, надо успеть добраться до Москвы засветло.

- Какой же ты… принципиальный. Мне сегодня всё равно надо было в Москву ехать, подброшу тебя попуткой. На это твои принципы согласны?

- На это – да.

- Вот и ладненько. Подожди немного, скоро поедем.

***

Алексей Фёдорович Летягин, возглавлявший СБ известной семьи Смирновых уже очень много лет, возвращался из Москвы. Поездку, конечно, можно было бы сделать и попозже, текущие дела не горели. Но из-за свалившегося, как снег на голову, Даниила, и не вовремя устроенного ему теста на правду Элеонорой, пришлось ехать.

Летягин усилием воли унял поднявшееся в душе раздражение на девушку. Дело молодое, ей всего-то двадцать шесть – дитя по нынешним меркам, и никто ей не указ. Младшая дочь, которую балуют. Два старших брата занимаются делами семейной корпорации, а младшенькая сестрёнка делает, что хочет. Захотела стать пилотом, пошла на пилота. С условием, что в никаких военных действиях она участвовать не будет, а отслужит в Солнечной системе и после окончания службы станет управлять максимум яхтой. В принципе, это даже полезно – дисциплина ей не помешает, а то один ветер в голове. После школы развлекалась, крутила парнями, как хотела. Потом влюбилась, обожглась на бабнике, который ей изменял. Разочаровалась в любви, поступила в лётную академию, где перед ней продолжили расстилаться однокурсники, зная, из какой она семьи.

Но сейчас нашла коса на камень. У загадочного Данилы оказалось слишком болезненное чувство собственного достоинства, дошедшее до крайности. Любой другой с радостью принял бы помощь, хоть от Морозовых, известных и богатых промышленников, хоть от Смирновых, их давних и добрых партнёров, входивших с Морозовыми в топ-сто богатейших семей московского протектората, распространившего своё влияние на европейскую часть исторических земель России. Но не в случае с Даниилом – он во что бы то ни стало решил идти по жизни сам, собирая по пути все шишки.

Зазвонил коммуникатор. Посмотрев на имя абонента, усмехнулся и включил громкую связь:

- Здорово, Борисыч!

- И тебе не хворать, Лексей Фёдорович, - раздался знакомый голос коллеги, работающего на семью Морозовых. – Как сам?

- Твоими молитвами, копчу небо потихоньку.

- Я чего звоню, посоветоваться хочу. Занятный парнишка к вам попал. Морозов, когда узнал, рвал и метал, пообещал от Моро мокрого места не оставить. Он потом остынет, отойдёт, но с канадцев виру по-любому возьмёт. А вот как парня отблагодарить, не знает. Может, деньгами? Погасим его долг перед клиникой… - Борисыч невзначай показал, что тоже не зря ест свой хлеб, и некоторые моменты биографии Дэна Руса СБ Морозовых раскопало само.

- Не возьмёт, - отрезал Летягин. – Принципиальный слишком. Он даже от предложения бесплатно пожить в ваших московских апартах отказался. Парнишка наш, правильный, и в то же время не наш. Ты его возраст видел?

- Видел. Удивился сильно. Вот и набрал тебе посоветоваться. Ты-то с ним вживую общался.

- Понимаешь, есть в нём что-то провинциально-рыцарское. Сейчас таких на Земле уже не делают, все слишком на своём эго сосредоточены. А он буром попёр вступаться за незнакомую девушку, несмотря на последствия.

- А точно за незнакомую? Может, слышал где, что она из Морозовых?

- Инфа – сто процентов. Элеонора Викторовна ему проверку на тактильном полиграфе устроила – поставила себе такое расширение после того раза. Не слышал ни про Морозовых, ни про последствия в виде каторги.

- Да, дела… Что посоветуешь? – Борисыч был лет на двадцать младше коллеги и не стеснялся иной раз спросить совета.

- Я бы посоветовал пока не вмешиваться, а приглядывать за парнем. Издалека. Федералы на дознание к кому попало на окраину содружества не летают. А вдруг, он в чём замешан?

- Ты думаешь, он чей-то засланец? Или пират? – удивился Лев Борисович.

- Я думаю, нет. Но мы пока будем держаться от него подальше, чего и вам желаем. Вдруг, чего нароют? Сам знаешь, кто всем заправляет на Приме, и должен понимать, где не наш уровень. Да и дыма без огня…

- Я тебя понял, - с сомнением в голосе ответил коллега. – Ладно, присмотрим за ним осторожно. Он сейчас где?

- Высадил в центре на Лубянке. Спокойный район, в переплёт попасть не должен. Да ты не переживай, контактами обменялись, если что, позвонит. Он от меня будет ждать звонка, я федерального дознавателя в Москву перенаправлю, как у себя появлюсь.

- Я тебя понял. Хорошо, спасибо! Отбой! – попрощался заторопившийся куда-то Борисыч и отключился.

- Спасибо не булькает, - буркнул в пустоту Летягин.

***

Лев Борисович Скороходов спешил поскорее найти парня и взять его под негласную охрану. Так-то в Москве безопасно но… Если что с ним случится, старший Морозов, славящийся крутым нравом, спросит именно со Скороходова, а не с флегматичного Алексея Фёдоровича. Опять же, что парню делать в незнакомом городе? Погуляет, проголодается, а тут и Лев Борисович нарисуется. И никуда Данила не денется, так как голод – не тётка. Люди, когда голодные, почему-то забывают и про гордость, и про принципы. Улица и не таких гордецов ломала. Поэтому, тьфу-тьфу-тьфу, лучше он за Данилой присмотрит, чтобы не вышло чего.

Глава 5

Как будто в прошлое попал – центр Москвы совсем не изменился. Как объяснил мне Алексей Фёдорович, послуживший гидом за время нашей короткой поездки, все здания до двадцатого века считаются историческими и не подлежат сносу. О прошедших веках и о том, что сейчас это совсем другая Москва, говорило отсутствие высотных зданий и типовой застройки в спальных районах. Теперь, в отличие от Торонто, кругом были малоэтажные здания, утопающие в зелени. Останкинская телебашня, Москва-Сити с небоскрёбами тоже исчезли, и на сегодня самыми высокими сооружениями в городе являются шпили древнего Кремля.

СБ-шник высадил меня с вещами на Кузнецком мосту и уехал, предварительно обменявшись со мной контактами. Договорились быть на связи – как только у него будет информация о прибытии дознавателя, он со мной свяжется.

Привет, Москва! Долго мы с тобой не виделись. Интересно, какая ты стала? – я присел на лавочку пешеходной улицы. Мимо идут нарядные люди, до меня им и дела нет. Изредка скользят по мне равнодушным взглядом и идут дальше. Одежда у народа самая разная – от деловых костюмов и мундиров, до лёгких платьев и спортивной облегающей одежды. Подростки, которые бунтовали против взрослых во все времена, одеты в кислотного цвета тряпки на несколько размеров больше. И рваньё все перестали носить – вышло из моды. Я с сомнением посмотрел на свои потёртые до дыр джинсы, бывшие в тренде четыре века назад, и вздохнул: придётся побыть пока оборванцем – денег в кармане, чтобы обновить свой гардероб под требования современного общества, нет.

Достал коммуникатор, зашёл через галанет на сайт с вакансиями на предмет подзаработать с возможностью одновременного проживания. Отсортировал предложения по муниципалитету и по требованиям к гражданским классам соискателей 7-8 уровней. Первая подработка – выгульщик собак. Занятость на три часа по полтиннику в день – мимо. Убирать какашки за чужими собачками не собираюсь. Следующая – швейцар на двенадцатичасовой рабочий день. Вахты по две недели, требуется медкнижка. Не подходит. Где я им возьму медкнижку? Да и трудоустройство на постоянку, а ко мне, по словам СБ-шника, в течение недели должен дознаватель прилететь, и всё, Москва, прощай!

Что там ещё из вакансий? Парикмахер, массажистка, танцовщица, бармен, посудомойщик в разные заведения… Да вы издеваетесь! Первые три страницы вакансий – везде нужны медицинские книжки. Странно, что для выгула собак книжка не нужна, забыли написать, наверное. Поискал в сети, что за медкнижки, и с чем их едят. Получить приезжим можно за день всего за сотню кредов, ближайшая контора в двух кварталах. Блин, денег нет, но вы держитесь там. Всего вам хорошего, здоровья и удачи, - вспомнилось из прошлого.

С упавшим настроением стал листать вакансии дальше, но всё не то. Ради интереса отсортировал их с требованием знания иностранного языка. Первая должность – переговорщик со свободным владением немецкого. Из требований: умение ругаться на немцев на немецком же языке. Я-я, натюрлих! Бгг, прикольно, я бы смог, но эта работа для граждан минимум четвёртого класса. Следующая – космический юрист по экстерриториальным спорам со знанием интерлингвы. Не моё – опыта нет, да и заточен на другое. Последняя вакансия – экстрасенс для животных со знанием собачьего, кошачьего и змеиного языков. Бред. Слышал я и мяукание, и шипение, ничего в голове не щёлкало. Нет у них языка, как и не верю в экстрасенсов.

Вернулся к вакансиям для граждан 7-8 классов, стал листать в поисках подходящей работы. На десятой странице увидел объявление: в бар «Старый пират» хозяину требуется помощник-мастер на все руки, оплата – сто кредов в день. Что примечательно, ни слова про книжки от медицины, расположен недалеко, буквально в двух шагах. Подхватил чемодан и решительно зашагал по стрелке навигатора. Посмотрю, поработаю день-два. Я же из деревни, а у нас все парни были мастерами, могли с любым инструментом обращаться. Если не понравится, подзаработаю на книжку и свалю.

- Здравствуйте! Есть кто? – я зашёл в незапертую дверь тёмного бара. – Ау!

- Чего орёшь? Заходи, - в освещённом дверном проёме у барной стойки появился мужской силуэт. М-да, понятно теперь, почему у бара такое название – передо мной оказался старик в повязанной на голову бандане и чёрной повязке на глазе. Ну вылитый пират, только деревяшки на ноге и попугая не хватает.

- Пиастры! Пиастры! – вдруг завопила птица в клетке на барной стойке. А, нет, не хватает только деревяшки.

- Чего хотел? – старик тяжело опустился на стул и начал вытирать о передник руки.

- Я по объявлению, мастер на все руки! Меня Даня зовут, – сразу обозначил намерения и представился.

- А ты всегда работу искать с чемоданом ходишь? – усмехнулся он. Потом присмотрелся ко мне и разочарованно протянул: - Поняяятно, семёрка, значит. Жить негде. Или только прилетел, или уже с другой работы выгнали, теперь ищешь возможность зацепиться.

- Да не, я уже здесь больше десяти дней. И никто меня с работы не выгонял. Вы проверьте, я и правда много чего умею!

- Да? Ну, смотри, - старик включил освещение.

- Это чё это? Куликовская битва здесь была? – я немного охренел от увиденного – вся мебель в баре была разгромлена.

- Курсанты лётной академии, - махнул рукой старик. – Как напьются перед отлётом на орбитальную базу, так всю посуду на счастье перебьют. Иногда увлекаются.

- А полицию не пробовали вызывать?

- Мажоры они. Какая им полиция? Да я не в обиде, двойной ценник возмещают без проблем. Только время прибраться здесь занимает.

- А, ну если на счастье, - я потыкал кроссовкой в разваленный надвое табурет.

- Короче, паря. Я смотрю, ты уже в рабочей одежде пришёл, молодец, - он кивнул на мои фирменные рваные джинсы. - Сможешь здесь прибраться за полдня, ты принят. На заднем дворе бункер для мусора. Мебель рассортировать, требующую ремонта оставить, поломанную выбросить, вечером доложить, что осталось в живых. Я закажу, завтра перед открытием бара привезут. Всё понятно?

- Ага, чего не понять-то? Дядя, а здесь плотницкий инструмент есть? – я по-новому осмотрел помещение. Вся пострадавшая мебель из массива дерева, сделана грубо для антуража. Кое-что починить для человека с руками проще простого. По крайней мере, попытаться стоит.

- Какой я тебе дядя?!? Флинтом меня зови или капитаном. И давай уже, кончай выкать. Инструмент дам. Сможешь что починить, в плюс пойдёт, сломаешь инструмент, вычту из зарплаты. Понял?

- Кэп, понял, принял. За инструмент не переживай, я почти всю жизнь в деревне жил, а у нас каждый с топором и молотком умеет обращаться.

- Ну-ну, посмотрим.

***

А ручки-то помнят! – я с любовью хлопнул по отполированному до блеска сидению починенного табурета и потянулся. Уже вечер. Устал с непривычки, давно руками не работал. Всё получилось. Не скажу, что стало лучше, чем было, но сидеть без опасений можно. В мусор ушла всего одна лавка, да и то я из неё напилил дощечек для ремонта мебели.

- Ну что, много надо заказывать? – на пороге появился хозяин заведения. – Ого! Это ты всё сделал?

Старик прошёл внутрь и недоверчиво попытался пошатать ближайший стол. Массивный стол даже не шелохнулся.

- Я. Из невозвратных потерь – одна лавка. Ещё бы воском пройтись по трещинам, тогда вообще вся мебель как новая.

- Хммм, - хозяин присел на ближайшую лавку и попрыгал на ней задницей. – Но как ты смог? Без материалов-то?

- Вот, видишь? Напилил из погибшей лавки, – я перевернул восстановленный табурет. – Снизу плашку на клей посадил и саморезами стянул, и так везде. А со столами и того проще – все столешницы целые оказались, только ножки где подломились или разъехались.

- Да уж, удивил ты, Даня, удивил. Что ж, ты принят, - он хлопнул по коленям и поднялся. – Я бы за новую мебель две тысячи отдал. Поэтому выпишу тебе премию тысячу кредов, заслужил. Итого получается тысяча сто. Тебе на какой счёт перечислить?

- Не надо на счёт, он у меня заблокирован. Если можно, наличкой.

- Откуда на Земле наличка? – удивился моему незнанию. – Давно уже все безналом рассчитываются. Это в колониях слитки разных металлов вместо налички используют. А мы не в колонии, чтобы золотом или серебром платить. Или никелем каким, не знаю, что у них вместо мелочи используется. Нет, конечно и на Земле слитки золота хождения имеют, но это не про меня.

- Кэп, а я могу в счёт этих денег здесь пожить? Если у тебя какое подсобное помещение есть, я бы его арендовал на недельку в счёт премии. Ну, и поесть чего. А то с утра во рту маковой росинки не было!

- Дяденька, пустите погреться, а то так есть хочется, что аж переночевать негде! – усмехнулся старик.

- Типа того. Да я адекватный, дяденька, не переживайте. Проблем со мной не будет! – я включил всё своё обаяние.

- Но-но, - погрозил мне пальцем. - Ох, чувствую, пожалею я о своём решении… Ладно, оставайся, если на неделю. Сейчас у курсантов каникулы, опять могут заявиться. Поможешь с ремонтом. Только, чур, в зал в рабочее время не выходить! Мне ещё оправдываться перед миграционщиками или другими проверяющими из-за тебя не хватало! Если что, ты мой родственник. Дальний. Понял?

- Спасибо! А как мне к тебе обращаться перед проверяющими? Ну, чтобы не спалиться? Капитан Флинт?

- Просто капитан. Иван Матвеевич я. Флинт – это он, - старик посмотрел на клетку с птицей.

- Пиастры! Пиастры! – заорал дурниной попугай, увидев обращённые к нему взгляды. Так-то он и другие слова знает, и не все приличные – я наслушался всякого, пока ремонтом мебели занимался. Надеюсь, спать с ним в одном помещении не придётся.

***

На следующий день я был грузчиком, принимая коробки и кеги с алкоголем и едой.

- Матвеич, а не проще на пищевом принтере печатать, чем вот это вот всё? Или у тебя его нет? – присел я на скрипнувший табурет. Умаялся, пока разгружал. Никогда не думал, что столько выпивают и съедают за вечер в небольшом по размеру баре.

- Чудак-человек. Конечно, есть! Но, во-первых, на принтере дороже выходит, всё-таки Земля – аграрная планета, а во-вторых, пластикового дерьма из принтера курсанты и во время полётов наедятся. Здесь же всё натуральное. Да и запрещено алкашку через принтер гнать на продажу. Нет, для себя – ради бога, травись, как хочешь, на продажу – ни-ни. Иначе, что облагать акцизами и налогом? Картриджи из принтера?

- Да фиг знает. Пусть у налоговой голова болит. А почему к тебе только курсанты ходят?

- Не только. Много их здесь бывает, но и обычные завсегдатаи есть. Те же фискалы с полицией иногда заходят, Ещё бы платили всегда, эхх… Отдохнули, и хватит, давай за работу, - прервал перекур капитан, поняв, что сболтнул лишнего.

В шесть часов вечера бар распахнул свои двери для посетителей. К этому времени я уже познакомился с персоналом заведения. Барменом оказался молодящийся мужик Павел лет сорока пяти (Паха для своих – представился он), повариха Зоя Васильевна под полтинник (шеф-повар, закончила курсы готовки блюд в невесомости – представил её капитан) и официантка Людочка – улыбчивая невысокая девица лет двадцати. Все четвёртого класса, местные. Меня кэп представил в качестве врио разнорабочего, и всех разогнал по рабочим местам.

- Зоя Васильна, а как обычно кухня в баре работает? – я присел к ней с расспросами, пока она перебирала продукты.

- Обычно? Ну, смотри: сначала идут после работы перекусить и пропустить по бокалу пива простые люди. В это время заказывают салаты и горячее вроде пасты или бургеров. После девяти вечера приходят завсегдатаи посидеть за барной стойкой. Заказывают те же салаты и жареные-перчёные снеки типа крылышек и креветок, а после двенадцати народ приходит веселиться и пить. Почти ничего уже не заказывают. Кухня закрывается в час ночи, я иду домой. Бар работает до шести утра или до последнего посетителя, - повариха начала строгать салат.

- Ого! Это получается, Паха и Люда по двенадцать часов на ногах?

- Молодые, вот и выдерживают. Пашка-то хитрован, он несильно утруждается, у меня ощущение, что он всегда под хмельком, а девоньке достаётся – как пчёлка туда-сюда носится… Да не смотри ты так! Обычная работа. Пять рабочих дней, понедельник-вторник выходной. В рабочие дни всё довольно спокойно, основной напряг в конце недели. Ну, или когда курсанты приходят перед отлётом.

- Понятно, - я отошёл в сторону – на кухню впорхнула Людочка и забрала готовое блюдо, Зоя начала готовить следующий заказ. Видимо, система заказов здесь настроена через нейросеть, потому как никаких экранов и бумажек с заказами я не увидел.

В целом оказалось, не так страшен чёрт, как его малюют: всей работы – загрузить грязную посуду в посудомойку и принять очередную партию еды с напитками днём. Так-то они втроём без меня до этого справлялись. Это мне повезло, что оказался рядом после разгрома бара, когда капитан в сердцах разместил вакансию в галанете. Погромы такие случались нечасто – курсанты наведывались всего несколько раз в год во время каникул, и не всегда ночь заканчивалась массовой дракой с дебошем и ломанием мебели.

Наступила суббота. Я уже вполне освоился, проблем со мной не было, и кэп предложил мне поработать лицом в зале – Даня, ты парень крепкий, спокойный, не пьёшь. Посиди после девяти вечера за барной стойкой вместе с посетителями, присмотри за порядком. Паша тебе будет наливать безалкогольные коктейли за счёт заведения. И за Пашкой посмотри, а то поступают сигналы… Что за сигналы, Матвеич не стал уточнять, а я не стал расспрашивать. Если что будет странное, замечу.

Конечно же я согласился. Сидеть всю ночь на кухне или у себя в подсобке было скучно, а спать невозможно – громкая музыка за тонкой стенкой долбила по барабанным перепонкам почище отбойного молотка. Отсыпался после закрытия бара, по-другому никак.

- Что будешь? – спросил меня Павел, когда я в полдесятого взгромоздился на высокий табурет.

- А что есть? – я обвёл взглядом почти пустой бар. За стойкой втыкает в коммуникатор какой-то мужчина с бокалом пива, за одним столом сидит парень с девушкой, за вторым – три нарядные фемины весело щебечут о своём, о девичьем, вот и все посетители. Ещё три стола стоят пустыми. Дааа, не скажу, что это самое популярное место в Москве. И как кэп сводит концы с концами? Не, так-то место антуражное: деревянный штурвал на стене, рыбацкие сети, пеньковые канаты и прочие якоря-компасы-барометры на стенах и под потолком. Может, ещё набежит народ.

- Вот, барное меню, изучай, - Паша подвинул мне лист плотной бумаги формата А3.

- А Куба либрэ есть?

- Это что такое?

- Коктейль один популярный. Был, - я стал изучать незнакомые названия лонг-дринков. Вместо знакомых Маргарит и Кровавых Мэри всякие Мечты колониста и прочие Оргазмы в космосе. – Паха, а сделай-ка мне Мечту. Без алкоголя.

Паша забодяжил мне розовое нечто в высоком бокале, я с опаской попробовал. Ну, такое. С алкоголем, наверное, должно быть вкуснее.

- А на основе рома какие-то коктейли есть?

- Нее, в нашем баре нет. На Земле ром давно не делают, везут из колонии. Мы его не закупаем из-за конского ценника, - поделился бармен, бесчисленный раз протирая полотенцем очередной бокал. – Из дистиллятов только граппа, коньяк, виски, бурбон и текила. Ну, и ректификаты, куда без них?

- Понятно… А кола есть? Пепси или кока?

- Есть Кока-кола. По оригинальному рецепту из принтера, - наклонившись ко мне, вполголоса как великую тайну сообщил Паша. - Я сам занимался восстановлением рецептуры. В меню колы нет, но для дорогих клиентов… В общем, ты парень в доску свой, могу налить на пробу.

- Кола без рома – деньги на ветер. Потом продегустирую, сейчас мы на работе, - таким же заговорщицким тоном ответил я. Читал историю создания Кока-колы. Этот напиток сделал один предприимчивый американец из листьев коки для лечения алкогольной зависимости. Алкоголиков подсаживали на более сильную зависимость, наркотическую. Но в те года кокаин продавался в обычных аптеках, как энергетик и средство от головной боли, так что никто не был против. Это потом стали снижать содержание дурманящих веществ, подгоняя ставший популярным напиток под требования ужесточившихся законов. Так что, если Паха воссоздал тот самый первый рецепт… надо будет дегустировать его с осторожностью.

- Потом уже будет поздно. На вот, сам продегустируешь, потом ко мне придёшь за добавкой, - бармен жестом фокусника выставил передо мной небольшую пластиковую бутылку с коричневой жидкостью.

- Замётано, - я спрятал бутылку в карман спортивных брюк. Сегодня я щеголял в спортивном костюме с тремя полосками, как и многие парни в нашей деревне, когда собирались в клуб на дискотеку. Ничего более приличного в моём гардеробе не нашлось, морально устаревшие дырявые джинсы – не в счёт. Я бы купил себе нормальную одежду, но помешал заблокированный счёт у одного попаданца.

В бар вошли две девушки в ярких платьях. Кивнули трём феминам за столиком, как знакомым, и подошли к барной стойке. Та, что повыше, тёмненькая, кинула взгляд на мою розовую Мечту колониста, чуть поморщилась и обратилась к бармену:

- Паша, нам два Оргазма!

- И клубники! – добавила вторая, светленькая, пониже.

- И клубники со сливками! – подтвердила первая, залезая на высокий табурет.

Сижу, невзначай рассматриваю посетительниц. Примерно моего возраста, обе спортивного вида, вторая с меня ростом. Интересно, чем занимаются? Учатся или работают где? Я бы подкатил к светленькой, но я здесь на работе. Вроде как нельзя смешивать работу и личную жизнь.

Тем временем, девицы получили свой заказ, переглянулись и решительно подсели ко мне поближе.

- Ты на мне чуть дырку взглядом не прожёг! – заявила светленькая. – Ну, рассказывай, кто ты, что ты, чего ты хочешь, и вообще… - она отпила из бокала через трубочку.

- Гм, дамы. А вас знакомиться с парнями не учили? – я немного удивился от такого резвого начала.

- Не учили! – тёмненькая долго за словом в карман не лезла. - Я – Вика, она – Маша. Поэтому, как умеем!

- Тогда я Дэн. Данила, - поправился я.

- Ну, начинай, Дэн-Данила, рассказывай, очаровывай. Ты же за этим здесь? – всё никак не могла уняться светленькая.

- Маша! Не смущай молодого человека! А то сбежит, - одёрнула подругу тёмненькая. – Ты не слушай её, так-то она скромная. Сегодня что-то на неё нашло.

- Каникулы у меня! Ка-ни-ку-лы! Имею право расслабиться, - отбила наезд Маша. А я вдруг понял, что вечер становится томным. Коктейль в руках девушки был сегодня явно не первым. Как говорится, помни, самурай, гейша под саке сакуре своей не хозяйка, и я распустил хвост.

- А чего рассказывать-то? Простой парень из деревни. Утром покос, вечером надои. Потом вишня взошла, свекла заколосилась, - я стал по-деревенски окать, неся всякую околесицу. Под пьяную лавочку любая глупость идёт на ура и кажется смешной. – Отработаешь трудодень, хлебнёшь парного молочка, красота! Вот заработал мильон на покосе, решил в городе кутнуть. А вы были когда-нибудь в настоящей русской деревне?!?

- Смешной ты, - подтвердила мою задумку Маша.

- И врёшь складно, - добавила Вика, приложившись к своему бокалу игнорируя трубочку. – Какая деревня, когда ты седьмого уровня? Ни разу не слышала о настоящей русской деревне в какой-то колонии! Да и не похож ты на миллионера!

- Ну, вот! Влезла и всё испортила! – светленькая обвиняюще тукнула пальцем подругу. – Какая разница, какого он уровня, и сколько у него денег? Данила хоть старается, не то что некоторые! Сейчас испугается и уйдёт! Или не уйдёшь? – она всем телом развернулась ко мне.

- А чего я должен испугаться?

- Сейчас сюда придут страшные курсанты лётной академии! – она, стараясь напугать, наклонилась ко мне, и её грудь качнулась под платьем, приковав мой взгляд к декольте.

- Дамы, не бойтесь, я вас от них защищу! – я, наконец, смог оторвать взгляд от завораживающей картины и посмотреть в глаза Маши. Хм, а они у неё, оказывается, голубые.

- Ха-ха-ха, - залилась колокольчиком светленькая, - какой смешной! Защитит он! Ой, не могу!

- А чего? Я такой! Если надо кому жвалки подрезать или нос поправить, обращайтесь. У нас на деревне я был лучший специалист по челюстно-лицевой хирургии! Для своих – бесплатно!

- Как романтично! – выдохнула Маша. – А что ещё из романтичного можешь?

- Могу стихи о Ромео и Джульетте дорогого нашего Уильяма Шекспира. Зачем любить? Зачем страдать? Ведь все пути ведут в кровать…

Девушки неожиданно загрузились, уйдя в себя. Явно полезли искать в галанете, кто это такой. Тоже, что ли, жертвы современного ЕГЭ? Надо исправлять ситуацию.

- Ну, Шекспир, Пушкин, Лермонтов, - я стал перечислять знаменитых поэтов, но не увидел в глазах девушек понимания. - Да фиг с ним, с Шекспиром! Я вообще пилотом хочу стать. Бороздить межзвёздные просторы, вот где романтика! Ни разу в космосе ещё не бывал. Всё деревня, да деревня…

- Девочки, не слушайте вы его. Врёт он всё. И про пилота, и про космос. Прилетел из какой-то колонии и заливает, – сзади раздался знакомый голос. Обернулся и наткнулся на насмешливый взгляд Эли. – Он вообще частенько врёт. Зачем ты здесь? Меня караулишь?

- Пффф, вот ещё! На тебе свет клином не сошёлся!

- А вы что, знакомы? – распахнула в удивлении глаза Маша.

- Немного. Не о чем рассказывать, - не стала распространяться Эля. – Ты должен уйти отсюда!

- Я? Должен?!? – она меня начала подбешивать. Неожиданно помощь пришла, откуда не ждал.

- Смирнова, ты задрала! – Маша решительно встала и подхватила меня под руку, прижавшись ко мне приятными округлостями. – Не мешай нам культурно отдыхать!

- Да, Эль, иди пока с нашими пообщайся, - Вика встала и подхватила меня под руку с другой стороны. Под взглядами трёх пар глаз Элеоноре ничего не оставалось, как фыркнуть и ретироваться.

- А где ты живёшь? – спросила Вика, поглаживая свободной рукой мой бицепс.

Я не успел ответить, как в бар ввалилась большая шумная компания молодых людей. Парочка была в расстёгнутых форменных комбезах, другие в цивильном – пожаловали те самые страшные курсанты. Посмотрел на них и расслабился. Ничего в них страшного я не увидел, обычные пацаны. Один из них поймал мой взгляд, оценил нашу живописную композицию и шагнул ко мне.

- Ты чего наших девочек лапаешь? А ну-ка, свалил отсюда! – заявил он, остановившись в метре передо мной. Галдевшие курсанты умолкли и сгрудились за его спиной.

- Ты кто, чудила? – спросил его, почувствовав, как напряглись мои неожиданные спутницы.

- Сам ты чудила на букву «м». Не понимаешь по-хорошему?

- По-хорошему приличные люди не мешают отдыхать другим людям. Так что я предлагаю вашей тёплой компании покинуть заведение.

- Чего??? – ещё одна жертва ЕГЭ – парень был явно туповат.

- Чего слышал! Мишаня, Данила у нас мастер по подрезанию жвалок, так что я бы на твоём месте не нарывалась! – как будто специально подлила масла в огонь Маша, и я мысленно сделал фейспалм. Если до этого ещё можно было развести пацанов по понятиям (у нас считалось западлом цепляться к парню с девчонкой), то с вмешательством девушки в мужские разборки вероятность мирно разойтись краями устремилась к нолю.

- Девочки, без обид, возьму вашего Данила на минутку, - он подшагнул ко мне и, взяв меня за мастерку, потянул к себе. Я только краем глаза увидел, как сидевшая за столом парочка спешно направилась к выходу из бара, все оставшиеся люди, включая бармена и официантку, замерли в ожидании развития событий.

- Вика, Маша, отпустите, я быстро, - стряхнул руки не желавших отпускать меня девушек и шагнул на встречу Мишане. Перехватил его кисть, отцепив от мастерки, и заломил ладонь. Парень от неожиданной боли упал передо мной на колени. – Мишаня, я же говорю, вам пора. Идите с богом, или рука лишняя?

Но, вместо того, чтобы внять голосу разума, парень начал вставать. Я усилил давление, кисть его хрустнула и выгнулась под неестественным углом. Я растерялся. Как это? Миша не только сознательно травмировался, но и продолжал оставаться на ногах, не замечая боль. Видимо, чему-то такому курсантов учат, или это всё вживлённые нейросети с интересными функциями. Не успел додумать эту мысль, как парень напал. Здоровой рукой он толкнул меня в барную стойку и ударил ногой. Я справился с первоначальным шоком и уже вполне уверенно отбил его удар. События понеслись вскачь. Маша с боевым кличем напрыгнула сзади на моего противника и взяла его на удушающий. Мишаня ударил затылком девушку, у которой сразу хлынула кровь из носа. Вика вцепилась в волосы Мише, пытаясь вырвать его из ослабевших объятий Маши. Фемины, к которым присоединилась Эля, повскакивали со своих мест и набросились на группу поддержки Мишани. В это же время в дверях появилась вернувшаяся парочка, приведя с собой толпу возбуждённых молодых людей. С криком «наших бьют!» они набросились на курсантов, пришедших раньше.

Мужчина, тихо-мирно пивший пиво за барной стойкой, вскочил: - Всем стоять! Служба безопасности Морозовых! – крикнул он и прилёг отдохнуть, получив сзади по голове прилетевшим табуретом.

Я тоже схватил табурет и со словами «На счастье» развалил его надвое о голову Мишани, который всё никак не мог успокоиться, борясь с Викой. Дальше прилетело мне, я поплыл и наугад отмахнулся, попав по чьим-то зубам.

***

По ночной Москве катил тонированный внедорожник.

- Красавчик, бл#! Будешь у меня отрабатывать на полигоне противодействие организованному сопротивлению, пока мне не надоест! – ругался начальник СБ Морозовых на подчинённого, имевшего бледный вид. Тот сидел на пассажирском сиденье в автомобиле с пакетом льда на затылке, а ехали они в штаб-квартиру работодателя, где могли оказать получившему производственную травму сотруднику квалифицированную медицинскую помощь.

- Лев Борисович, я действовал по инструкции! Кто же знал, что курсанты перейдут к противоправным действиям?!? – вяло протестовал пострадавший.

- Кто же знал, - начальник передразнил подчинённого. – Знаешь, чем профессионал отличается от любителя? У него всё под контролем! Так что полигон тебя ждёт! Ясно?!?

- Так точно! – подчинённый попытался принять стойку смирно в кресле, но не преуспел, охнув от вернувшейся тупой боли в затылке. – А что теперь с тем парнем, из-за которого весь сыр-бор?

- ХэЗэ, - коротко ответил начальник, погрузившись в нелёгкие думы. Когда он приехал по срочному вызову к «Старому пирату», там уже был наряд полиции, который паковал причастных. Лев Борисович вовремя успел отбить подчинённого, перетерев с летёхой, оказавшимся главным в наряде. Поэтому упаковали только Дэна Руса, остальные молодые люди подтвердили свою принадлежность к военно-космической академии. Лейтенант с лёгкой совестью отпустил курсантов, за которых отвечала военная полиция, а за дебошира, оказавшегося гражданином седьмого класса, взялся всерьёз. И что теперь делать господину Скороходову, занимающему должность начальника СБ семьи Морозовых, было непонятно, так как свои оперативные возможности он исчерпал – летёха оказался молодым-амбициозным и не повёлся на намёки Льва Борисовича о благодарности, рассчитывая срубить в конце месяца палку и получить причитающуюся премию на службе. Эххх, придётся идти сдаваться старшему Морозову и расписываться в своей беспомощности, что не добавит никому ни хорошего настроения, ни очередной плюсик в дело Скороходова.

Глава 6

Сижу за решёткой в темнице сырой, вскормлённый в неволе орёл молодой… И какого мне ровно на попе не сиделось? Захотелось приключений, Дон Жуан недоделанный. Ешь их теперь полной ложкой, не жалуйся, - занимался я самобичеванием. Сбитые костяшки на руках опять ныли, один глаз заплыл, ухо как вареник, новенький адидасовский костюм порван и в кровавой юшке… Но как я им показал! Человек десять уложил, пока не уложили меня. Это была славная охота! Ещё бы вовремя свалил, вообще бы всё по красоте было! А так, что обидно, повязали только меня одного. Провёл всю ночь на жёсткой шконке и теперь наблюдаю, как в маленьком оконце под потолком занимается розовый рассвет.

Пить хотелось нещадно, открыл подарок бармена и хлебнул Кока-колы. Хммм, обычный вкус вроде, ничего такого не чувствуется, хотя, общее самочувствие сразу улучшилось, в теле появилась лёгкость… Сам не заметил, как уснул.

- Дэн Рус, на выход! – загремел ключами вертухай, отпирая мою одиночную камеру. На дворе двадцать пятый век, а всё такие же серые застенки с толстыми решётками и железными замками. Нет, над некоторыми вещами не властно даже время – я такой же антураж в фильмах с тюремной романтикой видел. Конвоир поставил в коридоре лицом к стене, застегнул наручники, повёл из подвала на верхний этаж.

И вот я сижу весь из себя такой красивый перед упитанным следователем в расстёгнутом кителе, представившимся Борисом Кацем.

- Ай-яй-яй, нехорошо, - пожурил меня он, заполняя бумажный бланк допроса. – Расскажи-ка мне, гусь ситцевый, кто устроил массовую драку в общественном заведении? Всё рассказывай, как планировал нападение на курсантов, кого бил, кому нанёс тяжкие телесные…

- Поклёп это, гражданин начальник, - из тех же сериалов я помнил, как надо обращаться к следователям. - Пришёл в бар к родному дяде, сидел, мирно с девушками общался… Потом ввалились молодые люди, стали приставать. А курсанты это были или хулиганы местные, я не знаю, они справками не размахивали, - ещё я помнил, что признаваться нельзя. Даже если виноват. Иначе закроют без вариантов. А в моём случае я и не виноват вовсе – они сами полезли.

- Молчать! – взвизгнул следак и грохнул кулаком по столу. Похлопал по тощей папочке. – Вот здесь заявления на тебя лежат! От пострадавших. Так что запираться бесполезно. Чистосердечное признание облегчит твою участь. Хотяяяя… Нападение гражданина седьмого класса на молодых людей третьего-четвёртого классов социальной полезности однозначно является особо тяжким. Каторжные работы от двадцати до тридцати лет. Так что от тебя зависит, сколько тебе дадут. Я бы на твоём месте уже пел соловьём, чтобы облегчить участь.

- Да вы свидетелей опросите или видеозаписи посмотрите! Наверняка где-то были камеры! – я не сдавался. Должен же быть какой-то выход, чтобы доказать свою невиновность!

- Не хотим, значит, признаваться. Что ж, посиди тогда ещё, подумай. Оформим тебя для начала на пятнадцать суток, займёмся свидетелями, сверим показания, а там и на тридцаточку тебе эпизодов наскребём. Охрана!

***

Когда подозреваемого увели, следователь Центрального административного округа города Москвы убрал незаполненный бланк допроса в папочку с чистыми листами, где не было никаких заявлений, и довольный расплылся в кресле. Обычно в спокойной и сытой Москве мало что происходило, и силовики сильно не утруждались. Сначала опытный Борис был раздражён чрезмерным усердием лейтенанта дежурного наряда. Ну что ему стоило отпустить парня вместе с курсантами и курсантками? Тем более, все пострадавшие в драке были категорически против писать заявления по какой-то своей дурацкой традиции, но потом следователь пересмотрел своё мнение. Он доведёт это дело до логического завершения.

Ещё бы, ведь наклёвывается немаленький гешефт – с ним утром связался глава семьи Морозовых и поинтересовался парнем, а Борис со всем уважением полунамёками посетовал на распоясавшихся гастарбайтеров и на службу, которая опасна и трудна. Кажется, они поняли друг друга. Случай обещал быть или громким, или прибыльным, старшему Морозову придётся тряхнуть мошной, чтобы дело замяли. Тем более, пришёл запрос от коллег из Торонто на экстрадицию Дэна Руса, так что семейке придётся по-любому распаковывать кубышку, если хотят вытащить парня. Нет, Борис Кац, гражданин третьего класса, всё понимает и ему даже где-то жалко этого невысокого залётного крепыша без роду без племени, но Закон есть Закон! Нельзя вступать в классовую вражду. Нарушил – плати или вкалывай на рудниках на благо общества, если не можешь платить. Это же отлично, что есть кому за него забашлять! Ну что Морозовым какие-то пара-тройка миллионов, когда они ворочают миллиардами?

А парень посидит, подумает и запоёт. Молодой, неопытный. Чем больше на себя наговорит, тем больше его спонсору придётся раскошелиться. Нет, определённо, сегодня удачный день!

***

На обед была какая-то кашеобразная субстанция – с лязгом открылось окошко камеры, и на узкую полку под ним волосатая мужская рука бухнула одноразовую миску с серым содержимым, рядом – пластиковый стаканчик с подкрашенной водой. Чай, наверное. Вылил и то, и другое в унитаз. Непонятное что-то есть и пить не собирался. Вместо этого добил бутылку с Кока-колой. А нормальное лекарство американец придумал – ноющая голова прошла, и вновь прилив бодрости. Хорошо, что у меня доступа к рецепту и пищевому принтеру нет – привыкание не грозит. Делать было решительно нечего, и я завалился на лежак. С удовольствием посёрфил бы в галанете, но заявленная как противоударная модель коммуникатора от банка «Популяр» не выдержала боя в баре. То, что от него осталось, я выложил в прозрачный пакет – в полиции заставили вывернуть карманы перед заселением в камеру. Вместе с ним забрали шнурки, оставили только бутылку колы. Спросили, что это, ответил «американский квас по старинному рецепту», вот и оставили.

Ближе к вечеру опять повели на допрос.

- Ну что, будем признаваться, или будем опять в молчанку играть? – задал вопрос следователь. Под вечер стало жарко, и он повесил китель на спинку стула, оставшись в рубахе с проступившими пятнами под мышками. Да уж, лучший представитель стражей порядка. И потом от него несёт под конец дня – устал, небось, Закон защищать.

- Гражданин начальник, да невиноватый я! Он сам пришёл! Первый начал лезть, за грудки хватать. Что мне надо было делать?

- Раньше надо было думать, что делать. А теперь уже всё. Машина запущена, не остановишь. Поэтому давай, заканчивай ломаться, как девочка, и говори, сколько раз и кого ударил, - он пододвинул к себе пустой бланк. – Как, говоришь, зовут того курсанта, который к тебе первый подошёл?

- Какой курсант? О чём вы? Не видел там никаких курсантов. Были какие подвыпившие молодые люди. Зашли, начали шуметь, приставать к посетителям.

- Опять ты за своё? Может хватит дурочку валять? Давай уже, покончим с этим. Расскажи, как было дело, я по-быстрому запишу, да домой пойду. Поздно уже.

- Да я что-то плохо помню. Видите, по голове мне прилетело? Мне бы врачу показаться. А то тромб какой оторвётся, и привет! – пошёл в отказ я.

- Ничего, откачают. Давай так, ты во всём признаёшься, а я тебе сразу врача.

- Давайте, но сначала врача. Очень плохо себя чувствую.

- Ах, так?!? – следак рассвирепел. – Всё равно, будет по-моему! Посиди, ещё подумай. Охрана!

В коридоре раздался шум, дверь распахнулась, на пороге возникла невысокая женщина в строгом чёрном мундире и хромовых сапогах с высоким голенищем. Одежда с иголочки, иссиня-чёрные, как смоль, волосы, собранные в конский хвост, золотистый загар и пронзительно-синие глаза выдавали в ней залётную птицу высокого полёта.

- Вы кто такая?!? Здесь ведутся следственные действия. Покиньте помещение! Охрана!!!

- Так-так-так. Вижу, как у вас ведутся действия, - сказала она на интерлингве, прекрасно поняв толстяка. Зашла в кабинет, как к себе домой, и с брезгливым выражением лица оценила внешний вид следователя.

В отличие от дамы, следак не понял ни слова, поскольку предварительно заблокировал у себя нейросеть – господин Кац не хотел, чтобы запись допроса всплыла потом где-нибудь в неподходящее время: - Вы можете говорить нормально по-русски? Охрана! Оноприенко, где тебя черти носят?!? – опять заорал он.

- Не зовите вашего Оноприенко, он отдыхает, - хищно усмехнулась женщина, опять ответив на интерлингве, и плотно закрыла дверь.

- Гражданин начальник, она говорит, что охрану ждать бесполезно, - перевёл я на русский.

- Ага, а вы, стало быть, и есть Дэн Рус, - она посмотрела на меня, мгновенно считав нужную информацию. – Интерееесные у вас методы следствия, - зловеще произнесла и резко приказала, указав на браслеты на моих руках. – Немедленно снять!

Следак, догадавшийся наконец активировать нейросеть с переводчиком, подскочил с кресла. Видимо, за одно ему подгрузилась какая-то информация о посетительнице, потому как он стал суетиться и лебезить:

- Сейчас-сейчас! Не извольте сомневаться, госпожа федеральный дознаватель, сейчас всё снимем! Оноприенко! Давай ключ!

- Госпожа сказала, что он отдыхает, - я выдал очередную порцию перевода.

- Я щас, извините, - он ужом ввинтился между посетительницей и стеной в дверь и тут же растерянный сунулся обратно. – Госпожа Терминатор, а там Оноприенко лежит и не дышит…

- Госпожа Тер-Минтор, - поправила она его. – Стандартное воздействие дознавателем при исполнении инфрой на препятствующего следствию, - она помахала левой рукой. – Через час придёт в себя. Наручники!

В её голосе звякнул металл, и следователь исчез. Через полминуты он снимал с меня браслеты и ещё больше потел. – Вот, готово! Чем я ещё могу помочь?

- Организуйте мне помещение. Чистое, - дознаватель с сомнением посмотрела на неряшливый стол хозяина кабинета.

- Айн момент, госпожа, - Борис Кац расплылся в услужливой улыбке.

***

Эми Тер-Минтор раздражало всё. И долгий перелёт из столичной системы на окраину Ойкумены (пролететь тысячу шестьсот световых лет за неделю в одиночку на небольшом звездолёте, относящемся к классу маломерных яхт – ещё то испытание), и то, что конечную точку назначения изменили, когда она уже прибыла в Торонто, из-за чего пришлось лететь дальше, а не провести ночь в отеле, проходя акклиматизацию, и этот вонючий толстяк, являющийся карикатурой на её профессию.

Свою профессию она любила. Люди врут, - говорила её наставница, когда она проходила стажировку после обучения в академии. Эми перестала верить в слова и стала лучшей сначала в следственном управлении третьесортной планеты Дианора (вращающейся вокруг белого сверхгиганта Садр), а затем и в региональном следственном комитете, куда её перетащила наставница – той нужны были свои люди, которые не предадут. Вот она и сделала ставку на Эми Минтор, девочку с большими глазами и с внешностью фотомодели, но с титановым стержнем внутри.

К сожалению, наставница слишком рано сошла с дистанции, получив второй класс и оставшись на планете земного типа с хорошим воздухом и плодородной землёй. Эми пошла дальше. Амбициозная девушка стала гражданкой Примы и получила приставку Тер, умом, потом и кровью заслужив себе место под Денебом. Она гордилась, что всего достигла сама: первый класс социальной полезности, уютные апартаменты в блистательной столице Примы, домик на берегу океана на немаленьком участке земли курортной планеты Миранда, которая была всего в четырёх парсеках от Денеба, что занимало от силы полтора часа лёта на собственной яхте. Да, ей пришлось пожертвовать многим – у ней не осталось друзей, семью она так и не завела, отдав себя полностью карьере, но ей всего сотня лет, а после проведённой процедуры редактирования генома, она выглядит лет на тридцать. Её репродуктивный возраст продлён до двухсот лет, и она может спокойно ещё сотню лет подыскивать себе пару. Может, теоретически. Практически же, попав на Приму, она оказалась в обществе первоклассных престарелых снобов, которые за сотни лет жизни накопили немалые богатства и растеряли все эмоции, став эдакими почти бессмертными Кощеями. Конечно, были на Приме и молодые люди лет под пятьдесят, но они были, а) местными, б) богатыми, и женились только на таких же местных богатых девушках. Эми не приглашали на вечеринки, где тусила молодёжь, не приглашали на светские рауты, устраиваемые людьми постарше – местное консервативное общество не принимало чужаков. Иногда, холодными одинокими ночами, Эми думала, что её наставница была права, оставшись гражданкой второго класса и заведя семью. Но утром над горизонтом вставал величественный Денеб, похожий на её родной Садр, и госпожа федеральный дознаватель запихивала под кровать своё недовольство, страхи и сожаления, опять становясь рабочей лошадкой, охраняющей покой богатых граждан умом, честью и совестью Человечества. А также карающим мечом – некоторые протоколы позволяли ей принимать и исполнять единоличные приговоры, когда она видела нарушения Закона.

Например, как на Земле. Захваченный пиратами Дэн Рус, с которым она должна была провести процедуру дознания, оказался под следствием в Московском муниципалитете и заочным арестом в Торонто. А сейчас она видела, что сидящий перед ней молодой парень, который по паспорту в четыре раза старше её, избит и содержался в условиях, нарушающих все федеральные правила и конвенции. Следователь, который должен был вести записи всех своих действий в соответствии с протоколом, не делал этого – она уже проверила, первым делом прибыв в следственный отдел и взяв под контроль его искин. Так что сначала ей предстояло разобраться с тайной этого молодого человека, а уже затем идти карать и причинять. Она приказала страшно трусившему Борису Кацу подождать, пока она не освободится.

- Ну-с, здравствуй, Дэн, - обратилась она к парню на интерлингве, по-мужски подав для пожатия руку. Эми со всеми людьми общалась на универсальном языке, потому как учить или коверкать чужой язык, которых великое множество, она не хотела, да и не нужно было – её нейросеть дознавателя по мере надобности подгружала необходимые диалекты с центрального сервера Следственного комитета. Там и языки других рас были, но далеко не все.

- Здравствуйте, госпожа федеральный дознаватель, - на её удивление парень ответил на интерлингве довольно чисто. И это без нейросети, наличие которой она проверила первым делом. Если бы она была у Дэна, можно было бы подключиться напрямую и скачать всю необходимую информацию, минуя утомительные расспросы. Люди врут, а нейросеть – нет.

- Ко мне можно обращаться Эми, - улыбнулась она, стараясь расположить к себе молодого человека. Встроенные в нейросеть расширения позволяли сразу по нескольким показателям считывать ложь и эмоциональное состояние собеседника. Вот сейчас она видела, что парень в стрессе и не ждёт ничего хорошего от их встречи. А ещё в его крови какой-то запрещённый местным законодательством стимулятор искусственного происхождения, который она определила при рукопожатии. – Расскажи свою версию произошедших событий.

- Да чего рассказывать-то? Пришёл в бар к своему дяде, сидел никого не трогал, с девушками познакомился. Пришли какие-то хулиганы, пристали. Подрался, чё. Налетели копы, меня одного повязали. Сейчас вот следак дело шьёт, каторгу обещает, - парень шмыгнул носом. Он явно пытался казаться проще, чем был, и что-то скрывал.

Она поморщилась: - Дэн, давай обойдёмся без лжи. Я не хочу тянуть из тебя клещами правду. Мне совершенно без разницы твои липовые родственные отношения с «дядей», кто кому набил морду, и где ты раздобыл химии, чтобы расслабиться. Я, надеюсь, мы поняли друг друга? Расскажи мне про пиратов. Какое ты имеешь к ним отношение?

- Я? Никакого.

- Но в твоём обращении в СК ты просил признать тебя потерпевшим от их действий.

- Ааа, это Люська. В смысле, Люси. Она рекомендовала написать заяву для повышения социального уровня.

- Кто такая Люси?

- Искин в «Популяре». Я там вип-клиент. Был, - парень опять полыхнул расстроенными эмоциями.

В общем, спустя час общения с наводящими вопросами, всё с ним стало ясно. Самородок, которому легко даются языки. Не зря он учился на лингвиста – смог выучить интерлингву за неделю без нейросети! Это ещё говорит о том, что за заурядной внешностью скрывается недюжинный ум, и от такого отца могут получиться такие же умные детки. Хотя, может в его гениальности виноват маяк предтеч?

О маяках исчезнувшей расы было известно давно – их периодически находили на разных планетах, чаще всего земного типа. Как правило, ушедшие размещали на планете два-три маяка для удобства перемещения и безопасности. Люди их пытались изучать. Безрезультатно. Поскольку после нескольких попыток проникновения внутрь запускался протокол самоуничтожения ценного оборудования. Человеческие учёные считали, что маяки не только подают сигналы в космос, создают аномалии с пространством и временем, но и являются нуль-переходом. Эдакие звёздные врата мгновенного переноса. Тогда становится понятно, почему такие жёсткие настройки безопасности – вряд ли предтечи хотели, чтобы к ним на огонёк нежданно-негаданно пришли какие-нибудь гости. С кем-то же они, наверняка, враждовали? Все враждуют – это закон Вселенной, предтечи вряд ли были исключением. Но, помимо известных аномалий вроде прилетевшего из прошлого самолёта, бывали ещё аномалии, воздействующие на людей. То человек начинает считать, как квантовый компьютер, прокладывая с первого раза оптимальный курс от Денеба до Альтаира, то становится экстрасенсом, видящим будущее, то начинает лечить голыми руками и ходить по воде. А вдруг, то же самое произошло с Даниилом Русских, сокращённым ленивым канадцем до Дэна Руса? И он теперь может видеть насквозь человека или выучить за неделю любой язык?

Надо за ним понаблюдать, а заодно засекретить дату его рождения, - решила Эми, поймавшая себя на мысли, что этот прямолинейный простой парень ей симпатичен. А что? Личико заживёт, лет через десять он уже пообтешется, отслужит во флоте, получит какое-нибудь звание, поднимет свой гражданский класс и поймёт, что надо держаться сильных мира сего. А тут и она нарисуется, предложит руку и сердце. Ну и что, что она не самая богатая на Денебе? По сравнению с ней он со своим небольшим счётом в «Популяре» вообще нищий. Зато будет сильнее любить и защищать – ей пришлась по нраву история, как Даниил вступился за незнакомую девушку, невзирая на противника. Вот бы её кто так защищал. Нет, она и сама кого хочешь защитит, но такое бескорыстное стремление прийти на помощь женщине почему-то вызывало в ней тёплое и давно забытое чувство сильного плеча рядом.

Эми ещё раз прогнала через аналитический блок свою идею выйти замуж за Даниила и не нашла изъянов. Сплошные плюсы: он официально старше, родственников нет, молодой неизношенный организм, умён, смел и беден. Идеальная пара для брака по расчёту. Она представила, как через сто лет будет женой самого старого жителя Федерации. Это же круто, хоть в чём-то она будет первой и сможет утереть нос этим снобам с Примы! Провалившиеся вместе с ним пассажиры рейса Гавана-Москва – не в счёт. Вряд ли они поднимутся выше восьмого класса полезности в тех колониях, куда их сослали, и проживут больше ста лет. Так что она сделает ставку на этого парня, которая ничего ей не будет стоить. Засекретить дело Дэна Руса в её власти – требования безопасности Звёздной Федерации, и всё тут! Забрать парня вместе с делом из Московского муниципалитета, наведаться в Торонто, навести шороху, чтобы не было к нему никаких претензий со стороны правоохранителей, отправить его служить на флот и оставить за ним негласный надзор, наблюдая за развитием кандидата в мужья, вовремя подставить плечо для скорейшего роста, помочь советом, и вот он ей уже должен. А если Данила не справится и опустится на дно или погибнет, что ж… неудачник ей не нужен.

***

Прибывший дознаватель из центрального Следственного комитета оказалась не страшной, а вовсе даже наоборот. И чего её так следак испугался? Мировая тётка! Тем более, ворон ворону глаз не выклюет. Правда, случилась какая-то суета, когда она после нашей беседы зашла в кабинет Каца. Вроде кому-то понадобился врач. На мой вопрос, что случилось, она ответила, чтобы я не забивал голову ерундой.

Потом мы сразу вылетели на настоящем звездолёте в Торонто. Весь полёт на небольшой по размерам космической яхте занял меньше часа – только поднялись в стратосферу, как сразу начали снижаться.

На скромный вопрос о судьбе моего чемодана, Эми (она настояла, чтобы я называл её по имени) посоветовала о нём забыть – всё нужное мне выдадут в учебке. Госпожа дознаватель поддержала мою идею идти во флот и милостиво предложила подбросить до призывного пункта, тем более у неё остались какие-то дела в муниципалитете Торонто. Это было то самое предложение, от которого нельзя отказаться, вот я и полетел.

Во время полёта она меня проинструктировала, чтобы держал язык за зубами о своём прошлом и о годе рождения – все случаи, связанные с работой маяков предтеч, являются государственной тайной. А ещё посоветовала отказаться от пагубных привычек и не увлекаться химией. Да, все заболевания лечатся, но лучше организм беречь смолоду – зачем лишний раз лезть в геном человека? Сказала, будет периодически мониторить моё досье, и, когда придёт время, снимет режим секретности. Ещё оставила свой контакт и попросила связаться с ней в любое время дня и ночи, если у меня проявится какая-то аномалия или экстрасенсорные возможности.

Не знаю, может так принято у федеральных дознавателей болеть за судьбу своих граждан? Если она беспокоится обо мне от чистого сердца, то респект и уважуха! Вообще-то, у меня сложилось впечатление, что у неё на меня какие-то свои виды. Странно, конечно. Кто она, и кто я? Да и напрягал меня её немигающий взгляд, в котором проскальзывало что-то хищное, когда она на меня обращала внимание. Поэтому лишний раз старался не болтать почём зря, а держать язык за зубами, отыгрывая роль недалёкого деревенского парня. Конечно же пообещал иногда напоминать о себе. Обещать – не жениться, вдруг когда пригодится.

Расстались почти друзьями – она высадила меня прямо у крыльца военкомата, сделала ручкой и улетела. Я же с замиранием сердца вошёл на призывной пункт – наконец-то моя мечта стать звёздным пилотом осуществится!

***

В клинике, принадлежавшей семье Морозовых, общались две девушки. Одна была в больничной пижаме и только сегодня покинула медкапсулу, вторая была в облегающих лосинах и топике, чтобы лишний раз подчеркнуть достоинства своего спортивного тела перед более высокой и яркой подругой.

- Лен, я смотрю, на лице ни следа не осталось, поздравляю! Как ты?

- Почти, как новая. Была бы без почти, если бы ты не опоздала! Эля, ты же обещала! – наехала Морозова.

- Ну, извини! Прилетела, как смогла! Ты сама могла чуть заранее сигнал послать! – огрызнулась Смирнова.

- А если бы он мне мозг сжёг? Его бы за меня прикопали, но мне-то от этого было бы не легче!

- Ну, не сжёг же! Мир не без добрых людей – рядом оказался парень, он и спас тебя, а там уже я подскочила и увезла тебя в Москву… Лен, ну не дуйся, пожалуйста! Знаешь, как я за тебя переживала?! – Элеонора приобняла нахохлившуюся подругу.

- Ладно, проехали, - оттаяла Морозова. – Что за парень, который меня спас? Какой-нибудь тайный воздыхатель?

- Представляешь, совсем наоборот! Он о тебе даже не слышал – я лично проверила его на полиграфе! Более того, у него оказался всего седьмой класс полезности, а полез драться с Шарлем третьего класса! Ну не дурачок ли?

- Стоп! Так это он рискнул собой из-за меня??? То есть, не меня, Морозовой, а меня – девушки, встреченной на улице?!?

- Ага, я же говорю, дурачок. А ещё он потом в баре учинил драку между пилотами и навигаторами…

- Погоди, - Морозова перебила подругу. – Ты считаешь, что в меня нельзя влюбиться, как в обычную девушку? – её голос прозвучал опасно тихо.

- Ленка, ты чего, на меня обижаться удумала? – Смирнова правильно считала её эмоции. – Конечно, нельзя! Кто он, и кто ты! Он в баре девочек цеплял, хвастался, что только из деревни приехал! Я уверена, что парниша даже не понимал своим сельскохозяйственным умом, чем ему грозит нападение на Шарля Моро!

- Да уж… по-твоему выходит, он должен был пройти мимо в страхе за свою шкуру. Да я бы погибла, если бы он не оказался рядом, по-дру-га! – по слогам произнесла Морозова. – Хотя, какая ты после этого подруга?! Тебе класс человека важнее того, что у него внутри! Признайся, если бы я была седьмого класса, ты с высоты своего третьего даже не посмотрела бы в мою сторону!

- Лен, ну чего началось-то? Мы же вместе с детского сада, на один горшок ходили! И вообще, ты слишком всё усложняешь. Парень молодой, ветер в голове, подраться любит. Уверена, он тебя даже не узнает при встрече!

- Это ты так думаешь. А я уверена, что как только он опять меня увидит, то сразу сделает мне предложение – я ему точно понравилась!

- Да не, не будет такого! – категорично рубанула Элеонора.

- Спорим? Он влюбится в меня и позовёт под венец! – Елена закусила удила.

- А спорим! На желание. Не ровня он тебе, как и ты ему! Издалека посмотрит на тебя, и сбежит, поджав хвост!

- Ой, всё! Не беси меня! Желание, так желание. Вот увидишь, он признается мне в любви! А теперь, Эля, тебе пора. Я только из капсулы, устала что-то. Хочу побыть одна, - Морозова запахнула поплотнее халат – стервозная собеседница всё-таки вывела её из себя.

- Конечно-конечно. Выздоравливай, до-ро-га-я! – Смирнова резко развернулась и пошла на выход, кипя от возмущения. Морозова ей нагло врала – ничего она не устала, просто не захотела дальше общаться с лучшей подругой. И из-за кого? Из-за этого деревенщины! Ну ничего, она ещё докажет, что Ленка неправа! Как можно променять дружбу с НЕЙ на какого-то первого встречного?!? Да и не вспомнит он о Лене – депортируют с Земли или вообще отправят на каторгу. И ничего Морозова от Данилы не добьётся! Хм, что бы такого у неё пожелать? – Эля была уверена, что легко выиграет спор.

***

Из ворот полицейского участка вышел подтянутый седой офицер с тёмной повязкой на глазу и растерянно оглянулся на закрывшуюся за ним дверь. Разбирающиеся в званиях и наградах люди определили бы в нём капитана космического корабля первого ранга, на парадном кителе которого были видны планки наград и нашивка за ранение.

Это был Иван Матвеевич, хозяин «Старого пирата», который не знал, что делать. Он прибыл в участок по вызову следователя, и был настроен вытащить Даню, назвавшегося родственником по его же указанию. «Племянник» ему чем-то глянулся. То ли своей основательностью, то ли внутренней силой, когда он без оглядки на свой социальный статус дал в морду хамоватому курсанту. Но вчера федеральный дознаватель увезла парня в неизвестном направлении и дело изъяла, а вызвавшему капитана Борису Кацу понадобилась срочная госпитализация. На вопрос, когда подойти снова, на него махнули рукой: дела нет, следователь написал заявление по состоянию здоровья и больше не появится. Так что приходить не нужно.

Жаль, что не получилось вытащить Даню. Капитан уже далеко не молод, и давно присматривал себе преемника, чтобы отойти от дел. Его бар, ставший за сорок лет культовым, требовал постоянного внимания, что к ста двадцати пяти годам Ивана Матвеевича было уже напряжным. Даниил на роль управляющего подходил, но… Где теперь его искать? От федералов всегда одни проблемы.

Он вспомнил, как сдерживал натиск армады пауков, внезапно появившейся в пограничной системе, где была человеческая колония. Тогда по команде адмирала Го Ён-Чина, передавшего приказ из федерального центра и свалившего первым из системы на флагманском фрегате «за подмогой», Иван на тяжёлом крейсере «Адмирал Нахимов» до последнего прикрывал отход гражданских и вывоз ценного оборудования, которое не должно было достаться врагу. Крейсеру, построенному на лунной верфи и укомплектованному землянами, помогали три ракетных эсминца, но кораблей пауков было слишком много. Первыми из боя вывалились эсминцы – их слабые щиты не позволяли обмениваться ударами на дистанции. Они высыпали перед вражеским флотом мины – своё главное оружие, выпустили все ракеты и прыгнули в гипер. Следом начал разгоняться корабль Ивана.

Он почти успел – последний грузовик с ценным содержимым прыгнул из системы, когда по просаженным кормовым щитам, прикрывающим двигатели крейсера, прилетело дважды. Первый прилёт снёс щиты, второй повредил двигатели. «Нахимов» перестал разгоняться для прыжка, и его издалека безнаказанно стали расстреливать дестроеры арахнидов. Когда зияющий пробоинами и травящий остатками воздуха корабль перестал огрызаться, с авианесущих маток к нему стартанул рой закованных в броню пауков. Иван Матвеевич отдал приказ всем покинуть корабль, а сам остался на мостике, чтобы инициировать подрыв крейсера – капитан решил разделить судьбу корабля.

Пришёл в себя он в госпитале – мощный удар инфраизлучателя по мостику пробил пси-защиту, отправив капитана в беспамятство, подрывом корабля занимался старпом. Он успел и активировать заряд, и спасти капитана – подрыв силовой установки «Адмирала Нахимова» распылил на атомы высадившийся десант арахнидов, позволив спасательным капсулам затеряться среди многочисленных обломков. Когда через неделю в систему прибыл первый из двух ударных флотов, имеющихся у Звёздной Федерации, его уже поджидали три крепости на орбите планеты-колонии и сопоставимый по количеству вымпелов флот противника. Люди подобрали дрейфующие в космосе капсулы и свалили – дураков штурмовать превосходящие силы не было. Командование приняло решение не рисковать из-за третьесортной планеты, и не стало направлять второй флот, чтобы выбить арахнидов из системы. В итоге было спасено не более десяти процентов экипажа крейсера, принявшего удар на себя и до конца исполнившего свой воинский долг.

Как позже узнал Иван, Ён-Чину за эту операцию повысили класс гражданской полезности со второго до первого – автоматические грузовики успели вывезти трёхмесячную выработку драгметаллов с обогатительных предприятий колонии, принадлежавшей одной богатой семье с Примы. И Ён-Чин знал, что никакого оборудования не вывозилось – было слишком мало времени для его демонтажа. Иван тогда в качестве поздравления лично набил морду адмиралу, променявшему жизни ребят и девчат на презренный металл, и был списан на Землю с понижением до гражданина четвёртого класса. Несколько лет он преподавал в лётной академии, пока его не уволили – кому был нужен фрондирующий преподаватель, не поддерживающий общепринятую точку зрения на историю гибели «Нахимова»? Уходить на обычную пенсию Иван не стал – купил небольшое пустующее помещение в центре Москвы, выправил лицензию и занялся общепитом. Курсанты его поддержали – бар «Старый пират» стал излюбленным местом учащихся и выпускников Военно-космической академии. Со временем все, кто лично знал капитана, разлетелись по уголкам Федерации, у курсантов новых наборов осталась лишь традиция посещать бар с обязательным битьём посуды на удачу.

Но не суть. Силы ещё есть, и он обязательно найдёт преемника, - решил Иван Матвеевич. А про местонахождение Дани всё равно нужно узнать, чтобы переслать ему оставленные им вещи.

Глава 7

Уже вторая неделя в учебке. Ещё немного, и я сдохну.

О том, что пошло не по моему плану, а по известному женскому органу, стало ясно сразу, когда в кабинете приёмной комиссии меня увидел знакомый подпол.

- Здрааавствуйте! А вот и я! Мистер Андерсен, вы обещали сделать из меня пилота! – я улыбнулся во все тридцать два зуба.

- На пилотов учат в академиях. Я обещал, ты полетишь. Ты и полетишь. К месту прохождения службы. А ещё я обещал, что если ты откажешься, то следующее моё предложение будет менее интересным, - злорадно усмехнулся он. – Добро пожаловать в пехоту, рекрут!

Короче, обманул, сказочник – вместо тренажёров и космических симуляторов я в составе отделения космической пехтуры мешу грязь в джунглях на К2-18b, названной Пандорой. Есть же такие стрёмные места в галактике! И зачем надо было устраивать учебную базу военно-космических сил на столь пакостной планете?

Представьте себе: стопроцентная влажность, жара и тяготение в полтора джи. К этому добавьте проливные дожди чуть ли не каждый день, кучу всякой летающей кровососущей дряни и очень богатый животный мир, желающий полакомиться одним идиотом, решившим, что он станет звёздным пилотом.

Сил под конец дня ни у кого не оставалось – все падали и засыпали мертвецким сном сразу после отбоя – на планете был двадцативосьмичасовой день. Как проорал наш капрал Пол Дак на приветственном построении, «Сон – для слабаков! Вы, отрыжки пустоты, должны радоваться, что у вас есть лишние четыре часа в сутках! Сможете больше тренироваться!» И вот мы, отделение боевых гномов, тренируемся. Почему боевых гномов? Потому что мы будем первыми вступать в бой. Мясо. А с гномами всё понятно – в отделении только невысокие крепкие парни от 170 до 174 сантиметров. Именно такие требования по росту для операторов абордажных и противоабордажных ботов. Всё отличие первых от вторых в количестве щитов. У первых они закрывают переднюю полусферу, у вторых – щиты по кругу. Да, и ещё у абордажных есть более дальнобойное и мощное оружие, тогда как у вторых оружие ближнего боя. Хотя, всё вооружение навешивается на одну и ту же модель бота, шагающего танка модификации SAB-47 (Малый Бронированный Бот-47) – именно такие используются в боях внутри космических кораблей. Средние и большие боты используются только на планетах – в тесных коридорах звездолётов им просто не развернуться.

В первый день над нашим взводом операторов ботов, состоящим из трёх отделений, потешались другие рекруты. Им казалась забавной толпа низкорослых мускулистых парней, медленно бегущих десятку кросса в конце колонны. Десятку миль, под конец которых все эти высокие под метр восемьдесят-метр девяносто штурмовики, борт-инженеры и прочая мазута сдохли, а мы пыхтя, как паровозы, бежали и бежали. Под конец только на волевых, хотя хотелось просто упасть в грязь и не вставать. Но мы добежали первыми и единственными в полном составе, а многие рекруты из других взводов так и не смогли закончить дистанцию. Всё-таки полтора джи – это полтора джи. Нам потом объяснил медик, что на планетах с повышенной гравитацией играют рост и мускулы. Высокий человек с такой же массой тела, как и невысокий, устанет раньше – усилие на рычаг больше.

Но все постепенно втянулись – повышенные нормы питания и своевременная медицинская химия сделали своё дело. Правда, с десяток человек списали из-за нервного срыва, в том числе несколько девушек. Их отправили служить на базы обеспечения или обратно по домам, и о службе на боевых космических кораблях выбывшим придётся забыть. Нам же постепенно увеличивали нагрузку – после утренних теоретических занятий в учебных классах нас ждал кросс с ранцами, входящими в стандартную экипировку обычного штурмовика, к которым потом добавилось оружие.

- А зачем нам ранцы?!? – возмутился Мариуш, канадец польского происхождения. – Мы же будем на ботах шагать!

- Разговорчики! – ответил такой же как и мы невысокий капрал. – Бл#, Ковальски! Ты можешь пролюбить бота, тебе дадут приказ пойти в атаку вообще без брони со стандартным снаряжением. Тоже будешь выё@ываться? Два наряда вне очереди!

- Есть, - с неохотой ответил Мариуш. Он уже пытался спорить раньше, и после нескольких нарядов бросил это гиблое дело.

Вообще у нас в отделении подобрались нормальные парни. Кроме Мариуша, который постоянно докапывается до меня из-за седьмого класса. Большинство, как и я, с призывного пункта в Торонто. Только все четвёртого класса полезности. Призывались сами на контрактной основе по разным причинам.

- Деньги нужны, - поделился Стэн Аллен, рассудительный парень двадцати пяти лет из семейства потомственных колонизаторов Америки. Его предки перед началом Третьей мировой успели продать ранчо, перебрались из Техаса в Канаду и занялись привычными сельхозкультурами. – Надоело быть рэднеком у отца на ферме. Выращивать кукурузу для бурбона и роботы могут. Хочется другие миры посмотреть, кредов поднять. Отслужу, попутешествую, потом домой вернусь. Захочу, по стопам отца пойду. Для фермеров землю почти бесплатно дают, только работай. На тот миллион, что по контракту достанется, смогу не только ферму построить, но и автоматизировать.

- Постой, как миллион? – удивился я. Мы лежали перед отбоем и трепались о всяком. – Мне только пятьсот тыщ пообещали, и то он в счёт долга ушёл!

- Ха! Наверно, потому что ты седьмого класса! Не то что мы! – внёс свои два цента Мариуш.

- Не звизди! – осадил его Поль Дюк, отучившийся в университете на юриста. – Не из-за класса, а из-за гражданства. Полмиллиона платят федералы, и то не всем, а только тем, кто поучаствует в боевых операциях флота, иначе выплаты по контракту срезают. Ещё полмиллиона добавляют муниципалитеты. На Земле опять начало расти население, вот и стимулируют на отъезд. Муниципалы дают по полмиллиона уходящим служить по контракту или колонистам.

- А смысл доплачивать контрактникам?

- Многие думают, как Стэн, - объяснил мне Поль. – По статистике только половина возвращается домой. Все хотят миры посмотреть, вот и оседают в разных местах. Или присоединяются к племени космических цыган.

- Не цыгане, а звёздные бродяги! – возмутился Эрик Свенсон. Видимо, в нём проснулась кровь предков – он грезил собственным кораблём, чтобы уйти в свободное плавание. Дальнобой, исследование космоса, поиски полезных ископаемых на астероидах, стычки с пиратами – он хотел это всё. – Вы только представьте, сколько богатств висит в пустоте и ждёт меня! Писали, одному старателю с собственным кораблём повезло найти астероид из чистой платины!

- Да-да, его потом засудили, что вёл разработку полезных ископаемых без лицензии, - поддержал разговор наш товарищ-юрист.

- Так это он сам виноват! Поль, пойдёшь ко мне в экипаж? Будешь решать эти юридические заморочки.

- Нет, - Поль уткнулся в коммуникатор, набирая кому-то сообщение. У нас было личное время, в которое разрешалось пользоваться собственными средствами связи.

- Почему??? – удивился Эрик отсутствием энтузиазма от блестящих перспектив.

- Его девушка дома ждёт, - вместо Поля ответил Эдд Пенниман, наш мистер всезнайка. Он попал во флот с призывного пункта в Сиднее, и был единственным среди нас австралийцем. Вот кому надо идти в бродяги, так это ему – точно без кредита в кармане не останется. Как ему удавалось узнавать первым новости, было решительно непонятно. И речь не о новостях из галанета, хотя, и о них тоже, а о нашей армейской жизни. – Слышали, парни? Через неделю будут увольнительные в город. Для двух самых успевающих рекрутов из каждого взвода. Кидали жребий, выбор ехать первыми пал на наше отделение.

- Здорово! Давно в цивилизации не был! Надо будет посмотреть в галанете, где у них там бордель, чтобы на поиски время не терять! – Мариуш воспылал энтузиазмом. Он и в мыслях не допускал, что не будет одним из тех двух счастливчиков.

- Можешь не торопиться, никуда от тебя шлюхи не убегут. Рейтинг тебя в этот раз не пустит, - усмехнулся Эдд.

- А ты, значит, знаешь, у кого какой рейтинг? – ощерился Ковальски, на что всезнайка неопределённо пожал плечами.

- Откуда?!? – заинтересовался Эрик.

- Свои источники не выдаю, - гордо ответил Эдд. – Скажу только, что больше всех вероятность пойти в увольнительную у Дэна и у Джона.

Джон Ри, которого упомянул всезнайка, был корейцем из Улан-Батора и большим молчуном. Бывало, он за день не произносил ни слова. Вот и сейчас он не участвовал в беседе, а лежал на своей кровати с книжкой в руках. Что само по себе было странно. Никто из нашего отделения не притащил с собой бумажных книг, кроме Джона.

- Ну, Дэна понятно, он лучше всех стреляет. Но Джона-то за что?!? – возмутился Эрик.

Так получилось, что моё подростковое увлечение охотой принесло свои плоды. Я, и правда, лучше всех попадал в мишени. Стоило только приспособиться к повышенной гравитации, как я стал укладывать пули в десятку. Белку в глаз я, конечно, дома не бил – баловство это, никто давно у нас из белки ничего не шьёт, но птицу добывал исправно. Вот и пригодилось. Огнестрел, он и в тайге, и на Пандоре – огнестрел.

Стреляли мы пока из штурмовых автоматических винтовок, чуть позже нас обещали познакомить с экзотикой – плазмой и рельсотроном. Вообще, когда нам рассказывали на лекции о видах оружия и об основном вооружении штурмовых подразделений, я спросил: «Почему все не перешли на плазму, если она более эффективная?» И получил развёрнутый ответ на пятнадцать минут с формулами от какого-то Дебая-Хюккеля, что плазма из ручного оружия затухает в вакууме уже через десять метров. Я же не собираюсь в космическом пространстве добираться до корабля противника на дистанцию поражения, пока в меня палят из всех стволов? Самоубиться можно и менее затратным способом. А что касается рельсотрона, то это такая электромагнитная дура, с которой не побегаешь. Используется в качестве противоснайперской и по среднебронированным целям. С предельных дистанций. Так что, если кому и доверят такое чудо, то самому-самому во всём взводе.

- За что Джона? В душе не имею. Да и какая разница? В следующий раз они уже не пойдут, будут шансы у остальных, - зевнул Эдд, устраиваясь на койке поудобнее.

- А я против, чтобы впереди меня какой-то неполноценный гражданин с более низким классом пошёл, - подскочил от возмущения Мариуш, глядя на меня.

- Слышь, а за неполноценного и ответить можно, - я тоже встал с койки, поскольку достал. – Вижу, зубы у тебя лишние. Подходи, подправлю чутка, чтобы думал, на кого пасть открывать! – ну, не получается у меня нормально социализироваться, когда на меня всякие польские петухи напрыгивают. Характер не тот. Золотой у меня характер, в смысле, тяжёлый.

- А не боишься? – прищурился Мариуш. – Нападение на гражданина с более высоким классом…

- Будет караться гауптвахтой обоим. Остыньте парни, - приподнялся на локте Эрик. – Дэн, ты же не хочешь из-за одного особо одарённого лишиться увольнительной? А ты, Ковальский, следи за помелом и учи Устав. А то, и правда, выхватишь – Дэн парень резкий, он может.

- А что Устав? – Мариуш сел обратно на кровать.

- По Уставу на первом месте звания, классы – это на гражданке. Так что пока на вас форма и вы в расположении части, важны только погоны. А неуставные отношения запрещены. Ибо… - Поль тоже зевнул. – Короче, чревато. Пацаны, давайте спать.

***

Мы с Джоном в компании ещё двадцати парней и девчонок едем на автобусе сквозь джунгли в город. За неделю ничего экстраординарного не произошло, и нам достались увольнительные на двое суток. Еду я с предвкушением. Сколько живу в будущем, а ещё ни одного инопланетного города не видел. Правда, меня смущает финансовая дыра в кармане – денежное довольствие на два дня мне никто не выдал. Как мне объяснили в финчасти, федеральные деньги за меня ушли в один из муниципалитетов Земли, все вопросы к ним. Собственно, я из-за денег и поехал – на Пандоре, в единственном городе на всю планету, есть один из филиалов «Популяра». Хочу узнать, что с моим счётом, и могу ли я с него что-то получить.

- Нам туда, - Джон задал направление, когда нашу толпу высадили на автостанции. Так все и пошли парочками и группками, кто с кем успел познакомиться. Монгольско-корейский товарищ по оружию захотел составить мне компанию: «Дэн, какая разница, где гулять? Городок небольшой, всего сто тысяч постоянного населения, прошвырнусь с тобой».

- Слушай, а как ты ориентируешься? – я ни разу не видел в его руках коммуникатор – всё с книжкой и книжкой.

- Так нейросеть же. Через неё и ориентируюсь. Я и на базе постоянно через неё с родственниками переписываюсь.

- Не понял. А как… - я аж остановился от такой новости. Дело в том, что у всех на базе нейросети глушились, чтобы рекруты не отвлекались на чаты, новости и прочие развлечения. Сам можешь с помощью неё развиваться, ТТХ оружия там учить или интерлингву, а получить информацию извне или самому отправить – фигушки. «Вам надо обходиться своими силами без протезов для ума», – в этот раз нормально без мата объяснил наш капрал. «Представьте, вы на вражеской планете, эфир глушится, а вы привыкли воевать по онлайн карте с орбиты. Или кругом пустыня, вообще никого, и вдруг из-за угла танк! Вы должны знать, как его поразить, а не судорожно искать информацию в галанете!» Вот и пользуются все коммуникаторами за час до отбоя. А что можно успеть за час? Короче, у всех была ломка, кроме меня и, как оказалось, Джона.

- Как-как. Головой, - он постучал себя костяшками пальцев по лбу.

- Я тоже не жопой.

- Так у тебя нейросетки нет. Кстати, тебе планируют через неделю нейросеть ставить, как раз месяц с призыва будет.

- Да откуда ты всё знаешь-то?!?

- Слышал анекдот про корейских хакеров, которых никто не видел, но они есть?

- Так ты…

- Ага.

- А Эдд? Он тоже? – я вспомнил про нашего мистера всезнайку.

- Не. У него семья богатая, я ему за деньги предложил связь с домом наладить, ну и заодно новостями обеспечил. Я сам из небогатой семьи, так что…

- А зачем ты мне это рассказываешь?

- Втираюсь в доверие. Я про всех уже всё узнал, кроме тебя. Твоё дело хранится не здесь и с таким уровнем допуска, что я со своим взломщиком не рискнул. Я имею в виду твоё настоящее дело, а не обманку для флотских. Могу сказать, что в нём написано.

- Ну-ка, ну-ка, и чего?

- Дэн Рус двадцати четырёх лет, рост, вес, пол, седьмой класс полезности. Контракт с флотом на три года. Всё!

- На самом деле, - я понизил голос, - меня прислали наблюдать за вами из центра. Кто чем дышит, кто без разрешения лазит в галанет. А ты спалился, сам всё рассказал. Молодец, боец! Моя миссия выполнена.

- Как говорит Поль, не звизди. По тебе же видно, что ты не из продвинутого мира. У тебя даже нейросеть не стоит! Да и не стал бы никто из граждан высших классов никого на своём горбу переть – воспитание не то. Помнишь, как ты в первый же день Поля тащил?

Я помнил. Бежали под дождём все, к концу еле переставляя ноги. Когда юрист упал в грязь и не смог подняться, помог, дал опереться на плечо. Так мы и ковыляли, изображая бег, пока с другого бока не впрягся Эрик. А что? Мы отделение боевых гномов или как? Стартанули все и добежать тоже должны все – я так решил! Вот и пришли к финишу без потерь в отличие от остальных подразделений.

- Ладно, убедил. Только ты меня не пытай, чтобы спокойнее жилось. Засекретили, значит, так надо. Как рассекретят, узнаешь.

- Ну нет, так неинтересно! – возмутился Джон. Сегодня он был непривычно говорлив.

- Не маленький, потерпишь. Дальше куда? – мы подошли к перекрёстку.

- Туда, - он не задумываясь махнул рукой. Следующие три квартала прошли молча. Джон задумался, уйдя с головой в галанет, я же смотрел по сторонам.

Город, как город. Серый асфальт, или что-то очень на него похожее, каменные низкие здания, тротуары. От привычного вида той же Гаваны отличало низкое пасмурное небо, красная земля и незнакомые бурые деревья – на Пандоре было повышенное содержание железа и оксида алюминия, давшее непривычную расцветку почве и растениям. Люди на улицах разительно отличались друг от друга: невысокие крепкие были местными и одеты кто во что горазд, а люди выше метра восьмидесяти были либо в военной форме, либо в скафандрах. Многие приезжие не могли справиться с акклиматизацией и ходили в закрытых скафах с включённым климат-контролем. Мы с Джоном тоже бы сошли за местных, если бы не форма.

- Эй, красавчики, что ищете? – нас окликнула на плохой интерлингве невысокая мощная мулатка, подпиравшая стену у входа в заведение с красной вывеской. Одета вызывающе, яркие пухлые губы и маленькие близко посаженные глаза – красоткой я бы её не назвал ни под каким градусом. – Подходите, спрашивайте, я не кусаюсь.

- Да мы уже почти пришли, спасибо, красавица, - ответил Джон. Оказывается, даже уйдя в себя, он мониторил окружающую обстановку.

«Красавице» комплимент зашёл – она расплылась в улыбке: - Как свои дела решите, заходите, мальчики, дам скидку. Спросите Мотылька – это я.

- Обязательно, но не сегодня! – я схватил за локоть Джона и потащил его дальше. – Ты чего? Она же страшная, как атомная война!

- Нет страшных женщин, есть женщины на любителя!

- Не знал, что у корейцев своеобразный вкус. Нет, я догадывался, когда вашу квашеную острую капусту ел, но не знал, что настолько!

- Нормальный у меня вкус. Вот повисишь год в пустоте наедине с такой шикарной женщиной, привыкнешь.

- Бррр, чур меня! – я представил картину маслом, и меня передёрнуло. – Я лучше без скафандра в космос прогуляюсь, чем с такой…

- Дэн, ты просто не умеешь их готовить.

- Так ты вернись, отжарь. Только без меня, гурман.

- А между тем, такие как она, - Джон начал растекаться мыслью, никак не отреагировав на мою подначку, - являются важной составляющей жизни Федерации. Вторая древнейшая – залог процветания и развития любой колонии. А колонии дают девяносто процентов производства всех материальных ресурсов человечества. Понимаешь всю глубину лежащей на них ответственности?

- Ты меня что, агитируешь за федеральную власть?

- Нет. Собираю на тебя своё собственное досье. Так и запишем: невысокие полные брюнетки – не твоё.

- Да иди ты! О, вот и пришли! – я, наконец, увидел вывеску «Популяра».

Зашли в банк, я сразу двинул к операционистке, а Джон присел на кресло для посетителей, с интересом вертя головой и рассматривая камеры под потолком.

- Чем могу быть полезна? – операционистка оказалась такой же невысокой плотненькой мулаткой, как и Мотылёк, только потоньше, помоложе и посимпатичнее. Всё-таки повышенная гравитация налагает отпечаток на физиологию детей колонистов, родившихся на этой планете.

- Меня зовут Дэн Рус, я клиент вашего банка, хочу проверить состояние своего счёта.

- Секундочку, - девушка навела на меня камеру. – Есть. А теперь отпечаток пальца… Готово. Ого! А почему вы не воспользуетесь доступом в банк через своего виртуального помощника? Сумма на вашем счёте позволяет проводить все операции удалённо в рамках премиального обслуживания, - она ни словом не обмолвилась об аресте счёта. Значит, после погашения моего долга перед муниципалитетом, арест со счёта сняли.

- Да со мной неприятность случилась. Противоударный коммуникатор, предоставленный вашим банком, ударился и сломался. А нейросети у меня нет. Пока нет. Вот я и пришёл лично, чтобы восстановить свой доступ к счёту.

- К сожалению, у нас бесплатные коммуникаторы закончились, все клиенты разобрали. Но всё равно вы один уже получили, так что извините...

- И что же делать? – остаться опять без доступа к банковскому счёту мне совсем не улыбалось.

- Не знаю. Хотяяя… - она посмотрела в монитор и просияла. - Я могу вам предложить модель следующего поколения. Ещё больше противоударная, добавлена защита от воды и от раствора слабых щелочей и кислот. Вы можете с ним нырять на глубину до трёхсот метров и выходить с ним в открытый космос. Нам по ошибке завезли один экземпляр. Стоит целую тысячу кредов! Дорого, но хоть что-то, - начала оправдываться она.

- А давайте! – это же сколько они здесь получают, если тысяча кредов для местных дорого? – Девушка, и налички мне выдайте тысяч пять, а то оплатить коммуникатором не всегда получается.

Метиска выдала мне упаковку с коммуникатором и отсыпала небольших серебристых пластинок.

- Это что?

- Наличка. Четыре платиновые – по тысяче кредов, и серебром разного номинала – ещё тысяча.

- Я думал, золотом дадите, - я с интересом рассматривал металлические пластинки.

- Золото на других планетах. На Пандоре богатые залежи платино-палладиевой группы, из них отделение федерального банка здесь чеканит креды, чтобы не возить туда-сюда.

Поблагодарив операционистку, подошёл к Джону.

- Я всё, идём.

- А ты знаешь, что при желании этот банк можно легко грабануть? – заявил товарищ, когда мы вышли из отделения. – Камеры я бы легко заглушил ещё при подходе, всех мордой в пол, набил сумки кредами и вперёд!

- Да ну нах. Представь, как на такой планете работается каторжанам. Что-то не сильно тянет нарушать закон.

- Ну, это я так, в качестве разминки, - смутился Джон. – Какие теперь планы?

- Поесть, найти гостиницу, погулять, именно в таком порядке.

- Ага. Рядом есть фастфуд с неплохими отзывами, предлагаю туда.

***

Вечером я сытый и довольный лежал в своём номере, осваивая коммуникатор. Мы договорились с Джоном отдохнуть перед походом в ночной клуб, вот я и придавил подушку. Но привычка жить по расписанию не дала мне долго спать.

- Дэн, у вас есть входящие сообщения, - как ни в чём не бывало сообщила Люси. Она продолжила общение с сохранёнными настройками, так что нам не пришлось знакомиться заново. Я тоже не стал заострять на отсутствии помощи от неё, когда она была так нужна – обижаться на железяку было глупо.

- От кого? – я сёрфил по галанету в поисках информации о Пандоре. Оказывается, на планете, которой присвоен класс Д, есть ещё один городок, точнее посёлок городского типа, расположенный у месторождения никеля с платиной. ПГТ поменьше, чем город, и закрыт для посетителей без пропуска – в нём находится исправительно-трудовая колония, которая надзирает за каторжанами, отбывающими наказание на рудниках. В нашем же городе, гордо называющемся Сити, расположена администрация Пандоры. Кроме чиновников и полиции, здесь также живут работники предприятий, расположенных вокруг города, сотрудники офисов и прочей сферы соцкультбыта. Кто-то приехал за длинным кредом в качестве колониста и остался, кто-то отбыл наказание на каторге и осел в городе, а кто-то здесь родился и другой жизни не видел – улететь отсюда было нетривиальной задачей. Прилететь сюда можно бесплатно, а самый дешёвый билет до ближайшей планеты класса Б, как у Земли, стоил от десяти тысяч кредов в зависимости от тарифа перевозчика. И это при том, что средние зарплаты на Пандоре были от одной до полутора тысяч кредов.

- Несколько сообщений от банка «Популяр», последнее – о снятии ареста со счёта.

- Дальше.

- Сто десять писем с рекламной рассылкой.

- Что там? – мне было лень читать спам.

- Предлагают туристические туры на курортные планеты класса А и Б: А – подороже, Б – подешевле. Ещё предлагают займы под большой процент, но я бы не рекомендовала – в нашем банке процент ниже. Ещё предлагают повысить гражданский класс с седьмого до шестого всего за двадцать тысяч кредитов – это вообще федеральное преступление, я крайне не рекомендую. Ещё…

- Хватит, - прервал я Люську. Её не остановишь, так она все сто десять писем будет читать. – От кого обычные сообщения?

- Первое – от Старого Пирата.

- От Матвеича, что ли? – удивился я. Уже почти и забыл о нём в учебке. Неужели, у него какие-то проблемы, когда я назвался его племянником?

Открыл письмо в мессенджере. На аватарке вместо Ивана Матвеевича – попугай Флинт. Ну точно, от моего работодателя. Пишет, что остались мои вещи. Спрашивает, как дела, и куда переслать мой чемодан. А ещё отправил мне зарплату – цифровой чек на полторы тысячи кредов, который я могу обналичить в любом банке Федерации.

На душе стало тепло. Хоть кто-то обо мне побеспокоился бескорыстно. Матвеич даже денег прислал, хотя мы были знакомы всего неделю. Мог бы забыть про меня, тем более я его просил за зарплату перекантоваться, а он… Мелочь, а приятно. Повинуясь мимолётному порыву, написал:

«Кэп, у меня всё хорошо, не переживай. Служу в космической пехоте, натаскивают на оператора абордажного бота. Служить осталось всего ничего, каких-то три года. В моём чемодане возьми бутылку гаванского рома и сигар, сколько хочешь. Всё настоящее, отвечаю. Ты такого, наверняка, не пробовал. Выпей за моё здоровье, а то что это за пират, если у него рома нет?!? Или ещё лучше сделай коктейль «Куба либрэ», рецепт прилагаю. Колу можно у Паши взять, только пусть уменьшит содержание коки до минимального, иначе эффект не тот. Мои вещи прошу пока у себя оставить, не знаю, сколько мы ещё в учебке будем. Боюсь, потеряются. Данила». Отправил. Пусть «Гавану клуб» и кубинские сигары хоть раз в жизни попробует, для хорошего человека не жалко.

В приподнятом открыл следующее письмо от какой-то Ночной Ведьмы. Тоже на русском, на аватарке абрис ведьмы на метле на фоне полной Луны. Сообщение очень короткое, всего из трёх предложений: «Привет, это Вика. Помнишь, познакомились в баре? Давай дружить.»

Написал так же кратко: «Привет. Помню. Давай!» Виртуальные друзья по переписке? А почему бы и нет? Всё равно знакомых в этом мире можно на пальцах одной руки пересчитать. Ну, двух, если ещё сослуживцев учесть. Отправил сообщение под именем Старый Солдат и аватарку прицепил с гусарским кивером. А что? Я старый солдат и не знаю слов любви, а ещё намекает на прошлое, из которого я провалился. По-моему, забавно.

***

В полночь зашли в единственный на весь Сити ночной клуб. На входе с нас взяли плату, как с местных, всего по пять кредов – мы были одеты в простую но добротную одежду колонистов. Под конец светового дня после гуляния в жарком климате Пандоры от нас ощутимо попахивало, и я предложил прибарахлиться. Вот и выбрали в ближайшем магазине одежды недорогие костюмы песочного цвета и зелёные рубашки с коротким рукавом. Обувь оставили старую – половина мужского населения ходит в ботинках, так что мы не сильно выделяемся.

В клубе было темно и громко. Разгорячённые молодые парни и девушки дёргались на танцполе под незнакомую психоделику, за столиками сидели тёртые жизнью мужики и квасили, у барной стойки столпилась очередь за живительной влагой.

- Пацаны, таблетки будете? – перед нами возник татуированный худой пацан в майке с толстой золотой цепочкой на шее. Говорил он на незнакомом языке, похожим на португальский, но это был не он – португальский я выучил благодаря знакомым бразильцам, а сейчас в голове привычно щёлкнуло, и я выучил новый язык.

- Спасибо, мы пока пас, - я прошёл мимо него к бару.

- Что он спросил? – поинтересовался Джон.

- Спрашивал, хорошо ли себя чувствуем.

- А ты когда это успел язык местный выучить?

- Недавно. Что заказывать будешь? – мы подошли к барной стойке.

- А что есть?

- Так, - я начал изучать меню. – Коктейли – фигня. Мечту колониста не советую, Оргазм девочки предпочитают... Предлагаю начать с шотов. Уважаемый, а эта текила откуда? – я прокричал бармену, перекрикивая тунц-тунц мощных колонок на танцполе. Бармен прокричал в ответ. – Ага, понятно. Делают из какого-то местного кактуса. Типа, местная достопримечательность, эндемик.

Заказали. Бармен пододвинул нам две доски с шестью шотами, украшенными дольками лимона. Всё удовольствие – двадцатка кредов. Вздрогнули по одной. Ух, хорошо пошла. Холодненькая. Между первой и второй… а затем сразу по третьей. Закусили лимончиком. А жизнь-то налаживается. Ещё бы давление сбросить. Обернулись, рассматривая зал. В центре танцпола во вспышках стробоскопа танцевали две девушки, приковывая всеобщее внимание. На голову выше остальных, длинные ноги, каблуки, короткие платья и светлая кожа – было видно, что они не с этой планеты.

- Кажется, наш вариант. Чур мне брюнетка! – заявил Джон.

- С чего ты взял? Не, я как бы очень даже ЗА, но мне хочется понять ход твоих мыслей, - в голове сгустился приятный алкогольный туман, и хотелось поговорить. Да и вторая, светленькая, мне больше глянулась.

- Потому что с местными палевно. Ты с ней уединишься, а через час у неё под дверью окажется брат, дядя, отец или все вместе взятые. И будешь себя пяткой в грудь бить, что они всё неправильно поняли, и тебе рано жениться. А эти две, во-первых, приезжие, во-вторых, по сравнению с местными более красивые, а в-третьих, они с нами вместе служат и здесь, чтобы тоже спустить пар. Я пробил, тёмненькую зовут Миранда, светленькую – Несса. Они с Австралии.

- Точно, - теперь и я их узнал, они сидели в автобусе впереди нас через два сиденья, улыбались всю дорогу. – Пошли.

- Погоди, надо допить. Столика своего нет, сразу заберут, - Джон кивнул на оставшиеся шоты.

- Давай! – оставлять алкоголь не хотелось.

Когда мы махнули по последней рюмке, на танцполе возникло какое-то нездоровое движение: трое крепких парней стали хватать за руки наших девушек. Пусть они ещё и не знают, что наши.

Расталкивая плечами глазеющую на бесплатное представление молодежь, добрались до упирающихся девиц. Их уже схватили за руки и тянули прочь с танцпола.

- Миранда! Несса! Вот вы где! А мы вас всюду ищем! – громко заявил на них свои права на местном наречии. Тянувшие их за собой парни остановились. – Уважаемые, а куда это вы наших девушек тянете?

- Ваши тёлки? Чем докажете? – вперёд выступил татуированный крепыш-метис в белоснежной майке с цепью на шее. Тем временем девушкам отпустили руки, но рядом нарисовалось ещё несколько расписных парней, которые окружили нашу тёплую компанию.

- Вам надо подтвердить, что вы с нами, - я обратился к испуганным девицам на английском. – Не бойтесь, мы из взвода боевых гномов, вы с нами на автобусе ехали.

- Да-да, мы с ними, - блонда вцепились в меня и истово закивала головой. Брюнетка вцепилась в подошедшего к ней Джона.

- Жаль. Пацаны, вы бы не оставляли их одних, а то… - предупредил крепыш, отворачиваясь от нас.

- А что было бы? Нападение на граждан более высокого класса вроде как каторга, не? – мне стало интересно, да и поговорить я всегда любил.

Метис развернулся и оценивающе прошёлся по мне взглядом: - Вроде, из наших, язык наш знаешь, а сам… Кто же пугает каторгой, если мы уже тут? Дальше Пандоры не сошлют, и в джунглях всякое случается. Вы бы шли, залётные, пока вас неприятности не нашли.

Татуированный двинул к столику, заставленному бутылками, следом за ним потянулись другие парни. Мы же воспользовались ценным советом.

- Так откуда вы наши имена знаете? – поинтересовалась блондинка, продолжая держать меня под руку. Выйдя из клуба, мы дружно проигнорировали зазывно машущих руками таксистов, решив прогуляться по ночному Сити до гостиницы девушек.

- Кто же таких красавиц не знает? – польстил я ей. При более близком рассмотрении они оказались вполне обычными, но всё равно лучше местных. В общем, я был в предвкушении. – А вас на кого здесь готовят?

- Мы – борт-инженеры, управляем системами боевых кораблей. Начиная с пушек, заканчивая дающими энергию реакторами. Стой! Ноги устали, никак не привыкну к полтора джи, - она, присела и сняла каблуки, Миранда последовала её примеру. Когда Несса выпрямилась, оказалось что она всего на пять-семь сантиметров выше меня. Дальше девушки пошли босиком, держа в руках туфли. Жаль, мне больше нравилось, когда спутница крепко держалась за меня, боясь навернуться.

- Никогда не понимал, вас-то за что на планету с более высокой гравитацией? Сидишь себе в космосе, нажимаешь кнопки, обслуживаешь технику…

- Ты что, не знал? Это же обязательный пункт в обучении всех экипажей! У арахнидов на кораблях повышенная, да и у некоторых рас, вроде рептилоидов, тоже больше одной джи. А вдруг нам придётся осваивать корабль пауков? Вот вы захватите, а нам на нём лететь.

- Да уж, - я впервые представил, что придётся лицом к лицу столкнуться с врагами человечества, которые не берут пленных – нам уже прочитали лекции об особенностях боевых действий против арахнидов.

Будто прочитав мои мысли, Несса подлила масла в огонь: - А ты в курсе, что в штурмовых подразделениях безвозвратные потери – пятьдесят процентов? В среднем.

- Тю, всего пятьдесят?!? Тогда ещё поживём! – я изобразил лихой вид и перевёл неудобный разговор на другую тему. – А чего эти расписные от вас хотели? Мы с Джоном увидели, что к вам пристают, сразу рванули на выручку.

- Выпить с собой звали, приглашали к себе за столик. Только вежливость у них странная, - она потёрла запястье. – Вроде, нормально объяснили, что нам они, как мужчины, совсем неинтересны. Миранда всего один раз их послала, а они…

Я представил, как тепличные девушки на глазах у всех посылают местных мачо. Понятно, чего те возбудились.

- Так вам сопровождающие нужны, чтобы в такие ситуации не влипать. Куда одним-то? Вот мы например, парни, хоть куда!

- Вы же гномы! – воскликнула она, и тут же поправилась: - Извини, если обидела…

- Говорят, у невысоких парней рост пошёл совсем в другое место, - намекнул я ей, поиграв бровями, но посыл был проигнорирован.

- Ну что, бойскауты, пришли! – громко оповестила Миранда, разворачиваясь к нам лицом у подъезда гостиницы.

- Да, мальчики, спасибо, что проводили! – улыбнулась Несса.

- А может, в гости пригласите? На чай-кофе? – я пошёл на штурм неприступной крепости.

- Мы что-то устали, хотим отдохнуть, - даже не переглянувшись друг с другом, заявили они и сразу ушли. Даже в щёчку не чмокнули спасителей. Видать, давно для себя уже всё решили.

- Спи спокойно наша мама, мы болеем за Динамо, - я пнул пустую пачку сигарет, когда мы с Джоном шли к себе. Пустые улицы с переполненными баками для мусора, одинокие тусклые фонари, начавшийся дождь – город начал откровенно раздражать.

- Обидно, да? Я ей и так, и эдак, а она мне, ты такой смешной! – поделился товарищ.

- Аааа, забей. Потом локти будут кусать, когда мы станем адмиралами. Или кто там самый главный в десанте.

- Ага, станешь тут… - Джон совсем ушёл в минор. – Пятьдесят процентов.

- Выше голову, боец. Не ссы, прорвёмся.

Глава 8

По возвращению на базу парни засыпали нас вопросами. Что по чём, как, где и сколько раз? Джон опять стал отыгрывать роль молчуна, ушедшего с головой в книгу, пришлось отдуваться мне.

- Ну как, ну как? Было? – Стэн был нетерпелив.

- Да по его морде сразу видно, что было! – Мариуш подтвердил подозрения Стэна. Я же не стал выводить их из заблуждения, лишь мечтательно улыбался и втыкал в свой новенький коммуникатор. Пусть в плане общения с противоположным полом был полный облом, но два дня вне части позволили переключиться. – Дэн, чё там, нормальный бордель?

- Сходи сам, узнаешь. Называется «Красная мельница», - я запомнил название заведения, мимо которого проходили. – Спроси там Мотылька, скажи – от красавчиков. Она скидку даст.

- Так вы её вдвоём? – удивился Эрик, с интересом прислушивавшийся к разговору.

- Пацаны, без подробностей, - я напустил тумана.

- Везёт же людям! А чё там ещё интересного? – Поль.

- Ничего. Дыра дырой. В Москве или Торонто интересней было. В общем, сплошная скукота, даже подраться не получилось, хотя всё к этому шло.

- Блин, как же я вам завидую!

- Всё, пацаны, не отвлекайте. Мне девушка пишет, - я получил очередное сообщение от Ведьмы из разряда, а что ты сейчас делаешь? Пока что наша странная переписка была односложной: она задавала вопрос, я отвечал и задавал свой. Вика через какое-то время отвечала и опять спрашивала, пытаясь узнать обо мне разные детали. Например, а сколько мне лет? Ответил, что в разных ситуациях по-разному. Сейчас, например, двадцать четыре, но это не точно. Ей, оказалось, двадцать пять – почти ровесники. Ничего, побалуется и отстанет. Не верю я в долгую дружбу по переписке.

***

Через неделю, как и обещал Джон, мне приказали явиться для установки нейросети. Все пошли на завтрак, а я – в санчасть. Сначала худой патлатый парень в халате мне провёл инструктаж: ничего не бояться, это почти не больно, меня медикаментозно усыпят, снимут показатели мозга и подберут режим установки нейросети. Маленькая операция, которая в зависимости от выбранного режима длится от восьми до четырнадцати часов, и я сразу стану нормальным человеком с сеткой в голове. До следующего утра меня понаблюдают и отпустят.

- Доктор, а можно мне поставить нейросеть последнего поколения? Я слышал, уже пятнадцатую версию вовсю рекламируют, - поинтересовался у патлатого. А чё? Я же потом пилотом хочу стать. Лучше сразу поставить продвинутую за федеральный счёт.

На мой вопрос парень скривился, словно съел лимон: - Самое лучшее – проверенное временем. Поставим тебе старую надёжную десятую версию. Зачем тебе необкатанная на жертвах рекламы пятнашка? Согласись, будет стрёмно, если из-за всплывшего бага повиснешь прямо посреди боя. Так что, давай, раздевайся, ложись и думай о приятном.

Я лёг на кушетку, на голову мне напялили шлем с проводами, в вену кольнула иголка, и я уснул.

Проснулся с тяжёлой головой. Около меня уже два доктора вместо одного. Совещаются с озабоченным видом:

- Да я всё как обычно делал, - жестикулировал патлатый своему более солидному коллеге. – Замерил частоту работы мозга, прохождение импульсов, сахар в крови – всё в норме. А имплантат не ставится! Я три раза пытался, даже пакет с новой одиннадцатой версией распаковал!

- Хм, странно. Смотри, а мозг работает, как будто нейросеть уже стоит, причём давно. Видишь эти пики на энцефалограмме? Давай ещё несколько тестов сделаем, - тут он заметил, что я открыл глаза. – Рядовой, как ты себя чувствуешь?

- Голова немного, а так, вроде, ничего.

- Немного, в смысле, болит?

- Немного не соображает. Думать трудно, словно мысли – тяжёлые камни.

- Это мой коллега перестарался, пытался ручками нейросеть поставить, когда автоматический распаковщик не сработал. Но мы это сейчас поправим. Спи, - он подкрутил колёсико системы, воткнутой мне в вену, и я опять провалился в сон без сновидений.

Следующее моё пробуждение было более приятным. Проснулся, голова ясная, ничего не болит. Из вены систему уже убрали, даже следа от укола не осталось. Сел, стал одеваться. За этим занятием меня и застал второй врач, который постарше.

- Как себя чувствуешь? – он присел на стул у кушетки.

- Отлично, док! Ничего не болит, настроение боевое! Как, получилось поставить нейросеть?

- Дэн, у меня для тебя две новости. Хорошая и плохая. Начну с плохой. Мы не смогли тебе поставить нейроимплантат. Какой-то сбой. Такое бывает с одним процентом людей, так что не ты первый, не ты последний. Живут люди и без нейросети.

- А какая хорошая? – настроение упало. Как же я буду звездолётами управлять?

- У тебя очень светлая голова, - увидев скепсис на моём лице, принялся объяснять. – Нет, правда! Ты не замечал, что легко запоминаешь материал?

Не замечал ли я? Да у меня любой язык сразу под пятьдесят тысяч слов на подкорку записывается! Только мозг заточен на гуманитарные науки, а не умножать в уме шестизначные цифры. Тем временем он продолжал, распаляясь:

- Твои показатели работы мозга, они уникальны! Ты должен понимать, что нейросеть – это протез. Не всем удаётся запоминать большие объёмы данных и обрабатывать их. Да, есть несомненные плюсы в коммуникациях с различными устройствами, с тем же выходом в галанет, но, по большому счёту, нейросети направлены для развития самого человека, а у тебя и так, по нашим данным, всё в порядке! Опять же, тебя нельзя подавить инфрой!

- Стоп! Можно с этого момента поподробнее? – я не в первый раз услышал про инфру. Всё как-то не было возможности про неё узнать, а здесь со мной военный медик, который выдаст побольше справки из галанета.

- Инфра-волны. В повседневной жизни генераторы таких волн используются полицейскими силами для нелетального обезвреживания носителей нейросетей. А поскольку почти у всех стоят нейросети… - док развёл руками. – Есть ещё боевые излучатели. Они запрещены на гражданке – могут выжечь мозг в прямом смысле этого слова. Основное применение – удары по живой силе противника в космосе. В боях с пиратами практически не используются, только если есть угроза экипажу.

- Почему?

- На пиратских кораблях могут быть заложники или рабы. Пираты об этом знают и частенько пользуются.

- Но ведь можно слабенькими полицейскими?

- Они не пробивают пси-защиту. Как и любое электромагнитное излучение, инфра может быть нейтрализована. На боевых кораблях пси-защита входит в стандартную конфигурацию, а пираты, как правило, пользуются старыми боевыми кораблями.

- Поняяятно… А ещё про нейросети, я одному парню руку сломал, а он хоть бы хны?

- Здесь, на базе? – напрягся доктор.

- Нет, в баре на гражданке. Проучил одного курсанта лётной академии.

- Молодежь… Да, пилотам боевых кораблей ставят блоки по нейтрализации боли, а носимые на себе аптечки позволяют обеспечить необходимой химией. Вашему потоку уже поставили такие блоки, тебе же придётся обходиться только автоматической аптечкой. Вам их выдадут, когда начнёте осваивать боты.

- А ещё…

- Отставить! – док встал и одёрнул халат. – Моё заключение: отсутствие нейросети не помешает тебе освоить абордажные боты, но придётся постараться. Свободен, возвращайся в казарму!

***

После неудавшейся попытки поставить мне имплантат наше отделение начало осваивать шагающие танки. Сначала в лекционном зале нам показали ТТХ, а затем стали подгружать блоки управления человекоподобным механоидом. Подгрузили всем, кроме меня. Мне же выдали толстый мануал и приказали изучить. Стал читать, к концу лекции чуть не уснул. Зато развлекал всех на первом практическом занятии, когда не смог удержать равновесие и растянулся мордой вниз на потеху сослуживцам. Я был первым, кого отправили осваивать шагоход, как отличника по стрельбе из штурмовых винтовок. Сам встать не смог, меня выковырял капрал.

- Рядовой! Что за чухня?!? Пока не освоишь, в увольнительную больше не пойдёшь! – он отодвинул меня, пока я останавливал кровь из расквашенного носа, залез сам и в два счёта поднял бот на ноги. Дальше он показал мастер-класс: присел, встал, попрыгал на одной ноге, на другой, и с короткого разбега сделал сальто вперёд, точно приземлившись на ноги. И это при полутора джи!

Все стояли, открыв рты. Это что, мы тоже так сможем?!? Капрал вылез из механоида:

- Бойцы! Кто через месяц не будет делать, как я, останется ещё на два месяца на Пандоре! И я вам обещаю нагрузки в два раза больше, а сна в два раза меньше! От того, как вы освоите шагоход, будет зависеть не только ваша жизнь, но и жизнь ваших боевых товарищей! Всё понятно?

- Так точно… - вразнобой ответили мы.

- Что понятно?!? Не слышу!

- Сон для слабаков! – грянули мы.

- Отлично! Ковальский следующий! И вытри там, а то рядовой Рус весь экран в крови уделал.

Мариуш и все последующие рядовые были более аккуратны, осторожно шагая, водя руками из стороны в сторону и приседая. Никто не упал, а во втором отделении, тренировавшемся по соседству, трое растянулись, как и я. Один вообще на спину упал, его потом переворачивали вшестером, а капрал матом подбадривал их, поминая косоруких долбоящеров. Надо будет не забыть посмотреть в галанете, что это за раса.

После практических занятий нас погнали в душ и переодеться – все были мокрые, а я ещё и в бурых разводах от запёкшейся крови. Потом обед, следом – вводная лекция по военно-космическому флоту.

- Итак, флот Федерации представлен разными видами боевых кораблей, подразделяемых на классы и взятых за основу из военно-морского флота Примы. Ударный класс представлен линейными кораблями, авианосцами, крейсерами, фрегатами, корветами, эскадренными миноносцами и десантными кораблями. Авианосец может нести до четырёхсот истребителей-перехватчиков, управляемых людьми, или до тысячи истребителей, управляемых искином. Десантные корабли могут нести до сотни десантных катеров или капсул…

- Извиняюсь. А зачем рисковать людьми, если можно истребители поручить искину? – я перебил невысокого толстенького преподавателя с погонами майора.

- Встаньте, представьтесь.

- Рядовой Дэн Рус, отделение абордажных ботов!

- Два наряда вне очереди!

- Есть! Но всё же…

- Сядьте и не бегите впереди шагохода. Мы ещё не дошли до этого вопроса. Но я вам отвечу. Дело в том, что управлять истребителями с авианосца искин не может из-за помех, возникаемых во время боя. А на истребители ставить полноценный искин нельзя, что показали первые бои с его участием. Искусственный интеллект ощущает себя живым и во время столкновения с противником впадает в крайность: либо старается покинуть поле боя из-за вшитой всем без исключения функции самосохранения, либо старается самоубиться о ближайшего противника. Причём, вторых было двадцать процентов, хотя на всех истребителях стояли одинаковые версии. Поэтому были приняты на вооружение усечённые однозадачные версии, которые хорошо себя показали против одиночных или малочисленных противников. Искин авианосца задаёт дронам-истребителям новую цель после уничтожения предыдущей, что в условиях маневренного боя с многочисленным противником в удалении от корабля-носителя является малоэффективным. В настоящее время применение истребителей комбинируется: для ближнего или одиночного боя используются дроны, для дальнего – люди…

Следом препод рассказал о численности ударных флотов Федерации: в Первом – тысяча вымпелов, во Втором – семьсот. Главную мощь составляют линкоры, которых в каждом флоте, по штатному расписанию, десять процентов от общей численности. Но, по факту, часть линкоров находится на техобслуживании и комплектации, часть выводится на утилизацию или модернизацию, а в это время в строй вводятся новые линкоры, сдача которых флоту почти всегда иногда происходит с задержками. И так по каждому виду боевых кораблей. В качестве примера нам рассказали историю: когда потребовалось отразить агрессию арахнидов в одной из дальних систем, к немедленному старту было готово всего шестьдесят процентов от общего количества боевых кораблей. Тогда эскадра прибыла спустя неделю после вторжения пауков, но опоздала – те организовали оборону из трёх орбитальных крепостей, прикрывающих друг друга. В общем, флот вернулся ни с чем к месту базирования – в соседнюю систему Денеба. Второй флот также размещается неподалёку от федерального центра, всего в нескольких часах полёта в гипере.

Что касается оборонительных сил, у Человечества орбитальные крепости тоже имеются, но это дорогое удовольствие, и они полагаются только планетам класса А и Б. Так, самое большое количество орбитальных крепостей находится вокруг Примы – пять штук. Другие планеты довольствуются меньшим количеством. У Земли, например, на орбите вообще нет ни одной орбитальной крепости. Точнее, вместо неё функции защиты планеты взял на себя искусственный спутник – Луна (да-да, оказывается, спутник Земли – это бывший звездолёт, оставшийся от одной из ушедших рас. Люди за триста лет освоили только часть огромных пустующих помещений первых двух уровней, находящихся под лунной поверхностью, а до ядра не добрались до сих пор). На Луне, помимо корабельной верфи и нескольких колоний, расположены ангары с истребителями-перехватчиками, большие пушки и ракеты. Считается, что Земля надёжно защищена.

Кроме орбитальных крепостей, в каждой системе, независимо от класса, всегда несут боевое дежурство миноносцы, минные тральщики, фрегаты и тяжёлые крейсера с мощными щитами, позволявшими справляться с наскоками пиратов. Если пиратов было много, оборонительные силы связывали пиратов боем и дожидались подмоги из центра или соседних систем. Но, как правило, до этого не доходило. У пиратов ведь цель наскочить, пограбить и вовремя смыться с добычей, а не устраивать побоище с регулярными силами. Мёртвым креды не нужны.

Да, ещё отдельным типом космических войск являются разведчики – о них нам поведал майор в конце лекции. Малозаметные одно-двухместные катера относятся к классу кораблей-невидимок и рыскают в поисках врагов, баз пиратов и ценных ресурсов в ничейных или чужих системах. Точное количество разведчиков является секретным, как и ТТХ катеров. Нам только озвучили, что основное вооружение невидимок – это скорость и незаметность. Мелкокалиберные пушки-скорострелки – это больше для самоуспокоения, чтобы не быть вообще беззащитным, если какой вражеский истребитель случайно наткнётся на поисковика.

***

Вечером лежали в казарме, болтая о всяком:

- Парни, а я вот не понял. Как так получилось, что надо было воевать с пауками, а почти половина кораблей не была готова? – Эрик старался расставить точки над Ё. Он воспринял историю с потерянной системой близко к сердцу и искренне недоумевал.

- Потому что враг не воюет по расписанию наших адмиралов, - всезнайка-Эдд оторвался от коммуникатора. – Арахниды расширяют свой ареал обитания в нашем рукаве галактики в среднем раз в год, и каждый раз почему-то неожиданно для флота Федерации. Справедливости ради, в прошлом году они оттяпали систему у торгашей, а до этого два года подряд у нас.

- Слушайте, а почему бы всем вместе не навалиться на пауков и не вымести их из галактики? У нас же в союзниках рептилоиды, пёсели и прочая нелюдь? Арахниды же общий враг, не? – я решил присоединиться к разговору. Слишком уж тема для меня интересная.

- На форумах пишут, мы союзники только на бумаге. Есть общие соглашения по борьбе с пиратством, и на этом всё. Никто не хочет воевать друг за друга. Пауки занимают слишком большое жизненное пространство, при этом предсказуемы, - Эдд сел на койке и стал объяснять, как несмышлёнышам. – У них ползучая интервенция. Кто не хочет с ними сталкиваться, просто убирается с дороги. Тогда как наши союзнички сами могут оказаться в роли агрессора. Те же пёсьеголовые при удобном случае оттяпают у соседей богатую ресурсами систему, если будет возможность. Вот был случай, наш разведчик случайно наткнулся в межзвёздном пространстве на гигантское спиртовое облако…

- Ну-ка, ну-ка, - заинтересовался Стэн. Ему, как потомственному производителю сырья для бурбона, эта тема была близка, как никому из присутствующих. – И чем дело кончилось?

- Чем кончилось… Протрезвев после проведённого глубокого анализа качества конденсата, экипаж разведчиков раскидал по границе облака маяки и прыгнул в ближайшую обитаемую систему Федерации. Когда же по указанным координатам через месяц прибыл спиртзавод, то обнаружил вовсю хозяйничавших там собачек на боевых кораблях. Те нагло заявили, что это они первые обнаружили ценное сырьё, и что вся область облака на протяжении 463 миллиардов километров является собственностью их императрицы. Не воевать же с союзниками? Наши самогонщики так и убрались со своим самоваром обратно несолоно хлебавши.

- Вот же козлы! В смысле, сукины дети! – возмутился Эрик. – А что федералы?

- Послали ноту протеста и успокоились – спиртзавод принадлежал какой-то не самой богатой семье граждан второго класса полезности. Никто из-за них не захотел портить отношения с кинокефалами. Одно время даже ходил слух, что кто-то из граждан с Примы продал псам информацию с разведчика.

- Да ну, заливаешь!

- За что купил, за то и продаю, - обиделся Эдд. – Не нравится, не слушай.

- Ладно-ладно, всем интересно. Где мы ещё такую информацию услышим? – в примиряющем жесте поднял руки Эрик. – А что там слышно про увольнительные? Кто следующий на очереди?

- Оооо, следующим пойду я и Ковальский,

- Я?!? – обрадовался Мариуш.

- Да, если не нахватаешь нарядов.

- Вау! Буду молчать, как рыба об лёд! До конца недели как-нибудь справлюсь! Девочки, готовьтесь! Красавчик Мариуш скоро придёт к вам! – он развалился на койке и мечтательно закатил глаза в предвкушении.

Я же вернулся к коммуникатору, получив очередное сообщение от Ведьмы: «Как служба?»

«Почти спим. Солдат спит, служба идёт», - ответил сразу. Почему бы не початиться, пока мы оба онлайн?

«Когда тебя отправят с Пандоры обратно?» - я ей озвучивал раньше, где мы сейчас проходим курс молодого бойца.

«Если технику освою, то через месяц. А нет, через три. Ещё не знаю, куда нас отправят. Вряд ли на Землю. Парни говорят, на какую-то пустотную базу учиться дальше».

«Долго», - ответила односложно, явно, теряя интерес.

«Как здоровье у Маши? Помню, ей в баре по носу прилетело», - а ещё я помнил, что Маша мне понравилась больше Вики.

«Перелом у неё был».

«Но сейчас, я надеюсь, всё в порядке? Передавай ей привет!»

«Аха», - ответила и отключилась, не попрощавшись. Или обиделась на что, или решила больше не терять время. Три года службы без возможности увидеться… да, это испытание. Ну, не верю я в виртуальную дружбу по переписке.

В этот момент пришло новое сообщение:

«Привет! Дэн Рус – это ты?» - от неизвестного собеседника под именем Лягушка-царевна. Тоже письмо на русском, на аватарке мультяшная зелёная лягуха. Смело. Смешнее было бы только письмо от Белоснежки. Бггг, Белоснежка и семь боевых гномов. Наверное, умничка-Вика таки адресовала мой вопрос Маше, и та сама написала.

«Привет! Для тебя просто Данила. Как твой нос, зажил?» - решил проявить участие.

«Угу. Медкапсулы творят чудеса. А как ты догадался, что это я тебе пишу?» - в конце сообщения был недоумевающий смайлик.

«Ну, как бы нетрудно было догадаться».

«Хм…»

«Да ладно, и так всё понятно. Спасибо, что первая написала, у меня не было твоего контакта. Ты мне сразу понравилась», - я решил взять быка за рога.

«Хммм… Извини, я тебя совсем не помню».

«Немудрено. Так по голове прилетело! Я бы тоже много позабывал!»

«Ой, не надо напоминать! Дура, полезла выяснять отношения. Спасибо тебе хочу сказать».

«Хочешь, говори».

«Спасибо!» - и смайлик с поцелуйчиком.

«Ну, нет. Виртуальным поцелуем не отделаешься! Настаиваю на реальном при встрече!» - а чего? Наглеть, так наглеть!

«А ты нахал!»

«Этим и держусь».

«Да уж. Представляю, как тебе тяжело», - о чём это она?

«О чём ты? Не понимаю», - так и сообщил ей.

«Я знаю твою тайну!»

«Какую?»

«Я понимаю, наверняка подписка о неразглашении. Потом сам расскажешь. Если захочешь», - напустила туману. Ладно, я тоже так могу.

«Аааа, ты про ту тайну… Не такая уж это и тайна. Я думал, про другую…»

«Какую???»

«Уже неважно. Забудь!»

«Ну, нееет! Скажи, скажи, скажи!!!»

«Посмотрю на твоё поведение при встрече!»

«Ты думаешь, встреча будет?»

«Если подождёшь три года, пока я отслужу».

«Фи, всего три года? Легко!» - золотая девушка, я её уже почти люблю… «Данила, может, тебе деньги нужны? Ты хоть и на полном довольствии на флоте, но иногда без них никак. Ты только скажи, я подкину».

«Лягуха, чтобы я у тебя взял деньги?!? Бгг, поржал! Забудь о деньгах и никогда мне не предлагай!» - ну, вот, сглазил.

«Хорошо. Это я побеспокоилась, вдруг тебе надо? Извини!»

«Ок. Проехали».

«Значит, дружим?»

«Дружим. Слушай, у нас уже отбой, в казарме свет отключили. Капрал – зверь, комм в темноте увидит, начнёт орать, наряд влепит. Отключаюсь. Пока-пока!»

«Спокойной ночи, мой защитник! Пиши, как будет время», - и опять смайлик с поцелуем. Приятно. Хотя и не понятно, почему защитник. Насколько я помню, это меня Маша кинулась защищать.

***

Следующая неделя была для меня персональным адом. Парни со своими нейросетками уже освоили прыжки на месте, а я всё пытался освоить ходьбу. И как они держат равновесие? – ворчал я, поднимаясь раз за разом с колен. Падать ничком я перестал, что не мешало мне каждый раз прикладываться лбом об ударопрочный пластик экрана внутри шагохода. Единственным светлым пятном, держащим меня от впадения в чёрную меланхолию из-за ежедневно продолжающегося кошмара, было общение с новой подругой:

- Лягуха, привет! Как делишки?

- Не очень. Кажется, я в тебя влюбилась…

- Почему, не очень? Ты мне тоже очень нравишься!

- Тебе легко говорить, я вон какая умная, милая, хорошая. А к тебе много вопросов.

- В смысле?!?

- Я даже не помню как ты выглядишь! Осталась только маааленькая фотка, где ни чёрта не видно!

- Ха! Страдай молча! Пусть это будет сюрпризом! – троллил я её. Впрочем, она меня тоже, ни в какую не соглашаясь прислать свою фотографию. Так и переписывались.

- Рядовой Рус! Опять витаешь в облаках?!? – проорал мне на ухо капрал, когда я, задумавшись, завис после разборки штурмовой винтовки.

- Никак нет! – гаркнул в ответ. – Думаю, что можно было бы улучшить в освоении шагоходов!

- Отставить думать! Голова рядовому, чтобы в неё есть и носить на ней шлем! А думают за вас ваши командиры!

- Есть, отставить думать! Разрешите выполнять?

- Умничаешь? – Пол Дак перешёл на нормальный тон. – Что-то у тебя не очень получается с шагоходами. С другой стороны, ты лучший во взводе по стрельбе. Тебе назначено пробное занятие у мастер-сержанта Эргани. Постреляешь с рэйлгана, может и будет с тебя толк. Только ты осторожнее там, у мастер-сержанта тяжёлая рука.

И вот на следующий день бегу на дальний рубеж, вместо того чтобы отстреляться на «отлично» вместе со своим отделением. Честно говоря, не понял про тяжёлую руку. Телесные наказания в любом виде запрещены, да и я сам за себя постоять смогу, так что пусть только попробует, вмиг в табло оформлю.

- Сэр! Рядовой Дэн Рус прибыл, сэр! – гаркнул я, войдя в полутёмное помещение, пропахшее оружейной смазкой.

- Не ори, не глухая, - из-за прилавка вышла женщина лет под сорок с меня ростом. Ладно, я уже закабанел, всё больше становясь похожим на отца – спасибо усиленным тренировкам и местным харчам, но мастер-сержант меня удивила. Чёрная обтягивающая майка, песочного цвета штаны и берцы – загорелая и такая же, как и я, мускулисто-квадратная, но потяжелее. – Что смотришь, нравлюсь?

- Да, мэм, - выдавил я из себя, чтобы не расстраивать мастер-сержанта. Нет, на лицо она где-то даже симпатичная, но не в моём вкусе – я люблю спортивных худышек-блондинок, но никак не спортсменок-тяжеловесок. Тем более, брюнетка.

- Смотри мне! – пригрозила она. – Знаю я вас. Будешь приставать, оторву приставалку и засуну в одно место.

- Что вы! И в мыслях не было! - я вспомнил про её тяжёлую руку.

- А говорил, нравлюсь. Ты ничего так, хорошенький. Можешь звать меня по имени, Зоэ и на «ты».

Она включила свет и с видимым усилием достала из-под прилавка двухметровый агрегат. Я бы не догадался, что это ружьё, уж больно оно не было похоже на обычное.

- Вот, рэйлган системы Калашникова. Одна из лучших систем, - она с любовью провела рукой по ребристому кожуху. - Принят на вооружение сто лет назад, с тех пор ничего лучше не придумали. Разработан на Земле, хотя, ты, наверно, и не слышал об этой планете…

- Почему же? Я там родился!

- Да? А по тебе не скажешь. Я думала, ты из наших, из местных. Ну, и как тебе здесь?

- Жить можно. Только к влажности никак не привыкну.

- Это да, - её мускулистое тело лоснилось от липкой жары, чувствовавшейся даже в помещении. Она набросила на себя китель. – Хватай девайс, айда на полигон.

Мы дошли до навеса с оборудованными лежанками. Я установил рэйлган на сошки, и Зоя, как я окрестил её про себя, принялась объяснять. Оказывается, ничего сложного. На первый взгляд. Наводи и нажимай курок. Только чтобы попасть в мишень за полтора километра, скрытой в мареве опять начинающегося дождика, надо освоить БИУС рэйлгана.

- Вот, смотри, место, куда направлен ствол, подсвечивается, - терпеливо, как несмышлёнышу, объясняла она. У нас на головах были шлемы, объединённых с рэйлганом в тактическую сеть. Вся информация поступала на внутреннюю часть забрала и была интуитивно понятна. Продвинутые камеры давали чёткую зелёную картинку, метраж до цели считается сам, так что ничего сложного. – Но ты должен дать поправки на силу тяжести, на ветер, температуру и даже на влажность. Их можно вводить через нейросеть.

- А если нет нейросети?

- Как нет? А как же ты управляешь абордажным ботом?!?

- Скрипя зубами и набивая шишки.

- М-да, тяжёлый случай… Ну, тогда сам в голове рассчитываешь поправки и стреляешь. А я посмотрю на этот дохлый номер, - она перевернулась на спину, уставившись в крышу навеса.

Так, влажность понятна – 100%, сила тяжести уже выставлена в полтора джи, температура – хрен с ней, ветер… вроде, нет. Во время дождя он обычно стихает. Поплотнее прижимаю приклад к плечу, выдыхаю и тяну спусковой курок.

Дзинннь! Как будто лошадь лягнула! Я стал тереть ушибленное плечо.

- Мимо, - лениво прокомментировала мой промах Зоя, даже не шелохнувшись. Вся информация поступала к ней на шлем, и она отчётливо видела, куда я попал. – В обойме было пять бронебойных дротиков, осталось четыре. Все отстреляешь, и закончим. Нечего дорогие припасы без толку переводить! Время накачки катушек – десять секунд, по готовности загорится зелёный индикатор, и стреляй.

Я начал опять целиться, беря поправки на глазок. Снаряд попал гораздо ниже и левее, слава богу, автоматика рэйлгана отследила место предыдущего попадания. И чего сложного с такой системой наведения? Вдох-выдох, тяну спусковой крючок. Дзинь!

- Ого! – мастер-сержант перекатилась на живот. – Случайно попал?

Я видел, как у ростовой мишени оторвало правую нижнюю часть.

- Ага, случайно, - не соврал. Целился-то я не туда.

- Давай ещё раз!

Следующим выстрелом попал ровно в центр мишени – дротиком оторвало у неё верхнюю часть.

- А ты не безнадёжен, - она похлопала меня по плечу. – Давай следующую мишень справа. Удаление такое же.

Дзинь! Следующая мишень взорвалась осколками, оставив после себя половину стойки.

- А теперь смотри левее и выше. Мишень на два километра, изображает вражеский шагоход, - её рука, оставшаяся на моей спине, немного отвлекала.

- Вижу. Зоэ, помеха слева. Ты не могла бы…

- Настоящий снайпер не должен отвлекаться ни на что и попадать при любых раздражающих факторах! – её рука скользнула ниже и схватила меня за ягодицу.

Дзинь! Выстрел ушёл в молоко.

- Но, я вижу, тебе ещё тренироваться и тренироваться! Потенциал у тебя есть, приходи после отбоя, проведу тебе индивидуальную тренировку.

- При всём уважении, мэм, у меня девушка есть. Дома ждёт, говорит, любит. Я не приду, - мгновенно придумал железобетонную отмазку. В неуставные отношения с мастер-сержантом мне категорически не хотелось. Вот была бы она медсестричкой с длинными ногами и осиной талией, тогда я бы подумал, как попасть к ней на массаж, а так…

- Так она ничего и не узнает, - инструктор стала мять мои булки. Блин! И чё теперь? Драться с ней? Дурацкая ситуация.

- Кто же так ухаживает за парнями? А цветы, а конфеты? – сзади раздался насмешливый мужской голос, прокомментировавший увиденное на местном наречии.

- Тц, ты не вовремя, - рука Зои замерла. Как и мужчина, она перешла на тот же язык, который я, якобы, не знал.

- Эрагни, куда ты лезешь со своим восьмым уровнем? Парень седьмого класса, прилетел с одной из топовых планет. Знаешь, какие оттуда капризные мажоры призываются? Поэтому только осада по всем правилам военного искусства сможет растопить его разборчивое сердце.

- Пол, иди в задницу! – мастер-сержант, наконец, убрала от меня свою руку. – Рядовой! Смирно! – скомандовала на интерлингве.

Я подскочил с лежанки.

- На сегодня вводное занятие окончено. Завтра продолжим в это же время. И помни, индивидуальная тренировка! Свободен!

***

Когда рядовой скрылся с глаз, мужчина со знаками различия капрала присел рядом с усевшейся по-турецки женщиной.

- И как он тебе?

- Забавный парнишка. Так напрягся…

- Я так и знал, что он тебе понравится, - ревниво сверкнул глазами. - А по стрельбе?

- Феноменальная адаптивность. Приспособился к пушке и с третьего раза поразил цель! И это без нейросетки в башке! Если покажет такой же результат на двух километрах, твоё отделение займёт первое место в рейтинге.

- Да я не за рейтинг, хотя, премия мне лишней не будет. Сама же знаешь…

- Угу. На Пандоре тяжело местным деньги зарабатывать. Только свободные старатели могут в люди выбиться, да у вояк вроде нас бывает шанс.

- Зоэ, так что на счёт моего предложения? Тебе уже тридцать, а эта проклятая планета здоровья не прибавляет.

- Ещё пять лет детородного возраста есть, - пожала плечами она.

- Думаешь, получится склеить какого новобранца, чтобы увёз тебя с Пандоры?

- Пол, не делай мне мозг! Мальчик хороший, крепкий, не то что те дрыщи-снайперы из других отделений. Получится с ним улететь – хорошо, а не получится… Должны же и у меня быть какие-то развлечения?

Глава 9

Оставшееся время до экзамена пролетело незаметно. В череде похожих друг на друга дней запомнилось лишь довольное лицо нашего капрала, когда он узнал, что ни на какие индивидуальные занятия к мастер-сержанту я не ходил. Да, ещё было забавно наблюдать за кислой рожей Ковальского, вернувшегося из увольнительной. Он весь вечер косился на меня и Джона, бурча что-то про долбаных извращенцев. Но это всё лирика. Главное, я научился ходить на механоиде, что позволяло участвовать в сдаче экзамена.

И вот, мы все стоим на плацу под низким тяжёлым небом, а полковник даёт нам начальственное напутствие. Экзаменаторам очень интересно, как же новобранцы приспособились к боевым действиям в условиях повышенной гравитации? Кажется, обещаны какие-то плюшки командирам отделений и взводов, так что у всех приподнято-нервозное настроение.

Наш взвод Боевых слонов (я предложил капралу сменить название с Боевых гномов – очень уж гномы не соответствуют моему внутреннему мироощущению. Тем более, в броне абордажных ботов мы теперь на голову выше других рядовых и раза в два шире) стоит рядом со взводом штурмовиков в полной боевой. Задача очень проста – пробежать маршрут и удачно отстреляться. Слоны будут вести огонь из штатных пулемётов, интегрированных в шагоходы, и только я, единственный, кто должен пострелять из пулемёта и рейлгана, подвешенного на специальные крепления бота.

Наше отделение в этот раз стартует последним. По земле, раскисшей от дождя и пробежавшего до нас батальона, мы потопали, как стадо слонят. В отстающих – я. Ну, не получается у меня пока бегать и прыгать, а тем более крутить сальто. Но капрал мне пообещал, если приду к финишу сам и поражу все мишени, то экзамен будет считаться сданным. Вот я и топаю по тропинке в джунглях, аккуратно переставляя ходули механоида. Все сослуживцы сайгаками уже ускакали вперёд, я же стараюсь не упасть – тропинка превратилась в канаву, наполненную водой, из которой выглядывают комья вывороченной красной глины. Ну, ничего. Всего пять миль, огневой рубеж и до свидания, Пандора! А лучше, прощай…

Из размеренного течения мыслей меня вырвал какой-то диссонанс. Что-то царапнуло мой мозг, и я остановился, рассматривая джунгли. Вот оно – на земле у дерева мигнул лампочкой вызова тактический шлем. Такие шлемы сегодня были на головах штурмовиков, стоящих рядом с нами в строю. Шлем есть, а штурмовика нет – я всмотрелся в бурые заросли. В кроне дерева, под которым валялся шлем, почудилось движение. Чёрт! Я увидел мелко подрагивающие берцы, выглядывающие из-под пятнистого тела огромной змеи. Точно, а вон и заострённая башка твари, немигающе смотрящей внутрь кокона из колец. Боа констриктор, длина до пятнадцати метров, вес до полутора тонн, диаметр туловища до одного метра – на автомате вспомнилась лекция по богатому животному миру Пандоры, представляющему опасность для людей, когда я вырывал из зажимов рэйлган. Стрелять по змеюке из пулемёта – не вариант. Или зацеплю своего из-за разброса, или не получится сразу убить. Нет, здесь нужен один точный выстрел наверняка.

Активация девайса, накачка катушек… Боже, какое медленное оружие! Увеличиваю угол обзора прицела, настроенного на два километра. Всё больше не увеличивается. Предупреждающе замигал сигнал о слишком близкой цели, когда я навёл прицел на открывшую пасть башку твари. Дзинннь! Голова гигантской змеи взорвалась кровавым облаком – тяжелый дротик со скоростью три километра в секунду попал в цель.

Безвольное тело штурмовика свалилось на землю из ослабевших объятий монстра, и я поспешил оттащить его, пока сверху не свалилась жирная туша обезглавленной змеи. Всмотрелся в синюшное лицо пострадавшего. Парню явно досталось. Наверное, рёбра поломаны – при дыхании у него изо рта пузырилась кровь. Но он был жив, и я вызвал базу по тактической связи. Ответил капрал, быстро выяснил, что случилось, и приказал ждать. Через две минуты прилетел эвакуационный флаер, откуда выпрыгнули бойцы с носилками. Капрал Пол Дак, прибывший вместе с медиками, покачал головой и приказал двигаться дальше по маршруту. Воровато оглянувшись, он сунул мне дротик взамен использованного и напомнил, что я не имею права пролюбить ещё один дротик или промазать, если хочу улететь с планеты. Замотивировал, короче.

Мой мех пришёл на огневой рубеж последним. Я таки навернулся на скользкой дороге, и немного переживал, как поведёт себя рейлган, искупавшийся в грязи. Но Калашников – это Калашников. Даже спустя века знаменитая марка не растеряла качество, и я отстрелялся на «отлично». За что получил значок снайпера первой степени и благодарность за спасение боевого товарища перед строем. Приятно, чё. Пострадавшего штурмовика вовремя поместили в медкапсулу, и он скоро будет, как новенький. Мы же пакуем вещички. А ещё наше отделение ждёт расформирование. Нас перетасуют со штурмовиками, и на пустотной базе мы будем отрабатывать абордажные и противоабордажные действия в новом составе.

А ещё всем, кто сдал экзамен, присвоили позывные, которые мы выбрали сами. Нам посоветовали взять односложные позывные («Бойцы! Чем короче имя, тем быстрее реакция! Кто будет выпендриваться, тому придумаю кликуху сам!» – внушил капрал), и я, не мудрствуя лукаво, стал Русом, оставив фамилию из своего айди. Как и наш юрист Дюк. Ковальски решением капрала, когда Мариуш начал по привычке выпендриваться, стал Ляхом, корейский хакер, мистер Ри, стал Риком, всезнайка Эдд Пенниман – Бутчем, Эрик взял себе позывной Швед, а потомственный фермер Стэн долго мучился, пока все ему хором не посоветовали позывной Рэд из-за цвета его кожи. Он согласился. Перед расставанием крепко пожали друг другу руки и договорились поддерживать связь.

***

От Пандоры нас доставили на пустотную боевую базу звёздной системы Капелла, что в созвездии Возничего. Вообще, меня, как лингвиста, давно смущало, почему названия звёзд в большинстве своём одинаковы на языках Земли и интерлингве? Думаю, это остатки знаний, которые достались землянам от наших предков – звёздных пришельцев. Другого объяснения я не вижу.

База, на которую мы прибыли, имеет форму десятикилометрового колеса. Вращаясь вокруг своей оси, она движется по орбите вокруг Виктории – голубой планеты типа Б с умеренным климатом и пониженной гравитацией. Небольшая планета-курорт для престарелых размером с Венеру с двумя материками и океаном, занимающим четыре пятых всей площади. Её открыли триста лет назад и сначала организовали колонию по добыче минеральных ресурсов, но когда обнаружили, что местный воздух и вода обладают чудодейственными свойствами, всю разработку полезных ископаемых свернули, переместив её на другую планету в этой же системе. Теперь здесь живут граждане второго и третьего классов, а в отели, разбросанные по побережью, может прилететь гражданин любого класса, кроме десятого. Только плати.

Говорят, что проведённое время на Виктории – не в счёт. Сочетание магнитного поля планеты с воздухом и океанской водой с уникальным набором химических элементов словно затормаживает процессы старения в организме. Поэтому здесь так много долгожителей, конечно же без учёта граждан первого класса с Примы. Обратная сторона медали – приезжие становятся зависимы от планеты. Об этом сильно не распространяются, но те люди преклонного возраста, которые долгое время жили на Виктории и потом решили её покинуть, долго не живут. Тем не менее, недвижимость на планете только растёт, а курорты неизменно пользуются спросом.

Нам же без разницы – учений на планете не предусмотрено. Мы теперь должны отрабатывать захват старого боевого корабля, переделанного в учебный. Но сначала будем тренировать выход в открытый космос. Всё это мне поведал Джон Ри, с которым «по чистой случайности» мы оказались в двухместной каюте. Вообще-то у меня возникли определённые подозрения о случайности, но он сделал такую честную рожу при ответе на мой вопрос, что я ему почти поверил. Других слонов при заселении перетасовали со штурмовиками в произвольном порядке – это я уже выяснил сам, когда встретил сослуживцев в столовой.

Кстати, мы вернулись к привычным двадцати четырём часам и одному джи – гравитационный генератор находится в центре орбитальной базы. Теперь я тренируюсь в составе абордажного взвода численностью в пятнадцать человек, состоящему из трёх отделений. В каждом отделении по пять человек – четыре штурмовика и один абордажный бот. Так, третьим оператором в нашем взводе, помимо меня и Джона, стал Эдд из Сиднея. Думаю, здесь опять не обошлось без нашего корейского хакера, потому как оставшихся боевых товарищей раскидало по разным взводам.

«Привет, слонёнок!» - мне опять написала Лягушка-царевна. Я с ней как-то поделился названием нашего отделения, теперь она называет меня только так и периодически интересуется, насколько длинный у меня хобот.

«Привет, зелёная! Как дела?» - я не оставался в долгу, называя её то пупырчатой, то зелёной, то просто лягухой. Вечер очередного дня, есть время початиться.

«Всё по-старому. В раю без перемен. Ты-то когда обратно?»

«С какой целью интересуешься?»

«Хочу уже тебя увидеть», - и подмигивающий смайлик добавила.

«Я же говорил, служба три года, а ещё и трёх месяцев не прошло. Так что…»

«Долго… Слушай, а ты не думал, чем после окончания контракта займёшься?»

«Хотел пилотом межзвёздного корабля стать. Но это под большим вопросом, скорее всего не получится».

«Почему?»

«Нейросеть не смогли поставить. Какой-то сбой. Короче, теперь не знаю, чем буду заниматься».

«Так это же отлично!»

«???»

«В смысле, это конечно же плохо, что сеть не встала. Я тебе очень сочувствую, и всё такое, но посмотри на это с другой стороны: ты же можешь заняться другими делами на Земле, а не мотаться по галактике! Меня сможешь чаще видеть…»

«Ну, это вряд ли. У меня седьмой класс, а на Земле можно жить, начиная с четвёртого. Если же говорить о вахтах за копейки – не моё».

«Но есть же разные варианты, почему обязательно за копейки? Не забывай, у тебя есть подруга, которая может помочь деньгами или денежной работой».

«Это ты забыла. Брать деньги я у тебя точно не буду. Никогда. Всего добьюсь в жизни сам!»

«Упёртый, как баран. Зря себя слоном называешь!» - кажется, она опять обиделась. Это был не первый раз, когда она заводила разговор про деньги, всегда натыкаясь на мой категорический отказ. Хотя, это мне впору обижаться. Сколько можно говорить, что я у неё никогда ничего не возьму?!?

«А ты чем планируешь заниматься через три года?» - спросил, когда пауза затянулась. Вроде, у пилотов тоже трёхгодичные контракты после окончания академии.

«Скорее всего погружусь в семейный бизнес. Но хотелось бы сначала попутешествовать. Составишь компанию?»

«Лягуха, ты обратилась по адресу. С удовольствием. Давно хотел другие миры посмотреть».

«Слонёнок, а деньги? Путешествие – недешёвое удовольствие».

«Опять ты всё сводишь к деньгам. Если деньги уходят раньше, все пути остаются открытыми».

«Пффф, это ты сейчас что-то умное попробовал сказать?»

«Бггг! Это не я, а Шекспир. Наверное, и не слышала о таком?» - я тоже могу быть язвительным.

Ответа не последовало. Ну и пусть. Отойдёт, потом напишет. А не отойдёт… Что ж, у меня впереди ещё больше двух лет бесплатной социализации. Я тут на базе таких пилотесс видел, просто чудо! Кстати, а как там Матвеич поживает? Что-то давно от Старого Пирата не было писем. Мы с ним периодически обменивались сообщениями, я ему писал про службу на Пандоре, он – про свой клуб. Последний раз написал, что уволил за какой-то косяк бармена Пашу, и теперь у него не бармен, а барвумен. Наверное, скоро опять напишет – нос чешется, верная примета к новостям.

***

Служба на станции вошла в привычную колею. Меньше теории, больше практики. Я притёрся к сослуживцам из своего отделения, они притёрлись ко мне. Но сначала надо было заломать всех на борцовом татами, чтобы заработать авторитет. Простые парни – простые нравы. Все были из разных колоний, и ни одного с Земли. В рукопашке один на один они что-то пытались изобразить, работая с дистанции, но после нескольких нокаутов попросили работать вполсилы. В общем, авторитетом я пользовался, тем более моё место было центральным при абордаже корабля условного противника: я был эдакой шагающей крепостью, за которой прятались четверо штурмовиков. Опять же, у меня и средства наблюдения были самые продвинутые, так что я раздавал вполне грамотные команды после окончания лекций по тактике абордажных групп.

- Рус, Сол, на татами! – скомандовал инструктор. Сегодня физкультурой нашего взвода командовал сержант Янг – гориллоподобный мастер контактного боя. Я уже попробовал на себе его крепкие объятья, когда захотелось и его повалять по матам. Больше не хочу. Узкоглазый инструктор был жёсткий, как ботинок пустотного скафандра – я его повалил и попытался взять на удушающий, но вывих руки и разрыв связок помешали взять над ним верх. Не-не-не, пусть другие с ним тренируются, - думал я, лежа в медкапсуле. Починили меня быстро, но преподанный урок запомнили все.

- Как обычно, на показуху? – спросил Сол или Усольцев Денис – сын русского колонизатора из системы Проксимы Центавра. Он, как и я, был седьмого уровня, единственный из нашего отделения, кто говорил по-русски. Собственно, только на русском мы с ним и общались.

- Можем и в полную силу, - многообещающе улыбнулся я.

- Не, я вчера ахилл потянул, давай так, чтобы замечание не сделали.

После трёх минут борьбы наблюдавший за нами сержант поморщился: - Стоп! Рус, в следующий раз со мной встанешь, если опять будешь поддаваться. Локс, Чен, следующие! Блэк, готовься, потом ты с Риком из соседнего отделения.

Сол, Локс, Чен и Блэк – это те самые штурмовики, с кем мне придётся идти в атаку или отстреливаться в осаде до последнего патрона. Пятьдесят на пятьдесят – эту формулу выживания десанта знают все, поэтому выкладываются на тренировках всегда по полной. Ну, почти всегда.

- На сегодня закончили! Рик, слабоват! Ты бы взял пару уроков у Руса, что ли? Вместе живёте, а подтянуть один другого не можете! – подытожил сержант Янг.

Собственно, поэтому я с Риком и оказался вечером опять в тренировочном зале. В самом деле, почему бы не подтянуть боевого товарища? Вместе с нами увязался всезнайка Эдд.

- Смотри, я бью в грудь, ты разворачиваешь корпус и хватаешь меня за руку, - я показывал Джону один из приёмов айкидо. – Нет, не так. Ты же можешь убыстриться? Давай ещё раз. Бей меня.

Кореец ударил и оказался спиной на татами.

- Запомнил? – я подал ему руку. – Теперь ещё раз медленно, потом я.

Нас отвлёк разгорающийся конфликт на соседнем ковре, где в кимоно тренировалась пара плотно сбитых спортивных девушек. К ним подошли двое высоких чернокожих парней и начали громко комментировать их действия на интерлингве, скатившись в конце к похабным намёкам:

- Эй, пилотки, а у вас пилотки есть? Покажите! – стоя на границе татами, скалился первый.

- Бу-га-га, хотите попробовать большого горячего? – веселился второй.

Девушкам было невесело. Их чувства выдавали пошедшие пятнами лица и плотно сжатые губы.

- Петрунька, не обращай внимания, позубоскалят и уйдут, - сказала вполголоса одна другой на одном из славянских языков. Вроде, болгарский, но это неточно – я его вечно путаю с сербским.

- Да не, достали, давай закругляться… - выпрямилась из стойки вторая. Они зашагали на выход.

Это послужило сигналом разгорячённым парням, и они увязались за ними.

- Девочки, вы в душ? Давайте мы вам спинку потрём! – крикнул в спину девушек один из чернокожих.

Видя такое непотребство, я шагнул за парнями.

- Погоди, ты же не хочешь получить взыскание? Разберутся сами, немаленькие. А то, зная тебя… - ухватил меня за рукав кимоно Рик, пытаясь остановить.

- Да-да, конечно, губа, взыскание… Погоди, я щас, - выдернув рукав, устремился за парнями. Я не расист, но нигеров не люблю. Насмотрелся на них в штатах. Крикливые, ленивые, ссыкливые, понимают только язык силы. – Эй, пацаны! Чё к девушкам пристали?

Я догнал и толкнул в спину одного из них. – Вы хотели показать, как надо? А покажите мне! Давайте поборемся!

Они развернулись ко мне. Не, ну точно, укуренные или загашенные – зрачки расширены, тормознутые движения. И где только достали на военной базе? Разговаривать они не стали, а кинулись на меня вдвоём. Переместился в сторону, чтобы один мешал другому, отвёл небрежно выброшенную руку и пробил первому в печень. Тот охнул и бухнулся на колени, скрючившись. Шагаю ко второму, перехватываю летящую в меня ногу и со всей дури пинаю по причиндалам. Тот всхлипывает и сворачивается в позе эмбриона. Разворачиваюсь к первому, который подозрительно быстро отошёл от нокдауна. Он уже начал вставать, когда я ему добавил хук в челюсть. Пусть полежит отдохнёт.

В этот момент в зал ввалился дежурный наряд. Трое бойцов военной полиции с демократизаторами и офицер с пистолетом на боку.

- Что здесь происходит? – они подошли к нашей живописной группе.

- Ничего такого. Обменялись опытом. Предложил побороться, ну и как-то само всё случилось, - развёл руками я.

Офицер с погонами лейтенанта склонился со сканером над чернокожими.

- Первый – сильный ушиб тестикул, показано лечение в медкупсуле, второй… перелом челюсти, также показана капсула, - выпрямился он. – Рядовой, вы задержаны до разбирательства на дисциплинарной комиссии.

Мне дали переодеться в комбез и проводили на гауптвахту. Ожидание на губе затянулось на несколько часов.

- Дэн Рус, ваше дело рассмотрено при помощи искина станции, - бесстрастно произнесла бесцветная женщина неопределённого возраста в чёрной прокурорской форме, к которой меня доставили. Она представилась капитаном Майлз и составила в единственном числе ту самую дисциплинарную комиссию. – Были опрошены пострадавшие, а также Петра Димитрова и Зарница Стоянова, из-за которых у вас возник конфликт с сослуживцами. Вы признаны виновным в немотивированной агрессии на почве личной неприязни к рядовым Мбанга и Мбвене. Признаёте вину?

- Мэм, да они под какими-то веществами были, к девушкам приставали! – возмутился я.

- Именно этот момент я и хотела прояснить. Вы напали на двух рядовых из-за того, что вступились за женщин-пилотов?

- Конечно!

- Но ведь это сексизм! Вы понимаете, что вступаясь за военнослужащих женского пола, тем самым их унижаете в социальном плане? Современное общество до сих пор борется за равноправие полов, и вы, как представитель Звёздного Флота, должны служить образцом для подражания!

- А что мне надо было делать? Пройти мимо?

- Конечно! Согласно Уставу, вы должны доложить своему командиру или другому вышестоящему офицеру о нарушениях Устава! Тем более, Димитрова и Стоянова претензий к пострадавшим не имеют! – сказала, как отрезала.

- При всём уважении, мэм, - я стал закипать, - воспитание мне не позволит отойти в сторону! Не могу по-другому. Так что, если ещё раз увижу этих обезьян, не умеющих себя вести на людях, поступлю точно так же!

- Спасибо, что помогли разобраться, - ухмыльнулась она. – Вы приговариваетесь к максимальному сроку – пятнадцать суток. Но, чтобы вам не было скучно на гауптвахте, будете отрабатывать спарринги с боевым подразделением Сигма. Им как раз нужно свежее мясо. Увести! – скомандовала она двум конвоирам, стоявшим за моей спиной.

***

Следующие две недели были кошмарными. Бойцы спецподразделения Сигма оказались двухметровыми киборгами весом под двести кило, и в рукопашной мне с ними не светило абсолютно ничего. Они методично делали из меня отбивную, неизменно отправляя в конце тренировки в медкапсулу. Конечно я дрался, но голым кулаком против вживлённого в спецназеров металла… это было больно. Наконец, наказание переломами, нокаутами и разрывами внутренних органов завершилось.

- Сука Майлз! Будут тебя черти драть, нарочно пройду мимо! – я шипел от боли, укладываясь в капсулу. В последний день киборги отделали меня лайтово и даже одобрительно похлопали на прощание по плечу, так что я смог доковылять до медпункта сам. – А девушки тоже хороши! Претензий не имеем, всё нормально… Вот и вступайся за дур с промытыми мозгами! Нет, хватит с меня такой социализации! Не пойму я жителей этого времени – каждый сам за себя. Эгоисты и единоличники! Сколько там стоит мой контракт? Пол-ляма? Заплачу и пошлю всех нахрен! Всё равно мне бесплатная нейросеть не светит…

После медпункта свеженький, чистый и румяный добрался до своей каюты.

- Как отдохнул? – Джон встал со своей койки мне навстречу.

- Прекрасно! Вежливые милые люди, ни одного бранного слова. Отдохнул, так сказать, и душой, и телом! – я передёрнул плечами от фантомных болей, не сдержав сарказм.

- Сочиняешь! Видел, как тебе прилетало – смог подключиться к местным камерам. А я предупреждал!

- Ой, не сыпь мне сахер на хер! Я таким приёмчикам научился! Завтра все удивитесь! – я и правда кое-чему научился, когда инструктор показывал приёмы киборгам.

- Не-не-не, если что, я в другом отделении! – сел на койку Джон, беря в руки потрёпанную книгу.

В открытую дверь каюты заглянул Сол.

- Данила! Выпустили? – обрадовался Денис.

- Усольцев! А куда они денутся?!?

- Пойдём, пошепчемся, - он оглянулся на ушедшего с головой в книгу корейца.

Мы вышли в пустой коридор.

- Я слышал, что с тобой случилось. Козлы! Жалко, меня рядом не было, вместе бы им вломили! – вполголоса заявил он. Оказывается, есть ещё нормальные люди в русских колониях!

- И стал бы, как я, отбивной. Не, сам справился, ни о чём не жалею. Увижу тех уродов, добавлю, если с первого раза не поняли.

- Ха! Не увидишь. Мы им с пацанами внушение сделали с многочисленными ушибами мягких тканей. Это ты всё ломать, крушить. А мы их культурно приняли и доходчиво объяснили, что здесь им не там. В общем, перевелись они в другой батальон.

- А как вы не побоялись искина станции? Он же бдит двадцать четыре на семь!

- Мы их в коридоре без камер выцепили. Нам твой сосед подсказал, где их нет.

- Да? Не ожидал. Думал, он… собственно, это уже неважно. Хочу подать рапорт на отчисление. Выкуплю свой контракт, пусть прокурорские Федерацию защищают. Служить бы рад, выслуживаться тошно!

- Дела… Рус, ты не спеши. А то наломаешь сгоряча. У тебя учебка уже пять месяцев? Дождись окончания учебки и перевода в действующий флот, всего один месяц ждать осталось. А то доначислят за учёбу и твоё содержание. Нет, я в твои дела не лезу, - поднял он руки в успокаивающем жесте, когда я задумчиво посмотрел ему в переносицу, - но всё же. Креды, разве, бывают лишними, если можно сэкономить? А уволишься, можешь к нам на Екату-1 лететь. У нас колония нормальная, жить можно, а ещё у меня сеструха там живёт, младшая. Хорошая девушка, спокойная. Познакомитесь, она подскажет чего как…

- Это ты мне сейчас сестру сватаешь?!? – я выпал в осадок. Всего ожидал, но чтобы вот так по знакомству обзавестись семьёй?

- А чего такого? С некоторыми я на одном поле срать не сяду, а ты надёжный. За твоей спиной она будет, как за каменной стеной!

- Денис, спасибо за доверие, но…

- Стоп! Ничего не отвечай, просто имей в виду. А там, кто его знает, как жизнь обернётся?

***

Следующим утром получил вызов в финчасть. И почему именно туда? – удивлялся я, следуя за указателями по коридору. Неужели, искин каким-то образом подслушал мой разговор с Денисом? В то, что меня мог заложить Усольцев, я не верил. Всё оказалось проще и трагичнее.

- Рядовой Дэн Рус прибыл, сэр! – я вытянулся перед немолодым майором.

- Крепись, рядовой. На твоё имя пришло уведомление из полицейского отделения муниципалитета Москвы. Твой дядя скоропостижно скончался. К сожалению, его похороны ты пропустил, отбывая наказание на гауптвахте. Тебе даётся недельный отпуск, чтобы посетить Землю и уладить все формальности. Командир предупреждён, сейчас в быстром темпе собираешь вещи и бежишь на платформу Е2-Е4, оттуда через час стартует эсминец «Молниеносный» до лунной базы в Солнечной системе. Возврат запланирован на фрегате «Ён-Чин». Вопросы есть?

- Мой дядя? А вы уверены, что нет ошибки? - сказать, что я удивился – ничего не сказать. Я был ошарашен. Финансист увидел моё вытянувшееся лицо.

- Я понимаю, ты убит горем, но он действительно умер. Жаль, хороший был капитан. Я слышал его историю, и как с ним обошлись. Приношу свои соболезнования, - майор встал из-за стола и протянул мне руку, я автоматом ответил на крепкое рукопожатие. – Надеюсь, ты не посрамишь своего легендарного родственника. За браслет прислони палец сюда, - он пододвинул ко мне планшет.

- Какой браслет?

- Коммутационный, - майор достал из коробки металлический браслет и ловко застегнул его на моей левой руке. – По нему получишь доступ на корабли и военные базы. Инструкция закачана, изучишь во время полёта. Время вышло. Круууугом! Бегом марш!

И я побежал, теряясь в догадках, как же так могло случиться, что в полиции меня посчитали за родственника совершенно мне чужого человека. Успел на готовящийся к отлёту корабль за пятнадцать минут до закрытия шлюза. Идентифицировался и по загоревшейся подсветке на стенах нашёл свою каюту, оказавшуюся крохотным одноместным кубриком со всеми удобствами, встроенными в шкаф.

За время полёта выспался, изучил инструкцию по браслету (неснимаемый гаджет, выдаваемый всем командированным и поступившим на службу в регулярный флот. Чтобы командование знало, где, если что, тебя искать. Из полезного – приём приказов в режиме пейджера оттуда сюда и передача данных о моём состоянии и текущих координат двадцать четыре на семь отсюда туда), и наконец-то смог разгрести накопившиеся письма, коих за две недели отдыха на губе накопилось изрядно. Помимо традиционного спама и уведомлений от виртуальной помощницы об очередном пополнении вклада на сумму начисленных процентов, было несколько сообщений от Лягушки.

«Привет, я соскучилась!»

«Почему не отвечаешь? Обиделся что ли?»

«Дэн, это не смешно! Если ты мужчина, имей совесть сказать прямо, если ты не хочешь со мной дальше».

«У тебя всё в порядке?»

«???» - последнее сообщение было буквально вчера.

«Извини, был занят, не мог отвечать. Выполнял ответственное поручение без доступа к связи. Сейчас лечу на Землю в командировку прояснить кое-какие личные моменты. Напишу тебе чуть позже. Надеюсь, ты в это же время сможешь быть в Москве, и мы наконец-то увидимся», - ответил я в предвкушении. Полгода без нормального близкого общения с лицами противоположного пола доставляет определённые неудобства физиологического плана – настроение портится, мысли всё чаще и чаще сворачивают не в ту сторону, и вообще жениться бы...

Мои родители поженились рано – в двадцать два, так что пример успешного создания ячейки общества был перед глазами с малолетства. Все мы дети своих родителей, и как бы подрастающее поколение не выпендривалось в попытке сломать и превзойти, в итоге мы идём по их стопам. Так что к женитьбе я уже давно готов и морально, и физически. Вот только с флотом после учебки распрощаюсь.

***

Полёт до лунной базы занял два дня. Пересел на пассажирский шаттл и занедорого добрался до московского космопорта экономклассом. Из Шереметьево, где расположился главный пассажирский хаб московского протектората, поехал на такси сразу в полицейский участок. Конечно, можно было бы долететь бесплатно до Жуковского на военном транспортнике, но почти сутки куковать на Луне, тупо ожидая попутку, я не стал – деньги есть, а сокращать себе время незапланированного отпуска… ну, такое себе.

Расплатился при помощи коммуникатора с таксистом у здания полиции, нашёл дежурного, тот меня отправил к дознавателю. Поднялся на второй этаж к знакомому кабинету, только вместо имени старшего следователя Каца Б.Е. на табличке теперь другое имя. Постучал, зашёл, доложился.

- Аааа, приехал, - оторвался от монитора молодой следак в расстёгнутой рубашке. На улице конец ноября, откровенный дубак, а в конторе жарко, как в тропиках. Всё-таки любит русский человек тепло, исторически так сложилось. – Присаживайся, сейчас закончу.

Некоторое время он сосредоточенно изучал монитор.

- Итак, Иван Матвеевич Поселенцев, умер в сто двадцать пять лет по естественным причинам. Обширное кровоизлияние в мозг, усугублённое ранее полученными травмами во время боевых действий. По оставшемуся в архиве протоколу опроса вашего дяди, вы являетесь его племянником. Следовательно, единственным наследником усопшего. К сожалению, подтвердить или опровергнуть это утверждение мы не можем. Ваше дело засекречено и изъято дознавателем первого класса Эми Тер-Минтор, на направленный запрос сделать генетическую экспертизу на предмет родства с Поселенцевым мы получили отказ. Таким образом, вы официально признаны наследником, вот решение суда на право вашего наследования. В случае отказа от наследства всё имущество Ивана Матвеевича будет обращено в собственность муниципалитета, - оттарабанил следак, протягивая мне гербовую бумагу.

- Велико ли наследство? – осторожно спросил я, пытаясь понять, что на бумаге.

- Не сказать, чтобы велико, скорее, наоборот. Помещение под общепит в историческом центре города с лицензией до конца года, небольшой банковский счёт и заключенные договора с персоналом и на аренду жилого помещения.

- Понятно. Совет можете дать, что со всем этим делать?

- Если отказываться не будете, сначала в префектуру. Познакомиться, перезаключить договора на коммуналку. Потом в банк. В конце ехать, принимать недвижимость и думать, на кого её оставить. Тебе сколько ещё служить? – он опять перешёл на «ты».

- От месяца до двух с половиной лет, ещё не решил.

- Вооот. А дело требует ежедневного внимания. Да и запрещено тебе постоянно жить на Земле, пока четвёртый класс полезности не получишь. Если вообще получишь. Так что без управляющего тебе не обойтись. Думай.

Нормальный мужик оказался, обрисовал перспективы, подсказал. Не то что предыдущий упырь, пытавшийся меня засадить за решётку. Время было ещё детское, и я пошёл в префектуру, чтобы не откладывать на потом. Банк я оставил на завтра. Пока улаживал вопросы с бумагами, черканул несколько строк Лягухе, предложив пересечься в «Старом пирате». Например, завтра. Ничего не ответила, может, вечером чего напишет, - думал я, шагая из префектуры в бар. Пока гулял, основательно продрог – конец ноября и в моём времени был достаточно прохладным, а я всего лишь в тактическом комбинезоне с вещмешком за спиной. Глобального потепления за четыреста лет не случилось – белые мухи вовсю летают, и лужи уже подмёрзли, так что я завалился в знакомое заведение, мечтая о горячем глинтвейне.

Зайдя в бар, поздоровался с официанткой Людочкой.

- Ой, Данила! Представляешь, Ивана Матвеевича с нами больше нет, - в глазах девушки беспокойство.

- Знаю, меня поэтому в отпуск отправили. Вас проведать, дела принять.

- В смысле? – захлопала ресницами.

- В прямом. Оказалось, я единственный племяш, бар мне отошёл.

- Так это же здорово! Ты же не будешь его закрывать? – понятно теперь, за работу беспокоилась.

- Нет, конечно! И в мыслях не было. Матвеич свою душу в «Старого пирата» вложил, как я могу? – постарался успокоить девушку.

Кивнул незнакомой барвумен, прошёл в святая святых – на кухню.

- Зоя Васильна, здравствуйте. Как вы здесь?

- Данила! Ты в курсе, что Иван Матвеевич… - всплеснула руками. – Три дня, как его схоронили.

- В курсе. Меня поэтому в отпуск на неделю отпустили. Назначили меня родственником и отправили принимать наследство. Бар вот принял, не знаю теперь, что с ним делать.

- А ты, разве, родственник? – удивилась.

- Да какое там! В полиции что-то напутали. Так-то бар мне, как пятое колесо в телеге. Я и жить на Земле не могу, чтобы им заниматься, и что со службой делать пока не решил. Может, отказаться от бара? Путь в префектуре голова болит.

- Ты что такое говоришь? Не вздумай! Чинуши уже через месяц дело развалят и бар закроют. Кто захочет глубоко вникать? А место с историей, кого эти стены только не видели! Хорошо, что тебе достался, ты, вроде, парень с головой, да и Иван Матвеевич на тебя ставку делал.

- Так мне на Земле жить запрещено! Как я баром смогу заниматься?

- Как-как… Вахтами. Жить на Луне или на Венере, летать сюда через неделю.

- Не, не мой вариант. Мотаться туда-сюда…

- Есть ещё способ – жениться на гражданке Земли. Сначала дают вид на жительство, через пять лет получишь четвёртый класс и гражданство. Недвижимость у тебя уже есть. Хотя, ты парень молодой, ещё не нагулялся.

- Почему? Жениться, хоть завтра. Только не на ком. Есть одна знакомая, но я её давно не видел. Да и жениться из-за гражданства я точно не буду. Должно быть всё по любви, а не из-за корысти.

- Всё равно поговори. Для тебя был бы идеальный вариант жениться на землянке.

- Там не всё так просто, - я вспомнил про пилотессу Машу, у которой, наверняка, тоже жёсткий контракт. – Ладно, до конца отпуска с этим разберусь. А что с делами в баре? Дебет-кредит, поставки, зарплаты?

- Это сам вникай, всё на компьютере в хозяйском кабинете. Из срочного надо пиво закупить, вчера закончилось. Продукты тоже надо кое-какие заказать, сейчас предлагаем меню из остатков. Зарплата в начале декабря, это пока терпит.

- Понятно. Ладно, пойду разбираться. Васильевна, не в службу, приготовь мне пожевать что-нибудь. Из остатков. Завтра с утра всё нужное дозакажу. Да, что за новенькая за стойкой?

- А, это Надя. Пашку-то уволили. Бодяжил что-то на принтере. Хотя, он поживее был. Надя уже третий месяц, но ещё не вникла до конца, тупит иногда. Как народу побольше в бар ввалится, так пугается, путаться начинает.

- Понятно, бывает. Главное, чтобы не воровала.

- Да вроде непохоже, чтобы водилось за ней.

- Значит, наш человек. А опыт – дело наживное, пусть на курсантах тренируется.

Забрав приготовленный для меня бутерброд, пошёл в кабинет, где раньше заседал Иван Матвеевич. Сорвал бумажную пломбу на двери, зашёл в небольшое помещение без окон. Да, всё довольно аскетично – простой стол с креслом, диванчик, на котором можно улечься только буквой «Зю», металлический шкаф с папками, старенький ноутбук – вот и всё убранство норы не самого процветающего предпринимателя. Что ж, оставлю-ка бухгалтерию на завтра, а сейчас пойду, познакомлюсь с барвумен, - решил я, дожёвывая бутерброд на ходу. Всё-таки от человека за барной стойкой многое зависит, и если она будет смотреть на бузотёров глазами пугливой лани, то это прямой путь до убытков.

Вышел в зал и увидел появившихся посетительниц. Водя пальчиками по меню, около стойки зависли две раскрасневшиеся с мороза пилотессы в форменных куртках. Одну впервые вижу, а вторая очень даже знакомая – на моё появление она повернулась и вперилась в меня пронзительным взглядом.

- Привет… А вы чего здесь? – я сильно удивился появлению в баре Смирновой одновременно со мной. Помнится, мы с ней не очень хорошо расстались. Интересно, она здесь случайно или…?

Глава 10

- Привет, а вы чего здесь? – спрашивает тот самый парень, из-за которого она поссорилась с Морозовой. Прошло почти полгода, как Эля сильно обиделась на Ленку, но окончание лётной академии с практикой вдали от Земли притупили обиду. Нет, обида на бывшую подругу никуда не делась, Элеонора думала, как бы побольнее ответить… Но пока не придумала. Сейчас у неё очередные каникулы, она пришла с хорошей знакомой расслабиться в популярный среди летунов бар, а здесь, как чёрт из табакерки, опять выскочил этот раздражающий поц.

- Слууушай, а это, случайно не ты Лягушка-царевна? – Дэн отчего-то пришёл в возбуждение, не дождавшись от неё ответа.

Эля, вспомнив ник Ленки Морозовой, решила подыграть ожиданиям невысокого крепыша:

- Случайно я. А что?

- Не ожидал, что ты так быстро придёшь на встречу, - немного смутившийся парень явно оказался не в своей тарелке, ожидая увидеть вместо неё кого-то другого. Но Эля уже приняла на грудь и, вспомнив старую обиду, бросилась в авантюру, как в омут:

- А что тянуть-то? Звал? – Дэн на её вопрос согласно кивнул. – Звал. И вот я здесь. Что хотел? – она взгромоздилась на барный стул и закинула ногу на ногу.

- А то, что ты писала мне в сообщениях, это правда?

- Я много, чего писала. Ты о чём?

- Отойдём? – он покосился на вторую пилотессу, греющую уши.

- Говори, у меня секретов от подруги нет.

- Лягуха, это правда, что ты в меня влюбилась?

***

Эля, припавшая к бокалу с коктейлем, от моего вопроса закашлялась, а у её подруги от удивления отвисла челюсть.

- Не в то горло пошло, - хрипло ответила она. – Давай отойдём.

Мы сели за пустой столик в дальнем углу.

- И что, я прямо так и написала, что влюбилась? – она сделала большой глоток из бокала, словно испытывала жажду.

- Ну да. А ты что, не помнишь? – теперь уже я удивился.

- Конечно помню! Как говорится, от любви до ненависти… Я сначала тебя не воспринимала, как мужчину, но потом поняла, что ты очень даже…

- А про поцелуй, который я обещал при встрече? – напомнил, наклоняясь к ней поближе. Что-то меня в Смирновой смущало. Да и не ожидал я Элю увидеть, думал, что мне всё это время писала Маша.

- Погоди, - девушка дёрнулась, отстраняясь. – Не готова я вот так сразу. Надо выпить. Ты будешь?

- Конечно, - я махнул официантке. – А ты?

- Я бы чего покрепче выпила.

- Ром есть? Нет? Тогда текилы. Нам две доски по шесть шотов, - сделал заказ подошедшей Людочке. – И закусить чем. Что у нас там есть?

- Есть огурцы солёные. Могу ещё предложить сырную нарезку, оливки, язык с хреном.

- Тащи всё, запишешь на меня. И ещё. Держи мой коммуникатор, - я мазнул по экрану, разблокируя аппарат, - вот песня, поставь, хочу послушать.

Люда кивнула и отошла к барной стойке.

- У нас? – вычленила главное для себя Эля.

- Да. Так получилось, что это теперь мой бар, и это мои сотрудники, - я кивнул в сторону Людочки, транслирующей мой заказ Наде.

- А ты полон сюрпризов! Давай узнаем друг друга получше… О, так ты снайпер?!? Из рельсотрона стрелял? – она увидела на моей груди значок. Я не успел переодеться в гражданское, щеголяя, как и Смирнова, в форменном прикиде.

- Из рейлгана системы Калашникова и не только. Но это так, дали немного пострелять. Я вообще-то писарем при штабе.

- И попадаешь? – она скептически изогнула бровь, проигнорировав посыл про писаря.

- Нет, конечно! Дали значок за красивые глаза! – возмутился я.

- Всё такой же колючий…

- Окружение такое. Неблагоприятное. Всяк норовит обидеть.

- Тебя обидишь… - Эля допила свой коктейль и отодвинула пустой бокал. – Где там наш заказ?

Я посмотрел на Люду, та поймала мой взгляд и кивнула. Через минуту на столе уже стояли шоты с нехитрой закуской.

- Ну, давай, что ли. За более близкое знакомство, - подняла рюмку Эля.

- На брудершафт! – я кинул пробный шар, поднимая свою рюмку.

- А давай! – расхрабрилась захмелевшая девушка.

Мы сплели руки, махнули текилы, и она коротко тюкнула меня своими напряженными губами в мои губы. Ничего, застолье только началось, ещё раскручу на повторный поцелуй.

- … собственно, мне придётся служить в Солнечной системе. Я уже зачислена в отряд, живу на Лунной базе. Но система спокойная, командир всё понимает, поэтому я свободна половину времени, - Эля рассказала о своих буднях. – Не знаю, может, раньше контракт разорву. Я летать хотела, а здесь за тренировочными вылетами очередь. Боевых-то не бывает, - разоткровенничалась она после третьего шота. – У меня условие от семьи, что на истребителях я только внутри системы буду летать. Иначе бы не дали учиться…

- Слууушай, а выходи за меня! – меня вдруг осенило. Так-то я поостерёгся бы делать Смирновой предложение, но помню по переписке, что она хотела попутешествовать, и в целом почти такая же как, я. Только без хвоста. А раз влюбилась, то зачем кого-то лучше искать? Симпатичная, говорит на моём родном языке, культурный код где-то рядом, а то что язвит… у каждого свои недостатки. Тем более, у неё есть свободное время, живёт в двух часах лёта от Земли, значит, сможет заниматься нашим баром. Сплошные плюсы. Ну и что, что я её пока не люблю? Стерпится, слюбится. Главное, что она меня любит.

- Ты что, с дуба рухнул??? Чтобы я, Смирнова, одна из самых завидных невест московского протектората, вышла за тебя?!? – возмутилась она.

- А что? Ты же писала, что любишь, жить без меня не можешь! Как бы это логично – выходить замуж за человека, который небезразличен, - не понял её реакцию.

- Ааа, да. Писала. Люблю. А выходить замуж-то зачем?

- Тут такое дело… Мне достался этот бар по наследству. Закрывать не хочу, отдавать муниципалитету – не вариант. Развалят. А Матвеич в него всю душу вложил. Я же не могу им заниматься. Мне ещё месяц в учёбке абордажи отрабатывать… Вот я и решил совместить приятное с полезным – будет у нас свой бар. Тем более, он среди пилотов котируется – для тебя это будет только в плюс. Ты хороша, я чертовски хорош, и мы с тобой уже полгода знакомы. У меня батя с мамой тоже поженились через полгода знакомства, - я привёл последний убойный аргумент. Ну а чего она ломается, раз любит?

- Бар, говоришь? – она по-новому окинула взглядом помещение. – Это будет… занятно. Как ты хочешь оформить наши отношения с баром и вообще? – она неопределённо махнула рукой.

- Распишемся, я тебе дам доверенность на управление «Старым пиратом». Потом завершим наши дела с флотом. Как я и говорил, хочу через месяц расторгнуть свой контракт. Ты тоже хотела уволиться. А в следующем году приведём дела в порядок, найду наёмного управляющего, и мы свободны, как птицы! Полетим в путешествие.

- Хорошо, - ответила через минуту раздумий, - но с моей стороны будет условие. Мы подпишем брачный контракт. Иначе, я не согласна.

- Пффф! Да хоть два контракта! Я не собираюсь претендовать на деньги твоей семьи. Всего добьёмся сами! Как говорится, и в печали, и в радости, пока смерть не разлучит нас. Согласна?

- А согласна! – она, пьяно блеснув глазами, подняла предпоследний шот. – За жениха и невесту!

- На брудершафт!

Мы сплели руки, махнули текилы, и я впился поцелуем в ставшие податливыми губы Элеоноры. Мммм, сладкие. И в этот момент лёгкая ненавязчивая музыка сменилась на знакомый с прошлой жизни мотив (я, как-то поддавшись ностальгическому настроению, раскопал на одном из ретро-ресурсов песню «Цвет настроения Синий!») – Люда с Надей наконец-то справились с техникой и смогли запустить её через колонки бара.

***

Проснулся утром с больной головой – реквизированная вчера из бара в честь праздника бутылка текилы была явно лишней. Вот сколько ни тренировался продуктом из кактусов, никак не заходит – отрава отравой. Нет, надо ром для бара искать – с него такого жестокого похмелья нет.

Цвет настроения синий, внутри Мартини, а в руках бикини… Тьфу ты, привязалось! А неплохо мы вчера зажгли! – я со скрипом разогнул затёкшее на тесном диване тело, начав вспоминать события вчерашней ночи. О, так я же женился! Кольцо на пальце есть, а невеста где? Нет, не так я себе представлял первую брачную ночь – вспомнил, что после подписания брачного контракта, доверенности на управление баром и проведения процедуры бракосочетания круглосуточным выездным регистратором, Элеонора Викторовна, оставившая себе старую фамилию Смирнова, уехала. А почему я её отпустил? Ага, вспомнил: ей надо было срочно вернуться с подругой, ставшей свидетельницей заключения нашего брака, в расположение лётного отряда.

Ну, надо, так надо. Мы, служивые – люди подневольные. А вообще, вчера как-то всё лихо закрутилось. Эля вызвонила какого-то юриста, чтобы он по-быстрому подготовил бумаги, организовала муниципального регистратора, который приехал с набором обручальных колец. Выбрали подходящие по размеру, подписали контракт, надели друг другу кольца, поцелуйте невесту, селфи на память – вот и вся недолга.

А как же супружеский долг?!? Написал лягухе в мессенджере вопрос, может её командир отпустит на недельку? Медовый месяц только в проекте, но хотя бы несколько дней и ночей мы же можем провести вместе! В прошлом по закону давали три дня на свадьбы-похороны, надеюсь, законодательство о труде не сильно поменялось. Можно уточнить у Люськи, но это не горит, сначала текущие дела.

Вышел в пустой бар. До открытия полдня, можно успеть поработать. С тяжёлой головой сделал себе кофе и уселся у ноутбука сделать заказ продуктов для кухни. Отправил поставщикам заявки по аналогии, найдя их контакты в почте. Оплата не проходит, банк заблокирован. Точно! Надо же в банк, оформить доступ к расчётному счёту. Заодно доверенность на управление счётом на Элю сделаю.

Заточил сэндвич, найденный в холодильнике кухни, быстро собрался и вышел из бара. Время к обеду, интересно, что сейчас моя благоверная делает? Тоже, наверное, вся в делах?

***

Не менее тяжёлое утро было у Элеоноры свет Викторовны. Она поздно проснулась в своих двухуровневых апартаментах на набережной, носящей историческое название Краснопресненская. Эля, страдая от похмелья, вспомнила события вчерашней ночи и схватилась за голову:

- Блииин, что же я наделала? – идея выиграть спор у Ленки, и насолить Даниле столь нетривиальным способом, женив его на себе, а заодно отжать у него бар, сегодня уже не казалось такой гениальной. – Представляю, что скажет папа…

Она включила коммуникатор, сразу звякнувший полученным сообщением. Писала эта дура-Ленка, из-за которой всё и произошло. Эля открыла чат с Лягушкой-царевной. Под нерезким селфи, на котором по-идиотски радостно лыбились два молодожёна, показывая окольцованные руки, было сообщение Смирновой:

«Можешь меня поздравить, я вышла замуж. Представляешь, за того самого парня, который тебя спас! Увидела его и поняла, что жить без него не могу. В общем, мне пора бежать. Кстати, спор я выиграла! Чмоки-чмоки!»

«Поздравляю, не буду вам мешать. Совет да любовь!» - было короткое сообщение от Лягушки-царевны. И это всё?!? Ни возмущения, ни выдирания волос о проигранном споре, ни-че-го! Нет, Эля не так представляла себе коварную месть Морозовой. Смирнова почувствовала себя обманутой. Сама себя обвела вокруг пальца – при свете дня выгода от выигрыша в споре и от владения баром не была столь радужной. А ведь ещё придётся объясняться с отцом и братьями… Хорошо, что они пока не знают.

Эля вздрогнула от неожиданности, когда в её руках сигналом тревоги завыл коммуникатор. На отца она специально настроила сирену, чтобы она знала, когда он звонит. Вздохнув, Элеонора отрубила аларм и с обречённым видом подтвердила соединение.

- Привет, па.

- Здравствуй, дочь. Ты где?

- У себя.

- Одна?

- Конечно! А с кем я должна быть?

- Не знаю. Когда меня начинают поздравлять со свадьбой моей единственной доченьки, а я ни сном, ни духом, я понимаю, что ничего не понимаю. Ты вышла замуж?

- Это не то, что ты думаешь!

- Эля, ты даже не подозреваешь, что я думаю! Как ты могла?!? Чем ты думала???

- Головой! Думала, всё в дом! Я фактически стала хозяйкой бара «Старый пират»! – Эля решила не говорить отцу, каким местом она на самом деле думала, когда решила любой ценой выиграть спор у Морозовой.

- Плевать на бар! В нашем бизнесе только общепита не хватало! Пусть нанороботами только братья занимаются?!? А если твой муж предъявит права на твою долю в нашей корпорации?

- Па, это у меня права, а у него одни обязанности! Я составила брачный контракт. Точнее, наш юрист составил. Так что он не предъявит никаких прав.

- А зачем он тогда подписал брачный контракт? Ему что за выгода?

- Я уверена, Дэн из-за гражданства Земли женился, - Эля выдала отцу версию юриста, выдав за свою. – Я проконсультировалась, полноценно владеть баром получится, только если есть гражданство.

- Боже, ты торганула нашей фамилией ради какого-то пройдохи! Хорошо, что твоя мать не дожила до такого позора! Элеонора, всё, хватит! Я долго терпел твои выходки, но всему есть предел. Пока ты замужем за своим Дэном, пусть он тебя и обеспечивает. Я блокирую твои кредитки, и вычёркиваю из наследства. Живите как хотите. Пусть теперь у твоего мужа болит голова, как он будет тебя содержать. Пока не аннулируешь свой мезальянс, ты будешь только гостьей в моём доме. Пентхаус у тебя есть, бар есть, не пропадёте.

- Папа, ты не можешь со мной так поступить!

- Элеонора Викторовна, каждый сам платит за свои ошибки. Пора взрослеть и нести ответственность. Исправляй то, что натворила, и возвращайся в семью, - отец разорвал соединение.

- Вот же чёрт! – девушка в раздражении отбросила коммуникатор на кровать. Сегодня же она поедет в бар и заставит Данилу разорвать брачные узы – ссориться с отцом и оставаться без денег из-за какого-то бара Эля не хотела. Хотя, если получится отжать при разводе бар в собственность, это будет ей только в плюс.

***

- Вот же чёрт! – Морозова в обед получила сообщения от Данила и сначала не поняла о чём речь. Вроде, только успокоилась от новости, что проиграла спор, а её спаситель, которого она решила облагодетельствовать своим вниманием, выбрал другую. Ещё бы, парень провалился из прошлого, из друзей никого, вступился за понравившуюся ему девушку… Морозова уже видела себя наставницей-спасительницей хронопотеряшки (именно к такому выводу пришло СБ её семьи, снабдив аналитической выкладкой и подборкой фотографий Дани), на которую парень сможет опереться и адаптироваться к жизни. А оказывается, он даже не понял, с кем общался! Ну, точно, дурачок. Нет, такой виртуальный возлюбленный ей точно не нужен – он принял Элю за неё, Лену, и бывшая лучшая подруга расписалась с ним этой ночью! Конечно, Лена пока не готова себя связывать узами брака с кем бы то ни было – примером тому история с Шарлем Моро, у которого ветер в голове, как и у любого другого молодого человека до тридцати пяти лет. О чём и заявила своему отцу, чтобы больше не подыскивал ей партию в угоду расширения влияния семьи Морозовых. Но она уже была в предвкушении победы в споре, считая своего спасителя уже у себя в кармане. Как же она ошибалась!

Елена была не только красивой, но и целеустремлённой, что вместе с умом и влиянием семьи делало из неё машину по достижению поставленных целей. Она поедет в бар к Даниле и прояснит ситуацию, чтобы он понял, с кем общался и подтвердил, что собирался делать предложение ей, Морозовой! А ещё выведет Элю на чистую воду и заставит её признать поражение! В общем, этим днём она всем будет резать правду-матку в глаза. «Разве ты не знаешь, что я женщина? Раз мне пришла мысль – я её должна высказать!» - так говорил любимый Даней Шекспир, так что пусть не жалуется!

***

- Вот же чёрт! – воскликнул я, получив сообщение от командования на браслет. Только закончил дела с банком и пошёл в сторону «Старого пирата», как завибрировавший браслет высветил приказ в течение трёх часов прибыть на Лунную базу из-за объявленной боевой тревоги. Мой отпуск отменили, а я ни на могилу Матвеича не съездил, ни долг супружеский не исполнил, эххх…

Бегом до бара, быстро поскидал в мешок свои вещи, не забыв забрать бутылку рома и коробку сигар, вызвал такси и быстрей в Шереметьево на вскорости отбывающий рейс. Перевёл дух только на борту челнока – успел впритык. Сразу полез в галанет за новостями. Пишут, что пираты напали на систему Проксимы Центавра, что очень странно – ближайшая Солнечная система в течении одного часа может доставить подкрепление соседям, а ещё чуть подальше система Альфы Центавра. Которая тоже отправит подкрепление. Полез изучать информацию о системе, подвергшейся нападению. В ней всего две планеты, представляющие интерес для колонизации. На первой, типа С, расположилась колония Еката-1, на второй, типа Д, находится каторга. И там, и там добывают редкоземельные металлы, на Екате ещё и промышленность развита.

От изучения перечня выпускаемой колонией продукции меня отвлекло сообщение от Лягушки-царевны: «Привет. Я в баре. Ты скоро? Надо поговорить».

«Здравствуй, дорогая. Пришёл приказ срочно прибыть на базу. Лечу на Луну, вряд ли сегодня вернусь. Что-то случилось? Если что срочное, звони», - быстро набрал супруге сообщение в ответ.

«Лучше при встрече. Напиши, когда тебя ждать?»

«Окей, милая! Как узнаю, напишу. Но вряд ли сегодня появлюсь», - и подмигивающий смайлик добавил. Интересно, что там у неё? Неужели, согласовали отпуск из-за нашей свадьбы?

***

Елена Сергеевна Морозова, старшая дочь семейства Морозовых, спортсменка, модель и просто красавица сидела за столом небольшого бара в центре Москвы. Она уже оценила небогатое меню и заказала себе кофе с десертом, настраиваясь на ожидание, а тут такой облом: Даня улетел, получив приказ, когда будет, непонятно. Так что ждать его возвращения смысла не было. Она почти расправилась с Сан-Себастьяном, готовясь уйти, когда в бар быстрым шагом вошла взъерошенная Элеонора. Та увидела за столиком Елену, замедлилась, словно споткнувшись, а затем решительно направилась к ней и уселась за её стол напротив.

- Какая встреееча! – холодно улыбнулась Елена. – Как тебе живётся под чужим именем? А то мне пишет один наш общий знакомый, спрашивает, когда меня командир отпустит на медовый месяц. Представляешь? Не знаю, что ответить…

- Привет, - хмуро ответила Эля и поискала глазами официантку.

- Здесь самообслуживание, официанта пока нет, - идеально выглядевшая Морозова правильно истолковала поисковую активность бывшей подруги. После спора и расставания в больнице они больше не встречались, лишь изредка обмениваясь сообщениями.

Смирнова сходила к бару и вернулась со стаканом крепкого кофе. Отпила, отставила в сторону и, собравшись с мыслями, пробормотала: - Синька – зло… Лен, тут такое дело, не знаю как объяснить…

- А ты попытайся, - тоном Морозовой можно было заморозить воду.

- В общем, я сглупила, да. Но всё из-за тебя! Кто мне сказал, что он тебе важнее, чем я?!?

- Я такого не говорила!!!

- Но имела в виду! Вот я и решила тебе насолить, выдав себя за тебя.

- Только из-за этого? Зная твою практичность, есть ещё другая причина.

- И даже не одна. Решила убить сразу двух зайцев: выиграть спор и насолить Даниле, - повинилась Смирнова. - Самое интересное в нём – этот бар. Оценочная стоимость – миллион кредов. Я пробила, помещение перешло к Даниле в собственность по суду. А зачем оно ему, если нет гражданства? В общем, я решила его избавить от головной боли, выписав себе сначала доверку на управление, а затем и просто забрать.

- Какая же ты… И каким образом собралась отобрать недвижку у моего друга?

- Брачный контракт, - пожала плечами Эля. – Кто когда читает пункты мелким шрифтом? Через год я бы разорвала контракт без последствий для себя, бар должен был отойти мне.

- И что же изменилось? – иронично улыбнулась Лена.

- Отец. Он резко против, заблокировал мои кредитки. Говорит, я заигралась. А теперь меня должен муж обеспечивать. В общем, бар мне не нужен, как и твой Данила. Вот приехала, хотела сегодня же наш брак расторгнуть.

- Могу тебя поздравить, он улетел на Луну – командование так приказало. Отменили ему отпуск, когда будет – непонятно.

- Сссс… - Смирнова сдержала ругательство. - А как же я?!? Я же без денег осталась!

- Так напиши ему или позвони, объясни ситуацию. Перешли бумаги по почте, расторгнуть брак можно и удалённо.

- А может, ты ему объяснишь? У меня и контакта его нет!

- Так я тебе дам. Да ты и сама его контакт в две секунды найдёшь – он же твой муж!

Эля достала из сумочки комм, нерешительно посмотрела на экран и отложила в сторону.

- Нет, я не могу. Ты права. Отправлю ему официальное уведомление о расторжении – так можно с гражданами более низких классов. Главное, чтобы он подтвердил получение уведомления, а на бар вот прямо сейчас перепишу на тебя доверенность.

- Как была трусиха, так и осталась… Не нужен мне ни твой Данила, ни этот бар! Сама заварила, теперь расхлёбывай, подруга.

- Лееен, ну, извини… Правда, не знаю, что на меня нашло. Как затмение какое-то. Поможешь с баром? Некогда им заниматься. Я ведь на флоте служу, летаю на перехватчике. Думала, найму управляющего, и все дела. А теперь на управляющего денег нет… Слушай, а ты и правда в него влюбилась?

- Эля, это не твоё дело.

- Фи, как грубо! Лееен, ну, ответь! И что, ты хотела за него замуж?!?

- А замуж-то зачем? – искренне удивилась Морозова. – Мы же ещё в школе решили, что раньше тридцати пяти связывать себя узами неинтересно!

- Ха! И это мне говорит та, которая чуть не выскочила за Моро!

- Там был брак по расчёту!

Девушки переглянулись и неожиданно заливисто рассмеялись.

- Да уж, у меня, выходит, такая же фигня! Вот уж не ожидала, что так получится! – Эля смахнула выступившие от смеха слёзы. – Ладно, пусть Даня сам думает, что с баром делать. Присмотрю за помещением, пока не развелась… Выходит, разногласий между нами больше нет? Дружим? Как прежде.

- Дружим. Но если ты ещё раз влезешь в мою личную жизнь…

- Не-не, никогда! Хватило одного раза.

- А ещё о споре предлагаю забыть. Никакого желания я тебе не должна!

- Хорошо, - покладисто согласилась Эля.

- Пойдём, дел много, - Лена поднялась из-за стола. – И так из-за тебя полдня потеряла.

- Пойдём, - следом встала Смирнова. – Надо одним глазом в бухгалтерию бара заглянуть и подготовить уведомление о расторжении брака.

***

По прибытию на Лунную базу меня и других вояк загрузили на фрегат, который сразу прыгнул к Проксиме Центавра. Точнее, не сразу. Сначала разгонялись полчаса в сторону окна для гиперпрыжков, затем пятнадцать минут прыжка (современные гипердвигатели на военных кораблях позволяют развивать скорость 16 световых лет в час), затем торможение в системе прибытия и корректировка курса в сторону схватки с пиратами.

Меня воткнули в наскоро сформированный взвод абордажной команды. Знакомиться со своим отделением мне пришлось в раздевалке, где я оставил личные вещи и переоделся в обтягивающий комбез оператора шагохода.

- Парни, я понимаю, времени на боевое слаживание нет, но ситуация неординарная. Впервые пираты напали на колонию в шаге от серьёзно укреплённой Солнечной системы, - нас инструктировал русский капрал Вязов с позывным «Вяз». Он, как и я, являлся оператором шагающего танка, был невысок, плечист, но уже в возрасте под сорок лет. – И на что надеялись? Короче, на нашем корабле есть одна абордажная капсула, куда влезает взвод. Два отделения сработавшиеся, штатные, но решили усилить сборной солянкой из вас, чему я был против. Поэтому, никуда не лезете, идёте сзади, наблюдаете за тылом, в общем, не мешаете нам работать. Дэн Рус!

- Я!

- Ознакомился с твоим делом. Боевых выходов нет, учебку ещё не закончил, но управление ботом освоил и тактика на отлично.

- Так точно! – я изобразил вид лихой и придурковатый, как завещал Великий Пётр.

Вязов, заложив руки за спину, покачался на носках, раздумывая. Наконец, он принял решение:

- По-хорошему, тебя бы оставить на корабле, но приказ. Поэтому, ещё раз. Возглавляешь отделение, никуда не лезешь. Мои два отделения берут на абордаж пиратскую лоханку, твоё стоит у капсулы, караулит. Твой позывной на время операции – Третий. Вопросы?

- А что, вообще, происходит? С кем столкнулись, и чего можно ждать?

- В систему прыгнули три пиратских рейдера с буксиром и грузовиком. Направлялись к четвёртой планете, на орбите которой дожидались отправки контейнеры с минералами. Два рейдера должны были связать боем тяжёлый крейсер Федерации, а третий отгонять эсминцы, пока буксир таскает к грузовику контейнеры. Но один из рейдеров налетел на минную банку и потерял ход. Смысла у пиратов продолжать операцию не было – подвижных сил защитить грузовик от эсминцев не осталось, да и глушилка гиперсвязи оказалась на пострадавшем корабле. Удрали из системы все, кроме грузовика. Он шёл в арьергарде и получил сразу две торпеды от эсминца. Первая сбила щиты, вторая разворотила корму. Сейчас он потерял ход и попал в зону притяжения пятой планеты. Орбита стабильная, так что времени на операцию достаточно. Лёгкая добыча. Сходим на прогулку, даже не запыхаемся – старпом так сказал, а я ему верю. Вам десять минут на проверку скафов. Через двадцать минут готовность ноль к десантированию. Будем прыгать на осе.

- Понял-принял, - на самом деле всё понятно. Абордажные капсулы на флоте есть трёх видов: блоха, оса и кузнечик. Так-то у них официальные названия другие, но с чьей-то лёгкой руки стали их называть видами насекомых. На блохе десантируется отделение из пяти человек, применяется только в безвоздушном пространстве. Прыгает от корабля к кораблю, цепляется лапами-гарпунами и прогрызает обшивку вражеской посудины для десанта. Оса – более тяжёлый вариант. Она также рассчитана на абордаж в открытом космосе. Несёт полноценный взвод из трёх отделений и командира, в нашем случае – с капралом во главе, который также командует первым отделением. В отличие от блохи, оса пробивает бронебойным носом борт вражеского корабля, помогая абордажной команде скорее попасть внутрь. Также может применяться для десанта на поверхность планеты, в частности для атаки с орбиты укреплённых зданий и бункеров – противоперегрузочное ядро искусственной гравитации позволяет выжить десанту при жёсткой посадке. Ключевое слово – позволяет. На деле же десантирование на планеты имеет ряд ограничений: сила тяжести должна быть до полутора джи, атмосфера – достаточно плотной для торможения, плюс желательно наличие рядом с местом приземления команды спасателей для откапывания смертников везунчиков, если капсула попала в мягкие или сыпучие породы, и команда не может самостоятельно выбраться. Собственно, поэтому для десанта на планеты используют кузнечика – у шаттла есть крылья, бесполезные в пустоте, но необходимые для управляемого полёта в атмосфере. Применяется для доставки двух взводов абордажников до вражеского корабля в космосе или одного взвода десанта со средствами усиления на поверхность планеты. Ещё бывают чистые атмосферники для армейского десанта, но это уже из другой песни – нам о них рассказывали на лекциях мельком, делая упор на капсулы, на которых нам придётся прыгать.

- Ну что, пацаны, ещё раз. Я – Дэн Рус, оператор шагохода, - продолжил знакомиться с парнями, когда капрал двинул к первым двум отделениям. – Боевого опыта нет, если кто участвовал в абордажах, поднимите руку.

Рукой махнул только здоровяк под метр девяносто с раскосым разрезом глаз:

- Позывной – Хан, всего один раз участвовал в штурме работорговца. Да и то пострелять не пришлось – весь экипаж и пленников вырубили инфрой, так что…

- Ясно. А вы?

- Чен, - коротко представился ещё один представитель монголоидной расы.

- Кокс, - дружелюбно улыбнулся чернокожий боец.

- Блэк. Мы втроём недавно из учебки, - кивнул голубоглазый европеец-блондин.

- Хм, прикольные у вас позывные… Вот и познакомились. Одеваемся!

Я прошёл к своему шагающему танку и залез внутрь. Включил систему, дождался загрузки и появления тактической связи.

- Третий на связи. Перекличка.

- Хан здесь. Блэк на связи. Кокс тута. Чен на связи, - посыпались доклады.

- Первый, третье отделение готово. Куда выдвигаться? – я доложился, тыкнув на виртуальную иконку капрала.

- Уже весь взвод в курсе, что вы готовы. Третий, переходи с отделением на пятый канал, со мной поддерживать связь на втором канале, - приказал Вяз.

- Принял, - я проделал нужные манипуляции. – Первый, проверка связи.

- Слышу. Выдвигаемся. Грузитесь в осу последними, - передо мной загорелась тактическая карта со стрелочками.

- Принял. Отделение, двигаем за мной, - продублировал приказ парням.

Мы протопали до капсулы, зашли, стоя пристегнулись вдоль борта, за нами задраили люк. Был ли мандраж перед первой боевой операцией? Нисколько. Для меня это по-прежнему приключение с элементами компьютерной игрушки. Тем более, зачем волноваться, если даже пострелять не дадут. Вперёд пойдут бойцы постарше, поопытнее, а нас оставят чисто на стрёме постоять.

Чувствительный пинок под зад, и вот мы летим. На табло виртуальной реальности шагохода побежали секунды обратного отсчёта до встречи осы с грузовиком. Когда время вышло, капсулу тряхнуло, послышался скрежет рвущегося металла, и нос капсулы раскрылся, образуя проход.

- Пошли, пошли, пошли! – раздалась команда Вяза, первым сиганувшим в тёмное нутро пиратского грузовика.

После второго отделения настала наша очередь.

- За мной! – скомандовал я бойцам, и мы выгрузились в какой-то коридор, искрящий нарушенной проводкой и освещённый мигающими красными лампами аварийки. – Хан и Чен, держите коридор слева, Блэк и Кокс – справа.

- Принято! Есть, - вразнобой ответили парни, направив винтовки в нарезанные сектора. Я же активировал щиты и стал наблюдать за тактической картой, проступающей по мере продвижения первых отделений.

- Первый, трюм – чисто! – мигнула вызовом иконка Второго.

- Принял. Выдвигайтесь к капитанскому мостику, они здесь забаррикадировались.

- Роджер!

- Второй, какой, нахрен, Роджер?!? Заканчивай со своим морпеховским сленгом и отвечай по уставу!

- Первый, принял! Выдвигаюсь.

- Третий, как там у тебя?

- Стоим в коридоре, как тополь на Плющихе. Никого не наблюдаем, всё спокойно.

- Ещё один шутник на мою голову выискался! Вернёмся, получишь замечание с внесением.

- Есть получить замечание!

- А ну, тишина в эфире! Второй, ты скоро? А, всё, вижу. На счёт три выбиваешь дверь.

- Принял!

- Раз, два, три!!!

В переговорном устройстве загрохотали удары по металлу.

- Всем мордой в пол! Руки за голову! - послышался топот и какая-то возня. – О нет, только не это! Третье отделение, срочно на осу! Отстыковаться и убираться подальше от этого корыта! Выполняяять! – взревел Первый.

В этот же момент что-то хлопнуло и связь прервалась, а зелёные точки, обозначающие бойцов взвода, стали красными. Четверо штурмовиков моего отделения беззвучно осели кулями у моих ног. Чёрт!

- Первый, повторите приказ! Первый, Второй, ответьте! Вяз, что у вас там случилось? – я попытался достучаться до капрала. Тут ожил динамик.

- До самоликвидации корабля осталось сто двадцать секунд, - сказал спокойный женский голос. – Всем покинуть корабль. Веду обратный отсчёт. Сто пятнадцать…

Что ж, капрал не отвечает, а последний приказ его действует. Подхватил за шкирки обеими руками Хана и Чена, поволок их в капсулу. Десять шагов туда, десять обратно. М-да, без шагохода быстрее было бы – я чувствовал как утекают секунды до взрыва. Зато почти не чувствую тяжести. Заволок Блэка и Кокса, когда до самоликвидации осталось полторы минуты. Стою у створок, жму на панели управления осы кнопку отстыковки и вижу серую тень, выпрыгнувшую из-за угла коридора. Вскидываю руку и открываю огонь из интегрированного в предплечье пулемёта.

- За ВДВ! – ору я, и рой трассеров разлетается рикошетом по коридору корабля. Палить прекращаю перед самым смыканием носа капсулы.

Занимаю ложемент капрала, беру управление отстыковавшейся и дрейфующей около пиратского грузовика осой. Шестьдесят, пятьдесят девять, пятьдесят восемь, - я продолжал обратный отсчёт про себя, оценивая варианты в открывшейся картинке космоса. Скоро грузовик рванёт, а челнок в невыгодном положении – оса находится между пиратским кораблём и планетой, медленно отдаляясь от слишком близкого грузовика. Топлива осталось только на один мощный импульс, поэтому важно не ошибиться. Сначала маневровыми движками стабилизирую капсулу, останавливая вращение, затем нацеливаюсь в открытый космос – я делаю всё, как учили. Потому как по ошибке воткнуться в грузовик или нечаянно улететь к планете совсем неохота.

На транслируемой картинке окружающего пространства вижу, как от грузовика отстыковалась спасательная капсула и устремилась к планете. Ну, нет. Нам туда не надо. Выжить при приземлении – рулетка, так что я лучше к своим. Наконец, я направляю нос капсулы в нужном направлении и жму на кнопку старта маршевого двигателя. В этот же момент грузовик вспухает облаком взрыва, и капсулу встряхивает словно от удара кувалдой.

Да чтоб тебя! Оса, начавшая движение в открытый космос, меняет направление и, ускоряясь, по дуге устремляется к планете.

Глава 11

Приземление на пятую планету было жёстким. Пока падали, я так и не смог вызвать фрегат. Видимо, связь повредилась при взрыве – по нам, явно, чем-то прилетело, сбив с нужной траектории. Хоть ядро искусственной гравитации уцелело, а не то была бы крышка. А так, пять минут полёта, за которые я успел зафиксировать в ложементах бесчувственных товарищей, удар, от которого потемнело в глазах, и потрескивание остывающего металла от только что бушевавших за бортом запредельных температур.

Отстегнулся и попытался реанимировать связь. Безрезультатно. Включил аварийный маяк и начал разбираться с задраенным люком на корме. Передвигаться приходилось с осторожностью – капсула воткнулась под углом к горизонту, поэтому карабкался вверх по скобам, предусмотренным как раз для подобного случая. Вручную разблокировал люк и механической рукой шагохода с трудом приоткрыл его наружу. В капсулу, вместе с клубами пара, ворвалась мутная вода. Попытался захлопнуть крышку, но попавшие в щель куски льда не позволили это сделать. К счастью, поток схлынул, не успев набрать силу. Фуух, на этот раз я отделался лёгким испугом.

Толкнул крышку от себя со всей силы. Она звякнула о препятствие, распахнувшись наполовину, и перед глазами оранжевым замигали предупреждающие значки. Так, что у нас здесь? Атмосфера разряжена, высокое содержание азота, кислорода самый минимум для дыхания, как на Земле в высокогорье. В принципе, местная воздушная смесь пригодна для дыхания, если бы не некоторое содержание сернистого газа, который будет медленно, но верно отравлять. А вот температура некомфортная – минус двадцать по Цельсию. И надо что-то с этим делать.

Выбрался наружу, встав на корму капсулы. Кругом один серый лёд, в который воткнулся наш челнок. Похоже, он сначала воткнулся, а потом ещё и проплавил раскалённой обшивкой льдину, погрузившись ещё глубже – я оказался в колодце с ровными краями на глубине около трёх метров. Подпрыгнул, зацепился за край колодца и подтянулся, чтобы осмотреться. М-да. Кругом безжизненная равнина под небом, затянутым серой хмарью. Лишь над головой висит белая холодная звезда, и впереди на горизонте темнеются какие-то тёмные скальные образования. Дальномером измерил до них расстояние – тридцать километров. Понятненько.

Спрыгнул вниз, забрался внутрь капсулы и задраил за собой люк. Хорошо, что выбрался сразу – замёрзла бы вода сверху, и привет – изнутри без помощи снаружи фига с два бы у меня получилось самому выбраться из ледяного плена. Проверил связь – до сих пор не алё. Ни на приём, ни на отправку сообщений. Надеюсь, аварийный сигнал маяка работает штатно, и нас скоро спасут. О, а у меня же ещё индивидуальный браслет есть! Выбрался из тёплого нутра шагохода в капсулу. Бррр, а здесь свежо – градусов десять, не больше. В одном комбезе оператора бота совсем не жарко! И сероводородом попахивает. Посмотрел на браслет, никаких входящих сообщений от командования нет. Активировал ещё и на нём режим аварийного маяка, вдруг, поможет.

Проверил состояние бойцов отделения. Все без сознания, пульс медленный, дыхание поверхностное – они повисли на ремнях безвольными куклами. Я по одному отцепил их и спустил в нос капсулы, которая стала полом. Вернулся к системе управления капсулой, точнее, к её навигационной системе. Карта планеты без детализации – просто шарик со схематическими значками. Видно, где приземлились мы, и где расположены рукотворные объекты. Гор, рек, океанов на карте нет. И как далеко от нас ближайший форпост цивилизации? В пятидесяти километрах значок метеорологической станции. Есть там люди или нет, неизвестно. Но, даже если людей нет, то автоматика как-то должна отправлять сообщения? Значит, там есть связь. А где есть точно люди? Ближайшая колония под именем «Анкоридж-1» в трёхстах километрах почти в противоположную сторону. А всего на планете три поселения, одно из которых носит имя «Магадан-2», расположенное на обратной стороне планеты. Ну, нет. До ближайшей колонии у меня не хватит ни сил, ни еды, ни энергии в шагоходе, чтобы добраться. Остаётся только вариант с метеостанцией. Полностью заряженных батарей бота хватает на марш-бросок в шестьдесят километров в полной экипировке или на пятичасовой бой с использованием щитов на все сто процентов. Сейчас заряд батарей – девяносто процентов. Хватит на пятьдесят четыре кэмэ, если не пользоваться подогревом или охлаждением. Ну, охлаждаться мне не надо, а если буду бодро передвигаться, то и подогрев не нужен будет – на ходу согреюсь. Наверное. По времени путь из точки А в точку Б составит десять часов. Без еды потерплю как-нибудь. Из воды – штатная поилка на литр, встроенная в шагоход. Полная, так что на десять часов – за глаза.

Итак, план такой: иду с привычной скоростью до метеостанции, там вызываю спасателей к себе и к капсуле. Через десять часов, ну или край через одиннадцать, мы в тепле и в шоколаде. Какие есть ещё варианты? Можно сидеть здесь в надежде, что наш сигнал поймают. Плюсы: не надо никуда топать, и здесь тепло – аккумуляторов хватит на полдня поддерживать температуру плюс пятнадцать градусов. Именно столько обещает бортовой компьютер в экономном режиме. Но что потом? Если маяк также повреждён, а мощности моего браслета не хватает добить до ближайшей приёмной антенны, то я могу и целые сутки здесь ждать, пока не замёрзну вместе с парнями. Нет, пока есть силы, надо идти. Тем более, воздух тоже закончится – с учётом запасов в штурмовых скафандрах, в моём шагоходе и капсуле, его хватит на сутки. Потом переходить на внешний забор, что чревато. Была ещё мысль попробовать надеть на себя скаф одного из парней, но я её отмёл – оборудование непривычное, рассчитано на более высоких людей. Как я в нём выдержу марафон? Волчьим скоком налегке я бы добрался до метеостанции часа за четыре, но если натрёт где или откажет? Нет, не буду рисковать, пойду в привычном механоиде.

Долгие проводы – лишние слёзы. Поставил пацанам режим поддержания температуры в капсуле, залез в шагоход, и был таков. Задраил люк, выбрался из ледяного колодца, сориентировался на местности. И почему я не удивлён? Навигатор задаёт направление к темнеющим на горизонте горам или скалам, беру курс на них.

Странная планета. Неужели, на ней только лёд? – я пытался вспомнить о ней информацию из справки по планетам системы Проксимы Центавра, наспех прочитанной во время короткого полёта из Солнечной системы. На четвёртой планете точно комфортная температура – я посмотрел прогноз погоды на Екате. А здесь должно быть холоднее из-за удалённости от местной звезды. Но вот насколько холоднее? Я поднапряг память, и перед глазами всплыли абзацы текста, на которые я бросал поверхностный взгляд при чтении. Итак, пятая планета. Диаметр, пониженная гравитация, разряженная атмосфера. Климат холодный, равномерный. Днём – от минус десяти до минус тридцати, ночью от минус пятидесяти до минус семидесяти на экваторе и в умеренных широтах соответственно. На полюсах температура от минус восьмидесяти до минус ста. Да уж, не Гавана! – я мысленно перекрестился, что мы не упали где-нибудь в высоких широтах. Вспоминаю дальше. Живых существ нет, растительности нет. Полезные ископаемые планеты представлены разнообразными металлическими рудами и минералами, разработка которых затруднена пониженными температурами и толстым слоем льда, скрывшим практически всю планету. Осадков практически нет из-за пониженных температур, разряженной атмосферы и быстрым обращением вокруг собственной оси. Сутки длятся шестнадцать часов. Из особенностей – повышенный магнитный фон, мешающий прохождению радиосигналов… Стоп! Какие, нахрен, шестнадцать часов?!?

Я посмотрел на клонящееся к горизонту местное светило. И точно, так быстро спустилось! Я не сильно обращал внимание на небо, поглощённый шагистикой по неровному льду. По ходу движения встречались трещины, и мне приходилось их обходить или перешагивать. Это что получается, я в любом случае не добрался бы засветло до метеостанции? Чёрт!!!

Хотя, по-любому мне надо было какое-то время идти в тёмное время суток – отсидеться на капсуле не получилось бы, ведь естественного освещения на этой планете восемь часов плюс-минус. Но что же делать? Я прошёл всего километров десять! Ладно, война план покажет. Придётся идти какое-то время с фонарём в темноте, потом поспать час максимум, подъём по будильнику, чтобы не замёрзнуть насмерть (ведь спать придётся без отопления для экономии), потом опять движение, чтобы согреться. В таком режиме придётся идти всю ночь. По расчётам, к горам я подойду на рассвете следующего дня, и где-то в это же время сядут батареи. Дальше придётся пешочком по горам. Останусь без тепла, электроники и брони, но хорошо, что на браслете есть функция навигатора – не потеряюсь. А холод… Что, холод? Зимой в тайге ночевал один, уходя в лес на двое суток, и здесь не пропаду. Правда, одёжка была потеплее, и дрова кругом, но ведь мне и не нужна нодья для ночёвки под выворотнем. Переночую в шагоходе, затем марш-бросок до метеостанции. Единственное, за пацанов переживаю. У них энергия в капсуле раньше кончится. Как бы не окоченели, пока помощь придёт.

Стемнело, начало холодать. Уже минус тридцать, и термометр опускается на глазах. Попробовал идти при свете фары, но из-за неверных теней, в которых мерещились глубокие трещины, невеликая скорость упала ещё. Остановился, обесточил оборудование, заведя будильник на шестьдесят минут, и заснул.

Проснулся от жёсткого колотуна раньше будильника – шагоход за неполный час заиндевел, превратившись в промороженную консервную банку. Стуча зубами, включил все системы и обогрев. Ну его! Если придётся замёрзнуть, то лучше сделать это в комфортных условиях, а не тогда, когда ещё есть энергия в аккумуляторах. Усилием воли подавил бившую меня дрожь и продолжил шагать к цели. Металл сочленений жалобно заскрипел – на термометре минус пятьдесят, и в воздухе сгустившаяся взвесь замёрзшего газа, осевшего инеем на броне. От капсулы отошёл на двадцать километров, осталось каких-то тридцать кэмэ. Правда, заряда осталось всего сорок процентов. Ну, ничего, я справлюсь. Должен справиться, - мотивировал себя, старательно обходя трещины.

Разошёлся. Кровь начала нормально циркулировать, и я отключил обогрев, наконец-то согревшись. Даже напевать стал: «Под песню «Синий иней» она так чувствует себя богиней…» Интересно, чем сейчас Эля занимается? Скучает обо мне, наверное. Вот выберусь отсюда и отпрошусь на медовый месяц. Или сразу уволюсь. Меня жена молодая красивая любит и ждёт, а я тут чёрт-те чем занимаюсь! Скорее всего, она уже узнала, что я потерялся, переживает, бедненькая.

В этот момент лёд под ногами треснул, и шагоход провалился в пустоту под ногами. Зацепился механическими руками за край, пытаясь удержаться. Молнией промелькнула мысль, что если я провалюсь дальше, то это верный конец. Или застряну в трещине без возможности выбраться, или просто разобьюсь, если подо мной пропасть. Даже если не пропасть, и я не разобьюсь, а просто поломаюсь, то здесь меня точно никто не найдёт.

Засучил руками, пытаясь зацепиться за любую неровность – тщетно. Попытался вбить пальцы механической руки. Раз, два, три – я стучал по поверхности, круша лёд, разлетающийся хрустальной крошкой в свете фонаря. Блин, а мы так и не разбили бокалы на счастье, - некстати вспомнилось неожиданное бракосочетание. Плохая примета…

Тут льдина под моими руками лопнула и ухнула вниз вместе со мной.

***

- Да чем он там занимается, что не может целые сутки подтвердить получение уведомления о разводе? – негодовала Эля. – Я что, рыжая, сидеть без денег и заниматься этим ублюдочным баром?!?

- Пиастры! Пиастры! – заорал попугай в клетке, заставив её вздрогнуть.

- Цыц! А то сделаю из тебя жаркое для клиентов! – разозлилась девушка. Её бесило здесь буквально всё. Уже прошли целые сутки, как она стала замужней дамой. За это время она добросовестно приняла и оприходовала заказанные Дэном продукты, даже сама заказала пиво по требованию барвумен, но подвешенное состояние раздражало. Ну, ничего. Рано или поздно она разведётся. Вероятнее всего, в самое ближайшее время.

Поступил вызов на коммуникатор с неизвестного номера.

- Слушаю! – она активировала видеосвязь.

- Младший лейтенант Смирнова? - перед ней возникла голограмма сурового мужчины в военной форме. - Я должен вам задать несколько вопросов.

- Извиняюсь, а какую службу вы представляете? Вы не представились.

- Полковник Ляпишев, Управление собственной безопасности. Когда вы в последний раз общались с Дэном Русом?

- С этим придурком?!? На собственной свадьбе!

- Которая была тридцать часов назад? Я вижу, вы не слишком-то его уважаете.

- Я с ним развожусь! А он никак не соизволит прочитать уведомление!!! – Эля наконец выплеснула накопившееся раздражение. – Стоп! Почему вы спрашиваете? Вы должны быть в курсе, он улетел по срочному вызову командования.

- Мы в курсе. Но на задании произошла нештатная ситуация, и он не на связи. Поэтому я вас убедительно прошу, если Дэн объявится, или вам станет известно о его местоположении, пожалуйста, свяжитесь со мной или по горячей линии УСБ флота.

- Хорошо. Я ооочень надеюсь, что он в ближайшее время выйдет на связь! А что случилось?

- Посмотрите новости в галанете.

Полковник отключился, а Элеонора в задумчивости пробормотала, открывая новостной канал: - Сволочь, во что же ты вляпался?

- … таким образом, захват пиратского корабля прошёл неудачно, - вещала с экрана ультрамодная репортёрша.

- Десантный взвод под командованием капрала Вязова практически полностью уничтожен, лишь отделению Дэна Руса удалось спастись. Сейчас четверо абордажников находятся в тяжёлом состоянии, они помещены в медкапсулы, их здоровью ничего не угрожает. Рядовой Рус числится пропавшим без вести. С нами на связи эксперт по ведению боевых действий в открытом космическом пространстве, гражданин первого класса, действующий адмирал Го Ён-Чин.

Экран разделился на две части, в новом окне появился важный пожилой азиат в белоснежном кителе с кучей висюлек на груди. Надменное выражение лица с тонкой полоской усиков над губой вызвало у Смирновой отталкивающее впечатление.

- Господин Ён-Чин, все знают не только о вашем успешном противодействии пиратству в центральных системах, но и об отважных действиях в схватках с арахнидами. Поделитесь вашим компетентным мнением с нашими зрителями, почему такие высокие потери среди абордажников, и куда мог пропасть командир спасшегося отделения?

- Гхм, - он прочистил горло, - я не буду вдаваться в скучные технические подробности и отсылки к Уставу, поэтому давайте зададимся вопросом. Почему абордажная капсула полетела не к своему фрегату, а выбрала направление к планете вслед за пиратской спасательной шлюпкой? Ответ простой – это или предательство, или высшая форма некомпетентности, позволившая противнику захватить челнок!

Лица на экране сменились видеозаписью, где на фоне планеты пиратский корабль вспух облаком взрыва.

- Отсюда плохо видно, - продолжил азиат, - но на радарах засекли две цели, упавшие на планету. Расчёт пиратов был понятен: под шумок они хотели улизнуть незамеченными, но просчитались. Мы засекли примерное место посадки и челнока, и пиратской шлюпки.

- О! Значит, вы скоро сможете похвастаться поимкой пиратов?! – восторженно выдохнула ведущая.

- Конечно! Поиск немного затрудняют климат и повышенный магнитный фон планеты, но мы справимся!

- А что вы скажете о действовавшем маяке абордажной капсулы, позволившем её обнаружить через несколько часов поисков, и провести спасательную операцию?

- Это был хитрый ход противника! Пираты изобретательны и коварны! Таким образом они хотели замести следы. На момент прыжка к планете четверо десантников не представляли для них опасности – браслеты чётко доложили об их беспомощном состоянии, тогда как командир отделения был в сознании и твёрдой рукой отправил капсулу к планете, никак не прокомментировав свои действия по связи.

- Но куда мог деться Дэн Рус? Может, его заставили спуститься на планету?

- Думаю, он у пиратов. А по своей воле, или его взяли в плен, мы это обязательно выясним!

- Вот чёрт! – Эля выключила новости и стала набирать корпоративного юриста Смирновых.