2377

Глава 1

Я откинулся на спинку кресла и потер ноющие виски. Нестерпимо хотелось курить, хотя давно избавился от вредной привычки. И дело не в здоровье — стипендии едва хватало на жизнь, а тратить небольшие сбережения на обогащение жирного владельца табачной фабрики казалось мне бессмысленной затеей.

Да к черту все!

Я наконец закончил работу над прототипом. Годы несбывшихся мечтаний, провалов и неудач подошли к концу. В моих руках вещь, которая сделает нас с Алиной неприлично богатыми. Возможно, мы с сестрой возглавим список «Форбс». Да я его, блин, куплю!

Подумать только, я правда это сделал! Прямо не верится…

Бросил осторожный взгляд: внешне выглядит неказисто, мешанина проводов и микросхем под невзрачным корпусом, но на самом деле это новый прорыв для всего человечества. Там, в его сердце, пульсирует разработанный мной накопитель, способный сохранить в себе человеческое сознание.

Над нами откровенно смеялись, называли мечтателями, идиотами и прочее, и вот оно: искусственно созданное хранилище для человеческой души. Оно успешно сработало на лабораторных мышах, хомяках и дворовой кошке.

От славы и богатства нас с Алиной отделяло финальное испытание. Она была резко против тестов на людях, настаивала, чтобы мы не торопились и сделали все по уму, но я не готов ждать! У меня аж руки тряслись от нетерпения.

Горы денег, признание, слава и полуголые красотки с телеэкранов были слишком сильным искушением, чтобы я терпел гребаных десять лет, рискуя отдать труд всей жизни какой-нибудь корпорации. Ну уж нет! Вся слава моя!

Я еле дождался, когда сестра уйдет из лаборатории по делам, и тут же начал подключать давно приготовленное оборудование.

Шлем плотно обхватил голову, нужно будет потом лучше отрегулировать ремешки и держатели, чтобы не впивались в кожу.

Глубокий вдох.

Палец замер над кнопкой, а меня охватил мандраж. Почему я медлю? Ведь трижды все проверил. В конце концов, это просто копия, мое сознание останется в теле. Сестра скоро вернется, и ей не понравится моя затея. Ну да, у меня час, но она может что-то заподозрить… лучше поспешить. Запускаем процесс сканирования!

Сделав глубокий вдох, я вдавил клавишу.

Где-то в коридоре завыла сирена пожарной тревоги.

Вспышка. Яркий ослепительный свет заполнил крохотную институтскую лабораторию без окон, больше напоминающую заваленный хламом чулан. В следующий миг свет погас, а за ним пришла темнота. На одну страшную секунду мне показалось, что я ослеп.

Хорошо хоть сирена заглохла, не нужно эвакуироваться наощупь.

Крепко зажмурился, а потом часто заморгал. Неужели снова неудача? Нет, невозможно, ведь расчеты были точны!

Зрение вроде прояснилось, по крайней мере, частично. Перед глазами все так же темно, но появились мигающие линии. Они мерцали, будто китайская светодиодная лента, и изрядно раздражали. Я помассировал виски и настороженно замер. Похоже, из-за штекера мои волосы сгорели, иначе как объяснить, что под пальцами жесткий ежик, а не стильный прямой пробор? Руки тоже опалило, кожа шершавая и неприятная на ощупь. Все же Алина права… Так недолго и мозги себе вскипятить. Да уж, стоит получше продумать защиту от перепадов напряжения.

— Эндрю, ты затрахал молчать, у тебя там порнуха, что ли? — раздался справа от меня грубый прокуренный мужской голос. — Хорош там слюни пускать.

— Отстань от него, Гавел, не мешай! Мы, похоже, куш словили, смотри, как его глючит, — послышался слева женский голос, приятный даже несмотря на явное волнение. — Если какая-то наркота, я не при делах.

— Мы словили куш? — издевательски спросил Гавел. — Это я словил куш. А ты молчи, нахрен, когда я говорю! Бабам вообще слова не давали!

— Не затыкай меня, урод, — тут же ответила девушка. Ее голос заметно сник, уверенность в себе явно исчезла.

— Че сказала? А ну сюда иди… — Я услышал какую-то возню с последовавшим женским вскриком.

— Пусти меня, придурок! Сейчас Эндрю очнется и покажет тебе… Отстань, я сказала! Я тебе сама сейчас башку прострелю! — Голос женщины практически перешел на визг.

Короткие звуки схватки с частыми щелчками закончились грохотом. Кого-то за моей спиной швырнули на пол. Вопрос, откуда они вообще взялись в моей лаборатории оставался открытым.

— Все же мозгов у тебя нет! Думаешь, я бы позволил тебе ходить с заряженным стволом?! — Мужчина издевательски захохотал. — Вы мне больше не нужны. За твой проступок я сейчас шлепну твоего дружка, а потом займусь тобой.

— Он здесь ни при чем! Ты же знаешь, мы только вчера познакомились… — вмиг осипшим голосом пробормотала она, однако уже через секунду снова перешла на крик. — Нет, пусти! Не-е-ет!

— Да ладно тебе, сделаешь мне приятно, и отпущу вас живыми… — хохотнул Гавел. — Если постараешься, то еще и целыми!

Живущий внутри меня рыцарь в сияющих доспехах зашелся в негодовании и потребовал немедленных действий. Пожалуй, меня можно назвать человеком с устаревшей моралью, но когда всю жизнь прожил бок о бок с любимой сестрой, начинаешь с особым трепетом относиться к женщинам. Тем более мне очень не понравились слова про «хлопнуть дружка». Речь ведь явно обо мне шла!

Резко развернулся и увидел, судя по всему, Гавела. Мужик среднего возраста в коричневой кожаной куртке с ярко-зеленым ирокезом — будто из сумасшедшего дома сбежал. Типичный отброс, лишь пистолет в руке заставлял воспринимать его всерьез. На лице татуировки и странные очки, будто он сварщик.

Гавел навис над совсем молодой девушкой, наступив той коленом на грудь. Пистолетом он небрежно водил по ее шее, опуская ствол ниже, к самому декольте. Бюст у девушки выглядел достаточно аппетитно, чтобы обратить на него внимание даже в подобной паршивой ситуации. Да и сама она показалась мне довольно миловидной, а ярко-зеленые волосы выгодно украшали ее внешность.

Девушка испуганно смотрела на насильника, а тот, чувствуя себя хозяином положения, начал рвать ее футболку. Я поморщился, разглядев алый след от пятерни на щеке у зеленоволосой.

— Очнулся наконец, — услышал я вдруг голос Гавела. — Ну и что там?! Отвечай, нахрен! Не то я тебе яйца отстрелю! — Панк повернулся, переведя оружие в мою сторону, его лицо перекосила хищная гримаса.

Скажу честно, окажись передо мной этот мужик еще полчаса назад, я бы в штаны наложил. Сейчас же внутри словно что-то щелкнуло. Я был абсолютно уверен, что ситуация находится под контролем.

Спокойно оценил обстановку, в том числе и исходящую от Гавела опасность. Внутренний голос уверял, что он мне не противник. Картина прояснилась, и на смену спокойствию пришла холодная ярость, которой я с непонятной радостью поддался. Этот ублюдок посмел мне угрожать! Я ведь и за меньшее завалить могу…

Беспорядочные световые линии перед глазами сложились в строчки кода и надписи на неизвестном мне языке, который я прекрасно понял. Интерфейс оценил Гавела как вольного мусорщика с враждебным статусом, а затем подсветил некоторые части его тела. Я откуда-то знал, что там вместо нормальных органов установлены импланты и связующие агрегаты. Да у него обе руки механические!

Протезы внешне выглядели как настоящие. Впервые такое вижу! Как он ими вообще управляет? Чудеса какие-то. Или меня ударило током сильнее, чем я думал.

— Ты че молчишь, падаль? Я те ща ногу прострелю! — окончательно вышел из себя «ирокез», впрочем, не проявляя оригинальности.

Выскочившее системное оповещение любезно сообщило, что в меня выстрелят через пять, четыре, три…

Времени на раздумья не оставалось, и мои рефлексы сработали сами собой. И еще как сработали.

Решил показать, насколько большую ошибку он совершил. Теперь я не мог просто избить его, слишком легко отделается. Раз Гавел добровольно сунул яйца в капкан, пусть осознает свое отчаянное положение.

Мозг быстро оценил ситуацию, на автомате изучив защитные коды и щелкнув их, как орешки. Я без труда нашел лазейку в системе управления его протезами. В доли секунды разложил все на составляющие и прочитал электронное нутро как раскрытую книгу. Нужно всего-то исправить две строчки...

Я мысленно нажал на руки Гавела и отключил их к хренам.

Ну все, теперь он в моей власти. На моем лице расплылась хищная улыбка.

— Ты че сделал, мразь? Отвечай мне! — Его лицо перекосило, он пытался нажать на кнопку выстрела. Стоило отдать ему должное, он не боялся, единственной эмоцией Гавела была первобытная ярость.

Уровень опасности снизился, а я помотал головой, опомнившись. Что это со мной? Как я это сделал? Внутренний голос равнодушно сообщил, что в подобной ситуации мирного решения не будет и я должен поступить максимально жестко. И, что самое странное, я был с ним совершенно согласен!

На автомате выключил Гавелу остальные импланты. Теперь помимо потери контроля над конечностями он перестал видеть левым глазом, да и с членом все не так однозначно. Ну и про печень он мог забыть…

Эх, Гавел, Гавел, только идиот пустит себя под нож черного хирурга ради того, чтобы увеличить свое достоинство и уровень наслаждения. Биониты, конечно, дороже, зато никто не сможет бить тебя током, хакнув тестикулы!

Зеленоволосого вдруг выгнуло дугой, и он затрясся в припадке. Я обнаружил, что довольно улыбаюсь, наблюдая за мучениями засранца.

В голове царил настоящий бардак. С одной стороны, происходящее вокруг понятно и правильно, будто я всю жизнь так живу. С другой стороны, что вообще происходит? Откуда я знаю про черных хирургов, киберчлены и биониты? Куда делась моя родная лаборатория? Почему я радостно бью током этого урода из его же собственной промежности?

Мое тело словно отделилось от разума и принялось действовать. На всякий случай уйти с линии огня, схватить дернувшегося мусорщика за плечо, нежно притянуть его к себе, взять на болевой. Далее рывком, с ласкающим слух хрустом, выломать уроду обе руки из плечевых суставов. Похоже, он даже заплакал от боли, что ж, ему придется потерпеть. Я ведь не дурак оставлять у себя за спиной засранца, который угрожал меня убить.

Я поднялся и, немного подумав, с размаху саданул Гавела в пах. Так, для профилактики простаты. А то он слишком любвеобилен, на мой взгляд…

— Заткнись, я думаю, — строго приказал ему. Не знаю, о чем он подумал, но совету внял и даровал мне необходимую тишину. Незнакомая девушка его поддержала, аж дышать перестала.

Я решительно перестал понимать происходящее, анализировать особо не получалось. Умение драться, агрессия, непонятные знания — все воспринималось как само собой разумеющееся. Да что со мной вообще такое?!

Будто реагируя на мысленный запрос, линии передо мной сложились в несколько изображений и буквы на неизвестном, но понятном языке.

Анализ:

Статус:

Имя: Эндрю

Идентификационный номер скрыт премиальной подпиской уровня S+++

Возраст: зашифрован. Доступно для сканирования: 30 лет

Раса: человек

Фракция: вольный мусорщик, ***, скрыто, доступно после идентификации

Импланты:

Базовый боевой имплант Киберг-Фу

(Примечание: подписка истекла 7 лет назад)

Скрыто

Скрыто

Скрыто

Боевой ускоритель рефлексов УР-280*

Пакет боевых реакций

(Требуется обновление)

Обнаружено 27 имплантов. Наименование скрыто.

Стандартный модуль связи со Всемирной Сетью.

Активная подписка на блокировку внешней рекламы.

Протоколы управления ***

Помимо непонятных надписей передо мной возникло полупрозрачное отражение человека. Видел его впервые, однако тут же появилась уверенность, что это я. По сути обычный потрепанный жизнью парень с синяками под глазами от вечного недосыпа. Сквозь слой грязи угадывались правильные черты…

Мне бы помыться, поспать пару деньков и сменить лохмотья на нормальную одежду, и получится вполне симпатичный молодой человек, я бы даже сказал красавчик. Не особо разбираюсь в мужской красоте, я же не гей какой-нибудь, но этот новый образ нравился мне больше, чем прежнее отражение в зеркале…

Снова посмотрел на надписи. Интерфейс говорил, что меня зовут Эндрю, но ведь на самом деле я Максим Разумовский. Я младше, недавно двадцатку разменял, учусь в универе и не без оснований называю себя «гений сотен поколений».

Почему-то больше всего напрягали не неизвестные импланты, а статус мусорщика. Приписка «вольный» вообще никак не помогала.

Бездумно вертел свое изображение из стороны в сторону и наткнулся… твою мать! В шее под затылком небольшая щель! Получается, у меня в голове дыра?!

Осторожно потянулся к шее и нащупал пальцем отверстие. Холодное и металлическое… И не пустое. На зависшем передо мной изображении в том месте что-то светилось.

Пожалуй, это глупо, но я засунул туда палец и надавил. Раздался едва слышный щелчок, и я вытащил из своей головы до боли знакомый накопитель. Ну да, опытный образец, куда пытался скопировать собственное сознание пару минут назад...

Минут ли?

Я зябко огляделся по сторонам, затем снова уставился на накопитель. Специально создавал его из позаимствованных экспериментальных материалов прочнее и долговечнее титана. Эдакая страховка на все случаи жизни типа ядерной зимы, огромного астероида и что там еще может предугадать полубезумный ученый в моем лице. Мне казалось, так его будет проще продать, теперь же… получается, я оказал самому себе услугу.

— Долго ты еще виснуть будешь, урод?! — Голос Гавела вытащил меня из бездны раздумий.

— Сколько посчитаю нужным. — Новый профилактический удар ногой в лицо заставил его заткнуться.

Снова заговорил незнакомый внутренний голос:

Отставить размышления! Сейчас явно не время и не место. Если бы не невесть откуда появившиеся рефлексы, меня бы давно застрелили. Ищем безопасное место и потом уже пытаемся понять, как жить дальше.

Я задумчиво уставился на сжавшуюся в углу зеленоволосую девушку. Она тяжело дышала, испуганно поглядывая на меня. Не знаю, что было написано на моем лице, но она в страхе поджала ноги.

— Э-Эндрю, ты в порядке? — дрожащим шепотом спросила она.

— В полном, — невозмутимо ответил ей, продолжив изучать обстановку. Расспрашивать о себе бесполезно, судя по ее словам, мы познакомились вчера.

— Ну ты и псих… У него же ствол был, — тараторя и задыхаясь, произнесла она косясь на Гавела. — Псих… Эндрю, а… что было в том накопителе?

— Не знаю, — отрывисто бросил я, снова окинув девушку взглядом. Мне понадобится проводник, и это точно не Гавел. Выбирать не приходилось. — У меня память отшибло. Не помню своего имени и как мы здесь оказались. Просветишь?

— Ты серьезно? — округлила глаза девушка. — Ты что, вообще ничего не помнишь?

— Разве я похож на шутника? — строго спросил.

— Твою мать! Ты какой-то лютый вирусняк поймал! — Она медленно встала на ноги и, не сводя с меня глаз, осторожно подошла. Проходя мимо бессознательного Гавела, с размаха пнула его в пах и скривилась от боли. Послышался явный металлический звон. Дилетантка, по яйцам нужно целиться. — Этот урод хотел, чтобы я вставила накопитель себе. Спасибо, что настоял…

Сделав лицо попроще, я кивнул, слишком уж у нее хитрый взгляд сделался. Пусть только попробует меня обмануть. Ложь я легко почую и жутко не люблю. Соответственно, и наказываю очень жестоко… Да откуда это во мне?!

— Хоть я ничего и не помню, не рекомендую хитрить со мной. — Я одарил девушку многозначительным взглядом.

— Я и не думала! Честно! — тут же зачастила девушка, но я заметил, как она сместилась к лежащему рядом с Гавелом пистолету.

— Что ты знаешь обо мне? Как мы здесь оказались? — Я решил опередить ее от греха и забрал ствол себе.

Она сначала внимательно следила за каждым моим действием, но после того как ствол оказался у меня за поясом, заметно расслабилась.

— Ты что, реально собрался здесь разговаривать? — Девушка покрутила пальцем у виска. Страх изнасилования отступил, и она вернула себе адекватность. — Мы вообще-то склад грабим!

А, ну зашибись, я еще и преступник. Хотя чего удивляюсь? Очевидно ведь по моему новому кругу общения.

— Так как мы здесь оказались? — решил не обращать внимания на ее ремарку.

— Да я откуда знаю, — ответила девушка, — нас этот козел нанял. Сказал, сорвем большой куш… — Она плюнула в сторону Гавела, но подходить к нему снова не решилась.

На принятие решения у меня ушло от силы полминуты.

— Тогда обыскиваем склад и уходим отсюда, — спокойно произнес. — Потом ты рассказываешь мне, что знаешь. Добычу делим поровну и расходимся.

Забавно, как быстро меняются люди. Это все еще я или прежний хозяин тела диктовал свои условия? Кто знает… в любом случае теперь я не видел ничего предосудительного в том, чтобы восстановить справедливость и забрать себе кусок от награбленного корпоратами.

Не то чтобы мне правда нужен местный хлам, но так было проще расположить к себе девушку. Пока мы с ней партнеры по общему делу, она будет доверять мне чуть больше.

Девушка кивнула и принялась быстро обыскивать ближайшие стеллажи с металлическими контейнерами и коробками. Я присоединился к ней, пытаясь понять, зачем нужен тот или иной предмет. Я словно попал в фантастический фильм…

— Кстати, как тебя зовут? — спросил я. Хотел и контакт наладить и прервать напряженное молчание.

— Роза или Роуз, — ответила девушка, — я ведь говорила уже.

— Я же не помню ничего, — вздохнул и покачал головой.

— Да уж, тебя и правда сильно накрыло, — поджав губы, произнесла она. — Кстати, а что ты с Гавелом сделал? Он вообще не сопротивлялся, когда ты ему руки ломал. Я как-то видела, как он одного парня чуть на две части не порвал…

Ответить я не успел, до нас донесся тревожный звук сирены.

— Твою мать, копы! — воскликнула девушка. Сматываемся!

Глава 2

На лице Розы проскользнула тревога. Она застыла на месте и уставилась на Гавела.

— Замочить бы его, — дрожащим от злости голосом произнесла. — Он ведь запросто сдаст нас копам.

Я невольно поймал себя на мысли, что стоящий в углу помещения металлический контейнер вполне подойдет, чтобы размозжить мусорщику голову.

Да что происходит?! Раньше мне была противна мысль об убийстве и окончанию существования, я поэтому и разрабатывал бессмертие для всего человечества (ну и ради денег конечно), а теперь… абсолютное спокойствие.

Похрен! Потом разберусь! Подскочив к девушке, схватил ее под руку и потащил к выходу из комнаты.

Мы выскочили в широкий коридор с закрытыми металлическими роллетами по обеим сторонам. На первый взгляд обычный склад, но перед каждой дверью непонятные панели с теми же странными символами на экране. Я где угодно, но не в своем родном городе. Попал в другой мир? В принципе, логично, если в творящемся безумии вообще можно найти какую-то логику.

А ведь если подумать, склад мне знаком. Здесь я хранил всякий хлам. Вон, даже лампочка над входом мерцает так же.

На всякий случай незаметно ущипнул себя за бедро. Увы, не сплю.

— Чего застыл? Рвем когти! — бросила мне Роза, нервно оглядываясь по сторонам. Тем не менее не спешила вырывать руку, подозрительно.

Она вцепилась мне в предплечье и потащила к дальнему выходу. Похоже, забылась и попутала роли. Я остановился на месте и несильно дернул рукой. Роуз тут же потеряла равновесие и врезалась мне в грудь.

— Ты что творишь?! — охнула она. — Валить нужно!

— Не суетись, — тихо и спокойно произнес я. От моего тона у нее явно перехватило дыхание. — Иди за мной, здесь, короче. И не трать воздух понапрасну.

В памяти мгновенно всплыла схема коридоров, все входы и выходы, короткие пути и три плана отхода. Кажется, прошлый Эндрю выполнил домашку на десять с плюсом.

— Как скажешь. — Роуз мгновенно уступила мне лидерство, постоянно оглядываясь через плечо.

За незаметной дверью нашлась служебная лестница. Я быстро протопал по металлическим решетчатым ступеням, ведя Роуз за собой. Я был спокоен и стремителен, обычный хаос мыслей исчез, уступив холодному расчету.

Противопожарная дверь внизу не заперта, как я и думал. Порой ее заедает, сложно открыть без шума. Я вытянул руку, побуждая Розу остановиться. От неожиданности она едва не упала на меня. Я приложил палец к ее губам, прежде чем она успела что-то сказать.

Открыл дверь, осторожно высунулся и проверил улицу. Пусто. Снова потянул Розу за собой. Мы выскочили на проулок, и я сразу двинулся в направлении из чужой памяти, заодно машинально отметив, что точно попал в другой мир.

На первый взгляд не придерешься, даже пахло привычно: заводским районом в захолустье, но в то же время как-то по-другому. В воздухе висела вонь химии с металлическим привкусом, что масляным комком тут же осела в носоглотке. Я невольно сглотнул, пытаясь избавиться от гадостного привкуса во рту, но сделал только хуже.

Вокруг здания склада внушительными стопками возвышались установленные друг на друга морские контейнеры. Точнее, так показалось на первый взгляд. Они были раза в три больше и покрыты чем-то странным, будто изнутри светились. Непонятные надписи на разных языках, куча иероглифов.

Накрапывал дождь, оставлявший на коже масляные следы. Очередное открытие — несмотря на непроглядную темень из-за густых облаков, я отлично видел в темноте.

— Почему мы остановились? — услышал я осторожный шепот Розы, которая прижалась к моей руке.

— Да, точно, — кивнул я, тут же собравшись с мыслями, и указал на узкий проход между двумя ангарами метрах в тридцати от нас. — Сюда.

— Стоять, крысы помойные! — рявкнул откуда-то сверху грубый голос с механическими нотками, будто в рупор кричали, но не громко. — Клешни поднять! Айди к проверке!

— Твою мать, легавые! — обреченно простонала девушка, дернувшись в сторону.

Последовавшее свыше указание абсолютно не вызвало желания сотрудничать, напротив, сработало противоположным образом. Я припустил с удвоенной скоростью, рванув за запястье попытавшуюся сбежать в тупик Розу.

Преследователей я увидел лишь мельком, и мне они очень не понравились. Выглядели копы круто и опасно. Иметь таких врагов не хочется на уровне инстинктов.

Они висели метрах в трех над землей. Смутно угадывающиеся человеческие фигуры были с головы до ног закованы в футуристичную броню, светящуюся темно-багровыми полосами на хищно изогнутых элементах. Такие же были на их вытянутых шлемах, по три с каждой стороны. Из здоровенных сопел на бочкообразных ботинках вырывались небольшие струйки плазмы. Больше всего меня впечатлили направленные на нас винтовки. Вообще это мало походило на оружие в привычном для меня смысле — какие-то светящиеся палки, но волосы на загривке становились дыбом от мысли, что из этой пушки в меня могут попасть. Неужели уже был опыт?

Причем все это я осознал, лишь мельком посмотрев на местных служителей правопорядка.

Мы наконец добежали до указанного мной поворота и скрылись в узком переулке. Я внутренне поблагодарил себя за выбор маршрута. Мы ушли с линии огня, теперь нужно окончательно скрыться.

Полицейские, похоже, стрелять не собирались, однако тут же полетели следом, пытаясь высветить нас красными лучами прожекторов. Благо еще, что улочка, по которой мы бежали, обдирая локти о стены, была настолько кривой, что порой приходилось протискиваться боком. Думаете, это проблема? Для нас точно нет. Зато летающие преследователи не решались рвануть за нами по изогнутым переулкам, а зависли где-то сверху, пытаясь не потерять из виду. Но и это оказалось для них проблемой. Контейнеры стояли абы как, то и дело закрывая нас сверху и перекрывая копам обзор.

— Приказываю остановиться! — доносилось сверху. Где-то поодаль второй легавый твердил: — Обнаружены нелегалы! Внимание! Обнаружены нелегалы! Двое мусорщиков отказались предоставлять айди!

Я то и дело сворачивал в попадающиеся на пути улочки и ответвления, пытаясь сбить погоню. Роза бежала за мной, не спеша вырывать руку. Девушка то и дело врезалась в металлические борта, и все мои инстинкты вопили, что ее лучше бросить, чтобы она не тормозила или не выдала меня. Не стал, повторив себе мантру о проводнике. Один раз она даже споткнулась и повалилась на залитую чем-то жирным дорогу, но я тут же рывком поднял ее на ноги и снова потащил за собой.

— Почему они не стреляли? — пробормотал я, немного замедлившись. Эта мысль не давала мне покоя, мы ведь были легкими мишенями! Причем тело молчало, словно непонятные инстинкты заранее знали ответ.

Мы свернули в очередной переулок, закрытый сверху несколькими контейнерами. Мы уже довольно давно убегали, и звуки антигравов копов раздавались откуда-то издалека. Не удивлюсь, если мы успели намотать несколько кругов, по крайней мере, я неоднократно оказывался в тоннелях, подозрительно напоминающих предыдущие. Да и плевать. Главное, мы сбили погоню.

— У тебя и правда, что ли, мозги вскипели? — Роза посмотрела на меня как на полного идиота, хоть сама и выглядела довольно потрепанной. Она держалась за бок и отдувалась после нашего забега: — Здесь же товара на миллионы кредитов. Если какой-то кретин из легавых повредит содержимое, вся его семья оболочки сдаст и переедет в дроидов. Рабы на рудниках всегда нужны! Тем более копы его самого с радостью сдадут, чтобы не отправиться киркой махать вместо бежавшего.

Я замедлился почти до обычной ходьбы. Роза сейчас, похоже, легкие выплюнет, а я держался вполне нормально. Сильное и здоровое тело — это прекрасно.

Девушка по-прежнему косо поглядывала на меня.

— Ты и правда не врешь, вообще платы набекрень съехали, — пробормотала она. — А я думала, прикидываешься. Да уж, говорила мне мама не вставлять в голову что попало…

Я особо не слушал, чему мама учила Розу, пытаясь выудить из памяти хоть что-то полезное. Айди — это наверняка паспорта. Вопрос в другом: что бы с нами сделали, если бы поймали? Почему я так напрягся при виде их оружия? Память тела? Врожденная нелюбовь к перестрелкам? Это с кем я воевал в прошлом?

Пройдя очередной поворот, осознал новую проблему. Непонятно, куда идти дальше. Либо в голове Эндрю не было знаний об этих районах, либо мы просто заблудились, что совершенно немудрено.

Посмотрев на перекошенное лицо своей спутницы, решил не травмировать ее вопросами «не знаешь, где мы?» или «куда теперь?». Чувствую, она на грани истерики, хоть и держалась молодцом.

По ощущениям погоня продлилась целую вечность. Хотя на самом деле мы бегали едва ли больше пяти минут. По крайней мере, циферблат в нижнем углу моего поля зрения говорил именно об этом.

Я уже думал остановиться и перевести дух, но в этот момент в тоннеле спереди появилась узнаваемая, светящаяся красным фигура.

Вот черт!

— Сопротивление бесполезно! — раздался металлический голос. — Сдавайтесь немедленно.

Мы же вроде оторвались. Как так-то? Я хотел было броситься в обратную сторону, но тут же увидел пролетевшую мимо красную фигуру. Похоже, все… Обложили. Неужели придется сдаться?

В голове будто по нотам формировалась последовательность действий. Первая очередь копу не навредит — лишь испугает. Все же броня у него хорошая. Он засуетится и начнет метаться, но быстро сбежать не сможет, максимум на три метра зайдет в тоннель. Мне как раз хватит, чтобы накопить мощный заряд, способный пробить броню.

Существовала небольшая вероятность ответного огня, и мне очень захотелось спрятаться в укрытие, но железная воля изначального Эндрю подавила слабость в зародыше. Если сделать все четко, мы продолжим путь, иные варианты не рассматриваются.

Тело сработало мгновенно. Я и сообразить ничего не успел, как висевший все это время на поясе пистолет оказался у меня в руке. Очередь рассекла светящуюся фигуру на две части, залив узкий проход жутковатым светом и снопом искр. А ведь Гавел говорил, что ствол разряжен…

Все вышло точно так, как я и предполагал. Полицейский растерялся и прыгнул сначала к стене, суетливо дергая стволом и пытаясь сообразить, что делать: отстреливаться, искать укрытие или звать подмогу. Всю службу он лишь щипал вольных мусорщиков и «принимал налог» у уличных шлюх, не побывав ни в одном реальном сражении. Дети…

Он как раз сообразил, что лучше вызвать подкрепление и потянулся к рации, когда второй выстрел моего пистолета пробил броню, превратив содержимое шлема в подгорелую кашу.

— Ты с ума сошел! Ты убил копа! — закричала вышедшая из себя Роза.

— Тихо! — рыкнул я. — Иначе еще набегут.

Девушка послушно закрыла рот, хотя в ее глазах хорошо читалось все, что она обо мне думала.

— Все в порядке, от него не исходит сигналов о подкреплении. — Не знаю, откуда я это знал, но был уверен. Потащил девушку в очередной переулок мимо трупа с обгорелой головой.

В мозгу как по волшебству возникли новые знания. В стандартном полицейском снаряжении почти все датчики обнаружения и жизнеобеспечения находились в шлеме. Сейчас система зафиксирует сбой, и лишь через время констатирует смерть копа. Если его напарники не наткнутся на труп раньше времени, у нас есть как минимум пять минут на безопасный отход.

Я машинально залез в полицейскую систему и стер последние минуты видеозаписи. Меня там почти не видно, но лучше не рисковать.

Каждое совершаемое мной действие было продумано и взвешено до мелочей. Психика необратимо изменилась и… мне нравилось, кем я стал! Прежний я вряд ли смог бы обезвредить Гавела и убить полицейского, а теперь я превратился в гребанного терминатора. Причем мне не было жаль убитого. Точно знал, что избавил мир от взяточника, насильника и рэкетира. То есть я хороший, а он плохой?

Внутренний голос ехидно заявил, что в этом мире не существует хороших и плохих, лишь личные и чужие интересы.

Мы достаточно далеко отошли, когда я на грани слуха разобрал механический голос:

— У нас потери! Внимание! У нас потери! Разыскиваем всех вооруженных!

Плохо дело, труп обнаружили раньше времени. Плевать, мы почти ушли. За тоннелем, по которому мы двигались, в стене есть замаскированный проход, я его сам там оставил.

Где-то над нами пролетела группа полицейских.

— Внимание! Все гражданские, находящиеся в районе доков, обязаны выйти на видное с воздуха место и лечь на землю. По всем, кто не подчинится, будет вестись огонь на поражение!

Над нами пролетел еще один патруль, декламируя то же сообщение

— Сопротивление бесполезно. Не подвергайте свою жизнь опасности. Представители закона проверят ваши айди и отпустят! Внимание всем гражданским…

Я теперь и сам знал, что огонь никто открывать не будет. Только в случае реальной перестрелки. Даже убийство одного из копов не является причиной стрелять по мусорщикам, что мечутся среди контейнеров с дорогим товаром…

Вопрос, почему они не взяли с собой оружие послабее повис в воздухе.

Дорогой товар... Роза тоже об этом говорила. Одного не пойму, за каким хреном мы поперлись в тот полупустой ангар, когда вокруг столько дорогущего барахла…

Ответ тут же всплыл в голове. Груз в контейнерах принадлежит корпоратам или большим боссам криминальной верхушки. Гавел как раз прислуживает одному из них, якудзе. В опасности лишь те грузы, которые принадлежат хрен знает кому.

До пробоины в стене оставалось метров сто. Роза сверлила меня злым взглядом, но не пыталась вырваться. Вместо этого постоянно бубнила под нос:

— Поверить не могу, я связалась с убийцей копов! Нам теперь конец! Они не станут разбираться и завалят обоих. Угораздило же взяться за легкую работенку…

— Помолчи, — спокойно одернул девушку. — Нас могут услышать. Если сейчас уйдем, нас не поймают, я стер записи с его визоров.

Мои слова подействовали на девушку волшебным образом, в ее глазах вспыхнул робкий огонек надежды.

Наконец мы покинули контейнерный лабиринт и вышли к нужной стене. Еще пара минут, и мы дойдем до точки эвакуации. Жаль, конечно, что ничего полезного урвать не удалось. Но ничего, живы остались, и то хорошо. К тому же я обзавелся неплохим стволом…

Боже, о чем я думаю? Какая еще точка эвакуации? Опять память прошлого тела? Почему чужие мысли постоянно лезут мне в голову? Или это из моих любимых шутеров прет? Я сейчас будто попал в стрелялку с отпадным графоном, только сюжет и напарница подкачали. Да, лучше думать о происходящем как об игре. Осталось выяснить цель главного квеста.

Я пытался занять голову чем-то другим и на ходу осматривался по сторонам. Да, склад на отшибе, конечно, не лучшее место, чтобы формировать мнение о новом мире, в котором оказался, но кое-что почерпнуть все же сумел.

Оставляющий противные следы дождь, воздух, которым невозможно дышать. Эта масляная взвесь в воздухе кого угодно доконает! Я, конечно, немного привык и уже не дышал через раз, но блин! Дайте мне нормальный воздух!

Или возьмем беспорядочно наваленные гигантские контейнеры. Мне сложно представить, как их перевозят на поезде или грузовике, значит, доставляют по воздуху. Летающие на антигравах копы подтверждали теорию. Я попал в какой-то индустриальный мир, вероятно, после экологической катастрофы.

Наконец показалась знакомая куча паллет и пустых деревянных ящиков. Отлично, точка эвакуации!

— Мы пришли, — подбодрил задумчивую девушку.

— И правда пришли! — не менее живо согласился голос откуда-то сверху. — Ты как в воду глядел.

Твою мать! Стоило на миг потерять бдительность!..

— Встать на колени! Руки за голову! Предъявить айди. В случае неповиновения к вам будет применено оружие!

Перед нами, а также за нашими спинами приземлились двое копов.

— Смотри-ка, у него ствол на поясе, — заметил один из легавых. — А ну руки выставил! Я тебя сейчас на месте застрелю и девку твою за компанию.

Винтовки полицейских и правда были направлены на нас. Даже несмотря на мою повышенную реакцию, убрать обоих сразу с одного ствола не успею. При любом раскладе второй успеет выстрелить в меня или в Розу. Так рисковать я пока не готов.

Хотя… Можно было бы использовать девку как живой щит…

Твою мать! Я даже думать о таком не желаю. Прикрываться девушкой?! Пошел нахрен, Эндрю! Раз я управляю твоим телом, то и будет по моему!

Внутренний голос недовольно хмыкнул, и я внезапно ощутил сосущую пустоту. Остатки прежней личности растворились в небытии, оставив меня наедине с готовыми убить меня копами в светящейся броне.

Легавые выглядели точной копией застреленного. Они даже двигались почти одинаково. Спасибо, чутье и рефлексы не исчезли вместе с Эндрю. Я четко видел их индивидуальные особенности. Например, тот, что стоял передо мной, при ходьбе припадал на левую ногу. Либо травма, либо неудачный протез. Второй неестественно двигал рукой.

Я подчинился полицейским. Нужно тянуть время и усыпить их бдительность. Роза тоже не спорила. Она встала на колени и вытянула руки вперед, сохраняя бесстрастное выражение лица.

— Мы просто искали, где переночевать! — заявила она. — Отпустите нас!

— Давайте сюда клешни! И айди к проверке. Я сегодня добрый, бить просто так не стану. Особенно если ты будешь сговорчивой. — Несмотря на закрывающее лицо забрало шлема, мне показалось, что коп жадно оглядел фигуру зеленоволосой девушки. — Мне нравятся послушные девочки.

Второй легавый весело хохотнул, глядя на скривившееся лицо Розы.

У меня наконец появилась идея, как обратить наши недостатки в преимущество.

— Офицеры, — произнес я негромко. — Мы ведь можем договориться. Вам нравится моя подруга? Она обслужит вас по полной, исполнит любые желания…

— Чего?! — Роза уставилась на меня округлившимися глазами. Она мгновенно забыла о страхе перед копами, желая разорвать меня на тысячи кусочков.

— Мы и без тебя разберемся, мусорщик, — брезгливо бросил мне один из полицейских. Однако по его голосу было ясно, что перспектива его явно интересовала. — Побалакай лучше о своем стволе. У нас тут напарника подстрелили. Киртел, походу, мы джекпот сорвали! И преступника нашли, и классную чиксу. Сейчас отправим его на шахту, а ее просто регистрировать не будем.

Копы переглянулись и не сговариваясь совершили какие-то манипуляции. Несведущий не понял бы, но я успел отследить отголоски команд. Они отключали камеры в шлемах. Значит, надеялись вытрясти из нас взятку.

— Хорошо подумай, что можешь предложить нам за свою шкуру, — смеясь, заявил первый.

— Если твоя подруга согласится быть ласковой, отделаешься предупреждением… — согласился с ним второй, сделав шаг к застывшей девушке. Она, кстати, уставилась на мой пистолет. Неужели попытается застрелить насильника?

Договорить коп не успел. Точно так же, как и в случае с Гавелом, я взломал системы их модификаций.

Защита у полицейских оказалась посильнее, чем у «ирокеза», но такая же уязвимая. Как я и предполагал, у того копа, который не мог отлепить глаз от Розы, была механическая нога с реактивным усилителем. Он мог совершить резкий прыжок метров на семь вперед, а умная автоматика сама собой подставляла искусственную ногу в качестве амортизатора.

Этим я и воспользовался.

— Эй, офицер, — позвал я.

— Чего?!

Когда коп повернулся в нужную мне сторону, я просто активировал прыжок на полную мощность, направив его аккурат лбом в бетонную стену. Максимальный рывок был рассчитан метров на десять стремительного полета, но закончился уже через два.

Второй коп ошарашенно уставился на товарища.

— Микки, ты долбанулся, что ли? Ты там жив? — спросил полицейский, хотя по неестественно вывернутой шее можно было понять, что тот не жилец.

Пока ротозей пялился на дохлого напарника, зажатый в моей ладони пистолет, который копы отчего-то не догадались забрать, уже накапливал заряд.

Пара секунд, и на моем счету уже второй коп с простреленным шлемом. На этот раз, правда, дыра была в затылке.

— Зашибись, — нервно улыбнулась Роза. — Теперь ты завалил уже троих копов. Будем с тобой вкалывать на астероидах три века.

— Не шуми, они сами регистраторы отключили, — бросил я. Хотя на всякий случай полностью обнулил их записи. Не хватало еще, чтобы нас опознали по голосу, отфильтровав лишний шум.

Роуз закатила глаза и безропотно последовала за мной в короткий тоннель. Убедившись, что мы действительно теперь в безопасности, я прижал девушку спиной к стене. Ее глаза расширились, а ноги едва не подкосились. Она буквально повисла на моей руке.

— Хочешь на каторгу? Или чтобы тобой постоянно пользовались уроды вроде Гавела или тех копов? Сегодня пронесло, но рано или поздно тебе перестанет везти.

Отбросим ненужный морализм, новый мир жесток, придется соответствовать. Мои стартовые условия изменились, не знаю, стало лучше или хуже по сравнению с тем, что было. Сейчас лучше всего затаиться в каком-нибудь убежище и оценить обстановку, а для этого мне нужен верный проводник, знающий безопасное место.

— Что тебе от меня нужно?! — Она попыталась пнуть меня по яйцам, но я вовремя заблокировал ее ногу. Кстати, в девушке почти не было имплантов, не считая базовых. Отличное решение, если нужно скрыться от слежки. — Отпусти, отбитый! Ты завалил трех копов! Твое фото сейчас появится на всех экранах города!

Я спокойно слушал ее причитания. Не то чтобы мне нравились женские истерики, просто нужно было дать ей выговориться. Тем более в моей голове яркими пятнами вспыхивали подробности местной жизни. Например, те самые экраны, которые девяносто девять процентов времени использовали для рекламы, тем самым сделав их бесполезными. Люди научились не обращать на них внимания в фоновом режиме.

— А ведь у меня была нормальная работа… нет, решила скопить побыстрее, взялась за легкое дельце… — Она страдальчески вздохнула и обожгла меня злым взглядом. — И что теперь прикажешь делать? Отсосать тебе в благодарность за спасение? Отпусти меня уже!

Я снова сфокусировался на девушке, оставив на потом размышления о местных укладах.

— Во-первых, повторю, я стер все записи с их регистраторов. Нас не найдут. Мы чисты перед законом. — От моего спокойного тона она тут же осеклась и примолкла. — Мне просто интересно, как долго ты еще собираешься жить… вот так.

Отчего-то мои слова подействовали на девушку, как тряпка на быка.

— Что ты несешь?! Тебе точно все мозги поджарило. Я не вчера с кометы свалилась! Невозможно взломать систему!

— Это было несложно, у них куча дыр в коде, мне хватило минуты…

— Это невозможно! — упрямо повторила девушка, заодно и перебив меня. — Ты ведь не гребаный нерд. Никто не может взломать систему копов. Если тебе мозги поджарило, это не значит, что я должна верить твоим галлюцинациям.

Я просто скопировал кусок кода, в котором были отражены операции по отключению системы безопасности обоих копов, и прислал их девушке напрямую в интерфейс.

— Что это? — Похоже, я ее еще больше напугал своим действием. — Как ты это сделал?!

— Вот так я и взломал их, — спокойно ответил. Ах да, ее «защита» пала быстрее всех. А ведь она оплачивала подписку! — Ты в безопасности. Но я… мне нужна помощь. Я не помню, где живу, и вообще ничего не помню толком...

Судя по рассеянному взгляду, Роза меня не слушала, она пыталась разобраться с длинным логом, который я ей отправил.

— Ты кто такой, черт побери? — спросила она, и ее вопрос поставил меня в тупик.

А кто я, собственно, такой? Ученый? Теперь уже, похоже, бывший. Вольный мусорщик? Хладнокровный и беспринципный убийца? Похоже, все вместе.

Мои размышления прервали новые звуки сирен снаружи.

— Роза, нам нужно уходить, — с прежним спокойствием в голосе произнес я. — Тебе ничего больше не грозит. Ни Гавел, ни копы тебя не тронули, розыска не будет. И да, это благодаря мне. Взамен я хочу, чтобы ты помогла мне разобраться, что здесь происходит и кто я такой. Ты меня понимаешь?

— Ага, — растерянно кивнула девушка, хотя по ее виду было очевидно, что она вообще нифига не понимает.

— Ты приютишь меня, пока я не вспомню, где живу? — прозвучало это совсем не как вопрос, а скорее, как указание.

— Не знаю, кто ты такой на самом деле, но точно уверена, что ты псих, — пробормотала она.

— Так поможешь?

— Да, черт побери, помогу. — Роза сделала глубокий вдох, что-то обдумывая. — Ко мне домой нам лучше не соваться, остановимся у моей подруги. Она сейчас на работе и живет неподалеку отсюда...

— Хорошо, — кивнул я, — веди.

Глава 3

Квартира подруги Розы оказалась совсем крошечной. В жилой комнате едва хватило места для небольшого шкафа-пенала, столика со стулом и двуспальной кровати. Моя первая комната в общаге и то была просторнее.

Чужие воспоминания подсказали, что жаловаться абсолютно не на что. В моем распоряжении отдельная квартира, с душем и туалетом, и они даже чистые! А кровать с мягким матрасом выше всяких похвал — первым делом я опустился именно на нее. Не то чтобы хотел спать, просто присесть больше некуда.

Роза походя положила на стол небольшую сумку, которая все это время болталась за ее спиной. Она то и дело с опаской поглядывала на меня, вздрагивая при каждом моем движении. И чего это она такая нервная?

Наконец на что-то решившись, спросила тихим голосом:

— Можно я схожу в ванную? Мне нужно… помыться.

— Конечно, — кивнул, по-царски развалившись.

Отличная идея, мне тоже не помешает хотя бы лицо сполоснуть. Небольшое зеркало напротив кровати явило мне не самое приятное зрелище.

Роза, отчего-то пятясь боком, проскользнула за узкую дверь и заперлась в ванной.

Откинулся назад, завалившись на матрас прямо в одежде. Вот сейчас на меня накатила усталость и сонливость, которые я тут же прогнал. Прислушиваясь к льющейся за стеной воде, принялся размышлять.

Я попал в другой мир, это неоспоримый факт. А случилось это после того…

Последнее воспоминание прежней жизни — я нажимаю на кнопку, чтобы записать сознание в прототип накопителя…

Достал увесистый предмет и повертел в пальцах. Ну да, он самый. Совершенно не изменился.

Так что же произошло? Неужели я просто копия того паренька-изобретателя, вытеснившая сознание бедного Эндрю? Или все не так просто? Накопитель мог послужить ретранслятором, и я перенесся в иную вселенную. Вероятность крайне мала, но никогда не равняется нулю.

Если теория с копией верна, то почему накопитель валялся без присмотра на каком-то левом складе? Я бы ни в коем случае не оставил его просто так.

Единственная более-менее адекватная версия — я банально не успел. Скорее всего, умер во время эксперимента. Вернувшись в лабораторию, Алина увидела мое тело. Понятно, что после такого она вряд ли бы решилась продолжать эксперименты. Даже подумать страшно, что творилось в ее голове. В итоге злосчастный прототип с моим сознанием на борту так и остался лежать среди выброшенного оборудования…

Нелогично. Накопитель точно подошел к отверстию в моей шее… Хотя здесь тоже есть объяснение. Она не стала продолжать исследования по сохранению сознания, а просто запатентовала нашу технологию хранения и переноса данных. В этом мы с ней продвинулись значительно, на десятилетие обогнав гигантов отрасли. Деньги-то у них есть, а мозгов типа наших не доставало.

Выходит, все пропало. Эксперимент пошел не так, как я планировал. Да уж.

Сколько ни думал, так и не смог придумать внятную версию, как накопитель оказался на том складе. Понять бы еще, где я вообще нахожусь. Какой сейчас год? На каком языке все говорят? Мне наверняка досталась ачивка попаданца по переводу всего на понятный мне русский.

Если предположить, что мы в будущем, то для увиденных технологий должен пройти минимум век. И что, кто-то все это время оплачивал аренду того склада? А мусорщики вроде Гавела позарились на него только сейчас? Не верится.

И личность моего прототипа непонятна. Вольный мусорщик с хладнокровием и навыками профессионального убийцы. Какова вероятность, что именно такой найдет забытый прототип накопителя и загрузит в себя разум гениального ученого из далекого прошлого? Ноль. Я не верю в чудеса, значит, что-то упускаю. Какое-то объяснение скрывается за недостатком данных и туманом войны.

Еще одна теория: на самом деле меня загрузили в какой-нибудь виртуальный мир, они как раз развивались бешеными темпами. Надо мной ставят безумный эксперимент? Вряд ли, мне сложно представить, чтобы кто-то прорисовывал такое неприятное и грязное место.

В голове только добавилось сумбура. Чувствую, если продолжу размышлять в подобном ключе, приду к еще более безумным выводам, типа я избранный в матрице.

Очевидно одно: мой эксперимент удался! И если Алина не решилась дать ему ход, я смогу его повторить. Я ведь невероятно крут как ученый! И одновременно мега-неудачник, если учитывать, где сейчас нахожусь.

Шум воды в ванной внезапно прекратился, зато послышались приглушенные ругательства Роуз. Судя по проклятиям на «сраных крохоборов», мы израсходовали дневной лимит на воду. Похоже, не судьба мне помыться. Неприятно, но переживу.

Спустя минуту из ванной вышла сама девушка. Она вытирала остатки пены с зеленых волос, которые, как мне показалось, стали еще ярче. Маленькую комнатку тут же заполнил аромат свежей клубники, отчего у меня началось слюноотделение. Не знаю, чем она там мылась, но если бы я пошел в ванную первым, обязательно попробовал бы то мыло на вкус.

Приятный запах напомнил еще об одной необходимости. Живот вдруг начал требовательно урчать. Я скосил взгляд на девушку, чтобы спросить про еду, и тут на меня обрушилось новое потрясение. Про голод и желание вымыться я тут же позабыл.

Обернутое вокруг гибкой талии выцветшее полотенце, казалось, было призвано максимально выгодно подчеркнуть восхитительную фигуру. Идеальной формы грудь, которая даже на вид выглядела упругой и подтянутой, казалось, вознамерилась прервать преграду, созданную полотенцем. Я даже одернул себя, чтобы не вытянуть вперед руки, навстречу этой красоте… Да что со мной?!

Лицо Розы, вымытое от безвкусной косметики и пыли, оказалось настолько миловидным, что я всерьез удивился, зачем она портила его штукатуркой.

Мой взгляд заскользил ниже, туда, где короткого полотенца едва хватало, чтобы прикрыть хоть какую-то часть бедер.

Я почувствовал настолько сильное давление в штанах, что сделал над собой серьезное усилие, чтобы прямо сейчас не напасть на Розу. Девчонка и так сегодня немало пережила. Сколько мы с ней знакомы, пару часов? И за это время ее дважды грязно домогались. Не хочется быть третьим в этом списке… Хотя кого я обманываю, очень хочется! Но моральные ценности не позволяют забыть о том, что я сраный джентльмен… рыцарь гребанный…

Отвернулся, едва не помогая себе руками. Мышцы шеи явно нашли серьезного противника, а глаза тайно проклинали эволюцию за то, что не могли вылезти из орбит и продолжить наблюдать за умопомрачительной красавицей…

Причем девушка вполне спокойно реагировала на мои похотливые взгляды, будто смирившись с тем, что я и так буду пялиться.

— Извини, не посмотрела на лимит, — бросила она мне смущенно. — Сегодня не получится помыться, но я завтра же его пополню после продажи трофеев. — Она продолжала вытираться, и ее дерганые движения выдавали нервозность.

Я в который раз заставил себя отвести взгляд, а она вдруг густо покраснела и опустила взгляд в пол. Видимо, я до этого неверно истолковал ее поведение, а сейчас ее проняло.

Ну все, теперь точно пора прекратить пялиться. В первую очередь мне нужна драгоценная информация, и лучше не пугать своего проводника. Однако девушка меня удивила.

— Гавел — урод! Столько синяков на мне оставил. Так и знала, что тебе не понравится…

— Что? — непонимающе уставился на нее.

— Потерпи чуть-чуть, сейчас я сначала гель нанесу, и станет лучше…

Сердце гулко застучало в висках, в горле возник тяжелый ком, который тут же захотелось сглотнуть. Я ушам своим не поверил.

— О чем ты? — спросил, едва сдерживая дрожь в голосе.

Я всерьез испугался, что начну сейчас краснеть, как спелый томат, хоть лицо по привычке прежнего хозяина тела и оставалось невозмутимым и спокойным. Мысли о всяких там вопросах и разговорах тут же вылетели из головы. Я, как спермотоксикозный подросток, едва сдерживал себя от норовившей наползти на лицо идиотской улыбки.

Мысли хаотично заметались в голове.

Эй, да ты ведь только что ограбил склад и жестоко расправился с серьезными ребятами. Девчонки таких парней любят… Вроде… В фильмах…

— Регенерирующий гель, — пояснила она и показала небольшую капсулу, которую держала все это время в руке. Она открутила крышечку и макнула внутрь пальчик.

В следующий миг полотенце сползло с ее тела на пол.

Роуз невозмутимо наносила прозрачную жидкость на синие пятна, темнеющие на груди… На обалденной груди! На самой шикарной груди, которую я когда-либо видел. Лучшие ретушеры и профессионалы фотошопа, что обрабатывали фото дорогих моделей, даже и близко не подошли к созданию подобной красоты. И это происходит здесь! Сейчас! В этой самой комнатке… Со мной…

Если Гавел еще раз мне попадется, он пожалеет, что я его тогда не замочил. Урод! Такую красоту испортил своими лапищами! Черт, вот бы мне сейчас снова оказаться рядом с панком и тем металлическим ящиком… Да что я несу? Никуда я не пойду! Единственное, чего сейчас хочу, быть здесь и сейчас как можно дольше!

Надеюсь, «ирокеза» заметут, и в какой-нибудь богом забытой шахте изголодавшиеся по свежему мясу мордовороты научат его хорошим манерам.

Тем временем Роза нарочито медленно нанесла на следы от лап Гавела прозрачный гель. Ее кожа прямо на глазах возвращала себе природный цвет, а о синяках больше не напоминало ничего. Но… Да к черту синяки!

По-прежнему смущаясь и искоса поглядывая на меня, девушка гладила ладонями поблескивающую от геля кожу. Закончив с грудью, начала натирать живот, медленно опуская руки все ниже.

Мое сердце уже готово было выпрыгнуть наружу, как девушка поставила ступню на матрас, аккурат между моих ног, и принялась натирать бедро и икру. Затем вернула ногу на пол, но поставила туда же вторую, продолжив себя растирать.

— Хорошая штука, жаль быстро заканчивается, — с грустью вздохнула она, медленно закрутив крышечку на капсуле. — И стоит очень дорого…

Она положила крем на стол, а затем медленно повернулась. Ее взгляд неспешно заскользил по мне. Сначала она прошлась по ногам, задержалась на паху, потом обвела взглядом грудь, после чего посмотрела прямо в глаза.

Обычно парни в таком не признаются, но ученые типа меня проводят почти все время в лабораториях и исследованиях. А если и видят женщин, то либо в одежде, либо на определенных сайтах… Ну, вы понимаете, какого характера. Третьего практически не дано. Однако всем свойственен инстинкт размножения, и каждый парень типа меня втайне надеется, что сможет совершить величайшее открытие, прославится, разбогатеет и тогда… Каким-нибудь чудесным днем он окажется на моем месте.

А я ведь даже еще не прославился! Всего-то ограбил склад и замочил троих копов!

— Как тебе больше нравится? Мне лечь или встать на колени?

Не понял… я неверяще уставился на Розу, в голове трещали сверчки, все мысли испарились. Кто знал, что на самом деле она ангел…

— Что ты сказала? — наконец, выдавил из пересохшего горла.

Роуз показала пальчиком на бугор у меня в штанах и опустила голову еще ниже. До меня наконец дошло. Взбудораженное сердце забилось чаще.

— Ты ведь хочешь меня? — Именно в этот момент мое сердце едва не пробило грудную клетку. Однако Роза, снова отведя глаза и, сглотнув, продолжила: — Я же вижу, как ты на меня смотришь. Обычно мужчины с таким взглядом всегда пытаются домогаться. Я могу за себя постоять, но… тебя боюсь. В общем, я согласна. Добровольно. Не буду сопротивляться. Или могу сделать все сама…

После ее слов все мое возбуждение бесследно улетучилось. Как оказалось, я грабитель, убийца и хакер, но точно не насильник. И что-то подсказывало, что если бы прежний Эндрю остался жить в моей голове, он бы одобрительно кивнул.

Черт! И всего-то нужно сказать «да», и я стану самым счастливым неудачливым ученым на этой планете…

Были еще дурацкие идеи, из серии спросить, хочет ли она меня, но по ней и так все ясно.

— Оденься, — буркнул я, чувствуя, как сердце наполняется тягучей болью.

— Тебе нравится в одежде? — отчего-то расстроилась Роза, — Только не рви и не пачкай, пожалуйста, я не смогу постирать.

— Нет, просто оденься, — буркнул. — А то застудишься еще.

— Так ты хочешь меня? — Роза снова посмотрела на меня.

— А ты сама-то хочешь? — поинтересовался хмуро.

— Нет… но я же вижу, что ты хочешь. — дрожащим голосом ответила она. — Не волнуйся… Я не буду копам жаловаться. — Она невесело усмехнулась. — Нам лучше держаться от них подальше.

Не волнуйся… Прозвучало отлично…

— Ну если ты не хочешь, то о чем может идти речь? Я не насильник. И вообще, мне нужно в туалет.

Рывком поднялся, невольно заставив девушку вздрогнуть. Пройдя мимо ошеломленной Розы, закрылся в крохотной ванной.

Хотелось проораться от злости и что-нибудь сломать. Жаль, Гавел далеко, его череп казался идеальной мишенью для моего кулака. Не знаю, где я оказался, но здесь все совсем не как дома. Всюду гребаная грязь. Что на улицах, что в людских головах.

Я сделал глубокий вдох, успокаиваясь, и огляделся.

Унитаз поставили прямо в душевой кабине, рядом крошечную раковину с жестяным зеркалом. Я уставился в мутное отражение, отметив покрасневшие глаза. Капилляры полопались, недельная щетина и слой грязи. Похоже, Эндрю тоже не любил платить за воду. Ничего, придется ему терпеть, сам я мылся каждый день. Одна из немногих радостей, доступных в жизни.

Снова подумал о словах Розы. Ну да, немудрено. Еще бы в дерьме вывалялся. Само собой, ни у кого желания не вызову.

Попробую хоть умыться…

Я повернул ручку крана.

— Твою мать! — рыкнул я. Воды-то нет. В дверь осторожно постучали. Прежде чем я успел ответить, в приоткрывшуюся щель просунули бутылку, в которой плеснула жидкость.

— Вот… должно хватить. — Отдав мне сосуд, рука девушки поспешно скрылась. Я успел заметить милую татуировку на запястье в виде алой розы там, где раньше были перчатки. Интересно, Роуз — это ее реальное имя или воровской псевдоним?

Я как мог умылся, влив остаток в себя. Пользоваться унитазом не рискнул, вдруг и там воды не будет. Лишь выйдя, осознал, что это были остатки запасов девушки.

— Не проблема, я уже выставила канистру за окно, к утру наберем.

Не знаю, лично для меня представлялось огромной проблемой пить ту падающую с неба масляную хрень. Хотя, может как смыв пойдет.

Она успела надеть короткий топик и почти незаметную юбку, облепившую упругую попку. Снова поймав мой взгляд на себе, закусив губу, уточнила:

— Ты точно не хочешь?

Да она издевается!

Мой взгляд упал на стол. Не придумав ничего лучше, спросил:

— Много набрала?

Как ни странно, девушка поняла меня сразу.

— Я спешила, — сбивчиво начала оправдываться. — Брала, что под руку подвернется. Хорошо, если пару тысяч выручим.

Она вывернула содержимое сумки на стол.

Не знаю, что я собирался увидеть. Как говорится, «очень интересно, но ничего не понятно». Куча каких-то кусков пластика, деталей и микросхем, металлические диски и трубки, футуристические очки-обручи без стекол. Выручил интерфейс. Стоило мне посмотреть на какой-то предмет, как он выдавал его описание. При ближайшем рассмотрении появились дополнительные опции, включая краткое описание, области применения, приблизительную стоимость, а также места на карте, где эти вещи можно продать. Ого! Гид на все случаи жизни!

— О чем ты? — подбодрил я девушку и указал на обруч. — Один визор на пятерку потянет.

— Сколько?! — Она с сомнением посмотрела на меня. — Это же самый голимый стандарт!

— Нет, — покачал я головой. — Это военная модель с закосом под гражданскую. — Интерфейс, будто желая услужить, развернул описание и сравнение. — У нее есть ряд дополнительных функций, отличить можно по этим кнопкам, и корпус чуть больше. Тебе интерфейс разве не показывает?

— Нет, ничего такого. — Роуз присвистнула и посмотрела на меня с уважением. — Охренеть у тебя модули! У кого брал? Почем?

Судя по всему, мои возможности выбивались из стандартных умений мусорщиков. И речь не только о взломе. Эндрю оказался крутым перцем? Или меня просто глючит? Вот и что ей ответить? А, точно.

— Не помню, — улыбнувшись я постучал себя по голове. — Забыла?

— Да, точно, прости. — Роза нервно рассмеялась. — Раз у тебя есть встроенный оценщик, какой у нас куш?

— Тысяч на двадцать потянет, если сдадим ближайшему скупщику. Сейчас, конечно, лучше не рисковать и лишний раз на улице не светиться.

— Ну да, наши морды наверняка уже на всех новостных каналах. — Я только поморщился. Она до сих пор мне не верит.

Роуз провела ладонью по стене напротив кровати. Та потускнела, превращаясь в экран. Охренеть! Она же стоит, наверное, целое состояние. Зато за воду заплатить не могут…

Я сфокусировался на телевизоре и понял, что на самом деле это голограмма. Даже нет привычного корпуса. Изображение транслируется прямо на стену. И не нужно возиться с креплениями и пультами. Ого! И каналы можно глазами щелкать. Круто!

Девушка переключила на новостной канал. Говорящая голова, совсем как в моем мире, рассказывала о небывалых достижениях нашей автономии. Сообщали об успехах борьбы с преступностью, росте доходов населения и прочие обыденные вещи. Словно и не уходил никуда!

— Странно, ничего нет про убийства полицейских. О таком обычно трубят по всем каналам, — задумчиво произнесла она, следя за быстро меняющимися строчками внизу экрана.

— Слушай, а где мы вообще находимся?

— В столице автономии, — охотно ответила девушка. — Здесь получше, чем на окружающих нас фермах и рудниках. Там работают настоящие отбросы, отбывают свой срок под присмотром владельцев. У нас в большинстве своем обычные люди живут, которые любят покой и стабильность. Готова спорить, ты здесь от кого-то скрывался. Окраина империи с легким налетом цивилизации. Не унывай, красавчик, думаю, память к тебе вернется.

— Ага, — отмахнулся я. — Какой сейчас год?

— Триста семьдесят седьмой, — с легким удивлением просветила меня Роза. — А, прости, вечно забываю, что ты как ребенок.

— В смысле триста семьдесят седьмой? От чего идет летоисчисление? — чуть было не спросил, может она забыла добавить две тысячи…

— От последней Великой Войны! Выжившие договорились, что начнут жизнь с чистого листа. Ее назвали войной, которая положила конец всем войнам. Тогда же власть перешла корпорациям.

— И как, получилось? — с неподдельным интересом спросил. — Люди перестали воевать?

— Государства да, кто им теперь даст. Великих войн действительно больше не было, зато стычки между отрядами наемников и корпоратами, плюс теракты ребелов и преступных синдикатов с каждым годом набирают обороты. — Девушка пожала плечами, словно все описываемые ужасы не касались ее лично. — Хорошо, что нас это особо не задевает, у нашей автономии сильная гвардия, и покровительствует нам одна из сильнейших корпораций мира.

Я смотрел в пространство отсутствующим взглядом. Ну и бред, не могло меня забросить куда-то получше? Судя по всему, люди чуть не угробили планету, и это их абсолютно ничему не научило. И… твою мать! Выходит, Алина давно мертва! И что мне теперь, ее правнуков искать? Здрасьте, я ваш прадед, гениальный, но очень неудачливый ученый?

Тем временем Роза быстро пролистнула еще несколько каналов с местными новостями, после чего оставила фоном какой-то музыкальный портал. На парящей в небесах сфере киборги дрыгали блестящими задницами под светом разноцветным софитов. Рваный ритм и утробные хрипы били по ушам, грубо вырвав меня из размышлений. Я поспешил выключить телевизор напрямую через интерфейс.

— Ого! Он сломался, что ли? — спросила Роуз уставившись на пустую стену.

— Не, я просто его выключил, — устало потерев виски, пояснил.

— Как это выключил? — Она уставилась на меня, как на инопланетянина.

— Так же, как и ты, — осторожно ответил я. — Через интерфейс.

— Ты ведь с ним не синхронизирован… — Девушка недовольно нахмурилась. — Ты заливаешь, если ты мне телек спалил своим взломом, я…

Я обратно включил телевизор, но переключил мелькающих дроидов на новостной канал.

— Как ты это делаешь?! — подпрыгнула на месте Роза.

— Вижу, что в экране есть панель управления, фокусируюсь на ней и отдаю команду, — попытался объяснить я алгоритм взаимодействия с телевизором.

— Но для этого ведь нужно авторизацию пройти, проверки там всякие. На всем ведь защита стоит.

— Не знаю, я ничего не ломал, сразу доступ получил. Взлом только с Гавелом был, когда я ему руки отключил. Ну и член, — пожимаю плечами, гадая, что из моего путанного объяснения она поймет.

— Ты сделал что? Мать… Отключил руки?.. — Роза вдруг захохотала так, что ее согнуло напополам. Следом девушка завалилась на кровать, продолжая смеяться.

Я смутился, совершенно не понимая причин ее веселья.

— И тому копу реактивную ногу активировал. Думаешь, из-за чего он в стену вписался?

Услышав это, девушка захохотала еще сильнее.

Я пожал плечами и откинулся спиной на стену. Как раз в этот момент девушка из новостей упомянула об убитых мной полицейских.

— Сегодня в районе складских доков были зафиксированы беспорядки. Пострадали трое полицейских. Задержан подозреваемый. О других подробностях представители власти не сообщали.

На этом моменте Роза перестала смеяться.

— А ты ведь и правда троих копов завалил. А Гавел, хоть и затупок редкостный, но всегда на простых мусорщиков страху нагонял… Ты или везучий и болтливый, или очень сильный. В любом случае, чудной ты какой-то… Слу-ушай, а ты всегда так мог? Ты ведь вроде обычным до этого был, по крайней мере, я о тебе ничего не слышала и в сети не нашла перед заданием. Может, это все из-за той хрени, которую ты в себя вставил? Ну, которая тебе еще память стерла… Покажешь?

Пожав плечами, достал из нагрудного кармана кругляш накопителя и передал его Роуз. Я ничего не опасался, ведь он полностью обнулился. Все равно она ничего не поймет.

— И диск тоже какой-то чудной. Тяжелый… — задумчиво пробормотала она.

— Говоришь, мы вчера познакомились? — спросил у девушки, которая с интересом вертела мое величайшее творение.

Роза поскребла ногтем металлическую оболочку, на что я только едва заметно улыбнулся. На корпусе даже после попадания пули и следа бы не осталось. Сработал я на славу… И я не параноик, просто предусмотрительный. Накопитель ведь черт знает сколько провалялся в сомнительных условиях и до сих пор не растерял своих функций. А значит, я все сделал правильно.

— Ага, — ответила Роза задумчиво, — Гавел разместил заказ в ДаркВорке с требуемыми специалистами. Я подошла в качестве взломщика, ты, как я понимаю, тоже. Ну или на запрос этого урода никто кроме нас больше и не откликнулся.

Роуз вдруг провела ладонью над диском накопителя, после чего начала перебирать пальцами в воздухе, будто вязала шарф пальцами.

— Ничего не понимаю, — пробормотала она. — Выглядит как хранилище душ, только странное какое-то…

— Что такое хранилище душ? — переспросил я. Меня охватило изрядное раздражение, когда она в очередной раз посмотрела на меня, как на умственно отсталого. — Роза, у меня амнезия, помнишь?

— Ага… Извини. Просто о таком не знать… — Она завела руку назад и приподняла волосы, демонстрируя небольшую щель в шее. — Вот здесь хранятся наши души. Диск можно извлечь и вставить в другое тело… Ну, если у тебя полно денег, конечно.

Я одернул себя, когда понял, что уже минут пять пялюсь на нее ошалелыми глазами. Охренеть!.. Нет, не так… ОХРЕНЕТЬ!

Если я все правильно понял…

— То есть если я умру, из меня просто вынут диск, вставят в другое тело и я снова жив? — ошарашенно спросил, внутренне подобравшись в ожидании ответа. Неужели мы все же смогли… А если Алина до сих пор жива? Сколько же она живет-то уже? Она, наверное, и не узнает меня. Или вообще не вспомнит…

Да ладно, с Алиной разберемся. Мы это сделали!

Перенос сознания, цифровое бессмертие! Это ведь как раз то, чего я добивался! Значит, был прав! Тысячу раз прав! Выкусите, хейтеры сраные!

— Аг-га, — иронично посмотрела на меня девушка. — Все копыта посбивают в поисках оболочки для тебя красивого. На самом деле ты просто подохнешь. Твое родное тело сгниет, а диск выкинут в мусор. Ну или в лучшем случае похоронят, пока не кончатся деньги за место на кладбище.

— Что-то я не понял, — нахмурился. Как-то по-другому все представлял.

— А что тут не понять? Я думаю, стоит ли тратить кредиты на лишнюю воду, а новое тело, даже самое дрянное, стоит десятки тысяч.

Мои мысли полетели совсем в безрадостном направлении.

— Получается, наши тела тоже дорого стоят? — Я искоса взглянул на нее.

— К чему это ты? — подозрительно спросила Роза.

— Ну, если какая-то шишка подохнет, то меня или тебя могут поймать и вставить его личность вместо твоей, — пояснил.

— Ну да, такое сплошь распространено на территориях, где корпоратам плевать на обычных людей. У нас все же следят за исполнением законов. Можешь заниматься контрабандой и грабежами сколько хочешь, но если позаришься на оболочку… — Девушка тяжело вздохнула. — Бедняки обычно продают свои тела богачам и переселяются в стариков, чтобы красиво пожить напоследок. Даже туры специальные есть по дорогим ресторанам и казино. Говорят, если выиграешь, можешь старую оболочку вернуть, а проиграешь, так усыпят безболезненно. Иногда по телеку крутят истории счастливчиков, мол делайте как они.

— А как насчет создания копий? Богачи размножают себя на десятки тел и устраивают оргии?

— Не-е-е. — Она снова рассмеялась. — При попытке скопировать сознание хранилище души взрывается. Поговаривают, так решили создатели технологии, мол, один разум — одно тело. Тысячи хакеров пытались взломать код, но ни у кого не получилось. Говорят, их потом всех нашли со стертыми дисками и стеклянными глазами. Страшное зрелище.

— А почему накопители называют хранилищами души? — продолжал я задавать очевидно глупые вопросы.

— Ну так ведь при создании технологии получили неопровержимые доказательства существования души! — Она продолжала улыбаться, наш разговор ее сильно веселил.

Все то, что рассказывала Роуз, просто не укладывалось в голове. Получается, мы не только накопитель открыли, но и душу!

Вот теперь точно охренеть…

Жаль, не удалось лично увидеть лица представителей научного мира. Думаю, Алина на славу повеселилась. У нее характер был ого-го! Ее всегда бесили снобы и зазнайки. Представляю ее лицо, когда она в пух и прах разносила аудитории маститых ученых… Интересно, ей дали нобелевку?

Как только договорим с Роуз, первым же делом засяду в гугл… если он вообще здесь существует. В общем, нужно поискать информацию по этому поводу…

Едва не рассмеялся. Я ведь мог узнать все, что рассказала Роза, в обычном поисковике! Мне реально мозги поджарило, если раньше об этом не подумал.

— Ты чего такой радостный стал? — с подозрением спросила мусорщица.

— Да так, не бери в голову, — пробормотал. А как я делал, чтобы линии появились? Ну с моим изображением и перечислением всяких модулей… Может, смогу и поисковик так же запустить… Может, там поисковая строка есть, как в старых браузерах.

Я вдруг понял, что девушка до сих пор смотрит на меня в упор.

— Слушай, что-то я устал, может, спать ляжем? — предложил. — Там ведь ночь за окном.

Я и правда не заметил, как пролетело несколько часов. На улице не стало светлее, о времени суток свидетельствовали лишь тикающие в углу моего интерфейса часы.

К тому же я вошел в сеть через найденную в кармане мобилу, и мне не терпелось заняться изучением современного гугла.

— Конечно, — кивнула Роуз. Она уже лежала на кровати и лишь переместилась к стене, искоса поглядывая на меня. — У нас только одно одеяло, как считаешь, не замерзнем?

Откинула поблескивающее покрывало, демонстрируя светлое постельное белье.

— Да я покрывалом укроюсь, не переживай, — рассеянно пробормотал.

Скинув одежду, улегся рядом с девушкой. Пистолет на всякий случай незаметно задвинул под кровать. Мало ли что ей в голову взбредет.

Постель оказалась не сильно широкой. Мы с Розой лежали почти вплотную, соприкасаясь бедрами и плечами. Мое сердце вновь взволнованно забилось, но я отбросил лишние переживания, сфокусировавшись на предстоящем освоении поисковой системы и просмотру новостей за последние… черт знает сколько сотен лет.

Однако моим планам не было суждено сбыться по двум причинам.

Сначала в ответ на мой запрос «биография Алины Разумовской» я получил следующее уведомление:

Для пользования информационной поисковой системой оплатите подписку.

Я слышал когда-то шутку про забаненных в гугле людях, но о том, что гугл станет платным, и помыслить не мог…

Вторая причина была менее удручающей, я бы даже сказал радостной.

Не успел я проверить свой банковский счет, как вдруг ощутил мягкую теплую ладошку Розы на своем животе. Подумал сначала, что она случайно меня задела, но рука поползла ниже, заставив меня покрыться мурашками. Она вдруг прижалась ко мне всем телом, а упругая грудь уперлась в мое плечо. Ее дыхание обожгло мне лицо.

— А ты очень интересный, Эндрю. — Ладошка легко проскользнула под резинку моих трусов… Черт! Я аж дышать перестал. Роза с легкой усмешкой спросила: — Ты ведь не станешь жаловаться на меня копам?

Не дождавшись ответа, она поцеловала меня в губы, и медленно, заставляя сердце замирать от каждого ее касания, устроилась на мне сверху.

А я, едва дыша, любовался ее шикарной грудью и крайне тупо улыбался…

Глава 4

Следственный изолятор номер 1 отдельной автономии в составе империи

Крайне омерзительный и очень протяжный скрип тюремной решетки привычно переполошил весь блок. Заключенные поговаривали, что двери так же скрипели с момента постройки здания еще до великой войны, и не смазывали их нарочно, чтобы социальные отбросы никогда не забывали свое место в социальной иерархии.

Гавел поморщился и повернулся на другой бок. Ему нужно было держать марку, поэтому он позволял себе не выскакивать из камеры на утренние проверки по первому требованию. Кара последовала незамедлительно. Мощный удар снес его на ледяной пол, а дополнительный пинок по почкам заставил пересмотреть взгляды на отношение к представителям правопорядка.

Здоровяк тут же вскочил на ноги и заложил руки за спину.

— Так-то лучше, — сплюнул на пол надзиратель по прозвищу Морячок. Половина обитателей тюрьмы боялась ветерана-садиста до мокрой постели, вторая ненавидела всеми фибрами души, и все как один мечтали о его скорой кончине. — Гавел, Гавел, Гавел, как же я рад видеть твою тощую задницу. А ведь ты говорил, что мы больше не встретимся.

— Я ошибался, гражданин надзиратель, — злобно процедил мусорщик. Он сам позабыл об этом садисте. По крайней мере, надеялся, что ему повезет не нарваться на него в первый же день. — Вы, как всегда, были правы.

— Жаль, недолгим было наше свидание. За тебя внесли залог, собирай манатки. — Морячок положил на плечо утяжеленную дубину. Точно такие же использовали имперские миротворцы при разгоне гражданских митингов. В тюрьмах они были запрещены, но Морячку никто не смел перечить. Многим казалось, что его побаивается даже начальник тюрьмы. — У тебя минута, Гавел, не заставляй меня ждать.

Гавел, завсегдатай камер временного содержания и изоляторов, прекрасно знал, что у него не больше тридцати секунд. Морячок всегда слыл шутником. Здоровяк рывком вытянул рюкзак из-под кровати и широким жестом ссыпал в него нехитрый скарб с тумбочки.

— Заключенный 24367 готов к освобождению! — четко отрапортовал он.

Не отыскав, к чему придраться, надзиратель снова сплюнул на пол и отключил заключенному и так урезанные протезы. Забирать руки у инвалида негуманно, но оставлять в полной боевой готовности потенциальные орудия жестокого убийства тоже не вариант. В системе безопасности содержались данные обо всех искусственных органах заключенных. Более того, система имела к ним прямой доступ, предоставленный корпорацией-изготовителем, и могла одним импульсом превратить добрую половину опасных парней в беспомощных обрубков.

Гавел прошагал за Морячком по хорошо знакомому маршруту, дождался внесения его в список вышедших под залог, а также разрешения на разблокировку имплантов. Он уже не первый десяток раз подвергался одинаковым процедурам и действовал практически на автомате. Наконец экран замигал зеленым, подтверждая право заключенного на свободу. За спиной с треском захлопнулась бронированная дверь, а спереди распахнулась другая.

Здоровяк провел ладонью по лысой голове. Первым делом он наведается к робо-парикмахеру и налепит на себя новый ирокез.

Вообще, Гавел ожидал, что его продержат взаперти долго. Судя по расспросам копов, в доках произошла перестрелка с жертвами среди легавых. Он, понятное дело, ничего об этом не знал, но побаивался, что из него сделают козла отпущения, чтобы не портить раскрываемость.

Вдохнув несвежий воздух, мусорщик злобно оскалился и вышел на унылую улицу. Он размял шею и потянулся за сигаретой.

— Некогда. — Узкоглазый мордоворот возник словно из ниоткуда и указал на припаркованный флаер. — Босс ждет.

Гавел разочарованно покачал головой. Вот всегда так…

До летающей машины метров десять, можно было сделать пару затяжек, но босс не любил неуважения. В последний раз когда Гавел так сделал, а босс учуял запах табака, его серьезно отделали. Повторять опыт не хотелось.

Вернув сигарету в пачку, он поплелся вслед за мордоворотом. Послушно сел на заднее сиденье и, лишь убедившись, что в салоне кроме него и мордоворота никого больше нет, позволил себе развалиться. Раз за ним прислали летающую тачку, дело серьезное, однако не настолько серьезное, чтобы босс прибыл лично. Пока все выглядит вполне нормально и не предвещает серьезных неприятностей.

Резиденция якудзы располагалась на третьем этаже «Дома развратных увеселений мадам Чжень».

Гавел быстро шагал по коридору, минуя десятки пластиковых дверей, за каждой из которых кто-то трахался, издавая сладострастные стоны или наполненные болью вопли. Смотря кто за что платил. Здесь хватало девушек, которые отрабатывали долги перед бандой и подписывали согласие буквально на все.

Наконец Гавел оказался у высоких резных дверей, сделанных из… настоящего дерева. Такого, которое растет из земли. Прямо корнями впивается в почву, высасывает из нее питательные вещества и само растет. Гавел слышал о таком однажды, а тут целая дверь из дерева.

Стоило протянуть руку, как створки сами распахнулись перед его носом, будто не позволяя себя коснуться. Так происходило каждый раз. Причем, если бы Гавел не протянул руку, хрен бы они отреагировали.

Босс по обыкновению сидел в большой круглой ванне, сделанной, кстати, тоже из дерева, в окружении четырех девиц. Верхняя половина тела мужчины, была густо украшена разноцветными татуировками.

И без того узкие глаза сощурились, уставившись на побледневшего Гавела.

Здоровяк тут же упал на четвереньки, коснувшись лбом пола. Перед заключением в тюрьму ему сбрили ирокез, потому он не боялся испортить свою прическу.

Босс очень ценил традиции древних и легендарных якудза и приучал своих людей к железной дисциплине. Правда, никто не знал, кто такие якудза и почему они легендарные, ну а глава банды на редкие вопросы самых смелых лишь закатывал глаза. Однако каждый при виде него должен был почтительно поклониться. Кстати, босс не звание, а что-то вроде прозвища, которым к нему следовало обращаться. Настоящего имени босса никто не знал.

Он не любил долгих разговоров, поэтому, убедившись, что Гавел достаточно почтителен, а все условности соблюдены, произнес лишь одно слово:

— Начинай.

Голос у якудзы был высокий, можно даже сказать писклявый, но последний, кто ему об этом сказал, лишился обоих ушей и ноги.

Гавел рассказал все. Очень старался докладывать максимально коротко и четко, передавая все важные детали, при этом старательно опуская все, что могло его дискредитировать. Как мог приукрасил коварство подлого Эндрю, который, как только понял ценность непонятной хрени, тут же напал на беззащитного Гавела и вероломно вырубил со спины, а потом еще и руки ему сломал. Часть с описанием увечий и повреждений длилась особенно долго. Надо ведь разжалобить.

Гавел знал, что лучше татуированного не злить. Любой проступок, в лучшем случае карался потерей какого-нибудь куска плоти провинившегося. Прошлый серьезный провал стоил Гавелу обеих кистей, которые, он, впрочем, удачно заменил на искусственные.

— Ты идиот, — вынес беспощадный вердикт босс. Его тон не предвещал ничего хорошего.

Гавел даже не думал о том, чтобы спорить, и лишь сильнее вжался в пол.

— Зачем взял на дело непонятную девку? — продолжая щуриться, спросил узкоглазый. — Красивая оказалась и ты решил свой стручок пристроить?

— Нет… босс, она… — начал было Гавел, но был тут же прерван.

— Заткнись! Ты должен был пристрелить их обоих, как только проник на склад. Ты ведь даже не знаешь, чем именно завладел тот мусорщик и было ли там что-то на самом деле ценное. Ты просто потерял контроль над ситуацией. Это непростительно для настоящего воина.

«Только бы ничего не отрезал, только бы ничего не отрезал», — думал тем временем Гавел. Если вдруг босс решит его наказать, вряд ли он станет пилить механические руки. А Гавел и так уже на тридцать процентов состоит из механизмов.

— Виноват, босс. Прошу шанс на искупление вины, — заученно пробубнил он.

— Шанс, значит… — Лидер преступного синдиката медленно встал. Несмотря на то, что он на голову, а то и две ниже всех своих подчиненных, все были в ужасе от татуированного желтокожего азиата. Все привыкли к мысли, что этот человек очень опасен, а его хозяева и того страшнее. — Хорошо. Верни то, что утащили эти недоноски. Возьмешь с собой Кальвина и Целика. Предложи мусорщикам отработать долг… Потом развлекут нас на арене. Если не справишься за три цикла, парни проследят, чтобы ты сделал харакири как положено. Свободен.

Гавел пулей вылетел из кабинета. Названные боссом мордовороты тут же пристроились позади.

А планы-то у него другие были. После робо-парикмахера Гавел планировал наведаться к тому торгашу, который продал и настраивал ему руки с обвесами. Ведь в самый неподходящий момент подвели. Если бы не приказ якудзы, барыгу ждал бы незабываемый вечер с оторванными яйцами и завязанными узлом пальцами…

Еще бы знать, что это за харакири такая, которой ему угрожали. Наверное, какое-нибудь ритуальное якудзианское отрезание члена. Судя по рассказам босса, это вполне в их духе.

Стоило скрыться за поворотом, подальше от глаз главного якудзы, Гавел покосился на двоих за спиной.

— Наша помощь нужна или ты сам справишься? — осклабился Целик. Что за жуткое прозвище? Гавел никогда не задумывался, настоящее это имя или нет, но, скорее всего, того в школе дразнили как-то особенно обидно. Хотя, если посмотреть на рожу Целика, тот, наверное, сожрал всех, кто пытался на него обзываться.

— Как найду недоносков, дам вам знать, — буркнул Гавел. — А сейчас не мешайтесь под ногами.

— А за три цикла-то успеешь? — ехидно спросил Кальвин. — Будешь медлить, подохнешь ведь, как псина. Босс слов на ветер не бросает, сам знаешь.

Вот Кальвин — на редкость мерзкий тип. Да и харя у него такая… Вот что не представишь жуткого, можно быть уверенным, Кальвин это делал. Вплоть до изнасилования крупного рогатого скота.

Гавел поморщился. И без того мерзкий привкус во рту стал невыносим. До безумия хотелось напиться, но сейчас лучше не поддаваться слабостям. Похоже, что харакири — какое-то еще более мерзкое наказание, чем Гавел мог предположить. Если верить словам Кальвина, заканчивается оно смертью.

Да уж, лучше не медлить. Гребаного Эндрю с его сучкой нужно выкурить, как крыс, а потом притащить боссу. Эндрю ждет жестокая взбучка, ну а Розочку вздрючка.

— Ты уснул, что ли? — окликнул его Кальвин. Гавел так и застыл с отрешенным лицом, представляя, что сделает с крысятами.

— Занимайтесь своими делами и будьте на связи. Скоро поохотимся, — рыкнул Гавел и, развернувшись на пятках, направился к выходу.

В его голове уже начал вырисовываться план, как разыскать забившихся в нору мусорщиков.

Глава 5

Роза умопомрачительна.

Я лежал на узкой кровати, заложив руки за голову, и наблюдал, как она расчесывает волосы. Девушка сидела на самом краешке матраса вполоборота и мурлыкала под нос какую-то песенку, то и дело искоса поглядывая на меня. Поспать нам так и не удалось, но я ни о чем не жалел.

Все произошедшее за сегодня было полным безумием, и оно того определенно стоило. Я бы и больше вытерпел, если бы заранее знал, что все закончится наблюдением за прекрасной девушкой в полупрозрачной майке и коротких шортиках. Любой подвиг, воспетый в легендах и совершенный во имя красавицы, однозначно стоил того.

— Ну и чего ты на меня так пялишься? — хмыкнув, спросила она, продолжая сидеть спиной. На этот раз повернула на меня свое зеркальце.

— Просто любуюсь тобой, не каждый день на такую красоту удается посмотреть, — с улыбкой ответил я.

Роуз на миг замерла, надув губки и переведя взгляд на собственное отражение. Однако, что-то ей там не понравилось, потому что она тут же хмуро возразила:

— Не шути так, нет во мне ничего красивого…

От удивления я приподнял бровь и заодно приподнялся сам. Девушка взвизгнула, когда я вдруг резко приблизился к ней и, обняв за талию, потянул назад.

Я повалил ее к себе на колени и в упор посмотрел ей в глаза. Она тут же застыла, глядя на меня, как кролик на удава.

— Ты очень красивая, — внимательно оглядев ее лицо, произнес я, а затем приподнял ее голову и поцеловал в губы.

Уже не особо отдавая отчет своим действиям, запустил руку под ее майку и сжал нежный сосок, заставив девушку застонать.

Время на миг остановилось и понеслось вперед с ужасающей скоростью. Прав был старик Эйнштейн: все относительно.

Очнулся от помутнения я лишь тогда, когда она издала сладостный стон, выгибаясь подо мною дугой.

— Ну что, будешь еще спорить со мной относительно своей красоты? — спросил я, глядя в глаза пытающейся отдышаться девушке.

— Ты был очень убедителен, — наконец ответила она, — но я бы еще поспорила, чисто из принципа. Не люблю сдаваться так быстро.

Я рассмеялся и снова ее поцеловал, однако Роза почему-то, наоборот, загрустила.

Ее глаза вдруг наполнились слезами, и это окончательно сбило меня с толку. Роуз громко всхлипнула и прижалась к моей груди. Мне только и оставалось, что гладить ее спину и вздрагивающие плечи, совершенно не понимая, что происходит.

Ну вот, здравствуйте, комплексы, давно не виделись. Неужели я настолько ужасен, что довел ее до слез?

— Что случилось, Роза? — спросил, боясь еще больше расстроить ее. Может, она и правда всерьез восприняла наш спор и сейчас пытается доказать свою позицию подобным образом? Да нет, звучит совсем бредово.

— Прости… — наконец произнесла она, чуть успокоившись. — Последний раз мне мама говорила, что я красивая. Она умерла семь лет назад.

Вот черт…

— Так ты из-за мамы расстроилась? — спросил, вообще не понимая, что происходит. Интересно, как часто девушки в моем времени вспоминали мам после секса?

Она улыбнулась, глядя на меня сквозь слезы.

— У меня были мужчины. Никто из них не говорил, что я красивая. Те, кто мне нравился и с кем было хорошо, потом пропадали… Мне с тобой было очень хорошо… — Она снова всхлипнула. — Просто понимаю, что мне будет очень больно, когда ты исчезнешь.

— Что за бред? — едва не рассмеялся я. — То есть с чего ты взяла, что я собираюсь куда-то там тебя бросать?

Я слегка приподнялся и оценил лежащее подо мной шикарное тело. Затем ее огромные глаза и пухлые губы. Ага, ищите дурака отказываться от секса с такой красоткой!

— Это ты сейчас так говоришь. — грустно сказала она, но от промелькнувшей в ее глазах надежды мне стало не по себе.

Да е-мое.

Я снова впился в пахнущие клубникой губы. Слова здесь явно не помогут, перейдем к практическим доказательствам. Вдохнул запах ее волос, ощутил, как затвердевшие соски скользнули по моей груди, и внутри все снова стало восставать, требуя немедленного продолжения.

Роуз тут же обхватила меня руками, а затем вдруг выгнулась, заставив завалиться на кровать, и уселась сверху.

У меня аж дыхание перехватило от вида нависшей надо мной упругой груди.

Роза хитро улыбнулась глядя на меня, а в следующий миг послышался грохот.

Глаза девушки округлились, когда входная металлическая дверь шибанула по пластиковой стене, оставив глубокий след. Появившийся в проеме громила навел на нас какой-то жезл и нажал на большую красную кнопку. Вылетевшая из него миниатюрная молния пробежала по нашим переплетенным телам. Все мышцы свело болезненной судорогой, и я оказался парализован.

Перед глазами появилась строка загрузки, где значилось следующее:

Активирован боевой режим. Оценка ситуации: имитация паралича уместна для неожиданной атаки. Временная активация блокировки двигательных функций.

— Вставай, Лиля, мы пришли за долгом, — услышал я чей-то голос, который впрочем тут же оборвался. — Гусь, мы что, дверью ошиблись? Она ведь одна живет!

— Нет, все верно, — последовал ответ.

Кто-то хмыкнул.

— Ну привет, котятки. Раз уж мы заглянули на огонек, давайте проверимся. — В наше крохотное убежище вальяжно вошел какой-то панк. Видок у него был еще тот: кожаная безрукавка на голое татуированное тело, тоннели в ушах, высокий кислотно-фиолетовый ирокез и сползающие на задницу штаны, оттянутые массивным пистолетом. — Интере-е-есно! Гарик, я чую в воздухе запах просрочки! Просвети их!

Мужик довольно потер руки, а в комнату ввалился еще один, не менее мерзкий тип.

— Иди-ка сюда, куколка, — ухмыльнулся первый, скользнув сальным взглядом по груди Роуз.

Хреновая ситуация. Больше всего меня выбивало то, что я не могу пошевелиться, в то время как этот урод пялится на мою девушку…

Про нормальность вламывания в дом ублюдков со станерами я даже не задумывался. Веселый мне достался мир, ничего не скажешь. И ведь здесь, по словам Роуз, царит относительный порядок и законы работают!

Я вдруг с ужасом увидел, как мужик грубо схватил Роуз за плечо, стянул ее с меня. Голая девушка растянулась на полу. Видимо, она тоже не могла управлять своим телом.

Следом на пол бросили и меня. Это было до жути унизительно и обидно. Плюс ко всему мне теперь ничего не видно. Сведенные мышцы по-прежнему отказывались слушаться. Все это плохо, очень плохо.

— Смотри-ка, милашка, кажется, хочет нам что-то сказать, — глумился тем временем панк. — Давай-ка я освобожу твой ротик, послушаем, что ты мне расскажешь.

— Какого хрена вам надо?! — воскликнула девушка, а потом вдруг застонала: — Нет, отпусти меня! — Я не видел, что ублюдок делает с ней, но точно ничего хорошего. — Отвали!

— Почка, легкое и глаз, — услышал я будничный тон второго урода. Судя по всему, того самого, которого звали Гарик. — Просрочка по платежам полгода! Залоговым бонусом еще и печень указана. Вырезаем или есть чем оплатить?

Из разговора я понял, что этот урод всерьез рассуждает о том, чтобы вытащить из Розы органы. От флегматично скучающего тона голоса это звучало особенно жутко, но меня охватила настоящая ярость.

— Можно и не вырезать, — ласковым тоном добавил второй, — знаю я одного коллекционера девичьих оболочек, нам еще и на пиво останется…

— Я все переведу сегодня же! — закричала Роза. — Большую часть закрою! Отпусти!

— Большую часть, говоришь? Смотри-ка, Гарик, мы сегодня словили куш! Так и знал, мы не в трущобы зашли, а в настоящий Эльдорадо!

Неожиданно я почувствовал пинок ниже живота. Удивительно, но боли почти не было, хотя, по идее, меня должно разорвать от агонии.

— А это что за клоун? Твой хахаль? Гарик, ну-ка проверь его, вдруг нам сегодня вдвойне повезло.

Обзор по-прежнему был закрыт, но краем глаза я заметил лысого амбала, который держал в руках перевитую проводами здоровенную бандуру. Аппарат напоминал здоровенный сканер штрих-кодов, какими обычно пользовались в гипермаркете в моем времени. Лысый склонился надо мной и принялся водить торчащим из прибора обрубком толстого кабеля.

— Не знаю, Гусь, не опознается ничего. Просрочек нет. Но модулей у него до жопы. Сейчас проведу принудительную идентификацию… — Меня окутало голубое сияние, раздался противный писк. — Ого!.. Впервые такое вижу. Гусь, погляди сюда. В нем имплантов и техники лямов на пять наберется! И это только то, что определяется. Тут еще куча закрытых военных модулей с блокировкой идентификации первого уровня! И ничего нет в базе. Ни в какой. Охренеть, никогда такого не видел! Вообще не понимаю, как на него парализатор сработал!

Это он про меня распинается? Те самые скрытые импланты, которые мне интерфейс не показал? Нет, не о том думаю, нужно как-то избавиться от паралича, а лучше опять взломать систему этих ребят. Жаль не получалось без нормального зрительного контакта, как я не пытался вызвать интерфейс.

Лысый молча поглядел куда-то, видимо, переглядывался с панком по имени Гусь.

— Слушай, я не уверен, что в моей жизни еще хоть раз случиться такая же везуха, — вполголоса произнес вдруг лысый. — Такие лохи, набитые баблом, обычно на дороге просто так не валяются. Приступаем.

Что-то мне не очень нравится, куда свернул их диалог.

Я услышал лязг хлопнувшей двери. Затем он раздался еще раз.

— Замок вырвало, — задумчиво произнес Гусь.

— Что происходит? — испуганно спросила Роза. — Что вы делаете?! Отпустите нас, мы заплатим!

— Попробуй подпереть, — посоветовал лысый.

— Да здесь же как в библиотеке, пол да стены. Чем тут подопрешь? — огрызнулся гусь.

— Ну ей и подопри, — предложил Лысый и кивнул куда-то вниз, видимо, указывая на Роуз.

— Вы что делаете? Я буду кричать, — задыхаясь, произнесла девушка. Ее на полуслове прервал звук удара.

— Нафига ты ей вообще голос включил? — буркнул лысый. — Не понимаю я твоей тяги слушать вопли, мне нравится работать в тишине.

Сначала я услышал металлический звук, будто ножами провели друг по другу. Краем глаза я увидел, что лысый и правда точит два жутковатых ножа.

Наверное, мне помог страх. Или чудо, какие случаются в фильмах, когда таймер на бомбе останавливается на последней секунде.

Я наконец смог нормально зацепиться взглядом за лысого и с облегчением увидел, как передо мной разворачиваются строчки кода. Наверное, никогда раньше так быстро не считывал настолько большой объем информации.

Если бы я мог контролировать лицо, то мои губы растянулись бы в зловещей улыбке.

Нет, так дело не пойдет. Мало того, что какой-то хрен пнул меня, лапал мою девушку, так еще и задумал вырезать из нас органы!

Этот козел смотрит на меня как на кусок мяса, и даже не подозревает, как крепко я держу его за яйца.

Цифры, буквы, единицы и нули. Могут пройти сотни лет, но машинный код останется прежним. Защита у говнюка Гарика была чуть получше, чем у Гавела, по крайней мере, мне понадобилось целых три секунды больше, чтобы хакнуть его, а там уже все знакомое. Еще один придурок, любитель черных хирургов, взял и заменил себе ноги. Пожалеет сегодня, что вставил в пятки реактивные сопла для усиления прыжков. Интересно, он каждый раз новые кроссовки покупает? И как у него позвоночник еще не рассыпался после приземлений? В любом случае, теперь я веду в этой партии.

Не ожидавший подставы лысый вдруг взлетел и с разгона врезался башкой в потолок. Раздался треск. Надеюсь, он проломил себе череп или свернул шею...

Здоровяк рухнул на ноги, а потом начал заваливаться на меня.

Рядом с моим лицом упал один из его ножей.

— Тебе там скучно, что ли? — с насмешкой поинтересовался Гусь у входа. — Гарик, ты зачем головой в потолок бьешься? Кончай фигней страдать! Как ты там говорил? Полный кушей лох не каждый день на полу валяется.

Твою мать! Так дело не пойдет! Пора возвращать себе контроль над телом. Во мне куча военных модулей, а толку нет. Скорее всего, не получается ими управлять. Интерфейс, начинай наконец работать! Силу давай!

Я пыжился несколько секунд, пытаясь хоть что-то выжать из своего интерфейса, и мои усилия увенчались успехом. Хоть и не пойму, что именно сработало.

Перед глазами возникли голограммы всех находившихся в комнате людей: меня самого, Роуз, Гуся и валяющегося Гарика. Пока Гусь довольно потирал лапки, в уме подсчитывая, куда потратит выпотрошенные из моей тушки деньги, я как раз взломал его терминал. Обнаружилась забавная вещь — и в Гуся, и в Гарика были встроены примитивные экзоскелеты, увеличивающие силу и выносливость. Но была у них одна уязвимость, дающая мне возможность управлять придурками, как марионетками. Впрочем, почему бы и нет?

Я услышал, как взволнованно задышала рядом Роза, а Гусь вдруг выматерился вполголоса.

Наблюдая за голограммами всех присутствующих, я видел, как на ноги поднялся Гарик. Его голова повисла и безвольно болталась на груди.

— Гарик, ты чего это? — тихо прошипел Гусь. — Решил в зомби поиграть? Не смешно, мать твою!

Жаль не могу говорить, иначе не согласился бы с ним вслух. Я откровенно веселился, перехватив управление над телом лысого. Отдал несколько команд, и Гарик занес руку с зажатым в ней ножом над головой и шагнул с побелевшему Гусю, у которого от страха подогнулись ноги.

— Ты че творишь? Ты че творишь?! — Панк дрожащими руками полез за пистолетом, что висел в кобуре на поясе.

Он направил ствол на бывшего товарища и снял блокировку с предохранителя, чего я, собственно, и добивался.

Гусь удивленно смотрел на свою руку, которая продолжила подниматься против его воли. В следующую секунду кисть описала оборот, а ствол пистолета уперся в шею панка.

— Пожалуйста, нет… — услышал я всхлип Гуся. Активировав нужные команды, заставил застыть панка в такой позе. Можно было бы еще пистолет ему в рот вставить, чтобы не ныл, но у меня не вышло найти панель управления его челюстью. Все же он не все части тела себе заменил.

Рядом со скулящим Гусем стоял Гарик, который так и держал занесенный нож.

Я сфокусировался на второй руке панка, где был зажат небольшой вытянутый предмет, похожий на магический жезл из сказок. Судя по всему, тот самый парализатор. Я направил его на Розу, в себя не попадал с такого ракурса.

«Теперь главное руки не перепутать и не вышибить мозги говнюку», — со злорадством подумал я.

Раздался треск, и Роза тут же вскочила на ноги и прижалась к стене. Она просто стояла так секунд десять, переводя взгляд то на меня, то на Гуся, то на Гарика. Наконец она опомнилась и бросилась ко мне.

Быстро поцеловала меня в губы, а потом прошептала:

— Я сейчас… — Девушка вытерла окровавленное лицо тыльной стороной ладони и потянула меня за руки. Хрупкая девушка была сильнее, чем казалось. — Подожди минуту…

Как только я оказался в постели, она, не обращая внимания на поскуливающего Гуся, встала на пол и зарядила между ног лысому Гарику. Видимо, это ее коронный прием. Затем осторожно подошла к Гусю, который переводил испуганный взгляд то на пистолет в своей руке, то на приближающуюся девушку. Похоже, он никак не мог решить, кого опасается больше

Я вдруг подумал, что, несмотря на весь поднятый нами шум, никто из соседей не спешил вызывать полицию или хотя бы посмотреть, что происходит. Интерфейс сообщил о полном отсутствии исходящих из здания звонков. Мда, спокойный райончик называется, законы работают...

Наконец решившись приблизиться к панку, Роуз хладнокровно размахнулась и так же хорошенько врезала тому промеж ног.

— Подонок! — процедила девушка, в то время как он мог только мычать, закатив глаза.

Она вырвала из рук Гуся парализатор, дернула за какой-то рычажок и навела его на меня. Разряд трескучей молнии — и вот я вновь обрел власть над своим телом!

Боевая трансформация приостановлена. Имитация паралича отключена.

Свобода. Как же это на самом деле круто — просто двигаться. Я с облегчением поднялся на ноги и потянулся.

— Спасибо, — кивнул Роуз, всерьез подумывая, не добавить ли нападавшим. И к черту мужскую солидарность, они оба заслужили по нескольку пинков по яйцам.

Первым делом я натянул на себя штаны, параллельно с этим решил восполнить пробелы в местном мироустройстве:

— Что это за уроды?

— Прихвостни черных хирургов. — Роуз тоже последовала моему примеру и принялась спешно одеваться, то и дело бросая на меня опасливые взгляды. И чего это она на меня так поглядывает? Я ведь только что спас ее! Наконец, суетливо натянув на себя ботинки, Роза скомандовала: — Нужно срочно уходить! Вот прямо сейчас.

Несмотря на положительное решение ситуации, девушка волновалась все сильнее. Зато в меня новая победа вселила спокойствие и уверенность в своих силах.

— Куда нам спешить? — усмехнулся. — Поверь, эти без моего разрешения с места не сдвинутся. А если сюда еще кто сунется, я без проблем со всеми разделаюсь… Ну все, прекращай суетиться.

Я подошел к девушке, намереваясь приобнять ее, абсолютно игнорируя трясущегося крупной дрожью Гуся, который мелко дышал, переводя взгляд с меня на ствол.

Роза отстранилась и поежилась, уставившись на меня расширившимися глазами.

— Что не так? — нахмурился я.

— Всех победишь? И на хирургов тебе плевать?! Кто ты такой? — выпалила она. — И не ври мне про потерю памяти!

— Что значит «не ври»? — Вот теперь мне стало обидно. Такой реакции я точно не заслужил. — С чего ты взяла?! Я правда нихрена не помню.

— Этот урод сказал, что в тебе имплантов на пять лямов! — произнесла она, опасливо глянув сначала на лысого, а потом на панка. — Ты хоть представляешь, какое это состояние?! У гребаного смотрящего за городом и то столько не наберется!

Занимательная информация, но совершенно несвоевременная. Вон и Гусь притих, слушая нас.

— Надо бы пристрелить их, не люблю свидетелей семейных ссор… — пробормотал я.

— Ты сдурел? — замерла Роуз, когда я наставил пистолет Гавела на лоб заскулившего Гуся. — Не слышал? Они работают на черных хирургов!

Нет, меня явно заносит. Хотя для чего я ствол-то на него наставил? Он ведь мог совершить самоубийство.

— Да мне плевать, хоть на министерство здравоохранения. Они своими действиями вполне заслужили смерть…

Штаны панка стремительно темнели.

— Пожалуйста, не надо! — взмолилась Роуз. — Они сожгут квартиру и убьют Лилю! Не подставляй мою подругу! — Она жалостливо поглядела на меня.

Резонный аргумент.

Под взглядом округлившихся глаз Гуся я спрятал пистолет в кобуру, а затем подошел к нему и выхватил из рук оружие, с силой опустив рукоять на макушку засранцу.

Убедившись, что вырубил хрена, повернулся к девушке.

— А когда они очнутся? Думаешь, успокоятся? — хмуро спросил я.

— Не успокоятся, — поникла девушка. — Но между двумя избитыми и двумя мертвыми чухарями огромная разница.

— Чухарями? — усмехнулся я.

— Их так в трущобах называют, — пояснила девушка.

— Копов я так же завалил, и проблем от них не будет. Одно дело два засранца, застреленных на помойке, и другое — два живых и злобных засранца.

— Тихо ты, — шикнула Роза, — здесь слышно, как соседи чешутся. Или ты и их решил убить? Я справлюсь, сегодня вот часть долга закрою. Пожалуйста, не создавай мне еще больше проблем.

Я сделал глубокий вдох.

— Слушай, не знаю, кто такие эти чухари и правда нихрена не помню о себе. Я тебе об этом уже не раз говорил. Не горю желанием убеждать тебя в чем-то и повторять по десять раз. — Роза округлила глаза и смотрела на меня, застыв от моего напора. — Не знаю, что там тебе говорили другие мужики, но теперь слушай меня: ты красивая, и я не собираюсь тебя бросать. Напротив, хочу помочь чем смогу. Мне нужна твоя помощь, по крайней мере, с тобой я быстрее во всем разберусь. Если же я стал для тебя обузой, продаем прихваченное со склада, делим и расходимся.

— Я ничего такого… — испуганно захлопала она глазами. — Просто ты такой…

Она оглядела комнату и вдруг бросилась мне на шею. Вот так-то лучше…

— Прости, я испугалась. Ты ведь настоящий псих, чуть не завалил этих… А я бы потом одна осталась, и они бы на меня охоту открыли. Я ведь даже не знаю, что теперь будет. Черт… — Она зарылась лицом в мою грудь. — Мне страшно… давно мне не было страшно…

— Ну все, прекращай, — нахмурился и, приподняв ее подбородок, поцеловал в губы.

Роза тут же ответила на поцелуй и обвила мою шею руками, а мои мысли мгновенно сменили направление. Жаль, она успела натянуть топик и скрыть грудь. Наверное, учитывая ситуацию и валяющихся рядом амбалов, срывать с нее одежду не лучшая идея, но как же хочется-то.

— Прости, — совсем спокойным голосом произнесла она, дернув плечиком. — Я сорвалась. Перенервничала из-за этих...

Она с сожалением вздохнула и оторвалась от меня.

— Нам действительно не стоит их убивать. Черных хирургов лучше не злить…

— Нет так нет. Не переживай за подругу, все сложится наилучшим образом. — Быстро поцеловав Роуз в лоб, я потянулся за трусами. Плюсы маленьких квартир — буквально все находится под рукой. Минусы — придется снимать штаны. В спешке натянул их, не заметив отсутствия белья.

— Собираемся и валим. Продадим хабар и поищем другое убежище. А пока расскажи мне, что черным хирургам от тебя нужно и кто они вообще такие.

Глава 6

Чем больше Роза рассказывала, тем запутаннее выглядела история в целом.

Она уже успела предупредить подругу, чтобы не возвращалась сегодня домой, а переночевала у Розы. За сохранность вещей никто не беспокоился — в той квартире банально нечего было выносить. Не позарятся же черные хирурги на дешевую кровать и душ без оплаченной воды.

Роза связалась с «черными хирургами», могущественной интергалактической бандой. Такое же название за небольшую плату брали себе все, кто занимался подпольным операциями по пересадке органов, имплантов и конструированием тел, эдакая франшиза. Большинству обычных людей легальные замены были банально не по карману, вот и шли на поклон хрен знает к кому, и ничего хорошего из этого, как правило, не выходило. В лучшем случае попадали на счетчик и в итоге расставались с огромными суммами за новую печень, причем за те же деньги легко можно было купить сразу три белых комплекта. Основная клиентура у черных хирургов была небольшого ума, прям как микрозаймы в моем времени.

Если должник прекращал платежи, он попадал в натуральное рабство, и еще везло, если не забирали близких. Чаще всего их распределяли на рудники, где автоматизация стоила дороже бесплатного труда. Кормили бедолаг не лучше, чем заключенных в концлагерях. И они зачастую все равно умирали, но чуть позже, а злосчастные органы и импланты возвращались в продажу с небольшой скидкой. Еще существовал вариант с боями без правил на аренах или всяких шоу вроде Королевской Битвы в реальности.

Красивым девушкам и смазливым парням везло чуть больше, их распределяли по борделям и частным коллекциям. Хотя как посмотреть, что лучше… Примерно такая же участь ожидала и Роуз. Судя по обмолвке того хрена, он даже представлял, кому ее можно продать. Да уж, весело…

Вот чего я не понимал: как черные хирурги вообще могли существовать? Слишком масштабная организация. Я, конечно, новичок в новом мире, но операции подобного уровня невозможно сделать на коленке. Нужны квалифицированные врачи и техники, сложное оборудование, дорогущие заводские импланты. Хотя и вывод напрашивался сам собой — их крышевали корпорации, открывшие для себя дополнительный источник дохода.

Вообще мирок мне достался тот еще. Мы спокойно шли по улицам, смешавшись с толпой. Почти все люди носили полупрозрачные плащи с капюшонами, идеально скрывающие лица и фигуру. Дешевое средство, способное обмануть то и дело попадающиеся камеры. Пока мы в толпе, мы в безопасности, главное, не говорить слишком громко.

— Более-менее про хирургов я понял. Теперь скажи, что ты у них купила? — наконец перешел я к животрепещущей теме.

— Ничего. — Девушка отвернулась и ответила почти шепотом.

— Слушай, мне нужно знать. Какой-то орган? Он сейчас в тебе? Они смогут его выключить?

— Нет, ты не понимаешь, я взяла у них в долг, оставив под залог свои органы. Мне не хватило денег рассчитаться вовремя, и я попала на счетчик. — Она решительно вскинула в голову и сверкнула глазами. — И не смей называть меня глупой! У меня не было выбора! Банки отказали в кредитах.

— Сколько еще ты им должна? — вздохнул я, в который раз вспомнив микрофинансовые организации из своего времени. Сам чуть было по дурости не связался, когда не хватило материалов для накопителя. Вовремя одумался и позаимствовал их из институтской лаборатории.

— Еще семьдесят тысяч, — совсем понурилась девушка, но тут же взяла себя в руки. — Выплачивала с зарплаты и халтурок вроде той, где мы познакомились.

— Разберемся, сумма не критичная, — произнес я, заставив девушку поперхнуться.

— Шутишь, что ли? Не критичная…

Я приобнял ее за плечи и, на миг притянув к себе, заглянул ей в глаза. Роза тут же залилась краской, напрочь позабыв обо всем. Как же мне это нравилось. Странные у них здесь порядки, хватает одного уверенного взгляда, и она тает в моих объятиях и сама прикасается губами к шее.

— Мы набрали треть за один рейд. Найдем какой-нибудь склад, принадлежащий покровителю Гавела, и соберем остаток.

Я взглянул на висевшую рядом розовую вывеску, и у меня в голове что-то перещелкнуло. Я знаю это место.

— Мы пришли.

— Что значит «пришли»? — встрепенулась девушка, с неохотой выскальзывая из моих рук.

— Хороший ломбард, — пробормотал я, внимательно оглядев здание и все сильнее проникаясь мыслью, что когда-то изучил здесь каждый сантиметр.

Бронированная металлическая дверь передо мной отъехала в сторону. Она могла выдержать прямое попадание реактивного гранатомета или плазменного бластера.

Не знаю, чего я ожидал от ломбарда будущего, но уж точно не замученного паренька за самой обычной стойкой-витриной. Он выглядел совсем как студент на ночной подработке, и, как следовало ожидать, интерес у него вызывала исключительно Роуз. Возможно из-за одинакового цвета волос.

Он возился с древними компьютерными железками, которые вышли из обихода еще до моего рождения. Из ретро-колонок вовсю валил бодрый рок.

Паренька от нас отделяло силовое поле, а за бронированным стеклом лежали выставленные на продажу футуристические приборы, о назначении которых я даже приблизительно не догадывался.

— Привет, дорогуша! — сразу нахорохорился Сева (имя пацана любезно подсказал интерфейс). — Хочешь, покажу тебе большой ствол? Или расскажу про летучих мышей?

— Смотри, патроны не растеряй, — рассмеялась девушка, ловко бросив сумку в приемный лоток. — Лучше посмотри, что мы тебе принесли! Получишь хорошую комиссию!

Сева явно предпочел бы и дальше любоваться впечатляющим вырезом на футболке Роуз, но все же ему пришлось неохотно взяться за сканер. По мере пропикивания сонливость с парня слетела.

— Ого! Недурно! Настоящие ролексы! Теперь таких не производят, сплошь пластометалликовые копии. Статуэтка из настоящего дерева! Да еще такая тяжелая! Откуда сокровища?

Чувствовал я себя как-то странно. При первом осмотре трофеев я не обратил внимания на небольшую коробочку, содержимое которой так заинтересовало работника ломбарда. Допустим, это пресс-папье один в один как из кабинета препода по высшей математике из нашего института. Да и статуэтка ящерицы показалась знакомой…

— Бабушка наследство оставила, — мило улыбнулась Роуз, слегка наклонившись, чтобы во всей красе продемонстрировать вырез в ярком топике. — Скажи лучше, сколько дашь?

— Бабушка увлекалась военными визорами? — хмыкнул парень. — Уважаю. Такой крале ничего не жалко! Одиннадцать тысяч!

Лицо Роуз мгновенно переменилось, растеряв дружелюбие. Резко поскучнев, она нажала на кнопку возврата и быстро покидала вещи назад.

— Не буду времени терять. Пойду в «Грошовик», — флегматично заключила она.

— Да они же сетевые! — искренне возмутился Сева. — Честным частникам жизни не дают! Мы и так еле на аренду скребем!

— С таким подходом к клиентам — совершенно не удивлена! — Роуз эффектно развернулась, напоследок взмахнув волосами. — Пошли, дорогой! Даже жадюги сетевики предложат нам двадцатку!

— Погодите! — Он лихорадочно затыкал по незримому интерфейсу и наконец с победным видом выдал: — Двадцать одна! С половиной!

— Не, не покатит. Предложил бы сразу, согласились бы, а так двадцать шесть, не меньше.

Интересно, как наши потомки лечат зубы? Парень скривился, а до меня отчетливо донесся скрежет зубов. Что жадность с людьми делает.

— Меня босс прибьет! Мы сами не больше сорокета за них выручим… — Поняв, что сболтнул лишнего, парень неловко хохотнул. — Да и то вряд ли! Хорошо если в ноль выйдем!

— Короче, нет у меня времени с тобой спорить. Тридцатку гони, или мы пошли, — проявила снисходительность Роуз.

Никогда не любил торговлю, так что пока Роуз с Севой спорили, достал одолженный у девушки смартфон и залез в сеть. Пора наконец узнать, куда нас занесла судьба.

Я аж дар речи потерял. Несколько раз сверился с заметно изменившейся картой мира и… сомнений не оставалось. Я находился в Минске, который теперь назывался Менск. Столица отдельной белорусской автономии в составе империи Терры, которой правили корпорации. У меня чуть мозг не вытек через уши в попытке осознать кривой поворот истории.

Как выяснилось, город делился на три зоны. Склады, промышленные предприятия, территория банд, трущобы и дешевое жилье, где мы сейчас находились, относили к красному секторы, который занимал все окраины.

Полиция здесь в основном следила за массовыми беспорядками и выезжала на вызов граждан с оплаченной подпиской и страховкой. Нет, если на нас напали бы под камерами, они бы вмешались, чтобы не получить втык от правительства, поэтому следилки предусмотрительно оставили на центральных улицах, у блокпостов и на выездах из города, убрав из трущоб.

К желтому сектору относилась большая часть города. Банки, филиалы слабых корпораций, офисы компаний поменьше, айти, правительство, полицейские участки, ангары для дронов, жилье среднего класса. Здесь тебе и торговые центры, и клубы, и больше камер, и патрули, и нормальная еда. Попасть в желтый сектор было мечтой большинства жителей трущоб, которая жестко отсекалась денежным барьером. Жить там было весьма дорого.

В зеленом секторе в самом центре города, окруженном двойной стеной, патрулями дронов и автоматическими турелями, располагались головные офисы основных корпораций из топ-100 и дома сотрудников высшего звена. К их услугам зеленые газончики, искусственное солнце и развлечения на любой вкус. Причем, как я понял, самые богатые вообще жили в небе над облачной завесой или на берегу белорусского моря.

Да, я не ошибся, примерно в пятидесяти километрах к западу от Менска простиралось настоящее море, возникшее в ходе последней Великой Войны. Корпораты не могли не воспользоваться подвернувшейся возможностью, изменили береговую линию, насыпали белого песка и оборудовали там шикарные курорты и жилье для топовых корпоратов. Благодаря технологиям управления погодой там всегда светило жаркое солнце, иногда прерываемое прохладными дождиками «для освежения».

Честно говоря, было больно видеть, во что превратился мой любимый город. Да, он был неказистым, зато безопасным и процветающим, а теперь я словно очутился в гребаном гротеске. И при этом он до сих пор считался одним из лучших городов для жизни! Что же тогда в остальных происходит?!

Не, в пень, мне нужно время, чтобы все переварить. Убрал смартфон и тупо вперил взгляд в постер с полуголой девицей за спиной Севы. Совершенно неожиданно в голове что-то щелкнуло, и я вспомнил свой домашний адрес, район в самом центре желтой зоны. А еще пришла уверенность, что о берлоге Эндрю никто не знает. Отлично! Вот и нормальное убежище взамен квартирки подруги Роуз.

— Чао, красавчик! — Роуз послала зардевшемуся Севе воздушный поцелуй и поспешно взяла меня под локоток, выталкивая из ломбарда.

Из помещения с сухим, но чистым воздухом мы вышли во влажную духоту с жестким привкусом машинного масла. Скажу откровенно, было не очень приятно. Понятно, почему большинство ходит в фильтрующих масках. Определенно нужно купить себе такую же.

— Эндрю! Да здесь же двадцать восемь штук! Поверить не могу! — Роуз радовалась, как ребенок. — Сейчас переведу тебе… а… — Она потупила взгляд и спросила тише: — Сколько ты мне оставишь? Я ведь тоже работала.

— Потом разберемся, — отмахнулся я. При исследовании интерфейса я обнаружил еще одну занимательную вещь — вход в банкинг по биометрическим данным и сумму с зашкаливающим числом нолей на собственном счете. Классно, конечно, но вызывает очень много вопросов. Например, какого хрена я мусорщик?! — Я тут нашел адрес своей квартиры. Пересидим там.

— Гавел в первую очередь пойдет туда, — не согласилась девушка. — Слушай, я понимаю, ты сделал всю работу и я здесь так… просто скажи, сколько мне причитается. Я хочу перевести платеж хирургам…

— Разберемся в безопасном месте. Не люблю обсуждать на улице денежные вопросы. А по поводу Гавела не переживай, он не знает о моем убежище, гарантирую.

Девушке приведенного аргумента хватило. Убежище находилось в другом районе, и пришлось топать до него пешком, чтобы не светиться на камерах во флаерах. Чуть отойдя от новости об адресе моего попадания, я засыпал Роуз вопросами об устройстве этого мира и глазел по сторонам.

Да, мы путешествовали по трущобам, к тому же лил дождь, но посмотреть было на что.

Огромные здания, на фоне которых небоскребы прежнего мира казались зубочистками, пронзали небеса. На идеально отполированных стенах расцветали тысячи искусственных огней, разгоняя туман складываясь в эффектную видеорекламу. В небе то и дело пролетали сверкающие флаеры богатеев и тяжело груженные рудой грузовики. Всюду горели неоновые огни и играла навязчивая музыка.

— Ты голодный? Я готова шмяка сожрать!

Роуз потянула меня к невысоко левитирующей машине, что-то вроде летающей кухни, окруженной стойкой с привинченными стульями. Меню и надписи на щитах — сплошь иероглифы, но стоило посмотреть на них, как интерфейс тут же перевел с неоазиатского. Да уж, китайская кухня воистину бессмертна.

Мы разместились у небольшого круглого столика без стульев. Ну, меня фастфудом не удивить, чем я только в институте не питался. Когда нам подали еду, Роуз тут же набросилась на лапшу в картонном стаканчике и блаженно закатила глаза.

— Как же я это обожаю, — простонала она. — После такой удачной халтурки можно себя и побаловать!

Не знаю, чем там наслаждалась Роуз, по мне, поданная нам лапша была на вкус как бумага с разбавленным соевым соусом, еще хуже наших стандартных бичпакетов и уж тем более космически далеко от корейских рамэнов. Если это для нее деликатес, чем же она вообще питается в обычной жизни? Вместо так называемых «кусочков морепродуктов» с тем же успехом могли порезать шину… возможно, производитель так и сделал. Я с трудом заставил себя опустошить тарелку, все же не ел довольно давно и после всех этих погонь, сражений и бурной ночки требовалось срочно пополнить запасы энергии.

— Как хорошо поесть от пуза! И не эту порошковую хрень! — Роуз пила какой-то коктейль, через широкую трубочку постоянно залетали маленькие желейные шарики. Я выбрал зеленый чай, и вот он внезапно оказался вполне неплох. — Так лень куда-то топать! Может, хоть на метро поедем?

Эта идея мне не нравилась. Насколько я помнил, там стояли продвинутые сканеры лица, и их не обмануть обычным прозрачным капюшоном.

— Пока вся ситуация не разрешится, лучше не рисковать. Если хочешь, давай понесу тебя. — хмыкнул. Лично я вообще не чувствовал усталости и был уверен, что смогу и не такое. На вид Роуз почти ничего не весила, а до квартиры всего пятнадцать кварталов.

— Не шути так… — густо покраснела Роуз и потянулась, отчего майка туго натянулась, снова привлекая мое внимание. Интересно, теперь всегда так буду реагировать? Я, конечно, не против, но так недолго заработать косоглазие, ну или пропустить что-то важное.

Улыбнулся и, положив ладонь девушке на плечо, развернул ее в нужную сторону. Очень хотелось коснуться ниже, но я ведь разумный и здравомыслящий человек…

На метро мы, конечно, не поехали, зато я заказал премиальное такси. Почему премиальное? Память подсказала, что там есть режим инкогнито с отключением камер, и за услугу можно заплатить обезличенным платежом. Это оказалось удивительно просто. Стоило подумать о такой возможности, как передо мной возникло несколько иконок с сервисами такси.

— Такси? Ты с ума сошел? — принялась сопротивляться Роуз. — Это ведь целое состояние!

Решив никак не комментировать протесты девушки, я таки подхватил ее на руки и усадил в приземлившийся флаер.

Путь до моей квартиры прошел без приключений. Жил я в довольно непримечательном доме этажей так на тридцать в стиле старой Америки. Не абсолютный монолит, как большинство построек в квартале, а с окнами, несколькими выходами и пожарной лестницей. Здесь и подвал имелся с выдолбленным мной проходом в канализацию. Память прежнего владельца возвращалась рывками, реагируя на разные триггеры.

Кажется, квартиры здесь снимали в основном работяги с шахт. Они не любили соседства с бандитами. Бандиты к ним тоже не лезли, полиция в желтом секторе работала гораздо лучше, чем в красном, да и деньги у шахтеров водились, и в обиду они себя никогда не давали. Интересно, что они вообще добывают?

«Особые минералы, возникшие на месте ударов протоплазменных ракет, — услужливо подсказала память. — В основном работы проходят в подводных шахтах на большой глубине, смертность более шестидесяти процентов, автоматизация невозможна из-за помех».

— Я живу на верхнем этаже, — уверенно заявил. — Можем подняться на лифте, камеры на нас не сработают.

Внешне дверь квартиры ничем не отличалась от остальных, но это внешне. Она была защищена гораздо лучше, чем мог похвастаться несчастный ломбард. Вон и скрытые ниши для турелей, усиленные плазменные заряды превратят нарушителя в решето, пробив индивидуальные барьеры до третьей категории защиты включительно.

Роза вопросительно смотрела на меня, не понимая, чего я вожусь, но я не обращал на нее внимания.

Постучал по двери костяшками пальцев. Из такой же стали отливали корпусы военных кораблей. Я ни с чем не перепутаю этот звон, хоть и ума не приложу, где раньше слышал подобный звук.

Встроенные в генератор силового поля аккумуляторы выдавали щит, достаточный для сдерживания ракеты. Кроме материала, в двери присутствовала тройная степень защиты — биометрия, кровь и код. Спасибо, что не слепок хранилища души, что-то я не уверен, что его нынешнее содержание совпадает с изначальным владельцем. Может, это не квартира Эндрю, а сейф? Хорошо, тогда другой вопрос: где он живет?

Когда дверь бесшумно отъехала в сторону и мы вошли внутрь, Роуз восхищенно присвистнула и села прямо на пол. На нее смотрел Миротворец — элитный механический боец империи Терры. Для обычного человека повстречать его означало только одно — смертельные неприятности.

Глава 7

— Охренеть ты тут устроился, — протянула Роза, медленно обходя полный комплект брони Миротворца, заключенный в стеклянный цилиндр. — Неужели он настоящий?

— Понятия не имею, — честно ответил. — Может, мне нравилось собирать реплики?

— И хоромы просто гигантские. Никогда таких больших квартир не видела…

— Здесь несколько квартир объединили, — тут же вспомнил, как нелегко было тайно выкупить их у владельцев и сносить стены под генератором тишины. — Повезло.

Роуз права, жилье у меня просто закачаешься. Полторы сотни метров, обставлено по последнему слову техники. Скрытые экраны, необработанные бетонные стены, винтажная мебель в стиле лофт. Особенно мне нравился огромный кожаный диван в окружении пушистых белых ковров вокруг стеклянного стола перед метровым ретро-экраном. Там же валялись подушки и пледы, видимо, главное спальное место.

А еще я знал, где встроены генераторы силовых полей, обустроены бронированные и эвакуационные капсулы и видел сразу семь специально оборудованных укрытий для мгновенной организации огневой точки. К слову, там даже оружие было.

— Какой удобный! — Роуз с разбега прыгнула на диван и тут же завернулась в пушистый серый плед. — Настоящий! Я только раз такой видела.

— Что значит настоящий? — спросил я, внимательно оглядываясь по сторонам.

— Настоящий, из ткани, а не из переработанного пластика, из которого делают всю мебель и одежду.

Я оглядел свой комбинезон. На вид обычный хлопок. Поборол в себе желание потрогать плед. Если это она считает пластиком, то из чего же должно быть сделано покрывало?

— Нас, простых работяг, абы чем пичкают, — пожаловалась Роза.

— Скажешь тоже, простые работяги. — Как завороженный я медленно вел ладонью по пустой стене, будто много раз до этого делал так же. Здесь точно что-то есть…

— Между прочим, у меня есть нормальная работа! Просто я сейчас несколько отгулов взяла, чтобы дело провернуть. — Девушка повернулась на живот и хитро посмотрела на меня. — Эй, красавчик, чего такой задумчивый? Не хочешь поразвлечься?

— Всегда хочу! — рассеянно ответил. — Только проверю одну вещь…

Ладонь ушла под качественную иллюзию. Я ощутил холодное касание сканера. Монолитная бетонная пошла рябью и исчезла, открывая еще одну комнату.

— Ого! — восхищенно присвистнула Роуз. — Да здесь на целую армию хватит!

Арсенал, иначе и не скажешь. На всех трех стенах не оставалось свободного места от оружия. Футуристичного вида штурмовые винтовки, снайперки, пистолеты, дробовики, гранатометы и ракетометы. На столах под ними обычные пистолеты и ПП, плазма, лазерное оружие, гранаты и взрывчатка на любой вкус. В шкафах и незаметной кладовке в углу контейнеры с боеприпасами. Там же лежал маскировочный разведывательный костюм. Хватит на небольшую войну.

Я точно знал характеристики каждого ствола, в каких ситуациях и против каких врагов их лучше применять. Всевозможные способы убийства разумных и не очень бурным потоком хлынули в многострадальный мозг. Я схватился за адски гудящую голову и сел рядом с Роуз, которая тут же обняла меня со спины.

— Я вообще не представляю, с кем связалась, — жарко выдохнула девушка мне в ухо. Мягкие руки требовательно надавили на грудь, и вот она оказалась сверху, ловко стянув с меня штаны. — Но мне нравится!

Я, признаться, не сопротивлялся. Голова гудела, и это, похоже, был лучший способ расслабиться и сбросить напряжение.

Когда Роуз вконец обессилела и я с трудом нашел в себе силы оторваться от ее изможденного, обильно покрытого потом тела, ко мне вернулась ясность мыслей. Нельзя поддаваться панике! В конце концов, я ведь ученый! Думаем, раскладываем по полочкам и ищем варианты. Заодно приготовим поесть. С таким состоянием у меня в холодильнике наверняка не бумага и порошковый концентрат.

— Ванная за той дверью, можешь помыться. Шампунь бери, какой хочешь.

— Что ж ты раньше молчал?! — Усталость с девушки как рукой сняло. Она в чем мать родила бросилась к указанной двери и уже изнутри раздался восхищенный визг. — Настоящая ванна! С пузыриками!

Я быстро воспользовался душем в гостевом санузле (мытьем с Розой в джакузи рисковало затянуться) и полез в холодильник. На взгляд человека из моего времени там не нашлось ничего особенного, но кто знает, возможно, для местных аборигенов это верх роскоши. Отточенными движениями бросил в мгновенно нагревшуюся сковороду сразу две пачки бекона, через минуту добавил десяток яиц и потер сыра. Засветившимся голубоватым свечением ножом нарезал хлеб, сразу поджарив его до хрустящей корочки, и щедро намазал масла с джемом. Пить обычную воду не хотелось, чая у Эндрю не оказалось, так что пускай будет кофе со сливками, заодно взбодримся. Роуз вышла из ванной как раз, когда я поставил тарелки на стол перед диваном.

— Ого! Какой пир! Я запах из-за двери почувствовала! — Девушка обернулась в короткое полотенце, слабо скрывающее ее аппетитную грудь и гибкое тело. У меня сразу проснулся совсем другой аппетит… Это вообще нормально? Мне порой кажется, что я вообще ни о чем другом думать не могу. — Погоди, тигр, давай сначала поедим!

Я молча кивнул и включил какой-то музыкальный канал, смотреть новости не хотелось. Под быстрые разноцветные вспышки и танцующих хромированных роботов я быстро закидывал в себя еду и размышлял обо всем и ни о чем. Роуз же смаковала каждый кусочек, бросая на меня странные взгляды.

— Ты так ешь, словно для тебя это привычная еда.

— Вероятно, — пожал плечами. — В холодильнике больше ничего не было, не считая непонятных блестящих пакетов без надписей.

— Пищевой концентрат, — со знанием дела вздохнула она. — Дрянь редкостная, но что поделать, корпораты не нашли способа обходиться без еды.

Я промычал что-то неопределенное. Не до обсуждения пищевых привычек.

Отбросим на мгновение факт, что я переместился в будущее. Роковая случайность или новогоднее чудо? Хрен знает.

Сейчас главное — личность моего носителя. Мусорщик Эндрю явно не тот, за кого себя выдавал. Имплантов и техники в теле на пять лямов, если верить тем хирургам. Квартира больше напоминает штаб террористической группировки, огромная сумма на счете и способность ломать чужие терминалы. Кто я? Секретный правительственный агент? Наемный убийца? Нерд-миллиардер? Найти бы какой-нибудь дневник…

— Роуз, мне все же нужна твоя помощь, — наконец произнес я. — Пора навести в порядок в голове.

— Конечно! Я как раз закончила! — Девушка ловко отправила в рот последний кусок бекона (с моей тарелки!) и вскочила на босые ноги. Полотенце неловко соскользнуло на пушистый ковер. — Мне бы одеться, чтобы не смущать тебя, — хитро произнесла она.

— Не утруждайся, ты меня совершенно не смущаешь, — улыбнулся и откинулся на спинку, любуясь ее фигуркой.

Она плавно опустилась на диван, выгнув поясницу и слегка выпятив грудь. При этом, чертовка, с вызовом смотрела на меня.

Да, пожалуй, стоило попросить ее одеться. Голова вообще перестала работать.

— Если бы ты потеряла память, где бы ты искала информацию, чтобы ее восстановить? — собравшись с мыслями, спросил я.

— В смарте, конечно! — сказала она как о самой очевидной вещи на земле. — Или в нейрочипе, если ты из богатеньких!

— Я уже смотрел его, ничего. Даже гребаной подписки на поисковик нет!

— Ха, пустышка. Такие часто юзают всякие нерды, которые боятся правительственной слежки. Ну, тогда… — Она задумчиво осмотрелась, остановившись на открытой двери в спальню. Девушке определенно понравилась огромная кровать с мягкой спинкой. — Я бы сказала, что такой повернутый на безопасности человек будет работать с защищенной анонимной точки, завязанной на биометрию или отпечаток души. Ищи рабочее место. Я бы тоже помогла, но, боюсь, как бы меня не пришибло какой-нибудь ловушкой.

— Не переживай, система безопасности отключена.

— Тогда совсем другое дело! Давай искать! — оживилась она, дав волю сдерживаемому любопытству.

Чего мы только не нашли, перерывая мою квартиру. Судя по восхищенным вздохам Роуз, Эндрю был коллекционером, который предпочитал исключительно дорогие вещи стоимостью в десятки тысяч кредитов, причем увлекался Африкой. Нам попадались какие-то статуэтки, маски, бумеранги, зубы. Коллекции размещались за тайными стенами подобно арсеналу, и зависли мы там надолго.

Одного не могу понять. Если я такой богатый, какого хрена поперся вскрывать склад? Судя по рассказу Роуз, нам пообещали хорошую по меркам красного сектора плату — десять тысяч на нос, но ведь для Эндрю это сущая мелочь! Должно быть что-то еще!

— Ничего не понимаю, — обиженно надулась Роуз, когда мы обыскали все стены по два раза. — Оно ведь где-то здесь! Я чувствую!

— Возможно, я спрятал его на самом видном месте. — Я посмотрел на стол с тарелками. Одна точка на идеально чистой стеклянной поверхности показалась смутно знакомой. Как в трансе положил туда ладонь и…

Воздух засветился, образуя нечто похожее на повисший посреди комнаты экран. Невообразимое количество световых линий складывались в графики и органы управления. Чем-то напоминало интерфейс Тони Старка из марвеловских фильмов, только невообразимо круче!

— Ты точно нерд! — безжалостно поставила диагноз мусорщица. — Таким старьем лет пятьдесят уже никто не пользуется!

— Значит, его сложнее ломануть. — Позволил мышечной памяти ввести пароль прямо в воздухе и попал в систему. — Отлично. Посмотрим, может, я какой-нибудь дневник вел?

Недолгий поиск с отрицательным результатом. Журналы стирались автоматически, а в закладках только местный и галактический новостные сайты. Переписка тоже девственно чиста, не считая всякого спама про увеличение киберчленов и наследство с отдаленных колоний. Хотя… письма ведь не удаляются сразу, их наверняка хранит почтовый агрегатор. Попробуем написать в техподдержку…

Замученный техник на том конце провода даже не спрашивал мое секретное слово, просто восстановил переписку за последний месяц. Как выяснилось, прошлый я был не слишком общительным человеком, в ящике прибавилось всего три письма, два входящих и одно исходящее.

Первое содержало до боли знакомый символ — азиатский дракон, сложившийся в знак бесконечности и выпускающий пламя. Во втором — место сбора группы и задание по вскрытию склада, подробности по заранее оговоренному плану. Ответное сообщение вообще состояло из одного слова — «ок».

Чертовщина какая-то. Получается у нас есть Рембо затворник, который получает письмо от неизвестного отправителя и срывается грабить склад, не взяв с собой никакого оружия. Последнее, впрочем, объяснимо. Если я правильно понял, у меня отличные стволы встроены прямо в руки, для местных гопников более чем достаточно. Трофейный пистолет Гавела теперь казался детской пукалкой.

— Ой, а что это? — Роуз показала на мигающую в углу точку. Большой плюс — на нее можно нажать! — Твою мать!

Завыла сирена, но не тревожно, а торжественно. С потолка посыпалась блестящая мишура, оттуда же выпал диско-шар, заливший всю комнату сверкающими огоньками. В столе за которым мы ели появилось углубление, из которого торжественно выдвинулся небольшой черный куб.

— А ты знаешь толк в вечеринках! — Игриво покачивая бедрами, девушка подошла ко мне и обвила талию. — Потанцуем, красавчик?

Из встроенных в стену колонок заиграл бодрый рок. В принципе, почему нет?

Само собой, в прошлом мне не доводилось танцевать. Я даже выпускной бал пропустил, был слишком занят очередным экспериментом. На помощь очень кстати пришла мышечная память. Я легко закружил обнаженную девушку в страстном танце, пока ее ловкие пальчики незаметно избавляли меня от одежды.

Не знаю, что именно мы исполняли, не специалист, но получилось просто здорово! Настоящий взрыв эмоций, чувств и искренности. Роза жила текущим моментом, не думая о будущих проблемах, что с учетом тяжелой жизни в красном секторе казалось мне отличной стратегией. Последний аккорд мы закончили страстным поцелуем, и мои руки сами легли на с готовностью подставленную грудь… в общем, к загадочному кубу мы вернулись где-то через час.

Глупо? Это точно, но мне определенно требовалась эмоциональная разрядка. Не каждый день доводится перенестись в далекое будущее из прототипа, выжить в нескольких смертельных драках и попасть в тело настоящего киборга. Странно, что у него член родной… или нет? Твою мать! Секретный модуль, доступ ограничен. Пофиг, раз я богатый, куплю себе полностью натуральное тело со своей настоящей внешностью и перемещусь в него.

В общем, вернемся к загадочному куб. Абсолютно пустые и гладкие черные грани, не считая покрытого золотом логотипа — все того же выпускающего пламя дракона. Вышедшая из душа Роза (девушке очень нравилась безлимитная подписка на горячую воду) сразу узнала его и заметно встревожилась.

— Это принадлежит корпорации номер один, лучше выбрось в мусорку на другом конце города, — напряженно выдохнула она, вытирая волосы свежераспечатанным полотенцем. — Офигеть! У тебя и здесь натуральный хлопок! Кто ты, мать его, такой?

— Сам бы хотел знать, — пожал плечами, продолжая вертеть кубик. — Почему тебе не понравился знак? Чем эта корпорация вообще занимается?

— Буквально всем. Они держат половину рынка продовольствия, развлечения для элиты, стриминговые сервисы, производят все начиная от унитазов и заканчивая смартами и нейрочипами, ну и им принадлежит монополия на производство хранилищ души, но за них платит правительство, и всем гражданам империи они положены бесплатно.

— С последнего и следовало начинать, — хмыкнул я, — Прикинь, какое это могущество!

— Да нет же! Хранилища нельзя взломать! Как и наши интерфейсы! Их защита абсолютна, иначе такое бы началось… — Она осеклась, вспомнив, как я разобрался с Гавелом и копами с доков. — А ты… о боги, с кем же я связалась!

Несмотря на излишне громкое восклицание, девушка и не думала уходить, с удобством устроившись прямо на пушистом ковре. Что ее держало? Интерес? Благодарность? Безлимитная вода и бекон на завтрак? Вероятно, все вместе. И меня вполне устраивало, честный обмен.

Попробовал нажать на драконий нос, палец кольнуло, и капля крови упала на оскаленную морду, заставив глаза светиться. Тут же пришло уведомление о новом сообщении с того же адреса, который выдал Эндрю задание. Сел за компьютер и погрузился в интерфейс. Пустое письмо с вложенным аудиофайлом, звук выводился прямо в голову.

— Привет, Макс. Если ты это слышишь, значит, твоя душа успешно заместила оригинал. Не плачь об Эндрю, он был тем еще говнюком и педофилом. Сейчас я не могу рассказать тебе всего. Если ты хочешь выжить, всегда носи этот куб с собой и жди следующих сообщений. Постарайся никуда не высовываться и не влипнуть в неприятности.

Мда. Мне захотелось что-нибудь сломать. Громко, с треском, чтобы пыль и обломки разлетались во все стороны. Мое чудесное воскрешение отнюдь не было случайностью, я попал в чужую игру. Нет, я не наивен, шансы на отсутствие злого умысла стремились к нулю, но никто ведь не запрещал мне надеяться на новую свободную жизнь…

Следующим желанием было отправить куб в дробилку. С моими деньгами и навыками я могу скрыться где угодно и хрен кто найдет. Только не было никакой гарантии, что в меня не встроили какую-то следилку, которая уничтожит в случае отказа или при переносе в другое тело. Точно, нужно поискать соответствующего спеца. Обратиться в белую клинику? Или к черному хирургу? А нафига я вообще гадаю? У меня ведь есть проводник!

— Слушай, а если я захочу сменить тело на другое, надежное и не афишируя это, куда мне лучше обратиться? Вряд ли они просто так в магазинах продаются.

— Ну вообще как раз продаются. — у Розы по непонятной причине резко упало настроение. — Если кредиты водятся, можешь просто слетать в ближайший центр корпорации, которая больше нравится, и выбрать прямо с витрины. За доплату сделают тебе полную анонимность сделки.

— И что, я могу просто так совершить какое-то преступление, банк там грабануть, купить новое тело и скрыться? — недоверчиво спросил у нее.

— Нет, конечно! — Она посмотрела на меня, как на идиота. — Слепок души-то не изменится! Попадешь под сканер — и хоть двадцать тел поменяй, тебя все равно найдут рано или поздно.

В голове тут же всплыли чужие слова: «Твоя душа успешно заместила оригинал». Для этого мира я был новорожденным и ни в чем не замешанным человеком. Хоть какой-то плюс.

— И чем они отличаются? Корпорации, которые продают тела.

— Специализациями. «Афина», например, создает лучшие выращенные женские тела. «Секонд Лайф» забирает оболочки за долги, дает взамен всякий старый хлам и продает нормальные в несколько раз дороже. «Фасилессы» продают стандартизированных клонов. Тела у них нормальные и дешевые, но такие лица могут носить тысячи людей. Зарабатывают в основном на индивидуальных догонках.

— Отлично, мне нравится последний вариант. Одевайся, слетаем к ним.

— Хочешь сменить оболочку? — Вот теперь девушка реально удивилась. — У тебя же крутое тело! Апгрейдов на несколько миллионов!

— В гробу я их видел! Кто знает, может, у меня внутри бомба тикает. Не, новую жизнь лучше начинать с чистого листа, во избежание. — Я слишком поздно подумал, что в меня могли вживить подслушивающее устройство и заодно джипиэс датчик или чем там сейчас местоположение отслеживают. Иначе как еще можно было объяснить резко завывший сигнал тревоги?

Глава 8

Увиденное на полупрозрачном экране мне совершенно не понравилось — в здание заходили закованные в техногенную броню солдаты. Их костюмы казались круче полицейских, а линии светились желтым вместо красного.

Знание всплыло само собой — преторианцы. Элитные наемники, лучшие из лучших. Принимают заказы исключительно от корпораций «золотой сотни». Берут за свои услуги горы денег, предоставляя заказчикам полную анонимность и максимальную эффективность. У меня не оставалось сомнений, куда именно отправится отряд из десяти рыл. До жаркой встречи с гостями у меня оставалось чуть больше минуты, если они воспользуются лифтом… твою мать! Не повезло, по лестнице побежали, а часть вообще по наружной стене.

— Роуз, кажется, сейчас будет жарко. — Я ударил ладонью по воздуху, сворачивая экран, параллельно натягивая треники. Почему-то не хотелось светить достоинством перед чужаками, пусть мне и придется их убить. Повинуясь мысленной команде, в ближайшей стене отошла скрытая дверь. — Эта капсула выдержит ядерный взрыв. Если завалит обломками, ИИ включит буровую машину и вытащит тебя наружу через сутки. Дверь откроется сама. Сиди тихо и не бойся. Если справлюсь, достану тебя раньше. Если нет…

Натянул на себя рубашку и дал задание боту переводить на ее счет по девяносто девять тысяч каждый месяц, чтобы не возбудить полицейских ботов.

— Навара с хабара должно хватить, чтобы хирурги дали тебе еще время. Через пару дней получишь перевод, закроешь долг до конца и заживешь спокойно. Ни о чем не беспокойся.

— Ты сдурел?! — Непонятно, что из моей быстрой речи поняла растерянная девушка, но ее изумрудные глаза метали молнии. — Ты же говорил, что не бросишь меня?!

— Нас сейчас атакуют преторианцы! Знаешь, кто это?! — Закончив одеваться, бросился к арсеналу, поглядывая на камеры. Жаль, поздно вспомнил, что установил на лестницах управляемые мины, чужаки успели перескочить через опасные зоны.

— Вместе вмазались, вместе и вымажемся! Дай мне какой-нибудь ствол и покажи, где укрыться! — Девушка не спешила одеваться, видимо, приличия ее волновали куда меньше. Настоящая амазонка! Пусть и пахнет клубничкой…

— Ты не понимаешь, они гораздо опаснее Гавела или хирургов…

— Плевать! Думаешь, жизнь в красной зоне — это детская прогулка? Я привыкла к опасностям. Все, хватит спорить! Я не пойду в эту капсулу, а они уже поднимаются! Говори, куда мне вставать!

Да уж. Посадить ее силой? Не вариант, слишком мало времени. Остается надеяться, что ее не убьют.

— Возьми в арсенале разведывательный костюм, в нем есть индивидуальный генератор маскировочного поля. Живо надевай его, хватай тот бластер и прячься за стойкой, она бронированная.

Десять секунд, девять, восемь, семь… Лихорадочно схватил любимый автомат, прицепил пояс с гранатами и пару индивидуальных щитов. Очень жаль, что не успею залезть в Миротворца, в нем я бы раскидал преторианцев, как щенков.

Шесть, пять, четыре…

Занять позицию сбоку. Напротив входа возникла иллюзия вооруженного меня. Отлично, примет на себя первые выстрелы, успею снять парочку врагов еще до начала настоящего боя.

Три, два, один…

Взрыв.

Преторианцы ожидаемо не церемонились. Мою мегабронированную дверь из сплава для космических кораблей они пробить не смогли, зато зайти в соседнюю квартиру и пробиться прямо через стену — за милую душу. Ну не мог я скрытно опоясать всю квартиру бронированным поясом, слишком заметно! К счастью, Эндрю предусмотрел такой исход как наиболее вероятный, и моя собственная система защиты активировалась согласно первому протоколу.

На головы нападавших обрушились пули и потоки плазмы из потолочных турелей, из стен полетели электрические сети, опутавшие нескольких противников по рукам и ногам, окна закрыли глухие «жалюзи», отрезав наружное подкрепление. Любых других наемников автоматика бы остановила, но не элитных преторианцев — пораженные упали на пол, открывая линию огня для остальных. Их совершенные сканеры легко различили нужную цель через дымовую завесу, и в мою иллюзию обманку полетели плазменные заряды, отлично!

Высунулся всего на несколько мгновений и дал точную очередь. Специально бил в неудобную цель, чтобы они подумали на другое укрытие. Пули срикошетили от шлема, ослепив и оглушив одного из преторианцев, второму удачно попал в визор, оборвав его связь с оболочкой. Минус один.

Никогда не доверял плазме. Усиленные вибраниумом пули считались менее эффективными, но, как по мне, нет ничего лучше кинетической энергии. Даже если не пробивать защиту, рано или поздно человек внутри превратится в кровавый фарш.

Преторианцы действовали старомодно, заливая все плазмой. Моя следующая очередь прервалась их ответным огнем, меня наконец обнаружили. Паршиво, я успел убить всего двоих, еще один ранен, итого четверо на одного.

Роуз, о которой я совершенно позабыл, подгадала удачный момент и долбанула бластером в корпус преторианца. Чувак вылетел из-за колонны, за которой он прятался, как ядро из пушки, угодив в санузел. Чтобы он там не скучал, следом швырнул гранату. Эх, жаль, девушке очень нравилась моя ванная. Еще один взрыв, и их осталось трое.

Выжившие перегруппировались и отошли к квартире, в которую вломились. Они попытались запустить дроны, чтобы уравнять шансы, но в мою систему защиты входила мощная глушилка, перекрывшая весь диапазон. Бронелисты, за которыми прятались мы с Розой, отлично сдерживали выстрелы преторианцев, гранаты перехватывались встроенными в стены «сороками», реагирующими на движение. Охренеть у меня здесь защита! Да кто вообще Эндрю такой?!

Я совсем позабыл об оставшейся снаружи троице. Не сумев взломать решетки, они проникли на крышу и теперь пытались пробить потолок. Он, конечно, тоже был бронированным, но не настолько. Расширяющиеся линии плазменных резаков указывали, что пора ускоряться.

В голове вспыхнули привычные расчеты — если запущу еще одну иллюзию-обманку к эвакуационной капсуле, выиграю несколько секунд, чтобы снять еще одного. Затем прикажу Розе высунуться, придется пожертвовать ее оболочкой, зато выбью оставшихся и встречу тех, кто ломится сверху… Ну уж нет! Не собирался я убивать девушку! И плевать, что на самом деле она не умрет. А вдруг в диск попадут?! Другой план!

Очень вовремя вспомнил, что вообще-то я не хладнокровный рэмбо-убийца, а гениальный ученый и крутой хакер. Приказал терминалам преторианцев открыться, и за десять секунд отключил их защиту. Все та же пара строчек кода… тот, кто создавал общую систему, тот еще ламер. Почему программисты так деградировали в будущем?

Ого у них имплантов! Гавел ни в какое сравнение не шел, да и я казался бедным родственником. Титановые позвоночники, руки и ноги заменены на усиленные протезы, в голове настоящие тактические компьютеры. Интересно, они вообще дышать смогут, когда я их вырублю? Ну, сейчас проверим!

Отдал команду и отключил их системы. Мля! Стереть записи с визоров не вышло, они сразу переправлялись на спутник, оттуда на другой, третий, и следы терялись далеко в сети. Драгоценное время упущено, следов не найти. Кто-то меня переиграл!

— Уф! Как мы их, а?! — радостно и чуть истерично рассмеялась Роза. Девушка в облегающем комбинезоне разведчика (он умел сливаться с местностью и генерировал помехи для радаров) убрала со лба слипшиеся волосы. — А чего сразу их не вырубил?

— Забыл, что могу так. Не привык еще. — Что нас подслушают, не боялся, всю передачу данных на сервера преторианцев выключил первым делом.

С тоской осмотрел разгромленную квартиру. Прощай, план тихо отсидеться, да и нравилось мне здесь. Обстановка вполне в моем вкусе.

— Собирай вещи. Еду, несколько стволов, боеприпасы, — скомандовал пытающейся перезарядить бластер девушке. — К этим хренам скоро пришлют подкрепление, эвакуируемся.

— Сделаем, босс! — с самым серьезным видом кивнула она и направилась к холодильнику.

Я же быстро переоделся, с сожалением посматривая на Миротворца. Нельзя брать его с собой, слишком приметный. Пара плазменных пистолетов (да-да, я за кинетику, но энергоячейки у них занимают гораздо меньше места), свежая неприметная одежда и маскировочный плащ. В последнюю очередь подошел к коротнувшим преторианцам. Они ни под какими пытками не выдадут заказчика (репутация фирмы дороже всего), зато их можно купить (деньги им еще дороже).

— Сэкономлю вам шестьдесят миллионов, не добивая пленных, плюс позволю забрать костюмы павших, если назовете задание и заказчика. — Открыл канал связи командира и обратился к его боссам-корпоратам. Он, как и положено любому уважающему себя ветерану, прятался за спинами рядовых. — Двадцать секунд на принятие решения.

— Первая корпорация, кто-то из руководства. — Шлем командира раскрылся, открывая неестественно бледное лицо. Расширенные зрачки полностью закрывали радужку покрасневших глаз. — Целью задания является черный куб восемь на восемь сантиметров, на одной из граней высечен золотой азиатский дракон, запатентованный символ корпорации. Приказано захватить его и доставить заказчику любой ценой. Свидетелей не оставлять.

— Ко мне лично какие-то претензии есть? — Да, я всерьез задал этот вопрос тому, кто буквально минуту назад пытался нашпиговать меня плазмой.

— Если не поступит уточнение заказа, претензии отсутствуют. От лица корпорации «Пятый Рим» приносим извинения за доставленные неудобства, кому бы вы не служили. — Он говорил идеально ровным тоном с ноткой официальной доброжелательности. Интересно, долго перед зеркалом тренировался?

— Сам бы хотел знать, — криво усмехнулся в ответ и вернул пистолет в кобуру. Ощутил себя солдатом первой мировой во время рождественского перемирия. Ничего личного, только чужой бизнес. — Ты готова?

— Да! — Роза продемонстрировала взятую из шкафа небольшую спортивную сумку. Она так и не сняла комбинезон разведчика, напялив сверху мой спортивный костюм и новейшие визорные очки за двадцать пять тысяч. — Ничего, что я у тебя порылась?

— Пофиг, все равно здесь все скоро взорвется. После вас…

Краем глаза заметил взволнованное лицо преторианца. Я не спешил возвращать им свободу действий, я же не псих. Про взрывчатку ничего не знал, но совершенно не удивлюсь, если Эндрю заложил мины и здесь. Вполне логично взорвать все после отхода. Забрал со стола злополучный куб и обнял доверчиво положившую голову на плечо девушку. В эвакуационной капсуле слегка тесновато для двоих, зато ее грудь весьма приятно вжимается в меня… да что такое! Почему я постоянно думаю о сексе в любой ситуации? Со мной явно происходит что-то ненормальное.

Отдал команду, дверь закрылась, и мы на огромной скорости ухнули вниз в неизвестность. И, кто бы мог подумать, над нашими головами раздался взрыв, и капсулу ощутимо встряхнуло! Свет выключился, и мы с Роуз оказались в полной темноте, затем резкий удар, я больно долбанулся башкой о потолок, и нас вышвырнуло прямиком в неизвестность.