2075

Глава 1

2075/ЛИФТ ВНИЗ НЕ ПОДНИМАЕТ

ГЛАВА 1.

Эпизод 1. Он

Пыльно. Душно. Массивная тяжёлая дверь, в которую мог бы войти исполин, с шумом закрылась за мной. Я подпрыгнула, но виду не подала. Стук в груди напоминал мне, что я живой человек и имею право бояться. Да, чёрт побери, мне страшно. Но я иду. Наверное, он чувствовал то же самое … Брр.. Мурашки пробежались под курткой. Какое неприятное место.

- Добрый вечер! Мы рады приветствовать Вас в нашем отеле. Вы бронировали номер? - девушка с неестественно симметричным лицом бездушно проговорила фразу, от которой возможно её саму уже коробит.

- Здравствуйте, не бронировала, не смогла дозвониться, а через приложение вас не найти, есть свободные номера?

Девушка смотрела куда-то сквозь меня, а я пыталась понять, это профдеформация сделала из неё такого робота или она роботом и была?

- Есть свободные номера на минус первом этаже, не уверена что Вам там будет комфортно. Может быть Вам поискать другой отель?

- Меня устроит, я ненадолго здесь.

Опять этот отсутствующий взгляд сквозь меня.

- Посмотрите пожалуйста в идентификатор.

Она поднесла к моему лицу сканер.

- Милена Владимировна, 2030 года рождения.

- Да, всё верно.

Мне протянули карточку от номера.

- Приятного отдыха!

Да уж, сервис оставлял здесь желать лучшего. Может, стоит накатать им негативный отзыв? Ахаха. Ладно, где лифт в этом неприветливом заведении?

Я прошлась по полосато-красной ковровой дорожке, которая уводила влево за стойку регистрации гостей. Давно не видела таких старинных интерьеров как было модно в начале нашего века, о таких мне рассказывали мать и бабушка. Повсюду преследовал еще этот тяжелый спертый воздух, какой наверное мог быть только в сигарных клубах.

Нажала на потёртую кнопку, и с грохотом распахнулись двери кабины. В лифте пахло иначе, словно только что до меня ехала женщина, не знающая меры и вкуса в парфюме. Кабину тряхнуло, дав почувствовать всю силу гравитации так, что я машинально схватилась за поручень. В зеркале над ними отражалось моё лицо, но словно его подравняли под стандарты девушки с ресепшн.

Странное ощущение ..

Голова закружилась, и я, пошатываясь, вышла на моём этаже под тот же грохот.

Ух, непривычно это. Наше поколение привыкло к другим магнито-левитирующим механизмам. Моя племянница, наверное, сейчас пищала бы от восторга и вела отсюда стрим, у молодёжи тренд на все из нулёвых.

Эпизод 2. Серапеум

Солнце шло к закату где-то за морем, отражаясь от белых зданий города и ослепляя через очки. Нагретые им камни чувствовались через подошву. Город на холме только начинал оживать ближе к вечеру. Издалека доносился шум транспорта. В районе раскопок Ком-эль-Дека, который находился не так далеко от возвышающегося храма Сераписа, люди копошились как колония муравьев. Территория между современными кварталами была огорожена и раскопана. Кто-то бегал со свёртками бумаги и что-то сверял. Кто-то на бегу ел из пластиковых контейнеров, параллельно эмоционально что-то выкрикивая в рацию. Отовсюду звучали разные акценты, превращаясь в единый неразборчивый гул.

Женщина в шортах и льняной рубашке присела на большой камень, сняла шляпу и бросила её рядом. Волосы под шляпой вспотели, хотелось под душ и пить.

- Do you need … эмм, ти русская, да? Я не так давно работать на раскопках в России, в 98-м. Немного помнить язык. Пит хочешь? - фигура заслонила её от солнца и протянула бутылку с минералкой, это была симпатичная азиатка. За 3 месяца работы женщина не встречала её здесь, хотя работали ребята из разных стран, постоянно кто-то приезжал и уезжал, неудивительно. - Спасибо! - сказала она, откручивая плотную крышку литровой бутылки. - Ты откуда? Недавно приехала сюда?

- Бангкок, давно, еще до твоей группы приехать. Я нашла что-то эмм.. странное у залива, но не знать с кем посоветовать.

- Обратись к руководителю своей группы.

- Не могу, нужна ти … Ти понимать.

- Не особо врубаюсь, почему именно я, но ладно. Давай вечером пройдемся по набережной, пропустим по бокальчику, мне точно надо расслабиться - сказала она, протягивая обратно воду.

Шляпа упала на песок, и пришлось нагнуться, чтобы её поднять. Когда девушка встала с камня, тайки рядом уже не оказалось. "Хм, странная она. Ну ладно, мы - археологи все с прибабахом. Бывает". Пока думала эту мысль и вспоминала своих коллег, она не заметила как прошла по деревянным настилам к чудом хорошо сохранившейся голубой мозаике римских терм. "Умели же тогда строить!" - пронеслось восхищение в русой голове. Археологи уже много лет работали на этом участке со слоем Птолемеев, пройдя ещё в 70-х османский и византийский слои с их огромным количеством строительного мусора из деревянной трухи, кусков известкового раствора и перегнившей органики. Птолемей казался ей куда интереснее: эта черная супесь с осколками обожженной глины, спрессованного папируса, диковинными стёклами и черепками из керамики с орнаментом. Всё наводило на мысли, что человечество могло быть тогда на пике своего цивилизационного развития, возможно даже покруче, чем сейчас.

От земли веяло такой контрастной после египетского зноя прохладой и покоем. Клонило в сон. Александрия вообще был своего рода "исторический биг-сэндвич", мечта любого специалиста по раскопкам. И Аня прыгала до потолка, когда её отправили от университета присоединиться к команде полячек. Она с детства болела Александрией, а теперь вот получила возможность прикоснуться к ней рукой. Ну не чудо ли?

Она опустилась на корточки, погладив эту черную холодную супесь. Невыносимо закружилась голова, заложило уши. Стало не по себе, затошнило. На секунду увидела высокую тень слева. Но как назло, вокруг не было ни души. Группа ушла перекусить.

"Наверное перегрелась".

Эпизод 3. Блокнот

Город внизу активно шумел, как бывает обычно летом в центре. Гудели беспилотные такси, подростки гурьбой собирались к арт-кварталу через дорогу, когда-то бывшему промышленной территорией. Видимо там ожидалось мероприятие или очередная забастовка против реновации.

Однако, время в отеле словно застыло в прошлом. На стене тикали часы. Где-то в коридоре гудел механический лифт. В номере пахло деревом и чем-то церковным вроде ладана. Всё казалось очень и очень странным. Отель “Александрия” - вообще был один из немногих, кто не поддался прогрессу. Чтобы внутри всё осталось нетронутым с 2010-х, такого Артур ещё не видел.

В последние годы город за пределами исторического центра стал превращаться в лес экологичных башен. Поговаривали даже, что к концу века введут в эксплуатацию фотосинтезирующие фасады и кварталы с искусственной экологией. Смешно. Людям не нравятся эти тенденции, многие стали уезжать в глубинку, где нет вездесущих камер и анализа сетчатки. Хоть и промзоны засадили деревьями, это мало спасало от душного воздуха. Несколько десятилетий среднегодовая температура продолжала расти неумолимо вверх. Реально тянуло сбежать в деревни, благо их оставалось ещё много на просторах громадной России.

Он бросил взгляд на книгу, которая лежала в неплотно закрытом ящике прикроватной тумбы. Ему стало интересно, почему горничная не выбросила вещи прошлых постояльцев. Странный блокнот черного матового цвета с большим цветком лотоса на обложке из кожзама и исходящими от него лучами, пересекающими треугольник, теснёный золотой поталью. Листы были пустыми и пожелтевшими, кроме одного, и как ни странно, предпоследнего. Почерк еле читался. Кто же так пишет, как курица лапой? Хотя сложно писать каллиграфически в эпоху обучения через искусственный интеллект. “Лотос - ключ. Зеркала не просто ...”. Дальше фраза обрывалась рисунком того же лотоса в треугольнике. Еще виднелись следы от клея и оторванной фотографии. Тираж блокнота напечатан в 2013. Давненько.

Часы уже невыносимо раздражали своим тиканьем, не давая сосредоточиться.

Артур решил спуститься в бар и закинул блокнот небрежно в ящик.

Эпизод 4. Новый дивный мир

Я медленно вышагивала по городу. Рюкзак немного давил на плечи. Как же изменилась столица за последние 13 лет, не узнать! Последний раз мы гуляли с ним по этому скверу недалеко от Смоленской. Мы тогда вместе работали в редакции, а потом меня перевели в Петербург. Хм, до сих пор чувствую вкус тех пончиков из старой кофейни, сохранившейся со времён молодости наших родителей.

Это он меня познакомил с другой Москвой, той, которая стремилась удержать и сохранить "настоящесть" аналогового мира. Он знал много таких секретных местечек и дружил с "реконструкторами", гулял с ними по барахолкам и винтажкам. Бабушка мне рассказывала тоже много про тот мир, про плёночные фотокамеры, про видеокассеты, про отсутствие интернета и коммуникаторов. Я завидовала её молодости, точнее завидовала тому что она выросла во всём "настоящем", в свободе. Я же росла в "искусственном". Но мне привили старомодность. К счастью, или не к счастью, да чёрт его разбери. И я пронесла её до собственных седин. Мы с Артуром были в этом похожи. Изгои цифрового мира. Странненькие ребята, тоскующие по временам, когда не родились. Демонстративная нефункциональность тем не менее всё больше становится сейчас трендом наших ровесников. Да и молодёжь туда же. Может и не такие уж мы страненнькие? И раньше действительно было лучше?

Сейчас всё казалось другим, настроили с той стороны реки ещё больше высоток, упирающихся шпилями в облака. На этой стороне хотя бы сохранили исторический облик. Транспорт вот совсем исчез из центра, люди окончательно переместились в подземку, по крайней мере внутри Садового кольца. Только дроны-курьеры периодически нарушали покой своим бесшумным скольжением по воздуху. Меня это пугало.

Весна выдалась теплой. Особенно сегодня. Можно по идее снять куртку с климат-контролем, но рюкзак и так переполнен, не в руках же её тащить. Через метров 800 я сдалась и решила включить хотя бы охлаждение в кроссовках. Солнце припекало. По дороге встретилось несколько пар в винтажных кожанках с МP3- плеерами в карманах, и я посмеялась про себя, наверное экономят на музыкальной подписке)).

Свернула с Денежного переулка на Малый Лёвшинский, а оттуда вышла на Пречистенку. В этих малых переулках Москвы время как будто остановилось между двумя веками. Дорогу шустро перебежал кот, с потрепанным чипом на таком же потрепанном ухе. Он оглянулся на меня, как будто проверял, благополучно ли я перешла перекрёсток следом за ним. Взгляд у кота был словно у повидавшего жизнь мудреца. Захотелось забрать его к себе в Петербург. Но он вбежал в ближайшую пекарню. Его приветливо встретила у дверей девушка, явно ему знакомая. Я успокоилась, животное живёт вполне сытую счастливую жизнь. Да и ещё котов в моём приключении не хватало. Надо было найти Артура.

Где-то здесь, за поворотом, должен был находиться отель. Как назло ещё до перехода отвалился навигатор, и вообще весь интернет. "Что за аномальная зона, чёрт побери", подумала я, снимая наушник. Пока мучилась с поиском сети, мимо проскочил мужчина в синем строгом костюме, так резко, что задел меня плечом, хотя места на тротуаре было достаточно. Причем, я видела его ранее, когда шла в Денежном. Сложно не запомнить такое, людей и так мало в будни на улице, а этот ещё держал у уха старый коммуникатор. Их давно никто не использует.

Мужчина повернулся на меня, как тот кот, и исчез в арке. Может, служба безопасности какого-нибудь посольства, их тут много. Но почему-то мурашки пробежали по затылку. Было необъяснимое ощущение, что попала в неведомый мир. И стала постепенно осознавать, что имел ввиду Артур, когда отправил мне то сообщение.

Я глубоко втянула воздух, приправленный бетоном с пыльцой цветущих каштанов, и шагнула в ту же арку. Ха. Вот и "Александрия". Возвышающееся во дворах здание советского конструктивизма выступило мне навстречу каменным исполином, от которого веяло холодом и сыростью. Задрав высоко голову, я попыталась рассмотреть верхние этажи. Ни единого движения. Плотные шторы занавешивали абсолютно все оконные проёмы, а стёкла не отражали ничего. Даже соседний дом.

Я потянулась к ручке из латуни.

Массивная исполинская дверь подалась с трудом.

Душный спёртый воздух ударил в ноздри.

Дверь с грохотом закрылась за моей спиной.

Эпизод 5. Встреча

Археологический городок вечером гудел словно улей. Почти вся разномастная команда, кроме местных, снимали апартаменты в Гумруке. Дёшево, да и до Ком-эль-Деки было недалеко, около получаса пешком. На транспорте по этому пеклу ездить было невыносимо, а вот неспешно прогуляться самое то. Аня и в Москве любила ходить пешком, особенно по центру. Столько красоты можно заметить, столько отголосков прошлого. Но люди почему-то любят спешить, смотреть исключительно себе под ноги и не замечать посланий предыдущих поколений по сторонам улиц. Предпочитают в своей суете не видеть трудов архитекторов и скульпторов, отделочников и других мастеров, которые на века создавали монументальное для потомков.

В Гумруке отсутствовал напускной туристический лоск, который так раздражал тех, кто привык работать с куда более ценными "сокровищами", чем щеголяние брендами. Шумы и запахи этого аутентичного района погружали в особое состояние. Квартира Ани находилась на 4 этаже обшарпанного дома в глубине улицы. Она делила её с двумя девушками из Варшавского университета. По соседству жили ещё ребята из её университета, а также группы из Италии, Великобритании и Германии. Местные наверняка были рады такому регулярному калыму, который приносили толпы приезжих археологов.

Стол в большой гостиной был завален рулонами карт и пачками исписанной бумаги с круглыми отметинами от кружек. Под столом на кафельном полу толпились ящики с глиняными и мозаичными "черепушками". Воздух уже полностью пропитался кофе и старой мебелью, не менявшейся здесь лет 30. Из квартиры коллег напротив тянуло несносно сигаретами. Хорошо, хоть польские соседки не курили. И вообще чаще приходили сюда только спать, собственно как и Аня. Иногда гудели всей ватагой на Корнише, а потом до глубокой ночи переписывали полевые дневники, и кое-как спали, в духоте, под работающий через раз кондиционер, чтобы к 6 утра быть как штык опять на раскопе. Однако, эти тяготы переносились как-то проще. То ли молодость и командная работа, то ли южное солнце, то ли энергия древнего города, то ли всё это совокупно придавало сил.

В квартире было секретное сокровище - выход через крышу на террасу, откуда раскрывался вызывающий экстаз вид на северную часть залива, греческие церкви и минареты. Аня вечерами любила там помечтать о том, как сделает когда-нибудь открытие и потрясет мир. А ещё всё научное сообщество, и о ней напишут в журнале.

Она опёрлась всем весом на перила террасы. Солнце уже окрасило в красно-оранжевый небо над городом. Где-то там, в синей дымке лежал её район раскопок. А внизу ревела мото-движками и воняла бобами та Александрия, которую редко показывали туристам.

Спустилась обратно в квартиру. Спина отваливалась. Сняла с себя пыльную рубашку и встала под душ. Чуть тёплые, как парное молоко, струи воды начали гладить её по русым волосам. Труба недовольно погудела и успокоилась. Аня закрыла глаза. Тело ныло от усталости. Супесь, застрявшая под ногтями, стекала в слив. Перед ней стали проявляться образы: плеск воды, отражавшийся эхом о каменный высокий парапет, громадные колонны обрамляющие со всех сторон просторный зал, в центре которого стоял квадратный альтарь из обсидиана. Откуда-то слева донесся с порывом ветра аромат мирры. Внизу под ступнями выстилалась причудливая мозаика. Чьи-то нежные тонкие руки начали омывать из кувшина её босые ноги. Мимо проскользнула тень и тихо прозвучало: "Сесен".

Она вздрогнула. В ушах зазвенело. Её резко пошатнуло, так, что пришлось опереться руками о кафель на стене и выключить воду. Пульс стучал в висках.

"Точно перегрелась". Быстро переодевшись в лёгкий ситцевый сарафан, она спешно выбежала на улицу. Запах мирры всё ещё её преследовал. Где-то там, вдали, под слоями асфальта в византийских фундаментах возможно и лежала та самая мозаика. Кто ж знает.

Ужинать с тайкой ей уже не хотелось. Но проветриться было необходимо. Дневная жара совсем уползла в море и повисла над ним лёгким маревом среди габаритных огней проходивщих судов. Порозовевший вечерний Корниш гудел. Создавалось впечатление, что сюда стянулся весь Египет. От форта до дворца Монтаза тянулась гряда кафе, пляжей, смотровых площадок, арабских особняков и венецианских палаццо. Катались вальяжно велосипедисты. "Как найти тайку в этом пестром рое? Надо было условиться поточнее" - подумала Аня, подходя к статуе Александра Македонского.

- Тебя что так беспокоить? Лицо нет на тебе - знакомый уже голос даже как-то обрадовал Аню. Одиночество и правда стало ей вредить, вон то галлюцинации, то бессонницы. Может и стоило обзавестись друзьями в этой командировке.

Тайка стояла, укутанная до ног в длинный палантин.

- Всё нормально, немного устала, ещё это дурацкое солнце весь день.

- Нет. Тебя беспокоить другое. Я видеть.

- Что ты там хотела мне показать?

- Потом - это слово она сказала так чётко и без акцента, что девушка безмолвно опешила.

Дальше до бара они шли молча. Но за вторым лонг-айлендом тайка разговорилась не на шутку. Теперь уже точно без акцента. Впрочем, на уставший мозг Анны коктейль подействовал седативно. Её это перестало удивлять.

- Так, ты утверждаешь, что видела дверь в волнорезе?

- Не в волнорезе как таковом, а там где он раньше был, сейчас торчит в заливе груда камней. Я с французами туда ныряла. Живу кстати с ними же на корабле. Так вот, между камнями какой-то вход. То ли в грот, то ли в какие-то сооружения.

- Ну может быть в затопленные галереи, тут таких множество.

- Нет! - она явно разозлилась, - эмм.., честно сказать, я потом без французов ныряла, хотя меня и отстранили от экспедиции, узнав это. Я заплыла внутрь. Представляешь, там сухо! И сохранился идеально пол из мозаики. И пахнет знаешь так странно, как в старых церквях.

"Миррой", - пронеслось в голове у Ани, и всё вокруг закружилось от этой мысли,- "Второй бокал, наверное, был лишним, надо ловить такси и ехать домой, мне всё это не нравится".

- Почему ты рассказываешь это мне?

- Потому что мой руководитель велел мне забыть всё, что я там видела. И меня отправляют домой раньше окончания контракта. Завтра .. Он сказал, как и ты в начале диалога, что это просто грот. Но ты же понимаешь, что это не так?!

- А что мы можем сделать? Даже если не просто грот.

- Я тебе завтра утром перед отплытием кое-что передам, обещай сохранить это в тайне и провезти с собой. Потом я найду тебя.

- Но я не хочу, чтобы меня арестовали по пути домой за контрабанду.

- Всё нормально. Ты археолог, с тебя не спросят.

- Но почему именно я?

Тайка встала и спешно удалилась из бара.

С моря поднялся ветер.

Эпизод 6. Томные очи

В баре отеля явно экономили на электричестве. Тусклые лампы светили кое-как жёлтым противным цветом, от которого у Артура сразу же заболели глаза и склонило в сон. Но хотя бы тут было тихо, никаких мерзких часов. "Ладно, можно опрокинуть стакан виски, перезагрузить голову, а потом пойду спать", подумал он. Никаких звуков и голосов. Никаких посетителей. Только гудела странная вибрация под полом. Возможно, котельная и прачечная так слышались с минус второго этажа.

Его беспокоило завтрашнее интервью. Даже не так. Его безумно парило завтрашнее интервью. Хотя поверхностно ничего особенного оно вроде не представляло, не у президента же надо брать. Подумаешь, какой-то инженер с французского судна, сопровождал археологов в нулёвых. "Но почему меня так трясёт?" - не утихало в голове. Интуиция подсказывала, что это либо сенсация, либо его затягивают в какие-то мутные схемы.

Господин Феоктистов позвонил ему на прошлой неделе, когда Артур забирал вещи от бывшей жены. Позвонил ни дать ни взять, в тот самый "киношный" момент, когда та кидала на лестничную клетку его любимый походный чемодан, с криками "ну и катись к чертям!". Само собой что ответил тогда господину Феоктистову раздражённый голос, но в процессе диалога голос сменился до удивлённого.

- Поверьте, молодой человек, мне есть что вам рассказать. Я не могу это больше держать в тайне. Мы тогда в Аравийском заливе нашли такое, что могло бы сейчас перевернуть всю науку вверх тормашками! Это немыслимый предмет. И я хочу перед своим уходом успеть заявить о нём миру. Вы понимаете, я стар и болен ..

- Вам нужно это интервью, чтобы увековечить себя в анналах истории либо есть материальная или какая иная подоплёка? - перебил его Артур.

- Молодой человек, обижаете! Я служу науке!

- Этот предмет у вас? Сможете доказать?

- Нет, он сейчас не в тех руках, и вероятно служит большому злу, вместо того, чтобы существовать во благо человечества.

- А нас с вами это "зло" за одно мягкое место не схватит после выхода материала?

- Не беспокойтесь, всё пройдет конфиденциально. Приезжайте в отель "Александрия".

Артур был наслышен об этом отеле, как о месте как раз для подобных "конфиденциальных" встреч. Он был возведён ещё в 1920-х, в нулёвые достроен с 10 до 22 этажей в той же стилистике конструктивизма, но полностью внутри был реконструирован. Формально принадлежал Ассоциации архитектурного наследия. Неформально - некоему частному коллекционеру, бывшему учёному, который сумел, как говорили, "подняться" в конце 90-х на подпольной торговле историческими артефактами. Здесь часто заключали сделки те, кому было важно не оставить цифрового следа. Гуляли даже слухи, что персонал отеля - служащие особых подразделений и их дети. По правде говоря, устроиться туда просто так "с улицы" было невозможно. Артур сам пробивал это год назад, начитавшись городских легенд на каком-то левом сайте конспирологов (там иногда можно было найти ценное для статьи). Не было никакой информации в сети, кроме сайта - одностраничника, и никогда не открывали вакансий на порталах. По звонку в отель он получил тот же ответ - вакансий нет, полный штат. "Окей, допустим, поверим".

Странное местечко. Не то слово.

- Один сюда приехал? - бархатный низкий женский голос вывел Артура из раздумий, он вздрогнул и обернулся. Холодная рука прошлась по его плечам, едва касаясь пальцами свитшота. От холода руки стало не по себе. Девушка обошла его справа и медленно присела на соседний барный стул. Он бегло окинул её взглядом.

Высокая худощавая шатенка в классическом обтягивающем чёрном платье до колен, лицо бледно-болезненное, скулы высокие и выраженные, взгляд отсутствующий, словно ей уже давно всё равно, кто перед ней сейчас восседает на соседнем стуле.

- Лиана, приятно познакомиться! - она протянула ему своё тонкое запястье, обтянутое серебряным браслетом, видимо для поцелуя, но Артур проигнорировал этот жест, обратив внимание на маленький цветок лотоса, выгравированный на браслете.

- А я просто журналист, имён знать не обязательно, наше знакомство скорее всего окажется мимолётным.

- Какой грубый! Фу! Вы так со всеми женщинами общаетесь? Теперь понимаю, почему вы здесь один, - она резко отвернулась от стойки.

- Простите, не хотел обидеть, но в знакомствах я действительно не нуждаюсь, приехал сугубо по работе. И вообще мне пора идти в номер. Буэнас ночес, сеньорита.

Лиана снова повернулась в его сторону и подняла взгляд. Он был уже не пустым. Наоборот, такой горящий и глубокий. Томный, как сказали бы поэты Серебряного века. Казалось, что в её зрачках забегали чертенята. И вдруг она заплакала, громко, навзрыд. Артур ожидал какого угодно исхода, только не такого. Он вообще не знал, что делать и как себя вести, когда женщина плачет. Все бывшие обзывали его бесчувственным куском дерьма в момент расставания. Может, они правы? Хотя вот его коллега Милена была другой. Она никогда не плакала и не обзывала его мудаком. С ней можно было поржать над комиксами, поиграть в старые культовые игры на приставке отца, побродить по винтажкам, а вместо пафосных ресторанов - поесть вредных булок на лестничном спуске к набережной. Жалко, что её перевели в филиал, и предложили возглавить редакцию в Петербурге. "Кстати, как там она? Надо написать" - промчалось в его мыслях.

- Я приехала сюда к клиенту, он снял вип-номер на 22 этаже, всё было сначала хорошо, нуу, как обычно, а потом он достал нож ... Чёрт, не хотела тебе говорить это всё, ты мне реально понравился. Я не хотела чтобы ты всё это знал! - поток повествования Лианы был сбивчивый, с переходом на громкие всхлипывания.

- И что потом? Ты сбежала оттуда? Может полицию вызвать?

- Не надо никого вызывать! Не надо! - она яростно бросила взгляд и схватила его за бедро той же холодной рукой. - Пойдём туда, там все мои вещи. Их надо забрать! Там ценное, деньги и коммуникатор.

- Но это же опасно. Может полиция всё же лучшее решение? Я не супергерой и рисковать жизнью здесь не планировал.

- Он уже убежал оттуда .. я думаю. Пойдем заберем. Я одна боюсь.

Всё внутри Артура задрожало. Ноги буквально вросли в пол и не хотели никуда идти. Он опять посмотрел на эту хрупкую девушку в чёрном платье. Да, работу она конечно выбрала себе не самую благопристойную. Но кто он такой, чтобы судить. Его жизнь заставляла зарабатывать в начале карьеры на всяких заказных статьях, а это не менее омерзительно. Всех по-разному прижимает.

- Ну пойдем. Какой говоришь этаж?

Лиана уже не плакала.

Взгляд её снова превратился в томный.

Эпизод 7. Опасный груз

"Ну и местечко для рандеву она выбрала. Лучше не придумаешь, ей-богу!" - думала Аня, переминаясь с ноги на ногу возле винтовой лестницы, ведущей в какие-то древние катакомбы, в которых александрийцы долгие века находили своё последнее пристанище. "Может, она вообще маньячка какая-нибудь. И вовсе не тайка, а например с Якутии. Ничему не удивлюсь. Уж больно хорошо говорит по-русски. Ха! Как я вообще могу ей верить? Мы знакомы 2 дня. Вот я дура рисковая, конечно .."

- Привет! Получила моё послание с координатами?

"У этой азиатской дамочки явно талант появляться неожиданно, ей только в хоррорах сниматься", - она побоялась, что сказала это вслух.

- Как видишь. Ты, кстати, так и не ответила мне вчера, почему я?

- Давай спустимся пониже, здесь нас могут увидеть.

- Нет, ответь здесь. Хватит уже увиливать!

- Ты всё равно не поймёшь сейчас, мой рассказ покажется бредом. Ты не доверяешь и боишься, хотя я на твоём месте наверное бы чувствовала себя также. Короче, ты связана и с Александрией, и со мной, и с этой штукой гораздо больше, чем тебе кажется, - тайка стала озираться по сторонам, снимая с плеч рыжий тканевый рюкзак с восточным вышитым орнаментом. Потом вдруг она дёрнулась, так, что Аня интуитивно подскочила на месте. Тайка накинула рюкзак обратно.

- Мне кажется за нами следят, давай спустимся ниже, в центральный зал под ротондой.

Ане категорически не нравилась эта затея, но она покорно пошла за тайкой вниз как овца, ведомая на заклание. Становилось совсем зябко. По центру от лестницы была выложена камнем круглая шахта. По ногам поднимался холод. Он проникал, как осторожный зверь, под одежду и обнимал Аню за плечи, но не как любящий мужчина, а как маньяк. Казалось ещё боковым зрением, что сновали невидимые тени, хотя ранним утром никого из людей тут видно не было.

- Нет, не нравится мне это место, не пойду вниз!

- Не самое приятное, соглашусь, но самое безопасное. Уфф. Ладно, достала ныть! Возьми вот его и храни как зеницу ока. Я приеду, когда решу несколько дел. А пока ты побудь его хранителем. И никому ни слова, окей?

Она полезла левой рукой в рюкзак и протянула оттуда свёрток из чёрной шёлковой ткани с завёрнутым внутрь прямоугольным твёрдым предметом.

- Не разворачивай. Эта штука не любит любопытства. Провезёшь его в глиняных горшках с раскопок, обложи побольше черепками и газетами. Через три месяца примерно я буду в Варшаве. Там и встретимся в музее. Я дам знать перед этим.

- Эмм? Откуда ты знаешь, когда мы полетим назад? И вообще откуда он у тебя?

- Я знаю всё. А тебе пока не время знать всё. Вот и всё. Просто довези артефакт.

- Ты вообще на вопросы прямо отвечать умеешь? Я ничего никуда не повезу, пока ты мне не объяснишь, что это такое. И где ты его нашла?

- Достанешь ведь! Ладно. Тогда под волнорезом, в центре помещения с колоннами, на низком кубическом алтаре лежал он. Ни грязи, ни пыли вокруг. Сухой разреженный воздух. Ничего. Алтарь, и он. Когда я вернулась на корабль, наш общий с французами научный руководитель уже знал, где я была. И что нашла. За ним собственно он и приехал, под прикрытием работ по поиску затопленной основной библиотеки. Он вырвал у меня его из рук и спрятал у себя в каюте. А мне сказал собирать вещи и вылетать обратно в Бангкок. Дал три дня на сборы. Вчера я его выкрала. Теперь понятнее??

- Если честно, нет.

- Такие как этот ..., они не должны владеть такой силой. Всеволод Феоктистович - само воплощение зла. И он создаст ещё большее зло.

- О, боже! Я не заберу эту хрень. Мне не нужны проблемы!

- Сесен выбрал тебя. Ты должна вывезти его в Польшу.

- Кто?!

- Сесен ..

Внутри черепа Ани поднялся гул. Даже не гул. Вой. Она присела на корточки, прижалась спиной к камню и схватилась за волосы. Перед глазами возник каменный лабиринт. По нему метался человек, мужчина лет 30. Он вбегал в двери и упирался в стены. Бежал в другую сторону, но поворот приводил его в тупик. Мужчина падал на колени и бился лбом о пол из мозаики, потом поднимался и снова бежал в сторону проявившейся за стеной очередной двери ..

"Ааа ... Как же болит голова. Что со мной происходит? Ну прекрасно. Я схожу с ума" - последнее вырвалось как-то само с её губ. Она встала, отряхнула шорты. Тайки и след простыл. Классика. На лестнице лежал этот шёлковый свёрток. "Как она меня найдет? Что мне делать со всем этим? Куда меня пытаются втянуть? Чёрт побери, она даже не знает как меня зовут. А как её зовут??".

Аня подняла предмет и кинула в недра бездонной пляжной сумки. Которую взяла на всякий случай, не понимая до этого, что именно и каких размеров хочет передать тайка. Знала бы, что артефакт такой крохотный, взяла сумку поменьше.

Утреннее солнце над заливом переходило в зенит. Хорошо, что у неё был выходной, и можно было не тащиться в Ком-эль-Деку. Настроения работать не было. Да и гулять по полуденной жаре тоже не хотелось. Решила поэтому вернуться домой, поваляться в своей спальне под кондиционером, и может даже с ягодным смузи, если будет не совсем лень.

Эпизод 8. Чёртовы зеркала

"Брр! Как же неуютно здесь. Чувствую себя царевной в темнице из бабушкиных сказок. Подземелье, ей-богу, а не номер. Ни окон, ни дверей, полна горница .. пыли. Они тут вообще делают генеральную уборку или только меняют полотенца?". На этой мысли я невольно улыбнулась, вспомнив ту поговорку, или как там её, загадку. Бабушка мне много что рассказывала из своей молодости в конце девяностых и "нулёвых". Про развал Советского Союза, путч, дефолт и смену власти, про расцвет страны и новые кризисы, про своих ухажёров и как встретила деда, про свои увлечения поэзией и бумбокс, купленный на первую зарплату. Но больше всего я любила её истории про раскопки. Она была археологом, а потом лет до 70 преподавала в МГУ. Я её помню как раз такой, серьёзной профессоршей. Но помню и её плёночные альбомы, где она на фото такая озорная студентка. От неё у меня много, мама даже говорила, что я точная копия нашей Анны Владимировны.

"Всё, не могу сидеть в этой духоте. Надо пройтись. Есть тут, интересно, какая-нибудь едальня, жуть как проголодалась с дороги". Я вышла из двери, благоразумно не забыв прихватить карточку с тумбы. А то мало ли, потом этим барышням с отсутствующим взглядом не докажешь, что номер твой. У них тут всё шиворот-навыворот.

На выходе из номера меня встретило зеркало на всю стену. "Хм, его по-моему тут не было. Да его точно тут не было. Я же обратила внимание ещё на дверь напротив. И подумала, живёт ли тут кто. Что за чертовщина?". Я покорчила своему отражению рожицы. Но настроения это не подняло, пробежались мурашки. Неуютное место.

- Добро пожаловать в наш отель! Могу я быть чем-то Вам полезна? - эта женщина вывернула из-за угла до такой степени неожиданно, что я чуть не подпрыгнула до потолка.

- Умеете вы здесь удивлять. Подскажите, пожалуйста, где можно пообедать? Я в лифтовом холле видела указатель на бар.

Женщина почему-то посмурнела, её азиатские глаза подозрительно посмотрели в сторону. Но хотя бы у неё живая мимика, в отличие от коллег на ресепшн.

- Нет. Бар закрыт на ремонт.

- А где едят ваши постояльцы?

- Это центр Москвы, здесь много заведений, думаю Вы найдете на свой вкус.

"Да уж. Клиентоориентированность и дружелюбие прошли мимо этого отеля".

- Могу я Вам чем-то ещё помочь? - женщина опять стала улыбчивой.

- Да. Не могли бы Вы переселить меня в другой номер, этажом повыше? Поняла, что не могу полноценно отдохнуть на минус первом, не хватает окон. - Я посмотрела внимательно на её бейдж. - Поможете, Несес?

Она снова поменялась в лице, зрачки нервно забегали.

- Что-нибудь придумаю. Наш отель всегда старается идти навстречу гостям. Приятного ужина, Милена Владимировна!

"Хм. Она же не видела из какого номера я вышла. Интересного сколько ей лет. Азиаты всегда как будто неопределённого возраста. Ладно, подумаю обо всём этом позже. Живот сводит от голода".

Полосатая дорожка привела меня к лифтам. Указатель на бар, там где я его видела, отсутствовал. Дверь опять шумно распахнулась, не успела я нажать. Зеркала в лифте тоже отсутствовало. "Может, действительно, ремонт? Он им не помешал бы. Хотя почему я не встретила ни одного рабочего?". Кабина резко дёрнулась вверх и, потряхивая, повезла меня на первый этаж. На ресепшн оказалось пусто, и я проскользнула в дверь, стараясь не хлопнуть в этот раз. Не знаю почему, но лишний раз пересекаться с этой "искусственной", как я уже прозвала администратора в своей голове, не хотелось. Я всё больше склонялась к мысли, что с "Александрией" не чисто. Но это и пугало меня до чёртиков. Не хотелось верить в то, что вроде бы являлось очевидным.

Улица встретила пасмурной погодой, хотя с момента заселения прошло часа 2, не больше. Солнце скрылось за тяжёлыми тучами. Фасад отеля помрачнел. Очки и другие устройства отказывались напрочь коннектиться с геолокацией. Чтобы не бродить опять среди старинных особняков и посольств в поиске куска пиццы, я повернула налево после арки, прошла несколько метров и оказалась у той же двери, куда недавно заходил кот.

Он, кстати, встретил меня там же у входа и проводил до столика в глубине небольшого помещения кофейни, запрыгнул на стул и свернулся калачиком. Я присела рядом.

Из подсобки вышла девушка.

- Отличный день сегодня! Что Вам приготовить?

- Соглашусь на вкусный латте и какой-нибудь бутерброд, с утра голодная. Это ваш сотрудник? - я указала взглядом на пушистого.

- Ага. Лучший бариста Москвы к вашим услугам - девушка ослепила меня улыбкой и резко направилась к кофемашине.

Я вытянула ноги под столиком.

В дверь вошёл мужчина. И, к удивлению всех, включая кота, сел ко мне за столик.

Я потеряла дар речи.

- Милена, я давно за Вами наблюдаю.

- Мне, я так понимаю, нужно испугаться? - я сказала это так смело, что сама удивилась.

- Нет. Вам нужно забрать вещи из "Александрии" и вернуться в Петербург.

- Я попала в какую-то заварушку?

- Вы не только красивая, но и умная, как вижу.

- Банальный комплимент, но спасибо. Так куда я влезла?

- Давайте не здесь.

- Мне здесь нравится, от котов секретов не имею.

Девушка за стойкой зашумела кофемашиной.

- Этот отель является секретной разработкой. В него внедрена одна штука, которая должна была перевернуть научно-технический мир и стать открытием столетия, но попала не в те руки. Ваш друг уже влез, куда его не звали. Не повторяйте этих ошибок. Что он написал в том сообщении?

- Почему я должна Вам доверять?

- Доверять мне не нужно. Просто уезжайте.

Он достал из кармана коммуникатор, и я его узнала. "Странный костюм. Странные устаревшие гаджеты. Неприметный вид. Прямой взгляд, достающий до нутра. Я что попала в Бондиану?"

- Кто вы?

- Вы и так понимаете, зачем задавать глупые вопросы.

- Он жив?

- Как кот Шрёдингера.

Бариста поставила передо мной стакан с латте.

Мужчина в ту же секунду исчез за дверью.

Эпизод 9. Лестница

Она шла по коридору 22 этажа, плавно покачивая бёдрами.

Ему даже в моменте показалось, что он заинтересован и не прочь продолжить с ней вечер. Но потом вспомнил эту историю про агрессивного мужика с ножом, и зачем они туда собственно идут. Забурлившая ниже пояса кровь угомонилась.

Вернулась тревога.

Он притормозил, пока она подходила к номеру, и сфотографировал коридор. "Надо Миленке отправить это чудо советского конструктивизма с красными коврами, она оценит" - без сомнений проскользнуло в голове Артура. Он вбил несколько слов и нажал на "энтер". Сеть почему-то не ловила.

Лиана уже была в номере, когда он завернул за угол коридора. Она выглянула из двери, сверкнула в его сторону этими темнющими глазами и игриво поманила наманикюренным пальчиком:

- Ну где ты там, Незнакомец? Я уже заждалась.

- Я так понимаю, в номере уже безопасно?

- Да, он ушёл. Но не могу найти сумочку. Поможешь? Может завалилась под кровать, когда я отбивалась .. Посветишь коммуникатором?

Он не заметил, как она открыла до этого номер картой. И уверенно шагнул в номер. В глазах всё стало расплываться, и ещё это странное возбуждение вернулось, хотя головой понимал, что такие девушки не его типаж. "Наверное секрет в её обтягивающем платье. Знает же, чем брать, профессионалка чёртова. Но я вроде не её ЦА, видно же гол как сокол".

Он полез под кровать, естесственно ничего, кроме пыли там не нашёл. Обернулся затем на Лиану, чтобы доложить о "проваленной миссии", но от удивления задел головой тумбу. Она стояла перед ним нагая (из одежды остался только браслет), облокотившись на стену напротив кровати, где висела репродукция какого-то французского импрессиониста.

- Ну что растерялся? Иди ко мне!

- Боюсь я такую красавицу, как ты, финансово не потяну ..

- Ну что ж ты какой дубовый! - она нервно заходила по номеру - Неужели так и не понял, что просто мне понравился! Я хочу тебя.

- Так понравился, что придумала про клиента с ножом?

- Фу, как низко. Не беси меня, Незнакомец. Лучше подойди и поцелуй!

Тревога возрастала, сдавливая солнечное сплетение Артура. Сердце бешено колотилось. Во рту пересохло. Голова словно ватная. Он вообще не понимал, что происходит. И особенно не понимал, что происходит с ним. Он боялся, как огня, эту хищницу с томным взглядом, и его тянуло к ней невозможно. Он встал с пола и подошёл. Она притянула его за выбившуюся из брюк рубашку к своему голому телу, впилась жадно в губы, немного прокусив нижнюю. Он почувствовал вкус своей крови. Это его на секунду отрезвило.

- Нет. Извини. Я не могу. Плохо себя чувствую.

- Ахаха. Да ладно тебе меня стесняться. Я не кусаюсь!)

- Кусаешься. - Артур смешно продемонстрировал раненую губу.

- Ну не съем же тебя целиком. Давай расслабимся, ложись на кровать.

Она легкой босой походкой подбежала к ящику письменного стола, достала оттуда какую-то старую фотокамеру, подбежала обратно к нему и толкнула его на кровать. Потом также легко залезла сверху в позе наездницы. Раздался щелчок. Артур на миг ослеп от яркой вспышки. Аппарат загудел и выплюнул плёночный квадрат из отверстия ниже объектива.

- Ой, какой ты хорошенький получился! Сохраню себе на память.

Лиана слезла с его брюк и стала бегать по номеру с этим снимком, как бы завлекая Артура побегать за ней. Артуру же было настолько плохо, что он не мог пошевелиться.

- Что здесь, чёрт возьми, происходит?!

- Хочешь правду?

- Да.

- Хочешь уйти?

- Да.

Она накинула платье, как оказалось, оно распахивалось на манер халата, подбежала опять к картине и отодвинула её влево. Зажужжал механизм, и в полу номера, чуть дальше прикроватной тумбы, открылся люк. Через него в помещение ниже вела винтовая деревянная лестница с металлическими перилами. По центру неё находилась круглая зеркальная шахта. Лестница как бы овивала эту шахту по кругу.

- Иди. Тебе безопаснее выйти через этот секретный номер, а то мой друг сюда скоро вернётся. Не знаю почему, но я прониклась к тебе. Не буду тебя больше мучать. Иди! Ну? Чего тормозишь.

Артур кое-как сполз с кровати, надел ботинки и стал послушно спускаться.

- Ты очень красивый. Я по-моему даже влюбилась. Обещай меня вспоминать, ладно? - крикнула она сверху, закрывая люк.

- Такую хрен забудешь ... - буркнул он себе под нос и невольно посмотрел в зеркальный столб. В глазах совсем потемнело. Ноги пошатнулись.

Он схватился обеими руками за перила. Потом собрался с силами и постарался всё-таки оглядеть, что внизу, в целях безопасности. Там располагался номер, точь-в точь как верхний. из людей - вроде бы никого, ни намёка на заселившихся. Кровать идеально заправлена. Очертания предметов и мебели расплывались перед Артуром. Он присел на ступеньки, стало совсем дурно, как при температуре выше 40. Ноги не слушались. Но он нашёл в себе силы встать, опираясь на перила, и аккуратно спустился к двери. За ней было тихо. Стараясь не хлопать, он вышел в коридор.

Табличка на двери была та же: 2222.

В коридоре Артур вспомнил про коммуникатор, и засунул нервно руку в задний карман. Тот был, к счастью, на месте, но сеть так и не поймал. Собщение Милене не отправлено. "Надо быстрее уезжать из этой грёбаной "Александрии", здесь всё, абсолютно всё, не чисто. Плевать на интервью. Плевать на тайны отеля. Пусть другие распутывают этот ядовитый клубок«.

Кнопка вызова лифта отказывалась напрочь нажиматься, просто проваливалась вглубь стены и - ничего не происходило. Наконец, с десятого раза, кабина чудом открылась. Он вошёл. "Что за чертовщина?! Где кнопка спуска в лобби? Она только что здесь была! Ладно, поеду на минус первый, оттуда поднимусь по пожарной лестнице к ресепшн и свалю нахрен отсюда".

Эпизод 10. Артефакт

Самолёт кружил уже где-то над Варшавой. Кроны деревьев внизу отблескивали жёлтым, и на Аню это навевало осеннюю хандру раньше времени, хотя ещё был сентябрь. Она привыкла к околоэкваторному пеклу, свыклась с запахами и шумом Александрии, сдружилась со своими польками и даже с курящим соседом пару раз прогулялась по Корнишу. Он оказался кстати весьма приятен в общении. Но надо было возвращаться домой и сдавать научную работу. Египетские каникулы подошли к концу. Ей не хотелось думать про то, что сейчас летело вместе с ними в грузовом отсеке. Не хотелось думать о тайке. Но оно всё равно лезло непрошенным гостем в череп.

- Ты чего нервничаешь, домой же летим, закончился этот ад в парилке - подала голос с кресла позади неё соседка по квартире Алиция, явно заметив как Аня потрясывает ногой. Она прекрасно говорила по-русски, лишь с небольшим акцентом в согласных. Её дедушка родом из Советского союза, но решил после войны осесть в Польше, и у них сохранилась семейная традиция не забывать корни.

- Да боюсь за защиту диссертации, у нас такой лютый профессор, говорят что валит всех, и сто процентов придётся всё переделывать.

- Так тебе до защиты полгода, успеется нервничать. А сейчас к моим съездим, оценишь мамино фирменное рагу! Отдохни немного.

- Прекрасный план. Действительно, чего это я с пустого места себя накрутила!

"Как она меня найдет? Где и как мне передать этот чёртов свёрток? Так, ладно. Алиция права, успею понервничать. Надо думать о хорошем. Скину этот чёртов груз, и в Москву!".

Девчонки через родню нашли Ане квартиру в районе Праги, на правом берегу. Квартирка не вот прям, обветшалая, зато в старом центре, в ещё неотреставрированном некогда доходном доме с высокими потолками и широкими лестничными проёмами. Окна из квартирки выходили во двор-колодец, куда видимо никогда не заглядывало солнце, потому что брусчатка там покрылась мхом. В подъезде пахло капустой и сыростью. С внешней стороны дома красовался огромный рекламный щит с известной моделью в брендовых джинсах и пролегали трамвайные пути, по которым, грохоча, проносились пёстрые, под цвет осенних листьев, трамвайчики.

Она затащила кое-как чемоданы, бросила в коридоре рюкзак, шумно выдохнула и рухнула на первое попавшееся кресло с высокой спинкой и деревянными подлокотниками. Темнело здесь быстро. Уже зажёгся тусклый одинокий фонарь в колодце. Силы у Ани были на исходе, от тепла в квартире ещё сильнее разморило. И она решила, не ужиная, сразу лечь. Слишком выматывающая дорога. Утро вечера мудренее, как говорится. Она сняла пыльное тяжёлое покрывало с массивной кровати в середине комнаты, забралась под одеяло, свернулась калачиком и мгновенно провалилась в сон, очутившись снова в мраморных залах.

Босые ноги её опять ступали по полу из мозаики. Вдруг взгляд упал на обсидиановый алтарь. Он стоял в центре залы среди двух колонн. Перед ним, опустившись на колени, спиной сидела женщина в белых одеяниях. Она держала в руках чашу, в которой плавал цветок лотоса. Женщина омывала из этой чаши алтарь и произносила шёпотом какие-то заклинания. Язык было не разобрать. Аня встала прямо за её спиной, боясь дышать, но тем не менее наблюдая с интересом за таинством. Алтарь вдруг засиял всеми цветами. И на нём высветилась проекция. Маленький лабиринт, по которому бегал тот самый мужчина. Жрица вдруг замолчала и резко обернулась. У неё оказалось лицо тайки. Аня взвизгнула и проснулась.

Встала с кровати, подошла к окну, чтобы проветрить спальню. Двор был заполнен туманом, и фонарь еле просматривался сквозь него. «Сесен» - прозвучало сзади, как будто это прошептал кто-то, находящийся прямо здесь, в комнате. Аня отскочила от окна и побежала к торшеру, включая его дрожащей рукой, волоски на которой поднялись дыбом. «Достали эти галлюцинации, надо завязывать с раскопками, так и в дурдоме оказаться можно».

До утра Ане спалось плохо. С рассветом она решила себя не мучать, и вышла прогуляться. Туман кое-где стелился вдоль брусчатки и терракотовых домов. Промозглый влажный воздух пробирался под пальто, которое пришлось распаковать из чемоданов. Около рынка бабушки уже раскладывали банки с соленьями на прилавки. Город просыпался, но как-то лениво.

Вернувшись в квартирку, она первым делом решила проверить свёрток. Что-то ёкнуло при мысли о нём. Он лежал, завернутый в газеты вместе с керамикой, и конечно манил Аню развернуть эту шёлковую тряпочку. Любопытство раздирало нещадно. «Блин, тайка сказала его не трогать! Наверное хрупкий, сломаю ещё бесценную штуку, до пенсии расплачиваться придётся». И свёрток нежной рукой был положен обратно в чемодан.

Днём заехали польки, и вместе с ними Аня умчала на выставку. Национальный музей Варшавы выделялся среди других зданий на Иерусалимской аллее. Неказистый, угловатый, но манящий. Внутри, в намытом до блеска полу отражались малочисленные ценители старины и истории, пришедшие сюда, как и Аня, в столь ранний час. Но в зале египетских древностей не было ни души. Его высокий сводчатый потолок давил на виски. Под углом были расставлены саркофаги, один из них приоткрыт и красиво расписан изнутри. Хоть краска и осыпалась местами, всё равно в росписи узнавался портрет знатной женщины. В центре зала громоздилась стеклянная витрина с сосудами. «Явно птолемеевский слой», подумала тут же Аня, узнав в них свои добытые черепки. Во всю стену напротив окна распласталась плита из песчаника, на ней было изображено жреческое служение Осирису, а в вырезанных иероглифах скопилась пыль. Становилось зябко. Её шаги отражались эхом от стен.

Аня накинула пальто, которое до этого несла в руках.

Послышался звук шагов позади. Она обернулась. Но никого, кроме неё и смотрителя, сидящего в тёмном углу, в зале до сих пор не прибавилось. Польки ещё полчаса назад спустились с директором музея в подвал, видимо сдавать свои артефакты. Потолок начал давить ещё сильнее, как будто кто-то невидимой рукой сжимал её голову металлическим обручем. Хотелось выбежать из зала. Она спешно направилась в сторону туалета. Надо было сполоснуть лицо прохладной водой дабы взбодриться после бессонной ночи. И неплохо бы позавтракать чем-то сытным.

- Пани Анна!

Скрипучий мужской голос добил её нервную систему окончательно, заставив подскочить на месте.

Эпизод 11. Сны

Они начали беспокоить меня незадолго до поездки.

Артур к тому моменту уже 12 лет как пропал. И я уже почти о нём не думала, так иногда вспоминала нашу молодость, походы по барахолкам, ещё как ели бургеры на набережной и слушали кассетный плеер через проводные наушники, которые он, бог весть где, откопал в рабочем состоянии.

Любила ли я его? Наверное, нет. Он был мне что-то типа родственной души, гораздо больше, чем друг и брат, но близости с ним я не хотела (если только пару раз в баре, после двух кружек пива). Меня пугала его отрешённость, какая-то скупость на эмоции, и то что он застрял в прошлом. Оно не было ему просто интересно, как мне, он в нём жил, игнорируя современный мир и его реалии.

Первый сон приснился мне за пару недель до вылета в Москву. Я ещё никуда тогда не собиралась. В этом сне я держала в руках куб из черного материала, а внутри куба по лабиринту бегал уменьшенного размера парень. Я приблизила куб к лицу, и парнем оказался Артур. Он поднял глаза вверх лабиринта, наши взгляды встретились. А в голове у меня раздалось странное слово «Сесен». Я сочла это за чрезмерные впечатления, полученные после просмотра бабушкиного фотоальбома, где она на египетских раскопках в обнимку со всякими там глиняными горшками.

Но потом приснился второй сон. И третий, и четвёртый.

В них он уже звал меня по имени и просил вытащить из лабиринта.

А потом пришло сообщение. Боже, как тряслись руки, когда я его получила .. Мы же считали, что он погиб, доигрался со своими журналистскими расследованиями. И вдруг это: «Прости, давно не писал. Лови привет из прошлого века». А следом прилетела фотография коридора с красным паласом, тусклым светом и стенами «под дерево». Очень размытого качества фотография. Я ещё удивилась, на тапок что ли фотографировал.

Надо ли говорить, что потом я подняла на уши редакцию, московскую в том числе и, наверное, довела до сумасшествия своего ИИ-секретаря расспросами, что это за место. Мы перерыли с коллегами всю сеть в поисках чего-то похожего, и естественно ни один отель так 12 лет назад не выглядел. Коммуникатор Артура оказался отключен, но сообщение пришло. Он жив. Я знаю.

Не знаю лишь одного, куда черти занесли этого искателя приключений?

Поняла я только за три дня до отъезда, когда опять заехала в бабушкину квартиру.

Признаться честно, только там я могла нормально высыпаться, так как дом выходил окнами на сосновый парк, откуда дул свежий воздух. Уютный спальный район, в котором время словно остановилось ещё в двадцатых, тихо и спокойно, и мало курьеров - дронов. Примерно тогда они вроде и переехали с дедушкой из Москвы, в двадцатых, когда ей предложили возглавить кафедру.

Я обожала бродить по этой тесной «двушке» (бабушка её так называла). Рассматривала декор, картины, брала книги с пыльных полок, в которых всегда находились то бумажные старые деньги, то записки с рефлексией на тему прочитанного. Если бы она только знала, как много своих привычек мне передала, которые повылезали наружу ближе к 40.

Да, я всё больше с возрастом «превращалась» в неё.

Вот так, листая пожелтевшие страницы какого-то исторического роман про Клеопатру, я и нашла две странные фотографии. На обеих был старый отель. И те самые красные ковровые дорожки из его сообщения. Меня шарахнуло током и пронеслись мурашки размером с кота. Сзади на одном из снимков крупным размашистым почерком было написано «Аня, если успела соскучиться, шлю привет из другой Александрии. Твоя коллега;) P.S.: Я его нашла».

Глава 2

ГЛАВА 2.

Эпизод 1. Пропажа

Пан Анжей (именно так он представился Ане) вид имел щуплый и невзрачный, но голос у него был несоответствующе низкий, с хрипотцой, а взгляд - хитрый и въедливый. Он ей с первой секунды не понравился.

- Дзвонили з Александрии, зказали про ваши находки, покажете нам?

- К сожалению, не могу. Моё руководство не дало таких указаний, я всего лишь младший научный сотрудник и подчиняюсь регламенту своего Университета. Приезжайте в следующем году, экспонаты должны к этому времени уже выставить в Пушкинском к лету, насколько я знаю. Но конечно многое зависит от камеральной обработки и решения комиссии.

- Будьте осторожны, пани, Вы везёте сокровище!

Ане захотелось почему-то прекратить разговор, выбежать из музея и больше никогда в него не возвращаться. На улице уже пригревало послеобеденное солнце, её же не отпускал холод. Возможно, так сказывалась акклиматизация. Она подняла ворот пальто и уткнулась в него носом. Трамвай только что уехал, и неизвестно когда должен был приехать следующий. Она спешно пошагала в сторону набережной Вислы, чтобы перейти на правый берег по мосту Понятовского, за которым нарядный центр с каждым шагом менялся на обшарпанные фасады.

В квартире она с порога бросилась к чемодану.

Свёрток всё так же лежал на месте.

Аня не выдержала любопытства и развернула шёлковую тряпицу. «Ха! Да это же просто пластина из спресованного углекомпозита. И чего она так за это распереживалась. Я то думала, что действительно сокровище какое ..». Но тут внутри пластины что-то заиграло светом, как будто лава побежала в прожилках. Прожилки стали вырисовывать треугольный узор. Аня приблизила артефакт ближе к лицу, ей показалось что там выгравированы ещё и буквы. Похоже на шумерский, явно древние письмена. Лава пробежалась по прожилкам камня ещё раз, нарисовав чёкий цветок внутри геометрической фигуры. Артефакт стал нагреваться, даже обжигать и вибрировать в руках. Тонкие бороздки объединялись в одну и сходились к треугольнику. Кожу стало покалывать не только на руках. В черепе загудело и потемнело так сильно, что Ане пришлось схватиться за деревянные подлокотники кресла. Комната заиграла каруселью. Не хватало воздуха. Она бросила камень на кресло и кое-как, шатаясь, дошла до окна. Ноги вообще не подчинялись, словно вылитые из чугуна. Гул нарастал, и среди этой какафонии звуков отчётливо слышалось два слова. Два незнакомых слова. Они повторялись с разной периодичностью: энтер, делит, энтер, делит, энтер ..

Когда головокружение достигло пика, Аня рухнула на пол. А когда пришла в себя, было уже темно. И на улице, и в зале. Лампа тускло и давяще светила лишь из прихожей. Непонятная тревога засвербила у неё в районе солнечного сплетения. Аня поднялась, опять держась за подоконник, обошла кровать и неожиданно резко для себя кинулась ко второму торшеру, стоявшему у кресла. Света стало побольше, но артефакта там не оказалось. Аня присела на корточки и заглянула под кресло. Кроме многолетней пыли - ничего. Выбежала в прихожую. Сумки стояли где и были, не хватало только шёлковой тряпицы и этого «артефакта», чёрт бы его побрал. «Не мог же он испариться?! Дверь же закрыта изнутри. Куда я его положила??». Она ещё несколько раз проверила замки на двери и подёргала её со всей силы, после чего с громким выдохом села в кресло.

Полночи потратив на поиски. Аня перевернула вверх дном квартиру и свои чемоданы, однако, свёртка как будто никогда и не было. Ну не приснилось же ей это всё? Она снова подошла к окну. Туман заполонил полностью двор-колодец, напоминая о том, что скоро будет светать и пора бы хоть на несколько часов прикорнуть. Утро вечера мудренее, может и найдётся с утра пропажа. Она прижалась плотно к стеклу лицом. Холод через форточку немного приводил её в чувства. От теплого дыхания на стекле проступил пар.

А вместе с ним - и рисунок. Да, кто-то нарисовал пальцем лотос в треугольнике. Да, кто-то был здесь, пока Аня лежала без сознания. Вот теперь ей стало точно по себе.

Она стала спешно упаковывать вещи. «Лучше переночевать на вокзале, чем здесь, заодно там куплю билеты на Полонез до Москвы. Обойдусь как-нибудь без поездки к родне Алиции. Боже, куда меня втянули?!».

Эпизод 2. Расследование

Как только этот странный мужчина в костюме вышел из кофейни, у меня возникло непонятное желание вернуться в отель. И нет, не собрать вещи и свалить, а ещё раз встретиться с той горничной. Она мне не давала покоя, и я не знала почему.

На ресепшн снова никого не было. «Они тут вообще работают?».

В лифте меня снова встретило то зеркало, странно выравнивающее лицо. Помню, бабушка рассказывала про подобные приложения в период их молодости, девушки использовали их для улучшения фотографий. Для моих ровесников это кажется дикостью, сейчас особо за красотой не следят, в моде натуральное.

На минус первом было также безлюдно. Я вбежала в свой номер и, не раздеваясь, плюхнулась на кровать. «Как зовут ту девушку? Надо спросить у симметричных, когда соизволят выйти на рабочее место. Имя ещё такое странное, никогда его не встречала. Ниссаз? Нисуаз? Нинас? Ладно, потом вспомню».

В тот вечер я и не заметила как уснула.

Проснулась от настойчивого стука в дверь.

- Милена Владимировна, Вы кажется просили переселить Вас в номер повыше?

Хм, она сама меня нашла. Я опустила взгляд вниз, на её бейдж. Но там было другое имя: Вайолет. Странно. Я отчётливо помню, что её звали не Вайолет, может конечно по ошибке надела чужую форму. Но это точно была она. Хотя бы потому, что сильно отличалась от коллег на стойке регистрации. Чересчур «живая», в сравнении с ними. Нет, я однозначно не понимала, почему меня так к ней тянет. Словно мы давние родственники и встретились через десятилетия разлуки. Вот очень схожее ощущение.

- О, как здорово! Спасибо что не забыли о моей просьбе!

- Нам с Вами надо будет пробраться незаметно, начальство не любит заселять в тот номер посторонних.

- Тогда может не надо? Поищем другой?

- Вам идеально подойдет именно этот, он всё равно пустует, его придерживают только для специальных гостей.

- А вдруг приедет такой гость, и там я, живу нелегалом? Некрасиво получится.

- Всё будет в полном порядке, Милена Владимировна. Вы можете мне доверять.

На последней фразе азиатка посмотрела на меня так, что я физически это почувствовала.

«Что за странное место, и за каким лешим он тогда сюда приехал?!»

- Жду у лифта.

Дверь захлопнулась. Я схватила свой рюкзак и куртку. Ой, чуть не забыла часы с прикроватного столика, кстати он дарил мне перед отъездом в Петербург этот аналоговый раритет на кожаном ремешке. На выходе из номера мне показалось, что проскользнула чья-то тень. Я с испугу ускорила шаг, и чуть не врезалась в азиатку.

- Вайолет, мне кажется или днём на Вас был бейдж с другим именем?

Она проигнорировала мой наглый вопрос и молча зашла в кабину, быстро нажав на кнопку «22». От дополнительного веса лифт трясся пуще прежнего, поднимая нас около двух минут. Когда мы вышли в коридор, я не смогла сдержать шока и вслух ахнула. Естественно, невозможно было его не узнать. Перед нами ожило фото именно того коридора, который Артур прислал в сообщении. Теперь точно не было сомнений, я в правильном месте. Он пропал точно здесь. Вот только кто мне расскажет о том, что случилось 12 лет назад?

- Вот Ваш номер, он вам точно понравится. Приятного отдыха!

Я прошла немного вперёд Вайолет. Номер действительно был прекрасен: панорамные окна, вид на Москву, красивые картины на стене и огромная, нет, огромнейшая кровать. Чёрт, забыла спросить, как дальше вести себя с «симметричными», если они спросят, почему живу не на минус первом. Но её и след простыл. Ладно, может они меня и не помнят особо. Любопытство заставило выглянуть снова в коридор. Там меня ожидала та же привычная за день в «Александрии» пустота. Хоть бы увидеть кого-нибудь из соседей, не могу же я быть одна на весь отель. Наверное, утром кого-нибудь да увижу.

И ровно в ту секунду, как я подумала эту мысль, открылась соседняя дверь справа. Оттуда спешно вышла фигуристая девушка. Она вообще не заметила меня, чеканя звонкий шаг на высоких каблуках в сторону лифта. Видок конечно у неё был вызывающий и какой-то холодный, движения как у робота. Я дождалась когда она завернёт за угол и аккуратно прикрыла дверь.

Как же хорошо, когда в помещении есть окна. Я никогда не задумывалась об этом раньше, пока не узнала каково без них. Вот так мы живём и не ценим, не замечаем множество важного, пока не лишимся этого одним днём. Пока бабушка Аня была жива, я и не думала о том, что когда-то её может не стать. Она была настолько наполнена витальностью и светом, что казалась вечной. С ней мне всегда было легко и уютно. Даже когда она приобрела профессорский статус, оставалась простой. Но я нередко замечала, как её что-то тревожит. Как будто пронесла через всю жизнь большую тайну.

Когда она умирала, я сидела рядом с больничной кроватью. Она внезапно схватила меня за руку и стала повторять: «Сесен, сесен!». Я спросила, что это такое, но она замолчала. А на следующий день нам сообщили, что утром бабушка Анна не проснулась. Мне до сих пор тяжело это вспоминать. И тяжело, что не успела узнать главного. Бабушка очень не любила обсуждать египетскую тематику, хотя провела на раскопках в Александрии несколько месяцев, обогатив московский музей находками. В Александрии познакомилась и с дедом. Правда, серьёзные отношения у них завязались в одной из следующих экспедиций, куда-то на север.

В этих воспоминаниях я незаметно провалилась в сон. На часах было около 4 утра, светало. Не мудрено, что снилась мне бабушка. Там она спускалась вниз по длинной винтовой лестнице в мрачные холодные катакомбы, а я следовала как будто невидимой тенью за ней. С каждым шагом холод пробирал всё сильнее. И вот мы оказались в большом зале с округлым куполом, наподобие ротонды, каменная шахта из пещеры (или что это было) выходила прямиком на поверхность, откуда мы только что спустились. Бабушка прошла дальше во второй зал. Она явно не замечала меня, осматривающуюся удивлённо по сторонам. В стенах катакомб были встроены гробницы, а по углам стояли глиняные высокие сосуды. Бабушка остановилась в середине этого помещения и вдруг резким движением села на ноги, воздев руки вверх. Я вздрогнула, захотелось проснуться, но сон не отпускал. Она стала кричать на незнакомом мне языке, явно кого-то призывая. Да, это было похоже на заклинания. Я такое видела в кино. На стенах катакомб стали проступать огненные символы. Я тихо взвизгнула (насколько могла это делать во сне). Она обернулась и посмотрела на меня. Но глаза были не её. Дикие, холодные, чёрные глаза, с выраженным третьим веком.

- Найди артефакт! Ты должна его найти! - раздалось эхом внутри меня.

И тут я проснулась. Сердце яро колотило в грудной клетке, а пальцы автоматически вцепились в пышное отельное одеяло, как в спасательный круг.

На часах было 10 утра.

Эпизод 3. Фотография

Вокзал встретил Аню неприветливо, и вид имел довольно депрессивный. К тому же сильно пахло пережаренным маслом. Бетонное серое здание, над которым повисли к вечеру такие же серые тучи. Серым было и Анино настроение. Хотелось быстрее оказаться в Москве, уйти с головой в работу и забыть обо всём. Её сжирала мысль, что она подвела тайку и потеряла нечто важное. «А что если она сама забрала артефакт? Она странная, вполне могла без спроса заявиться и устроить мне перфоманс с посланиями на окне. Так, стоп. А как она узнала про квартиру? Проследила??».

Холл вокзала тоже не показался уютным. Тусклый свет, киоски, грязный пол. Из каждого уголка сквозило ощущение разрухи. Есть Ане не хотелось, да и общий фон не настраивал на аппетит. Благо дело, через полчаса ожидания в зале объявили посадку на «Полонез». Она накинула пальто и летящей походкой сбежала по ступенькам вниз к переходу на перрон. Поезд на контрасте показался ей райским местом, да и приближал возвращение домой. Она сунула руку в карман, чтобы достать билет, но там нащупалась ещё одна бумажка, которую Аня не клала. Фотография. «Это ещё что??». Да, обычная такая фотография, на которой изображена тайка под пальмой. И всё бы ничего, но снимок был очень старый, чёрно-белый с сепией, потёртый и порванный в углах. Сзади на пожелтевшей подложке было написано коряво и размашисто «My dear Amber. From our Island with love. 1922».

«Что ещё за Эмбер? Может это её бабушка? Как же мне надоела эта чертовщина!». Рука потянулась разорвать снимок. Но что-то внутри остановило. Появилась мысль, что тайка ещё вернётся. И наверное всё объяснит. Наверное ...

В вагоне Аня планировала забыть про все не поддающиеся логике события. И у неё это наверное получилось, если бы не фото. Единственное, что немного успокаивало, это мысль про причастность безымянной тайки к исчезновению артефакта, что и позволило Ане крепко уснуть, даже не мучаясь никакими снами про гроты и лабиринты. Утром она проснулась от того, что поезд долго стоял на станции. Меняли колёсные пары, как сказал сосед по купе, грузный мужчина в очках с толстыми линзами. Через несколько минут в купе заглянул проводник и строгим тоном сообщил, что будет досмотр пограничников. От этой новости Аня напряглась, как будто везла запрещённое. Но досмотр прошёл быстро, и ей даже не пришлось показывать документацию на александрийские черепки.

Вечером Аню встречал шумный и грязный, но такой родной, Белорусский вокзал. Встречал громкими женщинами с корзинками, «комерсами» с баулами, жареными пирожками и назойливыми бомбилами, При этом ей хотелось кинуться на всех этих персон и обнять как родных. Соскучилась по родине она однозначно. Но рассказывать про египетские приключения не хотелось никому, да и некому, чтобы не сочли сумасшедшей. Добравшись на метро с пересадками на кольцевой, в Университете она неожиданно столкнулась со своим александрийским соседом. Тем самым, который не давал покоя своей вредной привычкой.

– Какие люди и без охраны!

– Ты разве тоже вернулся с экспедиции?? Я думала, вас отпустят попозже.

– А там какой-то конфликт у наших с местными, не поделили открытия, и нас всех раньше времени командировали обратно. Ты же сама в Польше должна быть?

– Уже посетила эту прекрасную страну, только что с «Полонеза».

– О, как! Может тогда вечером пропустим по кофе на набережной, если не устала сильно? Не Корниш, но тем не менее.

– Давай! Только черепки отгружу научному.

Эпизод 4. Лифт вниз не поднимает

Ему казалось, что это сон. Небыль. Сюжет из сюрреалистических картин.

Такого никак не может быть! Только что он был на 22 этаже.

Только что убегал от хахаля Лианы.

А сейчас не может даже найти лобби отеля, чтобы сбежать из этого чёртова логова. Лестницы на первый этаж не оказалось там, где она была сегодня вечером.

Вот указатель на бар. Вот коридор с номерами.

Лестницы - нет.

«Ааааааааааааа!»

Артур вернулся к лифтам, сильно сомневаясь в трезвости своего рассудка.

«Ну не мог я так быстро свихнуться! Предпосылки конечно были, но не за один же день. Если только здесь в системе кондиционирования не распыляют какой-нибудь вирус, поражающий мозг ..».

Кнопка вызова оказалась провалена вглубь панели. Он стукнул по ней со всей силы, но чуда не произошло. Тут его внимание привлёк лист А4, виcящий на противоположной лифту стене. Он сделал 2 шага, чтобы прочитать написанное:

«Лифт вверх не поднимает. Воспользуйтесь лестницой. Приносим извинения за доставленные неудобства».

– Да вы издеваетесь! Гондоны! - вырвалось из Артура.

В ту же секунду текст на листе начал меняться.

Буквы словно пересобирались. И слово «вверх» изменилось на слово «вниз».

Да, прямо на бумажном листе, приклеенном на скотч к стене из ДСП.

Артур уже не сомневался в том, что сошёл с ума.

Допустим. Но что делать дальше? Выйти отсюда как-то надо.

Он начал нервно вышагивать туда-сюда по полосатой ковровой дорожке, но никаких лестниц в крыле не находил. Не мог же он на том самом лифте, что привёз его на 22 этаж, уехать в другое крыло здания. Внизу, под полом ощутился гул. «Наверное хозблок, котельная и прачечная. Может есть скрытая лестница для персонала? Должна быть«.

Эта мысль обнадёживала и немного охлаждала его вскипающий мозг.

Он начал дёргать ручки всех дверей, надеясь что за какой-то из них будет спрятан потайной выход, но ни одна не поддавалась. Тут ему послышалось, что лифт заработал. Кто-то вызвал и, возможно, сейчас спустится на минус первый. Это будет отличный шанс проскочить. Гудящая кабинка на самом деле, судя по звуку, ехала вниз. Артур даже вспотел от предвкушения. Вот кабинка остановилась, двери приветливо распахнулись. Однако, никто оттуда не вышел.

Кнопки выбора этажей практически все были также вдавлены и не работали, как и панель вызова лифта. Все, кроме одной. На технический этаж.