13-й император

Глава 1

Боль! Зверская боль пробежала от кончиков пальцев до мутных мыслей и оставила глухую пустоту внутри. Тело выгнулось дугой и застыло в жесточайшем спазме.

— Наследник выбран! — торжественно разнеслось многоголосье и откликнулось гулким эхом: — Выбран… бран… ран… ан…

— Ты кто? — слова с трудом продирались на выход, теребя горло наждачкой.

— Кто? — ехидно прошептало эхо.

Голова ответила жуткой болью на попытку пошевелиться. Из глаз брызнули слёзы, чем я тут же воспользовался и разлепил слипшиеся веки.

Спиной ощущался гладкий холодный камень. Я по-прежнему не мог двигаться. Глаза смотрели в потолок пещеры. Пещеры ли? Я скосил глаза, но обзору это помогло не сильно. Потолок и стены терялись в окружающем мраке. Ближайшее пространство освещалось неровным светом горящих факелов. В отдалении противно капала вода, с каждой каплей вбивая мне гвоздь прямо в висок.

— Я тот, кому ты принёс клятву служения! — заявило стрёмное многоголосье. — Нёс лужения… ужения… ия…

Каждое слово произносилось разным тембром и интонацией, и всё вместе взрывало мозг своим диссонансом. Кап, кап, кап…

— Универсал в роду, — раздался басовитый шёпот. — Сал… воду…

— Величие, — прозвучала тихая гордость. — Чие… ее…

— Нашш, — прошелестел баритон. — Шш…

— Я… не… да-вал… кля… т-ву… — с трудом выдавил я связный набор звуков.

— Давал! — громко рявкнуло многоголосье по мозгам, и я потерял сознание.

— Умер? — обеспокоенно спросил кто-то прямо в ухо, я дёрнулся от неожиданности и резко открыл глаза.

Тело отмерло и сползло по гладкому камню на пол. Я больно ударился затылком, но даже не обратил на это внимание. Меня окружали полупрозрачные фигуры в одеждах разных фасонов. Единственное, что их всех объединяло — вышитый золотом герб с изображением рака.

Я задрал нижний край лонгслива и обнаружил маленького золотого рака на груди. Пижама?! Взгляд зацепился за руку — тонкие аристократические пальцы подростка.

— Поздравляю, тёзка! Ты станешь следующим императором! — торжественно произнёс высокий мужчина в кожаных доспехах и по-доброму улыбнулся. — Тринадцатым!

— Это честь! — пафосно добавил обвешенный оружием воин. — Не посрами род!

— Да, что вы набросились на пацана, — новый кадр проплыл сквозь говорящих призраков, и тех передёрнуло. Его волосы были аккуратно уложены. Однако, рукоять ножа на поясе модного костюма была потёрта. Он явно пользовался им по назначению ни раз.

— Мы поможем, — пообещал самый свежий призрак. У него из кармана торчал мобильник.

— Я не соглашался, — я попробовал встать, но ноги меня не слушались.

— Это твой долг, — безапелляционно заявил хмурый тип в чёрно-синих одеждах. — Ты уже поклялся служить роду.

Я хотел сказать, что клялся не я, а бывший владелец этого тела, но осёкся. С другой стороны, если это души предков, то они должны понимать, что я не… А как меня теперь зовут? Тело налилось свинцом. Кап, кап, кап…

Я перекатился на живот и пополз на звук. Пол оказался гладким с каким-то крупным красным рисунком. Уверен, что если посмотреть сверху, я увижу рака. Уже через минуту под рукой хлюпнула вода. Я сделал рывок и рухнул в воду, больно стукнувшись о каменное дно какого-то мелкого ручья. Очнулся лёжа на спине, тело приятно омывала вода. Я от души напился, сел и огляделся. Призраки скучились в стороне и о чём-то спорили, то и дело бросая на меня обеспокоенные взгляды. Хтонь с ними!

Массивные высокие серые колонны, стены скрывал полумрак. В центре зала в окружении высоких каменных чаш с пылающим огнём величественно возлежал большой круглый камень. Я хмыкнул и перевёл взгляд на мужчин с гербом рака. Алтарь рода?

Я откинулся назад и погрузился обратно в воду. Ощущение было приятным. Голова успокаивалась, я расслабился и попытался вспомнить хоть что-то. Да, точно, подросток — мне 15 лет. Зовут Иван Раков. И он попёрся сюда ночью, чтобы тайно пройти инициацию? Знал, что рано и нужно ждать ещё два года и всё равно попёрся? Он что идиот? Я с сомнением посмотрел на мокрую голубую пижаму с золотой вышивкой. Красные плюшевые тапки с мордой рака. Хтонь! Я убрал с лица намокшие волосы. Длинноваты, хм.

Перед глазами пронёсся подслушанный разговор старших братьев. Тьма меня побери! Я 13-й сын! Плодовитый папаша… А, ему 190 лет, тогда ладно… Николай рассказывал Михаилу, что африканцы стали инициировать магов раньше, и поэтому у них такие сильные стихийники. Даа, с самооценкой у моего предшественника было так себе… маменькин сынок, никаких личных свершений и скромный магический потенциал. Предполагалось, что он пробудится со стихией Воды, а получился я — универсал. Я посмотрел на пафосно разодетых предков. Раковы… Раковы… Чё? Императором?! Не-не-не!

Я вскочил на ноги, и чуть не упал от резко накатившей головной боли. Какой, тьма его побери, император! Без меня! Где выход? Я заозирался.

Я отыскал лёгкое дуновение воздуха и побрёл по ручью в ту сторону, откуда ощущался ветерок. Дошёл до стены, в которой зияла огромная трещина. Обернулся. Поискать другой выход?

Помещение настолько большое, что стен не видно, а ручей достаточно широкий, и точно выведет наружу. Я шагнул в разлом. Уже через несколько шагов я погрузился в кромешную темноту.

Ручей постепенно становился глубже и шире. В какой-то момент я подскользнулся, и с меня слетел сначала один тапок, а потом и другой. Голые ступни скользили, и поэтому, как только воды стало по колено, я опустился на руки и так и поплыл, придерживаясь пальцами за дно.

Я всматривался в темноту, выглядывая свет в конце тоннеля, и никак не ожидал внезапно оказаться на берегу. Ну да, ну да… Ночь же… Хтонь. Я встал и ощутил песок под ногами. Побрёл вдоль скалы, в надежде выйти на берег.

Императорский дворец находился на рукотворной скале. Когда-то это был обычный песчаный остров. Но какой-то там по счёту император решил, что для безопасности лучше сделать берег труднодоступным. Кажется, паранойя была характерной чертой рода Раковых.

Я выбрался на небольшой клочок суши и сел на сухой песок. В метре от меня колыхалась тёмная гладь водохранилища. Над головой сияли далёкие звёзды. Луны видно не было. Хорошо хоть ночь была тёплая июльская. Да и от ветра прикрывает высокая отвесная скала за спиной. Я опасался применять магию. И вообще не понятно, почему я оказался в другом мире.

Последнее, что я помнил, как собрал изменённую ману, спас брата и вырубился от усталости. От усталости, хтонь! От усталости! Это было обычное переутомление! Что же случилось? Вряд ли я когда-нибудь это узнаю, эх...

Я улёгся поудобней и погрузился в транс. Надо, наконец, осмотреть доставшееся мне тело.

Хтонь-хтонь-хтонь! Идиот ты, Ванюша! Источник представлял из себя решето. Каналы были порваны, да и сеть слабовата. Он что вообще не занимался саморазвитием? А что с телом?

Какие-то мышцы есть, но для мага эта физическая оболочка не подходит. И это императорский род? Нужен план… Но додумать я не успел, усталость взяла своё, я просто вырубился.

Проснулся я поздним утром, приятно пригревало солнышко. Я напился прохладной воды и улёгся обратно. Живот прилип к спине, но я старался не думать о еде. Надо выиграть время. По любому меня уже ищут. Так, на чём я остановился? Что с маной?

Я снова расслабился и погрузился в транс. Манофон здесь так себе. Лучше, чем в предыдущем мире. Там-то вообще тоска была, но и до мира Альфа не дотягивает, жаль. Значит, магия тут появилась не так давно. Я порылся в памяти Ивана. Две тысячи лет — неплохой срок… Я переключился с внутреннего взора на внешний.

Стихии почуяли меня и уже кружили рядом. Только вот ощущались они совсем несмышлёными зверятами. Хтонь… Легко не будет. Я с тоской вспомнил Великую Мати: вот это была опытная сущность, освоившая тонкие магические манипуляции на высоком уровне, эх.

Я потянулся к огненному комочку и попросил его проникнуть в мой источник. Огонёк радостно метнулся к груди и неумело расположился внутри моего решето. Я мысленно похвалил его и погладил. Это бесформенное нечто — сырая стихия, а мне нужен более осознанный Огонь. Кем бы его сделать? Я прислушался к наивному пылкому энтузиазму и желанию помочь. Показал ему образ огненного бельчонка с пушистым хвостом похожим на костёр.

На моей груди материализовался бельчонок, полностью сотканный из огня. А он быстро учится! Он смешно опёрся лапками на грязную пижаму и просунул голову внутрь моего источника, потом выглянул обратно и вопросительно уставился на меня.

«Да, понимаешь, Рыжик, его надо залатать тонкими нитями, а потом сверху плёнкой окутать, ты же справишься? — я снова мысленно почесал огненного зверька за ушком. — Видишь, какие каналы рваные? Их тоже надо починить».

Я широко зевнул. Солнышко пригревало, бельчонок приятно согревал изнутри. Меня разморило.

— Иван! — где-то вдалеке раздавались голоса.

— Иван Михайлович!

— Ванечка! Ванюша! — истеричный голос принадлежал матушке. А предыдущий бас, кажется, был моего дядьки. Интересно, как Ивану удалось проскользнуть мимо него ночью. Странно.

В доставшимся мне воспоминаниях Олег был тем ещё параноиком. Он ставил на дверь воспитанника защиту, обвешивал Ивана следилками. Я же помню, что просто вышел из комнаты и отправился вниз, к Алтарю. Действительно, странно, что меня никто не остановил.

Солнце перевалило зенит, значит прошло часа четыре так точно. Я снова погрузился в транс и оглядел источник. Огненный бельчонок хорошо поработал. Дыры залатал, стенки укрепил, а сейчас занимался порванными каналами. И выходило у него так себе. Он понятия не имел о том, как должна выглядеть нормальная энергетическая система человека. Я мысленно погладил его, поблагодарил и нарисовал в голове примерную картинку сетки.

В принципе и с таким источником можно уже работать. Даже если у него ничего не выйдет, не страшно. Сам потом исправлю, с работающим источником это не сложно. Болезненно, разве что. Я протяжно зевнул, пусть пока ищут, нужно выиграть ещё немного времени.

Нашёл меня отец. Надо же, сам император отправился на поиски. Михаил III был одет в военный китель тёмно-синего цвета со стоячим воротничком и гербом на груди. Высокий, статный, он не выглядел на свои 190. Больше 40-ка ему не дал бы. Всё потому, что секретом рода Раковых было омоложение организма. Раковы тщательно хранили великую тайну, демонстративно увеличивая срок жизни императорской семьи. Чем дольше правит император, тем крепче власть, любил поговаривать отец.

Император тихо крался вдоль скалы по колено в воде. Вышел из расщелины, мда, а значит уже поговорил с Алтарём. Плохо дело… Хотя, конечно, зря я надеялся, что никто не узнает, ну или хотя бы не так быстро.

Универсал для этого мира — это нечто, хм, запредельное. Ну не было тут универсалов раньше. Все одарённые в основном двустихийники. А женщины и вовсе владеют только одной магией. Мужчины во время инициализации на алтаре рода получают две стихии, потому что одна из них— родовая. Вот у Раковых — это Вода. Вторую наследуют от матери.

Моя матушка — водница, и Ивану светило стать одностихийным магом, что для императорского рода так себе результат. Может поэтому никто толком и не занимался его развитием.

В расстёгнутом кителе и с обнажённым ножом император опасливо озирался по сторонам, пока не увидел меня. Я так и лежал на песке, бельчонок почти закончил. Отточенным движением отец вложил клинок в ножны и бросился ко мне.

У императора было аж три стихии: огонь, воздух и вода. И поскольку все в роду Раковых были ещё хоть немного, но целителями, он сразу бросился меня осматривать.

— Универсал… — он просветил меня ещё раз, а потом ещё. — И источник не повреждён, удивительно… Сын… Алтарь мне сказал, что выбрал наследника, — торжественно заявил император.

— А если я не хочу! — упрямо заладил я. — Почему ты не можешь выбрать сам? — Иван не интересовался этим вопросом, поскольку трон ему не светил от слова совсем.

— Наследника выбирает Алтарь из самых достойных из нас, — отец укоризненно посмотрел на меня. — Алтарь даёт силу рода, мы не можем действовать ему вопреки.

— Но я не лучший из лучших! — с толикой обиды парировал я. — Все любят Николая! А Борис и Василий — очень умные.

Я демонстративно насупился. Это да… Борис был 8-м сыном и талантливым изобретателем маготехнологических устройств. Гений! Вторым таким был Василий, который фанатично исследовал магию. И Николай, всеобщий любимец, у которого больше всего было шансов сесть на престол. Расчётливый, хладнокровный, красавец мужчина и самый сильный двухстихийный маг. Михаилу III не удалось родить трёхстихийника, может поэтому он всё заводил себе новых жён. А тут я, такой весь универсальный, тьма его забери.

Интересно, я только сейчас задумался, как это выглядит со сторону, ну то, что я не вернулся обратно вверх по лестнице, а вышел на берег. Может Ванюша хотел сбежать? Хм, возможно, мне стоит сыграть на этом.

— Матвей! — вдруг заорал отец, и я дёрнулся. — Тише, тише, сынок, всё хорошо. Матвей Асимович пошёл в другую стороны от расщелины. Предки сказали, что ты был не в себе после инициализации, — он оценивающе заглянул мне в глаза.

Хтонь! Так всё-таки призраки просекли, что другая душа! И сделали вид, что всё в порядке, вон, даже подстраховались, если я буду вести себя странно. Насколько же они сильно хотят заполучить универсала себе в род.

Брызгая во все стороны, к нам нёсся Матвей Асимович. Начальник гвардии. Он высоко задирал колени и придерживал рукой шпагу. Однако, догадался притормозить заранее, чтобы не забрызгать Его Императорское Величество.

— Вы нашли его, Михаил Михайлович, — главный гвардеец даже не запыхался. — С ним всё в порядке? — В голосе вояки прозвучало искреннее беспокойство. Он был одет в офицерский гвардейский будничный мундир. Серый китель с вышитым гербом рода Егоровых — три скрещенные шпаги.

— Переутомление, физическая усталость, но источник работает нормально, — гордо ответил отец.

Матвей Асимович достал из кармана рацию:

— Второй вызывает Пташку, приём.

— Пташка на проводе, Второй, — зашипела рация.

— Северо-восточный берег, приём.

— Вас понял, Второй.

Вскоре послышался звук приближающегося вертолёта. Голубой с гербом рака, маскировка, однако, я мысленно усмехнулся. Но при таком рёве цвет неба ему не поможет. Хотя, есть же шумоподавители…

Вертолёт сел на мелководье, забурившись лыжами в песок. Отец бережно взял меня на руки и заботливо набросил на нас защитный купол от летящих брызг. Было обидно за парнишку. Отец никогда не уделял Ивану особого внимания, а тут он вдруг несёт меня, как величайшую ценность на свете.

— Я буду плохим правителем, — продолжил я канючить, когда он усадил меня в кресло и пристегнул. Сам сел рядом.

— Мы тебя научим, сынок, — он по-доброму усмехнулся. — У тебя есть семья, старшие братья, они помогут. Вместе мы сила, мы Раковы.

Уровень пафоса зашкаливал. Как-то я сильно засомневался в этом единстве. Если каждый член семьи ценен, почему на Ивана было откровенно плевать всем, кроме юродивой матушки.

— Ванюша! — взлохмаченная императрица бросилась к нам, когда мы приземлились на лужайку перед дворцом, и отец лично вынес меня наружу. У матушки была самая обычная ничем не примечательная внешность. Высокая, стройная, одна из многих таких же привлекательных барышень. Её отличала странная блуждающая улыбка и вечно задумчивый взгляд. Казалось, что она не здесь и не с нами. Но сейчас её глаза горели беспокойством, и что более печально не за меня. Она переживала за себя.

Ну да, ну да… У матушки была личная трагедия. Она уже потеряла одного сына, Славия, когда тот был чуть старше меня. Стоп-стоп-стоп, я задумался, погружаясь в воспоминания Ивана. Подробностей не было. Ну не бывает таких совпадений, чтобы два ребёнка погибли в одном возрасте. Я попытался вспомнить. Да, был ещё один сын, Олег, который умер во время инициализации. Так может и Ванюша пошёл к Алтарю не по собственной глупости, а его подтолкнули?

Конечно, Алтарь выберет самого достойного! Из немногих оставшихся.

Глава 2

Пока отец нёс меня ко дворцу, матушка ревностно ощупывала тело, сквозь грязную и мокрую пижаму.

— Цел? — она не успокоилась и продолжила выискивать у меня кровоточащие раны.

И скоро ей повезло. На затылке она обнаружила здоровенную шишку: об алтарь я ударился знатно. Несколько смачных синяков я заработал, стукнувшись о каменистое дно ручья. И напоследок она отыскала крошечные царапины на ступнях.

— Давай уложим его в купель? — она с надеждой посмотрела на отца.

— Конечно, дорогая, — согласился тот. Подозреваю, что он и так туда меня нёс — я же теперь драгоценный вклад в силу рода, хтонь.

А вообще купель — это хорошо. Это очень хорошо. По оговоркам это одна из тайн рода Раковых, и скоро я с ней познакомлюсь, хех.

— Ты зачем сбежал? — набросилась на меня наседка, попутно высушивая на мне одежду.

Я демонстративно застонал, отец тут же просканировал меня и усмехнулся.

— Оставь свои нотации на потом, Галя, — мягко попросил он императрицу и незаметно подмигнул мне.

Ну давай, папаша, давай, налаживай отношения с сыном, которым ты пренебрегал долгие годы, рак тебе в помощь, я отвернулся и посмотрел на дворец.

Огромный белокаменный, он стоял в центре острова и представлял из себя букву «Х», заваленную на бок. В самом центре величественно возвышалось основное здание округлой формы. Парадное лицо, которое демонстрировали Раковы аристократической братии. В большом тронном зале на первом этаже устраивали самые значимые приёмы. Зала Совета и пафосные переговорные располагались на втором, парадные кабинеты старших братьев шли этажом выше. Кабинет императора располагался на последнем этаже и являлся верхней точкой всего дворца.

Ванюшу всегда восторгала прозрачная купольная крыша, хотя и был-то он у отца всего один раз, когда его определяли в Академию наследников. Император прочитал тогда целую лекцию бла-бла-бла о том, как должен себя вести царевич в Академии и чем заниматься помимо учёбы. Сдаётся мне, что отец собирался разыграть пацана в тёмную в своих политических играх.

Четыре сооружения, расходящиеся буквой «Х» от центрального здания, были жилые, но это не помешало строителям закончить конструкции высокими парапетами с бойницами. В конце каждого крыла располагались круглые башни различного назначения. Они были ниже императорского купола, ибо негоже заслонять вид из окна государя. Отец из своего кабинета мог по верху быстро и скрытно добраться до любой из конечностей дворца. Хотя по мне так это замок, тут тебе башни и бойницы.

Дальнее правое крыло от входа было женским, дальнее левое — мужским. Ближайшее левое крыло было гостевым, а в правое отжал себе старинный род Дымовых, слуги рода. Лечебница располагалась на третьем этаже. Но отец прошёл мимо парадного лифта, и направился к лестнице.

Пока мы спускались матушка не затыкалась ни на минуту, охая и ахая по поводу того, как я мог додуматься до того, чтобы пойти ночью в алтарный зал, ведь я мог умереть. Потом она перешла на личности, в смысле на себя, что я её совсем не берегу и думаю только о себе. Закончила она тем, что мой дядька не уследил и ему надо выдать плетей. Не знал, что существует такая мера наказания. Я стойко молчал и даже не попытался отключить себе слух. Даже из нытья можно вынести ценную информацию.

Мы спустились до самого низа, справа от входа в алтарный зал была выдолблена ладонь, отец приложил туда руку. Понятно, вход по крови. А вот когда Ванюша спускался ночью, дверь была открыта. Почему меня никто не спрашивает, как я попал внутрь? Хотя если вход по крови, то паренёк мог запросто пройти, если б знал как. Ванечка даже не догадывался о таких сложностях. Кто-то очень предусмотрительный ловко разыграл карту «убери лишнего брата». И ведь у него всё получилось. Получилось бы, если бы не я.

Ситуация из просто не-хочу-быть-императором, стала превращаться в опасную для жизни. Если кто-то хотел избавиться от 13-го царевича, потому что подвернулась возможность, то универсал — это реальная угроза. Тем более этот тупой Алтарь объявил о своём решении во всеуслышание. Очень недальновидное заявление. Может души, превращаясь в призраков, глупеют? Или это объединённое сознание так на них действует?

Сколько у меня вообще живых братьев? Гении Борис и Василий, правильный Николай и нудятина Михаил. А, есть еще художник Фёдор, который не живёт во дворце, его, пожалуй, можно вычеркнуть из списка подозреваемых. Ну и Владимир, который управляет Дальним Востоком, вряд ли участвовал в убийстве Ивана. Ещё есть два старших брата: Пётр и Александр, но им в силу возраста уже вряд ли грозит престол. Одному больше ста, а другому под девяносто.

У Раковых не принято выбирать старых наследников, то же правило — чем дольше император у власти, тем надёжнее позиция императорского рода. Хотя, первый император Иван Первый Великий прожил аж 375 лет, так что и столетних братьев, пожалуй, рано списывать со счетов.

Под матушкино бу-бу-бу мы прошли мимо алтарного камня и направились вглубь помещения. По мере нашего продвижения на каменных постаментах загорался огонь.

— Ааа, — истерично завопил я и зарылся в могучую грудь императора, чуть ли не залезая ему под китель.

Отец дёрнулся, а мать подхватила ор, но потом опомнилась и заозиралась.

— Что случилось, сыночка? — она нервно погладила меня по голове, не прекращая опасливо оглядываться по сторонам.

— Там призраки, — еле слышно прошептал я.

— Это же наши предки, — опешил отец. — Ты их уже видел.

— Они меня напугали ночью, — пожаловался я, не вылезая из подмышки.

— Как они тебя напугали, золотце? — матушка успокоилась окончательно и злобно уставилась на предков, которые обступили нас и недоуменно переглядывались.

— Они говорили страшные вещи, — я с ужасом посмотрел на императрицу.

— Какие? — голос отца прозвучал подозрительно, он почуял подвох.

— Они… они… ск-к-казали, — я даже стал заикаться, стараясь не смотреть в сторону призраков, — они ск-к-казали, ч-что я ст-тану, — я вытаращил глаза, — императором.

— Так что же в этом страшного? — не поняла матушка, а отец хмыкнул.

— Как что? — я даже перестал притворяться, укоризненно посмотрев на мать. — Они же нарисовали на моей спине большую жирную мишень.

Отец тяжело вздохнул и поставил меня на ноги.

— Иван, — он взял меня за плечи и поймал мой взгляд, — неужели, ты думаешь, что после того, как все узнают, что у нас появился универсал, кто-то будет сомневаться в личности будущего императора?

Вообще-то, Ванюша был глуповат, чтобы о таком размышлять. И я выпучил глаза от страха.

— Так они специально! — я обвиняюще ткнул в призраков пальцем. — Можно же было сохранить это в тайне.

— Как же это, — засуетилась матушка, — все должны знать, что род Раковых велик и могуч.

В смысле, что это она родила универсала, я мысленно хмыкнул. Чем дальше, тем больше мне хотелось слинять от этой семейки. Видимо что-то такое мелькнуло на моём лице, раз император нахмурился.

— Это не получится скрыть, Иван. Тебя надо обучать, — он сурово посмотрел на мать. — Галечка, сходи, принеси мальчику покушать, да побольше.

Матушка суетливо удалилась, а призраки наоборот двинулись ближе.

— Это судьба, — на полном серьёзе заявил батя. Ууу, сколько у него тараканов.

Я скептически осмотрел сгрудившихся вокруг меня мужчин.

— Я знаю, что вы знаете, — я хмуро посмотрел на предков. — Поэтому не надо мне заливать про клятву. Или честность и открытость внутри семьи не про род Раковых?

Император подозрительно всматривался в виноватые лица призраков. Он понял, что они недоговаривают. Но это ж Алтарь рода! Он в праве творить любую дичь. Раз они что-то скрывают, значит так надо. Я пренебрежительно фыркнул.

— Отец, — я посмотрел ему прямо в глаза, — когда я ночью спустился в зал, дверь была открыта. Подумай об этом, — я демонстративно скрестил руки на груди.

— Идём, — буркнул император, проходя сквозь полупрозрачные фигуры.

Я показал мужикам язык и двинулся следом.

Мы остановились перед скалой. Свет огней едва доставал до сюда. Отец приложил большой палец в еле заметную выемку на стене. Участок скалы вдавился внутрь, а потом отошёл в сторону.

— Иван II был великим магом земли, — он показал рукой на слегка полноватого предка в шелковых просторных одеждах преимущественно красного и синего цветов. Его отличала борода лопатой и мощный топор на поясе. Старик приветственно кивнул нам. — Он и построил этот остров, замок и систему пещер под ним. Надо заделать трещину, через которую ты вышел на берег, а у меня нет магии земли, — император сокрушённо вздохнул.

— Так у Николая вторая стихия — земля, и он сильный маг, — я искренне недоумевал. — Почему он не… — и тут до меня дошло. — Никто не знает?!

Император давил меня суровым взглядом.

— И ты никому не рассказывай, — строго предупредил отец. — Галя знает, потому что мы пытались спасти в купели Славия, когда тот прошёл инициализацию раньше времени.

— Отец, тебе не кажется странным, что ситуация повторилась? — я попытался подкормить его тараканов.

Батюшка не ответил, лишь подтолкнул меня вперёд.

Как только я шагнул внутрь, по контуру помещения в специальных пазах загорелся огонь, краем глаза я заметил огненного бельчонка, который спрятался в языках пламени и подглядывал за нами.

Купальня внушала! В полу был выдолблен многоуровневый бассейн из белого камня. Сверху небольшим водопадом стекала изумительно белая вода. Падая, она расходилась кругами. По краям основной чаши были расположены более маленькие, какие глубокие, а какие совсем мелкие. В некоторых вода бурлила, а от других исходил пар.

Камень вокруг купальни был горячим, и идти по нему босыми ногами было одно удовольствие.

Император меня подвёл к чаше, где на дне было выдолблено ложе.

— Раздевайся и ложись, — он подождал пока я лягу. — Вода сделает всё сама. Ты, извини, Ваня, но мне надо идти. А то появится слишком много вопросов, где я, где ты, — он деланно вздохнул. — Пойду врать в стиле Раковых.

— Это как? — не удержался я от вопроса. Батя жжёт.

— Не договаривать, утаивать, поворачивать выгодной стороной и приукрашивать, — тяжело вздохнул император. — Фантазия, наше всё, да, сынок? — подколол он меня напоследок и ушёл.

Я слышал, как он о чём-то переговорил с предками, а потом звук его шагов удалился.

— Рыжик, — тихо позвал я.

Бельчонок метнулся ко мне и застыл на крае бассейна.

— Поможешь? — я протянул ему руку, и он запрыгнул на неё.

Действовать надо быстро, матушка должна вернуться с едой. Я погрузился в транс. Все стихии кружились рядом, я мысленно приласкал их. С огненным бельчонком я стал единым целым. К сожалению, без его помощи провернуть такой фокус у меня не получится. Я слишком слаб, тело немощно, любое усилие способно опять превратить источник в решето.

Я попрыгал вместе с Рыжиком по руке, а потом ринулся прямо в источник. Мы стали расти, увеличиваясь в размерах. Сначала заполнился сам источник. Огонь уплотнялся, сжимаясь всё больше и больше, заодно я укрепил стенки. Наконец, давление стало настолько большим, что из источника стали вытягиваться каналы. Огонь потёк не только по старым, исправляя их, выравнивая и распутывая. Тут же формировались новые. Времени было мало, и я попросил бельчонка не стесняться, а залить огня прям мощно-мощно. Он же сильный, смелый и поможет другу.

От нахлынувшего огня исправление энергетической системы ускорилось, накрывая меня волной болезненных ощущений. Я старался не подавать виду, чтобы не испугать Рыжика.

Энергетическая сетка получилась превосходной! Я от души поблагодарил бельчонка. Он, кстати, подрос, а фигурка стала более детализированной. Ну и хорошо, что ему опыт пошёл на пользу.

— Постой на стрёме, — попросил я его, и он, конечно же, меня не понял. — Ну там матушка должна вернуться, предупреди меня?

Бельчонок кивнул и убежал в алтарный зал. Первый шаг сделан. Поехали дальше, я снова погрузился в медитацию и нащупал стихию Земли, она уже попыталась повторить форму бельчонка. Не получилось. Я погладил сыпучий комок, постарался утешить. Почему песок? Ааа, текучий. Но ты же другая? Какая? Хм. Прикольно объяснять Земле, какая она.

Я нарисовал в воображении высокую гору. Гору обдували ветра, поливали дожди, её обуял пожар, а она всё стояла. Ага, поняла. Настроение стихии поднялось, она возгордилась собой. Тоже не свойственное ей чувство. Хтонь! Вот я дурак! Земля осознала себя мальчиком! Я впал в ступор. По всему это женская стихия. Но вот нет — мальчик. Ладно, Земеля, разберёмся.

Тогда так! Я представил образ длинного тонкого металлического прута. Вот он уплотнился и заострился, принимая форму меча разящего. Потом меч расправился и образовалась капля, из которой получился человечек.

Сгусток стихийной земли так обрадовался, что ударил меня эмоциями по ментальной связи. Я еле сдержался, чтобы не поморщиться от боли. Я терпеливо наблюдал, пока сгусток пытался обрести форму. Это на долго, я тяжело вздохнул. А мне на следующем этапе нужна Земля.

Ладно, я позвал Воздух и сразу определил пол. Нет, у этого всё нормально, чистая мужская энергия. Интересно, что случилось в истории Земли, что пассивная стихия стала агрессивной.

Воздушный сгусток попытался обрести форму бельчонка и у него это получилось.

— А летать, ты как будешь? — я скептически посмотрел на белку-летягу. — Смотри, птица, жучок, — я представлял в голове образы разных птиц и насекомых и вспомнил Азура. Сердце кольнуло тоской. Как там мой дракончик?

Воздух словил мой образ и сформировал прозрачного дракона. Очень похоже получилось. Он попробовал полетать по пещере, взмахивая крыльями, и даже выпустил из пасти воздушную струю, вместо пламени. Он быстро просёк, что можно менять размер воплощённой формы. Он то раздувал дракона в какого-то мега-монстра, то сжимал его до размеров жучка. И с каждым разом детализация только улучшалась. Чешуйки, глаза, моторика движений. Я искренне порадовался за него.

Вдруг я ощутил чьё-то прикосновение под водой. Я дёрнулся и улыбнулся. Вода устала ждать и попробовала обрести форму самостоятельно. Я погрузился в транс и сконцентрировался на воде в бассейне. Хтонь! Так это живая вода!

Я проследил за тем, как вода проникает в моё тело, насыщает его энергией и мягко очищает. Да, очищение это как раз то, что я хотел. Тело-то хилое, и по-хорошему, прежде чем наращивать физическую форму, его надо подготовить к нагрузкам. Лепить будущего мага надо было раньше, а не в 15 лет.

Стихия Воды пыталась воплотиться в девушку. Пока она напоминала человека только формой. Две руки и две ноги, и что-то подобие головы. Я подбодрил стихию.

В купальню ворвался Рыжик.

— Шухер, ребята, прячьтесь, — скомандовал я. — Маменька идёт.

Бельчонок нырнул в огонь, девушка ушла под воду, дракон сжался до размеров ногтя, а Земеля принял форму чаши для питья и остался на краю бассейна.

По алтарному залу раздавался гулкий перекат, и вскоре в помещение въехала большая тележка, заставленная подносами с едой. Шлейфом тянулся дурманящий аромат жареной рыбы, сладкой выпечки и чего-то сырного. Живот откликнулся звонкой тирадой. Матушка подвезла тележку к краю купальни и принялась выставлять тарелки прямо на пол.

Я перебрался к бортику, тут было комфортно сидеть и есть. Матушка с умилением смотрела, как я набросился на еду.

— Ешь, Ванюша, я распорядилась ещё приготовить, — она ласково погладила меня по грязным волосам.

Под непрерывный бубнёж матушки я прикончил рыбу с рисом и овощами, добрался до пирога с капустой и принялся за картошку с грибами. Я направлял пищу сначала на укрепление костей, потом на строительство мышц, стараясь равномерно распределять их по всему телу.

К выбору блюд у меня были вопросы. Зачем она притащила мне макароны с сыром? Ну да, ну да… Ванюша их любил.

Матушка рассказывала последние сплетни, взяла Земелю, изображавшую чашу, зачерпнула воды из бассейна и передала мне.

— Ты пей, пей живую водицу, — приговаривала она, — не зря же отец тебе тут чашу оставил.

Ну я и выпил. Хтонь! Тело изнутри обожгло огнём, а вода вокруг меня стала насыщаться чёрным зловонием. Гадость выходила из меня изо всех пор.

Глава 3

Земеля расстарался. Оказалось, он не просто принял форму металлической чаши. Малыш догадался, что стихия Земли мне понадобилась для очищения. Вот и добавил в своё воплощение дополнительные свойства клеточного детокса. А это ж металл! Он очень хорошо программируется. Да вкупе с живой водой… Вот и получился такой умопомрачительный эффект. А малыш-то гений!

Я благодарно погладил чашу, за что заслужил несколько косых взглядов от маманьки. Императрица раскудахталась и забросала меня противоречивыми советами. Пить больше, пить меньше, вылезти из зловонной воды, переплыть в другое место, хорошо хоть, сама не полезла в купальню.

Я взял Земелю и перебрался в основной бассейн с водопадом. Ну не пить же мне грязную воду в самом деле? Я подставил чашу под струи воды. Выпил, налил, снова выпил. Волосы стали липкими и противными от чёрной жижи. Погрузился под воду с головой. Хорошо ещё, что вода от водопада растекалась в разные стороны, и я сидел в относительно чистом месте.

Налил, выпил, нырнул и так по кругу, пока вода вокруг меня не очистилась.

— Туалет там, — матушка догадалась о моих проблемах и показала на неприметный закуток.

Я зайцем выскочил из бассейна и метнулся в указанном направлении. Уфф-ф. А тут хорошо! Я рассматривал уборную, удобно устроившись на белом друге со встроенном подогревом. Большая душевая, тёплый кафель под ногами, полотенца, шампуни, даже халат есть. Интересно, если ходу сюда никому нет, неужели батюшка сам всё сюда носит. Ан нет. Я заметил в углу небольшие раздвижные дверцы: шахта небольшого лифта. Видимо туда он загружает грязное, и оттуда забирает чистое.

Я встал и подошёл посмотреть. Ну точно, внутри была партия свежего белья, полотенца, шампунь. О, даже одежда. Батюшкина. Да он часто сюда ходит, хм.

Пока я мылся, натирая себя мочалкой до красноты, бельчонок рыскал вокруг, изучая пространство.

— Матушка, ты иди, — попросил я. — Я стесняюсь, я тут голый.

Императрица недовольно фыркнула где-то рядом. Неужели стоит в проёме? Дверей тут не было. Интимность обеспечивалась извилистым входом.

— Чтобы всё съел! — пригрозила она. — И не сиди в грязной воде!

Распаренный и довольный я вышел из уборной и получил мощную струю горячего воздуха прямо в лицо, которая чуть не сбила меня с ног. Волосы мгновенно высушились и встали дыбом. На меня смотрел и довольно лыбился огромный прозрачный дракон: он мне помог высохнуть. Спокойствие, Ваня, только спокойствие! Я выдавил из себя благодарную улыбку. Всё-таки, Воздух старался.

— Спасибо, Драко, — я мысленно погладил стихию.

Дракончик уменьшился до размеров бельчонка, и они принялись играть в догонялки. Бассейн уже очистился, и я вернулся в воду. Благодаа-ать!

Я ещё раз выпил воды из водопада, только чтобы убедиться, что из меня ничего не выходит. Искренне поблагодарил стихию Земли за помощь. Теперь надо доделать второй этап прокачки.

Я вернулся на своё ложе и позвал Земелю. Чаша пропала и снова появилась у меня на груди. Похвалил его за скорость: это ж он там развоплотился, а тут мгновенно собрался, причём на чаше появился рисунок рака, приколист. Или это маскировка?

Я попросил Земелю заполнить мой источник Землёй. Он же видел, что делал огонь. Я слился с ним и всё равно не ожидал, что он так резво примется за работу. Всё-таки взаимодействие с юными стихиями — сплошной геморр и требует нечеловеческого терпения.

Когда стихия наполнила источник, мы продолжили вливать энергию, распространяя Землю по всему телу. Энергетическая система — прерогатива огня. А вот физика, органы, мышцы — за всё это отвечала Земля. Когда тело насытилось от макушки до кончиков пальцев, я принялся тщательно изучать состояние организма. Не поленился и скользнул на микроуровень.

Вода вместе с заряженной на очищение чашей отлично поработали. Идеальное состояние тканей, межклеточной жидкости и крови. Разве что, всё это по-прежнему хилое и не годится для мага. Ладно считаем, что первый кирпичик я заложил.

Шишка на голове уже пропала, вслед за синяками. Поры дышали, кожа сверкала, как и зубы. Я удалил волосы в интимных местах, бесят. Подумал и обработал лицо, чтобы не бриться.

Органы работали нормально, но я всё равно запустил регенерацию. Мышц маловато, но хуже то, что капиллярная сетка практически не развита. Как кровь будет приливать к мышцам во время тренировок? Хтонь. Я тяжело вздохнул и вышел из транса.

Расположился в воде перед тарелками с едой. Суп холодный, я разочарованно оглядел блюда. Да тут всё остыло.

— Рыжик! — стоило только позвать, как он тут же оказался рядом. — Подогреешь еду? Только аккуратно, потихонечку, — я вовремя вспомнил про горячий воздух в лицо.

Бельчонок обнял огненными лапками горшок с супом. Хтонь! Супница треснула, и обжигающая жидкость прыснула во все стороны. Рыжик пожал плечами.

— Попробуй тонким слоем снизу? Хотя нет, давай вместе с Земелей, — им же нужно учиться объединять стихии. Я нарисовал в голове горячий каменный диск, специально положил на него воображаемую ладонь, чтобы показать уровень подогрева.

Земеля распластался передо мной каплей, а Рыжик сел сверху. Интересно, он будет остывать, или они продумали этот момент?

Я поставил на диск тарелку с макаронами с сыром. Серьёзно? И это еда для мага? Тьма их всех забери! Рядом разместил блюдо со свиным окороком. Тоже не лучший выбор. Земеля с Рыжиком нарастили диск для ещё одной тарелки, и туда встала пицца. Нет, с маменькой предстоит серьёзный разговор на тему: «Я есть то, что я ем».

Прилетел Драко и отправил картинку, как он накрывает другие тарелки куполом в горячим воздухом. Я показал ему большой палец вверх, рот был занят. Дракончик не понял, пришлось объяснять, что обозначает этот жест.

Большой палец потренировались показывать все. Даже Земеля заменил картинку рака на подогревающем блине оттопыренным пальцем.

Я отправлял всю пищу на строительство разветвлённой капиллярной сетки. В принципе можно было наращивать её естественным путём, но возраст уже не тот. Это надо было сразу приучать пацана к лёгкой атлетике.

— Подглядывать нехорошо, — громко заявил я.

Из стены показалась пара призраков. Я их помнил. Свежий с мобильником и помятый с растрёпанными волосами, который в прошлый раз не сказал ни слова.

— Мы не подглядываем, — улыбнулся прогрессивный призрак. — Мы приглядываем, — и он назидательно поднял палец вверх.

— Точно! Я тебя знаю! Ты — Владимир Красное слово, — после моих слов мужчина еще больше разулыбался. — Верю! Верю! Что ты получил свое прозвище заслуженно! — я пафосно потыкал в него вилкой с наколотыми макаронами.

Лохматый призрак одобрительно хмыкнул то ли мне, то ли своему родственнику. Он подплыл к Драко и попробовал его потрогать. Дракончик цапнул его за руку. Прозрачная рука оторвалась и растаяла в воздухе, а вместо неё выросла новая. Воплощённый воздух обиженно фыркнул, раздулся в огромного монстра и проглотил любопытного императора целиком.

Я принялся за сладкий пирог, когда призрак появился снова, да еще и в компании великого строителя. Иван II приблизился к моему разогревающему блину и чуть ли не ткнулся в него носом.

Тем временем Драко опять сожрал лохматого.

— Отец? — от дверей донёсся грозный голос папани. — Что здесь происходит?

— Мальчик играет со стихиями, — лохматый обогнул императора и снова вернулся в купальню. Он воплощается на алтаре, догадался я. — Не волнуйся, Мишутка, с внуком всё в порядке.

Так этот неопрятный типчик — предыдущий император, Михаил II, первый трёхстихийный маг. Мишутка значит, я хмыкнул.

— Кто ещё тут играет, — я поджал обиженно губы.

Император отпрянул, мимо него пронёсся огненный бельчонок в рыцарских доспехах со шпагой. Слияние Огня и Земли продвигается быстрее, чем я думал, молодцы. Рыжик с разбегу кинулся на Драко, поджигая воздушное тело горящим хвостом. Дракончик уменьшился до размеров бельчонка и принялся маневрировать, используя батюшку в качестве щита.

В какой-то момент они вынырнули из-за спины Михаила III верхом на драконе. Причём на последнем обнаружилось кожаное седло и уздечка. Какой прогресс! Земеля научился комбинировать материалы, да ещё и органику с неорганикой — кожу с металлом. Я громко зааплодировал. Ко мне присоединились водные руки, торчащие из бассейна. С каждым хлопком они окатывали нас с батюшкой новыми брызгами, в результате чего через пару секунд император оказался весь мокрый.

Пролетая мимо отца, Драко обдал того мощной струёй сухого воздуха. Одежда в момент высохла, а волосы встали торчком. Я громко засмеялся тыча пальцем в лохматый призрак. Отец и сын стали похожи друг на друга. Находящиеся тут предки тоже заржали.

— Это же элементали! — наконец выдал император хоть что-то.

— Ууу, — разочарованно протянули призраки, и батя нахмурился. Ну а я что? Я еще маленький, мне откуда знать, элементали это или нет.

— Они прикольные, — засмеялся я, потому что водные руки принялись меня щекотать.

— А кто тогда? — отец обратился за ответом к предкам.

— Ну ты совсем-то уж не тупи, — расстроился лохматый.

— Стихии?

Лохматый сделал рука лицо и удалился.

— Но они же разумны, — он недоуменно переводил взгляд с Ивана II Строителя на Владимира Красное слово.

— Вот именно! — торжественно изрёк добродушный предок в самых старомодных доспехах. — А я говорил, что стихии разумны, только мне никто не верил, за дурочка принимали.

— Вконец заврался, — за ним следом вплыл обвешенный оружием воин. — Ты за косой взгляд в свою сторону казнил направо, налево.

Я откинулся на спину и нырнул на дно. Стихийная девушка кружила рядом. «Я буду звать тебя Капля». Последняя стихия получила от меня имя и бассейн забурлил от источаемого восторга.

Вдруг император прыгнул в купель и потащил меня наружу. Вынырнув, он тщательно ощупал меня и просканировал. А потом ещё и ещё раз. Испугался, что я утонул, что ли? Я недоуменно посмотрел на отца.

— Как?

— Что как?

— Откуда у тебя такие идеальные каналы?

— Не знаю, мы просто играли, — закосил я под дурочка.

— Пора выходить, Иван, — император сходил в душевую и принёс мне полотенце. — Вылезай, — скомандовал он.

— Ну пап! Я ещё посидеть хочу! — заканючил я. Пусть привыкает, вредничать я собираюсь постоянно. Шиш им, а не будущий император!

— Нет! — твёрдо произнёс отец, а потом смягчился: — Ты можешь приходить сюда, когда хочешь.

— Ух ты! — обрадовался я, выскочил из бассейна и с разбегу запрыгнул на императора. — Спасибо, папочка! — словив мой посыл, Драко подтолкнул батюшку в спину, и мы вместе повалились в воду. Шаловливые ручки Капли принялись щекотать сурового отца.

Из купальни мы выползли через два часа. Усталые и довольные. У меня глаза слипались. Когда мы вышли из алтарного зала, отец передал меня на руки дядьки. Олег завернул меня в одеяло и подхватил на руки. Где-то по пути в свою комнату я и заснул.

— Иван Михайлович, Иван Михайлович, — доносился до меня мягкий голос дядьки, — пора вставать.

— Скоо-олько-о время? — я широко зевнул и открыл глаза. Вставать не хотелось от слова совсем. Телу требовался отдых. Я скользнул в транс. Ну да, ну да, мне бы еще сутки поспать, чтобы все нововведения устаканились. Я ведь ещё не всё прокачал.

— Семь часов, Иван Михайлович, — дядька попытался стянуть с меня одеяло.

— Так рано ещё! — от возмущения я даже проснулся.

— Михаил Михайлович велели вам прибыть на завтрак, — ловко перевёл стрелки Олежек.

— Ска-ажии, что буду-у-ующий импера-а-атор спать изво-олит, — я протяжно зевнул и вырубился. Теперь точно не разбудят, я специально вогнал себя в глубокий восстановительный сон.

Проснулся самостоятельно и побрёл в уборную. Скромненько тут так, ванная чаша совсем маленькая. Ванюшу явно не баловали. Я вернулся в спальню и пристально оглядел окружающую обстановку. Комната не сказать, что большая, а могли бы выделить две. Одна гостиная, другая спальня. Где мне гостей принимать? Я порылся в памяти пацана, не сказать, чтобы у него друзей было много, да и с кем тут общаться?

Из сверстников разве что Кирилл подходил по возрасту, ему тоже 15. Они должны вместе пойти осенью учиться в Академию наследников. Когда им сообщили столь очевидный факт, Кирилл брезгливо поморщился. Сын гения Василия Михайловича и малохольный Ванюша.

Стоп! А почему собственно убить Ивана не могли внуки императора? Список подозреваемых только что резко расширился.

Я ещё раз осмотрелся. Даже кровать полуторная. Стол скромный, ну хоть древесина качественная. Потрёпанное кресло, да и мебель не новая. Странные обои. Хтонь! Это рисунок водорослей. Тот кто делал ремонт для Ванюши сделал всё, чтобы взрастить недалёкого паренька. Надеюсь, это маманька. Потому что, если это кто-то другой, то он слишком хитёр и играет в долгую.

Вокруг меня проявились стихии.

— И вам доброе утро, — я искренне обрадовался малышам. — Так! Никому не показываться на глаза, развиваем скрытность и незаметность. Ну отцу можно, с которым мы в бассейне играли.

Дракоша стал еле заметен, Рыжик уменьшился до размеров искры, Капля и правда стала каплей и зависла рядом. Земеля обернулся пуговицей с рисунком рака и упал на пол. Я показал палец вверх, и меня чуть с ног не сбило от стихийной радости. Хтонь!

Я посмотрел на часы с клешнями рака вместо стрелок. Шесть утра. Подошёл к окну. Перед казармой гвардейцы вышли на утреннюю тренировку. Я скользнул в транс. Рановато мне давать физическую нагрузку, надо закончить подготовку тела. Я вернулся на кровать, разлёгся поверх одеяла и позвал Драко.

Схему он уже знал, слияние и наполнение тела стихией Воздуха. Что ж посмотрим, что у меня с нервной системой. Я вздохнул, ожидаемая картина. Кто-то явно пытался сделать из Ванюши неврастеника. По-хорошему тут всё переделывать. Я сразу перешёл на микроуровень, чтобы потом не латать тонкие нити. Постепенно. Начал с головного мозга, перешёл к спинному, подключил источник и принялся кропотливо выстраивать мелкую сеть. Порванные нервы я утилизировал, направляя высвобождаемую энергию на строительство новых связей. Сил физических и моральных ушло много, живот намертво прилип к спине.

— Иван Михайлович, — дядька тряс меня за плечо.

— Шо! Опять? — я резко сел и вылупился на Олега.

— Иван Михайлович, вы весь потный, простыни грязные и запах, — обозначил нянька проблему. — Что-то случилось? — в духе продвинутого мозгоправа спросил он.

— Мне приснился кошмар, — я вздрогнул.

— Какой кошмар? — вкрадчиво поинтересовался новоявленный шпион отца.

— Жуткий, — я перешёл на зловещий шепот. — Там было темно, горели факелы, страшные призраки приговорили меня…

— К смерти?

— Если бы, — я сокрушённо вздохнул, — разными голосами они говорили ужасные вещи… я стану 13-м императором, — я спрятался под одеяло. Фууу, ну и воняет. Я резко бросился в уборную и намывался не менее часа, прежде чем вышел.

Окно было распахнуто настежь. Пол вымыт, новая постель с красными раками застелена, а на кровати лежал новенький парадный китель. Проигнорировав его, я открыл скромный шкаф. Дверь противно скрипнула. Что тут у нас? О! Отличненько, хех.

— Иван Михайлович, это же самый поношенный костюм! — возмутился дядька.

— Олег Ратигорович! — я строго посмотрел на воспитателя. — Раз костюм висит в шкафу, значит он вполне пригоден для носки, — сказал, как отрезал.

Вонял костюм пылью и был изъеден молью в нескольких местах. К нему нашлась залатанная рубашка и туфли с облупленными носками. Я аккуратно причесал волосы и затянул в хвост резинкой с распустившимися нитями.

Завтракать семья предпочитала в столовой на мужской половине. Далеко идти не пришлось. Моя комната тоже находилась на втором этаже, в самом углу.

Слуга почтительно отворил передо мной дверь. Похоже я последний, хех.

Глава 4

За завтраком обычно собиралась вся семья, по крайней мере те, кто жил при дворце. В просторной столовой был накрыт стол в форме бублика. Заявлялось, что круглая форма способствует раскрепощённому общению. По факту все садились группками по интересам.

Места подле императора занимали старшие сыновья. Очевидно, что чем ближе к телу императора, тем почётней позиция. Справа от отца сидел финансист, а слева СБшник. Через одного Николай, занимающийся шпионскими играми, и с другой стороны душный Михаил, курирующий образование. Ну а далее, рядом с Николаем было место Ванюши, а напротив размещались гении, которые тоже редко выползали на завтрак. Вот и сейчас их не было. Они творили! Под это у них были оборудованы лаборатории при дворце.

Старшие братья вечно обсуждали текущие проблемы, перетягивая внимание императора то в одну, то в другую сторону. Моему предшественнику было пофиг, а меня такое поведение раздражало. Не время и не место.

Трапеза — это интимное таинство! Она требует доброжелательной атмосферы и позитивных эмоций. Еду разделяют только с самыми близкими, доверенными лицами. Не удивительно, что Ванюша предпочитал вкушать в одиночестве. Завтракать с родственниками, всё равно, что ядом травиться: весь день насмарку.

Бывшие жёны и императрица сидели все вместе. Кроме моей матушки у отца были три бывшие императрицы, а ныне великие княжны.

По заведённому порядку император женился и старательно делал детей, а когда жена достигала определённого возраста, разводился и заводил свежую. Ибо юная дева даст лучшее потомство, чем старая. И ни разу не по любви. Моя матушка, например, была из рода Карповых. Явно брак по расчёту. Карповы были матёрыми монополистами в речных перевозках. А вот матушка гениев Бориса и Василия, Алла Вадимовна, воздушница, была из рода Носовых. Император явно рассчитывал получить перспективное потомство и не прогадал.

Древний род Носовых гордился своими умниками. Мой личный учитель был главой рода, и достался он мне не из-за сильной заботы о юных мозгах. Он перешёл мне по наследству, от старших братьев. Старичок был немолод, но хорош. Рассказывал интересно, умел увлечь предметом. Благодаря ему, Ванюша любил учиться и с удовольствием просиживал штаны в пыльной библиотеке.

Самой красивой великой княгиней была Ирина Дамировна из рода Жуковых, тоже воздушница. Ладная, спортивная, с приятными округлостями и осиной талией. Она увлекалась пилатесом, йогой и другой хернёй. Даже её незатейливая простота являлась преимуществом, она вливала свежую струю ветра в затхлые интриги своих соперниц. Рядом с ней Михаил III расправлял плечи и чувствовал себя настоящим самцом.

Глава рода Жуковых был главным имперским магом, тот ещё жук. Одно то, что он отжал себе башню на женской половине дворца, о многом говорило. А ведь там должен был быть кабинет императрицы. Но нет, теперь это Башня мага, вот так с большой буквы. А императриц всё равно много и всем не угодишь. Они теперь на одном этаже грызутся за первенство в постели отца.

От Ирочки Дамировны папаня разжился двумя сыновьями. Фёдор стал художником и съехал в город. Ещё бы, ведь в столице у него все шансы реализовать свой творческий потенциал. Там публика, выставки, поклонницы, в смысле охотницы на царевичей. В общем развлекается молодой мужчина, как может.

Второй сын Михаил, отличался на редкость нудным характером. Вечно ходил с папкой с документами. Вот и сейчас он достал бумажку и тыкал ею в Петра — наверняка, бюджет пилят.

Самая возрастная бывшая и оттого, наверное, выглядящая лучше всех — Мария Сергеевна, матушка Николая. Это у неё сын Олег погиб во время инициализации. Вот она выглядела, как настоящая императрица, всегда элегантная, сдержанная и показательно добрая к своим поданным. У неё даже был свой кабинет в имперской канцелярии в городе, где она вела приём страждущих.

Её род не отличался ни статусом, ни влиянием, зато сама Мария Сергеевна была сильной магиней земли. И тут расчёт папеньки оправдался. Николай был на голову сильнее всех своих братьев. Он, правда, этим не кичился и не выпячивал грудь вперёд. Хотя кто его знает, с его-то шпиономанией, может, он своих тараканов маскирует под трудолюбивых пчёл.

В моём списке подозреваемых он был на втором месте, сразу после СБшника Александра. У них у обоих была отличная возможность обеспечить свободный доступ Ванюши к Алтарю. Убрать дядьку и слуг с его пути, открыть дверь в зал, да и самого его подтолкнуть в нужном направлении. Не зря же именно Николай разглагольствовал о ранней инициализации с Михаилом через весь стол, чтобы все слышали.

Вот и сейчас, при моём появлении Николай доброжелательно улыбнулся, а Александр подозрительно прищурился. Остальные братья даже не заметили моего прихода.

Обычно на завтрак собирался ещё молодняк, подростки от 15 до 18, учащиеся в Академии наследников. Но сейчас их места пустовали. Юные княгини и княжичи разъехались в теплые края на каникулы.

Ванюша вообще никогда не покидал дворец. Он находился на домашнем обучении, хотя остальные дети были пристроены по учебным заведениям с малых лет.

Старшие братья не стремились обзаводиться жёнами. Это только у императора была прерогатива разводиться и снова жениться. Остальные были обязаны иметь одну женщину раз и навсегда. Поэтому аристократия элегантно обходила закон, заводя любовниц. Детей они потом признавали и принимали в род. Тем самым они участвовали в гонке магов. Всем хотелось заполучить трёхстихийника. Не вышло с этой магиней, попробуем скрестить гены с другой.

На моё появление практически всем было плевать. Ваня редко выходил к столу, предпочитая трапезничать у себя в комнате. Только батюшка тщательно высматривал реакцию, выискивая гнилое семя. С ним всё ясно, закинул червячка и ждёт поклёва. Я быстро нашёл глазами мать.

Императрица сидела и о чём-то мечтала, глядя в окно. Женщина явно прихорашивалась перед завтраком. Элегантное платье с белым воротничком выгодно подчёркивало грудь. Волосы уложены хитрым образом, дорогие заколки и украшения.

Я быстро приблизился к императрице, обнял её сзади за плечи и поцеловал в щёку.

— Матушка, вы сегодня чудо как хороши, — ласково прошептал я громким шепотом.

— Ванюша? — встрепенулась мать. — Как поспал? Мы с батюшкой так беспокоились за тебя. Целый день вчера провалялся. Что это? — она резко отпрянула. — Что на тебе надето? Я же прислала тебе костюм.

— Матушка, право дело, надевать парадный костюм на завтрак? — я покачал головой. Александр скривился, поскольку он как раз был одет с иголочки в свой лучший костюм. — Дамы, — я учтиво поклонился брезгливо осматривающим меня великим княгиням. — Господа, отец, — лёгкий поклон мужской половине стола. Впрочем обошлось без ответной реакции с какой-либо стороны.

Я осмотрел стол и с шумом вдохнул ароматы жаренного мяса, кофе и яичницы. Дамы показательно без аппетита ковыряли молочную кашу, то и дело бросая жадные взгляды в мужские тарелки. Думаю, по возвращению на женскую половину их ждёт второй, уже нормальный завтрак.

— Есть хочу, — я потёр ручки и подошёл к своему месту.

Мне полагалось сидеть между всеобщем любимчиком Николаем и его матерью Марией Сергеевной. Она обычно подкладывала Ванечке вкусности. Вредные, конечно же, сахар, жир… Будет на третьем месте моего списка — добренькая Мария. Почему меня посадили внутрь этой благостной семейки, а не рядом с любящей маменькой?

Я осмотрел предлагаемый набор блюд и в изумлении приподнял бровь, демонстративно повернулся и занял другое свободное место, которое, ну надо же, оказалось напротив императора. Соседние места пустовали.

Батюшка хмуро смотрел на меня. Что? Раньше не обращал внимания в чём ходит лишний сын? Вполне возможно, мне и одежда перешла по наследству от старших братьев. Она была явно с чужого плеча.

Слуга шустро разложил столовые приборы и переставил мне макароны с сыром, чай и кусок шоколадного торта. Изящные золотые приборы были с серебряными вкраплениями. Дорогие фарфоровые тарелки, ну надо же, с рисунком рака в короне. Когда Ванюше накрывали в его комнате, то столовые приборы были самые простые, как и старые тарелки.

Я повернулся к немолодому слуге и ласково улыбнулся.

— Милейший, подскажите, пожалуйста, кто распорядился подать мне вот это вот всё? — я небрежно указал рукой на свой завтрак.

— Её Императорское Величество Галина Дмитриевна, — проблеял мужик, побледнев, как мел.

Я укоризненно посмотрел на матушку.

— Захотелось тебя побаловать, — маменька довольно улыбнулась, не заметив существования проблемы. Неужели, Карповы были настолько нужны папеньке? — Твоё любимое. Кушай, сыночка, — ласково добавила яжмать.

— Милейший, — я развернулся к слуге, — принесите мне нормальной еды, — слово «нормальной» я произнёс с нажимом.

По знаку слуги девушки шустро забрали макароны и чай с тортиком. Последний великие княгини проводили жадным взглядом, пока матушка мечтательно смотрела вдаль. В отличии от других она почти съела всю кашу.

Я откинулся на спинку стула и оглядел родственников. Похоже, батюшка предпочёл скрыть происшествие. Ловит на живца? Я мельком взглянул на него — он хмуро выслушивал Петра, стараясь не сильно косить в мою сторону.

Пока меня искали, весь дворец стоял на ушах… Значит существует какая-то версия происшествия. Сказал, что Ванюша чудил и пытался сбежать из дворца? А мог и вообще ничего не говорить, не царское это дело, объяснять другим что-либо.

— Иван, объясни, будь добр, почему ты решил сбежать из дворца? — строгий голос принадлежал Александру. Логично, что СБшник интересуется будущими потенциальными проблемами императорской семейки. Или он мне в следующий раз предоставит зелёный коридор и помашет ручкой?

— Я тоже на море хочу, — я насупился и поджал губы.

Мой ответ удивил всех, даже императора. А вот Николай напрягся. Ещё бы, он сделал вброс информации про раннюю инициализацию, а глупенький Ванечка мечтает о полноценных каникулах.

— Я читал, что там тепло, и море такое ласковое, — я мечтательно закатил глаза. — На волнах можно кататься и лежать. Я видел ролики в сети.

— Ванечка? У тебя появился планшет? Это же очень вредно, испортишь глазки! — встрепенулась маменька, задела рукой тарелку с остатками каши, отчего та улетела в дырку от бублика, в смысле в центр стола. — Ты и так слишком много читаешь и мало гуляешь!

— Ты бы мог попросить, зачем сбегать? — вопрос напрашивался сам собой, и задал его Николай, тем самым подставляя других братьев.

Пётр и так на мне экономил, а тут еще отпуск для цесаревича, это ж такие траты… ууу… Мне же придётся весь гардероб обновлять, на людях в обносках не походишь. Да и Александру выгодно держать проблемного братишку под боком.

— Вы бы всё равно не разрешили, — я хлюпнул носом, — вы меня никуда не пускаете.

— Ванечка, солнышко, давай вместе съездим? — вдруг предложила Мария Сергеевна. Пожалуй, стоит передвинуть её на второе место в списке подозреваемых.

— Правда? — я недоверчиво посмотрел на великую княгиню. Бывшие женщины императора предпочитали не покидать дворец, дабы не давать соперницам шанс сблизиться с императором. — И вы бросите ради меня батеньку?

По лицу Марии Сергеевны пробежала тень.

— Мы поедем все вместе, да девочки? — она с энтузиазмом оглядела присутствующих. — Мы так давно никуда не выбирались, позагораем, накупаемся.

Император едва заметно усмехнулся. Разговор переключился на тему отдыха. Лето на Рыбинском водохранилище никогда не было особо жарким. Температура воздуха редко поднималась выше 24-х градусов, а воды так и вообще больше 20-ти ожидать не приходилось. Поэтому и ехал императорский молодняк на моря. За пределы Российской империи понятное дело их никто не пустит, но и тёплого побережья хватало.

После Великой эпидемии Иван Великий сумел объединить под собой обширные земли от Тихого до Атлантического океана. На юге он ограничил территорию горами. Так что укатили скорее всего княжичи на тёплое Средиземное море. Один из великих князей организовал на полуострове закрытый курорт только для императорской семьи. Попасть туда другим аристократическим семьям считалось великой честью.

Я молча сидел, дамы планировали внезапный отдых, а братья вернулись к делам, привлекая к разговору отца. Наконец, появился слуга с подносом и принялся расставлять передо мной тарелки.

Каша с мясом под острым соусом, уже хорошо. Простой овощной салат с маслом, отлично. Травяной отвар с лимоном, просто замечательно. Я вдохнул аромат трав. Бодрящий, то, что надо для начала активного дня.

Я прикончил салат и быстро съел кашу. Когда я принялся за отвар, слуга выставил передо мной добавку. Губы сами собой растянулись в довольной улыбке.

Третью порцию я доедал в полном одиночестве, если не считать матушку, снова зависшую в своих мыслях.

На выходе из столовой меня дожидался тот же немолодой слуга. Он был доволен, что исправил ситуацию. Не удивлюсь, если у него на подходе была четвёртая добавка. Я бы сильно расстроился, если бы повар не понял намёка. Надеюсь и столовые приборы мне теперь приносить будут нормальные, в смысле золотые.

— Ваше Высочество, вас ожидает Его Императорское Величество, — слуга низко поклонился. — Позвольте я вас провожу?

Слуга повёл меня окольными путями. Видимо батюшка не желал афишировать наш разговор. Мы скрылись за одной из ниш, а потом по узкой лестнице поднялись на четвёртый этаж.

В приёмной сидели оба секретаря Захар и Макар. Идеальные помощники! Отец их очень ценил, и сокрушался, что они уже не молоды. Всегда предусмотрительно шедшие на шаг позади государя, в одинаковых чёрных костюмах и красных галстуках. Они даже планшеты синхронизировали. И если один убегал по поручению, то второй всегда оставался рядом.

Я без стука вошёл в кабинет императора. Михаила Третьего на месте не было. Кабинет вместе с просторной приёмной занимал целый этаж. Здесь можно устраивать приёмы. Ну если раздвинуть мебель по углам, так то он был заставлен. Одна интерактивная карта чего стоила! Устроена она была на полу и выдерживала вес взрослого человека. Отдельно в воздухе висел магический глобус. Тоже нехилых размеров. Несколько шкафов-вертушек с книгами и папками по желанию хозяина кабинета прятались в пол. Большой стол для совещаний, мягкий уголок и стол отца. О, да!

Прекрасная древесина, завораживающий узор, я провёл рукой по дереву, ещё и зачаровано. Я плюхнулся на место императора, откинулся на спинку и развернулся к окну. Ляпотаа-а…

Прозрачный купол начинался от самого пола, и за счет своей чистоты верхушка не угадывалась. Создавалось полное ощущение нахождения на открытом пространстве. Всё как я люблю!

Вид открывался прекрасный. Тёмная гладь водохранилища, несколько островов по соседству. Снующие туда-сюда суда соблюдали дистанцию и близко к императорскому острову не приближались. Контейнеровозы поворачивали направо, к грузовому порту, пассажирские следовали прямиком в столицу.

Были и небольшие прогулочные яхты в стороне от основного маршрута.

— Примеряешь на себя роль императора? — раздался от двери насмешливый голос отца.

— Агась, — я продолжил рассматривать пейзаж. Вот от острова стартанул быстроходный катер.

— И как?

— Хреново, отец, — я резко крутанулся в кресле и встал. Пересел на диван.

— Всё так плохо? — усмехнулся батюшка и расположился в соседнем кресле.

Я тяжко вздохнул и угрюмо посмотрел на отца. Он терпеливо ждал ответ и улыбался.

— Слепой не увидит, глухой не услышит, а уверенный проигнорирует всё, что не вписывается в его стройную картину, — пафосно изрёк я, задрав палец к небу. Но император воспринял слова всерьёз и через минуту раздумий кивнул своим мыслям.

— Чай? Кофе? Сок? — предложил он.

— Чай, только если тебе его не Мария Сергеевна собирала, — попросил я без задней мысли. По памяти Ванюши великая княгиня увлекалась травками и предлагала свои сборы всем и каждому. И если император употребляет её чай, пожалуй переставлю Добрую Марию на первое место списка подозреваемых.

Батюшка встал и подошёл к небольшому холодильнику.

— Ты какой сок будешь? — спросил он, стоя спиной. Неужели мои подозрения так сильно его подкосили?

Глава 5

Михаил III стоял спиной и нарочито долго рылся в небольшом холодильнике.

— Яблочный, — я сделал вид, что не заметил его замешательства.

Император налил два стакана и поставил на журнальный столик себе и мне. Наконец, он вернулся в кресло и натянул доброжелательную улыбку. Рядом с моим напитком появилась водная рука и схватилась за бокал.

— Спасибо, — я сделал глоток и блаженно зажмурился. Император с любопытством проследил за появлением и исчезновение водной руки. — И батюшке сделай, пожалуйста.

Капля появилась снова, сжала бокал императора и пропала. Всё это она могла сделать без видимого проявления, я усмехнулся. Хотя всё правильно, как бы иначе отец понял, что и его сок обработан?

Батюшка с любопытством отпил сок, потом сделал ещё один глоток и ещё. Затем он попытался просканировать стакан сначала одним, потом другим плетением.

— Что это?

— Магия, — я пожал плечами.

— А по-подробнее?

Я задумался, как объяснить, а потом просиял:

— Я покажу! Налей ещё один стакан, для сравнения, — предложил я.

Император поставил на стол ещё один стакан с яблочным соком и с интересом уставился на меня.

— Садись рядом и расслабься, — я многообещающе улыбнулся.

Отец перебрался ко мне на диван и устроился по-удобней. Я взял его за руку и погрузился в транс. Нащупал его сознание и подключил к себе. На одной медитации без применения магии сделать это было крайне сложно. Обычно я соединял источники нитью, но сейчас я опасался использовать магию без достаточного усиления тела. Слишком эта физическая оболочка была хилая, слишком.

Император был напряжён, видимо в этом мире пренебрегали медитациями. В памяти Ванюши не нашлось воспоминаний про какие-либо подобные практики. Но это не показатель, парнишкой толком никто не занимался.

Я транслировал спокойствие и уверенность. Мы мысленно приблизились к только что налитому стакану с соком, проникли внутрь, и стали погружаться на микроуровень, пока не достигли уровня H2O. Нашему взору предстало хаотичное расположение молекул. Я поигрался с масштабом, то приближая, то отдаляя обзор. Затем подвёл сознание батюшки к его стакану. Картина отличалась кардинально.

Молекулярный рисунок был структурирован и напоминал снежинку. В моём стакане Капля изобразила геометрическое множество пирамид. Я вывел отца из транса и вытер рукавом пот с лица. Жадно допил сок, встал и нашёл в холодильнике упаковку вишнёвого. Чтобы лишний раз не ходить, я вернулся с пакетом и наполнил стакан. Капля снова структурировала жидкость. Я успел прикончить всю пачку, пока ждал батюшку.

Император отмер минут через 30. Он медленно потянулся и нажал неприметную кнопку сбоку от стола. В кабинете появился Захар и замер перед диваном с планшетом на изготовку.

— Собери на завтра, — растерянно пробормотал император и снова завис, глядя на меня, — нет, на сегодня… — опять пауза, — совещание.

Он взял в руку стакан, сделал большой глоток и его взгляд прояснился. Секретарь даже не думал пошевелиться, так и стоял с зависшей рукой над планшетом, стараясь лишним движением не сбить Его Величество с мысли.

— Василий Михайлович, Тихомир Алексеевич, оба Жуковых, оба Носовых. Кто-то ещё? — он задумчиво обратился к Захару.

— Как на счет Ивана Михайловича? — секретарь вдруг предложил меня. Лицо его при этом оставалось непроницаемым, а движения скупы. Он даже не посмотрел в мою сторону, ловя каждое микродвижение императора. Я с любопытством рассматривал немолодого мужчину, определённо ценный кадр. Хочу себе такого же помощника.

Меня? Меня, значит… Батенька собирает всех видных магов. Похоже, секретарям он доверял полностью, раз сообщил про первого в мире универсала. Собственно, если они являются продолжением его руки… Или мозга? Я хмыкнул.

— Хотелось бы, — батюшка тяжело вздохнул, его взгляд задержался на потёртостях на моём пиджаке, — но нет, его еще рано светить. Скажи, что я словил инсайт, — он широко улыбнулся. Кстати, после нашего совместного купания в бассейне император скинул десяток, теперь ему можно смело дать не больше тридцати.

— Михаил Михайлович будет полезен? — после слов Захара я поморщился. Неприятный типчик. Как бы не оказалось, что его занудство — удобная маска, чтобы держать людей на расстоянии.

— Ммм, — взгляд императора задержался на пустом пакете из-под вишнёвого сока. — Нет, пожалуй нет. Пока только этих. Пусть отложат все дела, это срочно. Это меняет всё, — последнюю фразу он добавил самому себе, обеспокоенно глядя куда-то в сторону столицы.

Захар кивнул, забрал пустой пакет из-под сока, грязную посуду и вышел. Михаил III попросил дать ему полчаса, чтобы набросать мысли и пересел за стол.

Всё это время в кабинете развлекались малыши. Император так и не заметил их присутствия в своём кабинете.

Бельчонок изучал напольную карту. Он нажимал лапками на разные кнопки, переключая режимы. И если сначала картинки беспорядочно сменяли друг друга, то потом мельтешение прекратилось. Стало очевидно, что Рыжик изучает информацию. А ведь и правда! Стихия — она повсюду. Везде и сразу. Значит он точно знает, что происходит в том месте на карте, на которое он смотрит.

Я взглянул на малышей новым взглядом. Это же идеальные шпионы! Я глянул на Драко. Он летал под куполом и с разлёту бился в защиту. Не то чтобы она ему мешала, он просто играл. Я мысленно попросил его не усердствовать. Не сомневаюсь, что сырой стихии под силу сломать любую преграду, а может и ломать-то не потребуется, если действовать точечно, проникая в суть предмета. Воздух — он в прямом смысле повсюду. Даже внутри меня сейчас он тоже присутствует.

Рыжик переключил карту на отображение стихийных магов. Любопытная статистика, я хмыкнул.

— А трёхстихийники есть? — я подошёл и встал рядом.

Бельчонок куда-то нажал, и из пола выдвинулась клавиатура. Он быстро застучал клавишами. Хтонь! Не знал, что они читать и писать умеют. Зачем бы это понадобилось стихиям? Хотя… я посмотрел на Драко. Они же в последнее время стали плотно сотрудничать, если один научился, считай теперь все знают.

На карте загорелось несколько точек. Не больше двадцати.

— Сделай меньше масштаб? Хочу посмотреть весь мир, — попросил я.

Картина лучше не стала. В Российской империи трёхстихийников было больше. Тогда почему Николай восхвалял методы африканцев? Врал? В стиле Раковых.

К нам присоединился отец.

— Данные неполные, — признался император, и я получил подтверждение от бельчонка. Хтоонь!

— А ты можешь их дополнить? — я с надеждой уставился на Рыжика.

Рядом с бельчонком проявились остальные стихии, и карта засветилась новыми огоньками. Их стало раза в два больше.

— Людям не выгодно заявлять магов? — я повернулся к отцу. Тот и сам был в шоке.

— Спасибо, за помощь, — он слегка поклонился. — Мы разберёмся.

— А универсалы ещё есть? — задал я напрашивающийся сам собой вопрос. — Ну может я и не первый вовсе.

Малыши синхронно замотали головами.

— Увеличь карту столицы, — попросил я, но Рыжик меня не понял. Всё-таки они стихии и мир людей им чужд. Но чую, что это не надолго, раз грамоту они освоили.

Отец вытянул воздушный щуп и ткнул в одну из точек на берегу водохранилища. Открылась подробная карта Рыбинска.

— Это что за район? — я ткнул пальцем в наиболее насыщенный точками район.

— Бедные окраины, — император вернулся к столу и принялся что-то записывать.

Понятно, аристократы увлеклись селекцией. Прикольно, если окажется, что маги у простолюдинов сильней. Нее, конечно, они будут не так обучены, как родовые. Но по потенциалу, хм, дикие маги могут оказаться мощней. Вроде магические школы только для аристо.

Ещё минут через 40 батюшка встал и пересел ко мне на диван. Я успел перекусить. Макар принёс мне вишнёвый сок, фрукты и парочку бутербродов.

— Так вот, по поводу Академии наследников, — император стянул у меня с тарелки последний бутерброд с рыбой. — В связи с ранней инициализацией в сентябре ты поступаешь не на 1-й курс Академии, а сразу на третий, — огорошил меня батюшка.

— С чего бы это? — возмутился я.

— На первых двух курсах не изучают магию. Она начинается с третьего после инициализации, — мягко сказал отец.

— А если взять первый курс и дополнить его магией? — предложил я.

— Не имеет смысла, там вся система выстроена так, что первые два года закладывается база, а потом идёт магическая надстройка, — расстроил меня отец.

— Но без этой базы какой толк? — резонно возразил я.

— Никакого, — улыбнулся батенька, и мне эта улыбка совсем не понравилась. — В связи с этим ты должен за оставшиеся полтора месяца освоить с Вадим Петровичем эти два курса. Или лучше выписать тебе декана?

— Давай обоих, — я тяжело вздохнул. Нереально. — А ещё лучше пройти какое-нибудь тестирование, чтобы выявить уровень знаний, чтобы затыкать конкретные дыры, а не лупить слепо по площадям. А я то уж было собрался на море.

— Какое море? Ты же наказан? — улыбнулся батюшка.

— За что? — искренне возмутился я.

— Ты наказан за попытку побега из дома. Какая может быть поездка? — хитро щерился император. — Я сообщу об этом дамам, после того как они обновят твой гардероб и соберут собственные чемоданы. Чтобы уж наверняка…

— Спорим, что Мария Сергеевна вернётся домой раньше других? — своей фразой я в раз омрачил его настрой. — И ты бы это… Отправил что ли матушку в Кисловодск? Ну там подлечить нервишки, или исследовать местные воды… По многим причинам я бы убрал её из дворца, и то, что она меня дико бесит — не главная.

Хтонь! Как же сильно я расстроился. У меня были совсем другие планы. Мне кровь из носа как надо заниматься развитием физического тела, а не мозги качать. На колени запрыгнул бельчонок и потёрся о мою грудь. Я благодарно погладил его. О! Рука не прошла насквозь, а ощутила плотное формирование.

— Да ты молодец! — я почесал Рыжика за ушком.

Император с интересом изучал малышей. Он, правда, не подозревал, что ложка — это Земеля, а мокрое пятно на столе не случайно.

— Я придержал информацию о твоей инициализации, — он взял в руки ложку и стал пристально рассматривать герб рака. Конечно же, он не совпадал. Земеля мог нарисовать реального рака, а герб — это людские заморочки, как сырая стихия земли, он очень далёк от них.

Вдруг рисунок рака изменился на поднятый вверх большой палец.

— Это ты сделал? — спросил отец.

— Нет, конечно, — я искренне возмутился. — Мне же нельзя магичить.

— Почему?

Хтонь! Ну и родители! Да как они вообще выращивают сильных магов? С такими куцыми знаниями. Прям игра в русскую рулетку. Не удивительно, что магия за две тысячи лет так мало изучена. Как в детской считалочке: «Один, два, три — Иди вон ты!»

— Батя, — я с трудом сдерживался, чтобы не наорать, — как ты думаешь, такое хилое тело, способно выдержать источник универсала?

— Но как же? — он указал на бельчонка, Драко и ложку.

— Это не я, — я с трудом выдерживал спокойный тон, хотя внутри уже кипел от негодования. — Это они сами, стихии. Мы дружим. Я их прошу, и они мне помогают.

Император снова завис, потом принялся что-то записывать в планшет.

— Прости, я сильно виноват, — он отложил планшет в сторону. — Может есть что-то, что я могу для тебя сделать?

— Для начала найди того, кто решил меня убить, — предложил я самый насущный вариант. — Или ты считаешь, что универсала убивать не станут?

— Сын, ты знаешь, что братоубийство — это нарушение законов рода, и Алтарь за это карает смертью? — огорошил меня отец.

— Не знал, — искренне удивился я. — Алтарь что? Мысли читает?

— Мысли нет, помыслы, — начал терпеливо объяснять отец. — Зайдя в алтарный зал член рода считывается, как открытая книга. И любую гниль сразу видно.

— Но это же легко обойти! — возмутился я. — Вместо самого брата, убить может его матушка или сын.

— Рано или поздно и тот, ради кого убивали, узнает, и тогда станет соучастником, — император нёс полную дичь. Хтонь.

— Он может искренне верить, ну или убедить себя, что совершает великое благо, — я категорично замотал головой. — Типа спасает род от деспота императора или недостойного царевича. Разве меня можно назвать достойным? Мусор, отброс…

— Хватит! — рявкнул отец. — Прости, это моя вина, — он поник. — И ты прав, в истории был такой случай, когда мать в тёмную разыграла сына, сделав его императором. После этого закон ужесточился. Ты же помнишь Антона Кровавого. Он взошёл на престол, но потом Алтарь смог считать прошлые события и наказать виновного.

— Типа нам с тобой от этого будет легче? — я искренне недоумевал. — Что за нас отомстят? Вот честно, батя, Алтарь туповат. Его легко обвести вокруг пальца. Он там, а мы все здесь. Он ничего не видит и не слышит. Можно играть фактами, словами, даже чувствами и подкладывать выгодные.

— Хватит! — снова рявкнул отец, и я благоразумно заткнулся. — Закрыли тему!

Я заметил как болезненно реагирует император на любой нелицеприятный намёк в сторону великого Алтаря. Тьма их всех забери!

— Имей ввиду, — спокойно добавил император, — что в сентябре все узнают, что ты универсал. Про наследника я буду молчать, раз ты не хочешь это афишировать.

Он что типа пошёл мне навстречу? Я пренебрежительно фыркнул.

— Иван, я не уверен, что это правильно, — император гнул линию терпеливого папаши. — Я ещё попрошу Тихомира Алексеевича просчитать разные варианты, возможно лучше будет наоборот заявить о том, что вопрос с наследником решён.

В дверь деликатно постучали, заглянул Захар.

— Все собрались, — секретарь вопросительно застыл.

— Пусть подождут, — вежливо попросил государь. Дверь была приоткрыта и из приёмной доносились тихие голоса.

— Я могу доверять Олегу Ратигоровичу? — спросил я напрямик, когда дверь за секретарём закрылась. То, что Ванечка прошёл в ночь убийства мимо заботливого дядьки меня напрягало. Вдруг он играет не за ту сторону.

— Не знаю, сын, я уже никому не доверяю, — император сник. — Эх… была бы моя воля…

Я встал.

— Иван, подожди, — голос отца прозвучал неуверенно. — Научи меня общаться со стихиями.

Дракончик спикировал и уселся на спинку дивана. Бельчонок подбежал и запрыгнул на стол. Лужа на столе переместилась поближе к императору. Только Земеля не шёл на контакт. Может потому что у батюшки нет стихии земли?

— Вы поможете? Научите батюшку общаться со стихиями? — ласково попросил я. И обратился уже к отцу: — Имей ввиду, что они маленькие, как двухлетние детки. Не обижай их.

Я посмотрел, как Рыжик передаёт образы императору. Лицо отца засияло детским восторгом, похоже это надолго. Я встал и вышел.

— Дайте ему ещё минут двадцать, — попросил я Захара, приветственно кивнув собравшимся на совещание господам.

Впрочем моё появление прошло незамеченным. Если бы ко не подскочил мой личный учитель, но меня бы и вовсе проигнорировали.

— Иван Михайлович, — модно одетый старичок брезгливо покосился на мой поеденный молью костюм, — извольте посетить класс. Я оставил на столе список предметов, по которым нам нужно пройтись. Ознакомьтесь, будьте любезны, — тоном, не терпящим возражений, попросил он.

Громким словом «класс» он именовал небольшой закуток в библиотеке. Хотя учебные кабинеты во дворце имелись, именно в них раньше учились старшие братья и некоторые их отпрыски. Почему царевич Иван ютился в библиотеке, осталось для меня загадкой. С ним всегда занимались отдельно, даже когда в тоже самое время велись частные уроки у других особ императорской крови.

Сам Вадим Петрович относился к урокам, как к неизбежному злу. Надо, так надо. Он врывался в класс в своём излюбленном синем в серую полоску костюме и выливал на ученика ушат знаний. Проверкой усвоения он не заморачивался, резво переходил к новой теме.

— Не извольте сомневаться, Вадим Петрович, — я вежливо улыбнулся спине графа Носова. Ибо он уже метнулся обратно и присоединился к тихому диспуту по поводу причины срочного собрания.

— Неужели уложишь учебники в отдельный чемодан? — ехидно поинтересовался гениальный брат Василий, стараясь сохранять между нами безопасную дистанцию.

О, как быстро разносятся слухи по дворцу! Хотя чему я удивляюсь? Дамы собираются сопроводить несчастного Ванечку на каникулы. Небось уже весь замок стоит на ушах.

— Думаешь, там нет своей библиотеки? — суетливо забеспокоился я. — Я где-то видел два больших чемодана… Если их немного почистить… Да! Точно! — я резво выскочил из приёмной.

Глава 6

По пути в свою комнату я всё же заскочил в библиотеку и взял внушительный список из предметов, которые мне предстояло выучить за 1,5 месяца.

История Российской империи, Всемирная история, Математика (геометрия, черчение, алгебра), Литература, География, Биология, Химия, Физика, Астрономия, Прогрессивные технологии, Финансы и учёт, Управление, Юриспруденция.

Хтонь! Допустим точные науки можно убрать, вряд ли местные в них сильно продвинулись. Имеющихся знаний хватит за глаза. Хтонь! Да тут больше половины предметов привязаны к реалиям этого мира. Ну литературу вычеркну, Ванечка много читал… Астрономия? Я почесал затылок. В принципе, достаточно будет бегло ознакомиться с местными заморочками, раз они ещё не вышли в космос, то и познания у них чисто гипотетические. Что они там смогли рассмотреть через свою увеличительную трубу? Ну, а если я и ляпну что, всегда можно прикинуться дурачком, имидж-то подходящий. Что-то ещё получится убрать? Я снова пробежался глазами по списку.

Управление персоналом, хм… Может получится распаковать знания Изначальных? При условии, что они есть в запечатанном блоке памяти. Должны же они были учить принца управлять галактикой? Или нет? Галактический престол мне не светит, а Эд утверждал, что я учёный до мозга костей. Хотя там же на видео из галанета говорилось, что меня назначили наместником планеты. Впрочем, тоже не факт, это могла быть и парадная должность… Да нее, ну неужели я за свои 25 тыс. лет никогда не был на руководящих постах? Иначе откуда взяться такой жёсткой антипатии к роли императора? Тьма их всех забери! Я с неприязнью посмотрел на список.

Остаётся, хм, история, география, местные законы…В принципе реально усвоить за 1,5 месяца, я даже повеселел. Финансы тоже можно вычеркнуть, а вот что такое прогрессивные технологии? У кого бы спросить? Я заозирался.

Я вышел из библиотеки и застыл в коридоре перед лестницей вниз. В круглом фойе никого не было. Здесь на третьем этаже были кабинеты старших братьев. Я покосился в сторону приёмной Михаила. Он заведует образованием и точно знает, что это за загадочные прогрессивные технологии. Небось сам и придумал дебильное название. Я тяжело вздохнул, тихонечко отворил дверь и заглянул в приёмную.

В просторной приёмной сидело шесть! Тьма его забери! Шесть (!) секретарей. Звук яростного клацанья по клавиатуре не замолкал ни на секунду. Столы стояли ровными рядами и на каждом крепилась табличка с порядковым номером. У меня дёрнулся глаз, хтонь.

— Молодой человек, вы заходите? — раздался позади знакомый голос, и я проскочил внутрь кабинета.

Клацанье прекратилось, головы девушек синхронно повернулись к двери. После чего секретарши дружно встали и похватали блокноты и ручки. Они застыли каждая подле своего стола, фанатично пожирая глазами своего начальника. У них даже одежда была одинаковая. Белые блузки, застёгнутые наглухо на все пуговицы, черные юбки до колен и высокие каблуки. Вроде бы нарочито приличный вид? Два раза «ха»! Через прозрачные блузы просвечивалось кружевное бельё, а юбки плотно обтягивали бёдра. Тьма побери, этого Михаила!

Да, это именно он вернулся в свою приёмную.

— А, это ты, брат, — разочарованно протянул царевич. — Работайте, — он махнул рукой сверху вниз. Кажется, именно таким жестом собакам отдавалась команда «сидеть». Секретарши синхронно сели, и клацанье клавиш возобновилось. — Ты что-то хотел? — его взгляд профессионально зацепился за лист, который я держал в руке.

Сам Михаил носил строгий костюм-тройку серого цвета и узкий красно-белый полосатый галстук. Я ещё за завтраком приметил, что большинство братьев перешли на современный стиль. Это костюмы Ванюши фонили прошлым веком, даже новый парадный китель не имел ничего общего с современностью.

— Да я только спросить хотел, — я даже не пытался повернуться в сторону брата, залипнув на прозрачных блузках. — Что такое прогрессивные технологии? Ну что это за предмет… Что там изучают… Мне, пожалуй, стоит заходить к тебе почаще… — я дебильно улыбнулся.

— Заходи, — Михаил подтолкнул меня в сторону своего кабинета. — Девочки, сделайте нам чайку, — приказал он и чуть ли не силком втолкнул меня внутрь.

Я восторженно огляделся. Конечно, восторженно! У меня же нет такого большого кабинета! Да у меня никакого нет! Стеллажи, папки, навороченные компьютеры, три рабочих места. Зачем ему три?

На стене парадный портрет батеньки. Я сел за стол для совещаний, уютная зона с мягкой мебелью не была предусмотрена. Михаил расположился напротив, с недоумением разглядывая мой костюм, он походу его узнал. Если Михаилу лет тридцать, то костюму все пятнадцать. Что за прижимистый у нас управляющий!

Минут через пять дверь в кабинет распахнулась и зацокали каблучки. Три секретарши шустро расставили чашки, сахарницу, конфеты и печенья. Стоит ли говорить, что посуда была эксклюзивная, ложки золотые, а сахарница в виде рака? Девушки вели себя по деловому холодно. Да им и не требовалось провоцировать ещё и поведением. Где же он с ними уединяется? Я ещё раз огляделся, в углу между шкафами была неприметная дверь. Михаил проследил за моим взглядом и едва заметно усмехнулся.

Чай оказался от Марии Сергеевны, и пить я его не стал. Если судить по аромату, травки там были непростые. По крайней мере те, что повышают, хм… Всё, что надо повышают, там точно были.

Михаил мучил меня около часа, хотя вместить объяснение можно было в пару минут.

— Прогрессивные технологии созданы для того, чтобы знакомить будущих глав родов, а именно их обучают в Академии наследников, с возможностями, представляемыми современным миром, — монотонно нудел царевич. — Что должен уметь и знать глава? Правильно! Двигать империю в светлое будущее, ради процветания всего человечества. От качества образования зависит, в каком мире будут жить наши дети.

Я вырвался из его кабинета под предлогом, что мне ещё собирать учебники для поездки. Брат набросал мне список книг по теме технологий и предложил прочитать пару лекций лично. Я охотно согласился и пообещал обрадовать княгинь, что Михаил Михайлович едет с нами.

Около моей комнаты прохаживался обеспокоенный дядька. Я ему честно сказал, что всё время провёл у Михаила Михайловича, впрочем не став уточнять, которого из двух.

Меня ждал накрытый обед. Наваристая уха, жаркое с птицей и чай от Доброй Марии. Увидев принесённые блюда, я расстроился. Тарелки были старые, а столовые приборы медные. Есть хотелось сильно, но я не стал. Вместо этого полностью разделся и лёг на кровать. Предстояло закончить настройку организма и, наконец, приступать к физическим нагрузкам.

Стихия воды уже ждала. Как только я лёг, сверху на грудь шлёпнулась мокрая капля и просочилась внутрь. Она быстро наполнила тело плотной стихийной маной. Я рассматривал себя через призму воды. Ощущения были необычными. Кроме собственно жидких сред: крови и лимфы; вода отвечала за опыт.

Я обнаружил кучу негативной энергии во внутренних органах и мышцах. Хтонь! Негатив пережимал физически здоровые органы, вызывая перенапряжение, что естественно сказывалось на их работе. А у магов зажимы заметно снижали потенциал. И почему это не убрала живая вода в купальне, раз это её сфера? Я тут же вспомнил себя и своё обнуление. Уберу опыт — очищу память, ну почти… Всё-таки это не одно и тоже. Суть в том, что даже негативный опыт нужен, чтобы не набивать шишки на одном и том же месте. И что делать? Тьма меня забери! Всё равно это не мои переживания! Я решил убрать всю черноту.

Когда я закончил, кровать снова стала чёрной и вонь стояла знатная.

— Дядька! — позвал я, стараясь лишний раз не дышать.

В комнату ворвался Олежек и заозирался в поисках врагов. Я встал и поплёлся в ванную. Хотелось петь и скакать, но я отыгрывал роль тяжелобольного. Пусть теперь думает, почему у меня уже второй раз кровать такая, хех. Может получится узнать, кому он стучит.

Когда я вышел, окно было распахнуто, постель красовалась новыми застиранными раками, выползающими из моря, а холодный обед по-прежнему стоял на столе. На кровати лежал изрядно поношенный, но заштопанный костюм, в котором обычно ходил Ваня в библиотеку.

Я в предвкушении отворил скрипучий шкаф. Пока я мылся, у меня созрел гаденький план. И раз тренироваться сегодня ещё нельзя, съезжу-ка я в город и познакомлюсь с местными реалиями. Будем решать задачи по мере их поступления и для решения первой мне понадобится пуфик!

— Дядька!

В комнату снова влетел Олег Ратигорович и уставился на мой голый зад, торчащий из шкафа. Я надеялся найти хоть одни нормальные трусы, но попадались то весёлые раки, водящие хороводы, то угрожающие клешнями. Похоже и нижнее бельё мне досталось по наследству. Я тяжело вздохнул и напялил первые попавшиеся.

— У нас бумага и карандаши есть? — я обернулся к Олежику, тот настороженно замотал головой. — Ну так принеси!

Розовый! Я хмыкнул и извлёк из недр ДСП розовый кафтан с кружевами и бардовые штаны с манжетами на щиколотках. Рубашка в подобном стиле тоже нашлась.

Когда я закончил облачаться, то с удовольствием отметил панический ужас на лице дядьки. Тот застыл по среди комнаты с альбомом и карандашами, не отрывая от меня глаз.

— Правда красивый? — я крутанулся, размахивая кружевами.

Единственный небольшой стол был уже занят остывшей едой. Я приглашающе махнул манжетами, сел на деревянный скрипучий стул и единым жестом скинул посуду со стола на пол, освобождая место.

— Давай сюда, я нарисую, что нужно сделать, — я невинно потянулся за бумагой и карандашами.

Олежек встал рядом, стараясь выглядеть невозмутимым, но я то видел, как дёргался у него левый глаз.

Я ловко нарисовал красный пуфик и развалившегося в нем довольного Михаила III. На втором листе начертил, как собственно устроен бесформенный мешок.

— Набивать лучше чем-то сыпучим, но если не найдёте ничего подходящего, набейте пухом, — я передал дядьке два листа. — Сделать нужно два таких. Один отнесите в кабинет к батюшке, второй спустите вниз и оставьте перед алтарной залой.

Олег Ратигорович с изумлением смотрел на отлично выполненный рисунок. Аа, точно! Ваня не умел рисовать. Я мысленно улыбнулся.

Когда дядька отмер и убежал, я приступил к воплощению своего коварного плана.

Зря я опасался, что не найду кабинет управляющего. Как только я спустился на первый этаж и зашёл в крыло Дымовых, взгляд упёрся в дубовую дверь с золотой табличкой «Управляющий граф Дымов Аврелий Завдалович».

Я широко распахнул дверь и вальяжно зашёл внутрь. Его сиятельство изволило кушать. За шикарным обеденным столом, накрытым белоснежной скатертью сидел немолодой мужчина в добротной голубой рубашке и строгих чёрных штанах. Верхняя пуговица была расстёгнута, а пиджак аккуратно висел на соседнем стуле.

— Я занят! — рявкнул управляющий, поднял глаза и опешил.

Конечно же, не от того, что его посетил сам царевич Иван Михайлович. Он впал в ступор от моего нелепого наряда. Я медленно крутанулся, помахивая кружевами.

— Представляете, Аврелий Завдалович, нашёл у себя в шкафу такую красоту. Нравится? — я искренне улыбнулся.

— Оч-чень необыч-чно, — промямлил распорядитель замкового имущества.

— Да вы кушайте, кушайте, я пока осмотрюсь, — я отвернулся и медленно пошёл вдоль стен.

Остановился перед парадным портретом батюшки. Обошёл по кругу огромный дубовый стол с внушительных размеров монитором. Посидел в чёрном высоком кожаном кресле. Попробовал разложить незаконченный пасьянс «Косынка». Застыл перед стеллажом с папками и извлёк одну с надписью «Накладные». Раскрыл наугад.

Граф Аврелий Завдалович завороженно следил за моими передвижениями, пытаясь просчитать варианты.

— О! — я воскликнул, как будто нашёл в накладных что-то интересное.

А интересное там было. Род Дымовых поставляет продукты питания. Перелистнул. Ткани от Дымовых, моющие средства и даже туалетная бумага от Дымовых. Я громко хмыкнул и бросил папку на стол.

— Не знал, что вы такие незаменимые, Дымовы, — я восторженно похлопал руками в кружевных манжетах. — И что? Всё производите сами?

Я подошёл к графу и сел рядом. Взял серебряную вилку с гербом рака, наколол кусок мяса из тарелки управляющего и положил в рот.

— Вкусно! И очень изыскано. Я думал сегодня в меню дворца ушица, — я вопросительно посмотрел на графа и понюхал вино. — Зачётное! — я одобрил выбор его сиятельства.

На столе было выставлено ещё несколько нетронутых блюд. Я пододвинул к себе цыплёнка и съел его в одного. Острые специи, соус, я показал Аврелию большой палец. Вытер руки о скатерть и развернул стул боком к столу так, чтобы сидеть лицом к графу.

— Ну вот, раз мы перекусили, можно и к делу, — я ласково улыбнулся, а управляющий сглотнул.

— У вас ко мне какое-то дело, Ваше Величество? — как ему показалось нейтрально спросил граф.

— Для начала мне нужны деньги, — я задумчиво забарабанил пальцами по столу. — Хочу заказать у портного ещё один костюм в подобном стиле.

— Вот, — Дымов вытащил из кармана платиновую карту и положил передо мной на стол. — Ваше Высочество Иван Михайлович, соизвольте воспользоваться моей.

Я небрежно кивнул.

— Раздевайтесь, — я загадочно улыбнулся, и распорядитель имущества вздрогнул.

Граф замешкался, но под моим настойчивым взглядом принялся раздеваться, пока не остался в одних чёрных шёлковых трусах с небольшим красным раком по центру. Он до последнего надеялся, что я его остановлю на этапе снимания штанов.

Я встал и тоже принялся снимать с себя всё, пока не остался в застиранных трусах.

— Одевайте! — торжественно провозгласил я. — Милую вам сей великолепный наряд! Носите гордо!

Аврелий Завдалович принялся одеваться. По комплекции он был крупней Ванечки, но видимо комплект делался на более габаритного подростка, потому что управляющий влез. Только штаны сидели обтянуто, и пиджак грозился разойтись по швам. Я сделал жест, мол покрутитесь, и граф аккуратно, без резких движений сделал оборот.

— Красавец! — я удовлетворённо кивнул. — И не смейте переодеваться! Вы меня тем самым сильно огорчите! — я погрозил Аврелию пальчиком.

Натянул его штаны и рубашку, взял со стола платиновую карту и сунул в карман. В кармане нащупал ключи и завертел их.

— От сейфа? — я изобразил на лице сильное любопытство и перевёл взгляд на картину Михаила III, отчего управляющий сглотнул. — Эх, спешу, — я искренне расстроился и с сожалением бросил ключи на стол. — Зайду попозже.

Я вальяжно вышел и неспешно направился в гараж. Меня не узнавали. Я довольно улыбнулся.

Поскольку дворец возвышался на скале, причальная система располагалась в пещерах. Катера и яхты заплывали внутрь. Я вышел из дворца и пошёл туда, где в понимании Вани должен был располагаться лифт в гараж. На посту охраны меня-таки узнали.

— Иван Михайлович, вы куда? — путь мне загородил смелый гвардеец. Не удивлюсь, если он лично искал Ванюшку-потеряшку два дня назад.

Я смерил его презрительным взглядом, обогнул и прогулочным шагом двинулся дальше.

— Дежурный, вызывает пост номер три, приём, — донеслось со спины. Пожалуй, стоит поторопиться.

Гараж был наполнен ярким магическим светом. Яхты, катера, скутеры, небольшой парадный паром. Я прошёлся между рядами. На одном из ящиков у стены заметил рабочий комбинезон и быстро переоделся, не забыв переложить платиновую карту.

Выбрал неприметный водный мотоцикл. Ключей не было, но помог Рыжик. Он подал импульс в систему зажигания, и мотор приятно заурчал. С низким рёвом я вынырнул из гаража и поддал газу.

Мотоцикл разогнался, но благодаря воздушной защите, одежда оставалась сухой. До берега я добрался за какие-то пятнадцать минут.

Я решил, что в порту выходить палевно и выскочил на песок около небольшого дикого пляжа. Только я слез, как меня окружили ухмыляющиеся мужики не первой свежести.

— Парниша, дай покататься, — пробасил здоровяк и улыбнулся гнилыми зубами.

Глава 7

Пятёрка потёртых мужиков приближалась, и я испуганно пятился, стараясь не дать обойти меня со спины. Я мысленно попросил Земелю создать у меня в кармане ключи. Двое отпочковались, свернув к водному мотоциклу. Долговязый сел верхом, а толстяк канючил:

— Чур я второй.

— Ключи гони! Живо! — рявкнул кривой, состроив зверскую рожу.

— Без проблем! — я испуганно проблеял и показал пустые руки. — Мне не нужны проблемы.

Я сунул руку в карман и извлёк связку с брелком в виде поднятого вверх большого пальца. Мелкий злобный мужик выхватил ключи.

— Катись, пока мы добрые, — он дыхнул в лицо перегаром с чесночным букетом.

Я развернулся и побежал к ближайшей халупе, где быстро свернул за угол.

— Ээ, чё за дела?! — до меня донёсся возмущённый возглас шмакодявки. — Они не подходят!

Я попал на стихийный рынок. Вместо прилавков были коробки, на которых валялось разное барахло. А у меня как назло мелочи нет. «Земеля, а ты умеешь превращаться в монеты?» Хтонь! Я же даже не знаю, как местные деньги выглядят.

В кармане звякнуло. Я сунул руку и извлёк золотой кругляш.

— Э, парниша, по чём золото продаёшь? — к монете протянул руку невысокий мужчина с торчащим животом и сальной залысиной.

— Ты чё, дядя? — набычился я. — Это коллекционная!

— Да ну? Правда, шо ли? — мужичок потащил меня за локоть к деревянной лавке.

— Шура!

На зов из-под прилавка вынырнул улыбающийся золотыми коронками кудрявый делец. Под глазом у него красовался фиолетовый фингал. На поломанных досках стояла рваная картонка, на которой было жирно намалёвано ручкой: «Золото дорого».

— Смотри, Шура, малой говорит, что коллекционная, — тоном говорившим о том, что он не верит мне от слова совсем, заявил пузатик.

Шура вытер руки о некогда белую майку с рваными по шву подмышками и потянул руку к монете.

— Эээ, — возмутился я, — руками не трогать!

— Дык, а посмотрю я как? — растерялся немытый.

— Так смотри, — я раскрыл ладонь.

На монете был изображён большой палец, поднятый вверх. Я перевернул на другую сторону. На ней был рак.

— Это монета времён Ивана I Великого, — я ткнул в изображение рака. — Видишь, герб немного другой?

Мужики переглянулись.

— А номинал у неё какой? — пузатик почесал лысину.

— Как какой? — возмутился я. — Один золотой, разве не видно? — и я снова перевернул монету. — Видишь, один палец? Значит один!

— Сколько? — загорелся Шурик.

— А сколько у тебя есть? — я был вообще без понятия о местных деньгах.

— Сто рублей! — заявил кудрявый.

— Дурить меня вздумал? — обиделся я и развернулся, чтобы уйти.

Монета скрылась в моём кулаке.

— Двести? — предложил пузатик и схватил меня за рукав.

— Тысяча! — выпалил я.

— Идёт! — сразу согласился Шура и извлёк из кармана пачку засаленных купюр, отсчитал тысячу и протянул мне.

Я задумчиво посмотрел на пухлую пачку. «Земеля, когда я отойду подальше, развоплощайся. Меня надули».

Я забрал деньги и нехотя протянул монету.

Теперь можно и посмотреть, чем тут торгуют. Народ у прилавков стоял бедный. Старушки, старики, откровенные алкаши. Несколько неприметных подростков привлекли моё внимание, и я подошёл посмотреть, чем торгуют воришки.

Судя по товару, с профессией я угадал. Мобильники и планшеты, Ваня в них не разбирался. Ни того ни другого у него никогда не было.

Сидящий на пустом ящике парнишка пробежался по мне взглядом, оценивая платёжеспособность.

На нём была почти новая футболка с надписью «ЖГИ!» с рисунком руки, запускающей фаербол, и потёртые джинсы. Кроссовки тоже были свежие и почти не грязные, белые с огненными языками пламени по бокам.

— Мобила не интересует? Новый! Последняя модель — помидорка 10-xl, — парниша перевернул большой прямоугольник и продемонстрировал красный рисунок сочного помидора в разрезе, объятого языками пламени. Похоже ребята грабанули какого-то незадачливого огневика. Только как умудрились?

Я сделал вид, что задумался, скептически оглядывая мобильник. Сам же скользнул в транс и присмотрелся к ребятам. Тот, что сидел дальше всех и читал какую-то книгу, обёрнутую в газету, был слабеньким магом воздуха. С виду ему было лет 17. Остальные выглядели по-младше.

Шустрому продавцу не дал бы и 13. Рядом с ним сидел младший брат около 10. Лица были похожи.

Малой восхищённо заглядывал брату в рот. Одежда на нём была по-скромней, но тоже не старая. Синяя футболка не успела выцвести, как и аляпистые шорты.

— Ворованный? — я подозрительно прищурился.

— Да ты чё? Какой ворованный? — довольно искренне возмутился Шустрый. — У меня отец работает в магазине Глазнет. Это списанные, у которых упаковка помялась. Там один придурок целый ящик умудрился придавить, — отыгрывал привычную роль продавец.

— Нее, — протянул я, — мне мобила не нужен.

— Рыба! — азартно крикнул один из троицы, играющей в домино.

Они расположились на ящиках за спиной продавца, и игра была лишь прикрытием. Парни постоянно шарили глазами по толпе. Одежда у них была максимально неприметной: серые джинсы, серые футболки.

Сразу за подростками стояла симпатичная, но тощая девушка с гардеробной вешалкой. Даже гадать не стал, откуда вещи. Поставщики торговали рядом. Сама она красовалась в толстовке с чужого плеча и джинсах. Выбор тёплой одежды в жару говорил за то, что спит она на улице.

Мне бы не помешало сменить одежду. Я выбрал рваные от времени джинсы, серую кепку, оранжевую футболку с потёртым принтом и зелёную клетчатую рубашку.

— Хочу поменяться, — я показал на рабочий комбез. — В хорошем состоянии.

Девушка скептически глянула на спецовку.

— Мне деньги нужны, а не вещи, — резонно заявила она, тряхнув жиденькими косичками.

— Деньги всем нужны, — я сокрушённо вздохнул, и девушка сжалилась.

Я отдал комбез и доплатил 30 рублей. Переоделся тут же, незаметно пряча деньги и платиновую карту в карманы джинс.

— Зачётные труселя с раками, — засмеялся парень с мобилами, и его поддержали серые напарники по ремеслу.

Я поблагодарил продавщицу и отправился дальше. Взгляд упал на маленькую девочку лет пяти, продающую старую потёртую игрушку, бывшую когда-то красным раком.

Плюш зиял залысинами, усы обломались, а клешни неоднократно зашивались.

— По чём рак? — я присел перед девочкой на корточки. Одета она была в синее поношенное платье сильно на вырост. Резиновые шлёпанцы на ногах были великоваты. Косички заплетены дня три назад, так сильно они растрепались.

— Долого, дядя, — живот девчушки предательски заурчал.

— Беру! — сразу согласился я. — Тебе на что деньги? Может я сразу нужным товаром расплачусь?

— Мне калства нусны, — обрадовалась девочка. — Мама не встаёт и сильно касляет.

— Пошли, показывай дорогу, — я ободряюще улыбнулся.

Девочка прижала к груди игрушку и вскочила на ноги.

— Только давай по дороге пирожки купим? Ты не знаешь, какие тут самые вкусные? — я озадаченно заозирался.

— Снамо дело у тёти Клавы, — экспертно покивала головой девочка. — Вонана, — и она ткнула в дородную женщину у добротного прилавка.

— С чем брать предлагаешь? — я разглядывал аппетитного вида выпечку.

— С яблоком, с висней, кулой, катокой, — она задумалась.

— Сашенька, здравствуй, рыбонька, — поздоровалась продавщица.

— И с лыбой, — закончила Саша.

— По чём пирожки, тётя Клава? — я улыбнулся.

— По 10 копеек, милок, — продавщица подозрительно прищурилась. — А вы куда идёте?

— В атеку, — охотно пояснила мелкая.

— Дайте нам всего и побольше, — попросил я.

Продавщица завернула в бумажный пакет тридцать пирожков, я подумал, что воришки, что сели нам на хвост, тоже голодные.

Дальше пошли веселей, сначала Саша ела, и только после пятого пирожка, сыто рыгнув, заговорила.

— Вон там атека, а тута дом, — показала она пальцем.

— Давай сначала домой, посмотрим на маму, — я задумчиво почесал подбородок. — Кашель разный бывает: сухой или мокрый. Лекарства разные тогда нужны, — Ваня живо интересовался медициной и в теме разбирался.

— У мамы моклый, — уверено заявила Саша, ведя меня к дому. — Кловь ведь моклая? — засомневалась она и вопросительно уставилась на меня.

Мы зашли в подъезд обшарпанного трёхэтажного дома. Входную дверь заклинило, лампочка была выкручена, а под ногами валялись окурки и осколки. Воняло ссаньём.

Мы поднялись на третий этаж, одна из дверей была приоткрыта, и Саша отправилась к ней.

Захлопнув за собой дверь, мы очутились в полумраке коридора.

— Сюда, — позвала девочка, впрочем это было лишним. Надрывной кашель я слышал ещё в подъезде.

На потёртой софе лежала бледная худая женщина и вся горела. Её мутный взгляд беспорядочно блуждал. На полу и на кровати виднелись пятна крови, постель была мокрая, стоял запах гнилостного разложения.

Я прошёл к окну и распахнул его настежь. Аккуратно присел на кровать рядом с женщиной и положил ладонь на межреберье. Плевать, что моё тело ещё не готово к магии. Я аккуратно… тихонечко…

Запустил всю стихийную диагностику. Первым делом очистил лёгкие, убрал черноту, слизь и какой-то грибок. Женщина задышала ровней, жар спал. Но проблем у неё и без воспаления лёгких хватало. Из коридора донеслась возьня. Всё-таки не просто мелкие воришки, а ещё и домушники.

Я прошёлся по внутренним органам: поправил слабое сердце, почистил печень, селезёнку и почки. Серьёзного очищения требовала кровь и лимфа, занялся ими. Чтобы не залить кровать черной зловонной жижей, девочка могла перепугаться, я закольцевал на теле больной женщины плетение самоочищения и заодно почистил постельное бельё и ночнушку, вернув им свежесть. Больше здоровью мамы Сашеньки ничего не угрожало, она сладко спала.

— Мама выздоровела, — я повернулся к Саше и одобряюще улыбнулся.

Девочка подошла и потрогала лоб женщины ладошкой. Приложила ухо к груди и прислушалась к ровному дыханию. Щёки женщины порозовели, она улыбалась во сне.

— Только ей нужно хорошо поспать и поесть, — я строго посмотрел на девочку.

— Нету еды, — расстроилась Саша и посмотрела на оставшиеся пирожки.

— Эй вы, сюда идите, — позвал я.

Из тёмного коридора несмело показалась троица и опасливо замерла в дверях. Глаза подростков то и дело соскальзывали на окружающую обстановку. Брать в квартире было нечего. Кроме софы в углу стояла детская кровать, из которой девочка давно выросла. Трёхстворчатый шкаф был похож на мой. Кресло у окна было когда-то позитивного красного цвета. Приличного вида книжный шкаф не радовал обилием литературы, часть полок пустовала. Вместо полноценного стола использовался откидной столик от шкафа. На нём стояла грязная тарелка и чашка. На приставленном стуле возвышалась стопка толстых книг, чтобы Саше было удобно сидеть.

— Да, господин маг, — троица мялась на одном месте. Каждый из пацанов пытался спрятаться за спинами приятелей, поэтому возникла небольшая толкучка.

— Какой я тебе господин? Да ещё и маг? — с угрозой в голосе процедил я сквозь зубы. Ну а что? Буду одним из тех неучтённых, которые скрываются. — Ваня я! Понял? — я хмуро посмотрел на трусящих пацанов. — За едой сгоняете?

Серая троица согласно закивала, не двигаясь с места.

Я встал и похлопал себя по карманам. На ощупь извлёк бумажную купюру и протянул самому смелому или неудачливому, это как посмотреть. Остальные двое жались за его худосочной спиной.

— Чё брать-то? — судя по азартному блеску, денег на покупки хватит.

— Мясо, овощи, крупу, да побольше всего, — я махнул рукой, мол сами разберётесь.

Когда радостные подростки убежали, девочка горько вздохнула.

— Плакали твои денюски, — с серьёзным видом заявила Саша.

— Они вернутся, — я широко улыбнулся. — Они слишком любопытны, а тут интересно.

— Спасибо, сто помог маме, — девочка на прощанье обняла рака и протянула его мне. — Вот плата.

Я благодарно принял игрушку и нахмурился.

— Он тоже болеет, — я укоризненно посмотрел на ребёнка. — Ты совсем за ним не ухаживала. Его надо вылечить.

Восстановить плюш не представлялось возможным. Нечего было восстанавливать, поэтому я запустил трансформацию материи, стараясь, чтобы плюшевый рак не потерял самобытность. В результате у меня получился ярко-красный пушистый рак с выпученным глазёнками. Я укрепил ткань и внедрил самоочищение. Погладил рака по голове и передал его девочке.

— Придётся наказать тебя, — я строго посмотрел на Сашеньку. — Ты теперь обязана заботиться о нём до конца жизни.

Девочка крепко прижала рака к груди. Понятно, почему он столько раз рвался, после такой-то хватки. Похоже это была единственная игрушка в доме.

— Спасибо, — она бросилась мне на шею и крепко обняла. Я воспользовался ситуацией, чтобы продиагностировать ребёнка.

Сильное истощение, общая недоразвитость. Укрепил кости, немного почистил психику. Весь негативный опыт убирать не стал — удивительно адекватный ребёнок для своего возраста. Попутно бросил плетение на волосы, и косички стали как новые. Почистил тело и одежду, немного уменьшив платье и шлёпки.

— Показывай кухню, хозяюшка, — я поставил девочку на пол.

На кухне был срач. И вряд ли он образовался за время болезни матери. Может не стоило её лечить? Это ж надо так засрать свою квартиру.

Не, ну я понимаю, денег нет. Но руки то есть? Взял тряпку, протёр окошко. Через это жирное нечто даже небо не видно! А плита? Что руки отвалятся поднять то, что выпало из сковородки? Там нагори было столько! А заляпаные ручки шкафов? Да к ним даже прикасаться было противно. Я уже молчу про мусор, разбросанные по полу и рабочим поверхностям.

Я с трудом подавил желание сжечь тут всё и с удивлением посмотрел на девочку.

— Так у тебя фамилия Грязнова!

— Нет, — девочка не поняла намёка.

— Как нет? — удивился я. — Ты же живёшь в свинарнике! Точно тебе говорю — Грязнова. А если нет, так надо поменять фамилию на Грязнулю. Саша Грязнуля! — жёстко припечатал я.

— Нет, я не грязнуля, — девочка заплакала и убежала в комнату. Хтонь.

Для начала я уничтожил весь мусор и вернул шкафам и другим поверхностям первоначальный вид. Уфф. Открыл чистое окно и впустил на кухню свежий воздух.

Плита сверкала чистотой, стол, стулья, даже занавески выглядели, как новые. Я открыл первый попавшийся навесной шкаф, и на меня посыпался мусор. Я взвыл от ярости, за моей спиной испуганно пискнула Саша. Я жестом распахнул всё, что можно было открыть, включая холодильник. Мусор высыпался ото всюду. Только холодильник оказался пуст, хотя вонял так, как будто там сдохла кошка. Я закрыл глаза, вдох, выдох, вдох, выдох. Спокойствие, Ваня, только спокойствие.

Открыл глаза я уже в совершенно другой кухне. Хтонь! Сорвался! Я скользнул в транс, проверяя состояние источника. Внутри обозначился контур перевёрнутой заглавной буквы «альфа». В остальном всё было нормально, уфф-ф. Ладно. Только вот как это вот всё теперь объяснить?

Я сел за барную стойку и посмотрел на оранжевый холодильник. Накатила дикая слабость, я широко зевнул.

— Я Саша Грязнуля, — девочка с трудом забралась на соседний стул и положила рака на стол. — Я буду убираться, честно-чесно! — пообещала девочка. — А это что? — она с любопытством оглядывала новую кухню.

Я проследил за взглядом.

— Это пищевой синтезатор, — я обречённо вздохнул и вложил в девочку навыки пользоваться всем вот этим высокотехнологичным оборудованием.

— Ух, ты! Писевой синтесатол! — она с трудом подтащила барный стул к рабочей поверхности и открыла шкаф с новенькой посудой. Вытащила тарелку и поставила в камеру синтезатора. На табло набрала 1124 и нажала красную кнопку.

Аппарат зажужжал и через минуту противно пикнул. Саша открыла дверь и вытащила тарелку. Она с трудом переставила её на барную стойку, перетащила обратно стул и забралась. Снова слезла и в одном из шкафов достала вилку.

На тарелке лежали котлеты с пюрешкой и аппетитно пахли. Я сглотнул подступившую слюну. Саша всё быстро съела и прочитала надпись на тарелке «Помой меня». Кажется, я вложил в девочку ещё и грамотность.

— Шухер! Копы! — на кухню влетел продавец мобильников и застыл, как вкопанный.

Глава 8

— Охренеть! — главарь шайки воров профессионально зашарил глазами по навороченной кухне.

— Я слежу за тобой, — серьёзно заявила маленькая Саша. — Смотри у меня, если что пропадёт, — она погрозила пальцем, слезла со стула и открыла футуристичную посудомойку. Вставила тарелку, уложила вилку в специальный отсек, закрыла прозрачную дверцу и запустила программу, кажется, экспресс-мойки. Мдаа…

— Откуда? — продавец мобильников засмотрелся на оранжевый холодильник необычной овальной формы. Спереди в дверце располагалась синяя выемка под стакан в виде зависшей капли с кнопкой «вода».

В неосвещённом коридоре что-то грохнуло, донеслась ругань. Следом на кухню влетела троица с пакетами.

— Шухер, Ваня, там это…

И эти зависли, я широко зевнул.

— Мелкая, у тебя кофе есть?

Саша взяла один из принесённых пакетов и волоком потащила его к холодильнику.

— Да у неё папаша из этих, — я неопределённо махнул рукой, подталкивая воображение пацанов в неизвестном направлении. — Вы разве не знали, что она бастард?

— Да, я басалт! И это моя кухня! — она заполняла нижние ряды холодильника овощами, на верхнюю полку выложила мясо. Сверху на дисплее пополнялся список продуктов, с указанием количества и срока годности. Остальное девочка выставляла на дубовую столешницу. — Кофе купили? — хозяюшка строго посмотрела на ошарашенных воришек.

Подростки вразнобой замотали головами. Ну да, ну да… не заказывал, я снова зевнул. Вырублюсь же. Я пропустил воздушный импульс по нервам, уфф-ф, меня передёрнуло.

— Так что там про копов? Пирожки будете? — я приглашающе махнул к столу.

Посадочных мест на всех не хватило. Кухню я, конечно, прокачал знатно, но больше она от этого не стала. Рядом с холодильником располагалась компактная рабочая поверхность, далее шла маленькая круглая мойка, магическая плита на две конфорки. В качестве обеденного стола влезла только узкая барная стойка и три стула. Я вытащил из бумажного пакета наугад пирожок и откусил. С вишней, мм…

— Там это… Ищут кого-то, копов полно, барахолку всю перетрясли, — затараторил один из серых, — фото всем показывают. Твоё.

— Вовчик, да ты не части, только путаешь, — поморщился главарь в футболке с огоньком. — Короче, взяли банду Сиплого. На водном мотоцикле, который ты угнал, была следилка. От них след привёл на барахолку. Так что они уже срисовали, что ты ушёл с мелкой.

— Сдали? — я хмуро уставился на главаря.

— Нее, эт не мы, — замахал руками продавец мобильников. Он был самый младший, но другие ребята его уважали и безоговорочно слушались.

— Мы наоборот, — загомонили парни. — Лёха так вообще сказал, что видел, как ты пошёл на рынок. Скажи ему? — Вовчик повернулся к долговязому.

Лёха отчаянно закивал головой.

— Хорошо получилось! На рынок идти той же дорогой, как вы с Сашкой ушли, только правей. Пока копы рынок шманают, ты смыться успеешь, — он довольно лыбился.

— Ты пирожки брал? Брал, — продолжил выкладывать аргументы главарь. — Вот Клава и рассказала, что вы пошли в аптеку. Да и найти, где живёт девочка — не проблема. Они могут и разделиться, часть на рынок, другая в аптеку, третья сюда. Шагу нельзя пройти, чтобы не вляпаться в копа. Так что линять тебе надо, и чем быстрее, тем лучше.

— Надо, — я тяжело вздохнул. Голова вообще не соображала, сильно клонило в сон.

— Ты чё натворил-то? — поинтересовался болтливый Вовчик.

— Да я это… В общем, я зло подшутил над одним вором, — я вспомнил Аврелия Завдаловича в розовых кружевах и хохотнул.

— Кто-то из наших? — напрягся главарь.

— Да нее… — успокоил я пацанов. — Этот ворует по-крупному.

— Аа, из гильдейских значит, — покивал своим мыслям заводила. — У них да… полно связей в полиции. Они запросто могли устроить крупную облаву… Уж шипко жаждут они тебя найти.

— Эт да… Я даже и не думал, что у нас в городе столько копов. Да их больше, чем людей! — один из серых сунул руку в пакет с пирожками.

— Есть где схорониться? — опять влез Вовчик.

— Как я малую одну оставлю? — я показал на Сашу, которая залезла с ногами на столешницу и расставляла каши по верхним полкам. На дисплее холодильника продолжал обновляться список продуктов и количество. Вот как… Ящики соединены в умную сеть. Неужели я внедрил ещё и ИИ? Вместо этого я объяснил ребятам: — Мамка ещё сутки спать будет.

Хорошо хоть никто из них пока не задался вопросом, почему могущественный папаня Саши обустроил для дочери кухню, а вся остальная квартира настолько нищая, что даже лампочки в коридоре нет.

— Не переживай, мы Зинку попросим, она присмотрит, — заверил главарь и, словив непонимание на моём лице добавил: — Ты у неё шмотки покупал.

— Может махнёмся? — я показал руками на свою клетчатую рубашку. — Надо опять сменить одежду, в этой меня уже ищут.

— Ща, погоди! — короткостриженный запихнул пирожок целиком в рот и метнулся в комнату. Он приволок несколько застиранных футболок и вывалил на стол. — Выбирай!

Он ловко вытянул из кучи тряпья чёрный платок с белым рисунком.

— На волосы повяжешь, — он протянул мне импровизированную бандану.

— Молодец, Саня! — похвалил подручного главарь. — Волосы у тебя палевные, как у девчонки. Под аристо косишь?

Самая нестрёмная футболка была чёрного цвета с белой надписью «Выключи свет!»

Я тут же переоделся и повязал косынку.

— Пошли ко мне? — с энтузиазмом предложил Вовчик. — У меня отец на сутках. Утром придёт и спать завалится.

— Я бы тоже завалился, — я протяжно зевнул.

Я шёл по широкой улице с однотипной застройкой. Девятиэтажные п-образные кирпичные дома, обилие зелени, небольшие скверики и непритязательные небольшие магазинчики. Этот район был поприличней того, где проживала Саша, и в целом здесь даже было уютно. Видимо мы из района бедняков перебрались к середнячкам.

Воришки разыграли хитрую комбинацию по скрытному перемещению. Главарь, которого, как оказалось, звали Глеб, под камерами ушёл в противоположную сторону. Двое серых тоже разъехались напоказ по разным маршрутам. Я же должен был идти за Саней на почтительном расстоянии, но не терять его из виду. Тот шёл так, чтобы не попасть ни в одну видеокамеру.

С проложенного маршрута меня сбил запах кофе — я на автомате свернул в небольшую кофейню. В себя пришёл после первого глотка капучино. Я сидел за барной стойкой в приглушённом свете магических светильников, а на тело накатила неподъёмная тяжесть. И тут я понял, что никуда не дойду. Откат после мощной магии на пределе возможностей источника и в хилом теле накрыл меня волной. От кофе стало только хуже. Я посмотрел на баристо.

— Ща засну, — и я, кажется, рухнул головой на столешницу.

Проснулся в мягкой чистой постели с новыми простынями без изображения раков. Ясно, я не во дворце. Сел и огляделся.

Просторная светлая комната без изысков. Судя по дивану, нескольким креслам и овальному столу, это гостиная или переговорная. Хотя смущало обилие развешенного на стенах оружия. Мечи, сабли, кинжалы, катаны и даже дротики.

Спал я в трусах, кто-то заботливо раздел меня и сложил на стул одежду. Рядом лежал ещё один комплект одежды — поновей и поприличней.

В комнату постучали и, не дожидаясь ответа, вошёл белобрысый молодой парень в светлых джинсах и футболке цвета хаки. На поясе у него висел нож.

— Доброе утро Ваше Высочество, — негромко поздоровался незнакомец и замер в ожидании приказов.

— Ты кто? Где я?

— Адъютант Вашего Высочества Денис Егоров к вашим услугам, — отрапортовал он, вытянувшись по струнке. Я присмотрелся к нему по-внимательней. Это тот смелый гвардеец, который пытался перегородить мне дорогу и ещё спрашивал, куда я собрался. Повысили значит, хм.

— А почему ты? — я очертил размашистый круг рукой, указывая на его форму, вернее на её отсутствие.

— Я подумал, что раз вы здесь инкогнито, то и мне не стоит раскрывать вашу личность, — чётко по военному доложил мой новый адъютант.

— Где здесь?

— Мы в гильдии убийц, Ваше Высочество…

— Ваня, зови меня Ваней, — перебил я его, осматривая расположение оружия новым взглядом. Крепления не мешали выхватить любой из выставленных экземпляров и тут же пустить его в дело. — И смени манеру поведения на более свободную. От тебя за версту несёт армией, — и добавил уже не так раздражённо: — Скажи лучше, как я здесь очутился?

Нее, ну я собирался заглянуть в гильдию убийц, планировал привлечь их к одному делу, но вот так, резко… Да еще и не на моих условиях…

Я порылся в предложенной мне новой одежде и выбрал штаны защитной расцветки. Футболку натянул вчерашнюю «выключи свет» и повязал на голову бандану. Разложил по карманам платиновую карту и деньги.

— Вас, сдал баристо…

— Тебя, — я снова перебил адъютанта. — На ты, пожалуйста.

— Он решил выслужиться перед гильдией убийц и насолить гильдии воров, — Денис расположился в кресле напротив и старался выглядеть непринуждённо. — По разошедшейся версии вы, ты забрался в дом к главе гильдии воров, и тот устроил на тебя облаву.

Я громко хмыкнул. Забавная версия, даже интересно стало, что я украл.

— Неужели воры так плотно сотрудничают с полицией? — я задумчиво уставился в потолок.

— Не могу знать! Но не исключаю такой возможности, — смягчил тон Дениска. — Когда ваа, тебя привезли в гильдию, глава убийц тебя узнал. Он вышел на главу гвардии Матвея Асимовича.

— Так кто меня искал? Батюшка? Или Александр Михайлович со своим СБ? — поинтересовался я.

— Поиски организовал Александр Михайлович, — подтвердил мои опасения адъютант, — после того, как ты угн, покинул остров.

— Как интересно… — пробормотал я, — А глава убийц, значит, решил не СБ меня сдавать, а гвардейцам… Значит гильдия воров сидит под СБ. И глава гильдии убийц таким ходом приобрёл себе очки у гвардии. Умно, очень умно… Дальше?

— Матвей Асимович прикрепил к вам меня с ребятами, я их рассредоточил вокруг гильдии, — Дениска опять перешёл на форму доклада. — Все отыгрывают разных персонажей, но готовы быстро прийти на помощь, если потребуется. Как только стало известно ваше местонахождение, Михаил Михайлович распорядился прекратить поиски. На улицах столицы снова тихо.

— В смысле? И меня не потащат силком во дворец? — опешил я.

— Как можно? Ваше Высочество? — искренне возмутился гвардеец. Даже интересно стало, как бы действовали СБшники. — Приказ был — найти. Дальнейших распоряжений не было.

У адъютанта завибрировал мобильник, и он распахнул крышку. Да это мини-планшет. Зачётная игрушка!

— Ребята передают, что вчерашние воришки с барахолки следят за гильдией. У вас с ними какие-то дела? — поинтересовался Денис.

— Парни здорово помогли мне, — я встал. — Пойдём знакомиться с хозяином что ли? Кстати, а что я украл у главы гильдии, что меня так яростно ищут воры?

— Ничего, — Денис усмехнулся. — Народная молва твердит, что красивый юноша влюбился во внучку главы и забрался ночью к ней в спальню, а наутро их застукал любящий дедушка.

Хтонь! Я сбился с шага и в изумлении уставился на адъютанта.

— С чего вдруг такой безумный полёт фантазии?! Она что так хороша? Недоступна? Или наоборот? — я заинтересовался предпосылками.

— Дед слишком опекает её и, пожалуй, она самое дорогое, что у него есть, — поразмыслив, ответил Денис. — Розыск-то вёлся с размахом, народ сделал вывод, что вы, ты задел его за живое. И да, ей 18, и она красавица, — мечтательно улыбнулся парень. Ну вот, хоть нормальная реакция, а то деревянный какой-то.

Не успел я сделать и пары шагов к выходу, как адъютант метнулся к двери и предупредительно распахнул её передо мной.

— Палишь и себя, и меня, — укорил я адъютанта.

— Рефлексы, Ваня, это рефлексы, — несмело пошутил Денис.

— Так-то лучше, — я похлопал его по плечу. — Не позади меня идёшь, не впереди, а рядом, как равный. Понял?

Адъютант исполнительно кивнул, а потом поправился:

— Замётано!

От стены в нашу сторону метнулась тень, и я едва успел перехватить руку с занесённым ножом адъютанта-телохранителя. Эх, что за хилые у меня мышцы!

— Глава ждёт вас на обед, господа, — опасный старичок невозмутимо поклонился. Ни единый мускул не дрогнул на его лице, когда Денис двинулся на него с ножом. Маг земли, кстати, причём, сильный.

Мы последовали за провожатым. Везде по пути нашего следования на стенах висело оружие. Стрелковое, начиная от различных луков и стрел, заканчивая компактными и не очень пулемётами. Магические жезлы и амулеты. Щиты всевозможных форм и размеров. Копья и гарпуны.

В небольшой столовой на многочисленных неглубоких стеллажах в разных флаконах, полагаю, размещались яды, я хмыкнул, оценив ироничный намёк — столовая и яды. Хозяин всего этого коллекционного великолепия дружелюбно улыбнулся и шагнул нам навстречу.

— Рад приветствовать вас в стенах музея оружия, — высокий худощавый мужчина протянул руку, и я с удовольствием пожал её. — Остап Петрович Безымянный к вашим услугам, — представился он. — К нам присоединится моя младшая дочь Лика, не возражаете?

— Иван, а это мой друг Денис. Почтём за честь, — я приложил руку к сердцу. — Весьма впечатлён вашей коллекцией, — я повёл рукой, указывая на бутылочки. — Лично варите?

Мужчина носил чёрный строгий кафтан с длинными полами. Полагаю, старомодный наряд идеально скрывал оружие, которого, уверен, на нём было не мало. Глава гильдии был двустихийным магом воды и земли. А ведь такое считалось невозможным среди простолюдин. Природный гений.

— А что это? — с неестественным любопытством спросил Денис.

— Это, друг мой, — я похлопал его по плечу, — самая великолепная и смертоносная подборка ядов в мире. Полагаю, если разбить вон тот голубоватый флакон, то мгновенная смерть настигнет не только всех в этой комнате, но и жителей особняка, да и парочки соседних. Позвольте презентовать вам подарок, в знак благодарности за оказанное гостеприимство.

По моему сигналу Земеля создал стеклянный прозрачный сосуд, а Капля эффектно влила в него жидкость. В воздухе возникла пробка, заткнувшая бутыль. Появившаяся верёвка обмотала тонкое горлышко, на её конце появилась небольшая бумажка. Остап Петрович ловко поймал пузырёк и с изумлением уставился на разворот бумажки.

— Что это? — вопрос прозвучал от Дениса.

— Это противоядие от той смертоносной дряни, про которую говорил царев, госп, ваш друг Иван, — глава гильдии фанатично пожирал меня глазами.

Пол дела сделано — глава гильдии мой с потрохами. Впрочем, как и Дениска, хоть адъютант и не оценил уникальность рецепта, его поразила сама презентация. Он, как маг, не почувствовал, чтобы я пользовался магией, да и как я бы мог это сделать, до инициализации-то ещё два года. Тогда как? Я подмигнул парню и мысленно похвалил стихии за отлично проделанную совместную работу.

Дверь в столовую шумно отворилась, и в посещение впорхнула изящная девушка в провокационном платье. Летящее летнее платье липло при ходьбе, обволакивало бёдра и все складки, которые в приличном обществе обычно скрывают от посторонних глаз. Девушка явно поработала над своей грудью, искусственно приподняв её, чтобы добиться визуального увеличения округлостей. Губы были подведены ярко-красной помадой, а длинна ресниц увеличена до абсурдной. И тоже магиня, слабая воздушница. У меня появлялось все больше вопросов к магам-простолюдинам. И как батенька упустил такой жирный козырь.

При появлении дочери Остап Петрович заметно расстроился. Однако, сказать ничего не успел. Дверь ещё раз отворилась и пожаловал опасный старичок, отыгрывающий роль слуги.

— Георгий Родионович Пантелеев с внучкой Ариной, — громко объявил слуга и шагнул в сторону пропуская, полагаю, главу гильдии воров с внучкой.

Невысокий подтянутый дед тоже оказался магом воздуха. Он щеголял в лёгкой белой рубашке с золотыми пуговицами и горчичных парусиновых штанах. Дополняли наряд ироничная улыбка и ошеломительно красивая девушка идущая рядом с ним под руку. Её природную красоту не смогли испортить ни нелепый наряд, ни аляповатая бижутерия. Белая сетчатая футболка выставляла на показ чёрный кружевной бюстгальтер, а излишне короткая юбка не позволяла совершать опрометчиво резких манёвров.

— Юноша, что же вы так быстро скрылись из моего дома? — глаза Георгия Родионовича бегали от меня к Денису, силясь угадать, кто из нас тот самый герой, которого вчера весь день ловила полиция и которому приписали сомнительную славу.

Глава 9

По мере приближения глава гильдии воров узнавал меня. Его хитрая улыбка превращалась в испуганную гримасу. В то время как Остап Петрович улыбался всё шире и шире. А вот девушки ни о чём не подозревали.

Арина взяла Дениса под локоток. Он старше, выше и шире меня в плечах. Я же тощий подросток. Выбор очевиден. И то, что они меня не узнали, вполне объяснимо. На балы Ванюша не ходил, дворца не покидал, да у него даже мобильника не было, чтобы выкладывать фотки в соцсетях. Представляю, какой бы произвели фурор его фотографии в одежде старших братьев в антураже дешёвой поломанной мебели из ДСП, хм.

— Дорогой, что же ты так быстро убежал? — Арина обворожительно улыбнулась. Да и какой герой-любовник из 15-летнего подростка?

Девушка прильнула к плечу парня грудью и чмокнула в щёку. Денис зарделся. Именно на такой эффект она и рассчитывала.

Адъютант бросил на меня беспомощный взгляд, на что я только подмигнул ему. Он осмелел и привлёк красотку к себе, обняв за талию.

Лика вцепилась в парня с другой стороны. Она была, несомненно, хороша, но терялась на фоне золотистых кудрей, голубых глаз и пухлых губок длинноногой Арины. Денис попал! Он и до этого отзывался о внучке главы воров с восхищением. Однако, и Лика не собиралась сдаваться.

Она навалилась грудью на локоть высокого гвардейца, потянула его к себе для поцелуя и сделала вид, что промахнулась, чмокнув в губы. И невинно зарделась. Даже для слабенькой магини воздуха несложный трюк — улучшить кровоснабжение в районе щёк. Адъютант не стал расстраивать девушку и приобнял её свободной рукой.

— Отстань от моего парня, пигалица, — громким шёпотом зашипела Арина.

— Он не твой, — Лика потянула на себя Дениса. — Твой дедушка объявил на него охоту.

Чего добивается Лика я понимал, она хотела насолить давней сопернице, уведя у неё парня. А зачем это Арине? Типа смотри, парень, чего у тебя никогда не было и не будет, и глотай слюну? Бред же?

Пантелеев пытался подать внучке знак, но та была слишком увлечена склокой.

— Позвольте представить, — гостеприимно щерился глава гильдии убийц, — владелец выставочной галереи «Наследие» Георгий Родионович Пантелеев. А это мои гости и хорошие друзья Иван и Денис, — Остап Петрович только что отрезал все шансы главе гильдии воров принести извинения царевичу за неуместную шутку. Ибо я тут инкогнито.

Пятна на лице Пантелеева расширились, превратив цвет лица в царственно багряный. Он с тоской посмотрел на неуместный наряд внучки.

Хозяин дома отошёл от нас на минутку, чтобы отдать необходимые распоряжения слугам. Только что количество гостей увеличилось и судя по тому, как глава убийц кидал взгляды на дверь, он ждал новых посетителей.

— Давно вы сотрудничаете с Александром Михайловичем? — я спросил в лоб и отслеживал реакцию.

— Прошу прощения, Иван Мм, — извинился сразу за всё главный вор, вовремя сглотнув моё отчество. — Вас ввели в заблуждение, — при этом он злобно зыркнул в сторону главного убийцы, — но моей галерее покровительствует род Быковых.

Ему удалось меня удивить. И заметив мой шокированный вид к нам быстро вернулся Остап Петрович. Добрая Мария из рода Быковых, значит. И как я не догадался? Быковы действительно всё время проводят какие-то выставки, светские масштабные мероприятия и даже соревнования.

Дверь в столовую отворилась, в дверях появился знакомый слуга.

— Акакий Акакиевич Мерзляев с племянницей Евдокией, — громко объявил старичок и шагнул в сторону, пропуская новых гостей.

Под руку с шикарной молодой женщиной в изысканном красном вечернем платье с разрезом от бедра важно шествовал округлый мужчина с блестящей лысиной. Не маг, а то я уж думал, что все ведущие теневые деятели одарённые. Зато его рыжеволосая спутница была магиней огня.

Скользнув по мне пренебрежительным взглядом и задержавшись на перетягивании Дениса двумя вульгарными девицами, Акакий Акакиевич перешёл в наступление.

— Друзья, почему не предупредили заранее? Или вы решили собраться без меня? — перешёл к обвинениям вновь прибывший теневой деятель. Он заложил большие пальцы в карманы жилетки своего модного чёрного костюма и покачивался с пятки на носок. — Вы ведь здесь обсуждаете бездарно проведённую облаву, — констатировал неизвестный игрок. — И к чему здесь молодняк?

С каждой новой фразой он закапывал себя всё больше и больше. Улыбка главы гильдии убийц ширилась с каждым новым выпадом гостя, а лицо главного вора приобретало нормальный цвет. Не один он дурак, есть и более тупые кадры.

— Добрый день, Акакий, — тепло поздоровался хозяин дома, — ты привёз мне среднеазиатские травы или опять всё уйдет Марии Сергеевне? Твой аукционный дом прокатывает меня уже в который раз, — укоризненно пожурил Остап Петрович, тем самым бросив мне жирный намёк на личность незнакомца. Так это глава чёрного рынка! Я с новым интересом оглядел лысоватого прохвоста.

— Как здоровье Петра Михайловича? Что-то он давно не выходил в свет, мы волнуемся, — метнул в меня новыми сведениями Георгий Родионович, стремясь заработать очки и заодно потопить конкурента.

Так значит, чёрный рынок плотно сидит под Петром, управляющим финансами. У меня вообще есть нормальные братья?

— Нормально всё у него, великие княгини на море собираются, заказали себе товаров на пять миллионов. Вы с темы-то не съезжайте! — недовольно пробурчал мужчина. — По какому поводу сходка? Волчара что-то надыбал?

И тут глава аукционного дома заметил пузырёк на столе, сотворённый стихиями.

— Что это? — он без спроса схватил склянку и раскрыл бумажку. — Эт, эт, это же… — его глаза азартно заблестели. — Продай! Откуда рецепт?

Чёрнорыночник испытующе пробежался по взрослым лицам, а потом переключился на меня с Денисом. Меня, как малолетку он отмёл сразу, его взгляд прикипел к адъютанту. Повинуясь его команде Евдокия отцепилась от локотка дядюшки и царственно виляя задом перешла в атаку.

Денис оказался беззащитен. Обе его руки были заняты, и огненная красотка беспрепятственно приблизилась к парню спереди почти вплотную. На длиннющих каблуках она была равного с ним роста. Евдокия обвила пунцовую шею парня рукой и прошептала почти в губы.

— Зачем тебе эти малолетки? — она смотрела адъютанту глаза в глаза. — Они же ничего не умеют.

Евдокия, видимо, применила мышечное усиление. Денис вылетел из объятий девушек как пробка из бутылки и, не удержавшись, повалил племянницу главы аукционного дома на пол, удачно попав между ног красотки.

— Оуу, — одобрительно поцокала языком соблазнительница.

— Ах ты, стерва!

— Выдра!

Две другие соперницы бросились сверху, образовав кучу малу. Арина совсем позабыла о излишне короткой юбке, во всю сверкая кружевными трусиками.

— Ставлю на рыжую, — я не смог удержаться от подколки.

Двери столовой вновь распахнулись.

— Его сиятельство граф Сергей Сергеевич Волков с дочерью Мариной, — торжественно провозгласил слуга и отошёл в сторону.

— Явился, не запылился, — пробурчал Акакий Акакиевич.

Остап Петрович встал передо мной, слегка загородив собой. Главный вор злорадно оскалился, заметив ход соперника. Понятно, предвкушает, как ещё один вляпается. Глава правопорядка не может меня не узнать. Даже если вдруг он никогда не интересовался императорской семейкой, моя физиономия была роздана вчера всем копам столицы.

Вальяжно вошедший высокий мужчина чувствовал себя в музее оружия, как у себя дома. Под сорок, военная выправка, стрижка ёжиком. Скромный серый китель без знаков отличия. Сильный маг огня и земли. Дочь владела стихией земли. Оно и понятно. Аристократия вся без исключения была магами.

Марина прошла инициализацию недавно, её источник был ещё нестабилен. Значит, девушке 17. На ней было длинное глухое тёмно-зелёное платье без рукавов. Изумрудная брошь похоже заключала в себе стабилизирующее плетение. Длинная тяжёлая коса лежала на плече.

— Меня обсуждаете? — предвкушающе оскалился граф. — Да у вас тут бои без правил, — он подошёл поближе, сально разглядывая мелькающие прелести. — Стольник на рыженькую! А я всё думал, зачем вы баб на сходку тащите. Отлично придумано! — он показал большой палец вверх. — Марина, надо спасать парня. Как ни как это мой долг, — главный полицейский громко расхохотался своей шутке.

Марина с ужасом посмотрела на папеньку в надежде на то, что тот шутит. Граф одобряюще кивнул юной магине, и девушка осторожно обогнула кучу-малу и зашла с головы.

Лика победоносно разместилась верхом на пунцовом Денисе, ойкнула, хитро прищурилась и поёрзала. Арина подползла на коленках сзади и потянула соперницу на спину. Лика начала заваливаться назад, забавно растопырив ноги в разные стороны

Летнее воздушное платье Лики предательски затрещало. В попытке удержаться на парне девушка махнула рукой и вцепилась в красный подол третьей соперницы, злорадно оскалилась и рванула ткань на себя. Евдокия осталась без верха, как и Лика. Последняя одетая девушка в короткой юбке встала над Дениской, от чего тот конкретно залип.

— Ребята, прекратите, пожалуйста, — несмело попросила Марина. На неё даже не посмотрели. И тут девушка вмазала с разворота ногой в плечо рыжей, отчего та повалилась на остальных двух, и все вместе они проехались по полу несколько метров.

Сама же Марина Волкова эффектно приземлилась после прыжка и застыла в боевой стойке.

— Гаврила, — позвал хозяин дома.

Всё тот же слуга появился с тремя простынями и выдал их девушкам.

— Проводи барышень в гардеробную, — попросил он тоном, как будто подобное происходит каждый день, и ничего удивительного в том нет.

Акакий Акакиевич оказался подле Дениса и подал ему руку, помогая встать.

— Что ж вы юноша совсем себя не бережёте? — он шутливо пожурил талантливого алхимика, на которого устроил облаву глава полиции. — С вашими талантами вам нужен заботливый покровитель, чтобы подобного больше не случалось.

Глава гильдии воров оценивающе посмотрел на моего гвардейца. И правда? Не потому ли Иван-царевич с ним таскается, что он гений?

— Сергей Сергеевич, отдайте мне пацана, — добродушно улыбнулся Акакий Акакиевич.

— Да зачем он мне? — граф весело отмахнулся.

— Так вы не его вчера ловили? — глава аукционного дома мёртвой хваткой вцепился в перспективного парня с мокрыми штанами. Гвардеец уже подсушил срамное, но стрёмное пятно осталось. Я незаметно бросил плетение очистки ткани, и Денис расслабился.

— Нет, конечно, — отмахнулся рукой граф.

— А кого же? — главный вор ловко подставил словесную подножку.

— На царского недоумка Ванечку. Парень окончательно сошёл с ума, съехал головой вслед за маменькой, — разошёлся глава полиции.

Марина ойкнула, в отличии от графа она меня видела и узнала. Девушка дёрнула папеньку за рукав.

— Малолетний придурок угнал водный мотоцикл и решил покататься, а когда ему наскучило попёрся в город на прогулку, — главный коп зарывал себя всё глубже и глубже, отчего лица обоих глав гильдий светлели. — Жаль, что его не прибили бандиты на барахолке. Царский идиот!

Марина резко вмазала отцу кулачком в плечо.

— Да что тебе? — огрызнулся граф на дочь. — Распустили баб! Не видишь что ли? Мужчины разговаривают!

— Что? Паренёк дал вам жару? Не смогли его найти? — съязвил Акакий Акакиевич. — Такая масштабная облава и не нашли? Может не там искали?

Глава чёрного рынка наслаждался неудачей полицейского. Марина тем временем подтолкнула отца так, чтобы он смог хорошенько рассмотреть меня. Но граф скользнул по мне взглядом и отвернулся. Хтонь! Да как так-то? Глава полиции не знает члена императорской семьи в лицо? Не знает того, кого искал весь день?

— И где же он прятался? — Георгий Родионович принялся развивать тему, пытаясь утопить Волкова ещё больше.

— Связался с компанией таких же отморозков, напился и провалялся до утра в какой-нибудь халупе, вот и не нашли, — заврался Сергей Сергеевич. — Мы же не можем прочёсывать каждый дом?

— Признайтесь честно, ваше сиятельство, что искали для галочки, — Акакий Акакиевич с удовольствием подсыпал яду, разъедая гордость главы правопорядка.

Дверь в столовую отворилась и все повернулись в ожидании новых гостей. Однако, никто не пришёл. Я признаться больше никого и не ждал. Глава гильдии воров есть, убийц тоже, глава чёрного рынка и коп, который всех прикрывает. Все в сборе.

Старичок, отыгрывающий слугу, шепнул что-то на ухо хозяину дома.

— Господа и дамы, пройдёмте в большую столовую, — Остап Петрович приглашающе махнул к распахнутым дверям.

Мы миновали выставку гранат и дошли до коллекции топоров, когда двери очередного зала распахнулись и слуга пригласил нас внутрь.

По краям нового помещения стояли фигуры воинов, облачённых в разного вида доспехи, начиная от простых кожаных и заканчивая бронежилетами последней модели. Отдельной витриной были выставлены защитные амулеты с плетениями по типу «каменная кожа». Я с удовольствием сделал полный круг, осмотрев все экземпляры. Денис шёл рядом. Он был в теме, особенно по современному оборудованию.

— О! Смотри, Вань, у нас такие были! — после любовного приключения гвардеец невольно расслабился. Он подвёл меня к плотному тканевому бронежилету. — Вот сюда, видишь, вставляется кристалл со стихией земли. Он задерживает от одного до пяти прямых физических ударов. А эта выемка для кристалла воздуха, от пуль защищает.

— Всё правильно, Денис, — к нам подошёл Остап Петрович. — Давайте уже к столу, потом ещё посмотрите.

— Эх, молодёжь, — Акакий Акакиевич снова забурчал, — всё им в войнушки играть.

Мы уже было направились к накрытому большому столу в центре залы, как двери отворились, впуская новых гостей. Кто-то ещё в деле?

— Павел Андреевич Мухин с внучкой Ларой, — громко провозгласил слуга.

В небольшую столовую влетел невысокий щуплый моложавый старичок в клетчатой рубашке с коротким рукавом и джинсах. Ещё один двустихийник. Огонь и Воздух. Да и спутница магиня воды. Миленькая девушка лет 18-ти. В коротких шортах и светлой майке. Лето ж, хм.

— Господа, как же так? — Мухин начал с обвинений. — Решили собраться без меня? У вас появились от меня секреты?

Мужчина замер и повёл носом, принюхиваясь.

— Ага! — вскричал он. — Вы решили устроить торги без меня! Я так и знал! Так это его вы ловили вчера! Где? Где этот бриллиант?

Старичок ловко обогнул мужчин и замер передо мной, как охотник перед добычей. Он снова повёл носом и облетел меня кругом.

— Мальчик мой, шедеврально, просто шедеврально! Какой экземпляр! Откуда? Где водятся такие таланты? Дайте два! — Мухин крутился передо мной постоянно поводя носом.

— Эт кто? — Лара подошла и презрительно посмотрела на мою бандану и застиранную футболку "выключи свет". Девушка демонстративно надула жвачку и лопнула.

— Это душа моя, редкий магический талант. Сколько тебе мальчик? — глава гильдии убийц перехватил руку Павла Андреевича, которой тот пытался потрепать меня по щеке. В тоже самое время Марина приставила к шее Мухина нож.

— Мариночка! — граф Волков оторопело смотрел на дочь.

Я уже понял кто это. Я мрачно смотрел на типа, который охотится на талантливых магов-простолюдинов. Я сейчас и выглядел, как простолюдин. По одежде так точно. Хуже то, что они реально устраивают аукционы на чёрном рынке, продавая магов. И надеюсь, этот скользкий хмырь не углядел во мне все четыре стихии разом.

Меня наполняла ярость, в комнате становилось жарко.

— Одно Ваше слово, и он труп, — заявила Марина Волкова, глядя мне прямо в глаза.

Слова зеленоглазки привели меня в чувства. Вдох, выдох, вдох, выдох. Спокойствие, Ваня, только спокойствие.

— Остап Петрович, вы что-то говорили про ужин, — я с улыбкой повернулся к хозяину музея оружия. — Женская потасовка пробудила во мне знаете ли зверский аппетит.

— Это да, парень, — граф Волков по-панибратски хлопнул меня по плечу. — Тут ты прав.

Марина закатила глаза, взяла меня под руку и повела к столу. Глава полиции меня не узнал, даже когда Денис назвал меня Ваней.

— Прошу к столу, — Остап Петрович приглашающе махнул рукой.

— Ну нет, так нет, — пробурчал Мухин. — Так бы и сказали, что уже продали пацана. За ножи-то зачем хвататься?

Мы уже принялись рассаживаться, когда двери с грохотом слетели с петель. В дверном проёме стоял взбешенный глава СБ империи царевич Александр Михайлович.

Глава 10

Марина встала передо мной, загораживая от взгляда Александра Михайловича. Успевшие сесть Акакий Акакиевич и Павел Андреевич повскакивали со своих мест и низко поклонились начальнику имперской СБ.

— Да вы в конец обнаглели! Смерды! Устраивать тайные сборища! Сгною всех до седьмого колена на рудниках! Жён ваших и детей продам африканцам на опыты! Жить расхотелось?! Я вас спрашиваю! Секреты посмели от меня заводить?

Воцарилась гнетущая тишина. Все присутствующие склонили вниз головы, и мы с Дениской тоже. Царевич гневно прохаживался по зале, кипя праведным гневом.

Вдруг в залу влетели запыхавшиеся девушки. Евдокия врезалась в царевича. Лика и Арина, испуганно пискнув, застыли в реверансе. На этот раз они были одеты прилично. Почти. Разрезы от бедра и оголённые плечи присутствовали у всех в равной степени.

— Добрые день, Ваше Высочество, — поздоровались они вразнобой.

— Может вы, — он выделил «вы» голосом, — мне поведаете, по какому поводу вечеринка? — Александр добродушно улыбнулся красавицам, не торопясь выпускать Евдокию из объятий.

— Мы с дедушкой подшутить хотели над его другом Остапом Петровичем, — простодушно выпалила Арина. — Это всё сплетни, народ выдумал, что кто-то ограбил дедушку, похитил сердце его внучки, — продолжила щебетать девушка, восхищённо глядя на царевича. — Это так романтично, Ваше Высочество.

— Решили вот познакомить юное поколение друг с другом, — Акакий Акакиевич попробовал выкрутиться. — Эта знаете ли вражда мешает сотрудничеству, Ваше Высочество, а тут и повод нашёлся.

— Повод? — не понял глава СБ.

— Ну как же, вчерашняя облава. Сергей Сергеевич знатно пошумел. Не беспокоить же Вас право по таким пустякам? — глава гильдии воров перевёл разговор в расчете, что царевич что-нибудь ляпнет компрометирующее. Даже в такой ситуации старается выслужиться передо мной. Смелый, однако, и хитрый. Пожалуй, стоит к нему присмотреться. Хотя сдаётся мне, попадись я ему вчера, главный вор передал бы меня Волкову, не задумываясь.

— Да, — на лице Александра проступила досада. — Как же вы так, Сергей Сергеевич, опростоволосились? Не иголку в стоге сена искали поди и не смогли найти.

Я заметил, как сжались кулаки царевича. Неужели это он убил Ванюшу? И что меня ожидало, если бы я попался полиции? Вернули бы батюшке или прикопали где-нибудь по дороге?

— Как-то резко император приказал прекратить поиски, — Александр совсем успокоился, отпустил рыжеволоску и сел во главе обеденного стола. — Присаживайтесь, — разрешил он.

Марина шустро устроила меня за самый дальний край стола. Сама плюхнулась рядом, Дениса расположила с другой от себя стороны. Обновлённые красавицы дружно сели напротив гвардейца и бросали на него многообещающие взгляды.

В общем разглядеть меня с места СБшника теперь не представлялось возможным. Манипуляции Марины не скрылись от глаз теневых воротил. Однако, выводы каждый сделал сам.

Мухин решил, что ценного мага прячут от императорской семейки, поскольку продали его без высокого дозволения Сашеньки. Чернорыночник посчитал, что прячут гениального алхимика Дениса. Он даже сел подле него, чтобы не терять из виду. Волков ничего не понял. Он расположился по левую руку от царевича и пожирал его преданным взглядом. Правую сторону на правах хозяина дома занял Остап Петрович.

— Сергей Сергеевич, где хоть след оборвался? — царевич показывал слуге, какие блюда накладывать.

— Он ушёл с барахолки вместе с маленькой девочкой, но до места назначения не дошёл, — чётким голосом начал доклад начальник полиции. — Ни в одной из аптек города он не появлялся, и девочку больше никто не видел. Хотя до этого она два дня подряд появлялась на стихийном рынке. Из дома, в котором она раньше проживала, их с матерью недавно выселили, а куда они переехали не удалось выяснить. Мы оцепили весь район, но так как это бедный квартал, камер видеонаблюдения там практически нет. Так где он нашёлся, Ваше Высочество? — без особого интереса поинтересовался граф Волков, не смея приступить к еде.

— Не знаю, — Александр задумчиво барабанил пальцами по столу, глядя как слуга наливает вино в бокал. — Его Императорское Величество сообщил, что беспокоиться о мальчике не стоит, а во дворце он так и не появился.

— Так может он мёртв? — с надеждой в голосе предположил граф.

Марина рядом со мной так сильно сжала вилку, что та согнулась. Я успокаивающе погладил девушку по руке, и она в ужасе от меня отшатнулась. Я отвернулся и положил себе индейку под соусом. С утра ничего не ел, а тут один цирк сплошной и не кормят. Подошедший Гаврила наполнил стакан соком, а Капля незаметно его структурировала.

Я постоянно ощущал присутствие стихий. Вот и на столе появилась дополнительная вилка с изображением большого пальца вверх, а тарелка снизу слегка подогрелась.

— Не знаю, не знаю, — царевич сделал глоток вина и поморщился. Слуга быстро заменил бокал, предлагая новую бутылку. — От него столько проблем, что лучше б и правда умер где-нибудь по тихому, — Сашенька выразительно посмотрел на главу гильдии убийц. — А там пусть ищут, мы даже поможем, — он хищно оскалился.

— Обязательно поможем, — расхохотался пока ещё граф Волков. Извини, Марина, но папаше твоему хана.

— А кого искали-то? — не сдержался и проявил любопытство Мухин.

— Так младшего сына императора, — осмелел Акакий Акакиевич, пододвигая поближе к себе блюдо с куриными ножками.

— Так что его искать? — изумился Павел Андреевич, подцепляя тарталетку с икрой и перекладывая её к себе на тарелку. — Я вчера его на художественной выставке видел, он новые работы выставлял. Неплохие, между прочим. Я выкупил несколько для кадровой конторы. Талант! У Фёдора Михайловича определённо большой талант!

— Да нет, мы про младшего, — как маленькому принялся объяснять глава акционерного дома. — Ему кажется 15 или 16, не помню, — Акакий смешно наморщил лоб.

— Так Славий же умер во время ранней инициализации, — всё равно не понял Мухин. — А больше и нет никого, — последнее он добавил заглатывая канапе с сыром.

— Самого младшего Иваном зовут, — пришёл на помощь граф Волков, заливая в себя бокал вина целиком, тарелка перед ним всё еще оставалась пуста.

— А у кого-нибудь фотка есть? — Мухин завертел головой.

Девушки зашуршали телефонами.

— Поиск ничего не даёт.

— И в соцсетях его нет.

— В энциклопедии должно быть!

— Тут картинки нет, только возраст. День рождения 1-го июля, недавно 15 исполнилось.

Интересно как, я порылся в памяти ещё раз. Нет, не было никакого праздника, и не поздравлял Ванюшу никто, даже на словах, даже мимоходом. Снова накатила злость. Маменька-то почему не поздравила? Тьма её забери! Я почувствовал на коленках Рыжика и погладил его, уфф, отпустило.

— Господа! У меня в телефоне есть! Во вчерашней ориентировке всем выдавали, — начальник полиции достал мобильник и открыл фото.

Телефон пошёл по рукам и добрался до меня. Я был изображён с камеры в гараже дворца. Рабочий комбинезон, волосы убраны в хвост, блуждающий взгляд. Это я, наверное, водный мотоцикл высматривал.

Я передал фотку дальше через стол, девочкам.

— Симпатичный.

— Глаза какие мечтательные, романтик. Из дома сбежал.

— Ага, красавец, — Лика подозрительно посмотрела на меня, потом опять на фотку, снова на меня. Неверяще мотнула головой и передала изображение дальше.

Сквозь незащищённый дверной проём в выставочный зал зашёл еще один гость и бесшумно скользнул в сторону. Он принялся неспешно осматривать доспехи, обходя помещение по кругу. Когда он прошёл почти половину экспозиции, появились оба секретаря. Они, не скрываясь обошли стол с другой стороны и встали за моей спиной. Судя по тому, что никто не обратил на них внимания — гости приняли их за слуг.

Первым императора заметил Волков. Он вскочил так резко, что стул с грохотом отлетел назад. Привлечённые шумом остальные сотрапезники стали озираться. Вскоре все кроме меня стояли. Лика победно улыбнулась, глядя на меня.

Только Сашенька ничего не понял. С его места даже сидящего меня не было видно. Марина умудрилась снова загородить меня.

— Ваше Императорское Величество! — царевич побледнел и бросился к батеньке. Михаил III был в простом сером кителе без опознавательных знаков. На поясе, однако, висели кинжал и шпага.

Даже не знаю, как глава СБ будет объяснять, почему он обедает вместе с начальником полицией и главами преступных группировок.

— Всегда, знаете ли, хотел побывать в музее оружия. Да у вас, Остап Петрович, то ремонт, то реконструкция, сейчас вот учёт написано, — он уставился на подбежавшего и замершего в низком поклоне главу гильдии убийц, полностью игнорируя старшего сына.

— Для Вас, Ваше Императорское Величество, мы всегда открыты, и днём и ночью, — он не до конца разогнулся, так и замер в полупоклоне.

В помещение вошёл глава гвардии Матвей Асимович и встал при входе. Несколько гвардейцев забежали внутрь и заняли периметр зала.

Михаил Михайлович повернулся к столу, подошёл и сел рядом со мной, оказавшись во главе стола, на противоположном от Александра месте.

Слуги быстро расставили тарелки и золотые столовые приборы. По указке императора положили вкусности. Больше никто не смел сесть в присутствии императора.

— Мне тоже, что и Ванюше, — попросил он, указывая на мой стакан с соком. Капля любезно прокачала напиток батюшке.

Александр Михайлович оторопело смотрел на невозмутимого меня. Он замер столбом неподалёку, не смея пошевелиться. Накосячил братан знатно.

— Ванечка, ты уже наигрался в прятки? — заботливо спросил батюшка, утолив первый голод.

— Это нечестно! Сам бы ты меня никогда не нашёл! — набычился я.

— Жизнь, Ванюша, она вообще такая, — он неопределённо помахал вилкой в воздухе и положил мясо в рот. — Никогда не знаешь, где прилетит и от кого. Даже близкие предают, — с печальной улыбкой добавил император.

— Сашка обещал прикопать меня по-тихому! Ты бы меня тогда вообще не нашёл никогда! — гордо заявил я, запихивая картошку в рот.

Вилка в руках батюшки разлетелась на мелкие металлические кусочки, словно была из стекла. Александр упал на колени и ударился головой об пол. И так и замер, не смея пошевелиться.

Рядом с тарелкой императора появилась новая вилка с изображением большого пальца. Отец увидел её и благодарно хмыкнул.

— Надоели прятки, хочу солдатиков! Как у дяди Паши и дяди Серёжи! — Мухин и Волков рухнули на колени.

— Так и запишем, — раздался невозмутимый голос Захара за моим плечом. — Создать потешный полк.

— Готов предоставить любое количество, — тут же влез всё ещё граф Волков, не поднимаясь с колен.

Я зло прищурился, глядя на него.

— Плохой! — я бросил к него кусок мясо. Волков попытался поймать его ртом. Идиот! — А мы можем менять главу рода? — я с надеждой уставился на императора, с удовольствием попивающего уже второй стакан модернизированного сока.

— К сожалению, нет, Иван Михайлович, — ответил за него Захар. — Это внутренние дела рода, назначать и менять главу.

— Но мы можем обезглавить род, и глава поменяется автоматически, — столь же невозмутимо добавил Макар.

— Нет-нет, зачем обезглавить? Я складываю с себя обязанности главы в пользу старшего сына, — граф Волков подполз ко мне на коленях и положил на стол перстень главы рода.

— Она! — я ткнул в Марину пальцем. — Она будет главой рода Волковых.

— Баба? — ужаснулся Волков.

— У вас бардак, — поддержал моё решение император, — а женщины хорошо убираются. Вот она и приберёт, — он внимательно посмотрел на Марину. — Ну же, барышня, смелее. Или вы хотите решить вопрос кардинально?

Марина схватила и быстро надела кольцо.

— Служу Империи и императору! — чётко провозгласила глава рода Волковых и новый начальник полиции, приложив руку с кольцом в область сердца.

— А с этим что? — Михаил III брезгливо посмотрел на всё ещё живого графа Волкова.

— Отдайте его Ивану Михайловичу, — предложил Макар, — на перевоспитание. Аврелий Завдалович уже перечислил в казну 250 миллиардов рублей и перезаключает договора с новыми поставщиками.

Это ж сколько он украл, раз так легко расстался с 250 миллиардами. Надо потрясти его, я поставил в уме большую жирную розовую галочку.

— У меня был только один розовый костюм, — набычился я. — А на барахолке таких старинных вещей не было.

— Сошьём, Ваше Высочество, — пообещал Захар.

— Плюшевый костюм волка, — я загорелся энтузиазмом. — Всегда хотел гончую! — граф вздрогнул. — Нет-нет, там нет манжетов… — огорчился я. — Ладно, пусть будет пудель, — я устало вздохнул под тяжестью непростого решения.

— Возьмите меня поиграть, Ваше Высочество, — к моим ногам, не вставая с колен, метнулся Мухин. — У меня много магически заряженных солдатиков.

— Правда? — искренне загорелся я.

— Правда-правда, — закивал болванчиком Павел Андреевич, — всё кадровое агентство под Вашу руку.

— Что за агентство? — заинтересовался батюшка.

— Он покупал себе магов-простолюдин, представляешь? — я невинно посмотрел на отца. — Даже меня хотел купить, сказал, я талант, — я гордо выпятил грудь. — У них с тем лысым дяденькой магазин магов. Давай сходим? Никогда не видел, как людей продают. Мне Аврелий Завдалович карточку подарил, — я вытащил из кармана платиновую карту, показал отцу и потом быстро спрятал обратно. — У меня много денег, смогу много магических солдатиков купить.

Михаил Михайлович дал знак и гвардейцы поволокли Мухина и чёрнорыночника на выход.

— Я! Я готов стать вашим ковриком для ног! — закричал Павел Андреевич. — Иван Михайлович! Возьмите меня поиграть!

— Как же? Как же так? — забормотал Акакий Акакиевич, судорожно бегая глазками, словно ища выход.

— Дядюшка! — всхлипнула Евдокия.

— Я не знал! — ухватился Акакий Акакиевич за соломинку. — Я не знал, что начальник СБ действует против императора! Я не смел даже подумать о таком!

— Разберёмся, — пообещал Матвей Асимович.

Я задумчиво посмотрел вслед Мухину, очень интересные у него способности. Михаил III проследил за моим взглядом и дал знак гвардейцам остановиться.

Павел Андреевич воспрял духом и подполз под стол.

— Что думаешь? — аккуратно поинтересовался император.

— Он интересный, я бы мог привлечь его, но ты посмотри на его дочь, — я кивнул в сторону девочек.

— Которая?

— Неадекватная, которая жуёт жвачку в присутствии императора. Ей ещё пофиг, что её папеньку забирают на дыбу, — вполголоса проговорил я.

— На дыбу?! — завыл под столом Мухин.

Лара стояла в коротких шортах и топике и надувала большой пузырь.

— Какой от него прок, если он даже родную дочь не смог воспитать? — я посмотрел на отца, а тот на Александра и тяжело вздохнул.

Гвардейцы выволокли Мухина за ногу из-под стола и потащили к выходу.

— Когда с ними закончит Матвей Асимович, пришли их ко мне, я посмотрю, что можно сделать и стоит ли, — я налил себе и батюшке ещё сока.

— Иван Михайлович, что с набором в потешный полк? — напомнил о себе Захар.

— Любой род с радостью отправит вам своих детей, — Марина вставила реплику.

Я нашёл глазами Гаврилу и показал ему на девушек. Они были тут лишние.

— Дамы, прошу проследовать за мной, — вежливо поклонился опасный старичок.

В комнате остались главы обоих гильдий, так и стоящие в полупоклоне. Глава гвардии и начальница полиции. Ну и мой Дениска.

— Мне нужен остров.

— Почему не разместить потешный полк на центральном острове? — вопрос прилетел от начальника гвардии.

— Потому что это будет непростой полк, — Захар выложил передо мной планшет с картой. — Ближайший к центральному и в стороне от фарватера. Что строить? К сентябрю полагаю?

Я согласно кивнул. Хочу себе таких секретарей, я с завистью посмотрел на императора. Тот понял меня и с улыбкой развёл руками. Я тяжко вздохнул:

— Казармы, школа для потешного полка и магическая школа для ублюдков. Вы же согласитесь возглавить школу, Остап Петрович?

Глава 11

— Ваше Высочество, это честь для меня, — глава гильдии убийц низко поклонился. — Детская школа для потешного полка, я полагаю? — он довольно прищурился.

— Дети? — удивился император и подал знак налить себе ещё сока. Кажется, батенька подсел на структурированные напитки. Интересно, у него получилось договориться с Водой? Похоже нет… Раз он всё время меня просит.

— Дети, как пластилин, Ваше Императорское Величество, — вместо меня объяснил мой новый директор с поклоном. — Из них можно вылепить всё, что угодно, в том числе преданность, находчивость или решимость убивать.

— С какого возраста набор? — деловито поинтересовался Макар. Они с Захаром так и стояли за моей спиной с планшетами и вели запись поручений.

— Я тут познакомился с девочкой… — начал было я.

— У тебя появилась девочка? — оживился батя.

— Папенька, как у меня может появиться девочка, если я ещё с женщиной даже не был? — я насмешливо посмотрел на отца, забившего на день рождение сына.

— Девочка Саша, 5 лет, живёт в бедном районе, с ней Его Высочество вчера покинул рынок и отправился в неизвестном направлении, Ваше Императорское Величество, — доложила начальница полиции и поклонилась.

— Ябеда, — буркнул я и показал Марине язык. — Саша выглядела адекватной. Вот думаю с пяти лет и брать и не старше 17-ти, — я задумался, — хотя может 16 уже поздновато…

Остап Петрович щерился довольством, голова его уже работала в нужном направлении. Он извлёк мобильник и принялся делать заметки. Мой директор поднял руку, и я кивнул, разрешая говорить.

— В редких случаях можно брать и младше. Например, если это брат или сестра, чтобы не разлучать их, — сразу видно, что в выборе директора для трудных подростков я не ошибся. — Точно так же я бы не стал ставить строгие ограничения по возрасту сверху. Так же можно брать семьями, а родителей пристраивать на хозяйстве. Всё равно школе понадобятся служащие.

На каждое новое предложение Остапа Петровича я согласно кивал, разберётся мой директор Безымянный, дам ему по-больше свободы в принятии решений.

— Иван Михайлович, кто возглавит школу для ублюдков? — поинтересовался Макар.

— Не знаю, или Александра туда поставить или того, у которого дочь в неадеквате, — я пожал плечами. — Но наверное надо дать Александру шанс, тут, батенька, очень многое зависит от того, замазаны его дети в предательстве перед империей или нет. Это очень серьёзное преступление, он очернил имя императора, подставил тылы под удар. Если его примеру последовали дети, то сгнила не одна душа, а целая ветвь. И даже если на ветке остались хорошие листочки, то они в праведном гневе пойдут мстить.

— Так может… — вздохнул император.

— Нельзя так, папенька, нельзя, — я укоризненно посмотрел на отца. — Ты подаешь пример всей империи, как отцы должны обращаться со своими детьми. Ты его таким воспитал, и что? Не получилось с этим сыном, сделаем другого, по-лучше? А этого в расход? Согласен, что исправлять столетнего дылду поздновато… Но убивать?! Если бы это был ребёнок, и он разбил посуду? Ты бы его наказал и заставил убраться? Вот и пусть Александр принесёт бОльшую пользу, чем сотворил зло.

Марина хмыкнула, скептически надув губки. И не боится перечить, вот ведь назначил на свою голову, я довольно усмехнулся.

— Ваше Высочество излишне идеализирует. Не всё так просто, — графиня Волкова снисходительно улыбнулась.

— Конечно, не просто, и ты даже поймёшь это раньше меня, — я подмигнул девушке. — Когда приедешь домой и будешь доказывать всем своим родственникам, что имеешь право называться главой рода, — я звонко рассмеялся. — Надеюсь, тебе хватит ума не рассказывать, как всё было на самом деле. Папенька твой будет молчать, как рыба об лёд, — я снова расхохотался, — не захочет позориться.

Марина ойкнула и нахмурилась. Тем более первым домой доберётся бывший глава рода. Уже добрался, и рвёт и мечет, уха-ха. В этом мире женщин задвигали на задний план, а уж глава рода, да еще и юная леди, это будет социальная бомба, начальник полиции, уха-ха.

— А этот тебе зачем? — батюшка отпил сок и кивнул в сторону стоящего и молчащего главы гильдии воров. Пантелееву казалось, что он тут случайно, он затаился в надежде, что о его существовании позабыли.

— Георгий Родионович — мой главный поставщик детей для полка, — я усмехнулся. — Да и сам, если захочет, пойдёт в учителя.

— Благодарю за оказанную честь Ваше Высочество, — главный вор низко поклонился.

— А как вы собираетесь вести отбор? — Марина где-то раздобыла блокнот и ручку.

— Одновременно с началом строительства поставим на острове палаточный городок. За последний летний месяц идиоты отсеются, разойдутся слухи, что я-таки сошёл с ума, зато останутся верные мне, — я поднял руку, предотвращая вопрос девушки. — И пусть будет их не много, но это будут именно те, кто мне нужен.

Я покивал своим мыслям, посмотрел на Марину и перевёл взгляд на начальника гвардии.

— Любой ребёнок вне зависимости от возраста, положения и согласия его родителей вправе подойти к любому полицейскому и попроситься в потешный полк. И полицейский доброжелательно возьмёт его за руку и отведёт на паром, шествующий на остров. Желательно всё-таки утром привозить, а вечером отвозить, — я забарабанил пальцами по подбородку. — Хотя недовольных и разочарованных можно и раньше с острова забирать…

Графиня вопросительно подняла руку, и я кивнул.

— Без родителей? — всё же решила уточнить юная женщина и так очевидный вывод.

— Вопреки родителям, я бы сказал. Уверен, что дети будут рваться, а мамаши запрещать, — многие возмутятся подобному обращению с детьми, но я Ванечка-дурак, что с меня взять? — Охающие и ахающие мамки-нянькина острове не нужны. Ребёнок, поступая в школу, остаётся жить в казарме. Думаю, Остап Петрович в состоянии организовать быт таким образом, чтобы это имело нужный воспитательный эффект.

— Не извольте беспокоиться, — тут же поддакнул директор Безымянный, не переставая строчить в телефоне.

— Ваше Высочество, дети боятся полицейских, — Марина подняла новую тему и была абсолютно права. Особенно если эти дети не в ладах с законом. — Давайте, кроме полицейских организуем медсестёр или других девушек или женщин?

— Торгующих пирожками, — рассмеялся Георгий Родионович, — украл пирожок, а там записка: «Путь твой, отрок, лежит на остров».

Мы дружно расхохотались, но идея неожиданно зашла. И мы решили претворить её в жизнь. Георгий Родионович заверил, что сможет подстроить так, чтобы беспризорники воровали пирожки с записками, а нормальным покупателям уходила нормальная выпечка.

— Предлагаю переодеть в полицейскую форму жен и дочерей гвардейцев, — я вопросительно посмотрел на начальника гвардии. Всё-таки нужны адекватные барышни, а среди женщин служивых такие точно есть.

— Сделаем, — ответил Матвей Асимович и тоже достал мобильник.

Георгий Родионович поднял руку, привлекая моё внимание. Я ободряюще улыбнулся.

— Своих мы приведём, и ребята желающих подхватят, сарафанное радио, если что, хорошо работает, не сомневайтесь, — пообещал мой будущий учитель армии малолетних шпионов-диверсантов.

— Так может дать рекламу в СМИ? — предложил Денис и стушевался под взглядами, брошенными из-за моей спины.

— Иван Михайлович собирается позиционировать потешный полк, как сборище отбросов, какая может быть реклама у подобных, — Макар удивил не только Дениску.

— Но зачем? — не сдержала эмоций глава рода Волковых.

— О, да! Марина, ты ещё мою комнату не видела, — я подмигнул папаше. — Зажал подарок на День рождение? — я обвиняюще ткнул в него пальцем.

Марина недоуменно посмотрела на меня, её уши горели. Денис тоже покраснел, он-то видел, как живёт 13-й царевич, и балы в честь других детей помнит.

— Экспериментальная модель воспитания. Что вырастет, если на ребёнка забить всем семейством? — я зло ощетинился. — И после этого вы, папенька, смеете говорить мне об обязательствах перед родом?

Воздух в помещении накалился в прямом смысле этого слова. На столе появился бельчонок и вопросительно посмотрел мне в глаза. Он отправил мне образ, как всё вокруг воспламеняется. Я рассмеялся и погладил его по огненной шёрстке. Он снова прокачал её, она стала не только осязаемой, но пушистой. Молодец! Я мысленно похвалил его, но отверг предложение сжечь тут всё.

— Какой миленький! Можно его погладить? — Марина вопросительно посмотрела на императора, решив что бельчонок — его рук дело. Типа батюшка отвлекает капризного подростка от дурных мыслей. Графиня протянула руку и отшатнулась. — Ой! Горячий!

Интересно, это сам Огонь решил её обжечь или это случилось из-за того, что у графини нет сродства с огнём. На ком бы попробовать? Я обвёл присутствующих пристальным взглядом. Ни одного огневика. Не на батюшке же экспериментировать? Я посмотрел на него долгим испытующим взглядом.

Пока я остывал, слуги убрали со стола и принесли чай. Меня раздражало, что мы с отцом сидим, а остальные стоят. Однако, больше никого это не коробило. Все старательно делали вид, что не являлись только что свидетелями ссоры в семье императора. Михаил III изображал непрошибаемость, типа подростки, они такие подростки.

— Попробуйте, Иван Михайлович, — любитель варить яды лично заварил чай, разлил по чашкам и демонстративно отпил сам. — Алтайский сбор.

Я понюхал и попробовал. Замечательный слегка терпкий вкус и приятное послевкусие. Я одобрительно покивал головой. А ещё я оценил то, что предлагал он чай мне, а не императору. Остап Петрович только что расставил приоритеты. Смелый, однако.

Капля решила помочь и структурировала отвар. Я сделал глоток и обомлел. Живительная влага. Оздоровительный эффект увеличился в несколько раз.

— И мне, — батюшка быстро сообразил в чём дело.

Я попросил Каплю проявить водную руку и провернуть тот же фокус с чашками императора и главного убийцы.

— Что это? Как? — загорелся директор ещё не построенной школы.

— Ваня, нет! — строго сказал батюшка.

— Простите, Остап Петрович, секреты рода, — я ободряюще улыбнулся, а убийца напротив напрягся.

— Простите Ваше Императорское Величество, я не хотел лезть в секреты рода, — он снова низко поклонился. — Мне как алхимику отлично видно, что чай приобрёл невиданные целебные свойства.

Михаил III благосклонно махнул рукой, и директор несуществующей школы разогнулся.

— Остап Петрович, а кто-то кроме вас еще разбирается в травах так хорошо? Мне бы человечка… на несколько дней во дворец, — я широко улыбнулся, а отец напрягся. Понял, зачем мне специалист. — Не болтливого, — добавил я.

— Гаврила! — крикнул хозяин дома и около стола появился давешний слуга. — Готов ли ты перейти под руку Ивана Михайловича?

Опасный старичок поднял голову и посмотрел мне прямо в глаза. Едва уловимое движение рукой, и мне в плечо летит метательный нож.

Я поздно вспомнил, что Ванечка не может обладать подобной сноровкой. Рефлексы они такие рефлексы, как говорит Дениска.

Нож я поймал невидимой силовой плетью. Моему хилому телу не хватило бы ни скорости, ни ловкости, поэтому сработала магия.

Когда я махнул рукой, силовые нити выстрелили из пальцев, сплелись в короткую плеть и обхватили рукоять летящего в меня метательного ножа. Со стороны казалось, что нож не долетел до плеча какого-то сантиметра, отпружинил и рванул обратно. И всё это за доли секунды.

Гаврила даже не пытался поймать нож, справедливо полагая, что я вложил в него магию. Он отбил летящий в него клинок новым метательным ножом. От чего запущенный клинок поменял траекторию и с силой врезался в современный бронежилет одного из выставочных манекенов.

Хуже было то, что стихии, искренне привязавшиеся ко мне, моментально среагировали на проявленную агрессию. В воздухе появился приличных размеров Драко, на котором сверху сидела разъярённая здоровенная огненная белка с пистолетами и стреляла в незадачливого слугу. Вокруг шеи Гаврилы образовалась водная удавка, и несчастный начал хрипеть. Пули были выпущены и неотвратимо приближались, а Драко раззявил пасть.

— НЕЕТ! — заорал я, развоплощая стихии. — Друг! Он друг! Он мой друг!

Я принялся проецировать образы, что это игра, проверка, он не желал навредить, просто… А потом я вырубился.

Я открыл глаза и увидел блеклые обои с водорослями, похожими на болотную тину. Я дома.

Я сел и огляделся. Ничего не изменилось. Холодный завтрак на столе, медные столовые приборы, ну хоть без тортиков и на том спасибо. Я посмотрел на часы, ещё успеваю к общему завтраку. Я с головой зарылся в шкаф и вскоре нашёл, то что искал.

Шедеврально, как говорит Мухин! Золотой костюм с чёрной вышивкой! Пожелтевшие от времени кружевные манжеты! Великолепно! И кому же достанется такая красота? Я предвкушающе ощерился. Уха-ха!

Причесав волосы на пробор, я двинулся на семейный завтрак.

В столовой ничего не изменилось. Император сидел в окружении старших братьев за минусом Александра. Пётр пользовался единоличным вниманием Михаила III. Ну ничего, Петенька, я помню, что ты крышуешь чёрный рынок. Михаил Михайлович пересел к дамам и активно обсуждал предстоящую поездку. Неужели собирается читать мне лекции на пляжу? Я порылся в памяти Ванюши, Михаил редко куда-то выбирался, книжный червь.

Маменька мечтательно рассказывала о достопримечательностях времён античности, которые можно посетить на курорте. Впрочем её никто не слушал. Алла Вадимовна и Ирина Дамировна решали во сколько лучше выезжать в аэропорт.

На этот раз меня заметили и дружно проигнорировали все, кроме Доброй Марии.

Мария Сергеевна подскочила и потащила к месту подле себя. Она была как всегда свежа, элегантна и вкусно пахла. И хорошо воспитана, ведь даже носом не повела от запаха ветхой ткани и пыли. Только искренняя улыбка и забота.

— Ванечка, солнышко, завтра выезжаем, ты собрался? — она силой усадила меня за стол.

— Да, Мария Сергеевна, мне удалось вчера на барахолке купить ещё два больших чемодана, — я воодушевлённо размахивал жёлтыми манжетами. — Там только в одном месте ручку починить, и почти не воняет.

Мария Сергеевна старательно игнорировала мой внешний вид. Зря батенька надеялся, что великие княгини обновят мой гардероб. Да им только в радость смотреть, как я позорюсь. Ни одна из великих княгинь не выдала ни единого язвительного комментария в мой адрес.

Я перевёл взгляд на выставленные блюда. Каша с мясом, тосты с сыром и подозрительный чай. Я поднёс чашку к губам, вдыхая аромат. Глаза Доброй Марии победно блеснули.

— Представляете? Я нашёл плавки с кружевами! — я увлёкся рассказом и отставил чашку, так и не отпив. На лице Марии Сергеевны мелькнула досада. — Такие розовые с кружевами до колен.

Глаз заботливой женщины всё же дёрнулся.

— Ваня, а ты уверен, что это не дамские панталоны? — Николай не удержался от подколки.

— Да ты кушай, Ванюша, кушай пока горячее, — Добрая Мария заботливо пододвинула тарелку поближе.

Мне вдруг резко расхотелось есть. Она ведь не только в чай могла добавлять травки. У неё алхимическая лаборатория в женском крыле.

— Я сейчас принесу, покажу! — я резко встал, неловко пошатнулся и задел манжетой вилку Николая с наколотым куском мяса. Вилка вылетела из рук и, миновав пустующее место Александра, шлёпнулась в тарелку к батюшке. К счастью тому ничего не пришлось объяснять.

Михаил Михайлович встал, в сердцах бросил салфетку на тарелку и гневно посмотрел на меня.

— Всё, Иван, это переходит все видимые и невидимые границы! Ты наказан! Никаких тебе каникул! — разбушевался император.

— А как же?

— Мы же…

Великие княгини растерянно заозирались.

— Дамы, дорогие мои, езжайте, я не позволю этому недоумку испортить ваш отпуск! Тем более Михаил Михайлович едет с вами, вы не будете одни. Я настаиваю, — по-доброму улыбнулся папаня. — А ты, живо ко мне в кабинет! — рявкнул он, развернулся и вышел из столовой.

У меня на глаза навернулись слёзы, помогла Капля. Я заревел и, размазывая сопли золотым рукавом по лицу, медленно поплёлся на выход. Проходя мимо великих княгинь, смачно высморкался в манжету, и удвоил рёв.

Глава 12

Размазывая сопли по лицу, я зашёл в приёмную императора и столкнулся с пристальными взглядами секретарей. Мне показалось, они синхронно усмехнулись самым краешком губ. Захар и Макар были единственные, кому официально разрешалось сидеть в присутствии любых особ императорской крови. Практично, хтонь. Я приветственно махнул манжетой и толкнул дверь в кабинет отца.

В мягкой зоне на диване нашёлся Александр, который отсутствовал на семейном завтраке. Был он не брит, не причёсан и хмур. Весь его тщательно выверенный образ аккуратиста пропал. Одет он был во вчерашние мятые штаны и футболку защитной расцветки с отчетливыми складками, какие образуются от долгого лежания в шкафу. У меня и такой-то нет, я хмыкнул.

Я приветливо улыбнулся и крутанулся, раскинув руки в стороны. Старший брат горько усмехнулся, не оценив моего золотого наряда.

Сам Михаил III нервно прохаживался по кабинету и, когда я вошёл, уставился на меня требовательным взглядом. Следом за мной зашёл Захар, прикрыл дверь и замер у входа.

— О! Пуфик сделали! — я радостно вскрикнул и плюхнулся в стоящий посередине комнаты красный бесформенный мешок. Я откинул голову назад и посмотрел на Захара вверх ногами. — Матвея Асимовича позови, и моего Гаврилу.

— А мешок тебе зачем? — настороженно спросил император.

— Аа, этоо, — протянул я. — Это для моих уроков географии.

— Каких уроков? И почему в моём кабинете? — Михаил Михайлович попытался возмутиться, но прозвучало это как-то неубедительно. Он похоже был не против, если я тут поселюсь в его кабинете.

— У тебя тут классная карта и глобус! — я встал и подтащил пуфик поближе к моим будущим учебным объектам. — Где мне ещё заниматься?

— Не много ли ты на себя берёшь? — презрительно фыркнул старший царевич. Его явно коробило и моё поведение, и моё обращение с Его Императорским Высочеством. — Оделся, как клоун. Не стыдно? Это в каком веке носили?

— В XV веке, Ваше Высочество, — любезно подсказал Захар. — Парадный наряд придворного клоуна Ивана Грозного.

— О! О! Я ж говорю, клоун! — Александр победно ткнул в меня пальцем.

— Ага! И ты представляешь, кто-то повесил его в моём шкафу? — я задорно подмигнул. — Как тебе загадка? Достойная начальника СБ? Ой, прости, бывшего начальника СБ.

— Полномочий с Александра Михайловича никто не снимал, — опять влез Захар.

— Зря ты так набросился на Ванюшу, — император мягко осадил старшего сына. — Он, между прочим был против того, чтобы я казнил тебя.

— И что? Ты ЕГО послушаешь? — в голове брата смешались презрение и надежда. Он бросил на меня мимолётный взгляд.

Я развалился на пуфике и уставился на кучевые облака, плывущие над прозрачным куполом. Интересно, как здесь устроена защита от солнца. По идее в безоблачную погоду тут должно сильно припекать. Я оценивающе осмотрел крышу. Мелькнула прозрачная тень Драко, он показал крылом в самый верх купола. Точно! Это же здесь он в прошлый раз игрался. Встроенные плетения не дают куполу нагреваться, отражают солнечный лучи.

Драко послал образ, как можно перемкнуть нити, чтобы в помещении становилось жарко. Я хихикнул, чем заслужил подозрительный взгляд от Александра. А вот батюшка заозирался, понял, что тут где-то прячутся воплощённые стихии. Я похвалил Воздух, послал ему эмоции тепла. Это определённо прогресс, раз он начал интересоваться плетениями и тем более стал в них разбираться. Стихии обучаются просто-таки гигантскими шагами! Я отправил ему мысль, что император хороший, и поджаривать его в его же собственном кабинете — плохая идея. Батенька — друг.

От Рыжика пришла картинка, как император орёт на меня в столовой. Ну да, ну да… Пришлось объяснять, что это был розыгрыш, мы притворились, чтобы остальные поверили в ссору. Я напомнил ему, как мы все вместе играли в купальне.

Захар открыл дверь, приглашая новых посетителей. Это был Гаврила и Макар Асимович. Они замерли рядом с секретарём при входе. Гаврила невозмутимо поприветствовал меня кивком, а вот начальник гвардии дёрнулся, увидев мой золотой наряд. Кажется, он догадался, что к вечеру во дворце кто-то ещё обзаведётся кружевами. Не все же одному Аврелию Завдаловичу модничать.

— Я это… есть хочу, — я посмотрел на Гаврилу. — Ты можешь пойти на кухню и лично приготовить? Ну типа для себя делаешь? Только никаких специй, соусов, разве что соль и перец. Никаких полуфабрикатов. Ну или можно пиццу заказать. Если ты её лично получишь, и никто из слуг её касаться не будет. Вы как? — я повернулся к Раковым.

— Нам тоже чего-нибудь, — согласился император. — Я так подозреваю, ты меня и с обедом прокатишь?

Я достал из внутреннего кармана платиновую карту и протянул слуге. Гаврила забрал карту, поклонился и вышел.

— А что случилось? — подал голос Александр.

— Иван Михайлович подозревает, что нас всех травят, — озвучил собственные выводы Захар.

— Кто? — встрепенулся Макарушка. Ещё бы, его косяк. Как-никак личная охрана императора.

Михаил Михайлович ему ничего не ответил, развёл руки в стороны и показал на меня. Но пристать с расспросами начальник гвардии не успел. Захар помешал.

— Прибыли, — секретарь вопросительно посмотрел на императора.

— Зови.

В кабинет вошли двое мужчин и подросток. Все тут же низко поклонились императору. Ванюша знал двоих из трёх сыновей Александра.

Младший Георгий перешёл на третий курс Академии наследников. Он хорошо учился и легко заводил новых друзей. Со всех сторон положительный малый, весной он прошёл инициализацию и гордился стихиями Воды и Воздуха. Поговаривали, что у него отличный потенциал. Ванюшу он игнорировал. Ну типа мебель, предмет обстановки. Даже прислугу замечают, потому что к ней обращаются. Подобное поведение задевало Ванечку сильнее того презрения, которое обычно выказывали другие сверстники.

Я развалился в стороне от общего действа и меня Гера не заметил или привычно проигнорировал. Ну валяется что-то золотое на чём-то красном.

Георгия явно выдернули с моря, приказав немедленно вернуться во дворец. Он загорел, подрос и выглядел отдохнувшим. Одет он был в строгие классические брюки и белую рубашку с коротким рукавом. Он пробежался глазами по обстановке, задержав взгляд на отце. Уж очень Александр выглядел помято, явно что-то случилось. В пользу этой версии говорило присутствие начальника гвардии в кабинете. Было два варианта.

Либо он так заработался, решая проблемы безопасности империи, что не спал всю ночь. Либо накосячил сам, и всё плохо у него лично. Хотя конечно, если сплоховал начальник СБ, то и на империи это обязательно скажется. Поэтому либо всех их сейчас озадачат проблемами, либо…

Дмитрий, средний сын Александра, был гордостью рода Раковых. Ещё один трёхстихийник, как и император. Молодому человеку было слегка за 30, и у него не было стихии огня. Именно его Александр готовил себе на замену, правая рука начальника СБ. Логично предположить, что он знает о тёмных делишках своего отца. Ему в наследство полагалось не только место начальника СБ, но и крышевание преступности.

Дмитрий был крайне умён и расчетлив. Он тут же вычленил главное в кабинете — меня. Он вообще всегда реагировал на появление Ванюши, где бы то ни было. Уверен, что если спросить его, кто распорядился наклеить обои с водорослями в моей комнате, то он ответит. Но при дворце он не жил. В столице было солидное здание СБ, где он работал. Жил он в особняке неподалёку, опять же ближе к теневым структурам. Одевался неприметно, и всегда носил пистолет. Ванюша был неравнодушен к огнестрелу, и как-то Дмитрий дал ему подержать оружие, тем самым расположив к себе паренька.

Дмитрий оценил понурый вид отца, хорошее настроение императора и то, как Михаил III то и дело поглядывает в мою сторону. Выводы он сделал верные: Александр сильно проштрафился, и исправить ситуацию может золотой засранец, нагло развалившийся на красном мешке.

Старшего сына Ваня никогда раньше не видел. Выглядел Тимур старше своего отца. Вообще те, кто жил при дворце и пил местную воду подвергались влиянию местного источника. Они медленнее старели, лучше выглядели и меньше болели. Но скорее всего образ доброго дедушки Тимур Александрович использовал специально. Вот и на встречу он пришёл в джинсах и футболке, типа он простой оперативник, что с него взять. Пусть Димасик отдувается, его же готовят в преемники начальника СБ.

— А ведь я тебя почти нашёл! — Тимур весело ткнул в меня пальцем. — Встал на след главаря воришек, с которыми ты общался. Тебе повезло, что пришёл отбой операции, — последнее прозвучало, как угроза.

— Рад за тебя, — я показал дедку средний палец.

На мой жест повёлся только Георгий, но Дмитрий быстро наступил ему на ногу и тот заткнулся, успев только набрать в лёгкие воздух и шумно выдохнуть.

Александр при появлении сыновей поник и опустил голову. Понял, что будет решаться судьба его и его отпрысков.

— Как вы думаете, господа, почему вы здесь? — начал плести ловушку папенька. — Отмолчаться не получится.

Руку поднял Георгий. Я понял, что это заранее оговорённая тактика. Молодой, неопытный, ему можно ошибаться, а более старшие сделают выводы на его ошибках. Ну чему-то царевич их научил, признаю. Подковёрным играм.

— Служба СБ не справилась с поиском царевича Ивана в оговорённые сроки, — Георгий чётко изложил первую заранее оговорённую версию. — Это была проверка эффективности работы СБ, и мы её не прошли. Полагаю виной тому слабая скоординированность действий полиции с СБ. Операция вскрыла слабые места в работе СБ и полиции, кроме того недостаточную оснащённость камерами видеонаблюдения в бедных кварталах.

— Бла-бла-бла, — не вставая, я поднял вверх руку и помахал манжетой. — Налил воды в стиле Раковых.

— Есть ещё версии? — Михаил Михайлович не обратил внимание на мою ремарку, а Георгию, судя по звуку, отдавили вторую ногу.

— Полагаю, что Иван решил сбежать из дома, и так как первая попытка не удалась, он предпринял вторую, — Дмитрий выдвинул ещё одну заранее оговорённую версию, — но поскольку он был не знаком с городом, то заблудился в бедном квартале. С помощью маленькой девочки его взяли в заложники и потребовали выкуп. В результате Вашему Императорскому Величеству пришлось ехать и лично выкупать царевича. Похитителей задержать не удалось. Сложившаяся ситуация доказывает некомпетентность СБ сразу в нескольких вопросах. Недостаточная охрана царевича, слабая оперативная работа и некомпетентное руководство, — бросил он в конце нехилый такой нож в спину Александра.

Я всё так же лёжа поднял руки вверх и громко зааплодировал, размахивая манжетами.

— Браво! Браво! Великолепно!

Братья победно переглянулись, типа молодцы, высказали правильную версию.

Я встал и, продолжая хлопать, подошёл и встал напротив.

— Какой полёт фантазии! Какая свежесть мысли! Да, вам книжки в пору писать, Дмитрий Александрович! Может вы не тем делом занимаетесь? — я с сомнением оглядел его с ног до головы. — Уверен, вы достойны бОльшего!

В помещение вошёл Гаврила и занёс ароматную пиццу. Коробок десять, не меньше. Я резво подлетел к нему и выхватил верхнюю коробку. Открыл и шумно вдохнул аромат.

Гаврила невозмутимо поставил коробки на стол. Я уже достал кусок пиццы, но донести до рта не успел. Водная плеть метнулась и выбила долгожданную еду у меня из рук.

— Охренел? — я готов был наброситься на Дмитрия с кулаками. С утра ничего не ел, жрать хочу, а тут эти фокусы.

Тимур тем временем стоял и держал нож у горла спокойного Гаврилы. Георгий тупо смотрел на моего слугу, похоже, и он его узнал. Интересно, а ведь я почти вычеркнул младшенького из списка осведомлённых о махинациях Александра лиц.

— Ваше Высочество, этот мужчина работает в гильдии убийц, ваша пицца отравлена, — предупредил меня заботливый Дмитрий.

Александр тяжело вздохнул, встал и взял кусок пиццы из моей коробки. Демонстративно съели взял ещё один.

— Ээ, эт моё! — я быстро запихнул в рот кусок целиком.

— Ванечка, не ешь в сухомятку, — батюшка полез в холодильник за соком. Ему на помощь пришёл Захар, который достал бокалы и расставил их на столе.

— Мне одному интересно, — я говорил с набитым ртом, — почему, если СБ знает, что он убийца, он до сих пор на свободе?

— Ваня, не говори с набитым ртом, — Михаил Михайлович извлёк пиццу из коробки и откусил половину.

Трое сыновей ошалело смотрели, как мы с царевичем и императором поедаем пиццу, принесённую убийцей.

— У нас нейтралитет, — заявил Дмитрий, сглотнув слюну. Они так и стояли, не понимая, прошли они проверку или нет.

— В смысле? — вот вообще не понял, что такое нейтралитет убийц и СБ. Как такое вообще возможно?

— Гаврила, кого из этих господ ты видел в музее? — спросил я. То же мне устроил словесные баталии, папаша. Есть же способ гораздо проще.

— Всех, — невозмутимо сдал СБшников мой личный слуга.

— А Гера там что делал? — неужели я всё-таки просчитался и младший тоже замешан в тёмных делишках отца.

— Пытался выяснить, зачем Александр Михайлович ходит в музей, который никогда не работает, — Гаврила сдал парня с потрохами.

— Выяснил? — Михаил III с любопытством посмотрел на красного, как рак Геру.

— Выяснил, — проскрипел зубами Георгий.

— И зачем же? — всё так же любознательно спросил император.

— Он крышует гильдию убийц, Ваше Императорское Величество, — парень старался не смотреть в сторону отца.

Вот и как? С одной стороны он сдал отца, то есть предал его, с другой — остался верен главе рода и императору. Я задумчиво оглядел всю семейку.

— Спасибо! — Александр вскочил и крепко обнял сына. Тот непонимающе посмотрел на отца.

Я сыто отвалился в кресло, больше не лезет. Ну и что с ними делать? Александр вроде всё осознал. Георгий — правильный ублюдок. Тимур? Ну… Старикан себе на уме, но в политику вроде не лезет. Играет ради интереса. Его загрузить нормальной работой и сработаемся. А что делать с Дмитрием? Он же будет мутить воду, а раки в мутной воде не живут…

Батенька с наслаждением выпил кажется третий подряд стакан структурированного сока и развалился на диване.

— Ванюша, может теперь ты скажешь, почему я вынужден питаться пиццей?

Взгляды мужчин скрестились на мне. Я огляделся. Александр продолжал тискать младшенького. Тимур стоял рядом и усмехался, глядя на меня. И Дмитрий прикидывался непрошибаемым, быстро просчитывая в уме различные варианты.

— Обязательно, — я резко вскочил и метнулся к Александру, тот даже дёрнулся, чтобы отстраниться. — Испугался мальчишки? — насмешливо бросил я и приложил руку к груди старшего брата.

Я закрыл глаза и скользнул в транс, проверяя источник. Можно магичить, если немного и аккуратно. Надо! Надо уже заняться собой! Я стал наполнять тело брата стихией земли. И да! Вот оно! Я торжествующе вскрикнул:

— Да! В его теле полно яда!

— Какого яда? — раздался за моей спиной незнакомый голос.

Повернувшись, я увидел Гаврилу. Ну да, ну да… он в основном молчал, было бы странно, если бы я запомнил его голос.

— Многокомпонентного, — приговорил я царевича, но тот не оценил серьёзность момента. А вот Гаврила нахмурился.

— Что это значит? — император обратился с вопросом к моему слуге.

— Сильных магов крайне сложно отравить, Ваше Императорское Величество, — печально посетовал Гаврила. — Источник легко распознаёт яд и быстро выводит его из организма. Даже слабенькие маги способны бороться с токсином, хоть и не так легко. Поэтому, чтобы отравить одарённого, используют многокомпонентные яды, — будничным тоном продолжил профессиональный убийца. — Компонентов может быть несколько. Чем больше, тем лучше, на самом деле. Чтобы наверняка. Жертва получает два или три безвредных компонента, в разное время, всё зависит от специфики веществ и потребностей. Нужно ли убить быстро, медленно или это должна быть отложенная смерть. Компоненты могут смешиваться не только в желудке. Надёжнее, чтобы они смешивались в тонком кишечнике или печени. Желудок и кишечник можно промыть, — Гаврила слегка улыбнулся. — И раз в теле царевича Александра Михайловича обнаружен один из компонентов яда, то в любой момент ему могут подсунуть другой.

— Ну так может это и не яд? — влез Георгий. — Мальчик ошибся.

Как же захотелось за этот «мальчик» взять и расквасить ему голову об стол.

— Именно поэтому твой батюшка залит им по уши, — я согласно покивал. — Совершенно случайно с утра до вечера обжирался веществами, которые сложно встретить в природе в естественном виде. Именно так я и подумал. Это же я Иван-дурак, а ты Георгий-молодец.

Глава 13

— Кто? — взревел царевич Александр Михайлович. — Кто посмел меня отравить?

Он сделал полный круг ярости по кабинету и остановился напротив меня.

— Саша, — я сделал шаг навстречу и ласково прошептал, — это ты у нас СБ. Ты скажи нам, кто нас всех травит? — последнее я просто-таки зло прошипел ему прямо в лицо. Ну почти в лицо. Так то он был на две головы выше меня.

Я хищно оскалился и пересел на подлокотник дивана, поближе к батеньке. Тот и глазом не повёл, держит удар. Ну да, ну да, ему же целых 190 лет, он же тут самый старый и опытный. Я хмыкнул и приложил руку к груди императора. Заполнил тело землёй, отчего отец слегка поморщился. Единственная стихия, которой у него не было. По мере получения стихийного отклика я мрачнел всё больше и больше. Сука!

— Сука! — я вскочил и заходил из стороны в сторону. — Сука-сука-сука! Кончать её надо без суда и следствия!

— В чём дело? — обеспокоенный голос принадлежал главе гвардии.

Матвей Асимович подошёл ближе и замер напротив императора, выискивая у того следы смертельной болезни, которая прикончит его с минуты на минуту.

— А кто у тебя лекарь? Он что считает, что ты здоров? — я подозрительно прищурился.

Ваня в лекарском крыле никогда не был и главного имперского целителя не знал. Любые признаки недомогания у сыночки матушка игнорировала. Сопли? Пройдут сами. Температура? Поспит и выздоровеет. Кашель? Ничего страшного. Только Добрая Мария приносила лекарственные настойки. Сука! Сука-сука-сука!

— Да я отлично себя чувствую, — опешил папенька.

— Неужели? — я перешёл на язвительный тон. — Значит, импотенция, апатия, повышенная утомляемость, вонючий пот после физической нагрузки, снижение магического потенциала, всё это нормально?

— Так возраст же, — император недоуменно пожал плечами.

— Пофигизм забыл добавить, — я по-бабски всплеснул руками. — Стесняюсь спросить, первый император Иван Великий дожил до 375 лет… Он-то, наверное, последние лет двести трупом лежал в постели и не вставал? Возраст же!

Я вперился взглядом в батюшку, а того не пробирало. Александр в шоке, Матвеюшка в панике, даже Захар что-то наяривает в планшете, а отец сидит и заворожённо смотрит на меня, как придурок. Ну ещё три разновозрастных брата болванчиками переводят взгляд то на меня, то на императора.

— Не возраст, а яды! — припечатал я отца. — Долгие годы разные яды умело закладывались по разным местам, ну и многокомпонентный яд присутствует, чтобы тебя можно было убрать в любой момент. А в остальном да, ты здоров, как рак, — язвительно добавил я. — Так и напишем в твоём некрологе — умер в самом расцвете сил.

— Ваня! — император тепло пожурил меня. Неадекват!

Новая догадка озарила меня и я рванул к Матвею Асимовичу. Положил руку на грудь и просканировал:

— Тот же яд!

Я бросился к Захару:

— И у него!

Застыл перед Гаврилой и прищурился:

— Ел что-то во дворце?

— Вчера и сегодня, — подтвердил мой личный слуга.

Я запустил диагностику. Глаза Гаврилы расширились, и он посмотрел на меня новым изучающим взглядом. Ну да, ну да… Он же сильный маг земли, родная стихия…

— Яд есть… Не так много, конечно, но от этого не легче.

Я медленно перевёл взгляд на братьев и подскочил к Георгию. Тимур заломил ему руку, которой он собирался мне врезать. Я просканировал придурка.

— Сколько его не было во дворце? — спросил я Тимура.

— 5-6 недель, — без колебания ответил оперативник.

— Во мне нет яда? — обрадовался дебил.

— Не выводится… — я с удовольствием отплатил Гере той же монетой, напрочь игнорируя его. — Само не выйдет, — я нашёл глазами Матвея. Ну а кто ещё разгребать всё это будет.

Я уже положил руку на грудь Дмитрия.

— Яд есть, но не такой насыщенный, — мы переглянулись.

— Кто ещё в городе живёт? Кроме Фёдора Михайловича? — начал Матвей переглядки с Александром, а я добрался до последнего.

— Чист! — слово прозвучало, как приговор. Его же братья тут же и скрутили Тимура.

— Вы чё? Я не при делах! — испугался старик-оперативник, он с надеждой всматривался в сканирующие его лица.

У меня на плече возник маленький воздушный дракон. Все заворожённо смотрели, как он перепрыгнул на Тимура, прошёлся по нему и сунул голову в карман футболки на груди.

Воздушная пасть извлекла наружу пакетик с травами. Я подставил ладонь, Драко растворился в воздухе, а у меня в руке осталась улика. Позёр! Но выглядело эффектно, я мысленно улыбнулся и похвалил Драко за изобретательность и помощь.

Я понюхал. Оно! Гаврила забрал у меня травы и разложил на большом столе для совещаний в стороне от нас.

— Откуда? — насел на старика Матвей Асимович.

— По дороге сюда встретил Марию Сергеевну, она вечно мне свои чаи пихает. Не пью я их! Я кофе уважаю, — оправдывался Тимур. Братья его отпустили.

Я плюхнулся в ближайшее кресло и обхватил голову руками. Мужики окружили стол с травами. Только Захар остался на месте у входа в кабинет.

— Гаврила, этот яд можно как-то вывести? — спросил начальник гвардии, с тоской глядя на осунувшегося императора.

— Как же так, Машенька, — прошептал папенька. Он сидел на диване и с тоской смотрел на пробегающие мимо облака.

Ну да, ну да… Сначала предательство старшего сына, теперь бывшая императрица. Это он ещё не знает, что Пётр мухлюет с финансами, да и Николай скорее всего играет на стороне Доброй Марии.

— Нужно сделать анализ крови, определить токсин… Это долго… Сбор, конечно, поможет ускорить процесс. Но на всё это нужно время, — он оторвался от перекладывания трав по кучкам и посмотрел на Матвея Асимовича, — а чтобы влить второй компонент хватит пары секунд.

Под пристальными взглядами безопасников Гаврила подошёл ко мне и потряс за плечо:

— Господин?

— Могу вылечить батюшку, — ответил я на незаданный вопрос. — На большее моих сил не хватит.

— Ваня! Ванечка! А в тебе яд есть? — Михаил III внезапно вскочил, бросился ко мне и поднял за подмышки над полом, как кутёнка.

Я скользнул в транс, чисто. Действительно, странно…

— Я чист.

Но батюшка не успокаивался, продолжал держать меня, как куклу.

— Чист я! Поставь меня! Живо! — заорал я на императора.

— Прости, прости, — он аккуратно поставил меня на ноги и сделал шаг назад.

Сказать, что присутствующие охренели, — ничего не сказать.

— Я после, хм… ел только… когда мне отдельно приготовили, ну я тогда ещё на повара наехал, и… в комнате Аврелия Завдаловича…

Мы дружно переглянулись. Гадёныш! Так он не просто вор! Он ещё и убийца!

— Гнида! — начальник гвардии в сердцах стукнул по столу кулаком. Капец столику.

— Надо найти всех, у кого яда нет! — воскликнул Александр и заметался по кабинету.

— Не позволю вмешивать в это Ивана, — император попытался прикрыть меня своим телом, задел локтем, отчего я неловко плюхнулся на диван. — Сами ищите. Гаврила?! — призвал он на помощь эксперта по ядам. Собственно, мы ради этого и выпросили его себе у главы гильдии убийц.

— Я могу привлечь Безымянного? — поинтересовался мой личный слуга.

— Привлекай кого хочешь! — разрешил Михаил Михайлович.

— Стойте! — встрял Дмитрий Александрович. — А как мы это объясним? Нельзя вот так вскрывать свои карты. Мы спугнём сам не знаю кого, но спугнём. Вдруг за обычным исполнителем стоит кто-то ещё?

— Логично, — согласился я с доводами племянника. — Злоумышленник может только в одном случае не бояться гнева Алтаря.

— Если он не Раков, — завершил не законченную фразу император. Он в шоке сел на диван рядом со мной.

— Смена правящей династии?! Заговор?! — Александр сделал новый виток по кабинету. — Просрал! Всё просрал!

— Да-да, Саша, прямо у тебя под носом, — я с удовольствием подлил масла в огонь. — То же мне грозное СБ. Только и можешь, что простолюдин пугать. Ладно вы тут решайте, разрешаю привлечь Безымянного, Пантелеева и Мерзляева для аудита. У Петеньки рыльце в пушку. Да и не мог Аврелий Завдалович без ведома финансиста так крутить поставщиками. В общем, разбирайтесь, а я пошёл спасать императора, — я приосанился, махнул на прощание манжетой и гордо потянул батюшку на выход.

Как только мы вышли, я снова размазал сопли по лицу и шумно высморкался.

— Может не надо в темницу? — я громко хлюпнул носом.

Папенька грубо подтолкнул меня в спину. Он же не знал, куда мы идём. А вёл я императора в купальню. Все, кому надо, видели, как он допинал меня до спуска в подвал.

Перед входом в алтарную залу лежал пуфик. Я довольно улыбнулся и затащил его внутрь. Батенька уже открыл проход. Я проконтролировал, чтобы он его закрыл.

— Ещё один пуфик? — удивился отец. — Зачем?

— Для уроков истории, конечно же, — я недоуменно посмотрел на недогадливого папашу.

— Истории?

— Конечно! Или ты думаешь, что я дурак и верю всему, что пишут в книжках по истории? — я с трудом тащил пуфик через всю алтарную залу в сторону купальни. Отец не выдержал и закинул бесформенный мешок себе на плечо. — Чуть надавлю на предков, и они расколются, как оно всё было на самом деле.

— И как же ты собираешься надавить на призраков? — усмехнулся папаша.

— Поверь, батя, я найду нужный рычаг, — я зло оскалился. Императора себе захотели в моём лица, как же!

В купальне я разместил пуфик подальше от водоёма. Скоро тут вонять будет. Стихии проявились, они обрадовались, что мы снова вернулись в это место.

— Чего ждёшь? Раздевайся! — я смерил императора насмешливым взглядом. — И залезай в воду. Или мне отвернуться?

Отец хмыкнул и разделся. Сложил аккуратно вещи в выемку на стене, вальяжно прошествовал мимо меня и забрался в воду.

— Земеля, помнишь, ты мне чашу сделал, из которой я пил? Повтори такую же для батеньки, — мягко попросил я.

Перед носом императора возникла чаша и плюхнулась в воду, окатив его брызгами. Я весело рассмеялся, молодец! Научился шутить! Это же гигантский прогресс!

Я разлёгся на пуфике и принялся командовать, наслаждаясь ситуацией.

— Берёшь чашу и устраиваешься перед водопадом, — я подождал, пока отец переместится к водопаду. — Набираешь воду и пьёшь.

Зрелище было великолепным! Да, это было физически неприятно, я сам через это прошёл, знаю. Надо было видеть шок и отвращение на лице папеньки. Так ему и надо, недоделанному родителю. Даже после меня чёрной жижи было меньше.

— Да ты пей, пей, не стесняйся, — ласково приговаривал я. — Если надо, можешь прерваться и сбегать по нужде.

И отец рванул зайцем в известном направлении. Звуки рвоты приятно ласкали слух. Я разлёгся на пуфике и наслаждался мучениями отца.

— Иван, что происходит? — меня окружили призраки предков. — Что с Мишуткой?

— Сгнил род Раковых, — печально сообщил я. — Разве не видите сколько гноя внутри императора скопилось?

— Ваня! — строго прикрикнул отец, а потом снова зашёлся рвотой.

— Драко, тащи его сюда и сбрось в бассейн, — мягко попросил я. — А то ещё подохнет ваш император от обезвоживания. Капля, душа моя, почисти воду и улучши, как ты умеешь. Пусть передохнёт пять минуточек. Капелька, родная, проследи, чтобы он не утонул. А то ещё назначат меня главой гнилого рода, — меня аж передёрнуло от отвращения.

Из туалетного закутка появился Драко. Он обвил удлинённым хвостом ноги императора и волочил его по полу. Плюх! Капля вытолкнула голову на поверхность. Выглядел отец хреново.

Хтонь! Придётся всё делать самому!

Я нехотя снял с себя золотой наряд и залез в воду. Капля, умничка, сформировала вокруг моего тела пятно чистой воды.

— Давайте вместе, — я предложил стихиям что-то новенькое, и они окатили меня волной радости в предвкушении новых знаний.

— Рыжик, ты подогреваешь воду, чтобы телу было приятно и поры расширялись. Слушай моё сердце, если оно стало биться часто-часто, охлаждаешь воду, потом нагреваешь снова.

Огонь закружился, внедряясь в воду. Вода весело зажурчала, как от щекотки.

— Драко, попробуй вызвать бурление воды, — бассейн покрылся пузыриками. — Сделай воздушные карманы крупней. Отлично, молодец!

Мы словно очутились на горячих источниках. Я почувствовал, как тело Михаила расслабляется, он задышал ровней. Я стоял по грудь в горячей бурлящей воде, а измождённый отец плавал на поверхности, его держала Капля.

— Земеля и Капля, объединяемся, — скомандовал я.

Я слился сразу с двумя стихиями, но не стал смешивать их. Я их закольцевал. Вместе с Земелей мы наполнили тело отца и стали извлекать яд из клеток. Слившись с водой, я запустил циркуляцию по межклеточному пространству, выводя яд вовне преимущественно через поры. Сильно нагружать желудочно-кишечный тракт было чревато.

Вода стала зловонной, но Капля тщательно оберегала меня от соприкосновения с нечистотами, времени бегать в туалет не было и всё содержимое кишечника попадало в воду. Драко создал вокруг меня купол с чистейшим воздухом, Земеля добавил в него запах свежих трав. Я проникся тем, насколько стихии ко мне привязались. Если это не любовь, то что? В душе защемило тёплое чувство. Я не один, меня искренне любят. Я понял, как мне этого не хватало. Я заполнил себя новым чувством, как до этого наполнял тело стихиями.

Внезапно сердце кольнуло болью, и я ощутил резкую пульсацию в источнике. Взглянув внутрь себя, обнаружил перевёрнутую букву «альфу». Она светилась ровным, слегка золотистым светом. Присмотрелся и увидел, что это обмотка Тёмного изменила цвет. Да даже не цвет, а свет, она светилась. Хтонь? А маскировка всё ещё работает? Или я теперь свечусь на всю галактику, как новогодняя ёлка? Ладно, буду надеяться, что этот момент Затворник как-то предусмотрел.

Я с трудом удержал концентрацию и продолжил чистить тело императора. Это заняло неимоверно много времени. Яд проник в структуру тканей. Папенька уже потерял килограммов десять.

Постепенно вода очистилась, а тело батюшки перестало изливать черноту. Мы оба устали. Я наполнил чашу водой.

— Пей! — я приложил чашу к губам. Сил, чтобы держать её самостоятельно, у батеньки не было.

Больше ничего не выходило, значит яды мы со стихиями вывели. Только вот это не всё. Надо проверить психику. Слишком он неадекватно себя вёл. Да и восстановить работу всех систем. Я потащил безвольное тело к той каменной выемки, где сам лежал в прошлый раз, и уложил туда отца. Он клевал носом.

— Поспи, — я ласково погладил батю по голове, от чего тот заулыбался и безмятежно заснул.

Капля заботливо создала мне водяное ложе, и я разлёгся рядом, отдыхая в горячей бурлящей воде. Источник почти наполнился.

«Уточек не хватает», — подумал я слишком громко, потому что вокруг меня появились крупные такие четыре утки. Они весело плавали кругами. А воздушная натурально крякнула, за что получила тычок от огненной. Драко тут же крякнул еще раз и вовремя отскочил от Рыжика, но его ущипнул Земеля.

— КРЯ! — рявкнул басом Земеля.

Хтонь! Я дёрнулся от неожиданности. Он создал себе голосовые связки. Сначала его утка была полая из дерева, что в общем-то логично. Это же отличный плавучий материал. Но потом он доработал голос. Я отправил всем тёплую волну одобрения и похвалу. А потом Капля начала вредничать, хватая остальных за лапки. Земеля тут же превратил нижнюю часть в лодку с моторчиком.

Переоценил я собственные возможности, переоценил. Я с тоской посмотрел на тело императора. А ведь так хотелось закончить сегодня!

Я вздрогнул, потому что мне в лицо ткнулись четыре сочувствующих птичьих клюва. Точно! Они могут помочь! Они же всё это делали с моим телом!

— Спасибо, — я окатил стихии любовью, и меня приложило ответной волной так, что я едва смог вдохнуть. Уфф-ф.

Диагностику пришлось делать самому. Во избежание неожиданностей. А то вырастят папеньке дополнительное сердце, хех, из благих побуждений.

Раздав указания, что и как делать, я вылез из воды. ЖРАТЬ хочу! Я оглянулся на схуднувшего императора, окутанного переливающейся всеми цветами радуги плёнкой. Призраки предков столпились у край бассейна и шушукались.

Я создал на себе юбку туземца из листьев, в руке появилось простое деревянное копьё с изображением кулака с поднятым вверх большим пальцем. Уха-ха! Высоко задирая колени, я побежал в сторону ручья, где я в прошлый раз выбрался наружу.

Глава 14

Я стоял и почёсывал затылок остриём копья. Лезть в ледяной ручей не хотелось. Тело ещё помнило горячую бурлящую воду купальни. С другой стороны, организм настаивал на кормёжке. Не зря же я нарядился в туземца, вооружился копьём и припёрся к ручью в алтарном зале? А где мне ещё еды раздобыть? Вся еда во дворце отравлена, пока не доказано обратное. Вот я и подумал выйти наружу и наловить рыбки. Хтонь! Да маг я или нет, в конце-то концов! Хотя нет… Есть способ по-лучше.

— Капелька, душа моя, ты же можешь сюда рыбу загнать? Очень, знаешь ли, есть охота, — в подтверждение моих слов живот громко заурчал.

Получив отклик от Воды, я развернулся и замер с поднятой ногой. Мне в голову пришла гениальная идея.

— Земеля, у тебя получится определить всех на острове, в ком есть этот яд? — я дождался положительного ответа и направился к алтарю.

Подошёл и постучал древком копья по камню.

— Есть кто?

— Алтарь рода Раковых приветствует наследника императора! — торжественно возопило многоголосье разными голосами.

— Ратора! Атора! Тра… — откликнулось эхо.

Я поморщился от звукового диссонанса.

— Поработать придётся, если хочешь сохранить род, — заявил я тоном, не терпящим возражений. — Значит так, идёшь сейчас наверх в кабинет императора…

— Я же камень, — возразили голоса. — Амень… мень…

— Да, не повезло тебе, — я охотно согласился и развернулся, намереваясь уходить. — А я думал, ты могущественный алтарь императорского рода.

— Погоди, — замялся Алтарь. — Что надо?

— Надо? — съязвило эхо. — Адо? О!

— Спасти род! Что же ещё? — я вернулся к Алтарю. — Ты же видел, в каком состоянии император? Так вот там, — я потыкал остриём копья в потолок, — все такие. Ну кроме заговорщиков, — уточнил я.

— И что я могу сделать? Елать? Ать? — меня уже окружили призраки, разве что парочка осталась при императоре.

— Ну смотри, — я забрался на алтарь сверху и скрестил ноги. Больше тут сесть было не на что. — Я договариваюсь со стихиями, и они обездвиживают заговорщиков, — друзья тут же радостно откликнулись. — Но там наверху никто ничего не поймёт. Поэтому тебе надо сходить и предупредить царевича Александра и начальника гвардии Матвея Асимовича, ну и Захара с Макаром для верности, эти точно не сплохуют. Ну и заодно прикрыть меня, мол это Алтарь рода Раковых такой великий и могучий, почуял угрозу и вмешался. Всё понял? О моей помощи ни-ни!

— Не выйдет, — печально ухнули голоса. — Дальности не хватит, призраки могут только в алтарной зале находиться. Ходиця… иця… ца…

— Эх… Должен будешь! — грозно предупредил я.

Я закрыл глаза и обратился к перевёрнутой Альфе. Тёмный кристалл тогда энергию слоями вливал, вкладывая друг в друга, как матрёшку. Я потянулся, и влил чутка маны Изначального в Алтарь.

— Уха-ха! — зловеще захохотало многоголосье разными голосами. — Уха-ха!

— Ха! Ха! Ха… — ответило раскатистое эхо.

Алтарь засветился, и подо мной образовалась удобная выемка в камне с подогревом.

Хтонь! Кажется, я только что создал монстра.

— Шутка! Утка! Утка… тка… — громко загоготали голоса в разной тональности. — Ты бы видел своё лицо! Ицо! Цо! Уха-ха! Хе-хе-хе! Хи-хи-хи!

Эхо погоняло хохот туда-сюда, смакуя напоследок.

— Тогда ладно, — я слез с алтаря и подозрительно оглядел вмятину от двух половинок. На одном из углублений только что появился большой палец вверх.

Кажется, я сделал большую глупость, влив энергию Изначального в Алтарь, не подумав. Тьма его забери, что могло вылезти из подсознания. То, что сидеть мне было холодно и не удобно — это факт. Так же меня жутко бесил этот прямолинейный Алтарь со своими родовыми играми — отсюда его стрёмное чувство юмора. Ещё меня раздражало, что он тут сидит и не догоняет, что реально происходит у него над головой. Ну, собственно, дальность я и хотел повысить. Вроде всё? Я снова подозрительно оглядел алтарь и поднял с пола копьё.

Призраки стояли рядом и переглядывались. Кажется, качество изображения улучшилось, и они стали более плотными. Заметив, что я смотрю на них, они доброжелательно заулыбались. Даже вечно хмурый Иван Грозный растянул губы в хищном оскале. Я почесал затылок остриём копья. Вроде на счет призраков у меня никаких раздражающих мыслей не было.

— Друзья! — я пафосно потряс копьём. Вокруг ощутились предвкушающие игру стихии. — На острове есть те, в которых есть яд, и те, в чьём теле его нет.

Я крутанул копьём и стукнул об пол.

— Те, что с ядом — друзья. А без яда — нехорошие люди. Задача первая, определить своих и чужих. Задача вторая — плохих парализовать, чтобы они не могли двигаться. Третья — закрыть доступ к любой еде. Всю алхимию, ну в бутылочках такие, — я отправил образ, — и лекарства — тоже изолировать, чтобы никто не мог ими воспользоваться, ни свой, ни чужой. Ну и последняя задача. Никому не давать ни есть ни пить. Хотя ладно, друзьям можно пить чистую воду. В общем своим помогаем, плохим делаем ата-та.

— Все всё поняли? Тогда работать! Чё стоим? — рявкнул я на призраков умерших императоров. — Идите наверх и предупредите своих! Хорошо бы ещё какую магическую глушилку… Чтобы всё происходящее не ушло с острова ни в каком виде.

— Есть кнопка, на такой случай, — один из призраков шустро поднялся куда-то вверх и в сторону.

Я крутанул копьём и развернулся к ручью.

Рыба не просто приплыла, она ещё и выпрыгнула на берег. Я поблагодарил Каплю. Шесть метровых щук и пять судаков должно хватить, чтобы накормить тощего подростка и исхудавшего мужика.

— Слушай, Драко, вы там с Земелей делали купол с запахом травы, — я почесал висок копьём. — А вы можете соорудить дымок с ароматом яблони или вишни, обжигающе горячий такой?

Получив положительный ответ, я счастливо заулыбался. Щас рыбку закоптим! Я использовал кулинарное плетение и выпотрошил все рыбины, икру и молоку сложил отдельно. Капля всё оперативно промыла, даже к ручью спускаться не пришлось. Думаю, что и Земеля сможет создать соль, это же природный материал. Я отщипнул листочек от своего туземского наряда и положил на язык. Гадость, я сплюнул. Ну без специй обойдёмся, значит.

Две рыбины щуки и два судака я определил под копчение с вишней и яблоней. Драко подхватил их и обернул в воздушные коконы, которые наполнились горячим дымом. У меня слюнки потекли от одного вида.

Земеля сделал мне горку соли. Еще две щуки и одного судака я посолил и завернул в кокон из стихии земли, а сверху обернул огнём. Эти будут запекаться.

Икру в соляной растворе промыла Капля. Молоку я просто обвалял в крупной соли, предварительно удалив жилки крови. Оставил всё это настаиваться в силовых шарах, дополнительно напитав их маной. Заряженная магией пища — вещь!

По одной рыбине каждого вида я решил засолить, Капля с Земелей создали крепкий соляной раствор, а Драко обернул в плотный прозрачный цилиндр. Капля предложила структурировать солёную воду. Я согласился провести эксперимент. Изменённая вода пропитает мясо, хм…

Ну а теперь можно и шашлык пожарить!

Я использовал плетения разделки рыбы и вскоре передо мной зависли аккуратные филейные кусочки без костей.

Рыжик создал костёр, он даже имитировал потрескивание веток, которых не было. Выглядело забавно, потому что я придал костру форму огромной плоской таблетки и сбавил жар. Закрепил над огнём силовые палки, нанизав на них куски рыбы, и заставил медленно вертеться вокруг собственной оси. И если всё остальное готовилось в замкнутом пространстве, то шашлыкам ничего не мешало распространять дурманящий аромат.

Минут двадцать я делал разные несложные общеукрепляющие упражнения с копьём, поражаясь собственному неразвитому телу. В который раз захотелось придушить обоих родителей Ванюши. Эх, а ведь я сегодня планировал отправиться на свой новый остров и плотно заняться прокачкой. А вместо этого разгребаю чужое… хтонь…

Мне всё больше казалось, что одной Доброй Марии будет маловато, чтобы травить сразу всех во дворце. Палевно бегать везде с пробиркой и подмешивать зелье. А вот если сразу закупать уже отравленные продукты… Тогда понятно, зачем пропускать все поставки через род Дымовых. Тогда всё гораздо, гораздо хуже, если весь род слуг работает не на императорскую семью, а против неё.

С другой стороны, и повара должны быть в деле. Например, кашу на завтраке ели все великие княгини. Не будет же Машенька сама себя травить? Значит соперниц она заправляла в другом месте. И тогда повар должен чётко знать, в какую еду добавлять яд, а в какую не стоит. Или яд мог находиться в каком-то конкретном типе продуктов, который знающие люди просто не ели.

Во дворце было четыре кухни, и одна из них для слуг. Хотя я сильно сомневаюсь, что все слуги замешаны. Захар и Макар тоже Дымовы. Разве что кого можно и в тёмную разыграть. А есть ещё гостевая кухня, там, например, питаются мой личный учитель, он же глав рода Носовых и главный имперский маг — глава рода Жуковых. Вот интересно, они окажутся отравленными или нет, как и бывшие императрицы от рода Жуковых и Носовых. Это ж надо было так запустить ситуацию…

Вскоре запах изменился — рыба приготовилась. Я уговорил половину всего шашлыка, сразу направляя пищу на укрепление костей и наращивание мышц ног. Потом вернулся на алтарь и сел в теплую выемку для медитации, глупо сразу после еды тренироваться. А так проведу время с пользой, и всё окончательно усвоится. Потом смогу ещё немного позаниматься. Батюшка уже скоро должен очнуться.

Я решил исследовать скалы под островом, поэтому погрузился в транс Земли. Любопытный Земеля попросился ко мне, и я подхватил его сознанием. Вместе мы стали расширяться и вскоре заняли собой всю алтарную залу. Оказалось, что трещина здесь не одна. Я попросил Земелю заделать их, оставив выход ручью и закрыв его решёткой. На решётку установил магическую защиту, подведя сигнализацию к алтарю. Теперь, в случае нарушения периметра, он сможет доложить наверх.

Из алтарного зала вело ещё несколько скрытых проходов помимо купальни. Неподалёку нашёлся склад с продуктами. Вместе с Земелей мы проверили запасы на яды. Сука! Пришлось всё уничтожить. Вот ведь твари! Это ж сколько лет готовится переворот? Вряд ли запасы на тайном складе часто обновлялись.

Ближе к краю острова я натолкнулся на тайный гараж с современной яхтой, паромом и мини подводной лодкой.

Жилых тайных бункеров было три. Два настоящих: попроще и императорский. И один фальшивый. Маленький такой, в который можно было попасть из подвала в мужском крыле. Я ж говорил, что Раковы параноики. Выходы с острова вели не только под воду, но совсем внизу под водохранилищем был сухой путь в разветвлениями в разные стороны.

Ещё я увидел, откуда поступает вода в купальню. В воде под островом было что-то вроде стихийного источника Воды. Земеля не смог объяснить что это, но показал, что подобные места есть на планете в разных труднодоступных точках. Этот единственный, про который узнали люди, хм.

После часовой медитации, я занялся прокачкой выносливости и тупо бегал вдоль стен залы. Силы быстро кончились. Я сходил в душ в купальне и подобрал одежду попроще из той, что нашлась у батеньки. Она была великовата, пришлось укоротить штанины и рукава.

Как раз запеклась рыба, и я развернул кокон с щукой. От одуряющего аромата я чуть не захлебнулся слюной. Земеля сотворил мне чашу, а Капля периодически наполняла её структурированной водой.

Через полчаса неспешной трапезы из купальни вышел император. Хтонь! И как он теперь докажет, что это он? Я почесал затылок.

Молодой высокий парень лет 18-ти не больше. Худощав, широк в плечах, статен. Светлые волосы, чистые голубые глаза, идеальная кожа. Вот теперь он точно ещё лет двести отмотает на троне! Так что без меня как-нибудь обойдутся!

Одежда на нём тоже висела. Он пришёл с моим пуфиком за плечом, бросил его рядом, молча разместил в нём свой императорский зад и набросился на рыбу. Эт даа… Есть ему сейчас хочется зверски… Я, кстати, сидел на теплом камне, его подогревал Рыжик. Очень полезно для уставших ног и забитых мышц.

— Ты себя в зеркале видел? — я прервал затянувшееся молчание, поскольку кроме рыбы, папенька пожирал глазами и меня. А ещё он никак не наедался. И бросал жадные взгляды на шашлык и кокон с дымом. Кстати, один можно уже попробовать.

Я встал и притянул висящий задымлённый кокон с судаком к себе. Очистил поверхность и вскрыл. Одуряющий запах копченой рыбы вырубил мозг, и очнулся я только, когда отец вскрыл вторую рыбину, и нос почуял новый аромат.

— Зеркало в душевой есть, — всё же ответил батя. — Спасибо, сын, — он искренне поблагодарил меня.

— Ты умеешь еду на строительство мышц направлять? — всё же спросил я.

— Конечно, как бы иначе всё это в меня влезло? — мне показалось, он даже обиделся от моего вопроса.

Ну а откуда мне знать уровень развития магии? Если судить по стихиям, он нулевой. Вот пойду учиться в Академию, разберусь.

— Ваня, как мы остальных лечить будем? — спросил государь сына-подростка. — Это очень сложно и тяжело.

— Два варианта, — я потянулся к остаткам шашлыка. — Пробуем через водопроводную воду в слабой дозировке, но это затянется на годы. Ты же видел сколько из тебя вышло. Или партиями обрабатывать на моём острове. Откроем там СПА и замаскируем. Гвардейцы потерпят неудобства. Их в первую очередь вернуть в строй надо. Или ты царевичей хочешь вперёд пустить?

По взгляду императора я понял, насколько он разочарован в семье.

— У меня есть наследник, и он в безопасности, — жёстко отчеканил горе-папаша. А ещё удивляется, почему у него такие дети.

Перед выходом я проверил оставшиеся коконы. Всё было готово. Поэтому я слил солёную воду и промыл икру, молоку и рыбу. Копчёных судака и щуку я тоже извлёк из дыма. Батенька не позволил забрать хоть что-то с собой, велев оставить всё тут. Удалось отвоевать только кокон с запечённой рыбой. Остальное я нехотя законсервировал магией.

У дверей в залу нас встретил вооружённый до зубов Макар. На мгновение он застыл. Увидеть так сильно помолодевшего императора он явно не ожидал.

— Прошу вас проследовать в тронный зал, Ваше Императорское Величество, — он низко поклонился сначала батеньке, потом мне. Причём, мне показалось, что поклон в мою сторону был ниже. Хотя вряд ли.

Отец закинул кокон с рыбой на плечо и двинулся вверх по лестнице. Макар пропустил меня вперёд. Я перехватил копьё по-удобней и тяжко вздохнул. Надо было надеть золотой наряд… Хотя можно и над этим поработать.

Когда мы поднялись наверх, отец развернулся и открыл было рот, да так и замер. Я почесал висок копьём с золотым наконечником.

— Перебор? — спросил я и крутанулся.

Строгий серый китель обзавёлся золотой вышивкой. Умеренной! Я только стоячий воротник украсил и полы, которые слегка удлинил. Доходили они теперь почти до колен. Пуговицы стали золотыми с поднятым вверх большим пальцем. Герб рода на груди остался таким же, как и у батюшки. Из-под украшенных вышивкой рукавов выглядывали пышные белые кружевные манжеты. Брюки оставил широкими, слегка затемнив серый цвет, чтобы он не сливался с кителем. Ну и на ногах красовались покрытые сусальным золотом кроссовки с выпуклым красным раком на носках.

Император закрыл рот, развернулся, поправил кокон с рыбой на плече и двинулся ко входу в тронный зал.

— Держись позади меня, — буркнул он. — Причесаться забыл, — добавил он с лёгкой ехидцей.

Точно! Я быстро кинул плетение. Белокурые волосы слегка завились и аккуратно легли по плечам.

Макар шустро обогнул нас, распахнул обе створки и шагнул внутрь.

— Его Императорское Величество Михаил Михайлович Третий с сыном Иваном, — хитрый секретарь ловко забыл упомянуть мой статус. Скажи он — царевич, и кто-то почует ложь. Скажи он цесаревич, и выдаст секретную информацию. А так, всё на месте. Зачем представлять дурака-Ивана по титулу?

Император застыл при входе. Тьма его забери! А дела-то у батеньки плохи… Мать моя женщина! Хотя маменька-то здесь, вон она — обездвижена. Хтонь-хтонь-хтонь!

Глава 15

Огромная тронная зала поражала размахом. Казалось, она занимала всю площадь первого этажа, поскольку высоченные арочные окна виднелись почти по всему кругу помещения. Потолок соответствовал заявленному размеру. Благодаря тому, что пол, местами каменный, а по центру дубовый, был с подогревом, в помещении легко дышалось. Не смотря на кучу набившегося сюда добровольно и не очень народу, воздух оставался свежим. И даже зловоние от обездвиженных людей, пролежавших на полу не один час, не ощущалось. Хорошо продумал Иван Строитель вентиляцию большой бальной залы, молодец. Хотя кто его знает, может, это доработки одного из воздушников, которые жили позже.

Почти половину помещения занимали тела якобы верных слуг рода. Куча горничных и мастеровых, застигнутых врасплох в разных позах, причудливой волной доходила до дальней стены. Гвардейцы особо не заморачивались, перетаскивая всех сюда, и складывали предателей как попало.

Хорошо одетые, а значит играющие важную роль слуги безвольно вращали глазами ближе к проходу, оставленному в центре зала. Здесь же согнувшись пополам валялся Аврелий Завдалович в розовом костюме с манжетами. Я радостно поприветствовал его взмахом копья, отчего глаза модника беспомощно завращались, не в силах сдвинуть тушку с места. Из Дымовых на ногах остались только Захар и Макар. Макар шёл следом за нами, а Захар ждал императора подле трона. Там же нетерпеливо переминались с ноги на ногу СБшники во главе с Александром.

Судя по количеству присутствующих в зале гвардейцев отравлены они были все. Матвей Асимович выстроил их по периметру помещения и препятствовал общению разных групп свидетелей и подозреваемых между собой.

Гости дворца тоже оказались отравлены. Среди них я узнал только глав родов Носова и Жукова. Остальные были скорее всего их помощниками или личными слугами. Гвардейцы держали их в самом дальнем от трона углу, не позволяя приближаться к другим вынужденным участникам собрания. При появлении юного императора Жуков и Носов было метнулись ему наперерез, но были грубо остановлены гвардейцами.

Отдельно около окна перешептывались умники в белых халатах и непонимающе озирались по сторонам. Память Ванечки отказывалась подсказывать, кто это такие. Но это точно были не лекари. Поскольку лекари лежали напротив. Интересно, как стихии их обездвижили, раз маги не могут столько часов сопротивляться воздействию.

Неподалёку от них переминались с ноги на ногу шпионы Николая. Что было странно… Так же оказались отравлены лаборанты гениев Бориса и Василия и личные помощники всех царевичей.

Секретарши Михаила выделялись на общем фоне и притягивали внимание всех мужчин, в том числе и обездвиженных. А что? Заняться им было не чем. Девушки жались друг к дружке под алчными взглядами.

Батюшка неплохо держался, пока не дошёл до обездвиженных великих княгинь и императрицы. Вывод напрашивался сам собой. Раз ни одна из его женщин не была отравлена, значит они все его предали. Михаил III расправил плечи и отвёл взгляд от разгневанных дам. Сколько они тут лежат? Если в купальню мы спустились часиков в 10, а сейчас вечерело…

По другую сторону в окружении гвардии на стульях сидели арестованные царевичи. Все они подозревались в государственной измене. Я приветственно помахал братьям копьём.

Меня братья, конечно же, не заметили. А вот помолодевшего батюшку проводили любопытными взглядами. Так себе у него авторитет среди сыновей, сильно так себе. Император мазнул по сынкам неприязненным взглядом.

Реакция на происходящее у царевичей была разная. Замазанный в финансовых махинациях Пётр хмурился. Ну да, ну да… ему-то отвертеться не получится. Всё на бумаге. И на что он только рассчитывал? Оно бы по-любому вскрылось рано или поздно.

Николай и Михаил делали морду кирпичом. Мол у нас всё хорошо, и это всё досадное недоразумение, но, конечно, батенька разберётся, ибо доказательств нет. Хотя сам факт того, что ситуация их не удивляла, сдавал их с потрохами, хм.

А вот Борис и Василий вели полемику на научные темы. Их заинтересовал вопрос, что будет с телами после стольких часов паралича. Они тоже не чувствовали себя виноватыми.

Ситуация оказалась не так проста, как представлялось ранее. Похоже здесь было несколько групп заговорщиков.

Отдельно ото всех недалеко от трона расположились приглашённые эксперты. Глава гильдии убийц Безымянный Остап Петрович и глава гильдии воров Пантелеев Георгий Родионович стояли в окружении хмурых мужчин с небольшими чемоданчиками. С ними вместе находился окрылённый возможностями глава чёрного рынка Мерзляев Акакий Акакиевич. Он собирался воспользоваться ситуацией по-полной и заслужить милость императора. Он единственный счастливо улыбался, похоже, нарыл что-то впечатляющие.

При нашем приближении от группы теневиков отделился Гаврила и скользнул мне за спину.

Юный Михаил III спокойно прошествовал к трону, положил рыбину у ног и величественно сел на полагающееся ему место. Он был мрачен, то и дело бросал испепеляющие взгляды на жён и сыновей. Я сел на ступеньки по другую сторону от рыбины и положил копьё рядом. Гаврила встал сзади и проводил золотой наконечник скептическим взглядом. Перед троном на полу красовался герб рода. Как же без него. Присмотревшись повнимательней, я убедился, что мне не показалось: на груди рака в виде небольшой медальки висел кулак с поднятым вверх большим пальцем. Ну, Земеля, ну шутник! Я дал понять стихии, что оценил его нововведение.

По взмаху батюшки к нам подошёл Александр со старшими сыновьями и глава гвардии. Пожалуй, только мой слуга воспринял юный вид императора как должное. СБшники и Матвей были шокированы. Да и остальные отравленные не могли не заметить резкого омоложения, и перешёптывались глядя в сторону трона.

Тем более оценили новый образ батюшки его возрастные жёны. Представляю каково это, когда император омолаживает себя, но не своих женщин. А сейчас не его фоне они вообще — старухи.

Захар и Макар застыли неподалёку и с одинаковым интересом разглядывали меня. С чего бы это? Я не выдержал и подмигнул братьям.

— Предлагаю сначала заслушать главу рода Дымовых, — начальник СБ здраво рассудил, что он должен знать больше всех.

Тихомир Алексеевич Дымов был особо почитаем батюшкой. Он возглавлял Аналитический Центр Прогнозирования. Император и шагу не желал ступить без советов Тихомира Алексеевича, постоянно советовался с аналитиками рода Дымовых. И видеть доказательство того, что его особо приближённый человек замешан в заговоре по уши или даже является главой заговорщиков… это был удар ниже пояса.

Император тяжело вздохнул и не ответил. Я бы может ему и посочувствовал, если бы не годы пренебрежения младшим сыном Ванюшей. Папенька сам виноват в сложившейся ситуации. Помню-помню, как он говорил… Мы великий род Раковых… бла-бла-бла… Братья тебе помогут руководить страной… Ха! Ха! И ещё раз «ха»!

— Гаврила, — я не выдержал тягостного молчания, которое никто не собирался прерывать. Конечно-конечно, император думает, императору плохо, императору нужно время. Хтонь! — Вы же сделали карту дворца с отметками мест отравления?

Вскоре передо мной возник невысокий столик. Сидел-то я на ступеньках, и большой стол был бы высоковат. Передо мной развернули план дворца с непонятными обозначениями разных цветов. Выяснилось, что составлял сие художество мой Остап Петрович, я тут же позвал его. Пробежался глазами по стоящим неподалёку и кроме радостного Акакия, зацепился взглядом за Дмитрия Александровича, правую руку начальника СБ. Ему явно было что сказать. Император с интересом заглядывал мне через плечо. Он же установил вокруг нас непроницаемый защитный купол. Чтобы нас не было не слышно и не видно.

— Кто травил гвардейцев? — я оторвался от разглядывания непонятных цветных пометок и поднял глаза на Безымянного. Поскольку такую кучу народа явно кормили не при дворцовой кухне, у них мог быть другой отравитель. Да и хотелось знать, кто решил вывести всю гвардию из строя.

— В крови гвардейцев обнаружено два типа яда, Ваше Высочество, — начал Остап Петрович, сперва поклонившись. — Повар готовил в столовой, рядом с казармами, и судя по тому, что он тоже был отравлен, он не знал, что добавляет в пищу токсин. После допроса он сознался, что великая княгиня Мария Сергеевна приносила ему специальные добавки для гвардейцев, которые делают бойцов сильнее, выносливей и увеличивают магический потенциал, — продолжил Безымянный, глядя на меня и игнорируя остальных великих персон. — Что интересно, полезные добавки в смеси присутствуют. Помимо яда. Повар по собственной инициативе принимал их в пищу, очевидно, хотел стать сильнее.

— Кто второй? — я вспомнил вечно добрую Марию. Тварь затеяла масштабный государственный переворот.

— Все продукты, которые потребляли гвардейцы были напичканы веществами, способствующими старению и снижению магического потенциала, — сообщил Безымянный.

О, как! Я с удивлением уставился на него. На хрена? Руку поднял Мерзляев, и я разрешил ему говорить.

— У рода Дымовых было два отдельных поставщика: для себя и для всех остальных, — счастливо улыбнувшись, заявил Акакий Акакиевич. Он вложил большие пальцы в карманы жилетки и перекатывался с пятки на носок и обратно. — Они травили всех, кроме Дымовых. В компьютере Аврелия Завдаловича мне удалось проследить схему поставок отравленных продуктов. Кроме дворца вредная продукция шла в штаб-квартиру СБ в столице, царевичу Фёдору, который живёт отдельно, и даже уходила на дальний восток царевичу Владимиру.

— Зачем? — вырвалось у батюшки.

— Знаете, Ваше Императорское Величество, какой самый продаваемый товар на чёрном рынке? — Акакий Акакиевич широко улыбнулся, впрочем, не забыв низко поклониться.

— Удиви меня, — саркастично усмехнулся юный император.

— Секрет молодости рода Раковых! Мы продавали его трижды, — и поспешно добавил: — Подделка разумеется. Но даже без гарантии с нашей стороны цена на торгах достигала полтора миллиарда рублей. А сейчас после того, как Ваше Императорское Величество покажется в обновлённом виде, можно будет продать ещё парочку вариантов омоложения на ещё более крупную сумму.

Я громко прочистил горло и строго посмотрел на Мерзляева.

— А что? Разве вы не хотите срубить лёгкие деньги? Пусть дураки платят! — искренне удивился пока ещё глава чёрного рынка.

— Мы подумаем, — усмехнулся батюшка. Надеюсь, это «мы» он про себя во множественном лице, а не — я с Ванюшей.

— Значит, Дымовы считают, что подобрались близко к тайне рода, ну или узнали её, и поэтому стараются создать видимость, что род Раковых слаб и уже не может омолаживаться, как все думают? — выдвинул предположение Дмитрий Александрович. — Продуктами питания пытаются свести эффект омолаживания на нет? Мол, не так уж и ценна тайна, за которой все охотятся. А когда другие отступятся, приберут её себе.

— Или они думают, что дело не в Раковых, а в острове, — выдвинул новое предположение Тимур. — Ну, это же глобальный эксперимент. Сами они едят нормальную пищу, остальных травят. Значит, если они, Дымовы, будут молодеть, а Раковы стареть, значит секрет в острове.

— Зачем тогда травить тех, кто живёт в городе? — усомнился в версии Тимура глава СБ.

— Ладно, расспросим главу рода, узнаем. Может быть… Остап Петрович, кого ещё травила Мария Сергеевна многокомпонентным ядом? — поинтересовался я.

— Проще сказать, кого она не травила, — усмехнулся Безымянный. — Она не травила собственного сына и не смогла отравить никого из Дымовых. А значит…

— Значит Дымовы знали, что великая княгиня травит других! — закончил за него царевич Александр. — Вот гнида!

— От гибели нас спасает тайна рода, которую хотят заполучить все, — констатировал Дмитрий. — Поэтому до сих пор никто не впрыснул второй компонент яда и не убил нас всех.

Ну да, ну да… Всё благодаря природной паранойе Раковых. Ведь про купель не знает никто кроме императора, меня и маменьки. Вопрос, к какому умозаключению пришла императрица, увидев купель? Она, наверное, не случайно мне чашу тогда дала… Эксперимент на мне ставила, сука. Мол, плавает — это одно, а что, если пить начнёт? Как же руки чешутся удавить недомать.

— Не обязательно травить всех сразу, Ваше Высочество, — невозмутимо заявил Гаврила из-за моей спины. — Неудобных можно убирать по мере необходимости. Мы ведь так и не нашли второй компонент яда.

— Как не нашли? — хотя я же попросил стихии запечатать подозрительные помещения.

— Сейф Аврелия Завдаловича не удалось вскрыть, — печально вздохнул Мерзляев. — Он находится за портретом императора в его кабинете, но вместо кодового замка там изображение поднятого вверх пальца. Мы даже пробовали измазать кулак кровью управляющего, но сейф так и не открылся.

Мы с батюшкой переглянулись, а мне в голову влетела картинка от Земели. Когда я был у Аврелия Завдаловича и переодевал его в розовый костюм, стихия Земли тоже решила подшутить и запечатала сейф. Земеля прислал череду образов, как Аврелий Завдалович безуспешно пытается вскрыть сейф. Он воздействовал магически, приносил перфоратор, закладывал гранату, устанавливал взрывчатку и даже прорыл туннель с обратной стороны.

Я так смеялся, что выступили слёзы из глаз. Я отправил Земеле одобрение классно выполненной шутке. Особенно понравилось, когда управляющий прорыл стену насквозь и промахнулся мимо сейфа. Хтонь, уфф-ф. В горле пересохло.

Передо мной на столе возник наполненный структурированной водой кубок с изображением рака. Я с удовольствием выпил и поблагодарил Земелю с Каплей. Присутствующие жадно проводили взглядом и чашу и воду. В чём дело? Я не понимающе посмотрел на Безымянного.

— Вся вода во дворце отравлена, — сглотнул Остап Петрович. — Галина Дмитриевна где-то на трубах нанесла заклинание, изменив всю водопроводную воду. Магически изменённая жидкость, хм, притупляет сознание, — Безымянный попытался смягчить выражение. — Снижает критичность мышления.

«Разберись!» — я обратился к Драко. Воздух найдёт плетение и сможет его убрать, я очень надеялся на это. С куполом же у него получилось. Я попросил Земелю и Каплю сделать питьевой фонтан.

Метрах в двух от меня в стороне от трона возник каменный столбик из белого мрамора в виде бьющей из-под земли струи воды. В центре композиции был красный рак с драгоценными камнями на месте глаз. Изо рта рака вверх бился маленький фонтанчик. Я передал стихиям своё искреннее восхищение. Творчество — это очень и очень крутая грань развития. К воде тут же выстроилась небольшая очередь. Мы всё еще были под защитным куполом.

— Можно напоить гвардейцев? — обратился Матвей Асимович к батюшке. Ну, правильно, кто ещё мог создать фонтан?

Драко как раз прислал образ, как он разрушает плетение. Тварь нанесла его в нескольких местах в подвалах дворца. Ту воду, которая уже была в трубах, Капля обезвредила. Я слегка кивнул императору, и тот меня правильно понял.

— Вся вода во дворце снова безопасна, — заявил император тоном, как будто ему это ничего не стоило. И ведь не соврал.

Матвей Асимович вышел за купол, чтобы дать соответствующие указания. Впрочем, он почти тут же вернулся.

Мы уже больше часа полоскали грязное бельё Раковых, и я знатно проголодался. Я вытянул силовую нить, подцепил кокон с рыбой и медленно потянул на себя.

Брови Макара поползли вверх, и я подмигнул ему. Внезапно, нить ощутила сопротивление. Император вцепился в рыбину с другой стороны.

Мы с минуту тягались взглядами, а потом я рванул к рыбине и отломил кусок. Кокон распался, и у меня в руке оказался сочный, ароматный кусок запечённой рыбы. По тронной зале разнёсся одуряющий аромат. Кажется, папенькин купол не сдерживал запахи.

Батя навалился на меня, перехватил руку и сожрал мой кусок целиком. Ах ты ж жадина!

— Моя рыба! Я поймал и приготовил! — мы покатились по полу как два невменяемых подростка, отвешивая друг другу тумаки.

— Ещё себе приготовишь! А мне не положено! Император я! — я пару раз попал в челюсть, а мне прилетело в печень.

Я оказался сверху и злорадно усмехнулся, но тут же получил коленом по спине и перекатился через голову.

— Жадина! Делиться надо! — китель папеньки треснул, и я злобно захохотал, тут же получив затрещину по затылку.

Минут через пять я выдохся, и он задавил меня голой силой. Скрутил и поднял на ноги. Однако, хватка бати внезапно ослабла. Я огляделся. Рыбы не было. Кокон валялся, и пара рыбьих косточек.

Глава 16

Мы с батей стояли рядом и пристально разглядывали мужиков, которые снова выстроились в очередь к фонтанчику.

Слегка помятый вид, жирные пятна на одежде, тщательно скрываемое довольство на лицах. В общем-то понять их было можно. Еды им брать было не откуда. Я же просил стихии всё съестное опечатать. Прошло уже время и обеда, и полдника, и ужин вряд ли будет вовремя, если вообще будет.

Я не обнаружил ни одного виноватого лица, и следы потасовки были на всех, без исключения. Хтонь. Я еще раз оглядел невинные физиономии взрослых мужиков. В задних рядах кто-то сыто рыгнул.

Юный император важно развернулся и уселся на своё место. Китель его был порван, волосы растрёпаны. Я ехидно оскалился, на что получил зеркальную усмешку. Я оглядел себя. Пострадали манжеты, пуговицы вырваны из кафтана с мясом, кружевной воротник шёлковой рубашки болтался на соплях. Я незаметно бросил на себя и императора несколько плетений, и наша одежда и волосы пришли в порядок. Я невозмутимо уселся обратно на ступеньки трона. Запах рыбы никуда не делся. Хтонь.

Участники совещания заняли свои прежние места. Кто-то тоже воспользовался заклинаниями, другие помогли не только себе. И вскоре о съеденной метровой рыбине напоминал лишь запах. Ну ещё растерзанный кокон, который все старательно игнорировали.

Я демонстративно поковырял ногтем в зубах. Я был единственным, кому не досталось ни кусочка. Хтонь.

— Как же так получилось, что сама матушка не была отравлена? — как ни в чём не бывало я продолжил расспросы и перевёл вопросительный взгляд с Безымянного на СБшников. — Она знала, что Мария Сергеевна и Дымовы травят еду?

Мужчины переглянулись и дружно пожали плечами. Похоже совместная трапеза их сплотила. Ответ пришёл от Драко. Стихиям вообще понравилась потасовка, они догадались, что это была игра. Драко прислал образ, где Матушка всю свою пищу обрабатывала специальным заклинанием. Я ж говорю, идеальные шпионы. Всё готовилось на отравленной воде, и чтобы обезопасить себя, она очищала еду от всех посторонних примесей. И конечно же, не позаботилась о сыне… Ууу недомать!

— Зачем вообще надо было травить всех?! — зашёл с другой стороны батюшка.

— Род Карповых, как и другие жаждет получить секрет долголетия. Притупляя бдительность психотропными веществами, Галина Дмитриевна пыталась раскрыть секрет молодости, — Дмитрий Александрович рассказывал будничным тоном. — Она даже рискнула жизнью сына Славия. Подставила собственного сына с ранней инициализацией. Рассчитывала, что спасая царевича, император выдаст секрет рода.

Михаил III впился в подлокотник с такой силой, что пальцы побелели.

— Мы не можем утверждать, что она действовала в интересах рода Карповых, а не по собственной инициативе, — возразил Александр. — Мария Сергеевна скорее всего пыталась посадить на трон сына. Мотивы же Галины Дмитриевны не ясны. Ну кроме собственного омоложения. Разве что она могла усадить на престол Ивана-дурака и манипулировать им. Тогда понятно, почему она травила собственного сына — выращивала идиота.

— Ну спасибо! — я возмущенно уставился на Александра. — Значит, меня, как Славия, она не подставляла? Добрая маменька! — я всплеснул руками. — Просто выращивала безвольную асоциальную тряпку. А кто тогда пытался меня убить? — я требовательно уставился на СБшников.

— Царевич Василий разыграл комбинацию в надежде, что другие братья сделают всё за него, а он не только уберёт никчёмного царевича, позора семьи Раковых, но и проведёт интересный магический эксперимент, — на этот раз по моей личности прошёлся Димасик. — Он рассказал Николаю про якобы раннюю инициализацию у африканцев. Николай решил подставить вас и на завтраке громко сообщил новость Михаилу. Мол, как же это здорово повышает магический потенциал. А уже Михаил позаботился о том, чтобы вы беспрепятственно попали в алтарную залу и оставил её открытой. И вы ведь купились, — невозмутимо добавил гад.

— И ты всё это знал? — возмутился начальник СБ. — И ничего не сказал?

Показалось, что Александр сейчас бросится на сына и набьёт ему морду. Я бы набил, у меня кулак чесался врезать обоим.

— Про Ивана я узнал уже после, когда провёл собственное расследование, пытаясь выяснить, почему он сбежал из дворца, — возразил добрый Дима.

— И узнал? — с любопытством спросил я.

— Узнал, — он кивнул. — Вы никуда не сбегали, Ваше Высочество, а прошли раннюю инициализацию. Полагаю, что скоро об этом и так все узнают, а мы пока будем молчать, — он обвёл глазами присутствующих под куполом людей.

— Я прослежу, — пообещал Гаврила, и все сразу поверили. Акакий сглотнул, а Тимур напрягся.

— Почему про Славия не рассказал? — настаивал Александр. Он кипел праведным гневом. Собственная правая рука его не слушается. Начальник СБ угрожающе завис над своим заместителем. Кажется, будет ещё одна потасовка.

— Не было никаких доказательств, только мои догадки, — Дмитрий невозмутимо пожал плечами. — И потом не было понятно, зачем ей это делать. Бред же, чтобы мать подставляла собственного сына. А сейчас, когда вскрылась правда про воду, всё встало на свои места.

— А кто убил Олега Михайловича? — я решил спросить Дмитрия про ещё одну подозрительную смерть. Ну а вдруг он и тут что-то знает или подозревает.

Олег был младшим сыном Марии Сергеевны и братом Николая. Интересно же, кто успел насолить великой княгине. Может она мстит всем и вся. Иначе, откуда такая кровожадность. Она же планировала всех убить, вообще всех!

— Предположительно, по указке главы рода Носовых царевич Олег выпил алхимический реагент, делающий его источник нестабильным, — Дмитрий Александрович оправдал мои ожидания.

Ну да, ну да, а следующей императрицей стала его дочь Алла Вадимовна, как удобно. Я задумчиво барабанил пальцами по столу.

— И ты молчал! — злость Александра получила второе дыхание. — И как давно ты обо всём знаешь?

— У нас нет доказательств, — парировал сынок. — Когда я изучал обстоятельства смерти Славия, то заинтересовался, была ли гибель царевича Олега случайна. Я тогда вообще ещё не родился, отец! — Дмитрий перешёл на крик. — Всё это домыслы, там слышал оговорку, сям показалось подозрительным другое? У меня на них ничего нет!

Дима, конечно, умный мужик, но я бы себе такое СБ не заводил. Постоянно будет вести свою игру.

— И потом я думал, что мотивом убийства Олега было желание Носовых протащить свою бабу в императрицы! А раз они этого добились, то и вреда от них больше не будет! — продолжал орать Димасик. Саша даже отступил от него на шаг назад.

— Думал он! Ты не думать должен, а докладывать начальству! Мне! — кипятился Сашок.

— А смысл? — Димасик покраснел, как рак. — Ты заигрался с бандитами! — он даже ткнул пальцем в стоящего рядом главу гильдии убийц. — Как будто ты бы дал делу ход?! Да ты бы побежал к Носову, чтобы выбить с него деньжат, — Димон горько расхохотался.

Мне уже порядком надоело слушать склоку, которая никак не переходила в драку. И тут Саша меня порадовал — зарядил сынишке в челюсть. За что тут же получил ответку.

Макар скрутил Александра, а Тимур оттащил младшего брата. То есть разнимать царевича и императора мы не будем, а сожрём пока их рыбину… Козлы!

— Ууу, — я разочарованно опустил большой палец вниз. Стихии оживились новой модификации полюбившегося жеста. Пришлось объяснять. На груди Сашки тут же появилась дополнительная вышивка — золотой кулак с опущенным вниз большим пальцем.

Отец осуждающе посмотрел на меня, а мужики дружно отступили от Александра Михайловича, расценив появившееся украшение, как приговор императора.

Царевич не сразу понял, в чём дело. Дмитрий злорадно указал ему на грудь, и Александр бухнулся перед императором на колени.

— Не губи, батюшка, — он подполз к ступеням трона. — Отработаю, отслужу, накажи, но не руби голову с плеча.

И тут я увидел такой же палец на спине у Димасика. Я не удержался и заржал, привлекая внимания мужиков. Пришлось объяснить Земеле, что этот жест выполненный императором означает отрубание головы. Стихия убрала украшение.

— Закончили истерить! — рявкнул император звонким юношеским голосом. — Что там дальше? Алла Вадимовна тоже травила всех направо и налево?

— Яд, изготовленный для Аллы Вадимовны, был обнаружен у всех царевичей и в их подразделениях, кроме детей великой княгини и гостей из рода Носовых, — продолжил рассказ Остап Петрович. — Так же она похоже не знала про вашу тайную лабораторию. Скорее всего яд присылали из рода Носовых, у них есть отличные алхимики. Они запросто могли провернуть такую высококлассную обманку.

— Обманку? — переспросил император.

— Да, Ваше Императорское Величество, Носовы собирались подставить великую княгиню. — Они изготовили основу для яда очень похожую на ту, что варит Мария Сергеевна. Они добавляют второй компонент, а потом сваливают всю вину на бывшую императрицу. Полагаю сыновья Аллы Вадимовны не получали яд с пищей и не питались вместе со всеми, поскольку Алла Вадимовна точно знала, что еда отравлена.

— Но они же отравлены? — не допёр батюшка.

— Им всё ещё готовили Дымовы, Ваше Императорское Величество, — мягко напомнил Безымянный.

— А сама она где ела? — проявил я любознательность.

— У каждой княгине, кроме твоей матушки, был собственный повар, — печально усмехнулся император. — Они закупали себе особые продукты для красоты и тратили на это не меряно денег. Погоди, а кто отравил моих оружейников?

Оказывается, неизвестные умники в халатах — личные тайные оружейники батеньки, род Стрельцовых. Да, точно, в воспоминаниях Ванечки что-то такое было про увлечение императора огнестрелом. Может и сам Ванюша поэтому питал слабость к оружию? Пытался наладить с отцом отношения? Хтонь! Опять накатила злость на папаньку.

Конкурентов травил гений Борис. Из зависти видимо. Травил сложным ядом с накопительным эффектом. В какой-то момент они бы начали помирать, как мухи. Ну, понятно, доигрались со своими экспериментами, типа. Но сам факт того, что он использовал яд и так же травил в долгую, говорит за то, что он знал о махинациях своей маменьки.

— А что Ирочка? — без особого энтузиазма спросил император.

— Ирина Дамировна из рода Жуковых использовала артефакты, влияющие на гормоны, — заявил глава гильдии убийц.

— Это какие? — удивился не только император.

— Великая княгиня подкладывала артефакты, влияющие на гормоны, — ошарашил Остап Петрович. — Это обнаружил Пантелеев, они с такими сталкивались. — Разные комбинации подкладывались в спальни. Она подкупала слуг. В вашей спальни, Ваше Императорское Величество, артефакты снижающие либидо, и дающие лёгкую эйфорию, — и увидев непонимание объяснил: — Ничего не хочется делать, всё и так хорошо. А вот Александру Михайловичу подкладывали артефакты, подогревающие его пылкий характер и мешающие трезво оценивать обстановку. Артефакты мы изъяли.

— Неужели вы ободрали мои обои с водорослями? — обрадовался я.

— Увы, Ваше Высочество, обои остались на месте, — усмехнулся Остап Петрович. — А вот ваша мебель из ДСП оказалась с секретом. Металлические пластины внутри стружки любого сделают пофигистом и идиотом.

Вот ведь хтонь. Это ж надо было так заморочиться! Мебель… Хотя она же могла её под предлогом неликвида… Для Ванюши ничего специально не делалось. Мол она мне больше не нужна, не выбрасывать же, отдадим Иван-царевичу.

Дмитрий Александрович поднял руку, привлекая внимание императора.

— Ваше Императорское Величество, предлагаю женщин посадить на самолёт, они же хотели лететь завтра? Вот пусть и летят, а самолёт взорвётся где-нибудь. Объявим, что это был террористический акт, — мы все дружно уставились на кровожадного Дмитрия. — Мы потом расследование замутим и объявим Дымовых виноватыми, что не уследили, как на самолёт бомбу подложили. Очень удобная ситуация будет с терактом.

— Предлагаю для начала отпустить глав родов, — Михаил Михайлович хищно улыбнулся, а я встал. — Ты куда, Ванюша?

— Я и мои эксперты здесь больше не нужны, — я поднял копьё и махнул Безымянному. — Казнить и миловать — без меня. Я пойду охотиться, — я погладил плоский живот, а мужики дружно сглотнули.

Драко обещал мне сюрприз во дворе замка, надо сходить, посмотреть.

Батюшка снял купол, и я двинулся на выход. Следом потянулись гильдейские с чемоданчиками. Акакий Акакиевич подёргался, но потом тоже пошёл следом. Я помахал на прощание царевичам, потом вернулся и подошёл к матушке и сел перед ней на корточки. В ошалелых глазах не было ничего, кроме злобы и ненависти. Тогда ладно, не буду переживать.

В императорском саду на большой поляне среди цветов прохаживались птицы: тетерева, глухари, рябчики, фазаны. Небольшой пруд оккупировали утки и гуси. Около сотни, или чуть меньше, разной дикой птицы.

— Это что за птичье нашествие? — удивился Георгий Родионович. — Днем тут никого не было.

— Это, господа, наш ужин, — довольно ощерился я.

Драко показал мне, как Капля нагоняла в ручей рыбу. Он нагнал птицу. Я послал всем стихиям чувство благодарности и любви. И получил ответную волну обожания.

— Специй, правда, нет… — я почесал затылок золотым наконечником копья.

— Ща, всё будет, — невысокий мужичок с чемоданчиком метнулся в замок.

— В крыле Дымовых есть склад продуктов для себя, — объяснил Безымянный, я тут же получил подтверждение от стихий. — Он проведёт экспертизу, не сомневайтесь, Ваше Высочество. Тимофей, Стас! Помогите ему!

Ещё двое мужчин снялись с места и бросились догонять первого вора. Ну а кто это еще мог быть. Я попросил стихий поддаться и открыть им дверь, если там и правда не отравленная еда. А ещё они хотели научиться готовить. Вот ведь…

— И что? Будем ловить? — Акакий Акакиевич неуверенно перекатывался с пятки на носок и обратно.

— Неее, есть способ получше, — я подмигнул оставшимся парням, которые уже начали доставать свои метательные ножи. Наверное, не все из них воры, есть и убийцы.

Я попросил стихии мне подыграть. Я собирался приготовить штук 30, не более. Братья пусть сами себе готовят. А мне с мужиками хватит. Правда, тут из дворца показался Макар, и подозреваю, что пришёл он с одной целью — отжать мою еду. Я сразу показал ему фигу.

Я встал на одну из садовых лавочек и пафосно раскинул руки в стороны.

— Друзья мои пернатые, вам выпала огромная честь! — уж не знаю, как стихии это сделали, но птицы отвлеклись от своих занятий и повернули головы в мою сторону. — Сегодня, у вас появилась уникальная возможность стать частью чего-то большего! Стать частью меня!

Я крутанулся вокруг себя, типа, чтобы они меня рассмотрели.

— Кто хочет стать мои ужином, идите сюда, не стесняйтесь. Места на всех хватит! — пообещал я.

И действительно штук 40 побрели в мою сторону и вскоре окружили лавочку, радостно приветствуя свою судьбу. Остальные вернулись к своим занятиям. Улетать они не собирались, хотя я же видел, что Драко их больше не держит.

— Благодарю, — я поклонился. — Обещаю попробовать каждого из вас.

Надо было видеть ошарашенный лица мужиков. Только Остап Петрович наслаждался, как настоящий ценитель искусства убийства.

Я поднял руку вверх и сжал кулак, выставив большой палец вверх. Медленно я повернул палец вниз. И друзья не подвели. Все стихии поучаствовали в отрубании голов.

— Спасибо, спасибо, — я поклонился мертвым тушкам и почесал затылок. — Может вы еще и ощипаетесь сами?

Я незаметно бросил плетения, и все тушки ощипались и выпотрошились. Остап громко зааплодировал:

— Браво! Браво!

Судя по количеству кулинарных заклинаний в моей памяти, поваром я был не раз и не два в своих прошлых жизнях.

— А готовить кто-нибудь умеет? — я растерянно оглянулся на гильдейских, жадно пожиравших меня глазами. Похоже с набором учителей для моей новой школы проблем не будет.

Глава 17

Воры и убийцы, в смысле приглашенная экспертная комиссия, развели кипучую деятельность. И я их понимаю, мужики с утра ничего не ели. Вскоре на зелёной лужайке императорского сада весело потрескивали костры, а на вертелах крутилась дичь.

Я тоже занимался положенным мне по возрасту и положению — бездельем. Стихии расстроились, они хотели научиться готовить. Я предложил им понаблюдать за тем, как это делают другие. Хотя зачем им? Вкуса они не чувствуют. Или всё же чувствуют?

Теоретически… Я потёр подбородок. Смог же Земеля сделать себе голосовые связки? А Рыжик воспроизвёл звуки потрескивания костра. Значит и вкусовые рецепторы они в состоянии сотворить. Только вот рецепторы эти куда-то ведут, передают сигнал… Впрочем, они уже хорошо изучили строение человеческого тела.

Из прострации меня вывел глава гильдии убийц, который плюхнулся рядом, перепоручив свой костёр одному из экспертов. Я сидел на спинке скамейки, в то время как Остап Петрович посчитал это неприличным и сел, как и полагается солидному взрослому мужчине.

Гаврила тоже участвовал во всеобщем безумии по приготовлению дичи. Он готовил сразу четыре тушки. Его костры были непосредственно возле моей скамейки и в опустившихся сумерках создавали приятное тепло и уют. Пока мой новый личный слуга отвлёкся, на одну из его тушек прыгнул огненный бельчонок и сунул морду внутрь. Гаврила его не видел, а вот Остап… Он жадно подался вперёд и даже попробовал кинуть какое-то плетение. Бельчонок отмахнулся от плетения огненным хвостом, как от надоедливой мухи, и оно распалось, так и не достигнув цели.

— Гаврила, там ещё остались тушки? Принеси всё, что есть, — попросил я.

Это да… количество птицы превышало количество поваров в несколько раз. Всего-то десяток гильдейских. Вскоре мой слуга вернулся и положил на скамейку шесть штук.

— Развлекайтесь, — я махнул рукой. Меня обдало счастьем и энтузиазмом.

Ладно, пусть пробуют. Это ж какая степень прожарки будет, если запекать изнутри. Если я правильно понял, Рыжик так и собирается делать. На полностью магическом огне! Да у меня от одной мысли слюньки потекли.

Я думал, каждый будет готовить свою птицу, но друзья смогли меня удивить и принялись магичить сообща.

Со стороны замка к нам прилетела небольшая песчаная туча. Ан нет, это специи. Две тушки попали в своеобразный смерч из приправ. Двум другим достались какие-то другие, они отличались по цвету. А вот еще два то ли тетерева, то ли фазана, Драко их решил закоптить. Я прям сразу заценил идею. Он взял за образец то, что я проделал с рыбой. Две сферы с густым дымом так и зависли прямо перед скамейкой.

Земеля соорудил какие-то вертикальные штыри, и друзья насадили на них тушки. Гуся обмотали плотным коконом земли, и Рыжик его поджёг. Утку они окружили воздушной сферой так, чтобы оставалось свободное пространство. Я понял задумку! Она будет вертеться и стекающий жир станет попадать обратно на птицу.

Кажется, мой совет посмотреть, как делают остальные, они восприняли буквально. Изучали поваров по всему миру, а не тех, что пыхтят на поляне.

Две оставшиеся тушки бельчонок жарил изнутри. Он насытил мясо огнём по типу того, как я загонял стихию в тело для диагностики, вот ведь хтонь. Да они гении! Маленькие гении! Я показал два пальца вверх, чем заслужил новую волну обожания.

Ни Остап, ни Гаврила и тем более Макар ни как не комментировали творящееся безобразие. Типа всё готовится само по себе. Гаврила, правда, потрогал огонь, который окутывал кокон, и одобрительно покивал, видимо, сочтя температуру оптимальной.

— Вы ведь в курсе, Ваше Высочество, как странно вы смотритесь со стороны? — аккуратно заговорил Остап Петрович. — Зависаете, замираете, разговариваете сами с собой или смеётесь над чем-то известным лишь вам?

— Агась, — я широко улыбнулся.

— И все эти старомодные наряды, абсурдное копьё с золотым наконечником, — главный убийца зашёл из далека. — Я бы вам посоветовал завести игрушку, чтобы окружающие считали, что разговариваете вы с ней, а не с воображаемыми друзьями. Йя! — Драко отвесил моему директору чувствительный подзатыльник. — Не-не, с реальными друзьями! Конечно, с реальными! — он дружелюбно продемонстрировал жарящимся тушкам раскрытые ладони.

После его слов у моих ног на скамейке возник красный плюшевый рак такой, как был у девочки Саши. Ну да, ну да… 15-летний царевич, разговаривающий с игрушкой, это лучше, чем просто разговаривающий сам с собой подросток, я так и подумал, хе-хе.

— Вы же царевич, — усмехнулся убийца, — вам и рак побольше нужен.

Рак подрос раза в два и уже был почти с руку.

— Он как из магазина, — продолжал критиковать директор ещё непостроенной школы. — Я видел вашу комнату, и даже заглядывал в шкаф, кто поверит, что у вас появилась новая игрушка?

На наших глазах плюш выцвел и местами облез, но не сильно. Один ус обломался, а на боку появился грубый шов, как будто кто-то неумело зашивал ткань.

— Короны не хватает, — предложил стоящий рядом Макар. Он в готовке не участвовал, так и стоял всё время позади меня.

На голове рака появилась облупленная корона с обломленным зубцом.

— А не будет это намёком на то, что власть императора… хм… — это к нам подошёл Акакий Акакиевич, который сам не готовил, но активно помогал советами, перемещаясь от костра к костру, — поизносилась, — наконец он подобрал нейтральное слово.

Мерзляев протянул руку, чтобы посмотреть рака, но тот неожиданно цапнул его плюшевой клешнёй.

— Он ещё и заводной! Представляете, сколько за такого можно выручить на аукционе? — загорелся энтузиазмом глава чёрного рынка и попробовал взять игрушку со спины. Однако, и тут его ждал провал. Рак ловко повернулся и тяпнул Акакия за палец.

— Айй, — отдёрнул он руку. — Почему так больно? Он же плюшевый?

Он разглядывал место укуса, которое выглядело, как ожёг. Ааа, понятно, это не Земеля, это все стихии слились в одну игрушку. Поэтому он такой шустрый. Молодцы!

— Он же, хм… не новый, — возразил я. — И облезлый, кто такой купит?

— Ну так это ж антиквариат! — Мерзляев помахивал обожжённой рукой. — В него играли все царевичи! Или сам Иван Великий!

— Да, у меня был игрушечный рак.

Все дёрнулись, а я чуть не свалился со скамейки, меня подхватил Макар.

— Очень похож, — рядом с нами стоял призрак доброго крупного мужчины в кожаных доспехах. — Только мой был из крашенной кожи, плюш тогда ещё не изобрели.

— Иван, к вам направляется граф Носов, и Жуков подумывает сходить, посмотреть, откуда так вкусно пахнет, — любезно сообщил Иван Великий. Полезное свойство получилось у Алтаря. — Думаю вам следует знать ту версию, которую озвучил Мишут… кх, император.

— Неужели свалил всё на меня? — ляпнул я от балды.

— Кх, — снова прокашлялся призрак несуществующими лёгкими, — ну в общем да.

— Позвольте, Иван Михайлович, я расскажу, — пришёл на выручку предку Макар. Ну да, ну да… Один тут, другой там, и они постоянно на связи.

Батюшка решил не рассказывать про отравление, я усмехнулся. Захотел отомстить таким образом. Носовы же тоже пострадали от ядов: пили воду, которая вызывает отупение, и ели гостинцы от Дымовых, вызывающие старение и снижающие магический потенциал.

Михаил Михайлович наплёл, что в результате ранней инициализации источник Ванюши, ну или сам дурачок, начудил. Залез он, в смысле я, на пульт магического управления замком и что-то там перемкнул по скудоумию. Мол, мы сами не знаем, что да как, и никак не разберёмся.

В общем, под действие попало всё правое крыло, вернее сразу два. Крыло слуг, поэтому дворец остался без поваров, и женскую половину, где кстати, и лекари были, тут батеньке повезло, сошлась выдуманная история с реальной. И пока у них не получается вернуть подвижность людям, батюшка предложил родам Носовых и Жуковых съехать из дворца, мол готовить еду некому же… Но не тут то было. Господа хорошие ни в какую не желали покинуть замок и всячески порывались помочь беде.

Договорились, что батенька предоставит им в полное распоряжение гостевую кухню, хм, где всё отравлено. Пусть себе готовят, пользуются любыми продуктами, как компенсация за причинённое неудобство.

С графом Жуковым Михаил III рисковал. Он предложил ему, как главному имперскому магу попробовать вызволить из паралича хотя бы великих княгинь. Хм… Но у Дамира Владимировича ничего не получилось. Драко мне прислал образ, как он тщетно пытается оживить дочь. Очень уж главе рода хотелось расспросить сообщницу, не поверил он жиденькой версии батюшки.

Я поинтересовался, как получилось так качественно обездвижить всех. Объяснил Рыжик. С магами они просто воздействовали на сам источник, на саму магию внутри тел. Это же их стихийная среда. Неодарённых поднять проще, но кто же пытается помочь сначала обычным служкам?

Я снова громко расхохотался, чем заслужил понимающий взгляд от Остапа Петровича. Чую он ещё ко мне пристанет с расспросами.

Первым прибежал мой учитель, он же глава рода Носовых Вадим Петрович, и тут же набросился на меня. Как всегда в модном костюмчике, безупречно чистом и свежем.

— Иван Михайлович, вы сегодня пропустили урок! — он строго посмотрел на меня. — А у нас и так до сентября очень мало времени осталось!

Безымянный встал при приближении аристократа, и отошёл к кострам. Типа это он тут готовит, а не сами стихии. Я мысленно начислил ему дополнительные очки доверия.

— Простите, Вадим Петрович, не подумал, — я слез со скамейки, прижал к груди плюшевого рака и сделал виноватое лицо. — Я после завтрака изучал географию с батюшкой. У него в кабинете такая замечательная карта, — я мечтательно закатил глаза, — мне бы такую в комнату.

— Это только утро! Потом надо было идти в библиотеку! — граф Носов сурово уставился на меня.

— Я договорился об уроках истории с Иван Петровичем, — гордо заявил я. — Первоисточник — это всегда лучше, чем мнение скучных историков.

— Какой ещё Иван Петрович?! — Вадим Петрович старательно делал вид, что сердится. Зачем-то он хочет надавить на меня, хм. — Я твой личный учитель, я лучше знаю, что было когда и как!

— Позвольте с вами не согласиться, любезнейший, — справа от меня возник Иван Великий.

— Это ж, это ж… — оторопело уставился граф на моего предка. — Какая честь… Рад познакомиться с вами лично, — он протянул руку, на что призрак только хмыкнул.

— Михаил обратился к Алтарю за помощью, думаю мы сможем снять магический паралич, — по-доброму улыбнулся Иван Петрович. — Заодно внуку поможем с историей, вы не волнуйтесь.

— Так всё-таки магический паралич? — сразу же зацепился за нужную тему граф.

— Да, забавно получилось, — добрый дедушка потрепал меня призрачной рукой по волосам. И судя по тому, что у него получилось взлохматить волосы, силы в алтарь я влил немерено. Иван Великий понял, что спалился, быстро убрал руку и продолжил. — Ванюша решил изучить щиток магического управления, провода, знаете ли, любезный… Хорошо, что там отдельное подключение к разным корпусам, а то бы всех обездвижило… Казус, да… Бывает… Ну да Иван II и Владимир III разберутся, это их епархия.

— И они здесь? — глаза графа Носова азартно блеснули. Всё-таки, несмотря на свой гадкий характер, он был учителем до мозга костей.

— Я опасаюсь за юриспруденцию, Вадим Петрович, — опечалился я. — остальное я знаю.

— Так уж и знаете? Квадратный корень из 169-ти? — ехидно спросил мой учитель.

— 13 же, — я недоуменно поднял брови, мол это всё, что он хотел спросить по математике?

— А! Вот вы где? — к нам неспешной походкой приближался граф Жуков. Типа самый крутой маг? Ну, должность главного мага империи наверное дают не просто так?

Непонятно к кому обращался Дамир Владимирович, может поэтому его все проигнорировали. Пожилой мужчина отчаянно молодился, поэтому носил молодёжные брюки и стильную футболку с длинным рукавом. В прочем для своего возраста и с учётом влитой в него отравленной воды выглядел он неплохо. Разве что я бы пафоса поубавил. С Ванюшей он раньше не общался, да и что толку тратить время на неперспективного царевича?

Я обратился к стихиям, чтобы они мне помогли. Этот гад, наверняка, попробует меня просканировать. Надо сделать так, чтобы у него ничего не получилось. Отклик от стихий был странный, они что-то задумали, хм.

— А мы, знаете ли уже поужинали, — похвастался самый сильный маг. Вот по идее, его вообще не должно было получиться отравить.

Дамир Владимирович брезгливо посмотрел на сброд, собравшийся на поляне и посмевший развести костры в императорском саду. Прошёлся снисходительным взглядом по моим манжетам и детской игрушки, прижатой к груди. Стихии, кстати, млели от подобного обращения.

— Как же так, Ванечка, прошёл инициализацию и не сказал? — пожурил меня по-доброму старичок. — Обязательно, нужно стабилизировать источник. Давай, я посмотрю.

Он по-хозяйски положил мне руку на грудь и потянулся стихийным воздушным отростком к моему источнику. Дилетант! Ну с уровнем развития магии всё понятно… И зачем я здесь? Если учиться тут нечему?

Драко ухватился за воздушный отросток и влил туда парализующую ману. Хтонь! Гениально! Заразная мана тут же разошлась по каналам мага-дилетанта.

— Как же вы так неосторожно, Дамир Владимирович, — не особо скрывая насмешку, граф Носов забегал кругами вокруг неподвижно стоящего главного имперского мага. — Ай-яй-яй! Вот незадача-то, — он поцокал языком. — Что ж делать-то, что ж делать? Не оставлять же вас тут на ночь, в самом деле?

— Я не хотел, — захныкал я, сильнее прижимая к груди плюшевого рака. — Оно само.

— Ничего, Иван Михайлович, — Вадим Петрович достал мобильник. — Вы не виноваты. Павлуша? Берите Сергея, хотя нет, все идите к пруду в саду, тут с Дамиром Владимировичем беда приключилась. Ай, беда-беда! Да вы идите на запах, не ошибётесь.

Я дождался, пока все суетливые гости удалились, унеся с собой неподвижное тело сильнейшего мага империи, и нацелился на еду. Интересно, а как они меряют силу? Я потёр подбородок. В памяти Вани не нашлось ответа на казалось бы простой вопрос. Мне же тоже надо как-то мерить силу, в своей ублюдской школе. Ну, допустим, определить направленность мне помогут сами стихии.

— Я вовремя! — раздался из-за спины голос батюшки.

Я развернулся и уставился на юного императора исподлобья.

— Я вырасту! — я сильнее прижал к себе рака. — Я обязательно вырасту! И тогда… — я прищурился, глядя ему в глаза, — ты не сможешь отбирать у меня еду.

Михаил Михайлович громко расхохотался и крепко обнял меня.

— Ну, а пока… — он положил мне руку на плечо и притянул к себе за шею, — будем пробовать. Закоптил? Ууу, уважаю, — он показал мне большой палец вверх.

Император не чинясь расселся на скамейке и настоял, чтобы рядом сели мои люди: Безымянный, Гаврила, Пантелеев и Акакий. Мерзляев был счастлив… Как же? Он практически сидит и ест вместе с императором. Захар и Макар тоже не отказали себе в удовольствии попробовать стряпню Рыжика. Офигенное мясо получилось!

Когда они сделали магический смерч из специй, то расщепили приправу на микрочастички и загнали внутрь. Я ел и хвалил, хвалил и ел. Большие молодцы!

— Михаил Михайлович, может уже пора снять купол? — аккуратно поинтересовался Макар.

— Ээ не, тогда эти лодыри закажут себе ресторанную доставку, пусть сами себе приготовят. Я их на кухне для слуг оставил, — он подмигнул мне.

— Михаил Михайлович, императорский остров почти полдня под куполом, — попробовал убедить батюшку Захар. — Люди могли решить, что это переворот, могли начаться беспорядки.

— А СБ на что? — отмахнулся император гусиной ножкой.

— Так все руководство СБ на острове, — напомнил Макар.

Это да… братья правы. А батюшка опоздал с воспитанием царевичей, лет на сто как опоздал. «Драко», — я мысленно спросил, что находится за куполом. Мне тот час прилетела картинка плотного оцепления вокруг острова. Воздушный дракон показал крупный план одного из катеров. Марина Волкова с папенькой!

Хтонь!

Глава 18

Мы сидели с папенькой на скамейке на зелёной лужайке императорского сада. Вокруг горели костры и стоял аромат готовой птицы. Царила непринуждённая атмосфера заслуженного отдыха и лёгкого веселья. Гильдейские принесли из дворца столы и кое-как сервировали. Пока готовилась дичь, они успели порубать простенькие салаты из помидоров и огурцов. За наш стол сели главы обоих гильдий, глава чёрного рынка, мой Гаврила и секретари батеньки. Чуть дальше за общим столом сидели воры и убийцы, приглашённые для выявления ядов. Напитки мы опасались пить без экспертизы, поэтому на столах стояла простая вода. Её безопасность гарантировала Капля.

Мужики хорошо поработали и заслужили этот небольшой праздник. Они целый день носились по замку, а для небольшой группки экспертов — это тяжёлое испытание. Я присматривался к парням, для моей школы Потешного полка они бы подошли. Я собирался воспитать своих личных диверсантов, а кому ещё этим заниматься?

Мне нужны верные люди, мои личные люди. Я бы даже хитрого Акакия привлёк, если ушлый батенька не заберёт его себе. Не понятно, что там наворотил с финансами Пётр, а ведь он был в курсе махинаций Аврелия Завдаловича и Александра Михайловича. Как бы я не решил устроиться в этом мире, люди нужны. Пожалуй, это самый ценный актив, жаль, что батенька этого не понимает. У него была возможность собрать вокруг себя сплочённый род, а он всё просрал. И теперь хочет свалить это гнилое болото на меня. Ну уж нет!

Не понятно, что он тянет со снятием защитного купола над дворцом. Решил, пусть избалованные комфортом царевичи помучаются без еды? Он, кстати, что им наговорил? Вряд ли правду… Опять что-то наврал. Кажется, кроме паранойи семейной чертой Раковых является ещё и враньё.

Картинка, показанная Драко меня беспокоила, и я заозирался в поисках главы гвардии.

— Что-то случилось? — поинтересовался Захар.

— Вокруг купола дежурят полицейские катера, предупредить бы гвардейцев, — Макар Асимовича я не нашёл, как и хоть кого из гвардейцев. — Не знаю, что у них за намерения, но может можно не купол снять, а дверку приоткрыть?

Никто не удивился моими познаниями о том, что происходит снаружи. Гильдейские наверняка подумали, что это секреты рода, ну или тайны острова. Захар и Макар достаточно видели непонятного, да и батюшка им наверняка что-то да рассказывал. Поэтому они делали вид, что я говорю очевидные вещи, и ничему не удивлялись.

Рядом на скамейке появился Иван Великий. Он что дежурит подле меня? Я подозрительно всматривался в обманчиво добродушное лицо первого императора.

— Иван, такой функции у купола нет, но ведь утки как-то внутрь попали? — намекнул предок.

Драко тут же вызвался помочь.

— Давайте ваш телефон, — я протянул руку к Захару.

Сидящий рядом секретарь поколебался, но всё же протянул мне трубку. Я встал, размахнулся и со всей силы запулил его в небо. С удовольствием понаблюдал за выражениями лиц. Захар попрощался с телефоном, Макар порадовался, что аппарат был не его и убрал свой за спину. Батюшка укоризненно покачал головой, не переставая при этом есть копчёную птицу. Акакий довольно улыбался. Пантелеев слегка отодвинулся, мол он тут не при чём. И только Остап Петрович верил в меня.

Невидимый Драко подхватил телефон и утащил его высоко в небо, за пределы купола. Через минуту телефон начал падать. На фоне звёздного неба было хорошо видно светящийся экран. Захар, который было воспрял духом, окончательно поник. Воры и убийцы засуетились.

— Лови его!

— Правей!

— Да не! Он в пруд летит.

Телефон заметно ускорился. Шутник Драко, хм.

— Мать моя женщина!

— Да ткань натянуть надо!

Мужики растянули какую-то грязную тряпку. Я попросил Драко их порадовать, и беспрерывно вибрирующий телефон плюхнулся по центру засаленной тряпицы.

Захар молнией рванул к мужикам и забрал своё сокровище. Он тут же принялся рыться в груде сообщений.

Оказалось, полиция была не единственной, кто расположился рядом с куполом. Просто Драко узнал только Марину и Сергея Сергеевича Волковых. А на корабли внимания не обратил. На водохранилище активное судоходство.

К острову приплыли суда рода Карповых, а значит маменька всё-таки действовала не по собственной инициативе.

У родов Жуковых и Носовых случайно оказались поблизости пассажирские суда, и они завернули к императорскому острову, чтобы предложить свою помощь.

Своё присутствие обозначили необычные сигарообразные суда рода Подводных. При упоминании этой фамилии император болезненно поморщился. А я подумал, что вряд ли Дымовы действовали в одиночку. Не проглотить им самим такой большой куш.

Корабли СБ и полицейские катера оцепили остров и не подпускали никого близко.

— Ваше Императорское Величество, надо выступить с заявлением, — предложил Макар.

Папаня облизал косточку и вожделенно посмотрел на крылышко. И всё же он встал из-за стола.

— Пошли в тронную залу. Иван, оставайся здесь! — приказал батя.

— Только не надо всё опять валить на меня! — возмутился я.

— Нет, — Михаил III предвкушающе оскалился, — я скажу, что родовой ритуал омоложения потребовал дополнительных мер безопасности.

Глаза Акакия Акакиевича азартно блеснули, и он достал телефон. Ну да, ну да… все увидят не просто помолодевшего, а вернувшего юность императора. Когда отец ушёл, я поискал глазами Ивана Великого, но не нашёл.

— Иван Петрович, — негромко позвал я.

— Да, внучок, — рядом на лавочке снова проявился сидящий призрак. А ведь раньше, чтобы воплотиться, они ходили к алтарю.

Я снова подозрительно уставился на бывшего императора. И зачем он опять подчёркивает несуществующее родство. Он знает, я знаю, что Ванюша умер, а я чужак. Зачем? Старик добродушно улыбнулся.

— Вам дальности хватит до границы купола?

— Да, Иван, — и это его быстрое «да» мне очень не понравилось. Неужели, настолько возросла дальность?

— Когда снимется купол, я хочу, чтобы предки рода Раковых встали на границе острова, — я неопределённо махнул манжетой в сторону темнеющего неба. — Огромные призрачные фигуры. Продемонстрируете миру могущество рода. Придумайте что-нибудь.

— Всё сделаем, внучок, — наконец-то добродушная маска слезла и появился звериный оскал первого императора, а сам он растворился в воздухе.

Я сыто развалился на скамейке. За соседним столом воры начали травить байки.

— Макар, я хочу устроить конкурс поваров на Потешном острове. Сделай рекламу? — попросил я. — Ну такую, рассчитанную на средний класс простолюдин, но чтобы и талантливые подтянулись. Их бы чем-то заинтересовать… Не надо нам родовых.

— Хорошо, Иван Михайлович. За неделю управимся, — добавил Макар.

— Что за срочность? — поинтересовался я.

— Так на родовую инициализацию съедутся родственники, — как само собой разумеющееся сообщил Макар, — а ни поваров, ни слуг нет.

Я принялся рыться в памяти Ванюши. Что-то такое было, съезжались каждый год. Но он сидел в своей комнате, хм. А почему? Ааа, микробы якобы, вот же тварь! Захотелось пойти и лично придушить недомать! Надеюсь, она еще лежит там парализованная, чтобы у неё руки и ноги отсохли! Опасалась она, что Ванюша подхватит заразу. Я заскрипел зубами от злости. Рыжик предложил поджарить маманьку, как тетерева изнутри, и меня отпустило. Хтооонь… Уфф-ф…

— Со слугами на вечер вообще не проблема, — я легко отмахнулся от Макара. — Вон, смотрите, какие перцы простаивают без дела, — я показал широким жестом на гильдейских. — И обслужат, и информацию соберут. Хоть щас берите и размещайте их в крыле слуг. А ещё лучше поручите им вскрыть все кубышки. Уверен, что воровали все, кто больше, кто меньше. Вы озадачьте Остап Петровича и Георгия Родионовича, они вам подберут людей сколько надо по профилю.

Ладно… Завтра рано вставать. Я поднялся и широко зевнул.

— Иван Михайлович, погодите, — Макар сокрушённо протянул мне телефон, — нужно отправить запись выступления. На это нужно время.

Это он так намекнул, что просто подбросить вверх и тут же поймать будет недостаточно. Драко снова решил подшутить. К Макару подошёл один из несъеденных гусей и ущипнул за ногу. Первыми догадались гильдейские, они раздобыли небольшую сумочку, положили в неё телефон и повесили гусю на шею. Птица важно взлетела, гоготнув на прощанье. Макар побледнел. А что? Всё по-честному. В прошлый раз отдувался Захар, теперь его очередь.

Дожидаться возвращения телефона я не стал, а отправился во дворец. Гаврила пристроился следом. Мы поднялись на третий этаж. Дверь в покои батюшки оказалась не заперта. Ну да, ну да… тут же обыск был. Впрочем, никакого погрома в хоромах императора не было.

Покои занимали целый этаж. Сквозные комнаты, окна с двух сторон. Мы прошли мимо маленькой уютной столовой и попали в современную гостиную с интерактивной картой на всю стену, большими проекционными экранами и навороченным компьютерным центром. Далее обнаружили ещё один кабинет с книжными полками, не похоже, чтобы отец в нём работал. Огромная спальня, внушительная ванная комната, гардеробная и везде современная отделка и роскошная мебель без позолоты. И ничего лишнего. В конце, рядом с проходом в башню, где находились разные лаборатории и ещё один кабинет, нашлись несколько дополнительных несквозных комнат, судя по вещам там жили Захар и Макар.

Необычным показались питьевые фонтанчики, расположенные в спальне и столовой. Больше нигде во дворце их не было. Капля подтвердила моё предположение — вода доставлялась напрямую из купальни около алтарного зала.

Мой личный слуга никак не прокомментировал, что я завалился спать на постель императора. Теоретически я мог устроиться в любом другом месте в замке. В свою комнату я даже не заглядывал. Если артефакты были внутри ДСП, то целой мебели у меня не осталось. Просто я решил лишний раз выбесить папеньку.

Когда я встал, отец уже ушёл. Даже спрашивать не стал, где он спал. А меня ждал накрытый завтрак. Нормальный горячий полноценный завтрак! На хорошей посуде с автоматическим подогревом!

Места в спальне хватало, поэтому я сделал лёгкий разминочный комплекс и разогнал кровь. Мой личный слуга с интересом разглядывал моё негнущееся тело. Ничего-ничего, капля за каплей… Тело вспомнит то, чего оно не знало, я мысленно хмыкнул.

— Гаврила, мы едем на Потешный остров, мне нужна одежда, чтобы сойти за своего, — я задумался. — Будем убирать яд, проследи чтобы прибыла первая партия гвардейцев и оба папенькиных секретаря, — я гаденько улыбнулся. — Есть интересные новости?

Гаврила усмехнулся и включил телевизор. Сам он отправился добывать одежду, как он сказал.

Молоденький диктор вёл репортаж на фоне императорского острова.

— Вчера над островом целый день висел купол, — на заднем фоне появился видеоряд. Область воды, закрытая полусферой. К ней с разных сторон слетались птицы и пролетали внутрь. — Орнитологи теряются в догадках, что могло притянуть их к острову, и почему защита их пропустила.

Я щёлкнул пультом, переключая канал.

— Мы доставили новое оборудование в Академию наследников, когда увидели купол и забеспокоились, — в кадре появился представительного вида мужчина в светло-сером летнем костюме. Титры подсказали личность смутно знакомого лица. Дмитрий Вадимович Носов, декан Академии наследников. Ну да, ну да… очень похож на своего отца — моего личного учителя.

— Как вы объясните то, что корабль рода Жуковых тоже именно вчера привёз новое оборудование в Академию магии? — задал неудобный вопрос пронырливый ведущий.

— Совпадение, — декан широко улыбнулся. — Скоро начало учебного года, не удивительно, что все мы готовимся.

На полуострове, где Волга входит в Рыбинское водохранилище, соседствовали четыре академии. Академия наследников, Академия магии, Академия наук для неодарённых умников, её часто так и называли — Академия умников, и институт благородных девиц. Ванюшу сначала собирались отдать в Академию магии, поскольку никакой высокий пост ему не светил. Но потом всё же передумали и объявили, что он пойдёт в Академию наследников, типа престиж семьи надо поддерживать даже таким, как Ваня. Поскольку Академия изначально и создавалась для отпрысков императорской семьи. А если отдать его в Академию магии, поползут неудобные слухи.

Я снова щёлкнул пультом. Как раз попал на эффектное снятие купола. Предки не подвели. Они грозно выстроились кругом вокруг острова и строго взирали на окружающие суда.

Вернулся Гаврила и вывалил передо мной гору одежды. Сам он уже переоделся в полицейскую форму.

— Ну так, полицейский привёл ребёнка, желающего попасть на остров. Конспирация, Иван Михайлович, — мой личный убийца еле заметно усмехнулся.

Я выбрал не новые и несвежие джинсы и застиранную оранжевую футболку с непонятным геометрическим рисунком. Гаврила одобрил выбор. Потом раскрыл женскую косметичку и подрисовал мне мешки под глазами.

— Будешь геймером, — сообщил он.

— А это кто? Игроки какие-то?

— Не в теме значит… Тогда просто не выспался, фильмы допоздна смотрел.

— Я же не знаю ни одного, — я извиняюще улыбнулся.

— Мда… — он высыпал на стол то ли краску, то ли грязь. И мазнул меня слегка по лицу, потом смазал волосы, чтобы убрать аристократический блеск, как он выразился. Отошёл на шаг назад, критически осматривая меня. Мазнул по пустой тарелке пальцем и посадил мне жирное пятно на груди. После этого макнул в тарелку ладонь целиком и жирной рукой взлохматил мне волосы.

— Хорошо, тогда подглядывал ночью за соседкой, к которой пришёл ухажёр, — предложил он и, скептически посмотрев на меня, добавил: — Лучше молчи, типа стеснительный. Или дурачок. Да, наверное, лучше дурачок, тем более и роль ты знаешь, — он поспешно отвернулся, скрывая улыбку.

Гаврила настоял, чтобы мы сперва приехали в столицу и там сели на паром. Хтонь. Конспирация, так конспирация. Мол, иначе кто-нибудь обязательно заметит, что меня не было на пароме.

Мы высадились недалеко от порта и по зелёной набережной дошли до причала. Отыгрывая роль заботливого полицейского, Гаврила по дороге купил мне сахарную вату. Прикольная штука на палочке, я даже не слышал о таких, а Гаврила сказал, что их все дети любят. Посмотрев на меня странным сочувствующим взглядом, он купил с рук горячую кукурузу, посыпанную солью. Мне понравилось, и я попросил ещё.

Вокруг потрёпанного парома с громким названием «Речной Рыцарь» и красочным логотипом «РР» суетилось несколько съёмочных групп. Журналисты наговаривали текст на фоне двух здоровых очередей. Мы встали в дальнюю. К нам подбежал матрос и выдал бланк со словами:

— Заполните.

Гаврила достал ручку и принялся что-то писать. В графе родители он указал себя и свой номер телефона. На бумажке было написано: «Положите в глубокий карман ребёнка». Пробежавшись по мне глазами, он сложил листок и сунул в карман футболки так, чтобы тот небрежно торчал самым кончиком.

Это был первый паром, и поэтому точных сведений о том, что происходит на Потешном острове ни у кого не было. Позади нас мама отговаривала малолетнего сына от опрометчивого решения. Ну как, малолетнего… Парню было как мне, но по представлению мамаши, он еще неразумное дитя, которое лезет в непонятную авантюру.

Пацан, кстати, одет был получше меня, аккуратно причёсан, а из кармана новеньких джинсов торчал мобильник. Он терпеливо выслушивал наставления матери, медленно, но верно продвигаясь в сторону парома.

Впереди стояли два пацана в грязных шортах и помятых футболках лет девяти.

— Потешный — это не значит, что ты клоуном скачешь и смешишь других людей, — с умным видом объяснял белобрысый. — Так называют детей, которые играют в войну.

— Думаешь, нам оружие выдадут? — усомнился кучерявый. — Будешь палкой махать, воображая, что это меч.

— Это ж императорский полк! У них деньги есть, — я чуть было не хмыкнул при этих словах. У меня точно денег нет. Была платиновая карта, да и ту Гаврила зажал.

Вдруг я почувствовал, как карман джинс слегка завибрировал, а сунув руку, вытянул платиновую карту с изображением большого пальца вверх.

— Нет, это не пойдёт, — Гаврила забрал у меня карту, порылся в кармане и высыпал на ладонь горсть мелочи.

На паром мы зашли вместе с прилизанным парнем и вместе сели у окна.

— Михаил Карпов, — парень протянул мне руку.

Глава 19

— Так ты аристократ! — я посмотрел на парня с восхищением и аккуратно пожал руку. — Меня Ваней зовут.

Определённое сходство с маменькой было. Симпатичное компактное лицо, прямой тонкий нос, аккуратные классические серые глаза, подбородок с ямочкой и густые каштановые волосы. Симпатичный, но совершенно обычный. Из таких хорошие шпики получаются, неприметные.

Михаил Карпов очень старался подружиться, было заметно, что ему некомфортно сидеть на жёсткой деревянной лавочке. Он пытался не обращать внимание на выгоревший пластиковый стол с тёмными пятнами неизвестного происхождения.

Вообще, чтобы аристо так общался с обычным человеком — это нонсенс. А с другой стороны он сам припёрся в рассадник простолюдинов.

— Я думал, потешный полк для простолюдин, — не забывая пожирать Михаила глазами, спросил я. — Зачем он тебе?

— Вообще-то не было заявлено, что есть ограничения по социальному статусу, — с умным видом сообщил Михаил. — Да и какой я аристократ? Карповых много, как рыбы в реке. Мне по-любому ничего не светит. Даже капитаном не возьмут на мелкое судёнышко, — он горько усмехнулся. — Потешный полк создали для младшего царевича, — он перешёл на шёпот. — А он очень загадочная личность.

— Почему? — так же вполголоса спросил я.

— Про него ничего нигде не пишут, ни единой фото в сети нет. Это очень странно, — мой новый знакомый стрельнул подозрительно глазами по сторонам.

— Почему не пишут? — еле слышно прошептал я, подавшись вперёд.

— Царевича обсуждаете? — громко спросил незаметно подошедший парень и хлопнул Михаила по плечу. — Михась, и ты тут?

Карпов резко дёрнулся и обернулся на долговязого парня с растрепанными волосами чуть ниже плеч. Он своего аристократизма не скрывал. Щеголял в футболке с воротничком и рыбьим гербом на кармане. Об его выглаженные стрелки на летних парусиновых брюках можно было порезаться. Он скользнул взглядом по жирному пятну на моей футболке и поморщился.

— Ааа, Лещов, — без энтузиазма протянул Карпов, — сам-то зачем едешь?

Лещов сел напротив Михаила, стараясь не сильно ко мне приближаться, чтобы не испачкаться.

— За тем же, за чем и ты, — ехидно улыбнулся Лещов. — Посмотреть на младшего царевича. Это нам с тобой ничего не светит, а в императорском роду, чем ты младше, тем больше у тебя шансов сесть на престол. Хотя у него же мать из рода Карповых, — говорливый парень усмехнулся. — Не видать ему второй стихии. А кто ж одностихийника на трон посадит?

— Зато больше ни у кого не было потешного полка, — заметил умный Михаил.

— Так может это школьный проект, — к нам обернулся парень, до этого сидящий спиной.

Смуглый с узким разрезом глаз он был явно южных кровей. Парень знал, куда едет: он был в камуфляжной одежде с банданой на голове и кинжалом на поясе. Заметив мой алчный взгляд, брошенный на клинок, он весело подмигнул.

— Барон Максим Горбунов, — представился он.

— Какой проект? — не сдержал любопытство Михаил.

— При поступлении в Академию наследников каждый ученик должен завести своё дело, — поделился сведениями Максим.

— Не подходит под условия, — около столика остановились две подружки в коротких юбках и откровенных топиках. Кажется, они едут на остров покупаться и позагорать. — Проект должен приносить прибыль, а потешный полк не предназначен для зарабатывания денег. — Я Света, а это Настя, мы Лазаревы.

Если девочки хотели сойти за простолюдинок, то у них ничего не вышло. Их выдавали золотые серёжки с драгоценными камнями и кожаные сумочки явно от какого-то модного кутюрье.

— Присаживайтесь, — Лещов галантно уступил девушкам место.

Настя и Света пробежались взглядами по моим сальным волосам, зацепились за злосчастное пятно на футболке и вынесли неутешительный вердикт.

— Спасибо, Лёня, мы постоим, — они сдержанно улыбнулись.

Михаил понял, почему девушки отказались садиться и нахмурился. А Лещов плюхнулся обратно. Кстати, девочек на пароме было до странности много. И что интересно, многие из них были одеты в спортивную форму, а значит, они нацеливались на потешный полк.

— На этом пароме вообще простолюдины есть? Здорово, парни, — подошедший чернявый парнишка поздоровался со всеми за руку, кроме меня, конечно. А дамам поцеловал ручки.

— Один точно есть, — Света неодобрительно покосилась на меня, как будто я тут был лишним и уже другой бы на моём месте давно догадался уйти. Я же восхищённо пялился, то на одного, то на другого аристократа.

— Светлов, и ты интересуешься личностью младшего царевича? — хохотнул Лещов. — Я думал, ты больше по бабам, простите дамы, — он шутливо поклонился, не вставая.

— Предки заставили, — скривился новый кадр. — Что мне на него смотреть? В сентябре явится в Академию наследников, вот и увидимся. Дед насел, езжай, познакомься, подружись. Какой-никакой, а царевич, — он спарадировал скрипучий голос видимо главы рода.

Нет, всё-таки Гаврила молодец, что запихнул меня на паром! Ещё бы знать, что это за рода… Светлов был одет в спортивную форму. Ну да, ну да… ему же наводить мосты с Иван Михайловичем… Однако, волосы его были тщательно уложены и зафиксированы магией. Голубые глаза и лощёная кожа выдавали в нём тщательно взращиваемого аристократа. Судя по тому, как оживились при его появлении Лазаревы, род его был не из последних, и он сам играл в нём заметную роль.

— А вы слышали, что великие княгини с императрицей сегодня утром отбыли на курорт в Римскую провинцию? В новостях показывали, как они садились в императорский самолёт. Везёт же, — девушки томно вздохнули, прикрепляясь к Светлову с обоих сторон. — Елисей, ты уже ездил на море? Ты такой загорелый.

Мне было откровенно скучно, а Михаилу стыдно за аристократов. Я перехватил насмешливый взгляд Гаврилы, который переоделся в матроса и активно помогал маленьким детям. Пяти- и шестилеток тут хватало.

Когда мы сошли на берег, я попытался смыться от аристо, но мне на хвост сел Карпов. Детей никто не встречал и ничего не объяснял. Полагаю, чтобы не направлять их по единому сценарию, и за одно оценить характер.

Ещё два дня назад это был дикий остров. Ни о какой благоустроенности не могло быть и речи. Однако, небольшую поляну гвардейцы успели расчистить и построили там что-то по типу военного городка с конкурсами и испытаниями.

Особой популярностью пользовалась стрельба из рогатки по банкам. Неплохо зашёл и бег с препятствиями с обязательным падением в грязь. Мыться бегали на пляж. Одежду сушил, дежурящий там гвардеец.

Мы с Михаилом попробовали себя в метании копья. Предлагались разные варианты: поменьше и покрупней. Я быстро приноровился и уже не промахивался. Однако, мышцы плечевого пояса быстро забились. Карпов удивился моей меткости. У него выходило откровенно плохо, да и с чего бы аристократам учиться сражаться на копьях?

Отдельно стояла полевая кухня, и все желающие могли поучаствовать в приготовлении пищи на костре. Детям даже выдавали небольшие топорики для расчистки местности от обильно росшего здесь кустарника. Малышам это занятие понравилось. На каждого ребёнка вешался амулет, чтобы он себе ничего случайно не отчекрыжил. Ветки раскладывались для сушки, чтобы потом пойти на костры, а пока хватало и хвороста. Впрочем, вокруг туалетов кусты оставили, чтобы не портить пейзаж.

Ребятам предлагалось попробовать силы в установке палаток, но отклика у детей сие занятие не нашло.

В целом остров мне понравился. Он был большой и ровный. Остальное можно благоустроить. Строители тоже попадались. Их можно было узнать по наличию кучи артефактов, которыми они водили из стороны в сторону. Пока что шло детальное картографирование и разметка. Мой помощник Денис увидев меня, ринулся в моём направлении, но его вовремя перехватил Гаврила.

Мой личный убийца успел переодеться в форму гвардейца. Как бы ему за это не прилетело. Они-то своих знают. Гаврила еле заметным движением обозначил направление. Понятно, меня там ждут.

Мыс Карповым подошли к тиру. Здесь развлекались аристократы. Кроме уже виденных мною на пароме добавился ещё с десяток парней и девушек.

— Иван не появлялся? — до меня долетел обрывок разговора.

— Да даже если и появлялся, как ты его узнаешь? — прозвучал разумный ответ.

Когда Михаил увлёкся стрельбой, мне удалось незаметно скрыться в направлении, указанном Гаврилой. Пройдя через густые заросли, я вышел к оцеплению.

— Мальчик, сюда нельзя, — дорогу мне преградил гвардеец. — Иди поиграй в другом месте, — он доброжелательно улыбнулся.

— Иван Михайлович, — из-за спины бдительного парня появился Захар. — Мы сделали в небольшой бухточке заводь. Михаил Михайлович сказал, что для процедуры нужна вода.

Я продрался через густой кустарник и очутился на песчаном берегу. Гвардейцы откуда-то притащили чугунные ванны и вкопали на мелководье. Десять штук, а здесь человек тридцать. Стихии обещали помочь, но пожаловались, что им будет скучно.

— Десять человек раздеваются и ложатся в ванны. Денис, иди в первой очереди, — скомандовал я. — Вы, — я ткнул пальцем в Захара, Макара и Гаврилу, — раздеваетесь и располагайтесь на мелководье. Ещё нужны человек пять, которые будут развлекать моих друзей.

— Как? — гвардейцы не возражали. — Танцевать? Гордей умеет.

— Это скучно и однообразно. Рассказывайте и показывайте сказки, — попросил я. — Начните со сказок для самых маленьких, — стихии обрадовались идее.

Заодно познакомлю их с моралью и понятием добра и зла. А то, та лёгкость, с которой они готовы убивать, настораживает. Они чуть не убили Гаврилу, и были готовы поджарить матушку.

— Сразу предупреждаю, что процедура болезненная, и после неё вы будете никакие. А ещё захочется ну очень, очень сильно жрать. Приготовьте заранее много белка и углеводов.

Первая партия залегла, и я стал договариваться со стихиями, чтобы они устроили тут конвейер. Понимаю, что это однообразно, но мне очень нужна их помощь.

Договорились, что Земеля будет выводить яды из клеток, а Капля очищать межклеточное пространство. Рыжик подогревает воду, а Драко устраивает бурление. Скоро гвардейцы очутились на пыточном курорте.

— Видите чернота из кожи проступает? — я показал на ближайшего мужика с перекошенной физиономией. — Когда она перестанет идти, значит весь яд вышел. Скорее всего сил вылезти самостоятельно у них не будет. Убираете одного, закладываете другого. Сколько уйдёт на одного времени — не знаю. Возможно, у кого-то пройдёт быстрее, а кому-то придётся помучиться подольше.

Сам я спустился к секретарям и Гавриле. Попросил друзей обработать этих троих, как мы делали с батюшкой. Я понимал, что в результате глубокого оздоровления они помолодеют, это не было целью, лишь побочный эффект. И я был готов к гневу родителя. Это было табу — омолаживался только император и никто более. И если своих секретарей он скорее всего пожалеет, то моего Гаврилу может попытаться убить. Он-то чем заслужил такую честь? Но мне, тьма его забери, нужен тыл. Хтонь как нужен тот, на кого я могу полностью положиться. Обожающие меня стихии — это хороший аргумент, но они по сути дети, не стоит привлекать их в людские разборки.

Рядом с ваннами на берегу образовались три кокона, переливающиеся разными цветами. А гвардейцы уже во всю изображали, как они тянут репку. Стихиям нравилось. Они спросили, можно ли участвовать в представлении. Я задумался… Если только незаметно, не стоит пугать мужиков.

Я вернулся к обустроенному периметру и взял одну из палаток. Заглянул к строителям и посмотрел карту. Был только один холм, и я направился туда. Деревьев на острове было немного. Но этот дуб был настоящий исполин. Он располагался на вершине холма. Я приложил руку и просканировал. Долгожитель… Подлечил бедняжку, подпитал маной и срезал сухие ветки. Листья благодарно зашелестели, а у меня появился хворост для костра. Стоял полдень, а в теньке было хорошо.

Пока никто не видит, я создал себе косу. Можно было и магией убрать длинную траву, но я здесь, чтобы качаться. Поэтому взял в руки инструмент и принялся расчищать луг. Я периодически прерывался на отдых, сортируя травы и развешивая их на нижних ветках для сушки.

Тысячелистник тут разросся до двухметровой высоты. Такой уже не сильно полезен, поэтому я ободрал только молодые побеги. Остальное использую для чего-нибудь другого. Крапива тоже вымахала в человеческий рост, я разделся до трусов и забрался в неё целиком. Хорошо! Сложил её отдельно, может переработаю в ткань, интересно должно получиться.

По мере выкашивания травы появлялся рельеф. Оказалось, крапива росла в низине, голые ноги ощутили влагу. Я промучился, но очистил склон вручную. Скользнул в транс и обнаружил ручей. Его только немного расчистить и обложить камнем. Ещё через час и второй склон будущего ручья был готов, а я окончательно выдохся. Я вытянул из пальцев небольшие силовые линии и сформировал серпы, раскрутил их перед собой и пошёл вниз по оврагу, заодно и прочистил путь к берегу.

Пришлось создать себе плавательные шорты. На мне были застиранные трусы с раками и по ним меня можно было опознать. С полчаса я просто лежал на мелководье, регенерируя. Ну а сколько я без магии буду качаться? Поэтому, нагрузка, регенерация, снова нагрузка, снова регенерация. Всё наработано и заложено внутри, надо только всё это пробудить.

На радость Капле я поплавал часок, меняя стили. Мышцы быстро деревенели. Капля не хотела, чтобы я вылезал и локально подогревала вокруг меня воду, хитрюга.

Когда я уже собрался уходить, Капля пригнала мне метровую стерлядь. Я тут же выпотрошил её и принялся готовить на берегу, разведя небольшой костёр. Пришлось собрать хворост и листья, чтобы завернуть рыбину. Нельзя показывать магию, тут слишком много глаз. Земеля подогнал немного соли. Я создал максимально обычный нож для разделки. Если закладывать рыбу целиком, то она будет слишком долго готовиться.

Я всё же не удержался и засолил икру, чтобы не палиться, спрятал в воду под присмотром Капли. Она обещала промыть, когда икра засолится. Прошлую партию батя зажал, и я так её и не попробовал. Тогда в алтарной зале мы с Каплей провели эксперимент и засолили рыбу на структурированной воде. Вот ведь жмот!

Когда стерлядь была готова и источала одуряющий аромат появился первый гость, Максим Горбунов. Пришёл на запах, как пить дать.

— Ваня? Если не ошибаюсь, — южный горец потянул носом. — Угостишь?

— Садись, — я провёл рукой, демонстрируя обилие свободного песка.

Я вытащил из углей первый завёрнутый лист и развернул. Подцепил ножом кусок и попробовал. Волшебно!

Максим не стал ждать второго приглашения и извлёк ещё одну обмотку.

— Ммм, — одобрительно промычал он. — И как только умудрился поймать такую здоровую?

— Повезло, — я пожал плечами. — Остров исследуешь?

— Предпочитаю знать местность, на которой нахожусь, — не стал отнекиваться барон Горбунов.

— Нашёл что-нибудь интересное? — я потащил второй кусок. Мне для строительства мышц белок нужен в большом количестве.

— Кроме тебя? — усмехнулся парень и подцепил кинжалом добавку. — На севере оцепление, думаю царевич там. А ты почему здесь?

— Расчищал место для лагеря, — честно признался я. Смуглый парень мне нравился. Да, он был себе на уме, но где вы видели простого аристо? В этом по крайней мере я не чуял гнили.

— Ты что? Остаёшься на ночь? — удивился Максим.

— А ты думаешь, палатки предлагают случайно? — в свою очередь усмехнулся я. — Ты же видел, что они выдают именные значки отличившимся? Думаю, что это пропуск. Не получил значок, второй раз тебя на остров не пустят.

Ещё минут через десять на запах пришли Лещов и Светлов с Лазаревыми.

— Господа, да нас тут рыбка ожидает! — воскликнул Лёня. Я попросил стихии не вмешиваться, трупы мне тут не нужны.

Лещов подскочил и раскопал из углей листья. Интересно, а чем он есть собирается?

— Эй, ты, дай сюда нож, — скомандовал Лёня.

Я демонстративно наколол ножом ещё один кусок и положил в рот.

— Да что он себе позволяет! — возмутилась Настя. — Знай своё место смерд!

Глава 20

Неожиданно на мою защиту встал Светлов. Ну как, на защиту…

— Господа, не стоит затевать ссору на потешном острове в первый же день, — Светлов подошёл к углям, взял палку из кучи заготовленного хвороста и извлек из угля себе кусок рыбы. — Это, конечно, привлечёт внимание царевича, но вы не заработаете очки в его глазах, — он ловко оторвал небольшой кусок листа, в котором запекалась рыба, и использовал его для того, чтобы отломить часть рассыпчатой тушки.

Лещов хмуро проследил за действиями Елисея и бросил на меня недобрый взгляд. Он стал по частям отрывать листы, пока не добрался до рыбы. Обнажившееся мясо он съел, замычав от удовольствия, и принялся освобождать от обмотки новую порцию.

Мы с Максимом переглянулись и дружно потащили себе по куску. Не так много осталось. Светлов уже прикончил первый и потянулся за вторым.

Лазаревы синхронно сглотнули.

— Эй, ты, что расселся? — на этот раз выступила Настя. — Быстро достал нам рыбу!

Максим слегка усмехнулся, а Лёня с Елисеем были заняты, рыба заканчивалась, они спешили урвать ещё порцию.

— Можешь взять, — разрешил я, утаскивая предпоследний.

Лещов потянулся за последним куском, но получил по руке.

— Этот мой! — заявила Настя.

— Почему это твой? — возмутилась Света. — Он мой!

Пока они пререкались, предмет спора исчез в желудке Лёни.

Я встал, кивнул на прощание барону Горбунову и отправился обратно вверх по оврагу. За мной следом сквозь кусты продирался Максим. Наверху я вновь принялся за косу.

Барон постоял, осмотрелся и ушёл обратно к берегу. Вернулся он где-то через час, нагруженный палаткой, котелками и мешками с припасами. Вместе с ним на склон поднялся запыхавшийся Карпов с увесистым рюкзаком и двумя лопатами.

— Ты где косу взял? — Михаил отдышался и смог говорить. — У гвардейцев только лопаты.

— Где взял, там уже нет, — я вытер со лба пот и присел перед скошенной травой, выуживая полезные травы.

Я продолжал подвешивать на дерево находки, аиз остального формировал стог сена.

Карпов подхватил лопату и направился к ручью, а Горбунов повертелся, определяя направление ветра, поднял вторую лопату и пошёл к нетронутым зарослям.

— Отхожее место будет здесь, — он принялся прорубать проход в кустах. — Это ж сколько ты тропу от оврага к берегу расчищал?

Через час вернулся Михаил и принялся ножом обрабатывать ветки, отброшенные Максимом, собирая их в единую кучу.

— Камней почти нет, — посетовал он, словив мой вопросительный взгляд. — Обложу начало ручья ветками.

Максим, закончив с отхожим местом, подготовил место для кострища и принялся устанавливать большую палатку.

— Думаю, нам одной хватит? — то ли спросил, то ли предложил он. — Ты так мечтательно на стог посматриваешь, вряд ли тебя внутрь заманишь.

Вторую палатку он всё же установил и разложил там вещи и припасы.

Поднялся усталый Карпов, подхватил оба котелка и снова вернулся уже с водой. Он развалился на неубранной траве свежим трупом.

— Всё болит, — констатировал он. — Завтра не встану.

Я соорудил костёр и подвесил котелок. Потом отправился изучать свои травы. Взгляд упал на кучу ирги, сквозь которую прорубался барон Горбунов, я отобрал молодые побеги и вернулся к котелку. Отвар поможет Михаилу восстановиться.

Во второй котелок Макс заложил кашу.

— Что нам ещё нужно? — он принялся рассуждать вслух.

— Одежда, — предложил я.

— Топорик, — Карпов вспомнил, как мучился с ветками.

— Верёвка? Я бы навес сделал, — рассуждал Макс.

За дополнительным снаряжением отправился барон. Карпов обещал приглядеть за кашей, а я спустился на берег за новой рыбой и готовой икрой.

Михаил успел расчистить где-то треть ручья, и в овраге начала застаиваться вода. Я сформировал из силовых линий мясорубку и ввинтил её в нерасчищенное русло. Образовался добротный сток. Земеля с Каплей обещали незаметно подшаманить.

На берегу остался срач. Я поморщился и закопал кострище и объедки с помощью Земели на полметра в песок. Мы с Каплей ещё поплавали с часок и повалялись на берегу, регенерируя. Пока силовой нагрузки у меня больше, чем планировалось. Я хотел начать с ловкости и выносливости. Может пробежаться вдоль берега?

Земеля сделал котелок, такой же, как всем выдавали гвардейцы, и я переложил в него готовую икру. На ужин Капля пригнала лещей. Я усмехнулся жирному намёку и создал небольшую сеть. Типа в неё и ловил. Пока никто не видит, бросил плетение и получил готовое филе. Сложил рыбу в сеть и потащил вверх по склону. Я так часто запускаю регенерацию, что еды мне много нужно.

Вернувшись в лагерь, я обнаружил горелую кашу и спящего Михаила. Отвар спасли Рыжик и Драко, вовремя погасив костёр. Я искренне поблагодарил малышей и магией почистил котелок от непригодной к еде каши. Спускались сумерки, и я занялся приготовлением рыбы. Земеля по-тихоньку обмазал рыбины солью и глиной.

Горбунов вернулся не один, а вместе с гвардейцем, который сделал вид, что не узнал меня.

— Лагерь обустроили? Это вы молодцы, — он прошёлся до отхожего места, заглянул в обе палатки, изучил развешенные пучки трав. Потом порылся и достал три значка. — Как звать? Где ваши листочки?

Я заозирался в поисках футболки. Я так и щеголял босиком в плавательных шортах. Судя по заполненному бланку, я был Иваном Гавриловичем Васнецовым.

— Вам что-нибудь ещё нужно? — он обвёл всех взглядом и остановился на мне.

— Подскажите, где можно обустроить полосу препятствий? — я показал на противоположный от ручья берег. — Может там?

— А чем вас наша не устраивает? — без наезда поинтересовался гвардеец.

— Она простовата, — извиняюще улыбнулся я.

Гвардеец похлопал себя по карманам и извлёк блокнот. Я присел у костра и принялся рисовать. Бревно с раскачивающимися препятствиями, бег по кочкам, стена, перепрыгивание через яму, бег с препятствиями и в конце стрельба. Гвардеец аккуратно убрал блокнот с красочными рисунками и пообещал что-нибудь придумать.

Я разлил по кружкам горячий отвар и раздал ребятам.

— Что это? — вяло поинтересовался Карпов.

— Это поможет тебе завтра встать, — усмехнулся я.

— Вкус так себе, — прокомментировал Горбунов. — Не знал, что из этого кустарника может получиться что-то путное.

— Расслабляет мышцы и помогает быстрее восстанавливаться, — просветил я парней.

Я притушил костёр и обложил рыбины горячими углями.

— Пробегусь по берегу перед ужином, — ответил я на вопросительные взгляды. — Ты лежи, даже не дёргайся, — пресёк я попытки Карпова встать. — Кстати, а когда вечерний паром?

— Через два часа, часть на дневном уехала, в основном девчонки, — сообщил Михаил.

— А что они вообще здесь забыли? — я посмотрел на парней.

— Ты видимо плохо представляешь расклад, — усмехнулся Максим. — Ты вообще как-будто из лесу вышел, и глядя на то, как ты обращаешься с травами, я всё больше склоняюсь к тому, что-таки вышел ты, Ваня, из лесу.

— А что не так? — я весело улыбнулся.

— Девушкам деваться некуда, особенно простолюдинкам, — присоединился к барону Карпов. — Куда их возьмут? Во многие профессии им ход закрыт, их готовят к замужеству, и бойким барышням реализовать себя негде. А погеройствовать хочется, а тут Иван Михайлович со своим потешным полком. Мне кажется, что он просто не продумал свою кампанию, или забыл выставить ограничения, против аристократов и женщин.

— У нас как? Сказано, сделано. А тут тебе буквально, как сказано, так и сделано, — добавил горец, хохотнув.

— Это в мечтах у барышень все прекрасно, а тут приехали и увидели, что организовано все хреново, нужно самим что-то делать, — рассмеялся Карпов. — Вот и уехали, разочаровавшись в проекте.

— Да нее, — не согласился южанин, — думаю, что так и было задумано. Чтобы отсеивать дураков и лентяев. Не зря же они ввели эту систему со значками.

— И никому про неё не сказали, — съязвил Михаил.

— Это специально, — Горбунов встал. — Чтобы выявить смышлёных. Я бы тоже не догадался, если бы Ваня не подсказал. Идём, с тобой пробегусь. Осмотреться хочу. Может царевич выползет из своего укрытия.

Барон был в отличной форме. Он вообще не устал.

На песчаном берегу попадались ребята и совсем малыши, которые плескались в воде. Я попросил Каплю присмотреть, чтобы никто не утонул. Хотя вроде бы на детях были артефакты, уж не знаю, что они там делали, может повышали плавучесть, хм.

Гвардейцы напоминали об отправлении парома, и предлагали ребятам проследовать на причал. Дети нехотя подчинялись. Они отдохнули и прекрасно провели время на острове. Многие договаривались завтра приехать ещё. Максим, бежавший рядом, усмехнулся:

— Представляешь, каково будет их разочарование, когда их не пустят?

— А что, гвардейцы их всех в лицо знают? — удивился я.

— Ну точно из леса, — беззлобно посмеялся барон. — Там на входе на паром установлена сканирующая рамка, они всех, кто проходил, внесли в базу данных.

Пока мы бежали везде на берегу нам попадался мусор. Видимо заботливые мамаши надавали детям с собой еды. Какие-то фантики, пустые пластиковые бутылки, чем дальше я бежал, тем больше мрачнел. Нам встретился ещё один гвардеец.

— Макс, подожди, я попробую карту острова добыть, — попросил я барона остаться в стороне.

Гвардеец узнал меня и напрягся, увидев моё злое лицо. Я попросил у него блокнот и ручку. Написал текст объявления и протянул обратно.

— Не дал? — Максим тоже отметил мой недовольный вид.

— Оставил заявку, — пробурчал я. — Может и дадут, я написал, что у нас лагерь свой.

Карту я, и правда, попросил, не особо понимая, зачем она мне.

Пробегая мимо собравшихся к отъезду барышень, я услышал обрывок разговора и застыл, как вкопанный.

— Девочки, вы новость слышали? Император снова холост! — восхищённо пищал звонкий голосок.

— Императрица умерла? — обрадовалась собеседница.

— Лучше! Все четыре!

— А ты что не знал? — барон вернулся, заметив, что я замер на месте.

Я помотал головой.

— С обеда крутят по всем новостным лентам, — барон Горбунов достал телефон. — Теракт, нашли следы взрывчатки.

— На борту? — я снова побежал, и Максим пристроился рядом.

— Нет, в чемодане, — Горбунову не составляло труда разговаривать во время бега. — Там на видео, когда они грузились, столько чемоданов было… ууу… подложить левый вообще не проблема. Кто узнает? Представляешь? Иван-то тоже должен был лететь, — хохотнул барон, видимо, никто княгинь не любил, раз такая реакция не только у охотниц за титулом. — Пишут, что он чем-то сильно разгневал отца, и тот его наказал. Вот ведь повезло царевичу вовремя набедокурить. И нам, — он похлопал меня по плечу.

— Нам? — не понял я. Я-то не мог и бежать и разговаривать.

— Без Иван Михайловича и потешного полка не было бы. Зато теперь понятно, почему на острове его не видно.

— Почему? — опять не понял я.

— У него горе, мать умерла, - горец опешил от моей недогадливости.

Неплохо-неплохо… Батюшка сейчас ещё раз женится, и тогда точно появится достойный наследник вместо меня. Уж на этот раз он не наломает дров с воспитанием?

Сложившаяся ситуация изрядно огорчала — уже отсеялась куча претендентов на престол. Незапятнанными остались два царевича, которые не живут во дворце: художник Фёдор и Владимир, управляющий Дальним востоком.

Перед возвращением в лагерь, мы ещё раз искупались, смыли пот и песок. Ручей выглядел образцово-идеально, как будто всегда тут тёк в таком виде. Я похвалил малышей.

На ночь я устроился на стогу сена, Земеля размягчил траву, и она ощущалась мягким пуховым одеялом. Драко окутал меня тёплым воздухом, оставив дуновение свежего ночного ветерка на лице. Я лежал и пялился в звёздное небо. Вспомнился Эдуард, как мы так лежали на летучем корабле, и он взахлёб рассказывал о звёздах, мирах и нашей галактике Млечный путь. Вот из него выйдет отличный император, потому что для него империя — дом родной. Я так и заснул с улыбкой на губах и теплом на сердце.

Утром пока Макс готовил кашу, а Михаил пытался размять одеревеневшие мышцы, я успел пробежаться по берегу в северном направлении. У гвардейцев всё было в порядке. Довольные стихии слушали сказку про глупых и доверчивых козлят.

Магически усиленный юношеский голос мы услышали вскоре после завтрака.

— Внимание! Внимание! — какой-то подросток отыгрывал меня. — Если вы бросили или оставили после себя мусор, если вы заметили чужой мусор, проигнорировали и не убрали его, вам прилетит наказание. После второго предупреждения последует изгнание с острова. Навсегда! Свиньям не место в моём доме! Я всё сказал!

— И как он узнает? — спросил Карпов, занося мытую посуду в хозяйственную палатку.

Узнаю, я злобно усмехнулся, мы договорились, что первое предупреждение — сгоревшая одежда на груди от Рыжика, второе — влажный кусок грязи в лицо от Земели, а дальше нарушителя подхватывает Драко и относит на паром. Уха-ха!

После завтрака я перебрался через ручей и принялся расчищать вторую поляну, всё так же перебирая травы.

Карпов делал несложные общеукрепляющие упражнения. Я сделал ему свежий отвар. Он утверждал, что тот помогает.

Горбунов собирал отвергнутую мной траву в стог сена. Вскоре после прибытия парома к нам прибыл гость. Подросток с хмурым лицом.

— Братишка, — он крепко обнял меня. Я узнал Гаврилу, только когда просканировал его источник. — Прибыл на утреннем пароме, — соврал он. И оценивающе осмотрел меня. — Одень бандану, голову напечёт, - он протянул мне белую косынку.

Хтонь, и правда, о маскировке я забыл.

На обед решили сходить на базу и посмотреть, чем там кормят. Я хотел оценить публику. Гаврила не отходил ни на шаг. На вид ему теперь можно было дать не больше 17-ти. На нём были плавательные шорты с симметричным рисунком кулаков, показывающих большой палец вниз. Простая футболка и нож на голени. На вопрос Карпова, зачем ему нож на ноге, он ответил, что для подводной рыбалки.

Однако, уйти мы не успели.

При звуках вертолёта Гаврила поник и беззвучно сказал:

— Это была честь - служить вам.

На расчищенную мною поляну опустился вертолёт, разметав по округе стог сена.

Дверь распахнулась и на землю спрыгнул юный император. Карпов и Горбунов согнулись в поклоне, не смея поднять глаза.

Отец кипел бешенством. Следом за ним из вертолёта появился настороженный начальник гвардии и два молодых парня Захар и Макар. Отец метнулся ко мне, на ходу выхватывая пистолет и нацеливая его на Гаврилу.

Я сделал шаг в сторону, загораживая своего слугу. Моё тело начинало покрываться языками пламени, вокруг меня и Гаврилы закручивался смерч. В душе полыхала дикая ярость:

— Не смей угрожать МОИМ людям! — наполненный магией голос прозвучал жёстко. — Никогда! Я и только я сам буду решать кого казнить, а кого миловать и как!

Я сделал шаг навстречу императору, а смерч остался позади охранять Гаврилу. Моя огненная фигура угрожающе наступала, огонь становился жарче. Сразу все гвардейцы выставили магические щиты вокруг императора, Матвей попытался прикрыть его своим телом, но тот отмахнулся от него, как от надоедливой мухи. Захар и Макар набросили на господина защиту. Однако, никто не смел атаковать наследника.

Мы застыли друг напротив друга, меряясь взглядами. Чем больше он нависал надо мной, тем жарче разгорался огонь.

— Ты будешь хорошим императором, — горько усмехнулся батя. — Лучше, чем я.

Он вдруг крепко обнял меня. Я знал, что огонь обжигает его, но он не отпускал, и я погасил пламя. Тьма его забери!

— Прости меня Ваня, — он отпустил меня и развернулся, чтобы уйти.

— Спасибо, что спалил меня, — я зло буркнул ему в спину, на что он, не поворачиваясь, показал мне средний палец.

Ещё минута и о посещении императора напоминала лишь разбросанная трава. Какое палево! Любой, кто явится на поляну поймёт, что здесь приземлялся вертолёт. Хтонь!

Глава 21

Гаврила бросился ко мне и крепко обнял. По щекам его текли слёзы. Я неловко похлопал его по спине.

— И не сомневайся во мне, — шепнул я.

— Никогда, — заверил меня матёрый убийца. — Я сменю документы, чтобы никто не узнал. Мне это проще сделать, чем секретарям.

Земеля собрал разбросанное сено и сформировал стог: ничего больше не напоминало о приземлении вертолёта, даже примятая от лопастей трава поднялась обратно. Я отправил стихии своё тепло.

— Ну так что? — весело спросил барон Горбунов. — Ваня, мы идём на обед?

— Да, — в тон ему подхватил Карпов, — вдруг царевича встретим.

Я благодарно улыбнулся. Похоже, у меня появились первые друзья.

Гаврила раздал всем болотного цвета футболку и штаны.

— Стандартная одежда, выдаётся на базе, — прокомментировал он. — Легче затеряться в толпе, — он передал мне бандану камуфляжной расцветки. Потом мазнул мне по щеке грязной ладонью и заозирался.

— Может не надо пятен? Мне за прошлое столько нелицеприятных взглядов прилетело, — застонал я.

— Надо, Ваня, надо, — он уже рылся в объедках рыбы. Нашёл котелок из-под икры и раздавил у меня на груди пару икринок.

Парни дружно заржали.

До полевой кухни мы добежали лёгкой трусцой. Мышцы Карпова, наконец, разогрелись, и он перестал кривиться при каждом движении. Горцу вообще было всё нипочём. Как же он впахивает дома, что здесь у него отдых? Гаврила стал быстрее, резче и опаснее. Моё тело тоже постепенно адаптировалось к нагрузке, я посматривал на друзей на предмет спарринга.

— Ты можешь раздобыть тренировочное оружие? — спросил я Гаврилу.

— Хозяин музея оружия — твой ярый поклонник. Стоит только попросить, — намекнул мой личный убийца. — Тебе какое?

— Мне всё, на которое ты найдёшь мне спарринг партнёра, — я говорил серьёзно, а улыбка Гаврилы растянулась до ушей.

— Максим? Михаил? — мой юный слуга обратился к парням.

— Стреляю в основном, немного дрался на кулаках, — стушевался Михаил.

— С мечом занимался, без оружия много тренировался, — отчитался Максим.

— Эх, молодёжь, — посетовал Гаврила.

— Сам-то, — буркнул Михаил.

— Эт да, эт да, — довольно оскалился мой юный убийца.

На вытоптанной поляне ровными рядами выстроились длинные деревянные столы и лавки. На раздаче выдавали стаканы для воды, фонтаны возвели по краям столовой зоны. Там же располагались умывальники и места для мытья посуды. Дети активно мыли за собой тарелки и клали в сушку. Вот группа подростков встала из-за стола, подхватила грязную посуду и отправилась на мойку. Один из них вернулся и вытер стол тряпкой. Он даже крошки смахнул в ладошку, а не на землю. Я довольно улыбнулся, а Горбунов хмыкнул.

На обед была наваристая каша с мясом, овощной салат и яблоко. Можно было подходить за добавкой сколько угодно раз. Мусора нигде не было, вообще. Да и по пути мы не встретили ни единой бумажки.

За отдельным столом устроились аристократы. У них была своя еда. Неужели с собой привезли? Когда я получал свою порцию, то спросил у гвардейца, откуда у аристо навороченные блюда. Он меня узнал, может поэтому и ответил. Оказалось, что те оформили доставку из ресторана.

— Разве на остров можно добраться как-то помимо парома? — я строго посмотрел на гвардейца, и тот сглотнул.

— Дроны доставщики, В-ва… в общем прилетали по геолокации, — когда мы ушли, он что-то быстро набрал в телефоне.

— Сядем поближе? — Карпов перехватил мой взгляд в сторону рассевшихся, как у себя дома, аристократов.

— Пожалуй, — согласился я.

Разместиться по соседству была не проблема. Простолюдины их сторонились. Я сел спиной, Михаил лицом, а Гаврила расположился так, чтобы контролировать всё пространство, как и Максим. Кажется, он тоже теперь меня охраняет.

Детей было много, но в основном здесь были подростки от 12 и старше. Совсем мелких никто не опекал. Но потерянными они от этого не выглядели. Подходили, брали еду, садились, куда хотели, общались. На удивление много было детей из благополучных семей среднего класса. Они были хорошо одеты и выглядели ухоженными. Практически все они были со своей едой, которую доставали из рюкзаков. Порадовало то, что они делились со своими новыми знакомыми.

Неблагополучные подростки ели жадно и несколько раз подходили за добавкой. Почти все они уже переоделись в выдаваемую на острове форму. Надо бы походить, понаблюдать, кто чем занимается. Словно прочитав мои мысли, Максим протянул мне телефон с каким-то обсуждением.

Не знаю, какого возраста были писавшие, судя по нелепым орфографическим ошибкам, всё же дети. Они возмущались, что их не пустили на отдых, в смысле на остров. Им понравилось, было весело.

Михаил продемонстрировал мне подробный отзыв одной из девушек, где она описывала всё и даже выставила фотографии. Плохая организация, за детьми никто не смотрит, маленькие дети предоставлены сами себе и в том же духе.

Сидящие у меня за спиной аристократы обсуждали пролетавший над островом небесного цвета вертолёт с гербом рака. Молодые люди пришли к выводу, что наконец-то прилетел царевич, он появится на публике и объявит, что он хочет и зачем собрал детей. Одеты были аристо в официального вида брюки и рубашки с гербами родов. Девушки красовались модными летними нарядами, короткими и неподходящими для активного отдыха.

— Гаврила, ты не знаешь, мухи на острове есть? — попытался я завуалировать вопрос про Мухина.

— Тебе мух не хватает? — судя по прозвучавшему ответу, он меня прекрасно понял.

— Рыба на них хорошо клюёт, — согласился я.

Я принял решение, что директором школы ублюдков станет Мухин. Он, конечно, сволочь, но без него я не смогу набрать учеников к сентябрю. У него огромный опыт по выявлению одарённых, развитый нюх на магию и, подозреваю, не только нужные связи, но и опыт обучения диких магов.

Гаврила достал мобильник и отправил кому-то сообщение. Неужели я тут один без телефона?

— А почему мамаши не названивают детям? — поинтересовался я у ребят.

— Звонят, почему не звонят, — усмехнулся Михаил. — Дети выставили беззвучный режим. Мы тоже. Мне раз двадцать позвонили после того, как я не вернулся вечером на пароме в город.

— Аналогично, — подтвердил Максим. — Я пишу утром и вечером, что у меня всё хорошо, царевича пока не нашёл.

— Кстати, а зачем он тебе? И тебе? — поинтересовался я.

— Если ты вообще спрашиваешь, не только про нас, — Михаил дождался моего кивка, — то тут зависит от рода. Молодые и небольшие рода постараются воспользоваться случаем, чтобы пробиться к трону или выбить себе преференции. Потому что шансов, у младших царевичей стать императором больше, чем у старших. А Иван Михайлович вообще тёмная лошадка. Почему его скрывали 15 лет? Где он был? Что с ним не так? Или наоборот так? Сейчас идёт гонка за информацией. Побольше узнать о самой личности царевича. И от этого уже отталкиваться. Может он Иван-дурак? Про императрицу поговаривали, что она не в себе, так может и родила такого же. Ты не представляешь, сколько Карповым прилетало колкостей на этот счёт, — Михаила аж передёрнуло.

Я кивнул, соглашаясь. То, что аристо не знали Ивана-царевича, оказалось мне на руку. Я мог сейчас показать себя кем-угодно. Оставить образ дурака или выбрать роль умника, храброго парня…полно вариантов! Если батенька снова женится, мне выгоднее побыть дураком. Все нацелятся на него — охомутать, стать императрицей.

— Я лично, — продолжил Карпов, — хочу попасть в потешный полк, потому что это прекрасная возможность карьерного роста. Можно хорошо себя зарекомендовать, продемонстрировать успехи, мне в роду ничего не светит.

— Не светит, это пока ты не навёл мосты с царевичем, — резонно возразил Горбунов. — А как только ты с ним, допустим, подружишься, то кранты твоей спокойной жизни. Вызовут к главе рода, станут навязывать тебе политику: скажи царевичу то, сделай так и не забудь посмеяться над его шутками.

— Что ж делать? — расстроился Михаил.

— Решать проблемы по мере их поступления, думать вместе будем, — обнадёжил его Максим. — Мой дед мечтает вывести род на новый уровень, — признался Горбунов. — Уцепиться за царевича, да хотя бы и за потешный полк. Раз Иван заинтересовался воинами, то и Горбуновы ему пригодятся.

— А кто такие Горбуновы? — сверкнул я своей неосведомлённостью.

— Это очень известный род, — серьёзно кивнул Михаил. — Горцы, отличные воины. Только сидят у себя в горах и никуда не вылезают.

— Вот мы и проверим, какие из них бойцы, — предвкушающе улыбнулся Гаврила.

Тем временем аристократы перешли к обсуждению, чем заняться. Кто-то высказал идею обыскать остров и найти место базирования царевича или хотя бы куда прилетал вертолёт. Они шумно встали и отправились на выход. Внезапно раздались возмущённые возгласы. Я обернулся. Ну да, ну да… У них же не принято убирать за собой, вот и эти встали и пошли прочь. И как оказалось, это была не первая их ошибка. Треть получила ожоги на груди, девушки прикрывали грудь руками. Кто-то догадался переодеть майку задом-наперёд, и девушки шустро переоделись. Половине аристократов прилетело по шматку сочной грязи в лицо. А троих подхватило за ноги и утащило в неизвестном направлении.

— Ну вот, Михаил, а ты говоришь, как царевич узнает про мусор, — усмехнулся Максим.

Интересней было то, что начало происходить потом. Сидящие рядом простолюдины быстро убрали за аристократами. Они не только собрали мусор и помыли посуду, но и протёрли стол и даже собрали всё, что упало на землю. Ах, да… я же там написал, если увидел, но не убрал, тоже будешь наказан. Я почесал затылок.

Кто-то успел снять происшествие на видео и выложить в сеть, вызвав новую волну обсуждения творящегося на острове беспредела.

Мы сходили за добавкой и вернулись за стол.

— Ты вообще никого не знаешь? — поинтересовался Михаил. — Я так и понял, потому что ты не отреагировал на улетающих прочь парней.

— В чёрных штанах и белой рубашке был Камил из рода Подводных. Именно их народ обвиняет в теракте, — просветил Максим.

— Почему? — удивился я.

— Ну смотри, — принялся объяснять Михаил. — Убили сразу всех женщин Михаила III, спрашивается зачем? Чтобы освободить место подле императора. А теперь вспомни, кто приплыл, когда остров был под куполом?

— Карповы, Носовы, Жуковы и Подводные, — ошарашенно ответил я.

— Вот народ и решил, что приехали родственники старых императриц и будущей, — Михаил улыбался. — Они же не знали, почему появился купол… Подставились Подводные. Теперь каждый дурак скажет, что они мутят против Раковых.

Максим уже нашёл выложенный ролик с тем, как аристо улетают прочь с острова в неизвестном направлении и показал мне комментарии.

В основном все ржали над парнями. Двух остальных опознали, как Горана Носова и Назара Азимова. Когда разобрались в причинах происходящего, то стали топить невоспитанных аристократов ещё больше.

— Ваня, привет! — к нам подсели воришки. — Ты тоже здесь? Как здорово! — зачастил Глеб.

Все они переоделись, как и мы. Главарь шайки был вместе с младшим братом. Тут же радостно улыбалась серая троица. Зинка сутулилась и боязливо озиралась. Девушка всё так же была тоща, как жердь, сейчас, когда она оделась по размеру, это было особенно заметно.

— Вань, ты не знаешь, ходит слух, что кроме Потешного полка школа для магов будет? — Глеб с надеждой смотрел на меня. — Ты же это… Ну за этим тут?

— Да, набор идёт, и в сентябре школа начнет работать, — я решил сделать вброс информации. — Вроде слышал, что берут вообще всех. Ограничений по возрасту никаких.

Я видел, как загорелись глаза Горбунова. Что? Есть кого отправить из горных селений? Или он себя пропихнуть хочет? Он же видел мое огненное шоу, а там был огонь и смерч, плюс ещё у Раковых вода, значит, я, как минимум трёхстихийник, а значит и будущий император. Я задумался, припоминая, выставлял ли я ограничение — только для простолюдин. И надо ли оно мне — связываться с родовыми?

— Вань, — на этот раз вылез Вовчик, — ты слышал, что вроде конкурс поваров будет?

— Да, только не знаю, когда, — покивал я.

— Послезавтра, — сообщил Максим. — Гвардеец говорил, когда я дополнительное снаряжение получал, наверное, в расчете, что я в лагере расскажу, — он смутился, посмотрев на меня.

— Как думаешь? Меня возьмут? — голос Вовчика дрогнул.

Я с удивлением уставился на пацана:

— Ты готовить умеешь?

— Он супер, как готовит, — закивал головой Лёха.

— Из чего? — не, ну правда, у них же денег нет.

— Ну мы это… когда в гости заходили… — замялся Вовчик. — Там в холодильнике…

Домушники заходили в гости, понятно, хм. Я и бровью не повёл, что заметил странность.

— Конечно, приходи, я слышал ограничений нет. Мы с ребятами придём тебя поддержать.

— Внимание! Внимание! — раздался всё тот же юношеский голос.

— Смотри, — толкнул меня локтем Максим, — царевич что-то ещё придумал.

— На спортивной площадке начинаются соревнования в воинских искусствах. Призы на выбор победителей. Я всё сказал.

— Похоже, это становится коронной фразой «я всё сказал», — заметил Михаил. — Пошли что ли? Посмотрим?

Большой объединённой компанией мы влились в общий поток.

Площадок было три. Для младшей, для средней и старшей групп. Рядом в линию выстроились зоны с потешными играми.

Гладкий столб. Забравшийся на него ловкач получал подарочную карту одного из магазинов. Соревнование в меткости. Михаил сверкнул жадным взглядом. Прыжки вверх. На столбе довольно высоко висел красный флажок.

— Глеб, Глеб, у меня идея, — брат главаря воришек дёргал того за рукав. — Иди, попроси озвучить условия.

Мы все потянулись к столбу.

— Нужно подпрыгнуть и в прыжке схватить флажок. Касания будет достаточно, — сообщил гвардеец скользнул по мне взглядом и быстро набрал что-то в телефоне.

Крис встал на плечи Глеба. Оттолкнувшись от брата, он подпрыгнул, ухватил флажок и ловко приземлился на землю. Гвардеец улыбнулся и предложил на выбор карту из магазинов: детских игрушек, продуктов, одежды, электроники, аптеки. Я так понял, что это очередной тест, что выберет ребёнок. Но Крис и тут удивил.

— В объявлении сказано, приз на выбор. Я выбираю место в потешном полку, — серьёзно заявил десятилетний проныра.

Гвардеец сделал вид, что задумался, задержавшись на мне взглядом. Я закрыл и открыл глаза. Тогда он вынул красный значок в виде клешни рака, внёс в него метрику парня и нацепил тому на грудь. Потом торжественно пожал руку.

— Добро пожаловать в полк, новобранец!

Перед спортивной зоной на небольшом помосте стоял Остап Петрович и переговаривался с каким-то парнем моего возраста.

— О, смотри! Царевич! Не знаешь, кто это с ним? — спросил меня Михаил.

— Это директор школы потешного полка, — ответил Вовчик. — Он директор музея оружия.

— Это того, который всё время закрыт то на ремонт, то на учёт? — Михаил снова уставился на Безымянного. Тот почувствовал на себе взгляд и посмотрел в нашу сторону.

— Школы? — удивился горец.

— Так дети же, — поразился вопросу Вовчик. — Многие хотят учиться в школе императора. Другой такой нет.

Вот ведь хтонь… Может поэтому тут так много детей из среднего класса? А сами ли дети хотели сюда? Или их пропихнули родители?

— Смотри, Глеб, головоломки! Иди, выиграй чего-нибудь, — Санёк подтолкнул главаря в спину.

Мы подошли к столикам, за которыми сидели гильдейские. Это я понял по тому, как отшатнулись воровские ребята.

— Да вам парни не смекалку надо проверять, а храбрость, — ощерился молодой мужчина в такой же, как у нас одежде. Видимо, у них в крови мимикрия.

Главарь банды воришек шагнул вперёд и сел напротив бывалого.

— Скажи-ка, Глеб, как перенести воду в сите, не пролив и капли? — мой новый учитель ехидно улыбнулся.

Глава 22

— Так воду можно ж заморозить, — сразу нашёлся главарь детской шайки, не особо понимая, в чём подвох.

— Ну, выбирай подарок, — с ловкостью шулера мой новый учитель разложил перед мальчишкой подарочные карты.

— Я свой выбор сделал, — Глеб твёрдо посмотрел в глаза бывалого мошенника. — Я желаю вступить в потешный полк Ивана Михайловича.

— Парень, а ты уверен, что оно тебе надо? — мужчина встал и по-доброму похлопал парня по плечу. — Рано вставать, армейская муштра, никакой свободы, жуть! — его даже передёрнуло от перечисленного.

— Я своего решения не поменяю! — Глеб враждебно уставился на своего будущего учителя.

— Глеб, — младший брат потянул его за рукав, — смотри!

Когда глава шайки опустил взгляд, то увидел, что все это время отговаривавший его мужчина успел незаметно прикрепить ему на грудь красную клешню.

— Добро пожаловать в полк, сынок, — он протянул парню руку, и тот, счастливо улыбаясь, пожал её.

Интересных учителей набирает Остап Петрович, я нашёл его глазами, тот как раз смотрел в нашу сторону, я широко улыбнулся и поздравил Глеба.

— Парни, пошли на бои, — позвал Гаврила и потянул меня к зоне для старших.

Проходя мимо младших, я остановился. Двое шестилеток лупили друг друга как попало. Я просто охренел. Довольные парнишки размахивали беспорядочно руками и хватали друг друга за одежду.

— Время! — громко объявил судья, и мальчишки дружно покинули площадку.

Им на смену выбежали девчонки не на много старше. Они весело поздоровались, а потом бессмысленно набросились друг на друга. Хтонь. Максим похлопал меня по плечу.

— Привыкай, брат, скоро за тебя так вот девчонки будут елозить друг друга по полу, — он рассмеялся, оценив мою перекошенную от ужаса физиономию.

— Идём, а то он тут надолго зависнет, — Гаврила потащил меня дальше.

Но и у средней площадки я остановился. Друг против друга вышли мальчик и девочка лет десяти. И по тому как они держались, я понял, что эти чему-то обучались. Девочка с разворота врезала мальчишке ногой в грудь, и тот повалился на землю. Она подала ему руку, а когда он ухватился, она не только подняла его, но и по инерции перебросила через себя.

Максим оттолкал меня за спину дальше. Хтонь… Я всегда подозревал, что верить женщинам нельзя.

— Круг! Круг! Круг!

Мы встали по периметру зоны для старшей группы.

— Я выбираю парня с выпученными глазами, — стоящий по центру арены аристо показал на меня.

Парни дружелюбно вытолкали меня в круг. Я непонимающе заозирался.

— Выбор оружия! — провозгласил знакомый юношеский голос.

Я обернулся и увидел псевдоцаревича. Это был обычный парень, во всё той же футболке, камуфляжной куртке и штанах, как у всех. Царевичем его делал помост и присутствие директора школы потешного полка, ну и ещё фантазия окружающих.

— Мечи! — выкрикнул аристо. Он явно работал на публику. Серые летние штаны и светлая явно дорогая рубашка из мятой ткани. Нарочито небрежный образ дополняла лохматая шевелюра.

Гвардеец выкатил тележку с деревянными мечами. Я выхватил наугад меч, на ходу подстраивая его под себя. Аристократ наоборот примерил несколько клинков, прежде чем остановил свой выбор на одном из них. Он был в лучшей форме, его гоняли с малых лет… физически я ему уступал. Но в плане опыта передо мной стоял младенец. Я запустил в тело огонь в качестве энергии, землю для силы, воздух для скорости и воду для гибкости.

Я стоял в центре площадки и ждал, пока парень насладится моментом. Я не принимал никакой особенной стойки, просто расслабился, опустив меч.

— Гриша! Гриша! Гриша! — скандировали аристократы.

Гриша подошёл и занял атакующую стойку, выставив меч в мою сторону. Он весело улыбнулся, предвкушая лёгкую победу.

— Бой! — прозвучал всё тот же юношеский голос.

Гриша попытался достать меня первым ударом и оказался без меча, а у своего горла обнаружил деревянный клинок.

— Победа присуждается Васнецову! — объявил подставной царевич.

— Круг! Круг! Круг!

Вроде бы я должен кого-то выбрать? Но на арену уже выпрыгнул новый аристо.

— Топоры! — оскалился здоровяк.

Ну да, большой парень, мощные плечи, нос картошкой. Футболка натянулась от бугрящихся мышц. Он выбрал тупой топор из новой тележки. Я тоже подошёл и взял первый попавшийся, модифицируя его под себя. Расслабленной походкой вернулся на место. Здоровяк застыл в метре от меня.

— Бо… — не успел докричать якобы царевич, как громила бросился в мою сторону.

Я подпрыгнул высоко вверх и приземлился ногами на руку с топором, выброшенную аристо в мою сторону. Скользнув по руке выше, я практически упал ему за спину, в последний момент ухватившись левой рукой за шею, а правой приставив лезвие деревянного топора к шее неудачника.

— Уууу, — взревели подростки.

— Круг!

Не успел здоровяк удалиться, как в центра арены выпрыгнул подвижный узкоглазый парень. Он вежливо поклонился сначала помосту, потом мне.

— Бо! — выкрикнул он.

Гвардеец выкатил высокое ведро с деревянными палками. Узкоглазый выбрал бо себе и бросил мне. Я усмехнулся. Палка была с дефектом — еле заметная трещина по центру. Я крутанул бо, одновременно выравнивая внутреннюю структуру дерева.

— Хан! Хан! Хан!

Не дожидаясь отмашки Хан принялся раскручивать палку всё увеличивая скорость. Он плавно переставлял ноги: шаг, подшаг, шаг, подшаг.

Я весело улыбнулся и крутанул древко, в момент разгоняя до нужной скорости. Я внедрился в чужое вращение таким образом, что кончик моей палки слегка подталкивал оружие парня к ещё большему вращению. Хан уже с трудом удерживал бо.

— Стоп! — скомандовал Безымянный.

Я выбил оружие из рук парня, запустив его в небо. Он спикировал вниз врезавшись в землю между нами. Я попросил Драко направить его в нужном направлении.

— Победителя на помост! — скомандовал подставной Иван.

Я поднялся и изображающий меня юноша прицепил мне на грудь клешню рака.

— Добро пожаловать в полк, — он протянул мне руку, которая оказалась женской. Точно! Лика, дочь Безымянного. И как никто не распознал?

Я удивлённо уставился на директора, но тот лишь доброжелательно улыбнулся.

— Командир полка выбран! — нагло заявила Лика. Ааа, ну точно, она же воздушница, вот и меняет голос. — Кто желает оспорить лидерство командира, может вызвать его на бой! Ты же хотел спарринг партнеров? — ехидно добавила она еле различимым шёпотом.

— Нормальных не будет? — расстроился я и развернулся, чтобы уйти.

— Вызываю командира полка на кулачный бой! — выкрикнул Максим Горбунов. Это он зря, я хищно оскалился.

Я вернулся на арену и улыбнулся.

— А потянешь? — я встал напротив горца.

Он лишь поманил меня, сгибая и разгибая ладонь. Максимально собранный боец отслеживал малейшие изменения мимики, стойки. Я сделал обманный выпад, но он не повёлся. Я повторил движение, в последний момент меняя направление и выбрасывая локоть. Макс ускользнул от атаки. Опасается. Ещё пару раз он уклонялся, изучая мою тактику, которой не было. Я веселился. Тогда он перешёл в наступление, обрушив на меня серию ударов. Хтонь! Ну не готово моё тело к таким жестким блокам.

Я максимально сглаживал инерцию, избегая прямых попаданий. Уводил руки в стороны, заводил за спину и обтекал Максимку, но он не заводился и не выбешивался, а продолжал планомерно наступать. Гад, он вообще не устал. Знает, что я уступаю ему в выносливости и силе. Я не хотел использовать магическое усиление против друга и отключил напитывание тела стихиями. Прокачанное тренированное тело, против хилого, но опытного. Я улыбался, схватка мне определённо нравилась.

— Макс! Макс! Макс!

Взгляд скользнул в толпу на долю секунды, но в меня тут же прилетел удар. Максимка врезал со всей силы в плечо, отправляя меня в полёт. Хтоонь! Меня сильно приложило спиной о землю.

На арене тут же возник Безымянный, занимая положение между нами. Он проследил глазами за Гаврилой, который беспокойно ощупывал мою спину. Я запустил регенерацию, впрочем оставлю себе парочку красочных синяков, покажу потом своему командиру, хех.

— Победил Горбунов! Поприветствуйте нового командира полка! — провозгласил директор. Он подошёл к Максиму и прицепил тому красную клешню на грудь.

Командира окружили аристократы, всё-таки это был известный бойцовский род, как говорил Карпов. Вокруг меня нарезали круги воришки. Зинка протянула стакан с водой, её тут же структурировала Капля, а Рыжик добавил свойства регенерации, Драко предложил обезболить, но я отказался.

Я тяжело поднялся и подошёл к победителю, подал ему руку, и мы крепко обнялись.

— Поздравляю! — я широко улыбнулся. — Представляешь, сколько у тебя теперь боёв будет в день?

Мой смех поддержали пацаны, а потом и аристократы. Смех последних прозвучал зловеще.

— Пусть приходят, — мой командир обвёл всех суровым взглядом. — Всех встречу.

Я отошёл, позволяя Горбунову насладиться триумфом. Если он, конечно, сумеет удержать позицию.

— Я бы перекусил, — живот подтверждающе заурчал.

Однако, далеко мы не ушли. Пацаны застряли на проверке меткости. Стрелять можно было из чего угодно по чему угодно. Из рогатки, лука, были даже дротики.

Зинка сжалилась надо мной и принесла мне тарелку каши, как и себе. Я от души поблагодарил сердобольную девушку, незаметно запустив у неё усиление скелета. Уж очень она дистрофична.

— Ваня, нам надо лагерь разбить, если мы хотим остаться на ночь, а пацаны не чешутся, — пожаловалась Зинка. — Надо снаряжение взять, место найти, обустроиться. А это время.

— Место можете не искать, поставите рядом с нами. Они сейчас пытаются заработать значки, а соревнования — самый простой путь, — поделился я своими мыслями. — Я не думаю, что завтра будут бои и игровые зоны.

— Почему? — удивилась Зинка.

— Потому что весь этот остров — одна сплошная проверка, — присоединился к дискуссии Гаврила. — И сейчас директор проводит очередной урок под названием «кто не успел, тот опоздал».

— В первый день никто не знал, что без значка не позволят вернуться. Сейчас же тоже небось видео драк запостили, и назначение командира обсудят, — продолжил рассуждать я. — Поэтому завтра будет что-то другое. Вернее, я думаю, что ничего не будет.

— В смысле? — не поняла Зинка.

— Ну вот сейчас можно заработать значки, а завтра ни тебе состязаний, ничего. Вот директор и посмотрит, как будут изгаляться детки, — усмехнулся Гаврила. — Ты, кстати, что хорошо умеешь?

— Ничего, — поникла девушка.

— Это не так, — не согласился я. — Ты мне принесла воды на арене, а сейчас еду. Помогла дважды. Это тоже качество, вовремя оказывать другим помощь. Помогай, — я показал девушке на свой значок, который красовался рядом с клешнёй. — Мы свои значки заработали за то, что обустроили лагерь. Я весь день траву косил, Мишка ручей очищал от грязи, а этот вот командир, которого обступили аристократы, копал выгребную яму.

Зинка задумалась и огляделась по сторонам.

— Это только дураки думаю, что тут плохая организация и ничего толком не обустроено, — усмехнулся Гаврила. — Всё очень и очень продумано. Потешный полк, Зинка, это не про войну, — он хлопнул девушку по плечу и встал. — Пойду заработаю значки!

Воровка встала и отправилась следом. Я доел кашу и выпил ещё воды, которую подливала Капля. Вечно полный стакан, если такие продавать, озолотиться можно, я тихонечко рассмеялся своим мыслям. Назовём компанию «Ваня и Си», Си — стихии.

Большая тень загородила ласковое солнышко, и я поднял голову на Здоровяка. Он стоял не один. Гришка на его фоне терялся, и я его не сразу заметил. Я приветливо улыбнулся, вроде не отношения выяснить пришли парни.

— Ты где так драться на мечах научился? — спросил Гришка.

Я только шире улыбнулся.

— Я тебя одолею, — насупился здоровяк.

— Ну так и я не собираюсь стоять на одном месте, — парировал я.

— Бастард? — продолжал пытать Гришаня.

— Он не местный, — догадался верзила. — Откуда ты вылез, парень?

Он прищурился, его посетила догадка, лицо озарилось, но потом он снова посмотрел на меня, зацепился за пятно на футболке, и тень сомнения выбила правильные мысли из головы. Спасибо-спасибо-спасибо, Гаврила! Ты гений конспирации! Жирное пятно — идеальный отвод от мысли, что я царевич. Ни один аристо не станет ходить с пятном и делать вид, что всё нормально. Теперь руки после еды вытираю только об себя.

— Не хочешь вступить в род Быковых? — предложил здоровяк, и я еле сдержался, чтобы ни единым мускулом не выдать себя. Я просто мотнул головой. — Меня Добрыня зовут, — он протянул мне руку, как равному, я встал и с удовольствием пожал её.

— Григорий Багаев, — протянул руку мечник, удержал мою руку в своей, всматриваясь в моё лицо. — Неместный, это факт, — он ослабил хватку. — Где учиться будешь?

— Так тут и буду, — я развёл руки в стороны. — Здесь школа будет.

— Ну это ты вот им, — Быков кивнул в сторону увлёкшихся стрельбой ребят, — заливай. Это явно не твой уровень. Мы с Гришкой в Академию умников поступили.

Понятно, не на первых ролях в своих родах, так бы их отправили в Академию наследников.

— А здесь тогда зачем? — я не удержался от вопроса.

— Предки послали с царевичем познакомиться, как и всех тут, — охотно пояснил Гришка.

— Так что не познакомились? — я махнул в сторону помоста.

— Это ж подставной, — улыбнулся Быков.

Я посмотрел в сторону Лики и с сомнением покачал головой.

— Почему вы так решили?

— Манеры простоваты, осанка не та, ну и кадыка у неё нет, — Гриша широко улыбнулся. — Да ты и сам догадался, когда руку пожимал, я видел, — он подмигнул. — Подсадная утка, как на охоте.

Я почесал подбородок. Вскоре стали возвращаться довольные ребята, все со значками.

— Всё, ребята, — суетилась Зинка, — теперь давайте на склад, за палатками.

— Да-да, вы давайте, — поддержал девушку Гаврила. — А ты чего сидишь? Побежали! Позор рода Васнецовых! Продул!

Гаврила погнал меня в противоположную лагерю сторону. Мы добежали до оцепления вокруг стройки, и я даже не запыхался. Нас встретил Денис и провёл в штабную палатку.

Здесь вокруг стола с макетом острова и зданий кружил Мухин. Безымянный скрестил руки на груди и мрачно поглядывал, то на маготорговца, то на макет.

— Да ты вообще ничего не понимаешь! — Павел Андреевич гневно махал руками тем самым, ещё больше напоминая жужжащую муху. — Не будет у тебя маленького уютного полка, всё уже вышло из-под контроля. Второй день? Завтра тут будут толпы, толпы (!) детей, а послезавтра к ним присоединятся толпы магов. Тут небоскрёба мало! А ты тут поставил пару домиков!

Мухин заметил меня и тут же полетел в мою сторону.

— Иван Михайлович! Скажите ему… — по мере приближения его лицо менялось от озабоченного до фанатичного.

Нос Мухина зажил своей жизнью и зашевелился, двигаясь в разные стороны, то надуваясь, то сдуваясь.

— Огонь, определённо огонь… Воздух, м-м-м, — он причмокнул облизывая губы, — вода? Вода. вода есть. Куда ж Раковы без воды, — бормотал Мухин заходя на второй оборот. — Земля, да-да-да, земля — она родимая…

Между нами возник Гаврила.

— Только попробуй коснуться его, хоть пальцем, хоть магическим жгутом, мразь, — он приставил нож к горлу Мухина. Но тот даже не заметил, продолжая бормотать.

— Денис, найди мне Тимура Александровича срочно!

— А что меня искать? Я здесь, — в палатку зашёл гвардеец, один из тех, что встретил меня при входе.

— За мной шпионишь? — я зло прищурился.

— А что за вами шпионить, вы и так на всех новостных каналах и в сети. Только ленивый не обсуждает неизвестного бойца Васнецова и таинственного царевича Ивана, — буркнул Тимур. — Взрывчатку нашли на острове. Покажи ему, — обратился он к Безымянному.

Остап Петрович открыл небольшой чемоданчик и показал неприметное устройство. Я перешагнул через замершего в экстазе Мухина и подошёл поближе.

— Михаил Михайлович распорядился вас срочно эвакуировать, — Денис решил добить меня новостями.

— Как она активируется? — спросил я.

— Дистанционно, но ты не переживай, она обезврежена, — заверил меня Тимур.

— Только эта? А остальные? — ляпнул я, не подумав.

— Какие остальные? — не понял СБшник. Денис дёрнулся, как от удара, а Безымянный напрягся, как хищник перед прыжком.

— Те, что разбросаны по острову? Около сотни, не знаю… Мои друзья считать не умеют, — картинку прислал Драко, как дрон-доставщик разбрасывает такие штуки по острову. — Мощность у них какая?

Глава 23

От стихий стали приходить странные образы. Я попросил бумагу и карандаш.

— Это что такое? — я нарисовал небольшой сигарообразный подводный агрегат с гербом волны на борту.

— Малый диверсионный подводный корабль рода Подводных, — проскрипел зубами Тимур. — У них отличная маскировка, мы их не видим. Где он?

— Не он, а они, — поправил я его. — Карта есть?

Денис разложил передо мной огромную бумажную карту водохранилища.

— Такая не пойдёт, есть голограмма или макет? — я показал в сторону стола, где по-прежнему стоял макет острова и строений на нём. Нет, карта водохранилища была хорошая, подробная, но как Капля её прочитает?

— Сейчас привезут, — через минуту ответил Денис.

— Хватит такой бомбы, чтобы взорвать подлодку? — я показал на обезвреженную находку и выжидательно уставился на Тимура.

— Конечно, и не одну, — он посмотрел на меня недоуменно.

— Тогда все бомбы, которые найдём на острове, прикрепим к подлодкам, — я зло ощерился. — Пусть сами себя взрывают. И мне нужен крутой специалист по взрывчатке. Срочно!

Через пять минут в командирскую палатку втолкнули ошарашенного молодого парня. Он был помят, не причёсан и испачкан сажей.

— Бедак по вашему приказанию прибыл, — он не нашёлся к кому доложиться и обратился к Дениске.

— Слушай меня внимательно, парень, — я подошёл и обнял его за плечи, потом вытянул из-за своей спины плюшевого рака. На этот раз почти нового, с камуфляжным платком вокруг шеи.

Я вручил парню игрушку. Бедак подозрительно осмотрел рака, понюхал, потыкал пальцем и передал мне обратно:

— Чисто!

— Замечательно, — я всучил игрушку обратно, — в твоих руках наши жизни, Бедак. Сейчас ты берёшь этого плюшевого парня, — я погладил рака по голове, — и идёшь с ним в безопасное место, где рассказываешь ему и показываешь наглядно все возможные виды взрывчатки, мин, бомб… И главное, учишь его их обезвреживать.

Я подвёл парня к чемоданчику с обезвреженной бомбой.

— Вот, как, например, обезвредить эту? — я посадил рака рядом с чемоданчиком с бомбой.

— Эту я уже обезвредил, Ваше Высочество, — он покосился на меня, как на дурака.

— Тихий! — крикнул Безымянный.

В палатку просочился неприметный мужичок в летних серых штанах и белой футболке без пятен.

— Слушай внимательно, Тихий, — Безымянный аккуратно взял на руки рака и погладил его. Потом поправил ему платок на шее. — Берёшь вот этого замечательного друга Его Высочества Ивана Михайловича и со всем почтением отвозишь в музей оружия на минус третий этаж. С тобой поедет взрывник Бедак. Ваша задача, доступно рассказать и показать на конкретных примерах вот этому раку, — он снова приласкал воплощённые в игрушку стихии, — устройство всего, что можно подложить, чтобы убить или взорвать. И научить обезвреживать. Рак будет спрашивать, если что ему покажется непонятным.

— Мне непонятно, как обезвредить эту, — игрушечный рак произнёс низким вибрирующим басом и показал клешнёй на уже обезвреженную бомбу.

— Эту я уже обезвредил, — повторил Бедак.

— Вас понял, — Тихий поклонился, взял чемоданчик с бомбой, бережно прижал к себе плюшевого рака и подтолкнул взрывника на выход. — Идём, горемычный.

— Куда? — заозирался парень.

Я снова взял бумагу и карандаш и нарисовал ещё одно устройство, которое показал мне Драко.

— Что это? — я протянул рисунок Безымянному.

Тимур быстро подошёл и заглянул через плечо.

— Где? — зло рявкнул он.

— Прикреплено снизу на вертолёте, на котором вчера прилетал батюшка, — сообщил я.

Тимур вытащил мобильник и трясущимися руками принялся тыкать на кнопки, не всегда попадая на нужные. Он поднёс трубку к уху и вышел из палатки.

— Это тоже взрывчатка, ещё более мощная, — ответил мой директор и приуныл.

С пола поднялся оклемавшийся Мухин и попытался подойти ко мне, но на его пути встал Гаврила.

Я перевернул лист и принялся за новый рисунок. Пока рисовал подозвал Дениску.

— Когда у нас поварской конкурс?

— Послезавтра, Ваше Высочество, — сразу отчитался Денис.

— Пригласи в качестве жури на конкурс главу рода Горбуновых. И где мой финансист? — я строго посмотрел на адъютанта.

— К-какой ф-финансист? — мой помощник неожиданно стал заикаться.

— Акакий Акакиевич готовится к завтрашнему аукциону, — сообщил Остап Петрович. — В качестве главного лота выступает новый секрет омоложения Михаила III. Кроме того он собирается продать фотографию и видео царевича Ивана.

— Что за фото и видео? — я хмыкнул.

— Фото то, по которому вас разыскивал Волков. А видео, полагаю с боёв Васнецова, — Безымянный спокойно поделился замыслами своего вечного конкурента.

— И что ты думаешь? — поинтересовался я его мнением по поводу, стоит или нет раскрывать своё инкогнито.

— Думаю, что Мерзляев не успеет, — усмехнулся мой директор. — Его Императорское Величество раскроет вас раньше.

— Почему это? — я даже испугался.

— Потому что вы более ценны в качестве живого, нежели мертвого царевича в том числе и для врагов рода, — спокойно заявил глава гильдии убийц. — Стоит сейчас заявить о вашей силе и присутствии на этом острове, и его кинутся охранять все рода.

— Убить не убьют, но попытаются похитить, — не согласился Мухин. — Я бы попытался.

У меня на ладони появился маленький плюшевый рак, я протянул его Мухину.

— Павел Андреевич, будьте добры, расскажите моему другу подробно, как бы вы попытались меня похитить, — я задумался. — Объяснять нужно образно, а ещё лучше наглядно показывать. Вы не говорите — снотворное или парализующее вещество, вы показываете какое именно.

Мухин благоговейно уткнулся носом в рачка. Поглаживая игрушку на своей ладони, он направился к выходу.

— Пойдёмте-ка мой любезный друг, пройдёмся по нескольким сценариям, сейчас соберём детишек и поиграем с ними в театр, — счастливый Павел Андреевич торопливо вышел из палатки. — Я научу Вас похищать, притворяться и обманывать, мой новый друг.

— Где этот Тимур Александрович? — я раздражённо постучал по готовому рисунку небоскрёба, который ещё предстояло найти в этом мире. Почему про него до сих пор не талдычат во всех новостях? Или он и правда остался в мире Нейры?

— Денис! У Тимура Александровича поди дети есть? — мысли побежали в другом направлении.

Денис залез в мобильник.

— Матвей — 35 лет, Сидор — 16, внук Герасим — 5.

— Сидор на острове, Иван Михайлович, — снова влез Безымянный. — Найти его?

Я кивнул, Сидор же наверняка в Академии наследников учится, будет мне подспорье на вражеской территории.

— Здесь где-то есть внучка Акакия, предлагаю озадачить её финансовыми вопросами, очень ушлая девочка, вся в дедулю, — беззлобно усмехнулся мой сообразительный директор.

Безымянный вышел, чтобы раздать указания.

— Иван Михайлович, — замялся Денис. — Его Императорское Высочество настаивает на немедленной эвакуации.

— Денис, ты, пожалуйста, определись на кого ты работаешь, на меня или на моего папеньку, — я строго посмотрел на адъютанта.

Полог палатки открылся, и двое гвардейцев внесли небольшой столик, установили его по центру и удалились. Денис активировал карту.

Над столом появилось объёмное изображение острова и участка водохранилища. Я попросил сделать так, чтобы вошло Рыбинское море целиком. Картинка заняла всю палатку, нам пришлось отойти к самим стенкам. Я рассматривал дно водохранилища, кто-то над ним поработал, по крайней мере в центральной части, где располагался императорский остров. Интересно Иван Строитель укрепил его. Глубоко скальную породу внедрил. Это ж сколько у него времени на это ушло? Или он был ну очень мощным магом? Как же они тут измеряют магическую силу?

— Остап Петрович, а как определяется сила мага? — я решил больше не откладывать так интересующий меня вопрос на потом.

Если мой вопрос его и удивил, то внешне он остался невозмутим.

— В Академии наследников никак, секреты рода. А вот в Академии магии меряют вместимость источника и скорость восполнения маны, — он задумался. — Кроме того определяют предрасположенность стихий перед инициализацией.

— Зачем? — вопросов стало ещё больше. — Разве скорость восполнения так сильно отличается?

Нее, ну понятно, что у кого-то каналы лучше развиты, у кого-то хуже, но в целом колебания входящего потока не должны быть настолько сильными у начинающих магов.

— Определяют стихии перед инициализацией? А как они её проводят? И вы? Вы же дикий маг? Как это проходило у вас? — я засыпал директора вопросами.

— Дикий маг, — он хмыкнул. —Интересная формулировка, но, пожалуй, что правильная. И да, у простолюдин инициализация происходит самопроизвольно, — он поморщился от неприятных воспоминаний. — И не всегда в 17 лет.

— А вы можете… — я хотел попросить его помагичить, чтобы посмотреть, как источник будет восполнять ману, но тут в палатку влетел взбешённый Тимур.

— Проверяем всю технику, — бросил он мне. — Михаил Михайлович рвёт и мечет. Он хотел мчаться тебя спасать, а тут проблема нарисовалась с передвижением по водохранилищу. Так что с подлодками? — он мотнул головой в сторону карты.

Похоже Капля уже разобралась с масштабированием, наверняка, Рыжик помог, у него талант к технологическим устройствам. Под водой на объёмной карте стали появляться продолговатые грязные пятна. Часть из них была с красными точками.

— Вот эти с красными точками — на них уже прикрепили их же взрывчатку, — объяснил я. Красные точки появились и на острове, они двигались в сторону воды. — Сейчас вся взрывчатка покидает остров, даже не знаю, хватит ли её на все суда или нет.

Это да… Диверсионных подводных судов было тьма как много. Причём, рассредоточены они были по всему водохранилищу, но особенно много вокруг царского и потешного островов. Кроме того сам корабль подводных так и не ушёл, а остался на якоре недалеко от императорского острова, как и другие — от Карповых, Жуковых и Носовых. Видимо не только мы под ударом, Подводные заложили взрывчатку везде.

— Твари! — Тимур снова взялся за телефон.

— Вы учтите, что взрывать мои невидимые друзья не умеют. Пока не умеют… Не знаю, сколько там обучение займёт времени, — я вопросительно уставился на безопасника. — Да и пульты и взрывчатки скорее всего будут на разных подлодках. Кстати! Взрывчатку на остров доставляли дроны-доставщики.

Тимур постучал ребром мобильника по раскрытой ладони.

— Доставщики, значит… а какой у нас род? Хотя могли и левые прилетать, под видом, — он завис.

— Денис, мне нужна такая же голограмма дворца, — обрадовал я помощника объёмной задачей. — И специалисты по прослушке, жучкам… Как магическим, так и технологическим. Думаю, мы обнаружим не один сюрприз.

— Надо проверить замок на взрывчатку, не только транспорт, — посмурнел Тимур и опять вышел, уже набирая номер на аппарате.

— Ужин? — предложил Безымянный, и мой живот одобрительно заурчал.

— Погодите-ка, — я застыл на месте.

На объёмной карте на ближайшем полуострове вдруг появилась верхушка моего небоскрёба.

— Что это?

— Маяк? — спросил Дениска.

— Денис, срочно оформи эти земли на меня! — я обеспокоенно посмотрел на огрызок своего небоскрёба. Всё-таки прилетел из другого мира, но почему такой маленький? Надеюсь прокол между мирами он не создал.

Я чуть было не спросил, когда появился маяк, но это было бы совсем уж палевно, лучше придерживаться теории, что он всегда тут был, ну или его построили Раковы.

Я скользнул в транс, пытаясь понять, есть ли движение маны, но мы были слишком далеко.

— Эти болота и так принадлежат Раковым, Ваше Высочество, — не понял мой помощник, и я разочарованно посмотрел на него.

— Болота значит… — хтонь. Хтонь-хтонь-хтонь! Небоскрёб провалился вниз. — Мне нужна команда по терраформированию, - решительно заявил я.

— А это что? — аккуратно спросил мой помощник.

— Денис, тебе бы подучиться, — я устало вздохнул. — Будь так добр возьми пару уроков у Захара и Макара… А то мне придётся от тебя избавиться.

При этих словах глава гильдии убийц доброжелательно улыбнулся, а адъютант вздрогнул.

— Подорожные прокладывают дороги, Багаевы недавно построили гидроузел, — начал перечислять Остап Петрович. — Белозёровы канал строили, у них тоже маги земли сильные, как и водники.

— Амбициозные молодые рода есть? — спросил я, размышляя на перспективу.

— Багаевы подходят, Подорожные — это древний род. Белозёровы — тоже древний, — Безымянный задумался, он тактично не стал спрашивать, как так получилось, что царевич Иван вообще не знает аристократических родов. И я снова записал на его счёт виртуальные очки доверия.

— Саяновы? — предложил Денис. — Они же самую крутую гидроэлектростанцию построили. Подводные? Они провели подводную дорогу от Тамани до Крыма.

Я хмыкнул, а почему бы и нет? Пригласить главного врага — Подводных. Будет весело.

— Тогда давайте так… Расширенное жюри поварского конкурса, кроме Горбуновых приглашаем глав родов Багаевых, Белозёровых и Подводных, — я довольно ощерился, — а ну и типа от Раковых пусть будет Матвей Тимурович, — заодно и посмотрю на старшего сына СБшника.

Ни один из сыновей Александра Михайловича на роль СБ не годился. Сашка продался, Димка интриги плетёт, Гера тупой зазнайка, а самый умный Тимур — оперативник, а не управленец. Вот может из детей что-то путное выйдет?

— Организовать вам тайную встречу с главами родов? — правильный вопрос поступил увы не от Дениски, хтонь. Где взять грамотного помощника?

— После окончания конкурса, вы, Остап Петрович пригласите их на прогулку вот к этому полуострову, где стоит, хм, маяк, — я широко улыбнулся. — И скажите, что здесь будет стоять ублюдская школа. Нужно подготовить почву таким образом, чтобы она выдержала километровый небоскрёб.

— А кто строить будет? — закономерно поинтересовался мой помощник. — Строительные рода мы не приглашаем.

— Полагаю, он уже построен, — Остап Петрович задумчиво разглядывал небоскрёб на моём рисунке. — Вот он, — и Безымянный развернул рисунок так, чтобы Денис увидел его. — Вот эта часть над землёй, а остальная ушла вниз. Утонула в болоте, хм.

— Остап Петрович, внутри, хм, маяка находится очень ценное оборудование. Очень, — я внимательно посмотрел на него. — Никто не должен туда попасть. И оформите земли на меня лично, Денис. Надеюсь мне не нужно будет повторять это в третий раз? — мой голос стал жёстче.

А что собственно там находится? Я ведь так и не был в небоскрёбе после того, как там обосновались бывшие топы и устроили лагерь воскрешённых. Хтонь! Там же, наверняка, остались капсулы с людьми в анабиозе! Да нее-е, Лежалый говорил, что когда Башня пропала в мире Мати, все люди оказались в воздухе и начали падать вниз с большой высоты. И что? Все эти люди очутились вдруг вне своих капсул. Это же верная смерть. Я в ужасе пошатнулся.

Безымянный подошёл, положил мне руку на плечо и заглянул в глаза:

— Что случилось, Иван Михайлович?

— Земеля! Проверь, есть ли выжившие, — отчаянно проговорил я и в дополнение к словам отправил ему картинку медицинской капсулы.

Отклик я получил почти мгновенно. Тысячи, десятки тысяч капсул на нижних этажах с трупами внутри. Я осел на пол палатки, по моим щекам потекли слёзы. Это я их убил. Почему я не предусмотрел? Не сказал этим идиотам, чтобы они не хранили капсулы в небоскрёбе? Я же знал, подозревал, что Башня опять отправится за мной следом. Да я мог всех выгнать и запечатать её!

Безымянный сел на землю рядом со мной и дружески обнял за плечи. На коленях появился Рыжик. Он поставил лапки на грудь, запуская внутрь тепло поддержки. Боль не отпустило, но стало легче дышать.

Вдруг Драко прислал образ, что есть слабый сигнал. Десяток живых. Но они же погребены под тоннами земли? Как их достать?! Как спасти?

Стихии стали забрасывать меня обнадёживающими образами. Неужели у них получится? Я благодарно погладил Рыжика.

Глава 24

Гаврила и Остап Петрович повели меня на берег, где усадили на песок и принялись беззаботно обсуждать приготовление ужина. Они уже поняли, что расспрашивать меня бесполезно, поэтому постарались отвлечь от грустных мыслей. Стихии транслировали мне спасательную операцию.

Чтобы сохранить жизнь заживо погребённым людям, первым делом, они проникли внутрь анабиозных капсул. Я предупредил Рыжика, что нельзя запускать регенерацию, тела наверняка истощены. Предложил поддержать в них состояние анабиоза и обеспечить доступ кислорода.

В результате стихии завернули тела в коконы, уничтожили сами капсулы и стали выкапываться. Я улыбнулся, где их спрятать?

— Что нужно? — рядом образовался Гаврила.

— Укромное место на острове и несколько туш каких-нибудь крупных животных, — попросил я.

— Под землёй? — предложил Безымянный.

— Как срочно? — разумно поинтересовался Гаврила.

— К утру, — я посмотрел, что выкапываются коконы довольно быстро, и почва мягкая.

— Корабль, — задумался Безымянный, — который продукты возит. Отличная маскировка.

— Тогда пусть встанет на якорь около полуострова, где маяк, и будет готов принять груз, — я размышлял, как лучше поступить.

— Какого рода груз? — деловито поинтересовался директор, роясь в телефоне.

— Коконы из магии земли с еле живыми людьми, — мой голос дрогнул.

— Медицинская помощь нужна? — всё так же невозмутимо спросил Безымянный.

— Я сам ими займусь, когда сюда привезёте, — я мотнул головой. — Мне понадобятся туши животных и чтобы никто ничего не видел, а кто видел — помалкивал.

Воспользоваться помощью местных целителей казалось разумным решением, но только на первый взгляд. Было не понятно, из какого времени люди попали под анабиоз. Разброс в десять тысяч лет как ни как. Там могли оказаться неодарённые, которые ещё жили во времена процветания космической цивилизации. Могли оказаться озлобленные борьбой за выживание аборигены. Или впитавшие блага маготехнологического века изнеженные маги и немаги. Да и местного языка они не знают. Это же шок! Умер и воскрес в другом мире.

Остап Петрович ушёл. Васнецов занялся ужином, а я отпросился поплавать. Нагрузки я сегодня получил мало. Капля показала мне одну из подлодок, которая подплыла близко. Не знаю на счет маскировки, я её прекрасно видел. Правда, сделал вид, что в упор не замечаю.

Поверхностный транс показал, что внутри было двое. Я бы сказал, что это минифлаер, только подводный. Что интересно, оба не маги, да и сама подлодка больше технологическая, чем магическая. Из магии — отвод глаз и мимикрия. А, ну ещё подавление шума. Драко вместе с Каплей организовали мне подслушку.

— Сколько он уже не всплывает?

— Десять минут.

— Разве можно столько не дышать?

— Может артефакт?

Хтонь! Я резко рванул вверх. Не хватало на такой мелочи спалиться.

— Где артефакт? В трусах? — голос прозвучал язвительно.

— Всё равно 10 минут круто для простолюдина.

— Так может это аристо, — не согласился язвительный скептик.

— У аристократов даже на трусах герб, — хмыкнул оппонент.

— Седьмой, ответьте пятому, приём.

— Седьмой слушает, приём.

— Что это у вас там за рыбка, приём?

— Пятый, передаю крупный план, приём.

— Это ж загадочный Васнецов! Подсадите ему жучка, приём.

— Принято, приём.

Капля показала, как от подлодки в мою сторону поплыл типа круглый камешек. Хтонь! Не знал, что тут такие крутые технологии!

Камешек нырнул в карман. Я довольно хмыкнул и поплыл к берегу. Бредя по колено в воде, я сунул руки в карманы и, конечно же, натолкнулся на неприметный камень. Я вошёл в транс и подключил все стихии, пусть учатся. Пришлось скользнуть глубже, чтобы рассмотреть строение. Охренеть, они что его под микроскопом собирали?

Я размахнулся и запустил камешек по воде. Ну а чтобы еще сделал на моём месте мальчишка. Выдал задание малышам поискать похожие технологии, и начать с острова и дворца. Я показал, как их можно «случайно» ломать, чтобы было похоже на дефект или износ.

Мы с друзьями договорились, что Драко не будет пропускать дроны на остров, а то с них станется, разбросают новые взрывчатки или жучки. Капля же выставит подводное заграждение, подплывшие слишком близко подлодки увязнут на одном месте, хех.

На берегу меня ждали гости. Скромный парень, похожий на Тимура, Сидор, кажется, был одет, как все — болотного цвета штаны и футболка. Он успел обзавестись двумя значками и клешнёй рака.

Девочка, напротив, выделялась яркими красками. Цветастые плавательные шорты и ядовито жёлтая футболка. На вид ей не дать больше 12-ти. У неё была короткая стрижка под мальчика, поэтому с возрастом мог и ошибиться. На груди у неё было сразу две клешни.

— Катя, — она протянула мне руку.

— Ваня, — я пожал, а Сидора от такого панибратства аж перекосило. — Зачем тебе две клешни? — всё-таки не сдержал я любопытства.

— Ааа, один завтра продам на аукционе, — девчонка задорно подмигнула. — Как думаешь, за сколько уйдёт?

— А там будет заявлено, что он именной? — поинтересовался Сидор Тимурович. — Я Сидор Раков, — он поколебался, но тоже протянул руку. И с ним поручкались.

— Неа, это будет сюрприз, — рассмеялась Катюша.

— А ты жестокая, — я широко улыбнулся.

— Я практичная! Зато ты, — она ткнула в Сидора пальцем, — сможешь посмотреть, кто это так рвётся заполучить место в полку царевича. Ты же его себе в СБ хочешь взять?

— Что? — опешил парень.

— Дети, к столу! — крикнул Остап Петрович. Он уже вернулся, притащил ещё какие-то закуски, соки и сладости.

— К костру, — поправил вполголоса Сидор.

— Душный СБшник — это нечто… — она не нашлась с характеристикой.

— Практичное, — подсказал я.

— Допустим. А я тебе зачем? — она расселась на песке и выудила картофелину из углей.

— Денег хочу, — я тяжело вздохнул.

— Карманных? — ехидно спросила Катя.

— Ну, чтобы на содержание полка хватало и зарплату своим людям, — я задумался. — Поможешь? СБшник есть, два директора тоже, даже командир полка сегодня завёлся, а финансиста нет. Ты в деле?

— Без проблем, — легко согласилась Катя. — Сейчас заведём тебе страничку в сети и будем тебя продавать.

— Это как? — возмутился начальник несуществующего СБ.

— Ну вот смотри, Ваня сейчас, самый ходовой товар. Ты плюшевых раков видел? Ну, Павел Андреевич с масеньким таким носится, разговаривает, чем не тренд? Пара фоток Ванюши с раком и всё, запускаем производство игрушек. Ещё можно автографы продавать.

— Да он же замучается расписываться! — встал на защиту моей занятости Сидор Тимурович.

— Зачем? Я сама распишусь, — изумилась Катя недогадливости моего безопасника, я даже засомневался в его кандидатуре. Кто там еще остался у Тимура?

— Ты забываешь, что Иван Михайлович хочет сохранить инкогнито! — назидательно проговорил Сидор.

— Ой, я тебя умоляю… — девочка потянулась за соком. — Царевич стоит с игрушкой и смотрит на закат — вид сзади. Кстати, солнце садится, давай, Ваня, быстро пофоткаемся, потом доешь. Остап Петрович, проследите, чтобы он всё не съел, — она строго посмотрела на начинающего СБшника. Тот аж запыхтел от возмущения.

Гаврила и Безымянный только посмеивались. Катя меня раздела до плавок, я их немного видоизменил, а то меня ж все в них на острове видели. Поставила на кромку воды спиной к себе и взлохматила волосы, типа, чтобы было не разобрать причёску.

— Рак где? — требовательно спросила Катерина. В моей руке появился рак. — Так, так, возьми его за клешню, типа вы за руки держитесь, пусть он свисает. Ага-ага… Отлично. Теперь пошли к тому камню.

В результате она сделал еще с десяток кадров.

— Щас, ещё видосик запишем, — она опять повернула меня спиной, рака засунула подмышку к себе лицом. — Остап Петрович, можно вас в кадр?

Она поставила его лицом ко мне, на нём была одежда, которую выдавали на острове, и шепнула, что-то ему на ухо.

— Поехали! — скомандовала пигалица.

— Иван Михайлович, зачем вам потешный полк? — Остап Петрович смотрел на меня взглядом подчинённого работника.

— Хочу солдатиков, — я пожал плечами и тяжко вздохнул. — У батеньки есть, у Сашки есть, у Кольки есть, а у меня нет.

— У Фёдора тоже нет, — возразил Безымянный.

— Фёдор себе нарисует, — отмахнулся я.

— Снято! Шедеврально! Это мэм, это точно новый мэм.

Она достала мобильник.

— Деда! Срочно! Что хочешь, но чтобы завтра на аукционе продавалась картина, нарисованная Фёдором Михайловичем. И на ней обязательно должны быть солдатики! — она что-то выслушала. — Творческие люди не спят! Давай-давай! Твои пять процентов! Ладно, десять, не больше, мне ещё с царевичем делиться!

Она убрала мобильник.

— Не расходимся, ещё видосик. Я же не буду вас дёргать каждый вечер. Идёмте к костру.

Она посадила нас напротив друг друга, и опять устроилась позади меня.

— Стоп! Ваня, снимай плавки!

— Охренела?

— Не жмись, я их завтра на аукционе продам. Плавки с видосика, доказательство, что ты их носил. Я их даже стирать не буду, вот так с песочком и продам.

Я сходил в кусты и переоделся. Создал на себе немного другие, а эти отдал. Катерина аккуратно сложила плавки в пакетик и убрала к себе в рюкзак. Она уже успела подготовить новый каверзный вопрос.

— Иван Михайлович, зачем вам ублюдочная школа? — снова серьёзный тон директора.

— Как зачем? — я искренне возмутился. — А магические солдатики?

— Снято!

Она снова кинулась звонить.

— Да еду я, еду! — донеслось из трубки.

— Деда, нужны зачарованные солдатики. Да пофиг. Главное, чтобы солдатики и чтобы они были намагничены. Не, не к аукциону. Послезавтра. Нет! Сам охренел. Ванюше нужны деньги на карманные расходы. Не забудь, у него доля с фоток и видео, которые ты завтра загонишь! 95 процентов наши. Я всё сказала.

Мы дружно заржали, даже Сидор зашёлся заливистым хохотом. Катя прервала разговор и задумчиво посмотрела на Безымянного.

— Остап Петрович, у вас же есть шпионское оборудование? — она слегка наклонила голову на бок.

— А что тебе надо? — усмехнулся мой личный убийца.

— Миниатюрная видеокамера, летающая, дадим её лучшему другу, — она ткнула в Гаврилу, — пусть снимает. Ваня же ходячий мэм. Через месяц после раскрытия инкогнито можно скинуть фотки, где царевич косит траву. Это ж, это ж… — она облизнула губы. — Свой парень! Царевич из народа! Не чурается грязной работы! Я там видела, ты травки на дереве развесил? Целебные травы от Иван-царевича. В потомке великого целителя проявились гены!

— Какие травы? — заинтересовался алхимик.

— Да самые простые, местные, — я отмахнулся. — Иргу заваривал Карпову, когда тот перетрудился. Крапиву в стог сложил, не знаю для чего, но пригодится. Там тысячелистник двухметровый! Что рядом с ним вырастет? В овраге собрал дягиль и немного череды. Ну и так по мелочам: чертополох, бодяк, клевера немножко.

— Не против, если я заберу? — попросил Безымянный. — Детям нужно для развития. Ты же видел? Сплошные доходяги, никто ими никогда не занимался, — сердобольно вздохнул директор школы.

— Конечно, забирайте хоть сейчас или погодите, пока подсохнут, — согласился я.

— Разберусь, — усмехнулся директор.

— Ладно, с травками в пролёте, — Катя долила себе и мне сок. — Так-так-так… Что ещё? Хакер нужен… Остап Петрович? Как на счёт хакера?

— Мини-камеру лучшему другу передам, — согласился Безымянный. — А на счёт хакера спроси у Глеба с Крисом, знаешь таких?

— С ними Зинка ходит? Тогда знаю, — она уже разворачивала ещё одну картошку.

— А хакер зачем? — не сдержался юный безопасник.

— Ну смотри, Сидор, сначала мы раскрутим мэм про солдатиков, а потом запустим шутку: «Куда делись Дымовы? Так царевич уже поиграл в солдатиков. Неудачно…»

Гаврила и Безымянный заржали. Я мрачно улыбнулся, мда…

— Ты смотри, Сидор, если я и дальше за тебя твою работу буду делать, то ты мне лично доплачивать будешь, — она погрозила ему пальцем.

— А что Дымовы куда-то делись? — невзначай спросил Гаврила.

— Ещё один слепой на мою голову, — всплеснула руками Катерина. — Раньше они где только не появлялись. В каждой бочке затычка, а тут тишина. Сколько дней ни одного Дымова не видно на базаре? Склады стоят закрытые, торговые операции прекратились. Народ версии строит одна другой краше, а тут мы с солдатиками, и всё, — она победно улыбнулась.

— Что всё? — не понял Сидор.

— Не, Ваня, это не вариант. Давай я тебе другого подыщу? Посообразительней? — на полном серьёзе предложила девочка. — Градус накала тут же сойдёт на нет! Все забудут про Дымовых, были, да сплыли, — она пренебрежительно фыркнула.

— Нет, Катя, — я показательно вздохнул. — СБ должно быть из рода. У нас скоро бал семейный, посмотрю там кого-нибудь.

— Нее, я нее, — растерялся Сидор, — я того… Я буду стараться.

— Сидор! Ты не стараться должен, — как маленькому принялась объяснять Катя, — а делать. Реально встать и делать. Вот смотри! — она ткнула в сторону темнеющей воды. — Мы тут лишние. Пошли в лагерь. Начальник СБ просто-таки обязан познакомиться с командиром полка.

Я перевёл взгляд на воду. К нам бесшумно по воде скользили тёмные тени. Я насчитал шесть фигур в масках. Они были на досках по типу сёрферных.

Передо мной встали Остап и Гаврила, а из ближайших кустов стали выбираться фигуры в камуфляжной одежде. Почти все маги. Кто-то накинул на меня мощный щит. В довершение картины из кустов выкатился зачётный такой пулемёт и нацелился в сторону воды.

— Стойте! — по берегу бежал Дениска. — Свои! Свои!

Ничего не изменилось. Тогда прибывшие стали снимать маски. Пулемёт закатился обратно, а бойцы скрылись в кустах. Остап Петрович и Гаврила низко поклонились.

— Добрый вечер Ваше Императорское Величество, — на правах директора потешного полка поздоровался Безымянный, — добро пожаловать на потешный остров.

— Вот, скажи мне Ваня, почему я должен лично за тобой приезжать? — строго спросил Михаил III, проигнорировав моего директора.

По бокам от него стояли старшие сыновья: Пётр и Александр. Зачем они здесь? Позади маячил начальник гвардии и оба молодых секретаря.

— Может потому что ты мой отец и это твой долг? — предположил я.

Я встал напротив и скрестил на груди руки. Император нахмурился и подтолкнул в мою сторону плавательную доску.

— Мы едем домой, — заявил батя, подойдя ближе и нависнув надо мной.

— Мы НЕ едем домой, — заявил я. — Или ты действительно считаешь, что в доме, где слуги тебя травят, братья пытаются убить, и повсюду разбросана взрывчатка, я в безопасности? Впрочем, как и ты, — я хмыкнул.

— На острове была найдена взрывчатка МОИМИ людьми, — подчеркнул отец. — Водохранилище наполнено враждебными родами, а на весь транспорт навешана взрывчатка. И это ты называешь лучшим местом?

— Сейчас это самое безопасное место, — так же хмуро ответил я. — Сюда не возможно добраться ни на чём кроме парома, на остров больше не летают дроны, а под водой в радиусе 50 метров расположена ловушка. О! Один попался, — я злорадно улыбнулся.

— Кто попался? — вмешался начальник гвардии.

— Одна из подлодок подошла слишком близко и увязла в заградительном барьере, сделанным моими друзьями, — усмехнулся я. — Они не смогут выбраться.

— Хочешь сказать, что твои друзья нас пропустили? — догадался Александр.

— Они узнали батеньку, он друг. Не уверен, что без него бы вы прошли, — подтвердил я его опасения.

— Иван Михайлович, а где эта подводка? — спросил Матвей Асимович.

— Может подождём, когда к ней на выручку придут? — предложил Александр. — Одна подлодка хорошо, а три лучше? Только они, наверняка, близко подходить не будут, — засомневался начальник СБ. — Можно радиус увеличить?

Капля передала картинку, что на помощь идут сразу четыре подлодки. Я зло ощерился.

— Сделано, — бросил я Александру.

Я поднял глаза на отца. Снизу вверх, ну ничего, я вырасту.

— Оставайся, папенька, на моём острове. Здесь безопасно. У меня есть отличный стог крапивы, выспишься, отдохнёшь.

Глава 25

Император передумал тащить меня за шкирку во дворец. Старшие братья разочарованно вздохнули, и я понял, зачем он их взял с собой. По прошлой нашей стычке батя пришёл к выводу, что в одиночку меня ему не одолеть. Рассчитывал, что втроём они справятся. Я скептически осмотрел родственничков. Сильные огневики, но как давно они реально сражались?

Я встал напротив обоих и ухмыльнулся. Не глядя, протянул руку в сторону, и Остап Петрович не подвёл, вложил мне в руку меч. Настоящий.

Я крутанул клинок, модифицируя металл под себя, и подстраивая рукоять под ладонь.

— Я к вашим услугам, господа, — я замер в атакующей стойке и приглашающе повёл рукой перед собой. Я не собирался заканчивать бой быстро, было бы неплохо размяться и получить дополнительную нагрузку.

Пётр хмыкнул, а Александр скривился и ушёл к гвардейцам. Матвей Асимович решал, стоит уже вылавливать подлодки или подождать, пока они ещё пришлют подмогу. Батя вальяжно расположился на песочке, предвкушая зрелище. Захар и Прохор заняли место за его спиной. Парни избегали зрительного контакта. Интересно, почему они чувствуют себя передо мной виноватыми? Вроде не было за ними греха? Или я что-то не знаю?

— Не найдётся клинка и для меня? — попросил Пётр.

Остап Петрович с поклоном предложил ему меч. Пётр Михайлович выглядел неплохо, если учесть, что ему уже почти 90. Я бы дал ему тридцать с небольшим. Двигался он плавно, разве что ощущалась небольшая скованность, то ли от ядов, которым напичкали его Дымовы, то ли возраст всё-таки давал своё. Вроде папочка отказался выводить из сыновей токсины.

— Как думаешь, песок посыпется, если я проткну тебя мечом? — я подмигнул брательнику. Я насытил тело стихиями, не собираюсь проигрывать этому гаду. Может он и не пытался прибить Ванюшу лично, но с его попустительства на младшем сыне императора так яростно экономили. Списал меня поди, как неликвид?

Мы сделали круг по песку, никто не решался атаковать первым.

— Вам какую музыку включить? — начал подначивать батя. — Может вальс? — он порылся в телефоне и действительно включил вальс, даже стал дирижировать.

— Петруша боится, — я деланно зевнул, — что от резкого движения ему заломит спину.

— Устал поди, Ванюша, за день, — ухмыльнулся брат, — детишкам спать давно пора.

Я вытер воображаемый пот со лба и опустил руку с мечом, изображая, какой он тяжёлый. И брательник поддался на уловку!

Резкий выпад в мою сторону, я выхожу на встречу, уводя руку противника за спину, и со всей дури бью лбом в нос. Ну а чем ещё? Вымахал верзила в батюшку.

Я отскочил назад, удовлетворённо наблюдая, как кровь брызнула на песок. Пётр размашисто утёрся рукавом, переводя движение в атаку. Очевидный манёвр я разгадал сразу, как только он поднёс руку с мечом к носу. Я ускорился и двинул снизу свободной рукой по чужой рукояти. Удар пришёлся в лоб. Неплохое рассечение, кровь полилась на глаза, мешая противнику следить за моими движениями. Чем я тут же и воспользовался, зарядив от души ногой в челюсть. Нокаут!

Батя размашисто захлопал в ладоши, подошёл и поднял выроненный Петром клинок. Я ощутил, как Михаил III напитывает тело огнём и пускает в клинок воздух. Хтонь… Он только что лишил меня преимущества насыщенного стихиями тела.

Император резко перешёл в атаку, не останавливая серию ударов, а переходя к следующей. Он ещё и ускорялся, тьма его забери. Моё тело не готово, ни физически, ни магически. Я увяз в глухой обороне, а потом начал пропускать удары. Папаня врезал мне от души сначала в нос, разбив заодно и губы, потом позорно отдубасил по заднице, и, кажется, сломал пару рёбер, ударив в грудь. Кроме того он издевательски порезал меня сначала в одно бедро, а потом и в другое, тем самым сделав из меня лёгкую грушу для битья. А бил он от души, вообще не жалея своего драгоценного наследничка. Я нагло ухмыльнулся и тотчас получил по лицу.

Когда я в очередной раз еле-еле поднялся, между мной и батей встал безоружный Гаврила, готовый умереть. Император хмыкнул, развернулся и зло спросил, кормят дорогих гостей или ему самому себе рыбу пойти наловить. Остап Петрович засуетился, организуя поздний ужин, а Гаврила поднял меня на руки и понёс в лагерь.

Что было дальше, я помню смутно, поскольку терял сознание несколько раз. Я попросил стихии не залечивать мои раны, пусть батя любуется на результат трудов своих. Старался поди, душу вкладывал в избиение.

Гаврила меня чем-то отпаивал и обтирал тело травами, оборачивал какими-то тряпицами, и на расспросы парней не отвечал. На рассвете меня разбудил Драко. Я резко сел и застонал от боли во всём теле.

— Что случилось? — рядом тут же появился Гаврила.

— Драко спрашивает, куда бомбу перелепить, которую на наш паром только что прицепили снизу, — спросонья я ответил, как есть.

— Пусть на их корабль повесит, который с таким же рисунком волн, как на подлодках, — предложил мой юный слуга.

Драко сообщил, что всё понял, и я снова вырубился. Поздним утром меня разбудил Рыжик. Он посчитал необходимым сообщить, что на пароме едет ну просто ооочень много народу. Я поблагодарил и встал. Земеля создал чашку, а Капля наполнила её структурированной водой, я выпил три полных чарки.

За мной всё это время неотрывно наблюдал Гаврила, но мне было плевать на конспирацию. Всё болело.

— Куда собрался? — недовольно спросил лучший друг.

— Там это… Паром прибывает… и, там это… в общем надо пойти на причал, — я с трудом собрал мысли в слова. — И это… люди в коконах… они же уже… Спасти надо. Наа-доо…

Я упал обратно на травяную подложку, на которой лежал.

— Ты же не дойдёшь? — констатировал очевидный факт мой Гаврила.

— Надо.

Я поднялся и как есть пошёл на выход. Около выхода меня поймал Максим, да я практически вывалился ему на руки.

— Надо на причал, очень надо, — я снова встал и сделал ещё один шаг, потом ещё.

Зинка протянула Максиму одну из сложенных палаток.

— Можно натянуть и положить его на неё, — предложила девушка. — Вместе добежим.

Они так и сделали, положили меня на растянутую плотную ткань и ухватили с четырёх сторон. Ну Гаврила, Максим и Сидор я понимаю. Но куда Карпов со своей дыхалкой полез?

Успели! Они посадили меня под дерево на холме, откуда открывался прекрасный вид на паром. Хтонь! Рыжик был прав! У меня зубы заскрипели от злости. Я попросил стихии помочь.

На берег высаживалась просто тьма как много каких-то левых детей! Рыжик и Драко показали мне отрывки разговоров, напутствий. И я с удовольствием отметил очередной прогресс в развитии стихий. Они проанализировали ситуацию! Я искренне похвалил их, и отправил всё тепло, на какое только был способен.

Во-первых, тут были дети, которых практически заставляли родители. Потому что видели в школе перспективу, ещё бы императорская же. Не важно какая и чему учит, главное, что на ней будет наклейка императора.

Во-вторых, опять вернулись родовые. Те рода, детей которых не пустили, прислали новых подростков. Они точно не будут поступать, а прибыли интриговать.

Ну и третья группа — конкретно диверсанты. У них в рюкзаках отрава, чтобы испортить еду, жучки, чтобы подслушивать разговоры, да даже миниатюрная взрывчатка, замаскированная под невинные предметы.

А ещё блогеры! Тьма их забери! Куча тех, кто решил сделать своё имя на освещении мероприятия.

На моих коленях появился бельчонок, и я благодарно погладил его, посылая образы того, что нужно сделать. Я заметил, как невдалеке от моей избитой тушки обосновался переодетый император, который теперь отыгрывал роль гвардейца.

— Прошу вас, друзья, прикройте меня от случайных взглядов, чтобы никто не понял, что говорю я, — я посмотрел на окруживших меня парней.

Я дождался, пока вся эта неуёмная толпа высыпет на поляну и остановится, как стадо баранов, не понимая, куда идти. А их никто не встречал.

Внезапно на остров стал наползать неестественный туман. Погожим июльским утром, замечу. Холодный туман отдавал чем-то потусторонним, а при со прикосновении с телом он вызывал неприятное покалывание. Я добавил жути передав ощущение нарастающего шёпота, который расползался вместе с белыми клубами дыма.

— Внимание! Я буду говорить! — мой голос звучал везде и сразу. Драко передавал его таким образом, что создавалось впечатление, что говорит само пространство.

Голос звучал приглушённо, не тихо, не громко, он въедался под кожу и вызывал содрогание.

— Я чую ваши помыслы. Я читаю ваши души. Я вижу вас насквозь, — я говорил медленно и неторопливо, чётко доводя каждое слово до нутра любого, находящегося на острове. — Зачем вы здесь? — я резко усилил звук. — Если вы приехали, чтобы вступить в полк, добро пожаловать на остров, — туман ласково обволакивал при этих словах. — Но если ваши намерения иные, прочь! — рявкнул я, и туман обжёг холодом.

Я выдержал паузу, поскольку, естественно никто не поверил в серьёзность постановки вопроса. Ну не выгоню же я их в самом деле?

— Он не хотел идти, его заставила маменька, — сказал я нормальным, но изменённым голосом, добавив снисходительности. — Вон!

Несколько парней подхватило за ноги, за руки вверх и потащило по воздуху обратно на паром.

— Ты же тоже не хотела идти! — Драко подхватил ещё одну девчонку и швырнул на паром.

Она с визгом плюхнулась на палубу. При приземлении Драко поймал её, чтобы не ранить, а только напугать.

— Их послал глава рода интриговать! — зло отчеканил я, и не только стоящие на причале аристократы, но и многие из тех, кто обосновался на острове взлетели в воздух и приземлились на пароме.

Несколько аристо я, правда, оставил, которые вроде какую-то пользу принесли. Благоустраивали территорию, помогали простым детям. Сами стихии признали их достойными, чтобы остаться.

— Вы прибыли потусить и прекрасно провести время? Или решили на мне подзаработать? — гневно спросил я и почти половина собравшихся на причале детей резко взлетела в воздух.

Драко приземлял мягко, но не заботился о том, чтобы дети падали на свободное место, поэтому на пароме образовалась куча-мала.

— Но кое-кто решил, что он может вредить мне и моим гостям, — рявкнул я. — Это гнилое семя принесло на остров яд, взрывчатку и подслушивающие устройства.

В воздух взмыл десяток фигур. У девочки из рюкзака вылетел пузырёк, пробка отлетела в сторону, а содержимое залилось ей в рот. Потом Драко швырнул скрюченное тело на паром.

Парень со взрывчаткой взорвался над кучей-малой, забрызгав пассажиров. Его примеру последовало ещё трое детишек.

Обладателей прослушивающих устройств перенесло, уничтожив все их вещи, оставив лишь нижнее бельё.

— Мой остров — мои правила! Я всё сказал, — я обессиленно откинулся на спину. Это заняло хтонь как много сил. Даже не смотря на то, что всю работу делали стихии.

Паром отчалил и удалился на приличное расстояние, когда раздался мощный взрыв.

Я вскочил на ноги и нашёл глазами взорвавшееся судно.

— Корабль рода Подводных, — многозначительно сообщил Гаврила.

Недалеко от царского острова полыхал большой парусный корабль. Кажется, что кроме бомбы, там еще поработали Рыжик с Драко. Иначе как объяснить то, что паруса подхватил огонь. Сама взрывчатка располагалась на днище, парусник быстро тонул.

— Кто?! Кто посмел угрожать гостям моего острова?! — мой усиленный голос разнёсся далеко над водой. От горящего судна в сторону потешного острова над водами водохранилища подцепленый за ногу быстро приближался какой-то человек.

Палиться я не стал, хотя и был в бешенстве. Драко уронил этого придурка к ногам Безымянного. Он показал картинку, как именно он отдал приказ взорвать паром. «Поджарим детишек», — сказал он. Мол, их не просто выгнал царевич, он ещё и взорвал их. Там же были и аристократы. Это была знатная подстава.

— Этот человек решил взорвать паром, который только что отчалил от острова, — объявил я, усилив голос. — Он не ожидал, что вместо этого взорвётся его собственный корабль.

Мужчина встал на ноги и заозирался. Судя по одежде кто-то важный. Вокруг были только дети.

— Виновен! — в воздухе возникла гигантская голубоватая рука с большим пальцем, повёрнутым вниз. — Он хотел убить невинных детей, чтобы подставить меня. Разменять детские жизни на парочку гнилых новостей. Смерть!

Он был водным магом, и убивать его вызвалась Капля. Из всех пор ублюдка потекла вода, казалось что-то разъедает его изнутри. Он орал, а Драко разнёс вопли далеко над водой. Тело его обмякло, как будто лишившись костей, и тряпкой осело на землю. А упав, с чавкающим звуком всосалось в почву. Меня аж передёрнуло от шутки Земели. Они что пересмотрели фильмов ужасов?

В воздухе повисла оглушительная тишина. Туман впитывался, казалось, самим островом. Где-то заклекотала недовольная сойка. Из ближайших зарослей донёсся стрекот кузнечиков. Жизнь возвращалась в привычное русло.

Друзья молчали, не зная как себя со мной вести. Только что они стали свидетелями проявлению магии чудовищной силы, и её источник по их мнению валялся у них под ногами. У меня даже сил, чтобы сесть не было. Я тяжело дышал. Гаврила влил в меня какой-то горький отвар, сразу стало клонить в сон. Нельзя спать, я упрямо поднялся на ноги.

— Может скажешь, кто тебя так отделал? — весело спросил Карпов. — Хоть будем знать, кому не стоит переходить дорогу.

— Батенька решил заняться моим воспитанием и наверстать годы пренебрежения, — усмехнулся я.

Внезапный удар воздушного кулака принял на себя Гаврила. Заслонить-то он меня заслонил, но инерции никто не отменял, и вниз по склону мы покатились вместе под ноги оставшейся немаленькой толпы желающих вступить в потешный полк.

— Кто тебя так?

— Что с ним?

— Его как будто кто-то через мясорубку провернул.

— Царевич играть со своими солдатиками изволит, — сообщил я всем желающим вступить в полк о причинах своего печального вида. Спуск с холма не прибавил мне здоровья. — Так что вы не расходитесь, паром скоро вернётся, и вы сможете сбежать с острова, и чем скорее, тем лучше, — с ужасом в голосе и постоянно озираясь, прошептал я. — Бегите глупцы! Бегите!

Дети шустро стали расходиться и теряться в ближайших зарослях, опасливо оглядываясь в сторону парома, как будто боялись, что их сейчас тоже выгонят. Я хмыкнул.

Передо мной появился Остап Петрович и шустро влил в меня какой-то пузырёк. Боль стала отступать, а в ранах появилось жжение. Мощная регенерация, даже стало интересно из чего он варил зелье.

— Подъём, бойцы! — скомандовал директор. — Следуйте за мной.

Я поднялся, поддерживаемый Гаврилой. Тот отделался незначительными ссадинами и царапинами. С другой стороны меня подхватил Горбунов.

— Это же Горбунов, — донеслись восхищённые шепотки. — Смотри, как он заботится о своих бойцах.

— Кто его так?

— Кто это?

Ну да, ну да… распухшая физиономия, порванная одежда, перевязанное тело. Красавец!

За нами, изображая сопровождение, пристроились трое молодых псевдогвардейцев: батюшка, Захар и Макар.

Мы зашли на причаливший корабль, который тут же отошёл от берега и встал на якорь. На спуске в трюм я остановился.

— Дальше вам ходу нет, — заявил я. — Секреты рода.

Я неловко пошатнулся и кулём повалился внутрь. Хтонь. Я запустил регенерацию, а ведь я ещё не завтракал. Подняться мне помог батя. Ну да, на него секреты рода вроде как и не распространяются, тьма его забери.

Я насчитал девять коконов, а нет, десять, один совсем маленький. К горлу подступил комок.

— Кто это? — спросил император.

— Это представители давно вымершей цивилизации. Мои невидимые друзья нашли под землёй башню. Её кончик виднеется на ближайшем полуострове, — я неопределённо махнул в сторону.

— На том, который ты оформил на себя? — отец подозрительно прищурился.

— Башню засыпало землёй от времени. Внутри мои друзья обнаружили герметичный капсулы, в которых были законсервированы люди. Они почти все погибли, в живых остались вот только эти, и то, если им не помочь, они умрут. Поэтому не мешай мне, — раздражённо добавил я. — Подтащи лучше сюда поближе вон те коровьи туши.

Глава 26

Я скользнул в транс и быстро просканировал коконы с людьми, аккуратно сложенные в ряд на полу трюма. Просторное помещение было хорошо освещено. В углу стояли просто сколоченные деревянные ящики с какими-то вещами, отдельно по центру лежали десять коровьих туш. Остап Петрович, видимо, брал из расчета по туше на человека. Батюшка по моей просьбе подтаскивал мясо поближе к анабиозным телам. Не похоже, чтобы перемещение тяжёлого груза вызывало у него хоть какое-то осложнение.

Самая критичная ситуация была у самого маленького кокона, в котором оказался вовсе не ребёнок, а сморщенная старушка. Непонятно каким местом в ней ещё теплилась жизнь. Когда-то она была сильным магом, сейчас же от её двустихийного источника почти ничего не осталось. Тем более странно, потому что маги анабиоз переносили плохо. Удивительная тяга к жизни!

— Так, малыши, сейчас будем учиться, — я привычным жестом создал себе пуфик и потерял сознание.

Хтонь! Да когда уже я прокачаю это дохлое тело!

Вокруг меня суетился батенька, он пихал в меня какую-то настойку. Когда я её выпил, то сразу узнал руку опытного Остап Петровича. Неужели для меня выпросил? Я всмотрелся в сосредоточенное лицо императора. Он сканировал меня, подлечивая гематомы, раны и разглаживая словно горячим утюгом мышцы. Сразу так хорошо стало, тело перестало болеть, исчезла усталость, появилось желание творить. Закончив, он крепко прижал мою тушку к себе.

— Батя, ты уж определись, чем ты меня прибить хочешь, кулаком или заботой, — с трудом выдавил я, тщетно барахтаясь в его хватке.

— Я ещё не решил, — буркнул он. — Может тебе помочь с лечением?

Я почесал затылок. Он же и так всё увидит… Включу его в общий транс. Вроде Раковы всегда славились своими целителями…

Я развалился на пуфике:

— Располагайся рядом, и вы ребята подтягивайтесь.

Батя метнулся в угол, притащил себе клетчатое одеяло и уселся в позе лотоса.

— Выбирайте себе пациента, кроме тебя, па. Ты пока только смотришь, — осадил я его. — Я беру вот эту старушку.

Земеля подтащил поближе некогда крупного мужчину, о чём заявлял просто таки громадный скелет, обтянутый кожей. Мясо на рослом теле уже не осталось. Драко приглянулся подросток. Рыжик заинтересовался старичком. А сердобольная Капля выбрала юною девушку.

Я скользнул в глубокий транс и подключил к себе отца и все стихии.

— Рассказываю и показываю, а вы повторяйте за мной, — я убрал кокон и положил руку на грудь старушки. — Наполняем тело огнём. Рыжик, помоги остальным со своей стихией, — все тела наполнились огнём. — Теперь внимательно осмотрите энергетический каркас, сейчас мы полностью восстанавливать его не будем.

— Почему? — вопрос поступил от бати.

— Да потому что физическая оболочка находится в критическом состоянии, балда, — захотелось треснуть ему по затылку. — Сейчас наша задача подключить к ним источник питания, а для этого достаточно восстановить крупные энергетические сосуды и сам источник. Вот у моей пациентки источник в таком состоянии, что проще слепить новый. Смотрим и повторяем.

Я сформировал огненный шар и поместил его в внутрь источника, ну или того места, где он должен был быть. Я стал уплотнять стенки, накладывая огонь слоем за слоем, впрочем, я предупредил, что они должны оставаться эластичными.

Скажу сразу, что формирование стенок очень непростая задача. Если б это было так просто, то все простые люди уже давно бы превратились в магов. Нужно было контролировать объём, не позволяя мане растекаться. В любой другой ситуации, я бы просто создал сетку из нейтральной маны. Но Стихии не умеют ей пользоваться по определению.

Когда форма была готова, я стал нагнетать в неё ману, уплотняя до тех пор, пока оболочка не стала набухать. Я сделал крошечный прокол и плотная огненная мана стала вытекать змейкой. Мне оставалось только направлять её движение в нужную сторону. Она застывала, как лава, во время извержения вулкана, образуя вокруг канала плёнку. Когда руки-ноги получили по основному ручью, я принялся подводить энергию по позвоночнику вниз к копчику и вверх в оба полушария головного мозга. После этого настал черёд органов.

Я быстро подсмотрел, у стихий тоже всё было готово.

— Оставляем огонь внутри каркаса и подключаем к источнику внешнее питание, — я указал на коровьи туши.

Сам я вытянул силовую линию из нейтральной маны, заключил тушу в силовой кокон с одного конца, а другой подключил к источнику.

— Зачем? — спросил отец, пока я наблюдал, как стихии выкручиваются из непростой ситуации.

Они не могли оперировать нейтральной маной. Но они справились: создали кокон своей стихии и протянули его к источнику. И так тоже всё отлично работало. У них даже наверно будет непростая говядина, а насыщенная стихийной магией. Интересно, как это скажется на восстановленных телах? Отец подпихнул меня, и я не сразу понял, что он по-прежнему ждёт ответ на вопрос.

— Для регенерации нужна энергия, отец, а где её взять? Ты на тела посмотри. Сплошные высушенные полудохлые мумии.

Дальше мы стали наполнять тела стихийной землей, на этот раз всем помог Земеля.

— Смотрите внимательно. В первую очередь нужно восстановить сердце, мозг и печень. Капля, душечка моя, сделай, пожалуйста, пять сфер с водой и подключи их к источникам наших пациентов. Будем постепенно напитывать тела влагой. Отлично!

Мы планомерно переходили от органа к органу, постепенно закрывая все системы: пищеварительную, сердечно-сосудистую, дыхательную, костную.

— А нервы? — поинтересовался любознательный батя.

— Перед тем, как приступить к нервной системе, нам нужно вернуться к энергетическому каркасу и нарастить хоть какое-то мясо, — назидательно проговорил я. — Поэтому снова напитываем тела огнём и начинаем усложнять энергетическую сетку.

— Можно, наверное, повторить рисунком кровеносную? — предложил отец.

— Смысл в этом есть только, если у человека развита капиллярная сеть. А у нас всё разрушено. В принципе можно и её создать, но это время, а у нас ещё пять человек при смерти.

Для упрощения процесса я предложил взять за образец мои или папенькины каналы. У него за 190 лет должна быть достаточно развитая энергетическая сеть, да и капиллярная.

Мы закончили с энергосистемой и снова вернулись к физической оболочке. Она уже вобрала немного воды, и вместо мумий перед нами лежали отощавшие люди.

— Кости укрепили, теперь наращиваем минимальный мышечный каркас, используя для строительства наши коровьи тушки.

— Сколько наращивать? — опять спросил батя.

— Чтобы ходить смогли, хотя конечно, они же маги… — я задумался, магам требуется куда более сильное тело, чем простым людям. — Нет, не путай меня. Нарастим минимум, восстановим нервы, и тогда уже можно делать из них атлетов.

— А почему ты себе так не сделаешь? — поинтересовался отец.

— Вопрос, конечно, интересный, — я посмотрел на батеньку. — Сделать могу, но, во-первых, это вызовет кучу ненужных вопросов, а во-вторых, мне нужно функциональное тело, у которого чёткая мышечная память.

Конечно, ещё существовал рецепт ягодного пирога. Но там многое было завязано на магически изменённых животных, а тут таких нет. Аналоги, наверняка, можно найти, но стоит ли заморачиваться и строить из себя убер-пушку? Мне и так хорошо.

За размышлениями я не заметил, что Земеля слишком увлёкся.

— Земеля, стой! — я мысленно остудил его. — Не нужно делать из своего пациента перекаченного монстра!

Наконец, мы перешли к нервам, к которым так стремился батюшка. Сейчас, когда тела частично восполнили влагу стало видно, как сильно пострадала нервная система. Драко наполнил все тела стихийным воздухом и мы принялись кропотливо латать.

— Уфф-ф, — я устало обмяк в пуфике. — Будим?

— Может одеть их? — батя жадно пожирал бывшую старушку глазами. Миниатюрная девушка получилась на загляденье. Я не удержался и удалил ей волосы в интимных местах, и слегка нарастил грудь, пока папенька не видел.

— Можешь пожамкать грудь, я никому не скажу, — я нагло усмехнулся.

— Ты не представляешь, как хочется тебе вмазать, — буркнул отец.

— Что делать… Что делать… — я сокрушённо покивал головой. — Представляешь? Моим воспитанием никто не занимался.

Отец махнул на меня рукой и ушёл к ящикам. Вскоре он вернулся с несколькими комплектами одежды, которую выдавали всем на острове. Я хитро улыбнулся и отвернулся. Рыжик мне показал, что папенька-таки потрогал грудь. Кажется, новая императрица уже выбрана. А что? Она сильная магиня, двустихийная, что для этого мира редкость. А главное у неё за спиной нет гадского аристократического рода. Когда я повернулся, Михаил Михайлович мечтательно улыбался.

— Вот! — он показал на одежду рукой.

— Погоди, — пришлось пресечь его стремление одеть свою даму сердца. — Ребята предлагают заключить тела в восстановительные коконы, и уже там перевести из состояния анабиоза в оздоровительный сон.

Вокруг пяти тел появились переливчатые сферы, и сами они отъехали в угол. Стихии подтащили к нам еще пять полутрупов.

— Ванюша, давай я, — предложил отец. — Ты отдохни, если что поправишь меня. Ты устал, бледный. Мы уже несколько часов здесь.

Я осмотрел пациентов, в самом тяжелом состоянии из второй партии был немолодой мужик, передал его папеньке. Оставшимися были две женщины, старик и мужчина. Причём, мужик, которого выбрал Земеля, сохранился лучше всего. Даже слишком хорошо… Интересно, что с ним не так.

Отец справился на отлично, он скрупулёзно и тщательно переходил от этапа к этапу и закончил последним. Стихии обернули в радужные капсулы последнего спасённого.

— А как ты их будить собираешься? — император хитро прищурился.

— Разбужу и расскажу, что мы нашли их, в чём проблема? — не понял я.

— Эх, учить тебя ещё и учить, — тяжко вздохнул батя и вдруг крикнул: — Остап!

В трюм быстро скатился Остап Петрович и замер с ножом на изготовку. Потом огляделся, задержался на радужных коконах, подключенным к ним сильно похудевшим коровьим тушкам, и невозмутимо убрал нож за пояс.

— Ваше Императорское Величество, что изволите? — поклонился Безымянный.

— Зови сюда Захара, Макара, этого Гаврилу, — он поморщился от необходимости упоминания моего помолодевшего помощнике, — будем вместе думать.

Когда все собрались Михаил III повернулся ко мне и сказал:

— Ванюша обнаружил и спас людей, расскажи, Ванечка подробней.

— Мои друзья обнаружили небоскрёб, погруженный в землю, — заявил я с серьёзным видом. — Маяк вы уже видели на полуострове. На нижних этажах были десятки тысяч капсул с людьми. Из всех выжили только вот эти десять человек. Предположительно это представители вымершей цивилизации, и судя по оснащению башни — одновременно и магической и высокотехнологичной. Мы не знаем, что это за люди и на что они способны. Батюшка говорит, что взять и просто разбудить их — плохая идея.

Пока я говорил, вложил в людей из другого мира знание местного языка. А то как я собираюсь им доказывать, что они родом из этого мира, а языка не знают.

— Именно! — оживился папенька. — Я предлагаю разбудить их в одной комнате и посмотреть на их реакцию. Они же начнут обсуждать между собой как сюда попали?

Руку поднял Остап Петрович, и император разрешающе кивнул головой.

— Будет плохо, если они объединятся, Ваше Императорское Величество, — заявил глава гильдии убийц. — У нас есть отличное место, — он кивнул в мою сторону, — дикий остров с кучей безобидных детей. Давайте раскидаем их по острову, пусть думают, что они единственные. Они же друг с другом не знакомы?

— Скорее всего нет. Шанс, что из десятка тысяч человек кто-то будет знаком, очень мал, — подтвердил я.

— Это если они не были закапсулированы все одновременно, — возразил Макар.

Так-то он прав, не говорить же ему, что безумная Нейра помещала всех в анабиоз на протяжении десяти тысяч лет. Но я важно покивал, соглашаясь с доводами секретаря.

— Они же и внешне изменились? — догадался Захар. Он узнал кокон, в котором сам проходил омоложение. — Могут и не узнать друг друга. Я за предложение Остапа.

— Тогда надо навешать на них жучков и камеры, — заявил Остап Петрович. — Давайте решим, куда будем их забрасывать? Надо максимально далеко друг от друга, а может даже в разное время пробуждать, — он задумчиво постучал пальцами по ножу на поясе.

— Ладно, вы тут решайте, — я передал Остап Петровичу плюшевого рака с красным значком клешни на груди. — Я пойду, поем и отдыхать. Так! — я ткнул пальцем на батю, а потом на рака. — Каждый следит за своими двумя подопечными, на тебе, папенька, ещё моя старушка. Отвечаете за них головой, чтобы они ничего не натворили на моём, — я подчеркнул последнее слово, — острове.

Следом за мной отправился Гаврила.

— Есть что пожрать? — я с надеждой посмотрел на него.

— Так пошли в столовую зону, там накормят, — предложил он. — Заодно послушаем последние новости. Ты ведь не в курсе, кого убил?

По моим ощущениям это было настолько давно…

— Судя по одежде кого-то важного, — я безразлично пожал плечами.

— Наследника рода Подводных, — хмыкнул Гаврила. — А завтра приедет сам глава, ты же его пригласил в жюри конкурса.

— Интересно, как там подлодки… Больше взрывов не было?

— На объёмной карте в штабной палатке отображается их передвижение, — усмехнулся Гаврила. Вот молодец, Капля! Отправил ей теплое спасибо, и получил волну любви в ответ. — Они заинтересовались защитой острова. Матвей Асимович решил сделать вид, что мы не заметили, что они увязли, и дождался, пока первые пострадавшие погибли от удушья. Они до сих пор пытаются вытянуть эту подлодку к себе. Там уже семь штук увязло.

— Пожалуйста, проследи, чтобы всех членов жюри завтра доставили на нашем обшарпанном пароме, — я мечтательно оскалился.

Корабль причалил, высадил нас на берег и снова отошёл от острова. На поляне перед причалом никого не было.

— Сколько до вечернего парома? — я посмотрел на сгущающиеся сумерки. — Неужели, так никто и не собрался домой?

— Так завтра конкурс, — удивился моей недогадливости Гаврила. — Думаю, что сегодня никто не уплывёт.

— Печально. Не в курсе, сколько человек на острове? — я задумался над ужесточением набора.

— Пять точно есть, а может семь, — сказал Гаврила и достал телефон.

— Сотен?

— Тысяч, конечно же!

Тьма их всех забери!

— Вот, смотри, — Гаврила стал зачитывать с экрана, — младшая группа — 897 человек, средняя — 3478, старшая — 4862, и одарённые 549. Это ты учитывай, что набор одарённых мы ещё даже не объявляли!

— И чем они все занимаются? — я даже остановился, потому что вспомнил, что сегодня по замыслу директора никаких занятий не планировалось.

Гаврила принялся что-то листать в телефоне и продолжил зачитывать:

— Лужайки все выкошены, травы на деревьях развешены, — невозмутимо прочитал мой друг. Я даже остановился, чтобы убедиться, что он не шутит.

— Так косы не выдавали, — я вгляделся в лицо Гаврилы.

— С собой привезли? — предположил он, и снова вернулся к экрану. — Организована заводь для ловли рыбы, изготовлено плотов — 5 штук, сплетено сетей 10 штук. Так-так-так, хм, оспаривалось право командира полка — 35 раз, — рассмеялся друг.

— У меня новый командир? — я расстроился.

— Нет, тот же самый. Побитый, но не побеждённый, — он развернул мне экран, чтобы я полюбовался на Максима с фингалом на всё лицо. — Подготовлена полоса препятствий на берегу, хех, по всему периметру острова. Изготовлены шалаши и зоны отдыха, выкопано 1589 выгребных ям. Облагорожены ещё два ручья, оборудованы два пляжа с шезлонгами и зонтиками от солнца. В результате выдано 5896 значков и 3685 клешней. Под руководством директора Мухина организован спектакль, всех ждут на вечернее представление. Сходим? — весело предложил Гаврила. — Мне даже интересно, какой вариант похищения он решил показать на сцене.

Глава 27

По дороге к столовой зоне нам то и дело попадались весёлые группки детей, смешанные по возрасту. Мелкие вполне комфортно общались со старшими и наоборот взрослым было интересно с шестилетками. Пара девчат пробежали на пляж купаться. Трое парней посмотрели им вслед и решили поупражняться на берегу.

Обстановка в целом напоминала туристическую тусовку. И это вовсе не то, что я хотел. Я даже расстроился, потому что рассчитывал на совсем другой контингент. Мне нужны диверсанты, а у меня на острове собрались правильно воспитанные дети.

— Ваня, ты чего скис? — Гаврила заметил мой поникший вид.

— Где мои беспризорники, воришки и детдомовцы? Как из этих благополучных ребятишек готовить изворотливых шпионов? — я проводил взглядом группу озабоченных подростков.

Гаврила понимающе усмехнулся.

— Погоди, Ваня, пройдёт конкурс, и Остап устроит игры на выбывание, — он дружески похлопал меня по плечу.

— Это как? — я с любопытством посмотрел на лучшего друга.

— Он закроет остров для детей и начнёт пускать ублюдочных магов, а у деток начнутся соревнования на право остаться. Победят самые умные и изобретательные. Ведь тебе такие нужны?

— А маги зачем? — мне показалось, что и тут есть какая-то задумка.

— Диким магам тогда будет проще встроиться в полк — они пойдут нарасхват у детишек. Умные поймут, что с ними легче выигрывать, — Гаврила задорно подмигнул. — Вань, чтоб ты понимал, до того, как ты заявил о магической школе для простолюдин, официально считалось, что маги рождаются только у аристократов. И что делать? Если в тебе пробуждается магия? Многие погибали, потому что оставались с магией один на один во время инициализации, и помочь им было некому. Даже если ты выжил, то как учиться? Учебников нет. Чтобы купить что-то на чёрном рынке нужны связи и деньги. То, что ты задумал, это великое дело.

— А ты как выжил?

— Я попался на глаза прошлому главе гильдии убийц. Он взял меня к себе и обучил. Сильным магам сложнее выживать, справиться с мощным источником, не зная ничего… — Гаврила поморщился от воспоминаний. Я дружески хлопнул его по плечу.

Моей школы не хватит на всю империю… Интересно, сколько вообще рождается магов-простолюдин? Надо бы озадачиться ранней диагностикой. Вот болван! У меня же классные друзья! Они мне помогут. Допустим стихии обнаружили родственный себе источник, как подать знак? Всем ехать в столицу? Нужно создать какую-то группу, которая будет ездить по городам. Получил метку — идёшь в пункт приёма магов. Хтонь! Ещё одна масштабная проблема нарисовалась, а у меня ни людей, ни ресурсов. Может папеньку подключить?

Я задумался… Вот бы было здорово завести такую интерактивную карту, и чтобы на ней изображались все маги… Стихии потянут. Но они же должны определить, это аристо или обычный человек. Вот как? Может сделать отсылку к родителям? Ну если папа или мама маг, то уж он-то увидит, что и его отпрыск страдает тем же?

Стихии видели мои метания, но помочь мне ничем не могли. Зато мы договорились, что они не будут больше пускать на паром неправильных детей: кого заставляют, подсылают и кто собирается вредить. Рыжик предложил так же завтра завернуть стрёмных конкурсантов. Молодец!

Обеденная зона была перегружена. Появилось несколько новых столов и лавок, кривых и косых. Садиться на них я поостерёгся. Гаврила кивнул в сторону брусков утрамбованного сена, и мы расположились там.

Создалось впечатление, что многие не ели, а тусили. Болтали, перешучивались, обсуждали остальных, попивали неспешно горячий напиток. В результате вновь пришедшим сесть было негде. Не порядок. Я попросил у Гаврилы помощь, для передачи нового объявления. Он протянул мне телефон с открытым текстовым редактором, я набросал текст и передал обратно.

На ранний ужин выдавали вкуснейшую наваристую уху, рыбные ёжики с пюрешкой и отличный общеукрепляющий взвар. Я почувствовал нотки ирги и ромашки.

Мы по очереди сходили два раза за добавкой, боясь что кто-то займёт наше место.

Объявление прозвучало, когда мы заканчивали третью порцию.

— Внимание! Внимание! Меня огорчает, что у меня на острове завелись эгоисты, которые думают только о себе и плюют на окружающих. После третьего предупреждения вы будете изгнаны с острова. Навсегда! Я всё сказал!

Половина сидящих повскакивала со своих мест, получив ожёг на пятой точке. Рыжик отреагировал на моё удивление по поводу места наказания, мол они же засиделись? Но голозадые дети — это нечто, не способствующее аппетиту. Поэтому за новой добавкой мы не пошли, остались допивать взвар, который структурировала для нас Капля.

Столовая зона быстро освободилась. Парни и девушки убежали прикрывать срам.

— ЗдорОво, парни, место для ночёвки интересует? — к нам подсел улыбчивый чернявый парнишка. Одет он был, как все, только на шее выделялся красный платок.

— Чем платить предлагаешь? — заинтересовался я его системой ценностей.

— Вы ж братья Васнецовы, покажешь нашим парочку приёмчиков. Мы тоже научиться хотим, — заявил паренёк. — Мы вам кров и еду, вы нам тренировки.

Я заинтересованно посмотрел на пацана. Если меня будут кормить, это сколько ж времени освободится для тренировок. А с другой стороны, я высвободившееся время потрачу на обучение других. Но в принципе посмотреть, как подростки обустроились, я был не против.

— Если ты нас знаешь, то в курсе, что у нас свой лагерь есть, — усмехнулся Гаврила.

— Вы там, наверное, давно не были, — парень ощерился выбитыми зубами. Я метнул в него чуток регенерации, чтобы новые зубы выросли. — Вы ещё не знаете, что там творится. Я Марк, кстати. Все рвутся поближе к командиру полка. Там люди на головах друг у друга сидят.

— Нежели Горбунов нам местечко не оставил? — усомнился Гаврила.

— Толку-то? Народу от этого меньше не стало. Шум, гам, суета… — он показательно вздохнул.

— А у вас по-другому? — я усмехнулся.

— У нас да, — серьёзно заявил Марк. — Пошли покажу.

Ну мы и пошли, вернее побежали. Ужин я всё равно уже направил на строительство мышц, и живот снова был пуст. Марк был в отличной форме, он поддерживал быстрый темп, постоянно болтал и ни фига не запыхался.

Мы спустились к причалу, где Мухин с помощью своих магов возводил сцену. Он постоянно поглаживал плюшевого рачка и разговаривал с ним.

Дальше Марк повернул на право и побежал вдоль берега, используя полосу препятствий. Да, она была простовата, но даже такое усложнение лучше, чем просто переставлять ноги. Ямы и кочки, небольшие преграды, которые надо перепрыгивать. Связанные вместе палки, чтобы пролезать снизу. Выложенная узкая тропа и бревно, явно выловленное из воды. На полосе мы были не одни, таких бегунов было много. Однако, ещё больше было тех, кто просто сидел на берегу водохранилища и общался. Девушки — парни, парни — девушки. И никакого надзора, хм… Я послал стихиям образ совокупления, мол видели ли они такое или нет. Хтонь!

Я споткнулся и растянулся, набрав полный рот песка и расквасив нос. Тьма меня забери! Стихии забросали меня картинками многочисленного распутства, которое происходило прямо сейчас. Вечер же, хтонь.

Я сел и вытер кровь рукавом. Рыжик запустил мне регенерацию, даже не спросив надо оно мне или нет. Что делать? Я же сам виноват, что не подумал об этом. Ввести табу? Сейчас развлекаются эти, вчера были другие? Нужна показательная акция…

— Что случилось? — Гаврила сел и прошептал одними губами.

— Ты не знаешь, где сейчас паром? — спросил я.

— Ты же вернёшься? — забеспокоился Марк, глядя на клешню рака и значок у меня на груди, которые давали мне право вернуться на остров.

Гаврила зарылся в телефоне.

— Стоит на якоре недалеко от причала, — сообщил он.

Я кивнул и побежал дальше. Мы обогнули стройку по большой дуге и попали на противоположный берег.

В этот момент над островом раздались девичьи визги, заливистый детский хохот и едкие комментарии. Детки останавливались, чтобы заснять на телефон невиданное зрелище. Застигнутые врасплох голые любовные парочки слетались со всего острова на паром. Мы договорились со стихиями, что следующих нарушителей они будут отправлять тем же маршрутом и в том же виде.

Мы тоже остановились, любуясь представлением.

— Хорошо летят, — заметил Марк, приставляя руку ко лбу. — Давно пора было прекратить этот вертеп.

Через десять минут крики стихли, и окружающие вернулись к своим делам, делясь между собой удачными кадрами и обсуждая особо забавные моменты. Однако, я заметил, что парни и девушки отсели друг от друга на безопасное расстояние.

Над островом зажглись магические огни. Они зависли в воздухе на равном расстоянии друг от друга, давая мягкий ровный свет. Полоса препятствий на этом берегу была изощрённей — поработал маг земли. Высокая стена, на которую нужно залезть, а потом спрыгнуть, бег с препятствиями и небольшой лабиринт.

— Это мы делали, — похвастался Марк.

— А маг откуда? — поинтересовался я.

— Не только у тебя есть старшие братья-маги, — подмигнул парень.

На полосе попадались ребята с такими же красными платками, как у Марка. Они радостно приветствовали нас и пристраивались в хвост. Сам лагерь парни устроили недалеко от берега. К нему вела дорожка из битой посуды и чего-то ещё, бывшим когда-то мусором.

— Это чтобы траву не вытаптывать, — прокомментировал Марк странно выложенную тропинку. — Скоро остров превратится в одно большое вытоптанное поле, — с сожалением добавил он.

— Марк привёл Васнецовых! — крикнул встреченный нами парень лет десяти, развернулся и понёсся обратно в лагерь. — Марк привёл Васнецовых! Игорь! Игорь! Где Игорь?!

Нам навстречу, прихрамывая, вышел зеленоглазый подросток моего возраста. Под глазом сиял огромный фингал, губа разбита, подбородок распух. Завидев нас, он радостно улыбнулся.

— Это наш атаман Игорь, — Марк был доволен собой, как и остальные ребята, обступившие нас. Не ожидал, что мы настолько популярны.

— Ваня.

— Гаврила.

Мы пожали руки.

— Ему тоже досталось от меня, — усмехнулся Игорь. Он был отлично сложен и двигался, как профессиональный боец. От него исходила уверенность и сила. Настоящий атаман.

— Ты дрался с одним, а он с 35-ти, — хохотнул Гаврила. — Даже если бы ты его победил, — он хмыкнул, предоставляя парню самому сделать выводы.

— В следующий раз с утра вызову, — кивнул своим мыслям Игорь.

Лагерь ребята обустроили вокруг высокого дерева, а на верхушке создали наблюдательный пункт. На острове деревьев было мало, так что обзор у них должен быть отличный.

Я подошёл, погладил ствол и поделился с ним объединённой энергией стихий. Ребята развесили на ветках гамаки, будет жалко, если ствол не выдержит. Я подлечил его и укрепил. Я ловко подпрыгнул и поднялся по веткам наверх. Они тут построили безопасный настил с ограждением. Стакан, где больше двух не поместятся при всём желании. Здесь уже дежурила смуглая девчонка с большими выразительными глазами, не старше одиннадцати. Я и залез на перила, чтобы увеличить обзор.

— Аяна, — робко представилась она, склонив голову, — отличное было представление, Иван Ми…

Я резко спрыгнул и очутился прямо перед девчонкой. Девочка заткнулась.

— А по-моему это было гадко, — признался я, строго глядя сверху вниз.

— Н-нек-кто н-не з-знает, — Аяна побледнела и стала заикаться. — Я видел-ла помол-лоде-шего и, и, и в-вы оч-чень п-пох-х-жи…

Я критически оглядел себя. Бандана на месте, пятно тоже… Аяна сняла с шеи платок и протянула мне.

— В-вс-се с-смот-т-трят на, на, на п-плат-ток, — объяснила она. — А есл-ли т-так-ких мног-го, то не, н-не вид-дят лиц…

Я поблагодарил, повязал платок вокруг шеи и забрался обратно на перила.

Остров был вытянутой продолговатой формы. Похоже его когда-то выравнивали с помощью магии земли. За эту версию говорило отсутствие заболоченных мест, несколько оврагов не в счет. Да и невысокие холмы выглядели искусственно. Небольшие посадки деревьев то тут, то там смотрелись рукотворным насаждением не только из-за разности пород, но и из-за излишней своей упорядоченности. Возможно этот клочок земле использовал Иван Строитель для отработки своих техник прежде чем преступить к масштабному изменению структуры императорского острова.

Активные детки действительно выкосили всю траву. Редкие деревья обрамлялись обширными лугами, обильно заставленными палатками. Я запустил в глаза огонь, чтобы повысить зоркость и воспользовался плетением подзорной трубы.

Северную зону, где избавлялись от ядов гвардейцы загораживали кустарники. Было видно, что и со стороны воды в том месте дежурят катера.

Впритык к зарослям примыкал разросшийся лагерь полкового командира. Я бы не сказал, что Марк сгустил краски.

Отсюда хорошо просматривался глубокий овраг и дерево, на котором я развешивал травы. Травы висели на ветках и этого дерева, по которому я забирался.

Непосредственно около моего дерева палаток не было, и Максиму за это отдельное спасибо, какое-то уединение он мне попытался создать. Но народу в одном месте собралось слишком много. Думаю, Горбунов, скоро поделит свой полк на две части.

Другое масштабное скопление палаток было по центру острова, и здесь сейчас творился бардак. Видимо, когда Драко выдёргивал любовников, он не заботился о сохранности палаток. Вырванные из земли палатки беспорядочно валялись по всей территории стихийного лагеря. Голых проплешин, где раньше стояли палатки было слишком много. Мне следовало прекратить всё это гораздо раньше. Хотя сколько они тут? Третий день? Хтонь…

Зона строительства была на южной окраине острова, и причал находился недалеко оттуда, как и столовая зона. Сцена была почти готова. Отдельно обустраивалось место для директора и учителей.

— Что скажешь? — я неопределённо махнул рукой на открывающийся вид на остров.

Девочка уже успокоилась, хотя всё ещё избегала смотреть мне в глаза.

— Д-думаю, что остров мал, — с заметной задержкой Аяна всё же ответила.

— Будет отсев, — возразил я.

— Будет, — осмелела девочка. — Но потом придут другие люди, из других регионов. И если они проделают такой путь, то упорные, а вы как раз таких ищите, — добавила она. — И вы захотите и их взять.

Я почесал подбородок.

— Что же делать? — спросил я скорее сам себя.

— Брать. Они же упорные, они не уйдут. А вам люди нужны, вы затеяли великое дело, — в голосе Аяны появился благоговейный трепет. — Люди пойдут за вами: и дети, и взрослые. Вы другой.

Когда я полез вниз, девочка последовала за мной.

На небольшой лужайке накрыли столы. Нас усадили вместе с атаманом, остальные ребята расселись на соседних. Было их с полсотни, в основном 12-14 лет. Младшие были скорее всего братьями и сёстрами основной банды.

— Откуда фрукты? — удивился я и нахмурился, предполагая, что они их украли.

— Мы продали Остап Петровичу информацию, он заплатил фруктами, — Игоря развеселила моя реакция. — Так ты с нами? — он указал на платок.

— Сувенир от Аяны, — я не дал чёткого ответа. — Так зачем вам боёвка? Я собираюсь много тренироваться, но если учить кого-то ещё, я сам не успею набрать форму, — я решил прояснить ситуацию. Ребята мне нравились.

Я так понял, что красные платки были ворами и промышляли обманом разного рода. Яркие нашейные повязки — уловка, чтобы быстро затеряться в толпе. Снял платок, и ты опять как все. Они шпионили за всеми группами и отслеживали общую активность. Ну и ещё много тренировались. Я бы сказал, что они анализировали окружающую обстановку, чтобы быстро реагировать на меняющиеся обстоятельства. Хорошие тактики, Игорь и его команда мне определённо приглянулись.

— По нашим наблюдениям царевич собирает не просто полк, — заговорил атаман. — Название «потешный полк» и «ублюдская школа» — это ширма.

— Откуда такие выводы? — удивился я его прозорливости.

— Обычные люди могут не знать, кто такой Безымянный, Пантелеев и Мухин, но мы-то всех гильдейских хорошо знаем, — усмехнулся Игорь. — Что это за школа, где учителя — воры и убийцы? Это всё, что угодно, но не воинское дело.

— Для чего же тогда этот полк? — заинтересовался Гаврила.

Глава 28

— Он нас позвал и мы пришли, — серьёзно заявил Игорь.

Аяна, сидевшая за соседним столом, всё слышала и сглотнула. Было похоже, что Игорь меня раскусил. К аналогичному выводу пришёл и Гаврила, он вытащил клинок и принялся чистить лезвием ногти.

— Так уж и вас? — хмыкнул Гаврила, подцепляя ножом несуществующую грязь.

— Нас! — твёрдо заявил побледневший атаман, и его поддержал одобрительный гул голосов.

— И зачем ему воришки и обманщики? — снова усомнился настоящий Васнецов.

— Он идёт против течения, и он подбирает тех, кто способен пройти этот путь вместе с ним, — смело заявил Игорь, стараясь не коситься в сторону ножа и держать руки на виду. Он даже вилку отложил и перешёл к взвару.

— Да ты поэт, — я неопределённо хмыкнул. — Ты прям не царевичем его нарисовал, а рубакой парнем, — я с сомнением покачал головой.

— Так и есть, — поддержал атамана Марк. Он видел, что Игорь напрягся, но причины не понимал. — Вы ведь ставленники Остапа Петровича. Где бы ещё ты так научился драться с холодным оружием, — ну хорошо хоть главарь не стал делиться своими соображениями с окружающими. Гаврила понял это и убрал нож. — Будь он аристо до мозга костей, не смог бы так хорошо замаскироваться.

Я внимательно посмотрел на Марка, мне только что показалось, что он знает, что я Иван Раков, и вся эта бравада только для того, чтобы вывести атамана из-под удара. Гаврила достал нож и подцепил яблоко. Отрезал кусок и смачно захрустел. Казалось, что Марк на это никак не среагировал, и если бы ни побледневшая кожа на щеках, я бы даже поверил.

— Горбунов не понял, что царевич собирает неформат, — Марк зло сплюнул, продолжая отыгрывать роль невозмутимой правой руки атамана. — Поэтому Игорь и оспаривает его лидерство, чтобы прекратить воинскую муштру. Он же реально подставляет пацанов, которые пошли за ним! Уверен, что Безымянный готовит подлянку, там надо будет думать головой, а не тупо следовать командам.

Со слов красных платков командир полка собрал вокруг себя порядка двух с половиной тысяч детей. Максим разбил их на взводы по 25 и назначил командиров. Горбунов договорился с директором об организации питания на месте и поставил перед взводам разные задачи. Кто-то занимался разведкой, кто-то обустраивал лагерь. Сильные тренировали слабых, провинившиеся помогали на кухне. В общем всё напоминало взрослое воинское подразделение.

— Горбунов сделал то, чего с самого начала избегал Безымянный, — Игорь перевёл наше внимание с Марка на себя. — Командир полка организовал порядок в тщательно сформированном хаосе.

— Так может он ширма, — Гаврила усмехнулся уголками губ, отрезая новый кусок яблока.

— Зато из его лагеря никто не улетел нагишом на паром, — встал я на защиту горца. По столам пробежались ехидные смешки. — Я сомневаюсь, что он им там распевал о высоких моральных принципах. Может к нему подгребли изначально правильные ребята?

Игорь глубоко задумался, машинально взял вилку и положил кусок мяса в рот.

— Коля Хвастунов тоже считает, что царевич таким образом позвал к себе беспризорников, — встал на защиту идеи атамана Марк. Я вопросительно посмотрел на него, но он меня не так понял. — Коля боится, что они не пройдут испытания. Дётдомовцы слабы.

— Кто такой Коля Хвастунов, — Гаврила подтолкнул болтливого Марка в нужном направлении.

Хвастунов сбежал из детдома, чтобы попасть на остров. Вокруг рыжеволосого веснушчатого парня собралась следующая по многочисленности после Горбунова группа. Остальные ребята, как и он, ускользнули из разных сиротских домов столицы и прилегающих к водохранилищу поселений.

Вечно голодные, они ходили в столовую зону шесть раз в день. Они занимались и ели, ели и занимались. Ну ещё много спали, даже днём. Либо им кто-то грамотный подсказал, что сон — идеально восстанавливает силы, либо они настолько упахивались на своих тренировках. Полосу препятствий по береговой линии начали строить именно они. У них были сложности с обустройством места и они обращались к помощи гвардейцев. Да и откуда взяться туристическому опыту у детдомовцев?

— Если бы царевич хотел сирот, он бы пришёл в детский дом? Разве нет? — спросил я ребят.

— Он же собирает упорных и смекалистых, — не согласился Марк. — Ты прикинь, если первым сбежать удалось легко, то потом взрослые ужесточили режим. В результате на остров попали самые-самые.

— А какие ещё есть крупные объединения? — я долил себе взвар.

Третьей по многочисленности оказалась группа малышей, которых объединила вокруг себя Саша с плюшевым раком. Они ходили строем по трое. И у них тоже образовались подразделения на группы: одуванчики, мотыльки, ландыши и тому подобные. У Саши были два заместителя. Наум и Семён, которые заявляли, что они Раковы и что сбежали из дома.

Красные платки посмотрели в сети, и нашли и Семёна и Наума, фотки похожи. Семён — внук 5-го сына императора Владимира Михайловича, который управляет Дальним востоком. А Наум — пра-пра- и ещё несколько раз пра-правнук старшего сына императора Ивана Михайловича, который уже умер, и дети его умерли, а вот внуки и пра-пра- живы.

Раковы рассказали, что приехали на семейное торжество раньше положенного срока, чтобы поддержать императора, у которого в теракте погибли все его женщины. По словам красных платков мелких Раковых пытались забрать с острова старшие, но не преуспели. Родителям детей, находящихся на острове, вход строго воспрещён.

Аристократов объединил Гриша Багаев. Они принимали к себе простолюдин и пытались нормально общаться. Однако, остальные ребята их сторонились. Лагерь они установили поближе к месту стройки, где расположилось начальство.

Последняя группировка состояла из одних девчонок. Марк сказал, что у них в городе была своя банда, вот они все вместе сюда и прибыли. Заправляла девчатами Бестия. Держались они центральной части острова, где больше всего деревьев, к себе никого не принимали. Игорь назвал их «ершистые».

Они единственные не стали переодеваться в стандартную одежду, предпочитая носить объёмные чёрные штаны и чёрные футболки на несколько размеров больше с изображением скрещенных клинков. Марк сказал, что в городе они одевались по-другому, это у них какая-то придумка для острова. Я предположил, что под одеждой они скрывают оружие.

Остальные ребята сплачивались по несколько человек и рассредоточились по всему острову. Как раз-таки это были дети из благополучных семей, которые не особо напрягались. Играли, отдыхали, купались и не конфликтовали. Они ждали, пока взрослые выдадут им свои указания. Вот они и полетели на паром.

— Айда на причал, — позвал Марк. — Сказано было — всем быть.

Добежали мы быстро, но оказались одними из последних. Я сразу направился к дереву, от которого утром вещал устрашающе через туман. Рядом с нами сел Игорь и Марк. Остальные красные сняли платки и затерялись среди зрителей. Вскоре к нам присоединились капитан полка Максим и его адъютант Михаил. С Игорем они кивнули друг другу. Карпов неодобрительно покосился на красный платок на моей шее. Горбунов выглядел хреново, опухшее лицо, фингалы на оба глаза, разбита губа. Скованность в движениях говорила за то, что кроме внешних повреждений у него куча внутренних. Я приобнял его за плечи, запуская мощную волну регенерации по всему телу, плюс обезболивание и ускорение энергокаркаса.

Завтра приедет глава его рода, а он в таком виде. Обязательно пройдётся по образцовому внешнему виду, который должен всем и каждому демонстрировать командир. Максим вздрогнул, ощущая происходящие в теле изменения. Я придержал его, и усадил, чтобы его преображение не было так заметно окружающим. Сам плюхнулся рядом. Отсюда открывался прекрасный обзор на сцену и зрителей.

Внезапно из кустов справа вылез мелкий рыжий паренёк лет девяти, тощий, как сама смерть. Он пробежался по лидерам глазами и остановился на мне.

— Ваня, мы хотим стать сильнее, — он сделал шаг вперёд и напряжённо застыл передо мной. — Коля Хвастунов, — малец протянул руку, и я пожал её. Не ожидал, что он такой мелкий. Я поманил его поближе и просканировал.

— Ну смотри, Коля, во-первых, вам нужно укрепить кости. Подходишь завтра к директору Безымянному и говоришь, что ваши ребята страдают дистрофией. Это когда из-за недостатка витаминов и определённых веществ кости развиваются слабо. Он вам либо отдельные отвары будет готовить, либо изменит питание. Вам нужно больше рыбы есть, в ней кальций и белок.

Я подтянул парня к себе и принялся как бы машинально поглаживать его по спине, одновременно укрепляя тело лидера. Я сформировал в сосредоточении его энергоканалов сферу из нейтральной маны и вывел небольшие полые каналы наружу. Смотрелось это сюрреалистично и жутковато. Надеюсь, и в этом мире маги не способны видеть нейтральную ману. Зато теперь у него внутри уникальный агрегат по сбору витаминов и минералов из окружающей среды.

— Второе, вам нужно наращивать капиллярную сетку…

— А нам нусно насивать каплялную сетку? — с другой стороны от меня возникла Саша, обнимающая плюшевого рака.

— Саша, разве тебя не учили, что перебивать других плохо? — я строго посмотрел на девочку.

— Нет, не ущили, — Саша с сожалением помотала головой.

— Тогда может тебе обратиться к аристократам, чтобы те поучили тебя манерам? — сказал я и снова обернулся к Коле.

— Развитая сеть сосудов образуется при интенсивных занятиях лёгкой атлетикой, — продолжил я свои объяснения. — Вот смотри, если взять двух одинаковых парней, но у одного будет обычная сеть, а у другого развитая, то сильней станет тот, у которого капиллярная сеть лучше.

— Значит, просто бегать? — уточнил Коля.

— В остальное время качайте ловкость, — предложил я.

— А как? — парень решил выдавить из меня информацию по-полной.

— Видели полосы препятствий? Для начал пойдёт. Только сделайте себе усложнение. Раздели ребят на две команды. Одна пусть кидает камешки в другую. Первые прокачивают меткость, а вторые не только изворотливость, но и развивают чуйку на опасность, — напоследок я подравнял парню энергоканалы, они были сильно перекошены на одну сторону.

Коля поблагодарил и скрылся в кустах.

— А где эта? — я заметил, что Саша пропала.

— Вооон, там, — Гаврила показал в сторону, и я заметил маленькую девочку с красным раком среди аристократов.

Я воспользовался плетением бинокля. Саша разговаривала с Гришей, он бросил озадаченный взгляд в нашу сторону, погладил рака и подозвал какую-то девушку. Она улыбнулась Саше и поманила её за собой. Они расположились на траве и принялись о чём-то болтать.

Магический свет над островом потускнел, а над сценой наоборот разжёгся ярче. На сцене стоял Мухин с раком на ладошке. Позади него располагались три стола с продуктами. Три повара что-то увлечённо готовили, не обращая ни на что внимание. Все трое ловко орудовали ножами, стругали овощи, нарезали мясо.

— Мои маленькие друзья, все вы знаете, что завтра на острове будет проводится конкурс поваров для нашей школы, — Павел Андреевич дождался окончания одобрительных возгласов. — Приедет много народу, и может случиться худшее, — он сделал трагичную паузу.

— Что случится? — раздались возгласы самых маленьких.

— У нас с вами украдут царевича, — Мухин печально опустил голову и подождал, пока волна возмущения стихнет. — Да, он здесь, на острове, среди нас, — заговорщически прошептал директор ублюдской школы. — И нехорошие дяди на него охотятся, хотят украсть его у нас с вами. А когда они его поймают, то всё… — он театрально развёл руки в стороны. — Ничего этого у нас не будет. Вместе с царевичем у нас украдут шанс на лучшую жизнь.

Опять поднялась волна возмущения, сожаления и недоверия, что царевич где-то рядом.

— Вы не узнаете, кто из прибывших задумал дурное, — покачал головой Мухин. — Любой из них будет притворятся хорошим, угощать вас сладостями, а когда вы расслабитесь, он воткнёт вам нож в спину.

Один из поваров метнул нож в спину Мухина и тот театрально упал, раскинув руки в стороны. Рака при этом он аккуратно спрятал за пазуху. Другой повар подхватил стоящего на сцене мальчика, зажал ему нос тряпкой, отчего тот вырубился и засунул ребёнка в мешок. Мешок он затолкал под стол и снова стал стругать салат, как будто ничего не случилось.

Тем временем убийца спихнул Мухина со сцены и тоже сделал вид, что ничего не произошло.

Павел Андреевич поднялся с другой стороны живой и здоровый. Однако, все видели, что вот внизу валяется его труп. Труп встал и подошёл к двойнику. Один в один. На сцену поднялся ещё один мальчик, а из мешка вылезла полная его копия. С другой стороны появился третий двойник.

— Мы спасём царевича! — торжественно провозгласил Мухин. — Мы изобразим подставных!

— Но ведь никто не знает, как он выглядит, — Гриша встал со своего места.

— Так и похитители не знают, — подмигнул Павел Андреевич. — Мы сделаем много разных царевичей. Подойдите поближе, Григорий, кажется? Я не ошибаюсь? Багаев? И возьмите с собой парочку аристократов.

Пока он дожидался, сцену очистили от поварских декораций, и рядом с директором встали трое аристократов.

— Вы не могли бы переодеться, — он протянул аристо сложенную одежду, и те скрылись за кулисами.

Когда они вышли через минуту в одинаковых простых холщовых штанах и рубашках директор продолжил.

— Обратите внимание, что вы всегда узнаете аристократа, даже в таком крестьянском наряде, — он мягко улыбнулся. — Почему?

— Они смотрят с высока, — с безопасного расстояния выкрикнул кто-то.

— Осанка, как будто палку проглотили, — донёсся девичий голос с другой стороны.

— Речь слишком правильная, — послышалось с ближних рядов.

— К сожалению, мы не можем взять этих господ и подменить ими царевича, — тяжко вздохнул Мухин.

— Почему? — спросил ребёнок.

— Их в лицо все знают, — с явным огорчением признался Павел Андреевич. — Но вы не расходитесь, вы мне поможете. Давайте вспомним, как выглядит наш император батюшка. Светлые волосы, голубые глаза. Значит, на роль царевича нам нужен юноша 15 лет, со светлыми волосами и голубыми глазами.

— Не получится, — возразил Гриша. — У Аристо длинные волосы, а у простолюдин нет. Тогда уж девчонку нужно переодевать.

— Отличная идея, давайте и девочек подключим. Ну что же вы смелее, поднимайтесь на сцену.

— Вань, а ты не хочешь попробовать? — предложил Марк. Это была явная провокация с его стороны, призванная убедить, что мою личность он не раскрыл. — У тебя волосы длинные. Кстати, зачем?

Я усмехнулся, все сидевшие вокруг меня парни знали, что я царевич.

— Маменька моя очень хотела девочку, а получился опять мальчик, — я тяжко вздохнул. — Гаврила свои волосы отстоял, а мне приходится отдуваться за двоих. Не огорчать же маму?

Вместе с аристократами Мухин стал выбирать тех, кого можно заподозрить в том, что он царевич, который притворяется простолюдином. Павел Андреевич продолжал разыгрывать сценки, когда окружающие якобы случайно раскрывают инкогнито с помощью обмолвок. Называют Иван Михайловичем или кланяются при встрече, выкают при разговоре.

Вскоре у Мухина получилось два десятка подставных. Трое аристократов в масках выглядели наиболее правдоподобно. Девушек спутать можно было разве что издалека. Несколько благополучных и хорошо воспитанных юношей смотрелись убедительно.

— Господа, — перед нами появился Дениска, — директор школы потешного полка приглашает лидеров групп к себе, прошу следовать за мной.

Когда мы вошли в командирскую палатку, ещё одну, поскольку карты водохранилища в ней не было, то кроме нас там оказался Коля Хвастунов, девушка в одежде не по размеру, видимо, Бестия и Саша с двумя Раковыми: Семёном и Наумом.

Остап Петрович оглядел всех внимательным взглядом и задержался на мне.

— Васнецовы? А вы что тут забыли? Я приглашал только лидеров групп.

Глава 29

На выходе из командирской палатки нас встретил юный Захар и пригласил к батюшке.

— Захар, а ты не знаешь, что задумал Остап Петрович? — поинтересовался я у секретаря, отыгрывающего роль гвардейца.

— Первый этап отбора. В качестве приза десять мест в полку по выбору лидера группы. Господин Безымянный предлагает детям поискать внедрённого агента среди прибывших. Подослать могут первоклассного повара, который пройдёт отбор, Иван Михайлович, — Захар распахнул передо мной полог очередной командирской палатки.

Палатка стояла на отдалении и была окружена многослойной защитой. Я прошёл без проблем, а Гаврила упёрся в невидимую преграду. Хтонь! Я схватил друга за руку и протащил внутрь. Макар, встретивший нас при входе, укоризненно посмотрел на проделанную в защите дыру. Сами виноваты!

Батенька при виде моего слуги поморщился. Оказалось, что Михаил III хочет в жюри.

— Я хочу сам выбрать поваров, которые будут готовить при дворце, — заявил отец.

— А прошлых ты сам выбирал? — ехидно поинтересовался я.

Император проигнорировал мой выпад в сторону поваров-отравителей.

— Я не претендую на роль председателя жюри, — он сдал назад. — Всего лишь роль почётного члена. Ты же сам не появишься, а заявлено, что конкурс устраивает царевич Иван. Вот я буду вместо тебя, — и он довольно улыбнулся.

Я почесал подбородок, так-то он прав…

— Хорошо, — неохотно согласился я, а батюшка аж просиял. — Сколько вообще народу записалось? — поинтересовался я.

— 585 человек, Иван Михайлович, — обрадовал меня невозмутимый Макар.

— Часть отсеется ещё на пароме, — предупредил я. — Мои друзья обещали не пустить на паром злоумышленников, ну там, если у кого будет яд с собой или явный сговор. Они ещё маленькие, и не всё понимают, — я мысленно приласкал стихии. — Всех они не выловят.

В палатку быстро вошёл Безымянный и тут же склонился в поклоне. Император благожелательно махнул рукой.

— Всё готово, Иван Михайлович, кулинарные столы подготавливают маги Мухина. На причале корабль, загруженный холодильными установками с продуктами. К утру всё будет расставлено на поляне перед причалом, — заверил Безымянный. — Позвольте уточнить, как будет проходить отбор претендентов.

— Да, Остап Петрович, нужны посадочные места для детей. Пробовать будут они, — начал я.

— А как же я? — возмутился батя.

— Ты что собираешься пробовать все 500 блюд? — я с интересом посмотрел на отца. — Не переживай, — я усмехнулся, — лучшие блюда я передам на оценку жюри. Так вот, Остап Петрович, у каждого кулинарного столика поставьте еще стулья на 5 человек. Едоков будет больше, чем посадочных мест, одной из негласных задач будет привлекательность блюда. Если кто-то не сможет привлечь детей, то выбывает. На завтрак приводите всех детей 5-6 лет. Их сколько?

— Около девятисот, Иван Михайлович, — ответил Дениска, который встал и замер у входа. — Почти шесть сотен собрала Саша с раком, остальные по отрядам, в свободных группах малышей нет. Но ещё ожидается прибытие большой группы людей на пароме.

Меня перекосило. Где ж они все размещаться будут?

— Не переживайте, Иван Михайлович, — продолжил Денис, — вчера с острова улетело почти тысяча семьсот.

— Остап Петрович, мне нужно будет перед каждым этапом точное количество едоков знать, чтобы корректно выдать задание поваром, — забеспокоился я. — Потом зовите детдомовцев на ранний обед. Их сколько?

— Без учёта завтрашних более семи сотен, Иван Михайлович, — доложился адъютант, похоже именно он тут курирует всё, что касается детей и их размещения. Молодец, что сказать? — По донесению детской разведки завтра ожидается большое пополнение среди сирот.

Разведка? Это он так про красные платки? Так… Кто у нас ещё остался? Аристократы и сытые детки из благополучных семей… О! У Максимки хорошо организованные ребята, значит покормим их.

— Так, дальше на обед видите подростков 14-15 лет из отряда Горбунова. А четвёртым этапом мы пригласим на ранний ужин магов. Вы же ожидаете ещё? Сколько их сейчас?

— А вам какие нужны, Иван Михайлович? — Денис задал странный вопрос. И видя мое непонимание, он уточнил: — Больше половины прибывших на остров одарённых от 30 и старше. Молодых совсем мало. Завтра ожидается большой завоз магов, по словам господина Мухина.

— Почему так? — я обвёл всех присутствующих взглядом.

— Полагаю, они приехали, чтобы учиться, Иван Михайлович, — раздался у меня из-за спины голос Гаврилы. — Пусть они выросли, но знаний у них по-прежнему мало.

Хтонь… Их же всех надо проверять на злой умысел. Только как? Я отправил образ Капле, может она сейчас считать эмоции магов, находящихся на острове? Злоба? Ненависть?

Оказалось, что такие есть. Попросил стихия их отправить на паром. Над островом ощутились стихийные возмущения. Я вышел наружу, чтобы посмотреть на летящих магов.

Маги отчаянно сопротивлялись. Но как бороться с тем, что ты не видишь? Многие пытались отделаться от воздушной петли, которой ухватился Драко за лодыжку.

— Это кто? — я показал на мужика, который пытался отрубить себе ногу, лишь бы остаться. — Драко, тащи его сюда. Остап Петрович, маску мне!

Глава гильдии убийц протянул мне шапку с прорезями. Такую же одел Гаврила, остальные скрылись за пологом палатки. Только Денис остался, он официальный помощник царевича Ивана.

Когда мужчина понял, что его больше не тащат на паром, то успокоился. Он был в рваных чёрных джинсах и чёрной футболке. Драко скинул его к моим ногам с высоты двух метров. Капля показала мне бушевавшую в его груди злость.

Мужчина перевернулся со спины и бухнулся передо мной на колени, уткнувшись лбом в траву.

— Кто такой! — грозно спросил я, входя в поверхностный транс и сканируя лежащее передо мной тело. Дикий трёхстихийный маг! Только воды не хватает. Большой источник, слабые каналы, ну да, ну да… откуда нормальным взяться. Сам тощий и попахивает. Кинул в него очищением на тело и на одежду. Здоровье тоже не ах. Хтонь! Ему должно быть зверски больно магичить.

— Савва я из Мышкина, Ваше Высочество, — ответил он, не поднимая головы.

— Чем ты занимался, когда тебя подхватило и потащило вверх?

— Я пытался регенерацию запустить на тело, но не смог, психанул, Ваше Высочество, — всё так же не поднимая головы сказал он.

— Зачем тебе регенерация, если у тебя нет ран? — спросил Гаврила, он бросил на мужика сканирующее плетение.

— Там ребята кидались друг в друга камнями, я хотел помочь, но сначала на себе тренировался, чтобы не навредить сиротским. Сам из детдома из Мышкина, Ваше Высочество.

— Денис, сколько людей сейчас отправились на паром? — я повернулся к помощнику. Тот набрал какой-то номер и отошёл в сторону. — Захар, Мухина мне вызовите, — громко попросил я.

Денис и Мухин появились вместе. Мухин с любопытством повёл носом в сторону распластанного тела и скривился.

— На пароме сейчас порядком двух сотен магов, Иван Михайлович, — сходу отчитался Дениска, — точное количество уточняется.

— Возвращайте всех назад, и скажите, что попали она на паром, потому что я считал их негативные эмоции. Если они хотят остаться, то не должны злоумышлять, — я тяжело вздохнул. Захотелось побиться головой о стену. Стены рядом не было.

Павел Андреевич пожирал меня голодным взглядом.

— Что изволите, Иван Михайлович? Я весь ваш!

— Завтра для четвёртого этапа конкурса поваров мне понадобятся маги, которые недавно прошли инициализацию и их источник еще развивается, — я покивал своим мыслям. — Ваша задача всех их отыскать на острове и привести где-то во второй половине на дегустацию.

— Ооо, — понимающе покивал Мухин, — еда для источника. Не всякий знает, а не всякий знающий умеет.

— Скажи мне Павел Андреевич, почему ты не удивился, увидев этого… дикого одарённого. Неужели такая магическая недоразвитость свойственна всем магам? — я испытующе посмотрел на своего директора магической школы для ублюдков. — Он был готов отрезать себе ногу, лишь бы остаться на острове, — я показал на тело у меня под ногами.

— Не удивительно, Ваше Высочество, все дикие маги… как бы это сказать, — замялся Мухин, суетливо забегав глазками в разные стороны. — Вы для них, как магнит. Разрешите ему дотронуться до вашей ноги, — предложил прохвост.

— Савва, дозволяю дотронуться до меня, — я скользнул в транс, наблюдая за мужчиной сразу всеми возможными диапазонами.

Из палатки вышли ещё трое в масках с прорезями, чтобы посмотреть, что случится с диким.

Всё так же не поднимая головы, Савва робко прикоснулся к моей лодыжке. Его источник завибрировал, тело затряслось в судорогах, а с губ сорвался беззвучный крик боли, но он не отпускал, а только крепче вцепился в ногу.

Казалось, источник загудел, частота колебаний и амплитуда всё нарастали, а потом из него начали проклёвываться каналы, они бессистемно расходились по телу и вскоре представляли из себя спутавшийся клубок нитей.

Батя рванул вперед, но ему наперерез ринулся Гаврила. Отец саданул ему по скуле с такой силой, что Васнецов пролетел несколько метров и упал на траву. Михаил Михайлович отдёрнул Савву от меня и брезгливо отшвырнул прочь.

— Эксперимент вздумал устроить на насл, — батя осёкся, — на моём сыне?!

Мухин рухнул на колени, не забыв спрятать рачка. Безымянный приставил клинок к горлу Павла Андреевича.

— Что с ним? — я показал на Савву, не обращая внимания на разборку и требуя объяснений. — Почему у него выросли каналы и образовали клубок?

— Трансформация, — прошептал одними губами Мухин. — Посмотрите сами.

Я подошёл к бесчувственному телу Саввы, сел рядом на траву и скользнул в глубокий транс. Тьма его забери!

Источник пульсировал, продолжая прорастать нитями. Я смотрел и не понимал, что происходит. Рядом со мной сел отец, положил руку на грудь мужчины и запустил в него огонь, как мы делали на корабле с полутрупами.

— Смотри!

— Куда?

— Каналы стихийные, — подсказал батя.

Точно! Из источника прорастали не простые нити, а окрашенные стихиями. В норме каналы должны быть нейтральными. По ним поступает мана в источник, где она встречается со стихией. У Саввы теперь было четыре вида каналов. По трём стихиям и нейтральные, которые у него были изначально. Так у него скорость всасывание маны возрастёт в 4 раза? Странная реакция на меня... Почему?

— Вы позволите мне посмотреть, Ваше Императорское Величество? — попросил Мухин, понемногу на коленках продвигаясь в нашу сторону.

— Павел Андреевич, ты раньше такое видел? — заинтересовался я неизвестным явлением.

Мухин подполз на четвереньках, положил руку на грудь Саввы и через ладонь пустил в источник огненный щуп. Он как слепой, на ощупь определил размеры источника, потом потыкался в разные стихийные зоны. Наконец, он перешёл к каналам.

Тьма меня забери! Какая отсталая магия! Да нее, я мотнул головой, батя же нормально видит? Может в этом и есть разница, между аристократическим обучением и отсутствием, хотя нет… Это ж Мухин, он-то наверняка, раздобыл себе книжек по магии через Акакия Акакиевича. Хтонь! Ну и бардак!

Я переключился на рассматривание самого Мухина. Тьма его забери! Большой источник, неравномерно развитые каналы, сильно зауженные на концах. Может поэтому он магию носом чует, выходы-то почти перекрыты. И да, опять неразвитое тело. Настроение упало.

— Да, Ваше Высочество, типичная ситуация, когда маг развивается сам по себе, — выдал заключение Мухин. — Я, к сожалению, не видел картину до того, как он вас коснулся.

— Она была приблизительно, как у тебя, только без сужения каналов на концах, — подсказал я. — Стихийной окраски у него не было. Ну и перекручено всё было ещё хуже, чем у тебя.

Я сел и схватился за голову. Что ж делать? Я хотел собрать личную армию диких магов, а получил сборище калек.

— Остап Петрович, а что вы говорили про инициализацию? Зачем меряют стихийную предрасположенность? — помню, мы тогда не договорили, нас прервали.

— Полагаю, Иван Михайлович, вам Его Императорское Величество, лучше расскажет про инициализацию у аристократов, которая проводится на родовом алтаре. Мои сведения обрывочные, — попытался соскользнуть Безымянный, но под моим тяжёлым взглядом продолжил: — В Академии магии насыщают источник стихией, чтобы пробудить родственную.

Хтонь… Я в ужасе посмотрел на батюшку.

— У нас же сейчас все дети Раковы во дворце? Завтра конкурс, а послезавтра надо всех посмотреть. От 11 и до 18-19, — я положил руку на Савву, запуская в несчастном магическом калеке мощную регенерацию энергосистемы, на которую только было способно моё хилое тело. Чтобы ему было не так больно, я наполнил его истинным Огнём. На груди мужчины возник Рыжик и радостно запрыгал в языках пламени.

Создалось впечатление, что мужчина горит. Одежда, и правда, сгорела, но лицо его разгладилось, боль отпустила. Он счастливо улыбнулся и открыл глаза.

Я снял маску.

— Ваня! — укоризненно вскричал отец.

— А смысл? Все дикие маги знают, где я и кто я. Но до сих пор никто из них не проговорился. Почему? — последний вопрос я адресовал Савве, но тот казалось меня не слышал, он пожирал меня преданным взглядом.

Батюшка попытался приложить руку к источнику мужчины, но отпрянул и посмотрел на ладонь. На ней отчётливо проявлялся ожёг. Мухин тоже ткнул свою руку и благоговейно посмотрел на расползающуюся красноту.

— Регенерация не помогает, — пожаловался отец.

Из-за пазухи Павла Андреевича выполз маленький плюшевый рак и спрыгнул на грудь Саввы к Рыжику. Он походил там из стороны в сторону. Красный плюш почти не было видно за языками пламени

— Мой любезный друг, — забеспокоился Мухин, — я не рассказал вам все премудрости обмана. А завтра сюда приедет столько лицедеев, никак нельзя упускать такую возможность посмотреть их всех лично.

Рачок фыркнул и ответил грудным басом:

— Приду, — и он поудобней устроился в языках пламени.

Интересно… Хотя это ж первостихия, зачем ей конфликтовать с объединёнными стихиями?

— Слушай меня внимательно, Савва, — я посмотрел на мужчину, у которого на лице начали разглаживаться морщины, — у мага должно быть сильное тело. Твоё никуда не годится. Оно не способно выдержать магию. В лучшем случае ответит тебе болью или вырубит, в худшем — ты умрёшь.

Мужчина внимал каждому моему слову, как и все остальные. Неужели, я говорю новые для них вещи?

— Твоя первостепенная задача, становиться сильнее. Бег, закалка, хорошее питание, сон. Физические упражнения с собственным весом, — я задумался, ах, да… — И каждый вечер ты садишься на закате лицом к солнцу и слушаешь себя и окружающий мир. В идеале и рассвет бы встречать так же. Собери остальных магов и занимайтесь.

Я встал.

— А? А?! А когда он погаснет? — спросил Дениска. — Или Ваше Высочество не против, чтобы его кто-то увидел, — решил уточнить он.

— Пусть тут поспит до утра, мало ли в лагере костров ночью, — решил я. — Рыжик, погасишь его утром?

Меня спать уложили тут же в командирской палатке, но выспаться не дали. Гаврила разбудил меня ни свет ни заря.

— Пора, Ваня, пора, — грубо растолкал он меня, а потом сходил за холодной водой и попытался вылить её на меня.

За меня заступилась Капля. В результате Гаврила стоял злой и мокрый и грязно ругался. Я даже открыл глаза, чтобы посмотреть в чём дело. Я так хохотал, что окончательно проснулся. Гаврила подставил ко мне столик с завтраком и направился переодеваться.

— Стой!

Он замер в дверях и обернулся.

— Ты будешь секретарям пижонистого главного судьи, создай образ аккуратиста.

Васнецов кивнул и скрылся. Когда я всё съел и допивал отвар, приготовленный Безымянным, Гаврила вернулся.

Дорогая рубашка в чёрно-белую полоску. Серый галстук и серые штаны с острыми стрелками и такими же острыми носками глянцевых туфель. Шедевром образа стала чёрная жилетка с многочисленными узкими кармашками, из которых торчали столовые приборы. Я насчитал девять видов вилок, четыре разных ножа и восемь ложек. Волосы были разделены на идеальный пробор и отвратительно прилизаны. В ухе торчала серебряная серьга в виде двух скрещенных поварских ножей.

— Я буду звать тебя Аркадий, — я довольно улыбнулся, преображаясь сам.

Аристократически бледная кожа, волосы я сделал жгуче черного цвета, так же зализал и сделал маленький хвост. Вся одежды стала мрачно чёрного цвета. Длинный пиджак со стоячим воротником, стильная рубашка и свободные брюки. На ногах чёрные ботинки. Я натянул на лицо маску надменного превосходства.

— Как вас теперь звать? — Гаврила придирчиво обошёл меня по кругу.

— Эдуард Ванилович Дубхе, — представился я и обозначил поклон.

Глава 30

Гвардейцы высадили нас недалеко от нужного места. Перед выходом с острова я набросил на гидроциклы купол тишины и отвод глаз, это и позволило нам подплыть так близко к причалу. Подводные лодки рода Подводных никуда не делись, и перемещаться по воде было опасно.

Уже стоя на набережной, я создал небольшой чемоданчик и передал его Гавриле. Он тут же его открыл и с любопытством уставился на непонятные приборы. Хтонь! Как моему слуге ему положено знать назначение всех анализаторов. Я положил ему руку на плечо и вложил необходимые знания. Гаврила вздрогнул и осмотрел содержимое чемоданчика осмысленным взглядом. Я снял отвод глаз и брезгливо осмотрелся по сторонам.

— Веди, Аркадий. Где этот злосчастный паром?

— Прошу за мной, господин, — Гаврила подобострастно поклонился и бросил перед собой какое-то плетение, дабы освободить проход. Ближайшие к нам люди шарахнулись в разные стороны.

На причальной площади собралась внушительная толпа. Дети, родители, конкурсанты и полицейские, пытающиеся организовать порядок. Через громкоговоритель вещала сама Марина Волкова, начальник полиции.

Когда мы пробились к пристани, от берега уже отчалил первый паром, набитый детками под завязку. Сейчас шла погрузка второго, тоже с детьми и дикими магами, вернее, с магическими калеками, хтонь. Конкурсантам и членам жюри предлагалось загружаться на третий, стоящий у соседней пристани.

— Господин, — обратился ко мне Гаврила, — обратите внимание, — он повёл головой чуть в сторону.

Своих родственников Раковых в лицо я не знал, спасибо матушке. Но не узнать разодетую группку людей с гербами было сложно. Тем более возникшая вокруг них зона отчуждения способствовала отличному обзору. Я подвёл к императорской семейке воздушный канал, позволяющий мне их прекрасно слышать, а сам сбавил шаг, чтобы они оставались в поле моего зрения.

Вокруг двух девятилеток суетились две разодетые мамаши. Я огляделся. Точно, вон и журналисты, которые их снимают, тогда понятно, отчего они так вырядились.

— Мама, не переживай, со мной всё будет хорошо, — пытался успокоить мадаму один из пацанов. — Ты сама видела в сети ролики с Наумом и Семёном, они отлично устроились.

— Гарри, если что, звони, — женщина отчаянно хваталась за сына.

Стоящий рядом второй пацан хмуро смотрел на свою мать, очевидно несущую такой же бред.

Сбоку от них болтали трое мальчиков и девочка, немногим старше.

— Ева, поедем с нами, будет весело, — пообещал самый старший парень, ровесник девочки. Я недовольно хмыкнул, весело ему будет.

— Император сказал, что вы все должны присутствовать на инициализации, — фыркнула девочка. — Вам не получится там задержаться, а обратно вас уже не пустят. Я поеду после семейного бала.

— Это если к тому времени остров будет открыт. Герасим говорит, что царевич закроет приём новобранцев, — возразил мальчик лет 10-ти, показывая на ещё одного пятилетку, стоящего вместе с девочкой около Димитрия Александровича.

— Откуда ему знать? — Ева фыркнула, однако, в её голосе появились нотки неуверенности.

— Его дядя Сидор Тимурович стал начальником СБ Ивана Михайловича, — заявил третий парень, — ему ли не знать?

Когда это мой недоросль Сидор успел стать дядей? Я заинтересовано посмотрел на самых мелких Раковых.

— Лизонька, доченька, ну зачем тебе ехать? — канючил Дмитрий Александрович, правая рука СБ. — Это же для мальчиков, — было непривычно видеть невозмутимого Димасика в роли умоляющего родителя.

— А как же Саша с двумя Раковыми? — едко заметила Лизонька. — Это я должна быть на её месте! — девочка грозно топнула ногой, положив руку на рукоять огромного тесака, висящего у неё на перевязи на бедре.

Меня заметил стоящий вместе со всеми Пётр. Он толкнул локтем Александра, и они отправились ко мне. Пришлось остановиться и вежливо подождать. Журналисты уже нацелили на нас свои камеры.

— Господин главный судья, прошу за мной, — Пётр обозначил кивок головы и добавил шёпотом: — Батенька пребывает в полной уверенности, что тебе нужна охрана, Ванюша. Почему ты его не разубедишь?

— Петруша, — возмутился я так же шёпотом, — а как мне ещё добиться отцовской любви и заботы?

— Меня отец тоже в детстве не баловал, — встроился в разговор Александр, — я же не жалуюсь.

Я неуклюже споткнулся и, чтобы не упасть, ухватился за локоть Александра, сильно сжав его и пустив импульс воздуха, вызывая нервный спазм.

Лицо брата скривилось от боли.

— Простите, Ваше Высочество, — покаялся я. — Засмотрелся на толпу конкурсантов.

Мужчины, женщины, старики, старушки, молодые люди и девушки и все с чемоданами. Разного достатка и статуса, это было видно не только по одежде, но и по навороченности чемоданов.

К пропускному пункту вели сразу три длинные очереди. Некоторые проходили спокойно, других заворачивали. Здесь дежурили Мухин с рачком и Безымянный с большим плюшевым раком с шейным платком защитного цвета. Да, точно! Этого рака я отправлял изучать взрывчатку.

Одного из конкурсантов попросили открыть чемодан. Рак показал клешнёй на пузырёк, который ему не понравился. Повар стал заламывать руки, очевидно доказывая безвредность состава. Он даже капнул себе на ладонь и слизнул несколько капель. Бедолагу пропустили, но пузырёк изъяли.

С другой стороны Мухин изучал вместе с рачком нутро открытого чемодана. Конкурсант доказывал безопасность найденных у него артефактов.

Однако, я заметил, как несколько человек вышли из общей очереди и покинули площадь.

Мне показалось, что участников конкурса больше, чем заверял Дениска. Он вынырнул перед нами около самого парома. Я заметил, что на верхней палубе уже устроились приглашённые гости и внимательно изучали не только меня, но и производимый обыск.

— Ваше Высочество, Ваше Высочество, — адъютант низко поклонился обоим царевичам, — Эдуард Ванилович, добро пожаловать на борт, — он приглашающе махнул рукой в сторону трапа.

— А где корабль? — я недоуменно посмотрел на Дениску и оглянулся на царевичей. Они непонимающе уставились на меня.

— Так вот же, Эдуард Ванилович, пройдёмте на трап, — засуетился гвардеец.

Мы стали привлекать внимание. Конкурсанты оборачивались и перешептывались, журналисты подтягивались поближе. Приглашённое жюри со своих мест не вставало, ибо не по чину. Наблюдали за представлением с высоты верхней палубы.

Я обиженно посмотрел сначала на гвардейца, потом на царевичей и уставился на своего слугу. Гаврила развёл руками, мол он не виноват.

— Вы, что? Предлагаете МНЕ ехать на этом?! — я брезгливо махнул рукой в сторону обшарпанного парома, какой-то древней постройки.

— Но у нас нет другого, — опешил Денис. Он не ожидал от меня такой подставы и не понимал, как реагировать.

Кажется, все присутствующие на площади стали заново рассматривать паром.

— Я на ЭТОМ не поеду! — я обвиняюще ткнул пальцем в судно с гордым названием «Речной Рыцарь».

— Прошу вас, Эдуард Ванилович! Иван Михайлович меня убьёт, — Денис выбрал не лучшую модель поведения, — пожалуйста. К тому же, — громко добавил он, только на этих судах повышенные меры безопасности.

Я с сомнением посмотрел на паром, конкурсанты уже расступились, освобождая проход. От очереди доносились возгласы:

— Умели раньше строить, да…

— Отличное качество, ещё столько же проходит.

— Безопасность превыше всего.

Похоже участники решили, что если я не сяду, конкурс отменят.

— Хорошо, — неохотно процедил я и поджал губы.

Я сделал малюсенький шаг к трапу и ещё раз с сомнением уставился на паром.

— Он ещё меня переживёт!

— Замечательный паром, как в детстве, ой, — последнего агитатора кто-то заткнул. Ну да, ну да… не лестное замечание.

Я подошёл к узкому трапу и аккуратно потрогал его носком туфли. Потом заглянул в тёмный проём между паромом и причалом.

Дениска уже перебрался на судно и протягивал мне руку:

— Позвольте вам помочь, Эдуард Ванилович.

Я брезгливо посмотрел на протянутую руку. Я дёрнул плечами и горделиво задрал нос. Потом нарочито смело прошёл по увеличенному мостку и ступил на паром.

Там, где я проходил поверхность менялась. Краска приобретала свежий цвет, часть коврового покрытия становилась прежней. Лестница, по которой я поднялся на верхнюю палубу, очистилась от ржавчины и обрела первозданный вид.

Денис подвёл меня к общему столу. Деревянная лавка подо мной обзавелась мягкой сидушкой, а кусок пластикового стола, на который я положил руки, приобрёл белоснежный цвет. По бокам от меня сели царевичи и поморщились. Граница благоустроенности проходила как раз по их местам.

На меня уставились пять пар глаз. Приглашённые в жюри были настолько высокопоставленными аристократами, что мне полагалось их знать в лицо. Но я никого не знал. Я скользнул по ним безразличным взглядом и отвесил приветственный кивок всем сразу и никому конкретно. Я обернулся к гвардейцу.

— Скажите, любезнейший, сколько нам плыть?

— Идти, — меня поправил скорее всего Подводный. Глубокий старичок с доброжелательной улыбкой и холодным расчетливым взглядом. Одет он был в строгий синий костюм и белую рубашку. Галстука на нём не было, внешний вид соответствовал неофициальной обстановке. Продуманный типчик.

Я сделал вид, что не услышал его замечание.

— Пятнадцать минут, Эдуард Ванилович, — приукрасил гвардеец.

Я показал ему на очередь.

— Мы когда отплываем?

— Как только погрузимся, так сразу и отплывём, никаких задержек, — заверил меня адъютант. — Не желаете чего-нибудь откушать?

— А готовить, ммм, — я пожевал губами воздух и проводил тоскливым взглядом отплывающий с соседнего причала паром с детьми, — будет местный кок?

Гвардеец кивнул, заранее ожидая от меня какую-нибудь гадость.

— Аркадий, дорогой, сходи, посмотри, — я неопределённо махнул рукой, — камбуз на предмет санитарной ммм, — я снова пошамкал губами, — адекватности.

Гаврила деловито подхватил чемоданчик и быстро спустился вниз по обновлённой лестнице.

Я перевёл надменный взгляд на сидящих напротив глав родов.

Справа от старика, которого я определил на роль Подводного сидел горец. Горбунов держался прямо, подбородок слегка выдавался вперёд. Карие глаза, кучерявые седые волосы. На губах мелькнула едва заметная усмешка.

С другой стороны от него расположились хорошо знающие друг друга немолодые мужчины. Они то и дело бросали друг в друга неприязненные взгляды. Понятно, строители: Багаев и Белозёров.

Старшего сына Тимура я узнал по гербу рака на груди. Матвею было тридцать с хвостиком. И чувствовал он себя в жюри неловко. Жаль, значит на роль начальника СБ не годится.

— Господа, вы не подскажите чей это корабль давеча пылал свечкой на водохранилище? — с непосредственностью творческой натуры спросил я.

Главы родов синхронно повернулись к Подводному.

— У меня много кораблей, могу себе позволить, — отмахнулся он.

— Так вы это специально?! — я радостно потёр ладони. — Давайте подожжём это корыто, — голосом, полным энтузиазма предложил я.

— К счастью, этот корабль не принадлежит роду Подводных, — саркастично заметил Александр. — Поджигать мы его не станем.

— А наследников у вас тоже много, Милен Налимович? — благожелательно спросил один из строителей. Белозёров, наверное, древний род мог позволить себе колкость, в отличии от молодых Багаевых.

От необходимости отвечать главу рода Подводных спас вернувшийся Гаврила. Любопытные взгляды скрестились на непроницаемом лице слуги.

— Ну что там? — я нетерпеливо махнул рукой. — Говори уже!

— На камбузе чисто, господин, — с поклоном сухо доложил Гаврила. — Несмотря на древность, оборудование вычищено и работоспособно. Вентиляционные решётки чистые. Холодильные установки подразделены по типу хранения, на заготовках проставлены сроки годности.

С каждой новой фразой слуги я довольно кивал, а сидящее жюри впечатлялось моей въедливостью.

— Хорошо, — я встал и подошёл к перилам, которые тут же вернули былую молодость. Я оглядел нижнюю палубу. Полагаю, обо мне уже разнеслась молва. Конкурсанты старались на меня не смотреть. Мало кто был готов встретиться со мной взглядом.

— Ты! — я ткнул пальцем в мужчину, явно аристократического происхождения. Он с любопытством разглядывал меня и глаза не прятал. — Поднимайся!

По новенькой лестнице поднялся молодой мужчина лет 25-ти. Светлые волосы стянуты в хвост, аккуратная белая молодёжная рубашка и светло-коричневые летние брюки.

— Да, господин судья, — он обозначил поклон.

— Приготовь-ка членам жюри завтрак, — попросил я.

Похоже, это какой-то известный аристократ. Приглашённые гости отреагировали на него неоднозначно. Их потешало такое моё простецкое отношение к кому-то важному. Прежде чем уйти повар внимательно оглядел присутствующих.

Вскоре появились слуги и принялись сервировать стол. Вполне возможно, что это были вещи из чемодана конкурсанта. Вряд ли на пароме была эта чудесная белоснежная скатерть. Перед нами раскладывали разные столовые приборы, а значит и еду собирались подавать разную. Уже интересно.

— Карим Горыныч, позвольте поздравить вас с назначением младшего внука капитаном полка, — к горцу обратился Багаев. — Вы представляете, мой Гришка не хочет идти в Академию умников, желает остаться учиться в школе царевича. Какое-то массовое помешательство на этом потешном полку. Вы видели на причале? Сами Раковы ничего не могут поделать, отговаривали своих отпрысков.

— Ну почему не можем? Я внука запер дома, — похвастался Пётр.

За моей спиной кашлянул Денис.

— Ваше Высочество Пётр Михайлович, Серафим Никитич прошёл регистрацию на первом рейсе и уже на острове, — неделикатно сообщил мой помощник.

Главы родов пытались сохранить невозмутимость, но уголки губ у них дрогнули.

— А что вам, Милен Налимович, так и не удалось заякориться на острове? — обозлился Пётр. — Сначала ваш Камил улетел из-за неубранной посуды, а вчера Адриан сверкал голым задом.

— Вот поэтому и не хотят родители отпускать детей на остров, — парировал Подводный. — Разврат и произвол.

— Любезный, — обратился Александр к матросу, — а почему напротив моего места не сервируют?

— Минуточку, Ваше Высочество, я уточню, — матрос убежал и вернулся буквально через секунду весь красный.

— Задание главного судьи было — приготовить завтрак членам жюри, — сообщил смелый паренёк. — Вы в жюри не входите.

Тут уж главы родов не смогли сдержать довольных улыбок.

— Ваше Высочество, попросить кока приготовить вам завтрак? — любезно предложил Дениска.

— Да, пусть что-нибудь приготовит на двоих, — Александр покосился на всё ещё длинную очередь на паром.

— Вы хотите сказать, что нам на кулинарном конкурсе вообще поесть не удастся? — усмехнулся Пётр.

— Посмотрите на это с другой стороны, — предложил старик Белозёров. — У вас будет полно времени, чтобы отыскать сбежавшего Серафимку, — он благожелательно улыбнулся.

Появились матросы с блюдами и стали расставлять тарелки и наполнять чашки.

— Овсянка? — старик Белозёров недоуменно уставился на кровоточащий стейк на тарелке горца.

— Не просто овсянка, Томир Юрьевич, — Багаев насмешливо посмотрел в его тарелку. — Смотрите, она у вас с кусочками фруктов. Витамины в вашем возрасте очень востребованы организмом.

— Да не намного я старше Карима Горыныча, — возмутился старик Белозёров, зачерпнул ложку и положил кашу в рот. Лицо его расплылось в блаженной улыбке.

— Замечательное мясо, — Горбунов пережевал первый кусок и вынес вердикт. — Острое! Отличное начало дня! — он отрезал ещё кусок и макнул в другой соус. На тарелки их было три.

Кроме мяса горцу досталось обилие зелени и лука. В отдельной чаше стояли подсушенные треугольнички лаваша, которыми он с удовольствием захрустел.

Перед Багаевым появилась кружка ароматного кофе с необычными пряными добавками и парочка круассанов.

— Аркадий, будь добр, собери данные по круассану, — попросил я слугу.

Члены жюри недоуменно посмотрели на меня. А что? Круассан — неподходящий выбор для завтрака. И если в остальных случаях повар не ошибся, значит пирожное с подвохом. Хочу знать, что с ним не так.

Глава 31

Гаврила раскрыл чемоданчик и достал портативный пищевой сканер, похожий на мобильный телефон, такой же плоский, и навёл на круассан на тарелке Багаева. Вскоре на экране высветился вердикт, и мой слуга принялся зачитывать сухим бесстрастным голосом:

— Пищевая ценность 462 килокалорий, из них 50% стихии огня, — члены жюри вскинулись и посмотрели на свои тарелки новым взглядом. Полное усвоение наступит через три часа. Из микроэлементов наибольшее содержание натрия, селена и цинка.

— Дай сюда! — я нетерпеливо дёрнул рукой. — Ты ещё час зачитывать будешь!

Гаврила расторопно передал мне анализатор.

— Печень утки значит, так-так-так… — при моих словах Багаев откусил круассан и зажмурился медленно пережёвывая и наслаждаясь вкусом, — корень кислицы и цветы одуванчика, ммм, — я зашамкал губами пережёвывая мысль.

— Дмитрий Петрович, дайте попробовать круассан, — взмолился старик Белозёров.

— Ешьте свою кашку, Томир Юрьевич, — буркнул Багаев, не переставая жевать, на всякий случай отодвигая тарелку подальше от старика.

— Я уже всё съел, — вздохнул Белозёров, попивая взвар из целебных трав.

Тем временем появившийся матрос выставил перед Матвеем Тимуровичем аппетитно оформленную глазунью. По форме она напоминала рака с выпученными глазами. Фигурно вырезанная ветчина изображала рифлёный хвост, а золотисто поджаренный лук заменял корону. Из напитков ему был предложен чай с имбирём.

Немолодому Подводному наш конкурсант приготовил хрустящие тосты с рыбным паштетом в виде подводных лодок и какао. Сделав первый кусь, старик расплылся в блаженной улыбке.

— Господа-господа, — засуетился Белозёров, вскочил и достал телефон, — погодите есть, дайте я сфоткаю, и пусть вон он, — он ткнул в Гаврилу, — поводит над вашими тарелками своим прибором.

— Я смотрю энергии у вас прибавилось, — усмехнулся Горбунов, сыто макнул лаваш в один из соусов и забросил себе в рот.

Гаврила поводил анализатором над пищевой имитацией подводных лодок.

— Смотри-смотри, у него 75% стихии воды и кальций в большом количестве, — Белозёров восторженно тыкал в экран пальцем.

— Да дайте вы мне уже поесть, — заворчал Подводный и откусил половину подлодки.

— Я бы не прочь откусить половину ваших залипших судёнышек, Милен Налимович, — бросил недовольный Александр жирный намёк на увядших около острова диверсантов. Перед ним как раз поставили его тарелку.

Завтрак для царевичей был на обычной посуде, из которой едят матросы, хех. Простая одноглазая яичница, тост с беконом и чай из пакетиков в гранёном стакане.

— Ммм, — ответил ему довольный Подводный, и надкусил вторую подлодку.

Наконец, и передо мной выставили блюдо, которое иначе, как шедевром не назовёшь. В сырной корзиночке был уложен овощной салат с горячими кусочками румяного краба и мелкими семечками разных растений. На белой тарелке с помощью соуса изображалась корона, на пиках которой лежали три одинокие икринки. Сама же сырная корзиночка стояла на зелёном дубовом листе. Хтонь.

Я внимательно посмотрел на самого конкурсанта, которой стоял в поварском кителе неподалёку и наблюдал за нами. Дуб для Дубхе…

Я протянул руку, и Гаврила вложил мне ещё один анализатор. Так я и думал! Три икринки под завязку набиты стихией воды, а семечки огнём. Травяной взвар для стабилизации источника, я снова глянул на непростого повара. Что он забыл на моём конкурсе?!

Как раз принесли накрытый куполом сохранности круглый поднос для императора. На блюде царственно лежал красный рак в золотой короне. Я нацелил на тарелку анализатор. Цвет создавался за счет выложенных икринок поверх небольшого пирога с творожным сыром перемешанным с травами.

Белозёров шустро защелкал над шедевром камерой, а Гаврила поводил над раком прибором и продемонстрировал желающим экран.

— 50 на 50 огня и воды, — восхитился Томир Юрьевич. — А зачем ему гормональный стабилизатор? — удивился он.

— Он же омолодился недавно, — предположил Горбунов.

— Ну, не до такой же степени? — возмутился старик Белозёров.

— Вот мы и посмотрим, — Багаев неаристократично вылизывал тарелку пальцем.

— Любезный, — я поманил рукой голодного Дениску, — отправьте Его Императорскому Величеству его завтрак, — велел я.

— Всенепременно, Эдуард Ванилович, — поклонился гвардеец, а Драко подхватил поднос, медленно поднял в воздух и понёс в сторону потешного острова.

Все уже всё съели и жадно смотрели на мою тарелку. Я же неспешно принялся за завтрак, ибо еда не любит суеты. Когда я поставил пустую чашку на стол, поманил к себе повара.

— Молодец! Отличная работа! — похвалил я мужика. — Ты в финале, — я показал ему на его грудь, — на кителе появился большой золотой кулак с поднятым вверх пальцем. — Если хочешь, то можешь участвовать и в других этапах конкурса и заработать другие знаки отличия, препятствовать не буду, — я небрежно махнул рукой, позволяя ему удалиться.

Повар-аристократ не обиделся на мою фамильярность, наоборот, он на мой взгляд излишне низко поклонился перед тем, как уйти.

Я встал из-за стола и сладко потянулся:

— Хорошо-то как…

Я подошёл к перилам и посмотрел на немногих оставшихся на погрузку. Завидев меня, повара ломанулись на паром. Испугались родимые, что без них отчалим, ну да, ну да… Была такая мысль, каюсь…

Паром с радостно галдящими детьми и магическими калеками уже отчалил. Я снова посмотрел на ожидающий посадки сжавшийся хвост очереди.

Последние ряды надавили и втянулись внутрь. Полагаю, без травм не обошлось, но снизу не донеслось и звука.

Я радостно обернулся и потёр руки.

— Отчаливаем, господа! — обрадовал я сытое жюри.

Я нашёл глазами Дениску.

— Любезный, — я небрежно поманил его, — как вас по батюшке?

— Денис Матвеевич я, — поклонился адъютант.

Так ты у нас сын начальника папенькиной гвардии, хм.

— Так сколько у нас конкурсантов, Денис? — я повернулся к нему спиной, и посмотрел на матроса, отдающего швартовый.

— Без учёта непрошедших контроль, — он кивнул головой на сдавленных, как шпроты в банке участников на корме судна, — почти 1200 человек.

Я с тревогой уставился на адъютанта. У нас кулинарных столов хватит? Это ж в половину больше, чем мы готовились принять.

— Не извольте беспокоиться, Эдуард Ванилович, — Дениска растолковал мой шок правильно. — Утром дооборудовано недостающее количество мест.

— Сколько у вас детей 5-6 лет?

— Неполная тысяча, Эдуард Ванилович, — гвардеец сверился с планшетом.

— А если к ним добавить 7-8 летних?

— Всего чуть более трёх с половиной тысяч, ‐ Дениска вопросительно уставился на меня.

— А как организованы ммм, — я пошамкал губами, — продукты?

— Участники устанавливают мобильное приложение, где указывают перечень продуктов, у них высвечиваются номера холодильников, — пояснил помощник. — Там карта кулинарных столов, к которым нужно прикрепиться.

— Так давай-ка, любезнейший, ещё раз внятно и чётко проговорите конкурсантам все организационные вопросы, — я неопределённо помахал рукой. — Потом я объявлю детали первого этапа.

— Уважаемые участники поварского конкурса потешного полка, прошу минуточку вашего внимания, — гвардеец магически усилил голос. — Меня зовут Денис Матвеевич Егоров. Я адъютант царевича Ивана Михайловича. Прослушайте объявление, а потом я отвечу на ваши вопросы.

Гвардеец подождал, пока установится абсолютная тишина и продолжил:

— Всем вам требуется установить мобильное приложение «три пэ», Повар Потешного Полка. При регистрации укажите свой номер участника. Далее в меню выбираете «карта» и находите номер своего стола. Он соответствует номеру участника. Обратите внимание, что в меню справа можно выбрать продукты и на карте высветится их местоположение в холодильниках. Если вам требуется то, чего нет в списке, отправляете запрос.

Адъютант ещё минут двадцать поотвечал на тупые вопросы, а потом представил меня:

— Главный судья конкурса Эдуард Ванилович Дубхе готов объявить условия первого этапа.

— Каждому участнику нужно приготовить завтрак для ребёнка в возрасте от 5-ти и до 8-ми лет. Делаете четыре порции, плюс пятая контрольная для жюри. Оцениваться будет полезность, привлекательность и вкус. Отсеиваться будут участники хуже всех справившиеся с испытанием.

Я сделал паузу, которую тут же заняли вопросы.

— Сколько всего очков?

— Какие критерии оценки?

— За этот конкурс вы можете заработать по три очка за тарелку. Одно за внешнюю привлекательность, другое за полезность, третье за то, понравилось ребёнку или нет. На подбор продуктов полчаса и 40 минут на готовку.

— Это что значит? — молодой парень озадаченно спросил. — Тарелок больше, чем едоков?

«Драко, нарисуй у него на груди дракончика. И не забудь потом перенести такого же на его поварской китель, — мысленно попросил я. — Это за смекалку, можешь и сам выдавать такие».

Я ощутил непонимание у стихий и предложил спрашивать, если они сомневаются, является ли поведение проявлением смекалки или нет.

— Что это? Что это за знак у пацана появился? Дракон какой-то голубой, — разнёсся шёпот.

— Это ему за сообразительность, — сообщил я. — Молодой человек задал правильный вопрос. Детей будет меньше, чем ваших тарелок, — я хищно оскалился.

Впереди показался остров. Кулинарные столы ровными кругами окружали круглый деревянный помост судей. Холодильники очерчивали внешний периметр. Неплохо, очень даже неплохо. Нас встречал командир полка со своими ребятами.

Когда конкурсанты стали сходить на берег, Горбунов прикреплял к каждому по двое бойцов. Парни и девчонки помогали обустраиваться и собирать продукты для конкурса. Особо древним старичкам и старушкам требовалась помощь с мобильным приложением. А некоторые ушлые участники сразу просили себе дополнительных помощников.

Умно, очень умно, Максимка. Заодно дети шпионить будут, ну да, ну да… Ловко придумал. Я тут же получил запрос от Драко, является ли это проявлением смекалки.

Когда участники вместе с парнями разбрелись по кулинарной зоне я запустил над судейской зоной таймер обратного отчета — полчаса на подготовку и обустройство. Началась настоящая суета, повара обживали кухню, помощники носились от холодильника к холодильнику. Я ещё раз мысленно похвалил Горбунова за придумку.

К нам на верхнюю палубу поднялся командир полка с изображением голубого дракоши на футболке. Он немного замешкался, разглядывая несоответствие кхм, ремонта. Там где я стоял всё было новенькое и сверкало чистотой. В остальных местах ржавчина, облупившаяся краска, выгоревшая пластиковая мебель. Он мотнул головой, отгоняя наваждение, поклонился и поздоровался сразу со всеми, не заостряя внимание на главе своего рода.

— Денис Матвеевич, мои бойцы в полном вашем распоряжении, — он указал на ровные взводы разновозрастных ребят, выстроенных на берегу.

В результате по одному шпиону получили ещё и члены жюри. Ребята пошли показывать гостям остров. На пароме я остался один, не считая Гаврилы и Карпова. Последнего ко мне приставил Горбунов, сам командир полка приклеился к Дениске и оставил при себе парочку порученцев. Михаил замер неподалёку, он подозрительно косился на меня. Похоже его не убедил ни мой бледный цвет лица, ни почерневшие волосы. Ну да, ну да… Голос я не менял, как и моторику движений. Не посчитал нужным. Видимо зря. Ребята на острове не глупые и свяжут Эдуарда Ваниловича и Васнецова.

Я же интенсивно обменивался образами со стихиями. Я то рассчитывал, что они мне помогут оценить полезность завтрака, но выяснилось, что у некоторых детей есть аллергии, о которых даже они сами не знают. И если они съедят что-то не то во время конкурса, то ни о какой пользе не может быть и речи. Это даже вред получится. Так-так-так… надо сделать объявление. Я сел обратно за стол. Новый участок облупленной столешницы приобрёл первозданный цвет.

— Аркадий, раздобудь мне цветные карандаши и бумагу, — попросил я, постукивая по столу пальцами.

С продуктовой грамотностью у стихий оказалась проблема. Надо срочно закрыть этот вопрос! Как раз вернулся Гаврила и положил передо мной погрызенные карандаши и несвежие листы бумаги.

— Аркадий, найди того повара, который уже в финале, — я дождался пока Гаврила кивнёт. На столе передо мной появился плюшевый рак в поварском колпаке, с ножом и вилкой, зажатыми в клешнях. — У меня к нему будет просьба, взамен он может попросить у меня услугу.

— Полагаю, предлагать ему услугу, будет лишним, Эдуард Ванилович, — не согласился Гаврила, намекая на то, что услуга от цесаревича, это слишком жирно.

— Нет, — сухо возразил я. — От него потребуется провести подробное обучение, — я поглаживал рака, от чего стихии посылали мне обратную волну тепла, и я начал глупо улыбаться. — Мои маленькие друзья хорошо разбираются в природе вещей, но не знают названий. Вот, например, что такое группа молочных продуктов? Или в каких продуктах содержится глютен? Ты меня понял? Передай ему, что это просьба царевича. Если раков будут передавать от лица главного судьи, то меня очень быстро расколют.

— Тогда может будет лучше, если рака передам я? — предложил Карпов. Ну хорошо хоть дурацких вопросов от него не последовало. Друзья удалились, а я остался рисовать.

Для единообразия все пищевые аллергены я нарисовал внутри красного круга. Проще всего было объяснить рыбу и яйца. Курица тоже вполне узнаваемая. Для изображения молока я нарисовал стакан с белой жидкостью и написал «му», хех. А вот что делать с глютеном? Земеля сказал, что таких полно на острове. В результате я нарисовал кусок хлеба.

Для объявления я уединился в туалете на пароме. Драко распространил мой голос, замкнутое помещение не было помехой.

— Внимание! Внимание! Все, присутствующие на острове прошли обследование на пищевую непереносимость. Результат вы видите у себя на футболках. Если значок не появился, поздравляю, вы можете есть всё подряд. Если же у вас появилось обозначение группы продуктов, обведённые в красный кружок, это ваш личный враг. Есть любые блюда, содержащие эти вещества для вас вредно. За любыми разъяснениями обращаться ко мне лично или к любому плюшевому раку на острове. Я всё сказал!

Представляю, как они себя будут чувствовать, заводя разговор с игрушкой, я предвкушающе улыбнулся.

— Прошу прощения, Эдуард Ванилович, — ко мне подошёл один из ребят Горбунова. — До конца первого этапа осталось десять минут.

Я посмотрел на табло над судейской зоной и поблагодарил Рыжика, который сумел разобраться с моим навороченным техномагическим устройством и запустил новый таймер, уже на готовку.

За длинным столом сидело жюри в полном составе, включая императора. Они неспешно переговаривались, довольно поглядывая по сторонам.

— Выстройте детей 5-8 лет по внешнему кругу, чтобы они заходили с разных сторон, — распорядился я. — С окончанием таймера дети могут заходить внутрь и выбирать понравившийся столик.

Паренёк шустро бросился к резервному взводу. Умно, очень умно, ещё один плюсик Максимке. Сразу несколько взводов бросилось выполнять указание. Сейчас мелкая ребятня сгрудилась в одном месте. Пара минут и они стали расходиться по кругу. На груди у некоторых детей красовались красные кружки.

Я поднялся на судейский подиум, чтобы сделать новое объявление. Таймер обнулился.

— Время! — скомандовал я. — Поварам отойти от кулинарных столов. Дети, прошу, выбирайте столик и приятного аппетита.

Мелкотня важно прошествовала внутрь периметра. Никто не бежал и не суетился. Они ожидали очередной подставы от царевича. Ибо я приучил их, что предупреждений не бывает, а изгнание происходит моментально.

И тем не менее они выбирали. Я сел на край подиума и свесил ноги. Я вошёл в глубокий транс и слился с воздухом. Хочу всё слышать. На меня обрушились тысячи детских голосов, я сузил радиус до холодильной зоны.

— Дядя, а тут есть молоко?

— Тётя повар, а в хлебе есть яйца?

Я не видел происходящего, поэтому Драко мне прислал образ. Никто не садился за стол, все ждали, пока дети с красными кружками выберут столик. По моей щеке скатилась одинокая слеза.

Глава 32

Когда все дети наконец расселись, над кулинарными столами начали появляться первые значки. За них отвечал Рыжик, оранжевый палец вверх, если ребёнку приглянулось блюдо внешне и он сел попробовать. Земеля отвечал за полезную составляющую, и это был спорный момент. Поскольку усвоение происходит не сразу. Капля ставила третий одобрямс, если ребёнку еда нравилась. Правда, мы сразу договорились, что если Земеля сочтёт еду вредной, то Капля знак не показывает.

Хтонь! Мне ничего не видно, нужен круговой обзор! Надо сделать так, чтобы судейский подиум медленно вращался. Я вернулся в транс и придирчиво осмотрел тело. Потяну или нет? Подиум большой, трансформация требуется масштабная.

Лень победила. Вставать и ходить целый день кругами категорически не хотелось. Я закрыл глаза, представляя конечный результат. Внешние изменения должны быть не сильными, только медленное вращение. Меня качнуло. Значит получилось?

Я открыл глаза. Хтонь, я всё-таки на пару секунд потерял сознания. Спина упиралась в чьи-то ноги. Серые брюки, как у Гаврилы. Сейчас бы полежать. Рыжик прогнал по телу регенерацию, а Драко запустил воздушную волну по нервам, взбодрив меня.

Гаврила протянул руку, я поднялся и невозмутимо пересел в кресло главного судьи. Кажется, его тут не было, или оно было каким-то другим. Это как-то слишком комфортно меня обволакивало и расслабляло. Хтонь! Я сидел и с трудом приходил в себя, а потом банально заснул.

Меня растолкал император, когда дети стали расходиться. Однако, просто так они не уходили. Один собирал грязную посуду, другой вытирал стол, третий расставлял стулья.

— Я начинаю понимать, почему Гришка хочет остаться, — негромко произнёс Багаев.

— Михаил Михайлович, когда мы уже увидим загадочного Иван-царевича, который взбаламутил спокойный аристократический свет и перевернул всё с ног на голову? — спросил старик Белозёров, стараясь не показывать, как сильно его раздражает резко помолодевший император. — Как можно так повлиять на детей? — Томир Юрьевич смешал недовольство с восхищением.

— Как, как, — забурчал Подводный. — Все видели как. Поджарить пару задниц, протащить нагишом над островом, вот вам и рецепт.

— Не скажите, Милен Налимович, — возразил Горбунов. — Они могли встать и уйти, их никто здесь не держит. Так почему они поголовно решили остаться?

— Господа, мне жаль прерывать столь интересную полемику, — без тени сожаления заявил я. — Сейчас нам с вами придётся поработать. Посмотрите на значки над столами. Оранжевый — значит блюдо приглянулось, зелёный — было полезным, синий — ещё и понравилось.

Судьи закрутили головами.

— О! Смотрите, — старик Белозёров показал на несколько опущенных вниз зелёных пальцев. — Что? Прям-таки вредная еда?

Вопрос я переадресовал Земеле. И тут выяснилось, что многие повара добавляли в еду магически заряженные ингредиенты. Вдох, выдох. О чём они только думали? Капля транслировала мысль, что они не думали, они выполняли машинальные действия. Хтонь-хтонь-хтонь. Вдох, выдох

— Эдуард Ванилович, что-то не так? — излишне забеспокоился император. Он поди меня сейчас сдаст, наплевав на конспирацию.

— Даже не знаю, Ваше Императорское Величество, считать ли таковым тот факт, что половина судей пытались скормить детям отраву? — сухо изрёк я.

Я попросил Земелю показать все столики, где повара использовали магические добавки. Драко решил добавить нотку драматизма, и почти над половиной столов начала сгущаться зеленоватая дымка, которая медленно сформировалась в зловещий череп.

Череп висел даже над теми, кто набрал максимальное количество баллов! Земеля сформировал передо мной чашу, а Капля наполнила её водой. Я залпом выпил и немного успокоился.

Повара увидели над своей головой универсальных знак смерти и заозирались. Ко мне метнулся Дениска, но всех опередил Подводный.

— Я конечно всё понимаю, Эдуард Ванилович, но я сильно сомневаюсь, чтобы половина всех конкурсантов злоумышляла против детишек, — саркастично заметил он.

— Согласен с Миленом Налимовичем, — едко поддакнул старик Белозёров, ещё раз завистливо зыркнув на юного императора. — Мы все видели эту дотошную проверку при регистрации.

Участники навострили уши, кто-то бросил в нашу сторону магическую прослушку, видимо далеко стоял. Я избавил их от мучений и попросил Драко сделать так, чтобы наш разговор слышали все повара.

— Эти господа, — я махнул рукой на черепа, — добавили в еду магическую составляющую.

На мне скрестились непонимающие взгляды, только отец погрузился в себя и глубоко о чём-то задумался.

— Господа, — ледяным тоном начал я, — мне печально от того, что приходится объяснять прописные истины. И иначе, как безграмотностью я не могу объяснить то, что кто-то добавляет детям в еду магически обогащённые ингредиенты.

— Простите, Эдуард Ванилович, — сарказма в голосе Подводного добавилось. — Но мы и сами даём детям магические добавки, чтобы стимулировать развитие источника.

— И как? Род Подводных славится своими магами? — с искреннем любопытством спросил я. Поскольку действительно не знал, помнится в подлодках магов не было. Но я даже соотношение магов и неодарённых в этом мире не знал. Спасибо маменьке, чтоб её душа никогда не переродилась.

Багаев задумался, а Михаил III уже спустился вниз и подошёл к бабульке, над которой не висел череп.

— Подскажите, любезнейшая, почему вы не использовали магические добавки? — мягким успокаивающим тоном спросил император.

— Так откуда мне денег взять? Они ж дорогие, мило… — старушка ойкнула и тут поправилась: — Ваше Императорское Величество, — она даже попыталась сделать реверанс, но схватилась за спину.

— Уважаемые конкурсанты, — батюшка усилил голос, — кто ещё НЕ использовал магические добавки, потому что на них нет денег?

Повара сначала несмело, но потом охотней стали поднимать руки вверх. Земеля по моей просьбе пометил их. Над их столами появилось изображение знакомой монетки с фигуркой рака.

Михаил III нашёл ближайший стол, где не было ни черепа, ни монеты и подошёл к молодому человеку.

— Юноша, почему вы не стали добавлять магические ингредиенты? — доброжелательно спросил император.

— Я не знал о них, Ваше Императорское Величество, — Вовчик густо покраснел. Над его столом был максимальный комплект кулаков.

Батюшка хмыкнул и опять спросил, есть ли те, кто не знал, что существует практика добавлении магии в еду. К моему немалому удивлению таких нашлось ещё человек десять, и не все были такие же молодые и зелёные, как Вовчик. Земеля их заклеймил изображением книжки.

Император продолжил неспешное шествие и остановился напротив старичка, которого, похоже, узнал. Брови его поползли вверх.

— Кхм, — прокашлялся Михаил Михайлович, — подскажите, кхм, уважаемый конкурсант, почему вы не стали использовать обогащённые магией ингредиенты?

— Дык, — старик почесал затылок, — я этих детей не знаю. Вроде бы большинство из обычных семей простолюдин, их тела не подготовлены к такого рода ингредиентам. Мы и своим-то не всегда даём, только после тщательного обследования, разве не так? — он с удивлением воззрился на императора. — Ваше императорское Величество, — опомнившись, добавил дедок.

Понятно, ещё какой-то всем известный аристо. Я огляделся. И попросил Драко над теми, кто осознанно не травил детей стереть все обозначения и нарисовать цифру «два». Таких оказалось порядка трёх сотен. Потом решил пропустить в следующий тур таких, как Вовчик. Они набрали максимальное количество баллов, но у них не было либо денег, либо мозгов, раз они оказались необразованными везучими болванами.

Ещё триста человек прошли на второй этап, но висевшая над ними двойка была в двое меньше.

— Но они же не знали, что вредят? — встал на защиту участников старик Белозёров. Подводный на этот раз смолчал, видимо подсчитал своих успешно выращенных магов. — Да и что не так с этими добавками? Что вы к ним прицепились?

— Я здесь не для того, чтобы ликвидировать тотальную безграмотность населения, — я сухо посмотрел на главу великого строительного рода. — Этим пусть занимается Его Императорское Величество, если сочтёт нужным, конечно же, — зло добавил я. — Меня пригласил Иван Михайлович, чтобы выбрать лучших из лучших поваров.

Я встал и обвёл конкурсантов изучающим взглядом. Выбрал тех, у кого было съедено три из четырёх тарелок, и над которыми не висели значки отравы. Ещё над пятью десятками засветилась малюсенькая цифра два. Остальные столы погасли.

— Попрошу выбывших покинуть место проведения конкурса, — сухо произнёс я. — Благодарю за участие.

Я вернулся за своё место и попросил малышей показать, есть ли среди оставшихся интересные блюда, которые можно дополнительно оценить. Сразу с сотню контрольных блюд взлетели со своих мест и полетели к подиуму. Поскольку места на всех не хватило, они зависли в воздухе. Командир полка быстро скомандовал ребятам принести дополнительные столы.

Мои стихийные помощники подбрасывали образы по мере того, как я рассматривал блюда. Поварам, которым удалось сделать из полезной каши привлекательный шедевр, мы нарисовали голубого дракошу и на кителе, и рядом с их цифрой два.

Капля обратила моё внимание на несколько тарелок, которые дети поглощали с нереальным удовольствием. С помощью анализатора я разглядел искусное добавление даже не самих трав, а выжимок. Блюда укрепляли кости, что особенно ценно для этого возраста и именно этих деток. Я попросил стихии пригласить талантливых алхимиков на подиум.

Пока остальные члены жюри активно тестировали детские завтраки, ко мне подошли трое старичков, старушка и Вовчик. У всех в руках было по махонькому рачку в поварском колпаке. Понятно, как стихии их позвали. Трое старичков были хорошо знакомы, а один из них был тем самым, которого узнал батюшка.

— Поздравляю, господа, вы в финале, — у них на кителях появился золотой кулак с поднятым вверх большим пальцем. Дальше вы можете не участвовать, — предложил я.

— Корнеюшка участвует, и мы хотим, — попросили старички.

— Ваше право, — я пожал плечами, а Корнеем значит того первого финалиста зовут, хм. Родственники? То же голубые глаза, длинный нос. Да, скорее всего все они чуть ли не родные братья.

— Лёха, как думаешь, всем финалистам раков плюшевых выдавать будут? — спросил один старик у другого, я уже отвернулся, отыскивая глазами адъютанта.

— У Корнеюшки рак в несколько раз больше, — гордо заявил другой голос. Отец что ли?

Мы с помощником отошли в сторону.

— Скажи-ка, любезный мой, сколько ребят у Хвастунова, и чем они сейчас заняты?

— Почти полторы тысячи, и все убиваются на берегу. Конкурсантов осталось семь сотен, — предвосхитил мой вопрос помощник.

Маловато… Перевес в два раза, ну да ладно… Тогда усложним задачу.

— Внимание конкурсантов! — я усилил голос. — У вас есть полчаса на подготовку и час на приготовление обеда для очень усталых после тренировки и очень голодных детей. Четыре комплекта и контрольный для жюри. Время!

Я запустил таймер сразу на полтора часа.

— Тренировка какого рода? — донёсся голос.

— На выносливость, — задавший вопрос получил от меня синего дракончика.

— Возраст едоков какой?

— От пяти до пятнадцати.

Снова поднялась суета, забегали помощники к холодильникам. Я сел на край платформы и свесил ноги вниз. Справа от меня разместился глава рода Горбуновых. Батюшка заинтересовался оказанным вниманием и встал позади меня.

— Эдуард Ванилович, мы могли бы с вами договориться о проведении, хм, — он замолчал, очевидно подбирая подходящее выражение, — разъяснительной беседы по поводу, хм, — снова пауза, — питания подрастающего поколения, — сразу расширил вопрос глава бойцовского рода.

Позади меня неодобрительно кашлянул император.

— Обещал Его Императорскому Величеству посмотреть съехавшихся во дворец детишек рода Раковых, — пояснил я интерес Михаила III. — Но если вы договоритесь с царевичем, найдите меня потом, и мы договоримся.

Карим Горыныч покрутил в голове мою фразу и весело усмехнулся.

— Как я могу найти того, кого не существует? — Горбунов подмигнул. — А вот Иван Гаврилович Васнецов есть, только у него нет никакой истории. Вообще никакой.

Стоящий рядом Гаврила нахмурился. Видимо так глубоко легенду он не прорабатывал.

— Бывает, — я беззаботно махнул рукой.

— А вы случайно не знаете, что хотел предложить мне Иван Михайлович? — как бы между делом поинтересовался горец.

— Да вроде и так всё очевидно, — я посмотрел в глаза Карим Горынычу. Классный мужик. — Охрану потешной школы и школы ублюдков. Ну, наверное, ещё преподавание, не знаю, — я пожал плечами.

Горбунов внимательно осмотрелся, задержавшись взглядом на гвардейцах и ребятах из группы командира полка.

— Вы ведь не про этот остров говорите? И строителей Иван Михайлович пригласил не случайно? — Карим Горыныч посмотрел в сторону так и не начавшейся стройки.

— Про остров не знаю, место неплохое, чем не испытательный полигон? — я неопределённо повёл плечом.

— Где строить? — рядом со мной с другой стороны сел Багаев. — Что строить?

— Иван Михайлович не собирается строить, Дмитрий Петрович, недалёкий вы наш, — ядовито заметил вставший за его спиной старик Белозёров. Он, наверное, был не прочь пнуть амбициозного Багаева в спину и посмотреть, как тот упадёт вниз.

— Для чего же ему строители? — отец Гришки сделал вид, что не заметил колкость.

— Мы с вами не строители, Дмитрий Петрович, — Белозёров сделал паузу. — Мы больше, чем строители. Наш род прорыл канал, ваш перегородил реку. Иван Михайлович затеял поиграть с уточками.

Я непонимающе посмотрел на старика.

— Как же? Вы не видели новый мем? — Томир Юрьевич достал телефон и открыл видео.

На фоне горящего парусника Подводных в воде на мелководье спиной к зрителям сидел юноша. Вокруг него плавали уточки и игрушечные кораблики с матросами. Юноша плюхнул рукой об воду и кораблики пошли ко дну. Зато уточки задорно попрыгали по воде.

— Иван Михайлович, вам надоели солдатики? Зачем вам ещё и уточки?

— Так уточек же можно приготовить, чтобы накормить солдатиков.

Я так заливисто смеялся, что чуть не свалился с судейского подиума вниз.

— А про башенку мем есть? — я вытер слёзы.

— Есть и про маяк, — Белозёров углубился в мобильник. — Как только Его Высочество болото на себя оформил, так и появился.

Он запустил новый ролик. На фоне ночного неба ярко светится огрызок моего небоскрёба. Так же на берегу спиной к зрителям и лицом к маяку стоит юноша, в его руке плюшевый рак.

— Иван Михайлович, зачем вам маяк на болоте?

— Иван Первый основал империю, Иван Второй построил дворец на скале, Иван Третий грозы создавал, — юноша вздохнул. — Я тоже хочу засветиться в истории.

Когда я отсмеялся, Подводный аккуратно спросил:

— Так зачем царевичу болота и маяк?

— Ой, да вам то что?! — Белозёров широко улыбнулся. — Вас не за этим пригласили, - Торим Юрьевич жирно намекнул на сгоревший парусник и казнь наследника.

— Мы тоже строили, — не согласился Милен Налимович. — Кто подводную дорогу между Таманью и Крымом возвёл? Мы!

— Так это не маяк? — первым догадался Горбунов.

— Царевич говорил, что нашёл башню древних, — громким шёпотом поделился я. — Это вот над землёй только пятая её часть.

Взгляды всех присутствующих устремились вдаль.

— Заморозить, — предложил Подводный.

— Ненадёжно, — отверг предложение Томир Юрьевич.

— Надо грунт исследовать, — Багаев почесал подбородок.

— Молодой ты еще Дмитрий Петрович, — Белозёров снисходительно похлопал по плечу сидящего перед ним Багаева. — Тебе ж сказали, что торчит одна пятая. А раз она под землёй, то рыхлое там всё на километр.

Багаев был не намного моложе Белозёрова, видимо замечание относилось к молодому роду в целом.

— А школы Иван-царевич собирается открывать в сентябре, — улыбнулся уголками губ Горбунов.

— Вроде как, — я неопределённо пожал плечами.

Карим Горыныч посмотрел на табло, на значки, висящие в воздухе, на плюшевых раков и сказал:

— Я согласен.

— На что же это вы согласны, Карим Горыныч? — полюбопытствовал батюшка.

— На всё согласен, — усмехнулся Горбунов. — Так и передайте Его Высочеству, что я на всё согласен.

— И вас не интересуют условия? — искренне удивился отец.

— Иван Михайлович своих не обижает, — горец театрально развёл руки в стороны. — Разве вы сами этого не видите?

А меж тем старички-строители зацепились языками.

— За месяц можно только заморозить, — упёрся Подводный.

— Вес башни не выдержит лёд, дорогой мой Милен Налимович, - снисходительно улыбнулся Белозёров.

Глава 33

Детдомовцы начали есть задолго до окончания работы судейского таймера. Они молча стояли по внешнему кругу и жадно пожирали глазами еду, заранее выцеливая жертву. После приглашения они быстро сели, так же быстро поели, помыли за собой посуду и пересели за новые столики.

— По-моему Иван Михайлович плохо кормит своих подопечных, — съязвил Подводный.

— По-моему в сиротских домах нещадно воруют, — возразил Багаев.

— А я-то всё думал, зачем царевичу убогие, — Белозёров всплеснул руками. — Оказывается, чтобы поставить поваров в тупик.

Ну да, ну да… Поначалу повара расстроились, что едаков в два раза меньше, чем тарелок. А когда сиротские перешли к добавке, в шоке были все. Мне бы на месте императора стало стыдно.

Когда детдомовцы ушли, члены жюри уставились на меня - потому что над конкурсантами ничего не загорелось.

— Неполадки случаются, не расстраивайтесь, Эдуард Ванилович, — в голосе Подводного не было и грамма сочувствия.

Я не обратил на едкую реплику никакого внимания, мы со стихиями активно обсуждали ситуацию. Выяснилось, что не все детдомовцы брали добавку, и мы первым делом отметили столы, после которых ребята остались сыты. Кое-где над участниками высветилась цифра один. Пора бы уже научить стихии считать, ничего — будут у меня ходить на уроки в потешную школу. Драко подхватил контрольные блюда и пригласил поваров на подиумы, на этот раз обошлось без игрушечных раков. Он нарисовал перед ними стрелочки, ведущие к судьям.

Почти двадцать поваров разных возрастов. Только парочка молодых, может гении, а может потомственные. Среди приглашённых были и четыре финалиста. Корней и три старичка. Я попросил всех встать напротив своих подносов.

Корней приготовил уху. Я протянул руку и Гаврила вложил мне ложку для супа. Не зря же он на своей жилетки полный набор столовых приборов носит. Сытная, жирная с непростыми гренками в отдельной плошке. Он поджаривал хлеб вместе с травами.

Закуска — большущая салатница вместо тарелки. К свежим овощам добавлены семечки и хитрая заправка на оливковом масле с лимоном. На второе сладкий плов с добавлением трав.

Отвар тоже прилагался не в маленьком стакане, а в большом кувшине. Травы способствующие пищеварению, усвоению, приятный вкус. Я провёл анализатором: обед на четыре с лишним тысячи килокалорий, усвоение через три часа. Нарисовав на его кители ещё один золотой кулак с пальцем вверх, я отпустил парня.

И если молодой повар пошёл по количеству, то старички ударились в качество. С помощью алхимических добавок они вели своего клиента от блюда к блюду, направляя работу органов. Жирный крем-суп усиливал кровообращение, рыбный салат укреплял кости и снижал мышечный тонус. У одного из стариков был даже десерт к полезному отвару — мармелад в виде красных рачков. Он напичкал их алхимическими выжимками. Кому-то реально повезло с дедом.

— Завидую вашим внукам, — честно признался я.

Другие конкурсанты ударились в соотношение белки-углеводы, сделав смещение в сторону мяса. Горбунов выпросил для себя плов, а потом и другие судьи расхватали подносы с сытными обедами. Это они зря. У Белозёрова на груди красовались значки перечеркнутого молока и хлеба, а он ухватил пирожки, которые оказались ну ооочень сытными.

Это, конечно, всё хорошо, но что делать с остальными участниками? Этих я отпустил, Драко нарисовал над их столиками по большой тройке.

Я решил разобраться с теми, кто сходил за добавкой аж трижды. Нашёлся уникум, который съел четыре порции. Я попросил привести ко мне маленького обжору. Может ему там плохо от переедания.

Вскоре мои друзья нарисовали траекторию перемещения тройных едоков. Капля меня забросала образами, и я понял, в чём дело. Еда не приносила удовлетворения. Детдомовцы остановились, только когда конкретно переели. Земеля вызвался помочь этим ребятам с усвоением, ускоренно расщепить еду в энергию и направить на укрепление костей и строительство мышц.

Я отсеял тех поваров, от кого ребята уходили неудовлетворёнными. Последние остались под вопросом. Поскольку в них просто больше не влезло. Осталось ещё около сотни. Капля подсветила синим кулаком конкурсантов, которые вызвали положительные эмоции. Они обзавелись уменьшенной цифрой три. В результате в финал прошли немногим более сотни.

Я спустился вниз и прошёлся по рядам. Разношёрстная компания. Кроме аристо здесь же была бабка, у которой не было денег. Ещё пара молодых людей, кроме Вовчика. Здоровенный мужик, похожий на кузнеца. Какие-то смуглые парни, явно знакомые между собой. Женщин было мало. Молодых не было вовсе.

За мной следовали Денис и Гаврила. Я резко развернулся к помощнику.

— Пусть всех конкурсантов сдвинут ближе к судейскому подиуму, — сейчас-то сто человек были размазаны по тысячи мест. Неудобно. — Остальное можно разбирать.

— Эдуард Ванилович, командир полка просил оставить им кулинарные зоны, чтобы ребята могли сами себе готовить, — попросил адъютант.

Место для тусовок и отдыха, значит… Я отмахнулся, мол решайте сами.

Я подождал, пока Денис отдаст распоряжение командиру полка, и ребята примутся за работу. Выгнанные с конкурса повара не спешили расходиться, а устраивались на пригорке. Здесь же было много зевак. Я попросил своих друзей найти тех, кто сегодня целый день ничего не делал, а только снимал на телефон конкурс.

Более тысячи блогеров улетели на паром. Они не просто зарабатывали на мне, они ещё и не умели держать язык за зубами.

Драко показал тех, кто тоже ничего не делал, а просто тусил, в качестве зрителя. Ещё полторы тысячи туристов улетели на паром. Тот протяжно загудел, видимо давая понять царевичу, что перегружен и шустро отчалил.

— Сколько человек отобрал господин Мухин? — я обернулся к Дениске, который судорожно рылся в телефоне. В намеченном ранее третьем этапе отпала необходимость, перейду сразу к четвёртому.

Адъютант набрал чей-то номер и отошёл в сторону. Через минуту на помост влетел Павел Андреевич и повязал мне и батюшке синюю ленту на плечо. От куска ткани фонило магией.

Мухин замер передо мной:

— 176 недавно инициализированных или у которых источник развивается, — Павел Андреевич поглаживал своего рачка. — Ещё мы с моим дорогим другом нашли тех, кто вот-вот активируется и собрали в одном месте. Мои ребятки за ними присматривают.

Я скрыл нас под непрозрачным куполом.

— Как они собираются им помогать? — с тревогой спросил я.

— Не извольте беспокоиться, господин главный судья, — заискивающе залебезил Мухин. — Запускать источник будут ваши друзья, — он ласково погладил рачка. — Мои ребята объясняют правила обращения с магией, технику безопасности. Ну и посмотрят за ними, чтобы они случайно не убились.

Тьма меня забери! Да если бы стихии умели грамотно запускать источник, в этом мире не было бы столько магических калек! Хтонь-хтонь-хтонь.

Я послал стихиям просьбу найти мне ближайшего человека, готового к инициализации и срочно привести сюда. Я хотя бы объясню, что и как… Не могу разорваться между конкурсом и инициализацией, хтонь. Пока я решил объявить о следующем этапе. Я снял купол и встал на край судейского подиума.

— Уважаемые участники конкурса, минуточку вашего внимания, — я усилил голос. — Остался последний этап конкурса. Следующими вашими едоками будут прошедшие недавнюю инициализацию маги. Вы готовите по две порции плюс контрольная для жури. Время пошло!

Я включил таймер на 90 минут. Но первым мне принесли спящего ребёнка. Я непонимающе посмотрел на Максима Горбунова с мальчишкой на руках.

— Это тот, который съел четыре порции, господин главный судья, — объяснил командир полка.

Мы сошли с подиума, и я попросил положить ребёнка на пустой кулинарный стол. За спиной Максима маячил Коля Хвастунов, который сразу меня узнал. Драко нарисовал на груди главаря синего дракончика.

Спящий паренёк выглядел лет на семь, но скорее всего он был года на два старше. Шарообразный живот неестественно выпирал на болезненно худом теле. Я просканировал парнишку. Как я и думал, гипотрофия вызвана сильным эмоциональным переживанием и последующим стрессом. Недостаток питания привёл к тому, что во время роста органов, организм нещадно экономил на всём. Хтонь! Батенька меня убьёт, если я начну лечить сиротских…

Стихии вызвались помочь, Земеля будет направлять еду на строительство органов. Капля обещала сгладить эмоции, чтобы убрать стресс. Я обернулся к Коле:

— Этому мальчику не заниматься. Пусть ест и спит круглосуточно. Когда не спит, то ест, ты меня понял?

Хвастунов кивнул, он порывался что-то спросить, но сдерживался. Я выжидающе наклонил голову на бок.

— Часть ребят, после еды на конкурсе заснула, — всё же сказал Коля. — Это нормально?

— Да, — я успокаивающе покивал. — Они переели, и… хкм, скажем так, я исправил это. Но это была разовая помощь. У них, как у этого пацана не получится круглосуточно жевать.

— Спасибо, — парень кивнул. Вместе с командиром полка они унесли мальчугана.

— Эдуард Ванилович, — совсем рядом раздался вкрадчивый шепот Мухина, — я привёл ближайшего готового к пробуждению.

Я резко обернулся и встретился глазами с Вовчиком. Я накрыл нас непроницаемым куполом и велел воришке ложится на стол. Скользнул в глубокий транс и подключил к себе Гаврилу и Мухина.

— Прежде чем запускать инициализацию нужно убедиться, что тело физически готово принять магию, — я объяснял стихиям и ликвидировал безграмотность у своего директора школы Мухина. Ну, а Гавриле знания пригодятся. — Первое, что смотрим, развитие энергетической системы. Здесь не так важно насколько большой и развитый источник, он всего лишь накопитель. Более важна проходимость каналов. Я напитал тело Вовчика огнём. Обратите внимание, что у него нет симметрии, а часть каналов слева вообще не развита. В ноге отсутствует выход, до ступни не доходит ни один жгут.

— И что делать? — Мухин заворожённо разглядывал канальную сеть. Ну да, ну да… Это не щупом вслепую…

— По-хорошему, следить за здоровьем детей с рождения и не допускать такого, — строго сказал я. — Но мы имеем, что имеем, и если у парня включить источник, то у него не получится магичить, его будет накрывать зверская боль.

— Но он же не сможет совсем не пробуждаться, — возразил Гаврила. — Магия рано или поздно врастёт в него.

— Это да, — согласился я и поджёг парня. К сожалению, это был самый быстрой способ исправления ситуации и самый палевный.

Мы наблюдали, как Первостихия заполнила источник парня. Она прошла через его каналы и добила их до выхода из тела. Вовчик при этом молча корчился от боли. Он всё слышал и мужественно терпел.

Минут через пятнадцать всё было кончено.

— Не идеально, — я показал стихиям на явный перекос каналов с одной стороны. — Но магичить он сможет.

— А есть какие-то методы, чтобы убрать этот перекос? — жадно спросил Мухин.

— Есть. Но я сейчас этого делать не буду. Это ещё не всё. Нужно проверить физическое развитие тела, — я наполнил воришку стихией земли. — Проблема в том, что для мага требуется более развитый организм, чем для физически крепкого человека. А перед нами обычный юноша. И в данном случае даже хорошо, что у него небольшой источник. Он не сможет пропускать большой объём маны, хотя бы не поубивает никого и себя в том числе.

— А что делать, если источник большой? — спросил Гаврила, очевидно, вспомнив себя.

— Больше медитировать, меньше магичить, изнурять себя физически. Ну не плохо бы грамотного наставника, — добавил я.

— Значит, запускаем? — азартно спросил Мухин.

— Смотрите, не надо насильно насыщать его стихией. Помните про несовершенство его тела. Аккуратно помещаем ему в источник сильно разряженную универсальную ману. Источник примет ту стихию и в той пропорции, к которой готов.

— Земля, — заворожённо прошептал Гаврила.

— Ага, — вторил Мухин.

— Теперь уберём лишние. Когда стихия прижилась, присутствие других ощущается неприятными болезненными, кхм, щекоткой такой, — я убрал остальные стихии. — Обратите внимание, пошёл сбор маны.

— Ему теперь что? Поспать? — предположил Васнецов.

— Поесть! — Мухин нацепил на плечо парня синюю ленту.

— Мне надо тебе говорить, чтобы ты молчал обо всём, что здесь произошло? — Гаврила достал нож.

— Нет-нет-нет, — замотал головой Вовчик.

— Ты и так уже в финале, — я хлопнул его по плечу, — так что побудешь в роли едока на этот раз.

Я помог парню слезть и усадил за стол. Снял купол. Вокруг нас собралась толпа магов с синими повязками. Я посмотрел на таймер. Осталось пять минут.

— Ого, — воскликнула моя будущая мачеха, — не самое лучшее место для инициализации выбрали, — пробурчала она. — Взбаламутили магофон, тут люди есть собираются, а вы аппетит портите.

— Полегче! — на мою защиту встал Вовчик. — Что налетела? Ворчишь, как бабка старая.

— Так я и есть, — ухмыльнулась бывшая бабка, которой не дашь больше семнадцати, — Аах, — она махнула рукой и отпихнула от себя императора, вставшего совсем близко. — Да уберите от меня этого малолетнего идиота, уже всю раздел меня взглядом! Ты это, милок, держи свои гормоны при себе.

Батя счастливо улыбнулся и поплёлся за девушкой следом. Одет он как император не был, а то, что у него на груди герб рака, так откуда чужачке знать реалии этого мира?

Я огляделся. Тут были все воскрешённые. Я обострил слух.

— Маг, ты не понимаешь, вопрос не времени, — увлечённый голос принадлежал одному из молодых парней. Он был лохматый, футболка мятая, в глазах исследовательский зуд. — Если бы мы попали в другое время, то положение звёзд было бы другим, но закономерным. А здесь некоторых светил просто нет!

— Да-да, Фед, я помню, — ему отвечал такой же лохматый пацан, — параллельная вселенная. Ты себя слышишь?

— Значит, появление у нас магии тебя не смущает, а альтернативная ветка реальности да? — едко бросил первый.

Я стал пробиваться в сторону воскрешённых учёных из космической эры. Это мы кажется лопухнулись, сколько ещё интересно было немагов в этих капсулах? Ну, а что? Стихии делали всё, как я показывал. Я воспроизвёл источник будущей императрицы заново, ну и они повторили. А то, что пациенты изначально не были магами, так я же не уточнял. Хтонь! Сам виноват.

— Добрый день, — мне дорогу перегородил помолодевший мужчина, которого воскрешал император. — Меня зовут Берр, — он вежливо улыбнулся.

Я машинально пожал протянутую ладонь и тут же ощутил сканирующий импульс, который на автомате втянул в источник.

— Иван? Если не ошибаюсь, — Берр продолжил удерживать мою руку.

— Какие-то проблемы, Эдуард Ванилович? — ко мне подскочил Гаврила.

— Никаких проблем, — Берр продемонстрировал подошедшему убийце раскрытые ладони. — Отличный грим, — похвалил он моего телохранителя. — Однако, в следующий раз советую воспользоваться опытом вашего господина. Изменение пигментации волос и отведение мелких сосудов от лица — более эффективная маскировка для мага.

— Что ты хочешь? — с угрозой в голосе тихо проговорил Васнецов.

— Быть полезным. Я нюхач, — он тщательно отслеживал мою реакцию на последнее слово, и видимо я сплоховал, поскольку специалист причинно-следственного отдела из мира Нейра довольно улыбнулся. — Входил в топ-10 лет двадцать, — он ещё шире растянулся в улыбке.

— Не знаю, что у тебя не там с носом, — продолжил нагнетать Гаврила, — но с чего вдруг нам тебе верить?

— Господин Дубхе единственный на этом острове и полагаю в этом мире, кто способен сотворить с моим телом, хм… такое… — нюхач определённо понял, что Гаврила не в теме, и вовсю наслаждался ситуацией. — В общем, я безмерно благодарен за своё спасение, — он дружелюбно улыбнулся.

— Где Дубхе? — за спиной Берра возник перекаченный парень, восстановлением которого так увлёкся Земеля, помнится он ещё подозрительно хорошо сохранился на фоне прочих полутрупов.

— Хеллиос, ты нашёл Дубхе? — из-за спины здоровяка вынырнули два учёных паренька из космической эры. Ну да, ну да… Если они летали в космос, то должны знать правящий род галактики.

Мы привлекали к себе всё больше и больше внимание, я уж было развернулся в сторону кулинарных столиков, когда с берега послышался шум ломаемых досок.

Прорубаясь сквозь причал, из воды выбирался громадный красный рак, десять метров так точно. Он зыркал глазами и водил усами. Наконец, его глаза сфокусировались на мне. Набирая скорость, он понёсся в мою сторону.