13-ый отряд запортальной разведки 2: Противостояние Том 3

Пролог

Мраморный зал, он же зал Старейшин, он же зал Совета родов, наполнило тревожное молчание. Полукруглое помещение с двенадцатью монументальными каменными креслами, укрытыми шкурами зверей, сейчас не пустуют, точнее все, кроме одного. На них восседают представители одиннадцати древнейших родов, потомки тех, кто когда-то основал Беловодье. Мужчины и женщины, обладающие огромной силой и мудростью прожитых веков, в тревожном молчании ждут князя. Хоть его род не столь древний, как их, он был ими признан как компромиссный вариант. Так же, как по легенде, когда-то призвали Рюрика, так и они выбрали род максимально нейтральный, у которого нет родственных связей ни с кем из них.

— Доброе утро, господа, — князь вошёл в помещение широким уверенным шагом. Одетый в парадный мундир с шашкой, висящей на поясе, мужчина прошёл к свободному креслу, расположенному почти по середине, между Жаровым и Птицыным. Хоть Совет родов разделился на коалиции, сесть как захочется тут не получится: на протяжении веков кресла закреплены за родами.

— Может, ты наконец объяснишь, в чём причина такого экстренного сбора? Из-за чего мы были вынуждены в такую рань сюда приехать? — немного раздражённо спросил глава рода Львовых.

— Не терпится узнать причину? — с саркастической улыбкой спросил Сергей Николаевич. — Ну так слушай. К нам пришла война.

— Поступила информация от экспедиционного корпуса? — спросила Василиса Светлова.

— Да. На них напала армия погонщиков. Мне вчера вечером звонил Горыныч. От корпуса прислали гонца с вестями оттуда. Все вы знаете контрактора с позывным Лис. Он принёс весть, что армия ньинхе разделилась на две части. Большая блокирует корпус, взяв их в окружение, меньшая направилась в нашу сторону. С его слов, их достаточно, чтобы блокировать все форпосты.

— Енот их задери, — выругался Воронов. — Мы же их ослабили, забрав от четверти до половины личного состава. Они смогут выстоять?

— Я уже пообщался с командованием Периметра.

— И каков их вердикт? — спросил нахмуренный глава рода Гремяцких.

— Неутешительный. Они настаивают на увеличение гарнизонов как минимум втрое. Также просят бронетехнику, артиллерию и ПВО.

— То есть тех, кто у них в отпусках и в подготовительных центрах, не хватит? — спросил Птицын. Его сын — генеральный директор «Орихалк Групп», но Иван Яромирович посвящён во все дела корпорации, ведь акции принадлежат не человеку, а роду. Он уже принялся подсчитывать предстоящие убытки, благо большая часть акционеров находится здесь и им не придётся долго объяснять, почему упала прибыль и добыча ценного ресурса. Потому как теперь придётся спешно эвакуировать шахтёров и других сотрудников. Строящийся там завод по переработке металлов придётся законсервировать и надеяться, что он уцелеет. Всё же здания, где могут работать обычные люди, требуют специальной защиты, создание которой обходится в копеечку. При этом ладно, если придётся всех эвакуировать в форпост, но, скорее всего, придётся увозить всех из-за портала.

— Они и так слишком многих отдали, поэтому без мобилизации сил родов не обойтись, — мрачно ответил Романов. Хоть члены Совета родов регулярно получают всю информацию по делам княжества, первым её всегда получает сам князь, так как все службы находятся под его руководством.

— Надо созывать Ассамблею, — предложил Огнев.

— Я тоже так считаю. Каждый род должен выделить как можно больше бойцов. Также считаю необходимым забрать по максимуму у Барьера. В случае пульсации справимся оставшимися силами. Можно ещё привлечь курсантов Академии с третьего курса для дежурства в комплексе. Их сил и подготовки хватит для замены бойцов Барьера. Всё же звери попадают в наш мир ослабленными, — внёс предложение Воронов.

Услышав это предложение, Романов тяжёлым взглядом посмотрел на него. Отчего-то это вполне разумное предложение отозвалось в душе ощущением грядущих неприятностей. По лицам некоторых присутствующих стало понятно, что это чувство терзает не только князя. Лишь у тех, кто входит в одну коалицию с Вороновым, на лицах заметна поддержка и одобрение. Все остальные, знающие о выдвигаемых ими радикальных предложениях и непонятной подготовки, начали подозревать неладное.

— Клан Вороновых отправит за портал почти восемьдесят процентов дружинников, включая членов родов, — с ехидной улыбкой произнёс глава рода.

— Род Птицыных поддерживает и выделит столько же дружинников.

— Род Львовых тоже присоединяется, — после его слов у некоторых появились улыбки. Львовы являются членами клана Вороновых, тот, в свою очередь, уже сказал, что не род, а клан отправит дружину.

— Мы уже отправили всех, кого могли, — нахмурив кустистые брови, произнёс глава рода Хомяковых. — У нас скоро война с Кромвелями, мы не можем выделить больше.

— Так вам же Громовы обещали помочь, — вспомнил прошлые обсуждения Иван Яромирович.

— Они тоже приняли участие в экспедиции и отправили часть своей дружины. Самая главная помощь от Громовых — это их контракторы и артефакты.

— С местом проведения уже определились? — спросил Гремяцкий, при этом посмотрел не на Арсения Савельича Хомякова, а на князя.

— Сирия. Пришедшие к власти террористы как раз вновь сцепились с сионистами. Их правительство дало разрешение на ведение там боевых действий. Если параллельно, чисто случайно, пострадают парочка сионистских баз, то они будут не против уступить запрашиваемые нами ранее земли на побережье.

Некоторое время Совет родов с удовольствием обсуждал столь интересный вопрос. Ведь что может быть приятней, чем предстоящая выгода, тем более с их возможностями. Рода Светловых и Добровых с удовольствием помогут с выращиванием некоторых видов растений, хорошо растущих на средиземноморском побережье. Получать доходы только от родовых земель за порталом — это прекрасно, но лучше не складывать все яйца в одну корзину.

— Господа, давайте вернёмся к основной теме сегодняшнего собрания. Уверен, мы способны справиться только силами нашего княжества, вот только я считаю, нам следует обратиться к княжеству Хель и Ямантау. Не так давно на собрании князей было выдвинуто предложение об объединении и создании великого Русского княжества во главе с выборным великим князем. Я считаю, совместная борьба с общим врагом будет нам очень полезна и станет прочным цементом для будущего объединения. Тем более нельзя так сильно ослаблять Беловодье, — произнёс князь, поочерёдно смотря на восседающих в креслах людей.

— Разумно, — негромко сказал Водников. — У нас давно ощущается нехватка людей. Из-за конкуренции наши институты по некоторым вопросам работают над одним и тем же. Это очень расточительно. Те же Авалонцы или Кунь-Луньцы уже более века назад объединились внутри своей страны.

— А не слишком ли много силы будет у великого князя? — Беров, как и на прошлых заседаниях, не слишком доволен идеей объединения. — Под его командованием окажется дружина сразу трёх княжеств. Штат тайной канцелярии увеличится втрое, то же самое с Периметром и Барьером.

— Не забывай, что Совет родов тоже увеличится втрое. Точнее, уже не Совет родов, а Сенат. То же самое произойдёт с Родовой ассамблеей, — Хомяков, как обычно, вступил с ним в полемику. — Наша экспансия забуксовала, нам не хватает воинов. В случае объединения сможем собирать крупные силы сразу трёх княжеств, зачищать земли, ставить форпосты, после чего двигаться на новые направления. Мы давно хотели обезопасить наши родовые земли, но из-за недостатка сил часто не можем согнать с мест зверей, которые обитают в наиболее удобных для обороны местах. Чего стоит только семейство драконов, устроивших себе охотничьи угодья недалеко от Двуречного форпоста.

— Да тебе-то чего переживать? Подумаешь, на твои земли часто устраивают набег твои любимые хомячки. А с драконами справимся. Не впервой, — огрызнулся Беров. — Самая большая проблема, которая нас ждёт — это нашествие других родов. За порталом Ямантау сплошные горы. Они тратят огромные деньги на прокладку дорог и туннелей, чтобы добраться до плодородных мест. Зимы там тоже весьма суровые. У княжества Хель ещё хлеще: сплошные заснеженные просторы, замурованные льдом озёра, океан с гигантскими монстрами. Постоянные бураны и метели делают передвижение там невыносимым. Им приходится для защиты сажаемых там «белых садов» постоянно ставить защитные купола, а это очень дорого. И тут мы открываем для освоения свои земли, где требуются относительно небольшие вложения.

— Ну так подай заявки на земли вокруг твоей родовой территории, — предложил Хомяков.

— И как я, по-твоему, их должен защищать? И так людей постоянно не хватает. Вот подрастут сыновья, женятся. Затем детей вырастят, и тогда смогу прирезать ещё кусочек.

— А ты уверен, что у сыновей родятся мальчики? Вдруг только девочки будут, которые уйдут в чужой род? — от сказанного Беров чуть не вскочил с кресла, но сдержался. — Во-во, сиди лучше. В тебе опять говорит жадность, хочется взять больше, но неможется. Вот только не расстраивайся, ты не один такой. — невысокий, полный глава рода обвёл всех ехидным взглядом. — Ведь так, господа? Всем нам хочется прирезать к своим землям ещё кусочек в несколько гектаров земли, однако людей категорически не хватает. В мире не так много тех, чья внутренняя энергия заслуживает того, чтобы её развивали, потому как она течёт жалким ручейком. Хоть из некоторых можно сделать одноранговых или двухранговых, но затраты будут слишком велики. В них придётся регулярно вливать дорогостоящие эликсиры, за которые никогда не расплатятся. Так что давайте поумерим свою жадность и начнём смотреть на ситуацию адекватно. Чем нас в том мире больше, тем безопаснее. Соответственно, меньше требуется охраны, которую можно отправить охранять новые земли.

— Всё равно сомневаюсь, — медвежье упрямство не даёт ему согласиться с вполне разумными доводами, с которыми подсознательно уже согласился.

— Господа, давайте не будем ссориться. Объявляю голосование. Первое — на Родовой ассамблее объявляем о сборе дружин для отражения вражеской агрессии, — каждый член Совета родов поднял руку. — Единогласно, — объявил князь. — Второе — обратиться к княжествам с предложением совместно выступить против общего врага, — вновь все подняли руки. — И третье — после обсуждения с ассамблеей и в случае их согласия сообщить, что княжество Беловодье согласно с предложением княжества Хель об объединении, — на этот раз руки поднимались не так дружно. Кто-то медлил в раздумьях, Львов смотрел на Воронова, который переглядывался с Птицыным. В итоге это решение тоже утвердили, причём даже Беров с неохотой согласился. — Тогда дату выборов будем согласовывать после того, как дадим отпор ньинхе.

Глава 1

— Мы приехали? — спросила мама, когда остановились перед кованными воротами. — Это место кажется знакомым.

— Ты бывала в кафе «Шоколадофф»? — спросил, наблюдая за отъезжающими воротами.

— Конечно. Там такие вкусные корзиночки с шоколадной крошкой и вишенкой сверху, — с мечтательной улыбкой ответила она.

— Из-за дождя не видно. Кафе находится в соседнем здании, так что осторожней, не потолстей.

— Стас, ты совершенно не умеешь общаться с женщинами. За что тебя только Алёна полюбила?

— За мою харизму и мужественность? — я гордо вскинул подбородок.

— Скорее за болтливость. И в кого ты у меня такой? — в этот момент из моего плеча вылез подлиза и с трудом дотянулся до неё, чтобы лизнуть в щёку. — Значит, это ты так на него влияешь? — кот по-человечески замотал головой. — Значит, до тебя таким был? И как процесс воспитания? — котяра кивнул, вернулся ко мне и гордо положил лапку на плечо.

— Эй, блохастый, что значит «воспитаю этого непослушного котёнка»? Похоже, кто-то слишком много ест рыбы и мяса. Думаю, пора разнообразить твой рацион овощами, — от такой угрозы кот широко раскрыл глаза, приложил лапки к сердцу и сделал вид, будто падает. С каждым днём он становится всё разумней и лучше понимает меня и окружающих. Даже смог показать такую пантомиму.

— Какой он у тебя забавный, — с улыбкой и одновременно грустью в глазах сказала мама. Ведь ей так и не удалось стать контрактором.

Поднялись ворота гаража, и мы проехали внутрь. Свет включился автоматически, благодаря чему мама смогла увидеть стоящие тут два мотоцикла и большое пустое пространство. Припарковавшись, хотел выскочить и открыть ей дверь, но когда подскочил, она уже вышла. Тогда пошёл за сумкой, заодно прихватил с собой мокрый зонтик. На предложение пройти в дом через гараж получил отказ. Вокруг мамы появилась аурная защита. Она спокойно вышла под дождь, не боясь промокнуть.

Когда открыл дверь в дом, в нос сразу ударили восхитительные ароматы. Со стороны относительно небольшой столовой слышны девичьи разговоры. Всё же дом не рассчитан на приёмы большого числа гостей, максимум человек на двадцать-двадцать пять. Вороновы планировали здесь жить своей небольшой семьёй, отдельно от главы рода, старейшин и братьев с сёстрами. Мы этой столовой пользовались всего несколько раз, так как больше нравится сидеть в гостиной. Нашей небольшой компании в ней достаточно комфортно. Вдруг из неё выскочила Марина, держа в руках пустой поднос, одетая в миленькое зелёное платье до щиколоток и надетом поверх него белом фартуке. Увидев нас, она замерла, затем медленно начала отступать. Скрывшись в столовой, что-то тихо пискнула, и там наступила тишина. Мы с мамой переглянулись и принялись ждать, что будет дальше.

Через минуту дверь распахнулась, и оттуда первой вышла Алёна. Что удивительно, не в красном платье, а бежевом. Следом прошмыгнула Марина, стараясь держаться в кильватере Алёны. Чуть помедлив, появилась Аня, она оказалась самой нормальной, точнее, одета в простую голубенькую юбку и белую блузку. Она не стала делать особую причёску, просто собрала волосы в хвост. Косметики тоже почти не заметно. Тогда как Алёна с Мариной нарядились словно на приём к князю. Катя вышла следом за подошедшими парнями, которые вышли встречать в повседневной форме. Накрученные девочками, хотели нарядиться в парадную, но я сумел их переубедить. Когда мама увидела скромно стоящую позади всех Катю, она, к моему удовольствию, никак не отреагировала.

— Добро пожаловать домой, — с чуть нервной улыбкой произнесла Алёна.

— Добрый вечер. Стас, почему ты не сказал, что меня ждёт целый торжественный приём? Я бы тоже платье надела, — с шутливой интонацией укорила мама. — Рада вас всех вновь увидеть, вы так за эти месяцы изменились. Вижу, среди вас есть те, кого ранее не встречала. Сынок, не представишь?

— Конечно. Анна, Катерина, Кристина, познакомьтесь — Рокотова Елена Фёдоровна, моя мама. Катя, — показываю открытой ладонью на сделавшую лёгкий реверанс сестру, — и Кристина мои однокурсницы. С Аней познакомились, когда поступил в Академию. Она учится на артефактора, и именно её подарок помог нам с Алёной на практике.

Обменявшись любезностями, хотел было повести маму в её комнату, но Алёна предложила мне пойти вытереться и привести себя в порядок после поездки. Заботливая Алёнушка не учла одного — у меня сумка с мамиными вещами. Так что пришлось вначале её поднять на второй этаж. Благо моя комната недалеко.

— Прошу всех к столу, — раздался снизу голос с привычным для нас лёгким акцентом.

— Ой, а я хотела вначале дом показать, — расстроилась Алёна.

— Ничего страшного, после еды посмотрим. Я себе не прощу, если еда ученика знаменитого повара остынет, — услышав эти слова, решил обязательно передать их другу. Уверен, ему будет очень приятно, ведь все повара тщеславны и любят, когда их еду высоко ценят.

Увидев стол, я впал в задумчивость. Вспоминая обед у Гремяцких и теперь наблюдая этот стол, даже не знаю, где лучше. У родственников он более консервативный, словно из старых книг. Тут же просто свободный полёт фантазии повара. Друзья действительно расстарались, причём ингредиенты стоили не слишком дорого, я это отлично знаю, ведь лично выделял на это деньги. На столе, на длинной тарелке или блюде, лежат аккуратные медальоны с шапкой из творожного сыра и ещё чего-то. Что он туда ещё добавил, не знаю, но выглядит очень аппетитно. Также увидел канапе на шпажках, шарики паштета, сделанные в виде томатов черри с красной глазурью. Рядом уже нарезанный запечённый карбонад. По соседству стоят данники с начинкой из грибов, сыра и какого-то густого соуса. В отдельных мисочках стоят соленья, а также свежие овощи. Наверное, эти блюда можно назвать обычными, но ведь и привычную еду реально превратить в шедевр. Вижу вполне обычный салат, наподобие греческого, однако аромат от него идёт такой, что хочется взять эту тарелку и начать есть, а всё дело в особой заправке. И это только часть из приготовленного. На столике у стены стоят металлические блюда с крышками. Похоже, я понял, что конкретно Алёна закупала. Ранее у нас такого количества посуды не было.

— Ох, сколько же вы всего наготовили... Зачем столько?

— Хотелось сделать первый визит за столько лет запоминающимся, — довольно произнёс Магомед. — Рекомендую попробовать мой фирменный тартар. Я бы ещё стейки сделал, но нужен нормальный гриль, на сковородке не то.

Наступило настоящее торжество желудка. Слуг у нас нет, поэтому накладывали сами, при этом хоть немного старались соблюдать этикет. Возле наших тарелок лежит теперь не по одной вилке и ножу, а целое разнообразие. Утолив первый голод, начались неспешные беседы. Нас расспрашивали об учёбе и жизни в городе. Я порой замечаю, как мама бросает любопытные взгляды на Катю. Ещё в Академии сестра спросила:

— Может, мне лучше переехать в общежитие? Боюсь, ей не понравится моё присутствие. Ай, опять щёлкнул меня по носу?

— Не вешай нос. Ты моя сестра и гостья моего дома. Поэтому не забивай свою ветреную голову всякими глупостями.

— Эй! Что значит ветреную? Ты это на что намекаешь? У меня в голове ветер?

— Ну да. Когда в спарринге отлетаешь, твои волосы так развеваются, словно из ушей ветер выходит.

— Сейчас кого-то буду бить, и вообще, хватит надо мной издеваться.

Тогда мне удалось убрать тревогу, переведя её в боевое состояние, но сейчас вижу, как она боится встречаться с ней взглядом. На заданный вопрос что-то тихонько пропищала, не походя на себя прежнюю, тогда как Алёна распушилась и вещает о тяготах быта. В особенности понравилось, как рассказала про тяжесть уборки целого дома, а ведь мы вместе его убирали.

— Кстати, как вам наш дом? — спросила Алёна.

— На первый взгляд вполне уютно. Не знаю, как было до ремонта, я мимо него часто бегала, когда ходила в кафе.

— Мне очень нравится гостиная. Там так уютно сидеть с чашечкой кофе и наблюдать за огнём в камине, — произнесла, вызывая у меня удивление. Когда это она там так сидела? Или она так хвастается? Что-то её заносит, и, самое неприятное, мама это замечает.

— Правда? Может, тогда покажешь? — повернувшись к Магомеду, дружелюбно произнесла: — Ужин просто великолепен. Так бы всё и съела, но, к сожалению, больше не влезет.

— Спасибо. Я старался.

— Что же, тогда давайте немного прогуляемся.

Наблюдать, с какой гордостью невеста и присоединившаяся к ней Марина начали показывать дом, оказалось весьма любопытно и порой смешно. Они словно две хозяйки начали горделиво всё показывать и делиться, как тяжело убираться в стольких комнатах. В итоге, когда спустились на первый этаж и дошли до гостиной, мама встала в дверях и обратилась:

— Молодые люди, не могли бы вы дать нам немного времени посекретничать о своём, о женском? Думаю, вам эти разговоры будут не интересны.

— Пойдём ещё поедим? — деловито предложил Артур.

— Вполне неплохая идея.

— Может, вина откроем? — добавил ещё одно предложение, но так, чтобы нас не услышали.

— Похоже, кого-то скоро будем кодировать, — пошутил Виталик.

— Да ну тебя. Я же так, для души, а не пьянства ради.

— Лучше сок, а то вдруг с Мариной объединится и начнут вместе читать нотации о вреде поклонения Бахусу, — сказал я, возвращаясь в столовую. Того, чего хватило для сытости девушкам, нам оказалось мало. В итоге продолжили трапезничать, пока прекрасная половина жителей усадьбы о чём-то секретничает.

Мы прождали их в течение часа. За это время успели прибраться в столовой и, когда надоело просто сидеть, разошлись заниматься своими делами. Я устроился на втором этаже в кабинете и изучал цены на аренду помещений, в которые влезут промышленные синтезаторы. Цены и впрямь сильно кусаются, но, если в оборудование не придётся сильно вкладываться, то средств после продажи слитков хватит. Даже хватит на несколько месяцев платить зарплату нанятым рабочим, если судить по местной бирже найма.

— Чего один сидишь? — раскрыв дверь, внутрь вошла мама и девочки с чуть виноватыми лицами. Вернее, виноватые они у двух. Кристины с ними не оказалось, она, вероятно, пошла к Артуру. Аня выглядит всего лишь задумчивой, Катя заметно более спокойной.

— Пока время выдалось, решил кое-что изучить. А вы уже поговорили?

— Да. У тебя такие прелестные подруги и… сестра.

— Я рад, что вы нашли общий язык. Мы, кстати, убрали всё со стола, если что, еда в холодильнике.

— Не переживай, я действительно наелась. Теперь хотелось бы взглянуть на ещё один этаж. Мне тут кое-кто намекнул, что там находится просто «ужасная» комната, в которую требуется замуровать дверь. Ах да, и поговорить с вредным старикашкой, который дурно на тебя влияет. Кстати, кто этот старикашка? — от чего-то покрасневшая Марина вдруг спряталась за Аню.

— Потом познакомлю. Пойдём, посмотришь на наше секретное убежище суперзлодеев.

Мы спустились на первый этаж и прошли к прачечной. Под пристальным взглядом приложил руку, затем нарисовал специальный знак. Уверен, маме все мои действия понятны, ведь она не один год работает артефактором в Барьере. Внизу её вначале заинтересовал кристалл и система безопасности, к которой пообещал дать доступ. Затем она заглянула в обозначенную Мариной комнату.

— Интересно. Я, конечно, не специалист, но про некоторые названия слышала. Стас, ты представляешь, сколько стоит содержимое этой комнаты? И то, что просто так такое не употребляют?

— Представляю, так как просмотрел информацию в сети. И да, понимаю, что такое ставят на стол только по особым случаям.

— Или для души, — раздался голос Артура со стороны лестницы.

— А вот и наш старикашка, — с улыбкой вновь представил Артура.

— Понятно. Главное, деда с прадедом сюда не пускай, а то не выгонишь, пока всё не опустошат, — подсказала мама и потеряла интерес к винной комнате. Я думал, услышу целую кучу нотаций, но она просто пошла в другую комнату. — Ух ты. Знакомое оборудование, нам такое в Академии ещё показывали.

— Вот, достались вместе с усадьбой. Вороновы свезли сюда, когда делали ремонт в своей лаборатории.

— Сюда? Интересно, почему не на склад, где за ним присмотрят и подготовят к продаже или последующей эксплуатации, — задумалась мама.

— Не знаю, — ответил, пожимая плечами. — Даже не задумывался.

— И какое у него состояние? Я так понимаю, в остальных коробках то же самое?

— Это лучше к Ане. Она в этом разбирается.

— Анюта, что скажешь о его состоянии?

— На данный момент я проверила...

И тут начался разговор на непонятном для многих из нас языке. Лишь Кристина кое-что уже понимает, так как вместо стихийных предметов изучает артефакторику и рунологию, а также кое-какие специальные предметы, по типу материаловедения. Аня очень живо начала рассказывать про артефакты и найденные повреждения. Девушка стала перечислять варианты с ремонтом или заменой, из-за чего по кое-каким вопросам начали спорить, но не зло, а как специалисты. Послушав их минут пять, тихонько покинули, чтобы расположиться в гостиной.

— Ты как? — тихонько спросил у Кати.

— Нормально. Представляешь, она, оказывается, меня знает, причём не после видео с нашего награждения. Ей подруги про меня рассказывали. Сказала, вначале негативно относилась, потом, когда всё улеглось, неприязнь ушла. А когда увидела запись с турнира и как мы общаемся, то сразу узнала и даже обрадовалась нашему хорошему общению.

— Рад, что не злится на тебя, — произношу и чуть приобнимаю.

Сказала, против меня ничего не имеет и даже рада, что живём вместе. Но мне всё равно было так не по себе. В особенности когда начала завуалированно отчитывать двух воображал. Хи-хи. Они такие забавные были.

— Стас, что она тебе уже наговорила? — насупленная словно бурундучок, Марина сложила руки на груди и с подозрением смотрит на нас.

— О скромности, безграничной мудрости и мастерстве полётов на арене. Представляешь, надо не просто головой вперёд лететь, а ещё руки с ногами расставлять. Так полёт замедляется.

— Эй! Последнее я не говорила, и вообще, раз такой крутой, мог бы потренировать. А то только и делаешь, что хвастаешься.

— Хм. А это дело. Давай каждый вечер перед сном устраивать спарринг в нашей тренировочной комнате.

— По рукам. Мелкая, не хочешь с нами? Ты будешь его ослаблять, чтоб я смогла побить наглого котяру.

— Согласна, — вдруг согласилась Марина. — И ничего я не мелкая.

Ночью, когда расходились после тренировки, увидел, как мама с Аней вместе разбирают промышленный синтезатор. Порекомендовав не задерживаться и пожелав спокойной ночи, пошёл спать. На следующий день с утра их не видел, благо внизу их тоже не оказалось.

— Доброе утро. Хорошо вчера потренировались, — поздоровался с Катей, сбежавшей вниз по лестнице.

— Доброе, читерский котяра.

— Это ещё почему я читер? — удивился такому обвинению.

— Потому что мы по тебе еле попадали. Что у тебя за тренировки такие? Где так учат?

— Секрет рода Рокотовых.

— Вот же. Я тебя сейчас покусаю.

К утру дождь наконец закончился. Кое-где на асфальте появились большие лужи, хорошо, что ливнёвка в городе хорошая и не случилось традиционных после такого дождя потопов. Добравшись до Академии, сразу направились в клуб. Однако стоило оказаться в зале, как сразу показалась странной царящая внутри атмосфера. Вместо разминки курсанты, даже не переодевшись, собрались небольшими группами и о чём-то шепчутся.

— Привет, что происходит? — поинтересовался у Леонида.

— Здорова. С раннего утра князь экстренно собрал Совет родов, вот все гадают, в чём причина. Давно такого не было. Обычно заседают по определённым дням.

— Вы читали? В «Вестнике» в новостном канале написали, Совет родов объявил внеочередное заседание Родовой ассамблеи! — выкрикнул один из первокурсников.

— Ну и дела. Похоже, что-то серьёзное назревает, — произнёс Леонид.

— Может, война? Слышала, авалонцы с французами устроили все те события на Рюгене. Выгнали всех несогласных с князем и теперь собирают новую коалицию, — высказала идею знакомая первокурсница, та, которая просила помочь с тренировкой.

— Ой, да брось. У них столько разногласий. Тем более у лягушатников недавно был гон. Говорят, неслабые потери понесли, — это уже ответил третьекурсник, причём контрактор. Из-за выпускного курса он даже не претендовал на старшинство в клубе.

— Ладно, поболтали и хватит. Давайте приступим к разминке, — раз Лёня не спешит начинать занятие, пришлось это сделать мне. — Кто не согласен, записывайтесь в очередь на учебный спарринг со мной, — добавил, видя, как трое первокурсников сделали вид, будто не услышали и продолжили общаться.

— Тогда я первый, — с улыбкой вызвался тот самый третьекурсник и направился переодеваться.

Возможно, я выбрал грубый способ воздействия и стоило применить административные рычаги давления, но таковы здешние правила, сила решает многое, а неподчинение болезненно наказывается. Именно это пришлось преподать тем самым первогодкам. Когда вышел из раздевалки, они продолжили гулять по просторам сети и обмениваться найденными сведениями. СМИ уже начали строить догадки, зачем Совет родов объявил внеочередное собрание, и именно эту информацию они сейчас изучают.

— Вам особое приглашение нужно? — вновь попытался привлечь их внимание к началу занятий.

— Да какое сейчас занятие, когда происходит нечто интересное? — отмахнулся парень с коротким ёжиком волос и чуть узковатыми глазами. — Сейчас, может, исторические события вершатся.

— После занятия вы сможете узнать всё более подробно. Гарантирую, информации будет уже достаточно, — я всё ещё пытался достучаться до них, не применяя методы воздействия, имеющиеся как у заместителя главы клуба.

— Вот чего пристал? Ты учитель что ли? — раздражённо спросила стоящая с двумя парнями девочка. Все присутствующие наблюдают за этой сценой и не вмешиваются. Похоже, им любопытно, как выкручусь из этой ситуации, но я придумывать ничего особенного не стал.

— В таком случае покиньте тренировочный зал. За нарушение правил и неподчинение вам запрещено посещать три следующих занятия. Также о вашем нежелании тренироваться и попытке сорвать занятие будет доложено господину Эйрику.

— У тебя нет таких полномочий, — неуверенно сказала девочка. Она растерянно переглянулась со стоящими рядом парнями.

— Посмотрите правила посещения клубов. Эйрик является его куратором, поэтому я или Леонид обязаны ему доложить о любых происшествиях.

Один из них начал что-то быстро искать на браслете. Через минуту обеспокоенно поднял голову и кивнул, подтверждая мои слова для друзей.

— П-погоди. Мы всё поняли, — произнесла девочка. Парни просто молча побежали в раздевалку.

Далее всё пошло как обычно: разминка, выматывающая тренировка с наставником. Рокот снова не пришёл, поэтому бой с наставником хоть и был тяжёлым, но не настолько выматывающим, как с двумя опытными контракторами. В принципе, оба варианта тренировки хороши, так как в боях против двоих больше приходится испытывать свой предел сил, а когда только против наставника, то получается проверить всё, на что способен. Он не старается давить всей мощью, позволяя отточить связки и различные техники.

— Разбиваемся на пары, — объявил Леонид, когда все закончили тренировки с наставниками.

— А вы куда? — обратился к троице. Они уже начали подыскивать себе партнёров. — Пока я провожу тренировочный бой с одним из вас, можете либо посмотреть, либо драться друг с другом. Я не стану применять против вас стихию или техники одарённых и специально буду биться на вашем уровне силы. Кто первый? — внимательно оглядываю их.

— Я, — вызвался парень с чуть раскосыми глазами. Если не ошибаюсь, его зовут Ким. Алёна кое-что слышала про его род и как-то рассказывала. Они активно сотрудничают с Южной Кореей. Для укрепления связей младший брат наследника рода взял жену из союзного им корейского рода. Похоже, имя для ребёнка подбирала именно мама.

— Хорошо. Тогда нападай.

Парень, вооружённый полуторным мечом, встал в стойку. Взяв двуручным хватом, не спеша пошёл навстречу. Я не могу назвать себя большим профессионалом, однако за год бесконечных тренировок многое узнал. За это время спарринговался со многими курсантами, которые вооружены разнообразным оружием. Только в нашей группе много разных видов холодного оружия, так ещё в клубе дерусь. По этой причине могу подмечать некоторые детали в сопернике: держит меч излишне крепко, есть недочёты в движении. Да и смотрит на мой меч, чуть выставленный вперёд, забыв, что их у меня два, похоже, Эйрик ещё не научил расфокусировать взгляд.

Я специально решил взять деревянные тренировочные, чтобы случайно не нанести травм. Наконец он решился и нанёс вначале прямолинейный удар по руке. Подставляю под него меч, дабы посмотреть на продолжение связки. Парень довольно улыбнулся, так как от удара я сильно открылся. Он, скользя по дереву моего меча, направил остриё в грудь. Наверное, Ким считал свой удар хитрым и весьма быстрым, однако я уже десятки раз мог с ним разделаться, причём даже без разгона. Доворачиваю корпус, пропускаю меч вдоль тела и наношу болезненный тычок вторым в бедро дальней от меня ноги. Разрываю дистанцию и смотрю, как с трудом балансирует на одной. Ведь для удара он перенёс весь вес на левую и сильно выставил её вперёд.

— Продолжаем, время ещё не закончилось.

Снова атака, но в этот раз он ещё осторожней. Изучающий взгляд ищет брешь в моей обороне. Не найдя, начал проделывать целую связку ударов. Выглядело красиво и весьма угрожающе, вот только я не раз дрался с Виталиком. Когда он машет своим фламбергом — это по-настоящему устрашает. Так что во время очередного удара парирую и бью остриём в живот, от чего он сгибается. Так продолжалось всё отведённое время. Под конец он просто рухнул, потому что, когда много раз бьют по одной ноге, наступать на неё почти нереально. Да и в целом ему сильно досталось.

— Следующий. Ты пока можешь передохнуть. Кстати, что браслет показывает? Помощь целителя не нужна? — всё же решил уточнить. Хоть я вижу, что помощь не нужна, решил на всякий случай поинтересоваться и перестраховаться.

— Нет, — простонал он.

— Тогда начнём следующий бой.

Хоть было неприятно, пришлось провести подобные бои с каждым из троицы, в том числе девочкой. С другой стороны, в клубе и в бою правило, что девочек не бьют, не действует. Коль пришёл упражняться бою на мечах, пол не важен. Ты воин, значит, будь готов терпеть.

— Стас, — после тренировки, когда одним из последних выходил из мужской раздевалки, меня вдруг окликнул Огнев.

— Чего тебе? — без прежней злости спросил у него.

— Ты поступил правильно и проявил характер, достойный древней крови. На первом курсе я был не прав.

— Я поступил так, как должен был, — его слова вызвали обратную реакцию. Мне на краткий миг подумалось, будто уподобился ему.

— Ты один из нас. Я просто тогда этого не знал, — стало похоже, будто он говорит это не мне, а самому себе.

Сестра вышла практически одновременно со мной, Алёна чуть задержалась. Мы направились в столовую, чтобы слегка перекусить.

— Ты не слишком с ними? — похоже, Алёна удивилась моему поступку.

— Переломов нет, в санчасть не требуется, так что нормально.

— Молодец, братишка. Надо отстаивать свой авторитет, а то совсем оборзели. Я бы им ещё сильнее накостыляла.

— Мне всё равно кажется, ты переборщил. Ты же их просто избил.

— Алён, во-первых, я специально взял деревянные мечи. Во-вторых, дрался без ускорения стихией и минимальным разгоном внутренней энергии, то есть фактически на их уровне. У них был шанс, минимальный, но был. После боя перечислил все увиденные недостатки. По-моему, провёл хоть жёсткую, но полноценную тренировку. Или ты хочешь сказать, что я должен был стерпеть их поведение?

— Нет, но… В общем, я не знаю.

— Алён, на следующем курсе ему придётся уже себе выбирать зама, который целый год будет держаться только на авторитете Стаса. Лучше всего выбирать из первогодок или вообще одарённых, которым учиться не три, как нам, а пять лет. Получив авторитет среди новичков, на следующем курсе станет легче.

— Я это знаю. Просто не хочу, чтобы его принимали за какого-то самодура.

— Хорошо. В следующий раз постараюсь быть помягче. Договорились? — примиряюще спросил у невесты.

— Просто старайся не переходить черту и не вести себя как Марк в тот раз.

— Кстати, когда выходил из раздевалки, он мне кое-что сказал, — они внимательно выслушали рассказ о нашем коротком разговоре.

— Тут всё просто. Род Огневых недоволен старыми порядками. Они пренебрежительно относятся к внешни… Кхм, то есть к обычным людям, живущим за барьером. Огневы и ещё некоторые рода считают, что нам пора перестать скрываться и получить своё высокое положение в мире. Теперь подумай, как Марку было тяжело смириться с победой над ним того, кого презирает. Узнав о тебе правду, успокоился и нашёл логичное объяснение проигрыша, — договорив, нервно поправила прядь рыжих волос, после чего спросила: — Кстати, Стас, ты же взял с собой парадную форму? Не оставил дома в шкафу?

— Парадную? — не сразу понял зачем, но затем мгновенно пришло воспоминание о её словах по поводу обеда с родителями. Я молниеносно обратился мыслями к браслету и проверил, есть ли форма в сумке. Тут же нахлынуло спокойствие, потому как за всеми делами позабыл про их приглашение. Хорошо, форму недавно мерил и на автомате убрал в пространственную сумку. — Конечно, дорогая. Я же не мог забыть про обед с твоими родителями. Если не ошибаюсь, нам ещё почти два часа?

— Да, но лучше пораньше выехать, — ответила, смотря на меня всё ещё с подозрением. Похоже, чувствует, что я мог забыть.

— Эй, вы долго ещё будете тормозить? Я кушать хочу, пойдём быстрее в столовую. Хотя стоп, вы же на обед идёте. Зачем вам в столовую?

— Всё просто, сестрёнка. Вдруг они такие же любители рыбы, как мои родственники. Я же голодным останусь, — полушуткой ответил Кате. На самом деле просто не хотелось приходить на такую встречу голодным. Голод затуманивает разум и не даёт сосредоточиться на общении. А я уверен, разговор будет непростой.

Глава 2

Наверное, я никогда не перестану тобой восхищаться, — Алёна наконец вышла из общежития в новом платье. За это время она успела сделать простенькую, но элегантную причёску, нанести лёгкий макияж и переодеться в светлое приталенное платье с лямкой через одно плечо. За последние дни умудрилась вновь удивить выбранным цветом. Всё же она очень любит красный. Возможно, сказалось влияние девчонок, которые помогали ей.

— Никаких, наверное. Хочу, чтобы так было всегда, — томно прошептала на ухо, когда оказалась в моих объятиях. Мы не обращали внимания на взгляды, бросаемые на нас. Зачем, если нам так хорошо вместе? Пускай завидуют.

— Тогда так и будет, — целую её, ощущая вкус помады.

— Стас, пойдём, а то опоздаем, — произнесла, отстраняясь.

— Во-во, идите уже отсюда, а то я завидую, — услышали недовольный голос Марины. — Иду спокойно с занятий по целительству, а они тут непотребством занимаются. Фу.

— Просто ты ещё маленькая, — демонстративно поцеловав меня в щёку, взяла за руку, и мы пошли к выходу из Академии.

— И ничего я не маленькая. Мы ровесники, между прочим. Вот повышу ранг и покажу тебе. Вредная рыжая, — раздалось позади.

— Какая ты жестокая, а ещё меня обвиняла.

— Будет ей стимулом к развитию. Вроде регулярно тренируется, при этом всё ещё такая малышка.

— Слышал, Светловым для роста в ранге надо регулярно посещать лес дриад.

— Мы общались по этому поводу. Она на новогодних каникулах собирается вместе с родственниками.

Выйдя за ворота, быстро нашли жёлтую машину такси с привычным для страны брендом, нарисованным на двери. Эта крупная компания спокойно работает и здесь. Слышал, для этого пришлось заключить договор с некоторыми родами. Немолодой таксист, выходец из средней Ахии, пока ехали, охотно поделился историей своей жизни в Беловодье.

— Последнее время тут ваще кошмар что творится, — эмоционально сказал он, при этом мы совершенно не интересовались, как ему тут живётся. — Цены просто башенные, аренда взлетела. Мне с женой и пятью детьми приходится ютиться в двухкомнатной квартире.

— Почему тогда не переедите? Или домой не вернётесь? — на мой взгляд, задал ему логичный вопрос.

— Э-э-э, куда переехать? У нас в стране работы нет. Я сюда по квоте приехал, когда нанимали на производства, расположенные ТАМ, — последнее слово он выделил, чтобы сразу поняли, где именно там. — Но что-то у них не пошло. Со мной уже все документы подписали, выдали служебное жилье, а потом сказали, что мы не нужны. У Союза какие-то проблемы возникли, и они не могут более поставлять нужное сырье. Из съёмной квартиры сказали съезжать, денег почти нет. Я тогда не знал, что делать, но повезло. Встретил земляка, и он помог устроиться в такси.

— И вы смогли сюда перевезти семью? — удивилась Алёна. Всё же, в отличие от всей страны, тут приезжим по квотам не разрешают привозить семьи.

— Так я теперь имею постоянную работу. К тому же у старшего сына оказался хороший потенциал к развитию… Как там её?

— Внутренней энергии, — помог ему.

— Да, её. Он сейчас заканчивает одиннадцатый и поступит в Академию. Станет уважаемым человеком. Потом поможет братьям и сёстрам развить её, чтобы тоже поступили в Академию. Ух, заживём тогда.

Под нескончаемый разговор мы доехали до нужного адреса. Таксист благоговейно посмотрел в окно на статуи, стоящие возле ворот. Два огненных волка, выполненных в камне, смотрятся величественно и немного устрашающе. Как только вышли из машины, заметил быстро подошедшего к калитке человека. Она распахнулась, и мы увидели красивую блондинку в нежно-голубом платье с пышной юбкой. Мама Алёны не стала стоять и чопорно нас ждать. Женщина, цокая каблучками по плитке, порывисто подошла и крепко обняла дочь.

— Привет, родная. Как же я рада тебя видеть.

— Привет, — негромко пискнула зажатая в объятиях девушка.

— Станислав, добро пожаловать в усадьбу рода Жаровых, — вместо протягивания руки для поцелуя обняла, обдавая ароматом приятных духов.

— Здравствуйте, Мария Филипповна, — я попытался скрыть лёгкое смущение, появившееся после столь тёплой встречи.

— Как же я рада. Моя дочь привела домой своего жениха.

— Мам, не смущай, — Алёна, покрасневшая от смущения, бросила на меня быстрый взгляд.

— Пойдёмте в дом. Обед придётся немного подождать, так как муж ещё не вернулся.

Традиционный парк, расположенный за воротами, порадовал глаз ухоженностью. Деревья уже сбросили листву, от которой на земле не осталось ни одного листочка. Лишь хвойные деревья продолжают радовать глаз зеленью. Именно они стоят вдоль тропинки, ведущей к дому. Точно такие же высажены и вдоль автомобильной дороги. Что за деревья сразу не скажу: то ли туи, а может пихты. Не особо силён в ботанике, зато знаю точно, вон то дерево, одиноко стоящее в отдалении от дороги — ель.

— Понравилась наша красавица? — спросила мама Алёны.

— Очень, жаль, у нас для такой нет места. Ещё стоит так обособленно.

— Мы её каждый Новый год наряжаем. Алёнушка, помнишь, как в детстве с друзьями, братьями и сёстрами кружили вокруг неё хоровод?

— Помню. Так весело было, — вот только ответ прозвучал с нотками грусти. Её мама тоже погрустнела.

— Если получится, приходите на Новый год к нам. Надежда разработала целый проект по украшению дома и, в особенности, ёлки.

Пока шли по тропинке, мимо нас прошли двое дружинников по направлению к домику, расположенному возле ворот. Возможно, смена охраны. Порой между деревьями видны работающие слуги, двое из которых моют беседку, находящуюся среди деревьев. Я уже не удивляюсь огромным участкам земли, на которых стоят усадьбы в этом районе города. Никто из более молодых родов не сможет себе такого позволить. Банально им не позволят купить столько земли для строительства усадьбы.

Сама усадьба вызвала, помимо мимолётной зависти, мрачное чувство. Большое строение, обложенное тёмно-серым декоративным камнем, кажется немного зловещим. Присмотревшись ещё раз, подумал, что это может быть не декоративный камень, а само здание сложено из таких. Три этажа, треугольные крыши с тёмным, почти чёрным покрытием. По середине, на втором этаже широкий балкон. Само здание можно поделить на три части: широкая центральная, правая с острой башенкой примыкает к центральному под прямым углом, придавая зданию форму буквы “Г”, и левая, у которой снесли два этажа и накрыли стеклянным куполом. Если приглядеться, то можно заметить растущее там высокое дерево. Этот купол не занимает всё пространство левого крыла здания, там оставили ещё много пространства, превращённого в большую террасу.

— А что у вас в той части? — поинтересовался у Марии Филипповны.

— Архитектор, который перестраивал старую усадьбу, предложил совместить зал для приёмов и оранжерею. Пока муж не вернулся, я устрою тебе экскурсию. Алён, ты же не против? Или хочешь сама всё показать?

— Лучше вместе, — попросила невеста. Я заметил, что ей здесь немного не уютно, словно не ощущает это место своим домом.

Мы зашли через парадный вход и очутились в просторном холе, где, к своему удивлению, увидел настоящую гардеробную с человеком, который готов принять куртки у гостей. Даже стало любопытно, выдаёт ли он номерки. Появилось чувство, словно нахожусь не в частном доме, а в каком-то учреждении. Так как у нас нет курток, сдавать ничего не пришлось. К огромному удивлению, узнал, что тут ходят в обуви. В доме есть жилая часть, при входе в которую надевают тапочки, и есть, можно сказать, общественная. Стало очень интересно, как они ходят зимой, ведь все полы запачкают.

— Артефакт, — шепнула Алёна. Похоже, по взглядам, бросаемым на обувь, догадалась, о чём подумал.

— Потом расскажешь, — так же шёпотом ответил.

Первым делом прошли в гостиную, где был представлен ещё одной жене Николая Васильевича, а также брату Алёны. Не тому, который состоит в номерном отряде, а старшему. Высокий, хорошо сложенный, с добродушным лицом и уверенным взглядом. Волосы чуть вьются, как у мамы, лицо выбрито. Он сам подошёл к нам, после того как познакомились, и крепко пожал руку.

— Рад, что моя сестрёнка нашла себе хорошего мужа. Наслышан о тебе, в особенности от младшего брата. Как же он возмущался, когда вернулся из Академии.

— И я рад знакомству. Надеюсь, зла на меня за тот случай не держите? Помню, ректор просил посетить его.

— Ерунда. Братцу всего лишь пришлось оплатить в Академии курсы по этикету, — с улыбкой сказал мужчина. Ему на вид более тридцати лет. Несмотря на добродушие, смотрит оценивающе.

— Ерунда?! — вдруг раздался возмущённый возглас от двери. — Я два отпуска подряд вынужден был ходить в Академию, и всё из-за этого сопляка.

— Сын! — попыталась одёрнуть его Надежда Борисовна, его мама. — Не смей оскорблять нашего гостя и жениха твоей сестры.

— Но почему, мам? Этот выродок не достоин её. Она должна была достаться Огневу. Брак с этим бастардом ляжет пятном на наш род!

— Брат, ты нас позоришь, — обстановка неожиданно начала накаляться. — Не забывай про традиции гостеприимства.

— Опять я позорю? Мы из-за него разрушили отношения с Огневыми. Понесли огромный репутационный ущерб, и теперь я позорю? Да и о каком гостеприимстве может идти речь? Отец ошибся, этого бастарда даже на порог нашего дома нельзя пускать. Да и эту потаску...

— Замолчи! — Надежда Борисовна оборвала сына, одновременно делая шаг к нему. Ладони этой невысокой стройной женщины сжаты в кулаки. В глазах горит пламя. — Мне стыдно за тебя! Мой муж пригласил его в наш дом. Ты смеешь оспаривать решение своего отца? Главы нашего рода? Ты позоришь не только себя, но и весь род Жаровых.

— Прошу прощения, что вмешиваюсь в ваш разговор, — не смог уже молчать. Алёна, стоящая рядом, вся красная, то ли от злости, то ли от стыда. Рука, которой она всё это время держится за мою, чуть подрагивает. Взгляд опущен, чувствую, вот-вот заплачет. — Я ваш гость и не желаю нарушать закон гостеприимства, но сказанные оскорбления не имею права стерпеть. Ладно, если бы они касались только меня, я не стал бы заострять на этом внимание, но он оскорбил мою невесту. Поэтому, Александр, вызываю тебя на дуэль.

— Ты меня вызываешь? — с надменной улыбкой спросил он. — Щенок, ты слишком многое о себе возомнил.

— Назовите место и время? — игнорируя направленные на меня взгляды, с вызовом смотрю в его злые глаза.

— Сегодня, во дворе усадьбы. Когда отец придёт, я покажу ему, за кого выходит эта, — последнее слово он словно выплюнул.

— Погодите, давайте не будем горячиться, — старший брат попытался уладить ситуацию, но ничего уже не выйдет. Сказанные в адрес Алёны слова простить невозможно. Мне нужна его кровь.

— Договорились. Думаю, обойдёмся без секундантов, — затем, повернувшись к маме Алёны, произношу: — Мария Филипповна, вы, помнится, обещали провести небольшую экскурсию.

— Да, конечно, — женщина всё ещё растерянно смотрит то на меня, то на Александра, то на дочь. Она явно не понимает, как себя вести. Что-то в семье Жаровых неладно. Почему она не стала вступаться за Алёну? Быть может, из-за того, что она родила только дочерей, её статус в роду не высок?

Стоило выйти из комнаты и отойти за угол, Алёна не выдержала и расплакалась. Она крепко прижалась ко мне и упёрлась лицом в грудь. Плакала без звука, молча. Её мама подошла поближе и провела ладонью по волосам.

— Я не ожидала, что моё первое за столько времени посещение дома будет таким. Вот что я ему сделала? — тихонько спросила. — За что он так меня ненавидит?

— Он дружил со старшим братом Марка, но после произошедшего они очень сильно поругались и более не общаются. У них даже дуэль была.

— Значит, и дружбы не было, — мрачно произношу. — Её так просто не разрушить.

— Возможно, но после того, как началось сближение с Гремяцкими, с Огневыми произошёл почти полный разрыв. Александр, после их свадьбы, должен был получить во владение кое-какие совместные активы.

— Так значит, всё из-за денег?

— Думаю, да.

— Он всегда завидовал Владимиру, потому что его контракт выкупил род, а также тому, что тот является наследником. Отец его готовит как будущего главу рода, — тихонько сказала Алёна.

— Значит, он не по своему желанию пошёл в номерной отряд?

— Он был дружен с моей старшей дочерью и решил пойти по её стопам, — печально сказала мама Алёны. — Ладно, пойдёмте прогуляемся по усадьбе. Думаю, прогулка по родным местам сможет поднять настроение.

О дуэли разговор не поднимали, словно никто никого не вызывал. Возможно, воспринимают, будто так и должно быть. По местным меркам я не мог поступить иначе. Мне вдруг пришла мысль: «Что, если это специальная провокация? Или проверка от Жаровых? Может, так решили проверить, за кого выходит их дочь?» Род Жаровых очень древний, при этом, что любопытно, руководит весьма молодой, по местным меркам, глава рода. Что случилось с дедушкой и прадедом Алёны, решил не спрашивать, в дела чужого рода лучше не лезть.

— Вот здесь проходят балы и различные торжества. Раз в месяц приходит кто-нибудь из Светловых, чтобы проверить состояние деревьев.

Огромное помещение под стеклянным куполом поражает воображение. По периметру и небольшим островками земли, сделанным по всему залу, высажены различные деревья, насыщающие помещение ароматом свежести и природы. Здесь много свободного пространства, где гости могут погулять или закружиться в танце. В углу, на небольшом возвышении, спрятанном за деревьями, специальное место для музыкантов. В центре зала растёт прекрасная высокая ель.

— Вы эту тоже наряжаете? У вас ведь есть во дворе.

— Та наша, семейная, а эта для торжеств. Наш род, после Нового года, устраивает торжественный бал: для друзей, союзников и тех, с кем род сотрудничает. При этом, подав заявку, прийти может любой желающий. Такие мероприятия происходят во многих усадьбах. В это время можно обсудить многие вопросы или завести новые знакомства. Причём некоторые рода заранее договариваются о дате, чтобы не проводить в один день.

Погуляв меж деревьев, вышли на не застеклённую часть. Там тоже много свободного места, по краям возле перил стоят лавочки, кое-где есть навесы. Тут можно посидеть, например, в дождь под навесом и насладиться видом. Отсюда хорошо просматривается большая часть окружающего усадьбу парка. Примерно через полчаса пошли в обратную стороны. Отец Алёны всё ещё не вернулся, поэтому направились в правое крыло. Оказывает, второй и третий этаж в этой части дома жилые, поэтому нам пришлось пройти через первый, отведённый для активного отдыха. Тут расположены: спортзал, тренировочные комнаты, большой бассейн, бильярдная и другие комнаты для отдыха. Наконец добрались до винтовой лестницы, идущей по середине весьма широкой башни. Лестница ведёт как вверх, так и вниз.

— Любимая башня Алёны. Она часто тут пропадала.

— Ну мам, не надо меня сдавать.

— И что там? — с любопытством поинтересовался.

— Библиотека, — как-то торжественно сказала Мария Филиповна. Увидев моё удивлённое лицо, засмеялась. — Ты разве не знал о её любви к чтению?

— Если честно, нет. Она не рассказывала.

Башня на два этажа выше дома. Это и впрямь оказалось интересное место. Лестница идёт по центру, по бокам на каждом этаже ещё остаётся много пространства. Возле стен стоят стеллажи до потолка. На них совершенно нет свободного места: оно занято книгами. Возле окна и с противоположной от него стороны, у деревянных перил лестницы, стоят столики и пара удобных кресел. На каждом этаже всё одинаково, за исключением пятого. Там, помимо стеллажей, расположен большой удобный угловой диван напротив широкого окна. Возле дивана стоит журнальный столик с лежащей на нём книгой. Присмотревшись, прочитал название «Морской волк».

Также тут есть ещё один выход с лестницей, ведущий на третий этаж.

— Моё любимое место. Как было приятно взять книжку и сесть напротив окна. Порой, наслаждаясь только что прочитанным абзацем, можно оторваться от текста и полюбоваться закатом.

— И иногда рассветом, — подначила мама. — Или вообще уснуть с книгой в руках.

— Это было редко, — Алёна, залившись румянцем, отвернулась к дивану и взглянула на стол с книгой.

— Опять перечитываешь? — спросила у мамы.

— Да. Меня забавляет наивность главного героя и то, каким слабым попал на корабль.

Я в это время подошёл к стеллажам и посмотрел на стоящие там книги.

— Пушкин, Джек Лондон, Пикуль, — я пробежался взглядом сверху вниз, считывая с корешков имена авторов. В ряду, где стоят книги Джека Лондона, одной не хватает. — Ты их все прочитала?

— Ну не все, но многие.

— Когда уж ей всё прочитать? Ведь с сёстрами, братьями и подружками так весело бегать по парку или устраивать пожары в лесу.

— Ну мам, я тогда была маленькой. И вообще, хватит сдавать меня Стасу.

— Пусть знает, кого ему вручаю. Мою непоседливую и ранимую дочь. Вдруг после свадьбы всё вскроется и он захочет вернуть обратно.

— И вовсе я не такая. И Стас так ни за что не поступит.

— Она мой рыжий ангелочек, который обречён быть со мною всегда, и я никому не позволю её обидеть, — произношу, одновременно обнимая её за талию.

Мы гуляли ещё минут сорок. Я ещё порадовался предусмотрительности. Мы перекусили в столовой Академии, из-за чего голод нас не мучил. Глава рода вернулся домой почти через два часа после назначенного времени. Будь встреча с кем-нибудь другим, я имел бы полное право покинуть сей дом, но не в этой ситуации. Всё же нахожусь у родителей невесты.

— Здравствуй, Станислав. Рад тебя видеть, дочь. Прошу прощения за опоздание, — первым делом принёс извинения, когда встретились в гостиной. Тут находятся всё те же лица. Услышав слова извинений из уст отца, Александр недовольно скривился, но промолчал.

— Здравствуйте. Мы провели прекрасное время. Мария Филиповна устроила экскурсию по вашему дому.

— Небось сразу в библиотеку пошли? — на усталом лице главы рода Жаровых появился намёк на улыбку.

— Сразу после оранжереи, — ответила ему жена.

— Понятно, — он повернулся к Надежде Борисовне. — Что с обедом? Готов?

— Да. Только тебя ждём.

— Тогда не будем тянуть. Даже кофе не было времени выпить. Вели подавать.

— Хорошо, дорогой.

Обед в семействе Жаровых напомнил поход в ресторан. За большим столом, накрытым белоснежной скатертью, собрались небольшим коллективом. Ради нашего обеда глава рода не стал отрывать от работы остальных родственников. На столе еды практически нет. Лишь хлебная корзинка и приборы, причём в большом количестве, а также соль, перец, салфетки. Я, скрывая удивление, сел на стул и, после хозяев дома, положил матерчатую салфетку себе на колени. Слуга поинтересовался, что буду пить, после чего нам начали приносить еду, но не как у Гремяцких, когда ставят блюда с едой для всех, да так, что не остаётся свободного места на столе. Здесь слуги приносят тарелки с едой каждому по отдельности, и тут я испытал ужас от местной высокой кухни. Почему-то от Жаровых не ожидал такой подставы.

Первое, что нам подали — рыбные закуски. Принесли тарелки, на которых лежат по небольшому кусочку разных видов рыб, а также маленькие тосты с уже намазанным маслом и икрой. Не привыкший к такому обхождению со стороны слуг, слегка удивился. На уроке этикета про такое рассказывали и даже отрабатывали, но в обычной жизни сталкиваюсь впервые. Пересилив себя, съел закуску из копчёной белой, красной и ещё какой-то рыбы. Единственное, что понравилось, бутерброды с красной и чёрной икрой. Вроде неплохая рыба, но её вкус требуется срочно запить, чтобы не было нехороших позывов. Ну не могу я её нормально есть.

Затем принесли салат с морепродуктами. К счастью, креветки не обладают ненавистным для меня вкусом. Вот только принесённые следом горячие закуски оказались уже испытанием посильнее. Нам подали какое-то суфле.

— О, моё любимое суфле из копчённого лосося. Станислав, тебе оно точно понравится, — восторженно произнесла Надежда Борисовна. Интересно, она издевается или серьёзно? Неужели Алёна не сказала, что я не люблю рыбу? Что её вкус мне противен? Я очень сильно надеялся, что тут нет злого умысла.

— Кхм. Сейчас попробую, — отвечаю, смотря на небольшую закуску как на врага. Наблюдая, как его едят остальные, последовал их примеру. Вот странное чувство, когда блюдо вкусное, но тебе хочется его выплюнуть. Увы, но остальные ингредиенты не перебили рыбный вкус.

На рыбном супе я сломался. Попробовал из вежливости бульон, попытался поесть картошку, но в итоге отодвинул от себя. Заметившие это хозяева дома удивились. Они едят с большим удовольствием. Алёна всё это время следила за мной, а в её глазах с каждым вынесенным блюдом появлялось раздражение.

— Тебе не нравится суп? — спросил Николай Васильевич. — По-моему, повар сегодня превзошёл себя.

— Возможно, у вас шикарный повар. Может, суп прекрасен, но, к великому огорчению, не могу его оценить.

— В чём же причина? — в глазах, помимо удивления, промелькнуло раздражение. Его можно понять. Мужчина только вернулся после напряжённой работы. Рассчитывал хорошо поесть и угостить будущего мужа его дочери, а гость, вместо похвалы местной кухне, кривит носом от угощения.

— Дело в том, что я не люблю рыбу. Её вкус мне противен, — ошарашил всех.

— Пап, я же звонила и сообщила об этом. Как ты просил, я всё передала Матвею Игоревичу, — вмешалась Алёна, аккуратно сложив приборы, подавая знак, что блюдо можно убрать.

— Так, — он сказал всего одно слово, от которого его дети поёжились. Нажал что-то на браслете и замер. Похоже, начался мысленный диалог, после которого сердито посмотрел на Александра. — Как это понимать?

— О чём ты, отец? — сделал вид, будто не понимает.

— Ты пообещал передать информацию на кухню. Почему не передал?

— Эм... Ну, я забыл.

Что-то мне это напоминает. Наверное, рассказ Виталика о том, как провёл встречу в усадьбе Водниковых. Нарушение закона гостеприимства, когда гость уходит из-за стола голодным, — это позор для хозяина дома. Вижу, как мама Александра бледнеет. Мама Алёны, наоборот, краснеет и с гневом смотрит на опозорившего их парня. Слуги стараются не дышать. Похоже, глава рода еле сдерживается, если судить по потокам стихии, бурлящей в нём, которые почувствовал, сидя с противоположной стороны длинного стола.

— Мы с тобой потом поговорим. Станислав, приношу извинения за этот инцидент. У нас чудесный повар, настоящий волшебник своего дела. Уверяю, он сейчас же что-нибудь приготовит. Быть может, есть пожелания?

— Я принимаю ваши извинения. Что же насчёт пожеланий, то я не прихотлив в еде. Ем всё, кроме рыбы.

Похоже, всё произошедшее — обычная подлянка от Александра. По-моему, выглядит мелочно, к тому же подставил семью. Ведь если я затаю обиду и расскажу о таком приёме кому-либо, то про род Жаровых пойдёт нехороший слух. Это как если бы они накормили гостя помоями. Быть может, утрирую, но не сильно. Ведь это словно человека с аллергией на молоко накормить жульеном со сливками и шапкой сыра, затем принести что-то с соусом бешамель и на финалочку молочный коктейль или мороженое. Поэтому у гостей всегда узнают, есть ли аллергия, или спрашивают их предпочтения. Либо стол делается весьма разнообразным, чтобы каждый смог выбрать еду для себя. Как мне кажется, Александр сам в шоке от произошедшего. Наверное, посчитал, что всё равно съем всё поданное, но не учёл, что есть люди, настолько не любящие рыбу.

— Станислав, как проходят ваши особые тренировки? — Николай Васильевич решил начать беседу, пока повар спешно готовит. Есть все прекратили, и, как мне кажется, желания продолжать обед уже нет, но завершить не могут, так как гость не должен остаться голодным. Всё же они пригласили меня на обед.

— Вы про те, которые проходят на тринадцатом этаже? — решил уточнить.

— Да. Вы уже проводили бои с особыми противниками? — похоже, решил не говорить при слугах об иномирцах.

— Да. Уже провели несколько боёв.

— И как ваши успехи? — он посмотрел не только на меня, но и на Алёну.

— В первый раз возникли сложности, — я чуть поморщился, вспоминая боль от пронзившего спину острия. — Но во второй раз справились все.

— Это очень хорошо, — он на краткий миг задумался. — А что вы думаете насчёт переноса даты свадьбы? — огорошил нас с Алёной. Хотя не только нас, обе жены не смогли скрыть удивление.

— Мне сложно что-либо вам ответить, так как требуется проконсультироваться с родственниками, — не стал говорить, что я тут ничего не решаю и всем процессом занимается род Гремяцких. Думаю, он и так понимает, так как осведомлён о моём финансовом положении и о том, что за всё платят родственники. — Но не могли бы вы обозначить причину?

— Значит, ещё не в курсе. Тогда не стану торопить события, но знай, перенос свадьбы мы уже обсудили с твоим дедом.

Наступившую тяжёлую тишину нарушил почти ворвавшийся полный мужчина в поварской одежде. Он несёт круглый поднос, накрытый поблескивающей в свете ламп металлической крышкой. Встав возле меня, снимает её и демонстрирует тарелку с ароматным супом. Рядом стоят ещё пара с сухариками и тёртым сыром. Кажется, догадываюсь, что принесли, и это вызывает удивление. Приготовить луковый суп за столь короткое время? Может, он уже был готов и стоял в холодильнике?

— Прошу, луковый суп. Уверяю, он вас не разочарует, — с широкой улыбкой произнёс повар. Правда, в глазах заметно беспокойство. — Насчёт горячего. Не желаете ли стейк-рибай с гарниром из запечённого картофеля и стручков фасоли?

Одобрив его предложение, бросил короткий взгляд на хозяев дома, после чего попробовал суп. Ну, что можно сказать? Вкусно, просто и без мяса, вот только в гостях от угощения не стоит кривить нос. Главное, теперь я действительно могу есть вместе со всеми, хотя аппетита у остальных явно поубавилось. Так что обед прошёл весьма скомкано.

— Станислав, не составишь мне компанию? Я бы хотел насладиться после обеда сигарой и бокальчиком коньяка. Помогают, знаешь ли, расслабиться после напряжённого дня.

Мы дошли до комнаты, расположенной на первом этаже, где глава рода предпочитает отдыхать по методу Артура. Он вытащил из коробки со странным названием «хьюмидор» толстую сигару. Тем временем слуга принёс два бокала и початую бутылку с янтарной жидкостью и названием на английском языке. Мужчина вопросительно посмотрел на меня. Тут в голове возник классический вопрос: «Пить или не пить?» Насколько знаю, за неформальным общением решаются очень много вопросов. Если откажусь, как это будет выглядеть и каково мнение составит обо мне? В следующее мгновение понял, у меня есть весьма достойная отговорка, которая никак не сможет повлиять на мнение обо мне.

Пожалуй, откажусь, после нашего общения меня ждёт дуэль.

— С кем, если не секрет? — вначале, когда отказал, заметил появившееся на лице снисхождение, но слова про дуэль заинтересовали его.

— С Александром.

— С моим сыном? — удивился и одновременно насторожился он. — И какова причина?

— Позвольте не стану разглашать данную информацию? Если захочет, он сам всё вам объяснит или это смогут сделать ваши прекрасные жёны.

— Понятно, — односложно ответил, затем макнул ещё не обрезанный кончик сигары в напиток, после чего срезал его. Продолжать разговор не спешил, вместо этого насладился тем, за что Марина меня прибила бы. Выдохнув дым в потолок, наконец произнёс: — Я бы хотел обсудить с тобой приданное за свою дочь. С твоими родственниками уже обсудили, но считаю неправильным не обговорить это с тобой.

Через полчаса, стоя с голым торсом во дворе их усадьбы напротив Александра, пытался выкинуть из головы прошедший разговор. Мозги пухнут, пытаясь уложить всё сказанное. Перспективы кружат голову, но всё это вопрос будущего. Сейчас нужно сосредоточиться на бое, для этого вспомнил, как парень оскорбил Алёну. В груди начала подниматься ярость. Знаю, что злость плохой союзник в бою, поэтому разжёг только холодную ярость, не туманящую голову. Передо мной стоит враг, который сильнее меня, но которого нужно победить.

— «Ну что, Задира, порвём этого пёсика?» — обратился к завывающему в сознании коту. Тот не замедлил послать мыслеобразы, как весело отрывает хвост облезшему волку. — «Тогда не жадничай. Мы должны выложиться на полную. Боль я вытерплю, главное, каналы мне не сожги».

Стихия хлынула бурным потоком, создавая ощущение, будто сейчас лопну, как воздушный шарик. Мечи ярко засияли, зрение изменилось, потеряв часть цветов, но обретя невероятную чёткость. Мир замедлился, словно неведомый создатель нашей вселенной случайно нажал не на ту кнопку и всё вокруг начало двигаться с минимальной скоростью. Точнее, всё, кроме моего сознания.

— Бой без дистанционных техник. Сражаетесь до тех пор, пока один из вас не признает поражение или не будет в состоянии продолжать, — растянуто и крайне странно прозвучали условия дуэли. — Станислав, вы готовы?

— Готов, — постарался ответить очень медленно, чтобы они меня поняли.

— Александр?

— Готов.

— По моей команде, — он сделал паузу, которая для меня растянулась в целую вечность. — Начали!

Я сразу срываюсь с места. Не став кружить и прощупывать, рвусь в бой. Мышцы, насыщенные энергией и укреплённые тренировками с применением эликсиров, еле справляются. Противник, вооружённый обоюдоострым мечом с кровотоком, такой ещё называют «русским», явно не ожидал, что я сразу брошусь в бой. Его аурная защита ярко вспыхнула огнём, а меч прочертил почти дугу. Пока враг не успел собраться, низко приседаю, пропуская оружие над собой, при этом ощущаю его жар, затем, смещая вес с левой на правую ногу, сильно бью остриём ему в бок. Выплеск энергии в момент удара вызвал рябь по его защите. Планирую ударить правым мечом, но Александр уже пришёл в себя. Разогнав внутреннюю энергию, парень ускорился и не сравнялся, но перестал сильно отставать по скорости. Мне пришлось уклоняться от удара снизу вверх, затем от последовавшего удара ногой.

Мой противник сильнее меня на целых две ступени в одном ранге. У него третья ступень шестого ранга, у меня первая. Это означает более высокое развитие энергетического тела. Его каналы способны пропустить в разы больше стихийной энергии единомоментно. При таком раскладе, если я смог только поколебать аурную защиту с одного удара, то мою он сразу снесёт. Для боя мне нужна ещё большая скорость, которую мой шерстяной адреналинщик с радостью дал. Если бы ещё врубить тяжёлый метал, то мой кот, наверное, начал бы им подпевать. Всё это промелькнуло за какую-то секунду, пока парировал очередной удар.

Чувствуя сильную боль по всем каналам, я оскалился и с новой силой начал атаковать. Александр перешёл в глухую оборону. Вижу, что у него большой опыт в сражениях. Наверное, и «мясорубку» проходил значительно чаще, но мои тренировки с Рокотом ни с чем не сравнить. Противник комбинирует связки, пытаясь порой переходить в контратаки, вот только я слишком для него быстр. Его оружие вновь скользит по одному из «грозовых братьев», тем временем мой второй меч бьёт под рёбра. Защита снова рябит. Судя по горящим огнём глазам, Александр зол и одновременно недоумевает. Он бросается в решительную атаку, снова и снова пропуская удары. К сожалению, не даёт нанести два очень быстрых, которые снесут защиту и позволят добраться острому лезвию до плоти.

Во время очередной связки его защита вспыхивает огнём, на миг дезориентируя. Не раздумывая, повторяю за ним и делаю уже привычную вспышку, ослепляя его.

— Стоп! Прекратить бой! — немедленно выкрикнул Николай Васильевич.

Всё дело оказалось в результате размена ударами. Он успел в момент моей дезориентации горизонтальным ударом в живот снести мне защиту и следующим погрузить кончик острия в живот. Вот только рано обрадовался. Когда его ослепил, сумел нанести два удара и оставить без защиты. Я мог увернуться от удара, но решил сделать шаг навстречу, чтобы скрестить «братьев» у горла. По шее Александра стекли две струйки крови. Я лишь слегка её надрезал, перед этим убрав из мечей стихию.

— Объявляю ничью, — с непонятной интонацией произнёс глава рода Жаровых.

— Нет, — мрачно сказал его сын.

— Ты не согласен?

— Я проиграл, — горько ответил он. — Мой удар при наличии целительского артефакта не смертелен. В отличие от его мечей возле моего горла.

— Если признаёшь поражение, то принеси извинения.

— Я был не прав и прошу принять извинения, — сказал, смотря мне в глаза.

— Не мне. Извинись перед сестрой, — мы всё ещё стоим с мечами, и я не спешу убирать свои от горла, при этом адреналин не даёт прочувствовать боль от пронзившей меня стали.

— Сестра. Алён, прости меня. Мной овладел гнев, и я не думал, что говорил. Я ведь действительно желаю тебе только счастья и считал Марка лучшей для тебя кандидатурой. Но после ссоры с другом и сказанных тогда друг другу слов, начал во всём винить Станислава и тебя. Сейчас же я осознаю, каким был идиотом. Да уж, мечи у горла очень хорошо прочищают разум.

Мы наконец разошлись в стороны. Чувство, когда острая сталь покидает твоё тело, не менее болезненное, чем когда входит, вот только адреналин сильно притупляет боль. Я сразу достаю целительский артефакт, подаренный Рокотом, из сумки, лежащей на скамейке. Рядом с сумкой лежат снятые перед дуэлью вещи. Рана мгновенно исчезает, однако тело всё ещё сильно болит, после того количества энергии, которое выдал Задира. Смотрю на Алёну, но вместо радости на её лице вижу тревогу и… огорчение. Подхожу к ней и ловлю взгляд дорогих сердцу глаз, которые полны слёз.

— Что случилось? Если ты из-за раны, то не переживай, её уже нет, — пытаюсь успокоить, но всё бесполезно.

— С..Стас, п-посмотри на… — запинаясь от волнения, не смогла сразу объяснить, что случилось. — Посмотри на браслет.

Поднимаю руку и вижу, что на него пришло новое сообщение. Открываю и читаю текст, который не сразу получается понять. То же самое делает Александр.

— Внимание! Всем номерным отрядам! Иномирный враг идёт войной на наши земли. В связи с предстоящими боевыми действиями, всем номерным отрядам требуется прибыть в главный штаб корпуса не позднее следующей субботы. Все отпуска отменяются.

— Повторяю. В наш дом пришла война. Всем номерным отрядам следует прибыть в штаб корпуса не позднее следующей субботы для получения боевой задачи.

Глава 3

По возвращении домой застали друзей, сидящих в гостиной с мрачными и задумчивыми лицами. Мама подняла на меня глаза, затем посмотрела на грустную Алёну. Она вскочила и, подойдя к ней, обняла.

— И как поступить с учёбой? — спросил Артур.

— Никак. Если Горыныч отдал такой приказ, значит, с ректором обо всём договорится. Тем более, разве не для этого нас тренируют? — внезапно рассудительно спросил Виталик.

— Нас учат не для войны. Мы вообще-то разведка, — ответила Марина.

— Не ссорьтесь, дети. Уверена, вас на опасный участок не отправят. Побудете там пару недель и вернётесь.

— А как быть со свадьбой? — не удержалась Кристина, от чего Алёна вновь чуть не заплакала.

— Не переживай, моя дорогая. Я завтра же пойду к отцу и обо всём переговорю, — она погладила Алёну по волосам и попыталась успокоить.

— Не переживай. Ты же слышала слова своего отца. Он тоже говорил о переносе.

— Но когда мы оттуда вернёмся? Месяц? Два? Или вообще через полгода?

— Алён, не плачь, мы что-нибудь придумаем. Или вообще наплюём на всех и распишемся раньше. Без всех этих торжеств.

— Правильно, братик. К скунсу эти традиции.

— Не горячитесь. Надо для начала всё обсудить.

— А что за боевые действия? Там гон намечается? Разве они могут длиться так долго? — вдруг спросила Кристина, а мы вспомнили, что она не имеет нужного уровня допуска. Перевожу взгляд на Катю, затем Аню.

— Я всё знаю. Деда думал, будто от меня можно хоть что-то скрыть дома. Я подсмотрела его пароль и всё прочитала на нашем сервере, — беззаботно выдала Катя.

— А меня профессор брал с собой, когда устанавливали новые кристаллы, на которых записана информация про встреченных…

— Анюта, не стоит об этом всем рассказывать, — перебила её мама. Похоже, среди нас только Кристина не в курсе. — Извини, Кристиночка, но у тебя нет нужного уровня допуска. Мы не можем рассказать всех подробностей.

— Ну и ладно, — отмахнулась Кристина. — Меня больше печалит, что вы так надолго уедете.

— М-да. Бардак с этими уровнями допуска. Какой от них смысл, если все всё знают? — задал вопрос, на который никто не ответил.

Мы ещё долго сидели и обсуждали предстоящее отбытие. Больше всего интересовало, как и когда уезжать. Нам вроде положены билеты за счёт корпуса. Или надо самим покупать? Мы тут же проверили, есть ли они в наличии. Вдруг все билеты уже распроданы? Они нашлись, но всем вместе ехать не получится, так как их мало и места раскиданы по разным вагонам. Я позвонил Барсу, и после разговора с ним мы чуть успокоились. Он попросил до завтрашнего дня ничего не делать. На нашем занятии всё объяснит.

В Академию шли в боевом настроении. События вчерашнего дня уже улеглись, и теперь нам не терпелось обсудить с Игорем предстоящую поездку в Москву. Уже в здании, направляясь к лифтам, обратили внимание на курсантов. Они выглядят какими-то пришибленными. Вероятно, узнали о причинах сбора ассамблеи и принятых там решениях. Мы эти новости ещё не читали, так как обсуждали сообщение из штаба корпуса запортальных разведчиков.

— Доброе утро. Предполагаю, у вас море вопросов, и прежде чем вы их зададите, сообщу всё, что знаю, — начал Игорь, когда мы собрались в одном классе. Мы поздоровались и принялись ждать разъяснений. — По поводу того, как будем добираться, не волнуйтесь. Переброска из Беловодья будет осуществляться по воздуху в субботу рано утром. Полетим вместе с дружиной одного из родов. Что касается, зачем там нужны мы. Уверен, этим вопросом тоже задавались. Решением командующего корпусом запортальных разведчиков, статус отряда, проходящего стажировку и доподготовку, отменён, — огорошил Барс. — Теперь мы полноценный отряд. Да, на самый опасный участок нас не пошлют, но отряд, пусть не из самых сильных, но контрактов, где применить, найдут. Между прочим, места, куда отправляют отряды, выбираются согласно уровню силы отряда и опыта, так что нас в любом случае не должны отправить в самое пекло.

— А как быть с учёбой? Мы теперь должны каждые три месяца возвращаться в Москву? — спросила Марина.

— Нет. Я вчера вечером пообщался с представителем корпуса в Беловодье. У нас всё без изменений, за исключением лета. У вас не будет более практики, вместо этого полноценные три месяца службы.

— А как же каникулы? — вновь спросила наша целительница.

— Мариночка, о чём ты? У вас целых девять месяцев отдыха, — с улыбкой ответил наш командир. Оглядев наши ошарашенные лица, он оскалился. — Зато есть и хорошие новости. Во-первых, наше снабжение станет лучше и более разнообразным. К примеру, более не придётся пользоваться моим личным транспортом, и нам выдадут новую машину из автопарка комплекса. Так что, Виталик, тебе особое задание: посмотри, что у них есть, и отправь заявку. Артур, тебе тоже задание, нужно выбрать оружие получше и разнообразить количество артефактов. По поводу артефактов я тоже посмотрю, но и вы пройдитесь по ним, может, что-то приглянётся. Ну и во-вторых, нам теперь станут платить полноценную зарплату как действующему отряду. Думаю, эти новости вас должны обрадовать. Ах да, есть ещё в-третьих, как действующему отряду, корпус предоставляет жильё. В Беловодье оно предоставляется в общежитие, а в Москве полноценная квартира.

— Значит, мы можем получить комнату в общежитии? — задумчиво спросил Виталик. Артур выглядит не менее заинтересованным.

— Конечно, но разве вы сейчас не живёте в более лучших условиях? Или уже так надоели Стасу, и он решил вас прогнать?

— Пускай живут сколько хотят. Места много.

— Но там своё жильё, — Виталик явно не договорил и, видя, что мы не понимаем его причины, всё же сказал: — Просто она стесняется прийти к тебе.

— Глупо, но понять могу. Тогда можно получить и использовать общагу корпуса как место для свиданий, — с улыбкой предложил ему. Артур, между прочим, не стесняется, они с Кристиной живут в одной комнате.

— А почему ты сказал, что мы в более лучших условиях? Не, Стас, ты не подумай будто у тебя плохо, просто слова заинтересовали.

— Даже корпус не может позволить себе тут шиковать. Маленькие тесные комнаты, благо у каждого свой душ и санузел. У Барьера и Периметра, кстати, общие на этаж. Вы же сейчас живёте в просторном доме со всеми удобствами недалеко от Академии.

После его ответа ребята задумались, но много времени на шевеление извилинами им не дали. В класс вдруг зашёл ректор. Мы дружно встали и поздоровались. Он обвёл всех серьёзным взглядом, словно выискивает страх и нерешительность на лицах.

— Господин ректор, — Барс склонил в приветствии голову.

— Садитесь. И ты тоже, — приказал Игорю. — Буду честен, я считаю, вы ещё не готовы. Мне крайне не хочется вас отпускать, но я не могу в условиях надвигающихся боевых действий отказать вашему командиру. — Всем стало понятно, кого конкретно он имеет в виду. Сомневаюсь, будто мнение Игоря для него хоть что-то значит. — Поэтому я хочу вам дать выбор. Если хоть кто-то из вас захочет остаться и не ехать, то вы останетесь здесь и продолжите учёбу без каких-либо последствий. Из номерных вас не выгонят, так как для всех это будет мой запрет, а не ваше решение.

В комнате повисла мёртвая тишина. Его слова оказались неожиданными и, для меня, обидными. Нисколько не сомневаясь, встаю. На мне скрещиваются удивлённые взгляды друзей и растерянный Барса.

— Контрактор Рокотов. Господин ректор, я не могу говорить за всех, поэтому отвечу за себя. Я свой выбор сделал, и коль командир приказывает, я не могу отсиживаться в тылу, тем более в такой трудный час. С начала года прошло не так много времени, однако мы много тренировались и уже узнали, какого это сражаться с иномирцами.

— И я не стану отсиживаться, — вскочил Артур, затем опомнился и добавил: — Контрактор Иванов, господин ректор.

— Контрактор Дубов, мы 13-й отряд, и этим всё сказано. Оторвём хвосты этим иномирцам.

— Контрактор Магомедов, я не трус, господин ректор.

— Я тоже не трусиха, — вскочила Марина. — Ой, контрактор Светлова. Если что, я их всех вылечу. Я имею в виду членов отряда, а не этих ходячих рыб.

Осталась сидеть только Алёна. На её лице читается сомнение. Она бросила на меня взгляд, полный надежды и одновременно тоски. Тяжело выдохнула и, словно с чем-то смирившись, беззаботно улыбнулась.

— Контрактор Жарова, я не стану отсиживаться в тылу. Я с отрядом.

— Другого услышать не ожидал. Всё же в номерных одни психи, но так и должно быть. Как член одного из отрядов, отлично вас понимаю, — последнее предложение всех ошарашило. Точнее, всех, кроме Барса. Он совершенно не удивлён, я же стал что-то припоминать. Вроде кто-то рассказывал про ректора, что он из отряда.

— Господин ректор, а в каком вы отряде? — решаюсь спросить.

— Вы разве не знали? Эх, с этими академиями о нас совсем начали забывать. Вон, только Хель веселится. Барс, расскажи им.

— Виноват, думал, они знают, — он повернулся к нам и с почтением произнёс: — В первом отряде шесть контракторов. Это сильнейший отряд и самый древний. В нём состоят трое ректоров российских Академий и трое руководителей портальных комплексов. Его ещё называют «драконий отряд», так как у всех контракты с драконами.

— Вот это да, — выдал общую мысль Виталик.

— Ну, раз уж всё решено, то, прежде чем вас отпустить, я должен увидеть уровень вашей подготовки. Сегодня весь отряд сражается вместе, наблюдателем буду я. Вы сразитесь против погонщиков. Считайте это вашим экзаменом во взрослую жизнь. Если не пройдёте, то считайте, я не слышал ваших слов.

— Господин ректор, но ньинхе ведь не одарённые, — обратился Артур.

— Не совсем так. Без дара они не смогли бы делать свои артефакты и управлять зверьми. Просто их сила несколько иного характера. Сами по себе погонщики слабы, но способность управлять зверьми превращает в серьёзных противников. К примеру, сильнейших из своей стаи иногда оставляют на охране, а остальных отправляют в бой. К тому же носят артефакты, которые помогают в сражениях. Например, защитные, которые можно назвать аналогом аурной защиты. Причём их поделки превосходят наши, и мы до сих пор не умеем создавать полноценные аналоги.

— То есть защитные артефакты, которые у нас делают, очень сильно уступают? — удивлённо спросил Виталик.

— Верно. Но там тоже не всё просто. Самые простенькие, как аналог аурной защиты пятирангового одарённого. Самые дорогие даже я не с первого раза пробью, — вновь ошарашил нас. — Думаю, на сегодня разговоров хватит. Пора делом доказать вашу готовность. Можете в течение десяти минут обсудить тактику, пока подготавливаю полигон.

После того, как ректор вышел, Барс поднялся и встал напротив нас. Обвёл серьёзным взглядом.

— Сегодня нас ждёт экзамен, на котором узнаем, насколько готовы к реальной работе. Благо есть ещё один день, на котором проведём работу над ошибками. Что касается тактики на бой. Мы не знаем, сколько будет погонщиков и на какой территории пройдёт бой. Поэтому в начале, если будет возможность, попробуем затаиться и провести разведку. Быть может, получится уничтожить их по одному. Если не получится, то надо занять место, где сможем нормально обороняться. К примеру, в лесу среди деревьев. Самых сильных зверей беру на себя. Мой дух будет в резерве и, если понадобится, прикроет. Стас, тебе отдельная задача. Твоя скорость поможет прорваться к погонщику. В случае его смерти подконтрольные звери теряют всякую слаженность. Они либо впадут на краткий миг в оцепенение, либо станут буйствовать, начав атаковать всех подряд без разбора. Благодаря этому будет легче с ними справляться. Если увидишь возможность достать погонщика — действуй. То же самое касается и вас, но не будьте слишком самонадеянны.

— Я, конечно, постараюсь, но что, если зверь, на котором будет восседать противник, окружит себя и погонщика защитой?

— Не думаю, что ректор сделает их слишком сильными. К тому же под влиянием ньинхе звери становятся словно роботы. Если погонщик не дал заранее приказа, они могут начать действовать согласно инстинкту или просто застыть в ожидании команды. Если снесёшь защиту, высока вероятность, что зверь не станет создавать ещё одну. В особенности если ньинхе сильно полагается на артефакты.

Барс продолжил инструктировать, пока ему на браслет не пришло сообщение от ректора. Мы дружно встали и направились на выход из комнаты. Над дверью на полигон уже горит зелёная лампа, разрешающая заходить.

— Кот, идёшь первым. Всё как на ваших тренировках. Главное, если получится, спрячься, чтобы не выдать нашего места.

Киваю ему и, вытащив мечи, плавно захожу внутрь. Стоило очутиться на полигоне, как ощутил странное чувство, будто меня поднимает на лифте. Это состояние продлилось считанные секунды. Я слышал про такой эффект от командира. Такое происходит, если задать программно место старта. Каждого, кто входит на полигон, переносит в определённую точку материальной иллюзии.

Предположение Игоря по поводу местности оказалось частично верным. Как только зашёл, понял, что нахожусь на заросшем деревьями и кустарником склоне горы. Спуск вниз идёт под углом почти тридцать градусов. Или мне так только кажется, вот только стоять на нём трудно. Зато помимо деревьев тут есть высокие густые кусты, за одним из которых я присел, потому как заметил внизу движение. По спирали к вершине горы проложена асфальтированная дорога. Меня забросило чуть ниже ровной вершины, на которой виднеются укрепления, вот только мы попасть в них не сможем, так как расположены за границей доступного пространства полигона, словно ректор специально решил так подразнить.

Проложенная дорога как бы делит гору на четыре части. Наш противник пока зашёл на первую четверть. Благодаря когтям звери спокойно поднимаются по склону, не используя дорогу. Появившиеся следом за мной друзья увидели мою жестикуляцию и тоже спрятались. Барс плавно, чтобы не выдать себя резкими движениями, приблизился к моей позиции.

— Как обстановка?

— Увидел одного погонщика и около двенадцати зверей, по большей части волки, есть крупная пума, ньинхе восседает на большом жуке-носороге.

— Что-то мало, — Барс нахмурился и посмотрел по сторонам. — Не может быть всё так просто.

— Может, противники есть и с других сторон горы? — предложил Артур. — Ректор решил устроить что-то в стиле царя горы?

— Вполне вероятно. Псих, Феникс — попробуйте аккуратно пройти вокруг. Нам надо знать, сколько ещё противников. Кот, плавно и максимально незаметно движешься к вон тому камню. Используешь артефакт мимикрии. Как только вступим в бой и отведём всех подальше, атакуешь погонщика. Не геройствуй. Если жук слишком силён, отходи, я отправлю на помощь духа.

— Почему не использовать его сразу? — спросила Марина. Виталик с Алёной уже начали удаляться, прячась от врагов за деревьями и кустами. Благодаря тому, что ветер в нашу сторону, враг не сможет их учуять.

— Потому что он синий, — спокойно ответил командир, но, видя, как Марина в недоумении хлопает ресницами, пояснил: — Среди зелени будет хорошо виден.

Несмотря на разгон, вниз, по настоянию кота, которого теперь часто называю Задирой, спускался плавно, так как быстрое движение глазу заметить легче. Разгон хорошо помогает подмечать всё вокруг, в том числе взгляды противников. Камень, за которым собираюсь укрыться, находится почти возле дороги. Откуда он тут, не знаю, да и не интересно. Главное, он достаточно высокий, чтобы не сильно за ним пригибаться. Добравшись до него, вытаскиваю из обычного рюкзака, созданного программой, артефакт, напоминающий панцирь черепахи, такой же округлый. Его требуется обязательно прикрепить на какую-то поверхность, которая должна быть выше и шире силуэта, нуждающегося в маскировке. Закрепив на камне, приседаю как можно ниже и активирую маскировку. Вначале энергия растеклась от артефакта в стороны, затем стала формировать полусферу. Снаружи будет казаться, будто валун чуть больше. При этом маскировка не только визуальная. Звери не учуют запах и не ощутят энергию контрактора. У него есть только один минус: если кто-то наступит, то свалится мне на голову.

Тем временем события продолжают развиваться. Дождавшись, пока подконтрольные звери достигнут дороги, то есть прошли первую четверть, погонщик двинулся следом. Из-за больших размеров жук не везде может протиснуться. Когда на пути оказались пара не самых толстых деревьев, его рог охватило серо-свинцовое сияние, он резко мотнул головой, и одно из деревьев начало падать.

— “Значит, у него стихия ветра. Это может быть опасно, мне стоит действовать очень быстро.”

Когда звери начали преодолевать дорогу и заходить на наш сектор, смог разглядеть мелькнувшего среди деревьев Виталика. Причём пришёл с другой стороны, значит, круг они уже сделали. Самое неприятное, его заметил не только я, но и пара волков. Погонщик насторожился и скомандовал ещё одной паре двигаться в ту сторону. Где сидят остальные я не знаю, но, согласно плану, они должны рассредоточиться.

Четвёрка зверей начала окружать место, где был замечен Виталик, тем временем остальные продолжили подъём. Время ожидания противника уже перевалило за пятнадцать минут.

Псих напал незаметно. Его фламберг с одного удара снёс голову подошедшему ближе всех. Затем друг быстро развернулся и почти располовинил второго и тут же ушёл в перекат вниз по склону, уворачиваясь от огненного шара. Округу наполнили звуки боя. Появившееся неловкое чувство, оттого что все сражаются, а я тут сижу, быстро пропало, стоило только завалиться дереву, стоящему неподалёку. Погонщик не стал прятаться или убегать, он решил рвануть в гущу схватки. Прежде чем начать действовать, обратил внимание на упавшее дерево: его ветви задели маскировочный купол, и одна из них лежит на мыске берца.

— “Настала наша очередь. Задира, поддай жару!” — мысленно крикнул духу и устремился со спины на погонщика.

Он не так далеко от меня. Стараясь не шуметь, бегу к нему на большой скорости. Вот уже собираюсь прыгать, чтобы взлететь на спину жука, как вдруг вокруг всадника и его странного скакуна поднимается настоящий вихрь, создавший стену из веток, листвы и комьев земли. Каким-то образом он меня почуял. Жук-носорог, для своих габаритов, проворно развернулся. Размеры его, между прочим, немалые. При моих ста восьмидесяти сантиметрах роста, он выше примерно на полкорпуса и шириной около двух метров. Эта мощная туша, покрытая прочной хитиновой бронёй, мгновенно развернулась ко мне и, убрав вихрь, попыталась насадить на рог, окутанный стихией. Пришлось сделать быстрый скачок в сторону, запустить пару шаровых молний и вновь уйти в кувырок, но уже от ветреных серпов. Мои молнии угодили в погонщика, которого спасла артефакторная защита.

Понимая, что надо действовать быстро, забегаю за спину и планирую повторить попытку атаки. Когда появился вихрь, скрывающий ньинхе и жука, прыгаю к стоящему неподалёку дереву, отталкиваюсь от ствола, чтобы взлететь ещё выше. Противник не заметил моих прыжков и, когда развернулся, не сразу понял, что уже лечу сверху, тем более я вернул в тело энергию из мечей, от чего по каналам прошлась волна боли, а враг не увидел яркого свечения. Всё же наши мечи мощные накопители и способны короткое время хранить много энергии. Единомоментно возвращаю стихию в оружие и даже больше, от чего они прошли появившуюся артефактную защиту словно раскалённый нож сквозь масло. Голова облачённого в зелёный доспех противника отлетела в сторону. Жук подо мной замер, лишь головой трясёт, пытаясь прийти в себя. Не теряя времени, пока он растерян из-за потери связи, нахожу уязвимое место в сочленении хитина и пронзаю шею. Сразу отхожу подальше, потому как, впав в предсмертную ярость, он начал тратить оставшиеся силы в попытке меня убить. Серпы, вихри и другие техники полетели ко мне. Лишь чудом сумел их избежать. Благо продлилось это недолго.

— Не расслабляемся. Таких отрядом ещё три. Нам повезло, что у этой иллюзии программой заложено слишком мало мозгов. Он не догадался предупредить остальных.

— А как бы он это сделал? — спросил Виталик. — Или у них есть артефакты связи?

— Вот же. Я разве не говорил об их способах связи и известных сигналах? — растерянно спросил Барс. Справившись со всеми зверьми, мы собрались для обсуждения дальнейших действий. — Тогда на следующем занятии всё расскажу. Сейчас знайте, у них есть артефакты с громкими звуковыми сигналами, а также старый добрый сигнальный рог.

— Понятно. Тогда нам действительно повезло, — за всех ответил Артур.

— Думаю, он просто увидел, что нас очень мало, вот и был столь самонадеян. Но расслабляться рано. Нас могли услышать и отправить кого-нибудь в разведку. Не факт, что пойдёт погонщик, так что делимся на две группы. В первой: Феникс, Псих и Пегас. Ваша задача — напасть на отошедших подальше от погонщика зверей и постараться уничтожить или серьёзно ранить. Если за вами увяжется ньинхе, то отступайте. Мы займёмся тем же самым, но с другой стороны, однако в наших силах справиться с погонщиком.

Первая группа выдвинулась влево, мы же пошли по верху направо. То, что встретим противника, не сомневаемся, ведь их цель, судя по локации, то, что на вершине горы. Уткнувшись в стену, наверняка некоторое время будут думать, что делать дальше, затем пойдут по кругу. Так и вышло. Мы очень быстро наткнулись на растянувшихся цепью зверей. Очередной погонщик, восседающий на толстом высоком варане, отстал примерно на полсотни метров. Наша группа, за исключением Барса, устремилась к зверям, привлекая всё вниманием на себя. Не знаю, насколько решение Игоря правильное. Конечно, льстит его доверие и вера в то, что мы с ними легко справимся, но у меня мелькнуло лёгкое сомнение, когда Фею и Бобра, после того как справились с первым, окружили сразу пятеро шакалов и на подходе крупный секач. Я в это время, мелькая между деревьев, привлёк к себе остальных зверей и не мог прийти на помощь. Однако зря беспокоился. На спину секачу вдруг налетел состоящий из стихии воды дух.

Отвлёкшись на друзей, чуть не пропустил сливающуюся с местностью крупную змею. Мне вначале показалось, будто это тонкое дерево, но когда оно вдруг зашевелилось, пришлось спешно уворачиваться от водных лезвий, выросших по всему её телу. Она атакует крайне странно: сворачивается в пружину и прыгает. Пролетая мимо, старается задеть остриями, сделанными из стихии. Убить её у меня не получилось, лишь нанести один удар и заметить появившуюся рябь аурной защиты. Это указывает на то, что сила выше моей.

Прыжок, отталкиваюсь от дерева, затем от соседнего и запрыгиваю на толстую ветку. Существо, похожее на тигра, только вместо шерсти чешуя, уже лезет по стволу. От белоснежного волка в меня летят острые сосульки, очень прочные благодаря стихии. Ещё несколько волков кружат неподалёку и ждут, когда спрыгну. Не все из противников стихийники, поэтому обстреливает всего один. Отбив мечами атаку волка, продолжая балансировать на ветке, вижу, как змея забирается по стволу соседнего дереву. Вот она готовится прыгать, и мне ничего не остаётся, кроме как прыгать выше и меняться с ней деревьями. Уже в воздухе замечаю что-то странное. Вместо того, чтобы обвить дерево, на котором я только что стоял, змея летит дальше. Её защита пропала. Чешуйчатый тигр вдруг летит вниз, ломая крупным телом ветки.

— У Барса получилось, — довольно скалюсь и, прыгая по веткам, шустро спускаюсь вниз. Надо воспользоваться смертью погонщика.

Дальнейшее не заняло много времени. Кошка, падая с дерева, не сгруппировалась, из-за чего повредила одну из лап. К тому же, потеряв ментальную связь, оказалась сильно заторможенной. Единственной, кто более-менее пришёл в себя, оказалась змея, но с ней помог справиться дух нашего командира. Сам Барс в этот момент дерётся с впавшим в безумие вараном. Всё же не все впадают в ступор и порой ведут себя как берсерки, впадая в дикую ярость, атакуют всех подряд, в том числе своих.

— Вы как? — спросил в первую очередь у Марины.

— Жалким пёсикам нас не победить, — гордо сказала Марина, при этом в глазах промелькнул страх. — Но если бы не дух, то было бы тяжко. Тот кабан просто жуткий. Его глаза так горели стихией. Я думала, он нас превратит в ледяные статуи.

Мы общались, пока бежали к Барсу на помощь, которая, если честно, ему не требовалась. Он вместе с присоединившимся духом играючи расправился со скакуном погонщика. Когда подошли, всё уже закончилось. Игорь оглядел нас на наличие ран. Не заметив, довольно кивнул.

— Идём к первой группе. Что-то у меня нехорошее предчувствие. Они уже должны были прибежать и привести на хвосте врагов.

Наша четвёрка поспешила в сторону, куда отправилась группа. Первое, что услышали, это треск деревьев. Затем увидели друзей, но только двоих. В груди всё сжалось от тревоги. Приглядевшись, понял, у Артура на руках чьё-то тело. Не раздумывая и не отдавая себе отчёта, разгоняюсь похлеще, чем во время недавней дуэли. А всё дело в том, что задержать преследующего ещё одного жука-носорога решил Виталик. Я это понял по его мечу. Это значит, на руках у Артура Алёна. Помочь ей сможет только Марна и имеющиеся у неё целебные зелья и артефакты. Я же решил задержать противника.

Ещё на подходе с кончиков мечей запустил шаровые молнии, ярко горящие от количества вложенной стихии. Даже не успел удивиться, как это получилось. Они врезались в защиту жука почти одновременно и смогли поколебать защиту. Это же сколько энергии я в них вложил? Промелькнула мысль на задворках сознания. Виталик не упустил момента и пробил защиту, стоящую между ним и прочным хитином. Он не стал бить по естественной броне, вместо этого подрубил одну из ног. Жук зашипел от боли и применил вихрь. Псих вовремя отскочил в сторону, а я вновь решил атаковать стихией. Для этого воспользовался деревьями, по которым взлетел наверх и встал на толстую ветку, тем самым оказался над вихрем. Вниз, в голову жуку, полетели шаровые молнии. Тот убрал вихрь и попытался достать меня ветряными серпами, напрасно позабыв о Виталике, который смог отрубить ещё одну ногу, тем самым делая жука почти обездвиженным. Финальную точку поставил Барс, пробивший голову мечом, наполненным стихией.

— Молодцы, хорошо сработали в команде, — похвалил нас.

— Что с Алёной? — обеспокоенно спросил у него.

— С этой… кхм, Алёной, уже почти всё нормально, — сдерживая мат, ответил Барс. — Она ослушалась приказа и решила убить погонщика. У неё получилось, но не учла одного — не все звери впадают в ступор. Будь жук сильнее, от неё осталось бы всего две половинки. Вот же дура. — последнее слово я решил пропустить мимо ушей, потому как у самого лезут более грубые слова.

— А что с остальными зверьми?

— Гуляют по горе. Повезло, Артур заметил, как получила ранение, и успел в последний момент спасти.

Мы подошли к Марине, занимающейся раной на животе Алёны. Моя невеста, бледная, с лицом, искажённым от боли, лежит на земле. Из рук нашей целительницы исходит изумрудное свечение, сращивающее рваную рану на животе, чуть ниже пупка. Я потянулся за висящим на шее артефактом, но командир остановил. Недоумевая смотрю на него.

— Во-первых, Марине нужна практика. Во-вторых, пусть будет уроком. Если бы послушалась меня, то ничего такого не случилось. Детские игры кончились, за порталом смерть постоянно дышит в затылок. Тем более вас предупреждали, что на этом полигоне случались и смертельные случаи. Не зря его называют «мясорубка».

Согласиться с ним оказалось очень тяжело. Сердце разрывается от жалости и сострадания. Разум соглашается со словами командира и даже больше, требует её отругать за безумство, но всё внутри прям сжимается и хочется скорее исцелить, обнять и успокоить.

— Ну и чего все тут собрались? — зло спросил Барс. — Или вы уже всех победили? Кот, Пегас, Псих — отправляйтесь на поиски остальных зверей этого отряда. Будьте начеку, где-то последний погонщик.

— Барс, почему никто из них не подал сигнал? — перед уходом решил спросить.

— Кто этих программистов-рунологов знает? Может, создали некий алгоритм, из-за которого, когда мало противников, они не сигналят. Либо ректор сделал такие настройки. Там же в меню много пунктов, которые можно настроить. Всё, хватит болтать, идите уже. Бобёр — наблюдай за той стороной, но далеко от нас не уходи, будь в поле видимости. Со зверьми можешь вступить в бой, но не с погонщиком. Если нарушишь приказ, то я даже не знаю, что сделаю, но обещаю, мало не покажется. Вас это тоже касается.

Подходя к месту, недалеко от которого Алёна убила погонщика, обнаружили странную картину. Оставшихся в живых зверей атакуют пришедшие с четвёртым, последним ньинхе. Но атакуют не чтобы убить. Они их сгоняют в одно место. Окружив, чтобы не могли вырваться, стали ожидать, пока подъедет закованный в зелёные доспехи воин с глухим шлемом, полностью скрывающим лицо. Едет он на мощном лосе с красивыми ветвистыми рогами. Погонщик достал какой-то артефакт, и согнанные звери вначале замотали головами, кое-кто заскулил или зашипел. Всё это продлилось недолго, примерно минут пять. По прошествии времени звери успокоились и, подчиняясь командам нового хозяина, пошли в нашу сторону. Причём они пошли первыми, свою стаю этот погонщик далеко от себя не отпускает.

— Мы можем успеть убить кого-нибудь из только подчинённых, а затем надо бежать к своим, — предложил друзьям, когда мы отошли чуть подальше.

— Поддерживаю, — согласился Артур.

— А может сами справимся? — азартно спросил Псих.

— Кот, ты у него моноколеса не видишь? — задал странный вопрос Пегас. — Просто машины нет, а Псих проснулся.

— Да иди ты. Кот может их увести за собой, а мы тем временем вдвоём нападём на погонщика. Думаю, справимся.

— Сомнительное предложение, — не согласился я. — Что-то подсказывает, этот лось не прост. Думаю, он может быть по силе равным Барсу. Вам с ним не справиться. Уверен, ректор специально его придержал, оставив самого сильного на закуску.

— А если с тобой нападём? Ты же рассказывал про дуэль, — не унимался Виталик.

— Нет. Если у него седьмой ранг, то мне не справиться. Ты же должен понимать, насколько велика разница в силах между рангами.

— Жаль. Тогда выносим кого сможем и отходим к остальным, — огорчённо сказал Виталик.

— Предлагаю не просто отходить. Я соберу как можно больше на себя, вы тем временем побежите к нашим. Может, Барсу удастся незаметно к нему подобраться.

Первая часть плана прошла в целом успешно. Из идущих первыми только один оказался стихийником. Его убить не смогли, тогда как с простыми одарёнными зверьми проблем не возникло. Тем более они действовали как-то механически, словно погонщик не дал им правильных установок. После этого небольшого успеха побежали к нашим. Друзья быстро оторвались, я же специально отстал. Похоже, трюк сработал, и ньинхе отправил больше половины подконтрольной стаи за мной. Вновь началась гонка. Я уворачивался, петлял словно заяц между деревьев, прыгал по стволам и творил чудеса акробатики. Ведь мне нужно не оторваться, а сосредоточить всё внимание на себе, что очень неплохо получается. По мне не раз уже прилетали стихийные техники. О сражении даже не помышляю, так как противник действует очень слажено. Несколько раз пытались меня обойти и устроить засаду. В одну из таких чуть не влетел.

Всё изменилось внезапно. Я перепрыгнул поваленное дерево, увернулся от очередного бросившегося на меня чешуйчатого тигра, поймал на защиту огненный шар и вдруг услышал позади звуки боя. Завернув за дерево, выглядываю с другой стороны. Оказывается, в хвост преследователям зашли Бобёр и Псих. Позади меня тоже началась схватка, там бледная Феникс, уже подлеченная, дерётся с ждавшим в засаде медведем. Чешуйчатый тигр, не понявший изменившуюся обстановку, устремился на меня, от чего быстро поплатился. Слабая аурная защита для меня уже не помеха. В несколько ударов разделываюсь со странным представителем семейства кошачьих и сразу начинаю искать следующего противника.

— Ну горазд ты бегать, — усмехнулся Магомед. — Ты там такие круги наматывал, прыгая прям у самого носа зверей... Мы думали, засада не удастся.

— А ловко погонщик ими управляет, — серьёзно произнёс Виталик. — Интересно, он так распараллеливает сознание или даёт установки заранее? Эта засада была весьма непростой. Здесь тигр, там медведь, с той стороны стена. У них реально могло получиться.

— Сейчас это не самое главное. Надо помочь остальным, — я покосился на Алёну и хотел предложить передохнуть, ведь её только подлечили.

— Я в порядке, — успокоила, поняв, о чём думаю.

— Будь аккуратней.

У остальных всё оказалось не так просто. Звери столпились вокруг лося и не дают к нему подойти. К общему удивлению, рога сохатого ярко засветились, и он атаковал Артура, решившего напасть на огненного волка. В грудь друга прилетела самая настоящая молния, отбросившая на десять метров назад. У этого зверя такая же, как у меня, стихия. Мне стало не по себе, стоило представить его скорость.

Однако, несмотря на силу и построение, нас много. Мы действуем как волки, заходя со всех сторон и раздёргивая защиту. Пока кто-то отвлекает погонщика на себя, другие нападают на зверей, стоящих позади. Хоть из-за скорости тот успевает некоторым помочь, но стая очень быстро тает. Я, в какой-то момент боя, решил испытать свою силу и, возможно, совершил глупость, привлекая внимание погонщика на себя. Я запустил в него мощные шаровые молнии из мечей. С каждым разом это получается всё легче. За время ношения они стали словно продолжением меня, из-за чего получается выпускать жгутики энергии прямо из “грозовых братьев”. Лось, увидев летящие шаровые молнии, создал перед собой широкую плёнку из стихии, об которую разбились техники. Его взгляд прикипел ко мне. Внезапно погонщик ударил пятками по бокам, и зверь на большой скорости устремился на меня, выставив вперёд светящиеся рога. Я даже испугаться не успел, как почувствовал, что лечу. Ударом об дерево с меня сняло остатки защиты.

— Кот, в сторону! — заорал Барс.

На одних рефлексах уворачиваюсь. В дерево, об которое ударился, врезается молния. Он не формировал техник, вместо этого бил стихией. Его молнии напоминают те, что на рисунке про Зевса. Наверное, потому как это не техники, запускать далеко не может, однако вложенной силы мне хватит для превращения в обугленный кусок мяса.

Напрягая все силы, уворачиваюсь от очередного броска. Лось лишь слегка задел восстановленную защиту, на которую не пожалел сил. Одного этого удара хватило для её обнуления. Благо, рядом оказалось дерево, за которым смог спрятаться. По мимо рогов, он бил ещё копытами. Деревья, после попаданий, разлетались шапками в разные стороны. Не знаю, почему зверь так взбеленился, а точнее погонщик. Может, из-за того, что Барс не показывал свою силу, и ньинхе решил, будто я самый сильный?

— Отходи и не попади в меня техниками! — скомандовал Барс, ловя на стихийный щит очередную молнию. Похоже, со зверьми уже покончили.

Командир не стал нападать прямо в лоб. Вначале со спины атаковал его дух. Как только враг отвлёкся, Барс нанёс мощный удар мечом. Развернулся боком, пропуская мимо копыто, и вновь атаковал. Я сумел выпустить всего одну шаровую молнию, так как опасался попасть в Игоря. Однако моя помощь тут не требовалась. Хоть их ранги примерно равны, но у этого зверя есть главная уязвимость — это погонщик. Лось не может постоянно защищать себя и всадника, ведь аурная защита индивидуальная. После очередной мощной атаки духа Барс подскочил и ударил мечом по ноге всадника, отрубая её. Кровь бурным потоком полилась на землю. Зверь сильно заволновался и даже попытался убежать, но Барс не дал этого сделать. Водным диском срезал голову ньинхе, а затем принялся за обезумевшего лося. В его действиях после смерти всадника пропала всякая осмысленность.

— Неужели всё? — с надеждой спросила Марина, когда мы вдруг заметили идущего к нам ректора.

— Не могу сказать, что полностью удовлетворён увиденным, но вы заметно выросли в силе по сравнению с тем боем против муравьёв, — лицо ректора выглядит задумчивым. Он посмотрел на Алёну, у которой распорота на животе форма. — Барс, почему они без бронежилетов?

— Виноват. Я разрешил их не использовать, так как толку почти нет, при этом стесняют движения.

— А ведь он мог защитить от столь слабой техники.

— Мог, но я считаю, лучше на него не полагаться. Контрактор должен надеяться только на свою защиту и умение сражаться.

— Интересное мнение, но чтобы за порталом все носили защиту. Твоего бойца чуть щепой не нашпиговали, когда пропала защита, — ректор указал на меня.

— Я видел и не вмешивался, так как знаю про мощный целительский артефакт. Если получит ранение — это станет для него уроком.

— Узнаю методики Горыныча. Похоже, не раз бывал с ним в «мясорубке»?

— После каждого возвращения с отрядом, господин ректор, — с ностальгической улыбкой ответил Барс.

— М-да. Знаменитый тринадцатый отряд. И что? Хочешь вырастить приёмников?

— Так никого растить и не надо. Они уже пошли по тому же пути, не зная историю предшественников, — Барс азартно улыбнулся. — Господин ректор, так каково ваше мнение? Мы прошли экзамен?

— Эх. Вас бы гонять и гонять, — произнёс, оглядывая нас. — Экзамен пройден. Я не стану противиться вашей отправке за портал, и да хранят вас боги.

Глава 4

С ректором мы расстались возле лифтов. Он зашёл в кабину и поехал на верхний этаж Академии, где располагается его кабинет. В тишине, всё ещё переживая впечатления после прошедшего сражения, дождались ещё один и поехали вниз. Именно в кабине меня застал звонок. Из-за того, что отключил передачу уведомлений прямо в мозг, я не знаю, кто звонит.

— Слушаю? — произношу вслух. Друзья удивлённо на меня посмотрели. Приподнимаю руку с браслетом, чтобы дать понять, к кому обращаюсь.

— Привет, внук. Ты уже освободился? — услышал серьёзный голос деда.

— Да. Только что закончили.

— Вот и хорошо. Нам надо встретиться.

— Хорошо. Сейчас возьму такси и подъеду, — отвечаю с лёгкой настороженностью. О чём пойдёт разговор, уже догадываюсь.

— Не торопись. Я вот что подумал, боюсь, на неделе может не быть времени, поэтому решил совместить. Ты не возражаешь, если встретимся у тебя? Заодно наши специалисты проверят дом на наличие сюрпризов от Вороновых.

— Никаких проблем, — отвечаю со спокойной интонацией, при этом в панике начинаю обдумывать, чем стану угощать. Стол накрывать не обязан, так как не уведомили за сутки, но радушие проявить нужно, всё же родственники. Так что нужны хоть какие-то закуски и что-то к чаю. — Через сколько вас ждать? Или вы уже там?

— Стас, без разрешения мы бы не стали заходить в твой дом. Мы приедем где-то через час.

— Хорошо. Буду ждать, — разговор завершил уже на первом этаже. Друзья вопросительно на меня смотрят. По ответам они кое-что поняли. — Примерно через час ко мне приедут родственники. С ними будут спецы из СБ рода, чтобы проверить дом.

— У тебя проблемы с домом? — удивился Игорь.

— Не то чтобы. Просто от Вороновых досталась система безопасности. Вдруг что-то осталось.

— Понятно, — он не стал пытаться выяснить подробности.

— Ой. Надо же что-то приготовить. Мы планировали поесть в Академии, поэтому продуктов дома немного, — Алёна озвучила и мои мысли.

— Я могу что-нибудь быстренько сделать, — предложил Магомед. — Но нужно зайти в магазин.

— А наше присутствие вообще требуется? — вдруг спросил Виталик.

— Если честно, нет. Мы планировали пообщаться только в кругу семьи.

— Значит, и без меня? — расстроено спросила Алёна.

— И не мечтай. Ты уже часть моей семьи, так что не сбежишь. Однако по поводу еды надо думать.

— Могу дать телефончик одного заведения. Они уже несколько раз меня и брата выручали, когда происходили такие внезапные визиты. За полчаса всё приготовят и доставят. При этом цены умеренные, — предложил Игорь. Его слова внушили надежду.

— Скинь контакт, а то не хочется суетиться. Ребят, я тогда поспешу домой, вы же, если хотите, идите в столовую.

— Я с тобой, — категорично сказала Алёна. — Помогу накрыть на стол.

— Я тоже помогу, — Марина захотела присоединиться, на что я покачал головой.

— Не стоит. Мы вдвоём со всем справимся. Тем более встреча пройдёт внизу. Меня просили, чтобы без посторонних.

— Значит, я… — услышав про посторонних, Марина часто заморгала. Замечаю появившуюся в глазах влагу.

— Марин, ты мой друг, и для меня ты не посторонний человек. Просто встреча только между Гремяцкими и Рокотовыми. Алёна там может присутствовать, так как официальная невеста.

— Я всё понимаю, — наша целительница отвернулась и, хлюпнув носом, добавила: — Просто я не хочу быть для тебя посторонней.

Подхожу и провожу ладонью по волосам, заплетённым в две косы. Она от неожиданности вздрогнула и замерла, словно маленький котёнок, которого неожиданно погладили.

— Поскорее бы рода договорились. Я тоже хочу как вы… ну как вчера возле общежития, когда ты с рыжей это самое…

— Какие у тебя интересные мечты, — не смогла промолчать Алёна. — Помнится, кто-то назвал это непристойностями. Значит, тоже хочешь быть непристойной девочкой?

— Ой, всё. Я есть хочу, пойдём в столовую, — красная как помидор Марина решила поскорее сбежать от нас.

— Нам тоже пора. Ещё надо сделать заказ.

— Так давай сядем в холе и посмотрим, что там предлагают, — предложила невеста.

Заведение и впрямь оказалось интересным. У них специально для таких случаев есть особый раздел меню «Стол за полчаса». В этом разделе более десяти позиций с вариантами закусок на большую компанию. Мы, наверное, около десяти минут выбирали, пока не остановились на более-менее приемлемом варианте. Я, скрипя сердцем, перевёл двести десять «ор». Быть главой собственного рода не только престижно, но и дорого. При этом выбрал не самый дорогой набор закусок. К счастью, нас будет немного, об этом узнал из сообщения мамы. Она написала, что приедут дед, прадед, дядя и бабушка. Нас будет всего семеро, если не считать гостя, про которого они не знают. Хотя, думаю, придёт ещё пушистый обжора. Уж он точно не откажется от еды.

— Опять погода портится, — заметила Алёна, когда шли через парк.

— Главное, чтобы в субботу была лётная погода. Я так понимаю, аэропорт находится за куполом. Если погода сильно испортится, то вылеты могут задержать, и можем опоздать.

— Не хотелось бы. Горыныч нам такое устроит в «мясорубке», — Алёна даже поёжилась, вспоминая прошлый бой, когда все оказались в лазарете.

Идти от Академии до дома примерно пятнадцать минут. Когда пришли, застали только Катю с белым полотенцем на голове. Сестра всё это время находилась в тренировочной комнате и только вышла из душа. Она помогла подготовить тарелки, на которые разложим то, что заказали. Наблюдая за количеством посуды, которая появилась в доме, наконец осознал правоту невесты. Вот в чём бы мы сейчас подали привезённые салатики? Сейчас же есть небольшие креманки. Их ещё вроде называют коктейльными. Без них пришлось бы подавать в том, в чём привезут, а это, скорее всего, пластиковые контейнеры. Родственники, конечно, поймут, но выглядеть это будет весьма печально, и отношение окажется соответствующим.

— Привезли, — зачем-то сообщил, при этом всем и так понятно, ведь в доме проиграла классическая мелодия, сообщившая, что кто-то подошёл к калитке. Также на браслет поступили сразу два сообщения: первое от курьера, второе от охранной системы.

Вместо посланца из ада, точнее курьера на велобайке, у ворот стоит компактный автомобиль родом из Китая. Когда курьер открыл багажник, увидел там целую кучу пакетов, занимающих всё пространство. Мы за три раза кое-как всё перетаскали, после чего несколько минут растерянно глядели на эту гору еды.

— Слушай, а мы не переборщили? — почёсывая затылок, спросил у Алёны.

— Лучше больше, чем кому-либо не хватит.

— Вы вообще о чём? Тут просто коробки большие, — Катя достала первую с рыбной нарезкой. — Кстати, такое можно и самим нарезать.

— Только ты забываешь про время. Пока купили, пока пришли домой и нарезали. У нас осталось не более десяти минут.

— Хм. Об этом не подумала, — сестра не нашла аргументов, чтобы мне возразить. — Ну так чего стоим? Давайте раскладывать.

— Жаль, прямо в контейнерах нельзя подать. Красиво так разложили, — с сожалением заметил я.

— Ага, и вместо тарелок использовать крышки от контейнеров. Ты ещё предложил пользоваться одноразовой посудой, чтобы потом не мыть. Это там, за барьером, такое возможно. У нас тебя как минимум пожалеют за бедность, а кто по принципиальней, больше не перешагнет порога твоего дома и откажет в визите к себе, — не отрываясь от работы, пояснила Катя.

Мы почти справились. То, что не успели, сестра обещала разложить, пока будем встречать гостей. Я дистанционно открыл ворота, чтобы не ждали, пока выйду. Мы всё же родственники, поэтому на кое-какие правила можно не обращать внимания. Когда вышел на улицу, встретил не возле ворот, а возле гаража. Три машины, два чёрных седана и микроавтобус, не останавливаясь, заехали в гараж.

— Здравствуй, внук, — дед, который ехал за рулём второго седана, прошёл к правой передней двери, открыл и подал руку жене.

— Привет, — по-простому поприветствовал дядя, проделавший те же манипуляции, помогая выйти сестре. Мама с улыбкой подала ему руку и легко выпорхнула наружу.

— Вот же молодёжь пошла, — пробурчал прадед, вылезающий с заднего сидения машины деда. — Нет чтобы открыть дверь старому больному человеку и угостить сразу чарочкой.

— Тебе лишь бы чарочку пропустить. Вы скоро поселитесь в винном погребе, — ответила ему бабушка. Она подошла ко мне и ласково обняла. — Привет, дорогой. Рада тебя видеть. Совсем нас не навещаешь.

— Здравствуй. Времени почти нет.

— У них вечно на нас, стариков, времени нет, — продолжил ворчать прадед. — Ну, привет, внучок. — Мы пожали друг другу руки.

— Не обращай внимание. Он последние дни постоянно ворчит. В связи с известными событиями приходится решать много вопросов, — дядя приобнял и похлопал по спине. С дедом мы просто обменялись рукопожатием. Затем все поздоровались с чуть опоздавшей Алёной, которая переоделась в платье, в котором была в гостях у родителей.

— Пойдём наверх? — предложил им.

— Зачем? Давай сразу отсюда зайдём. Ты же не возражаешь, если они всё тут проверят? — дед указал раскрытой ладонью на мужчин, вылезших из микроавтобуса. Пятеро дружинников в костюмах осмотрелись, затем начали вытаскивать какие-то приборы. У двоих появились в руках странные палки с прямоугольными устройствами на концах. У ещё одного на плече висит сумка с ноутбуком. Четвёртый достал из машины чемодан на колёсиках.

— Да, конечно. Мы же договаривались.

— Приступайте, — после его слов пятый, который по совместительству является водителем, вернулся в машину. Через открытую дверь увидел специальное оборудованное место с раскрытым ноутбуком, а также непонятые чёрные коробки. — Будет следить за исходящими и входящими сигналами. Те, у кого сканеры, проверят на следящие устройства, причём не только активные, но и пассивные. А эти двое займутся кристаллом и системой безопасности усадьбы.

— Значит, пойдём сразу на минусовой этаж?

— Да. Ты же там планировал провести встречу, — дед уже в курсе, так как ему рассказала мама.

Когда открывал дверь, из машины раздался подозрительный писк. Все повернули головы.

— Короткий кодированный сигнал, — раздался голос сидящего в машине дружинника.

— Вот так. Каждый раз, когда заходишь через этот вход, Вороновы об этом узнают.

Мы прошли внутрь. Впереди идёт один из специалистов со сканером, второй остался проверять гараж. Как только обследуют минусовой, займутся улицей и верхними этажами. К моему удивлению, первый замер недалеко от входа и принялся водить возле правой стены сканером, который начал по-особому светиться. Мужчина поднял руку с браслетом, раскрыл иллюзорный экран и начал всматриваться в меняющиеся цифры.

— Пассивная следилка. Считывает энергетический фон, который излучает каждый контрактор и одарённый. Таким образом они могут получить информацию о зашедших, — услышали неприятную информацию.

— Данные пока не уходили, — услышали от сидящего в машине.

— Либо привязка к системе безопасности дома, либо накапливает информацию и отправляет через некоторое время, — предположил дядя.

— Возможно. Думаю, Вороновы предполагали наш визит и не стали сильно наглеть. Про вход могут сказать, будто забыли отключить, — дед многозначительно на меня посмотрел.

Далее ничего нового не обнаружили. Родственники мельком заглянули в каждую комнату, которые чуть позже проверят спецы Гремяцких. Однако, как мама и говорила, больше всего мужскую часть гостей заинтересовала винная комната. В особенности стоящие в глубине крепкие напитки.

— Вот это да. Ты взгляни на эту красоту, — дед с прадедом залюбовались бутылками коньяка. — Шустовский, причём розлива того самого года, когда участвовали на Всемирной выставке в Париже и получили разрешение писать не бренди, а коньяк. Ну, Воронов, ну, удружил. Такое сокровище оставить. Внучок, ты же не откажешь своим любимым дедушкам? — скорее требовательно, чем вопросительно попросил дед. Прадед, сдвинув брови, сурово на меня посмотрел. Наверное, хочет выглядеть грозно, но мне они напомнили двух котов, обнаруживших флакон с валерьянкой и желающих насладиться содержимым.

— Хорошо. Для нашей беседы он отлично подойдёт. Что-то ещё? Ба… Кхм, бабушка? — называть её так всё ещё неловко.

Они с мамой нашли бутылку белого вина, после чего все направились в столовую, где частично уже всё накрыто. Когда увидели стол, то слегка удивились. Мама вопросительно на меня взглянула. Ничего не отвечая, поспешили наверх за тем, чего не успели принести, в том числе за соками и водой.

— Мы кого-то ещё ждём? — удивилась бабушка, взглянув на ещё одну тарелку.

— Да. Он обещал подойти, — при этом достаю ещё один пустой бокал для коньяка. Когда указал на него деду, тот вначале помедлил, глазами показав на мой. Я не стал отказываться от дегустации легендарного напитка, который, со слов родственников, загубили современные владельцы завода.

— Фёдор, не стесняйся, лей. Давненько его не пробовал, — раздался голос Рокота, вышедшего из кабинета. Дед даже не дрогнул.

— Рад приветствовать нашего предка в своём доме. Мой дом — твой дом, — несмотря на то, что самый младший из присутствующих, не считая Алёны, первым поприветствовал его. Всё же я владелец дома.

— Благодарю, Станислав. Я тебя услышал.

В этот момент дверь кабинета толкнул лбом крупный котяра. Такой же шерстяной, как сибирские коты, но с учётом огромного размера больше похож на льва. Этот комок меха, искрящийся от стихии, с любопытством оглядел присутствующих, затем перевёл взгляд на стол. Его глаза сразу прилипли к рыбной нарезке. Вальяжно подошёл к столу и сел перед ним. При этом голова кота возвышается над столом. Дух наклонил голову влево, затем вправо и вдруг выдал громкое:

— Мяу.

— Василий, веди себя прилично, — усовестил его Рокот, но кот лишь удивлённо на него посмотрел. Всё же кот и совесть не совместимы.

— Не переживай. Мы подготовились к его появлению, — мои слова заинтересовали в первую очередь Василия.

В том заведении можно заказать блюда ещё и для духов. Выбегаю из столовой. Наверху беру уже не пустую миску Василия, которую купил, когда кот у нас поселился. В ней лежат кубики сырого рыбного филе.

Первое время мы дегустировали еду и неплохие напитки. Главную причину собрания пока не обсуждали. Общались обо всём, кроме предстоящей свадьбы. При этом дружинники к нам не заходили и всё сообщали через браслет. Дед рассказал о паре найденных закладок в системе безопасности, которые Воронов не стал удалять.

— Стас, слышал, ты вчера был у Жаровых? — наконец спросил дед.

— Да. Они пригласили на обед.

— По поводу переноса свадьбы общались? — Алёна от его слов напряглась. Она поставила бокал с вином на стол и посмотрела на деда как кролик на удава. Похоже, боится услышать, на какую дату перенесли.

— Слышал, но он не сказал про дату. Я так понимаю, она состоится после победы над иномирцами?

— Ты ошибаешься. Такое событие не стоит откладывать. Мы решили провести её в четверг, — огорошил дед.

— Но как же платье? Да и приглашения? Вдруг кто-то не сможет? — с нотками паники в голосе спросила Алёна.

— Ты разве не рада? — удивился дед.

— Рада, просто так неожиданно.

— Мы обо всём уже договорились. Ателье заверило нас, что успеют. Место проведения — Храм Лады. Оттуда направимся в Жемчужину Светлояра. Отель забронирован до утра, и кто захочет, сможет там переночевать. Сразу скажу, гостей будет много. Подобное мероприятие переносить на более поздний срок нежелательно, так как те договора, которые заключим перед военными действиями, могут сильно помочь и принести нашим родам выгоду. Например, можем договориться о совместной обороне. Наша крепость очень хорошо защищена, поэтому род сможет выделить часть своей дружины для помощи нуждающимся родам. Они, взамен, пойдут нам на кое-какие уступки, в том числе выгодные тебе.

— Мне? — не понял, на что именно он намекает.

— Лена рассказала про доставшиеся тебе синтезаторы. Род, у которого есть необходимое тебе помещение, обратился к нам за помощью. Мы дополнительно включим в договор условие об аренде помещения на очень выгодных условиях. По меркам Беловодья оплата окажется чисто символической. При этом выбранное нами помещение достаточно большое, чтобы не переживать о дальнейшем размещении нового оборудования.

— Хм. Весьма любопытно.

— Любопытно ему, — проворчал прадед. — Мы стараемся, договариваемся, а ему всего лишь любопытно.

— Конечно. Я пока не знаю общего состояния оборудования. Вдруг вообще не будет смысла что-либо открывать?

— Стас, думаю, предложение действительно хорошее. Мы с Анютой ночью посмотрели остальные синтезаторы. На первый взгляд, состояние нормальное. За ними хорошо следили.

— Кстати, когда находился у Жаровых, обсуждали твоё участие в совместном предприятии с Союзом? — спросил дед.

— Да, Жаровы берут на себя оплату моей доли. После первых полученных доходов мне следует нанять свою дружину, которая будет принимать участие в совместном патрулировании. Также общались по поводу родовых земель. Это всё часть Алёниного приданного и заодно подарок на свадьбу. Вот только где мне нанимать дружину? Брать людей с улицы — это очень рискованно.

— Не переживай, поможем. На княжьей службе есть немало одарённых, желающих перейти в родовую дружину. Лучше, конечно, растить с малых лет, но для молодого рода это хороший вариант. Стас, пойми, всё, что предлагаем, в первую очередь в твоих интересах. Прости, но буду честен, на данный момент твой род ничего из себя не представляет. Мы же хотим в короткие сроки поднять твой статус. Для начала, чтобы смог участвовать в собраниях Родовой ассамблеи. Для этого нужно определённое количество дружинников, с которыми мы тебе поможем.

— Погоди, — его слова показались нереальными. С главой рода Жаровых мы обсуждали только внесение моей доли в общее дело и выставление их дружинников, пока не соберу своих. Также говорили про родовые земли, которые объявлю своими, тем самым получу право набрать ещё больше воинов, чем у безземельных родов. — Я помню про условия членства в Родовой ассамблее. Первое, более-менее выполнимое — это сто одарённых дружинников. Ладно, с этим вы поможете, но как быть со вторым условием? В роду должно быть как минимум четыре контрактора.

— И в чём проблема? — дед посмотрел на меня с улыбкой.

— Вот сопляк неразумный. Вон, твоя рыжая рядом сидит. Она разве не контрактор? — спросил прадед.

— Дедушка, будь повежливей, — мама укоризненно на него посмотрела.

— Да тьфу на вас. Вот же какие ранимые пошли. Ну что, не догадался ещё? Твоя Маринка кто?

— Она ещё не моя, — негромко отвечаю.

— Пока не твоя. Переговоры с зеленушками уже ведутся, просто не принято в один год две свадьбы проводить. Но ничего, как у вас модно говорить, «зима близко». После Нового года станем выбирать дату.

— Кажется, я понял и сразу скажу: нет. Третью брать не стану, — категорично заявил им.

— Вот молодец. Мы о таком не подумали, а он о третьей уже мечтает, — это уже не смог промолчать дядя.

— Эх. Я в его годы тоже о гареме мечтал, пока не женился на первой. Теперь вспоминаю о счастливой холостяцкой жизни, — мечтательно произнёс прадед.

— Пошутили и хватит, — строго сказала бабушка. — По поводу холостяцкой жизни кое-кому сегодня всыплют, да так, что мало не покажется.

— Чего сразу жаловаться? — недовольно проворчал прадед.

— Стас, у тебя, между прочим, есть ещё один член рода с фамилией Рокотова, — вначале, услышав про фамилию, посмотрел на Хранителя, но окончание всё сразу дало понять. Перевожу взгляд на маму. А ведь правда. Она может попытаться пройти испытание. Тем более к этому готовилась с детства.

— Найти ей зверя будет непросто. Сомневаюсь, что Союз в ближайшее время найдёт кого-нибудь со стихией молнии.

— Причём тут они? У нашего рода есть место, где все мы проходим испытания.

Внезапно я почувствовал протест Задиры. Он послал мыслеобраз, как подпихивает лапкой к моей маме маленького котёнка. Понимать его пока сложно, так как не всё из мыслеобразов ясно. Дух передал, что отведёт меня в место, где обитают его братья и сестры.

— Думаю, ваша помощь не понадобится, — огорошил всех. Они уже начали строить планы, когда и как поведут маму к скалам, где расположены гнёзда.

— Вот же гордый сопляк. Не будь дураком и поумерь свою гордыню, — разозлился прадед.

— Внук, понимаю, тебе сложно всё принимать от нас, но… — попыталась образумить бабушка, но я её перебил.

— Я сам найду ей зверя. Мне известно, где искать.

— Знаешь? — удивился дед. Вдруг из его глаз пропало непонимание. Покрутив в руке бокал с янтарной жидкостью, спросил: — Твой дух подсказал?

Прежде чем отвечать, спросил у Задиры, можно ли рассказать. Тот незамедлительно согласился, но с условием, что никого с собой не возьму, когда пойду на территорию, где обитает прайд грозовых котов. Они словно львы живут большим семейством.

— Да. Он отведёт меня.

— Очень интересно. Одного? — глаза деда аж заблестели от любопытства.

— Одного, — за меня ответил Рокот. — Вам там делать нечего. Ну надо же, мой потомок снова возвращается к позабытой традиции. Прозвище, по которому ты меня знаешь, на самом деле означает «рокочущий кот», из-за вон того толстяка. Василий тоже когда-то подсказал, где обитают его сородичи.

— Рокочущий кот? — удивился я. — Думал, твоё прозвище означает рокот небес.

— Ха-ха-ха. Двойственное значение. Ты взгляни на того пушистого обжору. Он даже небеса заглушит, когда начинает урчать. Это ведь пушистая стихия.

Когда заговорили про Василия, тот приподнялся с пола, на котором сыто разлёгся. Ушки, словно локаторы, поднялись. Котяра издал странный звук, словно небеса предупреждают о скорой грозе. Глядя на этого кота, зародился очень важный вопрос: неужели ссора Рокота и потомков произошла из-за отказа заключать контракт с грозовыми котами? Возможно, всё дело в умении летать тех, с кем заключают контракты сейчас.

Мы просидели ещё около трёх часов. За это время специалисты Гремяцких полностью разобрались с системой безопасности усадьбы и проверили всё здание. Немногочисленные закладки подчистили, сама система безопасности перенастроена. Возможность появления новых закладок, установленных родственниками, вполне вероятна, вот только пока это не страшно. Вредить в ближайшее время не в их интересах. Наоборот, пытаются повысить мой статус. Я думал о причинах, по которым так поступают. Хочется, конечно, верить в родственные чувства, но, скорее всего, им нужны глаза и уши в ассамблее, а также тот, кто станет там продвигать выгодные им предложения.

Перед уходом дружинник, который сидел в соседней комнате с ноутбуком, переслал подробнейшую инструкцию. Когда все разъехались, думал после уборки со стола пойти пообщаться с друзьями, заодно разгрузить мозги, но тут на браслет позвонил Вяземский.

— Привет, Стас. Не занят? — жизнерадостно спросил кузнец.

— Уже нет. Только освободился.

— Ну и замечательно. Жду через час на центральной арене на третьей площадке. Я её уже арендовал. Будем снова тестировать броню. Программисты выпустили новую прошивку, говорят, убрали целую кучу ошибок и оптимизировали расход энергии от кристалла. Я тоже кое-что доработал. Так что не опаздывай.

— Хорошо. Уже выхожу.

— Кто звонил? — спросила Алёна, не отвлекаясь от перекладывания оставшихся закусок в контейнеры.

— Вяземский. Попросил подойти на центральную арену.

— Понятно. Ты главное не садись за руль. Всё же выпил.

— Даже такси не планировал заказывать. Тут идти недалеко, заодно мозги проветрятся. После всего сказанного хочется либо посидеть в тишине, либо прогуляться под прохладным осенним ветерком.

— Стас, ты думаешь, предложение отца пойдёт нам на пользу?

— Не знаю. Я пока не могу понять их мотивов. С Союзом, кажется, хотят ввести ещё один род, который будет иметь голос в совместном предприятии. Причём из-за службы этим голосом станут распоряжаться Жаровы, так как потраченные деньги являются частью твоего приданного.

— Может, стоит отказаться?

— Не получится. Я уже согласился с его предложением, — подхожу и нежно обнимаю со спины. Вдыхаю аромат её волос. Она разворачивается и робко смотрит в глаза. — Ты главное не переживай, мы со всем справимся.

— Когда ты рядом, мне ничего не страшно, — прижимается и доверчиво смотрит снизу вверх. В её глазах столько тепла и любви. Не в силах более сдерживаться, целую в манящие и очень желанные губы.

Дорога до арены прошла незаметно. Я почти не смотрел по сторонам, всё время обдумывая прошедший разговор. Когда найти время, чтобы сходить с мамой за портал? До места, где обитают грозовые коты, надо ещё надо добраться. Задира не хочет, чтобы я приводил туда кого-либо, из-за чего маму придётся где-то оставить. Одну слишком опасно, поэтому нужно договариваться с отрядом.

По поводу дружинников, даже не представляю, где их найдут Гремяцкие и Жаровы. Мне нужно сто человек, причём одарённых. Данное число кажется просто нереальным. Рода собирают дружины годами, а мне нужно за короткое время. Или у Гремяцких и Жаровых есть резервы, которые готовы отдать? Может, готовят бойцов, но не включают в основной состав, чтобы у князя не возникло претензий? Но в таком случае будет ли эта дружина моя? Не получится так, что они станут выполнять их приказы? Вопросов много, вот только других вариантов не вижу. Без их помощи я надолго останусь тем, кем являюсь сейчас.

— Привет. Иди быстрее переодевайся. Броня уже стоит на арене, мне не терпится посмотреть, как повлияли изменения, — горящий энтузиазмом Вяземский с ходу отправил в раздевалку.

На круглой арене уже стоит та самая броня. Никаких изменений, на первый взгляд, не заметно. Отдав команду, она, как и в прошлый раз, раскрылась.

— И так, для начала просто пройдись, попробуй привыкнуть к ней. Пошевели руками. Да не так быстро. Вот уже лучше, а теперь пробеги пару кругов.

Я пробежал три с разной скоростью. Ощущения очень необычные. Тело словно невесомое, из-за чего мышцам нужно привыкнуть. На третьем круге чуть не влетел в выставленный защитный барьер. Успел вовремя развернуться, задев его только плечом. За счёт подпитываемых мной рун при большом ускорении шаги превратились в прыжки. Я словно нахожусь в месте с другой силой тяжести.

— Теперь попробуй разные упражнения. Для начала поприседай. Как ощущения?

— Слишком легко, — начал каждое новое приседание делать с большей скоростью, пока по инерции не стал подпрыгивать.

— Тоже хорошее упражнение. Вначале вверх. Теперь вперёд. Вот же, — последнее сказал из-за того, что я врезался лицом в барьер прямо перед ним.

— Нельзя как-то вес увеличить?

— Просто он сейчас пустой. Иномирцы могут навесить дополнительную броню или на всю спину ранец с патронами или гранатомётную систему. Там вес сразу меняется. Я считаю, тебе такое не нужно, ведь твоя сила в скорости.

— Хорошо. Давай попробую провести бой с тенью.

Не с первого раза выхватываю мечи, висящие на спине. Затем направляю в них энергию через перчатки. Все привычные движения приобрели невероятную скорость. Я прыгал, рубил мечами, делал связки и уклонялся. Во время боя с тенью часто забывался и начинал действовать с большей скоростью, что приводило к столкновению с барьером. Финалом испытаний стало заклинившее колено. Я попытался сделать рывок, но не смог согнуть ногу, из-за чего полетел лицом вниз.

— Да как так-то? — удивлённо воскликнул Вяземский. Он помог выбраться и принялся изучать заклинившее колено. — Эх, так и думал. Тут надо схему изменить. Руны не сомкнулись, из-за чего энергия не прошла, да и соединение слишком ненадёжно. Даже без энергии оно должно быть подвижным. Кстати, если ты выпустишь больше стихии — это не существенно из-за фона, которого хватит для питания рун. Ладно, к отправке за портал переделаю.

— Пётр Григорьевич, я вам очень благодарен, но вынужден отказаться. Броня ещё слишком сырая, — обидеть отказом очень не хочется, вот только если в бою что-то заклинит, рискую погибнуть.

— Жаль. Возможно, ты прав и следует ещё раз проверить все соединения и рунные цепи. Но от колец ты точно не отвертишься.

— Колец? — не понял его.

— Именно. Тех, что я сделаю вам на свадьбу. Кстати, когда она? Новая дата назначена?

— Да, на четверг.

— Стоп, как четверг? В этот? Через четыре дня? Стас, какого скунса ты молчал? Собирайте броню без меня! Нужно срочно в кузницу. Да какого енота? Всего четыре дня! — возмущаясь, он вызвал своего духа, енота, состоящего из чистой стихии молнии. Оседлав недовольного зверька, помчался по коридору центральной арены.

— Интересно, мне стоит беспокоиться по поводу колец? — задал вопрос, на который его подмастерья лишь пожали плечами.

Глава 5

— Вы опять всю ночь провели здесь?! — возмутился, когда утром следующего дня спустился к промышленным синтезаторам. Из-за того, что нам уже пора в Академию, Алёна пошла поторопить Аню и не обнаружила её в комнате. Я сразу понял, где она может находиться, и решил спуститься к ней, чтобы поторопить на учёбу, всё же не хочется её видеть на арене, бегущей с мечом на ректора. Как-никак в её опоздании будет и моя вина.

— Ой, уже утро? — удивилась подруга.

Несмотря на возмущение, оторвать от неё взгляд оказалось сложно. Глаза цеплялись то за приспущенные голубенькие шорты, то за чёрную маечку, задравшуюся почти до лифчика. Её волосы стянуты в хвост, на лбу тёмная маслянистая полоса. Такие же полосы замечаю на оголившемся животике, не полном, но заметно сразу, что девушка любит покушать и мало тренируется.

— И правда, что-то мы увлеклись, — мама свернула на браслете какую-то схему и устало огляделась.

На одной из картонок разложены части разобранного одного из механизмов синтезатора. Рядом стоит раскрытый синтезатор, в котором, сидя на корточках, ковырялась Аня. Она протёрла ладошкой лицо, на котором появилась ещё одна маслянистая полоса, и, увидев мой заинтересованный взгляд, посмотрела, в каком виде находится. Мигом покраснев, вскочила, одёрнула футболку и поправила шорты, затем повернулась полубоком, старательно на меня не смотря.

— Ань, тебе разве не к первой паре? — спросил её, еле сдерживая улыбку.

— К-к первой, — с сожалением выдала она. — Блин, я позавтракать не успею.

— Иди умывайся, я в это время бутерброды приготовлю. Возьмёшь с собой, — от мамы не укрылась реакция девушки и мой взгляд.

— Правда? Вот здорово, большое спасибо, — обрадовалась девушка и побежала в сторону лестницы.

— Мам, ну я же просил. У неё выпускной год, ты же должна понимать.

— Белобрысик, не беспокойся, у неё первая пара у профа. Ему всё равно, посещают курсанты или нет, главное — сдать экзамен, тем более он у Ани научный руководитель.

— Всё равно не стоит до утра тут возиться, время пока есть. Куда спешите?

— Понимаешь, я хочу успеть до вашего отъезда. Тогда за время твоего отсутствия успеем всё привести в порядок. Когда вернёшься, сможешь сразу приступить к приведению арендованного помещения к нужному виду.

— Спасибо. Я ценю вашу работу, просто не хочу, чтобы вы себя так загоняли.

— Стас, у меня всё равно отпуск. Сейчас поем, потом до обеда посплю и поеду встречаться с подругами, а работать по ночам мне не привыкать. Или чем, по-твоему, я занимаюсь на ночных сменах в комплексе? И вообще, разве тебе не пора в Академию?

Взглянув на часы, чуть не выругался, потому как чтобы успеть нормально позавтракать, придётся поспешить. Поцеловав маму в щёку, побежал на улицу, где меня уже ждут друзья.

— Ну и где эта Мальвина? — насупившись, спросила Марина. Ей уже хочется есть, из-за чего ожидание Ани вызывает недовольство.

— Можем не ждать, она придёт к началу пар, так что поспешим.

— А я сразу предлагала, — продолжила ворчать Марина.

Атмосфера в Академии стала ещё более напряжённой, повсюду то и дело слышались шёпотки о результатах внеочередного собрания ассамблеи. Информацию об иномирцах знают не многие, поэтому большинство курсантов не понимают, из-за чего их рода должны направить дружины за портал. Многие предполагают, что начинается сильный гон, для противостояния которому требуются большие силы. Также курсанты обсуждают опубликованные результаты сбора ассамблеи. Их интересует, зачем обращаться за помощью к другим городам.

— Мой папа говорит, что объединение княжеств ни к чему хорошему не приведёт, — обратился к товарищам незнакомый первокурсник. — Их рода придут на наши земли, мало того, они ослабят своё присутствие возле своих порталов.

— Да брось. Земли много, на всех хватит, только безопаснее станет, — возразил его товарищ.

Дальнейшее уже не услышал, так как они пошли к лифтам, тогда как мы направились на занятие к Эйрику. Выходя из раздевалки, увидел, как наш преподаватель смотрит в окно и что-то весело напевает. Язык оказался незнакомым, возможно, скандинавский. Эйрик ничего нам не сказал, вместо этого, радостно скалясь, блуждает в своих мыслях.

— Построились, цыплятки? — он обернулся к нам и внимательно осмотрел строй. — Тогда у меня для вас печальная новость, со следующей недели вас станет тренировать другой преподаватель. Понимаю, без моих уроков будете скучать, но старина Эйрик будет занят кое-чем важным и более интересным, я еду на войну. — торжественно закончил он.

— Господин Эйрик, вы едете за портал? — спросила староста.

— Да скучно мне здесь, хочется насладиться упоением боя, когда секира разрубает плоть сильных врагов, а жизнь висит на волоске, который могут оборвать в любой момент зубы сильных зверей. Кстати, лягу… кхм, то есть ваш куратор тоже отправится за портал, но не переживайте, мы быстренько надерём всем за… надаём по шее и вернёмся в Академию. Даже сильно соскучиться не успеете.

Эти новости многих взволновали. Оказывается, даже преподаватели Академии отправятся за портал, и что-то мне подсказывает, не только Эйрик и Жан. Многим не известна точная причина, однако после таких новостей даже им стало ясно — там происходит что-то очень опасное. Эйрик и Жан — два высокоранговых контрактора с огромным опытом. Не в каждом древнем роду есть равные им по силе.

— Эх. Даже гонять вас сегодня не хочется. Давайте по-быстрому разомнёмся, затем подольше позанимаетесь с наставниками.

Сегодня Рокот вновь не появился, благодаря чему смог продержаться всё отведённое время против наставника, и даже не пришлось восстанавливаться, пока остальные спаррингуются. Вот только боёв сразу против двоих однокурсников не избежал.

— Мороз, твои тоже в субботу вылетают? — после пары спросил Владислав у Ильи.

— Ага, надо родовые земли прикрыть. Хотя чего я тебе об этом говорю? Наши рода ведь союзники и будут вместе обороняться.

— Это я в курсе, просто подумал, вдруг твои раньше поедут или, наоборот, позже. Сам знаешь, какие сейчас проблемы с железнодорожными перевозками. Придётся ждать, пока нашу технику перевезут, так что нет смысла вместе со всеми лететь.

— Ты про это, — отмахнулся Илья. — Дед, после инцидента с Союзом, подал прошение на расширение родовых земель и построил там дополнительные ангары, которые забил под завязку техникой.

— Даже так? — удивился Владислав. Он почти минуту молчал, что-то обдумывая, затем неуверенно спросил: — Слушай, вы будете не против, если вместо ожидания мы воспользуемся вашей техникой? А то у нас за порталом не так много вооружений, численность согласно союзнического договора.

— По этому вопросу лучше обратиться к деду, я тут ничего не решаю. Он хоть готовит из меня будущего главу рода, но окончательное решение за ним.

— Но ты не против, если мой отец сошлётся на тебя во время переговоров? Сам понимаешь, людей у нас много, и чем быстрее они туда прибудут, тем выше окажется защита наших земель.

— Ссылайся, тем более сомневаюсь, что для вашего рода переброска техники и строительство ангаров прошли незаметно. Уверен, твой отец об этом знает.

— Может быть. Всё же я самый младший из братьев и, пока не пройду родовую подготовку, во все дела меня посвящать не станут.

— Сурово у вас в роду.

Весь этот разговор произошёл, пока ждали лифт, чтобы отправиться на следующее занятие. Парни спокойно общались о делах рода, не переживая, что их услышат. Возможно, в этом нет ничего секретного и эта информация не сможет принести вред родам. Я вновь бросил взгляд на цифру, показывающую, где лифт. Он уже спускается, но очень медленно, часто задерживаясь на этажах. Обычно предпочитаю подниматься пешком, так как тут постоянные очереди, вот только после занятия у Эйрика подниматься на десятый этаж лениво. Сейчас по расписанию занятия на факультетах стихий, а у одарённых по их будущему направлению.

— Добрый день, — поздоровался дядя, когда вошли в класс. — Всю теорию вы получили на прошлом занятии, поэтому сейчас пойдём на полигон, где продолжим отрабатывать пройденный материал.

— Опять будем драться, а Стас швыряться молниями? — недовольно спросил Михаил.

— Нет. Сегодня займёмся передачей энергии с последующим высвобождением. Вам для перехода на следующий ранг нужно расширить и закалить каналы, чтобы применять дистанционные техники. Сегодняшнее упражнение пойдёт на пользу, заодно начнёте учиться применять техники. Помните, чем больше работаете со стихией, тем лучше для каналов, да и всему телу. Это как с тренировками мышц, если правильно и регулярно заниматься, будете становиться сильнее. У всех это индивидуально: у кого-то весьма быстрый прогресс, у кого-то медленнее.

— Мне тоже нужно тренировать техники, или мне придётся только передавать энергию? — поинтересовался у дяди.

— Стас, тебе тоже пойдёт на пользу, заодно отработаешь копьё Перуна. Оно выйдет слабенькое, но для понимания техники — достаточно.

Всё это время Катя не проронила ни слова. Сестра выглядит очень задумчивой и серьёзной. Услышав про суть тренировки, она взглянула на меня, задумалась и вдруг выдала:

— Стас, можно тебя кое о чём попросить?

— Если это в моих силах.

— Можешь сегодня не сдерживаться? — попросила она.

— В каком смысле?

— Не бойся сделать мне больно. Я чувствую, осталось совсем немного, и у меня получится создать шаровую молнию. Мне словно нужен небольшой толчок. Я хотела тебя вечером об этом попросить, но раз сейчас такая тренировка, то не воспользоваться ей будет неправильно.

— Ты уверена? Не навредишь каналам? — с тревогой спросил у неё.

— Абсолютно.

— Значит, чувствуешь близость к прорыву? — спросил услышавший наш разговор дядя. — Тогда я тоже помогу, но для начала тебе придётся научиться создавать шаровую молнию, чтобы смогла выплеснуть излишки стихии.

— Ой, да что там учиться? Это же как техника «кулака» у одарённых, — отмахнулась Катя.

Когда пришли на полигон, дядя не стал создавать масштабную иллюзию с частью местности из-за портала, вместо этого создал на расстоянии от нас различные мишени и забетонированную площадку под ногами. Хоть объединение называют кругом, сейчас мы встали квадратом или, скорее, ромбом. Катя и Михаил положили ладони мне на плечи. Стоя лицом друг к другу, взяли дядю за ладони и принялись передавать мне энергию. Я встал лицом к мишени и, как только почувствовал небольшой приток сил от рук, лежащих на плечах, начал формировать технику. Мы решили идти по часовой стрелке, чтобы каждый потренировался. Катя будет последней, чтобы получше разогрела каналы и приготовилась к большим объёмам стихии.

— Готов? — спросил у меня дядя.

— Да.

— Тогда, как учил, направляйте в Стаса стихию, не давите, если чувствуете сопротивление, и увеличивайте напор, если пойдёт очень легко. Самое главное — вы должны передавать только стихийную энергию, без внутренней.

Я ощутил увеличившееся давление, когда в меня устремилась стихия от Кати и Михаила, поэтому сразу увеличил поток энергии в создаваемую технику. «Копьё Перуна» начну практиковать, когда немного разогреюсь. Эта техника пока не даётся, так как требует высоких затрат сил, потому что нужно создать каркас из внутренней и стихийной энергии, а затем заполнить технику стихией. Сам каркас уже неплохо создаю, а вот с заполнением беда. Есть ограниченное время, которое можно держать созданную технику без подпитки, так как иначе она начинает постепенно развеиваться. За это время не успеваю её заполнить, даже с использованием мечей.

Шаровые молнии устремились в мишени. Я не стал усердствовать с их заполнением, вместо этого сосредоточился на скорости. Не успели два сгустка стихии молнии попасть в цели, как полетели ещё две. Первые попали каждая в свою мишень, а вот со вторым залпом поспешил, и одна задела лишь краешком, а вторая прошла выше.

— Не спеши. Какой смысл от количества, если страдает точность?

— Например, если врагов много, — ответил ему и решил приступить к практике техники «Копьё Перуна».

Эта техника, по сути, похожа на шаровую молнию, просто она растянута в длину и требуется создать некоторое количество узлов, скрепляющих два вида энергии. Это как техники одарённых: кулак и таран. Вторая — более крупная версия первой.

Создав каркас, сразу начал вливать в него энергию большим потоком. Ощущаю её мгновенную просадку по всему телу, но тут же она компенсируется от однокурсников и духа, ведь до определённого ранга тело очень плохо хранит стихийную энергию. Дух является не только мощным потребителем вырабатываемой нами внутренней, но и мощным накопителем стихийной энергии.

К этому дню у нас уже неплохо получается делиться силами друг с другом: ровным потоком без рывков. Передо мной появилась тускло светящаяся полоса стихии чуть более метра в длину и около пяти сантиметров в диаметре, заострённая на дальнем конце. По этой стихийной жерди часто пробегают разряды молнии. С каждым мигом, из-за заполнения внутреннего объёма, она светится всё ярче. Наконец ощущаю — пора. Подаю импульс, и техника летит не в круглую мишень, а в нечто, напоминающее силуэт слона. Она с яркой вспышкой врезается, отрывая большой кусок мишени.

— Молодец. Ты правильно сделал, что не стал целиться в маленькую, потому как с точностью у тебя пока плохо, нужно больше практики.

— Блин, я тоже так хочу, — заканючила Катя, но её все проигнорировали, у нас уже в этом неплохой опыт.

Я тренировался ещё минут десять, затем наступила очередь Михаила. Встав на его место, приготовился передавать ему энергию. У парня, хоть он и учится дольше нас на один год, всё ещё очень большие проблемы с развитием каналов. Ему даётся работа со стихией намного сложнее, в отличие от меня и Кати. Дядя мне как-то сказал, что для Лаврова высока вероятность остаться ещё раз на второй год. Вначале такое произошло на первом курсе, теперь это может произойти на втором. Он мне тогда ещё сказал:

— С первым поколением контракторов и одарённых всегда так. Благодаря долгой селекции нам это даётся намного легче. Исключения, конечно, бывают, но они, скорее, статистическая погрешность. Ну, или в роду у неодарённого когда-то мог быть кто-то с развитой энергетикой.

Именно это сейчас ощущаю: на одну шаровую молнию требуется больше сил, чему он способен единомоментно выдать. По ощущениям, он даже на одну десятую не заполнил технику, а его силы практически на исходе, а дух ската, зная возможности носителя, действует крайне осторожно. К тому же возможность передачи от духа тоже зависит от контрактора. Чем меньше его кормишь своей силой, тем меньше он отдаёт стихии, ведь он её тратит на поддержание своего существования, из-за чего бережно относится и неохотно делится. Поэтому наша помощь Лаврову нужна, но когда начинаем передавать энергию, заполнение наступает очень быстро. Нам приходится подавать её очень тонким потоком, чтобы не навредить весьма слабым каналам. Наконец он справился и запустил свою первую стихийную технику.

— Невероятное чувство. Жаль, я ещё так слаб.

— Больше тренируйся, и всё получится, главное, не жалей себя и работай через боль. И ещё, я бы рекомендовал кое-какие эликсиры попить, — сказал дядя.

— Так уже пью, те, которые прислали в рекомендации, правда, не самые дорогие, могу позволить только второй комплект, остальные три очень дорогие, и так всю зарплату на них трачу, — Михаил от воспоминаний о ценах поморщился.

— Деньги, вложенные в себя, со временем окупятся. Во время учёбы они тебе нужны исключительно для развития, Академия предоставляет много возможностей, в том числе жильё и еду. Учись, развивайся и становись сильнее.

На слова преподавателя он ничего не ответил, лишь стиснув зубы, продолжил практику. Нам с Катей, пока он тренировался, даже не потребовалась помощь дяди, хватало собственных сил. Наконец наступила очередь Кати. Сестра выглядит очень серьёзной и сосредоточенной. Она повернулась ко мне и пристально посмотрела в глаза.

— Стас, прошу, не надо меня жалеть, дави через сопротивление. Поверь, я выдержу. Мне не хватает совсем чуть-чуть, я это ощущаю.

— Как скажешь, сестрёнка, я в тебя верю. Удачи.

— Спасибо.

— Начали, — скомандовал дядя.

Катя сразу начала формировать стихийную технику, вливая в неё большое количество энергии. Ранее её хватало на каркас и наполнение на две трети, на импульс сил не оставалось. Заметно, что её дух тоже очень старается и, не жалея сил, делится энергией, обжигая каналы. Наша помощь понадобилась практически мгновенно, и я начал передавать сразу большим потоком. В какие-то моменты возникало сопротивление, когда она не успевала её всю потратить. После первой она начала создавать вторую, затем третью и так далее. Действовала без остановки. Вижу, как по лицу девушки обильно течёт пот, губы поджаты. Ей явно больно, но я продолжаю давить, обжигая и расширяя энергоканалы сестры. Когда моих сил стало не хватать, пришла помощь от дяди. По его светящейся ладони, сжимающей ладонь Михаила, понятно, что парню уже давно не хватает сил.

— И ещё! Ещё! Ну же! — на пятой минуте раскрасневшаяся Катя начала во всё горло орать и запускать техники одну за другой, почти без паузы. Из-за мощи стихии, бушующей в теле, зрачков не видно, только сияние силы, полученной от духа и созданного круга.

Не знаю, сколько точно прошло времени. Она продолжает бушевать, борясь с болью громкими криками. Вдруг замечаю, как дядя аккуратно отстраняет от неё Лаврова. Я всё ещё передаю стихию, но мою подпитку он прекратил и, чуть подождав, потянул меня в сторону. Катя этого не замечает, продолжая создавать техники уже с помощью своих сил, правда, с каждым разом медленнее.

— Ещё! Ещё одну! Я справлюсь! — не замечая, что мы отошли в сторону, она продолжает стрелять по мишеням. — Ещё немного!

Она бушевала несколько минут, пока не упала без сил на колени. Свет из глаз ушёл, она растерянно смотрит вперёд, и вдруг из глаз потекли слёзы.

— Ну вот, у меня не получилось, — сестра огорчённо поворачивается и вначале непонимающе на меня смотрит, затем с обидой. — Ну и чего ты лыбишься? У меня ничего не получилось.

— А ты ничего странного не замечаешь? — продолжая улыбаться, спрашиваю у неё.

— Кроме твоей наглой улыбки ничего. И вообще, ты чего так далеко отошёл? — спросила Катя, стирая тыльной стороной ладони слёзы с щеки.

— Наконец заметила. Катюш, ничего, что мы уже несколько минут тут стоим? — с ехидством спрашиваю её.

— Несколько минут? — девушка похлопала длинными ресницами, затем недоверчиво посмотрела на учителя, на мишени, затем опять на учителя. — Так значит, я сама?

— Да, Катерина. Вы несколько минут сами создавали техники, ваше тело адаптировалось к большому объёму энергии. Поздравляю с новым рангом, — самодовольно ответил дядя.

— Правда? Стас, я получила новый ранг, — как-то неуверенно, по-детски произнесла она. Затем резко вскочила и с места прыгнула мне на руки, обхватив ногами, она начала орать и радостно визжать. — Я смогла! Еху! Теперь смогу победить задаваку Кота! Ура!

— Какие у тебя наивные фантазии. Даже жаль будет разочаровывать.

— Это кого ты тут собрался разочаровывать? У меня такой же ранг, как у тебя, так что давай драться! — повторила свою любимую фразу. — Ух как я тебя сейчас поколочу.

— Контрактор Громова, я понимаю вашу радость, но у нас сейчас идёт занятие. Тем более вам следует закрепить успех и дать телу привыкнуть к новым возможностям, так что всем в круг. Концентрация на контракторе Рокотове.

Несмотря на Катино недовольство и желание драться, мы продолжили дальше отрабатывать техники и передачу энергии. Всё же эти навыки очень важны. Ранее, до появления современного вооружения, только круги, артефакты и отвага защитников форпостов и твердыни уберегали от орд зверей во время гона. Всё же существуют техники, которые даже контракторы десятого ранга могут создать всего один раз.

— Ля-ля-ля, ля-ля-ля, я шестого ранга, — вновь пропела Катя, радостно подпрыгивая.

— Она меня уже достала, — не выдержала Марина. Мы идём после последней пары в столовую, и Катя вновь начала хвастаться. За все пары девушка умудрилась достать каждого однокурсника, из-за чего те уже хотят её побить, а ей только это и надо, она ещё не утолила свою кровожадность.

— Тогда давай драться. Я не больно тебя победю.

— Может все вместе её побьём? — предложил Виталик.

— Пфф. Да хоть весь курс, я крута и никто не сможет со мной справиться. Ля-ля-ля, ля-ля-ля, я шестого ранга.

— Хм. Я знаю, кто с ней точно справится, — коварно улыбнувшись, смотрю на Катю.

— Неужели ты хочешь бросить мне вызов? — с азартом спросила Катя.

— Ну уж нет, не люблю бить слабых.

— Так и скажи, что струсил. Братик-трусишка. Ля-ля-ля, ля-ля-ля, я шестого ранга.

— Значит, ты не струсишь от предстоящего боя?

— Что-то ты подозрительный, — сестра прищурила глаза и даже отошла от меня на шаг.

— Ну так что?

— Противник намного сильнее?

— В этом бою ранг не важен.

— Это ещё что за бой такой? — удивилась она.

— Занятие в клубе танцев.

— И почему я должна струсить или проиграть? Я, между прочим, хорошо танцую.

— Просто партнёрша одного первокурсника сегодня не сможет прийти, и ему нужна пара, вот только он ещё очень плохо танцует, из-за чего ноги партнёрши сильно страдают. Ну так как, испугалась?

— Хм. Нет, конечно, просто я вспомнила, что обещала позвонить сестре, а она у меня такая болтушка. Наверное, несколько часов будем общаться. В общем, не сегодня, — отмазалась гордая обладательница нового ранга и быстрее пошла на обед.

Кружась с Мариной в вальсе, вновь вспоминаю первое занятие, когда был очень неуклюж и не знал, как двигаться. Меня тогда Василиса Светлова обучала лично, как сейчас поступает с первокурсником. Кучерявый парень со светлыми волосами до плеч сейчас неуверенно и робко танцует с преподавательницей. Она терпеливо ему всё объясняет, а затем показывает. Порой он стоит в стороне и наблюдает за нами. Всего год назад произошли мои несколько минут позора во время полонеза, теперь ощущаю себя опытным танцором и снисходительно смотрю на него.

— Стас, вообще-то во время танца нужно смотреть на партнёршу, — услышал недовольный голосок Марины.

— Прости, просто вспомнил себя год назад. Ту нашу встречу и то, как ты привела меня в этот зал.

— Забавно получилось, — она с ностальгией улыбнулась. — Надеюсь, ты не жалеешь?

— Нет, конечно, ведь у меня появилась такая замечательная подруга.

— Подруга? И всё? — Задрав голову, она пристально посмотрела, ожидая ответа.

— Ты сама знаешь ответ, — попытался отвертеться. Всё же врать ей не хочу, а ответ Марине не понравится.

— Знаю, но хочу его услышать от тебя, — настояла она.

— Ты милая девушка, и я испытываю к тебе тёплые чувства, — решил отговориться общими словами. Ну не могу ей сказать те самые слова. Я люблю только одну девушку и не понимаю, как можно разделить это чувство между двумя. Что же касается будущего брака, то это политика и местные традиции.

— И всё?

— Поверь, если бы ты мне не была симпатична, то наша свадьба была бы невозможна. И мне неважно, какие проблемы или блага потом получу. Ты прекрасная девушка с добрым сердцем, и я очень дорожу нашими отношениями.

— Я поняла, — Марина опустила глаза, и весь танец мы провели в молчании. Она до конца занятия пыталась улыбаться и делать вид, что не обиделась, вот только все её чувства для меня как открытая книга.

— Станислав, не могли бы вы задержаться? — услышал голос преподавательницы, когда занятие закончилось. — Что между вами произошло? Ты её чем-то обидел? — Целительница твёрдо на меня посмотрела, когда подошёл к ней. Она очень хорошо знает свою дочь и не могла не заметить её настроение.

— Всего лишь не смог сказать кое-каких слов, — не стал скрывать правды.

— Тебе она так не нравится?

— Не в этом дело. Она мой друг. Марина милая, симпатичная девочка, вот только я люблю Алёну.

— Ты сказал «девочка». Она вообще-то твоя ровесница. Или смущает юная внешность?

— Нисколько. Я знаю про ваши возможности, — говоря это, взгляд невольно упал на её декольте. Мне потребовались недюжие усилия, чтобы вновь смотреть в глаза этой прекрасной женщине.

— Это хорошо, что знаешь, — она обворожительно улыбнулась. — Ну ничего, как говорится, «стерпится — слюбится», главное, она в целом тебе нравится. — Целительница сделала паузу, что-то обдумывая. — Стас, я тебя хочу попросить… Присмотри за моей малышкой, когда будете за порталом. Я видела её тренировки и, если честно, сомневаюсь в её готовности. Тем более если возникнет необходимость убить одного из погонщиков.

— Не переживайте, мы не дадим её в обиду.

— Я надеюсь на это. До вашего отъезда у нас не будет более танцев, поэтому решила попросить об этом сегодня.

— А как же во время уроков?

— Ректор решил для вас отменить. Отряд в это время будет заниматься на тринадцатом этаже. Он считает, вам нужно больше практики.

Когда собрался уходить, она вдруг положила ладонь мне на плечо и сказала:

— Стас, я на тебя очень надеюсь. Вернитесь оттуда все живыми и не рискуйте сильно. Вы ещё молоды, и вам кажется, что ничего плохого с вами не случится, вот только это не просто увлекательное приключение, там легко можете погибнуть.

— Я понимаю. После всей боли, полученной во время особых тренировок, уверен, все это отлично осознают.

Я пошёл к выходу и всё это время, пока не скрылся за дверьми, чувствовал обеспокоенный взгляд на своей спине. Боюсь ли я предстоящей работы? Конечно, ведь не боятся только идиоты, поэтому надо уметь преодолевать страх и действовать с осторожностью. Такова наша работа. Таков наш путь.

Глава 6

Стоя на автобусной остановке под прохладным осенним ветром, размышлял, чем бы заняться до подработки. В сообщении сказано, что нужно прибыть к десяти вечера, поэтому нужно чем-то себя занять более трёх часов, если не считать время на дорогу. Когда передо мной остановился автобус, вместо того чтобы зайти внутрь, повернулся и пошёл к пешеходному переходу. Я вспомнил о посетившей в прошлый раз мысли, когда говорили про такси. Зачем мне им пользоваться, когда у меня есть машина? С этой мыслью направился к усадьбе.

— Стас? Ты разве не говорил, что сегодня собираешься на подработку? — удивилась мама. Она, одетая в приталенное длинное чёрное платье, вышла из дома. На плече у неё висит небольшая чёрная сумочка.

— Так ещё много времени, вот и решил добраться сегодня на машине, чтобы не тратить уйму времени на автобусы. Туда добираться долго, причём с пересадкой. А ты куда? К подругам?

— Да. Изначально планировали в кафе посидеть, но сегодня, оказывается, приём в усадьбе Беровых. Решили у них пересечься.

— А как же приглашение? — её слова вызвали удивление, ведь без приглашения на приём попасть сложно.

— Моя подруга из этого рода. Они только сегодня о приёме объявили, встретиться перед ним не успеем, сам понимаешь, какая суета с организацией такого мероприятия.

— Понятно. Может, тогда тебя подвезти?

— Хм. Я думала вызвать такси, но если не сложно, то не откажусь, — она что-то нажала на браслете, вероятно, отменила такси.

— Большой штраф? — не удержался от вопроса. Она вышла из дома не просто так, скорее всего, машина уже подъезжала, так что штраф за отмену точно будет.

— Терпимо. Зато смогу похвастаться, что меня подвёз сын, юный глава своего рода, — ответила она, лукаво улыбаясь.

Рык подаренного автомобиля вновь что-то всколыхнул в груди. Тихое урчание сменялось грозным рыком, стоило немного надавить на педаль газа. Железный зверь послушно взлетел по небольшому уклону, ведущему из гаража, и, словно хищник перед броском, остановился возле ворот, ведущими с территории усадьбы. Выстроив карту на навигаторе, выехал за ворота.

— Кстати, тебя не вызовут на работу из-за всех этих событий?

— Нет. Стас, я же артефактор, причём хороший. У нас, если всё правильно сделано, потом нужно просто иногда проверять и, может, немного подновить руны. Работа несложная и для небольшого коллектива. Ведущий инженер-рунолог для этого не нужен.

— Просто я слышал, немало людей забрали, в том числе из Барьера.

— Забрали, но только тех, у кого ещё не закрыт первый контракт, остальных банальным приказом туда не отправить.

— Я так понимаю, первый контракт — это выкупленный у Академии?

— Да. Мой контракт род не выкупал, однако своими знаниями я быстро добилась повышения и за десять лет смогла его закрыть. Хотя немало помогли пара командировок, когда нас отрядили в помощь «Орихалк Групп». Они тогда расширили поселение недалеко от форпоста Шахтёрский. Ты же знаешь, что у них много неодарённых работников?

— Слышал. Они вроде живут в специальных защищённых домах и ходят в изолирующей одежде.

— Верно. У них там городок на несколько тысяч человек. Очень интересное место, словно находишься на космической станции. Все строения соединены неширокими коридорами с возможностью изоляции каждого отсека. Слышала, бывало пару раз, когда по той или иной причине случались повреждения. Тогда приходилось изолировать целые секции, в которых проживали десятки людей. Хорошо хоть, на этот случай рабочие носят слабенькие артефакты, но их хватает всего на пять минут, чтобы добежать до скафандров, — мама ненадолго замолчала, окидывая взглядом статую, расположенную справа от дороги.

Там из бетона сделана большая раскрытая книга, рядом вертикальное перо, перед ними лежит меч. На первой странице написано «Родовая правда», на второй выбиты некоторые законы, установленные Советом родов, когда Беловодье начало расширяться и сюда устремилось всё больше людей. Эта статуя установлена не так далеко от поворота в самую древнюю часть острова, причём открытой стороной она направлена на центр города, как бы показывая, для кого эти законы, а обложкой в сторону величественных усадеб.

— Ты сказала скафандров? Прям как у космонавтов? — решил вернуть к нашему разговору.

— Тогда выглядели прям как те, в которых выходят в открытый космос, но, припоминаю, привезли небольшую партию новых, более удобных. Местные рассказывали, когда собирались в столовой, что в скафандрах очень трудно в шахте. Они неповоротливые и очень громоздкие. Новые же не столь габаритные и сделаны на основе экзоскелета. Те, кому они достались, хвастались, что меньше устают, в них более комфортно и способны поднимать более тяжёлые грузы.

— Странно, считал корпорантов более жадными.

— Так и есть, — мама нахмурилась, что-то вспоминая. — Те же артефакты, самые дешёвые. Руководство корпорации умеет считать деньги и старается на всём сэкономить, но не в ущерб добыче. Выплаты пострадавшим во время работ очень серьёзные, при этом выплаты идут не людям, а государствам, из которых их нанимают. Если компенсировать самим рабочим, то выйдут очень серьёзные деньги, тогда как их государства посадят пострадавших на чуть более высокую пенсию и большую часть выделенных денег заберут себе, но общие расходы корпорации будут значительно меньше. Сам знаешь, в последнее время все хотят использовать дешёвую рабочую силу. Вот взять бы этих эффективных менеджеров и самих в шахты отправить.

— Так их не любишь? — удивился её вспышке гнева.

— Конечно. Ты бы знал, как они пытаются на всём сэкономить, вместо того чтобы сделать нормально. Мы покрывали рунами новые модули того поселения, так эти, кхм, не буду говорить кто, использовали чуть ли не самые дешёвые материалы. У них энергопроводимость почти никакая. Приходилось сильно исхитряться, чтобы рабочие там не погибли через пару месяцев. Полной изоляции из-за этих «эффективных» всё равно не получилось, из-за чего люди подвергаются излучению запорталья, не сильному, но им хватает. Поверь, на их здоровье это скажется не в лучшую сторону, но корпорации до этого нет дела. Пару лет люди проработали и могут быть свободны.

— И куда их потом? Я что-то не видел в Беловодье такого большого количества мигрантов.

— Кого в закрытые города в их странах, похожие на старые советские, кому-то ментальные блоки, которые могут поставить целители, а кто-то просто живёт с подпиской о неразглашении. Ведь многие просто не понимают, что находятся в другом мире. Их привозят в закрытых изолированных машинах, они живут в изолированном поселении, в котором вместо окон экраны, так как стекло плохой изолятор от энергии того мира. На работу тоже едут сразу из закрытого гаража. В общем, полная изоляция. Большинство рабочих думают, что они находятся в какой-то шахте, где добывают некий ценный метал, который очень радиоактивен.

Слушая её рассказы про работу и те командировки, я в очередной раз подумал, что люди везде одинаковы. Те, кто живёт за барьером, мало чем отличаются от жителей закрытых городов, а уж эффективные менеджеры — это отдельная каста вредителей, которые способны даже выдать столь тупую фразу, как: «Можем, а зачем?». А потом смотрят в камеру глазами, в которых нет ни капли интеллекта, и мерзко улыбаются, ведь они так эффективно всё закупали за границей и экономили огромные средства, чтобы, когда грянет кризис, начать выпускать автомобили без подушек безопасности, электрических стеклоподъёмников и аудиосистемы. Уверен, они до сих пор не понимают, зачем тратить кучу средств на локализацию и импортозамещение, когда всё ещё есть возможность закупать за границей, но уже в другом регионе.

— Ух, немалая очередь, — сказал, когда встали в пробку из машин представительского класса.

— Ты же ещё не опаздываешь? Если что, могу дойти пешком.

— Времени достаточно, так что всё сделаем как положено, ещё не хватало, чтобы над тобой кто-то посмеялся. И, кстати, тут нет никого на такси, — я укоризненно посмотрел на маму. — Почему сразу не попросила?

— Не хотела тебя напрягать, у тебя ведь учёба и сегодня ещё подработка.

— И? Мы бы что-нибудь придумали, ты же теперь представляешь род Рокотовых. Нам надо соответствовать.

— Эх. Дожили, меня отчитывает сын, — она шутливо закатила глаза, прикрыла их ладошкой и чуть откинула голову назад, затем сдвинула ладонь и посмотрела одним глазом на меня. — И когда ты стал у меня таким взрослым?

— Когда изменился статус и я начал читать про привилегии, обязанности и местные традиции. Перед балом попали в такую же пробку, и мы решили не ждать, а как позже узнал, оказывается, даже такая мелочь многое говорит о человеке и его роде.

— Есть у нас такое. Недаром говорят: «Встречают по одежде». Ты же слышал, что для некоторых родов прям трагедия, если родилось много девочек?

— Нет. А в чём проблема?

— В местных традициях. Первое — это появляться часто в одном и том же платье нельзя. Точнее, можно, но это моветон. Вам проще, мужчины могут прийти в учебной форме или мундире. Поверь, на одних только нарядах для балов можно разориться. Второе — это приданное. За барьером этой традиции давно нет, тут же всё ещё положено, и чем богаче род, тем оно должно быть солидней. Ты же читал классиков про то, как плакались дворяне, офицеры и чиновники, которые, если не спускали всё в карты, тратили большую часть жалования на наряды жён и дочерей?

— Припоминаю, кажется, у Гоголя и Грибоедова что-то такое упоминалось. Из-за стремления соответствовать моде там тратились огромные средства.

— Наше общество находится всё ещё в тех исторических рамках. Это как показатель благополучия рода. Если соблюдаешь традиции, то и отношение соответствующее, если не можешь, то лучше в таком обществе появляться как можно реже. Многие в Беловодье живут и не переживают о статусе, и их всё устраивает, вот только тебе такое уже не подходит. Пока к тебе просто приглядываются и многое прощают, так как ещё курсант и только стал главой рода, однако замысел отца и деда слишком крут. Сынок, тебе придётся очень тяжело.

— Ничего, справлюсь. Вот вернёмся из-за портала, засучу рукава и возьмусь за дело. Планы есть, и самое главное, есть с чем работать.

— С синтезаторами тебе действительно повезло, даже не верится в такое. Я в который раз задаюсь вопросом, для чего они перевезли их домой? У клана есть крупные складские помещения.

Очередь постепенно движется. Из машин выходят красиво одетые люди, перекидываются парой слов со стоящим возле ворот мужчиной и проходят на территорию усадьбы. Пока прибывшие не пройдут внутрь, машина стоит на месте. Ведь случиться может всякое, вдруг откажут или произошла ошибка, и тогда, если автомобиль уедет, им придётся ждать или идти к нему своим ходом под взглядами прибывающих гостей. Мы простояли где-то минут сорок. Когда встал напротив ворот, шустро выскочил, чтобы открыть маме дверь и помочь выйти. Только направился к водительской двери, как к маме вдруг обратилась красивая статная женщина в элегантном бирюзовом платье. Высокая, с чуть вьющимися каштановыми волосами, собранными в высокую причёску, крупной прядью спадающей на спину. Я бы не назвал женщину крупной, но мощные плечи, не перекаченные, однако с выделяющимся рельефом руки, выдают в ней тренированного бойца. Похоже, перед нами та самая подруга, а рядом, если правильно понял, сын маминой подруги, он же Костя, мой знакомый из Академии. Кстати, хоть цвет волос у них одинаковый, но, в отличие от сына, у неё именно волосы, а не нечто, напоминающее медвежью шерсть.

— Елена, как я рада тебя видеть. Почему сразу не сказала, что приедешь вместе с сыном? — глубоким грудным голосом обратилась к маме. Что примечательно, стоящая перед нами женщина не прирождённая Берова, но эта фамилия ей очень подходит. Надо бы узнать, из какого она рода.

— Привет, Маш, давно не виделись, — женщины обнялись, как старые подруги. — Сын предложил подвести, ну я и не смогла отказаться.

— Какой он у тебя красавец. Эх, жаль, моя дочка ещё слишком мала, так бы была ему отличной парой.

— Здравствуйте. Позвольте представиться, контрактор Рокотов Станислав.

— Контрактор Берова Мария. Как я слышала, моего сына ты уже знаешь.

— Да, мы с Константином знакомы, — отвечаю, параллельно обмениваясь с ним рукопожатием.

— Привет, Стас. Может, заглянешь? — предложил Костя. — Хоть не так скучно будет.

— Костя, на приёме так много славных девушек. Тебе уже пора искать невесту, или отец найдёт её тебе сам.

— Рад бы помочь, Кость, но сейчас не смогу. Есть кое-какие дела, — отказался от того, чтобы быть названным гостем. Всё же надо заранее уведомлять о посещении или, как мама, приехать по приглашению члена рода. Судя по несчастным глазам парня, поиск невесты энтузиазма у него не вызывает.

— Может, нужна помощь? — не теряя надежды, спросил парень. Он, как положено, одет в парадный мундир Академии.

— Я на подработку еду. Союз сегодня очередные испытания проводит.

— Ох, как я мог забыть? Я же тоже туда собирался. Мам, прости, но мне придётся чуть раньше покинуть приём, меня ждёт работа, — с довольной улыбкой произнёс Константин. Он излишне поспешно подошёл к пассажирской двери, открыл и шустро спрятался внутри салона, словно боясь, что его остановят.

— Вот же несносный мальчишка, всё же нашёл способ сбежать. Ну ладно, потом поговорим, езжай, — женщина погрозила ему пальчиком и, попрощавшись со мной, повела маму за собой через гостеприимно распахнутые ворота.

Чтобы быстрее уступить место следующему гостю, сел за руль и устремился прочь от усадьбы Беровых. Костя, всё ещё не веря, что смог сбежать, посмотрел в зеркало заднего вида, затем развалился в кресле и довольно выдохнул.

— Кошмар. Из-за всей этой ситуации за порталом род неожиданно устроил приём. Рано утром объявили, из-за чего после учёбы пришлось спешно ехать домой. При этом почти треть гостей привела своих дочерей, с каждой норовя меня познакомить и рассказать, какие у них замечательные девочки.

— Да уж, наверное, тяжело это. Я так понимаю, ты не любишь приёмы?

— Ненавижу. Эти лицемерные улыбочки вызывают желание почесать кулаки об их лица, а слова, за которыми скрываются множество смыслов, часто противны до омерзения. Мне проще дать в рожу, чем плести словесные кружева в ответ. Везёт тебе, не приходится через всё это проходить. Кстати, тебя-то хоть родственники не затащили ещё на свой приём? Они когда планируют устроить или тоже сегодня?

— А у них намечается приём? — удивился я. — Ни о чём таком не слышал.

— Тоже не слышал, но, думаю, сейчас все их будут устраивать, нужно срочно всё обсудить с союзниками и партнёрами. Всё же проблемы с перевозками и поставками ресурсов за порталом неизбежны.

— Понятно, вот только Гремяцким устраивать приём не требуется.

— Почему? — неподдельно удивился он.

— Свадьба. Вместе с Огневыми смогут обсудить все вопросы в четверг.

— Ах да! Из-за сегодняшнего приёма всё из головы вылетело.

— Ты, кстати, серьёзно собрался на работу или это предлог, чтобы сбежать?

— Изначально не хотел, были планы провести парочку боёв на центральной арене, но, коль появилась возможность избежать приёма, то лучше проведу время на подработке, тем более сказанное слово нарушать нельзя.

Разговаривая на разные темы, мы добрались до работы. Парковка опять наполовину пустая, благодаря чему легко нашёл место, где поставить машину. Так как я здесь работаю, стоянка для меня бесплатная. Мы зашли в здание и сразу направились на наш этаж. Там, в комнате ожидания, уже сидят двое курсантов: Аня и Кирилл. Они непринуждённо о чём-то болтали, попивая чай с овсяным печеньем, причём Красный не просто ел печенье, а перед употреблением размачивал в чае.

— Всем привет, — сказал, входя внутрь.

— Приветствую, — Костя поднял вверх руку с ладонью, сжатой в кулак. Видимо, так привык с ними здороваться.

— Приветик. Не знала, что сегодня придёшь, ты же не отписывался в чате, — сказала Аня, глядя на Берова.

— Привет, медвежуть, здорово, что пришёл, а то Вероника Алексеевна сказала, что Ушан сегодня не сможет прийти, что-то у него там стряслось. Хотя странно, он же не из рода.

— Всякое бывает. Ух ты, сеткомёты наконец привезли, — Костя подошёл к стенке, возле которой лежат два оружия с широкими стволами. — Долго же они не могли их закупить.

— Так всё за портал выгребли для ловцов, даже наши утащили, — ответил ему Кирилл.

Через некоторое время подошли ещё четверо курсантов. Оказывается, сегодня испытания проводятся сразу на двух площадках, и мы разделимся на два отряда. Вероника поделила по-простому, забрав себе нашу четвёрку, остальные будут с Олегом Пламеневым, будущим мужем Вероники.

Время пролетело как-то незаметно. Я поначалу поддерживал беседу, но всё же решил провести время с большей пользой и погрузился в браслет, чтобы изучить местный рынок. Когда поступила команда от Вероники, сильно удивился незаметно пролетевшим часам. Мы, как и в прошлый раз, выстроились возле двери арены под номером два, возле первой двери встала команда вместе с Пламеневым. Двери лифта открылись, и мы увидели пятерых человек, один из которых отец Олега. Он сначала подвёл немолодого мужчину с на вид хрупкой девочкой восточной внешностью к первому отряду. Чёрные волосы девочки стянуты в тугой хвост, карие глаза смотрят без испуга и даже с вызовом. На поясе у неё висят ножны с шашкой. Нетерпеливо выслушав краткий инструктаж от Пламенева Бориса Дмитриевича, девочка порывисто вошла на арену, чуть не задев плечом одного из курсантов. Её отец на это лишь улыбнулся и направился в помещение, откуда сможет за ней наблюдать.

— Андрей Денисович, перед вами контракторы, которые обеспечат безопасность вашему сыну во время проведения испытания. У них хорошая подготовка, так что, если следовать несложным правилам, риск будет минимален, но расслабляться не стоит, вашему сыну надо выложиться на полную, дабы доказать, что он достоин стать контрактором.

— Борис Дмитриевич, я нисколько не переживаю, мой сын прошёл хорошую подготовку с наставником родовой дружины, и я уверен, ему не потребуется помощь. Ведь так, сын? — мужчина взглянул на стоящего рядом парня не с родительской теплотой, а как-то требовательно, словно на подчинённого, которому поставил задачу.

— Да, отец, я справлюсь, — голос парня прозвучал решительно, вот только в глазах читается страх. Мне почему-то кажется, он боится не проиграть, а подвести или не исполнить пожелание родителя.

Сам парень, в отличие от высокого, могучего отца, выглядит не так внушительно, однако родовая черта сразу выдаёт их родство. У обоих, несмотря на русые волосы, светлые, почти седые брови, вот только в остальном парень не сильно похож на отца. У него нет мощных мышц, черты лица более тонкие, нежели у грозного родителя. Ростом ниже меня, где-то около ста семидесяти. У Андрея Денисовича нос, как говорится, похож на картошку, у сына тонкий, аристократический. Одет в чёрную майку без рукавов, благодаря чему видно, что мышцы развиты, но не бугрятся. В общем, простой физически развитый парень.

Вновь прозвучал короткий инструктаж, после которого прошли на арену. Его отец ушёл ещё во время инструктажа, так как ему позвонили. На арене Вероника объяснила правила более подробно, пока помогали ему облачиться в доспехи. Контейнер со зверем ещё не приехал, вероятно, из-за проведения испытания на первой арене.

— Итак, род Снеговых оплатил испытание для юного племянника главы рода. Они практикуют стихию льда, поэтому, как только мы заполучили морозного оборотня, они решили активно участвовать в аукционе. Вы же все знаете, кто такой морозный оборотень?

Мы дружно подтвердили, при этом от девушки не ускользнула реакция некоторых из нас. Снежный оборотень на самом деле не может в кого-либо оборачиваться, но выглядит как волколак из мифов. Он похож на волка, вставшего на задние лапы. Их встретили впервые около века назад и сразу вспомнили сказки про оборотней, ведь они действительно напоминают волков, вставших на более широкие задние лапы, которые что-то среднее между звериной и человеческой. Пасти менее вытянутые, зато когти очень острые, а уж если покроют их стихией, то превращаются в ещё более грозное оружие. Есть видео подтверждение, как в пятидесятые годы один такой оборотень разрезал металл танка Т-34 и чуть не убил его экипаж. Зверя тогда не заметили, потому как дело происходило зимой, а они, как и многие другие животные, сменили шкуру с тёмно-серой на белую.

— Рыкарь, ты, как самый здоровый, бери сеткомёт. Хвостик и Красный действуете в паре. Кот, по команде наводишь суету, забирая всё внимание на себя, уверена, скорости хватит. Транквилизатор все взяли? Помните, когда его можно использовать и, самое главное, в какие места колоть?

— Да, — прозвучал дружный ответ на все вопросы.

— Хорошо, а то бывают индивиды, которые ломают или гнут иголки, — она перевела взгляд на раскрывшиеся в потолке створки, в которые начал протискиваться контейнер. — Всем по местам, и, надеюсь, в этот раз моя чуйка снова обманывает, как в прошлый.

Снегов всё это время пытался разминаться, что в тяжёлых доспехах делать сложно. Он активно поупражнялся с полуторным мечом, пробежал круг по арене и наконец замер, начав медитировать. Наблюдать за рыцарем в полной латной броне очень интересно. Он словно сошёл со старинных картин и сейчас, уперев меч остриём в пол, стоит с закрытыми глазами перед опускающимся контейнером, в котором находится страшное чудовище. Вот только у нас тут всё немного проще, чем в романах. Рыцаря не ждёт принцесса или полцарства, ему не рукоплещут зрители, требующие хлеба и зрелищ. Даже его отцу, похоже, не очень интересно происходящее на арене. Через окно для наблюдений видно, как он ходит из стороны в сторону и общается с кем-то по браслету. На сына бросает короткие взгляды и вновь продолжает ходить и активно жестикулировать.

— Готов? — спросила Вероника Алексеевна, когда контейнер опустился и просигнализировал, что зверь приведён в нужное состояние.

— Да, — собрав всё мужество, ответил парень.

Как и в прошлый раз из приоткрытых створок вырвался газ, которым заполнено временное жилище оборотня. Антон Снегов встал в стойку, держа рукоять меча обеими руками. Мне кажется, даже отсюда слышу его тяжёлое дыхание. Двери открылись, и из-за клубов пара на невидимом для испытуемого экране заметен только приземистый силуэт, но вскоре он стал виден намного лучше. Вначале показалось, что там стоит волк с ненормально широкими плечами и сильно выгнутой вверх спиной, однако, приглядевшись, сразу видны отличия. Крупные передние лапы, из которых начали медленно выдвигаться длинные серповидные когти. Сплюснутая, оскаленная волчья морда смотрит пока ещё сонно, но с каждым мигом в глазах хищника разгорается ярость. Он утробно зарычал, сделал шаг, затем ещё один. Вырвавшись наружу, резко встал на задние лапы, развёл передние в стороны и яростно заорал:

— Рау!

У меня по телу забегал табун мурашек, при этом очень захотелось самому оказаться напротив него с мечами в руках. Понимаю, он сильно ослаблен, из-за чего бой был бы не так интересен. Я представил, каково должно быть стоящему перед зверем парню, который не проходил наших тренировок, я имею в виду отряда. Его меч слегка дёрнулся, но он не сделал ни шагу назад, а даже наоборот, осторожно пошёл навстречу. За проявленную храбрость и решимость немного его зауважал, но это чувство пропало довольно быстро.

— Р-р-р, — рыкнул оборотень, смотря вертикальными зрачками на своего противника. Хищник не стал дожидаться, пока Антон приблизится, и прыгнул.

Левая лапа играючи отвела меч в сторону, правая с жутким скрежетом провела когтями по шлему. Лёгкая энергетическая защита спасла глаз закованному в броню человеку. Зверь решил развить успех и попытался вцепиться зубами в шею, но клыки вперемешку с острыми треугольными, как у акулы, зубами лишь проскрежетали по зачарованному рунами металлу. Антон быстро опомнился и отскочил назад, затем нанёс удар снизу вверх, чуть не задев волколака остриём, вот только хищник явно опытный и отклонился назад, уходя от удара.

Этот бой, в отличие от прошлого раза, мне не понравился, парень действовал слишком неопытно. Не истратив всех сил, он подсознательно принял проигрыш и в какой-то момент, когда признал свою слабость, начал проявлять слабохарактерность. Малейший намёк на атаку, и он разрывает дистанцию, тогда как надо идти на риск и атаковать, дабы показать характер.

— Действуем по моей команде. Оператор, приготовиться отсекать зверя, — спокойно произнесла Вероника. — Рыкарь, с сеткомётом не спеши, вначале надо его ослабить, а то раздухарился и будет сильно сопротивляться, — обратилась к Берову.

Тем временем парень вновь начал пятиться, выставив меч вперёд, чтобы держать дистанцию. Оборотень за весь бой ни разу не применил стихию и побеждает только на мастерстве, отчего прошедшее сражение со столь ослабленным зверем кажется слишком позорным, ведь на арене сейчас представитель довольно не слабого рода с многовековой историей. Его должны были с детства обучать.

Финалом этого боя стало резкое движение оборотня вправо. Он присел и лапой ударил по ладоням человека, крепко держащим меч. Оружие выпало, и последовал очередной удар в грудь по уже изрядно поцарапанным доспехам. Антон упал на спину и начал отталкиваться ногами и руками, чтобы отползти от хищника, при чуть ли не скуля от страха. Зверь не спешил его добивать. Он с презрением посмотрел на человека, затем и так горбящийся присел для прыжка, согнувшись ещё сильнее.

— Отсекай! Красный, Хвостик — слева. Кот, полный контакт. Истощи его защиту, пусть потратит все силы. Сильно не ранить! Рыкарь, стреляешь по команде. Начали!

Пока зверь в недоумении смотрел на появившуюся преграду, отделяющую от провалившего испытание претендента, мы почти не заметно подобрались к нему. Первым атаковал я двумя мечами, насыщенными энергией. Тот в последний момент что-то почувствовал и сумел отвести левый, которым бил вначале, зато правый встретился с его слабенькой аурной защитой. Тусклая плёнка мгновенно пропала, ей хватило бы и нескольких ударов от обычного одарённого. Увы, но Антон оказался слишком неумел в бою.

— Кот, меньше энергии в мечи! Тебе не убить его надо, а только ранить!

— Ра! — яростно взревел противник, которого лишили добычи и окружили.

Перед лицом замельтешили когти, от которых повеяло холодом. Я мог бы уже нанести ему смертельный удар или серьёзно ранить, но нельзя, из-за чего вынужден действовать крайне осторожно и не эффективно. Мечи встречаются с когтями и с ослабленной защитой, заставляя его выкладываться на полную. Тут сбоку его слегка ранит Красный, от чего на рёбрах оборотня остаётся мгновенно запёкшийся порез. Зверь в ярости развернулся к Кириллу и послал пару острых сосулек, которые разбились об аурную защиту. Парня сразу подстраховала его напарница, я запустил шаровую молнию. Попавшая техника вновь столкнулась с защитой, но из-за слабого насыщения не разбила её, зато привлекла ко мне внимание. Волколак из низкой стойки прыгнул на меня, стараясь достать когтями и вцепиться в горло зубами. Подставляю мечи под когти, не уступающие в прочности ножам из хорошей стали, и с довольным оскалом вступаю в схватку.

Всё время короткого сражения Вероника стояла в стороне и не вмешивается. Мы втроём постоянно атакуем, чтобы лишить сил и дать нам спокойно его спеленать. Наконец, Кострова приказала Берову использовать сеть. Зверь, получивший много неопасных ран, ещё пытался сопротивляться, но не так активно. Ему хватило всего одной сети. Когда сил не осталось, Аня подскочила и вколола транквилизатор. Время, пока уснёт, тянулось очень долго. Наблюдая за поверженным зверем, стало вдруг его жалко.

— Приборы показывают, что он спит. Грузим, — раздалась команда.

Я и Красный подтащили заранее приготовленные носилки, схватив за сеть, переложили зверя на неё, затем занесли в контейнер, который потом закрыли. Тем временем энергетическая стенка пропала, и мы увидели опечаленного парня, который уже снял шлем. По его лицу обильно течёт пот и кровь из рассечённого виска. Глянув на шлем, увидел вмятину и небольшую трещину. Антон с ироничной улыбкой смотрел на стекло, за которым стоит только Борис Пламенев. Снегова старшего там нет, он ушёл ещё с середины боя.

— Я не хотел становиться контрактором и сражаться. Ещё год назад я ничего не знал об этом мире, до смерти мамы, — услышали его тихие слова. — Она говорила, что мой отец погиб, но когда её не стало, он пришёл, всё рассказал и забрал сюда.

— Почему ты не хочешь быть контрактором? — решил спросить у него.

— Потому что я люблю музыку. Я хочу играть на скрипке, а не сражаться. При этом меня готовили всего полгода! Как я должен был победить?

— Мой друг тренировался почти столько же и тоже не смог победить.

— Что я и говорю!

— Он не победил, но смог проявить свой дух и характер, в отличие от тебя. Что ты сможешь передать своей музыкой, раз боишься битвы за свою жизнь, за своё будущее? Как ты сможешь ей разжечь сердца, если сам не способен пылать?

— Да что ты вообще понимаешь?! — закричал парень. — Вы с детства тренируетесь сражаться, я же ходил в музыкальную школу и играл на скрипке! Я далёк от всего этого!

— Станислав, не надо, — обратилась Вероника Алексеевна.

Даже не знаю, от чего у меня возникло такое презрение к этому парню. Может, потому, что он не бился до конца? Может, из-за его слабости? Не понимаю, но хотелось сказать очень многое. Я успокоился лишь когда вернулись в комнату отдыха.

— Ты чего на него взъелся? — спросил Беров.

— Сам не пойму. Быть может, из-за зверя. Я ведь видел, что тот не старается убить, а словно испытывает парня. Он мог много раз сдёрнуть, к примеру, шлем или выбить меч. А то, как встал в конце и смотрел с презрением? Мне показалось, он сам хочет найти себе того, с кем заключит контракт.

— Жалко зверушку стало? — с улыбкой спросил Костя.

— Скорее всего. Говорю же, сам не понимаю.

— Это в вас говорит древняя кровь, — вдруг сказала Вероника. — Издревле в родах принято отправлять своих отпрысков на бой со зверем, чтобы те, рискуя жизнью, доказали право называться волхвами или, как по-нынешнему, контракторами.

— Не знаю. Я рос за барьером, мой менталитет ещё не перестроился.

— Зато со зверем бился без всего этого, — Костя махнул рукой в сторону, где за стеной расположены арены.

— Ты прав, хотя полноценным боем это назвать сложно, всё происходило через чур сумбурно.

— Кстати, слышал, ты приехал сегодня на своей машине? — спросил Кирилл, сделав вид, будто его не сильно это интересует, но я ждал чего-то подобного.

— Да. Не вижу смысла платить за такси.

— Ты же живёшь недалеко от Академии? Может, тогда и нас подкинешь? — всё же задал тот самый вопрос. У меня даже мелькнула подленькая мысль предложить скинуться, как за такси, но сразу её отбросил. Это слишком низко.

— Никаких проблем, поехали.

Хоть вторая группа тоже весьма быстро закончила, причём им вмешиваться не пришлось, никто из них проситься не стал. Ещё один пассажир мог бы поместиться, но они решили ехать на такси до Академии, причём не все, двое поехали на автобусе. Дальше время пронеслось в домашних хлопотах и вдруг наступил следующий день.

Все пары я просидел как на иголках, ведь сегодня ждёт очень важное событие, которое должно было состояться раньше, но из-за политики случится только сегодня. С последних двух пар меня отпустили, и я, вновь переодевшись в парадную форму, сел возле Академии в такси и направился к княжьему дворцу. Машина остановилась перед главными воротами, возле которых стоят два дружинника с незнакомыми шевронами, на которых изображён щит в когтистых лапах двуглавого орла, а на самом щите изображён грифон. Мне подумалось, это символизирует местный род Романовых, как защитников России, но, возможно, я ошибаюсь.

— Добрый день. Капитан гвардии рода Романовых, Матюшин Илья Евгеньевич. Вам назначено? — спросил немолодой мужчина с суровым обветренным лицом и глазами, будто видящими насквозь. Он стоял изначально за кирпичным столбом, из-за чего сразу не заметил.

— Контрактор Рокотов Станислав. Пришёл для дачи присяги как глава рода, — скрывая лёгкий мандраж, уверенно объявил я.

Он окинул меня внимательным взглядом с ног до головы, задержавшись на волосах, кивнул своим мыслям и чуть растянул губы в улыбке.

— Добро пожаловать. Мне велено проводить вас до зала Совета родов, прошу за мной, — он по-армейски развернулся через левое плечо и, почти чеканя шаг, пошёл в сторону дворца, уверенный, что я пойду за ним.

Глава 7

На прямую спину, словно к ней привязан лом, бросил короткий взгляд, после чего, двигаясь следом за капитаном, любовался величественным дворцом. Всё же после развала Российской империи ничего подобного более не строили в стране, разве только реставрировали, в особенности после Великой Отечественной войны. Самыми примечательными после развала СССР — это сталинские высотки, метро и здания некоторых НИИ, но это немного не то. Там скорее величие научно-технического прогресса, чем великолепие строительного искусства.

При разглядывании дворца у меня даже мелькнула мысль, что вот разбогатею и отстрою себе нечто подобное, но быстро её отбросил. Вот зачем мне такое огромное здание? Чтобы, когда появятся дети, они выросли в нём, а затем жили вместе с семьями? По мне, так глупо. Здесь такое практикуют из-за недостаточности земли для строительства и чтобы было легче обороняться в случае родовой войны, но времена изменились. Сейчас для начала родовой войны нужен весомый повод, и даже если он найдётся, вести её в городе никто не позволит. Всё произойдёт также, как с конфликтами с иностранными родами. Вначале разбирательство в Совете родов, потом, возможно, в Родовой ассамблее, и если не найдётся способа решить миром или дуэлью, то начнут искать страну, где пройдут сражения между родами. Всё очень сложно и долго, из-за чего лучше сразу искать компромисс. Поэтому я и считаю, что жить всем родом сейчас не так выгодно, да и не так комфортно. Может даже проще некоторым переехать в обычные города или выкупить земли за барьером возле Беловодья. Кстати, а с чего я решил, что никто так не делает? Может, земли вокруг города уже кому-то принадлежат?

Наконец мы добрались до главного входа во дворец, с высокими деревянными дверьми и золотистыми ручками. При виде дверей подумал, что обычный человек вряд ли сможет их открыть, уж слишком толстыми выглядят, да и высокие. Уверен, веса в них немало. Вот только проверить это возможности нет, так как обе створки распахнуты. В самом дворце я ещё не был, потому как бал проходил в прилегающем парке с фонтаном, а внутрь заходить не было причины. Поднявшись по трём ступенькам и пройдя внутрь, вступил на белоснежный мраморный пол с чёрным и золотистыми полосами, создающими некий узор, который отсюда целиком не видно, но, если подняться по вон тем ступенькам, расположенным напротив входа, уверен, смогу рассмотреть получившийся рисунок целиком. При входе, за небольшим столом, сидит мужчина в белой рубашке и серой жилетке. На столе обычная толстая тетрадь, в которую он записал номер моего электронного паспорта и другие данные. До чего же это странно, когда у всех невероятные по функционалу браслеты, о которых в мире даже не слышали, а тут обычная тетрадка и ручка.

Мы пошли к лестнице, уворачиваясь от носящихся людей, одетых в костюмы, форму дружины и те же белые рубашки и жилетки. В руках у многих документы, кто-то просто идёт погружённый в текст на браслете. Вдруг я заметил полноватого мужчину, который показался знакомым. Он с важным видом спускается со второго этажа, чуть не сбивая других людей, однако при виде капитана посторонился, а когда заметил меня, то почему-то сбледнул. И тут в памяти что-то щёлкнуло, и я вспомнил самое первое посещение кофейни Вяземского, когда к нам подошёл этот мужчина и требовал уступить ему столик. Кажется, он какой-то по счёту зам главного интенданта княжества. Проходя мимо, подмигнул ему, от чего мужчина чуть не покатился вниз по ступенькам, с трудом ухватившись за поручень. Интересно, с чего такая реакция на меня? Уж не оттого, что мой дед и отец невесты сидят в Совете родов?

— Нравится? — спросил капитан гвардии, когда мы поднялись по ступенькам на первую площадку и я обернулся, чтобы увидеть рисунок.

— Забавно выходит. Люди ходят внизу по указателю на стороны света. Он, кстати, правильно указывает или это только для красоты? — спросил, глядя на указатель на стороны света, такой, как указывали на старых картах и компасах. Тут, кстати, есть латинские буквы, обозначающие направления, а также облачка в виде лиц, которые указывают, куда дуют ветра.

— Всё спроектировано заранее, поэтому направления указанны вполне правильно. Ладно, пойдёмте, вас уже ожидают.

На втором из четырёх этажей повернули налево по широкому коридору. Справа и слева расположены двери с табличками, по которым понял, что всё это крыло относится к Совету родов. Ведь не сами же они занимаются бумажной работой и другой рутиной. Здесь находится огромный штат сотрудников, который обеспечивает их работу. В самом конце коридора находится развилка, направо ведущая к лестнице, прямо же расположена дверь, за которой небольшое помещение с диванчиками и секретарём, сидящим возле двери, ведущей в сам зал Совета.

— Контрактор Рокотов? — спросил седой мужчина с такими же седыми аккуратно стрижеными усами, закрывающими всю верхнюю губу. Борода начисто выбрита, из-за чего виден небольшой шрам под подбородком. Шрам тонкий, словно от стилета или когтя какого-то зверя. Видно, мужчина ранее немало повоевал, вероятнее всего за порталом, и по местной моде оставил некоторые шрамы или его просто невозможно убрать из-за способа нанесения.

— Да, — ответил ему.

— Проходите, вас уже ждут. Вы же знаете, что нужно делать? — всё же уточнил он.

— Мне всё объяснили, текст присяги выучил.

— Хорошо, тогда не задерживаю.

Внутрь капитан не пошёл, он спокойно сел на диванчик и, закинув ногу на ногу, открыл иллюзорный экран. Подойдя к двери, незаметно сделал глубокий вдох и медленный выдох, всё же мандраж только усилился. Я так не нервничал даже в тренировочных боях со зверьми, а тут отчего-то появилась неуверенность. Наверное, так влияет статус людей, перед которыми придётся зачитать присягу, и даже то, что здесь мой дед, ни капли не успокаивает. Прогнав по телу стихийную энергию, толкаю вперёд тяжёлую дверь и решительно захожу. Спина прямая, взгляд максимально уверенный, я невольно скопировал походку капитана гвардии. Выхожу на специальную площадку, расположенную ровно по центру перед всеми креслами, так, чтобы всем было удобно смотреть на пришедшего.

— Контрактор Рокотов Станислав прибыл, чтобы произнести присягу княжеству перед уважаемым Советом родов как глава нового рода, — уверенно и чётко отчеканил каждое слово под суровыми и чуточку любопытными взглядами.

— Мы готовы принять твою присягу. Говори, — за всех сказал князь, сидящий на центральном кресле. Мой дед ободряюще кивнул.

— Как глава рода Рокотовых, от лица всего рода торжественно клянусь… — по залу эхом загремели мои клятвы и обещания: о верности княжеству, о решимости защищать его, о том, что весь род встанет на защиту людей, если из-за портала будет грозить опасность.

Я говорил почти десять минут, поочерёдно смотря в глаза присутствующих, и с каждым словом голос наливался силой, а внутри всё сильнее бурлит стихия. Пафос речи смешался с реальной решимостью соответствовать сказанному и действительно, если понадобится, биться до конца, если вдруг начнётся гон или как сейчас, когда нависла угроза из-за иномирцев. Предавать или отказываться от своих слов не в моей натуре, из-за чего вместе со славами начал выбрасываться в кровь адреналин и потоки энергии. Котяра внутри меня словно распушился, как перед дракой. Я чувствую, как глаза начали светиться чистой стихией, и когда произносил последние слова, жжение внутри стало совсем нестерпимым.

— И да будут свидетелями моей клятвы все члены Совета родов! — и, как заведено со старины, достаю из ножен меч, который в этот раз повесил на пояс всего один, направляю в него всю скопившуюся силу и вздымаю вверх. Этот символический жест, во-первых, демонстрирует силу контрактора свечением стихии на лезвии, а во-вторых, демонстрирует готовность встать с оружием в руках на защиту княжества и простых людей.

По сути, всё, что тут происходит, — чистая формальность, которую ввели ещё во времена, когда на Руси царила раздробленность. Эту клятву не раз корректировали в соответствии со временем и политической обстановкой. Сомневаюсь, что сами главы родов приносили когда-либо такую клятву, ведь они основатели этого княжества, но когда количество жителей Беловодья сильно увеличилось, она стала необходима. Всё же закрытые города — это как государство в государстве. Потребовались свои законы, потребовались правила, регламентирующие отношения в самом княжестве, с другими такими же городами-государствами и и с теми, кто живёт за барьером. Потому как если оставить такое количество сильных людей без какого-либо контроля, то в мире наступит анархия и постоянный передел собственности по праву силы, тогда как сейчас есть хоть небольшая видимость законности. Вот как, например, заставить тот или иной род отправиться сражаться за портал во время гона? Они же просто заявят, что платят налоги и за них это должен делать князь, как когда-то в Великом Новгороде. Вот только запросов много, а ручеёк налогов не велик, и все хотят платить ещё меньше. Князь должен обеспечивать порядок внутри княжества, платить жалование Периметру, Барьеру, дружине, другим службам и много чего ещё от него требуют. Поэтому придумали такие клятвы, чтобы князь мог обратиться и сказать:

— Вы поклялись защищать людей, исполните свой долг. Или ваше слово ничего не значит?

В княжествах, как в старые времена, когда ещё обходились крепким рукопожатием, а не договором на бумаге со множеством пунктов, слово держать очень важно. С теми, кто его не держит, дел стараются не иметь, и для местной элиты эти люди словно не существуют. Какое бы выгодное предложение от них ни поступило бы, их проигнорируют либо по-простому от всей души пошлют.

— Клятва принята, — поочерёдно произнесли главы древнейших родов.

— Клятва принята, — самым последним сказал князь. — Рад приветствовать главу рода Рокотовых в своём доме. Ты спас моего сына, так что знай, тебя здесь всегда примут, в любое время суток. — После его слов не все смогли удержать невозмутимую маску на лице. Похоже, эти слова значат намного больше, чем мне подумалось.

— Благодарю, князь. В моём доме вам также всегда рады, — пусть я пока ничего из себя не представляю, но не ответить теми же словами не мог.

Обменявшись парой слов с некоторыми из присутствующих, меня вежливо попросили покинуть зал Совета. Капитон гвардии, заметив меня, встал с удобного дивана и повёл к выходу из дворца. На всё посещение ушло всего тридцать минут, но зато все формальности теперь соблюдены. Отойдя в сторону от ворот, замер, не зная, чем теперь заняться. У меня сегодня клуб, и я даже успеваю к началу, но есть вопрос, которому тоже следует уделить внимание. Мне надо посетить школу и получить материалы по предметам, по которым буду сдавать экзамены за одиннадцатый класс. Как бы не хотелось заняться более интересным делом, пересилил себя и, вбив в навигатор нужный адрес, пошёл в школу. Благо она не так далеко от Академии. Когда идём в сторону усадьбы через небольшой парк, часто видим школьников, которые учатся в той школе.

“Мда. Почему при входе в школу ощущения, словно захожу на полигон, на котором поджидают полчища хищных зверей?” — промелькнула мысль, когда стоял перед дверьми в учебное заведение.

Само здание состоит из двух трёхэтажных корпусов с соединяющим их на втором этаже коридором. Перед школой небольшая территория, где можно погулять, позаниматься на турниках и брусьях, а также покачаться на качелях. Слева находится футбольное поле и дорожки для бега вокруг него. Там в этот момент тренируются парни и девушки в типичной для местных форме, то есть неполной полевой. Похоже, здесь принято с детства к ней приучать. Судя по доносящимся крикам их учителя, там тренируется какая-то школьная секция.

— Курсант, вы куда? — спросил пожилой охранник, похожий на очередного отставника из чьей-либо дружины. Когда я зашёл в школу, он стоял возле двери и о чём-то общался с женщиной, на вид лет тридцати пяти, может сорока. Крашеная блондинка с каре, одетая в чёрный женский костюм с юбкой ниже колен, с любопытством посмотрела на меня.

— Здравствуйте. Контрактор Станислав Рокотов. Пришёл от Академии для того, чтобы получить программу для сдачи экзаменов за одиннадцатый класс.

— Молодой человек, вам очень повезло, что успели меня сегодня застать. Вам как раз ко мне, — вежливо, но всё же с промелькнувшим лёгким недовольством сказала женщина. — Меня зовут Нина Михайловна, я завуч в этой школе и преподаватель по физике. Пройдёмте в мой кабинет.

Похоже, она уже собиралась покинуть школу, и я оказался тут немного не вовремя. Следуя за ней, оглядывался и не замечал никаких отличий от той школы, в которой учился. Точнее почти никаких, тут по крайней мере современный ремонт, а не обшарпанные стены и полы со множеством чёрточек, которые пришлось бы школьникам оттирать перед летними каникулами.

— Присаживайтесь, — попросила Нина Михайловна, когда зашли в небольшой кабинет со столом, на котором стоит стационарный компьютер и принтер, возле стола несколько стульев и шкаф с книгами. На стене висят портреты, но не князя или нашего президента, а знаменитых физиков, в том числе Эйнштейна с высунутым языком. — И так, мне прислали ваше дело, и я уже подготовила все необходимые материалы. Сейчас сброшу на браслет всё, что потребуется сдать, а также список учебников, который вы получите в библиотеке. Она работает допоздна, так что времени, чтобы получить книги, ещё много.

— Учебников? — не понял её.

— Верно. Молодой человек, а как вы планировали изучать заданный материал? Или вы думаете, раз уж стали контрактором, то вам поставят оценки без знаний? — Поджав губы, она строго на меня посмотрела. Прям повеяло родной школой.

— Вы меня не так поняли, я предполагал, что получу электронные книги. Какой смысл в бумажных, когда есть браслеты?

— Ох уж это желание всё упрощать. Юноша, у нас для обучения запрещено пользоваться любой техникой. Работа с учебниками и получение знаний из книг — это часть учебного процесса. Использование учебников призвано дисциплинировать школьников и приучить не полагаться технику. А то современное поколение ничего не хочет учить, считая, что всё можно найти в интернете.

— Понятно, — спорить с ней бесполезно, ведь передо мной очередной сторонник дигресса, а не прогресса. Уверен, она бы с удовольствием отобрала у всех ручки и заставила писать перьями, которые надо макать в чернильницу, причём перья не железные, а по старинке, птичьи. Быть может это полезно и приучит к аккуратности, но так можно докатиться до выбивания текста на глиняных табличках, что неплохо приучит к усидчивости. — Я бы хотел узнать по поводу сдачи экзаменов. Мне нужно приходить и сдавать их каждую четверть или только в конце учебного года?

— Всё, что нужно знать, я вам переслала. Там указанны все даты, но возможны корректировки, о которых сможете узнать в специальном приложении.

Возможно, это не красиво, но я при ней открыл экран и начал изучать всё, что переслала, и чуть дар речи не потерял. Мне надо приходить перед каждыми школьными каникулами и сдавать преподавателям четвертные экзамены вместе со школьниками. Очень сильно захотелось выругаться и помянуть енотов, но сдержался.

— Нина Михайловна, у меня не получится сдать осенние экзамены.

— Я понимаю, что у вас очень насыщенная программа в Академии, но придётся вместо ваших маханий мечами посидеть за учебниками. Вы, наверное, думаете, для контрактора очень важно крепкое тело и навыки владения оружием, а не какие-то школьные знания. Но вы заблуждаетесь, многие... — начала говорить, словно нерадивому ученику. От этого тона в груди стала поднимать злость.

— Вы меня не поняли, — перебил её, от чего завуч от гнева даже покраснела и набрала полную грудь воздуха для нравоучительной тирады. — Взгляните вот сюда. Что вы видите?

— Ну, какой-то шевро… — с шипением, выпуская набранный воздух, она взяла себя в руки и ответила, но не договорила, так как вспомнила, у кого на шевронах есть номера. — Вы в номерном отряде? — вскинув бровь в неподдельном удивлении, она по-новому взглянула на меня.

— Да. И в эту субботу нам приказано прибыть в Москву, а когда вернусь, не знаю. Из-за этого я не смогу прибыть в школу, а ещё, по этой же причине, заниматься с бумажными учебниками не выйдет, для них банально нет места в рейдовом ранце. Я лучше закину туда ещё несколько цинков с патронами, нормальной еды или что-то в этом роде, чем гору бумаги, которая не поможет нам там выжить.

Тишина. Она, похоже, словила ступор, потому как не привыкла, чтобы ученики с ней так разговаривали и даже перебивали. Она молча дотронулась до своего браслета, гражданского красно-синего цвета, и начала там что-то искать. Через несколько минут почувствовал вибрацию на своей руке, а когда взглянул на пересланные материалы, довольно вздохнул. Всё же есть у них электронные учебники. Сомневаюсь, чтобы учителя таскали с собой горы макулатуры, эта привилегия только для школьников.

— Я пересмотрю расписание сдачи с учётом командировки, но, если вы не сможете явиться в назначенные для вас дни, то необходимо предоставить официальный документ от вашего командира. Я надеюсь, к полугодовым экзаменам вы сможете вернуться?

— Сам хотел бы на это надеяться, однако теперь смогу учиться в свободное время за порталом.

— Уж постарайтесь, — и, чуть помедлив, без прежней сухости добавила: — Главное, будьте там осторожны. Когда вернётесь, можете в любой рабочий день прийти и, если что-то будет не понятно, обратиться к преподавателю. Мой контакт у вас есть, так что по вопросам физики обращайтесь даже вечером.

— Большое вам спасибо, — от всего сердца поблагодарил её.

— Не за что. Эх, вот не понимаю я, как можно в столь юном возрасте отправлять вас туда.

— Мне уже восемнадцать.

— О чём я и говорю, вы ещё слишком юны, — как-то снисходительно посмотрела на меня. Тут я в очередной раз опомнился и взглянул на эту женщину по-новой. На вид ей около тридцати пяти, может, сорок, но сколько на самом деле? Быть может, портреты физиков не просто из уважения к ним висят, а как память о тех, с кем когда-то общалась? Вот только никаких Нин Михайловн я не помню.

— Спасибо за заботу. Мне ещё что-то стоит знать?

— Всё, что требуется, я вам передала, новые даты экзаменов пришлю чуть позже. Думаю, вы не будете безвылазно сидеть за порталом и, когда приедете в портальный комплекс, получив доступ к сети, увидите новое расписание.

Покидал школу я со смешанными чувствами. Получать новые знания мне нравится, однако количество всего, что требуется изучить, ужасает. При этом времени на изучение не так уж и много.

«К скунсам все эти тревоги. Сомневаюсь, что школьная программа сложнее того, что проходим в Академии. Чего только стоит рунология, артефакторика и алхимия. Ту же физику я помню. Как там звучит закон для участка цепи? Сила тока на участке цепи прямо пропорциональна напряжению на концах этого участка и обратно пропорциональна сопротивлению. Вроде так. Хм, а чей это закон? Ньютона или Ома? Кошмар, я не помню!»