13-ый отряд запортальной разведки 2: Противостояние Том 2

Пролог

По лесу с непривычной для глаза жителя Земли растительностью двигается высокий мужчина в чёрной униформе. На его лице заметен азарт и предвкушение. Глаза чуть прищурены. Несмотря на массивную фигуру, движется мягко, почти неслышно. В какой-то момент он слегка напрягся, словно хищный зверь перед прыжком. Рука с мечом начала плавно двигаться назад, готовясь к удару. Вдруг из-за дерева, чей ствол наполовину прикрыт широкими салатовыми с красными узорами листьями, выпрыгнул массивный волк с широко распахнутой пастью. На сером боку хорошо видна кровь. Мужчина только приготовился сделать шаг в сторону и насадить его на меч, но тут выскочил сбоку его товарищ и одним ударом отсёк хищнику голову.

— Колючка, не мог по аккуратнее? — проворчал Голем, которого обдало кровью только что убитого зверя. Благо аурная защита не позволила ей попасть на лицо и одежду.

— Нет чтобы спасибо сказать, он ещё и ворчит, — огрызнулся Ёж, осматривающий тушу поверженного крупного волка. Десять минут назад они справились с целой стаей, которая решила на них поохотиться. Сейчас же они добили последнего. Подранок, поняв, что не на тех напали, попытался убежать. По следам крови за ним отправились Ёж и Голем, пока остальные заняты разделкой туш.

— За что спасибо? Я его сразу заметил. Специально на него шёл, чтобы посчитал меня лёгкой добычей, — ответил здоровяк, поглаживая квадратный подбородок.

— Зато теперь можешь насладиться разделкой, а я покараулю.

— Да пошёл ты. Сам разделывай! — вспылил Голем, которому не хотелось ковыряться в потрохах убитого зверя.

— Тихо, — напряжённо сказал Ёж.

— Чего тихо? Опять придуриваешься? Эй, ты чего? — удивился здоровяк, когда из напарника появился его дух и резко увеличился в размерах.

— Уходим к нашим, — негромко ответил, озираясь по сторонам.

Голем больше не стал задавать вопросов, так как слишком напряжённо выглядит его товарищ. Из тела мужчины появился светло-коричневый энергетический сгусток, который тут же начал изменяться, принимая образ неведомого животного. Обитающие за порталом големы не имеют конкретного вида. Они чем-то похожи на дриад, только живут не в лесу, а в горах. Причём в очень древних, с особым энергетическим фоном. Там они вселяются в камни и из них собирают себе тело. Поэтому дух может принять практически любой облик, вот только с одним НО. Его облик будет словно собран из множества камней и валунов.

Сотканный из стихии ёж забавно подёргал носиком и презрительно фыркнул, наблюдая за странным скакуном Голема. Современные скульпторы-авангардисты в этом создании наверняка узнали бы коня, однако Ёж не настолько просвещён в современном искусстве, поэтому какое-то время смотрел и пытался понять, что перед ним стоит. Ноги собраны из более-менее подходящих по размеру камней. Туловище из валунов, каменных обломков и какого-то крошева, неведомым образом соединённых друг с другом. На спине что-то похожее на седло. Шея из плоских округлых камней. Треугольная голова напоминает шлем пирамидоголовых из популярной игры и фильма.

Без лишних слов контракторы поскакали к отряду. Голем даже не стал шутить про иголки, на которых сидит его товарищ. Так-то они когда на них сидишь, мягкие, словно волосы, однако пошутить над другом почти традиция. Вот только не в этот раз. Нарастающий шум вызвал в сердцах контракторов тревогу. Спокойный лес стал напоминать растревоженный муравейник.

— Чего так долго? — раздражённо спросил Айсберг, когда добрались до отряда. Там уже никто не занимался разделкой. Туши облиты специальным составом, отбивающим запах.

— Командир, что происходит? — вопросом на вопрос ответил Ёж.

— Если бы я только знал. Двигаем вправо к бурелому. Там замаскируемся.

Отряд споро пошёл по лесу в указанную сторону. Шум в лесу всё нарастает. То и дело доносятся звериный рык или рёв крупных животных. Подобное поведение отряду знакомо, но они с таким сталкивались только за порталом. Согласно всем теориям, здесь такое не может произойти.

— Ставим маскировку, — распорядился мужчина, напряжённо прислушивающийся к вдруг ставшему очень не приветливым лесу.

Через десять минут, когда все приготовления были закончены, мимо пошли разнообразные звери. Чуть не задев укрытие, рядом проползла гигантская жёлтая с красными пятнами змея. В нескольких метрах от неё промелькнул небольшой зверёк, явно травоядный. Вокруг всё словно проснулось от долгой спячки. Шаги слышались повсюду. Где-то вдалеке затрещали деревья. Это означает, там движется кто-то крупный, и ему здесь тесно, но это не его проблемы, а леса.

— Воздух, — одними губами произнесла Роза.

Подняв головы, у опытных, многое прошедших контракторов выпучились глаза. По небу летит дракон. Недалеко от него промчались парочка виверн. Всякой мелочёвки вообще не счесть.

— Это же гон. Но как? — не удержался Сокол.

***

— Ефим, просыпайся, — младший сержант, чьё отделение после бессонной ночи осталось на дежурстве, легонько растормошил сержанта их взвода. Тормошить сильнее он опасался, так как сержант очень любит поспать. Он может спросонья отмахнуться и продолжить досматривать сон.

— Э-э-эх, — протяжно зевнув, Ефим нехотя открыл глаза. Молодо выглядящий мужчина, гладко выбритый, но с жутким шрамом на правой щеке, сонно помотал головой, прогоняя последние остатки сна. — Вот же. Вроде только закрыл глаза.

В этот момент подбежал ещё один боец и, увидев, что сержант проснулся, доложил:

— Показались ещё четыре особи.

— Что происходит? — вмиг проснувшийся взводный спросил у того, кто разбудил.

— Из леса идут звери. Пока огонь не открывали, чтобы не спугнуть, но их с каждой минутой всё больше. Ждать дальше опасно.

— Сигнал подали? — быстро накинув китель и бронежилет, сержант устремился к окну, из которого хорошо видны подступы к городу.

Два взвода, в том числе их, расположены в бывшей частично разрушенной школе. По крайней мере кое-какие вещи, не уничтоженные временем и местными обитателями, указывают на то, что это когда-то было учебное заведение. За долгие годы лес практически вплотную подступил к зданию, из-за чего, когда оборудовали позиции, пришлось поработать пилами. В отличие от других мест здесь деревья оказались достаточно тонкими. Судя по следам, относительно недавно тут бушевал пожар. Поэтому большой участок перед опорником удалось расчистить всего за пару дней. Благодаря проделанной работе их взвод может не опасаться неожиданного нападения.

— Едрить-колотить. Какого бобра они все лезут? — Ефим неприятно удивился, увидев, как по расчищенной территории неспешно идут новые обитатели этого мира. Они, словно приходя в себя после глубокого сна, начинают двигаться всё активнее. Но больше всего напрягает то, что вместе с хищниками идут травоядные. А также из леса появились парочка ночных охотников. Тех самых, которые каждую ночь приходят в город в поисках добычи. — Все на позиции! — прокричал, чтобы отдыхающие отделения приготовились к бою. — Дай сигнал, чтобы прислали контракторов. Похоже, тут будет очень жарко.

Не прошло и минуты, как отовсюду послышались выстрелы. К счастью, большая часть вышедших оказались слабыми одарёнными, не способными ставить аурную защиту. Несмотря на регенерацию, убить их не сложно. Также помогает их странное сонное состояние. В обычной ситуации звери петляют, сбивая прицел, и используют максимум, на что способны. Вероятно, не раз уже сталкивались с огнестрельным оружием и знают, как нужно действовать. Эти же пока идут прямо, словно их что-то притягивает, лишая воли и части разума.

— Что там с контракторами?

— Сказали держаться! — раздался крик из дальней комнаты, окна которой расположены с противоположной стороны здания.

Связисты ещё не успели провести провода по всему городу, поэтому большинство опорников лишены нормальной связи. За долгие годы работы за порталом сложилась привычка работать без радиосвязи, используя световую азбуку. Они по-старинке общаются светом фонариков, словно семафорами. Из-за того, что за порталом радиосвязь нормально не работает, номерные отряды не берут с собой раций. В прошлый раз из-за этого не смогли проверить, действует ли беспроводная связь в этом мире, из-за чего у экспедиционного корпуса с собой подобного оборудования крайне мало. До Ефима доходила информация, что проверку уже провели и связь тут работает. Имеющимися рациями и «Северками» снабдили штаб, узловые точки обороны и разведку.

— Ну что ж, тогда расчехляем «хлопушки», — с этими словами он взял лежащую неподалёку «Муху», изготовил к стрельбе и, встав напротив оконного проёма, выкрикнул: — Выстрел! — В неспешно бредущего средь небольших пеньков двухметрового толстого варана устремилась шестидесяти четырёх миллиметровая граната. Точно такие же устремились из с разных сторон здания. В варана полетели ещё две, так как всем отчётливо видна слегка светящаяся аурная защита. Благо она без всполохов стихии.

— Ефим, слышишь? — спросил подошёл младший сержант.

— Ты, енот тебя подери, о чём?

— Соседи тоже стреляют. Слишком частая пальба, — в этот момент они услышали мощный взрыв. — Сто пятьдесят пятым работают.

Ефим не стал сразу отвечать. Посмотрел, как пятой гранатой наконец снесли защиту варана, а шестая разметала того по округе. Затем посмотрел на продолжающих выходить из леса зверей и, потрогав шрам на щеке, ответил:

— Коль, мы в грандиозной заднице. Так что готовься, как только пройдут мины, пойдём в рукопашную, ибо патронов надолго не хватит.

— Так может отправить запрос? Притащат ранец со склада.

— Ты разве ещё не понял? Нам ВСЕМ патронов надолго не хватит.

***

— Ётун, что случилось? — спросила разбуженная Хель. Елена в очередной раз всю ночь не спала. Она порой сама отправлялась на подмогу блокпостам, дабы размяться и оценить опасность местных зверей. Переодевшись в лёгкие короткие шортики и тонкую обтягивающую бежевую маечку, легла в спальный мешок. Здание возле входа в подземный комплекс с порталом частично сохранилось. Расчистив комнаты, в нём оборудовали штаб и спальные места.

— Госпожа, что-то странное творится. Со всех постов идут доклады об атаках зверей. Мы уничтожили уже больше нескольких сотен. Причём идут в том числе ночные хищники, — стоящий перед Хель мужчина с рогатым шлемом на голове, несмотря на слова, выглядит абсолютно спокойно.

Елена знает его уже не одно столетие, так что легко читает чуть возбуждённое состояние жаждущего битвы воина. Древний варэнг, которых на Руси называли варягами, когда-то служил византийцам. Участвовавший во многих битвах, ходивший много раз по Варяжскому морю, где сталкивался то с ушкуйниками, то с такими же, как он. Однажды случайно повстречавший корабль с дружинниками Хель, на котором та шла к порталу. Елена уже давно замечает, как он истосковался по хорошей битве. Возглавляя её дружину, он не может спокойно уйти за портал, дабы напоить свою секиру кровью сильных существ. Теперь же по чуть расширенным ноздрям, слегка учащённому дыханию, лёгкому блеску в глазах она видит его предвкушение и даже нетерпение. Но его должность не даёт самому пойти помогать атакованным опорникам.

— Что ж. Пойдём посмотрим, что происходит, — женщина, не стесняясь Ётуна, вылезла из спальника и грациозно потянулась, демонстрируя роскошную фигуру. Она заметила, как взгляд воеводы прикипел к её груди, плотно обтянутой футболкой. Чуть улыбнувшись, сказала: — Я скоро подойду. Распорядись по поводу чашечки кофе.

Через десять минут, стоя на крыше наполовину разрушенного десятиэтажного здания, попивая кофе из термокружки, Елена оглядывала округу. В её прищуренных глазах было сложно что-либо прочитать. Звуки стрельбы раздавались со всех сторон. По докладам Ётуна, группы быстрого реагирования уже отправились на помощь в самые сложные места, вот только этих мест оказалось очень много, из-за чего пришлось отправить часть резервов и отдыхающие смены.

— Разрешаю, — услышала голос воеводы, отдавшего приказ по рации. Через минуту взятая с собой немногочисленная артиллерия разразилась выстрелами. Вскоре вдали за чертой города поднялись облачка от разрывов.

— Госпожа, второй отряд вышел на связь.

— Что говорят? — спокойный холодный взгляд Хель устремлён в высь, туда, где в небесах показались чёрные точки.

— Они считают, что это гон. Также передают, что с их направления в нашу сторону летит зелёный дракон и стая виверн.

— Значит, к нам летит не один зелёный. Ётун, могу тебя обрадовать. Сегодня ты точно сможешь омыть свою секиру чьей-то кровью.

— Благодарю, госпожа. Я давно этого ждал, — мужчина довольно оскалился.

Поставив термокружку на крышу, Хель прыгнула и через секунды скрылась за парапетом, чтобы в следующий миг взмыть в небо, восседая на спине огромного духа ледяного дракона.

— Воины, на нас надвигается гон! Неизвестно сколько зверей мчится сюда! Это будет тяжёлая битва, но мы выстоим! Покажем всё, на что способны русские одарённые и контракторы! Во славу человечества! — её голос громогласно разнёсся над всем городом, так что каждый смог её услышать. Развернувшись навстречу приближающемуся дракону, она устремилась в бой.

— Ну теперь осталось дождаться полной свалки, и мы тоже повеселимся, — обратился Ётун к появившемуся рядом с ним духу. Создание, похожее на шерстяного минотавра, выдохнуло морозный воздух из ноздрей и, вскинув руки с острыми когтями в воздух, торжественно заревело.

Глава 1

На тринадцатом этаже в этот раз царила напряжённая тишина. Весь отряд сидел молча, с сочувствием наблюдая за Барсом. Бой на арене из-за бала перенесли на воскресенье. По традиции первыми вышли Эйрик с Жаном и присоединившийся к ним Барс. Как и говорил ректор, Василиса Светлова откуда-то узнала о его тренировках и не стала полностью излечивать. При этом запретила лечить его даже своим помощницам, а также, строго смотря Барсу в глаза, запретила использовать целительский артефакт. По этой причине на наше очередное занятие в среду он пришёл с костылём.

— Может, давай я тебе помогу? Я честно-честно ничего маме не скажу, — предложила Марина.

— Не стоит. Я дал слово, — чуть поморщившись, ответил Игорь. — Давайте начнём. Сегодня я не стану рассказывать про запорталье. Думаю, стоит разобрать наши бои на арене. — Позади него появился экран, на котором мы сразу узнали арену.

Дул сильный прохладный ветер. Полные трибуны зрителей ожидали очередного зрелища, как преподаватели Академии вновь будут пытаться победить ректора. Хотя всем понятно, что у них нет шансов. Между ними разница в один ранг. Кто-то неграмотный скажет всего, но для знающего человека это огромная разница. Два девятиранговых учителя не смогут совладать с десятиранговым ректором. С тем, кто уже настолько сроднился со стихией, что даже способен становиться ею. Один ранг делится на три ступени. Каждый шаг по такой ступени — это заметный прирост в количестве и качестве энергии.

Как и в прошлом году, ректор не обошёлся без пафоса. В один момент всю арену затопил огонь. Словно молоко из кастрюли, пламя хлынуло из центра арены. Там будто взорвался вулкан. Бурные потоки пламени разошлись на сотни метров в каждую сторону и, создав ровный круг, застыли. Ректор показал то, к чему всем надо стремиться, к филигранному контролю над стихией. Его могучая воля контролирует её, не давая разойтись дальше, чтобы разгуляться по подтрибунным помещениям. Почти десять секунд он держал пламя, после чего оно моментально погасло, открывая вид на стоящего в центре арены мужчину в стихийном доспехе.

— Курсанты и жители Беловодья, рад приветствовать вас на ежемесячном испытании сил и способностей учащихся нашей Академии. Сегодня они постараются доказать силой своё право нарушать установленные мною правила. Но для начала на арену выйдут вновь решившие бросить мне вызов учителя и выпускник Академии.

Вдруг заиграла музыка: электрогитары и мощные ударные. Под этот странный грохот из двух проходов показались учителя и Барс, который шёл вместе с Жаном. Эйрик опять одет только в чёрные форменные штаны со множеством карманов. Лысый здоровяк с мощной мускулатурой белозубо улыбался. Его секира уже покоится на плече. Как только вступил на золотистый песок арены, из него появился дух Ёрмунгага, который сразу начал увеличиваться в размерах, чтобы оплести хвостом своего друга.

Барс с Жаном действовали не столь эффектно. Куратор нашей группы вытащил из ножен рапиру и отсалютовал ректору. Появившийся рядом морозный кабан огляделся, недовольно хрюкнул и уселся на толстую задницу. Барс просто приложил ладонь к сердцу и слегка поклонился Олегу Всеславьевичу. Его дух вальяжно разлёгся возле ног, выражая недовольство происходящим активным вилянием хвоста.

Учителя создали стихийные доспехи и встали в стойки, готовясь к бою. На Эйрике появился состоящий из струй воды кольчужный доспех. На голове полукруглый шлем с защитной маской для глаз и наносником. Высокий кольчужный воротник прикрывает шею. В прошлом году он по какой-то причине пренебрёг стихийной защитой. Жан тоже воссоздал свою, но она меня мало интересовала. Все взгляды отряда устремились на нашего командира. Поверх аурной защиты начал проявляться пластинчатый доспех. Руки остались открыты, возможно, ему не хватает ещё сил и контроля стихии для создания чего-то большего. Сами пластины не имеют такой чёткости и детализации, как кольца кольчуги у Эйрика. Шлем Игорь даже не стал пытаться создать. Ладони Барса опять прикрывают чёрные перчатки с острыми шипами красноватого оттенка.

Словно перед надвигающейся бурей вокруг наступила абсолютная тишина. На экранах, возвышающихся над ареной, начался отсчёт. Десять секунд растянулись в долгие минуты ожидания. Всем не терпелось увидеть, как схлестнутся в бою столь сильные контракторы. Что нового придумали учителя на этот раз? Как сложится бой с появлением нового участника? А ещё меня интересовало, как они на этот раз накосячили, чтобы попасть на арену?

— 3! 2! 1! Начали! — Вспыхнула огненно-красная надпись, обрамлённая всполохами огня. И тут всё пришло в движение.

Водяные диски Барса полетели в ректора. Эйрик создал кнут из воды и попытался захлестнуть ноги. Жан подошёл чуть ближе, чего-то выжидая. Ректор с лёгкостью уклонился от водяных дисков, пропуская мимо. При этом те, не попав по цели, потеряли структуру и разлетелись брызгами. Барс не растерялся и продолжил пускать всё новые, отвлекая на себя внимание. Кнут Эйрика оказался разрезан небрежным движением меча. Вот только обрубок резко удлинился и влетел в грудь ректору, начав распространять облака пара из-за соприкосновения с его огненным доспехом. К этому моменту вокруг уже образовались небольшие лужи, которые не смог впитать в себя песок арены. Этим и воспользовался Жан. При помощи Эйрика вода взметнулась вверх, моментальна начав замерзать. С трибун видно, как внутри множество ледяных шипов устремились к всё ещё спокойно стоящему огненному контрактору. Клубы пара закрыли его практически полностью.

Эйрик с Барсом кивнули друг другу и создали две широкие стены воды, которые закрыли Олега Всеславьевича с головой. По напряжённому лицу Жана видно, что такой объём воды заморозить за столь короткое время ему сложно, так как надо единомоментно выплеснуть большой объём стихийной энергии. Получившийся кокон напомнил прошлогоднее творение курсантов. Только там слой льда был намного тоньше.

— Кабан, давай ещё пару слоёв! — с весёлой азартной улыбкой крикнул Эйрик.

— Барс, справишься? — из-под остроносого шлема морозно-серого цвета прозвучал глухой голос Жана. Защитный барьер отгораживает бойцов от звуков снаружи, но не скрывает ничего от зрителей.

— На один раз хватит.

Они вновь начали формировать две стены воды. У Эйрика она почти десять сантиметров в ширину. У Барса около пяти, при этом тот формировал её намного дольше. Вроде может показаться, что для контрактора стихии воды это не сложно, вот только львиную долю энергии они тратят на конденсацию этой самой воды. Ведь обладать водной стихией — это не означает, что у них по каналам струится эта самая вода. Это энергия, позволяющая с ней работать.

Кокон вокруг ректора стал ещё больше. Кажется, будто он монолитен и никто не способен из него выбраться, вот только через секунду из него появилось остриё меча. Из небольшого отверстия со свистом, словно из кипящего чайника, вырвалось густое облако раскалённого пара. Ещё через секунду кокон разлетелся во все стороны множеством осколков. Эйрик с Жаном спокойно приняли на стихийные защиты, тогда как Барс создал в руке водяной диск, придал форму каплевидного щита и встал за ним. Я заметил, как по нему пошла небольшая рябь от попадания осколков. Сила взрыва оказалась очень велика.

— Слабовато, — ответил ректор и разразился своей атакой.

Огненные шары полетели во все стороны, начав хаотично взрываться немного не долетая до целей. Уйдя в глухую защиту, Барс принял на щит стихийное копьё, но пропустил огненную каплю, растёкшуюся по песку. Когда она начала пробовать его защиту в районе ног, Барс метнул щит вниз, отпрыгнул из облака пара и попытался разрубить очередной шар огня. Тот неожиданно мощно взорвался, отбрасывая контрактора в сторону. Мастерство ректора поражает. Он умудрился атаковать стихийными техниками всех одновременно. В отличие от Игоря, у учителей опыта намного больше. Те не только защищаются, но и активно атакуют. Эйрик, дабы экономить силы, отбивал огненные атаки своими аналогами. Водные шары и копья встречались с огненными. Жану подобное делать сложнее, так как конденсация ему даётся намного сложнее. Ему проще работать с готовым материалом. Поэтому он пытается сблизиться, создав на рапире тонкий слой льда, а во второй руке ледяной кинжал.

Вероятно, они строили разные планы на этот бой, заранее обговорив комбинации. Эйрик ускорился, пытаясь оттянуть больше внимания. Барс, придя в себя, начал метать техники, одновременно быстро приближаться с мечом в руке, дабы вступить в ближний бой. С Жаном оказались возле главы Академии одновременно. Рапира принялась шустро разить огненного воина по доспеху. Ректор, вероятно, специально пропустил уколы, показывая прочность защиты. Пламя лишь немного отступило в местах уколов и вновь сошлось, восстанавливая целостность доспеха. Напавший со спины Барс даже не смог развеять огненный плащ. На все эти удары ушла всего пара секунд. Ректор не стал более давать им бить себя безнаказанно. Отбив очередной удар рапиры, крутанулся, пропуская мимо меч Барса. Затем сместился, выстраивая противников в одну линию, чтобы те не могли атаковать одновременно. Подоспевший Эйрик попытался сбоку нанести размашистый удар секирой. Ректор вновь уклонился и нанёс мощный удар в водяной щит, который оказался твёрдым, словно настоящий. Викинг отошёл на пару шагов, тем самым давая время ректору отбиться от Жана, который начал активно наседать. Удары рапирой мелькали очень быстро, но не для ректора. Даже я с трудом мог их уловить, и это при разогнанном сознании. Сбоку попытался подскочить Барс, но полыхнувшее во все стороны пламя заставило чуть замедлиться.

Жан решил воспользоваться тем, что ректор на миг лишил себя обзора, по крайней мере, так показалось. Он метнул в него ледяной кинжал и ринулся в атаку сквозь огонь. Ледяной доспех от сильного жара начал терять свою форму. Из-за вновь закрывшего обзор пара не смогли увидеть, что там произошло. Однако вылетевший оттуда Жан дал понять, что трюк не удался. Атаковавший следом Барс получил мощный удар огненным копьём. Ректор, не напрягаясь, отбился от Эйрика и, подскочив к Игорю, первым ударом, с выплеском силы, снял защиту, затем нанёс пару уколов по ногам и приложил объятым огнём ботинком по лицу.

Видео с трансляцией того боя остановилось, и Барс, тяжело вздохнув, перевёл взгляд на нас.

— Как видите, даже мою защиту можно пробить с одного удара. Весь вопрос в силе и умении ею манипулировать. При этом хочу сказать, что ректор использовал примерно мой уровень силы для этого удара.

— То есть равный тебе по силе сможет пробить защиту? — удивился Виталик.

— Верно. Филигранный контроль. Если сравнить, как бьёте вы и как ректор, то сравнимо с кувалдой и стилетом. При одинаковой силе удара его импульс очень сильно сжат.

— И как тогда защищаться? — его слова заставили задуматься. Теперь получается, что полагаться на защиту не стоит.

— Думаю, тебе ответ и так понятен. Я много раз видел, как ты сражаешься: минимум защиты и максимум скорости. Это одна из самых правильных тактик в твоём случае. Хотя настолько ослаблять, как это делаешь ты, не стоит. На текущем ранге тебе следует чуть больше её усиливать.

— А что делать остальным? — растерянно спросила Марина.

— Не подставляться под удар. О ней стоит помнить и знать, но не полагаться, ибо любой удар равного или более сильного противника может оказаться смертельным, — тут он сделал небольшой шажок и вновь зашипел от боли. Василиса залечила ему только одну ногу. Вторую лишь частично подлатала и оставила заживать естественным путём. Регенерация контракторов и одарённых намного выше, чем у простых людей. Со слов Игоря, ожоги на лице сойдут к субботе, а повреждённое мясо и кость, при естественной регенерации, к середине следующей недели.

— Может, сядешь? — серьёзно спросил Артур, у которого после воскресного боя были схожие повреждения. В отличие от Барса, наши раны исцелились уже к следующему дню.

— Теперь давайте поговорим об ещё одном воскресном инциденте, — тут все взгляды устремились на меня. — Все правильно поняли, я о нашем берсерке Коте.

— А давайте ему рогатый шлем сделаем? — предложила Марина. — Будет как воин из дружины Хель.

— Рогатый Кот. Хм. В этом что-то есть, — задумчиво сказал Барс. — Может, действительно на практику к Хельградскому порталу смотаться.

— Может, не стоит? — озвучил общую мысль Артур.

— Там холодрыга. Мне мама рассказывала, что до материка придётся на корабле добираться. А под водой всякая жуть жуткая плавает. Прям как в «Новой сказке», — при воспоминании о «Новой сказке» Марина нервно поёжилась и передёрнула плечами.

— Хм. А кальмары там есть? — вдруг спросил Магомед.

— Бобрятина, ты что, хочешь на них поохотиться? — ошарашенно спросил Виталик.

— Конечно. Тем более у нас наживка хорошая есть. Целый Аист.

— Поупражнялись в острословии и хватит. А теперь серьёзно. Кот, что это было?

— Увлёкся, да и кураж словил, — ответил, вспоминая тот бой.

На сам бой набралась приличная толпа, и Стужа смогла из нас составить кое-какие команды. Увы, но я опять вынужден был действовать в составе штурмовиков. Артур оказался задействован в кругу вместе со Стужей: он и ещё один парень делились стихией, а она создавала различные техники. Вообще у нас оказалось три разных круга для атаки и один, но достаточно мощный защитный. Второкурсники пока не могут создавать какие-либо стихийные техники, поэтому старшими кругов становятся третьекурсники. У нас имелся один контрактор стихии земли с третьего и целых трое со второго. К ним добавили обычных одарённых. С такой помощью они создали достаточно прочную стену, вот только не подвижную. Из-за чего атакующим приходилось выходить для нанесения ударов, либо бить над ней, но тогда процент попаданий оказывался очень низкий, что сильно не нравится ректору.

Просматривать весь бой мы не стали. Барс перемотал на тот момент, когда Алёна, единственная оставшаяся из огненного круга, кто ещё держалась на ногах, пыталась уйти от сыплющихся мелких огненных искр. Я, желая дать ей немного времени, рванул на ускорении в атаку. Отбил пару летевших в меня искр, парировал удар меча и попытался нанести удар левым в живот. Ректор плавно, словно танцуя, сместился и ладонью увёл в сторону шпагу Марины. Из нашей компании осталось всего четверо: Артур и Виталик выбыли вместе с кругами. Алёне явно помог избежать ожогов её дух феникса. Магомед со сквозной раной в правом плече только поднимается с земли.

Я начал наседать на главу Академии, засыпая быстрыми атаками. Отчётливо понимал: он даёт возможность показать свои способности. Ему не составит труда справиться с шестиранговым молниевиком. Понимая всё это, решил выложиться на полную. По моей защите уже прилетело несколько несильных, но чувствительных ударов, из-за чего пришлось тратить на неё чуть больше энергии. Сознание разогнано на полную. Я никогда ранее не двигался с такой огромной скоростью. Благо разогнанный мозг синхронизировался с телом. Чего только не перепробовал, дабы его достать, но всё казалось тщетным. Кот внутри вопил от азарта и раздражения. И в какой-то момент я попросил у него больше энергии, которую он без промедления дал. Каналы в миг обожгло, однако боль воспринималась как-то отстранённо. Всё моё естество требовало лишь одного — достать вёрткого противника.

Мечи вспыхнули ещё ярче. Сознание затопил азарт битвы и эмоции вопящего от возбуждения духа. Чуть прищурившись, создаю вспышку стихии примерно на уровне груди. Промелькнувший меч слегка помог защитить глаза. В надежде на дезориентацию делаю рывок в бок, чтобы атаковать с левой стороны. С других сторон поочерёдно нападают ещё способные держать оружие курсанты. Вот Магомед роняет секиру с новой сквозной раной. Марина отскакивает от несерьёзного замаха ректора. Мой меч проскальзывает в миллиметрах от его горла. Тут же навстречу устремляется жаркая волна огня. Рывок назад, и запускаю в ответ шаровую молнию. К моему удивлению, он решил принять её на защиту. Подбежавшая Алёна целится объятым пламенем мечом ему в бок. Лёгкое касание ладонью, и оружие сбивается с траектории. Затем в неё летит огненный шар. Я тут же бросаюсь в новую атаку. Наши мечи встречаются с радостным звоном. Желание достать становится просто нестерпимым, и вновь стихия обрушивается буйным потоком, принося боль и наслаждение от мощи. Я словно берсерк игнорирую её. Глаза ректора сощуриваются. В его взгляде явный интерес, словно у энтомолога, изучающего бабочку, наколотую на булавку. Всё это замечаю частью ещё трезвомыслящего сознания, вот только эта часть где-то глубоко спрятана от меня и такого же безумного духа. Мой кот, словно Баюн при виде рыбных котлеток, истекая слюной, ментально урчит от удовольствия. Бой на грани фола — вот высшее удовольствие для него.

— Я увлёкся, — слегка понуро ответил. По ментальной связи пришёл печальный «мявк».

— Ты чуть не сжёг свои каналы. Я на следующий день был вынужден хромать до ректора.

— Сильно ругался?

— На удивление нет. Он оказался тобой доволен. Вот только поручил уделить больше внимания самоконтролю и умению оценивать ситуацию.

Ректору в какой-то момент надоело, и он действительно поступил как тот самый энтомолог. Машинально потрогав живот, вспомнил неприятное чувство, когда его меч пронзил насквозь. Затем увидел летящий в лицо кулак, после чего сознание померкло. Очнулся уже в лазарете. Надо мной стояла Василиса Светлова, водящая над телом светящимися изумрудным светом руками. Заметив пробуждение, недовольно покачала головой.

— Вечно вы, молниевики, отдаётесь бою, забывая про осторожность. Вот зачем так себя доводить? Ты же мог выжечь себе каналы, и мне бы пришлось их несколько недель восстанавливать. Две недели лежать, чувствовать сильную слабость и не иметь возможности общаться с духом. Ты этого хотел?

— Не знаю, что на меня нашло, — виновато вымолвил, при этом не отводя от неё глаз.

— На тебя нашло. Тут скорее что на твоего духа нашло.

Мохнатый подхалим вылез из груди и виновато лизнул ей ладонь. Целительница, не отвлекаясь от лечения, провела по его голове ладонью. Хоть он состоит из чистой энергии, но она повторяет полностью его прошлое тело, в том числе короткую шерсть. Котяра, получив немного ласки, начал об неё тереться головой.

— Ладно-ладно. Вижу, что понимаешь свою вину. Не буду больше ругать, — в этот момент к коту потянулась маленькая илюзарная ладошка. Дриада Василисы, с любопытной озорной мордашкой, вылезла наружу и начала, тихонько посмеиваясь, играть с моим духом. Причём вылезла полностью, сев практически невесомым тельцем на меня. — Сильфи, тебе понравился котёнок? — удивилась женщина. На что дриада быстро закивала маленькой головкой. Её волосы завязаны в две косички, словно у Марины. Весело ими болтая, она чесала наполовину высунувшего усатого предателя.

— Её зовут Сильфи?

— Да. В одной книжке наткнулась на такое имя. Нам обеим оно понравилось, — с лёгкой ностальгической улыбкой ответила целительница. — Кстати, ты подумал над моим предложением?

— Предложением? — удивился я. В голове сразу закружился водоворот мыслей. Я всё пытался вспомнить, что она мне предлагала, но на память так ничего не пришло.

— Неужели ты забыл? Ай-яй-яй, — она сделала удивлённое и одновременно опечаленное лицо. Её дриада тоже застыла и приложила маленькую ладошку к губам, при этом второй не переставая гладить кота.

— Простите. Я… — замолчал, пытаясь подобрать слово. Сказать, что забыл о её предложении, как-то неловко. Врать же не хотелось.

— Что ж. Возможно, это моя вина, и ты меня неправильно понял, — состроила виноватое лицо. Вот почему-то сейчас не верится в её раскаяние. Дриада протянула руку и погладила целительницу по ладошке. — Ты же подумал по поводу Марины?

— По поводу Марины? — как болванчик повторил её вопрос. Что ответить на это я не знал.

— Она станет прекрасной женой. Тебе же нужно делать род сильным. Целительница, к тому же из рода Светловых, сможет в этом помочь.

— Но она же ваша дочь? Женщины Светловых обычно не покидают род.

— Я желаю дочери счастья. Тем более она не единственная моя дочь. Следующей главой рода ей всё равно не стать. Если беспокоишься по поводу приданного, то не переживай. Помимо личных дружинников род получит паи в кое-каких предприятиях нашего рода.

— Госпожа Светлова, вы не могли бы обойтись без оскорблений, — попытался сказать как можно мягче, но в голосе всё равно лязгнули стальные нотки. Всё же слова про то, что беспокоюсь из-за приданного, меня задели. — Во-первых, Марина мой друг. Во-вторых, я даже по поводу Алёниного приданного не думал. Мы сами со всем справимся.

— Это всё очень благородно и очень наивно. Ты глава рода. Брак по любви — это прекрасно. Не многим у нас достаётся такое счастье. Вот только, чтобы твой род становился сильнее, нужна не только личная сила. Вам нужны деньги, связи и ещё раз деньги. На что ты будешь нанимать дружину? А слуг? Когда срок освобождения от уплаты налогов за дом пройдёт, чем будешь оплачивать? Земля в Беловодье очень дорогая.

— Мы справимся. Летом поохотимся вместе с отрядом.

— Эх, молодость. Как она прекрасна и как же наивна. К счастью, у вас, у молодёжи, есть мы, — в этот момент дриада даже перестала гладить кота. Она с удивлением посмотрела на Василису. Та внезапно покраснела и взглянула на смеющуюся и кривляющуюся изумрудную малышку. Сильфи начала изображать, будто она сгорбленная ходит с палочкой. — И ничего я не старая. Я всё ещё молода и даже порой совсем чуть-чуть юна. Ведь так, Стас?

— Да-да. Вы ещё очень молоды. Я бы даже сказал, чуть старше Марины, — под её суровым взглядом пришлось выдавать чистую правду.

— Вот видишь? — обратилась к дриаде, которая, делая серьёзный вид, начала энергично кивать. Правда, в лукавых глазках отчётливо читаются истинные мысли. — Кстати, я вот что хотела спросить. Я узнала, что Марина порой ночует у тебя дома. Вы же с ней ничем таким не занимались? — по всему моему телу забегали мурашки. Хоть у нас с Мариной ничего не было, но всё равно стало очень страшно, так как рука целительницы вдруг замерла над моим телом чуть ниже пояса.

Глава 2

— Стас, с тобой всё в порядке? А то ты какой-то красный, — поинтересовался Барс. — Ты не переживай. Сила пьянит, к ней просто надо привыкнуть. Тем более ты не так давно перешёл на шестой ранг. Тебе нужно прочувствовать границы новых возможностей. — Он попытался успокоить, не поняв причины моего состояния. Я же всё не мог прогнать образ Светловой с горящими изумрудным светом глазами. То, как она пристально смотрела в ожидании ответа.

— Я постараюсь скорее освоиться. Ты прав, чем больше её становится, тем сильнее ощущение, будто всемогущий. Кажется, ещё чуть-чуть и способен победить любого.

— У самого так же было. Самое главное — никогда не забывать: вокруг много контракторов намного сильнее нас всех вместе взятых.

Закончив со мной, перевёл внимание на остальных. Мы вкратце обсудили действия каждого из нас. Меньше всего внимания уделили Марине, так как всем было заметно, как ректор её жалел. Она даже обошлась практически без травм. Только лёгкие порезы и синяки.

— Просто я очень милая. Вот, — договорив, она показала всем язык и отвернулась в сторону двери.

Переубеждать её никто не стал. Она, скорее всего, понимает, что дело тут не в милоте, а в маме — целительнице высокого ранга. Ректор обладает большой силой, но даже он не хочет с ней конфликтовать. При этом Марина не отсиживалась в тылу, а активно атаковала, пытаясь применить целительские способности на главе Академии. Из-за разницы в силе эффекта он не почувствовал, хотя старания, судя по бросаемым взглядам, оценил.

— На сегодня с болтовнёй закончим. Сейчас по-быстрому пройдёте полигон и расходимся, — он резковато повернулся к двери и случайно опёрся на больную ногу. По лицу заметно, как пытается не показать истинные чувства. Хромая, первым направился к полигону.

Вновь ждём за дверью, пока командир активирует полигон с выбранной локацией и нашими сегодняшними противниками. По отработанной тактике, как только загорелся разрешающий сигнал, я первым залетаю внутрь. На ускорении осматриваюсь, дожидаясь друзей.

— Как обстановка? — спросил Артур, появляясь рядом и тут же делая шаг в сторону, дабы не мешать остальным.

— Пока тихо, хотя местность знакомая. Напоминает тот лес возле Двуречного.

— Опять деревья, — недовольно сказал Виталик, которому не очень удобно работать его длинным мечом в лесу.

— Надо полянку поискать. Там простора для боя больше, — предложил я.

— А если нас там окружат? — спросила Алёна. — Тут хоть за деревом можно спрятаться.

— Тихо. Я, кажется, что-то слышала, — почти шёпотом сказала Марина, но её все услышали и насторожились.

— Я тоже, — произнёс Магомед, который тщательно изучал деревья, выискивая какие-либо отметины.

— И я. Вон оттуда доносится, — Виталик указал пальцем в сторону, откуда доносятся странные звуки: свист ветра и что-то похожее на негромкий рык. Чем ближе становились неведомые противники, тем чётче слышен шелест листвы.

— Да чтоб этого Барса, — выругался, когда с помощью разогнанного сознания увидел, кто к нам приближается. — Это миниты! Готовимся! Среди них стихийники.

Рептилии шустро двигаются между деревьями. Я заметил одного из минитов, который бежит быстрее остальных. Вокруг него заметны лёгкие завихрения стихии воздуха. Он явно облегчает свой вес стихией, за счёт чего передвигается ещё быстрее. Друзья после моего предупреждения разошлись, давая каждому простор для боя. Миниты очень шустрые, из-за чего драться с ними в лесу то ещё удовольствие. В прошлый раз нам сильно повезло напасть на одиночку. Обычно они передвигаются стаей.

— Вон того стихийника возьму на себя! — кричу им, после чего, ускорившись, бегу к нему навстречу, так как лучше встретить чуть дальше, чтобы никого не задел стихийной атакой.

Вокруг с бешеной скоростью мелькают деревья. Разогнанное сознание и аурная защита помогают не споткнуться о корни и не напороться на ветки. Чуть в стороне, метрах в ста, несутся трое минитов. Позади них есть ещё с десяток. В этот раз Барс создал достаточно большую стаю.

Огибая очередное дерево, еле успеваю пригнуться от воздушного серпа. Следом летят ещё два. От одного отскакиваю, второй решил попробовать принять на защиту, а точнее попытался провернуть то, что видел на арене. Ректор порой рукой отбивал некоторые техники. Для этого надо быстро, но плавно ударить. Если ударить резко, то она либо развеется, либо, как огненные шары, высвободит всю свою энергию, поражая всё вокруг. Умение отбивать некоторые атаки может пригодиться в будущем, поэтому ухожу с траектории полёта, дабы пролетел в сантиметрах от меня. Пытаюсь аккуратно толкнуть летящий серп вверх и чуть вбок, однако сделал это всё же резко. Техника с тихим хлопком развеялась, ударяя по аурной защите крохами энергии. Затем, не раздумывая, запускаю в мчащегося на меня минита шаровой молнией. Тот ловко уходит в сторону, из-за чего моя атака поражает дерево, стоящее чуть дальше.

— Вот же шустрый.

Наращиваю скорость, чтобы перейти в ближний бой, в котором у меня больше шансов на победу. Всё же дистанционный бой не моё из-за малого опыта. Вот только минит передумал сближаться. Он решил разорвать дистанцию, начав с предельного расстояния засыпать воздушными серпами. Рваться прямо, ловя грудью техники, не самый хороший вариант, поэтому маневрирую между деревьями. По защите часто застучала щепа от ударов серпов по деревьям. Увы, но сколько бы я ни гнался, достать не получается, и это при моей скорости. Он ловко использует местность и естественные преграды.

— Вот чёрт! — выругался, когда оказался на поляне, где в меня со спины внезапно прилетела ещё одна техника.

Пока отвлёкся, тот, за кем бежал, резко сократил дистанцию и ударил хвостом. В последний момент отскакиваю, пропуская хвост с небольшим шипом в считанных миллиметрах. Звери, вероятно, думали, будто поймали в ловушку, но они ошибаются. Они, наоборот, облегчили мне задачу.

Яркой вспышкой ослепляю их. В дальнего отправляю шаровую молнию и устремляюсь в атаку на так опрометчиво подошедшего. Вся злость от устроенной погони выливается в яростных ударах. На удивление почти каждый выходит с чётко контролируемым выплеском силы. Защита пропала на седьмом ударе, а восьмой с лёгкостью перерубает шейные позвонки. При этом минит не был игрушкой для битья. Он предпринимал попытки вцепиться зубами или наколоть на шип, вот только ближний бой — это моя стихия. Я словно танцевал вокруг него.

Второй противник уже пришёл в себя и, увидев гибель сородича, с яростным шипением побежал ко мне. Яростные крики ещё пары особей раздались где-то поблизости, благо их пока нет в поле зрения. Потоки ветра ускорили передвижения, из-за чего чуть не пропустил момент, когда минит решил вцепиться зубами в руку. Я попытался нанести удар в распахнутую пасть, ведь там защита очень ослабла, однако тот успел среагировать и отскочить в сторону. В следующий миг, когда планировал по-быстрому закончить, внезапно ощутил мощный удар по защите. Меня отбросило до ближайшего дерева. Сдирая кору и ломая низко растущие ветки, скатился по нему спиной. Не давая ни секунды на раздумье, рептилия уже наносит удар хвостом. Распластавшись на земле, уворачиваюсь от шипа, который вонзился в толстый ствол дерева.

Делаю кувырок, встаю на ноги и тут же сближаюсь на расстояние удара мечами. Воздушный серп краешком чертит по защите. От второго пригибаюсь. Хлёсткий удар хвоста пропускаю над головой и наконец осыпаю градом ударов. К своему удивлению ощущаю по возмущению энергии, как тот пытается создать новую технику. Бью именно в то место и чувствую, как техника развеивается. Провозившись чуть дольше, чем с предыдущим, по привычке встряхнул мечами, стряхивая кровь.

— Ты в порядке? — спросила Алёна, выбежавшая на поляну. Следом за ней показались остальные.

— Вот же жадный. Всех стихийников себе забрал, да и других за собой увёл. Пришлось немного побегать, — наигранно возмущённо сказал Виталик.

— В следующий раз поменяемся ролями, — предложил ему.

— Пожалуй, откажусь. Я же не кровожадный котяра.

— Зато ты Псих, — не смогла промолчать Марина.

— Но тут же нет машины, — спокойно ответил Виталик, уперев фламберг в землю и оглядывая поляну.

Вдруг всё вокруг замерцало и начало становиться прозрачным. Внезапно ноги слегка провалились под прозрачную землю, под которой стал заметен пол полигона. Вскоре мы оказались посреди большого пустого помещения, выложенного серовато-чёрным материалом. Вдали, слева от входа, за пультом сидит Игорь. Он помахал рукой, чтобы мы подошли.

— Как мы их? Такие слабаки нам не страшны, — самодовольно сказала Марина.

— Такие не страшны, зато более сильные и опытные от вас мокрого места не оставят. Я прав, Кот? — после его вопроса все взгляды устремились на меня.

— Да. Слишком увлёкся погоней и попал в засаду.

— Причём модель поведения минитов копировала реальный случай. Это произошло с отрядом вольников. В тот раз у них без жертв не обошлось, — Барс оглядел наши лица и серьёзно сказал: — Вы ещё очень слабы. Опыта, можно сказать, нет совсем. Сейчас ваша главная сила — это работа в команде. В этот раз у Кота хватило сил и сноровки справиться с двумя не самыми сильными минитами, у которых уровень опасности стоял минимальный. Но если я увеличу уровень, то их тактика станет более хитрой. Например, они не станут вообще сближаться. Представь, если они начнут бегать по лесу, атакуя издали. К тому же придержат остальных сородичей, которые нападут, когда у вас практически не останется энергии.

От представленной картины по спине побежали мурашки. Мне и одного хватило. Я много раз его почти достал, но он постоянно умудрялся ускользать. И это с минимальным уровнем опасности. Сбоку от Барса появился экран, который разделился на шесть частей. На каждом небольшом экране стали прокручиваться наши бои. У друзей всё прошло относительно неплохо. Я увидел, как Алёне со спины прилетело шипом, пока она разбиралась с другим минитом. На другом экране один из ящеров вцепился Виталику в руку. К счастью, защита выдержала. Самым же эпичным вышло моё видео. Вначале погоня и мои попытки уворачиваться от дистанционных атак. Затем поляна и появление второго. А уж мой полёт в дерево не оставил никого равнодушным.

— Летающий Кот. Наверное, к дождю, — пошутил Виталик.

— Думаешь? Хотя, наверное, а то слишком низко летел, — согласился с ним Артур.

— Хватит над ним издеваться, — заступилась Марина. — Может, он хотел на дерево залезть. Например, когти поточить.

— Эх. Какие хорошие у меня друзья.

— А то. Мы всегда поддержим, — ответил Артур.

— Оценки за полёт Кота выставите позже. На сегодня свободны, — объявил Барс. Морщась от боли, он принялся вставать.

Дождавшись, пока Игорь доковыляет до лифта, все вместе спустились вниз. Возле ворот Академии попрощались и пошли к пешеходному переходу. К сожалению, ребята накаркали, и на улице действительно начался дождь. Достаю из сумки зонтик, которым укрыл нас с Алёной. Вдруг подскакивает Марина и становится между нами.

— Чего? — удивлённо и с вызовом смотрит на нас. — Я зонтик не взяла.

— А зачем выкладывала? — удивилась Алёна.

— После прошлого раза забыла убрать.

— Вы знаете, что со стороны похожи на семью? — спросил Виталик.

— То есть мы похожи на его жён? — наивно спросила Марина.

— Нет. На семью с ребёнком, — спокойно сказал Виталик, не понимая, какие тучи сейчас над ним нависли.

— Ой, дурак, — заметил Артур, правильно оценив его умственные способности.

— Не дурак, а Псих, — философски поправил Магомед, доставая из сумки зонт.

Марина, которая потеряла дар речи от слов Виталика, позабыв про дождь, побежала за ним. Забег не на жизнь, а на смерть продлился недолго. Когда дождь полил с новой силой, малышка ойкнула и рванула к нам, прячась под зонт и частично выталкивая меня наружу. Благо дорога до усадьбы не заняла много времени. Стоило открыть калитку, как все быстро устремились к дверям дома.

— Я в душ, — заявила Марина и помчалась к лестнице, перед этим надев тапочки. Кое-что для дома мы уже успели прикупить.

После первого посещения мы все обосновались в усадьбе. Академия дала разрешение жить не в общежитии. Если будем опаздывать или прогуливать, то ректор быстро объяснит, насколько неправы. Единственное неудобство — это каждый вечер тратить время, чтобы дойти до усадьбы. И ещё, если приходим рано, то надо иметь запас продуктов. К счастью, у нас есть свой собственный маньяк кулинарии, который постоянно экспериментирует на кухне. А она у нас хорошая: большая, с кучей различного оборудования. Бывший владелец оборудовал дом на совесть.

Когда все собрались в гостиной, приступили к вопросу, который после прошедшего бала не даёт покоя. На низком деревянном столике, стоящем напротив длинного бежевого углового дивана, стоят тарелки с закусками, которые Магомед быстро приготовил. Помимо его творений есть отдельная тарелка с шоколадным тортом из соседнего кафе. С краю на столе приготовлена стопка листов А4 и карандаши.

— Ну что? Есть у кого новые идеи? — спросил у друзей, отпивая из чашки кофе с молоком. Кофемашина — это величайшее изобретение. Не нужно больше крутить ручку для измельчения зёрен или жужжать электрическим измельчителем, благодаря чему им можно насладиться в любой момент.

— Предлагаю стоящего на задних лапах кота, а у его ног лежат два меча, — первой начала Алёна.

— Почему мечи лежат? Может, лучше дать их коту? — спросил Виталик.

— Псих, какой ты глупый, — возмутилась Марина. — У него же лапки.

— И как я мог такое забыть? — иронично спросил Виталик.

— Потому что ты глупый, — добила его Марина. — Я предлагаю нарисовать кота, сидящего как сфинкс, и перед ним бьющую в землю молнию, — помимо слов она постаралась кое-как изобразить герб на листе бумаги. Получилось очень схематично и забавно. Туловище напоминало кабачок. К нему она дорисовала кружок, символизирующий голову, и торчащие треугольные ушки. — Вот. А вы чего такие? — заметив наши улыбки, немного смутилась. — Я просто не старалась. Если захочу, могу так нарисовать, как никто из вас не сможет. Вот. — скрестив руки на груди, задрала носик. Её же дриада вылезла из плеча и показала всем язык.

— Умница. Повесим этот рисунок в рамочку. Однако для герба слишком просто, — съев канапе на шпажке, предлагаю свою идею. — Может, изобразить его гордо идущим вперёд. Над ним два скрещённых меча, между которыми изобразить молнию?

— Как вам такой вариант? — Магомед развернул к нам листок, на котором изображён кот с двумя мечами в лапках. Он грозно смотрит на нас, стоя в полный рост. Над его головой ветвистая молния.

— Ну не знаю. Думаю, он должен быть изображён в профиль.

— А мне нравится. Кот такой крутой получился, — поддержала идею Марина.

— Неплохо, но несерьёзно. Герб — это на века, — сказал Артур, глядя на огонь в камине. — Мне вариант Стаса кажется более подходящим. Вот только надо поработать с деталями.

Всё время обсуждения мой кот, словно строгий преподаватель, внимательно выслушивал каждое предложение. С прищуром рассмотрел рисунок Магомеда. Когда предлагал Виталик, он лишь презрительно фыркнул. К словам Алёны внимательно прислушивался. Марину тоже не обделил вниманием. На словах Артура он словно впал в задумчивость, затем встрепенулся и мысленно прислал картинку. На ней его оскаленная голова в профиль. На заднем плане два скрещённых меча, между которыми ветвистая молния.

— Хм. А в этом что-то есть.

— Ты о чём? — удивилась Алёна.

— Хвостатый предложил свой вариант. Сейчас попробую изобразить, — вылезший из груди кот недовольно фыркал, наблюдая за движениями карандаша. Он, как истинный критик, следил за каждым штрихом. Всё же хорошо, что он не умеет разговаривать, иначе у друзей свернулись бы уши в трубочку от его язвительных высказываний. Лично мне хватило мыслеобразов.

— Ого. Не знала, что ты так хорошо рисуешь, — удивилась Алёна, когда рассматривала мой рисунок.

— Я тоже так могу, — тихонько пискнула Марина.

— Блохастый, неплохой вариант. Эй, ты чего творишь? — Баюн, зашедший в гостиную, проявил кошачью солидарность. Он прыгнул на диван и одновременно хлестанул Виталика хвостом. Затем котяра подошёл ко мне, оглядел, после чего боднул головой. — Вот же развелось котов, — прошептал друг. При этом быстро огляделся. Всё же Василий тоже часто обитает у нас в доме.

— Тоже хочешь помочь с гербом? — поинтересовался у кота, на что тот недоумённо взглянул на меня. Его взгляд устремился на стол, но не на листок, а к вкусняшкам. Мурчание не оставило никаких сомнений в цели его прибытия.

— Похоже, ему надоело спать, вот и решил внести кое-какое разнообразие в свой день, — с улыбкой произнесла Алёна. Она единственная, кого он не игнорирует в доме. Ко всем остальным относится с кошачьим презрением, несмотря на попытки покормить. Алёне он даже позволил себя помыть. Это был её ультиматум, на который Баюн с неохотой согласился.

— Стас, поговори с этим блохастым наглецом. Он не даёт себя потискать, а у него такая классная шёрстка, — жалобно попросила зелёновласка. Схватив со стола канапешку, попыталась протянуть её коту, но тот с неохотой отвернулся, устремляя просительный взгляд на меня. — Фи. Больно хотелось тебя кормить. Фама фьем.

— Народ, так мы с гербом определились? Если да, я тогда пойду. У меня кое-какие дела, — говоря про дела, Виталик чуть отвёл взгляд и слегка покраснел.

— Думаю, все согласятся, последний вариант вполне неплох. Надо лишь кое-какие штрихи внести, — встречаюсь с Алёной взглядом и вижу в её глазах согласие. Ей тоже понравился этот вариант.

— Ну и замечательно. Кстати, Стас, можно я твоим байком воспользуюсь?

— Нет! — прозвучал дружный ответ. Даже Марина, дразнящая Баюна, не промолчала.

— Вот вы жмоты, — обижено произнёс он.

— Мне не столько мотоцикл жалко, а тебя. Ты же не контролируешь себя за рулём. Влетишь в кого-нибудь серьёзного, и всё. Нет больше нашего славного Психа.

— Вот что вы из меня не пойми кого делаете? Я же могу аккуратно ездить, — последнее предложение он с каждым словом говорил всё неувереннее, ибо наши скептические взгляды пробудили в нём крохи совести и разума. — Ой, всё. На такси поеду.

Просидев ещё час, все начали расходиться по своим делам. Я же вышел на улицу. Узкая полоска деревьев почти никак не скрывает улицу за забором. Там по тротуару прохаживаются немногочисленные прохожие. Мимо калитки в сторону кафе прошла женщина с ребёнком лет семи. От этой картины слегка защемило в груди. Более не раздумывая, мысленно отдаю команду браслету. Через секунду зазвучали гудки. Вдруг они оборвались, и я услышал родной голос.

— Привет, сынок. У тебя всё хорошо?

— Привет, мам. Всё нормально. У тебя сейчас есть время поговорить?

— Есть. Надеюсь, у тебя точно всё в порядке? — голос мамы наполнился подозрительностью и волнением. Всё же я не часто ей звоню.

— Не переживай, всё отлично, — собравшись с мыслями, продолжаю. — Мам, я хочу пригласить тебя в Беловодье в наш дом.

— Какой дом? — не поняла она. — Ты живёшь у дедушки? Это он попросил пригласить?

— Нет, мам. Ты не поняла. В наш дом. Кхм. Тут такое дело. На балу в честь победы на турнире, после общего награждения меня попросили остаться. Ты же помнишь, я рассказывал про младшую ветвь рода?

— Мне брат рассказал, — ответила голосом, полным тревоги. Я же попытался вспомнить, говорил ей или планировал, но забыл.

— Князь решил иначе и утвердил не младшую ветвь, а свободный род. Затем его сын, за спасение, пожаловал усадьбу. Вот именно в неё я хочу тебя пригласить.

— Вот же… — еле сдержав лезущие на язык бранные слова, она тяжело вздохнула и продолжила. — Сынок, во что же эти старики тебя втянули? Ну я им задам. Стас, не переживай, мы во всём разберёмся. Я сегодня же выезжаю к тебе. Лучше скажи, налог очень большой? Какие платежи за коммунальные услуги? Сколько нужно перевести?

— Мам, погоди. Не надо ничего переводить. На время, пока я учусь, княжество взяло на себя все расходы.

— Сынок, ты мне точно всё рассказал? С чего вдруг такая щедрость?

— Дед сказал, что из-за свадьбы.

— Какой свадьбы? Чьей?

— Моей. Уже примерное время назначено. Она состоится через две с половиной недели.

— И ты мне только сейчас об этом говоришь? Знаешь что? Нам надо очень серьёзно с тобой поговорить. Я за пару дней закончу рунный контур и отправлюсь в Беловодье.

Глава 3

— Я пуст, — выкрикнул боец, стоящий на спешно возведённом пандусе у незаконченной стены, которую даже во время боя продолжают устанавливать.

— Пустой! — выкрикнул ещё один, прячась за парапет стены.

— Внизу пополните. Смена! — бросив взгляд вниз, молодой солдат заметил отделение, пришедшее им на смену. Ньинхе, после того как умылись кровью во время попытки атаковать с наскока, отошли и теперь очередные сутки щупают оборону экспедиционного корпуса.

— Вы вовремя. Парни уже последние силы выжимали, так и до истощения недалеко, — устало произнёс сержант.

— Ничего. Скоро все отдохнём. Слышал, воевода что-то готовит.

— Хорошо бы, а то арта работает без продыху. Останемся без снарядов, и всё. Придётся в последний и решающий в рукопашную идти, чего очень не хочется. Многие полягут.

Стоящий неподалёку княжич мысленно согласился с сержантом. Боеприпасов ещё достаточно, вот только противник сменил тактику. Они спрятались под артефактными щитами, просадить которые с помощью артиллерии даже пытаться не стоит. Энергонасыщенный фон этого мира обеспечивает артефакты большим объёмом энергии, к тому же у противника есть кристаллы-накопители. Долбить по щитам — это зря пережигать боеприпасы. Единственный шанс их просадить — сконцентрированная стихийная атака большого числа контракторов, которым требуется подойти как можно ближе. Но при том количестве зверей, которых привели погонщики, это сопряжено с высокими рисками. По этой причине арта бьёт по квадратам, которые не защищены барьером. Зверей слишком много, тогда как артефактов стационарных щитов, наоборот.

— Плазма! — раздался крик наблюдателя. — Со стены!

— Вниз! Быстрее, немощные скунсы! — заорал младший сержант отделения, которое только забралось на стену. — А ты чего очаровался! — Он схватил за шкирку увлёкшегося бойца и вместе с ним спрыгнул вниз. Сделали они это вовремя. В секцию стены врезался полуметровый плазменный сгусток. По всей поверхности секции ярко вспыхнули руны, которые продержались всего полторы секунды. От нестерпимого жара стена начала буквально плавиться. Соседние секции тоже долго не продержались. Огонь, словно живой, перешёл на землю, начав растекаться по ней. И ведь это ещё очень слабый заряд.

— А-а-а! Моя нога! — тот самый боец, который замешкался на стене, не успел отскочить, из-за чего пламя дошло до его ноги. Оно, словно хищный зверь, слизало по колено конечность ещё молодого парня, который не так давно поступил в дружину. Благо его командир успел отдёрнуть и тем самым не дал огню продвинуться дальше. Подоспевшие контракторы стихии холода накрыли площадку морозным туманом. Эмпирическим путём выяснили, что вода намного хуже справляется с этим огнём.

Сейчас повторится виденное уже не раз. Враг предпримет попытку прорваться на этом участке, отправив весьма крупные силы. Дабы мы не смогли перебросить подкрепления с других направлений, в разных местах начнутся беспокоящие атаки, вынуждающие тратить боеприпасы и сковывающие наши силы. Вот только мы уже учёные, да и отряды быстрого реагирования, ждущие в резерве, уже выдвигаются сюда, а за ними тащат новые секции для стены.

— Воздух! — вывел из раздумий очередной крик наблюдателя.

— Ну наконец-то. Хоть разомнусь, — негромко произнёс княжич. Мужчина ловко забрался на появившегося рядом грифона и уже собрался взлететь, как его вдруг окликнули.

— Георгий Сергеевич, вы никак собрались поучаствовать в бою? — вкрадчиво спросил подошедший Омут.

— Так нечего зря тратить ракеты. Вряд ли нам в ближайшее время подвезут их.

— Вы правы, вот только если бы вы чаще находились в штабе на совещаниях, то уже знали о предстоящей вылазке, в которой предусмотрено и ваше участие, — укоризненно произнёс воевода. От его слов княжич слегка зарделся, однако быстро взял себя в руки и с вызовом посмотрел на собеседника.

— Не слишком ли вы много на себя берёте, не ставя меня в известность? — почувствовав недовольство своего друга, грифон начал перебирать передними лапами. Орлиная голова повернулась к Омуту и с прищуром осмотрела его.

— Именно для этого я лично пришёл сюда, — нисколько не испугавшись грифона, воевода приблизился и негромко продолжил. — Георгий Сергеевич, вы поручили мне управление войсками и сами сказали воспринимать вас как боевую единицу. Если вас что-то не устраивает, я сам встану в первые ряды и с нетерпением буду ждать вашего приказа.

Слова не слишком грубые, но бьющие по самолюбию. Княжич действительно так сказал, ибо знает свою нынешнюю компетенцию. Он водил крупные отряды и не раз, но нынешняя ситуация сильно отличается. Противник не обычные звери. Ими руководят погонщики. Под их контролем звери не боятся смерти и по первому приказу пойдут в самоубийственную атаку. К тому же противник вооружён боевыми артефактами, от которых укрепления понесли кое-какие повреждения, а что самое плохое — появились первые погибшие.

— Что с этими планируете? — Георгий Сергеевич кивнул в сторону приближающихся птиц. Судя по всполохам огня, среди них есть обладающие стихией.

— Подпустим ближе и уничтожим. Отряд Скульптора уже готов.

— Понятно, — смиряя гордыню, наконец спросил: — Что от меня требуется?

— Ничего особенного. Всего лишь навести шороху во время отвлекающего манёвра.

Слушая разработанный план, мужчины наблюдали, как с двух сторон к несущимся по небу противникам устремился десяток контракторов. Слева, чуть впереди пятёрки, летит контрактор на огромном белоснежном духе сокола. Дух напоминает сгусток ледяного тумана, который будто случайно принял форму величественной птицы. Сидящий на нём мужчина рывком встал в полный рост и начал творить какую-то технику. Вокруг него заклубилось нечто похожее на жидкий лёд. Расстояние между ним и стаей стремительно сокращается. Летящий вдали погонщик, сидящий на крупном аисте, заметил контракторов и попытался отправить часть подконтрольных птиц на перехват, но Скульптор среагировал быстрее. Его дух резко ускорился, словно стрела ворвался в центр стаи, которая состоит из разнообразных противников, вот только их размер намного меньше морозного духа.

— Вот, в принципе, и всё, — довольно произнёс Омут.

Во все стороны от птицы и её наездника начала распространяться стихия. Слабые, не имеющие защиту птицы, насекомые и небольшие летающие рептилии камнем полетели вниз. Обладающие огненной стихией попытались как-то противостоять, и у них даже был шанс, вот только управляющий ими погонщик, вероятно, позабыл, что Скульптор там не один. В стаю полетели различные техники. Ураганный ветер ломал крылья и толкал одного на другого. Огненные смерчи пожирали их десятками и, несмотря на контроль погонщика, заставляли шарахаться в стороны от стихии, вызывающей страх у каждого живого существа, обитающего не в морской стихии.

Видя плачевное состояние своего воинства, погонщик словно обезумел. Он с мечом наголо полетел в гущу битвы. Вот только погонщики, в отличие от одарённых и тем более контракторов, не отличаются большой силой в рукопашном бою. Княжич заметил, как огненная ласточка метнулась в его сторону. Судя по хвосту, выглядывающему из-под шлема наездника, княжич предположил, что это девушка. Она подлетела поближе, одним рывком преодолела десятки разделяющих их метров и снесла всаднику голову. После этого стая, потерявшая связь с погонщиком, словно обезумела. Бой вспыхнул с новой силой, полной безумной дикой ярости. Одарённых противников уничтожили ещё первыми дружными техниками. Сейчас в небе идут разрозненные спаринги. Духи контракторов бьют стихией и рвут защиту, затем плоть когтями. Сами контракторы поразили даже Омута. Он немного шокировано следит за творящимся в небе.

— Вот же психи.

— Не психи, а хозяева неба. Мы его чувствуем и не боимся, — от увиденного княжича пробрала гордость за товарищей, таких же, как он, покорителей неба.

Контракторы не сидели на духах. Они с мечами наголо прыгали на спины пролетавших рядом зверей и остервенело их рубили. С небес на землю льётся настоящий кровавый дождь. При этом всё происходит относительно недалеко от разрушенной стены, к которой из вражеского лагеря мчится настоящая лавина из зверей.

С той стороны завывают трубы, ритмично бьют барабаны. В ответ, благодаря засевшим на удалении наводчикам, по указанным координатам бьёт артиллерия. Только сейчас княжич услышал гул двигателей и лязг гусениц. По узкой дороге между уцелевших старинных коробок зданий едут танки. Секцию уничтоженной стены ещё не восстановили, и они проехали за территорию по её расплавленным обломкам. Четыре Т-72 тут же открыли прицельный огонь. Барабан заряжания подаёт один снаряд за другим.

— Он же сейчас разобьётся! — выкрикнул Георгий.

С небес на землю летит один из контракторов, вцепившийся в поверженного врага. Похоже, бой оказался нелёгким, из-за чего он не успел вернуться к духу. Крупная, когда-то величественная птица, похожая на древнего аргентависа, в штопоре летит к земле. Мужчина держится за его перья и часто вертит головой, что-то или кого-то высматривая.

— Погоди, — на плечо легла рука воеводы, не давшая вновь запрыгнуть на грифона, дабы сорваться на помощь.

Сделал он это вовремя. Из небесной свалки вывалился серый дух филина, который камнем устремился вниз. Сердце от этого зрелища забилось чаще. Казалось, верный друг не успеет прийти на помощь. До земли мужчине оставалось не более десяти метров, когда мимо пролетел дух. Контрактор оттолкнулся от спины и, словно кот, развернулся в воздухе, дабы уцепиться за созданные из чистой энергии перья грозного ночного хищника, чьи размеры в местах его обитания позволяют охотиться не только на мышей, но и на «каменных» медведей. Филин со всадником на спине поспешно начали набирать высоту. Они находились на линии огня одного из танков, из-за чего тот был вынужден прекратить огонь.

— Через сколько выступаем? — от увиденного княжича охватил азарт. В организм хлынуло столько адреналина и норадреналина, что он вот-вот польётся из ушей. Рука то и дело тянется к мечу. Даже грифон в нетерпении царапает крышу когтями.

— Скоро. Ещё не все вышли на позиции, — предупредил воевода.

Внезапно в крайний справа танк врезался плазменный сгусток. Слабая энергетическая защита не смогла противостоять ужасающей температуре. Укреплённая броня начала плавиться, словно сделана из пластика, причём даже быстрее, чем стена. Танкисты попытались выбраться, благо пламя до люков пока не добралось, вот только там сидят не самые сильные одарённые. Огромная температура быстро раскалила грозную машину. Мехвод остался лежать у открытого люка. Ещё один попытался вырваться через башню. Увы, ему тоже не повезло. Оставшиеся снаряды сдетонировали. Раздался мощный взрыв, от которого башня взлетела вверх. Она перелетела стену и рухнула вниз, чудом никого не задев. На краткий миг подняла облако песка, затем, когда он осел, княжич и воевода увидели, как дуло башни танка смотрит на них.

— Омут! — раздался крик солдата, выбежавшего из штаба. — Сообщение от дальнего!

Воевода резко развернулся, легко оттолкнулся от крыши и спрыгнул примерно с шестиметровой высоты. Кинув взгляд на поле боя, княжич развернулся и последовал его примеру.

— К танцу готовы. Ждём музыки, — вслух прочитал Павел Харитонович. — Вот и замечательно. Ну что, Георгий Сергеевич, сыграете им «полёт валькирий»?

— Лучше «Танго смерти», — княжич ловко вскарабкался на спину грифона, зависшего в паре метров над землёй, провёл ладонью по мягким перьям, сотканным из энергии, улыбнулся, получив отклик от своего друга, после чего они взмыли в воздух.

Со всей территории, занятой экспедиционным корпусом, в воздух взлетают духи с восседающими на них контракторами. Из-за разницы в силе их размеры сильно различаются, но это не уменьшает зрелищности. Куда ни взгляни, всюду видны летящие духи, светящиеся цветом их стихии. Почти две сотни контракторов — это грозная сила. Это практически все, чьи духи способны летать. Столь грозная сила устремилась к вражескому лагерю. С противоположной стороны поднялся настоящий гвалт, доносящийся даже до укреплений. Погонщики спешно поднимают в воздух подчинённых, способных летать. Как в первый день небо почернело до горизонта, вот только в этот раз людям придётся обойтись без ПВО. Воевода каждый раз с болью в сердце наблюдал, как тратятся невосполнимые боеприпасы. Контракторам надо всего лишь помедитировать и хорошо поесть, тогда как снаряды нужно вести по бездорожью под постоянным риском попасть на глаза одному из патрулей, которые раскинули по округе ньинхе. И ещё воеводу беспокоит самый важный вопрос: доберутся ли до обжитых мест гонцы? Узнает ли князь о нависшей над ними угрозе? Причём не только над экспедиционным корпусом, но и над Твердыней.

Тем временем в небо полетели огненные шары, выпущенные из ручных артефактов, имеющихся в обилии у противника. Мощь их не велика, чего не скажешь о количестве, которое, как говорится, может перейти в качество. Против таких атак контракторы предпочитали чуть разлетаться в стороны. Однако противник не так прост. На трицератопсах у них что-то вроде подвижной артиллерии. Помимо них там возведены странные конструкции в виде цветков с шестигранными лепестками с тонким металлическим стержнем в центре. От них вверх устремляются красные лучи, вызывающие ассоциации с лазером. Принимать на собственный щит весьма опасно, а увернуться не так просто из-за подвижности «цветков». По этой причине контракторам приходится создавать комбинированные совместные щиты, которые принимают весь урон на себя. Но и это не всё. Трицератопсы сели на задние лапы, превращаясь в ПВО большой мощности. Именно после одного из таких выстрелов вниз полетела фигура в чёрной униформе. Дух, который принял большую часть плазменного сгустка, ослабленного тройным щитом, быстро исчез, вернувшись в тело своего наездника. Стриж, летевший почти в конце, круто устремился вниз, дабы его наездник смог подхватить лишившегося большей части энергии воина.

— С богом, братцы, — воевода спокойно перекрестился, не обращая внимания на взгляды стоящих неподалёку солдат. Он пришёл в Беловодье вместе с Романовым, неся в сердце веру тех времён, и не проникся, как некоторые, верой в старых богов. Уважает и принимает — да, но не отринул свою веру. Может, именно из-за этого он не так отрицательно относится к наращивающим своё влияние паладинам.

На высоте столкнулись две силы, претендующих на власть над небесами. Более могущественные контракторы дали залп площадными техниками, дабы сбросить вниз недостойных, посмевших встать у них на пути, а также чтобы расчистить путь достойным настоящей схватки. На защитный купол ньинхе посыпались поджаренные, замороженные или изломанные ветром обитатели небес. Часть контракторов вдруг следом за ними отправили в барьер мощные концентрированные удары, от чего тот пошёл волнами, а зверь с установленным на нём артефактом громогласно взвыл. Артефакт на его спине ярко загорелся, выдавая барьеру просто чудовищные объёмы энергии. Предусмотренная на такие случаи защита на спине динозавра начала дымиться. Сидящий рядом погонщик свалился на землю и не подаёт никаких признаков жизни.

— Ещё немного, — прошептал Омут, не отрывая бинокль от глаз.

Наиболее сильные создания из первой волны преодолели стихийные техники и крепко сцепились с духами и их наездниками. В небе повторилось то, что недавно проделал Сокол недалеко от укреплений. Одновременно с этим часть отряда продолжает атаковать барьер и отслеживать атаки с земли, дабы прикрыть увлёкшихся боем товарищей.

— Как же их много. Ещё максимум минуту. Поднажмите, — ноздри воеводы раздуваются от тревоги и азарта. Тяжело быть воином, которому вместо жаркой схватки нужно сидеть в лагере. Однако таково бремя воеводы. Горе тому военноначальнику, который теряет голову и рвётся в бой, ибо он теряет самое главное — возможность своевременно реагировать на ситуацию на поле боя.

Суета во вражеском лагере с каждой секундой нарастает всё больше. В воздух устремились стихийные техники от подконтрольных зверей, из-за чего нашим становится всё сложнее. Вести бой с сильными противниками, обладающими стихией, и заодно держать защиту от атак со стороны требует больших затрат энергии. Благо симбиоз человека и духа даёт некоторое преимущество. Пока дух сражается, человек может уделять больше внимания их защите или вести бой с кем-то ещё.

Мощный взрыв во вражеском лагере вызвал у Омута радостную улыбку. Артефакт не выдержал подобных нагрузок. Все рунные цепочки-предохранители были выжжены, от чего артефакт взорвался. Тут же разнёсся громкий сигнал об отступлении. Это не старинный горн, хотя по звуку на него очень похож. Для этого использовали обычный сигнальный артефакт с простым названием «Эффект МР». Из-за не работающей здесь радиосвязи приходится пользоваться таким архаизмом, как громкие сигналы, обозначающие то или иное действие. Ну а как иначе достучаться до разгорячённых боем?

— Артиллеристам приготовиться! Устроим этим гадам барбекю, — скомандовал воевода. Рядом с ним всегда находятся несколько вестовых, один из которых быстро побежал к позиции артиллеристов. Хоть к ним проведена проводная связь, но Омут тоже человек, и ему хочется всё увидеть своими глазами. А небольшая задержка тут будет несущественна. Он знает, что в этот момент артиллерия наводится на нужный квадрат, который помимо них будет утюжить его величество «Солнцепёк».

Несмотря на сигнал к отступлению, быстро выйти из такого боя невозможно. Контракторы, не жалея сил и энергии, бьются со сковывающими их врагами. Те, кто ранее занимались барьером, рассредоточились по высотам и принялись отчищать горизонт, дабы дать товарищам время выйти из боя. Омут крепко стискивал бинокль, когда видел изредка падающих на землю людей. В тех местах сразу образовывалась гора из зверей. Иногда упавшие успевали дать последний бой, но чаще их очень быстро разрывали на части. Ведь падали в основном те, кто потратил слишком много энергии.

— Время! Сигнал к атаке! — и почти сразу в воздухе раздался торжественный рёв труб.

Слева от вражеского лагеря, примерно в двух километрах среди песчаных барханов в земле появилась широкая нора, из которой выполз дух камнегрыза. Следом за ним, вместе с буро-коричневым медведем, появился среднего роста, не высокий, но очень широкоплечий мужчина с тремя полосками от когтей на щеке. Несмотря на возможности целителей, Беров Егор Елизарович, брат главы рода Беровых, не стал их убирать. Этот шрам — память о битве с медведем, который его признал и заключил контракт. Именно Берову поручили возглавить один из двух отрядов, который должен немного проредить силы противника и самое главное — уничтожить ещё один защитный артефакт.

— Эй, харе спать. Моя секира жаждет их крови. Да, Мишаня? Ты тоже хочешь порезвиться? — сменил грозный тон на ласковый, хлопая по боку вальяжно передвигающегося друга. Тот довольно оскалился, демонстрируя созданные из стихийной энергии устрашающие острые зубы. — Поторапливайтесь! А то эта ящерица потом замучает нас своим хвастовством.

— Не боишься так Саламандрова называть? — поинтересовался идущий следом мужчина с длинными светлыми волосами, завязанными в хвост. Он, как и Егор Беров, держит шлем в руке.

— Неужели один из ульфхеднаров рода Вульф настолько позабыл наше родство и не помнит, что Беровы никого не боятся? Схлестнуться с сильным противником — вот истинная радость для нас.

— Да кому ты рассказываешь! Медовухи нажраться — вот для вас истинная радость, — выкрикнула идущая следом женщина, причём одетая не в традиционную чёрную униформу, а в сделанный под старину пластинчатый доспех. Следом за ней движется практически точная копия.

— Одно другому не мешает, — не став обижаться, ответил Беров. — Волчара, в бою держись подальше от этих ведьм. Они в бою теряют голову похлеще вашего. Хоть стали Гремяцкими, однако старую породу не изменишь. И надо же было этим оторвам наткнуться сразу на двух медоедов со стихией молнии.

— Ты, косолапый, гляжу, совсем бесстрашным стал. Мало я со двора тогда гнала, когда припёрся с пьяными дружками? Кто там с тобой был? Кажется, Жаров и Добров? Свалились сваты на мою голову, — произнесла вторая, весело улыбаясь. Воин из рода Вульф почему-то передёрнул плечами от вида её улыбки. Возможно, потому что она похожа больше на оскал?

— Вот опять ты этот случай вспоминаешь. Молодой тогда был, глупый. Не понимал, с кем хотел связаться.

— Что значит связаться? Федя очень счастлив, — огрызнулась женщина. Идущий рядом сверкающий грозовой стихией медоед презрительно взглянул на их командира. Он перевёл просящий взгляд на Светлану, но та лишь покачала головой. Тогда зверь оскалился и глянул на зад медведя и уже приготовился укусить, но хозяин лесов спокойно пнул того задней лапой, от чего медоед сконцентрировал взгляд на своём носу. Подобное за этот день происходило не раз, так что никто и не обратил внимания.

— Поболтали и хватит. Приготовились! — по команде несколько сотен контракторов залезли на духов. — Шагом! — отряд неспешно двинулся в сторону вражеского лагеря, постепенно увеличивая скорость, после поступающих новых команд. — Готовсь! — раздался шелест вынимаемых из ножен мечей. Из-за поднятой шумихи и действий летунов враги не сразу заметили столб пыли, поднимаемый лапами множества грозных духов. Можно даже сказать, они приблизились незамеченными. — Бой! — и чуть тише добавил. — Ну, Мишутка, покажем, чьи в лесу шишки.

Глава 4

— Только бы он не вернулся, — в очередной раз, как мантру, повторил Виталик.

— Можно я его стукну? — Катя, которой надоели его причитания, вопросительно посмотрела на меня.

— Знала бы нашего историка, такое не предложила, — укорил её Виталик и вновь повторил: — Только бы он не вернулся.

Когда двери лифта открылись, первой вышла Катя, которая удивлённо посмотрела на нас. Мне стало неловко из-за проявленной слабины, вот только воспоминания о первом уроке, когда он на меня орал, до сих пор не выветрились.

— И эти люди решили стать запортальными разведчиками.

— Я бы лучше ещё раз на арену сходил, чем на его пару, — ответил Виталик, двигаясь следом за всеми из лифта.

Возле дверей никого из однокурсников не обнаружили. Зато из-за приоткрытой двери раздаётся гомон голосов. Напряжение вмиг улетучилось, потому как Беров никого раньше времени не пустил бы. Так и оказалось. За учительским столом сидит Птицын Максим Александрович. Закрыв глаза, протирает тряпочкой очки, которые носит не из-за плохого зрения, а по причине высокой чувствительности к энергии.

— Вижу, все собрались, — надев очки, учитель оглядел класс. — Не будем зря тратить время. Сегодня я хочу затронуть, как мне кажется, очень интересную тему. А именно Атлантиду. Да-да, именно её. Вижу удивление на ваших лицах. Вы наверняка задаётесь вопросом, зачем о ней говорить при столь скудных имеющихся сведениях? — он сделал паузу, оглядывая лица курсантов.

Как и многие, я тоже удивился поднятой теме. Есть версия, что она была уничтожена во время сильного гона, вот только теория ничем не подтверждена. Если и остался в живых кто-то, видевший её своими глазами, то делиться информацией он не спешит. Возможно, эта версия и вовсе ложная, ведь точное местоположение загадочной Атлантиды до сих пор не известно.

— Дело в том, что экспедиция, в которую поехал ваш учитель, направилась в то место, где, возможно, когда-то была Атлантида. Это место известно как «Глаз Сахары». Его впервые нашли в 1965 году с борта пилотируемого космического корабля «Джемини-4». Долгие годы, несмотря на запросы, экспедиции туда не отправляли. Увы, выбить финансирование очень непросто. Однако не так давно, во время поездки господина Берова к нашим друзьям из Кунь-Луня, был найден чудом сохранившийся свиток, в котором нашлось упоминание об этом месте. Точных координат, как вы понимаете, там нет. Со слов господина Берова, там указаны направления от существовавших в давнее время городов. Николай Никифорович подготовил короткое видео, в котором рассказал некоторые подробности.

На появившемся экране вместо «любимого» преподавателя появилось что-то белесое. Изображение резко дёргается, затем немного отдаляется, и перед нами предстаёт Вини, дух Николая Никифоровича. Медвежья морда заняла всё изображение, поглядывая то в камеру, то куда-то за неё.

— Вини, ты не так держишь, — послышался знакомый противный голос. — Да переверни его. — медведь наклонил голову вправо, после чего изображение закрутилось, дабы показать каменистую поверхность, на которой на задних лапах стоит дух. За счёт высоты заметно, что под ним широкая с чуть потрескавшаяся плита, стыкующаяся с другими такими же. — Вини! Вон той стороной. — на видео показались сандали с носками и низ синих джинс.

Изображение вновь задёргалось, наконец демонстрируя преподавателя, который отходит от медведя. От его вида невольно улыбнулся. Пиджак лежит неподалёку на каменном блоке, благодаря чему чёрная футболка с медведем, демонстрирующим средний палец, предстала во всей красе. Волосы, как обычно, всклокочены. Глаза прикрывают широкие солнцезащитные очки. Судя по отсутствию браслета, именно его сейчас держит медведь.

— Соскучились, сопляки? Хотя мне плевать. Век бы вас не видеть, так что наслаждайтесь этим видео и завидуйте. Господин ректор поручил записать для вас видео про мою экспедицию. Нахрена? Сам не пойму. Короче, слушайте. Я нахожусь во внутреннем кольце объекта, который коллегиально решили называть «крепость Атлантида». Если в ваших глупых башках появился вопрос про крепость, то можете обрадоваться: у вас есть крохи серого вещества. То, что мы тут обнаружили, не подтверждает, что это именно Атлантида, но и не опровергает, поэтому пока назвали именно так. Возможно, это древняя типовая крепость, и подобные ей располагались у других порталов. Что же касается крепости. После месяцев изучений мы пришли к выводу, стены созданы не от внешнего врага. Сейчас раскопки ещё ведутся, однако нами уже найдены множество скелетов созданий, обитающих только за порталом. По расположению их тел очевидно — они двигались из самого центра. Платон упоминает расположенный в центральной части холм и храм на его вершине. От строений тут ничего не осталось. Да и не мудрено. Судя по найденным следам, да и по останкам видно, какой тарарам здесь творился. Есть предположение, которое частично подтверждают находки, что холм просто-напросто уронили. Хм… Интересно, может ли это быть причиной схлопывания портала? — он на некоторое время задумался, тихонько шевеля губами. В себя привёл рык Вини. — Чего, малыш? Рыбки хочешь? — изображение затряслось. — Ах да. Видео для этих балбесов. Подожди немного, сейчас закончу, и получишь свою вкуснятину. — как обычно, когда говорит со своим духом, становится похож на отца, который общается с младенцем. — Короче, дурни, первое кольцо — это как московский портальный комплекс. Каналы с водой предположительно служили как дополнительная защита, подспорье для водников и ледышек, ну и для повседневных нужд. Каких-либо значительных находок пока нет. Складывается впечатление, будто какие-то козлы отсюда всё вытащили. Ну ничего, сейчас глазик расковыряем и всё узнаем. На этом всё. Доклад закончен. Вини, вырубай. — на что медведь как-то странно рыкнул. — Ладно, сам сделаю. — он подошёл к духу и попытался забрать браслет, но медведь вдруг отскочил, словно желая поиграть. — И чего развеселился? А ну давай сюда браслет! — в ответ раздался азартный рёв. Насладиться дальнейшим зрелищем не удалось, так как видео словно обрезали.

— Кхе-кхе, — откашлялся Птицын, которому явно стыдно за своего коллегу. — Вы просмотрели короткий отчёт господина Берова. Увы, многое из того, что переслал в Академию, он не рассказал. Находок действительно крайне мало. Вероятно, выжившие, когда покидали то место, унесли всё с собой. Быть может, у них существовали аналоги пространственных сумок. Однако «мало» не означает, что ничего не нашли. Есть сведения о кое-каких найденных вещах, повреждённых, но с частично сохранившимися рунами. Также найдены следы, указывающие на защиту стен рунами. Сейчас поступающая информация обрабатывается. Думаю, в скором времени вы сможете с ней ознакомиться. По крайней мере, с открытой частью. Мы все очень надеемся, что получим ответы на события тех лет. Ибо знания о трагедиях прошлого — это возможность избежать их в настоящем и будущем. — Вновь намекнул на свою любимую теорию о цикличности истории.

Он ещё много чего сказал, часто прибегая к трактатам «Тимей» и «Критий». Я увидел его живой интерес к данной теме. Он стал историком не только из-за проблем с чувствительностью к энергии, но и из-за желания познать прошлое. Его речи полны фанатичного жара, человека, прикоснувшегося к древней тайне. Я почувствовал, как этот жар распаляет и мой интерес. Захотелось найти труды Платона, чтобы узнать, что он писал об этом древнем загадочном месте.

— Кажется, я начинаю вас понимать, — сказала Катя, когда покинули кабинет. — Этот голос. Словно по стеклу иголкой.

— Или мелом по доске, — сказала Марина. — Чего? Мне не нравится этот звук. — Оправдалась под нашими взглядами.

— Или когда вы водите пилочкой по ногтям. Жуть какая, — как обычно, ляпнул Виталик. Хищные взгляды девушек устремились на него. — Не, ну в самом деле. У меня аж мурашки по всему телу бегают.

— Девочки, начинаем военную компанию. Вызов принят, — поблескивая глазами, спокойно сказала Катя. Похоже, она нашла новый объект для шуток.

— Да, мой генерал, — Марина сразу её поддержала. От её улыбки у меня самого мурашки побежали. Она больше напомнила оскал акулы, маленькой, но очень опасной. Вылезшая из плеча дриада поиграла пальчиками, словно разминает, затем начала делать вид, будто водит по ноготкам пилочкой.

— Эй! Вы чего задумали? Мужики, спасайте, — взмолился он.

— Никто тебя не спасёт. Ты покусился на святое, — Катя достала из сумки пилочку, посмотрела на ногти, затем на Виталика, после чего провела ей по ногтю. Виталик демонстративно поморщился. Я же постарался сохранить спокойное выражение, чтобы Катя не заметила, что этот звук неприятен не только Виталику.

Ускоряю шаг, и так получается, что мы с Виталиком оторвались от остальных. Он посмотрел по сторонам, подошёл ближе, чуть не касаясь плечом, и негромко спросил:

— Стас, понимаю твоё недоверие, но, может, сможешь одолжить на завтра байк? Обещаю, буду очень осторожен. Просто хочу устроить сюрприз. Ну ты понимаешь кому, — вновь затеял старый разговор. Как другу я ему доверяю, но как водителю не очень. Ведь он даже с Барсом, во время практики, умудрялся выделывать странные фортели.

«Алёнка весь мозг выест», — подумал, прежде чем ответить.

— Бери. Но помни, ты пообещал.

— Я тебе обещаю, проблем не будет. Только на один вечер, — продолжил уговаривать, пока до него не дошёл мой ответ. — Чего? Можно взять? — Не сразу поверил. Столько раз отказывал, а тут наконец согласился. Для него это стало настоящей неожиданностью.

— Главное, не забывай про аурную защиту. Байк-то ладно, главное, чтобы с тобой всё в порядке было.

— Спасибо.

— О чём это вы тут секретничаете? — спросила подошедшая Катя. Из-за стоящего в коридоре шума она не услышала наши перешёптывания.

— Обсуждаем, за сколько секунд тебя победим. Он говорит, за десять, я же считаю, за семь.

— Братик, кажется, общение с Психом заразно. Это я тебя победю. Хм. Или побежу? А не важно, главное, ты будешь повержен и в слезах молить о пощаде.

— Ладно, великий победюн, пошли на факультет. Полюбуюсь на твои полёты.

— Это с чего я вдруг должна летать? Лавров, а ты чего там плетёшься? Пошли быстрее. Бить его будем.

— Ребят, можно я к вам? Я их уже бояться начинаю. Молниевики и впрямь сумасшедшие, — Михаил в шутку обратился к однокурсникам. Те лишь посмеялись, ведь даже если он действительно этого захочет, то перейти в другие группы не сможет. Всё же факультеты разделены по стихиям.

— Отставить бояться. Вперёд, честно и справедливо вдвоём бить Кота.

Сегодня у нас очередная пара по практическому применению стихии в бою. На этот раз прадед выбрал смутно знакомую местность. Мы оказались на горном плато, похожем на то, на котором мы с Алёной дрались с огненным волком. Я даже подошёл к краю, дабы осмотреться. Местность и впрямь оказалась та самая. Перевожу взгляд на прадеда, на что тот спокойно кивнул. Похоже, Гремяцкие решили дать понять, что без внимания меня не оставляют и более тщательно изучили моё прошлое. Не удивлюсь, если пообщались и с моими московскими друзьями, и с бывшими одноклассниками.

— Так-с, ребятушки. Сегодня у вас будет сложный противник, — по его щелчку в небе начали появляться разрозненные стаи. — Они, — палец устремился в небо, — станут наскакивать на вас небольшими группами. Вы двое защищаете Стаса и максимум с двух ударов должны уничтожать выбранную цель. Тебе же запрещено пользоваться оружием. Ты можешь использовать только шаровые молнии и другие энергетические техники. Учись регулировать силу, работай с размером и количеством вложенной энергии. Да и про скорость не забывай.

— Но почему я не могу применять оружие? — решил поинтересоваться. Задача, конечно, интересная, вот только без оружия в руках ощущаю себя беззащитным.

— У тебя его выбили или оно сломалось. Не важно, какая причина. В жизни может произойти всякое. Сейчас в твоём распоряжении две руки и две ноги. Дерись ими. Ах да. Используй по очереди обе руки. Например, сначала запускай с правой, затем с левой. Всё понятно?

— Нам можно бить их стихией? — спросила Катя.

— Конечно, — отвечая, прадед сделал удивлённый вид. — Чем же ещё? Или ты думаешь только силой одарённой пробивать их защиту? Не, если сможешь применить дистанционные техники, то контрактор Лавров защитит вас обоих.

— Я поняла, — поджав губы, сестра недовольно покосилась в мою сторону и шёпотом произнесла: — Жулик.

— Не завидуй. Лучше защити своего дорогого и любимого братика.

— Пф. Скат, давай подальше от него отойдём. Хочу посмотреть, как он будет умолять нас о помощи.

— Кто-то явно хочет получить шаровой молнией по заднице.

— Грубиян, — констатировала она. Вытащив мечи, встала в паре шагов от меня. Лавров поступил аналогично.

Прадед одобрительно кивнул нашим приготовлениям. Сел на появившуюся у обрыва скамейку, положил ногу на ногу, демонстративно достал газету, которой заслонился от нас. В небе послышался птичий гомон. Наши противники разделились на четыре стаи. Среди них выделяются некоторые особи с аурной защитой, по которой пробегают отголоски стихии. Похоже, занятие пройдёт весело.

— Летят! — кричу и одновременно готовлю технику.

Из стаи под предводительством крупного огненного ворона вылетели пяток воронов. Когда попытался прицелить в одну из них, осознал всю сложность задачи. Чтобы попасть, надо брать упреждение, однако после тройки шаровых, когда чуть не попал, они перестали лететь по прямой.

— Сзади! — выкрикнул Лавров.

Я, не раздумывая, отскакиваю, так как гадать, кому кричит, не приходится: Катю я вижу, Михаил прикрывает спину. Мимо, чуть задев крайней частью крыла с острым, словно нож, окончанием, пролетела синекрылая синичка. Нам рассказывали, обычно он прячется в полой кости крыла. Эти когти есть в обоих крыльях. Они напоминают лезвия ножа, изогнутые остриём вверх. Птицы напоминают наших земных буроголовых гаичек, только увеличенных в десятки раз. На вид забавные шарики с крыльями и относительно небольшим хвостом. Вот только на занятиях объяснили, чем они питаются. Да, они так же любят растительную пищу, которая составляет от половины до двух третей рациона. Однако из-за их размера личинок и жучков им мало. Крупные стаи вылетают на простор и, найдя подходящую жертву, загоняют, нанося множество порезов. А уж если среди них есть стихийники, то обычному одарённому спастись почти без шансов.

— Да это вообще нереально! — возмутилась Катя, которая отмахнулась мечами от пары воронов, попытавшихся клювами пробить её защиту. Синички, от которых увернулся, решили напасть на неё. Пущенная вслед шаровая молния приземлила одну из них, чем сестра быстро воспользовалась.

— Енот их всех подери. Птеры тоже решили присоединиться. Стас, врубай пулемёт, иначе нам хана! — прокричал Миха. Его мечи создали вокруг тела настоящий купол. Нанести второй удар банально не успевает, и это молниевик. Не успевать с нашей скоростью — это что-то запредельное.

Изображать из себя пулемёт не стал, а точнее, просто не смогу. Скорость создания техник пока не велика, однако с каждым разом становится всё быстрее. Вот только проблема с попаданием никуда не делась. Приходится постоянно вертеться и высматривать цель. Пропускаю мимо синицу и со всей силы бью ногой по хвосту с выплеском стихии. Затем обе руки вперёд и поочерёдно выпускаю две шаровые молнии. Первой промахнулся, второй задел крыло ворона, на котором нет защиты. Того тряхнуло, и он полетел штопором вниз.

— Старайся бить на пикировании! — подсказала Катя здравую идею.

Увернувшись от пролетевшего со спины ворона, отпрыгиваю и с двух рук пускаю в него шаровые молнии. Сразу отпрыгиваю и ухожу в перекат от синичек. Птеродактиль по какой-то причине выбрал Катю, которая превратилась в еле видимое размытое пятно из-за ускорения. Её мечи часто вспыхивают при соприкосновении с противниками из-за контролируемых импульсов. Земля вокруг товарищей уже усыпана перьями и тушками птиц. Мой вклад практически не заметен, так как одного попадания часто недостаточно для убийства, к тому же на упавших предпочитаю не тратить силы, оставляя их однокурсникам.

— Котяра! Сделай с теми гадами что-то! — закричала сестра, увидев, как из четвёртой стаи отделилось небольшое облачко. Точнее, это крупные пчёлы, каждая размером как чихуа-хуа. И ладно бы они ещё так же всего боялись, как те недоразумения, прозванные собаками. Эти пчёлы, похоже, из Сияющего леса. Как подсказывают воспоминания, там не все пчёлы стихийники, а только те, которые охраняют ульи. Рабочие у них слабые одарённые.

Влетевшая шаровая молния столкнулась с объединённой защитой. Похоже, там именно воины. По отдельности они слабы, зато когда объединяются, напоминают жуков, с которыми столкнулся четвёртый отряд на болотах. Не желая подпускать пчёл, сосредоточил всё внимание на них. Когда объединяются для атаки, среди них всегда есть одна или несколько со стихией света. Если они начнут ослаблять, как Марина, то нам точно не справиться.

Благо моим техникам достаточно просто задеть их защиту, чтобы сработать. Хотя в таком случае немалая часть энергии рассеется. Первый шар задел по касательной, второй влетел ровно по центру. В третий вложил больше энергии. Четвёртый попытался уменьшить в размере, не уменьшая заряда. После четвёртого попадания заметил, как их защита пошла рябью. Не успел обрадоваться, как пришлось уворачиваться от воронов и синичек, а следом и от ветряных техник. Часть роя достигла нужного им расстояния. Скача, словно кузнечик на раскалённой сковородке, под постоянными атаками, с трудом смог пробить их защиту. Сразу после первого же попадания с десяток пчёл полетели к земле. Всё как рассказывали на паре, их сила в рое. Без общей защиты они весьма слабы.

С каждой минутой наше положение становится всё хуже. На нас нападают не только одарённые без защиты, но и более сильные особи. Когда выпадает хоть миллисекунда, бросаем взгляд на небо: стихийники пока чего-то ждут и не нападают. Пчёлы так и продолжают лететь малыми роями. Чувствую, как тело постепенно наливается свинцом — это из-за воздействия силы света. В какой-то момент меня так всё это достало, в особенности невозможность достать мечи. Когда вокруг собралось много противников, а защита вот-вот готова лопнуть, я словно взорвался стихией. Молнии рванули из тела во все стороны. Большая часть циркулирующей по телу энергии устремилась наружу. В один миг десятки летунов рухнули на землю, давая короткую передышку. Кот сразу поделился со мной энергией, заполняя появившуюся пустоту, и даже дал немного сверху. Небольшое жжение не принесло обычного дискомфорта.

— Сможешь ещё раз?! — крикнула Катя. Не знаю, сколько мы дерёмся по времени. Усталость всё сильнее давит на плечи. Катя, без остановки машущая мечами, двигается не так быстро, как в начале.

— Меняемся! — уверенно кричу ей.

Сестра отпрыгивает в сторону, я же на ускорении залетаю на её место и, не успев приземлиться, вновь высвобождаю стихию. Каналы от столь сильного выброса энергии с непривычки обожгло. Не придаю этому значения и повторяю этот трюк со Скатом. Парень без лишних слов отскочил, уступив мне место. Жжение в каналах возросло, вот только я доверяю старому высказыванию, однажды повторённому Рокотом: «Всё, что нас не убивает, делает сильнее». Чем больше пропускаю через каналы энергии, тем устойчивее и крепче они становятся. Тут главное не переходить некую грань.

Мы не успели порадоваться небольшой передышке, как в нашу сторону устремились вообще все. Обычно я жажду боя на грани, но не в этой ситуации. Без мечей ощущаю себя голым на детском празднике. Однако в следующий миг всё небо накрыла мощная волна стихии молнии. Вниз будто пролился дождь. Нам пару раз пришлось уклониться от падающих тушек. От мощи стихии, царящей над нами, волосы по всему телу встали дыбом.

— Достаточно, — раздался голос в наступившей оглушительной тишине. — Думаю, вы сегодня многому научились. — Сказал прадед, неспешно идущий к нам.

— Это да. Теперь я точно, если увижу стаю птиц, то побегу со всех ног, — ответил Лавров.

— И, скорее всего, погибнешь. Пока вы настолько слабы, за порталом в одиночку делать нечего. Ваша сила в команде и современном оружии. Стихийников и развитых одарённых колупать придётся долго, зато большую часть стаи, которая состоит из слабых одарённых, сумеете подбить. При больших потерях, если это не гон, они обычно отступают. Хотя бывают исключения. Например, если зайдёте на их территорию, где расположены гнёзда.

— Пф. Да мы бы их всех покрошили. А вообще надо было Стаса к ним закинуть. Он там как шарахнет, и всё, — как обычно беззаботно сказала Катя. Вот только раскрасневшееся лицо и частое дыхание дают понять, насколько она выложилась. Даже мечи слегка подрагивают. Нам всем бой дался нелегко. Волосы на голове можно выжимать: настолько мокрые после прошедшего боя. Я даже подумал о повязке на лоб, дабы пот не заливал глаза.

— Задумка интересная, вот только вопрос: сколько раз он сможет это повторить? — Повернувшись ко мне, спросил: — Каналы сильно горят?

— Словно долгое время занимался их тренировкой на пределе. Думаю, ещё раза на три хватило.

— Я так и думал, поэтому решил прервать. К тому же, считаю, урок вы усвоили.

— Пока мы слишком слабы, чтобы стихия заменила мечи, — за всех озвучил Лавров.

— Верно. Так же, как мечи не помогут справиться с большим количеством противника. Для этого нужна стихия. Одно дополняет другое.

— Ну до вас нам ещё далеко, — недовольно сказала Катя. — Эх. Вот бы тоже так жахнуть.

— Всему своё время. К тому же то, что сделал я, не сработает против сильных стихийников. Уже с седьмым рангом, на третьей ступени, придётся работать точечно. Поэтому не рассчитывайте на что-то одно. Вы не одарённые, а контракторы. Развивайтесь в обоих направлениях.

— Эх. Легко сказать, развивайтесь. Для этого надо найти за порталом зверей со стихией молнии или купить у вас КРС, очередь на которые просто нереальная, — в голосе Кати послышались нотки обиды.

— Ты же Громова. Какие у тебя проблемы с кристаллом? Или тебе не сказали? — неподдельно удивился прадед.

— Что мне не сказали? — встрепенулась Катя.

— Да так. Коль не говорили, то и не надо, — отмахнулся Гремяцкий.

— Не-не-не. Мне точно надо. Мне очень надо, — не боясь, она подскочила к старейшине рода.

— А ну кыш, мелюзга, — он попытался отмахнуться, словно от комара, но она ловко увернулась и продолжила:

— Так не честно. Вы словно помахали конфеткой и теперь не отдаёте.

— Кому сказал, кыш. Всё. Урок окончен. Идите уже, а то сейчас договорюсь, и вместо следующего занятия вновь повторим мой урок. Только я добавлю вам разнообразия.

— Всё-всё. Мы уже уходим, — подскакиваю к Кате и, взяв за руку, тащу к выходу.

— Ну так не честно. Дед ничего не расскажет. Я его знаю. Неужели они купили кристаллы? Но как? Там очередь ого-го.

— Возможно, они хотят сделать тебе сюрприз? — предположил Скат.

— А вдруг нет? Я же их в таком случае покусаю. Причём это не шутка. Или спрячу дедушкину любимую настойку и стану присылать ему письма с буковками из газет и книжек.

Даже после душа она всё не могла угомониться, предполагая варианты мести и способов выяснить правду. Весь наш коллектив к последнему уроку уже готов был её поколотить. Ну, точнее, почти весь. Мои мысли, после полученного сообщения, устремлены в другое место.

— Стас, ты меня вообще не слушаешь, — возмутилась Катя.

— А? Ты что-то сказала?

— Хи-хи. Так её. Нечего на неё обращать внимания, — сказала Марина и показала ей язык.

— Вот же мелкая вредина. Я им тут душу изливаю, а они! — патетически воскликнув, воздела руки к небу.

— Мы просто устали выслушивать твои безумные планы. Просто позвони родителям и всё узнай, — произнося это, Алёна подошла ко мне. Взяла двумя руками за локоть и, прижав к себе, заглянула в глаза и спросила: — Так о чём ты весь день думаешь? Ты какой-то странный сегодня.

— Кхм. Сообщение получил. Нужно сегодня заглянуть на Кузнечную. Пётр Григорьевич пригласил.

— Зачем? Ты у него что-то заказал? И, кстати, во сколько к нему пойдёшь? — Как мне показалось, первые два вопроса являлись чистой формальностью, тогда как время её интересует больше всего.

— Сразу после клуба.

— Надеюсь, не надолго?

— Алён, ты хочешь куда-то сходить? — Решил сразу задать вопрос, а то она может ещё долго ходить вокруг да около.

— Мама написала. Она договорилась на сегодня с ателье. Я думала, ты со мной пойдёшь.

— В ателье? — До меня не сразу дошло, о чём она.

— Время всё меньше до нашей… свадьбы. Надо с платьем определиться. Купить готовое не получится. Как сказала мама, это дурной тон.

— Ничего себе. Девчата, вы слышали? Она собирается выбирать платье без нас! — Как обычно, не смогла промолчать Катя.

— Правда? Алён, я от тебя такого не ожидала, — возмутилась Марина.

— Ух ты. Я тоже хочу с вами. Так интересно. Дорогой, ты же пойдёшь с нами? Быть может, и мне что-то присмотрим? — Обольстительно улыбаясь, Кристина обняла за шею Артура. Судя по лицу друга, если бы не объятия, он наверняка сбежал бы. Вот только зря он переживает. Уверен, цены в том ателье кусаются похлеще тиранозавра.

— Но я думала… — Алёна попыталась возразить, но Катя, с лукавой улыбкой, подошла к ней вплотную и громко зашептала:

— Думала, будешь там вдвоём со Стасом? В белоснежном нижнем белье и чулочках?

— Ничего подобного! — Возмутилась покрасневшая девушка. — Мы там будем с моей мамой.

— Вот только не надо отрицать, что вы минуете магазин мадам Кики.

— Ладно, пойдём все вместе, — Лицо любимой стало ещё краснее. Судя по бегающему взгляду, сестра угадала один из адресов, которые мы сегодня посетим.

— Алён, скинешь адрес, чтобы меня не ждать.

— Может, мне с тобой сходить? Оттуда вместе пойдём.

— Прости, но там кое-что личное.

— Личное? — удивилась и, похоже, обиделась девушка. — Ну раз личное. Сейчас пришлю, — Она отпустила мою руку и, сделав пару шагов в сторону, проделала пару манипуляций с браслетом.

— Братик, ты балбес.

— Знаю, но так надо, — Испытывая лёгкое чувство вины, смотрю на удаляющуюся Алёну. Катя удивлённо посмотрела, затем, словно что-то поняв, задорно подмигнула и убежала, весело помахивая хвостами.

— На встречу лучше купи цветы, а вообще зря ты так. Вы уже почти семья. Заявить про личное как-то грубовато, — Произнёс Артур под одобрительные кивки остальных.

— Повторюсь, так надо. Ведь иначе сюрприз не получится.

— Даже так? — Он приподнял в удивлении бровь. — Ты хочешь…?

— Да, — твёрдо отвечаю. — Ведь иначе неправильно.

Глава 5

Всё же она обиделась, причём сильно, из-за чего вечер четверга прошёл впустую. Точнее, не совсем. С неё сняли все мерки, однако с выбором фасона провозились очень долго. Обычно спокойная Алёна в этот раз замучила всех своими придирками. Она отвергала практически каждое предложение. В итоге её мама, знающая свою дочь очень хорошо, догадалась о причинах такого поведения. Волевым решением она назначила новый поход в ателье на следующий день, от чего мы с Артуром лишь тяжело вздохнули.

— Станислав, можно тебя на минутку, — попросила она. Как только отошли на достаточное расстояние, серьёзно посмотрела мне в глаза и спросила: — Вы поссорились?

— Не то чтобы поссорились. Я немного некорректно ответил.

— Понятно. Что конкретно произошло, меня не интересует. Вы уже взрослые — сами разберётесь. Вот только до свадьбы осталось не так много времени. Оставшиеся недели пролетят очень быстро, ты даже не заметишь. При этом в данном ателье большая очередь. Ты же не хочешь, чтобы свадебное платье оказалось готово впритык? Если вдруг потребуется что-то доработать, то они не успеют этого сделать. Представляешь, какой позор ляжет на наши рода?

Если честно, то не представляю. Ну будут какие-то недоработки в платье, и что? Это же на один раз. Или я действительно чего-то не понимаю? У этого ателье вековая репутация. Ну не разойдётся же платье по швам. Вот только высказывать всё это бесполезно, поэтому утвердительно киваю.

— Понимаю.

— Я рада. Тогда постарайся до завтрашнего вечера помириться с ней.

— Сделаю всё возможное, вот только мне понадобится для этого ваша помощь.

— Моя? И чем же я могу помочь?

Воспоминания об этом разговоре вновь вызвали у меня улыбку. В особенности её удивлённое лицо, когда озвучил просьбу. В этот момент замечаю, как Алёна чуть поёжилась, словно ощутила мой взгляд. На часах шесть утра. Мы всей гурьбой двигаемся в сторону Академии. Ребята рядом со мной, девушки, как и вчера, выражают свою солидарность Алёне. Хотя Катя порой отстаёт и одними губами произносит один и тот же вопрос: «Когда?».

— Может, надо было дома поесть? — зевая, спросил Виталик, который вчера стойко выдержал весь поход в ателье. Вероятно, на него так повлияло разрешение сегодня взять мотоцикл. Обычно он допоздна где-то пропадает.

— Ты моей смерти желаешь? Я в одиночку такую ораву не прокормлю, — возмутился Магомед.

— Ой, да ладно тебе прибедняться. С ужином же справляешься, — отмахнулся Виталик.

— Ужин — другое дело. Там дольше подготавливать и ждать. С завтраком всё сложнее. Там за всем внимательно следить надо. Ну и нарезать много.

— Ты же умеешь делать пиццу. На завтрак её будет достаточно, — поддержал разговор Артур.

— Умный, да? Вот ты какую любишь? Они какую любят? Там нюансов тьма. К тому же её, — друг кивнул в сторону Марины, которая в этот момент повернулась и подозрительно нас оглядела, — одной не накормишь. Я люблю готовить, но становиться комбайном по производству одного и того же не хочу. Это неинтересно. Кулинария — это творческий процесс. Как говорит господин Игнатий: рутина убивает творчество.

— Ладно, ладно. Так и скажи, что тебе лень, — отмахнулся Виталик.

— Виталь, ты не прав, — решил вмешаться в разговор. Судя по прищуренному взгляду Магомеда, до очередного скандала недалеко.

— В чём именно? — возмутился парень.

— Просто представь, если вместо мотоцикла тебя посадить на велосипед и не давать ездить на чём-либо другом. Например, пока ты не проедешь на нём тысячу километров. Тогда как все остальные рассекают, к примеру, на «Харлеях».

— Хм. Я, конечно, люблю велосипеды, но представленная картина не привлекает, — он аж поёжился, представив, как все ездят на нормальной технике, а он на велосипеде. — Был не прав, — неохотно признал.

В столовой, как обычно, сидели все вместе. Алёна всем видом демонстрировала свою обиду, я же старался делать вид, будто не обращаю на это внимание. При этом внутри всего корёжит. Однако решил идти до конца. Если она обиделась из-за такого незначительного повода, то что будет дальше? В одной из книжек, которую читал на досуге, нечто подобное называют манипуляцией и поиском грани дозволенного. Если такой способ манипуляции сработает раз, то сохранится как шаблон и будет многократно повторяться в наших отношениях.

— Кстати, смотрели, какая первая пара? — чуть возбуждённо спросил Виталик.

— Угу, бофаника, — с полным ртом ответила Марина.

— Похоже, кое-кому надо заново посетить занятия по этикету, — Алёна с улыбкой взглянула на Марину. Та чуть не подавилась. Активно задвигала челюстями, с трудом проглотила, после чего сделала большой глоток виноградного сока.

— Рыжая, ты чего такое говоришь? Я хорошо знаю этикет и умею себя вести в обществе, — при этом почему-то покосилась на меня.

— Вот расскажет кто-нибудь твоей маме, что одна зелёноволосая малышка говорит с полным ртом. Ох, что будет.

— Вы меня всё равно не сдадите.

— Ну не знаю.

— А иначе я расскажу, как одна рыжая, когда ей было одиннадцать… — договорить она не успела, так как та самая рыжая пододвинула к ней тарелку со сладостями. Марина свои уже съела и, словно Баюн на рыбные котлетки, смотрела на пирожные в чужих тарелках.

— Угощайся. Я уже наелась. Виталик, ты хотел что-то по поводу пары сказать? — постаралась перевести тему. Катя уже начала открывать рот, но отчего-то сдержалась.

— Точно. Думаю, нам надо объединиться и всем вместе расспросить по поводу особых травок, которые могут повлиять на трёхглавого дракона. Вдруг сможем купить их в городе.

— Ты всё планируешь новый «якорь»? — спросил Артур, задержав чашку с кофе возле рта.

— Конечно. Это же традиция.

— Для чего вам её расспрашивать? — удивилась Катя.

— У номерных отрядов есть традиция оставлять «якорь». Кто-то берёт или даёт в долг. Другие дают обещания. Нужно что-то оставить в этом мире. Что-то, ради чего должны вернуться, — объясняя, Виталик начал активно жестикулировать, размахивая вилкой с наколотым на неё жареным беконом. Мы все наблюдали за ним, и в итоге то, что должно было произойти, случилось. Бекон свалился на пол, но друг этого не заметил. Договорив, он засунул пустую вилку в рот. Затем удивлённо вытащил, глянул по сторонам и покосился на сидящую рядом Марину. В его взгляде мы прочитали немой вопрос.

— Чего ты на меня так смотришь? Это не я. Вон он валяется, — сделав вид, будто оскорбилась его подозрением, демонстративно взяла эклер и откусила больше половины. Я не сдержался первым. Прикрывая рот, негромко засмеялся. Затем ко мне присоединилась Катя. Вскоре всю столовую оглушил наш смех.

— Ух, чуть животик не надорвала. Как я рада переводу в Беловодье. У нас в Ямантау всё строже, — утерев выступившие слёзы, она вернулась к прерванной теме. — Что касается «якоря» — всё мне известно. Я не про него. Зачем расспрашивать преподавательницу?

— Чтобы узнать про травы, — не только Виталик не понимает, куда она клонит, поэтому с моим ответом согласились практически все.

— Почему справочником не воспользуетесь? — как само собой разумеющееся спросила Катя.

— Какой справочник? — Артур озвучил вопрос, который, похоже, вертится на языке у всех за этим столом.

— «О пользе и вреде запортальной флоры». За авторством… Хм… Не помню. Да и какая разница? Главное, там есть всё, что вам нужно. За небольшую плату можно получить доступ к его электронной версии. Там уже с новыми дополнениями. Ну или можете купить старую версию, бумажную. Правда, старый справочник написан в середине прошлого века. Там несколько тяжеленных томов. У тёти их видела. Когда была маленькая, — на словах про маленькую посмотрела на Марину. Вероятно, хотела добавить «Как она», но всё же сдержалась. — Стула не хватало, чтобы достать с полки варенье, так я их на него поставила. Ух, как мне тогда влетело. А чуть постарше использовала для сушки гербария. Как тётя тогда кричала. Ей их подарил сам автор. Зато так я узнала об этом справочнике.

— Почему-то так я и подумал. Сомнительно, будто тебя интересуют растения из-за портала. Вот только мне одного не понятно. Хотя нет. У меня два вопроса. Во-первых, почему Алёна с Мариной про него нам ничего не сказали? А во-вторых, почему раньше не сказала?

— Не видела надобности, — просто ответила Алёна.

— А я забыла, — грустно сказала Марина. Вот только непонятно, из-за чего грустит больше: из-за забывчивости или пустой тарелки.

— Ну… — Катя посмотрела на потолок, одновременно накручивая локон на пальчик с нежно-голубым маникюром и изображённым поверх цветочком. — Не скажу. — выдала после долгих секунд ожидания.

— Псих, после того как оплатишь, поищи про птиц рух.

— Ах ты мелкая.

— Договорились, зелёная. Бу-га-га.

— Стас, мне кажется, они что-то задумали. Может, не стоит их домой пускать?

— Это всяким белобрысым там не место, — не смогла промолчать Марина.

— Братик, она и тебя обижает.

— Я не это имела в виду. Стас — он хороший, а ты вредина.

Остаток завтрака мы наблюдали за пикировкой Марины и Кати. К ним изредка присоединялся Виталик, мы же с Алёной лишь перебрасывались взглядами. Она явно ждёт, когда подойду к ней с извинениями, которые всё равно придётся принести, но не сейчас. Вообще, чем дольше думаю о причине её обиды, тем меньше понимаю, на что конкретно обиделась. Из-за того, что не взял с собой? Или не сказал, зачем иду? Разве на это стоит так обижаться? Или, быть может, всё проще и всё дело в предстоящей свадьбе? Я сам неслабо нервничаю по этому поводу. Уверен, Алёна тоже, из-за этого все чувства сильно обострены. По этой причине даже такой пустяк может показаться серьёзной причиной для обиды.

Сразу после завтрака мы пошли на пару по ботанике. Преподавательница, как и в прошлые разы, вначале стеснялась, пока не увлеклась, рассказывая об очередном растении. Сегодняшняя тема оказалась лично для меня неинтересной. Она рассказала о водорослях с трудно выговариваемым научным названием, которые имеют более простое название — «лунный рубин». В дневное время выглядят как самые обычные водоросли, зато примерно за час до того, как «младшая» луна сменит «старшую», они начинают излучать рубиновое свечение. На показанном видео увидели красивую картину, как в ночи водоём стал кроваво-красным. Со слов преподавательницы, им нашли применения в разных областях: от целительства и алхимии до артефакторики и строительства. Последний пункт заинтересовал больше всего. Как оказалось, при добавлении совсем небольшого количества материал приобретает свойства, облегчающие рунопись. Как я понял, уменьшается сопротивляемость материала к начертанию на нём рун, также немного улучшает проходимость энергии. Мне всё это не особо интересно, зато одарённые учащиеся на факультете артефакторики закидали бедную учительницу вопросами.

Следующая пара оказалась гораздо интереснее. Мы спустились на минусовой этаж к Жану. Вот только сегодня ждёт не стрельба, а занятие по картографии и навыкам ориентирования на местности. Оказывается, наличие нательных камер и установленных на машинах нужно не только для фиксации нашей деятельности, но и для составления карт. Всё отснятое передаётся в специальный отдел, который внимательно просматривает весь материал. Нередко так обнаруживают новые виды растений или перспективные места для геологических экспедиций. Но это не самое главное. С помощью этих записей создаются карты новых, ранее неизведанных земель. Ещё лучше, если в отряде есть контрактор на летающем духе, который сможет снять картинку с воздуха.

— Мне на днях сообщили, что разрабатываются беспилотники. Как вам известно, со связью за порталом проблемы, однако их можно запускать в автономном режиме. Отправить летать, к примеру, по спирали или по другой заранее выбранной программе. Затем, когда вернётся, подключить к браслету и всё просмотреть. Думаю, это будет очень удобно, — он на секунд десять задумался, после чего вернулся мыслями к нам и продолжил: — Техника — это, безусловно, хорошо. Вот только для начала вам надо научиться работать по старинке. Я понимаю, что не всем моя наука пригодится, однако никто не знает, что ждёт в будущем. Например, на удалённый форпост могут послать артефакторов в составе небольшого отряда. По дороге на вас нападут, и в живых не останется никого, кто знает маршрут. Зато в рюкзаке найдётся карта. Вы что-то хотите спросить?

— Контрактор Хомяков, — Валера, несмотря на растущее пузо, легко вскочил со своего места. — Господин преподаватель, мы же можем воспользоваться навигацией на браслете. Если указать текущие координаты и направление, то навигатор покажет примерную дорогу или направление.

— Верно, он покажет, но вы кое-что забыли. Эта функция сработает только при достаточном количестве ориентиров, к которым сможет привязаться. Например, скалы, на которые направите камеру, или изгиб реки. То есть места, которые регулярно добавляются в программу. Но что, если вы поедите в мало исследованное место? Контрактор Хомяков, вы же решили служить в «Периметре»?

— Да.

— В отличие от ваших друзей, — тут он мельком глянул на наш отряд, — такое происходит крайне редко, но всё же случается. В таком случае вы должны уметь читать обычные карты. А ещё лучше, если научитесь их составлять. Как раз этим мы займёмся на ближайших занятиях. У вас есть ещё вопросы?

— Вопросов нет, — понуро ответил Валера. Ответ учителя ему явно пришёлся не по душе. Да и стопка листов с карандашами намекают на то, чем предстоит заниматься.

Всё занятие он давал теорию, зато после перерыва нас ждала практика. Мы направились на полигон, на котором предстоит попытаться составить схематичную карту местности. Благо не придётся её изучать ногами. Вид с холма, на котором оказались, открылся замечательный. Мы видели и небольшой лесок, и речку, и другие ориентиры, которые можно обозначить.

— На первом занятии задача простая. Дальше будет сложнее. Где-то придётся искать ориентиры самостоятельно, разделившись на команды. Также вас ждут задания на память: в течение некоторого времени оглядитесь, затем вернётесь в класс, где станете рисовать всё, что запомнили. Это нужно для развития внимательности.

Задача оказалась нелёгкой, но очень интересной. Нужно сопоставить примерно расстояние между объектами, дабы правильно отобразить на листе. Возможно, в специальной программе на браслете это намного проще, вот только когда выполняешь задачу по старинке, с помощью карандаша и листа бумаги, всё запоминается намного проще.

— И зачем нам это надо? — Валера всё никак не может угомониться и вполголоса ворчит, при этом продолжая составлять схематичную карту. — Можно с браслетом покружиться, и он выдаст нормальную трёхмерную карту. Всё уже сделали до нас.

— Затем, что всё надо постигать с самого начала, — весомо сказала староста.

— Ты ещё скажи, будто надо углём в пещерах рисовать. Каменный век какой-то.

— Староста права, — поддержал Артур. — Не известно, как сложится ситуация. Вдруг браслет по какой-то причине перестанет работать.

— Ерунда. Он совершенен, — Валера потряс пухлой рукой с браслетом. Несмотря на постоянные тренировки, их родовая особенность намного сильнее изнуряющих занятий.

— Валер, чуть более года назад я считал автомат совершенным оружием. Как оказалось, ошибался. Старый добрый меч в руках контрактора, да даже одарённого, намного страшнее, — не смог промолчать. Первая демонстрация Жана, на его паре, дала понять слабость стрелкового оружия против того, кто умеет ставить аурную защиту.

— Ну ты сравнил, — уже не так уверенно огрызнулся Хомяков.

— А ты уверен, что там, за порталом, нет таких мест, где браслет перестанет работать? Или представь прогулку по местной тайге, где бывали разве только номерные отряды. Какую карту составит браслет в той местности? Нужно будет искать понятные ориентиры.

— Тайга? — удивился Валера. Да и не он один. Я заметил на себе ещё несколько любопытных взглядов.

— Это ты про давнюю попытку найти пеший маршрут к Хельградскому порталу? — уточнил Морозов.

— Да. Наткнулся в «Вестнике». Интересная статья.

— Не видел. Надо почитать.

— Так тогда браслеты только создали, — Валера привёл свой аргумент, как ему показалось, всё объясняющий. — Будь у них браслет, то он сможет сориентировать по звёздам. С современными браслетами никаких проблем с ориентированием не случилось бы.

— Он во многом прав, — вдруг вмешался Жан. — Браслет заметно облегчает ориентирование, но, как было сказано ранее, ситуации случаются разные. Задача Академии — подготовить вас ко всему. К тому же, всё надо делать постепенно. Прежде чем пользоваться техническими новшествами, научитесь работать по-старому.

— Это какая же ситуация может случиться? Я зачем-то в одиночку попрусь в глухой лес и там, потеряв руку с браслетом, стану выискивать мох на дереве или ориентироваться по звёздам? — негромко сказал Валерий.

— И такое тоже случалось, — голос Жана лязгнул сталью, от чего многие посмотрели на него с удивлением. — За порталом может случиться такое, о чём даже представить не можете. Твоё предположение случалось и не раз. Например, когда выживает только один из отряда, и ему, со множеством ран, без одной руки, пришлось искать путь обратно.

После его слов спорить более не хотелось. Тем более, когда дошло, что он говорил не о гипотетической ситуации, а о когда-то произошедшей. По спине пробежался табун мурашек. В голове сразу замелькали нехорошие картины, которые попытался отогнать, но они раз за разом возвращаются. Подняв глаза от листа бумаги, встречаюсь взглядом с Алёной. В её глазах смог прочитать отголоски своих мыслей.

— Всё будет хорошо, — произношу одними губами.

— Я знаю, — получаю такой же ответ. Она на краткий миг позабыла про обиду, показав истинные чувства. Затем явно вспомнила про неё, чуть покраснела и резко отвернулась, от чего чуть не задела стоящего неподалёку Владислава длинным рыжим хвостом.

В конце пары сдали работу Жану. Тот пообещал сообщить результат к следующему занятию. Когда же направились на выход, преподаватель сделал объявление:

— На субботу не стройте никаких планов. В два часа общий сбор у ворот Академии. Поедем на полигон.

— Господин Жан, нас ждут стрельбы? — с не скрываемым волнением спросил Артур.

— Верно. Вас ждёт знакомство с АГС, РПГ и другими видами оружия.

От услышанного лицо Артура словно засветилось. Он будто услышал, что Кристина не потащит его по магазинам и он сможет спокойно насладиться приятными для его ушей звуками пальбы из автомата и ароматом сгоревшего пороха. Посмотрев по сторонам, увидел подобную реакцию не только у него. Всё же многие тут учатся сражаться: все контракторы и немалая часть одарённых. Большинство одарённых идёт на гражданский специалитет, но те, кто не захочет, могут пойти по военному пути. У различных структур есть свои программы подготовки одарённых, куда набирают в основном местных жителей. Эти курсы выгодны тем, что поступившие обязаны потом пять лет отслужить у них без возможности выкупа контракта. Где лучше, я не знаю. Слышал, там есть кое-какие преимущества по сравнению с обучением в Академии.

— Наконец-то новый выезд на полигон. Иллюзорное оружие хорошо имитирует настоящее, вот только я всё равно чувствую некую фальшь.

— Из-за этих стрельб я пропущу занятие по вождению. Между прочим, езду на багги, — проворчал огорчённый Виталик.

— Что там учиться на этих багги? Всё одно и то же. Зато ты научишься пользоваться серьёзным оружием, которое, возможно, однажды спасёт тебе жизнь, — воодушевлению Артура не было предела. Казалось, от его счастливой физиономии можно обжечься.

— Да чего я тебе говорю. Ты всё равно не поймёшь.

Пара у Эйрика прошла как обычно. Вначале тренировки с иллюзорным наставником, затем бои с однокурсниками. Я опять бился сразу против двоих, причём в обоих пространствах. Рокот с наставником выжимали все соки, причём вначале они оба против меня, потом я с наставником против Рокота. Так они обучают не только защищаться, но и драться в паре. Из-за ограниченности пространства приходилось контролировать каждый шаг и постоянно держать в голове всё пространство. Порой, когда забывался или увлекался, мечами задевал стены, из-за чего сбивался ритм боя. Во время сражения против двоих они пытались вогнать меня в состояние транса, когда мозг полностью отключается и ты полностью ритму боя. Мечи скользят в считанных миллиметрах или краешком по защите. Каждую атаку, от которой не получалось увернуться, экономными движениями парирую. Разница между нами колоссальная, в особенности в вопросах энергии. Чтоб продержаться всё отведённое время, приходится её экономить.

Когда же эта тренировка заканчивается, если способен стоять на ногах, начинаются бои сразу против двоих однокурсников. По причине разницы в рангах Эйрик не ставит против меня кого-то одного. Стоит ли говорить, каким я выхожу после занятия. Благо энергия быстро возвращается, в особенности после плотного обеда. Вечернее занятие на тринадцатом этаже тоже ничем особенным не отличалось. Вначале теория от Барса, на которой он заострил внимание на «Ищущих силу» или, как их ещё называют, «Храмовниках». Рокот мне о них вкратце рассказывал, зато теперь удалось узнать больше подробностей.

За порталом есть некий древний объект, который существует многие тысячелетия. О нём есть упоминания даже на древних шумерских табличках. Это одно из самых древних упоминаний о храме. С его представителями встречались египтяне, римляне, византийцы, персы и индейцы. В различных текстах и легендах, дошедших до наших времён, есть упоминания о разных гуманоидах, не являющихся людьми. Поверх доспехов те носят чёрные плащи с нарисованными на них старинными весами. Эти весы символизируют силу. Храмовник и выбранный им противник как бы кладут свои силы на чаши весов. Это переплетается с кодексом, по которому они живут. Согласно ему, если встретят кого-то со своей стихией, но их противник окажется слабей, то храмовник станет применять равные по силе техники. Он станет драться на одном уровне, даже если будет проигрывать.

— В теории любой из вас может победить храмовника моего ранга или даже равного по силе ректору. Вот только не стоит забывать про опыт.

Стать «Ищущим силу» может кто угодно. Нужно только пройти некое испытание. Сведений об испытании от пленных получить не удалось, однако известно, что выживают не многие. Место, где расположен храм, до сих пор не известно. Один раз ОЗГ отправило совместную экспедицию, которая успехом не увенчалась. В тот раз каждая страна, входящая в организацию, отправила по одному сильному отряду контракторов. Сила вышла немалая. Увы, предполагаемое направление поисков, помимо множества опасностей, тайны о храмовниках так и не раскрыло.

— Храмовники дали нам главное знание — там, за порталом, большое разнообразие рас. Из этого следует наличие неизвестного количества порталов в другие миры. Причём миры, где живут такие же, как мы, контракторы. Ведь в храм могут прийти только те, кто заключил контракт с духом и встал на путь поиска силы. Спрашивай.

— Как же тогда они уживаются? Там ведь не могут находиться всего по одному контрактору каждой стихии.

— Стас задал правильный вопрос. При встрече с храмовником, вместо смертельного сражения, каждый может изъявить желание стать одним из них. Тогда «Ищущий силу» обязан сопроводить возможного неофита в храм для проведения испытания. Каждый прошедший становится их новым братом, против которого запрещено поднимать оружие, кроме тренировочных боёв.

— Братом? Туда только мальчиков принимают? — спросила Марина.

— Нет. Там и девушки есть. Те, кто разговаривали с пленными, перевели слово как «брат». На самом деле оно общее для каждого пола. Если точнее — родственник, идущий одним путём.

Барс, который вновь освежил знания по этой теме, старательно отвечал на наши вопросы до конца теоретического занятия. Затем наступила практика, на которой мы схлестнулись с большим семейством зелёнобурых кабанов. Причём мы появились в центре их территории. Эти милые хрюшки все обладают силой света и на нейтральной земле практически не нападают, если только для самообороны. К тому же на нейтральной территории их можно встретить редко, обычно во время миграции, когда семейство ищет новую землю для проживания. С помощью своей силы они способствуют росту растений, за счёт чего обеспечивают себя пищей. При этом землю, которую считают своей, очень бдительно охраняют. Не повезёт тому, кто приблизится к ней. Мы же сейчас в самом центре.

С диким визгом со всех сторон на нас несутся крупные кабаны. Взрослые особи почти с меня ростом. Бой у нас выдался сложным. Сила света постоянно оказывала воздействие. Тело с каждой секундой боя становилось всё тяжелее. Марина пыталась помочь, однако ей ещё не хватает опыта. Она носилась между нами, параллельно уворачиваясь от проносящихся кабанов.

— Что-то я начинаю побаиваться целителей, — задумчиво произнёс Виталик, косясь на Марину.

— Мы такие, — устало кивнула наша целительница.

— И это ещё не самые сильные, — холодно сказала Алёна. Она тоже очень устала. Прядь мокрых волос прилипла к щеке. Отвернувшись, спешно поправила причёску. Её странная привычка завязывать волосы в хвост, при этом две пряди оставлять свисать на виски, до сих пор удивляет.

— Всему виной ваша слабость, — сказал Барс. Опираясь на костыль, он поднялся на ноги. Игорь не стал подходить к нам, вместо этого остался ждать возле выхода. — Но вы всё равно молодцы. Заметил, их сила под конец стала слабее на вас действовать. Догадались, как ослабить, или духи помогли?

— И то и другое. Я стал много тратить стихийной энергии, из-за чего кот начал увеличивать поток. Заметил, если прогнать её быстро по телу, то их воздействие слабеет.

— А на меня их сила вообще не действовала, — довольно сказала Марина. Подбоченившись, она с гордостью посмотрела на нас.

— Ошибочное утверждение. Просто на тебя её требуется больше. Плюс твоя сила, постоянно циркулируя по каналам, нейтрализует все негативные эффекты.

— Ага. Я крута. Ой, рыжая, ща я тебя тоже по носу чпунькну.

— Не дотянешься.

— Ах ты. Да я тебя сейчас. Хм. Нет, лучше не сейчас, — на Маринином личике появилась коварная улыбка.

— Мне дух помог, — ответил Артур на заданный Барсом вопрос. Он, мечтающий о завтрашней поездке, не обратил внимания на небольшую перепалку.

— Тоже хорошо. Учитесь к ним прислушиваться. Они намного опытнее вас, поэтому лучше знают, что надо делать в той или иной ситуации, — он глянул на браслет, после чего сказал: — Можете быть свободны. Хорошо отдохните, потому как в воскресенье вас ждёт очень сложный урок, который, возможно, повлияет на всю вашу жизнь.

— А поподробнее? — спросил у него.

— Узнаете в воскресенье.

— Барс, мы же теперь изведёмся, пока не узнаем, — насторожено сказал Артур. Виталик в этот момент укоризненно посмотрел на него. Его взгляд мечется между браслетом, мной и выходом. Похоже, другу не терпится побежать в гараж за мотоциклом.

— Считайте это тоже уроком, — он развернулся и похромал к выходу. — Всё, пойдёмте уже.

— Во-во. Пойдёмте, — поддержал его Виталик.

— А ты куда так спешишь? — удивился Артур. — Разве с нами не идёшь?

— Нафиг-нафиг. У меня есть занятие поинтересней.

Внизу, возле ворот Академии, он быстро со всеми попрощался и рванул со всех ног к усадьбе. Его сопровождали удивлённые взгляды.

— Что это с ним? — задал общий вопрос Артур.

Я огляделся и, не заметив девушек, в особенности Алёну, пояснил:

— В гараж побежал.

— Разрешил взять «огонька»? — Артур сразу всё понял.

— Пообещал быть осторожным.

— Эх. Красивый был мотоцикл. Жаль его.

— Буду надеяться, слово сдержит.

— Ну-ну. Надейся. Хотя, если повезёт Ярославу…

— То будет как тогда с Фалькатусом, — закончил за Артура Магомед.

Девушки переоделись в числящихся за нами комнатах общежития, после чего всей гурьбой пошли в сторону ателье. Вот только ближе к Торговой улице наш маршрут изменился.

— Почему мы так пошли? — спросила Кристина. — Вчера шли вон там. Мне кажется, так дольше.

— Мама зачем-то попросила встретиться напротив театра.

Артур незаметно кинул на меня вопросительный взгляд. Улыбнувшись, киваю ему. Алёна в этот момент обернулась и, заметив улыбку, недовольно поджала губы. Вероятно, подумала, будто улыбаюсь над ней. Она чуть ускорила шаг, спиной демонстрируя своё недовольство. Кристина была вынуждена отпустить руку Артура и пойти рядом с ней, чтобы продолжить щебетать о разных нарядах. Марина, показав мне язык, догнала их. И только Катя продолжает ковыряться в браслете, не глядя на всех. Мы же идём сзади и любуемся прекрасным видом.

Благодаря куполу осень, как обычно, тёплая. По этой причине девушки оделись весьма легко. Кристина с Мариной в лёгких то ли платьях, то ли сарафанчиках: разница для меня не ясна. Алёна в бежевой юбке чуть выше колен, красной блузке с короткими рукавами и туфельках на маленьком каблуке. Волосы предпочла не стягивать в хвост, из-за чего они раскинулись ало-рыжим водопадом по спине.

— Слушай, у меня к тебе предложение, — шёпотом сказал Артур.

— Какое? — не отрывая взгляда от ножек любимой, так же шёпотом спросил.

— Может, сгоняем на следующей неделе в бар? Глотнём пенного?

— Хм. Если честно, не любитель.

— Да брось. Так, по стаканчику пропустим. Благодаря стихии нам от этого ничего не будет. Тем более, ты же не планируешь зажать мальчишник?

— Мальчишник? Я о нём даже не задумывался. Слышал про него, но даже не представляю, что нужно делать.

— Не переживай. Можешь доверить это мне, — он весело хлопнул меня по спине, после чего погрузился в размышления, регулярно поглядывая в браслет.

Торговая улица не меняется и, по сложившейся традиции, оказалась многолюдна. Складывается впечатление, будто люди не уходят отсюда круглые сутки. Даже любопытно, что тут творится ночью. Мимо прошествовала семья с тремя разновозрастными детьми. Затем пришлось пропустить целую толпу школьников, о чём-то весело гомонящих. Пожилая женщина с мини-шпицем, похожим на игрушечного медведя, недовольно поджала губы и, подхватив разошедшуюся в лае собаку, отошла в сторону, дабы школьники ушли подальше.

Эта улица является центром притяжения для всего города, чем пользуются уличные артисты и художники. Справа, возле прохода на соседнюю улочку, стоят местные знаменитости: два комика, шутящие на грани фола. В данный момент один из них показывает средний палец тем, кто решил их снимать. Чуть дальше художник рисует женщине, на вид лет тридцати, шарж. Рядом с ним выставлены десяток забавных картин, на одной из которых, к всеобщему удивлению, узнал Виталика.

— Это же точно Псих, — утвердительно сказал Магомед, вглядывающийся в шарж.

— Может, кто-то похожий? — произношу, задумчиво рассматривая.

— Сто процентов он, — не согласился друг. — Такое же глупое лицо.

— Вас заинтересовала эта картина? — спросил художник, оторвавшись от рисования.

— Да. Вот эта.

— Хм. Буду рад её продать. Тот, с кого рисовал, даже не заплатил. Он был с красивой девушкой. Когда почти закончил, она его схватила за руку и со словами, что уже опаздывают, утащила в сторону театра. Он обещал заплатить позже, но так и не пришёл.

— Я вас понял. Хочу купить её.

— Тогда подождите ещё минут пять. Закончу и с радостью вам её продам.

— Благодарю. Друзья, идите, я вас позже догоню.

ЦХТБ — центральный художественный театр Беловодья. Этот театр известен не только своими постановками, но и реалистичными сценами сражений. Среди актёров есть одарённые, и, по рассказам, иногда приглашают на некоторые роли контракторов. В штате у них есть целители, так как для реалистичности актёры нередко пускают друг другу кровь. Этот театр — воплощение крылатого выражения из 10-й сатиры древнеримского поэта-сатирика Ювенала, которая звучит как: «Хлеба и зрелищ». Причём не просто зрелищ, а кровавых. Для «двенадцати подвигов Геракла» вольники за порталом поймали настоящего льва, а лернейскую гидру играл дух приглашённого контрактора. Закрытые города не прислушиваются к Гринпису, а всех защитников животных с радостью помножат на ноль, так как тут живут те, кто защищает человечество, а врагами являются различные животные. В этих городах до сих пор царят древние обычаи, которые частично смешались с современной культурой.

— Странно. В прошлый раз тут гуляли актёры, — обвёл взглядом площадь перед театром.

— Возможно, сейчас идёт спектакль, — предположил Артур. Алёна мои слова оставила без ответа.

Широкая, покрытая брусчаткой площадь. Она создаёт полукруглое пространство перед лестницей театра. Напротив лестницы, примыкая к трёхэтажному зданию, расположенному в противоположной части улицы, отделённая клумбами с цветами стоит широкая белоснежная беседка, установленная здесь несколько лет назад ко дню Святого Валентина. Из-за популярности убирать не стали. Возле неё замечаю небольшую группу людей, в том числе маму Алёны. Там же замечаю моих братьев: Алексея и Павла. При нашем приближении Алексей достал из-за спины скрипку и заиграл красивую мелодию. Торжественная, но не бравурная, а плавная. Паша повернулся и взял с бортика беседки букет красных роз. Алёна, уверенно идущая навстречу к маме, вначале сбавила шаг, затем замерла. На её лице читается растерянность. Она неуверенно повернула голову ко мне.

— Прекрасная незнакомка, не соблаговолите взять меня за руку? — подхожу к ней и выставляю локоть. Она, не понимая происходящего, без слов обхватывает руку.

— Стас, что происходит? — обеспокоено зашептала, забывая про обиду.

— Сюрприз, — отвечаю, не скрывая довольной улыбки. Всё же денёк обиды того стоил.

— Ничего себе. Это так романтично, — защебетала Кристина. Она уже повисла на плече Артура. — Зай, а почему мы тут ни разу не были? — что ответил Артур, не услышал. Да и не прислушивался. Всё моё внимание сосредоточилось на вдруг ставшей робкой Алёне и пришедших людях.

Они расступились, пропуская нас внутрь. Приветственно киваю Вяземскому, затем подмигиваю нарядной Ане, которая сегодня с трудом выкроила время. На лице Алёниной мамы играет загадочная улыбка. Пашка ехидно скалится, но лишь тогда, когда отворачивается от стоящей рядом девушки. Она чуть выше ростом, с широкими плечами, при этом крепость тела не затмевает шарма и обаяния. Тут же заметил одну из сестёр, ту, которая самая бойкая на язык и не побоялась шутить над бабушкой. У Вали в руках небольшая корзинка с цветами. С краю замечаю Барса, который, облокотившись о стену дома, что-то выслушивает от Василисы Светловой. Её появление для меня оказалось неожиданностью, ибо даже Марина на всё смотрит с широко раскрытыми глазами. Её любопытное личико так и излучает вопрос: «Какого енота тут происходит?»

— Давай, Котяра! — выкрикнул Артур. На него тут же зашикали. Кристина, понявшая, что он всё знает, пытается выяснить подробности.

— Кхе-кхе, — в горле вдруг пересохло. В голове возник предательский вопрос: «Зачем мне всё это нужно? Ведь всё уже обговорено!» Решительно задвигаю эти мысли в сторону. Осознаю, что музыка стихла и все смотрят на меня. — Алён, наша первая встреча произошла в Москве. В тот день ты спасла меня, — прерываюсь, так как из моего плеча вылез кот. Он с деловым видом осмотрелся, после чего внимательно посмотрел на Алёну. Мы стоим лицом друг к другу, держась за руки. — С того дня ты навсегда отпечаталась в моём сердце. После произошло ещё много событий. Мы узнали друг друга получше, от чего мои чувства только укрепились. Я понял, что люблю тебя.

— И я тебя, — еле слышно ответила любимая.

— Но два события повлияли сильнее всех.

— Два?

— Когда мы чуть не погибли во время эффекта «удлинённого пути», решил, что ради нас буду биться до конца, не жалея жизни, ибо без тебя она мне не мила.

— А второе с волком? — тихонько спросила она. Вижу, как по щекам текут две слезинки.

— Да. В тот раз понял, какая ты у меня ещё глупенькая и то, что я очень боюсь тебя потерять. Поэтому, хоть за нас уже всё решили, я хочу предложить ещё раз, — рука тянется в карман, одновременно опускаюсь на одно колено. — Любимая, выходи за меня замуж. — взгляды всех скрестились на Алёне. Краем глаза вижу незнакомые лица. Вероятно, прохожие решили посмотреть на происходящее. Алёна замерла, переводя взгляд с меня на кольцо, лежащее в коробочке, и обратно. Из коробочки на неё смотрит выгравированный на золотом кольце феникс с двумя рубинами в глазах.

— Я… — ручейки слёз усилились. — Я… Я СОГЛАСНА! — вдруг выкрикнула она. Надеваю кольцо на безымянный палец и встаю. Сжимаю её в объятиях. Скрипка вновь заиграла. Раздаются крики присутствующих. — И ничего я не дура. Сам ты, — тихонько прошептала на ухо Алёна.

Через минут пятнадцать, когда все слова были сказаны, а цветы вручены, мы наконец направились в сторону ателье. К сожалению, времени посидеть где-либо сейчас нет. Чуть увеличившейся компанией мы шумно идём между кафе и магазинов. С нами решили пойти Валя и Паша с невестой. В какой-то момент чувствую, как кто-то дёргает за китель. Поворачиваюсь и вижу Марину. В её глазах заметно волнение.

— Мне можешь дриаду не гравировать. Мне дерево больше нравится, — решительно сказала, смотря в глаза.

— Дерево? Ты о чём?

— Вот же ты глупенький. О кольце, конечно.

Глава 6

— Подъём! Ой. Стас, это же фу, фу, фу! Хоть бы простынкой накрылся, — раскрасневшаяся Катя, которая бесцеремонно ворвалась в мою спальню, выбежала в коридор. Теперь только её моська, прикрытая ладошкой, торчит в проходе. — Ты уже накрылся?

— Белобрысая, ты чего раскричалась? — сонно спросила Марина. Судя по звуку, она только вышла из комнаты.

— Нам сегодня в клуб, а он всё ещё дрыхнет.

— Я её точно прибью, — услышал недовольный голос Алёны. Она, оттолкнув Катю с прохода, вошла в комнату и прошествовала к кровати. Я уже накинул на себя простынку, которую ночью скинул на пол.

— Эй! Ты куда забралась?! А ну брысь от него! — ворвавшаяся следом Марина раскричалась, когда заметила, как Алёна ложится рядом со мной. Все девушки уже одеты в форму Академии.

— И не подумаю, потому что у меня есть вот это, — она приподняла руку, демонстрируя кольцо.

— Ну! Это нечестно. И вообще, — не договорив, Марина скинула туфли и с места прыгнула на кровать.

— Ах вот ты как? Тогда получай, — подушка из-под моей головы уже в руках Алёны.

— Эй, вы чего тут устроили? — наконец придя в себя, попытался угомонить девушек, устроивших битву подушками, из-за чего получил сразу двумя. — Да ну вас.

Не стесняясь встаю, подхожу к сложенным на стуле вещам. Алёна с Мариной закрыли лица подушками. Катя опять прикрывает глаза ладошкой. Лично мне всё равно, ибо очень хочу спать, а также всё тело ломит от усталости. Вчера, после ателье, когда вернулись домой, вначале поужинали, немного пообщались, после чего разошлись. Все по комнатам, я же направился в гараж. Катина идея о превращении его в помещение для тренировок мне понравилась, вот только средств на это пока нет. Для занятий мы используем правую часть гаража. Машина и мотоцикл стоят в левой. Именно там я пробыл до двух часов ночи. Лучше, конечно, на улице, но там не спрятаться от взглядов прохожих, а свет исходящей от меня энергии в КРС очень яркий. Я почти каждый вечер трачу на это время, так как только пропуская большой объём стихии молнии смогу стать сильнее.

— Вы чего там расшумелись? — поинтересовался Артур, когда через пятнадцать минут спустился вниз.

— Кошки, — даю односложный ответ.

— Мяу? — вопросительно мяукнул Баюн, сидящий на диване. Котяра сидит на спинке дивана и нагло смотрит на иллюзорный экран вместе с Артуром. Проходя мимо, тоже заглянул.

— Что, котяра, хочешь сходить? — проведя рукой по его голове, вместе с ним полюбовался на картинки различных блюд.

— Ты бы видел его реакцию на предыдущее заведение. Когда листал меню, он столько презрения высказал. Похоже, его не только в Академии подкармливают.

— Мяу, — кот махнул лапкой, как бы говоря: «Не твоё дело, где я питаюсь, лысая обезьяна».

— Стас, положи этому привереде еду, — попросил вышедший с кухни Мага. Судя по запахам, завтракать будем дома.

— Опять отказывается? — Баюн до сих пор отказывается брать еду от кого-либо другого, кроме меня. Если быть точным, то почти ни от кого. Алёне он сделал исключение и милостиво дозволяет кормить.

— Похоже, ты для него глава прайда, — предположил Артур. В этот момент выглянул мой дух и протяжно зашипел. — Да, да. Ты старше в этом кошачьем семействе. — Кот гордо мявкнул и пристально осмотрел всех на предмет сомнений в его старшинстве.

— Он старший по обжорству, — раздался ответ Алёны от двери, ведущей в гараж. — Кстати, Виталик всё ещё не появился. — Её недовольный взгляд устремился на меня.

— Может, переночевал у Ярославы, — попытался заступиться за друга.

— Ну-ну, — почувствовавшая себя в доме хозяйкой, Алёна ревностно относится к нашему имуществу. Когда вечером заглянула в гараж, чтобы узнать, как долго собираюсь там сидеть, заметила отсутствие мотоцикла. Почти десять минут выносила мне мозг и читала нотации о бережном отношении к нашему имуществу. Она настаивала, что это семейный актив, который, если возникнут сложности, можно продать. Мои доводы про подарки она игнорировала, из-за чего в итоге я просто начал тренироваться сразу двум вещам: зарядке кристалла очищенной стихийной энергией и пропускать мимо ушей долгие нотации.

Виталик дома так и не объявился. Когда шли к Академии, посещали мысли позвонить ему и спросить, всё ли в порядке, но почему-то казалось, будто такой звонок покажет моё недоверие. Казалось, он посчитает его за лицемерное внимание, тогда как на самом деле переживаю за мотоцикл. В действительности переживал и за друга, и за технику. Мои терзания прервал звонок. Заметив, как я встал и смотрю на браслет, друзья тоже остановились.

— Виталик? — спросил Артур.

— Наверняка сейчас будет рассказывать невероятную историю. Эх. А я говорила, — вновь укорило моё рыжее чудо.

— Вообще-то это не он. Номер незнакомый, — отчего-то медлю и не отвечаю. Наверное, потому как боюсь услышать плохие новости. Мои мысли озвучила Алёна.

— Может, он в больнице без сознания? Ответь уже.

— Ладно, — мысленно подтверждаю принятие звонка. Общаться решил вслух, дабы все слышали. — Слушаю.

— Здравствуйте, Станислав, — раздался негромкий вкрадчивый голос. — Вам удобно сейчас говорить?

— Здравствуйте. Вполне возможно. Зависит от того, с кем разговариваю, — решил намекнуть, что желательно представиться.

— Прошу прощения. Диакон Анатолий. Я звоню по просьбе отца Георгия.

— Чьего отца? — не понял его.

— Такова у нас форма обращения.

— Похоже, я догадываюсь, кто вы. Чего же хотят от меня паладины? — услышав, с кем говорю, Алёнины глаза в удивлении округлились.

— Ничего экстраординарного. С вами желает переговорить отец Георгий. Он выражает надежду, что вы сможете сегодня вечером посетить храм святого Георгия Победоносца. Где-то ближе к половине седьмого или, если получится, к шести. Вы как раз успеете пообедать после полигона.

— Я… принимаю ваше приглашение, — отказываться, когда приглашает человек, близко знакомый с князем, к тому же возглавляющий всех паладинов, проживающих в Беловодье, будет неразумно. К тому же стало очень интересно, зачем я им понадобился.

— Рад, что вы не отказали в столь малой просьбе. До скорой встречи, Станислав.

— До свидания.

Попрощавшись, с минуту смотрю на браслет. Этот звонок почему-то вызывает в душе тревогу. Они явно за мной приглядывают. Или не за мной, а за всей Академией. Выбор времени звонка, знание о поездке на полигон. Допустим, про полигон они узнали, связавшись с Академией. В принципе, первый пункт тоже не так однозначен. Зная про подарок князя и выбранные мной клубы, могли предположить время, во сколько пойду в Академию. Но что, если это результат слежки? Или это паранойя, и я зря себя накручиваю? Всё же не велика птица, чтобы за мной следила столь могущественная организация.

— Стас, чего они хотели? — обеспокоенно спросила Алёна.

— Встречи. Некто диакон Анатолий передал приглашение на встречу.

— Анатолий? — Алёна на миг задумалась. — Если не ошибаюсь, он секретарь протоиерея Георгия. Стас, может, не пойдёшь?

— Не могу. Я дал согласие. Да и чего мне бояться?

— Тогда я с тобой пойду, — не унималась Алёна.

— Чего ты так переживаешь? — удивился проявленным эмоциям.

— Ты всё ещё плохо знаешь наш мир и можешь согласиться или дать слово там, где не надо. Посчитаешь предложение незначительным, не понимая реальных последствий.

— В чём согласиться? У меня сейчас ничего нет. В роду пока один. Сила невелика. Что они могут у меня попросить? Моё влияние также очень мало.

— Например, могут предложить венчание в их храме. Ты согласишься?

— Хм. Не вижу смысла, но если это улучшит отношения с паладинами, то почему бы не согласиться? Это нас ни к чему не обязывает.

— Ошибаешься, — как-то печально произнесла Алёна.

— Почему? Можешь объяснить?

— Могу, но не стану. Лучше позвони Гремяцким. Они тебе всё подробно объяснят.

Стоящая неподалёку Катя с серьёзным видом кивнула и указала пальцем на браслет. Похоже, от неё тоже объяснений не получу.

— Не скажу, — сказала Марина, стоило посмотреть на неё. — Я в политике мало чего понимаю. Могу маму попросить всё объяснить.

— Не стоит, — задумчиво отвечаю. Сам в этот момент продумываю варианты, с кем бы переговорить. Самый простой вариант — позвонить дяде, но я не уверен в его полной осведомлённости. Затем подумал про деда и уже потянулся к браслету, но в последний момент вспомнил про клуб фехтования. У меня же будет занятие с Рокотом. Кто как не он лучше всего знает о местной политике и то, к чему может привести неосторожный разговор с паладинами. — До вечера успею переговорить. Пойдём, а то опоздаем.

Несмотря на то, что не у всех из компании сейчас клубы, дома они не остались. По мимо меня, Алёны и Кати в клуб идёт ещё и Марина, но не в наш, а на занятие по целительству. Остальные забронировали тренировочные комнаты, в которых собираются проторчать до выезда на полигон.

— Здесь его тоже нет, — ловлю недовольный взгляд Алёны и, тяжело вздохнув, набираю его номер. Про тренировки он ничего не говорил, вот только тревога всё усиливается.

— Алё, — раздался его сонный голос.

— Ты спишь, что ли? — задал глупый вопрос, так как по голосу всё и так понятно.

— Стас, это ты? Чего в такую рань звонишь?

— Просто мы все переживаем. От тебя ни слуху ни духу.

— Мы легли всего три часа назад, — по тому, как он говорит, создаётся впечатление, будто отрубится прям во время разговора.

— Понятно. Рад, что всё в порядке. Отдыхай и смотри не опоздай на сборы.

— Не опоздаю. Я туда вместе с Ярославой приеду, так что у ворот меня не ждите, — на этом он прервал разговор. На заднем плане послышался недовольный сонный женский голос.

— Спит, — озвучил для всех. Хотя они и так уже поняли.

— Ну и фиг с ним, — сказала Марина. — Пойду на занятие. Мама обещала сегодня нечто особенное. Хи-хи. К нам подопытный придёт, будем ногу ему восстанавливать.

— Порой я её побаиваюсь, — почёсывая затылок, сказал Артур. Его взгляд устремлён на убегающую Марину.

Когда пришли в клуб, там во всю уже шла разминка. Напротив трёх первокурсниц стоит Лёня, следящий за их упражнениями на растяжку. Чуть в стороне зло сопит его девушка. На её лице читается целая гамма чувств: от ревности до обожания, но при этом ни разу не выплёскивала ревность в спаррингах.

— Физкульт привет! — крикнул, подняв кулак вверх.

— Здоров, Котяра, — поздоровался Лёня.

— Приветики! — помахала миленькая первокурсница.

— Припёрся? — без злобы проворчал Огнев.

— Здоров.

— Сэмпай!

— Ты опять за своё? — Леонид резко повернулся к вскочившей и согнувшейся в поклоне девушке. — Я отформатирую твой браслет.

— Сэнсэй, это нельзя делать. На нём бесценное хранилище величайших знаний, — девушка схватилась за браслет и прижала руку с ним к груди.

— Какие знания? Там терабайты аниме.

— Ага, — она активно закивала головой. — Там столько всего ещё не изучено. Давай лучше сегодня вместе посмотрим «Как сложно любить отаку». Оно такое…

— Нет! Мне мои мозги ещё дороги. Стас, если твоя девушка начнёт смотреть аниме и говорить «ня», то беги.

— Да ладно тебе. Не утрируй.

— Ты просто не понимаешь, — он подошёл ближе и заговорил зловещим шёпотом. — Комната вся в милых мягких игрушках. Еда сплошь азиатская. Единственная радость была, когда она смотрела про какого-то Сому, но когда закончила, всё началось снова, а я, между прочим, борщ и котлетки с пюре люблю, а не рамен и ролы. Постоянно играет психоделическая музыка из её мультиков. Стас, если заметишь хоть один такой признак — беги. Спасайся, пока тебя не начали называть владыкой демонов или тёмным властелином. Ай. Подкравшаяся со спины Яна ударила деревянным мечом по голове.

— Боккэн справедливости покарает тебя! Сэмпай, не слушай его. Просто сенсей глупенький и не понимает своего счастья.

Она отвела его в сторону, мы же направились в раздевалку и постарались поскорее выбросить всё сказанное из головы. Хотя задумчивый взгляд Алёны мне не понравился.

— И так, приступаем к тренировке. Всем встать на круги, — скомандовал Леонид. Так как сегодня в клубе, то руководит тренировкой он.

Как только каждый занял своё место, вокруг начали появляться иллюзорные серо-стальные стены. Их цвет вначале одинаковый. Наставник во время тренировки может выбрать свои настройки. Когда начал материализовываться наставник, я закрутил головой в поисках Рокота.

— Здравствуй, ученик. Хранителя можешь не искать, его сегодня не будет.

— Здравствуйте, наставник. Вы не знаете почему? — отсутствие Рокота немного расстроило, так как планировал расспросить по поводу паладинов и местных нюансов.

— Нет. Он мне не сказал. Но можешь не надеяться, что это занятие пройдёт легче предыдущих, так как сегодня предстоит драться только одним мечом.

— Одним? — удивлённо переспрашиваю. Я так привык использовать два, что даже растерялся. Что мне тогда делать второй рукой во время боя?

— Верно. Представь, будто второй меч у тебя выбили или он сломался. Беда обоеруких бойцов в том, что в подобной ситуации малоопытный может растеряться или по привычке махнуть пустой рукой.

Начало боя меня шокировало. Я банально не знал, что делать с пустой рукой. Согнув в локте, спрятал левую за спину, но чем быстрее темп и больше автоматизма, тем чаще совершал ошибки. Вместо уклонения попытался парировать пустой рукой. Кисть проделала манипуляции, будто держу меч обратным хватом. Благо держу защиту, и наставник не стал травмировать, вкладывая больше сил в удар. При этом после удара защита почти слетела, так как по привычке держу слабую.

— Не надейся только на оружие. Обладающий большей силой просто снесёт тебя, несмотря на защиту мечом. А уж против зверей тем более не стоит такое применять. Учитывай законы физики, а именно массу противника. Тому же дракону достаточно просто махнуть хвостом, чтобы снести тебя, даже если будешь обладать более высоким рангом.

В этом спарринге вновь почувствовал себя новичком. Как на первых занятиях с Рокотом, когда вначале дал попробовать драться двумя мечами, а после запретил. Не помню сколько месяцев тогда держал меч только в одной руке. Оказалось, тот опыт уже выветрился. Многие спарринги, проведённые после, выбили эту науку, и мне вновь приходится её вспоминать. Точнее, перестраиваться телу. От постоянных ошибок в теле начала подниматься злость, из-за которой, когда в очередной раз попытался ударить пустой рукой, из неё вырвалась молния. Поток стихии, примерно в два пальца толщиной. Он мгновенно достиг наставника и врезался в его защиту. Такие штуки я делал раньше только с мечом, сейчас же смог без него. Бой прекратился. Я стою и не понимаю, как это сделал. Наставник замер напротив и довольно улыбается.

— Как ощущения? — спросил он.

— Как я это сделал? Да ещё без направляющей в виде меча?

— Выпустил голую силу из руки. С помощью контроля собрал воедино и задал направление.

— Контроля? Но я ничего не делал.

— За тебя это сделала злость. Ты пока слаб и не можешь на хорошем уровне чувствовать внешнюю энергию. Однако сильные эмоции всё сделали за тебя. Потому как чувства идут не отсюда, — он постучал себя по голове, — а отсюда. — Его рука легла на солнечное сплетение.

— Не понимаю.

— Все новички пытаются почувствовать внешнюю энергию разумом. Вы пытаетесь понять, сопоставить с законами физики. Ученик, вспомни занятия по медитации, когда вы только начали постигать внутреннюю энергию. Разве вы её ощутили разумом?

— Разве не им? Мы долго медитировали. Затем пытались прочувствовать энергию внутри тела, — я вспомнил занятия на первом курсе. Как долго сидели и пытались утихомирить разум. Мысль про разум заставила вздрогнуть. — Если не разумом, то чем?

— У каждого из нас есть сознательное и бессознательное. Первое — это твои осознанные мысли. Например, то, о чём думаешь сейчас. Второе — это инстинкты. То, что заложено природой и долгими тренировками в твоё тело. Хотя есть ещё подсознание. Оно где-то между первым и вторым, так как обрабатывает информацию в разы быстрее сознания. К примеру, ты впервые увидел человека, и с первого взгляда он вызвал у тебя антипатию. Всё дело в подсознании, которое моментально обработало поступившую информацию: зрительную, обонятельную и другую. На основе неё вынесло отрицательный вердикт, после которого начнёшь предвзято относиться к человеку. Эх. Что-то я отвлёкся. Нам, старикам, чтобы понять современное общество, приходится много читать. Вот и попалась недавно книга. Вернёмся к внешней энергии. После того как стал контрактором, твоё бессознательное способно управлять энергией вне тела. Тут важно, насколько с ней сроднился. Чем сильнее, тем выше возможность.

— И как мне понять, могу использовать энергию вовне или нет? — смотрю на него как дурак и пытаюсь понять сказанное. Интересно, он сам понимает, что сказал? Про сознание всё ясно. Во время медитации отключили разум и рассеяли сознание по всему телу. Тут понял, но остальное…

— Внешней стихией управляют с помощью воли. Отсюда и главное условие — закалка духа контрактора. Слабовольный не сможет подчинить стихию, разлитую вокруг него. Сейчас ты справился благодаря злости, но это костыль. Ты должен это делать за счёт крепости своего духа, и я сейчас говорю не про грозового кота. Если не будешь стоять на месте и продолжишь активно развиваться, то сможешь инстинктивно ей управлять.

— Что нужно делать для его закалки?

— Сражаться. Причём не только на поле боя, но и по жизни. Никогда не сдаваться, если упал, то вставать и идти дальше. Дух закаляют трудности, которые преодолеваешь или пытаешься преодолеть. Если же перестаёшь бороться, то происходит дегресс. Это одна из причин, по которой главы родов и их дети не сидят постоянно в городах. Они регулярно ходят за портал. При этом им хватает сражений и здесь. В постоянной борьбе за род.

— А как же учителя Академии? Они почти безвылазно сидят в городах.

— Ты думаешь, с вами легко? Для них каждый день словно бой с лавовым драконом. Слабовольным с толпой оболтусов не справиться. К тому же не забывай, какой у нас ректор. Думаешь, проводит бои только с постоянно ссорящейся парочкой? Раз в две недели проходят масштабные сражения между учителями. А раз в год — с одной из Академий.

— Впервые об этом слышу. И его ни разу не победили?

— Там сражаются команда на команду. В одиночку против всех учителей даже ему будет сложно. Тот же твой прадед сможет драться с ним на равных. Посмотри на расписание арены. Там заметишь одну странность: два раза в месяц есть дни, когда она не работает.

Мы ещё немного поговорили, после чего вновь пытался повторить проделанный ранее приём. Увы, ничего не получалось. Я просто никак не могу понять, что конкретно надо сделать. Затем быстро пролетели спарринги с одноклубниками, на которых я во всю оторвался. Два меча — это по-настоящему здорово. Больше не приходилось постоянно контролировать одну из рук.

— Станислав, не уделите мне пару минут? — в конце тренировки, когда шёл на выход из раздевалки, ко мне вдруг обратился Львов. Причём обращение оказалось неожиданно вежливым.

— Альберт? С чего такая вежливость? — парень чуть скривился, но сумел удержать почтительное выражение на лице.

— Я должен перед вами извиниться за неподобающее поведение.

— О как. Внимательно тебя слушаю.

Парень секунд пять не решался заговорить, явно переламывая себя. Что случилось у него дома, раз уж решился на извинения — неизвестно. Сомнительно, будто показательное избиение, которое устроил Артур на арене, так повлияло. Скорее всего, аукается бал. Сцена с награждением и изменение моего статуса — вот та причина, по которой заставили принести извинения.

— Я прошу прощение за вызывающее поведение на первом занятии в клубе. Мои слова были слишком надменны, и мне не стоило так бахвалиться. Также хочу извиниться за недостойные слова в автобусе…

— За автобус ты уже извинился разбитым носом и, если не ошибаюсь, сломанным ребром. Этот пункт можешь пропустить. Давай дальше.

То, что прервал, явно не понравилось. Кулаки сжались, ноздри широко раздуваются, в глазах — злость. Он склонил голову, дабы унять гнев и скрыть от своё состояние, но я всё отлично вижу. На моём лице появляется ехидная улыбочка. Мне представляется она немного мерзкой. Она должна показать презрение и неприязнь. Уж очень он мне не нравится, да и дядюшка — тот ещё фрукт. Когда поднял голову и увидел, как на него смотрю, даже сделал шаг назад.

— Что-то я не слышу продолжения? — подлил масла в огонь. Мне сейчас очень любопытно, стерпит или взорвётся.

— Приношу извинения за инцидент на балу, — сквозь зубы выдавил он.

— За какой конкретно?

— За... за... — похоже, речь вылетела из головы. Злость — самый дурной помощник, в особенности в вопросах извинений. — Всё! Я всё сказал! Извинения принесены! — всё же не выдержал.

— Как жаль, что ты так и не смог передо мной извиниться.

— Я всё сказал! Хотя нет. Тебя ещё ждёт разговор с моим дядей. Уж будь уверен, он найдёт тебя, — последнее выпалил с яростью и угрозой в голосе, не понимая, что те, кто отправил его извиняться, не станут портить отношения, а наоборот, попробуют их наладить. Этим я обязательно воспользуюсь. Ведь мне надо хоть как-то обеспечивать род, а в старых обычаях есть такая интересная вещь, как вира. Только надо узнать, что именно просить, после чего милостиво соглашусь простить их род.

Выбросив его из головы, пошёл на выход из раздевалки. Однако когда увидел ехидно улыбающихся Катю и Алёну, одетых в полевую форму, шлёпнул себя по лбу и вернулся обратно. Какой смысл идти в общежитие, если можно переодеться тут. Представляя шуточки Кати, быстро переоделся.

— А я думала, ты в машине переоденешься. Хи-хи. Это было бы так забавно.

— Кто это тут пропищал? Ах да, любительница полетать. Классно я тебя сегодня стукнул. Надо будет повторить.

— Просто ты жулик, — она сделала вид, будто надулась. — Я одна дралась против тебя. Это нечестно. Надо как на занятиях господина Эйрика, сразу вдвоём.

— Или втроём. Хотя нет. Всё равно не справитесь. Лучше вчетвером.

— Вот появится у меня КРС, и я тебе такое покажу. Как пну, и наш Котяра летит в стену. А потом как подойду и как встану на поверженную тушку ногами. Будешь у меня знать.

— Слушай, надо её врачу показать. У неё слишком нездоровые фантазии, — громким шёпотом обратился к Алёне.

— Не поможет. Это не излечимо.

— Эй! Это не фантазии! Кот будет побит и валяться у моих ног.

— Хорошо, — просто согласился.

— Хорошо? — удивилась она. — Что, уже смирился с неизбежным?

— Конечно. Так и скажу Василию. Мол, она хочет тебя побить и сделать ковриком у своих ног.

— Чего?! Братик, я пошутила. Ты же не будешь так жестоко поступать с такой прекрасной мной?

— Хм. Сложный вопрос.

— Придушу! — она налетела на меня сзади, взяла шею в захват и не отпускала до тех пор, пока не спустились с крыльца Академии. — Фух.

— Кстати, нам ещё час ждать. Может, дойдём до общежития? — спросил у Алёны.

— Зачем? Ребята уже собираются. Вдруг раньше поедем?

— Взгляни на эту наглую физиономию. Он явно что-то задумал, и мне это уже нравится, — Катя толкнула локтем в бок.

— Вам не кажется, что просто так ехать будет неинтересно. Может, возьмём кофе в дорогу.

— Ты хочешь стоять в строю с чашечкой латте? — удивилась моя невеста.

— А в чём сложность убрать её в сумку и достать уже в машине?

— Я же говорила, что он задумал интересную шалость. Представь, мы пьём кофе, а рядом сидит зелёная мелочь и смотрит на наши довольные лица. Ммм. Это будет потрясающе.

— Хм. Надо не забыть ей взять.

— Зачем? Это будет не так весело, — решила укорить сестра.

— Просто ты её ещё плохо знаешь. Она половину моего кофе выпьет.

— Так ты не пьёшь сладкое.

— Думаешь, её это остановит?

К построению успели впритык из-за очереди в кофейню. На территории Академии она всего одна. Столовая хоть уже открыта, но там на вынос не делают. Из-за выходного дня первый и второй курс массово облюбовал все лавочки возле общежития. На футбольном поле идёт жаркое рубилово. В ресторане из-за раннего времени практически никого, но брать кофе там не захотел. Лишь третий курс сейчас отсутствует, так как практически все живут на Студенческой. В выходной день, после клубов, они предпочитают гулять по городу. Это у первого курса пока нет такой возможности. Второй сегодня поочерёдно ездит на полигон, из-за чего третья группа не уходит из Академии. Первая скоро вернётся обратно, мы же строимся для отправки.

— Опять почти опоздали, — прошипела староста. Жан уже стоит чуть в стороне от выстроившихся шеренг.

— Сказано к двум, мы и пришли к этому времени. У нас ещё пять минут.

— Машины уже приехали, — проворчала Лиза. Оправив одежду, подошла к куратору группы. — Господин Жан, вторая группа второго курса для отправки на полигон построена.

— Все? — коротко спросил он.

— Никак нет, — она на миг замялась. — Отсутствует контрактор Дубов. — нехотя произнесла. Похоже, не хотела сдавать однокурсника.

— Понятно. Тогда все на месте. Он подъедет уже на полигон. Госпожа Водникова предупредила, что возьмёт его вторым водителем. Эх, надеюсь, они доедут, — последнее добавил почти шёпотом, но я смог его услышать. Похоже, репутация этих двоих ему хорошо известна. — По машинам!

Мы шустро запрыгнули в два КамАЗа. Жан залез на пассажирское сидение ведущего. Вся наша компания оказалась в одной машине. В какой-то момент любопытный носик Марины вдруг задёргался. Она словно опытный солдат сидела с закрытыми глазами, пользуясь временем на сон. Однако поплывший по кузову запах кофе заставил мгновенно очнуться.

— Блин, я думала, она не проснётся, — сказала Катя, которая, словно на уроке химии, машет ладошкой над стаканом с ароматным напитком. Причём у неё именно в Маринином вкусе: сладкий, с крошкой шоколадного печения и густой белой шапкой.

— Хочу, — глаза Марины округлились. Вот-вот начнёт капать слюна. Она невольно потянулась к Кате. — Ай. Я тебе сейчас тоже чпунькну по носу. — недовольная целительница начала растирать носик, по которому Катя только что щёлкнула.

— Держи, — протягиваю напиток взятый специально для неё.

— Это мне? — не сразу поверила. Хлопая глазками, она смотрит на белую пену, политую дополнительно сиропами, из-за чего композиция вышла красочной. На самом верху, на шапке из пены, лежит вишенка. Так как пить по-нормальному такое невозможно, дополнительно протягиваю ей трубочку. — Какая красота. Это даже лучше кольца.

— Стас, ты спасён, — громкий шёпот Кати вывел Марину из счастливого созерцательного состояния. Она встряхнула головой и посмотрела на меня.

— И не мечтай, — затем взяла вишенку за палочку и засунула в рот. — Фы мой. — Добавила, указывая на меня пальцем, испачканным в сливках. — Кстати, знаете, над кем мы сегодня изде... то есть лечили на практике?

— Откуда? — отвечаю за всех.

— Барса. Именно он был нашим подопытным. Ой, то есть пациентом. Да, именно пациентом.

Глава 7

— Какой он скучный, — в очередной раз проворчала Катя. — Зануда.

— Тихо ты, — шикнул на неё Артур.

— И ты, Брут, — патетично прошептала, закатывая глаза к небу.

Мы стоим вокруг солдата, на вид не старше тридцати, с шевроном княжьей дружины. Уже почти полчаса слушаем инструктаж по использованию РПГ-18 «Муха» и технике безопасности. Почему именно этот гранатомёт, мне шёпотом рассказал Морозов. Дело в том, что когда он появился, склады забили до отказа и регулярно пополняли. Сейчас принято решение перейти на более современные образцы, для которых требуется освободить место. Поэтому практически каждый день проводятся учебные стрельбы. Для курсантов Академии выделили по пять штук на каждого, от чего Артур чуть ли не приплясывает на месте.

— Все поняли? — рядовой Максимов поднялся от лежащих на брезенте гранатомётов и пристально посмотрел на нас. — Хотя чего я спрашиваю? Всё равно затупите. И так, в колонну по три становись! — рявкнул он. — Тьфу, академики. — последнее он произнёс пренебрежительно. Всё дело в нашей суете, пока занимали места в колонне. — Чему вас там только учат, если простейших команд не знаете?

— Оловянный болванчик, — тихонько огрызнулась Катя, показывая язык затылку впереди стоящего Владислава.

— Первая колонна — на первую позицию. Вторая — на вторую. Третья — на третью. Там подходите на огневую позицию и по команде стреляете по мишеням. Мишени защищены слабым барьером. Достаточно одного попадания, чтобы его снять. Если свечение пропало, то мишень считается поражённой, и вы получаете зачёт. Инструктаж окончен. На позиции бегом марш!

Нам бежать практически не пришлось, так как позиция колонны всего в десяти метрах. Как самый высокий в группе Артур пошёл первым. Чуть в стороне стоит штабель ящиков с гранатомётами. Седой дружинник, чуть прихрамывающий на правую ногу, взял один и подошёл к Артуру. Цепким взглядом оглядел курсанта и спросил:

— Что делать знаешь? — его голос оказался словно прокуренным и по-старчески скрипучим. Лицо избороздили множество морщин, но при этом он ещё полон мощи.

У князя инструкторами работают, как правило, пожилые или получившие ранения дружинники. Те, на кого уже практически не действуют эликсиры. Омоложение у целителей стоит очень дорого, и это немудрено, так как желающих получить данную процедуру много, а сильных целителей, наоборот, мало. Поэтому не каждый житель закрытых городов может прожить практически вечную жизнь, лишь обладающие большой силой или огромными финансами. Высокоранговые одарённые стареют очень медленно, но всё же стареют. К тому же их не так и много. Большинство от первого до третьего ранга. В дружину таких редко берут, только если на интендантские или другие тыловые должности. Минимальное требование для одарённых — это аурная защита.

По моим ощущениям, этот дружинник где-то на шестом ранге, то есть его возраст может исчисляться несколькими веками, а то и больше. При этом здесь он явно не из-за возраста. Скорее всего, получил какую-то травму ноги, причём такую, которую не смогли вылечить целители.

— Так точно, — ответил Артур.

— Первый выстрел стоя. Держи, — он протянул ему гранатомёт.

Мы стоим примерно в пятидесяти метрах от него, при этом команды хорошо слышны. Вот он проделал ряд действий, изготовился, и вперёд полетела граната, а позади вырывается огненная струя вместе с остатками реактивного двигателя. По крайней мере, так нам объяснили. Вдали раздался мощный взрыв, прямо там, где расположен бронетранспортёр, закрытый энергетическим куполом. Когда дым рассеялся, увидели, что защиты на нём больше нет.

— Следующий! — гаркнул дружинник. Артур, с счастливой улыбкой до ушей, направился в конец колонны. В этот момент слева практически одновременно раздались два взрыва. Ещё один купол погас, третий же лишь замерцал, так как граната угодила рядом.

Мы поочерёдно подбегаем на позицию для стрельбы. Порой инструктору приходится повторять то, что объяснили нам ранее. Благо я на память не жалуюсь и все манипуляции проделал без подсказок. Затем прицелился по отметке пятнадцать, что соответствует ста пятидесяти метрам. Момент выстрела вызвал нешуточное волнение. У меня даже руки слегка затряслись от нахлынувшего адреналина. Самый волнительный момент, когда увидел, как граната поражает цель. Я чуть не промахнулся, но, к счастью, попал по краю энергетического барьера. Чувствую, как на лице появляется счастливая улыбка. Обратно не иду, а словно лечу.

— Правда, восхитительное чувство? — спросил Артур, когда проходил мимо него. — А какой запах?

— Это было здорово.

— На полигоне Академии совсем не то. На следующей неделе загляни в стрелковый клуб. Мы там из чего только не стреляем. Лучше приходи вместо своих танцулек.

— Ты бы потише, а то кое-кто тебя услышит.

— В общем, ты понял. Эй! Не тормозим! Нас ещё метания гранат ждут.

Второй раз мы стреляли с колена. Далее опять повторяем. Пятый выстрел каждый делал на своё усмотрение. Зачёт получили все, хоть и не с первого раза. Некоторые промахивались, беря правее или левее. Порой неправильно выбирали расстояние на диоптрии.

Далее направились на позиции для метания гранат, а после в очередной раз прослушали длинный инструктаж по поводу АГС. Каждому дали выстрелить по три гранаты, дабы прочувствовали отдачу и хоть немного представляли, как пользоваться. На этом стрельбы закончились. На всё ушло чуть больше четырёх часов.

— Интересно, как третья группа будет стрелять? — задумался Артур.

— А в чём проблема? — удивился его вопросу.

— Поздно уже. Они закончат почти в десять.

— Там наверняка есть какое-то освещение. Меня вот больше всего волнует другое.

— Виталик? — Артур весело улыбнулся.

— Да. Он специально не стал стрелять вместе с нами и помогал разгрузке или я себя накручиваю?

— Байк жалко?

— Если честно — да. Это же подарок. Я искренне рад, что с Виталиком всё в порядке, вот только мотоцикл мне понравился. Будет жалко его лишиться.

— А я говорила тебе, — не смогла промолчать Алёна.

— Да-да. Алёна умная, Стас дурак, — не стал спорить с ней.

***

Тем временем на полигоне Виталик нервно посмотрел в ту сторону, куда уехал транспорт с однокурсниками. Мысли о прошедшей ночи вызывают двойственные чувства. Он был счастлив, но кое-какое событие терзало душу. На днях Ярослава пригласила съездить в одно место, где пройдёт масштабное мероприятие под названием «Жаркая осень». После этого дня в Беловодье температура резко пойдёт на спад. Яра предлагала ехать на её мотоцикле, но Виталику было немного стыдно, и по этой причине решил попросить у Стаса. Он пообещал себе ничего на нём не вытворять и ехать очень аккуратно. Точнее, как можно аккуратнее. Ладно, не сильно лихачить, ибо первые два обещания нарушил сразу, как отъехали от усадьбы Водниковых. Они мчали на перегонки, отдаваясь скорости и встречному ветру. В моменты, когда удавалось обогнать девушку, радостно улыбался. Из-за шлема улыбки не было видно, но он знал — ей это видеть не нужно, так как они словно чувствуют друг друга.

До места проведения мероприятия добрались без происшествий. Мотоцикл под ним чувствовался как продолжение тела. Его энергетика будто входила с ним в резонанс. Когда рассказал об этом Ярославе, та лишь посмеялась.

— Чему ты удивляешься? Это эксклюзивная сборка специально для контракторов. Твоя стихия вступает в резонанс с рунами, вычерченными на нём. Этот малыш прекрасен. Невероятная прочность. Запредельная скорость и такая же стоимость.

— Такая же — это сколько? — парень весь напрягся, так как не думал, что он чрезмерно дорогой. Когда с игривой улыбкой девушка прошептала на ухо, Виталик нервно сглотнул и пообещал обратно ехать очень аккуратно. Увы, сие обещание забыл очень быстро.

Вначале их ждал концерт. Мощные басы, громкая музыка и шоу. Нет, не просто шоу, а ШОУ с большой буквы. Парня заворожили невероятные трюки на мотоциклах. Чего они только не вытворяли. Как подсказала девушка, выступает местный байк-клуб «Оскал медоеда». Парни и девушки кружили на месте, летали через огненные кольца, вставали на одно колесо, бегали рядом с транспортом на больших скоростях и так далее. Парень был в полном восторге. Он поддался всеобщему веселью и громко орал, поддерживая каждый трюк. Возможно, именно поэтому решился на то, что произошло дальше.

— А теперь ежегодный заезд «Из Пекла в Ирий»! Желающие принять участие — прошу на «Старт»! — объявил бородатый мужик, одетый в кожаную куртку, форменные штаны и берцы. Коротко стриженый, с тёмными очками на глазах, и это несмотря на время. — И помните, тем, кто слаб духом, на заезде нет места. Сопельки вам вытирать никто не будет. Это! Заезд! Для! Сильнейших! — прокричал он. В этот момент Виталику показалось, будто он посмотрел на него. Словно это он слабейший, на что парень не согласился.

— Подожди меня здесь. Я быстренько сделаю этих слабаков и вернусь с главным призом, — попросила Ярослава, оседлав свой мотоцикл.

— Ну уж нет.

— Не поняла? Ты против, чтобы я участвовала? — удивилась девушка.

— Я про приз. Он будет мой, — заключив её в объятия, их губы встретились в горячем страстном поцелуе, после чего Виталик оседлал мотоцикл и поехал к месту, откуда начнётся гонка.

Это было невероятно. На большом экране появилось множество изображений трассы. Надо сделать три круга, но круги не обычные. Сначала все съехали на подземную трассу. Вокруг словно всё объято огнём. Дорога освещена факелами и ручьями лавы. Иллюзии создают вид на горы, извергающие море огня.

Первый круг он не спешил, из-за чего на поверхность выехал последним. Верхняя трасса напоминает райский сад, о котором так любят писать. Сказочные растения, водопады, озёра. Всюду летают красивые бабочки и разнообразные птицы. Среди иллюзорных кустов можно заметить павлинов. По деревьям прыгают белки. Разум поначалу отказывался верить в иллюзию, но как бы ни был прекрасен вид, для Виталика главное — гонка, а точнее, победа.

Когда вновь съезжали вниз в «Пекло», он обогнал последнего байкера. Вся трасса словно отпечаталась в памяти. Мотоцикл зарычал под ним, предупреждая всех: Псих вышел из спячки. Началось то, за что получил этот позывной. Ещё двоих он обогнал на прямой, тогда как четвёртого чуть ли не задел. Тот даже дёрнулся в сторону, Виталик же азартно улыбнулся. По началу действовал вполне технично, однако на последнем кругу перед ним осталось всего пять противников. Да, именно противников. Он именно так их воспринимал. Дух внутри его тела будто расправил крылья. Восприятие обострилось, а время, наоборот, замедлилось. Стихия забурлила по всему телу. Аист выбросил столько энергии, что она начала обжигать каналы. Тогда Псих вспомнил про слова Ярославы и направил стихию в мотоцикл. Он вдруг стал с ним одним целым. В один миг его двухколёсное продолжение словно выстрелило вперёд.

Пятый байкер с удивлением проводил его взглядом. Четвёртого сделал на повороте. На скорости почти положил мотоцикл и скользил коленом. Благо аурная защита с добавлением стихии ветра справилась. Третьего противника узнал сразу. Точнее, третью. Обтягивающие кожаные штаны и плотная синяя джинсовая куртка. С чуть безумной улыбкой ему захотелось пошалить. Сравнявшись с ней, пристроился как можно ближе и, держа руль одной рукой, шлёпнул её ниже спины, затем резко ускорился. Со вторым сравнялся на подъёме. Тот сбросил скорость, тогда как Виталик поступил наоборот, из-за чего эффектно взлетел над трассой. К счастью, у железного коня оказалась хорошая амортизация.

С лидером гонки они бодались весь остаток дороги. Виталик никак не мог его обойти. Они шли след в след, колесо в колесо. Тогда в памяти всплыл следующий участок дороги. Там до появлении иллюзии находилась стена здания, примерно пяти или шести метров в длину, а далее, после поворота, начинается прямая до финиша.

Парень решил рискнуть. Влив ещё больше стихии, начал нагонять первого, который перед поворотом немного сбросил скорость. К удивлению противника, Псих поступил наоборот. Виталик ещё сильнее прижался, ощущая, как байк присел, будто перед прыжком. Хотя почему будто? Он на самом деле прыгнул. Оттолкнулся от мотоцикла, взлетая вверх и одновременно поднимая железного коня за собой. В воздухе развернул в горизонтальное положение, проехался по стене и вернулся на трассу уже первым.

— Да! — возликовал, глянув в зеркало заднего вида.

С бешено бьющимся сердцем он финишировал первым и свернул на участок для торможения, идущий чуть в стороне от трасы. Не в силах справиться с бурей эмоций, на большой скорости спрыгнул, побежал, сорвал шлем и радостно заорал:

— Первый! Да! Я сделал это! Ха-ха-ха! — но в следующий миг услышал лязг, неприятный скрип и удар. Это мотоцикл без водителя проехал вначале ровно, затем упал и, скрежеща по асфальту, покатился дальше. В конце его ждала встреча с припаркованным автомобилем. — Вот чёрт. Стас меня убьёт. Хотя нет. Это скорее будет Алёна.

Он даже не подумал о хозяине машины, так как на душе стало очень тоскливо из-за нарушенного слова. Вскоре начали подъезжать остальные участники заезда.

— Парень, да ты настоящий псих! — с улыбкой адреналинового маньяка выкрикнул приехавший вторым. Это оказался тот самый мужчина, который орал со сцены.

— Псих, ты совсем свихнулся?! — это уже оказалась Ярослава, остановившаяся рядом и подскочившая к парню. Виталику было неловко из-за поступка, но жар объятий и сладость губ любимой смыли это глупое чувство. — А где твой мотоцикл? — спросила она, тяжело дыша.

— Вон он, — с улыбкой сказал организатор этих гонок. — Поцеловал мою машину. Что, эмоции верх над разумом взяли? — без злобы спросил он.

— Это было невероятно. Я себя в тот момент не мог контролировать.

— Да ты всегда, когда за рулём, не контролируешь себя.

— Хэх. Наша бешеная ба… кхм, то есть буря, нашла паренька себе под стать.

— А то! Беловодье ещё содрогнётся! — выкрикнула она. Затем взглянула на экран, где в этот момент показали трюк со стеной. — Прям ангел.

— Парень, в «Оскале медоеда» тебе всегда будут рады, — эмоционально сказал их собеседник.

Виталик и сам не смог сразу оторваться от экрана. Ему казалось, будто аист внутри него расправил крылья. На самом деле не только внутри. На экране показано, как он мчит по стене, а из спины торчат два расправленных белоснежных крыла.

Он вновь тяжело вздохнул, вспоминая, как подошёл к лежащему на боку мотоциклу. На двери машины оказалась небольшая вмятина и множественные царапины. Мужчина спокойно бросил про замену двери и ушёл на сцену. Виталик же в это время с горечью смотрел на пошкрябанный бок железного коня, который обещал вернуть в целости. Из повреждений пострадала только краска, благо он действительно очень крепкий.

— Не переживай. Завтра будет как новенький, — обнадёжила Ярослава.

— Дорого обойдётся? — понуро спросил.

— Ерунда. Как члену клуба и победителю бесплатно.

— Члену клуба? Какой смысл, если у меня нет своего байка? Сомневаюсь, что после такого вновь дадут его.

— Так ты не знаешь? Приз за первое место — новенький мотоцикл.

***

После того как вышли из столовой Академии, не раздумывая набрал номер деда. Думаю, он лучше всех сможет объяснить нюансы при общении с паладинами. Он ответил практически сразу.

— Привет, внук. Наконец закончил с гербом? — сразу предположил причину звонка.

— Привет. С ним закончил.

— Ну наконец-то. А то не порядок, когда над воротами усадьбы не висит герб рода. Давай через часик встретимся у Родового приказа. Сейчас Граниту позвоню и начну собираться.

— Через час не получится. Тут такое дело, — на миг замялся, обдумывая, как сказать.

— Что-то случилось? — напрягся дед.

— Со мной связался секретарь протоиерея Георгия. Передал приглашение на сегодня. Я согласился.

— Вот же… Засуетились ромеи. Слушай меня, внук. Ни на что не соглашайся и ничего не бойся. За тобой стоят два сильных рода, да и князь в обиду не даст.

— Думаешь, они станут угрожать?

— Это византийцы. Их коварство известно издревле. Они умеют проникать в людские души сладкими речами, но и угрозами не брезгуют. Уверен, их интересует твоя свадьба и создаваемый союз родов. К примеру, могут предложить венчание. Уверен, даже готовиться не заставят.

— И что в нём плохого?

— В целом ничего, для обычных людей. Но не для тебя. За тобой стоят древние рода со старым укладом и верой, пришедшей к нам издревле, ещё от пращуров. Это столпы, которые нас, старшие рода, скрепляют посильнее любых договоров. Тебе ведь поступало предложение от Светловой?

— Да.

— В случае отречения от наших обычаев и согласия на брачный ритуал по их правилам, можешь забыть о нём, ибо этим поступком признаешь отказ от уклада наших родов. Ты не сможешь в будущем получить поддержку ни от одного древнего рода. Даже нам, без урона для репутации, станет сложно тебе помогать. Старые традиции — основа наших взаимоотношений. Или ты думаешь, я из-за дурного характера на твою матушку разозлился? Так что, если согласишься, подведёшь очень многих. Уверен, им не нужен сильный союз родов, причём поддерживающий политику князя.

— Но я-то тут при чём?

— Ты мой внук. В тебе течёт кровь рода Гремяцких. Через ваш брак мы, по древней традиции, сблизимся с Жаровыми. Также они наверняка знают про договорённости со Светловыми.

— Кажется, понимаю, — чуть поразмыслив, решил ещё раз затронуть волнующую тему. — По поводу Светловых… Ну, я про Марину. Это точно нужно?

— Тебе она так не нравится?

— Не то чтобы не нравится…

— Да брось. Ты просто не понимаешь. Знаешь, почему все взрослые Светловы такие фигуристые, аж дух захватывает?

— Из-за того, что целители? — сделал предположение, о котором думал раньше.

— Из-за комплексов, — в голосе деда послышалось веселье. — В детстве они все выглядят практически как твоя Маринка. Это родовая особенность из-за дриад. Парни у них в целом нормальные, а вот бабы все неказистые. Вот и превращают себя, когда входят в силу, в грудастых и жопастых девок. Так что не переживай. Через пару-тройку лет ты глаз от Маринки оторвать не сможешь.

— Кхм. Сложно представить, — на миг задумался, представляя Марину высокой и фигуристой. Фантазия всё время рисует либо её маму, либо тётю. Встряхнув головой, дабы прогнать пикантные мысли, продолжил общение. — Но я немного не об этом. Вторая жена. Мне кажется, это неправильно.

— Тьфу. Опять ты с этой чушью. Выбрось ты уже эту поповскую мораль. Хотя даже они, на что упёртые, но дали добро на двоежёнство. Вроде после тридцатилетней войны в южных землях Баварии. Население надо же как-то восстанавливать. Да даже у евреев в давние времена это было нормой. Это уже потом, когда разбежались по всему миру, пришлось приспосабливаться и жить как все. У нас же война не прекращается никогда. Думаешь, от хорошей жизни столько женщин в войсках? Им бы по домам сидеть да с детишками нянчиться, но вместо этого с мечами за порталом. А всё потому, что мужики за порталом часто остаются. При этом паладины пытаются насадить правила, как во всём мире. Ты вот, например, знаешь, какова у нас демографическая ситуация? Уверен, нет. Так я тебе скажу, в городах девок больше, чем парней, и это я не про вдов. Большинство всё же предпочитает сидеть в городах. Выходить замуж за слабых одарённых род не позволит, а где им ещё женихов искать? Так что выбрось из головы всю эту чепуху. Ты же не хочешь, чтобы твой род прервался?

— Почему он должен прерваться?

— Да потому. Чем род малочисленней, тем это вероятней. Или хочешь, чтобы твоя Алёна каждый год с пузом ходила? Да взвоет после третьего, а скорее после второго. Для наших женщин это даётся намного тяжелее, чем неодарённым. При этом в стране у многих всего по одному ребёнку. Всё, не забивай себе голову, тем более уже всё обговорено.

— Ладно, я понял. А по поводу паладинов что? Просто послушать и ни на что не соглашаться?

— Верно. Слать ко всем енотам не стоит, всё же сила у них немалая. В открытую нападать не станут, но втихаря могут. Это же византийцы.

— Так среди них наверняка есть наши, русские.

— Есть, но не среди верхушки. Если быть честным, там много хороших парней. Добрые, честные, искренне верующие. Но это не касается тварей, которые их возглавляют.

— Ты их так ненавидишь? — неподдельно удивила ярость, с которой он отзывается о них.

— Тебе не понять. Считай это обидой за то, что гордый, свободолюбивый народ заставили называть себя рабами. Вначале силой заставили, железом искореняя очаги старой веры, затем через проповеди. Чтоб этому Владимиру в их аду гореть. Короче, к скунсам этих паладинов. Мой совет ты услышал. Что делать, решай сам, ты как-никак теперь глава собственного рода. А по поводу герба — не тяни.

— Может, тогда завтра сходим?

— Хм. Созвонюсь сначала с дьяком. Он может завтра отдыхать. Как-никак воскресение.

По окончанию разговора я ещё несколько минут стоял, обдумывал прошедший разговор. Оказывается, обычное действие может привести к весьма неприятным последствиям. Ссориться со Светловыми или лишиться их поддержки не хочется. Возможно, паладины могут как-то их заменить, но насколько будет равноценна замена? Ещё по урокам истории знаю, как те вели свою политику и относились к союзникам. Поздняя Византия жила по принципу «Разделяй и властвуй». Уверен, пришедшие оттуда живут по такому же правилу.

— Стас, ты закончил? — окрикнула Алёна.

Ребята стоят в сторонке и о чём-то общаются со Стужей. Невысокая шатенка, активно жестикулируя, что-то доказывает ребятам. В широко открытых карих глазах читается недовольство. Распущенные кудрявые волосы до плеч активно треплет ветер, но она этого словно не замечает.

Мы познакомились, когда готовились к бою на арене. Она разработала тактику и руководила боем. Как оказалось, девушка часто на неё попадала. Об этом рассказал Лавров. При этом она тоже второгодка, то есть оставалась на второй год на первом курсе. Развитие ей даётся тяжело, по этой причине постоянно зависает на тренировках. Благо отец помогает с эликсирами, за счёт чего смогла достичь первой ступени шестого ранга. Когда рассказывала свою историю, удивил тем, что знаю её отца. Она дочь того самого Волка, командира отряда вольников. Их фамилия Малинины, и она второй контрактор в семье, из-за чего фамилию, по местной традиции, пока не меняли.

— Закончил, — ответил Алёне. — Привет, Жень. Чего разбушевалась?

— Разбушевалась? Да я зла. Я в гневе. Я в бешенстве. У-у-у-у! — Затопала ножками и замахала кулачками.

— Представляешь, она снова на Арену угодила, — за неё ответила Алёна.

— Как? Вновь над тобой шутили?

— Эти скунсы вонючие назвали отряд папы «степные крысы». Ну я и сорвалась. Ух, как же хочется им ещё раз навалять. Меня оттащили, когда почти сломала защиту этому надменному Львову. Ненавижу эту тварь.

— Альберту? — удивился я. — Он же не умеет ставить защиту.

— Какому ещё Альберту? Я про Эдика, моего однокурсника.

— Вот же надоедливое семейство.

— И не говори. Хочется сбрить его золотистую шевелюру и использовать для мытья полов.

— Хм. Это будет нетрудно сделать, — вдруг поддержала её Марина, от чего мы удивлённо посмотрели на девочку.

— Чего вы на меня так смотрите? Месть — это святое. Мне его брат тоже не понравился.

— Стас, а знаешь, мне она начинает нравиться, — Катя, как обычно, не смогла промолчать, на что Марина пристально посмотрела на её волосы.

— С тряпкой и впрямь интересно может получиться.

— Эй! Даже не думай трогать мои шикарные волосы. Они наша гордость, которой вы можете каждый день любоваться.

— Так что нужно сделать? — вдруг проявила интерес Алёна.

— Братик, спаси! Они что-то нехорошее задумали.

— Думаешь? Сама сказала, ими надо любоваться. Купим манекен и будем любоваться.

— Никто меня не любит. Вот обижусь на вас и уйду.

— Ура. Наконец-то в доме станет чуть спокойнее.

— Я передумала. Всё ради тебя, моя прелестная зеленушка.

— Марин, объяснишь свои слова? — прервала начавшийся спор Женя.

— Сонный артефакт, — понизив голос, произнесла наша целительница. — Им одарённые целители пользуются, чтобы усыпить тяжелораненых. Чтобы свои силы не тратить, применяют специальный артефакт. Можно настроить режимы, чтобы либо моментально усыпить, или постепенно.

— И где его можно достать? Наверняка продают только целителям.

— Ну-у, — протянула она. На лице малышки появилась коварная улыбка. — Ради такого хорошего дела найду, но при одном условии.

— Каком? — насторожилась Стужа.

— Видео. Я хочу увидеть, как ты это будешь делать.

— Договорились, подруга. Его увидишь не только ты. Я выложу видео в общий доступ.

— Жестокие вы. Уйду я от вас, — произношу, поглядывая на браслет. До встречи не так уж много времени.

— Не жестокие, а справедливые, — сказала Марина, вскинув вверх кулак.

Ехать до храма решил на автобусе, так как своим ходом туда добираться долго. Он расположен в центральном районе Беловодья, но почти на самой южной окраине. Из-за этого пришлось ехать с пересадкой на другой автобус. Когда вышел, оказался на самой обычной улице. Рядом с остановкой несколько магазинов и жилые дома. Сам храм расположен через дорогу. Над забором возвышается величественный храм с тремя поблескивающими золотом куполами. Когда вошёл на территорию, услышал, как изнутри доносится мощный бас, который сменился красивым мужским хором. На миг застыл перед открытой дверью. Из-за того, откуда моя мама, такие места ранее не посещал. Несмотря на сложившуюся в семье ситуацию, она осталась верна старым родовым традициям. По этой причине не смог решиться перекреститься.

— Не бойся, отрок, — вдруг услышал рядом басовитый мужской голос. Оказалось, позади меня стоит пожилой мужчина в полевой военной форме. Седобородый, с морщинистым лицом и мощными мозолистыми руками. Он сложил пальцы в щепоть и перекрестился. — В кресте нет ничего зазорного. Ты можешь не принимать нашу веру, но коль пришёл, прояви уважение и перекрестись. Это тебя ни к чему не обязывает.

Повторив за мужчиной, хотел пропустить его вперёд, но он встал возле двери и отказался заходить первым. Проходя мимо, заметил у него любопытный шеврон. Такие ранее не встречал. На чёрном фоне изображён белый крест. Более ничего. В голове тут же забегали мысли по поводу не случайности встречи. Похоже, он специально меня тут караулил. Это немного напрягло. Кот, почувствовав моё напряжение, приготовился к драке.

Внутри, в полутемном помещении, оказалось многолюдно. Последовавший за мной старик несильно подтолкнул вперёд. Там оказались только мужчины, причём все крепкие, пышущие силой. На многих заметил полевую форму с такими же шевронами, как у идущего рядом пожилого воина. Он слегка касался плеча стоящего впереди, после чего нас пропускали. В итоге вышли чуть ли не в первые ряды. Там увидел ведущего службу протоиерея Георгия. Он громко читал молитву. Чуть в стороне стоят шестеро. Именно их пение я услышал, когда был снаружи. Оглядевшись, приметил множество горящих свечей. Стены и потолок красиво изукрашены ликами святых. Висящие иконы вызвали самый живой интерес, так как показались очень древними.

Было немного неловко из-за того, что все часто крестились и порой подпевали или читали молитвы вслух, я же просто стоял и смотрел. Сама атмосфера казалась необычной. Слова молитв и пение мужского хора словно наполняли силой, но не такой, когда хочется рваться в бой. Нет, это что-то другое. Уходят все тревоги, ощущаешь, что готов на многое. Не идти в бой, а идти защищать и даже пожертвовать собой, если потребуется. От таких мыслей встряхнул головой, ибо показались будто не мои.

— Верую во единого… — со всех сторон зазвучала молитва.

Множество мужских голосов слились в один, монотонный и одновременно торжественный. По телу пробежали мурашки. Когда дочитали и перекрестились, через непродолжительное время ощутил странное шевеление вокруг. Все присутствующие в храме начали становиться на колени, и только я и стоящие передо мной остались на ногах. Почувствовал на себе короткие взгляды. Вроде даже беззлобные, но стало очень неловко. В какой-то момент мелькнула мысль поступить как все, но тут же её отбросил. С какого я должен становиться на колени? Уважение проявил при входе, и этого достаточно. Я пришёл сюда не на вечернюю службу, а на разговор. Похоже, время выбрано не случайно и всё так задумывалось. Думы о византийцах закрутились не самые хорошие. Вроде ничего такого не сделали, однако в неловком положении оказался. На коленях стояли недолго, вскоре все вновь поднялись.

— Отче наш, иже еси… — вновь зазвучало со всех сторон. Вдруг осознал, как про себя повторяю молитву.

Сколько это длилось, сказать сложно, однако окончание встретил со смешанными чувствами. Я словно пришёл на чужое праздничное мероприятие, не зная никого вокруг, при этом суют микрофон и предлагают произнести речь. О чём? Для кого? В общем, состояние очень странное. Читал, как некоторые томят в ожидании или прибегают к другим психологическим трюкам. Здесь же всё проделано тонко. Как бы сказал дед, по-византийски.

— Станислав, рад нашей встрече. Как тебе вечерняя служба? — обратился протоиерей, когда все начали расходиться.

— Впечатляет, — не покривил душой. — А почему тут только мужчины? — задал заинтересовавший вопрос.

— Потому что это храм воинов господних. Среди паладинов нет места женщинам. Увы, сколько веков мы боремся с этой порочной традицией, когда девы берут в руки оружие и идут сражаться. Мне стыдно за это, ибо не должны женщины воевать. Их доля — сохранять уют в доме и растить детей. Ибо сказано… — тут он затянул долгую речь, приводя примеры из Библии. Я всё это стойко слушал, пытаясь понять, о чём говорит. Похоже, мужчина заметил скепсис у меня на лице. — Чадо, ты ещё слишком юн, и тебе сложно воспринять меня.

— Кхм. Прошу прощения, но давайте не будем опускаться до неформального обращения. Я молод, но при этом глава рода. Можете обращаться просто — Станислав, без отчества. Как я могу обращаться к вам? — решил всё же прекратить игру одного актёра и показать характер.

— Значит, Станислав. Что ж, я услышал. Ко мне можешь обращаться тоже по-простому, отец Георгий, — продолжил всё тем же мягким голосом, но от меня не укрылось мелькнувшее в глазах раздражение.

— Чей отец? — сделал вид, будто не понял.

— Такова форма обращения, — пояснил как несмышлёнышу.

— Может, у вас есть отчество? А то у меня есть отец, но, как вы, наверное, знаете, отношения у нас натянутые.

— Это очень печально, что он бросил твою матушку, — показал осведомлённость. — Что же по поводу фамилии, то она осталась где-то там, в ушедших веках, что стали теперь историей. Моего рода давно нет, и вся моя жизнь посвящена делу несения слова божия и защите людей от тварей иномирных. Всё во славу его, — он демонстративно перекрестился.

— Так как мне тогда к вам обращаться?

— Знаешь, а зови Георгием. Коль ты по-простому, то и мне негоже. Тем более общаюсь с самым молодым главой рода, который вновь появился спустя столько веков, — договорил с лёгкой улыбкой. Своим предложением он, похоже, решил поставить в неловкое положение, так как обращаться к человеку по имени, который намного старше, я не привык.

— Георгий, — пересиливая себя, и обратился к нему. — Так зачем вы меня пригласили?

— Просто хотел познакомиться со столь перспективным главой рода, — вновь уколол по поводу главы рода. — Ну и, конечно, желал показать наш храм. Тебе ведь ещё плохо известен город. К тому же мне стало известно, что ты ранее не посещал церкви. Вот и захотелось дать посмотреть на красоту и убранство. И чтобы почувствовал резонанс.

— Что, простите?

— Резонанс, единение душ, аура единства. Есть множество названий этому эффекту. Он возможен, когда много контракторов и одарённых как бы раскрываются и делятся своей энергией, — попытался объяснить, я же подумал про транс, в котором находились эти люди.

— Впервые слышу о таком. Надо будет почитать.

— Почитай. Стремиться к новым знаниям очень полезно и угодно господу. В писании сказано… — его речь длилась несколько минут, пока вдруг не задал вопрос. Всё это время внимательно слушая, не сразу сообразил, что говорит. — Станислав, хочу искренне поздравить с грядущей свадьбой. Это великий день в жизни каждого человека. Когда двое становятся одним целым. Жена входит в род мужа, беря его фамилию, и вступает на новый, свой жизненный путь. Благо, милостью нашего князя, у вас появилось своё семейное гнездо, где она создаст уют, в который тебе хотелось бы возвращаться после тяжёлой службы. А уж когда там раздастся первый детский плач, возвещая всему миру о божьей благодати, снизошедшей на род Рокотовых. Как же это прекрасно, вот только, боюсь, не скоро это случится, и это омрачает мои думы.

— Не стоит из-за этого грустить. У нас всё случится, когда наступит время, — не стал играть по его сценарию и спрашивать, почему не скоро случится. Похоже, сейчас начался тот самый разговор, ради которого позвал.

— Не сомневаюсь, но скажи, разве тебе не страшно за Алёну? За порталом таится много опасностей. Прошло не так много лет после гибели её сестры, которая была намного сильнее и опытнее. Подумай о своей любимой. Разве ты простишь себя, если она погибнет?

Недавно об этом уже думал, из-за чего его вопрос лёг на благодатную почву. Слова Жана, теперь его. Мне действительно порой страшно за неё. Но… Но мы контракторы. Мы слишком многое прошли, чтобы отступить.

— Я этого не допущу, — спокойно отвечаю.

— Молодость. Вам кажется, будто всё просто и вы никогда не умрёте. Вам повезло за порталом, и это вскружило голову. Ты считаешь себя очень сильным, однако есть те, кто намного сильнее тебя.

— Прошу, не надо всё сваливать на везение. Как говорят: везёт тому, кто везёт. Мы много тренировались, порой до потери сознания. Толика везения присутствовала, но и умение тоже.

— Гордый и самонадеянный, — констатировал он. — Одумайся. Господь не всегда будет к вам милостив. Подумай про её жизнь. Подумай про ваших будущих детей.

— Что конкретно вы предлагаете? — мне надоело его хождение вокруг да около.

— Вступить в ряды паладинов. Уйдя из отряда, уверен, все остальные тоже разойдутся, ведь все они пошли за тобой. На тебе ответственность за их решение и… жизни. Когда станешь паладином, Алёна сможет жить в Беловодье, не рискуя жизнью. Ты же сможешь служить при нашем храме за порталом. Наши братья регулярно ходят в рейды, борясь со слугами нечистого. Тебе достаточно только объявить о желании венчаться, и мы всё сделаем. О деньгах не переживай, с божьей помощью браться помогут.

— И всё? Только обвенчаться?

— Почти. Вначале требуется креститься. За неделю мы всё подготовим, — продолжил уговаривать. — Прими бога в свою душу и сердце. Только так ты сможешь обезопасить свой род, — последнее мне почему-то показалось немного двусмысленным. От кого спасу род? От зверей за порталом или от самих паладинов?

— Благодарю за приглашение. Здесь действительно красиво. Что касается вашего предложения, то я отказываюсь. Я не предаю. Всего доброго, — разворачиваюсь и иду на выход. За спиной тишина. От чего-то на его лице застыло растерянное выражение. Возле двери путь пригородил тот самый старик. Внутри начала вскипать злость. Не раздумывая, кладу руки на рукояти мечей. Стихия забурлила, в его глазах замечаю свет от моих. Похоже, они опять вертикальные. Мужчина чуть сощуривается.

— Всего доброго, Станислав. Я буду молиться за вас, ибо наш разговор ещё не окончен, — старик посторонился, пропуская меня. Прохожу мимо, ничего не отвечая Георгию. Чувствую, воин идёт за мной.

— И ты бы обнажил против меня оружие? Да ещё в храме? — спросил он.

— Я готов скрестить мечи с каждым, кто целенаправленно встаёт у меня на пути с нехорошими намерениями.

— Как надменно. И не боишься, что я сильнее? — с насмешкой спросил он.

— Нет, ведь я выбрал путь воина, в отличие от некоторых.

— Ты бы по осторожней со словами. Я воин господа, защищающий людей от происков нечистого.

— Что-то я не видел ваших воинов на стенах Твердыни, — разворачиваюсь и с вызовом смотрю ему в глаза.

— Нам это не нужно. В десятках километров от неё стоит наш храм. Паладины регулярно уничтожают зверей вокруг него.

— И всё? Убиваете зверушек, которые не представляют опасности? Тех, с кем мог бы заключить кто-нибудь контракт? Или вы сами их для этого используете?

— Да ты, — зашипел старик. — Мои братья регулярно охотятся на сильных тварей. На тех, из-за кого могли бы погибнуть такие, как ты, или бойцы из патрулей. В преддверии гона, о котором предупредил ваш командир, все братья пришли на стены Твердыни. Так что не тебе, молокосос, говорить о нас. Ты ничего не знаешь.

— Коль так, то приношу извинения, — признать свои ошибки я умел всегда и не постесняюсь извиниться, даже не смотря на кипящее в груди раздражение.

— Проехали. Я, как и многие братья, плоть от плоти, кровь от крови этой земли. И стоять за неё мы станем на смерть. Не суди о нас по рассказам стариков. Им обидно, что были в те времена разобщены и не смогли противостоять силе истинной веры. По этой причине ненавидят всех нас.

— Знаешь, в чём ошибаешься?

— И в чём же?

— Не любят именно византийцев, но не всех. Кстати, моё имя вы знаете, а как вас зовут?

— И правда. Нехорошо получилось, — он протянул руку и представился, чем вызвал лёгкий ступор. — Александр Пересвет.

Глава 8

Когда вышел с территории храма, остановился, дабы посмотреть расписание автобусов, но тут моё внимание привлекли два автомобиля. Один без опознавательных знаков и герба, на вид самый обычный, зато с необычными людьми, сидящими в салоне. Дверь открылась, после чего ко мне направился невысокий мужчина с очень цепкими глазами, одетый в чёрный костюм с бардовым галстуком. Отвернувшись от него, направляюсь ко второму, с гербом рода Гремяцких. Облокотившись на дверь белого джипа, со скрещёнными на груди руками стоит мой дед. Он ехидно улыбнулся, встретившись взглядом с идущим ко мне незнакомцем.

— Станислав, не могли бы вы задержаться? — не спросил, а настойчиво попросил мужчина в костюме.

— А вы, собственно, кто? — останавливаться не стал, из-за чего ему пришлось пристроиться рядом.

— Тайная канцелярия Беловодья. Я бы хотел задать вам пару вопросов. Да постойте вы, — он попытался взять за руку, но я чуть ускорился и разорвал дистанцию.

— Покажите бумагу, подписанную князем и Советом родов, дающую право задерживать представителя свободного рода Рокотовых, — положив руки на мечи, решительно встречаюсь с ним глазами. Став главой рода, первым делом заучил свои права и обязанности.

— Вы неправильно поняли. Никто не собирается вас задерживать, пока, — последнее он добавил зря.

— Вы мне угрожаете? Вынужден вас предупредить, что наш разговор фиксируется. Сегодня же будет отправлено заявление по этому поводу, — от моих слов он поморщился.

— Станислав, не стоит так горячиться. Тайная канцелярия вам не враги. Мы работаем во благо княжества. Я лишь хотел поговорить без свидетелей и задать парочку вопросов, касающихся только что проведённой вами беседы. Не более.

— В таком случае я отказываюсь. Дела моего рода вас не касаются. Под запись, которую вы наверняка ведёте, даю слово, род Рокотовых не злоумышляет против княжества и государства. На этом наш разговор окончен.

— Ха-ха-ха. Съел? Знай наших. Моего внука грозным видом не проймёшь, — довольно скалясь, дед подошёл поближе. — Ишь, наглые какие. Кто же у вас там такой шустрый нашёлся, коль решил юного главу рода взять в оборот? Надо покумекать на Совете.

— Это моя личная инициатива, — с застывшим, словно маска, лицом ответил так и не представившийся мужчина. Похоже, этикету в их службе не обучают.

— Ну-ну. Разберёмся, а пока проваливай. Нет у вас права приказывать родам без одобрения Совета и князя.

— Всего доброго, — с промелькнувшими нотками злости сказал мужчина. — С вами, Станислав, мы ещё встретимся.

— Как только будут соответствующие бумаги, — отвернувшись от него, подхожу к деду и протягиваю руку. Тот крепко пожал и приобнял. — Ну как ты? — спросил, явно имея в виду прошедший разговор с паладинами.

— Нормально. Всё как предполагали.

— Давай, пока едем к Академии, поведаешь о случившемся разговоре.

Отказывать не стал. Одно дело послать в пешее путешествие канцелярию, другое — поведать родственнику, который заинтересован в моём благополучии. Так что пока ехали, рассказал всё без утайки и даже переслал видео.

— Значит, показали единение? Молодцы, мощный ход. Некоторые, слабые духом, могли бы очароваться и проникнуться. Благо предок с тобой столько времени работает. Да и сам ты не промах. Вон как этих отбрил.

— Не любишь их?

— Скользкие ребята. Работу в целом делают правильную, но порой их игры до добра не доводят. Помню, подловили сына одного из глав родов на каком-то деле. Чтобы оно «случайно» не вскрылось, поручили завязать отношения с девушкой, чей отец занимался порой незаконными делами. Хотели через неё получить некую информацию. В целом у них получилось, вот только посадить не вышло из-за влиятельных покровителей. Информация про парня тоже вышла на белый свет. В роду скандал, плюс родовая война на носу. Как итог парень попал в аварию со смертельным исходом, и даже аурная защита его не спасла. Бывает же такое. Рода замирились, после того как их настойчиво попросили.

— Думаешь, они сами слили информацию?

— Уверен. Выкинули отработанный материал, к тому же не оправдавший их надежд. Ещё раз повторюсь, скользкие они. Лучше дел с канцелярией не иметь. Что же по поводу паладинов, то ход интересный. Однако они тоже в тебе ошиблись. Наверняка рассчитывали на силу твоих чувств. Всё же у влюблённых часто отключается критическое мышление.

— Ну не идиот же я, — вроде похвалил и одновременно назвал влюблённым болваном.

— Не идиот, и это хорошо. Хотя во время разговора с Пересветом был неправ. Мужики честно сражаются, причём не жалея жизни. Не раз бывало выручали патрули. Да и во время гонов всегда показывали себя хорошо.

— Погорячился. Разозлило то, как встал на пути, не давая выйти.

— Ты ещё юн и горяч. Пересвет правильный мужик. Фанатик, конечно, но воин справный и поступает, как правило, по совести. Один раз даже чуть византийца на тот свет не отправил. Они опять какую-то грязную игру затеяли. Вроде на караван нескольких родов напали звери, и они об этом узнали. Вместо того, чтобы прийти сразу на помощь, их старший решил подождать, чтобы звери большую часть защитников убили, и только в конце прийти на помощь. Вероятно, думал ослабить их и заодно сделать должниками. Выжившие потом рассказывали, как на их глазах Александр вколачивал командира в землю и приговорил всякое про честь и обязанность защищать. А тот ему ничего сделать не мог. Как-никак у Пересвета тогда был восьмой ранг, и он уверенно шёл к девятому. Один из сильнейших паладинов, превосходящий многих византийцев.

— Понял уже, что был неправ.

— Понял он. Думай в будущем, перед кем норов показываешь. Ты ему не смог бы ничего сделать.

Мы на короткое время замолчали. Было ли мне стыдно за тот поступок? Нисколько, ведь проявить слабость — уронить себя в чужих глазах. Пусть выглядел горячим подростком, зато проявил характер.

— Я посмотрел рисунок герба. В целом неплохо. Правда, пришлось внести кое-какие правки. Не переживай, там немного подправили. Сын должен был тебе скинуть.

— Что-то присылал. Времени посмотреть пока не было.

— Дома взглянешь. В приказ пойдём в понедельник. Если не ошибаюсь, вечером танцульки? Предупреди, что не придёшь, а то знаю я эту Светлову. Всю душу измотает, зелёноволосая чертовка.

Мне сразу подумалось о грустном лице Марины, когда узнает об этом. И так два занятия пропускаем из-за тренировок с Барсом. Пары по бальным танцам теперь всего один раз в неделю, при этом на ней танцую с преподавательницей.

— Приехали. Хотя зря, наверное, подвёз к Академии. Ты же сейчас домой пойдёшь?

— Ничего страшного, прогуляюсь.

— А чего машиной не пользуешься? Права вы ещё на первом курсе получили.

— Смысла не вижу. Тут же всё рядом.

— Или деньги на бензин жалко? — с прищуром глянул на меня, вероятно ожидая какой-то реакции.

— И это тоже. Хоть стипендия стала больше, да кое-что капает за службу, но и трат появилось больше. Мы же, по документам, не являемся полноценным отрядом, из-за чего платят чисто символически. При этом количество запросов растёт. Надо дом обставлять.

— Чего там обставлять? Он же напичкан всем необходимым.

— Не важно. Как-нибудь разберёмся, — потянулся к ручке, но тут кое-что вспомнил. — Ах да. Хотел поговорить по поводу Львовых.

— Нарциссы? Ты где с ними пересекался?

Пришлось поведать всю историю нашего общения с Альбертом и его дядей. Дед внимательно выслушал, почесал подбородок и вдруг улыбнулся.

— Как всё интересно. Любопытно, кто инициатор, Вороновы или сами Львовы. У нас кое-где пересекаются интересы. Значит, думаешь по поводу виры?

— Нормальных, полноценных извинений так и не услышал. Можно получить с него виру кровью, вот только не вижу смысла наживать столь сильного врага. При этом их роду зачем-то нужно, чтобы я принял извинения.

— Зачем-то? Ха-ха-ха, — дед вновь рассмеялся. — Всё понятно, зачем. В особенности для клана. Ты же в курсе про клан Вороновых?

— Слышал о нём.

— После неудачи с форпостом и гнева князя их мошна слегка оскудела. Сделать что-то столь масштабное у них сейчас не получится. Вот и решили вернуться к старому проекту. Чуть дальше нашей крепости есть парочка интересных мест. Один из них — это ручей, в котором можно добыть золотишко. Второе место более интересное. Там можно добывать драгоценные камушки. С золотом всё не так опасно. Рядом с крепостью регулярно проводим зачистки. С камушками будет посложнее. Ранее они хотели построить свой форпост и спокойно добывать. Теперь же сил не хватает.

— Почему вы сами не добываете?

— С чего ты это решил? — дед хитро на меня посмотрел. — Места там богатые. Самые жирные уже за собой застолбили и даже получили добро на увеличение личной дружины. Однако с драгоценными камнями планировали разобраться позже. Правда, потребуется много мороки. Ещё людей откуда-то нанимать. А на днях к нам обратились Вороновы и предложили совместное дело. Мы никого на территорию крепости не пускаем, поэтому построим возле неё дополнительные укрепления, за которыми появятся склады, места для отдыха и всё остальное. За счёт использования нашей инфраструктуры и помощи дружинников наша доля будет выше. Тут, кстати, и Жаровы не против поучаствовать. Теперь понимаешь, почему им нужны хорошие отношения с тобой?

— Из-за родства?

— Верно. Узы родства для нас святы. Пойми, за тобой теперь стоят два не самых слабых рода, причём входящие в Совет. Тебе стоит только попросить, и сделки с ними не будет.

— Из-за одной моей просьбы?

— Да, — твёрдо сказал дед.

— А как же выгода?

— Кровь дороже. Да и потеряем не так много. Вместе с Жаровыми напряжёмся и как-нибудь да справимся. С кланом было бы проще, так как у них есть специалисты. Всю работу, по сути, можно отдать им. Нам осталось бы только обеспечивать охрану. Но если ты попросишь…

— Я не стану этого делать. Лучше взять виру побольше.

— Вот это дело, и я даже знаю, что можно запросить. Ты же не против моего участия? Позволишь роду твоей мамы вытрясти немного и для себя? — дед лукаво улыбнулся, глядя на меня.

— С радостью приму твою помощь, — наши ладони встретились в крепком рукопожатии.

Оставшись стоять перед воротами Академии, на миг задумался, что делать дальше. Точнее решал, стоит заглянуть в «Сдобушку» или нет. Но предварительно зашёл в столовую поужинать и набрать котлеток для наглого котяры. После всё же заглянул в пекарню, где пополнил стратегический запас выпечки. Попивая кофеёк шёл домой и раздумывал над прошедшими разговорами. Все закрытые города сильно завязаны на порталы. Большая часть бизнеса крутится вокруг ресурсов, расположенных на той стороне. В городе занимаются обработкой и производством, там же происходит добыча. Именно последнее является источником богатств многих родов. По сути, всё так же, как за барьером. Нефть, газ и другие природные ресурсы — основной источник доходов многих стран. Как-то видел статистику, так у тех же Соединённых Штатов Америки, несмотря на все производства, огромную часть доходов приносят именно нефть и сжиженный газ.

Род Гремяцких занимается добычей полезных ископаемых, созданием артефактов из добытых там ресурсов. Те же КРСы они могут произвести только за порталом. Причины не известны, так как это секрет рода, который мне никто не расскажет. Зато дед рассказал, что род входит в число акционеров «Орихалк Групп». А это крупнейшая корпорация в стране, занимающая добычей ресурсов в том мире. Войти в число акционеров сейчас невозможно, так как акции распределены между родами, участвовавшими в том походе.

Мысли об акциях перешли в другое русло. С теми деньгами, которые получаю сейчас, далеко не уйти. Надо искать то, что поможет не думать о завтрашнем дне. Вот только чем заняться? С моими нынешними деньгами о серьёзном деле и думать не стоит. Возможно, как-то поможет вира. Ведь деньгами брать — это дурной тон. Всё же интерес у Львовых или стоящих за ними Вороновых весьма серьёзный. Мы с Алёной стали теми, кто послужил сближению двух могущественных родов, которые способны без чьей-либо помощи заняться добычей ресурсов. После понесённых убытков, в том числе людских, им очень важны хорошие взаимоотношения, так как в тот раз они потеряли многих воинов, в том числе контракторов. Обеспечивать охрану своими силами для них будет непросто.

— Баюн? Ты чего возле ворот сидишь? — котяра гордо восседает на кирпичном столбе и презрительно осматривает улицу, словно охраняет территорию. Он демонстративно сделал вид, будто не замечает меня. Лишь когда обратился, подал голос и легко прыгнул на плечо. Эта наглая морда, будто попугай известного пирата, уселся на одном плече. — Голодный?

— Мяу, — то ли согласился, то ли пожаловался он.

— Ничего. Сейчас котлетками угощу. Специально набрал, — тут при словах о котлетах из-за дома появился Василий. Сел возле двери и ждёт. — Где пропадал? Несколько дней дома не появлялся.

Тот меня проигнорировал. Зато, когда открыл дверь, быстро прошмыгнул передо мной. Разувшись, заглянул в гостиную. Там, сидя за столом, друзья играют в настольную игру. Замечаю с ними Виталика.

— Наш Куклачёв явился, — подняв взгляд, произнёс он.

— Привет, пропажа.

— Никуда я не пропадал. Просто так вышло, — в конце он всё же отвёл взгляд.

— Всё в порядке?

— Эх. Меня уже достали с этим вопросом. Твоя Алёнка уже осмотрела мотоцикл.

— Я не о нём. У тебя всё в порядке?

— В полном. Представляешь, я байк выиграл.

— Как? — после моего вопроса он почему-то заёрзал. — Ладно, потом расскажешь. — Решил при всех не выпытывать информацию.

— Стас, как всё прошло? — Встав с дивана, Алёна подошла ко мне. Взгляды остальных тоже оторвались от настольной игры. Судя по отсутствующим вопросам от Виталика, ему уже всё рассказали.

— Ожидаемо.

— Ты отказался? — с тревогой спросила моя невеста.

— Конечно. Иначе и быть не могло.

Присоединяться к игре не стал. Вместо этого, переодевшись, направился в гараж. Там, рядом с моим, увидел синий мотоцикл Виталика. На моём, к счастью, повреждений не обнаружил. Не тратя более времени, расстелил в углу коврик и приступил к зарядке кристалла.

На следующий день возле Академии нас встретил счастливый Барс. Трости у него не оказалось, вот только брошенный на Марину взгляд был весьма странный. Мы всей компанией направились на тринадцатый этаж, однако вместо комнаты для теоретических занятий зашли в другую. Столов и стульев там не оказалось, вместо них — пустой коридор между стоящими возле стен круглыми постаментами. Мы удивлённо оглядывались и гадали, что нас ожидает. Игорь подошёл к первой платформе и перевёл на нас хмурый взгляд.

— Как и обещал, сегодня у вас очень непростое занятие. Хоть считаю, что ещё рано, но… Не важно. В общем, сегодня вы более основательно познакомитесь с иномирцами. Сегодня вы должны будете сразиться с их иллюзиями и… убить. — Он дотронулся до браслета, и все постаменты вспыхнули вначале зелёным светом. Постепенно над каждым из них появились гуманоидные фигуры. С зелёного они приобрели родные цвета.

— Они же практически как мы. — Мои слова нарушили наступившую тишину.

— Вы уже неоднократно убивали зверей, но что случится, когда встретитесь с ними? Не дрогнет ли ваша рука, когда нужно будет нанести последний удар?

Первым стояло существо, закутанное в плащ. Из-под широкого капюшона на нас смотрит лицо, похожее на крокодила или варана. В общем, рептилия. Треугольная вытянутая пасть со слегка выступающими нижними клыками. Вертикальные зрачки внимательно следят за нами. Руки спрятаны под плащом. Создавалось впечатление, будто сейчас сделает шаг, выхватит висящее на поясе под плащом оружие и нападёт.

— Кунь-луньцы называют их люди-драконы, мы — ящеролюдами или, в шутку, рептилойдами. Опасные, быстрые твари. Теоретически могут быть каннибалами. Среди храмовников представителей этой расы много. Есть предположение, будто храм находится недалеко от их портала. Оружие разнообразное: от привычного нам до, к примеру, боевых серпов. Кстати, взгляните на плащ. Видите на нём изображение весов? Именно такие носят все «ищущие силу».

Следующий постамент вызвал восхищённые возгласы у всей мужской половины и ревнивые — у женской. Алёна больно ущипнула, видя мой заинтересованный взгляд. Красивая девушка с фиолетовой кожей, правильными чертами лица, длинными чёрными волосами, стянутыми в тугой хвост. Одета в изящную броню серебристого цвета, которая кое-где отливает алым цветом, будто там нанесён тонкий слой орихалка. Броня явно подогнана по фигуре. Чуть заострённые уши навеяли на мысль о сказочных эльфах.

— Думаю, уже все догадались, кого сейчас увидели. Так называемые тёмные альвы. Встречали их разведчики Ямантауского портала. Увы, контакт наладить так и не удалось. Первыми, как правило, не нападают, но после настойчивых попыток поговорить, эта особа вызвала на бой командира отряда. Благодаря этому смогли записать, как они сражаются.

— Игорь, те, кого я вижу, о них есть упоминания в нашей мифологии. То есть получается, они посещали наш мир? — Задал крутящийся в голове вопрос.

— И да, и нет. Просто порой некоторым сложно удержать язык за зубами. В старину контракторы часто жили среди обычных людей. Сидя за кружечкой эля или бокалом вина, тяжело не похвалиться или просто не поделиться интересной историей. Хотя про ящеролюдов в китайской мифологии есть очень много сведений. Кунь-луньцы умалчивают, но наши историки уверены, контакт был и они действительно явились в наш мир. Возможно, некоторые представители иных рас тоже его посещали.

Кого мы тут только не увидели. Зверолюди разных видов, альвы тёмные и светлые. Создания, похожие на ангелов и демонов. Вся земная мифология смешалась в этой комнате. Хотя кентавров мы так и не увидели: возможно, они действительно выдумка. Зато фавны были. Их лица — нечто среднее между человеческим и козьим. В руках этого странного существа оказалось короткое копьё.

— Одно такое лежит в закрытой секции музея Запорталья. Видите прослойку металла вдоль всего копья? Слой толщиной в мизинец. Он хорошо проводит энергию. В центре есть тончайшая проволока из сплава орихалка и ещё какого-то металла, пока не известного нам. Оружие весьма опасное. При уколе выбрасывают небольшие импульсы стихии, как мы при работе с мечами. Ах да, и секирами, — добавил, поймав взгляд Магомеда. — Согласно дошедших до нас сведений, верить им нельзя, могут запросто ударить в спину. Сведениями о них поделились римляне, так что, скорее всего, вряд ли с ними встретитесь.

Последними увидели гуманоидов, очень похожих на нас, за исключением пары нюансов. Светлокожий мужчина с длинными волосами, облачённый в технологическую защиту. Что-то вроде экзоскелета. В шестипалой руке, облачённой в перчатку, сжимает палаш. За спиной огнестрельное оружие неизвестной модели. Конструкция привычная, за одним «но». Вместо типичного магазина установлен диск. Вот только не так, как на Дегтярёве сверху или на современных перпендикулярно, а параллельно. Однако самым интересным оказались его ноги. У него коленки смотрят в другую сторону, назад.

— Познакомьтесь, представитель расы тэеттиго. Именно к их миру сейчас ушёл экспедиционный корпус. Они не справились с гоном, из-за чего большое количество зверей проникло в их мир. Переброска от других порталов привела к общему ослаблению. По какой-то причине звери ринулись и к другим порталам, но с небольшой задержкой. Есть подозрения на диверсию других иномирцев, но подтверждений этому нет.

— Значит, они наши союзники? — наивно спросила Марина. Первый шок у неё уже прошёл. Мысль о предстоящем сражении отошла на второй план, и теперь ей просто любопытно.

— Не совсем, — Игорь на миг замялся. — Слышал, плата очень хороша.

— Значит, мы выступаем как наёмники? — спросил Артур.

— И да, и нет. Они встретились с одним из отрядов разведки и передали просьбу о помощи, которую подкрепили кое-какими подарками и обещаниями поделиться технологиями. Согласитесь, такой экзоскелет было бы не плохо получить. Артефактная защита, терморегуляция, система маскировки. Причём их делают под каждого контрактора индивидуально. Он значительно повышает боевые возможности.

— Так у нас они тоже есть, — вспомнил случай с отправкой нас в Ямантау. Тогда ректоры облачились в неизвестную броню.

— Если и есть, то не такого уровня. То, что предоставят они, обгоняет все наши разработки и, самое главное, предназначено для массового изготовления. Это контракторам нужно индивидуальное производство. С одарёнными всё проще. Представьте, насколько возрастёт наша боевая мощь, если все дружины оденутся в неё? — Барс глазами, полными восторга, разглядывал броню, явно представляя себя в ней. — Что ж, на этом закончим. Пора приступать к боям. Выбирайте.

— Что выбирать? — в голосе Марины послышались нотки неуверенности. Глаза тревожно забегали.

— Противников. С кем будете сейчас драться на полигоне.

Глава 9

Какое-то время никто не решался заговорить, ведь все понимали: бой — это не самое сложное. Сложнее всего его конец, когда настанет черёд нанести последний удар. Понимая, что тянуть бессмысленно, делаю выбор:

— Начну, пожалуй, с самого первого. Уверен, нам не раз придётся принимать такой бой. Успею и с другими подраться.

— Стас, ты так спокойно об этом говоришь? — взгляд Марины, дёрнувшей за рукав, напомнил глаза обиженного котёнка.

— Лучше здесь, чем за порталом.

— Он прав, — поддержала Алёна. — Выбираю фавна. Хочу испытать его копьё.

— Пожалуй, тоже начну по порядку, — сделал выбор Артур. В итоге противники отличаются только у Алёны и Виталика. Друг выбрал здоровое существо, похожее на демона, вооружённого огромным мечом. Вот только Виталик свой держит двумя руками, а его противник — одной.

— Интересный выбор. По силе сделаю чуть слабее вас. Однако их навыки боя взяты из памяти сражавшихся с ними контракторов и постоянно дополняются на основе их физиологии, а также после проведённых учебных боёв. Поэтому не надейтесь на лёгкий бой. Их мастерство выше, чем у вас.

Сами бои пройдут на полигоне. Для каждого из нас там появилась закрытая территория. Барс так специально сделал, чтобы скрыть происходящее от соотрядников. Ему же всё будет видно благодаря пульту, за которым сейчас восседает.

К моему удивлению, выделенное для боя пространство никак не изменилось: стены всё того же серосвинцового цвета, пол тоже никак не поменялся. Похоже, решил первый бой не усложнять.

Напротив замерцали серебристые искры, из которых материализовался силуэт в чёрном плаще. Из-под надвинутого на голову капюшона на меня уставились оценивающие вертикальные зрачки. Эти материальные иллюзии, наверное, никогда не перестанут удивлять. Если наставники — это крупица сознания когда-то жившего контрактора, причём они способны развиваться до полноценной личности. То стоящая напротив меня иллюзия — это компиляция из воспоминаний контракторов, встречавших данного противника и сражавшихся с ним. Согласно выставленной программе, иллюзия получает доступ к базе данных с доступными для неё навыками. Сила ограничена, точнее, она контролируется Барсом. Хотя многие движения противника — это процесс моделирования с учётом физиологии. Развить самосознание они по идее не могут, но это не точно. Возможности местных электронно-вычислительных систем с алгоритмами на базе рун и артефактным железом изучают артефакторы и рунологи, уже получив основное образование в Академии и решившие получить более продвинутые знания.

— Ну и рожа у тебя, — уже с мечами наголо изучаю чешуйчатое лицо противника. На нижней челюсти небольшой шрам. Глаза жёлтые. Ноздри плавно раздуваются, словно он настроен неагрессивно.

Существо передо мной шевельнуло руками, полы плаща разошлись, и в его лапах с острыми когтями появилось нечто странное. Такое оружие вроде видел в каком-то фильме, причём азиатском. Также вспомнил турнир, где китаянка использовала подобное. Одна рука придерживает тонкую чёрную цепочку, вроде даже матово-чёрную. В другой руке сжимает приделанное к ней остриё сантиметров десять в длину. Выглядит как наконечник копья: с узким листовидным остриём. Он неспешно начал его раскручивать. Замечаю, как по цепи пробежала серебристая энергия, которая сразу дала понять его стихию. Он воздушник, хотя порой можно перепутать с холодом.

— Начинаю отсчёт! — голос Барса разнёсся по полигону. Мне показалось, будто он напряжён. — 3! 2! 1! Начали!

Противник тут же запустил в меня копьём на цепочке, одновременно начав двигаться вправо. Я не заметил никакого перехода. Он просто из расслабленного состояния перешёл в боевое. Из-за такого резкого преображения чуть не проморгал атаку. Благо гибкость позволяет с места вставать на мостик. Остриё пролетело в считанных миллиметрах над животом, практически скользя по защите. Рептилия вдруг как-то дёрнула рукой, ощущаю, как энергия струится по оружию. Оно вдруг чуть повернулось и быстро пошло назад, чиркая широкой частью острия по энергетической плёнке.

Мне оставалось только упасть, перекатиться и снова встать в стойку. Противник очень силён и опасен. Даже может такое быть, Барс выставил более высокий уровень силы, но это, скорее всего, не так. Просто на моём уровне силы у этого создания намного выше навыки. Всё же база данных содержит большое количество учебных схваток. Этот бой похож на партию начинающего шахматиста с компьютером, который предугадывает каждый ход, но из-за выставленной программы будет иногда поддаваться и совершать ошибки. А это означает только одно: надо действовать, как учил Суворов, то есть удивлять и ставить программу в тупик.

— Потанцуем? — произношу, наполняя тело стихийной энергией выше нормы. Глаза заискрились. Частью сил наполнил мечи, от чего “грозовые братья” радостно засверкали.

Срываюсь с места на полной скорости. Тот не стал дожидаться и отпрыгнул назад, одновременно запуская копьё, но не по прямой, а сбоку. Не обращая на него внимания, продолжаю сближение, однако ящер всё время ускользает от прямого боя. Он дёрнул копьё, и цепь с острым наконечником понеслась в спину. Я этого не вижу, зато чувствую. Мы с котом слились в одно целое, от чего все инстинкты обострились, в том числе пространственное восприятие. Это именно то, чему обучал Рокот с наставником, гоняя вдвоём в ограниченном пространстве. Я теперь ощущаю всё происходящее в паре шагов от меня. Резко пригибаюсь, пропуская оружие, и бегу за ним. Рептилия делает скачок в сторону стены и вновь атакует.

— Так дело не пойдёт, — вижу, как вокруг него завихряются потоки ветра. Он явно более опытный в управлении стихией.

Попытался использовать приём, о котором не раз размышлял. Разогнанное сознание позволило продолжать преследование и одновременно сосредоточиться на одном из мечей. За время ношения стали частью меня. Это влияние внутренней энергии и особый материал. Я подумал, если они часть меня, то почему не попытаться с помощью них создать шаровую молнию? Тем более они неплохие накопители энергии. В них можно сосредоточить такое количество, от которого я бы заорал от боли. Вот только сразу не получилось. Атаки, плюс вёрткий противник, который избегает ближнего боя. Барс, вероятно, специально такого выбрал, дабы остудить наш пыл и поумерить гордыню.

— Да куда же ты опять убегаешь? — я почти загнал его в угол, но тот как-то плавно ушёл от одного меча, затем от второго, следом запустил воздушный серп и выскочил из угла.

Ещё никогда не чувствовал себя таким бессильным. Энергия бешеным потоком струится по телу. Чувствую, что превосхожу его, но тот обыгрывает на мастерстве. И вновь мне на помощь пришла злость. В очередной раз попытался сплести жгуты на конце меча и запустить шаровую молнию. Как ни странно, у меня получилось. Да ещё как. Вроде стандартный размер, однако количество энергии меня самого поразило. Он на огромной скорости устремился в ящерицу. Тот успел его заметить и даже попытался защититься, отправив в шар своё копьё. С трудом увидел, а точнее ощутил, выплеск силы в центр моей техники. Та с ослепительной вспышкой рванула во все стороны. Такой момент не стал упускать. Несусь через свою стихию, которая не причиняет мне никакого вреда. Вижу, как в удивлении расширились зрачки оппонента. Один из мечей устремляется к нему. Ящеролюд, попытался защититься, выставив руку, на которой намотана цепочка. Прорубить не смог, зато защита заколыхалась. Вот только у меня не один меч. Второй летит прямо в живот и, пробив остатки защиты, пронзает его. Похоже, вместе с ударом пронзил и позвоночник. Враг удивлён — это вижу по глазам. Вытаскиваю меч и отскакиваю назад.

— Ну вот и всё, — довольно произношу, наблюдая за поверженным противником. Добивать его нет смысла, так как с перерубленным позвоночником он не противник.

Осматриваю мечами на наличие крови, затем убираю в ножны. Поворачиваюсь и иду к стене.

— Барс! Я за… — договорить не успел, потому как страшная боль пронзила спину. Поворачиваю голову и вижу, как цепочка, светящаяся от энергии, словно змея, растянулась от его руки до моей спины.

Стены пропали. Вижу стоящего Артура. Весь в порезах, но без серьёзных ран. Алёна придерживает одну руку, которая неестественно вывернута. Чуть в стороне навзрыд плачет Марина. Виталик стоит на коленях с дырой в животе. Магомед ошарашенно смотрит на стену, возле которой валяется его секира. Вдруг вижу неспешно подошедшую к Виталику Василису Светлову. Та склонилась над ним и начала лечить.

— Марина, хватит реветь! Ты целитель, так что возьми себя в руки! — неожиданно строго и даже жёстко прикрикнула целительница. — Станиславу нужна помощь. Проведи диагностику. Останови кровотечение и начни заживление. Как только закончу здесь, займусь им.

— Стас?! — услышав обо мне, она встрепенулась и тут же побежала в мою сторону. Алёна от неё не отстаёт.

Остальные, понимая, что ничем не смогут помочь, отошли в сторону и наблюдают за нашим лечением. Похоже, Светлова решила не экономить силы и поднять на ноги сразу. Мощная волна салатового свечения окутала Виталика. На наших глазах ужасная рана начала затягиваться. Марина в этот момент склонилась надо мной. Из её ладошек полилось такое же свечение, только намного меньшей насыщенности. Почувствовал, как тепло разливается по спине, смывая жуткую боль, которую всё это время терпел.

— Потерпи, Стас. Я тебе помогу. Обещаю, до маминой помощи тебе не будет больно, — обеспокоенным голосом сказала она. Всё ещё мокрое от слёз лицо наполнилось беспокойством за меня. Я впервые вижу эту малышку столь серьёзной, не похожей на себя в обычной жизни.

— Я тебе верю, — улыбаюсь ей в ответ.

Она больше ничего не сказала. Напрягая все силы, старается помочь, а ведь она только после боя. Уверен, она немало потратила сил, теперь же вынуждена заниматься мной. Сколько же мужества и упорства в этом маленьком хрупком теле? В той, кого Гремяцкие хотят за меня выдать. Я по-новому на неё взглянул. Только сейчас начал замечать, как она изменилась с момента первой встречи, когда затащила на занятия по танцам. Черты лица уже не такие детские. Фигура потихоньку приобретает женственность, да и рост слегка увеличился. Всё это время в голове сидел образ той девочки, которая ругалась с Добровым. Именно так всегда воспринимал и не замечал, как постепенно превращается в симпатичную девушку.

— Ты чего на меня так смотришь? — не отрывая рук, вдруг спросила она. Слегка запунцовела, быть может, из-за использования сил, но вот забегавшие глаза выдают её с головой.

— Ты изменилась.

— Только заметил? И как? — с интересом спросила она. При этом пристально посмотрела в глаза.

— Похорошела. Вместо сплошной милоты обретаешь шарм, как у твоей матушки.

— П-правда? — растерялась девочка. Алёна же с любопытством переводит взгляд с одного на другого, и не понятно, чего в её глазах больше: веселья или ревности. Однако она о предложении Гремяцких в курсе и, в целом, не против.

— Ох, — охнул от неожиданно вернувшейся боли.

— Ой. Прости, я случайно.

— Ну и ну. Как же приятно, когда тобой восхищаются. Спасибо за комплимент. Значит, тебе нравится мой шарм? — раздался смеющийся голос подошедшей к нам Светловой. Она, как обычно, выглядит сногсшибательно. В голубом приталенном платье и туфельках на невысоком каблуке. — Засмущал мою дочурку, она аж концентрацию от восторга потеряла. Видишь, что бывает, когда мало тренируешься? — в конце обратилась к Марине.

— Ну мам, — понуро сказала Марина. — Я случайно.

— Во-во. А ещё, если будешь больше тренироваться, то скорее обретёшь шарм, о котором намекает Стас, — она провела ладонью по декольте, намекая, о каком шарме я говорил. У меня и в мыслях такого не было, потому как говорил обо всём в целом. Именно так, если спросит, стану объяснять Алёне.

— Мам, как тебе не стыдно?

— Ой-ой. Моя малышка застеснялась, — поддразнила дочку. Разговаривая, она одновременно что-то делала с раной. Живительная энергия наполняет тело. Чувствую, как восстановление идёт полным ходом. — В целом неплохо потрудилась, но можно лучше. Почему кровь не убрала? Пару сосудов плохо срастила. На следующем занятии будешь тренироваться, пока не станет всё получаться идеально.

— Хорошо, мам.

— Ну вот и всё. Вставай, герой. Пока поправляю здоровье остальным, ваш командир начнёт снимать с вас стружку. Да и мне любопытно посмотреть, в составе какого отряда моя дочь окажется за порталом, — последнее сказала, пристально глядя на Игоря.

— Именно для повышения их боеспособности мы тут тренируемся. Хотя этот бой оказался спорным. Отряд потерял половину личного состава. То есть не боеспособен, так как пришлось бы тащить раненых и убитых домой. Это означает прекращение рейда и срыв поставленной задачи. Артур, Алёна и Магомед, в целом нареканий нет. Хоть с Бобром ситуация как с нашим Котом, но тот успел увернуться и вовремя метнул секиру. — все взгляды устремились на меня. — Стас, что это было? Тебе же русским языком сказано, вы должны не ранить противника, а убить. Почему оставил его за спиной?

— Кхм. Подумал, перебитого позвоночника будет достаточно. Как он вообще меня ранил? Он же был не боеспособен.

В этот момент на стене зажёгся большой экран. На нём отчётливо видно, как поразил врага и пошёл к стене. Прозвучал мой довольный голос, затем все увидели искривлённое от боли лицо. Видео вернулась к тому моменту, когда я его поразил, чтобы все увидели картинку с другого ракурса. Вот противник лежит без движения. Внезапно цепь начала светиться, наполненная энергией. Она словно змея стала извиваться, взлетая в воздух, и в какой-то момент изогнулась, словно кобра перед броском. В следующий миг копьё устремилось на большой скорости в мою спину. Лёгкую защиту пробило влёт, хотя благодаря ей не пробило насквозь.

— Какие ошибки совершил?

— Оставил в живых, — понуро ответил я. — И слабая защита.

— Верно, хотя можно перечислить ещё много ошибок. Что касается Виталика, тут дело ещё тяжелее. При этом схожее с Марининым.

Мы увидели противника Виталика, стоящего перед ним на коленях. Наш друг стоял с занесённым мечом и не решался ударить. Видно, как руки подрагивают, на лице сомнения. Однако противник не склонен к нашей рефлексии, привитой за последние века. Он откуда-то достал то ли нож, то ли очень короткий меч и с выплеском силы пробил живот. Картина поменялась на Марину. Та, постоянно ослабляя противника целительскими техниками, довела до изнеможения. Лёжа на земле и не в силах пошевелить руками, с ненавистью смотрит на девочку. Марина смотрит в ответ. Её шпага возле горла, но решиться никак не может. Вдруг она падает на колени и начинает плакать.

— Я не могу. Не могу! Это неправильно! — заливаясь слезами, стала она причитать.

Видео оборвалось. Смотреть бои остальных не стали, ибо те победили и справились с задачей. Барс выглядит недовольным. Василиса задумчивой. Её взгляд перемещался от одного к другому.

— Очень плохо. Думал, покажете лучший результат.

— Не скажи. Считаю, первое занятие прошло очень хорошо, — вступилась за нас Василиса. — Уверенной победы нет, но они показали всё, на что способны. При этом победили. То, что не смогли убить, для них естественно. Они ещё слишком юны и не понимают, в каком мире живут. Дети, наш мир хищников, а не травоядных.

— Но мам! Мы же целители!

— И это должно сделать нас дураками? Я и все члены рода Светловых за тебя горло любому перегрызём. То же самое сделают Жаровы и Гремяцкие. Девочка, не смотри на меня так удивлённо, — обратилась к Алёне. — Несмотря на твой поступок, род всегда будет защищать свою кровь.

Тут у меня в голове пронеслась мысль о маме. За ней никто не приглядывал, когда жила в Москве. Интересно, Громов решился бы на неё напасть? А с другой стороны, во мне течёт и его кровь. Можно было бы считать нападение защитой их крови и родственника?

— Мам, они же как люди. Ты всегда учила, целитель должен помогать раненым и больным. Это наш долг.

— Верно. Вот только при чём тут твой враг? При чём тут тот, кто пытался тебя убить? А если меня попытаются убить и противник будет ранен. Ты и его начнёшь лечить?

— Нет. Но… — растерянная Марина не нашлась с ответом.

— Дочь, грань между воином и убийцей тонка, но она есть. Научись её понимать. Это касается и остальных. Вы воины, защищающие наш мир от обитателей запорталья. «Ищущие силы» — фанатики, которым нужна только сила. Вы для них не люди или разумные существа. Вы для них сосуды с силой, которую можно отобрать. Они вас щадить не станут.

— Вы сказали, мы защищаем людей от тех, кто приходит из-за портала. Но что, если нападут обычные люди или другие контракторы?

— Всё просто. У нас нет глупого закона о превышении прав на самооборону. Мы можем защищать свою жизнь всеми доступными способами и средствами. При такой защите смерть не редкость. Доказать свою правоту вы потом сможете при помощи артефактов правды. Их использует тайная канцелярия и княжеская стража. Если вдруг попадёте к ним на допрос, то можете требовать стряпчего для вашей защиты. Его могут предоставить: род, Академия, Родовая ассамблея, если в ней состоит ваш род, княжество или, в вашем случае, КЗР.

— КЗР? Кто это? — удивлённо спросил Артур.

— Игорь, ты им не говорил? — удивлённо и одновременно осуждающе спросила Василиса Светлова.

— Пока не успел. КЗР — это корпус запортальных разведчиков. Так называется наша структура, в которой мы служим. Забейте себе в браслет этот номер. Я выслал каждому в «Вестнике». Если что-то случится и вам понадобится юридическая помощь, звоните. Также можете воспользоваться юридическим отделом Академии. Пока вы курсанты Академии, то находитесь под надёжной защитой.

— Надеюсь, вам это не понадобится. Всё же лучше избегать смертельных боёв. Что же касается прошедших, то вам есть куда расти. Главное, дерясь с врагом, не следует испытывать сомнения, — вновь напутствовала целительница.

В этот момент из моего плеча вылез дух и цапнул за ухо. Он яростно зашипел, одновременно посылая мыслеобразы, как стучит по макушке маленькому серому котёнку. Из послания понял — он испугался, ведь мы прочно связаны. Если погибну я, он тоже умрёт. Феникс смог продержаться за счёт большого количества энергии и меча контрактора, с которым был связан. У кота столько сил пока нет. Он не сможет долго продержаться без подпитки моей внутренней энергии, ведь у нас симбиоз. Он питается ею, преобразуя в стихийную.

— Поздно, котик. Ты должен раньше ему это объяснить. Тем более вина есть и на тебе, — вдруг принялась отчитывать этот шипящий сгусток электричества в виде кота. — Где твои инстинкты? Где кошачьи рефлексы? Почему позволил другу пострадать? Ну чего ушки поджимаешь и взгляд опускаешь? Вы теперь до конца дней своих вместе.

— Мяу, — жалобно подал голос.

— И не пытайся меня разжалобить, — грозно сказала, но метнувшаяся к коту маленькая фигурка удивила женщину. — Сильфи, предательница. — Дриада, начавшая гладить урчащего подлизу, показала женщине язык. Марина сделала маленький шажочек и протянула к нему руку. — Ах вот вы как? Я тут стараюсь, а они весь воспитательный процесс портят. — Сказала наигранно возмущённо, так как лёгкая улыбка её выдаёт.

— Котяра, когда ты уже сможешь вылазить полностью? У меня скоро социофобия начнётся, — говорю, отвернувшись в сторону от него, ибо Василиса не нашла ничего лучше, чем встать напротив, чтобы присоединиться к тисканью кота. Я же не знал, куда смотреть. На руки и кота как-то не очень. На лицо целительницы тяжело, так как глаза непроизвольно норовят посмотреть вниз, на декольте. Остаётся левая сторона, а там стоит Алёна со скрещёнными на груди руками и пристально за мной следит. — Спасай, — беззвучно шепчу ей. Она в ответ улыбается.

Благо игра с котом долго не продлилась. Хвостатый подлиза отработал свою вину и спрятался во мне. Разбор боёв продлился ещё полчаса, затем Барс отпустил заниматься своими делами, но я вдруг внёс предложение.

— Игорь, подожди, — остановил возле ворот Академии. Мы обычно занимаемся с девяти до двенадцати, но сегодня вышло занятие коротким. На часах всего одиннадцать. Это значит, мы успеем.

— Чего-то хотел?

— Да. Пригласить сходить с нами попить кофе.

— О как. А я вам не помешаю?

— Мы один отряд. Устроим небольшую посиделку. Тем более хотел её угостить в честь того случая.

— Это ты про какой? — не понял он.

— Про тот, когда вручил Алёне кольцо. В тот день не получилось.

— Стас, ну ты даёшь, — вмешался Артур. — Такое отмечают не кофе, а кое-чем покрепче.

— Старикашка, опять про гадкое пиво намекаешь? — вмешалась Марина.

— Ты можешь сок выпить, мы же посидим по-взрослому.

— Это ты на что намекаешь? Что я маленькая?

— Не ссорьтесь. Я гарантирую, вы не пожалеете.

— От кофе? — скептически спросил Артур. — Или это то, которое переваривают какие-то зверьки?

— Фу. Старикашка, какие гадости ты говоришь.

— Нет. Просто мы сходим в заведение Вяземских, которое расположено на входе на Торговую улицу с Центрального проспекта.

— То самое? — удивлённо вытаращил глаза Барс.

— Да. Я один раз пробовал и скажу вам, это невероятно.

— Он снова отдал свой столик? — восторженно поинтересовалась Алёна.

— Не просто отдал. Я уже списался с ним. Будет ждать внутри. Мне сейчас надо отправить, сколько человек придёт со мной.

— Много слышал про этот их напиток, вот только попасть не получается. Все столики на месяцы вперёд забронированы. Если приглашаешь, не упущу такой возможности.

— Оно какое-то особое? — удивился Артур.

— Вот же глупый старичок. Оно разгоняет энергию. Стас, мне тоже можно будет с тобой? А то мама всегда говорила, что ещё рано такое пробовать, — глаза Марины напомнили взгляд кота из одного мультика. Хотя мой, когда чего-то хочет, может и похлеще.

— Конечно. Я же зову своих друзей. Ане уже написал. Артур, напиши Кристине, пускай тоже приходит. Сейчас ещё попытаюсь сестру найти.

— Нас из-за неё оттуда не выгонят? — спросила Марина. Отвечать на этот вопрос не стал. Катя девочка шебутная, но меру знает.

Предложил Виталику позвать Ярославу, но та отказалась. Если честно — это вызвало облегчение. Она наш учитель и, несмотря на её отношения с другом, присутствие вызовет чувство неловкости.

Пришли к кафе без пяти двенадцать, так как девушки захотели переодеться. При этом именно в двенадцать в кафе подают их фирменный кофе, ради которого все сюда приходят. Я как-то спрашивал, почему только в это время. Пётр Григорьевич посмеялся и объяснил: таким образом мероприятию придаётся некая элитарность. Именно за посещение этого времени многие готовы заплатить большие деньги. Порой весьма влиятельные люди приходят с просьбой, чтобы помогли забронировать столик. Вяземские нечасто, но идут на уступки и предоставляют свой личный столик, получая тем самым должников. Когда приезжают делегации, князь обращается к роду, дабы те поспособствовали. На самом деле нарастить производство несложно, при этом род обеспечивает себя в хороших объёмах. У меня дома лежит солидный пакет с зёрнами, однако пить этот кофе дома не сравнится с посещением этого заведения.

— Добрый день. У вас забронировано? — спросил администратор, стоящий на входе.

— Нас ожидают.

— Они со мной, — из помещения вышел Пётр Григорьевич со светящимся стихией маленьким енотом, сидящим на плече. Тот любопытно крутит мордашкой, при этом потирая лапки, будто задумал шалость. — Привет, Стас, рад тебя видеть. — Поздоровался со мной, чуть приобнимая. Енот перепрыгнул с плеча кузнеца на моё. Нагло усевшись, подёргал за волосы. Чувствую, как из спины медленно появляется кошачья лапа. Изнутри транслируется азарт охотника. Так и представляю, как котяра, шевеля толстой попой из стороны в сторону, готовится напасть на захватчика плеча его друга. — Ты ему понравился. — Затем повернулся к моим друзьям. — Друзья Стаса — мои друзья. Рад вас всех приветствовать в заведении моего рода. Проходите. Кофе скоро подадут. Десерты закажите на месте.

Все по очереди поздоровались и вошли внутрь. Тем временем на плече началась битва. Кот старался ударить енота лапой, тот же пытался её перехватить. Увы, мой дух проигрывал. Сил и проворства у мелкого зверька оказалось намного больше. То, как двигает лапками, порой не заметно. Я даже попробовал проследить на ускорении, однако всё равно не заметил.

— Ничего себе тут цены, — прошептал Артур.

— Оно того стоит, — ответил ему.

Вскоре каждому подали по маленькой чашечке ароматного напитка. Запах, казалось, может снести голову, настолько густой и насыщенный аромат идёт от чашек. Марина чуть поморщилась при виде чёрного кофе, остальные отнеслись просто с недоверием. Точнее все, кроме Ани. С горящими от предвкушения глазами сделала первый глоток и застыла с чувством наслаждения на лице. Кристина, с её малым рангом, только перешедшая на четвёртый, взяла чашку с большой осторожностью. При её ранге ощущения могут быть через чур сильными, поэтому ей рекомендовали пить очень осторожно, делая паузы. Друзья ещё сомневаются, будто кофе может оказаться настолько необычным, но стоило сделать первый глоток и ощутить эффект, как их лица тут же изменились.

— Это невероятно, — шокированное лицо Артура даже позабавило.

— Ах, — блаженно простонала Кристина. Алёна из-за этого покраснела, видать, вспомнила, как сама в первый раз отреагировала. — Волшебство какое-то.

— Рад, что вам нравится наш кофе, — Пётр Григорьевич подмигнул мне. Мы с ним договорились, что я не стану угощать этим кофе друзей до первого посещения кафе. Он хотел увидеть их реакцию и чтобы они насладились атмосферой. Кстати, когда узнал о цене того мешочка, чуть глаза не полезли на лоб.

— Он великолепен, — сказала Алёна, отпив ещё один глоток.

Энергия, словно получившая пинок, активно бежит по каналам. Кот перестал играться с енотом и блаженно урчит из-за прилива сил. Вяземский, с лёгкой улыбкой, наблюдает за нами. По нему не заметно, чтобы кофе влиял так же, как на нас. Окинув взглядом кафе, заметил, остальные люди ведут себя так же, как он. Вероятно, чем сильнее контрактор или одарённый, тем слабее эффект. Думаю, он для них как лёгкая стимуляция.

— Ваши десерты, — сказала официантка, принёсшая тарелки со сладким. Она шустро расставила их перед нами и, покосившись на Петра Григорьевича, удалилась.

— Стас, у тебя когда найдётся пара часиков, чтобы посетить кузницу?

— Если честно, вся неделя по вечерам забита. Только если после клубов могу прийти.

— Хм. Это поздно. Мои помощники уже разойдутся. В общем, будь добр, найди на неделе время. У меня к тебе интересное предложение.

— Тогда во вторник, вместо клуба по фехтованию. Надо только Леонида предупредить, а то вдруг он тоже не сможет прийти.

— Хорошо, как договоришься, напиши мне, — договорив, перевёл взгляд с меня на Катю. — Екатерина, как вам здесь?

— Потрясающе. Жаль, папенька с матушкой не смогли сюда попасть, когда недавно приезжали в Беловодье.

— Увы, тут слишком мало мест и очень много желающих.

— Я знаю. Вот только печально, что этот столик в тот день был свободен, но за него никого не пускали.

— Этот столик всегда забронирован за мной или членами рода. Мы предоставляем его только для друзей рода. Хотя, если бы Владимир обратился к Стасу с этой маленькой просьбой, то их бы приняли здесь со всем радушием.

— К Стасу? — Катя опустила глаза к столу, не зная, как на это ответить. — Папа не станет первым… Это невозможно.

— Очень жаль. Помнится, мы с ним часто здесь сидели. Болтали о разном.

— Так вы с ним дружите? — встрепенулась она.

— Когда-то дружили. Теперь просто хорошие знакомые.

— Но ведь вы сделали мои мечи.

— Да. По старой дружбе не смог отказать.

Короткий разговор между ними привлёк наше внимание, однако друзья старались этого не показывать, я же пристально посмотрел на Вяземского. При первой встрече он назвал Грозового Когтя своим знакомым. Теперь выясняется, они когда-то были друзьями. Что, если дать позывной не сиюминутное решение? С тех пор многое узнал об отношении между тем, кто получил позывной, и тем, кто его дал. Кузнец тогда сказал, это наподобие крестин. Но с чего вдруг он решил предложить первому встречному? Меня и раньше одолевали сомнения, что это связано с моей стихией. Теперь его поступок обрастает новыми подробностями. Может, он знал, что я сын Громова? В этот момент Вяземский перевёл взгляд с Кати на меня.

— Во вторник, — спокойно произнёс, не разрывая зрительного контакта. Он словно понял все мои мысли.

— Как скажете.

Глава 10

— Докладывай, — уставшая Хель сидит с чашкой кофе на походном раскладном стуле. Ётун, вошедший только что в комнату, в которой Елена принимает доклады, встал напротив стола, на котором расстелена напечатанная на принтере карта города.

— Мы потеряли ещё тридцать человек, из которых семеро контракторы. Более сотни тяжело раненых. Группы быстрого реагирования не успевают приходить всем на помощь, так как врагов слишком много и прут бесконечным потоком. Единственное, что выручает, они пока не собрались в одну стаю, а идут разрозненными группами или по одному.

— Я так понимаю, решение отправлять по одному или два контрактора себя не оправдало?

— Нет. Посылать по одному оказалось неэффективно. Именно в таких стычках мы несём больше всего потерь. Одарённые дружинники, видя, как на контрактора наседают сразу несколько сильных тварей, пытаются помочь. Применять серьёзное вооружение не решаются, боясь задеть своего, из-за чего отвлекают стрелковкой и нередко лезут в рукопашную.

— Вот же отродья айсбергов, — произнесла традиционное ругательство Хельграда. Ведь воины их портала терпят немало проблем от дрейфующих айсбергов с ледяными скорпионами.

— Госпожа Хель! Виверны! — в комнату ворвался посланный наблюдателем дружинник.

— Много? — устало спросила женщина, которая последние дни практически не спит. Старых зверей, набравших силу, в этом мире оказалось много. Отправлять против них дружинников — это точно получить лишние потери.

— Всего четыре, но среди них одна очень крупная со специфической расцветкой. Летунам взять её на себя или дождаться вас?

— Сейчас приду. Пойдём, Ётун. Покой нам только снится.

— Госпожа, Ледяной дружине не нужен покой. Мы рады этой битве.

— Ещё не надоело? Думала, уже напоил свою секиру.

— Слабаки, — поморщился воевода, которому тоже пришлось вступать в бой. — Мне бы кого посильнее.

— Не переживай. Уверена, и такие найдутся.

Они быстро поднялись на крышу частично разрушенного здания. Отсюда виден весь город, на окраинах которого то и дело раздаётся интенсивная стрельба. Вот только артиллерия всё чаще молчит. Женщина подумала о предстоящем разговоре с интендантом. Тот и так вчера жаловался на слишком большие расходы боеприпасов, но что с этим делать, Елена не знает. Без поддержки крупных калибров станет совсем тяжко. В этот момент с небес спикировал огненно-красный дух жука, похожий на божью коровку. Со спины спрыгнул контрактор, который тут же подошёл.

— Госпожа, стая огнекрылов уничтожена. Потерь нет.

— Это хорошо. Про виверн уже слышал?

— Виноват. Мы только вернулись. Много их?

— Всего четыре, но, как доложили, среди них одна очень крупная. Вероятно, старая.

— Старая? Предполагаете высокий ранг?

— Да. Так что полечу с вами. Возьмёте на себя остальных, если что, помогу.

— Как скажете. С вами победим кого угодно, — радостно добавил дружинник.

— Тогда отправляемся.

Ётун проводил удаляющуюся госпожу и пятёрку дружинников. Это один из отрядов воздушного прикрытия. Из-за невозможности пополнить запасы ПВО который день молчит. Решили применять только в крайнем случае. Мужчина покосился вниз, где между зданий заметил движение. Он в очередной раз поморщился. Там несут на носилках раненых. Целители чуть ли не падают от истощения, вытаскивая с того света раненных и искалеченных людей. Практически безостановочно глотают стимуляторы, дабы продержаться подольше. Из-за участившихся случаев рукопашных схваток поток раненных с каждым днём увеличивается.

— Воевода, возле школы опять просят подкрепления. Там серьёзный противник выполз. Говорят, стихийный скорпион.

— Кто у нас сейчас свободен?

— Никого. Пять минут назад поступили сообщения сразу с трёх опорников. На одном были вынуждены отступить, из-за чего звери вошли в город и разбрелись по улицам. Одна из стай чуть не зашла в спину соседнему опорнику, благо группу из резерва туда уже отправил.

— Понятно. Тогда сам разберусь, — на хмуром лице воеводы появилась улыбка, больше смахивающая на оскал.

***

— Ефим, надо уходить! — раздался крик дружинника, засевшего в соседней комнате.

— Уходить? — он тоскливо оглядел заваленное трупами зверей пространство от леса до школы. Множество воронок от взрывов, лес уже полыхает, а звери оттуда всё прут и прут. Вот только не так, как в начале. Они давно отошли от сонного заторможенного состояния. Мозги включились, из-за чего нередки случаи объединения в стаи, причём объединяются абсолютно разные звери. — Отставить панику! Добиваем остатки боеприпасов и готовимся к рукопашной!

— Ефим, мы не справимся, — негромко сказал Павел, дружинник, стоящий за станковым пулемётом. Он только что срезал зверя, похожего на чёрную четырёхглазую лисицу. Зверь бежал зигзагами, не давая в него нормально прицелиться. Упавшая рядом граната, выпущенная из подствольного гранатомёта, помогла затормозить, а станковый пулемёт со вставленным кристаллом превратил в её в решето.

— Не каркай. Тут хорошее место для обороны. Позади целая улица в сплошных руинах. Там негде нормально обороняться.

— Я это понимаю, вот только что, если сейчас выйдет кто-то серьёзный?

— Енот тебя подери. Говорил же не каркать, — в сердцах сказал Ефим, наблюдая, как из леса вначале вылетел крупный булыжник из плотно спрессованной земли. Он врезался в левое крыло школы. Затем из густого дыма выпрыгнул громадный скорпион песочного цвета. Его появление не заметили из-за охватившего лес огня.

— Первое и третье отделение, весь огонь по скорпиону! Используем НЗ!

Мужчина достал последний гранатомёт, который оставил на крайний случай. То же самое сделали и остальные. Со всех сторон полетели гранаты. Раздалась серия взрывов, тварь заволокло дымом. Когда пламя и дым рассеялись, Ефим ещё раз выматерился. Первые выстрелы угодили в мгновенно созданные земляные стены, которые успешно взорвали. Остальные гранаты угодили в противника, вот только аурная защита с добавлением стихийной успешно отразила весь урон. Шквал свинца не приносит никакого результата. Станковый стреляет без остановки. Скорпион, словно наслаждаясь моментом, постоял на месте пару секунд и вдруг резко сорвался вперёд. Он будто размазался в воздухе. Ефим сразу понял: дело дрянь, эта тварь точно высокоранговая. Длинный хвост ворвался в соседнее окно и прошил насквозь Павла. Тот непонимающе посмотрел вниз, на дыру в животе. Ефим отчётливо видел на дружиннике аурную защиту. Это значит, жало пробило её с одного удара.

— От окон! По возможности используем техники! Внутрь она не пролезет! — мужчина выхватил меч, отскочил ко входу и приготовился защищаться. Кинул ещё один взгляд на Павла, чьё тело упало на пол, когда скорпион выдернул жало. Увы, но тут даже артефакт стазиса бесполезен.

В здание один за другим начали врезаться камни, ломая оконные проёмы и расширяя их. Каменное крошево, словно шрапнель, ударило по аурной защите. Ефим напрягся, подскочил чуть ближе к пролому в стене и, сосредоточившись, запустил технику одарённых «Кулак». Противник на краткий миг удивлённо замер, даже перестал швыряться камнями. Мужчина почувствовал, как внимание сосредоточилось на нём. Пользуясь моментом, продолжил атаковать техниками и одновременно слушая перекличку товарищей. В следующий миг, по наитию, выставил меч перед собой и развернул плашмя. Оружие впечатало в живот и голову из-за ударившего жала на конце длинного хвоста. Только благодаря везению и защите остался жив.

— Не дождёшься, — произнёс, приходя в себя от произошедшего. — Вот же тварь какая.

Скорпион решил больше не играться с дружинниками. Он облокотился о стену, пробивая передними конечностями дыры. Заглянул в широкий проём в стене на втором этаже, оставленный одним из камней. Мужчина ощутил, как тварь изучает его. Похоже, решил вначале разделаться с Ефимом, то ли из-за техники, то ли из-за гранаты, которая попала не в стену, а по аурной защите. Страшная тварь протиснуться внутрь не может, зато хелицеры устремились в глубь комнаты. Спасла реакция и то, что отскочил за стену в коридор, но клешни начали пробивать её вслед за уворачивающимся мужчиной. В этот момент он даже не пытался атаковать мечом, сконцентрировавшись на спасении своей жизни.

— Ефим! Держись! — услышал крик с третьего этажа. В дыру в стене увидел, как сверху спрыгнули пара бойцов прямо на спину скорпиону и принялись бить по защите мечами, насыщенными энергией.

— Бегите, идиоты! — крикнул им, при этом поступил не так, как приказал. Он не мог оставить товарищей наедине с этой тварью. Выскочил к ней и нанёс удар по левой конечности мечом. Сил вложил много, вот только его много — это словно капля в море для их противника.

Парни отвлекли скорпиона, из-за чего он проигнорировал удар Ефима. Стоящие на аурной защите мешали ему сильнее, нежели один человек, которого ещё надо достать. Скорпион спустился на землю, и дружинники, решив не испытывать удачу, они отскочили в разные стороны. Вроде бы времени прошло немного, когда энергии дружинников и бывшего обитателя пустыни соприкасались, но этого хватило, чтобы почти полностью истощить людей.

— Вот же болваны, — негромко прокомментировал их поступок, затем скомандовал для остальных: — Бейте техниками одновременно! Иначе не сможем раскачать защиту! — отдал приказ и прыгнул вниз. Ведь техники расходуют слишком много энергии, в отличие от старого доброго меча.

Атаки одарённых оказались как для слона дробь. Всё же разница в силах слишком велика. При этом противник всё ещё дерётся не в полную силу. Явно чувствует, насколько мы слабее. Он повернулся к стоящему справа и прыгнул. Человек не растерялся, сделал кувырок влево, но слишком медленно. Клешня вцепилась в ногу и оторвала её по колено. Видя столь плачевную ситуацию, Ефим рванул вперёд. Запустил технику «таран», которая никак не повлияла. Затем вновь замахнулся мечом и отлетел к стене от удара хелицерой. В следующий миг опять подставил плашмя меч и до максимума напитал защиту. Вот только удара не последовало. Жало врезалось в круглый ледяной щит, который создал на руке внезапно появившийся воевода.

— Ну что, тварюшка, поиграла? — скалясь, спросил Ётун. — Теперь моя очередь. Надеюсь, ты сможешь меня развлечь?

***

Тем временем схожая ситуация творится и на остальных опорниках. Сильные звери тоже не могут противиться гону, зато быстрее остальных приходят в себя. Их разум позволил не действовать опрометчиво. Вместо бездумных атак выждали некоторое время, чтобы понаблюдать за людьми. Сила, ведущая к порталу, вызывает дикую ярость, из-за которой жаждут только одного — убивать, но не всех подряд, а тех, кто не подвержен силе гона. В этом состоянии те, кто идёт под его влиянием, ощущаются словно члены стаи, прайда или других форм объединений. Поэтому, когда видят людей, стремятся обязательно убить. В обычное время они руководствуются инстинктом, но не когда на них действует гон.

Простым одарённым сложно драться против стихийных зверей. Только если недавно вступили на путь стихии или их ранг ещё не высок. Ещё у одарённого есть шанс, если сильно ослабят или измотают стихийника. За эти дни среди людей появились десятки новых контракторов. Они достойно показали себя в бою, из-за чего древний инстинкт и желание силы толкнули на заключение контракта с ними. Однако новички не могут компенсировать потери. Ведь погибшие, как правило, были опытными воинами. Но гон и сама битва полны на неожиданности. Пока один зверь изматывает, несколько могут поджидать в засаде.

Где-то на приличном отдалении от портала группа контракторов разделалась с целой толпой зверей, которые объединились и шли в сторону основных сил людей. Здоровяк махнул мечом, стряхивая кровь и остатки плоти, затем покосился на стоящего неподалёку товарища, который с любопытством рассматривает тушу крупного рогатого кабана.

— Голем, хватай Пятачка.

— С чего это? Тебе надо, ты и бери.

— Да как ты не понимаешь? Тут же целая гора мяса. Шашлыки сделаем, отбивные. Ты ведь жрёшь за десятерых. Тебе этого кабанчика на один день.

— Ежатина, не зли меня.

— Вы опять ругаетесь? — прикрикнула единственная девушка отряда.

— Вот что ты наделал, Големушка? Расстраиваешь нашу ведь… то есть Розочку. Она же целительница. Переживает, что ты так мало кушаешь.

— Как ты хотел меня назвать? Ведьмой? Хочешь я тебе запор устрою? Ты есть точно не захочешь, так что у Голема появится дополнительный паёк.

— Да ладно тебе, не будь такой злюкой. Я же любя.

— Отставить ваши шуточки. Голем, хватай кабана, и уходим отсюда. Не нравится мне всё это. Боюсь, могли объединиться не только эти.

— Чуть что сразу Голем, — проворчал здоровяк и, взяв тушу крупного зверя за одну лапу, легко поднял. Его странный скакун вдруг начал удлиняться, чтобы было куда положить кабана.

— Командир, долго мы ещё будем партизанить? Когда двинем к местным? — спросил боец с позывным Сокол.

— Пока не убедимся, что наши выстоят. В нынешней ситуации мы не спасители, а скорее просители. Нам бы самим помощь не помешала, так что пока воюем здесь. Наш отряд сможет ещё немало пользы принести.

— Айсберг, а вдруг наши не справятся? — спросил тучный мужчина, такой же высокий, как Голем.

— Тюлень, не паникуй.

— Я не к тебе, Ежатина, обращался.

— Тю, какой грозный пухляш.

— Ёж, заткнись, — осадил командир. — Что по поводу наших, то переживать не стоит. Там, помимо Хель, много сильных воинов, которым не впервой драться в меньшинстве. Вся «Ледяная дружина» состоит из тех ещё сорвиголов.

Отряд быстро ушёл с места побоища. За день подобная картина повторилась более пяти раз. Вечером встали на привал на вершине заросшего деревьями холма, откуда открывается отличный вид на округу. Они часто замечали проходящих мимо зверей, по небу то и дело пролетают стаи птиц. Местная фауна, которую не съели пришедшие из-за портала звери, прячется, так как они не подвержены гону и тоже являются добычей.

Второй отряд пожарил всё кабанье мясо на разожжённом костре, заготавливая еду впрок. Несмотря на ранцы, в которых ещё много пайков, хотелось поесть чего-то нормального. Ведь вкус у пайков из-за особых добавок, мешающих воздействию запортальной энергии, не самый приятный. Но иначе нельзя, без этих добавок пища из нашего мира превратится в непригодную для употребления слизь. По этой причине все предпочитают за порталом есть дичь и корнеплоды, произрастающие там. Хотя обладателям ранцев чуть проще. Они защищены от воздействий местной энергии.

— Что случилось? — спросил Айсберг, который проснулся от срабатывания артефакта, висящего на шее. Сейчас дежурит Голем.

— Каменюка, тебе скучно стало и ты решил нас разбудить? — спросил сонный Ёж.

— Идите сюда, — шёпотом сказал здоровяк. На его простецком лице заметно неслабое напряжение. Все сразу насторожились и тихонько подошли к нему.

— Мамочки, — пискнула Роза.

— Енот их всех подери. Где же их всех хоронить. Голем, радуйся, проблем с едой точно не будет.

— Да иди ты.

— Сокол, нужна связь. Требуется срочно предупредить наших, — мрачным голосом сказал Айсберг.

И было от чего мрачнеть. С их холма видно, как всю землю до горизонта заполонили звери. Над ними летят пара драконов, десятки виверн и куча всякой мелочи. Впереди ползёт громадная змея, светящаяся зелёной энергией, похоже, целительской. Рядом гордо идёт здоровенный волк, трава под которым и вокруг моментально покрывается инеем. Ещё одним созданием оказалось неприятное на вид существо на четырёх острых лапах с шипами на них. Туловище землистого цвета, вытянутое, словно у слизняка. Пасть чем-то напомнила камнегрыза. Судя по искажению воздуха, от тела этого существа исходит мощный жар.

— Вот и лидеры гона. Интересно, с других направлений то же самое творится? — прокомментировал Айсберг. — Сокол, что со связью?

— Всё готово.

***

— Вот твари, не отстанут никак, — Беров, сидящий на своём медведе, посмотрел назад, откуда они только что прискакали.

— Надо бы наблюдателей убрать, — предложил представитель рода Вульф, находящийся неподалёку.

— Не надо. Пусть наблюдают. Нужно увести их подальше от основного войска.

— У тебя есть план?

— Конечно. Целых три.

— Озвучишь? — рядом появилась одна из Гремяцких, восседающая на медоеде, который склонил голову набок, смотря на медведя. Вероятно, опять хочет его укусить. Сколько раз его били по голове, а тому всё равно. Раз за разом пытается цапнуть. Такой же задиристый, как его хозяйка.

— И ты тут? Я думал, ты с сестрой где-нибудь потеряешься или вдвоём пойдёте рубить этих тварей.

— Не дождёшься. Тем более с вами интереснее. Давай, медвежуть, рассказывай свои гениальные планы.

— Да и чёрт с тобой. В общем, один из них — сильно растянуть погоню и ударить, выбивая малые группы. Так продолжать, пока не повернут обратно, после чего перейти к наскокам. Второй вариант — если не получим сигнала, возвращаться в лагерь, — мужчина замолчал, всматриваясь в горизонт, словно что-то там выискивает.

— Первый нравится больше, но ты не рассказал про третий, — не унималась Гремяцкая.

— Третий… Тут всё просто. Мы разворачиваемся и идём в атаку.

Все повернулись на огромный столб пыли, поднимающийся из-за толпы преследователей. В небе летают стаи с изредка пролетающими там погонщиками ньинхе на крупных птицах. На приличном отдалении держатся несколько погонщиков, которые пристально следят за отрядом контракторов. Численность преследователей огромна. Сложилось впечатление, будто гонится четверть всех вражеских сил, но это вряд ли. Просто врагов действительно очень много.

— Безумие и отвага, как это по Беровски, — сказала подъехавшая вторая Гремяцкая.

— Неужели наши медоедки струсили? — на его слова первыми отреагировали их духи. Те оскалились, один начал загребать лапой землю, словно бык копытом перед разбегом на тореадора.

— Мы ничего не боимся. Вот только держать за идиоток тоже не стоит.

— Боюсь-боюсь. Ладно, не сверкайте глазками. Вы думаете, мы просто так в их тыл бежим?

— Не бежим, а отступаем, — поправила его Гремяцкая.

— Да как хочешь.

— Значит, нас тут что-то или кто-то ждёт? — спросила её сестра.

— Как на поле Куликовом. Если только эта старая ящерица успела.

— Саламандров? Кажется, я поняла. Так чего стоим? Это будет интересно.

— Сигнала ещё не было.

Они ещё несколько раз отбегали от преследователей, пока вдруг где-то вдали не полыхнул огненный шар. Враги, похоже, не придали этому значения или вообще не заметили. Весь отряд устремился в ту сторону, но на небольшой скорости. Противник подумал, будто они устали и уже сильно измотаны погоней, поэтому увеличил скорость. Ньинхе гнали подконтрольных зверей, не обращая внимание на состояние подопечных. При этом старались двигаться плотной группой, пустив вперёд зверей с аурной защитой. Примерно через полчаса погони пески словно взорвались. Из проделанных в земле нор хлынули, один за другим, контракторы из второго отряда, который тоже не стал отступать к основным силам. Вместо этого оторвались от погони, быстрым маршем обогнули вражескую армию и добрались сюда. Среди них тоже есть контракторы стихии земли, которые помогли замаскироваться.

— Разворачиваемся влево! — голова колонны начала загибаться влево. — В бой!

И тут началась очередная свалка, где смешались звери, ньинхе и контракторы с их духами. Врагов много, но неожиданная атака и мощь воинов русских княжеств оказали ошеломительный эффект. Ньинхе просто не успевали отдавать приказы всем своим подопечным. К тому же люди старались в первую очередь убивать самих погонщиков. Враг таял на глазах. Всё шло хорошо, пока Беров, не терявший рассудка во время боя, не заметил вдали два столба пыли и наблюдателей в воздухе. Похоже, пока эти гнались за нами, с двух сторон, на большом удалении, двигались ещё по отряду.

— Решили взять в клещи? — подумал он. Потом дал ещё десять минут, после чего отдал приказ: — Отходим! Удар площадными и отходим!

— Беров, ты чего?! — выкрикнул ульфхеднар, только вошедший в раж. Он весело скалится, радуясь хорошей битве, однако полностью в их родовое боевое состояние не вошёл.

— К ним подкрепление. Они хотят взять нас в клещи!

— Вот же твари, — ругнулся мужчина.

Отряд медленно, не спеша начал выходить из боя. Они успели уничтожить примерно треть преследователей, при этом тоже понесли потери. Трое убитых, некоторые, увлёкшись боем, получили раны разной степени тяжести. Это со слабыми зверьми им легко справиться, когда же дело доходит до сильных, там не известно кто кого. У отряда Саламандрова, не исключено, тоже есть потери. Те увидели выпущенные в небо красные ракеты и организованно вышли из боя. Отряды помчались в сторону, где враг не сможет их окружить, постепенно идя на сближение. Отряды погонщиков, видя, что план провалился, выслали вперёд самых быстрых зверей, которые должны задержать убегающих людей.

— Десятки Пламеня, Беркута и Инея, правая створка!

— И мы! — радостно крикнула Гремяцкая.

— Вот же чокнутые бабы. Валите, но если сдохнете, мой род не причём. Свидетелей тут много.

— Не дождёшься, трусишка, — посмеялась Светлана и рванула вслед за уже умчавшейся сестрой. Её медоед перед этим одарил медведя таким многообещающим взглядом. Дух Берова передал мыслеобраз, как сидит на поляне и закрывает лапами глаза. За все эти дни они его уже достали.

От отряда отделились тридцать два контрактора, которые устремились к врагам, заходящим справа, дабы преградить им путь. По команде Саламандрова от его отряда отделились ещё три десятка, дабы создать заслон слева или, как у них принято называть, «левую створку». Их задача — задержать и не дать схлопнуться кольцу окружения.

— Ускоряемся! Ну же! Или вы в Ирий уже захотели?!

Два отряда с трудом, но успели. Отправленные заслоны во всю рубились в рукопашную, время от времени используя техники. Вроде даже успешно, вот только основная масса врагов неумолимо приближается. Если не отступят, их захлестнёт, словно снежной лавиной в горах. Дабы помочь и отрезать преследование, ещё по три десятка направились к створкам. Те, не жалея сил, применили мощные площадные техники, которые сделали настоящую просеку среди врагов. Этот момент стал финалом отчаянной вылазки людей. Враг понёс серьёзные потери, но и людям это далось дорогой ценой.

***

— Омут, у нас проблемы. Заканчиваются стодвадцатки.

— Ожидаемо. Что по остальным?

— Ужасно. К РСЗО по одному БК. С ПВО немного лучше.

— Понятно. В целом, ничего нового не сказал.

Послушав ещё немного интенданта, Омут тяжело вздохнул. Весь разработанный ещё в Беловодье план теперь можно смело выбрасывать в помойку. Никто не рассчитывал на такое. Предполагалось, что отряд князя спокойно создаст тут оборону на случай, если произойдёт гон. С другой стороны тоже самое сделает Хель и начнёт постепенную зачистку. В случае проблем в том мире всегда могут получить подкрепление и то же самое в случае проблем здесь. Боеприпасы должны были постепенно подвозиться, и не виделось никаких особых сложностей.

Теперь же конвои с боеприпасами так и не пришли. Возможно, кто-то из посланных в твердыню успел их предупредить. Они отрезаны от Хель и не могут попросить помощи у самого сильного воина экспедиционного корпуса. Армия врага огромна и, несмотря на крупные потери, представляет серьёзную опасность. Что делать — неизвестно. Силами одних контракторов победить будет сложно. Враг постоянно пробует их оборону на прочность. Боеприпасы уходят, словно вода сквозь пальцы. Количество раненных растёт. Если ничего не предпринять, то экспедиционный корпус ждёт катастрофа.

— Омут! Доклад от наблюдателей, — доложился один из связистов. Тот с трубкой у уха слушает доклад. — В лагере противника началось шевеление. Примерно четверть концентрируется на переднем фланге. Среди них замечены динозавры с артефактами.

Прошло ещё полчаса в тревожном ожидании. Наконец поступил новый доклад.

— Четверть их войска выдвигаются в нашу сторону. Они двигаются медленно под прикрытием артефактных щитов. Также над армией врага много летающих целей.

— Значит, снова решили нас прощупать? Приготовиться поднять энергетический щит. Артиллерии пока не стрелять. Всем контракторам приготовиться к атаке. Сидеть в обороне не получится. Нужно во что бы то ни стало перегрузить их защиту. Минные поля пока не активировать, — начал раздавать приказы.

Телефонисты тут же связывались с расположениями отрядов, раскиданных по территории, занятой людьми. Единственное, что радует Омута в данный момент, — это их щит. Под постоянными атаками смогли завершить возведение стен, при этом восстанавливая разрушенные секции, делая запас на будущее. Без них артефактный щит тратил бы уйму энергии, тогда как со стенами траты сильно уменьшаются. Они не включали его специально, дабы не выдавать все козыри. Причём это не единственный козырь. Благодаря сети подземных туннелей, которую сделали за это время, смогли восстановить минные поля и заложить особые сюрпризы, которые сейчас дожидаются своего звёздного часа.

— Воевода, доклад от четвёртого поста. Возвращаются отряды Берова и Саламандрова.

— Вот и хорошо. Сегодня нам понадобятся все силы. Чувствую, этот день станет очень сложным.

Глава 11

— Доброе утро, господа. На сегодняшнем занятии вам предстоит освежить в памяти знания о саламандрах. Это весьма любопытные существа. Как вы помните из занятий первого курса, они в основном обитают вблизи действующих вулканов. Климат им не важен, главное — сам вулкан. Возле них очень высока концентрация огненной стихии. Как дриады получают силу от своего леса, так саламандры могут расти за счёт действующих вулканов. Правда, очень медленно. Путь сражений за силу всегда быстрее, но и риск погибнуть тоже намного выше. Кто мне скажет, какие у них главные уязвимости?

Богданов Анатолий Петрович вновь создал полюбившийся ему Колизей. Мы сидим на трибунах, он стоит перед нами на небольшой площадке. Сегодня на занятии присутствует Эйрик Торвальдсон для подстраховки. В самом центре арены, на жёлтом песке, стоит на четырёх лапах рептилия, примерно по грудь взрослому человеку. Прочная тёмно-красная, почти бардовая, кожа с двумя чёрными полосами вдоль позвоночника. На плоской округлой голове загнутые назад, словно толстые волосы, странные наросты. Они не костяные, а кожаные. Как нам объясняли, саламандры способны ими шевелить и таким образом определять расстояние до стен, чтобы понять, могут пройти или нет. В общем, как у котов вибриссы. Длинный хвост, примерно в половину туловища, весьма опасное оружие из-за костяной булавы или, если быть более точным, шестопёра на его конце.

— Контрактор Рыкова? В вас я не сомневался. Вы, контрактор Жарова, уверен, тоже с лёгкостью ответите. Лучше пусть ответит контрактор Дубов. Ну же, молодой человек, не стесняйтесь.

— Они уязвимы к воде, — начал неуверенно Виталик. Его взгляд судорожно мечется между однокурсниками.

— К любой воде? — переспросил преподаватель.

— Стихийной, — попытался шёпотом подсказать, но вдруг мне в висок прилетел шар воды. Причём весьма крупный, из-за чего я теперь весь мокрый. Хоть наша одежда не впитывает влагу, точнее, за счёт артефактов быстро её удаляет, всё равно неприятно. Ведь защищён только костюм, а не нижнее бельё.

— Спасибо, господин Эйрик. Контрактор Рокотов, я нисколько не сомневаюсь в ваших знаниях, но позвольте вашему другу тоже проявить себя.

— Они уязвимы не ко всей воде, а только с примесью стихийной энергии. Причём не важно какой, только водной или стихии холода. Ещё… — Он задумался и попытался вспомнить. Вот только тяжело вспомнить то, чего не знаешь. Увы, наш друг на первом курсе часто сидел на парах в браслете, гуляя по просторам местной сети.

— Плохо. Стыдно, молодой человек. Я вижу у вас шеврон запортальной разведки. Я бы посоветовал, пока не поздно, сменить профессию. Например, поступить в Барьер. Хотя нет. Туда тоже не стоит, вдруг во время пульсации к нам забредёт саламандра и вы не будете знать, как с ней справляться. Даже не знаю, что вам посоветовать. В отряде можете подставить тех, кто доверит вам спину, в Барьере ваша неграмотность приведёт к смертям простых граждан и сослуживцев. Может, выберите что-то более мирное? Хм. Что бы вам посоветовать? Кулинария не пойдёт, там нужны знания ингредиентов и того, как правильно их обрабатывать. Ещё не дай бог кого отравите. Артефакторика тоже не для вас. Боюсь, взорвёте полгорода, — при словах об артефакторике и взрыве Виталик сильно покраснел. Видать, вспомнил эксперимент в нашей общей спальне и экзамен. — Молодой человек, я затрудняюсь что-либо советовать. Во всех профессиях нужны знания. Даже уборщикам. Хотя, с силой контрактора сможете легко убирать снег с улиц, а со стихией ветра — сдувать листву, упавшую с деревьев.

— Господин учитель, признаю, что забыл урок, на котором проходили саламандр, но, даю слово, я смогу её убить, даже без знания слабых мест. Мои товарищи могут на меня положиться.

— Вот даже как? — Учитель смерил его скептическим взглядом.

— Да. Если ранг будет не выше моего, то я точно справлюсь, — Красный от стыда Виталик твёрдо посмотрел в глаза преподавателю.

— Господин Эйрик, что скажете?

— Что тут говорить, дрыном машет не плохо. Голову в бою не теряет. К тому же в отряде проходит специальные тренировки. Точно должен справиться. Пускай идёт.

Виталик, после того как нам разрешили, перестал постоянно ходить с оружием. Будь я на его месте, возможно, поступил бы также. Всё же фламберг у него здоровенный и с ним действительно неудобно. Все остальные из отряда продолжают носить оружие на поясе.

Виталик поднялся, открыл сумку и начал оттуда доставать меч. Обнажать сразу не стал. Он прицепил кожаные ножны на спину. На лице друга читается решительность и желание доказать всем — он не подведёт. Быстро спустился вниз на арену. Встал напротив саламандры, расстегнул на груди пряжку ножен, и они слетели, оставляя в вытянутой назад руке меч. Перехватив двумя руками, встал в стойку. Меч выставлен вперёд и вверх, в нёбо саламандры. Руки опущены вниз, держа рукоять ниже пояса.

Стоило начаться бою, он попытался резко уколоть с выбросом силы, затем развернул меч и провёл по челюсти. Точнее, по защите, отсвечивающей алым. Противник создал аурную защиту. От саламандры ударила волна жара. На более высоком уровне превратилась бы в волну огня, но противник уровня Виталика, то есть пятого. Парень продолжил атаки. Саламандра в ответ не стала кусаться, а использовала лапу с острыми когтями. От её удара даже остался огненный след, настолько она наполнила когти стихией. Виталик увернулся и уже собрался контратаковать, как вдруг прилетел хвост. Мощный удар отбросил к защитному барьеру. Встряхнув головой, резко вскочил навстречу решившей добить его саламандре. Бой продолжился с новой силой. Виталик стал действовать более осторожно. Увернувшись от очередного удара, с выплеском силы пробил защиту возле правой передней лапы. Не теряя времени, попытался её подрезать, но саламандра ловко отскочила в сторону.

Через полторы минуты боя он наконец смог пробить её защиту и рассечь шею. Виталик выиграл, вот только когда поймал на себе недовольный взгляд сразу двоих учителей, радость на лице померкла.

— Браво, вы наконец её домучили, — хлопая в ладоши, язвительно сказал Анатолий Петрович. — Если бы вы лучше учились, то знали бы про нервный узел в самом начале хвоста. Помнили бы о чешуе на животе, которая впитывает, словно артефакт, огненную стихию и тем самым укрепляется. Даже сильные контракторы не станут туда бить. Будь у вас хоть какие-то знания, то не били бы ей под мышку передней лапы в надежде на тонкую кожу. Вы помните, что в тех местах они создают ещё один слой защиты? А вы чего так удивились? Неужели не знали, что их можно создать больше одного? Плохо, контрактор Дубов. Вы могли несколько раз нанести удар по нервному узлу и победить гораздо быстрее. Саламандры при попадании в него скручиваются кольцом. У них такой рефлекс, чтобы оказаться мордой возле такой уязвимой точки, чтобы защитить её.

— Но я же победил, — неуверенно сказал Виталик.

— Ты, скунс вонючий, почему удар хвостом пропустил?! — не смог промолчать Эйрик. — Я тебя так плохо учил?! — яростно взревел он. Глаза у преподавателя широко раскрыты, а рука поглаживает секиру, висящую на поясе. — Чем ваш Барс занимается, если от такого простейшего удара не смог уклониться? Ну я с ним поговорю. Это же позор, настолько не контролировать пространство. Готовься, слизень болотный. Теперь я лично тобой займусь. И если хоть кто-то из вас, енотов хитромордых, вновь меня опозорит, то пускай заранее арендует себе койку в лазарете.

От его слов все невольно напряглись. Я же почувствовал неловкость после слов о контроле пространства. Недавний бой с ящеролюдом не выходит из головы. Всё же знатно тогда опростоволосился. В тот день, вечером, когда заполнял КРС, дал себе зарок не допускать более таких ошибок.

Виталика чихвостили ещё минут пять. Причём я уверен, ругают не за бой, а за незнание предмета. В целом дрался хорошо и с противником справился. Причём много раз пробивал защиту и пытался бить по привычным местам. Однако плохое знание анатомии противника подвело. Остальные в последующих боях тоже совершали оплошности, но к ним отнеслись не так строго.

— Не переживай. Ну забыл, с кем не бывает, — попытался после урока немного успокоить.

— Да какой там забыл. Я же действительно не знал, — понуро ответил друг. — Всё. Сегодня же засяду за занятия. Ведь он прав, я действительно могу вас подвести.

— Виталь, я тебя не узнаю. Ты же наш штатный Псих отряда. У тебя должен быть девиз «безумие и отвага». Какие знания? — пошутил над ним Артур, который, в отличие от друга, предмет знает на отлично.

— Да пошёл ты, — огрызнулся Виталик. — Я азартный, а не тупой. Мне этот предмет был на первом курсе не очень интересен, поэтому много прослушал. Так что буду навёрстывать.

Прошло ещё две пары. Мы с Алёной чуть отстали от однокурсников, которые по лестнице пошли на этаж, где пройдёт очередная пара по рунологии.

— Ты, кстати, новую форму уже получил? — поинтересовалась невеста.

— Не успел ещё. Думал после рунологии зайти.

Всё дело в полученной ране. Китель от полевой формы оказался пробит. В таких случаях мы просто оставляем заявку через браслет и приходим за новой формой или какой-либо одной вещью. Всю форму сегодня менять не требуется, так что сдам старый китель и получу новый.

— Интересно, Гремяцкие сильно удивятся, когда увидят окончательный счёт за твой контракт?

— Вряд ли. Думаю, они заложили в итоговую цену траты на регулярное обновление формы и походы к целителям. Всё же три члена рода, вместе с главой, преподают в Академии. К тому же знают о моих тренировках.

— Ты в этом уверен? Не случится так, они заплатят только базовую стоимость, а тебе придётся выплатить всё остальное? — обеспокоенно спросила Алёна.

— Нет. Они пообещали оплатить всё. Так что за тот чек, который выставят по окончании Академии, я не переживаю. Кстати, базовую цену контракта уже оплатили и прислали документы.

— Здорово, — Алёна немного замялась и вдруг выдала: — Стас, я вот что подумала. Нам надо купить новые занавески.

— Чего? Зачем? — от её слов впал в лёгкий ступор. — У нас же есть, причём новые.

— Ну, они мне не нравятся. Я уже присмотрела новые. Вот смотри. Такие мы повесим на кухню. Вот эти в гостиную, а вот эти в, кхм, в нашу спальню. То есть пока твою, точнее, ту, в которой ты сейчас спишь. Ну, ты меня понял.

Вот этого я и боялся. Ей захотелось навести в нашем доме свой уют, а не тот, который наводили предыдущие владельцы. В голове забегал вопрос про финансы. Где их брать? Ведь возле каждой шторы написана цена, и в целом на них хватит. Однако сомневаюсь, будто это единственный её запрос. Вдруг ещё и мебель захочется поменять? Что тогда? А между прочим, новых заработков пока не предвидится. На днях я уже искал в местной сети какие-нибудь подработки и даже кое-что нашёл. Там как раз требование от шестого ранга и выше. Насколько понял, работа небезопасная. Придётся стоять в охранении арены во время проведения боёв одарённых против зверей. Там, не имеющие своей арены, проводят бои для заключения контракта. В задачу охранения входит: помочь облачиться в доспехи, инструктаж и вмешаться, если человек не сможет справиться со зверем. При последнем варианте зверя требуется не добить, а загнать обратно в клетку.

— Стас, так что скажешь? — спросила Алёна.

— Да, вполне неплохо, — ответил, не понимая, по поводу чего она спросила. Я уже навострился пропускать часть слов мимо ушей.

— Правда? Тогда сегодня надо будет заказать. Всё же твоя мама на днях приедет, а у нас так мало посуды.

— Ты права, надо бы купить всё необходимое, — подтвердил, сам же подумал, оказывается, согласился на покупку ещё и посуды. Стало немного страшно от её энтузиазма. Что ещё она захочет купить?

— Вот, я нашла хороший набор, сразу на тридцать персон, — она показала картинки, которые меня совсем не интересовали. Всё внимание сосредоточилось на цене. Нервно сглатываю. Там цена в четыреста «ор». От предыдущих владельцев нам посуды не досталось, поэтому каждый купил себе набор. Точнее, было всё для готовки. Вероятно, посуду планировали взять позже или ещё по какой-либо причине не привезли. Может, им гравировку делали и не успели доставить.

— Нам это так срочно нужно?

— Конечно. Нас и так в доме много. Если, к примеру, твоя мама захочет пригласить гостей. Как на стол накрывать? Представляешь, если придётся извиняться из-за нехватки тарелок? Или предлагаешь пластиковые ставить?

— Нет, но… А, ладно. Что ещё нам требуется?

— Ты переживаешь из-за денег? — догадалась девушка.

— Да. Учебный год только начался. У нас не получится по-быстрому сгонять за портал за ещё одним минитом. В целом, на всё это должно хватить.

— У меня тоже деньги ещё остались.

— Вот и пусть у тебя остаются. Мне, в отличие от тебя, большие траты на одежду не требуются. Скоро новогодний бал, плюс дни рождения. На них тебе потребуются платья и другие вещи. Что же по поводу денег, то придумаю, где их получить.

— Только прошу, не ввязывайся в сомнительные дела. В особенности в торговлю с наружниками, — она по местной привычке назвала всех, кто живёт за барьером, наружниками. Я на неё осуждающе посмотрел. Ведь это слово сродни тому, когда японцы называют нас гайдзинами. Для местных наружник — это человек без чести, тот, кому нельзя доверять, а также люди, которые зависимы от княжеств, так как те их защищают. — Чего?

— Алён, не произноси больше это слово. Я, между прочим, тоже оттуда.

— Но ты же теперь глава рода. К тому же, в тебе кровь двух сильных и древних родов.

— Это не имеет значения. У меня там друзья, и они не такие, как считают некоторые местные. Там живёт очень много достойных уважения людей. Поэтому, прошу, не произноси это слово. Тебе не идёт быть надменной.

— Прости. Я постараюсь его больше не произносить. Просто последние новости вызвали раздражение. Недавно прошли ежегодные переговоры представителей княжеств с членами правительства России. Они опять выдвигали кучу требований к нам и завуалировано угрожали увеличить цены на закупку продовольствия. Ты же знаешь, у нас нет столько места для его выращивания. Мы многое берём из-за портала, вот только цена доставки немалая. Княжества сейчас тратят огромные деньги для создания сельскохозяйственных закрытых зон, но до начала их работы ещё долго. Мало того, что нам постоянно приходится рисковать, так ещё такое. Вот и взбесили.

— М-да. Как бы со своими хотелками не доигрались. Алён, я понимаю твоё негодование и разделяю его, но не стоит всех, кто живёт за барьером, считать плохими.

— Больше не стану. Ты прав. Но ты всё равно будь осторожен, когда захочешь куда-либо устроиться.

— Не переживай. У меня есть с кем проконсультироваться.

Разговор прошёл, а думы о нём — нет. Все оставшиеся пары крутил его в голове и решал, с кем проконсультироваться. Когда искал работу, то пересмотрел кучу вариантов. Самые простые отмёл сразу, так как мой нынешний статус не позволяет там работать, к тому же деньги платят мизерные. Артефакторику тоже отмёл, так как не моё. Я чисто физически не смогу столько времени выполнять монотонную работу по начертанию рун. Меня с трудом хватает на часовые подзарядки КРСа, так тут ещё надо кропотливо выжигать руны. В общем, отмёл эту подработку. Офис, с учётом моей учёбы, также идёт мимо. Мне нужна работа, на которую придётся тратить не более нескольких часов. Больше у меня обычно не бывает. В тот день взгляд упал на объявление Союза. Оказалось, эти ребята занимаются не только скупкой ресурсов за порталом в своём форпосте на пути к Шахтёрскому, но и ведут бизнес в Беловодье. Эта арена как раз принадлежит им. Оплата за один выход, на мой взгляд, очень достойная — от 400 до 900 орихалков. Подобные подработки помогут решить целую кучу финансовых вопросов.

— Привет, Стас. Чего хотел? — бодро спросил дядя Игорь.

— Добрый день. Да так, возник кое-какой вопрос, — сколько не прокручивал в голове предстоящий разговор, всё равно не сразу решился спросить. — Что ты можешь сказать о Союзе? Им можно доверять?

— Интересный вопрос. В целом работают честно, но, как и все, свой интерес не упустят. Я надеюсь, ты не решил попытаться вступить к ним? Если да, то не советую. Ты пока для них не представляешь особого интереса, если не считать твоих связей и свободных квот на дружинников.

— Я пока не планирую ни с кем вступать в союз, так как понимаю — для этого нужно иметь вес в обществе. У меня даже своей дружины нет, а брать кого попало по их просьбе не стал бы.

— Рад, что не приходится тебя отговаривать. Тогда в чём суть интереса?

— Ты слышал про их арену? Ту, на которой проводят бои со зверьми, с целью заключить контракт.

— Кажется, догадался о сути вопроса. Хочешь там подработать?

— Да.

— Дерзай. Мог бы, конечно, предложить подработку у нас, но почему-то уверен, ты откажешься.

— Мне было бы неловко. Хочется заработать самому, а не получать деньги от родственников.

— Похвальное желание, однако уверяю, у нас за просто так никто деньги не получает. Отработал бы каждый орихалк.

— Я это запомню. Спасибо.

— Всегда пожалуйста. Мы же родственники. Гремяцкие всегда тебе помогут.

Закончив разговор, направился на пару по артефакторике. Там разбирали очередной составной артефакт. Будь он боевым или защитным, то пара пролетела бы в одно мгновение, так как это мне интересно, но, к сожалению, этот оказался промышленным. Он позволяет обойтись без целой кучи промышленного оборудования для обработки трав и растений из-за портала. С помощью него возможно легко выделять нужные полезные вещества. Куча всяких настроек, с помощью которых можно регулировать степень отчистки. Я, как обычно, всё старался запомнить и даже кое-что конспектировал в браслет, вот только интереса совсем не было.

— Стас, ты куда? У нас же сейчас танцы, — слова Марины застали врасплох. Мы только пообедали, и я направился на выход из Академии.

— Вот же. Прости, совсем вылетело из головы. Марин, забыл предупредить, я не смогу сегодня на них пойти. Мне нужно в Родовой приказ утвердить герб.

— Ты идёшь его утверждать? — неожиданно радостно спросила Марина. — Здорово. Наконец-то на наших воротах будет висеть герб.

— Это ещё над какими такими нашими? — уперев руки в бока, наигранно серьёзно спросила Алёна.

— Алён, ну я же в будущем то же… — голос девочки под конец совсем стих, и она что-то прошептала, при этом залилась румянцем, а глаза опустились к полу. Ножка в чёрной туфельке нервно водит линии по полу. — И вообще. Я думала, ты знаешь и не против. — так же тихо проговорила, не поднимая глаз.

— Зелёная, ну кого ты слушаешь? Ты взгляни на это ехидное личико. Она же, как истинный последователь великой меня, тебя тролит.

— Правда? Алён, я от тебя такого не ожидала. От неё — да, но не от тебя.

— Да-да. От меня такое ожидать можно. Так кем ты станешь в будущем? Ну же, не стесняйся. Твоя лучшая подруга Катя всё выслушает и никому не расскажет, — при этом демонстративно показала скрещённые пальцы.

— Бедный её будущий муж, — шепнул Артур, вот только слух у моей сестры оказался почти как у меня.

— Ну почему же бедный? Мой род отдаст за меня хорошее приданое. При этом мой муж будет сильным воином, но ты не печалься. Я вам с Кристиной даже немного, совсем чуть-чуть завидую. Ведь вам придётся подниматься с самых низов. Кристина будет работать младшим ассистентом ученика подмастерья артефактора. Ты в это время станешь с моим братом кататься по запорталью. На зарплату снимете однокомнатную квартиру. Хотя, слышала, у запортальщиков есть квартиры, которые они предоставляют в аренду за приемлемые деньги. Вот только они не в Беловолье, а в Москве или в обычных городах, возле других порталов. Здесь же только общежития. Значит, ей придётся работать в Московском комплексе. О вас прям можно написать целый роман, как превозмогали все трудности и невзгоды, — произнесла, смотря с презрением на моего друга. Сейчас все увидели другую грань Кати. Похоже, её задели слова Артура, из-за чего решила его размазать морально.

— Кать, прекращай, — решил прекратить её монолог. Кинув взгляд на Артура, заметил, как его глаза уже практически сверкают от ярости.

— Чего? Я всего лишь рассказываю их будущее.

— Он не сказал ничего оскорбительного.

— Значит то, что моему мужу со мной не повезёт, — это не оскорбительно? — перевела на меня злые глаза.

— Нет. Ведь мы редко видим твою не ехидную грань, — возможно, сейчас уже я перейду некую грань в наших отношениях, но пора ей тоже понять своё поведение. — Ты не чужой мне человек, поэтому пока просто прошу: не надо переходить черту в отношении с моими друзьями, иначе сильно поссоримся.

Она молча смотрит мне в глаза. Её кулачки сжимаются и разжимаются. Ноздри часто раздуваются. Не знаю, что на неё нашло, однако вносить разлад в нашу компанию никому не позволю. Мне будет очень неприятно, если с ней поссоримся, вот только Артур член тринадцатого отряда. Тот, кто станет мне прикрывать спину. Знаю его почти на полгода больше, и в тот день, когда дрались с волком, все члены будущего отряда сбежали из Шахтёрского, чтобы нам помочь. И несмотря на кровное родство, я готов ради них рассориться с Катей.

Сестра ничего не сказала. Она просто молча развернулась и пошла в сторону общежития. С тяжестью на сердце смотрю на то, как удаляется с гордо выпрямленной спиной. Кулаки невольно сжались. Захотелось выматериться, чего обычно не делаю.

— Ладно. Я пойду, а то нехорошо будет деда заставлять ждать.

— Стас, — обратился Артур. — Спасибо. — Просто сказал, прямо смотря в глаза.

— Мы тринадцатый отряд. Барс не раз говорил: наша сила в команде. Нельзя позволять кому-либо вносить между нами разлад.

— Ты, кстати, сразу закажешь щит с гербом? — спросила опечаленная произошедшим Алёна.

— Уже заказан, — вновь поморщился. За его изготовление пришлось отдать немалую сумму. Ещё и Алёне сегодня перевёл на покупки. От всей недавно имеющейся суммы осталось около четверти. — Как только получил рисунок от дяди, так сразу связался с мастером. Его вечером должны привезти.

— Тогда к твоему возвращению я его прикреплю. Там же нужно что-то для него купить?

— Гаечный ключ, — с улыбкой ответил Артуру. — Там три крепления. Мастер, пока нас не было, осмотрел ворота. Хотя, если найдём аппарат, можно приварить. Там же бронзовый щит с гравировкой.

— Отпишись, как придёшь. С меня праздничный стол, — подал голос всё это время стоящий с нами Магомед.

— Я тоже помогу, — пискнула Кристина, держащаяся за руку Артура. Весь монолог Кати она молчала, словно мышка, испуганно на неё смотрела.

— Спасибо вам, друзья.

Глава 12

Возле Родового приказа оказался раньше деда, поэтому, пока ожидал, любовался площадью и архитектурой. Большое здание, практически копия МИДа, вызывает больше всего интереса. Там, на одном из этажей, находится представительство корпуса запортальных разведчиков. По логике, нам бы не помешало туда наведаться. Когда Барс приехал в Беловодье, он туда заходил и доложился о нас. Обычно туда ходят всем отрядом, а не только командир, однако наш нынешний статус, кого-то вроде стажёров, делает такой поход необязательным, так как нас могут выдернуть с учёбы только в крайнем случае.

Мимо меня часто проходят разные люди в костюмах. У некоторых на руках перстни с гербами рода. У кого-то герб вышит слева на пиджаке. Я иногда пытаюсь угадывать, кто эти люди: член рода или его представитель. По походке, осанке, взгляду можно многое сказать о человеке. Хотя порой сразу видно, кто есть кто. По местной традиции с охраной ходить не принято, потому как это словно подписаться в своей слабости. Поэтому охрану часто переодевают или маскируют. Вот идёт полный мужчина. Идёт неспешно, вальяжно. Следом двое с кейсами. Один из них, возможно, юрист, судя по донёсшимся до меня словам. Второй постоянно контролирует округу. На поясе меч, чемодан держит излишне крепко. Быть может, там лежит автомат, который так замаскировали. Сказать, что он охранник, сразу нельзя. Его, к примеру, можно назвать помощником по особым поручениям. При этом многие поймут, кем является на самом деле. Даже не знаю, будет это нарушением местных традиций или нет. Быть может, вообще ошибаюсь и всё напридумывал. Или тут более хитро, и это охранник не представителя рода, а самого юриста. Он ведь может быть вообще слабым одарённым, представляющим интересы сразу нескольких родов.

Я увидел ещё много разных людей, пока вдруг не приметил смутно знакомое лицо. На вид ровесник дяди. Иссиня-чёрные волосы до плеч, харизматичное живое лицо, но самое примечательное заметил, когда повернулся в профиль. Большой нос, напоминающий клюв птицы. Эту черту во время бала хорошо запомнил. Он точно из рода Вороновых. Из рода, возглавляющего клан с тем же названием. Именно клан Вороновых устроил ту авантюру с форпостом и прокладкой к нему дороги, после чего на них обрушились многие звери с округи, в чей ареал они вмешались. Именно этот клан отдал большую виру княжеству и всем, кто из-за них кого-либо потерял. Моя усадьба тоже когда-то принадлежала этому клану. Вроде как раз главному роду.

Мужчина не сразу меня заметил. Он, по дороге до Родовой ассамблеи, пообщался с некоторыми встреченными людьми. Затем перевёл взгляд на одного из львов, стоящих возле лестницы. Когда заметил меня, даже сбавил шаг. По его лицу промелькнуло узнавание и раздражение, которое тут же попытался скрыть. Что-то решив, мужчина направился ко мне.

— Добрый вечер. Станислав, если не ошибаюсь? — спросил приятным дружелюбным голосом.

— Добрый вечер. Всё верно, контрактор Рокотов Станислав, — решил на всякий случай напомнить, из какого рода.

— Контрактор Воронов Аркадий Емельянович. Хорошо, что мы смогли встретиться. У меня есть к вам небольшое, я бы даже сказал, пустяковое дело, — решил без долгих разговоров перейти к главному.

— Дело? Весьма любопытно. Внимательно вас слушаю.

— Понимаете, после того неприятного инцидента моя усадьба отошла к князю в качестве виры. Точнее, к его сыну, который чудом тогда выжил. Когда на балу передал её вам, у меня появилась надежда, — он на миг замолчал, чтобы собраться с мыслями. — В усадьбе только сделали ремонт и завезли новые вещи, а также я перевёз туда кое-что из родовой усадьбы и с работы.

— Хм. Ничего такого я там не видел.

— И не смогли бы, так как всё хранится в подвале.

— Там есть подвал? Мы весь дом осмотрели.

— Просто надо знать, где его искать. Он там непростой, делали на случай, если у рода возникнут проблемы и начнётся война. В нём смогли бы укрыться женщины и дети, пока не пришла бы помощь или не нормализуется обстановка. По этой причине входы замаскированы.

— Понятно, — в голове на ускорении двигаются шестерёнки.

По сути, всё, что в доме, теперь моё. Как открыть подвал? Да легко. Уверен, у Гремяцких есть соответствующие специалисты. Ну или у союзных им родов. Жаровы вряд ли откажутся нам помочь. Содержимое, не исключено, потянет на хорошую сумму и поможет решить многие проблемы, но в таком случае есть один нюанс. Стоит ли мне портить отношения с Вороновыми? Временно не столь богатых, как раньше, и так же временно не столь сильных. Это всё равно не отменяет наличие ещё трёх родов в клане.

— Я так понимаю, вы хотите забрать эти вещи?

— Верно, но не всё. Теперь моё имущество принадлежит вам: такова воля князя и такова традиция. Я не вправе её нарушать, на этом держится наше общество. Если нарушу, то грош цена моему слову, а уж если об этом узнают, то позор ляжет на весь мой род. Поэтому хочу попросить всего лишь малость: забрать оттуда документы моей алхимической лаборатории. Моя жена очень переживает по этому поводу. Понимаю, вы можете захотеть ими воспользоваться и начать производить нашу продукцию, но я надеюсь на ваше благородство. К тому же производство весьма затратное. Вам потребуется вложить колоссальные деньги. Зато за помощь вы получите, можно сказать, ещё один этаж и мою благодарность. Квадратные метры в Беловодье сейчас очень дорого стоят.

— Я думаю, смогу пойти вам навстречу. Во сколько вы сможете приехать?

— Часикам к восьми будет удобно? — с радостной улыбкой выпалил он. Складывается впечатление, будто в чём-то надул. Но какие ещё у меня варианты? Мой род состоит пока из одного человека. Стоит уехать из Беловодья, как его специалисты вскроют дом и вынесут то, что им нужно. В слова про традиции слабо верится, если на кону стоят деньги. Думаю, там очень непростые документы.

— Хорошо. До скорой встречи, — мы пожали друг другу руки, и в этот момент сбоку раздался голос.

— Аркаша, какими судьбами? — поинтересовался дед.

— Добрый вечер, Фёдор Демидович. Вот встретил вашего внука и решил обговорить один вопрос. Мы закончили, и я уже ухожу.

— Ну давай, иди, — он проводил взбежавшего по лестнице мужчину подозрительным взглядом, затем повернулся ко мне. — Привет, внук. Чего он хотел?

— Привет. Попросил забрать документы, оставшиеся в усадьбе, — я вкратце пересказал весь разговор.

Дед с минуту молчал, затем кивнул своим мыслям.

— Правильно сделал. Догадываюсь, какие там документы. Похоже, результаты работы лаборатории клана Вороновых. Ты мог бы за них запросить неплохие деньги, ведь теперь они принадлежат тебе. Однако благодаря такой услуге мы сможем воспользоваться этим во время переговоров, — последнее добавил еле слышно. — Ты же не против? Уверяю, за такой аргумент тебе тоже причитается. После предстоящих переговоров род Рокотовых окажется весьма не бедным.

— Пользуйтесь. Уверен, если стану сам продавать, то всё равно продешевлю, — последнее предложение решил оставить без ответа, так как пока не увидел результата — это всего лишь слова.

— Договорились. Что же по поводу ещё одного этажа, то это интересно. Вот и разгадка вопроса, мучившего всё это время. Я не мог поверить, что в усадьбе нет кристалла-накопителя, отвечающего за общую защиту. Он же Воронов. Они ещё те параноики. В общем, на днях покажешь. Ладно, пошли, а то Гранит уже ждёт нас, обещал лично принять.

В Родовом приказе надолго не задержались. Все документы давно готовы, оставалось только утвердить герб и получить заверенные бумаги, в одной из которых герб подробно описан. Зато теперь меня ждут дополнительные траты: требуется заказать печать с гербом и перстень. При упоминании о них постарался не показать обуревавших чувств. Закончив все дела, предложил деду сегодня посетить усадьбу, но он отговорился делами рода и ушёл. До встречи с Вороновым ещё более трёх часов, поэтому решил прогуляться до арены Союза.

Из сети узнал, их арена раньше располагалась в восточной части города. Именно там расположен КНИИ «Прорыв», из которого отправлялись в Хельград через портал. Также там различные промышленные и складские объекты. На сайте Союза сказано, что с началом застройки новой части города — южной, принято решение построить новую арену, более вместительную. Она расположена недалеко от строящейся для спатумпилы. Кстати, ранее у Беловодья своей домашней арены для этой игры не было. Из-за этого играли в Хельграде или Ямантау, а тренировались в иллюзорных пространствах. Возможно, это одна из причин, почему Беловодье никогда не занимало первые места в этой игре.

«Жаль, тут нет метро», — подумал, делая вторую пересадку на автобусе.

Новый район напоминает растормошённый муравейник: всё в строительных лесах, повсюду видны башенные краны, дороги загружены транспортом, подвозящим материалы или готовые конструкции для домов. Количество строителей, которых нагнали на эту стройку, не сосчитать. Грохот стоит дикий. Страшно представить, каково жителям ближайших районов. Помимо бизнес-центров, стадиона, больниц, школ и так далее, здесь строят жилые здания. Причём строятся очень плотно, с крайне небольшими пространствами для прогулок. Тут можно увидеть, насколько велико расслоение между родами и обычными людьми. У родов, как правило, свои усадьбы с небольшими парками. Хоть они живут в усадьбе несколькими семьями, всё равно простора намного больше. Тут же настоящие человейники. Наверное, даже сюда добралась компания с названием из трёх букв.

— Ну и громадина! — вырвалось восклицание, когда увидел строящуюся арену для популярной среди контракторов игры. Она занимает огромную территорию, на которой можно построить жилые дома, но вместо них отгрохали её.

— Будет не хуже британской, — прокомментировал мои слова стоящий неподалёку мужчина в спецодежде и оранжевой каске. В руках у него, словно у героя популярного советского фильма, бутылка кефира в стекле и сдобная булка. — Совет родов так распорядился. Хотят, чтобы не хуже чем у заграницы было. Видать, горят желанием наконец обыграть их.

— У нас всё так плохо?

— Как с футболом. Бойцы у нас хорошие, но не игроки. Читал, у них времени на тренировки почти нет. У нас княжич один из ведущих игроков, так из-за событий за порталом пропустил начало нового сезона. Вся игра строилась с расчётом на него, так как ещё одного игрока перевели на другое место службы и он на некоторое время выбыл из команды.

Слушать его рассуждения про игру долго не стал. Нужное здание расположено за поворотом. Как только увидел, сразу понял, мне нужно именно сюда. Всё дело в надписи, сделанной из больших горящих красным букв. На крыше чёрного четырёхэтажного здания с высокими панорамными непрозрачными окнами находится надпись «СОЮЗ». Чуть ниже крупные экраны или иллюзии, на которых демонстрируется реклама, в том числе сражения облачённых в доспехи людей против различных зверей.

Прохожу мимо парковки, занятой на треть. Стало любопытно, зачем тут такая большая. Сомневаюсь, что им поставляют настолько много зверей, из-за чего смогут проводить бои каждый день. Частично получил объяснение, когда увидел автобус с надписью «Хоккейная команда «Орихалк»». Похоже, тут не только бои, но и ледовая арена. Возможно, есть и другие площадки для тренировок. Стеклянные двери передо мной разъехались, и я оказался внутри просторного холла.

— Добрый вечер. Рада приветствовать в спортивно-оздоровительном комплексе Союза. Вы у нас впервые? — спросила молодая симпатичная девушка, стоящая на ресепшене.

— Добрый вечер. Контрактор Рокотов Станислав. Я по поводу вакансии на арену. Там указано, вам требуются контракторы от шестого ранга.

— Да, конечно. Сейчас свяжусь с ответственным за арену. Вы можете пока присесть и ознакомиться с услугами, которые мы предоставляем. Для этого достаточно отсканировать этот QR-код, — она дала буклет и почти сразу словно отключилась. Похоже, мысленно связывается с ответственным за арену. Я присел на диванчик и принялся ждать.

Когда отсканировал код, то чуть не закопался в свалившемся на меня ворохе информации. Там оказалась история Союза, их виды деятельности, с кем сотрудничают и многое другое, в том числе различные вакансии и условия сотрудничества. Вдаваться во всё это не стал, постарался пробежаться по верхам. Когда начал читать про условия сотрудничества, меня отвлекла подошедшая девушка в полевой форме, но без кителя, а только в тесной чёрной майке. Судя по цепкому взгляду и манере двигаться, она явно контрактор.

— Контрактор Рокотов? — спросила звонким, с нотками любопытства, голосом. Когда встал, оказался на голову выше и шире в плечах. Она не выглядит хрупкой, скорее очень хорошо тренированная девушка с рельефной, но небольшой мускулатурой.

— Верно. Я по поводу вакансии.

— Контрактор Кострова Вероника Алексеевна. Можете обращаться по имени-отчеству, — сухо выдала, при этом внимательно осматривая. Её взгляд часто падает на два меча. — Значит, молодой глава рода хочет у нас поработать?

— Пока учёба, много свободного времени не имею, а ваше предложение выглядит интересным.

— И ещё шеврон отряда, — она заметила на рукаве шеврон с цифрой тринадцать.

— Это помешает тут работать?

— Нисколько, — она даже мотнула головой, от чего небольшой хвостик дёрнулся. В свете ламп волосы словно полыхнули огнём. Они выглядят будто мелированные: часть прядей русые, часть рыжие. Похоже, так проявилась родовая особенность. — Открой электронный документ для просмотра. Я должна убедиться, что у тебя точно шестой ранг. Тебе его уже подтвердили?

— Да, смотрите, — я показал на браслете электронный паспорт.

— В целом ты нам подходишь, осталась одна небольшая проверка, — только это произнесла, как я сразу догадался, о чём пойдёт речь дальше.

— Спарринг? — с лёгкой улыбкой спрашиваю её.

— Верно. Я должна убедиться, что ты не станешь для нас обузой. После, если ты подходишь, мы подпишем документы. Устраивает?

— Да. Когда приступим?

— Чего тянуть. Пойдём, сейчас все арены пустуют.

Мы прошли в глубь здания, затем спустились по лестнице. Три арены для боёв со зверьми находятся под землёй. Со слов девушки, тут очень мощная защита. Помимо материалов и артефактов, стены, пол и потолок укреплены рунической защитой. Всё же, хоть зверей ослабляют зельями перед боем, их атаки остаются на уровне сильного одарённого и в гневе могут атаковать всё вокруг.

— Переодевайся и иди вон в ту дверь. Вещи можешь убрать в шкафчик. Вот браслет с временным ключом. Как только начнёшь у нас работать, получишь свой шкафчик и постоянный ключ. Этот нужно прислонить к любому замку, и он к нему привяжется.

Я быстро переоделся и зашёл в просторное помещение. Справа в стене длинные стекло, откуда, находясь в безопасности, можно наблюдать за боем. Полы и стены покрыты рифлёными металлическими листами, в свете ламп сверкающие изумрудным цветом. Этот цвет обусловлен особыми добавками, делающими металл инертным к стихиям. Возле стен стоят высокие столбы сантиметров десять в диаметре. Вроде тоже из металла. Вершины украшают стеклянные призмы, охваченные тонкими полосками металла. Хотя, возможно, это не стекло.

— Это грозовая сеть. Мы можем между каждым из столбов создать сеть из молний, тем самым отрезая человека от зверя, либо зажать его между ними.

— Его? Вы имеете в виду человека зажать между ними или зверя?

— И того и другого, — наконец улыбнулась она. — У нас и такое порой случалось, правда, на другой арене. Эту недавно открыли.

Мы прошли в центр помещения, после чего она с ходу достала меч и нанесла удар. Благодаря выработанной за все схватки с Рокотом реакции смог уклониться. «Грозовые братья» тут же оказались в ладонях. Похоже, она решила не придерживаться правил схваток. Следующий удар увожу в сторону правым, а левым целюсь в живот. Она не уклонилась и решила принять на защиту. Бью с выбросом силы, вот только защита выдержала. В этот момент в лицо летит огненный шар, от которого легко увернулся. Её меч уже в считанных сантиметрах от горла. На защиту принять не рискую и с выбросом силы в ноги отскакиваю назад, одновременно запуская навстречу преследующей меня девушке шаровую молнию.

Мы «танцевали» несколько минут. Она явно не выкладывалась на полную. Скорее проверяла все мои способности и поведение в бою. По её лицу сложно понять, как оценивает спарринг, однако, когда неожиданно отскочила и убрала меч в ножны, заметил довольную улыбку.

— Неплохо, а для курсанта второго курса даже отлично. Неужели любимчик у Эйрика?

— Из-за ранга ставит против меня двоих, но и помимо него есть желающие учить.

— Понимаю. У Гремяцких много хороших воинов. Не будь ты Рокотовым, попыталась бы затащить в родовую дружину.

— Так бери мужем сразу, и в Союзе окажется новый род, да ещё с такими связями, — раздался мужской голос от входа. Мы синхронно повернули головы и увидели стоящего там мужчину, на вид ненамного старше Вероники. Шатен, среднего роста с зачёсанными влево волосами. При этом виски выбриты. Лицо угрюмое, кажется, будто вот-вот нападёт, но стоит взглянуть на добродушную улыбку, как это ощущение тут же испаряется.

— Не дождёшься. Родители уже давно сговорились по поводу нас, так что никуда ты от меня не сбежишь.

— Вот же... Парень, а может спасёшь хорошего человека? Тебе род создавать. Никто ничего не скажет.

— Ещё одно такое предложение, и я тебя поколочу.

— Вот так всегда. Она меня с детства тиранит. Представляешь, что будет, когда сыграем свадьбу? Хотя ты же скоро узнаешь, какого потерять свободу.

— Думаю, не всё так страшно, — неуверенно отвечаю и смотрю на то, как он тяжело вздыхает. При этом, подойдя к нам, встал как можно дальше от Вероники.

— У меня все друзья уже окольцованы. Были нормальными людьми: пили, дрались, на арену ходили. А теперь только и слышу, мол, моя не отпускает. Это же кошмар, а не жизнь. Представь, им даже носки теперь разбрасывать нельзя, а в ванной висит целых два полотенца вместо одного. Вот нафига нам два? Мы что, мыться не умеем?

— Олеженька, ты, похоже, забыл про такое слово, как этикет. Одно для твоего угрюмого личика, второе для тела, — она подошла к нему и приобняла. По ним заметно, этот разговор происходит не в первый раз, и он больше наигранный. — Когда станем жить вместе, у тебя будет целых три полотенца. Ведь не станешь ты вытирать ноги полотенцем для тела?

— Стас, спасай. Ай. Ты чего дерешься?

— Чтобы глупостей не болтал. И вообще, почему до сих пор не представился? Позоришь Союз.

— И как мне с ней жить? — патетически спросил, затем наконец собрался, выпрямился и представился: — Контрактор Пламенев Олег Борисович. Мы с Вероникой по очереди дежурим, так что иногда будем работать вместе.

— Рад знакомству, — ответил, сам же думаю про их фамилии. Два рода со стихией огня состоят в Союзе. Интересно, кто остальные? — Вероника Алексеевна, так каков ваш вердикт? Я прошёл проверку?

— Прошёл. Твои навыки нам подходят, так что можем пройти в мой кабинет и подписать договор.

— Фи, как официально. Ко мне можешь обращаться просто по имени. Я ещё слишком молод для этого официоза.

— Ах так? Я, по-твоему, старая? — раздался звук вынимаемого из ножен меча.

— Дорогая, ты меня неправильно поняла, — Олег попятился в сторону выхода, при этом машет перед собой руками в отрицательном жесте.

— И что я не так поняла? Ну же, дорогой, поведай своей невесте.

— Просто я молод, а ты ещё моложе, но очень серьёзная и строгая. Я именно это имел в виду и ничего более. Поверь, дорогая, ты у меня самая прекрасная, милая и обаятельная, — тут он не выдержал и, развернувшись, убежал.

— Всё равно поймаю, — тихонько сказала Вероника. — Пойдём, надо быстрее закончить и идти искать этого труса.

Её кабинет оказался недалеко от арены. Небольшой, с чёрным столом и аккуратно лежащими на нём стопочками документов. На столе стоит привычного вида ноутбук. Заметив мой взгляд, пояснила:

— На браслете набирать неудобно.

— Так можно мысленно.

— Мне так привычней. Вот эту стопку видишь? — она указала на стопку листов формата А4. — Это всё запросы от желающих стать контрактором. Сейчас все свободные сотрудники только и заняты их ловлей. К тому же вольникам передали запросы.

— И как успехи? Если это не секрет.

— Тут нет ничего секретного. Два раза в неделю, стабильно привозят новых зверей. Как только удаётся кого-то поймать, информация появляется в открытом доступе. Мы устраиваем аукцион, после которого проводится бой на арене. Всё это время зверя нужно обрабатывать эликсирами, иначе он прибьёт претендента. Именно чтобы этого не произошло, нужны мы. Если зверь будет одерживать верх и не будет заметно, что есть шанс на заключение контракта, то требуется вмешаться и загнать зверя в клетку.

— Как понять, что он не станет заключать контракт?

— Очень просто, — она иронично усмехнулась. — Если претендент показал себя очень плохо: отвратительно дерётся, сила воли никакая, показывает трусость. Признаков много. Со временем научишься их видеть.

— А что случится потом со зверем, когда загоним в клетку?

— Ничего. Будет ждать следующего желающего.

— То есть у победителей аукциона нет второго шанса? — удивился такому раскладу. Они же платят большие деньги за зверя, затем за бой на арене. Получается, деньги просто сгорают.

— Таковы правила. Они платят за попытку. Если проиграли, значит, плохо подготовились. Пусть ждут следующего момента, — параллельно с пояснениями она набирала что-то на компьютере. Щелкнула мышкой, и заработал принтер. — Вот, типовой договор. Ознакомься и подпиши.

Она терпеливо сидела и ждала, пока изучал листы с договором. На первый взгляд никаких подвохов. Когда подписал, получил один экземпляр себе. Также пришло уведомление на браслет с электронной копией и файлом видеофиксации подписания.

— Вот и отлично. О боях сообщаем за два дня. Каждый, кто может выйти, должен отписаться. Обязаловки у нас нет. Мы присылаем уведомление, если есть желание подработать, присылаешь подтверждение.

— Даже так?

— Думал, у нас обязательные смены? — усмехнулась девушка. — Каждый, кто имеет шестой ранг, может найти работу с более высоким доходом. Поэтому мы предлагаем подработку для тех, у кого есть время. Банально, в страже заработок намного выше, а риск ниже. Конфликты в Беловодье бывают, но не так часто. К тому же нападение на стражу — это равносильно оскорблению князя. За такое мало не покажется. В общем, жди уведомление в «Вестнике». Приглашение в группу отправила.

— Если окажется слишком много желающих?

— Смеётесь? У нас, наоборот, недостаток. Станислав, вы ещё слишком мало знакомы с нашим обществом. Родовитые будут работать на свои рода либо на княжество. Контракторы из небольших родов могут к нам прийти, вот только скорее предпочтут службу княжеству. По большей части к нам идут такие, как ты, ученики Академии, причём чаще всего с третьего курса. Второкурсники приходят уже весной, когда достигают шестого ранга. Поэтому о местах не переживай.

Бросив мимолётный взгляд на браслет, вдруг понял, ещё немного, и буду опаздывать. Поэтому быстро распрощался и пошёл к выходу. На автобусах ехать долго, из-за чего с болью в сердце вызвал такси. Сейчас любые траты вызывают скрежет зубов. Когда машина остановилась напротив ворот, почти одновременно подъехал чёрный внедорожник, из которого показался мой гость. Я встаю возле ворот и, ожидая, пока подойдёт, то и дело бросаю взгляд на герб на бронзовом щите. Теперь всё как положено, и никто не сможет придраться.

— Добрый вечер. Гляжу, тоже только подъехал, — белозубо улыбаясь, он начал непринуждённую беседу.

— Учёба и дела рода отнимают слишком много времени.

— Соглашусь, хотя у меня всё было несколько проще. Помню, когда учился в Академии, чуть ли не каждый вечер ходил на арену. Также любили с друзьями сходить в парки на танцы или клубы. К нам культура внешников проникает неспешно. Поэтому общество вначале оказалось шокировано их нравами, но затем подросли мы — новое поколение, которое со всей своей энергией бросилось изучать чуждую нам культуру.

— Наслышан о таком. Старые поколения редко понимают новые и рассказывают, как упали нравы. При этом критикуют каждое следующее поколение, позабыв, что говорили про них.

— Ну да, ну да. Когда-то говорили про дамские платья, которые становились чуть короче, из-за чего стали видны щиколотки. Или когда рукава уменьшали, а уж про декольте лучше промолчу.

— Вы не выглядите столь старым, чтобы помнить те времена.

— Что ты, мне всего лишь чуть больше сорока. Кстати, не будешь против, если станем общаться на «ты»? А то, знаешь ли, не люблю все эти формальности.

— Только за.

Ведя такую непринуждённую беседу, мы прошли на территорию усадьбы. Воронов осмотрелся и тяжело вздохнул. Наверное, тяжело видеть свой дом, который теперь принадлежит другому.

— Он очень понравился жене, — вдруг произнёс он. — Надоело жить в родовой усадьбе со всеми родственниками. Ей захотелось иметь свой уголок, а тут так случилось, что владелец решил продать его. Точнее владелица. Она осталась последней в роду. Муж погиб во время патруля. Он служил в Периметре, и на них напали. Сын пошёл по его стопам, но не смог стать контрактором. В свободное от службы время отправился искать зверя, с которым сможет заключить контракт. В итоге обратно не вернулся. Даже костей не нашли. Дочери вышли замуж и ушли в рода мужей. Владелица усадьбы решила уехать из Беловодья, в котором всё напоминает о семье. Теперь живёт в Хельграде, куда переехала одна из дочерей. Помогает ей с внуками.

— Печальная история.

— Увы, но такими историями полнится каждый из наших городов. Нам, кстати, в гараж, там самый большой вход. Второй находится на первом этаже. Я тебе на обратном пути покажу, — мы прошли в гараж не через ворота, а через дверь, расположенную справа. — Красотка. — Он подошёл к машине и провёл ладонью по чёрной полосе на жёлтом капоте. — После фильма тоже подумывал о такой, но жена отговорила. Стас, никогда не посвящай жену в свои мечты, в особенности, если они стоят денег. У них величайший талант нас отговаривать. Я даже не понял, когда стал считать эту трату бессмысленной. Поэтому сначала делай, потом ставь в известность. Поворчит и успокоится, зато ты останешься с мечтой.

— Это подарок. Если честно, прокатился всего один раз.

— Красота, — он ещё раз провёл по машине рукой и пошёл дальше, к углу. К тому самому, где регулярно сижу с КРСом. Мужчина провёл пальцем по кирпичу с еле заметным углублением и словно нарисовал на нём некий символ. Раздался щелчок, и примерно два с половиной метра стены слева отъехали назад и в сторону. — Вход по этому рисунку, но у тебя всё равно не получится войти из-за настроек системы безопасности. Вход привязан к нашей крови, а рисунок нужен для подтверждения. Можно сделать много разных, например, чтобы заблокировать все входы или отправить сигнал о необходимости помощи. А так, за панелью находится сканер, который провёл быстрый анализ крови. Я покажу, как всё сбросить и привязать к тебе, а также добавлять разрешения.

Внутри загорелся яркий белый свет. Я увидел возле отштукатуренных белых стен много коробок, обмотанных скотчем. Из-за них коридор оказался очень узким. Мужчина на них бросил мимолётный взгляд и целеустремлённо пошёл дальше. По поводу целого этажа не соврал. Тут пространства даже больше. Строительная фирма клана Вороновых сотворила чудо, создав столько места под домом. При этом всюду стоят ящики, за исключением некоторых комнат. Эти комнаты вызвали неподдельный восторг. Там обнаружились несколько спален, столовая и комната наблюдения, сейчас с выключенными мониторами. Здесь есть маленькая кухонька и склад, забитый под завязку консервами. И ещё тут оказалась винная комната, причём полная. На полках вертикально лежат бутылки с вином, вот только я не любитель выпивать. Меня больше всего восхитила комната для тренировок. Она в точности как в Академии.

— Мы же этот этаж делали как укрытие и заодно склад. Планировалось, что моя семья сможет спокойно прожить здесь целый месяц. Чтобы не скучали, сделал тренировочную комнату и загрузил на сервер множество иллюзионов. Кристалл тут мощный, в автономном режиме хватит и на более длительное время постоянной работы. Но и без него возможно пользоваться за счёт общего питания. Эх, моя винная коллекция. Придётся снова всё покупать. Кстати, может продашь? — спросив, лукаво посмотрел на меня.

От такого вопроса не нашёлся сразу, что ответить. С одной стороны, решу все проблемы с деньгами, однако вновь возникает старая проблема: я не знаю их цены. Продешевить — выставить себя неграмотным юнцом. Назвать слишком много — то же самое, но ещё выставлю себя жадным.

— Пожалуй, откажусь. Будет чем деда угостить, когда придёт в гости.

— Деда? Тогда сразу иди вон в тот уголок, там напитки покрепче. Он их больше ценит. Такс, а вот и он, — в небольшом кабинете, на уровне груди, вмонтирован в стену сейф, ничем не прикрытый. — Хотел картину повесить, — зачем-то оправдался. Вновь прикладывает кисть и рисует несколько символов. Сейф бесшумно открылся. Думал, увижу кучу папок с документами, но вместо них там лежат два чёрных с красными полосками по краям прямоугольника, напоминающие внешние жёсткие диски без проводов и разъёмов. Я такие уже видел. По сути, это и есть жёсткие диски, правда беспроводные. Их можно поднести к браслету и считать всю информацию. Воронов просто сунул их в карман пиджака. — Спасибо, Станислав. Я этого не забуду.

— Пожалуйста, — отвечать что-то вроде «не за что» не стал, так как знаю — Гремяцкие этим одолжением воспользуются. — Больше ничего не нужно?

— Да как тебе сказать. Я бы ещё многое отсюда забрал, вот только уже говорил — честь для нас не пустой звук. Здесь всё твоё, и даже вон те бруски орихалка и всякое оборудование, которое вывезли после ремонта из лаборатории. Тебе очень повезло.

— С этим не поспоришь. В особенности когда не дали пробраться волку в пещеру к князю, — напомнил причину такого везения. Смотреть в глаза собеседнику сейчас сложно, так как мой взгляд то и дело норовит заглянуть в сейф, на слитки красноватого цвета и стопочки купюр.

— Ты прав. Везение сопутствует тем, кто хоть что-то делает. Кстати, может разопьём бутылочку за знакомство? Например, вон того калифорнийского зинфанделя. Один из первых удачных урожаев после отмены дурацкого сухова закона и возобновления производства. Здесь, кстати, таких три. А пока будем дегустировать, проведём сброс системы безопасности и твою в ней регистрацию.

Отказываться от его предложения не стал, так как не хотелось испортить отношения столь незначительным отказом. Уверен, бутылка такого вина стоит очень дорого. Я слышал, вино не может столько храниться и превращается чуть ли не в уксус, однако местные технологии творят чудеса. Эта комната, с толстой деревянной дверью, защищена специальными рунами, сохраняющими продукт таким, каким положили сюда. Дома у Воронова они хранились также.

— За знакомство, — мы соприкоснулись хрусталём и принялись за основное дело.

Освободился почти в полдесятого. Пока шла отчистка, потом настройка и подключение, время пролетело незаметно. Воронов долго объяснял, как тут всё работает, параллельно делясь историями из жизни города. В целом впечатление создалось неплохое. Воронов показался весьма компанейским человеком, не вызывающим антипатию. Возможно, это маска, но мне не верится в такую виртуозную игру.

Так как проход в гараже закрылся сразу, как вошли внутрь, возвращаться к нему не понадобилось. Выходить решили по лестнице, ведущей в прачечную. Она расположена недалеко от комнаты для прислуги, которой у меня пока нет. К счастью, внутри никого не оказалось.

— Эх. Здесь всё выбирала жена, — произнёс, когда за нами бесшумно закрылся проход и стал неотличим от стены. — Я был полностью занят проектом нашего форпоста: искал людей, договаривался о поставках. О покупках знал лишь по списанию средств.

В этот момент на браслет снова позвонили. Алёна поинтересовалась, где я и когда приду. На ответ, что я уже дома, удивилась.

— Когда ты пришёл? Мы ничего не слышали. Или ты со стороны веранды прошёл?

— Прошёл через гараж. Сейчас нахожусь в прачечной. Предупреди всех — я не один, со мной гость.

— Хорошо, — неуверенно ответила и прервала звонок.

— Невеста беспокоится? — уточнил Воронов. Я специально общался вслух, чтобы он всё слышал.

— Да. Они обещали праздничный ужин. Кстати, не составишь нам компанию?

— Увы. Меня ещё ждёт работа. После тех событий времени на отдых совсем нет.

Мы прошли к гостиной, в которой возле накрытого стола увидел стоящих друзей. Пробежавшись по ним взглядом, на краткий миг на душе стало грустно из-за отсутствия Кати, однако искренние улыбки и лёгкое недоумение на их лицах быстро развеяли печаль.

— Добрый вечер, молодые люди. Контрактор Воронов Аркадий Емельянович. Гость вашего друга.

Друзья по очереди представились. Мы проговорили ещё минут пять. Алёна предлагала присоединиться к застолью, но он вежливо отказался и, ссылаясь на дела, поспешил нас покинуть.

— Стас, как вы оказались в доме? Мы ничего не слышали, — спросила Алёна.

— О, это весьма интересная история.

— А чем от тебя пахнет? — вдруг насторожилась Марина. — Стас! Ты пил?! Фу, фу, фу! Не бери пример со старикашки.

— Эй, чего я сразу?

— Так ты уже откликаешься на старикашку? — подшутил Виталик.

— Ничего он не старый, — попыталась заступиться Кристина.

— Ребят, садитесь кушать. У меня горячее скоро будет готово, — сказал Магомед.

— Погодите, так как вы попали сюда?

— Через тайную комнату. Представляете, у нас есть ещё один этаж и даже своя тренировочная комната.

— И алкоголь, который ты пил, — вновь укорила Марина.

— Мы всего одну бутылочку. За знакомство, — попытался оправдаться. — Там целая винная комната.

— Все алкоголики вначале говорят про одну бутылку, а потом спят на кухне возле мусорки, — Марина в этот раз решила погрозить пальчиком.

— Вино? — задумчиво спросил Магомед. — У меня как раз есть рецепты с ним. Можно мясо по-бургундски сделать или язык, тушёный в портвейне. Надо бы взглянуть.

— Погоди. Оно там коллекционное, — попытался угомонить маньяка кулинарии.

— Ага! Уже вина жалко. Не ожидала, что ты такой. Но не переживай, я тебя вылечу. Ты у меня вообще пить не будешь, — и я даже не понял, это забота или угроза.

Утолив первый голод, пошли с друзьями в гараж. Им захотелось начать с него. Когда дверь открылась, все вначале замерли с открытыми ртами.

— Словно пещера Али-Бабы, — почему-то шёпотом сказала Кристина.

— Или как в фильмах про шпионов, — сказал Виталик.

— Что в коробках? — деловито спросила Алёна.

— Не знаю. Он говорил про вещи из дома и оборудование из лаборатории.

— Оружие есть? — спросил Артур. — И где вино? Надо бы продегустировать.

— Да, где вино? — присоединился к нему Магомед.

— Я тебя туда не пущу, — вдруг встрепенулась Алёна. — Оно же там коллекционное. Пусть лежит для особых праздников.

— Но продегустировать сможем? — не унимается Артур.

— Ну… Я даже не знаю, — неуверенно начала Алёна.

— Нет. Я вам не дам, — Марина встала в проходе и расставила руки в стороны, демонстрируя, как станет удерживать от чествования Вакха или Диониса.

— Может, запрём в тренировочной комнате? — шёпотом предложил Виталик.

— Я сейчас колёса тебе проколю.

— Зелёная, я же пошутил.

В таких разговорах прошёл первый осмотр. Надолго мы там не задержались. Мельком осмотрели коробки, зашли во все комнаты и вернулись наверх, так как горячее действительно может остыть. Каждый там нашёл что-то для себя интересное, однако комната для тренировок никого не оставила равнодушным. Точнее, почти никого. Магомеда с трудом вытащили со склада с консервами.

Мы сидели в гостиной и наслаждались едой и обществом друг друга. В этот момент на улице громыхнуло, и по крыше часто забарабанил дождь. За окном разбушевалась стихия. Где-то ближе к двенадцати ко мне подскочил Баюн и начал активно мяукать и тыкаться мордочкой.

— Баюн, тебе чего? Только что ведь поел.

— Мяу, — яростно мяукнул и, соскочив на спинку дивана, прыгнул на пол. Поглядывая на меня, начал громко мяукать. Он удалялся и возвращался ко мне.

— Что с ним? — удивлённо спросила Кристина.

— Может, хочет в туалет? — предположила Марина.

— Ты хочешь, чтобы пошёл за тобой?

— Мяу! — подтвердил и даже кивнул головой. Друзья непонимающе переглянулись и пошли следом за мной. Мы оказались возле двери, ведущей на улицу, с которой можно попасть в кафе «Шоколадоф». Кот запрыгнул на подоконник и, посмотрев на меня, требовательно мяукнул.

— Ты кого-то там увидел? — по спине пробежали мурашки от мысли, что к нам кто-то проник.

— Смотрите, там кто-то стоит, — Виталик первым заметил силуэт возле забора.

Там стоит человек под проливным дождём. В отсветах молнии разглядел форму Академии и длинные промокшие волосы, лежащие на плечах. От этой картины в груди всё сжалось.

— Мяу! — вновь подал голос Баюн.

— Спасибо, котяра. Я тебя понял, — подхожу к двери и тянусь к ручке, но тут Артур попросил:

— Погоди, — он убежал и вскоре вернулся с чем-то в руке. Оказалось, принёс свой зонтик.

Выбегаю под дождь и спешу к калитке. Распахнув её, раскрываю зонт и подхожу к промокшей Кате. Она, обхватив себя руками, стоит возле забора и понуро смотрит вниз. По лицу течёт вода вперемешку со слезами. Приобнимаю и веду за собой. Сестра не сопротивляется. Позади прогрохотала гроза, от чего её плечи слегка вздрогнули.

— Всё хорошо. Пойдём домой.

— П-п-прости, — с трудом произнесла. Несмотря на все свои силы, она умудрилась замёрзнуть. Вот что эмоции творят даже с контрактором.

— Сейчас придём, и ты согреешься, — я неспешно довёл до дома. Там уже стоит Алёна с большим белоснежным полотенцем. Она начала растирать Катю, помогая той согреться. Марина тоже присоединилась. От рук целительницы полилось изумрудное сияние.

— П-п-простите меня, — она заплакала навзрыд. — Я не сдержалась. П-простите.

— Катюш, успокойся, — как успокаивать я не знаю, по этому просто обнял. Она доверчиво прижалась и упёрлась лицом в грудь. Тихонько всхлипывая, пыталась что-то сказать, но у неё не получалось. — Пойдём горячего чая попьёшь.

— Но я же… Я так плохо поступила. Я не хотела. Оно само как-то, — начала оправдываться. — Я вам так завидую. У вас есть выбор, а мне придётся выйти за кого скажут. Я не имею такого выбора. Дед обещал дать самой определиться, но я-то знаю, они уже ведут переговоры. Никакого выбора на самом деле не будет. А когда сегодня Артура услышала, то не сдержалась. Простите меня. Я честно не хотела.

Друзья растерянно переглянулись. Лишь в глазах Алёны и Марины замечаю понимание. Они отстранили меня и, забрав Катю, ушли в гостиную, с ними отправилась Кристина. По этому мы остались мужской компанией стоять в коридоре.

— Что делать будем? — спросил Виталик.

— Может, вина? — азартно предложил Артур.

— Хм. Алёна меня прибьёт, да и Марина от неё не отстанет.

— Они же всё равно пока туда не смогут попасть, — с коварной улыбкой сказал старикашка.

Глава 13

— Здорово вчера посидели, — вновь повторил Артур.

— Это всё из-за тебя, старикашка. Алкоголик, — продолжила бурчать идущая позади Марина.

Пасмурное утро нисколько не портит хорошее настроение. Мы уже почти подошли к воротам Академии, к которым группами и по одиночке подходят третьекурсники. Также замечаю группы людей, которые явно прибыли на курсы повышения квалификации или учащихся на специалитете. Отличие от курсантов не только в возрасте, но и в отсутствие нашивок курса. Среди них наверняка есть целители, артефакторы, рунологи и многие другие. Если открыть сайт Академии, там можно найти более подробную информацию.

— Учитель! Учитель, подождите! Эдуард Лазаревич, подождите, пожалуйста! — раздался девичий крик, стоило только зайти в здание.

Расталкивая курсантов, по холлу бежит синеволосая девушка. Преподаватель по артефакторике, который не любит, когда его называют господином, вальяжно идёт в сторону лифтов. Низкорослый, кучерявый, с ладонями, убранными в карманы пиджака. Даже не понятно, как Аня его заметила среди курсантов. Мужчина замер и удивлённо повернулся к ней.

— Анна? Что такого срочного случилось, из-за чего решили переполошить всю Академию?

— Уф, наконец догнала. Здравствуйте. Я закончила расчёты купола сокрытия, — торжественно выдала она.

— Хм. Это, конечно, хорошо, но почему вы их не переслали в «Вестнике»?

— Ну… — она чуть замялась и даже покраснела. — Хотела лично передать. Просто, мне кажется, я нашла способ его улучшить. Можно изменить рунную цепочку, так как изначальный вариант избыточен.

— Погодите. Я лично принимал участие в его разработке и могу с точностью сказать, там всё максимально оптимизировано. При этом, ваше задание заключается в другом. Вы должны увеличить сетку масштабирования.

— Так я это и делаю, но при моём подходе мы сможем значительно улучшить сам артефакт. Если работать со старыми материалами, то всё будет по-старому, но можно применить недавно запатентованный композит, разработанный в КНИИ «Прорыв».

— Композит, говорите. У вас есть его характеристики? В первую очередь интересует проводимость энергии и её удержание.

— Да, конечно. Они указаны в расчётах.

— Хорошо. Пройдёмте в мой кабинет, — он развернулся и шустро пошёл к лифтам. Аня посеменила за ним.

Мне как раз нужно переговорить с ней, но сейчас точно не получится. Придётся искать в перерыве между парами. После занятий не смогу, так как обещал заглянуть в кузницу.

Девушка нас заметила уже в кабине лифта. Я поднёс руку к уху и изобразил звонок, на что она кивнула. С ней смог встретиться только после четвёртой пары. Мы пересеклись на первом этаже и отошли в угол, чтобы нам не мешали.

— Привет, — с радостной улыбкой сказала она. — Зачем звал? Или ты соскучился?

— Здравствуй. Прости, редко видимся, да и ты всё к нам не заходишь.

— Ну. Я сейчас очень занята. У меня ведь крайний курс, надо диплом писать.

— Ты за этим нашего артефактора с утра мучила?

— Ничего не мучила. Знал бы ты, как он удивился моим расчётам. Да я настоящий гений. У меня такая дипломная работа будет, ко мне очередь из нанимателей выстроится, — торжественно выдала, при этом активно размахивала руками.

— Рад за тебя. Кстати, зачем тебе очередь из работодателей? Ты же можешь устроиться к маме.

— Эх. Стас, там такие требования. Туда только после специалитета возьмут, даже связи не помогут. Так зачем ты меня искал?

— Тебе знаком этот артефакт? Мы выяснили, что это промышленный синтезатор предыдущей модели.

— Ну да, всё верно. Хорошая вещь, надёжная.

— От новых сильно отличается?

— Не очень. В основном потреблением энергии, временем на синтез и меньшей автоматизацией. В новом достаточно всё загрузить и нажать пару кнопок, выбирая программу, и он всё сделает без участия человека. Здесь же надо многое делать вручную.

— Понятно, — задумчиво отвечаю, смотря на браслет, на котором показывал синтезатор.

— А зачем тебе? Ты собрался его купить? Если да, то будь осторожен. Вряд ли от них станут избавляться, если ещё хороший ресурс. К тому же у них очень хорошая ремонтопригодность.

— Я не собираюсь приобретать. Они уже у меня есть. Целых двадцать шесть.

— Ого! Это же небольшое предприятие. Откуда? Стас, тебя точно не обманули? Ты уверен в ресурсе? Может они не работают? — Аня неподдельно встревожилась и даже, положив руки мне на плечи, начала от волнения трясти.

— Погоди, все мысли вытрясешь. Синтезаторы достались вместе с усадьбой. Я их не покупал. Поэтому хочу у тебя узнать, может знаешь того, кто сможет их проверить?

— Не поняла? — она пододвинулась почти вплотную, из-за чего тяжёлый калибр, прикрытый форменной одеждой, упёрся мне в грудь. — Зачем кого-то искать? У тебя же есть я. Или не доверяешь? — при последних словах прочитал в её глазах тревогу и зарождающуюся обиду.

— Ань, как ты могла такое подумать? Ты единственная, к кому могу обратиться по этому поводу. Просто не знал, насколько разбираешься в этом оборудовании.

— Пф. Да я лучшая в этом вопросе. Мне нет равных. Я прошлым летом проходила практику на одном из предприятий, так там приходилось такими заниматься.

— Ну и отлично. Так когда тебя ждать в гости? — спрашиваю и аккуратно выскальзываю из промежутка между стеной и артиллерией главного калибра.

— Трусишка, — прошептала она. — Могу сегодня прийти. К семи устроит?

— Отлично. Тогда до встречи. Адрес у тебя должен быть.

— До встречи, — негромко отвечает. — Стас! — вдруг окрикнула, когда поспешил на пару.

— Чего?

— Трусишка! — кричит и указывает на меня пальцем, затем, довольная произведённой реакцией, улыбается и гордо уходит.

— Эх. Не понять мне этих женщин.

Этот разговор стал последствием вчерашних посиделок с ребятами. Мы, мужской компанией, спустились вниз и принялись изучать содержимое той самой комнаты. Одновременно заходили в сеть, дабы посмотреть ценник. Как итог, нашли вина, купленные относительно недавно и по приемлемой цене. Вероятно, купленные с расчётом на будущее или просто понравился вкус. Вот только наше спокойствие долго не продлилось.

— И куда это вы пропали? — ехидно спросила Алёна.

— Ну… Мы решили вам не мешать общаться и спустились вниз.

— Наверняка этот старикашка их спаивает, — на заднем плане услышал голос Марины.

— Так они в подвале и без нас? — это подала голос Катя. Похоже, она уже успокоилась. — Я его побью. Мне же любопытно. Стас! Впусти, подлый трус!

— Кхм. А вы где? — дотронулся до браслета и связался с системой безопасности.

— В гараже, конечно! — опять раздался крик Кати. Похоже, совсем успокоилась. — Мне такое рассказали, будто стена отъезжает, как в фильмах про шпионов. Давай уже! Открывай!

— Открываю, — произношу вслух, чтобы ребята тоже услышали.

— Эх. Сейчас начнётся, — Артур тяжело вздохнул и покосился на рубиновую жидкость в декантере. — Надо было в бутылке оставить. Могли бы закрыть пробкой и спрятать.

— Всё равно не спасёт, — с улыбкой сказал Виталик. Его крики Марины не беспокоят.

Мы спокойно сидим в комнате, которая совмещает в себе небольшую столовую и помещение, где планировалось проводить большую часть времени в случае осады. На стене висит телевизор, у стен стоят глубокие кожаные кресла, возле широкого длинного стола — диван и стулья. Из-за ожидания девушек мы сидим молча и наслаждаемся приятным вином. Наконец за дверью послышались шаги.

— Старикашка, я вызываю тебя на дуэль! — ворвался зелёноволосый ураган и, сверкая изумрудами глаз, уставился на Артура.

— Отказываюсь, — спокойно ответил парень.

— Чего? Струсил?

— Я с вредными малявками не дерусь.

— Ах ты… Да я тебя… Ты у меня… — задыхаясь от возмущения, она пыталась придумать, что сделает с вредным старикашкой, но никак не получалось.

— Кстати, хочешь консервированных ананасов? — сделал предложение, от которого она точно не откажется.

— Буду. Но всё равно вы гады, это нельзя пить. Я как целительница вам говорю.

— И даже контракторам? — спросил у неё Виталик.

— Ой, всё. И вообще, не трогай мою банку.

— Держи новую. Сейчас открою, — найдя занятие для Марины, посмотрел на вошедшую к нам Катю и Алёну, Кристина пока чуть задержалась позади них. Невеста заметила мой взгляд и незаметно для Кати кивнула.

— У вас тут прям настоящая база шпионов. Целый штаб злодеев.

— Почему злодеев? Может, мы хорошие, — попытался опровергнуть Катино предположение.

— Добрые не прячутся, потому что все их дела хорошие.

— А спецслужбы, у которых наверняка есть подобные места?

— Так я же сказала — добрые не прячутся. Наслышана от деда, чего эти творят. Поверь, лучше не знать. Кстати, а что в коробках?

— Пока не смотрели. Точнее, мельком заглянули, но так и не разобрались, — ответила за меня Алёна. — Времени ещё не было.

— Так чего мы тут сидим? Вперёд! На поиски клада! — радостно воскликнула сестра. От её возгласа Марина чуть не подавилась соком, который пила из банки с консервированными ананасами.

Именно так мы обнаружили эти устройства. Зашли в одну из комнат, где стоят коробки как для холодильников. Открыв первую, увидели нечто знакомое. Я сразу вспомнил про пару по артефакторике. Данный агрегат напомнил тот промышленный синтезатор, но с нюансами. Тот был новенький, белого цвета и в целом более совершенный. Этот отличается цветом, вместо белого — серый. На панели больше кнопок, и корпус не монолитный, а с множеством отсеков. Благодаря сети выяснили, что это предыдущая модель.

Помимо них нашли разные комплектующие, реагенты и всякое другое из лаборатории. Пока изучали их содержимое, из комнаты, ближе ко входу в гараж, раздался радостный крик Артура. Похоже, там планировалась комната для дружинников. У стены нашли спрятанную за коробками небольшую оружейку. В ней десяток автоматов и солидное количество патронов. В самой комнате коробки с мебелью: двухъярусные кровати, тумбочки, шкафы, стулья и другие вещи, необходимые для дружинников. Также нашли комплекты формы. В общем, всё для охраны усадьбы. Вообще комната для охраны находится в пристройке, которая недалеко от веранды. Там есть ещё один шкаф, который, к нашему огорчению, был пустым при заселении. Там же есть спальные места, экраны для наблюдения за территорией и пульт для управления системой безопасности.

— А тут медикаменты и эликсиры, — Марина добралась до чего-то похожего на холодильник. С противоположной стороны от него стоит кушетка, ещё вся в целлофане. Рядом в коробках шкафы для лекарств и сами лекарства, которые не нужно хранить в холоде. — Много всего.

— Для развития ничего нет? — спросил у неё.

— Нет. Зато есть лекарства на все случаи жизни.

— Это отлично. Когда отправимся за портал, пополним запасы, а то Барс опять замучается выбивать для нас у интендантов Московского комплекса. Марин, посмотри, может получится для каждого собрать по комплекту.

— Хорошо.

Мы разобрали чуть больше половины. К моему облегчению, тут не нашлось личных вещей Вороновых. Было бы неприятно наткнуться на коробки с платьями его жены или чем-то другим таким же. Утолив первое любопытство, вернулись в комнату. Катя принялась изучать каталог иллюзионов, которые можно посмотреть в тренированной комнате. К ней присоединилась Кристина и Виталик. Алёна подошла ко мне и, присев на подлокотник кресла, тихонько спросила:

— Стас, так чего Воронов тут хотел?

— Накопители с данными из лаборатории.

— Ого. Он их тут хранил?

— Да, в сейфе.

— Хм. И там были только они? — девушка прищурилась. Её рука пробежалась по моим волосам.

— Не только, — млея от поглаживания, ответил ей.

— Я могу посмотреть?

— Пошли, — с неохотой встаю из удобного кресла.

Мы зашли в небольшой кабинет и сразу направились к сейфу. Как только открыл, любопытный вздёрнутый носик устремился внутрь. Ладошка с рыжим маникюром потянулась к слитку орихалка.

— Ого. Их целых четыре штуки. Что думаешь с ними делать?

— Пока не знаю. Читал, такое редко продают и держат на чёрный день. Вот только наша ситуация…

— Мы можем вырученные деньги вложить куда-нибудь.

— А можем сделать кое-что получше, но для этого требуется проверить синтезаторы.

— Хочешь открыть своё предприятие по переработке ресурсов из-за портала?

— Когда увидел содержимое коробок, такова была первая мысль. Однако на аренду помещения уйдёт весьма приличная сумма. Из-за цен на недвижимость стоимость аренды очень серьёзная. К тому же уверен, есть требования для помещений, где устанавливают подобное оборудование. Сколько стоит ремонт и приведение к стандартам — вопрос. Да и контроль требуется. В общем, нюансов множество.

— Может, стоит поговорить с Гремяцкими? Наверняка у них есть помещения.

— Думал об этом и… отказался. Я не хочу во всём на них полагаться. Например, продажу я точно совершу через них, чтобы слитки не ушли чужакам, но всё остальное…

— Понимаю и одновременно не понимаю. Платя аренду чужим людям, ты делаешь богаче чужой род и становишься от них зависим. Лучше платить своим. Стас, пойми, гордость — это правильно, но она не должна вредить роду. Твоему роду и тому, из которого твоя мама. Но если не хочешь связываться с Гремяцкими, можно договориться с моими родителями или со Светловыми.

— Светловыми?

— Ой, да брось. Они почти нам родня. Сотрудничество с ними только укрепит связи. К тому же они станут для нас отличными поставщиками сырья. Нашу продукцию будем продавать им же.

— И тем самым впадём в зависимость.

— Вот не вижу никаких проблем. Если хочешь, то продавай половину им.

— Ладно. Давай оставим этот разговор на потом. Для начала стоит разобраться с синтезаторами. Вдруг не работают или требуется слишком много заменить, а то мы тут уже грандиозные планы строим.

По поводу денег мы даже не говорили, так как в сейфе лежат не местные, а рубли и юани. Всего две пачки. Рублей около трёхсот тысяч, юаней ещё меньше. Вероятно, Вороновы ведут дела с Кунь-Луньцами и юани нужны только для внешних операций, пока добираются до закрытого города. В самом городе эти деньги не требуются, так как орихалк — это международная валюта, привязанная к металлу, как раньше все валюты к золоту.

Для нас это всё равно сумма немалая. К примеру, только рубли принесут полторы тысячи орихалков. Однако — это всего три выхода на подработку на арену Союза. Юани принесут больше, но и они не дадут существенной прибыли для начала собственного дела. Вся надежда на оборудование и слитки.

Когда вернулись к ребятам, Катя стала подбивать пойти в тренировочную комнату и посмотреть иллюзион. Мы выбрали комедию. После настройки программы помещение стало напоминать мини-кинотеатр, как тот, в который мы с Алёной ходили, но намного меньше. Рассевшись на появившихся креслах, мы погрузились в увлекательный сюжет, в котором ощущали себя не просто зрителями, а участниками событий. Герои ходили возле нас, и до них порой можно даже дотронуться. Мы чувствовали ветер, моросящий дождик лишь слегка попадал на нас, словно находимся под большим зонтом.

Из воспоминаний вывело сообщение в «Вестнике». Когда открыл, увидел мигающее сообщение в чате, подписанном как «Арена-Союз».

«Четверг, 22:00. Прийти за полчаса до начала для инструктажа. Желающие должны отписаться».

Значит, на послезавтра есть подработка. С помощью их бота подтвердил свой выход на работу. Через пару секунд пришло подтверждение и предупреждение о необходимости как минимум за день уведомить, если не смогу выйти.

— Ты сегодня опять прогуливаешь клуб? — спросил Виталик, выходящий следом за мной из Академии.

— Да. Вяземскому обещал заглянуть. А ты куда?

— В наш клуб.

— Это какой наш?

— Точнее, я вступил в байк-клуб «Укус медоеда». Кстати, не хочешь к нам? У тебя ведь тоже байк есть.

— Нет. Это не моё. Мне ближе бои на мечах.

— И танцульки?

— И танцы, — подтвердил я. — Не зря же нам их преподают.

Распрощавшись с ним, направился в сторону Кузнечной улицы. Осень во всю вступила в свои права. Пожелтевшая листва сменила радующую глаз зелень. Октябрь в этом году выдался сырым и промозглым. Говорят, нет плохой погоды, но почему весной на душе так тоскливо? Может, из-за того, что тепло покидает наши города и вернётся теперь не скоро? Именно по этой причине поэт писал: «Мороз и солнце, день чудесный». Мы радуемся каждому солнечному дню, которые в наших широтах бывают намного реже, чем хотелось.

Однако печалюсь, похоже, только я. Детвора, идущая из школы, весело переговаривается. Они, после летних каникул, вновь встретились, дабы вместе штурмовать твердыни знаний и открывать для себя этот мир. Смотря на них, стало ещё грустней. Я ушёл из школы в десятом классе и давно не виделся с одноклассниками. Лишь изредка созваниваюсь, но делаю это всё реже, так как они уже поступили в университеты или институты, как и я. У нас появились новые знакомые и друзья, с которыми теперь проводим время.

Мой уход из десятого класса привёл к ещё одной проблеме. Мне же, из-за незаконченного образования, придётся его навёрстывать. Первый год нас специально натаскивали, приводя к местному уровню знаний и умений. Тогда были важны этикет и умение драться. В этом году, для таких как я, появятся специальные уроки по школьной программе одиннадцатого класса. Это значит, придётся искать время и для них. Причём большая часть времени отводится на самоподготовку. С преподавателями видеться будем редко: либо для консультаций, либо для сдачи зачётов и экзаменов.

Пройдя мимо храма Сварога, повернул на нужную улицу и зашагал мимо аккуратных домов. Невысокие, с красными черепичными крышами и дымом из труб. Людей на улице немного, но они есть. Кто-то идёт в кузницу, специализирующуюся на огневиках, кто-то просто в бронную лавку или оружейную. Не всё тут делают под заказ. Некоторое оружие или доспехи отдают в лавки для реализации, оставляя у себя только демонстрационные экземпляры.

— О! Ты пришёл, — обрадовался Пётр Григорьевич. — Проходи.

— Здравствуйте.

— Смотри, какие красавцы, — он показал на стенд, прикрытый стеклом, в котором ранее лежали «грозовые братья».

— «Грозовые сёстры»?

— Да тьфу на тебя. У меня не всё так плохо с фантазией. «Гроза», — указал на левый. — И «Молния», — показал на правый меч.

Я же покосился на него, ведь получилось практически то, что я сказал.

— С фантазией и впрямь... — договаривать не стал. Он и так понял мою мысль, из-за чего слегка насупился.

— Вот же наглый малец. Ты взгляни на красоту металла, почувствуй, как внутри гуляет стихия.

— Опять подключили кристалл, чтобы молнии красиво по ним гуляли?

— Вот нет в тебе чувства прекрасного. Весь в этого, — про кого он, решил не уточнять. — Ладно, пойдём, хочу кое-что показать. Будешь первоиспытателем.

— Может, не надо?

— А вот нечего над моей фантазией издеваться. Будет тебе уроком, если выживешь.

— Эм... Пожалуй, я откажусь.

— Без вариантов.

Мы прошли из демонстрационного зала в саму кузницу. Там двое помощников занимаются уборкой. Похоже, на сегодня они закончили работу. Вяземский подвёл к чему-то, накрытому тканью. Моё любопытство проснулось и отдалось по всему телу азартом предвкушения чего-то интересного и необычного.

— Готов? — с загадочной улыбкой спросил он.

— Даже не знаю.

— Ну и хорошо.

Одним движением сдёрнул ткань и отошёл в сторону, наблюдая за моей реакцией. Я же замер с открытым ртом. Передо мной предстал доспех футуристического вида. Не такой, который видел на иллюзии. Это нечто другое. Серо-стального цвета, с непрозрачным шлемом, закрывающим всё лицо. Живот, шея, руки и ноги словно сделаны из множества чешуек, соединённых внахлест. Самое интересное, он моего роста. Вяземский чуть выше меня.

— Чего молчишь? Где восхищённые возгласы моим величайшим искусством?

— У меня просто нет слов. Он потрясающий.

— Ну вот, не меня хвалит, а железо. Хотя тоже приятно. Я над ним тружусь уже больше месяца.

— И нас заставляет порой по ночам работать.

— Поговори мне тут, бракодел. Точно в Академию отправлю на переподготовку, — отбрил мужика, который в прошлый раз хвастался своим напитком.

— Это то самое? Плата за экспедиционный корпус?

— Да тише ты, — негромко одёрнул Вяземский. — Хорошо мои охламоны посвящены. Тебе же должны были сказать, кому можно говорить об этом, а кому нельзя.

— Ой. Само вырвалось. Хотя, как по мне, запрет глупый. Там же целая толпа народу отправилась к порталу.

— Ты забываешь, сколько у нас в городе живёт людей, которых можно называть неодарёнными. Ты же знаешь, что в каждом из жителей Земли течёт внутренняя энергия?

— Да. Проходили на первом курсе.

— Так вот, тех, кого называем неодарёнными, в городе очень много, и они нередко общаются со знакомыми, которые проживают за барьером. У них тоже есть свои запреты, но вот иномирцы — это совсем другой уровень тайны. Даже в правительствах государств многие не знают. В особенности, где премьер-министры меняются очень часто.

— Пётр Григорьевич, я уже понял, что не прав. Давайте лучше поговорим об этом чуде. Он сделан по их технологиям?

— Да, создан мной специально для молниевиков. Мне пока без надобности, а вот тебе пригодится. Заодно обкатаешь.

— Так вы сделали его для меня?

— А для кого же ещё? В общем, давай примеряй.

— Как его надеть?

— Вот сюда дотронься, — он указал на левую часть груди брони. — Теперь влей стихиию.

Я проделал всё, как он сказал. По броне растеклась энергия. На уровне глаз появился свет, словно он смотрит на меня. Почти полминуты ничего не происходило. Вяземский сказал не шевелиться, так как идёт привязка владельца. Наконец броня дрогнула. Чешуйки разошлись, открывая проём, через который можно залезть внутрь. Поворачиваюсь к нему спиной. Шлем задрался наверх. Как только тело оказалось внутри, он опустился на лицо. В этот момент порадовался отсутствию клаустрофобии, так как сквозь него оказалось ничего не видно.

— Поддай ещё стихии, а лучше создай аурную защиту и пусти по ней. Надо напитать все руны. На спине есть кристалл с нейтральной энергией, он подпитывает электронику. Твоя стихия при его использовании нужна только для рун. Его добавил на всякий случай, если останешься без сил, и чтобы меньше их тратил.

— Инициализация завершена, — произнёс женский электронный голос. Перед глазами вспыхнул свет, затем появилось изображение.

— В КНИИ не решились сразу транслировать изображение в мозг, они пока не расшифровали все руны. Вдруг какие закладки там. Обратись к доспеху, пусть закроет чешуйки. Я специально сделал их внахлест, чтобы убрать уязвимость стыков. Хоть аурная защита с ним взаимодействует, предосторожность лишней не будет, — самодовольно похвастался своей придумкой.

— Закрыть чешуйки, — скомандовал, но ничего не произошло.

— Не так. Есть два варианта. Первый — просто отдать команду закрыть броню, второй — через шлюз. Его роль, как ты, наверное, догадался, выполняет браслет. Вот только программа пока настолько корявая. В общем, пока не стоит, срабатывает через раз. На данный момент лучше всего себя показывают стандартные голосовые команды.

— Закрыть броню, — отдал команду и ощутил, как чешуйки смыкаются. Сбоку, перед глазами, появился значок замка.

— Теперь давай пройдись, только не спеша. Делай всё плавно, — вначале покрутил головой. Это оказалось достаточно просто. Затем сделал первый шаг и чуть не ударил Вяземского. Нога полетела вперёд, словно выпущенная из пушки. От неожиданности дёрнулся корпусом назад, но экзоскелет помог устоять. — Я же сказал, плавно. Тут искусственные мышцы, плюс руны. Каждое действие усиливается.

Мне на помощь пришли занятия танцами. Словно на уроке мама Марины, медленно и аккуратно делаю шаг вперёд. Оказалось очень непривычно, когда свой вес почти не ощущаешь. Специальные фиксаторы, которые придерживают меня, забирают большую часть веса.

— С руками по аккуратней, а то всё разнесёшь.

— Я стараюсь, — вновь дёрнул рукой и задел крупный молот, лежащий возле наковальни. Тот отлетел и врезался в стену, оставив там небольшие трещинки. — Я случайно.

— Не, так дело не пойдёт, надо тестировать на полигоне. Давай обратно, — не выдержал он, когда при развороте задел стул и сломал его.

На место возвращался очень осторожно, словно иду по минному полю. Вяземский смотрит на меня с двойственным чувством: в его взгляде читается одновременно беспокойство и восторг. На экране, показывающем происходящее позади, заметил довольные лица его подмастерьев.

— Открыть доспех, — скомандовал, и чешуйки начали сдвигаться, но вдруг открылись не до конца. Выйти не получится, так как слишком узко. — Это что?

— Кхм. Похоже, опять сбой в прошивке. Мне о таком говорили. Где-то намудрили программисты, они же код оптимизируют под наши системы. Закрой и открой ещё раз.

Повторить пришлось несколько раз. Только при третьей попытке у меня получилось выбраться, потому как после второй шлем отказался подниматься.

— Технологии получили совсем недавно, ещё требуется много доработок, — попытался оправдаться кузнец. — Но в целом, как тебе?

— Весьма необычно, но нужна привычка. Уверен, он сможет неплохо меня усилить.

— Не только усилить, но и облегчить жизнь за порталом. Хорошая вентиляция, система кондиционирования, круговое зрение. Главное помни, никакая технология не заменит собственные навыки. Обзор — это прекрасно, но ты должен в первую очередь полагаться на свои навыки и инстинкты, которые достались тебе вместе с духом. Эта броня всего лишь подспорье.

— Я понимаю. Спасибо вам.

— Пожалуйста.

— Пётр Григорьевич, почему вы так обо мне заботитесь? — наконец задал вопрос, ради которого сегодня пришёл. Его просьба тоже имела значение, но причина такого отношения волнует всё это время, после посиделок в кафе.

— Почему? А разве позывного мало?

— И это тоже меня интересует. Просто так, из-за прихоти, их не дают. Обычно за этим кроется нечто большее.

— Просто вы с ним очень похожи. К тому же, когда ты родился, я бывал у вас дома. Когда тебя увидел в своей кузне, вначале не поверил. Да ещё совпадение такое с духами. Он, помнится, звонил, хвастался, что стал контрактором, и рассказал про позывной. А когда поведал про вас, тут мы поссорились. Ведь не по-человечески это — бросать семью. Как бы ни был важен род, семья — это святое. А он…

— Значит, причина в этом? Вы меня узнали? Поняли, что я сын вашего бывшего друга?

— Как бы по-скотски он ни поступил, ты его сын. И в память о нашей дружбе решил дать позывной, — просто ответил он.

Я стоял и обдумывал его слова. Был ли тут какой-то ещё мотив? Может, таким способом пытался его укорить? А с другой стороны, какая разница? От Вяземского я не видел ничего кроме добра. Поэтому не нужно плодить сущности.

— Спасибо, — протягиваю ему руку. Он протягивает в ответ и вдруг крепко обнимает второй рукой.

— Будь достоин своего позывного, Кот. Сотвори свою историю, а я, если что, помогу.

Глава 14

— Ух ты. Тут так уютно, — восторженно произнесла Аня, когда мы с Алёной показывали ей дом. — Как же я вам завидую. Тут столько пространства. Ещё второй этаж и громадный подвал, плюс территория вокруг.

— Кстати, я ни разу не интересовался. Где ты живёшь? — спросил и сразу понял, как некорректно прозвучал вопрос. — Прости. Спросил не подумав.

— Да всё в порядке. Мы с мамой живём в обычной трёхкомнатной квартире на окраине центрального района. Сначала, после кое-каких событий, она получила от института однушку в общежитии, но благодаря знаниям, патентам и накоплениям быстро смогла купить квартиру. Правда, в кредит, но уже практически закрыла. Я тоже пыталась помогать, вот только мои доходы от артефактов пока не велики. Ты же знаешь, практически всё трачу на новые расходники.

— Зато опыта много получила. Защитишь диплом и, как говорила, тебя с руками оторвут в любое место.

— Ну да. Правда, придётся копить на обучение на специалитете или влезать в ещё большие долги к будущему работодателю. Не только у вас контракты, которые потом выкупают. Вот соглашусь на работу у кого-нибудь, и ему придётся оплатить все мои годы учёбы, а это очень приличная сумма. Думаешь, почему многие артефакторы во время учёбы подрабатывают? На самом деле мы можем взять у Академии сколько угодно материалов, которые будут вписаны в итоговую сумму. Мы просто не хотим впадать в ещё большую зависимость перед будущим работодателем.

— Жесть. В советское время здесь царило тоже самое? Такой же жёсткий капитализм? — я только сейчас осознал, как устроены взаимоотношения Академии с городом. — Что случится, если выпускника никто не возьмёт?

— Коммунисты пытались повлиять на нас, но им быстро объяснили, куда стоит лезть, а куда нет. Что же по поводу студентов, то их забирает к себе князь, — объяснила она, но тут мы вошли в ещё одну комнату. — Ого, и это тоже спальня? Тут даже небольшой кабинет есть. Потрясающе, — с нотками зависти в голове произнесла она. Мы находимся в одной из комнат на первом этаже.

С друзьями, помнится, гадали, для кого она могла быть предназначена. Я предположил для члена рода, Артур подумал про начальника охраны, которому тоже нужен кабинет. С его предположением никто не согласился, так как усадьба, по местным меркам, не большая. Тут достаточно простой охраны с начальником смены, который будет сидеть вместе с остальными дружинниками. Тогда предположение высказала Катя. Если честно, её предположение вызвало у меня неловкое чувство. Она подумала на комнату для одной из жён. С её слов, во многих семьях нормально, когда муж и жёны ночуют в разных спальнях. Я-то представлял всё несколько иначе, американское кино, которое часто крутят по телевизору, не раз демонстрировало, как это может быть. Про отдельные комнаты знал только из книг и истории, когда в аристократических семьях муж или жена приходят друг к другу, чтобы провести совместную ночь.

— Комнат много, но большинство пустует, — вздохнула Алёна. Её вздох обусловлен необходимостью убираться в стольких комнатах. Так-то каждый убирается у себя, однако мы находим свободное время, чтобы убраться во всём доме.

— Может, пока буду возиться с синтезаторами, я тут поживу? — сделав невинный вид, предложила Аня. Она даже мысочком туфельки провела по полу. — Просто мне сюда так долго добираться. Придётся очень рано уезжать, из-за чего работа надолго затянется.

— Я не против, — спокойно согласилась невеста. Я даже слегка удивился. — Тем более комната на первом этаже. — зачем-то добавила. Может, потому что мы спим на втором?

— Правда? Стас, ты тоже не возражаешь? — спросила обрадованная Аня.

— Чем больше народу, тем веселее. К тому же ты права, какой смысл тратить время на дорогу, когда у нас столько пустующих комнат.

— И заодно дополнительные руки для уборки дома, — коварно добавила рыжая хозяйка.

— Уборка? — с испугом спросила артефакторша. — Я, конечно, попробую, вот только порой так увлекаюсь работой, из-за чего у меня в комнате вечно бардак.

— Ничего страшного. Главное, с синтезаторами помоги, — успокоил её и повёл, наконец, в прачечную.

— Классные машинки, — она подошла к стиралкам и сушилкам. Профессионально осмотрела, но не так, как сделает домохозяйка, а как артефактор. — Какая схема на барабане. Вы видели? Хотя о чём я. Вы же не умеете читать рунное отражение.

— Это ещё что? — не понял я. Алёна тоже удивлённо на неё уставилась.

— Руну можно увидеть глазами или можно почувствовать её энергетический фон. За счёт насыщенности в определённых местах можно её прочитать. Или просто понять, какая написана руна. Этому учат на четвёртом курсе. Так зачем мы сюда пришли?

— Сейчас увидишь, — подхожу к стене, нахожу место, где расположен сканер, и вливаю немного энергии. После того как начертил символ, который уже сам установил для доступа, стена чуть отошла, давая возможность открыть спрятанную дверь.

— Ничего себе. Я даже энергетического фона не увидела. Сканер работает в пассивном режиме и только после вливания энергии включается. Как гениально сделано. Я бы ни за что не догадалась. Надо записать в браслет, может пригодиться для какого-нибудь артефакта.

— Пойдём. Надо спуститься по лестнице.

Когда наконец добрались до синтезаторов, она перестала замечать всё вокруг. К нашему удивлению, достала из сумки набор инструментов и какие-то тестеры, затем начала разбирать первое устройство. Мне даже стало немного страшно, что потом не соберёт или появятся много лишних деталей, однако, судя по тому, как ловко всё делает и со знанием дела, успокоился. С Алёной стояли над душой минут пятнадцать, пока не надоело.

— Тебе кофейку сделать? — предложил ей. — Кстати, через полчаса будет ужин.

— От кофе не откажусь, а вот ужин пропущу. Тут же столько работы, — она ответила, не отвлекаясь от дела. Ткнула куда-то прибором, на экране которого появились цифры, затем ткнула в другое место. Что конкретно делает, не понимаю, вероятно, изучает какие-то параметры.

— Ничего не знаю, придётся прерваться. Ужин готовится с расчётом на тебя. Кофе скоро принесу.

— Ну Стас, — заканючила она. — Тут работы только с одним, наверное, до утра.

— Значит, будешь заниматься в свободное время. Ночью надо спать.

— Пфф. Сон для слабаков. Ночью я обычно дипломную работу делаю.

— Ань, чего переживаешь? Ты же сможешь остаться здесь. У тебя доступ к оборудованию будет каждый день, — попыталась достучаться до голоса разума Алёна.

— Но у меня даже сменной одежды нет. Я всё дома храню или в общежитии. Даже ночнушки нет.

— Я тебе свои вещи дам, — предложила Алёна. Она тут же заметила мой скептический взгляд. Её двоечка не сравнится с формами нашей синеволосой подруги. — Она у меня просторная. И вообще, ты куда уставился?

— Да так. Пойду, пожалуй, сделаю кофе. Тебе послаще?

— Ага, и с молоком.

— Я сама ей принесу, — вдруг сказала Алёна. И когда поднимались наверх, добавила: — Кобель.

На ужин Аню вытащил с трудом. Она всё никак не хотела покидать наполовину разобранный синтезатор. Лишь когда взял за руку и отволок наверх, смирилась с необходимостью. Ужин прошёл в традиционно весёлой и непринуждённой атмосфере. Правда, у Кати появился ещё один объект для шуток. Вгоняя Аню в краску, называла то третьей, то невесткой или снохой. Все шутки были направлены в эту сторону. Правда, к середине ужина Аня успокоилась и перестала на них реагировать, и даже наоборот, начала с большим интересом оглядываться и коситься на меня. От этой реакции у меня мурашки по спине побежали.

— Есть какой-нибудь промежуточный вердикт? — в конце ужина, прежде чем она вновь убежала ковыряться в оборудовании, решил узнать насчёт результата.

— И да, и нет, — неопределённо ответила. — В целом, обслуживали неплохо. Есть износ некоторых деталей. Кое-что придётся заменить.

— Замены дорого встанут? — с тревогой спросил у неё.

— Смотря где брать. Если у производителя, то около двух тысяч, может чуть больше. Если у других фирм, выйдет чуть дешевле, но там с качеством не угадаешь. Но я ещё не всё проверила, считай, только начала. Причём названная сумма касается первого синтезатора. У них есть известные поломки, на которые стоит проверить. Первый, на мой взгляд, очень даже хорош. Эксплуатировался не менее пяти лет. Судя по сохранённой информации и номерам на оборудовании, всё меняли вовремя, технические работы проводились грамотно. Так что тебе повезло.

— Мда, на две тысячи орихалков повезло.

— Стас, ты забыл добавить слово «всего». Не десять и не тридцать тысяч, а всего две. На рынке цена такого оборудования около ста двадцати за один. Ты представляешь, за сколько сможешь продать все?

— С этим не поспоришь, но я не хочу продавать. Хочу открыть своё дело. Мне в руки попала уникальная возможность, которую грешно упускать.

— Своё дело? — Аня поморщилась, что-то обдумывая. — Ты хочешь взять кредит?

— Пока нет. Всё зависит от результатов проверки.

— Судя по первому, думаю, остальные примерно в таком же состоянии. Кстати, тебе обязательно все использовать? Для экономии можно один или два использовать на детали.

— Видно будет. Кстати, Ань, мне неловко, что тебе придётся столько времени на меня потратить. Чем я смогу тебя отблагодарить?

— Чем, спрашиваешь? — её глаза лукаво блеснули. — Потом скажу. И знай, ты не сможешь отказаться.

— Может, я тебе лучше что-то куплю? — попытался выкрутиться, но по её взгляду понял, так просто не отделаюсь.

— И не мечтай, — она подошла поближе и ткнула острым ноготком с нежно-голубым маникюром мне в грудь. — Твоя плата будет куда больше.

Ночь. Через открытое окошко задувает прохладный свежий воздух, который рассказал мне о недавно прошедшем дожде. Рядом со мной на одеяле развалился Баюн, который во сне слегка похрапывает и дёргает лапками. Наверное, снится, как ловит убегающую от него рыбную котлетку. Всё же я сомневаюсь, что этот лентяй ловит мышей.

Протягиваю руку и пытаюсь нащупать бутылку воды, но её рядом не оказалось. Прошедшим утром выпил и забыл перед сном принести новую. Тяжело вздыхаю и лениво встаю. Работа с кристаллом требует много усилий, после которых тело долго восстанавливается, что приводит к повышенному потреблению воды. Натягиваю штаны, выхожу из комнаты, сворачиваю в коридор и иду вниз. На кухне открываю холодильник и достаю оттуда прохладную бутылку воды. Закрываю дверцу и дёргаюсь от испуга. Незаметно для меня на кухню зашла Аня. Её глаза почти закрыты. Она выглядит словно лунатик. Одетая в короткие красные шорты и просторную для Алёны, но не для Ани, кофту, тоже красного цвета. Ткань очень плотно обтянула достоинства девушки, от чего я остался стоять с открытым ртом, не в силах оторвать взгляда.

— Ммм, надо проверить ещё генератор, — сонно пробормотала она. — Нужен ключ. О, водичка. Хочу. — Выхватила бутылку из рук, одним движением скрутила пробку и начала жадно пить. Вода потекла по шее, намочила кофту, от чего картина стала ещё пикантнее. Рот наполнился слюной, которую с трудом сглатываю. — Как хорошо, ммм. — Довольно улыбаясь, она закрыла крышку и так же, словно лунатик, ушла с моей бутылкой в руках. Но я не возражал.

— Интересно, арбузы в Беловодье ещё можно купить? — пришла странная мысль.

Взяв новую бутылку, вернулся в спальню и, мучимый всю ночь пикантными картинами и видами сочных арбузов, проспал до утра. Первая половина следующего дня практически ничем не запомнилась, зато вторая отыгралась сполна. Очередное занятие на тринадцатом этаже на этот раз прошло не так печально, как в прошлый. Без ран никто не обошёлся, даже Марина, зато поставленную задачу все выполнили. Марина пострадала по той же причине, по которой Виталик в прошлый раз, однако, несмотря на ранение, нанесла решающий удар. Василиса Светлова опять присутствовала. Похоже, она решила посещать каждую тренировку, когда дерёмся с иномирцами. Также вечером в среду случились ещё два события.

После посещения тринадцатого этажа мы сидели в столовой Академии. Я, как обычно, неспешно ел и наблюдал за горой еды на тарелке Марины, при этом бросал взгляд на ещё одну, забитую пирожными. Меня всегда поражает, как она столько съедает. Даже с той техникой, которую показывала, столько есть нереально. Возможно, ей требуется много пищи для роста и изменения тела, которые проводит с помощью стихии.

— Стас? Дорогой, ты меня вообще не слушаешь, — сквозь мысли до разума достучались слова Алёны.

— Прости, задумался. Ты что-то хотела сказать? — Она чуть не задохнулась от возмущения. Глаза широко распахнуты, ротик чуть приоткрыт, в руках крепко держит нож и вилку.

— Ну знаешь…

— Ха-ха-ха, — залилась смехом на всю столовую Катя. — Она тебе минут десять уже рассказывает, а ты с умным видом сидишь и киваешь ей. А оказывается, всё пропустил мимо ушей. Ну братик, это залёт.

Похоже, моя способность игнорировать долгие разговоры на этот раз дала сбой. Я на автомате кивал, не запоминая ничего.

— Что поделать? О нас думаю, о свадьбе и многом другом, — попытался оправдаться, но мне не поверили.

— При этом смотрел на Марину? — Алёна сузила глаза. — Уж не о свадьбе с ней ты думал?

— Фто? — с полным ртом спросила Марина. — Я фоглафна.

— Ты лучше кушай, — ласково попросила моя невеста. — Между прочим, я говорила, что мои родители пригласили нас в субботу на обед. Папа хочет поближе с тобой познакомиться.

— В эту субботу?

— Да.

— Что ж, значит, сходим, — спокойно отвечаю и, наколов на вилочку кусочек нежнейшего мяса, закинул его в рот.

— Но мне не в чем идти, — после этих слов спокойствие сохранил уже с трудом.

— Как не в чем? У тебя же есть платья.

— Дорогой, нам надо сходить за новым, — говорить про имеющиеся ничего не стала, а просто поставила перед фактом.

— И когда? — обречённо спросил у неё?

— Давай сегодня.

— То есть сейчас? Слушай, моё присутствие точно необходимо?

— Стас, ну как ты не понимаешь? Ты должен увидеть, в чём я буду на встрече.

— Какой в этом смысл? Я пойду в парадной форме Академии, так что мой наряд ты знаешь. Вот под него и подстраивайся.

— А как же оценить? Вдруг тебе не понравится? — Алёна посмотрела на меня словно на дурака.

— Дорогая, — наклоняюсь к её уху, при этом замечаю, как ушки Кати слегка дёрнулись. Марина от неё не отстала. — Ты мне нравишься в любой одежде и… — Сделал голос ещё тише. — Уверен, буду в восторге, когда увижу без неё.

— Дурак, — как мне показалось, наигранно ответила она.

— Братик, ну ты…

— Болван, — добавила Марина.

— Нечего подслушивать.

— Нечего о таком говорить среди контракторов. У нас слух хороший, — сказала смущённая Катя.

— Угу, — подтвердила красная как рак Марина.

Второе событие произошло во время прогулки по Торговой улице. Мне не удалось отвертеться, и пришлось бегать из одного магазина в другой следом за счастливыми девушками, которые никак не могут определиться. Вообще не может определиться Алёна, остальные просто мерят и красуются перед зеркалом.

— Слушай, почему на встречу с родителями Алёны идёшь ты, а страдать должен я?

— Вот не надо. Страдаем вместе, так даже честно, — напомнил, что я тоже не балдею от магазинов.

— Эх. А мог бы пойти пострелять или ещё чем-то более полезным заняться, а теперь точно на деньги влечу, — последнее добавил еле слышно, чтобы не услышали девушки, примеряющие платья. Ведь Кристина находится в одной из кабинок для примерки.

— Зато не приходится оценивать сразу целую толпу девушек.

— Скажи, будто тебе не нравится этот процесс, — с масленой улыбкой ответил Артур, при этом слегка толкнул в плечо.

— Сам процесс впечатляет, но не время ожидания и в целом время, на всё это затраченное. Мне тренироваться надо.

— Да брось. Ты каждый день тренируешься. Нужно порой и отдыхать.

В этот момент в голове прозвучало уведомление о звонке. Услышав, что звонок от мамы, тут же ответил, причём вслух.

— Привет, мам.

— Привет, дорогой. Как ты там?

— Всё хорошо. Ты звонишь из поезда?

— Я буду в Нижнем Новгороде в пятницу вечером.

— Хорошо. Тогда я тебя в пятницу встречу.

— Зачем? Я возьму такси.

— Не стоит. Зря что ли машина стоит в гараже?

— У тебя есть машина? Сынок, зачем такие траты, тебе же…

— Мам, — перебил её. — Мне её подарили. В общем, всё объясню по дороге до Беловодья. Ты главное скинь время прибытия.

— Хорошо. До встречи.

— Мама звонила? — спросил Артур, который всё понял из разговора.

— Стас, твоя мама приедет в пятницу? — с широко раскрытыми глазами спросила Алёна. — Я же ещё не всё купила к её приезду. — Алёна, примерившая уже второе платье, не ярко-красное, а тёмно-бардовое с пышной юбкой, стоит рядом и держится за голову, будто скоро наступит конец света.

— Алён, успокойся. У нас всё есть.

— А скатерти, тапочки, полотенца и многое другое? Вдруг она захочет посидеть на веранде? У нас скатертей и так мало, только для дома. Или ещё… — Девушка задумалась, но так и не нашла дополнительных аргументов. — Да много чего надо. Она же обо мне подумает как о плохой хозяйке. Ужас какой. Что делать?

— Так, подруга, не паникуй, — за дело взялась Катя. — Завтра вместо клуба по фехтованию мы идём за покупками. Ни о чём не переживай, со всем справимся.

— Ага, справимся, — сжимая кулачки, рядом встала Марина. Изумрудное платье на ней, с такой же, как у Алёны, пышной юбкой, оказалось чуть великовато, из-за чего не видно даже туфель.

Они дружно повернулись ко мне и пристально посмотрели.

— И не уговаривайте. Я с вами не пойду.

— Пф. Да нафиг ты нам сдался? Про деньги не забудь, — нагло выдала Катя, однако от её слов почувствовал не тревогу, а удовлетворение, из-за того что могу отвязаться от похода по магазинам всего лишь деньгами. Просто надо обменять найденную наличность на орихалки. Этого им точно хватит. По крайней мере, на это надеюсь.

Глава 15

Утром следующего дня услышал от Ани не самую приятную новость: во втором синтезаторе барахлит генератор. Его можно отремонтировать, но лучше взять новый. Цена нового около десяти тысяч. По поводу покупки подумаю после полной проверки остальных, возможно, воспользуюсь её предложением пустить один или два на детали. Отметив эту новость в браслете, пошёл на улицу. Сегодня мы решили не завтракать дома, поэтому встали очень рано. Кто-то только заканчивает умываться, Артур уже сидит на веранде и общается с Виталиком. Аня, одетая в форму Академии, хоть и очень сонная, вышла следом за мной.

— Доброе утро, — поздоровался с друзьями.

— И тебе того же, — Артур протяжно зевнул, чем вызвал цепную реакцию.

— Кстати, где Мага пропадает? — поинтересовался Виталик.

— Он так и не пришёл? — удивился я.

— Нет. Я заглядывал к нему. Кровать застелена, его нигде нет, — Артур активировал браслет и, похоже, собрался ему звонить. — Сейчас узнаю. Привет, пропажа. Ты куда исчез? — чтобы мы слышали, решил общаться вслух. — К первой паре будешь? А где был? Ну ладно, будем ждать рассказа.

— Где переночевал, не сказал?

— Нет. Молчит наш Бобёр, — ответил мне Артур. — Что-то девчонки долго. Им бы с Ани пример брать.

Аня сонно подняла руку вверх и показала большой палец. Облокотившись о столб, поддерживающий крышу веранды, она прикрыла глаза и пытается хоть немного добрать не хватившего времени для сна. Ночью пришлось чуть ли не силком отправлять спать. Я специально спустился в подвал, чтобы проверить её. Вот везёт мне на увлекающихся людей. Девушка живёт артефактами, и возможность повозиться с ними для неё лучшее развлечение. Вот только ей ещё надо заниматься дипломом. Так что надо будет с ней серьёзно поговорить.

— Стас, слушай, я должен тебе кое-что рассказать, — произнёс Виталик, сидящий на плетёном стуле. Глянув на стул, пронеслась мысль, что надо зимой их убрать в дом, к примеру в гараж или подвал.

— О чём?

— Хочу наконец рассказать, как получил мотоцикл.

— Чувствую, сейчас услышу что-то любопытное, — улыбнулся Артур. — Стас, ты лучше присядь. Наверняка тут замешан твой байк.

— Он вроде цел. Ведь так? Когда сяду, не обнаружу сюрпризов? — пристально смотрю на Виталика. Тот выдерживает мой взгляд, не отводя свой.

— Верно. Оказывается, у тебя особая модель, делается по спецзаказу. Его фиг поломаешь.

— Даже с твоими навыками? — усмехнулся Артур.

— Просто я не старался, — поддержал шутку Виталик и продолжил. — Повреждения были, я его поцарапал. В сервисе всё достаточно быстро исправили, сам мотоцикл в норме. В общем, слушайте…

Парень поведал, как всё проходило на том мероприятии. Он рассказал о заезде и о том, что творил. Причём не просто рассказал, а даже показал записи оттуда. Нас всех поразил трюк со стеной, когда он промчался по ней с торчащими из спины крыльями.

— Мощно, — смог выдать я после рассказа. — Спасибо, что рассказал.

— Прости, должен был сразу всё рассказать. Я не смог сдержать данного тебе слова, — Виталик понурил голову. Мне видно, как ему стыдно за этот поступок.

— И чего нос повесил? Ты думал, я ждал от тебя другого поведения?

— Чего? — удивился друг.

— Ха-ха-ха. Псих, ну у тебя и морда, — вновь засмеялся Артур. — Сколько раз ты обещал княжне и Ярославе исправиться? Мне кажется, это происходило каждое занятие, но стоило сесть за руль, как ты координально менялся и моментально забывал об обещании. Ты врезался в стены, создавал просеки на БТР, гонялся за иллюзорными зверями. Ты и руль — это обогащённый уран и детонатор.

— Вот опять делаете из меня не пойми кого.

— Мы из тебя никого не делаем. Просто когда ты за рулём, Виталик уходит на задний план и просыпается Псих. Это как в игре «Мафия», — вместо Артура нанёс ему добивающий удар.

— Эх. И с кем я общаюсь? — патетически произнёс он.

— С друзьями, которые тебя уже неплохо знают. И я не держу на тебя зла. Тем более всё исправил.

— Спасибо, — благодарно кивнул мне. — Кстати, я сегодня буду поздно и в Академию поеду на байке.

— Опять покатушки? — спросил Артур.

— Эх, если бы. Еду общаться с родителями Ярославы, — от перспективы общения с Водниковыми парень не выглядит счастливым.

— Чем-то могу помочь? — спросил у него.

— Сможешь, но не сейчас. Сегодня они хотят понять, с кем связалась их дочь.

***

Из Академии Виталик вышел с тревогой на сердце. В общежитии переоделся в парадную форму и теперь направляется к припаркованному мотоциклу. Просьба отца Ярославы вызвала в душе бурю чувств. Что тот скажет? Одобрит их дальнейшие отношения или нет? Одно Виталик знает точно: от чувств к Ярославе он не откажется и будет за них бороться. Тем более для их будущего он кое-что начал предпринимать. То, что он придумал, должно стать сегодня козырем, который перевесит решение Вячеслава Дмитриевича в пользу одобрения их отношений.

Мотор взревел, его железный конь ожил, готовый сорваться с места. Парень надел шлем и не спеша поехал. Правда, проехал недалеко. Вскоре вновь остановился. Из-за дома выскочила женская фигура в форме преподавателя Академии и в синем мотоциклетном шлеме. Она запрыгнула на мотоцикл и обхватила Виталика за пояс, плотно к нему прижимаясь.

— Как же тебе идёт парадная форма. Ммм, так бы и съела, — промурлыкала Ярослава по связи через браслет.

— Может, тогда заглянем в отель?

— Эх, дорогой, увы, но мы иначе опоздаем, а папа этого очень не любит. Он недавно звонил и сказал, что уже все в сборе. Кстати, должна предупредить, там будут мои братья.

— Переживу, — при этом недовольно поморщился, благо под шлемом этого не видно. Её братья в прошлый раз всячески провоцировали и завуалировано оскорбляли. — Кстати, ты не собираешься надевать платье?

— Да ну. Они меня хорошо знают. Если надену платье, то подумают, будто готова идти на уступки. Ну уж нет. Я долго добивалась своего статуса бунтарки и выбивала право самой определять своё будущее, — про то, что родители окончательно отстали после смерти её жениха, решила промолчать.

Время близится к пяти, и на дорогах уже начинают скапливаться пробки. Хоть наш путь лежит в относительно малонаселённый сектор Беловодья, но по окружной в ту сторону едет много машин. Маневрируя между машин по влажному после недавнего дождя асфальту, я неумолимо преодолеваю километры, оставшиеся до особняка Водниковых. Мне очень не хочется туда ехать. Мама Ярославы опять будет демонстрировать, насколько ей не нравлюсь. Братья станут опять нарываться на дуэль. Если с младшим ещё есть небольшие шансы на победу, то старший с лёгкостью разделает. Увы, но силы пока не равны. Я только сделал первые шаги на пути становления контрактором. Ещё даже не достиг шестого ранга, того, когда контрактор начинает использовать стихийные техники. На шестом ранге мощь и количество стихийной энергии в теле значительно возрастает и превращает из одарённого с зачатками стихии в настоящего контрактора.

— На следующем повороте сверни, — попросила девушка.

Мы свернули с кольцевой на дорогу, ведущую в самый первый сектор Беловодья, именно с него начался этот город. В тот сектор, где практически нет высотных зданий, зато расположено много роскошных усадеб с большими парками, а также старые административные здания, которые с появлением центрального района по большей части утратили своё прежнее значение. По обеим сторонам замелькали высокие заборы и кованные ворота с гербами родов. Вот промелькнул герб Птицыных, затем пара смутно знакомых. На другой улочке, на территории, которую тут обычно занимают два рода, расположились целых пять.

— Кто-то продал свои земли? — удивился увиденному. Иметь в этом секторе усадьбу считается крайне престижно.

— Слышала, примерно сорок лет назад произошёл какой-то инцидент, из-за которого два рода оказались почти уничтожены. На память не скажу какие. Если хочешь, можешь посмотреть в сети.

Я вижу, по большей части, лишь верхние этажи усадеб, мимо которых проезжаем, но и они поражают воображение. Первые этажи, как правило, скрыты деревьями, хотя изредка случаются исключения. Было интересно наблюдать за разнообразием архитектурных стилей: например, у Вороновых самый настоящий дворец с декоративными башенками. Из-за фамилии представлял, что они живут в мрачном замке, выполненном в готическом стиле, но вместо этого что-то нежно-голубое и воздушное.

— Нам внутрь заезжать или возле припарковаться?

— Давай внутрь, — после краткого раздумья сказала Ярослава.

Мы подъехали к металлическим воротам и встали напротив, ожидая, пока откроют. Узоры на них показались любопытными, если расфокусировать взгляд, кажется, будто смотришь на буйное море. Времени их хорошо рассмотреть хватило, так как охрана почему-то медлит и не спешит впускать на территорию. Тогда Ярослава сняла шлем и, направив стихию в глаза, от чего те налились синевой, крикнула:

— Долго мне ещё ждать?!

— Сейчас откроем, госпожа, — ответил дружинник, стоящий возле небольшого каменного здания, предназначенного для охраны. — Петь, открывай. Госпожа Ярослава Вячеславовна приехала.

— Так бы сразу. Я ещё спрошу, почему решили меня и гостя рода потомить возле ворот.

На это дружинник лишь пожал плечами: мол, его дело маленькое, что приказали, то и делает. Ворота неспешно открылись, пропуская на территорию усадьбы. Её с этого места практически не видна, так как асфальтированная дорога петляет между деревьями. Стоило нам заехать, как тут же пришлось остановиться, так как перед нами словно материализовался из воздуха мужчина в полевой форме с шевронами дружины Водниковых. На поясе полуторный меч в ножнах. Мужчина не высок, да и в плечах не сказать, что крепок, вот только от него веет силой и чувствуется мощь сильного контрактора. Лицо простоватое, но вот серые глаза из-под прищуренных бровей смотрят оценивающе. Усы полностью сбриты, зато есть аккуратная рыжая бородка.

— Погодите, молодые люди, — тихим басом произнёс он.

— Дядя Олег? Что случилось? — удивлённо поинтересовалась Ярослава.

— Ничего особенного, просто формальность. Ты же знаешь, правила требуют проверять всех, кто попадает на территорию усадьбы.

— И поэтому пришли вы?

— А кто же ещё? Тем молодцам ты прикажешь, и они даже пикнуть не посмеют, — он посмотрел на меня. — Молодой человек, не могли бы вы снять шлем и представиться. Ах да, простите мне мою неучтивость. Контрактор Храбров Олег Юрьевич. Возглавляю службу безопасности рода Водниковых.

— Контрактор Дубов Виталий Максимович. Рад знакомству, — сняв шлем, отвечаю ему.

— Вот теперь всё хорошо. Без визуального подтверждения я не мог вас пропустить. Госпожа Ярослава Вячеславовна, вы уж не сердитесь на моих подчинённых. Они связывались со мной.

— Дядя Олег, ну вы же знали, с кем я буду, — возмутилась девушка, вот только я не услышал в её голосе резких ноток. Даже наоборот, она ведёт себя не как дикая тигрица, в соответствии со своим духом, а словно котёнок, который без разрешения вылакал всю сметану.

— Яра, ты же знаешь, инструкции, как и устав, написаны порой кровью, — на этот раз обратился к ней по-простому, вероятно, из-за того, что не услышал в её голосе осуждения или недовольства. — Ты уже взрослая девочка и должна это понимать. Вон, даже в Периметре служишь. Хотя мне очень интересно, почему ты второй год преподаёшь в Академии, а не на службе. Насколько знаю, тебя отстранили от службы всего на год.

— Ой, нам же пора ехать. Родители уже ждут, — с мастерством носорога попыталась увернуться от ответа.

— Что ж, если ждут, то не смею задерживать. Проезжайте, — с улыбкой на суровом лице посторонился, пропуская нас к дому.

— Что это было?

— Да так, — она неуверенно заёрзала, при этом руки сомкнулись на поясе ещё крепче. — Он был моим наставником. Как только смогла держать меч, отец приказал ему заняться моими тренировками. Ух и суровый он дядька. Все соки из меня выжимал. Я после его тренировок еле доползала до комнаты и сразу отрубалась. Брр. Как вспомню, так мурашки по всему телу бегают.

Их усадьба вызвала шок. Хотя какая это усадьба, это же самый настоящий дворец, причём копия какого-то знаменитого. Я точно его где-то видел. Этот чуть меньше, ведь даже древние рода не имеют слишком много земли, чтобы развернуться на полную. Я припарковался возле ворот, ведущих на подземную парковку. Они расположены в левом крыле здания. Слез, убрал шлем в сумку и ещё раз пристально посмотрел на это здание.

— Ты чего застыл?

— Да вот никак не могу вспомнить, что оно мне напоминает.

— Дворец Юсуповых в Санкт-Петербурге.

— И правда. С мамой и младшей сестрой там как-то гуляли. Он такой огромный.

— Так для рода построен, заодно тут папина резиденция. Наш род давно представляет Россию в ОЗГ. Ещё дед решил устроить здесь его рабочий кабинет. Часть левого крыла на первом этаже занята папиными сотрудниками.

— Понятно. Нам куда теперь? Я так понимаю, встречать нас никто не планирует?

— Нет. Мы же прибыли на простой семейный обед, хоть и поздний. Будь сейчас приём, то по периметру здания стояли бы дружинники, а нас встречали бы у парадного входа.

Парк вокруг дворца ухоженный, с высокими старыми деревьями. Кое-где видны тропинки, выложенные разноцветной плиткой. Напротив главного входа расположен белоснежный фонтан. Я заметил среди деревьев пару человек с граблями, которые собирают опавшую листву. Дорогу, выложенную брусчаткой, неспешно подметают пара мужчин в тёмной рабочей одежде. Одно из окон на третьем этаже раскрылось, и там появилась молодая девушка в форме горничной. Она поставила на подоконник ведро и начала мыть стекло. Дворец живёт своей жизнью. Здешняя обстановка сильно отличается от той, в которой мы сейчас живём. Дом Стаса намного меньше, да и территория тоже. Слуг нет, поэтому убираем его все вместе, сообща. Листву тоже вместе убирали, а затем сожгли, из-за этого состоялось знакомство с соседями, к которым понесло дым. Сжигать листву тут не принято, для её вывоза нужно звонить в специальную компанию.

— Слушай, ты главное не волнуйся и, пожалуйста, не обращай внимание на братьев. Я им потом по башке надаю, главное постарайся не реагировать на их слова, — взяв под руку, она негромко зашептала на ухо.

— Постараюсь, но если будут себя вести как в прошлый раз, то — извини. Дуэль состоится.

— Но ты же проиграешь.

— Ярослав, у меня тоже есть гордость. Проигрыш не так страшен, чем показать себя безвольной тряпкой, об которую можно вытирать ноги.

— Вот за это я тебя и люблю, — нежно промурлыкала на ухо. — Вперёд, Псих. Покажи им всем, но всё же постарайся отделаться словами и избежать дуэли. Папе это точно понравится, ведь наш род — потомственные дипломаты.

Род Водниковых — древний и весьма многочисленный. Как и многие другие, имеет активы за порталом, из-за чего некоторые родственники Ярославы находятся сейчас там. Да и в целом, несмотря на многочисленность, сейчас, по какой-то причине, в Беловодье их немного. С её слов, многие находятся в разъездах. К примеру, в посольствах, расположенных в странах, входящих в ОЗГ, находятся либо члены рода или их слуги. Если страны расположены рядом, то за них может отвечать один представитель рода.

— Ярослава Вячеславовна, вас ожидают в зелёной столовой, — произнёс подошедший к нам немолодой слуга, одетый в типичный для слуг чёрный костюм.

— В малой, значит. Дед ещё не вернулся?

— Нет, госпожа. Он задерживается в Хельграде.

— Понятно, значит бабушка и дядя тоже ещё не вернулись. Пойдём, нам туда.

Она повела по коридорам, похожим на лабиринт. Внутри здания всё кричит о богатстве, но не так, как у тех, кто недавно разбогател и не приобрёл чувства вкуса. Вместо вульгарной цыганской роскоши всё сделано с чувством и в стиле минимализма. Мебель из ценных пород древесины, картинами не завешаны все стены, но при этом видно, писал мастер. Всё на первый взгляд по-простому, без кучи золота и страз Сваровски, при этом знающий человек сразу увидит истинную цену той или иной вещи. Я точную цену не знаю, но хорошо представляю. У меня дома всё выглядит более современно, чем здесь, при этом стиль схожий. Интерьером занималась мама, тогда как папа постоянно пропадал на работе. У неё неплохой вкус, она любит искусство и неплохо разбирается в дизайне, ведь ранее это была её работа. Она рассказывала, что с папой познакомилась, когда он пришёл в их дизайнерское агентство. Именно ей поручили с ним работать.

— Добрый вечер. Позвольте представиться, контрактор Дубов Виталий Максимович, — представился, как только вошли в малую столовую. Как ранее сказал слуга, она оказалась в зелёных тонах.

За столом пока никто не сидит, при этом он частично накрыт, в основном закусками. Трое мужчин и женщина стоят в сторонке с бокалами, в которых плещется алая жидкость. Они что-то оживлённо обсуждают. С другой стороны, где на стене висит карта мира, стоят двое братьев Ярославы и, по-видимому, сестра. Одного из них я знаю — Никиту, её младшего брата, который сейчас на третьем курсе. Второй брат, старший, которого тоже знаю, находится рядом с отцом, мамой и, судя по цвету волос и внешности, дядей. Подумал про дядю только из-за возраста, внешне он очень похож на отца Ярославы. Здороваться сразу не стал, а дождался, когда взгляды скрестятся на мне.

— Добрый вечер, молодые люди. Мы вас уже заждались, — мужчина демонстративно посмотрел на старинные часы, висящие на стене, между двух сервантов с посудой, в одном из которых стоит за стеклом настоящий самовар. Я тоже перевёл на них взгляд. Мы приехали ровно к назначенному времени, поэтому чуть приподнимаю бровь, давая понять, что удивлён его словами. — Наш повар сегодня расстарался, из-за чего не терпится скорее сесть за стол. — Ловко выдал причину, хотя уверен, если бы не подал виду, то последнее точно не услышал. — Можете накрывать. — Распорядился слугами. Те сразу засуетились: убрали со стола закуски и стали приносить разнообразные блюда, от которых вскоре на столе не осталось свободного места.

— Сестра, вы так поздно приехали. Боюсь, не успеешь переодеться, — это подал голос Святослав, который подхватил инициативу у отца. Он провёл ладонью по длинным, до плеч, волосам и с надменной улыбкой глянул на меня.

— Не переживай, братик, я не собиралась переодеваться. Какой смысл, если у нас семейный ужин? Тем более форма Академии весьма нарядная.

— Твоё общение с внешником дурно на тебя влияет, — попытался уколоть Никита.

— Святослав, Никита — она права. У нас простой семейный ужин, — попытался угомонить их отец. — Ни к чему все эти формальности.

— Виталик, неужели ты стал членом нашей семьи? — опять влез Святослав.

— Что ты, я даже не планировал. Но если ты против, чтобы гость, которого пригласил уважаемый мною Вячеслав Дмитриевич, тут находился, то мы тут же покинем этот прекрасный дом, — при этом смотрю не на него, а на отца Ярославы. Тот на мои слова никак не отреагировал, точнее почти никак, его глаза слегка заледенели. До мужчины дошёл смысл посыла. Я гость, которого его сын считает тут нежеланным, плюс сказал, что уйдём мы. Мало того, что намекнул на нарушение закона гостеприимства, так ещё объявил себя старшим над его дочерью без дозволения отца.

— Виталий — друг моей дочери, поэтому он не может быть нежеланным в этом доме. Мы всегда рады тебя здесь принять.

— Благодарю.

— Что ж, тогда прошу всех за стол, — мужчина указал рукой на покрытый белоснежной скатертью стол, уставленный разнообразными блюдами. Словно противореча фамилии, он ломится от салатов и мясных блюд. Рыбных практически не заметил, за исключением креветок в одном из салатов. Главным украшением стал целиком запечённый поросёнок с яблоком во рту.

Пока слуги накладывали на тарелки то, на что мы указывали, пошли непринуждённые беседы. В хрустальный бокал с нарисованной на нём рыбой полилось красное вино, от которого предпочёл отказаться и выбрал вместо него минеральную воду. Ярослава перебросилась парой слов с мамой, затем переключилась на общение с сестрой, которую зовут Еленой. Она старше Ярославы и уже замужем. Сегодня просто решила заглянуть в гости. Водников с братом продолжили прерванную моим появлением беседу. Они обсуждают желание ещё нескольких стран присоединиться к ОЗГ. Из их слов понял — суть беседы в том, что конкретно можно от этих стран получить. Мама Ярославы, словно коршун, наблюдает за мной. Она бдительно следит за тем, как веду себя за столом, как пользуюсь приборами и как реагирую на слуг. В её глазах, как обычно, прочитал презрение и недоумение. Эта женщина считает меня не парой для её дочери, потому как у меня нет длинной родословной и вообще я беден. Наверное, считает каким-то альфонсом. Вдруг замечаю, как встречается глазами с Никитой и медленно ему моргает. Тот вдруг указывает вилкой на тарелку и произносит, смотря на меня:

— Положи утиную грудку в трюфельном соусе, — без слов вежливости, не называя по имени. Обратился словно к слуге, поэтому игнорирую его.

— Дорогая, ты читала рассылку из клуба? — обратился к Ярославе, продолжая игнорировать его пристальный злой взгляд. Слуга, стоящий за спиной Никиты, попытался к нему дёрнуться, но пристальный взгляд Алевтины Сергеевной словно приморозил его к полу.

— Нет, пока не успела, — с ласковой улыбкой ответила девушка, хотя в глазах у неё уже начинает плясать буря. Похоже, она тоже всё подмечает и ей это не нравится.

— Эй, ты не слышишь что ли? Положи мне вон ту грудку, — уже более настойчиво попросил Никита.

— Ты это мне? — делаю вид, будто только обратил внимание.

— Ну а кому же ещё?

Вновь демонстративно приподнимаю бровь и оборачиваюсь к его отцу. Тот с любопытством смотрит на меня, ожидая, как поведу в этой ситуации. Поворачиваюсь к стоящему позади меня слуге, тот стоит и никак не реагирует. Кладу вилку на тарелку, поднимаю вверх руку и негромко щёлкаю двумя пальцами. Жест хамский, но раз уж решили проверять — получайте. Слуга наконец перестал делать вид, будто не замечает. Беру вилку и небрежно показываю на тарелку Никиты, который явно не ожидал от меня такого поступка. Наверное, думал, будто оскорблюсь и поведу себя более агрессивно, тем самым нарушу закон гостеприимства. Вот только я решил прислушаться к словам любимой и вести себя лишь немного на грани приличия. После моего указания на тарелку быстро опустилось желаемое.

— Никит, мы же с тобой почти ровесники. Обратись к целителю, чтобы проверили сосуды. Память — это очень серьёзно.

— У меня с ней всё хорошо, — огрызнулся парень.

— Дорогая, может тогда ты сможешь поговорить с преподавательницей по этикету? Понимаю, неудобно о таком просить, но ради брата. Вдруг согласится дать ему ещё хоть пару уроков по этикету. А то какой позор будет, если так поведёт себя на официальном мероприятии.

— Мне не нужны дополнительные занятия, внешник. Я всего лишь указал твоё место.

— Да вы, батенька, расист. Хотя нет, расист тут не подходит. Но забавно слышать от члена столь древнего рода это слово. Ведь история, она всё помнит, если её, конечно, не менять. Там говорится, когда-то барьера вообще не существовало и все были теми, кого ты презрительно называешь внешниками. Нехорошо так плохо относиться к своим предкам.

— Молодой человек, не забывайтесь, — серьёзно сказал глава семейства. Его брат с любопытством наблюдает за обстановкой. В его глазах нет ни капли злости или презрения. Мне кажется, будто ему даже весело, в отличие от других родственников. Хотя сестра Ярославы смотрит с тревогой, она явно не посвящена в их игру. Род потомственных дипломатов, скорее всего, решил устроить мне такую проверку. Или Никита уже действительно не может сдержаться, и это не спланированная игра?

— Прошу прощения, если вас задели мои слова. Я всего лишь напомнил урок истории, а там сказано, что у большинства современных родов когда-то были предки из простых одарённых или даже из тех, кого принято считать неодарёнными.

— Вы правы, но отчасти. Виталий, вы же слышали про божественные рода? Те, которые пошли от так называемых богов?

— Конечно, история, в отличие от некоторых других предметов, мне всегда нравилась.

— В нашем генеологическом древе как раз есть предок, ведущий начало от древнего контрактора.

— А остальные тоже пошли от богов? — меня уже начало нести. Он, вероятно, думал поставить своим ответом на место, но я задал более неудобный вопрос. Ведь за множество поколений крови того предка почти не осталось, только линия развития рода по стихии или духу. Из-за царящего в обществе патриархата родовая линия ведётся только через мужчин. Вот только жёны, принимаемые в род, вряд ли тоже имеют столь славного предка.

— Отец, что он себе вообще позволяет? Этот внешник не достоин сидеть с нами за одним столом, — выпалил злой Никита. Мне всё ещё не понятно, это разыгрываемая сцена или реальный гнев.

— Сын, не горячись. Виталик наш гость, — вмешалась мама. Её слова звучат мягко, даже ласково. — Виталик, понимаю, вы ещё не опытны и плохо знакомы с правилами поведения в нашем обществе. Поэтому просто извинитесь, и замнём этот неприятный инцидент.

От таких слов я опешил. За что я должен извиниться? За правду? Её, безусловно, нигде не любят, но при этом я не нарушил никаких правил. Об этом не запрещено говорить. Хотел очень многое высказать и послать её куда подальше, но вместо этого бесшабашно улыбаюсь.

— Ладно, Никитосик, прости за правду. Я нечаянно развеял твои розовые фантазии, — парень аж задохнулся от возмущения. Ярослава ущипнула за ногу, наверное, хотела намекнуть, чтобы вёл себя прилично. Снимаю тканевую салфетку, лежащую на коленях, встаю, кладу на спинку стула и, прижав руку к груди, произношу: — Благодарю за столь чудесный вечер, вот только неотложные дела требуют от нас срочно покинуть сей гостеприимный дом. Ужин, мда, оказался великолепным. Прям как в моих любимых ресторанах в Москве. Если туда соберётесь, могу дать адреса. Дорогая, пойдём, а то можем опоздать в наше любимое кафе, — последним предложением даже не намекнул, а прямо сказал, что гость уходит от них голодным и предпочтёт не их изысканный стол, а какое-то кафе.

— Сбежать решил? — вновь Никита попытался спровоцировать.

— Сын! Прекрати, — переведя взгляд с вмиг побледневшего сына на меня, Вячеслав Дмитриевич негромко произнёс: — Не мог бы ты ещё ненадолго задержаться? Я бы хотел кое о чём переговорить. — последнее предложение всё же решил проигнорировать, однако взгляд его жены меня порадовал. Кое-какие правила в этом обществе сохранились издревле. Одно из них — гость должен выйти из-за стола сытым, но её презрение или их проверка начали переходить всякие нормы приличия. Она смотрит на стол, заставленный деликатесами, с затравленным видом. От чего — не знаю, но мне это доставило удовольствие.

— Пожалуй, смогу уделить вам десять минут, но не более, а то мы уже сделали заказ. Боюсь, еда может остыть к нашему приезду, а я очень ценю труд хороших поваров, тем более в столь уютных местах, — продолжил общение на грани фола.

— В следующий раз можете сообщить о ваших предпочтениях, и я гарантирую, наши повара вас удивят. Даю слово, при следующем вашем посещении мы сможем насладиться их мастерством в намного более уютной атмосфере, чем в обычном кафе. Что же по поводу времени, то десяти минут будет достаточно.

— Отец! Зачем ты дал этому слово? — выкрикнул покрасневший от гнева Никита.

— Помолчи. Ты уже достаточно всего сказал, — его маска дрогнула, и на миг проявился его железный характер. Мужчина перевёл злой взгляд с сына на жену. Та всё ещё продолжает с непонятным выражением смотреть на накрытый стол.

"Неужели я наблюдаю нечто большее, чем простая проверка? Или они не ожидали такой реакции? А ведь я всего лишь попытался подражать Стасу. Он рассказывал, как общался с некоторыми родовитыми." — подумал я, прежде чем выйти из столовой.

Он провёл меня в один из кабинетов на первом этаже. В нём явно обычно сидит один из подчинённых, служащий в местном аналоге МИДа. Мы сели на небольшой диванчик не напротив друг друга, а рядом.

— Виталик, хочу извиниться за поведение сына. Он ещё юн и очень горяч.

— Я принимаю ваши извинения, но хотел бы узнать. Каков вердикт? Проверку прошёл? — задал вопрос в лоб.

— Почти. Твои слова хоть и правдивы, вот только об этом не принято говорить. К тому же намёк на наше гостеприимство был весьма жёстким и можно даже сказать — оскорбительным. Причём не только для меня. За такое могут и вызов бросить или в следующий раз отказать в посещении дома.

— Интересно. То есть пытаться оскорбить гостя — это нормально, а когда он отвечает в ответ — это уже оскорбления? При этом принято говорить о внешниках?

— Всё дело в твоём статусе. Ты только попал в новый для себя мир, и нам нужно понимать, насколько ты адаптировался к местным правилам. По поводу внешников — такова нынешняя мода, которую подогревают некоторые рода. К тому же требования правительства в последнее время становятся всё жёстче. Мы коммунистам дали отворот-поворот, лишь для вида приняв кое-какие требования, а тут капиталисты начали что-то требовать. У прошлых была хоть идеология, у этих только бог в виде золотого тельца, с такими может быть только один разговор — показать силу.

— Это всё интересно, но давайте перейдём к делу. Что вы хотели со мной обсудить?

— Что ж, к делу, так к делу. Виталик, насколько серьёзные у тебя чувства к моей дочери?

— Я хочу взять её в жёны.

— И на что собираетесь жить? Тебе учиться ещё полтора года. Или планируешь жить на деньги Ярославы? От рода можешь многого не ждать, нам этот брак не выгоден. Максимум поможем с жильём, дальше сами крутитесь.

— Уверен, вы наводили справки о моей семье. Вы знаете, чем занимается мой отец?

— Мебельное производство, пара своих ТРЦ, имеют доли в некоторых крупных производствах и нефтяной отрасли, а также занимается грузоперевозками по России и другим странам. Ты хочешь у нас продавать его мебель? Или открыть ТРЦ? — с улыбкой спросил Вячеслав Дмитриевич.

— По поводу мебели тоже есть мысли, но я думаю о другом. Я слышал про потребности города, вам требуется много разных поставок, а также перевозить товары между городами. Мой отец хочет войти на этот рынок, я же стану его представителем в Беловодье. Точнее, наша с Ярославой семья.

— Хм. Ты хоть понимаешь, как сложно войти на наш рынок? Новых предпринимателей тщательно проверяют. К тому же надо найти рода, которые согласятся с вами работать. Они не станут ради тебя рушить старые связи.

— Знаете, у меня есть друг, который скоро женится. Так за ним стоят целых два крупных и богатых рода.

— Даже так? Значит, Гремяцкие и Жаровы. В принципе, это может сработать.

— А ещё с нами в доме живёт одна девочка, которая тоже хочет стать его невестой и имеет весьма неплохие шансы. Как думаете, их род откажется от моего предложения, тем более если дам неплохую скидку?

— Вот чёрт. Светловы возят травы и многое другое из леса дриад в огромных количествах. Отсюда к порталу и в другие страны отправляют эликсиры и другие медицинские препараты, — он по-новому взглянул на меня. — Знаешь что? Если у тебя получится договориться, даю слово, я добьюсь для вас, для начала, права на младшую ветвь рода Водниковых. Уверен, при таких связях до свободного рода путь будет очень короток.

— Так вы даёте согласие на брак?

— Вначале покажи, что это не пустые слова, — он протянул руку, пристально смотря мне в глаза, ища в них неуверенность.

— Договорились, — решительно жму его ладонь. Мой взгляд не дрогнул.

Мы покинули этот не уютный дом. Сейчас едем в сторону живописного холма, откуда открывается прекрасный вид с веранды уютного кафе. В гостях я не наелся, так как ел мало и постоянно ждал подвоха, теперь живот требует пищи. Расположившись под навесом, сели рядом, чтобы чувствовать тепло друг друга.

— Слушай, а Стас о твоём плане знает? — положив голову мне на плечо, спросила Ярослава.

— Нет пока.

— И ты так спокойно выложил план отцу? Вдруг откажет?

— Я уверен, он не откажет.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что мы друзья, к тому же с этого дела он станет получать свой процент.

Глава 16

Утром, после беседы на веранде, Виталик уехал на мотоцикле, мы же дружной компанией направились пешком. Я в очередной раз порадовался близости дома к Академии. Моя школа располагалась не возле дома, из-за чего приходилось ездить до неё на метро, при этом дом не рядом с подземкой, поэтому вначале время съедал автобус. Точно так же у многих жителей крупных городов. Они тратят уйму времени на дорогу, вместо того чтобы потратить это время на себя. Благо спасают книги, игры на телефоне и различные видео. С помощью них можно скрасить маршрут и наполнить его чем-то интересным.

В самой Академии всё прошло по привычному графику. Первые пары были на факультете стихии, где я вновь отрабатывал применение шаровой молнии, а Катя с Михой, сверкая от перенасыщения стихией, плясали с мечами вокруг моего прадеда. Он поставил мне задачу швырять техники так, чтобы не задеть союзников. Если честно, задача не из лёгких. Мы же не обговаривали тактику заранее, из-за чего в их спины не раз попали мои техники.

На целительстве нам продемонстрировали несколько целебных эликсиров и рассказали об их свойствах, а также когда лучше применять. Вместо Светловой пару вёл новый преподаватель. На вид лет двадцать пять, вот только в отношении целителей глазам верить нельзя.

После пар пообедали и разошлись по клубам. Под переругивание Леонида с его девушкой сделали разминку. Когда наступила пора тренировки с наставником, сразу приготовился к бою, но в этот раз меня ждал небольшой сюрприз: в свечении появился не один силуэт, а два.

— Здравствуй, хранитель. Здравствуйте, наставник.

— Добрый вечер, ученик, — спокойно ответил иллюзорный воин, чей слепок сознания стал моим наставником.

— Привет, Стас. Соскучился? — с довольной улыбкой спросил предок, основавший когда-то род Гремяцких, который до некоторых событий назывался иначе.

— Есть немного. Куда ты пропал?

— Да так. Были кое-какие дела.

— Не расскажешь?

— Посмотрим. Не уверен, что тебе стоит об этом знать, слишком уж ситуация неприятная. Хотя, если не договоримся, то ты всё равно об этом узнаешь, — мрачно произнёс основатель рода.

— Может тогда наконец заглянешь ко мне? А то один пушистый котяра полюбил бродить по моему дому и дрыхнуть на шкафу в моей комнате. Хотя порой с Баюном соперничают за кровать.

— Васька, что ли? Вот наглая пушистая морда, но ничего, пускай живёт. Зато если кто сунется, ему мало не покажется. Он теперь считает твой дом своей территорией, а вас всех частью семьи.

— Да я не против, пусть живёт. Просто хочу сказать, буду рад и твоему визиту. Тем более завтра мама приезжает. Мы в честь приезда хотим стол накрыть. Приходи, посидим по-семейному.

— Хм. Рановато твоим друзьям с хранителем знакомиться. Хотя у семьи мелкой он тоже есть. Лучше потом, в узком кругу.

— Тогда можно на следующей неделе. Хочу заодно деда пригласить, чтобы его специалисты разобрались с системой безопасности, которую оставили Вороновы. Думаю, мама уже переговорит с ним и никаких проблем не возникнет. Тогда мы сможем присесть в кабинете и обо всём поговорить.

— В принципе хороший вариант. Думаю, сможем собраться после твоей присяги.

— Присяги? Так мы же её произносили после КМБ.

— Верно, но вы клялись как курсанты. Теперь же тебе предстоит принести присягу княжеству как главе рода. Для этого в ближайшие дни вышлют приглашение во дворец князя. Там в присутствии Романова и Совета родов ты её зачитаешь.

— Но я уже глава рода, со всеми документами, — слова Рокота вызвали удивление. Все документы, подтверждающие статус главы рода, уже на руках, причём в бумажном и электронном виде. Без этих документов я бы не смог ни зарегистрировать герб, ни заказать.

— По логике, ты должен был произнести слова присяги перед вручением документов, но князь решил сыграть в свою игру и чуть нарушил правила. Так как за тобой стоит почти половина Совета родов, никто возражать не стал.

— Значит соберёмся в тот день?

— Договорились, а теперь давай приступим к тренировке, и, раз уж потратили столько времени, то придётся его навёрстывать. Бой!

Далее всё превратилось в сплошное мельтешение клинков на грани моего восприятия. Сознание пришлось разогнать на полную, чтобы видеть их удары. Работать в таком режиме слишком долго не могу, так как мозги словно начинают плавиться и усталость приходит слишком быстро. Я практически не бил, лишь уворачивался и парировал удары от двоих опытных воинов. Ведь Рокот предпочитает не объяснять, а делать так, чтобы познавал всё в бою, а уж потом указать на ошибки. В небольшом пространстве, отведённом для тренировки, постоянно сверкают вспышки от применения стихии. Два мучителя применяли не только оружие, но и техники, от чего пришлось лучше контролировать расход энергии на защиту. Всё же на моём уровне нужно следить за балансом: сколько тратить на защиту, на ускорении и на атаку.

— Стоп! — рявкнул Рокот. Я замер, отводя меч наставника, вторым блокирую укол Рокота в плечо, при этом второй меч хранителя замер у моего горла, а наставника возле живота. — Меняемся. Теперь вы нападаете на меня. Начали.

Роли поменялись, но от этого легче не стало. Все мои удары летели словно в пустое место. Он на невероятной для меня скорости умудряется ускользать. Лишь удары наставника удостаивал вниманием и парировал их. Моего разгона явно не хватает, чтобы уследить за его движениями, из-за чего начинаю злиться. Именно злость последнее время является катализатором моих прорывов. После мысленной просьбы кот охотно увеличил поток стихии. Каналы ощутимо напряглись. Я ощущаю, как тело переполняет энергия. Тут же начинаю распределять её, при этом увеличиваю поток в мозг. Рискованная ли эта операция? Конечно да. Ведь тело должно постепенно привыкать к воздействию стихии. Без привычки я могу себя просто напросто выжечь. Вот только не зря древние рода проводят селекцию и выбирают партнёров с той же стихией или с тем же духом. Во мне кровь двух древних родов, практикующих стихию молнии. Из-за этого тело намного более охотно воспринимает стихию. Я могу пропустить её намного больше, чем многие сверстники или даже более опытные контракторы.

Теперь мне перестало казаться, будто Рокот телепортируется, и стал замечать размытые движения. Из-за этого сменил тактику, начав бить на упреждение. Вначале тело не успевало за разумом, но вскоре приноровилось. Высшей похвалой моих действий стало парирование одного из ударов. Рокоту всё же пришлось обратить внимание на мой выпад. Вот только у всего есть своя цена. Хоть тело начало привыкать к увлечённым объёмам энергии, ко всему требуется привычка. Я начал быстро уставать. Лишь упрямство не давало уменьшить напор. Первая часть боя далась непросто, вторая стала экзаменом для силы воли.

— Стоп. На сегодня хватит, — наконец объявил хранитель. — Как состояние?

— е…ово, — неразборчиво выпалил ответ. Язык не успел за мыслями.

— А теперь нормальным языком. Утихомирь стихию, распредели её равномерно и плавно выходи из разгона.

— Говорю, хреново. Мозги готовы расплавиться, словно только после зубрёжки учебника по химии.

— Почему по химии? — вдруг спросил наставник.

— Потому что я её не понимаю. Моли, валентности и прочие заумные слова. Мне проще закон Ома понять.

— Это ты ещё американских психологов не читал. Там порой такая жуть, — с улыбкой сказал наставник.

— Так какого лешего ты эту ахинею читаешь? — удивился Рокот.

— Я же говорил, пытаюсь понять современное общество.

— Тьфу, дурья башка. Кино надо смотреть. Вон где настоящие знания по современному обществу. Главное, голливудское не смотри, а то они совсем свихнулись на своей толерантности. Тьфу, вот же слово придумали. Вот у нас в стране его не поддерживают, так как есть своё, старое слово — адекватность. Веди себя адекватно, и к тебе отношение будет такое же, а коль бузить надумал, то получай по наглой роже. И ведь не важно, какого цвета — мы одинаково отнесёмся и к чёрным, и к жёлтым, и к своим. — Тут он заметил, что меня пошатывает. — Так, садись медитируй. Мы закончили на десять минут раньше, успеешь восстановиться. Бои со сверстниками тоже очень важны, так что нечего отлынивать.

Когда пропали стены, я уже мог нормально соображать и двигаться. С перерывами на наблюдение за первокурсниками провёл некоторое количество боёв. Ведь Рокот прав: чем больше практики, тем я становлюсь сильнее и опытнее. Поэтому с радостью принимал вызовы третьекурсников. Наши ранги совпадают, ведь главное условие для перехода, помимо экзаменов, это получение шестого ранга. Из-за равенства сил и их опыта нередко проигрывал, однако изматывающие бои с Рокотом на протяжении первого курса помогли держаться с третьекурсниками чуть ли не на равных.

— Вы по магазинам? — спросил у Алёны, когда встретились с друзьями возле ворот Академии. При этом мельком заметил, что мотоцикл Виталика отсутствует.

— Да. Ведь завтра твоя мама приезжает. Не хочу, чтобы подумала обо мне как о плохой хозяйке, — потупив глаза, ответила Алёна.

— Дорогая, не переживай. Она знает наше положение. Поверь, она всё поймёт.

— Так, стоп. Братик, ты что, захотел лишить нас веселья? Хочешь, чтобы не пошли по магазинам? Или захотел пойти с нами? — глаза Кати сузились, а от слов по спине побежали мурашки.

— Я пас. У меня сегодня работа, на которую лучше приду заранее.

— Ладно, отмазался. А ты что скажешь? Вдруг нам понадобится твоё веское мнение по поводу кухонных ножей или цвета салфеток.

— Не-не-не. Я тоже сегодня занят, — поспешно ответил Артур.

— И чем же? — с подозрением спросил наш штатный тролль.

— Он хотел со мной сходить. Вдруг тоже сможет устроиться на подработку, — вступился за друга. Тот вначале опешил, затем задумчиво посмотрел на Кристину и вдруг активно закивал.

— Точно. Мне с ним надо сходить.

— А ты? — тут её пальчик устремился в сторону Магомеда, который нам так и не рассказал, где пропадал.

— Ножи говоришь? — неожиданно задумался он. — Это можно. Ножи я смогу выбрать.

— Ой, всё. Я тебе их фотографии пришлю, — махнула рукой Катя. — Сегодня наш вечер — девичий. Всем пока, — помахав ручкой, она ухватила Алёну и Кристину под руки и потащила за собой. Марина спешно засеменила за ними.

— Я её не понимаю, — растерянно произнёс Магомед. — Как можно ножи выбирать по фотографии? Вдруг у них заточка плохая или металл паршивый. Надо лично, пропуская энергию. А кто лучше поймёт, если не контрактор со стихией земли? Да никто, конечно.

— Просто не обращай на неё внимание. У нашей Кати язык без костей. Как начнёт что-то говорить, так не остановишь, — попытался успокоить его.

— Кстати, Стас. Ты серьёзно по поводу работы? Думаешь, меня тоже возьмут? — серьёзно поинтересовался Артур.

— Прости, пришлось соврать. На самом деле туда берут от шестого ранга и выше.

— Эх. Печально, просто я тоже ищу что-нибудь такое.

— Со мной тоже не получится.

— Ты тоже куда-то устроился? — Артур даже растерялся.

— Господин Игнатий пригласил в своё заведение. Он доверяет готовить некоторые блюда. Говорит, получается даже лучше, чем у него.

— Вот же. Я пока себе ничего не нашёл. В некоторых вакансиях по требованиям не подхожу, а в другие из-за времени не получится. Хотя. Кажется, у меня есть одна идея, — от пришедшей мысли он оживился.

— Что-то придумал?

— Потом, Стас, не хочу сглазить. Ладно, я побежал.

Переглянувшись с Магомедом, лишь пожали плечами и разошлись каждый в свою сторону. Я к автобусной остановке, друг в сторону Центрального проспекта. На улице уже стало смеркаться, начал накрапывать мелкий осенний дождик. Поднявшийся ветер подобрал с плитки жёлтые листья и закружил в своём странном танце. Я наблюдал за его игрой, пока не подошёл мой автобус. Из-за вечернего времени все места заняты, в том числе удобные стоячие. После рабочего дня люди спешат добраться домой, к семьям или ждущим их питомцам.

Местное общество практически не отличается своими привычками от тех, кто живёт за барьером. Вся разница, что они сидят не в телефонах, а браслетах. Самое забавное, только сейчас обратил внимание на их разновидности. Браслеты, оказывается, бывают разные: по цветам, по начинке и функционалу. У меня стандартный для военных, с расширенными функциями. Больше внешних портов для подключения дополнительных, порой специфических, устройств, тогда как у многих их максимум по одному. Военные браслеты имеют стандартный чёрный цвет, я же сейчас вижу разнообразные. Вон девочка играется с розовым, у девушки, сидящей через сидения, красный. На некоторых надеты специальные чехлы и наклеены защитные стёкла на экран. Всё же военные браслеты рассчитаны на ношение в том числе во время боя. Высокая прочность ведёт к удорожанию, поэтому гражданские намного легче повредить. Кстати про разъёмы. Рядом со мной стоит мужчина, который подключил в него флешку. Похоже, собственного места осталось мало или он решил его экономить.

Через полчаса выхожу на нужной остановке и почти сразу сажусь во второй автобус. Меня в очередной раз посетила мысль о транспорте. На работу лучше ездить на мотоцикле или машине, поэтому стоит изучить ситуацию с пробками.

Новый район Беловодья вновь встретил шумом стройки. Она идёт полным ходом, отчего отовсюду раздаётся шум и грохот работающей техники. Поглядывая по сторонам, пошёл в сторону работы. Стадион для спатумпилы с каждым днём становится всё больше и величественнее. Глядя на него, появилось желание как-нибудь поиграть в эту игру, вот только надо стать гораздо сильнее, чтобы дух мог покидать тело.

Я зашёл в холл здания, принадлежащего Союзу, и задумался. Что делать? До работы ещё чуть более трёх часов. В принципе, можно заняться поиском здания, точнее помещения, где смогу установить синтезаторы. Вопрос важный, однако пока гложет неизвестность по поводу работоспособности всех устройств. Что, если ремонт высосет все средства? Или работоспособных окажется слишком мало? Для понимания цен поиском всё равно займусь, но чуть позже. Сейчас же меня больше гложет любопытство.

Благодаря выданному электронному пропуску смог погулять по зданию. На первом этаже в левой части здания расположена большая ледовая арена, на которой в данный момент тренируется команда, спонсируемая «Орихалк Групп». На льду творится настоящая битва. Шайба на большой скорости летает между игроками. Вот одного из них начал ругать тренер, так как игрок применил стихию, а это строжайше запрещено. Больше всего внимания привлекает вратарь, на котором, судя по всему, артефактная экипировка. Тут нет огромных скоростей, на которые способны даже одарённые, зато силы не жалеют. Вратарю в бедро влетела шайба, от чего его чуть не развернуло.

Посмотрев ещё немного за игрой, пошёл гулять дальше. На первом этаже нашёл ещё фитнес-центр, салоны красоты, кафе и многое другое. На втором расположились различные спа-салоны, массажисты и всякое в таком роде. Особое внимание вызвала реклама иглоукалывания. Там говорится, что оно способно помогать развитию внутренней энергии благодаря особой методике. Третий этаж отдан различным секциям: от единоборств до йоги. Вся прогулка заняла чуть больше часа, и я вновь встал перед дилеммой, чем заняться, но тут на первом этаже встретил Веронику Алексеевну. Она о чём-то разговаривала с девушкой с ресепшена. Заметив меня, помахала и показала ладошкой пять пальцев. Я понял это как просьбу подождать пять минут. Найдя ближайший диванчик, принялся гулять по просторам местной сети.

— Здравствуйте, Станислав. Решили прийти пораньше?

— Добрый вечер. Просто после Академии не знал, чем заняться. Обычно предпочитаю тренировки, но сегодня решил поберечь силы.

— Это правильно. Что-то мне подсказывает, сегодня потребуется наше вмешательство.

— Слабый претендент?

— Предприниматель, сотрудничающий с нашим княжеством, решил сына сделать контрактором. Я посмотрела его социальные сети, после чего пришла к такому выводу. Избалованный и хилый. Кстати, пойдёмте вниз, переоденемся, затем проверим зверя.

— По поводу хилости, думаю, это ещё не показатель. Мой друг стал контрактором таким же образом. Он проиграл бой, вот только сумел показать зверю свою волю и внутренний стержень.

— Спорить не буду, ведь бывает всякое. Однако все чувства говорят, он не справится.

После того как переоделись, направились в специальное помещение. Когда свет включился, увидел три крупных герметичных контейнера серебристого цвета. Само помещение напоминает длинный ангар, в котором можно разместить около четырёх десятков таких контейнеров. От наших шагов по помещению раздаётся эхо. К каждому из временных жилищ для зверей подключены провода. Сбоку, к стенке, прикреплены по два баллона. Мы направились к контейнеру, который стоит справа возле стены.

— Тут сидит синехвостая лисица, — девушка посмотрела на сенсорный экран, расположенный на стенке контейнера. Она начала нажимать кнопки, изучая какие-то параметры. — В данный момент спит. Вон из тех баллонов подаётся специальный состав. Он делает их более спокойными и ослабляет энергетику. Также в пищу добавляются особые вещества, влияющие на волю, из-за чего более охотно соглашаются заключить контракт. Правда, у таких контракторов высок риск стать одержимыми.

— Не понимаю. Как при таких условиях можно не справиться?

— У вас было иначе? — с интересом спросила Вероника.

— Я победил во время пульсации. Кот напал, когда ехал в метро.

— Хм. Это, конечно, отличается от того, как становятся контракторами представители древних родов, которые выходят на бой со зверем за порталом, но намного более достойно, нежели такой способ. Вы же знаете, что в первые часы после попадания в наш мир звери немного слабее?

— Конечно. Нам объясняли на парах. Что же по поводу древних родов, они тренируют детей, как только те могут взять в руки оружие. Они выходят на бой не простыми людьми, не умеющими пользоваться внутренней энергией. Это тоже стоит учитывать.

— Тут с вами не поспоришь. Я немного интересовалась вашей историей, правда, кое-что узнать не получилось, например, по поводу того, как смогли стать контрактором.

— Вероника Алексеевна, можете обращаться ко мне «ты». Думаю, так будет удобнее. Я же про субординацию забывать не собираюсь.

— Кхм. Если честно, мне сложно к вам так обращаться. Вы глава рода, для нас это не просто слова, а нечто большее, — моё предложение слегка её смутило. Похоже, я не до конца понимаю, кем стал и что значит мой титул для жителей закрытых городов.

— Что ж, не стану настаивать.

Время ожидания прошло не так тягуче, как предполагал. Благодаря рассказам девушки о проводимых ею испытаниях узнал много интересного. В какой-то момент к нам начали присоединяться ещё люди. Большинство, как и говорила Вероника, оказались третьекурсниками из Академии. Также, помимо них, пришёл хмурый неразговорчивый мужчина. Всего нас оказалось пятеро. Мы поочерёдно представились, и тут я узнал, что третьекурсники меня отлично знают.

— Не слишком нас много на одного ослабленного зверя? — удивился я.

— Стас, а ты сможешь в одиночку загнать лису в клетку? Причём не сильно травмировав? — спросил парень, который представился Андреем. Блондин, примерно моего роста. Сколько к нему не присматривался, так и не смог заметить какую-либо родовую особенность, зато его позывной чуть не заставил засмеяться. По местной традиции он должен указывать на стихию, но стихийных позывных не так много. Из-за этого многие состоят из двух слов: стихии и особенности зверя. Когда первый раз представляешься, нужно называться полностью, затем стихию уже не называют. Его позывной — «Ветреный Ушан» из-за забавного зайца, с которым заключил контракт. Что-то подсказывает, тот, кто дал ему позывной, тот ещё шутник. Хотя уши у парня и впрямь большие. Быть может, причина ещё и в этом?

— Пойми, действовать грубой силой несложно. Уверена, каждый из нас её сможет победить, а вот загнать в клетку, чтобы потом кто-то вновь бросил вызов — это сложно, — поддержала Андрея миниатюрная девушка с позывным, который вызвал ассоциацию с именем индейца. Её кто-то назвал «Огненный Хвостик». Зовут её Аней.

— Ладно, осознал. Вопрос и впрямь глупый.

Через некоторое время Вероника подозвала нас и показала на развернувшийся над рукой иллюзорный экран. Она с помощью браслета подключилась к камерам, и теперь мы наблюдаем за парковкой.

— Ого. Прям как в кино, — выдал Андрей.

— Это наши клиенты? — спросил я, наблюдая, как на парковку заезжает целый кортеж.

Целых четыре чёрных внедорожника с охраной сопровождают представительский «Мерседес». Вначале вышли крепкие парни в костюмах и начали деловито оглядываться, затем, после их разрешения, вышел среднего роста полный мужчина вместе с сыном. Глядя на претендента в контракторы, появились серьёзные сомнения. Он даже худее Виталика. За время учёбы друг немного набрал мышечной массы, из-за чего теперь не выглядит как высокая тощая жердь, но и атлетом назвать нельзя.

Прибывший с тревогой озирается. Одет в суженные синие джинсы, ярко-красную футболку, обтягивающую худой торс. На ногах белые кроссовки. На голове кепка и широкие солнцезащитные очки. Он разительно отличается от уверенно идущего в коробке из охранников отца. Тот одет в чёрный костюм с бардовым галстуком. Лишний вес нисколько не уменьшает харизмы, а даже наоборот, он не выглядит как откормленный поросёнок, скорее напоминает кабана.

— Кто этот мужчина? Лицо кажется знакомым, — спросил ещё один третьекурсник. Его я знаю ещё с первого курса, познакомился, когда первый раз попал на арену. Тот, кто дал Кириллу позывной, вообще не заморачивался и назвал по цвету стихии — Красный.

— Генеральный директор одной из гос. корпораций. Наши княжества у них многое покупают.

Мы проследили по камерам, как они прошли внутрь здания, где их встретил представительный мужчина в таком же костюме, как на отце претендента. Со слов Вероники, мужчина — глава рода Пламеневых. Пламенев Борис Дмитриевич, суровый крепкий мужчина. Абсолютно лысый, без бороды и усов. Через правый глаз проходит страшный шрам, который начинается над бровью и заканчивается возле носа. Девушка поведала, он оставил его на память, как напоминание о первых днях совместного освоения запорталья вместе с родами, с которыми решили создать Союз. Создание форпоста на пути к Шахтёрскому совпало с гоном. Тогда многие погибли, благо стены уже возвели, а также нагнали бронетехники. Объединение малых родов с трудом отбились от всего лишь краем задевшего гона.

— Пойдёмте встречать, — скомандовала Вероника Алексеевна.

Мы выстроились возле двери на первую арену. Гости не пошли по лестнице, а спустились на лифте. Охраны с ними уже нет. Три человека, под негромкую беседу, вышли в коридор. Их взгляды устремились на нас.

— Позвольте вам представить наших сотрудников. Они обеспечат безопасность вашему сыну в случае, если у него возникнут сложности, — произнёс Борис Дмитриевич.

— А не слишком ли они молоды? — скептически спросил мужчина, оглядывая нас цепким взглядом. На молчаливом контакторе, который представился «Шатуном», даже не задержался, зато нас, курсантов, разглядывал очень внимательно.

— Не переживайте. Каждый из них способен в одиночку справиться с сегодняшним зверем.

— Раз вы так говорите, то я спокоен.

— Пап, но они же мои ровесники, — с нотками испуга в голосе произнёс его сын.

— Сашка, не переживай, тут учат на совесть. Уверен, они на своих полигонах убили не одного зверя. Мне как-то раз показывали, чему учат на факультете. Если умеют хотя бы половину, то ни о чём не бойся.

— Вы правы. Причём они сражались не только на полигонах. Молодой человек, стоящий напротив вас, даже участвовал в поимке настоящего зверя, — вдруг указал на меня. — Вы же слышали про номерные отряды?

— Даже так? Из тех самых? — с ещё большим интересом посмотрел на меня. — Кого ловили? — задал мне вопрос.

— Минита. Рептилию со стихией ветра.

— Хм. Не припомню такого.

— Рептилии, похожие на велоцирапторов, только больше и сильнее. Они в основном обладают стихией ветра и часто передвигаются стаей, — всё тем же спокойным тоном разъяснил Пламенев.

— Нет, не припомню, но уверен, тварь опасная. Побывал я как-то за порталом. Красивое и одновременно опасное место. Как раз тогда один из отрядов притащил ещё живой обрубок какого-то червяка, — с ностальгией вспомнил мужчина.

— Вы, наверное, имеете в виду камнегрыза. Они обитают недалеко от форпоста Шахтёрский.

— Это тот, где вы добываете ваш орихалк? — спросил с жадным блеском в глазах. Они общаются, совсем не обращая на нас внимания, словно мы предметы интерьера. Лишь его сын не отводит внимания от нашей формы и оружия, висящего на поясах.

— Верно. К сожалению, Союз лишь предоставляет укрытие для следующих по дороге караванов. Корпорация «Орихалк Групп» никого к себе не пускает.

— А вы не могли бы меня познакомить с кем-нибудь из акционеров или руководства? — вкрадчиво поинтересовался у Пламенева.

— Давайте обсудим это чуть позже, — отвечая, Борис Дмитриевич мельком глянул на меня. Похоже, ему известно, кто мои родственники, и он не захотел обсуждать эту тему при мне.

— Вероника, подготовьте Александра к проведению испытания.

— Сейчас сделаем. По поводу оружия всё без изменений? Он тренировался с шашкой?

— Верно. Я нанял лучшего инструктора. Нашёл старого казака, который обучил владеть шашкой, — самодовольно произнёс мужчина.

— Значит, вы всё же не стали действовать согласно нашей рекомендации, — не изменив тона, сказал Пламенев, вот только по его словам и так понятно отношение к такому поступку.

— Посчитал, так будет лучше. Или думаете, он его плохо обучил?

— Как обучил, мы не видели. Всё дело в разнице противников. Те, кого рекомендовали, могли обучить драться против зверей, а не людей. Ведь они действуют иначе. Ладно, оставим это. Александр, вы изучили предоставленные вам материалы по зверю, с которым предстоит драться?

— А что там изучать? Зверь он и в Африке зверь, — парень просто отмахнулся. — Это же глупое животное.

— Понятно, — на этот раз сдержать эмоции ему не удалось. — Тогда ещё раз напоминаю о подписанных документах. Мы сделаем всё возможное для сохранения вашей жизни, но в случае смертельного исхода Союз ответственности не несёт. В случае, если вас придётся спасать и у вас не получится стать контрактором, деньги не возвращаются. Второй попытки не предусмотрено, и вам придётся ждать нового аукциона. Союз, согласно договору, предоставил всю необходимую информацию, дал все рекомендации для успешного прохождения испытания и дал контакты инструкторов, способных правильно обучить. Если вы не готовы или плохо подготовились, мы, так и быть, из глубокого к вам уважения, готовы перенести испытание на пару месяцев. При этом за каждый месяц содержания требуется доплатить. Каково ваше решение?

На короткое время наступила тишина. Невооружённым глазом видно, как парень боится. Его отец лишь нахмурился и с сомнением смотрит на сына. Похоже, наконец начал осознавать всю опасность и серьёзность предстоящего.

— Саш, ты готов?

— Наверное, — нерешительно ответил тот. Его глаза заметались между нами, словно пытается найти ответ у нас на лицах.

— Мне нужен точный ответ. Если нет, то давай перенесём на пару месяцев. Возьмём другого учителя, который лучше подготовит, заодно проштудируешь присланный ими материал.

— Пап, не надо. Я справлюсь, — вдруг решился. Очки находятся у него на кепке, благодаря чему мы заметили появившуюся решимость в глазах, которая сменила неуверенность вперемешку со страхом.

— Вот и хорошо. Я надеюсь на тебя, сын.

После этого разговора парень направился в раздевалку, где надел плотно облегающий чёрный тренировочный костюм с длинными рукавами. Затем, уже на арене, мы принялись облачать в настоящие латы, прям как рассказывал Виталик. Только он проходил испытание где-то на складе в Подмосковье.

Вначале надел поддоспешник, затем все вместе помогли облачиться в полный доспех со шлемом, словно у крестоносцев из фильмов: типичное ведро с прорезью для глаз. Я думал, он не сможет в нём двигаться, ведь Виталик рассказывал, как было тяжело, но у этого доспеха в центре груди есть разъём под кристалл, который подпитал руны. Броня слегка засветилась от энергии, делая всю эту груду железа очень лёгкой. Свет вскоре почти пропал, оставив лёгкое голубоватое свечение напротив кристалла.

«Даже странно, как при такой подготовке кто-то может проиграть», — подумал я, осматривая привыкающего к броне претендента.

— И так. Сейчас сюда прибудет контейнер, — начала Вероника, я же услышал странные звуки, словно ожил какой-то механизм. — Когда скажешь, что готов, двери контейнера откроются. Твоя задача не просто победить, а показать, что ты достоин. Ты должен проявить свой дух, волю и решимость. Звери, связывая себя с человеком, питаются внутренней энергией и отдают нам стихийную. Этот симбиоз выгоден не только людям, но и им. Если свяжут себя с сильным человеком, то смогут преодолеть границы, заложенные природой, а это сила и почти вечная жизнь. Подробнее об этом сможешь узнать, если справишься и поступишь в Академию. Пока всё понятно?

— Да, — глухо ответил из-под шлема.

— Взгляни на эти столбы. Если поймёшь, что не справляешься, отходи от зверя. С помощью столбов создадим защитную стену, которую зверь не преодолеет. После этого мы выбежим на арену и загоним его обратно в контейнер. Самое главное помни, твоя броня прочна и способна выдержать много ударов, но она не неуязвима. Зверь, если постарается, способен её пробить.

Она продолжила инструктаж, я же всё это время прислушиваюсь к странным звукам. Вдруг в потолке открылись створки и оттуда показался тот самый контейнер. Он, подвешенный на цепях, начал спускаться вниз.

— Тебе на подготовку семь минут. Сейчас внутрь контейнера пойдёт газ, благодаря которому зверь проснётся. Если читал инструкцию, то знаешь — твой противник синехвостая лиса. Не самый сильный, но весьма ловкий противник со стихией воды. Мы будем стоять за вон теми столбами. Там она нас не учует, благодаря чему не сочтёт своими противниками. Если заметим, что дела идут очень плохо, вмешаемся.

Мы оставили его одного, сами же отошли за первые столбы со стороны входа. Полупрозрачный мерцающий барьер отгородил нас. Он призван скрыть от зверя, чтобы тот смог сосредоточиться только на испытуемом. Выслушав короткий инструктаж от Вероники, встали полукругом. Контроль столбов осуществляет оператор, сидящий в отдельной комнате и наблюдающий через камеры.

Время словно замедлилось. Я вижу, как шашка в руках Александра слегка подрагивает. Он переминается с ноги на ногу, стоя напротив контейнера. Наверное, это очень тревожно, ведь сам подобное не испытывал. В моей ситуации времени на переживания практически не было. Там либо действие, либо смерть.

— Я готов! — крикнул облачённый в артефактные доспехи парень.

Раздался звук отпирания запоров. Правая створка на контейнере чуть отошла, выпуская изнутри облака пара. Похоже, это часть газа, которым его обрабатывали. Створка, оказавшаяся около десяти сантиметров толщиной, стала открываться. Затем вторая начала открывать путь на свободу сидящей внутри лисице. Зверь не спешит выбираться. Через пять секунд мы увидели, как рыжая лисица, припав на передние лапы, агрессивно скалится. Шерсть на загривке стоит дыбом, хвост виляет из стороны в сторону. Заметив только облачённого в доспехи человека, сконцентрировала внимание на нём. Привстав, сделала первый шаг, затем ещё один. Она полностью покинула контейнер, огляделась и перевела всё внимание на Александра. Зверь оказался ростом ему по грудь. Мне показалось, испытуемый впал в ступор, но вдруг дрогнул и поднял шашку над собой.

— А-а-а-а! — взявшись за рукоять двумя руками, с криком помчался на лису. Я бросил короткий взгляд на стекло. С арены зрителей не разглядеть, дабы не отвлекать. Стекло специально затемнено. С нашего места можно всё отлично рассмотреть. Его отец чуть дёрнулся и подошёл к окну поближе.

Шашка пронеслась мимо лисы. Та грациозно отошла в сторону, затем её хвост неожиданно посинел: это стихия воды заструилась по множеству энергетических каналов, расположенных в нём. Хищница чуть развернулась и ударила им по доспеху. Александр вдруг отлетел от на вид обычного удара хвостом. Если приглядеться, то можно заметить на прочном металле царапину. Обычный хвост вдруг превратился в острое лезвие, которое, если бы не защита, рассекло парня на пополам. Вот только зверь после удара замер от удивления. Удар вышел намного слабее, чем ожидал. Всё дело в том, чем его кормили все эти дни, а также в газе, которым дышал. Его сила сильно снижена.

Александр быстро отошёл от шока. Он встал, вытянул одну ногу чуть вперёд, взял шашку одной рукой и начал медленно приближаться. Лиса склонила голову набок, затем, чуть пригнувшись, помчалась в атаку. Сказать, что это было избиение, наверное, нельзя, пару раз он её зацепил. Однако доспех очень быстро покрылся множеством царапин. Кое-где, меж сочленений, капает кровь. Александр целых шесть раз влетал спиной в стену от мощных ударов когтистых лап.

Парень тяжело дышит. Стоя на коленях, пытается подняться, но сил уже практически нет. Времени прошло совсем немного. Лиса медленно идёт к нему. Она словно наслаждается триумфом и в предвкушении облизнулась. Смотрю на стекло. Его отец нервно покусывает губу и что-то резко выговаривает Борису Дмитриевичу. Тот спокойно отвечает, не выказывая никаких эмоций. Кошусь на Веронику, та что-то произносит в браслет. Вдруг перед лисой появляется сеть, сплетённая из молний. Она проходит между двух столбов.

— Готовимся! — выкрикнула она. — Ушан, заходишь справа. Кот, изматывает лёгкими ударами. Порезы не страшны, вылечим. Шатун, страхуешь. Красный...

— Не-е-ет! — заорал вдруг Александр, продолжающий стоять на коленях и опираться о пол шашкой. Мы все оторопели. — Уберите его! Я справлюсь!

Вероника удивлённо посмотрела на стекло. Мужчины, похоже, тоже удивились. О чём-то переговорив, Пламенев повернулся к стеклу и кивнул. Сеть тут же погасла. Я в шоке смотрю на происходящее. Он же сейчас умрёт. Какой в этом смысл? При этом затеплилось к нему уважение. Несмотря на все наши мысли, парень показал себя достойно.

Лиса, после того как сеть пропала, перестала наслаждаться триумфом. Она просто подскочила к нему, пару раз ударила лапами, от чего шлем слетел с его головы, удивляя, что шея осталась цела. Александр упал на спину. Зверь навис над ним, оскалился. Когда захотел вцепиться в лицо, внезапно рука влетела прямо в раскрытую пасть и схватила за язык. Лиса начала мотать головой. Парень с трудом нашёл в себе силы, приставил оружие остриём к шее и из последних сил воткнул. На него обильно полилась горячая кровь. Мы всё это время даже не дышали. Что будет дальше? Признала она его достойным или так и умрёт?

Синий свет, вылетевший из тела поверженной лисы, стал нам ответом. Дух замер напротив всё ещё держащего за лисий язык Александра. Завис на пару секунд, после чего погрузился в его тело. Вероника ошиблась по поводу него. Истинная суть человека проявляется вот в таких ситуациях, когда жизнь висит на волоске.

Глава 17

— На сегодня всё. Следующее испытание пройдёт в понедельник. О нём сообщим в чате, — сказала Вероника, когда новоиспечённый контрактор вместе со счастливым отцом уехал. Тушу лисы уже унесли, после чего помещение арены принялись отмывать от крови. Вся наша команда перебралась в специальное помещение, предназначенное для тех, кто обеспечивает безопасность проведения испытания. Тут можно в комфорте подождать начала испытания или провести инструктаж.

— Тогда как обычно по чашечке чая с вафлями? — предложила Аня. Её слова не стали расходиться с делом. Девушка включила электрический чайник и начала доставать из шкафа чашки. Затем подошла к серванту, расположенному возле холодильника, и принялась из него доставать различные сладости.

— Это у вас такая традиция? — поинтересовался у Андрея.

— Да. Отмечаем успешно проведённую работу.

— Но мы же ничего не делали. И вообще, всё так быстро закончилось.

— Так это же здорово, — не понял меня Кирилл, он же Красный.

— Похоже, вы переживаете из-за того, что ничего не пришлось делать, и за это получили деньги, — Вероника проницательно на меня посмотрела.

— Верно. Чувство, словно не заслужил эти деньги.

— Станислав, вы, похоже, не поняли суть вашей работы. Во-первых, наше присутствие обязательно для таких мероприятий: таков закон. Из-за этого оплата нашего труда сразу входит в стоимость, причём там расчёт на гораздо большее количество. Во-вторых, наличие охраны слегка успокаивает испытуемого, он не так сильно боится и понимает, если станет совсем туго, мы поможем. В-третьих, так будет не всегда, и не редки случаи, когда приходится вмешиваться. Наша работа сопряжена с риском, и на ней можно получить ранения, в том числе смертельные.

— Моей подруге в прошлом году потребовались услуги целителя, — сказала Аня, разносящая всем чашки с горячим чаем. — Я тогда ещё не работала здесь, так как ранг был маловат.

— Спасибо, — поблагодарил за чай и заодно за разъяснения. — Просто выходит, что я добирался дольше, чем работал.

— Кстати, — Андрей вдруг заулыбался, — нас же теперь четверо из Академии. Стас, чтобы не ехать на автобусах, мы скидываемся на такси. Может, с нами поедешь? Заодно поездка дешевле обойдётся.

— Чур я на переднем поеду, — Кирилл поспешил забить место.

— С чего бы? Счастливчик определится в бою.

— Ушан, ну куда ты лезешь? Ты же постоянно проигрываешь. Ань, ты тоже решила поучаствовать?

— Конечно. Или меня как самую маленькую решили посадить в центре? — возмутилась девушка. Она подошла к курсанту с позывным Красный и, задрав голову, выставила вперёд кулак. — Эй, белобрысый, ты так и собираешься сидеть?

В итоге, после тяжёлого сражения в «Камень, ножницы, бумага», на переднем сидении поехала Аня, мы же втроём кое-как разместились на заднем. Я в очередной раз подумал про стоящую в гараже машину. В принципе, ещё возможно ездить на байке, пока не выпал первый снег. Если не снимать защиту, то дождь и лужи не страшны, вот только автомобили мне нравятся больше.

— До понедельника, — попрощавшись со всеми, развернулся от Академии и пошёл в сторону пешеходного перехода.

— А ты куда? Разве не в общежитии живёшь? Или ты снимаешь квартиру? — удивился Андрей.

— Мне же княжич усадьбу подарил, — напомнил про недавнее событие.

— Ах да, — он хлопнул себя по лбу, я же заметил промелькнувшую в глазах зависть. — Счастливчик. Ладно, пойду к себе, а то спать хочется.

Когда вернулся домой, меня встретила не тишина спящего дома. Там царил настоящий хаос. Бедный Виталик и Магомед постоянно носятся с вёдрами, полными воды. Девочки в этот момент, разойдясь по дому, тщательно всё отмывают. Марина, в коротких зелёных шортах, бежевой футболке и повязанном на голову платке, отмывает пол в гостиной. Со второго этажа раздаётся весёлый крик Кати, которая о чём-то спорит с Алёной. Откуда-то слева раздался крик Кристины, которой нужна чистая вода. Последней каплей стала Аня, одетая в спортивные штаны и тесную белую маечку. Она тащит какую-то ткань, вероятно, в сторону прачечной. Приглядевшись, понял, что именно несёт: шторы из моей спальни. От всего этого бедлама захотелось сбежать или направиться в гараж, через который смогу попасть в подвал.

— Ты уже вернулся? Я думала, будешь позже, — на лестнице, ведущей со второго этажа, показалась Алёна. В её руках заметил шторы из другой комнаты.

— Да вот, быстро справились. Вы, кстати, чего тут устроили? Недавно ведь убирались.

— Дорогой, завтра же твоя мама приезжает. Вот мы и решили хорошо убраться.

— Капец, — рука непроизвольно потянулась к затылку, чтобы почесать его.

— Иди поужинай и присоединяйся. Ещё так много надо сделать, даже не знаю, успеем ли за ночь.

Не став комментировать происходящее, пошёл на кухню. При этом идти оказалось сложно, так как полы ещё не везде просохли. Быстро съев восхитительный ужин, впрягся в уборку. Стиральные машины и сушилки работали почти всю ночь. Мы перестирали всё, что только можно, и протёрли даже там, куда обычно лень залезать с тряпкой. При свете уличного освещения плитку и асфальт вымыли со специальным средством. Единственное место, где не получилось так тщательно убраться, — это подвальный этаж. Коробки всё ещё не разобраны, поэтому прошлись с тряпкой только по проходу между ними. Как итог, спать легли уже под утро. Артур, заявившийся домой в третьем часу, тоже оказался припахан к уборке.

— Это кошмар, — возмущался он на утро. — Я словно не ложился.

— Согласен. Сейчас бы часиков десять поспать. Кстати, где ночью пропадал? — поинтересовался у друга.

— Работал, — с довольной улыбкой выдал он.

— Куда устроился?

— Я до срочной службы полгода барменом работал. Вот и решил вспомнить прошлое.

— Поближе к любимым напиткам? Ты там главное не спейся.

— Да иди ты. Во время работы не пью.

— Думаешь, потянешь такую работу? Ты ведь вернулся в три часа ночи.

— Норм. Тем более это только сегодня. Я договорился по поводу времени. Буду чуть раньше уходить.

— Ну как знаешь. Лучше стремись к следующему рангу и работай вместе со мной.

— Шутник. Мне работа нужна именно по этой причине. Что-то туго тренировки со стихией идут. Чтобы не отстать, приходится эликсиры покупать, — на последних словах он посмурнел. Я вспомнил цены на эликсиры и тоже погрустнел. Те, которые подарили, почти закончились. Если постоянно покупать, то стипендия и заработок от минита очень быстро будут потрачены.

Сегодня в Академии мне пришлось посетить кабинет, в котором не бывал с первого дня после поступления. На восьмом этаже, где расположен деканат факультета по развитию внутренней энергии, оказалось многолюдно. Я только сейчас обратил внимание на курсантов без лычек курса, одетых в полевую форму. Из услышанных разговоров понял, они учатся на специальных подготовительных курсах. На этих курсах им дают азы по работе с внутренней энергией.

Сейчас они стоят возле дверей Маргариты Сергеевны и ждут, когда она вернётся с обеда. Они даже попытались сходить к Хомякову, но тот тоже ушёл. Суть их проблемы в том, что преподаватель заболел и уже отменено два занятия. При этом за курсы платят их рода или родители, а не за счёт Академии.

— Это безобразие. Я буду папе жаловаться, — возмутился один из будущих курсантов.

— Может, они не знают? Вдруг преподаватель их не предупредил? — предположила миленькая кучерявая блондинка. Похоже, испугавшись множества взглядов, она покраснела и начала пристально разглядывать пол.

Понимая, что это надолго, отошёл в сторонку и сел на подоконник. За окном накрапывает мелкий дождик. Небо, затянутое тучами, грозится разродиться ливнем с грозой, и это вызывает тревогу. На занятиях по вождению приходилось водить при разной погоде, но всё же лёгкая тревога от предстоящей поездки за мамой никуда не уходит. Хотя, быть может, тревога не из-за вождения? Может, она связана с её приездом? Она уже давно тут не была и не общалась с родителями. Подсознательно я переживаю за её встречу с ними, ведь как себя поведут, неизвестно. Вдруг станут упрекать или будут очень холодны. В таком случае я, конечно, приму её сторону и разорву все отношения с Гремяцкими, но я очень надеюсь на их благоразумие. Ведь между нами уже произошло много разговоров, во время которых они признали, что погорячились.

Я тяжело вздохнул и посмотрел на здание общежития, а также раскинувшийся вплотную к нему парк. Пары закончились, и курсанты, у которых сегодня нет клубов, устремились в их временный дом. Можно заметить, как из здания выходят курсанты, которые устремляются либо в парк, либо за территорию Академии. Девушки, как правило, переодеваются в гражданскую одежду, тогда как парням приходится идти в повседневной. Некоторые второкурсники и третьекурсники щеголяют в парадной. Я подумал только про эти два курса, так как вспомнил прошлый год и ажиотаж перед новогодним балом. Мы даже не задумывались о парадной форме. Все мысли были о тренировках, еде и хорошем отдыхе. По крайней мере, так было, пока не привыкли.

— Маргарита Сергеевна, наконец вы пришли. Это безобразие! — выкрикнул парень, который обещал пожаловаться отцу.

Женщина неспешно идёт от лифтов и с лёгкой улыбкой слушает Хомякова Михаила Львовича. Низкорослый толстячок, похоже, не оставляет попыток её охмурить. Он вновь бросился в атаку, выстраивая словесные кружева, и завлекает на очередное свидание новым мюзиклом. Однако столпотворение возле её дверей заставило Хомякова нахмурить кустистые брови.

— Что тут происходит? — сделав грозный вид, поинтересовался у собравшихся.

— Михаил Львович, как так? Почему у нас отменяется второе занятие подряд? Между прочим, наши рода за них заплатили.

— Кхм. Отмена занятия? — он вопросительно глянул на идущую рядом женщину.

— Всё в порядке. Госпожа Озерова сказала, что сможет подменить их преподавателя, так что сегодня их занятие состоится. По поводу двух пропущенных, то она проведёт их по субботам.

— Что? По субботам? — дружно задали вопрос.

— Но я не могу! У меня занятия с репетитором, — возмутился ещё один парень, с лицом кого-то сильно напоминающим.

— Если не ошибаюсь, одарённый Евгений Борисович из рода Пламеневых, — озвучила она, и я сразу понял, на кого он похож: словно юная мужская копия Вероники.

— Верно, — негромко подтвердил мальчик.

— Вам придётся принять решение, что для вас важнее: развитие дара или занятие с репетитором. Уверена, занятие можно перенести или, что будет даже лучше, самому разобраться с темой. Думаю, с вашим вопросом разобрались. Занятие начнётся через десять минут, поэтому рекомендую поспешить. Госпожа Озерова не любит, когда на её занятия опаздывают.

Негромко возмущаясь, отправились на занятия, я же смог увидеть ещё пару второкурсников, которые, скорее всего, пришли по той же причине, что и я. Мы понимающе переглянулись и пошли в сторону кабинета. Входить все сразу не стали, из-за чего зашёл вторым.

— Контрактор Станислав Рокотов. Разрешите войти?

— Да, проходите, присаживайтесь, — после того как сел, она коротко на меня взглянула и принялась быстро что-то набирать на иллюзорном экране браслета. — Значит, закончили десять классов.

— Всё верно.

— Я выслала на ваш браслет номер школы и её адрес. Вам надлежит в ближайшие дни туда наведаться и получить список предметов, который необходимо сдать. Там о вас уже знают и подготовили весь необходимый список материалов. Вы уже взрослый и поэтому сможете осилить самостоятельно их изучение, но, если возникнут сложности, обращайтесь к преподавателям в школе. Всё это вам объяснят на месте. Вопросы есть?

— Экзамены придётся сдавать в той же школе?

— Да, вместе с выпускным классом.

— А отдельно нельзя будет? Или если подготовлюсь раньше?

— Молодой человек, все эти вопросы задайте в школе. Я не знаю, смогут они принять у вас экзамены раньше или нет.

Распрощавшись с ней, вышел из кабинета и, размышляя над предстоящей зубрёжкой, направился на улицу. За мамой лучше выехать заранее, чтобы потом не мчать как угорелый, собирая все возможные штрафы. Друзья разошлись по своим делам, из-за чего идти пришлось в одиночку. На полпути дождик усилился, небо потемнело, и раздался грохот грозы. Похоже, мама решила вернуться в Беловодье под раскаты родовой стихии.

Зайти домой всё же пришлось, чтобы захватить лёгкую куртку, которой смогу скрыть китель. Хоть в городе уже привыкли к курсантам в странной форме, решил ей не светить, пока буду ждать. В последний момент чуть не забыл прихватить на половину разряженный телефон. Благо в машине есть нужный порт, в который подключил зарядку. За пределами Беловодья многие функции наших браслетов блокируются. Военные образцы могут работать за пределами определённых зон только при специальном разрешении. Такие разрешения есть у высшего руководства княжеств и людей с высоким уровнем допуска. Также их могут разблокировать в экстренном случае. Все эти мысли пронеслись, пока поправлял зеркала. На касание педали газа машина ответила словно живая. Предвкушающее урчание сменилось торжественным рычанием азартного хищника, который вышел на охоту. Я выехал в открытые гаражные ворота и дождался, пока закроются, после чего нажал на пульте кнопку открытия кованных ворот, на которых висит герб моего рода.

Мост, ведущий из города, проезжал медленно. Хотелось вновь увидеть и ощутить момент, когда пересеку границу барьера, который скрывает Беловодье от глаз простых людей. Момент пересечения произошёл как обычно неожиданно. Вот я вижу в зеркало заднего вида город, а теперь там просто гладь озера, неспокойного из-за погоды. Зато заметил изменения в погоде: за барьером стихия разгулялась ещё сильнее. Я с трудом заметил стоящих возле КПП дружинников. Они не стали задавать никаких вопросов, зато на обратном пути придётся показать электронный паспорт, тогда как выезжающие их не волнуют. Ворота начали неспешно отъезжать, пропуская меня в привычный мир, в котором нет места для чудес.

По дороге до вокзала много раз подумал про такси. Надо было за мамой ехать на нём. Щётки работают без перерыва на максимальной скорости. Под редкие вспышки грозы крупные капли падают без перерыва, создавая сплошную стену, сквозь которую дорога плохо просматривается. Кое-где образовались лужи, водой из которых несколько раз меня заливали проезжающие автомобили. Пока добирался, много раз поблагодарил наших преподавательниц за уроки вождения. Там нам приходилось ездить в разных погодных условиях, благодаря чему езда в непогоду не стала большой проблемой.

К вокзалу приехал за час до прибытия нужного поезда. Припарковался, снял телефон с зарядки и включил навигатор. Из-за погоды видимость сильно упала, и магазины нормально разглядеть не получается. Мне же нужно купить букетик. Мало того, что не виделись несколько месяцев, так ещё она наверняка сильно волнуется. Быть может, цветы чуточку улучшат настроение.

Накинув куртку поверх кителя, подхватил лежащий на соседнем сидении зонтик и вышел из машины. Холодные капли сразу намочили волосы. Из-за ветра зонтик практически не помогает, поэтому пришлось всё делать бегом. Продавщица в цветочном магазине тщательно упаковала букет в плёнку, чтобы защитить от ветра и разбушевавшейся стихии. Расплатившись, побежал к вокзалу.

“Похоже, он”, — быстро допив вторую чашку кофе, встаю и иду к платформе, на которую приезжает долгожданный поезд. С лёгким волнением смотрю на показавшийся первый вагон.

Наконец он остановился. Раскрылись двери, и на платформу хлынули пассажиры с чемоданами на колёсиках. Благодаря навесу их задевают лишь редкие капли, которые сильный ветер гонит на платформу. Вот из вагона вышла семья из четырёх человек. Отец семейства поочерёдно перетаскивает тяжёлые чемоданы. Маленький мальчик лет десяти начал было упрямиться и пытаться самостоятельно вытащить свой, но уставший после дороги мужчина с лёгкостью перехватил самый маленький чемодан. Затем взял сына за руку и помог выбраться на платформу.

Всю эту картину наблюдал мельком, так как мой взгляд направлен за их спины. Я высматривал, кто же следующий появится в тамбуре. Прошли ещё пять человек, когда наконец я заметил её. К моему удивлению, она не с пустыми руками. Мама катит за собой среднего размера бежевый чемодан. Подскочив к вагону, перехватываю его за ручку.

— Привет. Как добралась? — спрашиваю, когда отошли в сторонку.

— Вполне неплохо. Когда крайний раз сюда ездила, поезда были другие. Новые намного комфортнее, — отвечая, она внимательно меня рассматривала. Вдруг сделала быстрый шаг и крепко обняла. — Привет, белобрысик. Как же ты повзрослел. Всего два месяца не виделись, а так изменился.

— Просто за эти месяцы произошло слишком много событий.

— Об этих событиях ты мне сейчас всё подробно расскажешь.

— Ну мам, давай лучше дома.

— Не мамкай мне. Дорога долгая, всё успеешь.

— Кстати, зачем тебе чемодан? У тебя ведь сумка есть, — попытался перевести тему.

— Вот вроде умный парень, а элементарных вещей не понимаешь. Как мне в поезде переодеваться? Я же не смогу ей там воспользоваться.

— Взяла бы рюкзак, — предложил на мой взгляд отличный вариант. — Кстати, это тебе.

— Спасибо, — мама приняла букет, оглядела, как запакован, потом попыталась приоткрыть, но увидев, что закреплено скрепками, оставила всё как есть. Она просто прижала его к груди. Тему по поводу рюкзака развивать не стала, похоже, эта идея почему-то ей не понравилась.

К выходу шли медленно, так как она с любопытством смотрела по сторонам, выискивая изменения. Она порой задерживала внимание на людях, чьи лица казались знакомыми или если у них есть на руке браслет. Под дождик я вышел первым и сразу открыл зонт, под который мы встали вдвоём. Одежда на ней самая обычная, не защищённая артефактами, из-за чего светло-синие джинсы и бежевая блузка начали быстро намокать. За годы жизни в иной культурной среде она поменяла вкус в одежде и стала одеваться как все. В Беловодье редко можно увидеть девушек в брюках или джинсах.

— Это твоя машина? — удивилась, когда остановились возле неё.

— Да. Подарок одного контрактора. Я на даче рассказывал про княжича и Лиса.

— Припоминаю.

Открыв дверь, дождался, пока сядет. Затем убрал чемодан в багажник и сам быстро залез в салон. За короткое время, пока шли от вокзала, успел продрогнуть и насквозь промокнуть. Одежда, конечно, быстро высохнет, но телу всё равно неприятно, а стихию побоялся разгонять, так как переживал, что глаза опять начнут светиться.

— Итак, я тебя внимательно слушаю. Что там удумал мой отец? Как обстоят дела с подготовкой к свадьбе?

— Мам, может, поговорим, когда приедем? Сама видишь, какая дорога, — ещё раз попытался отвертеться от объяснений.

— Ничего страшного, заодно посмотрю, чему обучился. Всё же ты в номерном отряде, — на её лице появилась лёгкая улыбка. Увидев её, я понял, что отвертеться не получится. Ведь эту коронную улыбку видел каждый раз, когда она хотела получить ответы. Когда в школе дрался, получал плохие оценки или случайно разбил стекло во время игры с одноклассниками, она именно с таким выражением всё у меня узнавала. Не кричала, а просто садилась напротив с выражением, мол, я всё знаю, поэтому молчание бесполезно.

— Эх. В общем, они уже договорились с... — начал свой рассказ, который длился до прибытия к КПП, ведущему обратно в Беловодье. Вначале пришлось прерваться из-за дружинника, который проверил наши документы, затем я просто не стал продолжать рассказ, так как увидел её взгляд, полный восторга и тревоги.

Когда проехали барьер и появился город, по её щеке скатилась одинокая слезинка.

— Я дома, — прошептала она. — Как я по тебе скучала, Беловодье.

В этот момент мне показалось, будто иллюзия дракона, которая постоянно находится над Академией, посмотрела на нас.

Эпилог

— Слушаю.

— Привет, Карыч. Как поживаешь? — из браслета раздался мужской радостный голос.

— Да пошёл ты, Коготь. Это уже не смешно. Откуда вы это прозвище только взяли? — возмутился Воронов.

— Так дети в каком-то мультике. Они ещё потом спрашивали, когда дядя Карыч снова приедет в гости.

— Вот же. Надо найти его создателя и душевно поговорить. Ты вообще чего звонишь?

— Хотел узнать, ты мою просьбу выполнил? — вкрадчивым голосом спросил мужчина.

— Ты про оборудование, которое княжич разрешил туда завести, и слитки орихалка?

— Да. Он всё получил?

— Обижаешь. Тем более ты согласился оплатить модернизацию.

— Не оплатить, а дал хорошую скидку на обновление. Тем более там и моя доля имеется.

— Ой, не нуди. Он всё получил. Тем более я сам хотел с ним поговорить. Княжич так и не дал забрать документы лаборатории, вот и искал способ встретиться. Когда завозили оборудование и всё остальное, за мной по пятам ходили. Уверен, они ещё всё фиксировали.

— Ну тут ваш клан сам виноват. Надо думать, где взрывные работы проводить. Считай, ещё легко отделались.

— Эх. Всё я понимаю, но от этого легче не становится. Кстати, а ты чего сам ему всё не вручил? Может, лучше передать ему новое оборудование?

— Он не возьмёт, не примет никакую мою помощь, — с тоской в голосе произнёс собеседник Воронова.

— Может, стоит примириться? Уверен, ему сейчас нелегко.

— Стас не простит.

— Но почему?

— Потому что я не простил бы, — припечатал контрактор с позывным Грозовой Коготь.

***

— Волк, справа! — выкрикнул крепкий мужчина с сеткомётом в руках.

— Блокирую. Бык, смотри, не промажь, — ответил командир отряда вольников.

Отряд «Степные волки», по заказу Союза, охотится на очередного зверя. В этот раз им попался саблезубый тигр, обладающий водной стихией. Отряд его неплохо измотал. Зверь поначалу воспринимал людей как несущественную помеху. Всё же у него третья ступень седьмого ранга, и он чувствовал, что только у Волка схожие с ним силы. Остальные им воспринимались как что-то несущественное. Вот только люди его очень сильно удивили. Слабые контракторы и пара одарённых из отряда вовсю пользовались артефактами. Стихийные атаки, от которых могли умереть, натыкались на крепкие защиты. Когда он пытался достать их своими когтями, светящимися от вложенной в них энергии, люди просто сбегали, при этом применяли замедляющие артефакты. Несмотря на их дороговизну, пойманный зверь всё окупит, поэтому отряд тратил одноразовые артефакты не жалея.

— Хам, сеть! — приказал командир, только вышедший из короткой схватки со зверем. Боец с позывным Хамелеон, которого все называют коротко — Хам, ловко прицелился и выстрелил. Сеть, насыщенная не только внутренней энергией, но и стихией, обмотала голову и передние лапы. — Бык, давай! — вторая сеть тут же полетела и врезалась в туловище ослабленного хищника. — Стрелка, артефакт. — теперь настала очередь недавно присоединившейся к отряду девушки. Одарённая четвёртого ранга достала целительский артефакт и, чуть приблизившись, активировала. Зверь ощутил эффект практически сразу: силы начали покидать с удвоенной скоростью. Веки потяжелели, передние лапы подогнулись. Он всё ещё пытается бороться, но с каждой секундой это делать становится сложнее. — Белка, как только защита спадёт, твой выход.

Ещё одна девушка лишь кивнула и достала из кармашка шприц с толстой иглой. Все бойцы напряжённо ждут, не забывая оглядываться. Ведь не редко охотники могут превратиться в добычу, поэтому бдительность нельзя ослаблять. Бойцы, удерживающие сеткомёты, поочерёдно отстрелили использованные сети и выстрелили новыми, чтобы ещё сильнее опутать хищника. Наконец защита померкла, и девушка сразу метнулась к нему. Шприц проткнул прочную кожу, и зверь получил большую дозу особого транквилизатора.

— Хам, подгоняй машину. Надо грузить нашего котика.

Несмотря на успешную охоту, никто не радуется. На лицах всего лишь появилось облегчение и лёгкий радостный блеск в глазах, но традицию никто не нарушает. Радоваться успешной охоте можно только когда находишься за стенами Твердыни.

Вскоре раздался рёв моторов. Из-за холма выехали три машины: два пикапа с пулемётами и один с большим контейнером. Те, которые с пулемётами, разъехались по сторонам и принялись наблюдать за округой. Третья машина подъехала к лежащему зверю. Выскочивший водитель нажал пару кнопок на панели контейнера, и тот начал открываться.

— Загружаем, — бойцы шустро собрали носилки, на которые погрузили спящего хищника. Взявшись вчетвером, легко подняли, затем затолкнули внутрь контейнера. — Готово. Баллоны правильно подключил? — поинтересовался у Хамелеона.

— Обижаешь, командир, — пробасил здоровенный мужчина. Его простецкое лицо выражает одновременно оскорбленную обиду и смущение за прошлый раз, когда он неправильно подключил и вещество из баллонов хлынуло наружу, чуть их самих не усыпив.

— Смотри у меня.

— А всё же хорошую вещь в Союзе придумали, — сказала Стрелка, крепкая спортивная девушка с короткой мальчишеской стрижкой. Она уже спрятала целительский артефакт и внимательно осматривает всех участвовавших в поимке зверя. Девушку взяли недавно в отряд на должность целителя. Хоть она одарённая, Волка очень впечатлили её навыки, которые приобрела в Академии, а затем применяла в одной из больниц Беловодья.

— Их не Союз делает. Они только закупают, — поправил командир. — А вообще, да, вещь хорошая. Не придётся постоянно проверять, как его самочувствие. Ладно, все по машинам, едем в Твердыню.

Но не успели они тронуться, как один из дозорных встрепенулся. Пулемёт тут же оказался наведён на некий приближающийся объект. Нечто рыжее мелькает вдали.

— Волк, движение на одиннадцать часов, — оповестил наблюдатель.

— Это ещё кто? — мужчина достал бинокль и пригляделся. — Стрелка, со мной. Остальные — максимальная готовность. Там контрактор, и я его знаю.

Командир вольников запрыгнул на переднее пассажирское сидение пикапа, дождался целительницу и тут же рванул навстречу. Чем ближе они подъезжают, тем отчётливее видно крупного духа огненной лисы и сидящего на её спине мужчину. Приблизившись, заметили, насколько контрактор осунулся. Создаётся впечатление, будто он так мчит уже несколько недель, причём едет без сна и отдыха.

— Лис! — выкрикнул вольник. — Откуда так несёшься?

Мужчина не сразу понял, что к нему обращаются. Он словно только очнулся от сна. Тёмные круги под глазами показывают, насколько он устал. Его дух выглядит не менее уставшим. Хоть стихийная форма зверя выглядит идеально, однако по усталым глазам всё становится сразу понятно.

— А? Волк? — растерянно спросил контрактор. — Добрались. — Стоило это сказать, как дух тут же рухнул и от усталости высунул язык. — Вань, нам как можно быстрее нужно попасть в Твердыню. Дело жизни и смерти.

— Да не вопрос. Садись, мы как раз туда собираемся. А что случилось, скажешь?

— Задница случилась. У твоих людей какой уровень допуска?

— Даже так? Что-то из высшей категории?

— Именно. Причём, думаю, пострашнее гона.

***

Руководитель московского портального комплекса и по совместительству командир над всеми номерными отрядами после полученной информации сидит хмурый за своим столом, заваленным бумагами. Контрактор с позывным Лис только что покинул его кабинет. Полученная информация требует немедленных действий, но для начала он решил связаться с князем. Набрал его номер и вывел изображение на стену. Горыныч не любит общаться и при этом не видеть лица собеседника. Князь долго ждать не заставил, на экране появилось его изображение. Судя по фону, он находится в своём кабинете во дворце. Одет мужчина в парадный мундир. Скорее всего, недавно общался с кем-то из-за барьера или с представителями из иностранных городов.

— Добрый день, княже, — по-простому обратился к князю Беловодья. Возраст и влияние позволяют столь неформальное обращение.

— Добрый день, Братислав. Чем обязан звонку? — с почти незаметными нотками тревоги спросил Романов Сергей Николаевич.

— Беда случилась.

— Гон? Или пульсация? Есть жертвы?

— Хуже. На экспедиционный корпус напали погонщики. Прибыл гонец и сообщил об огромной армии, но это не самое плохое. Самое тревожное заключается в том, что они разделились. Часть войск идёт к нам. Со слов Лиса, их много. Хватит, чтобы взять в осаду все форпосты, а с учётом уменьшения гарнизонов, они могут пасть. Про родовые земли даже говорить не стоит.

— Вот же, — еле сдержал ругательства Романов. — Я тебя услышал. Сегодня же соберу Совет родов. Похоже, придётся объявлять общий сбор.

Поговорив ещё немного, Братислав вызвал к себе секретаря. Тот не заставил себя долго ждать. Мужчина с лицом, покрытым жуткими шрамами, вместо ноги современный протез, на руках белые перчатки, которые прячут ото всех жуткие ожоги. Когда-то сильный контрактор, состоящий в номерном отряде, ныне работает секретарём у Горыныча. Во время одного из заданий получил серьёзные травмы, которые не в состоянии убрать даже сильные целители. Повреждённая энергетика позволяет ему жить долго, но не драться. Любое внешнее применение стихии вызывает у него сильную боль.

— Вызывали, господин? — спросил сухим надтреснутым голосом.

— Да, Семён Васильевич. Разошли всем отрядам: им надлежит прибыть в комплекс до конца недели. Все отпуска отменяются.

— Даже те, кто на курсах в Академии?

— Все. Никаких исключений.

— А что по поводу того отряда?

— Ты про тринадцатый?

— Да, господин. Они же ещё учатся. Думаю, от них будет мало пользы, тем более ректор будет недоволен.

Горыныч на короткое время задумался, затем с лёгкой улыбкой сказал:

— Недовольство хвостатого переживу. Что же по поводу отряда, то они сами выбрали свой путь. Вся эта бюрократия и статус стажёров меня не касается, я сказал, что тринадцатый отряд снова в строю, значит так и есть.

— Понял, господин. Какую причину для вызова указывать?

— Война.