13-й император — 3

Глава 1

Я сидел в своём кабинете на месте посетителя и смотрел на книжную полку. Пылающий огнём первый том уже несколько раз за последние полчаса сменил название, стараясь привлечь моё внимание. Когда я не среагировал на пафосное «Путь творца», буквы сложились в «Слабак». Потом сменились на «Трус». А затем внезапно поменяли тактику и написали: «Ваня хороший». И вот, наконец, последнее заглавие «Первостихия» меня зацепило.

От моего четырёхтомника осталось три книги, и остальные две вели себя прилично. Последняя так вообще была точно такой же, как я её помнил, когда увидел в первый раз в хижине травника. Покрытая тонким слоем воды, она гласила «Истоки». Но я не обманывался на её счет. Помню, как она в меня плюнула холодной струёй воды, метко попав в глаз.

Третий том был самым безобидным. Никогда не приносил мне проблем, и всегда делился актуальной информацией. И на этот раз название предлагало какие-то полезные формулы. «Ускорение свободного падения» звучало приемлемо и безопасно.

За столом помимо меня сидел Рыжик. Огненный бельчонок практически прописался в моём кабинете, организовав себе отдельное рабочее место на краю стола. Он сделал для себя полностью магический ноутбук и подсоединил его к общей сети. Он постоянно что-то быстро печатал своими коготками, а на груди у него болталась флешка на цепочке в виде орешка. Стихийный огонь просто фанател от разной электроники. Я видел, какую матрицу он сделал для своего ноута. Гений! Что ещё сказать? Юный гений!

Напротив Рыжика с другой стороны стола на высоком барном стуле возвышался плюшевый рак. Стул он сделал себе сам, не захотел, как Рыжик сидеть на столе, — не солидно, мол. У него и чёрная бабочка была на месте шеи. Земеля шумно пил через трубочку что-то красное из созданного стакана. Жидкость сильно фонила маной воды. Они вместе с Каплей вечно экспериментировали с напитками.

— Да, возьми ты уже эту книгу, — пробасил Земеля. — Ты просто оттягиваешь неизбежное.

Я тяжело вздохнул и подошёл к книжной полке, гипнотизируя заглавие «Первостихия».

В дверь вежливо постучали и вошли, не дожидаясь ответа.

— Я занят! — раздражённо рявкнул я, не оборачиваясь.

— Чем же? — раздался озадаченный голос Корнея, который с любопытством оглядел пустой кабинет. Он поставил на стол поднос и разместил перед моим местом большую чашку с ароматным отваром и две небольшие плюшки.

— Я думаю, — мрачно сообщил я, усаживаясь за стол.

— Полезное занятие, — Корней сел на согретое мною место. — Пей, пока горячее, — он дождался, пока я сделаю первый глоток, и светским тоном осведомился: — И о чём же вы думаете, Ваше Высочество? Позвольте спросить.

— Читать или не читать? Вот в чём вопрос, — хмуро провозгласил я, пробуя плюшку. С мёдом, ммм.

— Определённо читать! — категорично заявил Корней. И Земеля шумно поддакнул, отпив из стакана. — В книгах плохого не напечатают, — назидательно провозгласил он чужую мысль.

— Эээ нет! — я поднял вверх руку с откушенной медовой плюшкой. — Не всякая книга полезна и безопасна. После последней, — я запнулся и покраснел. — Тяжело пошла, в общем, да.

— Это, потому что ты её съел, — с нескрываемой обидой напомнил мой личный повар. Даа, я помню выражение его лица, когда я откусил корешок. Мне стало совсем стыдно.

— Это уже детали, — я сделал большой глоток и зажмурился от удовольствия. — Факт, что после её усвоения я ходить не смог.

Сквозь стену просочился мой секретарь — призрак покойного Ивана III Грозного. Напротив Корнея появился призрачный стул, куда бывший император неторопливо уселся. Надо всё-таки спуститься в алтарный зал и хорошенько порасспрашивать Алтарь. С каких это пор он стал создавать призрачную мебель? Ещё и дистанционно!

— Иван Михайлович, надо свериться с вашим расписанием и уточнить несколько вопросов, — Иван Грозный извлёк из складок одежды призрачный ноут и раскрыл его.

Корней не удержался и провёл руку сквозь прозрачный ноутбук, чем заслужил от Ивана III укоризненный взгляд.

— По поводу экзаменов, — начал призрак, и Корней хохотнул.

Иван Грозный замолчал и сурово уставился на моего личного ученика.

— Простите, Иван Владимирович, — вежливость была отличительной чертой добродетельного Корнея. — Просто, Иван Михайлович всегда заявлял, мол, никаких проверочных работ, только лекции. Потому что студенты Академии наследников должны сразу привыкать к тому, что главу рода никто пинать и подталкивать к сознательности не будет. Они сами должны нести ответственность за свои поступки. И тут вдруг студенты рассаживаются в аудитории по местам и получают на руки экзаменационные листы, — он снова дико расхохотался.

Я безразлично пожал плечами. Надо сделать перегруппировку в конце учебного года и озадачить учеников на лето. А для этого нужно было понять, насколько они продвинулись за восемь месяцев.

— Глава рода часто попадает в непредвиденные ситуации, — встал на мою защиту призрак.

— Так что там не так с экзаменами? — я развернулся в полуоборота, чтобы видеть книги.

— Царевич Михаил жалуется, что студенты предлагают взятки. И по мере того, как он отказывает ставки растут. Он спрашивает, может уступить ученикам? Там есть интересные варианты. Светлов, например, предложил пополнить библиотеку редкими изданиями, — призрак Ивана Грозного вопросительно уставился на меня.

— Взятку за что? Хотят отметку исправить? — я сурово посмотрел на секретаря.

Корней не выдержал и заливисто расхохотался, он достал нагрудный платок и аккуратно вытер выступившие слёзы.

— Простите, Иван Владимирович, простите, — Корней приложил руку к сердцу, когда успокоился. — Ваня, ты же сам запретил оглашать результаты тестирования, заявив, что экзамены для преподавателей и отметки нужны для внутреннего использования, — он снова засмеялся, ну, или скорее заплакал. — Взятки за то, чтобы просто узнать результат!

— Тогда ладно, если что-то полезное для Академии, пусть продаёт, — я махнул рукой и посмотрел на книжную полку. Книга призывно мигнула пламенем. — А результаты уже есть?

— Только те, что сдавали письменно, — Грозный что-то нажал в ноуте и на экране над стихийными книгами загорелся большой экран. — Мора устраивала испытания на реальных больных и данные в общую базу ещё не внесла.

Я повернулся лицом и потянулся к книге, но голос Корнея привёл меня в чувство, и я отдёрнул руку. Плюшевый рак разочаровано втянул воду через трубочку.

— Ваня, можно и я продам? Демидов мне такие ножи предлагал, — мой личный повар закатил глаза.

Я отмахнулся от него и уставился на экран. Обволакивающий книгу огонь стал ярче.

— Ну вот! Отличные же результаты! — я довольно откинулся на спинку стула. Подавляющее большинство написало работы выше 80 баллов. — А у кого это сплошные неуды? Покажи-ка конец списка.

Оценки в основном были выше 60, потом шёл разрыв и часть студентов позорно светилась двадцатками и тридцатками.

Иван Грозный нагнулся над планшетом, выводя последнюю сотню. Раковы! Суки! Внизу таблицы по успеваемости были все дворцовые! Конкретно на этих выродков мне было плевать, но все остальные? Они-то почему показали такой позорный результат?

Раковы стали моей головной болью с самого первого дня преподавания. Я выделил для них понедельник, чтобы отдельно заниматься именно императорским родом.

Ровно в шесть утра все Раковы должны были явиться на берег водохранилища. Стоит ли говорить, что они опоздали? Все остальные студенты уже сонно бегали по спортивным дорожкам и наблюдали, как члены императорского рода неспешно высаживаются с пришедшего парома.

Нееет, паром как раз-таки пришёл вовремя, но эти слишком важные персоны не пожелали выходить, пока не пришёл я. Помнится, что я тогда рявкнул, что если будет ещё одно опоздание, то я лишу их парома, а с дворцового острова они будут добираться вплавь.

Когда же они узнали, что им нужно залезть в осеннюю воду и плавать, то просто отказались, выбесив меня окончательно. Драко подхватил их и забросил подальше в воду, а Капля страховала, чтобы лентяи не утонули. Обозлённые подростки выплыли на берег, и Драко забросил их снова.

Через полчаса, ну я же не изверг мучить их дольше, мы перешли на беговую дорожку, где они принялись вяло ходить, изображая умирающих. Я же высушил на них одежду! Что опять не так? Чтобы заставить их бежать, я стал бить по ступням током.

Даже не знаю, как я их не поубивал в этот день. Суки! Они как будто делали мне одолжение, позволяя себя учить. И это при том, что император настоял, чтобы после бала я снял инкогнито. Я фактически их будущий глава рода! И что?

— Отправь-ка вот эти вот результаты их родителям и императору, — я зло процедил и махнул рукой, случайно задев книгу.

На пол упал четвёртый том «Истоки» и раскрылся. Послышался мелодичный звук текущего ручья.

— Не будешь поднимать? — басовито поинтересовался плюшевый рак.

— Опасаюсь, — признался я.

Я окончательно успокоился, внутренне собрался, настроился на почтение и уважение к книге. Медленно и осторожно я дотронулся до раскрытой страницы кончиком пальца. Ничего не произошло. Тогда я вежливо поднял книгу и уставился на раскрытый раздел.

«Алтарь и взаимодействие с главой рода».

— О, как интересно! А ты знал, — я посмотрел на Алтарь рода Раковых, который был представлен призраком Ивана Грозного, — что для усиления Алтаря глава рода должен каждый день делиться с ним родовой маной и медитировать по часу минимум?

Иван III мрачно покачал головой. Помнится, я обещал Алтарю рассказать правила обращения с Алтарём, если тот признается батюшке, что настоящий Иван погиб во время ранней инициализации, а я чужая душа в его теле. Но даже тогда Алтарь не согласился. Слишком сильно хотел заполучить универсала себе в род.

— Дай почитать, — Грозный мрачно уставился на меня.

Я протянул ему книгу. Сможет взять её в руки или нет? Другие люди стихийные книги не видели. Вон с каким интересом Корней пялится в пустоту.

Грозный взял книгу и раскрыл с самого начала. Вопросов к Алтарю прибавилось. Я озадаченно почесал подбородок, книга стала плеваться в призрак водой, но струи проходили насквозь и уже забрызгали стол, ковёр и сидящего напротив Корнея.

Иван III быстро перелистывал страницы, боялся, что книга сбежит, потому что она уже начала вырываться.

Во все покрытия в моём кабинете были внедрены плетения очищения, поэтому мокрым оказался только Корней, который вскочил из-за стола и с безопасного расстояния наблюдал за жадно читающим призраком.

— Корней, ты уже освоил плетение, с помощью которого можно высушить одежду? — я строго посмотрел на своего ученика.

Корней вздохнул и принялся очень медленно формировать линии.

— Боря, выведи общий рейтинг одарённых детей на большой экран, — попросил я, допивая отвар.

Над книжной полкой с призывно горящим названием зажёгся большой экран.

Все первые 98 строчек занимала Белая сотня. Когда Гео в первый раз назвал поседевших подростков роем, помнится, я пришёл в замешательство. Потому что как-то не интересовался жизнью и поведением насекомых. Кроме общих представлений, я понятия не имел, что такое рой.

Гео объяснил, что седые юноши обладают кроме собственного ещё и общим сознанием, которое позволяет им понимать друг друга без слов. Они постоянно настроены на меня, чуют меня на расстоянии и готовы выполнять все мои желания. А что я? Я хотел получить сильных магов.

То, как впахивала Белая сотня, вызывало шок у окружающих. Они все развили стихийную принадлежность до сотки. Мало того, все они не взирая на протесты глав родов отказались от родовых стихий, потому что враждебная стихия тормозила прогресс. Они выбили максимальные показатели во всём!

Уже в январе я был вынужден организовать для них отдельную группу «Белая сотня» и начать полноценно обучать по всем предметам. Отношение других студентов к ним было неоднозначным. В большинстве своём они их тихо ненавидели, потому что они являлись живым доказательством, что добиться результата можно, и ставили под сомнения их собственные усилия. Так или иначе они послужили хорошей мотивацией для остальных учеников.

Дверь в кабинет шумно распахнулась. Плетение Корнея распалось, а Иван Грозный ускорился. Мальчик лет четырёх вбежал и шустро забрался ко мне на колени.

— Па! Я хочу ещё одно тело! — требовательно заявил пацан.

Корней заулыбался, а плюшевый рак что-то одобрительно буркнул.

— Как? Ещё одно? — я не сумел сдержать улыбку. Собственно, за счет того, что он уже завёл себе несколько тел, он и подрос так быстро.

В самый первый раз когда только зашёл разговор про дополнительное тело, маленький мальчик заявил:

— Жаль, что ты уйдёшь!

Оказалось, он уже просчитал, что моя душа не останется на перерождение, и он не сможет использовать мой богатый тысячелетний опыт. Поэтому он решил, что должен взять за мою короткую жизнь максимум.

Первое дополнительное тело он завёл, чтобы учиться магии у меня в малой башне, и успешно продвигался по этажам, обогнав всех, даже батю с будущей мачехой.

Потом он прибежал и заявил, что хочет играть и учиться в Потешной школе вместе с другими детьми. Учителя поворчали, что он слишком мал, но его упёртому характеру можно было только позавидовать. Он быстро сдал тесты по чтению, счёту и каллиграфии и влился в текущую группу начальной школы, быстро нагнав тех по предметам. Дети, кстати, считали его просто гениальным ребёнком. Моим сыном.

Пожалуй, только император и Мора знали правду. Они испытали шок, когда я заявил, что это душа планеты, которую они топчут ногами. Гео завёл очередное тело и сказал, что хочет жить в полноценной семье, как настоящий ребёнок. Конечно, родителями стали отец и Мора. Девушка вообще в нём души не чаяла.

Потом он прибежал зарёванный, весь в слезах и заявил, что ему одиноко. Он один-одинёшенек в этой звёздной системе, а я скоро уйду. Ну по его меркам, сколько бы я не прожил, будет скоро. В общем он хочет осваивать космос. Да, сам он никуда не полетит, но жители его планеты будут возвращаться из других мест, и он будет знать, что там происходит у других таких, как он.

Я не стал ему рассказывать, что все души других планет девочки. Вместо этого предложил ему простой вариант. Боря строит межгалактический ретранслятор, и сюда прилетит космический корабль.

Гео даже обиделся на меня за такое предложение и заявил:

— Я сам! Я сам хочу!

На моё резонное замечание, что у него нет ни людей, ни технологий, он отмахнулся. Типа он уже всё продумал и вырастит поколение умников. Мне стало очень интересно как. Рецепт оказался до безобразия прост. Берёт душу успешного учёного и помещает в благоприятную среду. Какую? Ооо, тут у него был целый план. В качестве примера он привёл мне Берра и Аффу. Оба талантливые маги, она еще и магоинженер.

Я сказал ему, что обычно такие женщины посвящают себя работе, а не воспитанию детей. На что он загадочно улыбнулся и заявил, что есть методы.

Я сделал для него очередное тело и он убежал к космическим исследователям Магилану и Федерику. Перенимать опыт, как он сказал.

И вот сейчас он сидел у меня на коленках и требовал новое тело.

— Зачем?

Не, понятное дело, что когда он подрастёт, сам сделает себе столько тел, сколько захочет. Просто любопытно.

— Я хочу продвигать технологии! — серьёзно заявил малыш. — Па, я всё продумал и пришёл к выводу, что идеальный инструмент для быстрого технологического роста — Белая сотня.

Я даже опешил от такого заявления, и не только я.

— Почему? — спросил Корней.

— Ну, сам смотри, — принялся объяснять Гео. — Они же наследники великих родов. Многие из них, а кто ещё не стал, так с поддержкой других членов роя они возвысятся. Они слаженный механизм. Представляешь сотня родов, который функционируют как единой целое на благо мира? — воодушевлённо закончил он.

— А они захотят? — засомневался я.

— Конечно! Я же твой сын!

Я прикрыл глаза и рядом с нами появился ещё один мальчик Гео. Они оба радостно заулыбались. Потом новый Гео закрыл глаза и напрягся. Видно было, как тяжело ему даётся преобразование. Однако, уже минут через пять волосы мальчика стали белыми, как и его одежда.

Он чмокнул меня в щёку и открыл дверь, за которой уже стоял седой парень. Тот вежливо поклонился, взял мальчика за руку и они ушли.

— У меня от них мурашки, — признался Корней.

— Не у тебя одного, — заявил Иван Грозный, не отрываясь от чтения.

Глава 2

Когда седой мальчик ушёл, оставшийся Гео заинтересовался брызгающейся книгой.

— А во что он играет? — ребёнок просунул голову сквозь бестелесного Ивана Грозного и посмотрел на раскрытую страницу. — О, как!

Он забегал глазами по строчкам и получил меткую струю холодной воды в глаз.

— Алтари можно объединить в сеть! — он загорелся новой идеей, даже не обратив внимание на следующий плевок, от которого ловко увернулся. Возможно, Гео подумал, что игра именно в этом и заключается, чтобы читать и уворачиваться.

— Рода никогда не пойдут на это, — я попробовал остудить пыл мальца. Но его уже было не остановить.

— И тогда не надо будет привязывать к алтарям души, — он ткнул в призрак пальцем и тот пошёл рябью, из-за чего книга освободилась, но упасть на пол не успела.

Гео ловко подхватил плюющую водой книгу и расположился на призрачном стуле. Корней попробовал схватить стул, но ладонь прошла насквозь. За спиной увлечённо читающего мальчика снова возник Иван Грозный и забегал глазами по строчкам.

Они так аппетитно читали, что я тоже подошёл к книжной полке и уставился на горящее заглавие «Первостихия».

— Да, бери уже её, — азартно пробасил Земеля.

Дверь в кабинет шумно отворилась, и я отпрыгнул от книжной полки. Земеля разочарованно втянул воду через трубочку, а плетение Корнея снова распалось.

В кабинет без приглашения ввалились новые посетители. Оба моих отца в сопровождении моего главного секретаря царевича Петра и сразу двух секретарей императора.

Книгу они не увидели. В их представлении Гео сидел и уворачивался от выстреливающий в него воды.

— Тренируетесь? — одобрительно заметил Милен Налимович и подошёл к Корнею. Он ловко сплёл нужное плетение и высушил мокрый сюртук моего личного ученика.

Глава рода Подводных был лучшим среди учеников взрослой группы. Михаил III посещал все занятия, но отказался быть зачисленным в группу, хе-хе. Это он зря. Возможно, он бы обогнал по показателям Подводного. Ведь, над его телом работал я лично.

Михаил Михайлович подошёл к Гео и довольно быстро набросил на него высушивающее плетение, за что тут же получил меткий плевок в руку.

— Я сам, — заявил малец, и император отступил.

Они вдвоём расположились за дальней частью стола, присоединившись к Петру.

Интересно, что их привело. Они же на дух друг друга не переносят?

Император выразительно посмотрел на Корнея. Тот вздохнул, забрал грязную посуду и вышел. Я снова повернулся полубоком, не выпуская «Первостихию» из поля зрения.

— Ваня, мы с Миленом серьёзно обеспокоены твоей безопасностью, — заявил Михаил III.

Ну да, ну да… За прошедшие с первого покушения восемь месяцев меня пытались убить ещё четыре раза и с десяток похитить. Слишком много тех, кому не нравится то, чем я занимаюсь. И это я не про Академию наследников и новую магию плетений.

За 8 месяцев мы съездили на 30 экскурсий, и я поставил ещё столько же бесплатных сканирующих рамок около разных деревушек. Простой люд меня боготворил. А у аристократии я был, как кость в горле. Не только Белозёровы принялись срочно модернизировать ГЭС.

Светловым после моего посещения пришлось обновлять электропроводку. Карповым — чистить речное русло. Лещов был прихвачен за загрязнение окружающей среды, он сбрасывал в реку токсичные отходы со своих судоремонтных заводов.

Досталось даже Ветрову, чьи ветряки покрылись изнутри ржавчиной.

В конце концов нас перестали приглашать на экскурсии. Все кроме Подводного. Его заявку император не одобрял по известным соображениям.

Тогда мы стали ездить без приглашения, чем вызвали неописуемый восторг у журналистов и дикую панику у ведущих родов. В субботу утром все выходили на работу и ждали, куда отправится Иван-царевич на этот раз.

Единственный род, к которому у меня не нашлось претензий — Демидовы. Мы посетили завод, где плавили сталь. Чисто, безопасно, всё оборудование новое. А так куда бы я не приехал, везде находились какие-то проблемы.

И всё же бесплатные сканирующий рамки бесили аристократов больше. После того, как все поняли, что своровать или присвоить их не получится, многие попробовали их купить. Но тут я упёрся. Чем их не устраивают бесплатные? Ну да, там стоит ограничение, сканирование возможно раз в год. Зачем им чаще?

И всё же на один род батя меня уломал — Демидовы. Мол у них у единственных не было проблем на производстве, поощри их. Ну я и поощрил. Поставил рамку при входе на образцовый завод. Михаил III поскрипел зубами, но смолчал.

Мы не раз обсуждали рамки с батей и Гео. Здоровая нация, умный народ и глобальное объединение. Над последним душа Земли работает самостоятельно. Он сказал, что для космических путешествий планету надо объединить вокруг единого правителя. И в этой роли он, конечно, же видит себя. Я пока не говорил об этом императору… Вряд ли Раков захочет делиться властью, но с другой стороны, как он сможет возразить целой планете?

Кроме того, арки позволили выявлять потенциальных магов и магических калек. Мора пока не уговорила императора на бесплатную медицинскую помощь. Я принял сторону отца, заявив, что лучше заняться образованием.

Каждый выезд наследников на экскурсию сопровождался беспрецедентными мерами безопасности. Первым на место выезжали бойцы рода Горбуновых. Так собственно главы родов и узнавали о планируемом посещении.

Мы отказались от любого другого транспорта в угоду летающим питонам из моей башни. Кроме всего прочего Бориска навесил на меня силовые немагические щиты от внеземных цивилизаций. Два раза я уже попал в ловушку из-за блокировки магии. И немагические щиты спасали меня каждый раз. В последний раз он прикрутил на меня щит, которым оснащают космические корабли. И ведь не прогадал. Злоумышленники ударили по площадям.

— По нашим разведданным готовится серия террористических атак на сканирующие арки, — примирительным тоном заявил Милен Налимович. Ибо стоило им заговорить про мою безопасность, как я начинал заводиться. Они ещё ни разу ничего путного не предложили. И сейчас решили объединить усилия.

Я почесал голову. Ну да, ну да… такой вариант я не рассматривал. Жаль, если население пострадает.

— Боря?

В кабинете появилось голографическое изображение Бориски.

— Уже занялись установкой дополнительной защиты, — сообщил он. — Проблема в том, что защиту можно снять и украсть. Мы не умеем намертво прикручивать оборудование, как ты.

Я озадаченно почесал подбородок и покосился на горящую книгу. Боря подошёл к читающему Гео. Книгу он не видел, но считывал магическую аномалию. От плевка он ловко увернулся.

— Давайте ближе к делу, — я поторопил помолодевших старичков. — Что вы хотите? — я решил подтолкнуть их к изложению сути предложения.

— Спрятать тебя до совершеннолетия, — сообщил отец.

— А смысл? Я могу и в башне пересидеть. Мимо мэллорна ещё никому не удалось пройти. Да и Боря там озаботился повышенной безопасностью.

— Мы поставим на твоё место двойника и будем его так же тщательно охранять, — заверил меня император. — А ты будешь жить обычной жизнью, хм, ну и будешь занят в общем.

— Чем? — я с интересом посмотрел на покрасневшего императора. Впервые на моей памяти он покраснел от смущения, а не от гнева.

— Ну понимаешь… — замялся Михаил III.

— Универсалы должны размножаться, — хохотнулПётр. — И тебе надо делать детей. Много-много маленьких универсальчиков: мальчиков, девочек.

— А ещё лучше, если от родов, который сейчас активно выступают против тебя, — добавил Милен Налимович.

— Мне только 15. — я хмуро посмотрел на отцов. — И у меня есть сын, кстати, тоже универсал.

Это да, душе планеты не составило труда освоить все стихии.

— Гео не оставит после себя потомство, — мягко возразил Подводный. Неужели император ему рассказал правду о мальчике? Или он сам догадался?

Не понял. Они что? Хотят собрать мне гарем и где-то запереть с кучей баб? Я в ужасе посмотрел на свихнувшихся стариков. Понятно, почему они не рассматривают вариант с башней — не хотят пускать чужих, чтобы не светить технологиями перед враждебными родами.

— Вон! — рявкнул я так, что все вздрогнули, а книга перестала плеваться. Даже Рыжик приподнял глаза и мутным взглядом осмотрел комнату.

Я добавил магию, и выставил всех за дверь.

— Забей, — посоветовал Гео, не отрываясь от чтения.

— Да, — пробасил плюшевый рак, — сядь, расслабься, книжку вон почитай.

Я сел на стул и развернулся лицом к книжной полке. Да, почему бы и нет? Почитаю научную хрень, она хорошо загружает мозг и успокаивает. Я взял в руки третий том «Ускорение свободного падения». По корешку пробежал маленький безобидный смерчик. Я ласково погладил книгу и открыл.

Вырвавшийся из книги поток воздуха протащил меня через всю комнату и впечатал в стену.

— Всё нормально, Гео, я в порядке, — прохрипел я и успокаивающе поднял руку, и мальчик продолжил чтение. Книга в руках Гео сначала вела себя смирно, но потом начала вырываться всё сильней. Они с Грозным старались успеть прочесть как можно больше.

Я встал, поставил на место стул и аккуратно подошёл к лежащей на полу книге. По раскрытому развороту разрастался портал. С трудом, неохотно раскрывалось окно портала. Когда оно сравнялось по размеру с полным разворотом из книги вылетела ворона, и портал схлопнулся.

— Кар! Каар-кар! — ворона возмущенно уставилась на меня. Она села на спинку кресла и недовольно переступила лапками. — Кар.

— Я тоже рад тебя видеть, — я подошёл и погладил чем-то возмущённую птицу.

Ворона разомлела от моего поглаживания, впрочем метнуть в меня сканирующее плетение ей это не помешало. От неё в сторону воздушной книги метнулся невидимый силовой жгут, который поднял книгу и положил на стол. Я офигел от этого будничного жеста больше, чем от появления моей старой знакомой. Эта Ворона оперировала нейтральной маной не хуже меня. Я наклонил голову и с любопытством уставился на гостью. Она отзеркалила мой взгляд.

Гео разрывался между интересной птицей и плюющей книжкой. Потом решил, что гостья никуда не спешит, а вот книжка может и лишить его удовольствия прочтения.

Ворона открыла первую страницу. Я прочёл подзаголовок.

«Список привязанного к душе обременения».

— Кар! — она обвиняюще ткнула когтем в надпись.

— И что?

Плюшевый рак встал со своего стула и подполз к нам. Ворона вопросительно уставилась на него.

— Ваня — мой друг, — пробасил Земеля. — Я беспокоюсь.

Боря подошёл и встал рядом со мной. Книгу он не видел, но незнакомой птице не доверял.

— Каар, — устало буркнула Ворона и перелистнула страницу.

«Первый этап: Тигр Красный — заморозка связи. Второй этап: Душа мужчины — переход в другой мир, Небоскрёб — переход в другой мир — 2 раза. Третий этап: Альдин Фрамаин Дубен Нолин — начало распаковки, Детёныш Небесного дракона — привязка завершена, Душа мужчины (огонь, земля, воздух) — ожидание перехода. Четвёртый этап: Душа мальчика 1 — привязка завершена, Душа мужчины 2 (огонь, воздух, вода) — привязка не завершена, Душа мужчины 3 (земля) — привязка не завершена, Душа юноши 4 (огонь) — привязка не завершена, Рой душ — односторонняя привязка».

— Кар! — возопила Ворона, но я непонимающе развёл руками.

Птица резко перевернула страницу и ткнула лапой в формулу свободного падения.

g = Ɐ◯ⁿ (n₁·D + n₂·M)/ R²·tG (∮)

Ускорение свободного падения души в тело равно сила души умножить на числовое значение перехода, умножить на сумму количества душ и материи и разделить на расстояние в квадрате, умноженное на пространство-время с поправкой на складку пространства.

Как ни странно формулу я легко прочитал и даже понял.

— А что не так? — я перелистнул лист обратно и ткнул в строчку «Небоскрёб». — Уж если этот таскается за мной по мирам, то всё остальное на его фоне — мелочи.

На что Ворона провела когтем по строке «Альдин Фрамаин». Трудновыговариваемое имя Тёмного. Интересно, а почему у других имена не проставлены, а у него стоит? Он настолько известная личность или это не имя?

Сквозь закрытое окно с усиленной защитой влетела ещё одна ворона и села на стол. Она фыркнула и превратилась в чёрный кристалл на механических ножках.

— Уфф, успел, — он облегчённо выдохнул. — Теперь понятно, почему ты ворон не любишь, — как бы мимоходом заметил он.

Ворона расстроено посмотрела на меня. Я успокаивающе погладил её по голове.

— Просто одна ворона есть, зачем мне вторая? Правда? — мой ответ успокоил птицу. Не знаю, что это за сущность, но она мне как-то здорово помогла, а значит она на моей стороне.

Тёмный изучающе посмотрел на список и хмыкнул.

— Что там у вас? — Гео не выдержал и вместе с вырывающейся книжкой подошёл, и тоже заглянул в список.

Ворона посмотрела на плюющийся водой том в руках мальчика, и перевела укоризненный взгляд на меня. Струя воды метнулась в птицу, но та моментально накрыла себя защитным щитом, и капли беспомощно скатились на стол, где их убрало очищающее плетение.

— Не-не-не, пап, рой оставь мне! — он сразу просёк в чём дело. — У меня на них большие планы, а ты себе ещё заведёшь, если надо будет.

Ворона с интересом уставилась на мальчика, молниеносно метнув в него сканирующее плетение.

— А ты знаешь, что это за остальные души? — с любопытством спросил я, показав на четвёртый этап.

— Мальчик — это Коля Хвастунов. Юноша — Ваня Найдёнов, которого ты спас. Но он не привяжется. Он сильно с планетой сроднился. А другие два Гаврила и Корней. Но твоя душа их не принимает. Гаврилу ты так до конца не простил. А Корнея ты отвергаешь, потому что считаешь, что он не к тебя тянется, а к знаниям вообще, — охотно разъяснил Гео. — А что такое односторонняя привязка? — за разъяснениями он обратился к Тёмному.

Кристалл на ножках почесал несуществующий подбородок.

— Ну, скажем, он их насильно к себе привязал, — Тёмный покосился в мою сторону. — У них нет прав, рабы его воли.

— Ааа, ну это не страшно! — успокоился мальчуган. — Когда он уйдёт, они перестанут от него так зависеть, а инстинкт роя останется, — он довольно заулыбался. — А как сделать так, чтобы они не ушли?

Тёмный ткнул в меня манипулятором.

— Пап, оставь их мне, — запросто попросил ребёнок.

— Да, без проблем, — согласился я. — Забирай!

И на наших глазах строка поменялась. «Рой душ — односторонняя привязка (локальная)».

Тёмный перевернул страницу и увидел формулу:

— Хм, понятно, чего ты припёрлась. А где поправка на нулевой переход? Где число сжатия? Скорость распаковки архива, — продолжил напирать Тёмный. — Можешь смело подтереться этой бумажкой. Ваши заготовки не работают! Знаешь, что было, когда он воспользовался книгой по трансформации тела? Он махнул манипулятором.

Я обернулся на манящую огнём книгу, мне показалось, что огонь завибрировал. Рука сама потянулась и взяла «Первостихию». От кончиков пальцев вверх побежало тепло.

— Ты же уже провела диагностику и убедилась, что ваши расчеты не совпадают, — Тёмный с удовольствием отчитывал Ворону. — Я уже не говорю о том, что это читерство.

Голос Тёмного становился глуше, а тепло окутывало тело, пробиралось в источник.

— Вот скажи мне, неужели первостихия нужна на четвёртом этапе. Здесь должен стоять совсем другой том, — гулкий голос Тёмного резко осёкся.

— Пап, — беспокойно позвал Гео откуда-то издалека.

Живительный огонь вливался в источник бурным потоком и падал бесконечным водопадом куда-то глубоко в душу.

— БО-РЯ! — откуда-то донёсся тихий зов.

Я вспомнил! Да! Было что-то похожее, тогда. Когда? Мати, меня тогда позвала мати. Нет… или да? Я нахмурился. Я слился с лавой, но это не лава. Это и есть я. Я вернулся.

Водопад пропал. Живительный огонь наполнил душу чистой энергией творца. Я развёл руки в стороны и вдохнул полной грудью.

Я дома. Мне было так хорошо и уютно, что не хотелось ничего. Звуки плещущего океана огня убаюкивали, а сладкое тепло растекалось по затухающему сознанию.

Глава 3

Я сидел на прозрачной левитирующей платформе, скрестив ноги, и смотрел на лежащий у ног под наклоном большой экран. Боря собрал его для меня из своих чёрных микрочастиц. Он же помогал с обработкой данных. Рукой нажимать на экран мне было неудобно, и я использовал стихийный жгут земли. Я изучал прогресс студентов и размышлял, что делать дальше. Брать ли осенью новых учеников или нет? У меня не будет выпуска, а прошлый ректор и так набрал нереально много первокурсников. Академия наследников всегда была элитным заведением. Небольшим элитным, а сейчас разрослась. Но с другой стороны, для выправления магии как раз и надо расширяться. Я тяжко вздохнул и посмотрел вниз.

Сегодня была среда, а по средам я занимался со своими ашками. И если нулёвкам я выдал задание проходить полосу препятствий на скорость, то маги должны были для преодоления соседней полосы использовать силовые жгуты вместо рук, не касаясь земли ногами. Занимались они отвратительно. Появление в Белой сотни Гео их сильно деморализовало.

— Папа, смотри! Я умею летать! — раздался очередной крик мальчика.

Белые парни не просто бегали, преодолевая полосу препятствий неподалёку, они ещё и успевали играть с пацаном. Вот и сейчас они перебрасывали его друг другу. Причём и ему выдавали задания, либо что-то ловить, либо изображать птицу. Молодцы, что ещё сказать. Почувствовав мою мысленную похвалу, седые подростки синхронно заулыбались.

Я придумал им первое задание, которое пойдёт в зачёт летней практики. Гео же хотел, чтобы они работали сообща? Вот и будет им первый совместный опыт. Пусть займутся восстановлением дворца, а то мне жить негде.

Вчерашнее огненное шоу снесло мужское крыло дворца почти полностью. Кроме моих покоев и императора, пострадали комнаты старших царевичей: Петра и Александра. И если Пётр промолчал, то Александр попробовал наехать на меня. На что император заявил, что воля цесаревича не обсуждается, если захочет, то может вообще дворец снести. Не знаю, что он хотел добиться таким заявлением, но отношения Раковых ко мне после этого не улучшилось.

Хорошо, что хоть никто не пострадал. Боря успел всех эвакуировать. В шпионской лаборатории Николая на минус первом этаже было полно народу, как и в оружейной мастерской папеньки. Их бы завалило.

Вспомнив про Раковых, я ткнул в экран пальцем и оставил их всех на второй год, заслужили. Мало того, что они получили нулевые знания по предметам, так и с физухой филонили настолько, что практически не продвинулись. Ладно, надо поднять боевой дух группе 01А.

Когда я спрыгнул вниз, мои ребята приободрились. Лучше всех с жгутами управлялся Гаврила. Я видел, как ему помогает Земеля, о чём Васнецов не подозревал. Я сначала хотел попросить Земелю не вмешиваться, потому что получалось, что он делает медвежью услугу. Гаврила не сможет отработать упражнения правильно. Но потом решил, что стихийное взаимодействие важней техники. Вдруг я отобью у Земели охоту помогать и общаться с людьми. Поэтому я просто похвалил обоих.

В отстающих был Андрей, как я его и предупреждал. Наследник рода Жуковых не унывал и очень старался. Он умудрился дорастить стихийное родство огня до 75-ти, дальше не шло. И я ему объяснил, что выше родовой, которая как раз соответствует этой отметки, у него не поднимется. Неимоверными усилиями Андрею удалось нарастить слабенькую капиллярную сеть.

Михаил III внёс Жуковых в чёрный список, и целители императорского рода отказывались им заниматься. Другие показатели Андрей поднял за счет подробной диагностики, которую получил после сканирования аркой. Он тщательно изучил своё тело под максимальным увеличением, прошёлся по врачам, убрал вредные привычки, подчистил питание, я считаю, что сделал всё, что мог.

У Андрея плохо получалось формировать силовой жгут. Для этого нужно было вытянуть три нити из трёх пальцев. Он жаловался, что у него пальцы, как сардельки, совсем его не слушаются. Я посоветовал пойти учиться играть на фортепьяно. Он тут же занялся этим, но это процесс не быстрый. Что и говорить, Андрей староват. Ему уже 36, тело полностью сформировано, обросло привычками и рефлексами.

Сестричкам Жуковым родовая магия не полагалась, поэтому у них проблем со стихийным ростом не было. До сотки они не дошли, но Андрея обогнали. Девочки очень старались. После того, как призрак Ивана Великого рассказал, что близняшки обрабатывали меня с помощью артефактов, я к ним охладел. Они и так красивые, умные, магически развитые, ещё и близняшки. Зачем было воздействовать дополнительно, делая из меня тупого идиота? Девчонки мне нравились, но я предпочитал любоваться ими на расстоянии.

Трёхстихийная Мария Подводная была звездой курса: умницей, красавицей, ещё и очень работоспособной магиней. У неё проблем с прокачкой и освоением новых техник не было. Думаю, что это заслуга жизни под водой, усиленный каркас. Девушка мне нравилась, она периодически навещала меня по ночам. А меня тянуло в подводный город.

Вдруг рядом со мной появился один из Белой сотни с Гео на плечах.

— Держи! — мальчик протянул мне бутылку воды.

Я поблагодарил и выпил почти залпом. Я и не подозревал, что так сильно хочу пить. Ашки проводили Гео завистливыми взглядами и продолжили тренировку.

Я перешёл от женской подгруппы к двухстихийникам Евгения Ветрова. Парень сильно заинтересовал меня. Гео шепнул как-то, что у него чужая душа, из другого мира. И то, как быстро он освоился с плетениями это подтверждало. Он умел плести раньше. Иногда у него на автомате выскакивали плетения, которыми я их не обучал. Но, вот, силовые жгуты были ему в новинку, и Евгений горел энтузиазмом.

Мне было интересно, как души попадают в другой мир, но парень на контакт не шёл, выдерживал между нами дистанцию. Я пришёл к выводу, что это случайный попаданец, а не странник по мирам. Что кроме Изначальных существуют и странники, я понял из оговорок Тёмного. Вот вообще не понимаю, зачем было стирать такие безвредные сведения. Чем нулевому переходу могли навредить знания о перемещении обычных душ между мирами?

Я уже просканировал Ветрова всеми доступными способами, даже рассматривал с помощью Гео его душу, но никаких аномалий не нашёл. Ну, или я просто не знаю, куда смотреть.

В силу дальности расстояния чужая душа просто физически не могла попасть на другую планету. Я вспомнил формулу, над которой мы спорили вчера. В качестве обязательных атрибутов участвовала перевёрнутая Альфа. С другой стороны ведь странниками тоже как-то становятся? Может всё дело в Альфе? Не обязательно перевёрнутой.

Ведь, что случается с душой после смерти? Она возвращается к Гео и отдаёт ему накопленный опыт. Он всё складывает в общую копилку, перерабатывает. А потом отправляет душу на перерождение. И вот если добавить в эту схему Альфу… Да, определённо в этом есть смысл. Душа с сильной волей не хочет терять приобретённую самобытность.

Эта свободолюбивая душе не идёт к Гео. А куда? До другой планеты очень и очень далеко, вряд ли она путешествует по космосу или пользуется межмировым порталом, я хохотнул, привлекая к себе внимание.

Евгений занервничал, потому что смотрел я в этот момент на него. Я махнул парню, что всё в порядке и отвернулся.

Можно было бы предположить, что он пришёл из другого мира, который находится в параллельной складке пространства, тогда расстояние не помеха, хотя тоже вопрос, как он бы преодолел саму складку. Однако, по поведению Евгения было видно, что ему всё в этом мире в новинку, значит он пришёл не с другой Земли, а откуда-то ещё, где была похожая магия.

Вот и получается, что существует ещё один способ перемещения между мирами. По крайней мере для душ. Новая грандиозная загадка будоражила разум.

Я вспомнил, что в художественной литературе Земли существует большой пласт произведений про попаданцев, да и сама тема пользуется популярностью. Это добавляло уверенности в то, что Ветров такой не первый и не последний.

Я поставил себя на место сильной души, которая захотела избежать слепого перерождения, но додумать новую мысль не успел.

— Кар, — на соседнюю перекладину села Ворона и поздоровалась. Я погладил птицу.

Бьюсь об заклад, что она знает ответ на мучивший меня вопрос. Но не скажет. Мне было искренне жаль ворону. Похоже, что это мой бывший фамильяр. Получается, когда я стёр себе память, то стёр и чувства, которые испытывал к ней. Не хотел бы я оказаться на её месте. Это хуже предательства. Как будто тебя выбросил из жизни любимый человек, и даже неважно чем он руководствовался. Я проникся тем, что испытывал мой настоящий отец, когда понял, что я стёр из памяти семью Дубхе и даже не оставил закладок, чтобы вспомнить о них.

Раздался звук большого колокола. Я поставил его над общежитием. Он бил каждый час с шести утра и до отбоя. По ударам можно было посчитать время.

Я подождал пока студенты сплетут очищение для себя и неодарённых. Минут через десять мы дружно двинулись в столовую.

За завтраком ко мне присоединился Андрей Жуков. Он единственный, кто продолжил со мной общаться, как раньше. После объявления меня цесаревичем все дружно отдалились. Это сделало меня нестерпимо одиноким. Может еще и поэтому я ценил Машу и Андрея. Тех, кто не отдалился можно было пересчитать на пальцах одной руки.

— Колись давай, — Андрей зачерпнул ложку грибного супа, — что ты там колдуешь с утра в планшете?

— Да всё как обычно, наверное, — я тоже взял себе грибной суп. — Перераспределяю студентов, назначаю летнюю практику. Пока только для Белой сотни нашёл занятие. А вот что делать с остальными — не знаю. У тебя же есть практика?

— Конечно, есть, — ректор Академии магии аппетитно захрустел гренками. — Водников обычно забирают Карповы. От них уже пришёл большой запрос, поскольку ты их обязал русла рек почистить. Лещовы прислали запрос на стихийников земли и огня, у них тоже большая модернизация благодаря тебе. В общем у меня студенты нарасхват в этом году.

— А мне почему никто запросы не присылает? — я даже перестал жевать. У меня же тоже есть маги.

На что Жуков весело рассмеялся. Я нахмурился.

— Извини, Вань, но как ты себе это представляешь? — он вытер салфеткой выступившие слёзы. — Полагаю, твои ученики привыкли заострять внимание на недостатках и недочётах. Это всё равно, что запустить к самому себе внеочередную проверку. Я думаю, что даже если ты будешь просить принять на практику учеников, тебе откажут под любым благовидным предлогом.

Слова Андрея огорошили. Проблема нарисовалась на пустом месте. Так, а сколько мне групп надо озадачить? Белую сотню пристроил, Раковых оставил на второй год, какая им практика? Осталась 01А? Я достал телефон и забил задание группе, которое зачтётся, как летняя практика — благоустроить Потешный остров.

— Вань! — меня теребил Андрей. — Так сколько ты набирать будешь в следующем году?

Хороший вопрос, я придвинул тарелку с мясом.

— Ну смотри, Раковых я оставил на второй год, — продолжить я не смог, поскольку Жуков так громко расхохотался, что студенты дружно оглянулись в нашу сторону.

— Чё, правда? — он вытер слёзы, и хрюкнул. — Нее, — и он снова заржал.

Я повернулся в сторону, где обычно сидели Раковы. Все они уже получили от меня уведомления и дружно сверлили ненавидящими взглядами. Я показал им средний палец, защелкали камеры телефонов.

— Не начнёте работать, оставлю вас на третий год! — я усилил голос так, чтобы слышала вся столовая. — Или валите! Я никого не держу!

Раковы демонстративно встали и вышли. Козлы!

Студенты зашептались, видимо новость была наисвежайшая. Так, 01Раковы, 02А. Белая сотня отучилась только полгода, они остаются на первом магическом курсе. Взрослых набираю новых. Я достал телефон и развернул его в планшет. Осталось решить с общей группой, которая в этом году не училась, а только изнуряла себя тренировками. В общем почти все получили минимальный допуск, а значит, они перейдут на первый курс полноценного обучения. И что? Набирать ещё и других со стороны?

А сколько у меня 16-леток, которые пойдут на инициализацию? Тех, у кого родовая стихия выше 75, единицы. И если подростки отказываться от родовой стихии не будут, я их отчислю. Андрей по-прежнему ждал ответа.

— Иван Владимирович, — негромко позвал я.

Рядом появился мой призрачный секретарь, создал себе стул и сел за стол. Он с нескрываемой тоской посмотрел на еду. Я не выдержал и создал перед ним призрачную тарелку с бутербродами и чай. Иван Грозный жадно схватил хлеб с сыром и откусил половину.

Я подождал, пока он заглотит первый бутерброд и спросил:

— Есть заявки во взрослую группу на следующий год и новые 15-летки?

Счастливый Иван Грозный кивнул и отпил чай.

— Взрослая набрана полностью на три года вперёд, — он откусил второй бутерброд и блаженно зажмурился.

Андрей не удержался и ткнул в чашку пальцем, потом лизнул и задумчиво посмотрел на меня.

— На первый курс две тысячи заявок, подходящих под параметры группы 01А, — прожевав ответил секретарь и впился зубами в новый кусок.

— А что говорит батюшка? — поинтересовался я.

— Михаил Михайлович предлагает набрать столько, сколько сможет переварить учебный корпус, а общежитие достроить, — Иван Грозный сделал новый глоток чая. Конечно, чай был не настоящий, как и бутерброды. Но ощущения бывший император получал похожие.

Начал бить колокол, я ускорился и с окончанием звука удара вошёл в свою аудиторию. Группа 01А сидела на своих местах. Белая сотня расположилась на втором ярусе, который я достроил после нового года, когда они начали полноценное обучение. Ничего, первое полугодие по теории магии прослушают в новом учебном году. Хмурые Раковы тоже присутствовали, как и все мои учителя. В результате на лекцию опоздал только Жуков. Он потихоньку пробрался в кабинет и занял свободное место.

Вместе со мной за кафедрой сидел мой новый учитель по теории магии Олег Викторович Тарасов. Это его лекцию я подслушал в Академии магии, а потом спас во время бешеной инициализации, когда его две стихии образовали огненный смерч. В следующем году он будет вести вместо меня лекции, а пока он числился студентом моей взрослой группы.

— Сегодня мы с вами поговорим о первостихии, — я продемонстрировал студентам фаербол. — Огневики, добившие до сотки, прошу сюда. Достаточно пяти, — добавил я, потому что почти треть из Белой сотни с готовностью направилась вниз.

Я создал в одной руке шар Огня, а в другой из Первостихии.

— Есть ли хоть какие-то видимые отличия?

Студенты Белой сотни внимательно изучили огонь. Рыжик запрыгнул на вытянутую руку и тоже не смог дотронуться.

— Господин ректор, не могли бы вы поближе расположить их друг к другу, — попросил особо дотошный парень. Он держал над шарами одновременно обе руки и сравнивал жар. Умён. Он почувствовал мою мысленную похвалу и слегка улыбнулся.

Когда мои руки почти коснулись друг друга, один шар огня поглотил другой. Студенты дружно ахнули.

— Это и есть Первостихия — родоначальница магии и самой жизни. Все остальные стихии произошли от неё.

— Но как? — вопрос поступил от Олега Викторовича. Как и большинство других вопросов. Студенты на моих лекциях чаще отмалчивались.

— Очень просто, профессор Тарасов, — я широко улыбнулся. — В результате горения получается твёрдая материя, газ, из которого в последующем выделяется вода. Тоже самое и со стихиями, считайте, что они соблюдают законы природы, а не нарушают их.

Да, было сложно объяснить, ну огонь и огонь, просто более мощный. Ещё сложнее понять, потому что Первостихия не взаимодействовала с маной. Она ей была не нужна. А значит, все эти люди никогда не смогут овладеть родоначальницей стихий, как и кто-либо другой. Подчинить Первостихию — это даже звучит глупо.

Пожалуй, я впервые проникся нулевым переходом. Он стирал границы. Когда я обнулился, то начал с чистого листа и первое, что ощутил — Первостихия. Это она спалила Запретный лес. Это её никто не мог потушить. А я просто не знал, что так не бывает. Я её звал, и она приходила.

Глава 4

Сильно углубляться в дебри Первостихии я не стал, не зачем. Так, для общего развития и понимания природы магии, ну и происхождения жизни в целом. Главного я им не сказал.

С Первостихией работают Изначальные, и то не все на это способны. Книга вчера приоткрыла мне завесу. Видимо, поэтому и требовалось преобразовать ДНК, чтобы качественно по-другому воспринять Первостихию. Думаю, что после преобразования тела, книга поменяла название.

— Всё витаешь? — ко мне за стол подсел царевич Николай и выставил свои суп и рыбу с рисом на мой стол.

Я посмотрел в свою тарелку, Земеля создал стихийный блин с подогревом. Я отправил ему волну благодарности и зачерпнул первую ложку.

— Отличная была лекция, посмотри, какие все воодушевлённые, — Николай кивнул в сторону переговаривающихся студентов.

— Что? Новые идеи для экскурсий появились? — хлеб Земеля тоже подогрел, и он приятно захрустел.

Царевич Николай периодически подбрасывал мне места, куда можно съездить и что посмотреть. Он вообще изменился. Ежедневное прохождение через очищающую рамку вывело основные токсины. У него даже показатели подросли, хотя он особо не утруждался. Ходил вместе с Раковыми плавать по утрам и бегал. Заявил, что ему на общем фоне стыдно, что он ничем не занимается.

— Прости, что завалил твою лабораторию, — повинился я.

— Пустяки, главное, что люди не пострадали, — он перешёл к запечённой рыбе. — Зато появился повод обновить оборудование. Давно собирался, но всё руки не доходили. Так вот! — он резко воодушевился. — Добыча углеводорода в Баренцевом море! Там же крупный северный центр Мурманск. Можно сразу посмотреть, как газ по трубам разгоняют. Или рыбалка и рыбзавод?

Николай повадился ездить вместе с нами на экскурсии. Полагаю, что он заодно проворачивал там свои какие-то шпионские делишки. Может, артефактные датчики слежения расставлял. Ну, а что? СБ империи так до сих пор под Александром, который и заговор прошляпил и работу наладить не сумел. Возможно, батюшка таким вот образом заменяет одну службу другой.

— Звучит интересно, — я перешёл к салату с креветками и водорослями. Маша меня на них подсадила. — А кто там?

— Там один из твоей Белой сотни, род Никольских. Ты знал, что они рода объединяют в клан Белый? Не боишься? — он хохотнул. — Империя внутри империи.

Царевич Николай преподавал «кланы», рассказывал студентам о родах, у кого какая магия и кто чем занимается.

— Главное, чтобы всё шло на общее развитие и не во вред природе, — я отделался общей фразой. Не рассказывать же ему, что там Гео рулит, и уж он-то в обиду ни себя, ни меня не даст. — А где ещё есть буровые установки?

— Эх, Ваня, — Николай деланно покачал головой. — Учиться тебе надо, а не ректором быть Великой академии наследников. Кстати, — он ткнул в меня вилкой, — ты знал, что в ток-шоу «Пусть смотрят» всерьёз обсуждали переименование АН в ВАНь?

Я не выдержал и рассмеялся. Отличная шутка!

— Добычей углеводорода занимаются в северных морях в основном, — он задумчиво на меня посмотрел. — Ещё на Охотском море, полуостров Сахалин. Только ты учти, что тебя с твоей оравой на буровую установку не пустят! Нужно нанять корабль, чтобы встать на якорь неподалёку. Сам в компании с парочкой отличников можешь и побродить по буровой установки. Только я бы на месте нефтяников тебя и туда не пускал. Мало ли, — и он снова засмеялся.

— А на Сахалине кто?

— Угадай!

— Тоже Белая сотня?

— Молодец! Род Шелиховых занимается разработкой месторождения. Там много чего интересного, а как там красиво! — он показательно закатил глаза. — Там бы пожить, чтобы ощутить природу. Кстати, Раковы там тоже есть. Крабов ловят. У них любопытные магические ловушки, мы и к ним могли бы заехать.

— А кто-то из тамошних Раковых есть в Академии? — мрачно спросил я, и Николай зычно расхохотался. — А ты зришь в корень, брат, — он похлопал меня по плечу.

Я выбрал южную окраину полуострова Камчатки. Николай обещал выбить у Раковых парочку кораблей. Решили ехать на два дня с ночёвкой, и всех не брать. Только тех, кто проходит полноценное обучение. Но всё равно это три с половиной сотни человек.

Вылетели в субботу утром, но даже с учётом того, что я построил воздушный тоннель, а Драко поддерживал его вплоть до побережья Охотского моря, перелёт занял четыре часа. А ещё с нами увязалась взрослая группа. Они как услышали, куда мы направляемся, так все загорелись. А это ещё три питона.

В небоскрёбе на разных уровнях стояли пассажирские варианты змеевидных флаеров повышенной вместимости. Они позволяли быстро перевозить студентов на большие расстояния. Ну и комфортные они были, это да. Я уже не говорю, что они были в новинку местным жителям.

Меня вёз Берр в отдельном флаере с повышенной системой безопасности и щитами от космического лайнера. Император с Морой летели на другом флаере, поскольку нельзя класть все яйца в одну корзину, процитировал Николай Катю Мерзляеву. Император не может путешествовать вместе с цесаревичем, чтобы выжил хотя бы один из них, если что.

Я сидел на месте второго пилота и с восторгом смотрел вниз. Мы пересекли Охотское море и пошли на снижение над Камчатским полуостровом.

— Смотри, Берр, смотри! Сколько там гейзеров! Берр, вулкан дымит!

Берр заложил круг над длинной горной цепью и спустился ниже.

— Сюда бы детей вывести, да и вообще, — я замолчал. — Им бы летом на тёплое море за витамином Д. Почему мы их никуда не вывозим? — спросил я сам себя.

Нюхач сделал ещё один круг над гейзерной долиной и повёл флаер в соседний залив, где виднелась длинная чёрная прибрежная полоса. Там нас ждали. На берегу Тихого океана были накрыты столы и расставлены удобные лежаки.

После долгого перелёта и, правда, хотелось размять ноги. Мы приземлились последними. Длинные питоны успели сесть, пока я любовался красотами. Перед бесконечной полосой пляжа ярким пятном зеленел большой пологий участок, что было редкостью для холмистого полуострова.

Студенты и взрослые уже высыпали на берег и шумно делились впечатлениями. Михаила III с миниатюрной Морой окружили встречающие аристократы. Раковы, я отвернулся и пошёл в другую сторону. Невдалеке на якоре стояло несколько судов.

— Впечатляет? — рядом образовался довольный Милен Налимович.

Нет. Океан не впечатлял. Он ошеломлял. Я стоял пришибленный и оглушённый и смотрел, как протяжные волны неотвратимо накатывают на чёрный берег.

— Вулканический песок, — глава рода Подводных показал рукой на гору за нашими спинами. — Тысячи лет назад вулкан выбросил лаву, прибрежные волны за сотни лет закончили дело, превратив её в чёрный песок.

Я не слушал Подводного. Я слушал океан. В грохоте волн чудились голоса, несчётное множество голосов. Они настолько красноречиво молчали, что захотелось оглохнуть, чтобы не слышать эту тишину.

— Ваня, что с тобой? — Милен Налимович тряс меня за плечо.

— Со мной всё в порядке, я хочу побыть один, — я отрешённо отдёрнул руку и посмотрел на Подводного невидящим взглядом. — Оставьте меня.

Он отошёл, и я выставил охранный периметр, чтобы мне больше никто не мешал. Я ожидал увидеть в океане стихию воды, но оказался не прав.

На берег накатывала стихия Жизни — Первостихия. Это бесконечное движение, которое было невозможно остановить, оно делало меня маленьким и беспомощным. А у этого океана душ не было ни сочувствия к моим ничтожным переживаниям, ни желания вступать в контакт.

Вот где Гео хранит души. Это открытие настолько меня поразило, что я подивился собственной тупости. А почему он должен был хранить души где-то внутри планеты? В магме что-ли? Сейчас мне было очевидно, что это глупость. А вот так — океан душ, где же ещё им быть?

Я создал прозрачную левитирующую платформу и сел в позу для медитации. Я расположился над выползающей на песок волной. Тонюсенький слой пробегающей воды был более сговорчив, чем единая шевелящаяся масса. Чудно. Вода одинаковая, а волны разные. Они молча шептали изменчивыми голосами, иногда замечая меня. Я свесил ноги вниз, коснувшись голыми ступнями песка. Есть контакт. Я попробовал наладить общение и снова ощутил себя никому не интересной пешкой.

Я сидел и молчал. В последней волне отчётливо послышалось детское хихиканье. По мере того, как наступали сумерки, менялся тон и настроение волн. Мне становилось страшно. Было что-то потустороннее в сумеречном прибое — уже не день, ещё не ночь.

Я понимал, что сейчас происходит что-то очень важное и значимое для мира. Сбор ушедших за грань душ?

А потом с неба обрушилась тьма, стирая линию горизонта. Я оцепенел от ужаса. Единый живой океан пугал непрозрачной чернотой. Чудились монстры, только и ждущие любопытного странника.

Белые барашки безучастно торопились на берег. Шумел ветер, но что такое сильный ветер, когда ты — целый океан жизни? Так… небольшая щекотка.

Ночной океан был непримирим. Он сурово смотрел на меня, как холодный и беспристрастный судья, которому плевать, каким я был и кем я стану. Он переварит меня в песок в любом случае.

Я в оцепенении сидел и слушал. Голоса замолкли. Волны загрохотали сильней. Ветер не соглашался с второстепенной ролью, и упорно теребил водную гладь. На меня стали попадать брызги, и я поднялся выше.

Океан больше не говорил, он брал своё. И вдруг небо стало светлеть, обнажая подросшие гребни и ровную линию горизонта. Я ощутил невидимую вибрацию жизни, которая прошла сквозь меня и скрылась в горах. Как будто что-то только что запустило выравнивание. Страх ушёл, но рассвет не принёс облегчения, как я рассчитывал. Океану душ по-прежнему было на меня плевать, как и всем в этом мире.

Разбивающие берег волны переместились ко мне в душу, взбаламутив все неприятные воспоминания. Крохи положительных эмоций не могли уравновесить весы. По душе расползалась тяжесть. Жутко не хотелось вспоминать плохое. Но движение волн было не остановить.

Мать убила Славия.

Андрей снова запустил в меня огнешар, а отец безразлично отвернулся.

Я споткнулся и упал, больно ударившись коленкой, а Гера прошёл мимо.

Макароны на тарелке со сколом и скрипучий стул.

Воняющая нафталином одежда.

Обои с водорослями.

Разрушенная после обыска комната и разбросанные вещи.

Отец, отбирающий управляющий планшет от небоскрёба.

С каждой новой картинкой боль нарастала. Как же захотелось выключить её, чтобы не чувствовать. Вообще ничего не чувствовать. Но как волны неотвратимо накатывали на берег, так в голове всплывали всё новые обиды. Ничего не забыто. В моём сердце жил собственный океан чувств.

Близняшки с кулончиками пытались меня обработать.

Мой начальник СБ Сидор завис надо мной с кинжалом.

Духи Маши с феромонами.

Ненавидящие взгляды Раковых.

«Нет!» — я твёрдо сказал сам себе.

«Нет!» — я мысленно бросил Океану.

Я не буду зацикливаться на плохом. Я вспомнил белый мэллорн в оранжерее Дэлы и жёлудь в кармане. Ворчливый Тёмный, перебирающий манипуляторами.

Нет, так нет, высокая волна безразлично прокатилась мимо меня и убралась обратно.

Солнце прогревало безучастный ко всему океан. Пора отключаться, но сил оторваться от созерцания не было. Вдруг меня обняли маленькие детские ручки.

— Пап! Тебе нравится? — Гео показал на бесконечную гладь, как хозяин показывает на свой тщательно выстроенный дом, в котором он лично укладывал брёвнышко к брёвнышку.

— Нет, Гео, это другое чувство, — я прижал к себе юную душу планеты и потрепал по растрёпанным волосам. — Океан первостихии не может нравиться, он величествен, могуч и ужасен. Наше спасение в том, что ему на нас плевать.

Мальчик заливисто расхохотался.

— Ты смешной, — он крепко обнял меня и шепнул на ухо: — У тебя же душ в несколько сот раз больше, и тебе не плевать. Я теперь умею считать! — гордо добавил он, и я ошарашенно погладил его по спине.

Я только сейчас заметил, что рядом с нами стоит один из сотни и тоже улыбается. Это он принёс мальчика и подсадил на мою платформу. Я спрыгнул в холодную воду, волны тут же попытались сбить меня с ног. Подросток поддержал меня и водрузил Гео себе на плечи.

Я посмотрел на берег. Как оказалось, медитировал я не один. Повсюду на берегу стояли стулья, на которых сидели седые студенты, подставив голые ноги накатывающим волнам. Они все улыбались, а ещё у них изменился цвет глаз. У всей Белой сотни он стал пронзительно синим, а взгляд сильным и глубоким.

Судя по тому, что меня окружала Белая сотня, они первыми последовали моему примеру. Чуть дальше были ашки. Не такие усидчивые, кто-то ходил по берегу, кто-то размяк в лежаках. Даже взрослые студенты медитировали, с перерывами скорее всего на еду и сон. Не было только Раковых. И поскольку отсутствовало два питона, они ночевали в тепле и комфорте, как и полагается императорскому роду. Михаила III тоже не было, а недовольная Мора завтракала за накрытым столом в гордом одиночестве.

Ко мне подошёл царевич Николай и протянул свой телефон, на нём было застывшее видео. Я нажал на кнопку.

Император сидел в тронном зале дворца, а перед ним стояла толпа журналистов.

— Я, император Российской империи Михаил Михайлович Раков, отрекаюсь от престола, в пользу выбранного алтарём рода наследника Ивана Михайловича Ракова! — громогласно и торжественно заявил в конец охреневший батя. Тьма его забери! — До совершеннолетия нового императора я остаюсь его регентом! Да здравствует новый император!

Телефон выскользнул из моих рук и упал в воду. Великий князь Николай подхватил меня и дотащил до стула рядом с Морой. Юная старушка успокаивающе поглаживала меня по руке. А появившийся Корней всучил в руки чашку с горячим отваром и чуть ли не насильно заставил сделать глоток.

— Ваня, не сердись на него, — Мора попыталась меня утешить. — Понимаешь, когда ты сел в медитацию, он очень испугался.

— Чего испугался? — я всё ещё пребывал в прострации.

— Да не знаю, — Мора в сердцах бросила ложку на стол. — Он так резко подхватился и улетел, что не стал ничего объяснять. Вон, спроси Николая, он последний с ним разговаривал.

Я перевёл вопросительный взгляд на севшего рядом старшего брата.

— Ты так смотрел на океан, что он испугался, что ты уйдёшь, — великий князь тяжко вздохнул. — И тогда род Раковых останется не только без универсала, но и потеряет статус императорского.

— Чушь! — не поверила Мора.

— Вы всего не знаете, дорогая, — заявил великий князь Николай покровительственным тоном.

— А мой ребёнок? — она погладила себя по животу.

— Утерял право наследования, — уголки губ Николая слегка дрогнули.

— Замечательно! — обрадовалась девушка, тем самым удивив князя. — И что теперь?

— По закону новый император обязан поскорее сделать наследника.

— А Гео? — девушка ткнула в мальчика, строящего замок из песка неподалёку.

— Он родился до того, как Иван стал императором, у него нет прав на престол, — великий князь злорадно покосился в сторону Белой сотни.

— Так он ему и невесту выбрал? Он же ещё ребёнок! Ему только 15! — начала заводиться Мора.

— Ошибаетесь, — Николай довольно улыбнулся. — Он не может жениться до совершеннолетия.

— А детей делать может? — Мора по-старушечьи заохала.

— Может, — кивнул великий князь. — Думаю, что ещё и поэтому отец отрёкся от престола. Иван за два года успеет сделать много детей от разных женщин из великих родов.

— А что если его убьют раньше? — вдруг спросила Мора. — На мальчика постоянно покушаются. Почему он уехал и не оставил охрану? — возмутилась женщина.

— Не знаю, наверное, алтарь рода будет решать.

Стараниями Корнея я допил отвар и что-то поел, не чувствуя ни вкуса, ни запаха. И что? Что мне теперь делать?

Глава 5

Я бродил по берегу Тихого океана и вырабатывал стратегию. Мне не мешали. Удивительно, но даже присутствующие на экскурсии представители родов не приставали ко мне. Все видели, что статус императора стал для меня полной неожиданностью. Как я на него отреагирую? Все ждали моего первого шага. А я банально не знал, что делать.

Очевидно, что я попал в этот мир для освоения первостихии. И мне надо туда, я посмотрел на манящий океан, вальяжно выкатывающий на берег волны. Но для знакомства с океаном было достаточно забросить меня в тело рыбака. Я же очнулся царевичем, зачем?

Сомневаюсь, чтобы Затворник думал о магических калеках, человеколюбием он не страдал. И помогать Стихиям он бы не стал. Как истинный учёный, он скорее бы препарировал их под магическим микроскопом, выискивая изменения в стихии Земли. Значит, есть что-то ещё, но что? Или кто? Гео?

Уникальная планета с мужской душой. Фиолетовокожий знал, догадался или подстроил? Он взял целый мир Альфа и в течение тысячи лет выращивал подходящую среду для запуска нулевого перехода. Он посетил девочку Нейру и надоумил связаться с ИИ. Возможно ли, что и здесь он отметился? Нужно расспросить Алтарь.

Я развернулся и зашагал в другую сторону. Почему отец так резко отрёкся от престола? Подозрительно. И не приставил ко мне параноидальную охрану.

Белая сотня крутилась по близости. Видимо, ощутили моё беспокойство. Они помогали Гео строить замок из песка. Представьте сотню подростков, строящих замок из песка. Представили? А ведь они ещё и маги. Так что Гео скоро обзавёлся стеной с его рост и большим укреплённым замком, без крыши.

Взрослые делали вид, что помогают. Замок обрастал деталями. Полагаю, представители родов подбирались таким образом поближе к новому императору, чтобы раздобыть хоть какую-то информацию. Рядом с Гео больше шансов подслушать, подсмотреть, понять настроение…

Гостеприимные Раковы накрывали обед на берегу, а мои ашки сидели в телефонах. Я видел, что атаман Игорь раздал всем какое-то задание. Думаю, мониторит реакцию общественности. Если бы мы были поближе к цивилизации, то тут бы уже было полно журналистов.

— Боря.

Рядом со мной появился голографический мальчик и пошёл справа от меня. Он оставлял следы босых ног и начал перемещаться ближе к воде. Весело ему, я мрачно усмехнулся.

— Расскажи, что тут было, когда я погрузился в медитацию. Что подтолкнуло батюшку к столь поспешному решению? — я остановился и посмотрел на омывающую ступни волну. Океан по-прежнему манил, и я боялся снова зависнуть. А то уйду в медитацию и очнусь в следующий раз женатым.

— Не что, а кто, — Бориска шлёпнул ногой по подкатившей волне. Брызги полетели во все стороны.

— Тогда давай по порядку, — я сделал для себя деревянный шезлонг с мягкой сидушкой и развалился в нём. Я смотрел на набегающие волны, океан завораживал. Но если не прислушиваться, то голосов почти не слышно.

Из прилетевшего роя чёрных частиц соткался настоящий мальчик. Боря принялся носиться по воде. Голос его при этом раздавался из моего матово-чёрного браслета. Он сделал надувной круг и, забравшись в него, принялся кататься на волнах. Прибежавший Гео потребовал от Бори круг и для себя.

По словам искина выходило, что когда я просидел час, ко мне попытался пробиться император, но не смог пройти сквозь выставленный мною защитный барьер. К нему подошёл царевич Николай и обеспокоенно заявил, что около берега дежурит боевая эскадра подлодок Подводного.

Я приостановил рассказ и попросил Каплю, подтвердить слова Николая. Как он узнал о подлодках? Помнится, Александр всё время ныл, что они их не видят.

Капле было сложно восстановить ход событий. Она путалась во времени, что когда произошло. Какие-то подлодки вчера были, приплыли вечером, ещё больше сегодня утром. Получается, Николай соврал.

— Но ведь за покушение на цесаревича полагается смерть? — я не понял, чего так испугался отец. — Меня же даже на дуэль нельзя вызвать? Одно дело бить исподтишка на экскурсиях, а тут же сразу видно, что нападение рода Подводных. В чём смысл?

— Твоя очередь! — возопил Боря из браслета, он увлечённо брызгался в Гео, их сносило в сторону. — Если бы Подводный напал, император был бы вынужден казнить его. И тогда ты бы стал главой рода Подводных, как его наследник, и императорский род бы сменился. Михаил III сыграл на опережение. Покушение на императора, это не тоже самое, что на цесаревича. За это могут и весь род вырезать. Кстати, твой отец до сих пор является главой рода Раковых, и ты ему подчиняешься. Пока он жив или пока ты несовершеннолетний, он не может передать тебе главенство. Так что для рода Подводных ещё есть лазейки. Например, если Маша родит наследника.

— Спасибо, — я благодарно кивнул и вгрызся в бутерброд, который принёс Корней. Я создал рядом с собой столик и обрадованный повар сбегал за отваром и поставил на стол лёгкий салат из крабов.

— Допустим, — я принялся за салат. — Но зачем это Николаю? Разве он не потерял возможность стать императором? Теперь моя линия главная.

Боря в ответ забулькал, потому что Гео умудрился проколоть его плавательный круг. Зацепившись вдвоём за один, мальчишки погребли к берегу.

— Он же теперь твой лучший друг, будет твоим советником, — сыронизировал Боря и с показной усталостью плюхнулся на песок у моих ног.

— Давай копать траншею? — с детским энтузиазмом выпалил Гео.

Копать траншею они стали вокруг меня.

— Есть предположение, что ты бесплоден, — огорошил меня Бориска.

— С чего это? — я сел прямо и уперся возмущенным взглядом в искина.

— Вы с Машей уже сколько вместе, а детей нет? — в руках искина появилась чёрная лопатка, и Гео возмутился. Он-то копал руками. — Значит, либо ты, либо она. А её скорее всего проверили и убедились, что девушка полностью здорова, значит проблема в тебе. Идея подложить под тебя кучу баб не лишена смысла, с кем-нибудь и выстрелит вдруг, — Борина лопатка была в два раза больше, чем у Гео, и тот обиженно засопел.

— Хорошо, предположим, я так и не оставлю после себя мальчика, что дальше? Гео? Все же считают его моим сыном, — предположил я.

— Как сказать, — Боря уже дорыл до воды и края траншеи стали осыпаться. — Не думаю, что родовой Алтарь его признает. В нём нет крови Раковых. И вряд ли твою кровь возможно подделать или воспроизвести.

— Пап! — Гео посмотрел на меня, как на идиота. — Ты же теперь император! Издай новый закон!

Я дотянулся до мальчугана и потрепал по волосам, а потом подтянул и усадил к себе на колени.

— У людей не всё так просто. Ты же пробовал жить в семье и с ребятами общался. Если ты станешь императором после меня, то династия Раковых считай прервётся, — я заглянул ему в глаза. — У тебя не будет детей, чтобы передать род. Ты же будешь вечным императором, а развитие рода Раковых остановится. Ты не сможешь взаимодействовать с Алтарём, а он обогащается за счет глав родов. Да, ты будешь правителем Земли, а Раковы остановятся в развитии, их главная ветвь закончится на тебе. Лучше стань братом, другом, отцом, мужем. Ну, на счёт мужа не знаю… — я взъерошил и без того лохматую макушку пацана. — И ты же можешь подобрать правильную душу, какую тебе нужно.

Я обнял Гео и отпустил играть дальше.

— Не переживай, ты и так тут самый главный, — я кивнул в сторону океана. — И у тебя есть Белая сотня. Кто будет главой клана? Ты?

Мальчик горделиво кивнул.

— Сказали, что когда я вырасту, а пока избирательный регентский совет, — беззаботно сообщил Гео.

Это они не знают, что один его год равен тысячи людским, я сдержал усмешку. Хотя он столько тел себе завёл, так что может и уложится в сотню-другую, чтобы быстрей повзрослеть.

— И ещё они попросили, чтобы у них тоже были универсалы от тебя. Сделаешь? — запросто попросил ребёнок.

— Боря, — отвлёк я искина от расширения траншеи, — ты не знаешь, как мне сделать мальчика?

Оба неребёнка на меня обернулись и скосили глаза вниз. Я даже покраснел.

— Я про другое, — я возмутился от их предположения, что я не умею делать детей. — Все прошлые разы у меня рождались девочки. А ты, Боря, должен что-то знать про таких, как я.

Искин задумался, и пришёл к выводу, что выдать мне подобную информацию может.

— Любовь нужна взаимная, — неохотно выдал Боря.

Гео метнулся к Белой сотне, оря на ходу:

— Они должны полюбить друг друга. Найдите папе ту, которую он полюбит! — проорав на весь пляж столь важную информацию, Гео прибежал обратно и принялся копать дальше.

В мою сторону выдвинулась Маша Подводная, за ней по пятам следовали близняшки Жуковы.

Я встал, перепрыгнул глубокую траншею и обнял подошедшую Машу. Она обвила меня руками за шею.

— Значит, ты меня не любишь, — обвиняюще прошептала она мне прямо в ухо.

Девушка пришла к выводу, что у неё не получается забеременеть из-за того, что я её не люблю. А она значит любит? Раз проблема из-за меня. Я неопределённо пожал плечами. Глупо было бы заявлять девушке, мол я тебя не люблю и вообще не доверяю, из-за того, что ты использовала на мне дурманящие духи. Я посмотрел ей за спину, и она резко обернулась.

— Лохундры, вы его даже не любите! — она набросилась сразу на обеих.

Лера с Верой не стали ввязываться в драку, они расступились, и Маша потешно упала на песок. Раздались сдавленные смешки. Девушка встала и снова бросилась на сестёр. Близняшки принялись убегать от разгневанной Маши и брызгаться в ту холодной водой, не забывая строить мне глазки и посылать воздушные поцелуи.

Я заметил улыбающегося Николая и поманил его к себе. Когда он подошёл, я набросил на нас непроницаемый купол.

— Ты соврал отцу, — я скрестил руки на груди и мрачно уставился на великого князя.

— Да! — он гордо выпятил грудь. — Можешь убить меня. Зато у рода Раковых будет много универсалов!

— И все девочки, — сказал я, чтобы проверить реакцию. Ну, точно! — Планируешь жениться на моей дочери?

Он было смутился, но потом поднял на меня взгляд.

— В этом нет ничего такого, жениться на племяннице, — твёрдо произнёс великий князь.

Что-то было не так. Но что? Я с сомнением посмотрел на него и снял купол. Темнит.

— Спасибо, Ваня, я не подведу! — он спешно затерялся в толпе.

— Боря, позови сюда атамана Игоря.

Я видел, как у Игоря зазвонил телефон и он снял трубку. Он взял с собой Марину Волкову, Максима Горбунова и профессора Тарасова.

Я создал для всех стулья и попросил сесть, а потом уставился на Игоря. Зачем-то же он привёл всех их сюда.

— Император не может быть ректором Академии, — заявил атаман и показал на Тарасова.

— Иван Владимирович, — я позвал, будучи абсолютно уверен, что Алтарь до Камчатки не дотянется.

Воздух рядом со мной подёрнулся рябью, и медленно проявился Иван Грозный. Я очумело посмотрел на невозмутимого призрака. Я же совсем чуть-чуть влил энергии Изначального. Может Алтарь сам развивается? Мог я запустить какой-нибудь механизм саморазвития?

— Иван Владимирович, назначьте Тарасова ректором Академии наследников. А вы Олег Викторович, собирайте студентов в обратный путь.

Тарасов подскочил и бросил команду всем обедать и назначил отправление через час.

— Где ты собираешься жить? — я видел с каким трудом Горбунов переборол себя, чтобы обратиться ко мне по-простому.

Летающий остров меня сильно демаскировал. Все сразу видели, где я. Поэтому ещё до нового года я держал его под постоянным скрытом. Невидимый летающий остров в основном висел над Академией наследников. Реже зависал над дворцом.

— Есть предложения?

— Башня, — у Максима слегка тряслись руки от волнения. — Самое безопасное место. Только нужно организовать перемещение, например, с Потешного острова. Посетители приезжают сначала туда, там их досматривают и уже потом в башню.

Играющий у моих ног Бориска громко хмыкнул.

— Представляю сколько будет найдено незначительных предлогов для встречи, чтобы только попасть в башню, — хмыкнул искин.

— Нужно создать промежуточное звено для общения с вами, — предложила Марина Волкова. — Как это сначала делал хранитель рода, а потом Иван III.

А ведь я теперь Иван IV.

— А мне уже имя придумали? — невпопад спросил я.

— Иван IV Непримиримый, — сразу нашёлся с ответом атаман.

— Извини, "Великий" уже занято, — рядом со мной медленно проявился Иван I Великий. И я вопросительно посмотрел на него. Он же не просто так пришёл.

— Погоди, — попросил я его, — поговорить надо, — вот и спрошу его про фиолетовокожего.

— Как вы догадываетесь, — я горько усмехнулся, — я ничего не знаю о своей империи. Поэтому сделаем мы такую прослойку, — я откинулся на лежаке и посмотрел в небо. — Боря, мне нужна платформа, сеть, сам реши. Суть в том, чтобы все рода написали видео презентации о своём роде. Каким они хорошие, чем занимаются. И мне нужна от них стратегия развития рода на ближайшие 10, 50 лет. В этой базе данных мы создаём свою служебную часть, для моего пользования. Марина пишет туда свои комментарии, как глава полиции, кто в чём замешан. Пусть и СБ рода отметится, и Николай, а то ему совсем заняться нечем. И Корней.

— Корней? — удивилась графиня Волкова.

— Очень правильный мальчик, — хмыкнул Игорь. — Вы же все будете рода грязью поливать, а он напишет хорошее. Я тоже напишу, если вы, ты, — он быстро поправился, — не против. И предлагаю туда включить Подводного.

Да, с Подводным он ловко придумал, я даже улыбнулся от предвкушения. Он же отыгрывает доброго папочку, на контрасте со злым отцом. И ему придётся произвести на меня хорошее впечатление. А что если сделать его СБ? Неее, батя не поймёт. Может потом, как-нибудь…

— Я ещё им чаты прикручу, — хищно улыбнулся Боря, и возможность скрывать или выставлять информацию о себе.

— Ваше Императорское Величество, вы хотите, чтобы они вам там излагали свои проблемы и просьбы? — решила уточнить глава полиции.

— Ну да, — я кивнул. — А для личных встреч я могу к ним сам заглядывать. Внезапно, — я предвкушающе улыбнулся. — Заодно своими глазами всё увижу, и познакомлюсь с родами. А пока мы сделаем так…

Я встал и создал вокруг нас непрозрачный купол, который мне лично не мешал видеть всё, что происходит за его пределами. Представители родов начали переговариваться.

— Боря, сделай двойника.

На глазах у изумлённых ближников из чёрных частичек собралась моя копия и улеглась на моё место. Бориска даже попробовал отвар.

— Папа, а можно, когда ты умрёшь я воссоздам твоё тело? — Гео задумчиво изучал мою копию.

Я озадаченно почесал подбородок.

— Я же теперь император, Гео. Как ты себе это представляешь? Умер, а потом воскрес? Пожалуй, лучше не надо.

Я потрепал парня по голове и обернулся к ошалелым парням.

— Пусть мой двойник живёт в небоскрёбе, пока не решим что-нибудь. И, Боря, — я посмотрел на самого себя. — Что-то нужно решить с полигонами. Никто не умеет ими пользоваться.

— А вы, Ваше Императорское Величество? — обеспокоенно поинтересовалась Марина.

— У меня тут дела, — я кивнул в сторону океана. — Боря, пришлёшь ко мне Берра на флаере. Где-то тут остров мой должен был уже доползти. Я огляделся и увидел его, медленно летящего со стороны долины гейзеров. Он всё так же был невидим для окружающих.

Я набросил на себя скрыт и убрал купол. Лжеимператор в компании с мальчиком Борей, Гео и остальными направился на обед. У меня заурчал живот. Белая сотня обернулась в мою сторону. Они взяли еду и устроились неподалёку, откладывай на общую тарелку лучшие куски. Я сел рядом и всё съел, потом выпил, отставленный в сторону кувшин. Мысленно поблагодарив ребят я отошёл в сторону и снова выставил купол.

— Иван Петрович, — я развернулся к следующему за мной по пятам призраку Ивана Великого, — вы знаете этого, кмх, это существо?

Над моим браслетом появилась голограмма фиолетовогокожего мужчины с удлинёнными ушами и седыми волосами.

Призрак подёрнулся рябью и сменился на Ивана II Строителя.

— Я его знаю.

Глава 6

Фиолетовокожий инопланетянин с длинными ушами появился в кабинете императора Ивана II и назвался архимагом Михаэлем. Он заявил, что наместник Земля-2 Аркадий Дубхе пропал, и теперь приглядывать за планетой некому. Поэтому и произошла страшная пандемия, выкосившая столько стран. Но всё можно исправить, и он знает как.

Через полторы тысячи лет когда империей будет править 12-й император, на дне океана по большой любви между главой рода Подводных и девушкой с рыбьей фамилией родится необычный мальчик, которого назовут Иваном. Ребёнок будет талантлив и во время инициализации получит сразу все стихии. А когда юноша вырастет и встретит любимую женщину, у него родится сын, который унаследует Землю и будет оберегать её от катастроф.

12-й же император должен всячески помогать сначала Ивану, а потом и его сыну. Это приведёт империю к процветанию и даст миру новую магию и толчок к развитию высокотехнологичной цивилизации.

Потом Михаэль построил для Раковых остров и возвёл дворец. Иван Строитель посетовал, что архимаг обещал, что дворец будет нерушимым, а я его сломал. Я оставил замечание лжестроителя без комментариев. Но теперь я сильно засомневался, сможет ли Белая сотня восстановить разрушенное крыло?

Затем архимаг помог создать большой родовой алтарь. Оказывается у других родов алтарные камни совсем небольшие. Правда, я видел алтарь Подводных, и он был очень похож на тот, что у Раковых. Теперь понятно, откуда взялось такое сходство.

Я должен был родиться под океаном, а не рыбаком, и вдыхать энергию первостихии с малых лет, хтонь. Но ушлый императорский алтарь увёл невесту у Подводного. Тьма его забери! Лишил Ванюшу любящей заботливой семьи. Испугался, что правящая династия сменится.

Я думаю, что архимаг просчитал и такой вариант развития событий, поэтому родовые камни одинаковые. Типа страховка. Полагаю, что в императорском алтаре уже была энергия изначального, и моё чуть-чуть переросло в нечто большее.

— И что? — я с отвращением посмотрел на Ивана Строителя. — Вы вот так просто сказали батюшке, женись на Галине Карповой, потому что она приглянулась главе рода Подводных? И он послушался?

— Да, в интересах рода, — Иван Строитель важно кивнул. По нему и не скажешь, что они сделали что-то не так. Род превыше всего, хтонь.

— Дай угадаю, — я раздражённо постучал пальцем по подбородку, — и живительный источник под дворцом его рук дело?

Я мрачно смотрел на бывшего императора. Который горделиво кивнул. Он небось ещё и торговался, хтонь, выбивая себе дополнительные бонусы за то, что они помогут собственной планете.

— И когда вы отцу всё расскажете? После смерти? — мой тон сочился ядом.

— Иначе он от тебя отвернётся, — Иван II попытался улыбнуться. — Архимаг сказал, что мальчик должен вырасти в любви.

Я громко и зло расхохотался.

— Если вы знали, что я должен был вырасти в любви, то почему не вмешались в то издевательство, которое творили над ребёнком, — я заорал в призрачное лицо.

— Мы не знали, у нас не было доступа наверх, — напомнил Алтарь. — Мы Ванюшу первый раз увидели во время инициализации.

— Так вот, вашими стараниями не будет у вас наследника. Вы же слышали, что проорал на всю империю Гео? — я горько усмехнулся. — Чтобы родился мальчик мы должны полюбить друг друга. Я женщинам не доверяю. Всё, что я от них видел — ложь и предательство. А, ну ещё манипулирование. Даже от родной матери! Прочь!

Я махнул рукой и развеял призрака. Тьма его забери!

Я огляделся. Подводный ещё не улетел. Он смотрел на Белую сотню, которая задерживала вылет. Они обеспокоенно таращились в мою сторону, он тоже принялся выглядывать меня. Я мысленно попросил их улетать, и студенты дружно загрузились. Сам же Подводный взял в руки телефон и заявил, что он не летит, его заберёт подлодка.

Милен Налимович подошёл к краю воды, я встал рядом.

— Иванушка, что случилось? — он обеспокоенно посмотрел прямо на меня, но меня не видел. Глаза помолодевшего мужчины ощупывали пустоту.

Я обернулся, питоны улетели ещё не все.

— Ты же меня не видишь? — всё же спросил я.

— Иванушка, ты следы оставляешь, — он тихо рассмеялся.

Хтонь. Как глупо! Я махнул рукой и следы исчезли.

— Приглашаю Ваше Императорское Высочество на борт, — Милен Налимович приложил руку к груди и учтиво поклонился.

Я посмотрел на подплывшую почти впритык подводную лодку и обомлел. Какая продвинутая модель в форме косатки.

Над боковым плавником открылся шлюз, в проёме показался мужчина. Подводный создал воздушный мост и приглашающе махнул рукой.

Внутри нас встретил капитан и проводил на капитанский мостик. Немолодой невысокий мужчина, крепко сложен, вероятно, из-за того, что рос под давлением воды. Я осмотрелся.

Ну да, сверхпрочный корпус из неизвестного материала, укреплённые переборки. Круглый капитанский мостик. Магия в управлении не используется. На самом носу корабля место для медитации — прозрачная сфера выступает вперед. Правда, капитан этого не понял, там стоял накрытый столик. Мол, ешь, пьёшь и ещё и проплывающими видами любуешься. Именно туда меня и пригласил глава рода Подводных.

После сытного обеда из морепродуктов я развернул перед главой рода голограмму фиолетовокожего инопланетянина.

— Знаешь, кто это? — я с любопытством изучал реакцию человека, в семье которого я должен был родиться.

— Существует легенда наших предков, что когда основатель города сидел на берегу и чинил сети, из моря вышел властелин морских глубин, — с явным удовольствием начал рассказ Подводный тоном, каким отец рассказывает сказку маленькому сыну. — У него была фиолетовая кожа и острые уши.

В общем, Затворник наплёл историю о том, что на дне моря с давних пор существовала цивилизация великих магов и звалась она Атлантидой. Когда-то давно в результате катаклизма остров ушёл под воду, но люди не погибли, а основали подводное государство. Однако, пандемия добралась и до них и выкосила всех жителей, он остался последним. Но он уже стар и век его короток, а знания передать надо. Вот, и стали они заселять город новыми жителями.

Владыка Михаэль жил с ними, обучал магии и сложным наукам, а потом как-то ушёл в море и не вернулся.

Он оставил после себя пророчество. Когда к власти в империи придёт 12-й император, у главы рода Подводных по большой любви от женщины с речной фамилией родится любимый сын, и назовут его Иван. Он приведёт род к процветанию и люди освоят океаны, как прежде сушу.

Не понял? Это шутка такая? Или он, и правда, рассчитывал, что я займусь строительством подводных городов?

— Он украл у меня не только любимую, но и сына, — печально закончил Милен Налимович.

Жаль, я думал, у них много городов. А оказывается они и этот не сами построили. Хотя что-то и они сумели развить. Мини подлодки, например, или подводную дорогу, о которой столько говорят.

— Когда появился растущий маяк, — неожиданно продолжил Подводный, и глаза его загорелись огнём, — я сразу понял, что это они — атланты. Не только город ушёл под воду, но и маяк. И нашёл его именно ты, наследник рода Подводных, мой сын! — он даже выпятил грудь от гордости.

Я с изумлением посмотрел на фанатичного Подводного, ловко он тасует факты. Хтонь. Свои гены он мне приживил уже после того, как небоскрёб вырос. А ведь, Ванюша мог вырасти исследователем морских глубин при таком-то родителе.

— Иванушка, ты выглядишь усталым, — он встал и потянул меня из-за стола. — Пойдём, я отведу тебя в твою каюту, тебе надо поспать, ты вторые сутки на ногах.

— У меня есть каюта? — удивился я такой предусмотрительности. Он же не знал, что мы с ним поедем на косатке.

— На судне есть каюта, которая запечатана. На ней надпись, — мы подошли к двери, и он ткнул пальцем в надпись на языке альфов. — Мы расшифровали язык атлантов, — с гордостью заявил батя номер два. — Тут сказано «Войдёт избранный наследник».

Я ошарашенно смотрел на табличку: «Не входить опасно для жизни».

Подводный взял мою ладонь и приложил к какому-то датчику. Больно кольнуло, на пол капнула кровь. Дверь поползла в бок.

— Н-н-не н-надо, — я вдруг стал заикаться и упёрся руками в дверной косяк.

Боря расформировал чёрный браслет на моей руке и быстро образовал тонкую плёнку, препятствующую входу. Внезапно в плёнку ударил луч, и микрочастички Бориски осыпались на пол бесполезной пылью. Я попробовал отодвинуться, но сзади подпирал батя номер два.

— Всё хорошо, Иванушка, видишь, система тебя распознала, — он поднажал и вдавил меня внутрь.

Луч ударил в грудь и встретился с перевёрнутой Альфой. Я ввалился в тёмное помещение и упал на пол. Подводного отшвырнуло назад, и дверь резко захлопнулась.

Этот гад опять меня чем-то опоил, накатила мышечная слабость. И когда я уже поумнею? Или хотя бы перестану доверять людям? Ну, или хотя бы Подводным?

— Боря, ты тут? — прошептал я.

Боря не отозвался. По глазам ударил яркий свет.

— Добро пожаловать, Иван! Диагностика показала чрезвычайную степень утомления, — заявил мелодичный безэмоциональный женский голос. — Пожалуйста, переберись на кровать и устройся поудобней.

— Ещё бы я видел, где кровать, — ворчливо пробурчал я, принимая сидячее положение. Из-за яркого света ничего не было видно. А глаза не желали привыкать к яркому освещению.

— Кровать располагается справа от двери в двух метрах от тебя, — подсказал всё тот же голос, а в глаза метнулся сканирующий луч, который ослепил меня ещё больше. — Нарушение зрения не зарегистрировано.

Окончательно ослепнув, я пополз на четвереньках вправо. Под руками ощущался мягкий ковёр с длинным ворсом. Когда я больно стукнулся головой о край кровати, ругнулся про себя и запустил регенерацию на глаза и лоб. Мягкую постель я увидел и забрался, чтобы сесть, но оглядеться толком не успел.

— Свет будет погашен через три, два, спокойной ночи, Иван, — пожелала чёрствая скотина, и снова воцарилась кромешная тьма. Могли бы подсветку по контуру пола оставить, хтонь. А если мне ночью в туалет приспичит? Я на ощупь лёг и тут же заснул.

Не знаю, сколько я спал, но когда проснулся, в каюте было приятное глазу освещение. Я сел и огляделся.

— Туалет там, — донёсся из динамиков голос Бори, а на стене загорелся значок душа.

— Ты как? — я встал, тело ощущалось разбитым, как будто и не спал вовсе. — И где эта?

— Я её стёр, — зло процедил Бориска, — достала.

Туалет был минимальный и контрастировал с остальным убранством шикарной подлодки. Экономный расход воды, куцый душ. Малюсенькая раковина. Облегчившись и задев пару раз плечом стену, я вышел обратно в каюту. Нас покачивало.

Кроме мягкого пушистого ковра других достоинств в тесной каюте не нашлось. Узкая кровать, стол с компьютером и стул, прикрученный к полу.

— Ты разобрался, что это за комната? Она изолирована? — я лёг обратно и запустил регенерацию. — Здесь магия странная. Ты компьютер вскрыл? Что там?

Комната явно не предполагалась для постоянного обитания. Слишком маленькая. Инородным пятном выделялся синий ковёр. Он был мягким, комфортным… На нём было бы удобно медитировать. Я сел по центру комнаты на пол. Даже удобнее, чем на кровати.

— Карта подводного города, чертежи, схемы магических коммуникаций и забора маны, — начал рассказывать обеспокоенный Боря.

— Забора маны? — переспросил я. — Накопители что ли?

— Из формулы я понял, что мана на суше и под водой отличается, и чем глубже, тем ощутимей разница, — пояснил Боря.

— О! Как интересно, — загорелся я. — Получается, они берут ману с поверхности, а не используют ту, которая на дне. Хотел бы я знать почему…

Искин горько усмехнулся. Моего исследовательского зуда он не разделял.

— Значит, подлодку он использовал для строительства города, — я хихикнул. А я-то уж подумал, какой щедрый Затворник, такую подлодку для жителей сделал, хех. — А комната-то зачем?

Вместо ответа зажёгся экран на столе. Я встал и пересел на стул.

На мониторе показалось схематичное изображение. Над воздушным куполом зависла подлодка. Сквозь купол проходили силовые жгуты из нейтральной маны, только они могли пройти насквозь, не нарушая целостность защиты. На силовых канатах висел прозрачный лифт. Я присмотрелся, да, комната, похоже именно эта. Снизу какие-то утяжелители, сверху баки. Ну да, ну да… Сначала он погружался в воде, только потом купол создал. Углы сглажены и есть небольшие манипуляторы, тоже из силовых жгутов. Да, вот, в центре комнаты сидит на полу человек и от него тянутся жгуты во вне. Прикольно.

— А что? Стенки можно сделать прозрачными? — полюбопытствовал я.

— Можно, — мрачно согласился Боря, — но не стоит.

— А есть что-нибудь про исследования? — снова поинтересовался я. В животе заурчало. Может пора выходить, а то Милен Налимович беспокоится?

— Есть расчеты плотности строительного камня для разных глубин. Проницаемость кислорода и света для купала, ну и ещё он модернизировал людей. Город стоит на глубине в тысячу метров, — без интереса сообщил искин.

— Сколько-сколько? Тысяча? Почему так глубоко? Зачем? — я стал припоминать гигантский купол над городом. В городе было светло. — Это перебор.

— Вовсе нет, — горестно возразил Боря. — Если ты собираешься исследовать океан, то оптимальная высота где-то так и будет. И если бы он поставил его на континентальном склоне, то купол бы подвергался воздействию штормовых волн. Да и не сделаешь ты там высокий купол, тебя проходящие мимо корабли рано или поздно обнаружат. Очень умный ход. Убрал воду над головой, заменив её воздухом. Тем самым снизилось давление воды на жителей города.

Ладно, пора выходить, только гляну, как комната устроена, а то может и не попаду сюда больше. Я снова расположился на удобном ковре и скользнул в транс. В воздухе присутствовали остаточные следы маны. Вероятно, он использовал помещение, как накопитель. Набивал сюда побольше маны и уходил на глубину.

Комната представляла из себя коробку в коробке, между стенок которой постоянно циркулировала энергия, вероятно она и удерживала ману внутри. Я мысленно прикоснулся к ней. Ну да, первостихия. Очень недовольная первостихия, которая ощущает себя здесь, как в клетке. Бедняжка. Я попробовал отправить ей волну положительных эмоций. И в ответ ощутил старческое бурчание. Тогда я добавил любовь, заботу, сочувствие и пообещал выпустить, когда мы причалим к берегу. А то вдруг разрушу подлодку, резко оспустив её во вне.

Я решил осмотреть корабль, пока никто не мешает и распространил сознание за пределы комнаты. Я настолько опешил, что резко вынырнул из транса и упал на спину, больно приложившись головой о стену.

— Г-гд-де мы? Б-боря? — в груди разрасталась паника.

— Эта сука нас выбросила, — зло процедил искин.

— К-куда выбросила? К-когда? Боря, не пугай меня, — попросил я.

— Я не успел до компьютера доползти, — повинился искин. — Где-то через пару часов, как ты заснул она такая говорит, мол, в крови найдены ослабляющие вещества, среда признана враждебной, начинаю эвакуацию. И она нас с корабля выбросила, сука!

— Ну и что? Подводный же нас найдёт, — я попытался успокоить психующий искин. — Такая дура не может незаметно пропасть с судна. Не может же? — засомневался я.

Сколько времени прошло? Я и поспать успел, и живот урчит.

— Пока мы были на судне я установил геолокацию и отслеживал наше местоположение. Мы шли вдоль побережья на юг, когда эта тварь анализ крови закончила делать. Твой Подводный даже не заметил, что с корабля что-то скинули. Иначе он нас сразу и подобрал бы. А теперь мы слишком далеко, и вверх я пробиться не могу через толщу воды, — искин начал истерить. — Сигнал к башне не проходит. Никуда не проходит!

— Да, погоди ты паниковать, — я попробовал вселить в Борю уверенность. — У тебя же куча микрочастичек, найдёшь нас.

— У меня связь с колонией и телами утеряна. Думаю, я сразу отправился на место сброса. Но прошло уже больше десяти часов, — искин уже не рассказывал, он завывал.

— Боря, успокойся, я что-нибудь придумаю, ничего страшного не случилось. Подумаешь, плывём где-то в океане? Выберемся!

А почему мы до сих пор не всплыли? Камера герметична и наполнена воздухом. Однако, в трансе я видел, что нас окружала вода.

Глава 7

Я разлёгся на пушистом ковре и погрузился в транс. Первая сложность, с которой я столкнулся, как определить расстояние. Вокруг сплошная вода.

Потом я вспомнил, как Тёмный предлагал задавать радиус. 50 метров. Есть контакт!

— Боря! Мы неглубоко! — я поспешил обрадовать искин. Как только мы всплывём, нас обнаружат стихии и Гео. И Боря вышлет флаер.

— А плохие новости? — мрачно поинтересовался Бориска.

— На поверхности сильный шторм, — признался я. — Так что это даже хорошо, что мы не всплыли! — я попытался настроить друга на позитив.

Я вернулся в транс и увеличил радиус. 100 метров, 200, 300… Моей дальности хватило до трёх километров. Ни краёв, ни глаза тайфуна видно не было. А вот пологое дно обнаружилось на двух с половиной тысячах.

Я предложил уйти на глубину и пропустить шторм над собой, но Боря панически боялся погружения. Там давление, после которого нельзя резко всплывать. Кроме того, он не доверял технологии.

— Этой комнате тысяча лет, ей давно не пользовались по назначению, — твердил он. Ещё он ныл, что я погибну, а он так и останется в этой холупе, как он выразился, навечно. Нее, понятно, что у него здесь только часть сознания, у него там небоскрёб вместо сервера. И часть микрочастиц по-прежнему изображает меня. Вот ведь представляю, какая там сейчас паника.

Император пропал, хе-хе. Тёмный, как и Боря, точно знают, что я жив. Башня-то стоит. В открытую меня искать не будут. Двойник продолжит играть свою роль. А вот что подумал Подводный, когда я пропал вместе с комнатой? Ха-ха. Комната для избранного, ха-ха. Наследник ушёл к атлантам, хех. Он же не знает, что я жив. Батюшка его точно прибьёт, если встретит. Ах, да, совсем забыл! Он же не может ему навредить! Я истерично расхохотался.

Вот мы и дрейфовали метрах в двадцати от поверхности в ожидании, пока шторм исчерпает себя.

Проблема была ещё и в том, что стихии обнаружить нас не могли, мешала толща воды над нами. Маны в подводной комнате немного оставалось, но она была изолирована от внешнего мира.

Мы в Океане душ Гео? Он нас найдёт? Ха! И ещё раз «ха»! Всё оказалось не так просто. Стоя на берегу океана, у меня создалось впечатление, что передо мной единая первозданная стихия. На деле среда оказалась неоднородной, со сложной организацией и своими законами. Гео — совсем юная и неопытная душа мира, и подсказать ему некому. Я то здесь. Это всё равно, что искать иголку в стоге сена. В общем, помощь не придёт.

Ещё Боря боялся, что я оголодаю, но я не сильно переживал. Вода-то есть. Научусь есть первостихию, уха-ха. Это, видимо, нервное.

Чтобы успокоить паникующего всё больше Бориску, на второй день я выломал вмурованный в стол компьютер и соорудил круглую подставку. Сверху накрыл конструкцию прозрачной полусферой. Если с герметичной комнатой что-то случится, компьютер всплывёт, и Боря подберёт сам себя.

— Захвати динамики и камеру, — деловито попросил искин. Они были встроены в стены.

Чтобы экономить энергию, я почти всё время находился в трансе. Ну, Ваня, ты же хотел пообщаться с первостихией? Вот я и медитировал день и ночь, ночь и день.

Я быстро разобрался, почему она не шла на контакт. У неё не было единого сознания. Ещё я выяснил, что тяжёлые души после смерти тянет на дно, поэтому они не попадают на перерождение. Я был под впечатлением, как их перетирает в порошок. Перетёртая субстанция становилась сверхтяжёлой сырой маной.

Я уговорил первостихию, которая обволакивала комнату, раздвинуться в стороны и пропустить мне чуток добытой со дна маны. Всё равно заняться было нечем, вот я и зачерпнул длинным шнуром немного. Кроме придонной я успел прихватить ещё и ту, которая была в непосредственной близости от дрейфующей камеры. Эта, ближайшая к комнате мана, была значительно легче, и мало отличалась от той, что на поверхности.

После суточного наблюдения я пришёл к выводу, что сверхтяжёлая мана постепенно поднимается вверх. Только очень и очень медленно, веками.

Вообще мана попадает в воздух, когда в океане душ становится слишком много. Чтобы не происходило перенасыщения энергии, первостихия отторгает излишек. Магия — это скорее аномалия, чем естественный ход эволюции. Это ж сколько должно накопиться излишка, чтобы заполнить атмосферу планеты.

Хотелось разобраться, по каким причинам возникает избыток. Понятно, что это как-то связано с циклом перерождения душ. Свободных душ становится больше, чем вселяется. Только вот почему?

А ещё мне попадались совсем свежие души, которые всплывали откуда-то снизу. Тоже интересно, как они образуются. Получалось, что в отличии от других стихий, первостихия — это смесь душ и их останков, сырой маны, которая к тому же разная. Это была настолько грандиозная система, порождающая первобытную энергию жизни, что захватывало дух от восхищения и мощи.

Я сумел подружиться с той первостихией, которая обтекала мою временную тюрьму. Она долго была в заключении, и замкнутое пространство помогло склеить множество сознаний в единое. Если ты целый океан душ, то единому сознанию там не возникнуть, ну никак. А вот так проведя тысячу лет в тесной клетке, получилась некая стихийная сущность.

Даже так моя подружка-первостихия оставалась инертной, как сам океан. Мы много общались в основном образами. Я ей показал воплощения стихий: огненного Рыжика, делового плюшевого Земелю, полупрозрачного всезнающего Драко и Каплю. Первостихия тоже захотела себе имя. Я назвал её Секундой. И тут выяснилось, что сознание-то склеилось, а воспользоваться опытом душ Секунда не догадалась. Она занялась вскрытием собственной кубышки, хех.

Я как-то пошутил, что мол, когда я тебя выпущу, ты сольёшься с океаном и опять потеряешь себя. Секунда сильно расстроилось, терять себя ей не хотелось.

Ещё через неделю скитаний и научных изысканий к нам прибился осьминог. Мы уже давно сделали стенки камеры прозрачными и сейчас наблюдали за тем, как любопытный моллюск ощупывает несъедобную коробку. Секунда нашего гостя не видела, но ощущала присутствие энергии жизни. К тому же тот был тяжёлый и создал заметный крен. Боря снова запаниковал, а я оживился.

— Боря! Наверное, рядом есть остров или даже большая земля! Что ему тут делать в открытом океане?!

Искомое нашлось метрах в пятистах.

— Там подводные горы, Боря! Плывём туда!

Я предложил закрепиться на горе и пропустить шторм мимо. Только как доплыть? Может попросить осьминога? Я отправил ему мысленную картинку, мол, он тащит нашу камеру к ближайшей горе. Головоногий моллюск отлепился от крыши и поспешно сбежал от нас на глубину.

Я вспомнил, как делал из нейтральной маны полуразумных змеек, которые умели цепляться в заданную цель. Маны было маловато. Секунда сделала проход, и я набрал ту, что плавала рядом. Я погонял её по каналам, привыкая к новой силе тяжести в теле. Первостихия забросала меня кучей вопросов про магию. Я рассказал ей свою гипотезу, что разумные стихии внедряются в источник человека, потому что они тоже когда-то были душами и у них сохранился инстинкт вселения. А первостихия не внедряется, потому что сама состоит из душ.

Змейка получилась с первого раза. Она поплыла в направлении горы, оставляя после себя разматывающуюся нить из нейтральной маны. Нас сносило в сторону, тем не менее уже через полчаса змейка закрепилась, и я начал подтягивать нас к горе. Учитывая непрекращающийся шторм, занятие меня утомило, и я сильно проголодался. Даа… осьминога бы, да под кисло-сладким соусом…

Но если протащить ману сквозь стену я ещё мог, то вот что-то другое… никак. Я даже пробовал питаться сырой маной, но она же не органическая. Хтонь. Не, конечно, как некий вариант пополнения энергии, такое питание возможно… Поэтому, чтобы не свалиться без сил, я подключил к источнику канал, обеспечивающий постоянный приток трудноусвояемой маны. Через источник она рассеивалась по организму и обеспечивала мне приток тяжёлой энергии. Через пару часов я отключил конструкцию, поскольку переваривать такую хтонь было сложно. Лучше буду экономить, и я завалился спать.

Прошло ещё три дня, когда я либо спал, либо просто лежал и пялился на завораживающую воду. Тайфун не уходил. Боря начал настаивать на всплытии. Закуклиться в защитном коконе. Сигнал то мы сразу передадим. Но сколько я ждать флаер буду? Три часа в лучшем случае, а в худшем они меня искать сутки будут среди гигантских волн. Плюс ещё самим им не рухнуть. И потом, это ж флаер, а не вертолёт. Он зависать не умеет.

Ощущение сильного голода заметно подточило мой настрой. Даже разговоры с первостихией перестали забавлять. К тому же, когда я закрепил подводную комнату на вершине горы, то мы шкурой прочувствовали всю силу волн. Паника Бориски нарастала с каждым днём. Он твердил, что погружаемая на глубину камера не рассчитана на бьющие в стены воды. А я лежал и уже ничего не хотел, только смотрел на бушующий над головой смертоносный океан. Может и правда всплыть?

Я внезапно проснулся. Во сне приходил Гео и плакал. Хтонь. Плачущая душа планеты — это очень и очень плохо. Может поэтому тайфун не стихает? Я резко сел. Ну, в смысле, дернулся, чтобы сесть, а потом лёг обратно на мягкий ковёр и накрылся сверху одеялом. Ещё подтянул к себе мягкую подушку и подложил под голову.

— Ваня! — меня разбудил Боря. — Проверь, может шторм ушёл.

Я запустил сканирующий луч. На месте, краёв не видно. Больше ждать нет смысла… А что если нам взлететь над океаном? Нам ведь надо удержаться на одном месте? Чтобы нас штормовой ветер не сбил с места? Можно построить лифт. Попив воды и занюхав её рукавом, я принялся сооружать стенки лифта.

Я начал понемногу поднимать нашу камеру вверх, набрасывая плетения облегчения веса. Волны были очень сильные и конструкцию качало. Через полчаса мы всплыли.

— Есть сигнал! — завопил Боря, а потом грязно выругался. Уточнять по какому поводу я не стал. Причина могла быть только одна — мы слишком далеко от берега.

Я стал поднимать нас выше, качать стало сильнее. Я уничтожил крышу, чтобы увидеть небо и выпустить Секунду, как я ей и обещал. Чёрные облака были прекрасны. А потом конструкция не выдержала и стала заваливаться обратно в воду. Я бросил плетение аннигиляции и уничтожил комнату, чтобы она не потопила меня, и рухнул в ледяную воду.

Холод отрезвил, и я создал радужную защитную сферу, а чтобы меня не мотало в ней, как тряпичную куклу, я разделил шар пополам, и в нижней части разместил два гироскопа, вертикальный и горизонтальный. Перед тем как отключиться я успел завернуться в мягкое одеяло.

Проснулся я на твёрдой земле в тени деревьев. Кто-то накрыл меня моим же одеялом. Я ущипнул себя два раза. Достигший моего носа запах жаренной рыбы окончательно убедил меня, что я не сплю. Я сел и создал на себе тонкие штаны и рубашку.

Белый песок, безмятежная гладь воды, пальма и девушка.

Костра не было. Она положила рыбу на песок и водила над тушкой рукой, окутанной пламенем. Она подняла взгляд и ослепительно улыбнулась. На ней была моя одежда, вот почему я проснулся голый.

Высокая грудь, широкие бёдра, длиннющие ноги и протянутая мне рыбина. Что ещё нужно для счастья?

Только съев почти всю, я заметил, что она была не очищена. А красивая девушка с улыбкой уже приготовила ещё одну. Эту я почистил и принялся разглядывать незнакомку. Соломенные волосы, небесные глаза, чистая душа, первозданная стихия.

— Секунда? — кусок рыбины выпал у меня из рук.

Она только шире улыбнулась. Я аккуратно потрогал её за руку и запустил сканирование. Настоящее тело! Я с любопытством уставился на девушку. Хотя чему я удивляюсь? Это магия молодая, а первостихия существовала со времён возникновения жизни. В теле Секунды не было источника — первозданная стихия текла по энерогоканалам, она ощущалась в тканях клеток и даже в крови. Удивительная девушка!

Секунда кивнула на ещё две рыбины и вопросительно посмотрела на меня. Она что? Не умеет говорить? Хотя нет, вряд ли. Это дело привычки, а она общалась раньше образами.

— Да, я бы ещё поел, — я улыбнулся в ответ. Она мне нравилась. Такая непосредственная. Я создал чашу и наполнил её водой. Выпил сам и предложил девушке.

Она с интересом изучила сосуд и выпила воды, а потом попросила ещё. Пока она занималась рыбой, я принялся инспектировать себя. Почему меня до сих пор не нашли?

Мда… Мой источник сильно изменился. Они меня не узнали. Я прогонял через себя сырую ману, загонял внутрь первостихию и пробовал её использовать, как источник питания. Моя энергосистема после всех этих экспериментов сильно изменилась. Я озадаченно почесал затылок и попробовал создать стихийный шар воздуха. Хтонь.

Вместо чистого воздуха я получил смесь с первостихией. Воздух горел голубым пламенем. Я создал перед собой воздушную платформу и принялся пристально рассматривать её. Неоднородный материал, я развеял брак.

«Тёмный», — я попробовал позвать чёрный кристалл.

«ВЕЛИКИЙ! Наконец-то, Вы меня призвали! — его крик оглушил меня. — Где Вы?»

«Я на каком-то необитаемом острове по среди океана. Тропики, тепло, пальма, — я улыбнулся. — Со мной всё в порядке».

«А почему плюшевый рак Вас не может найти? И Гео?» — не поверил Тёмный.

«Поэтому я тебя и позвал. Можешь посмотреть мой источник?» — я продолжал улыбаться. Услышать знакомый голос в своей голове было очень приятно.

«Так-так-так», — его ножки забегали по моему сознанию.

Подошла Секунда и протянула мне рыбину, потом села и прижалась ко мне. Я обнял её свободной рукой, другая принялась за еду. Я сильно отощал.

«А Вы что-нибудь уже магичили?» — обеспокоенно спросил Тёмный.

«Да», — я вспомнил лифт и змейку.

«Вы это, поаккуратней. Результат будет нестабилен, — Тёмный продолжил бегать вокруг источника, который визуализировался в моём сознании. — У сырой маны другая плотность, формулы на ней не работают, нужно пересчитывать. А вы ещё зачем-то первозданную ману зачерпнули», - он продолжил бурчать.

Понятно, почему лифт развалился. Раньше силовые линии меня не подводили. Да, точно, они как раз и были из сырой маны. Хтонь.

«Как Вы так вляпались?» — забурчал Тёмный, и на сердце потеплело.

Я успел доесть рыбу, когда кристалл выдал своё заключение.

«Я думаю, что будет достаточно выровнять энергию, — предложил Тёмный. — Как вы поджигали магических калек. Только на этот раз используйте все стихии, всё, чем владеете».

«И энергию Изначальных?» — решил уточнить я.

«Её, пожалуй, пока не надо, попробуйте сначала без неё», - он неохотно отключился.

Я съел ещё одну рыбину и объяснил Секунде суть проблемы. Мол, у меня в источнике бардак, и мне нужно навести порядок. Для этого я отойду на пустынный пляж. А ей лучше держаться на безопасном расстоянии. Я обнял девушку и погладил по спине.

— Всё будет хорошо, — прошептал я. С ней надо больше разговаривать, чтобы и она перестроилась на речь.

Секунда прижалась сильней и не хотела отпускать.

— Не волнуйся, — я погладил её по волосам. — Жди здесь.

Я пошёл по песку вдоль кромки воды. Остров оказался совсем небольшим. Несколько деревьев, пара кустиков и песок. Я встал на пустынном пяточке и закрыл глаза. Первым я ощутил в источнике огонь, потом нащупал землю, воздух и, наконец, воду. Первостихия была тут же. А сырая мана осела на каналах и затрудняла ток. Перевёрнутая Альфа была на месте, она была всё так же обмотана избыточной энергией, как изолентой.

Я по очереди наполнял тело стихиями, а потом объединил их и получил радужный огонь. Он горел нестабильно, и я позвал Стихии. Прибежавшие малыши обрадовались мне, и лавиной ринулись в источник. Мощь возросла и пламя начало выравниваться. Я призвал Первостихию, которая, казалось, только и ждала сигнала. Она рванула в меня с безумием голодного зверя. Универсальный огонь полыхнул и разросся. Чтобы вернуть контроль я подключил перевёрнутую Альфу.

«Я тут хозяин!»

«Ты, так ты», — со знакомым безразличием отозвалась Первостихия, продолжая обволакивать источник, каналы, тело, Альфу.

Она по-хозяйски проводила ревизию новых владений. Останавливалась, что-то изучала, шла дальше. Огонь выравнивался, пламя переливалось всеми цветами радуги. Альфа пульсировала медленно и ровно. Я улыбнулся. Музыка моей души.

Внезапно, я ощутил чьё-то прикосновение и открыл глаза.

Глава 8

Я стоял на пустынном берегу в центре бушующего пламени. Огонь первостихии объединился с универсальным пламенем, и радиус увеличился на несколько метров. Я подключил энергию Изначальных, и не давал ему разрастаться. Если не считать снова забурчавший живот, то я был в норме.

Вдруг я почувствовал на груди чью-то руку и открыл глаза.

Внутри моего огня стояла Секунда и тоже пылала. Одежда девушки не выдержала сурового испытания и сгорела. Как и моя. На лице первостихии, отпочковавшейся от Океана душ, растянулась блаженная улыбка. Она получала удовольствие от соприкосновения стихий. Взгляд девушки скользнул вниз, и она хитро улыбнулась.

Уникальная в своём роде, единственная Первостихия, которая обрела единое сознание и собственное тело. И сейчас она хотела пойти дальше, и познать соединение двух начал: мужского и женского.

Секунда подошла ещё ближе и обвила меня руками. Я повалил её на появившуюся кровать и мысленно выдохнул — постельное бельё не сгорело. Ну да, ну да… мощность у меня подросла, да и прошлая одежда была из сырой маны. То, что ткань и мебель выдерживали огонь, подтверждало, что я в полном порядке.

Я впился в губы девушки, и вместе со стоном в меня хлынул её огонь. Я с удивлением наблюдал, как два огня стали объединяться. Обе энергосистемы заработали, как единое целое. Мы не торопились, изучали друг друга. Я заглянул в глаза и пропал. Небесная голубизна источала чистый свет невинной души, которая доверилась мне. И я не мог её подвести. В зрачках Секунды я увидел собственные радужки, источающие фиолетовый свет миллиардов звёзд.

Я потерял счет времени. Мы тонули друг в друге от нежности и выныривали, подожжённые страстью. Уже несколько раз произошло взаимное извержение, но мы так и не насытились друг другом. Заснули обнявшись под тёплым одеялом и падающими звёздами.

Утром выяснилось, что это не звёзды падали, а прилетел флаер.

В какой-то момент ночью я создал дом и нарастил остров. Не помню как, это произошло машинально. И вот эта вот лёгкость, с которой творилась магия, откликаясь на мои желания, меня страшила. Что будет, если меня разозлить? Я прогнал прочь дурные мысли.

К разросшейся вокруг дома бурной растительности я отношения не имел. Это Секунда отличилась — всплеск первозданной энергии жизни. А вот фонтан создали малыши, и газон подстриг Земеля. Соскучились, я отправил им волну благодарности и мысленно обнял.

Проснулись мы в большой комнате с распахнутыми стеклянными дверьми, выходящими на пляж. Голубые занавески врывались в комнату вместе с потоками свежего океанского воздуха. Кровать под нами подросла. Вчера я создавал поменьше и без балдахина. Сбоку от широкого окна стояло женское трюмо, а с противоположной стороны располагался небольшой столик с простым диваном и парочкой плетёных кресел. На бревенчатом полу с небольшими зазорами, чтобы песок ссыпался вниз, лежали два красных бесформенных пуфика. Правда, материал у них был водоотталкивающий. Атмосфера хорошо передавала беззаботный пляжный отдых.

Я заглянул в туалет и хмыкнул. Две раковины, увеличенная купель и просторный душ от стены до стены. После всех необходимых процедур я создал для себя простые штаны и рубаху, а на Секунде сарафан. Она хитро улыбнулась и укоротила длину.

Мы вернулись в кровать, и выбрались только через час. Я уже побывал в трансе и знал, что моими стараниями остров претерпел значительные изменения. И главное — он приобрёл плавучесть, и сейчас Капля толкала нас в направлении Камчатки.

В доме было несколько гостевых комнат, большая гостиная и детская. В детской было три спальных места. Совсем маленькая и две побольше. Ан нет, ещё игрушечная с кулаком с оттопыренным вверх большим пальцем. Я озадаченно почесал подбородок. Гео и Бориска? А колыбель? Я посмотрел на живот Секунды и обомлел. Девушка перехватила мой взгляд и счастливо улыбнулась.

В саду нас ждали гости, ну или не ждали, они разбрелись по острову. Кроме флаера прилетел ещё и питон. На лужайке перед летней кухней стоял большой стол. Еда была накрыта куполом сохранности и ждала нас. Я сглотнул накатившую слюну и, не удержавшись, схватил бутерброд и выпил залпом кувшин с прохладным кисло-сладким напитком. Секунда захихикала и тоже взяла бутерброд. Она показала на беседку, где увлечённо целовались Михаил Раков и Мора. Его рука лежала у неё на животе.

Мы потихонечку отдалились от сладкой парочки в сторону берега, откуда доносились детские голоса.

Остров плыл на приличной скорости, и мужчины забрели по пояс в воду, чтобы соорудить волнорез.

Я узнал почерк Гаврилы, видел как-то, как он возводит такие стены. Перед земляным валом возвышалась воздушная стена, иначе бы землю сразу бы смывало. Воздушную преграду удерживал Берр, а Корней и атаман Игорь укрепляли насыпь.

На берегу в шезлонге развалились великие князья Пётр и Николай. Пётр попивал коктейль из трубочки, а Николай азартно комментировал ход строительства. Из его тирады я понял, что он считал затею парней, бесполезной тратой времени. Вероятно, это была уже не первая их попытка.

На берегу в волнах плескались Гео, Боря и Коля Хвастунов.

Я махнул рукой, и на краю острова образовался острый нос из прозрачной голубоватой плёнки. Она была заметна, но не мешала обозревать океан.

Мужчины разом обернулись, а ко мне бросились мальчишки и облепили со всех сторон. Даже Коля не стеснялся своих чувств. А Боря смотрел виноватым взглядом. Я потрепал всех по очереди по мокрым макушкам и присел на край свободного шезлонга.

— Пап! Я так испугался, что ты ушёл, а я не успел сказать тебе, как я тебя люблю, и поблагодарить за всё-всё-всё, — Гео забрался ко мне на колени и расплакался.

Я успокаивающе погладил его по спине, делясь энергией стихий.

— Прости, — мрачно заявил Боря, — я был уверен, что плюшевый рак тебя найдёт. Надо было соединить компьютер с коконом.

Коля Хвастунов просто вцепился в меня сильней. Его рыжие волосы растрепал ветер, а веснушек от пребывания на солнце, кажется, стало больше. Я отправил ему ответную волну тёплых чувств, и он украдкой вытер слезу. Парень не знает, что привязал ко мне свою душу. Надо ему рассказать… Или пусть подрастёт?

Гео резко успокоился и уставился на живот Секунды.

— Пап! — он укоризненно посмотрел на меня. — Я сам хотел выбрать душу для братика.

Секунда присела на колени и стала с изумлением рассматривать душу мира. Она аккуратно прикоснулась к насупленному ребёнку и неверяще пробормотала:

— Сынок?

Гео недоверчиво посмотрел на девушку, а потом бросился на шею:

— Мама!

— Мой мальчик, — Секунда подмигнула мне. Вот уж не ожидал от неё такого хода, на сердце разливалось тепло. Теперь, когда я уйду, она позаботится о пареньке. Всё-таки жить она будет долго, а взрослеть Гео будет медленно.

— Мальчики! — позвала Мора. — Идёмте кушать. А то я скоро кита съем.

Дети заулыбались и побежали к столу, Гео потянул за собой обретённую маму. Мужчины стали выбираться на берег и бросать на меня неоднозначные взгляды. Пётр, проходя мимо, дружески похлопал меня по плечу:

— Силён, брат, силён.

Николай хохотнул и потащил Петра в сторону, освобождая дорогу отцу. Михаил Раков крепко обнял меня, ощупывая тело и запуская сканирование. Он впал в ступор. Ну да, визуально казалось, что у меня пять стихий, а не четыре, хех.

— Это первостихия, — успокоил я отца.

— Но разве такое возможно? — он запустил новое сканирование и принялся тщательно изучать мой источник. — Ты сам говорил на лекции, что это энергия жизни, её невозможно подчинить.

— Я её не подчинял, — я беззаботно улыбнулся, — она сама пришла, — и, видя его беспокойство, решил уточнить: — Вот этот вот океан — это и есть первостихия. Я дрейфовал в толще воды, там привычной нам маны нет, но там есть своя энергия — первозданная. Она другая, и мана у неё есть своя — для нас она сырая. Я пробовал её использовать, и считай, что заразился. А уже здесь на суше получилось исправить ситуацию, и первостихия решила поселиться у меня в источнике.

— И что? Что она тебе даёт? — поинтересовался батя с чисто практичным интересом.

Хороший вопрос. Я задумался. Магических калек я мог исправлять и раньше, сейчас это просто делать проще и быстрее. Могу работать с энергией человека. Лечить стало легче, возвращаешь тело в исходное состояние. Хотя да. остаются врождённые заболевания и травмы. Но вернуть человеку молодость? Легко!

Чисто теоретически могу душу человеку почистить. Только как это будет выглядеть? Неужели сделает плохого человека невинным? На ком бы попробовать…

Что ещё? Ну, душу переселить в другое тело, даже не знаю, кому это может быть интересно. Могу уничтожить душу, совсем, превратив её в ману. Надо у Секунды спросить, что она умеет.

— Могу сделать тебя универсалом, — я предложил отцу. — Хочешь?

Я видел, как он загорелся, но тут же потух.

— Это трудно будет объяснить, но я подумаю, — пообещал батя. — Кожа, да кости, пойдём есть, — он потянул меня к столу. — Боря сказал, что ты две недели ничего не ел.

— Да? — я удивился, следуя за Михаилом Раковым. Мне казалось, что не больше десяти дней прошло. — А как вы меня нашли, кстати?

Хотя, что это я туплю? Я же малышей призвал и с Тёмным разговаривал.

— Ваше магическое шоу было видно из космоса, и мощный выброс энергии почувствовали все маги, не смотря на удалённость, — бывший император покосился в сторону моей девушки.

Путь к долгожданное еде преградила Мора.

— Ваня, кто она? — зашептала девушка.

— Моя спасительница Секунда, — я мечтательно улыбнулся.

— Ваня, — встряхнула меня будущая мачеха, — кто она? Она же не человек?

Мы с батей посмотрели на Мору. И как догадалась? Не отличить же. Понятно, не удержалась и просканировала.

— Тело у неё вполне, кхм, женское, — я опять улыбнулся, и Мора тряхнула сильней. — Это Первостихия, — неохотно признался я, — и она вышла из океана.

— В смысле? — опешил батя. — Она сама Первостихия? Как такое возможно?

Михаил Раков переводил взгляд с океана на сидящую за столом Секунду и обратно. Девушка звонко рассмеялась и притянула к себе счастливого Гео. Она чмокнула его в макушку.

— Миша, у нас проблемы, — Мора теребила отца, но тот стоял оглушённый тяжёлой информацией, и не реагировал. — Миша, да очнись ты!

Наконец, тот перевёл расфокусированный взгляд на свою женщину.

— Миша, ты же помнишь, что было, когда Гео плакал?

Я-то на собственной шкуре почувствовал, каково это. Две недели в непрекращающемся шторме провёл.

— А теперь представь, что будет, когда её тошнить станет? — Мора округлила глаза. Ну да, ну да… Она тоже была на моей лекции.

— Разве еда несвежая? Мы всё куполом сохранности накрыли, — не согласился многодетный отец, и обеспокоенно оглядел заваленный недосягаемой едой стол.

Какой я у него по счёту? 13-й сын? Он что ни одной беременной императрицы не видел? Живот громко заурчал, призывая заканчивать демагогию.

Я с надеждой повернулся к Море.

— Может её не будет тошнить? Она же сверхсущность. У них всё по другому? — неуверенно предположил я.

Хтонь! Ребёнок от Изначального и Первостихии. Хтонь-хтонь-хтонь. А меня не будет рядом! Я запаниковал. Мне нельзя умирать! Тьма меня забери! Мне никак нельзя умирать!

Я набросил на себя несколько щитов и подключил их к источнику, чтобы они держались постоянно. Зачем я стёр знания об Изначальных? Идиот! А если он магичить начнёт в утробе матери? Надо срочно построить космический передатчик и связаться с Одином. А что, если она не разорвала связь с Океаном душ? Я схватился за голову.

— Спокойно, Ваня, спокойно! — батя приобнял меня за плечи. — Все когда-то становятся отцами. Будем вместе растить малышей.

— Жениться надо, — Мора смотрела в сторону Секунды и задумчиво покусывала губы. — Чтобы ребёнок в браке родился. Это ж какой сильный маг будет! От универсала и первостихии.

— Отлично, — кивнул глава рода, — сыграем сразу две свадьбы! Ты тогда будешь считаться совершеннолетним, я тебя тут же главой рода сделаю. Хрен ему, этому Милену Гадиловичу, а не императорский род. Это ж надо, вёз императора, и не довёз. Он твою пропажу только через день обнаружил. Представляешь, заявил мне, что ты ушёл к мифическим атлантам в другой мир. А я ему не сказал, что ты жив, аха-ха, — бывший император мстительно расхохотался. На нас оглянулись сидевшие за столом.

— Нагуливаем аппетит, — я потянул ржущего отца к столу.

— Неужели двухнедельной голодовки и физических, кхм, упражнений было не достаточно? — хохотнул Николай.

Я сел между Гео и Колей Хвастуновым. Гео был всецело занят мамой, а Коля заботливо наложил мне горку всего до чего смог дотянуться. Да, ему-то прекрасно известно, что такое голод. Я благодарно потрепал его по волосам.

В тот же день я дал Боре задание построить межгалактический передатчик. Но строить ничего не пришлось. Просто вскрыть заначку, которую мне собрали друзья в прошлом мире. Эд положил ретранслятор в разобранном виде.

Боря быстро его собрал и вывел на орбиту. Однако, сигнал не проходил. Искин предположил, что мы в отдалённой части космоса, или в закрытой зоне. Он сказал, что будет думать и пробовать разные частоты. Я подозревал, что планету спрятал Затворник. И если это так, то пробиться не получится. Чем он руководствовался, понятия не имею. Но вряд ли у него был сценарий, где появляется первостихия в образе девушки и становится моей любимой. Он же предполагал сделать из мальчика наместника, вместо Аркадия Дубхе, а не вот это вот всё.

На следующий день прилетела Катя Мерзляева, чисто пофоткать, как она заявила. Образ юного императора с невестой прокачать надо. Она задержалась на несколько дней, а потом улетела.

Отец с Морой поселились в одной из гостевых комнат, главврач ещё и капсулу притащила. Типа на всякий случай. Пусть стоит, ей так будет спокойнее. Возражать беременной женщине не стал. Спорить с женщиной, вообще, занятие энергозатратное и бесполезное, а с беременной ещё и нервное. Нет такой капсулы, чтобы взаимодействовать с первостихией.

Дети обосновались в детской. В другой гостевой комнате теснились мужчины. Никто не хотел уезжать с райского острова.

Коля Хвастунов организовал детский конвейерный отдых. Одних привозили, других увозили… Через два дня я не выдержал и пристроил к острову хвост в виде детской базы отдыха на тысячу мест. А уж сколько их там реально поместилось, я не проверял. Туда же переместились великие князья, заявив, что там по-спокойнее.

Скорость острова снизилась, но мы и не торопились. Больше не штормило. Капля держалась тропиков. Чем не медовый месяц? Нам с Секундой не мешали проводить время наедине.

Проблемы начались где-то через месяц после начала путешествия. Когда Секунду тошнило, океан вокруг острова покрывался неестественной рябью. Мора сразу бежала к девушке. В отличии от нейристки, у первостихии беременность проходила тяжело. К счастью Секунда отсоединилась от океана. Испугалась, что тот её поглотит. Ребёнок магичить ещё не стал, но не факт, что так будет и дальше.

Я ощущал себя беспомощным и бесполезным. В один из таких вечеров, когда Секунде было особенно плохо, и измученная девушка наконец уснула, я взял её за руку и запустил тщательное сканирование. У будущей мамы формировался источник, я позвал Мору, чтобы она тоже посмотрела. Мы пришли к выводу, что это из-за того, что ребёнок будет сильным магом, и организм будущей матери посчитал, что и ему нужно усилиться. Хтонь! Мора отговорила меня от вмешательства. Типа природа справится сама. Ну да, ну да… у неё же каждый день смешиваются непонятные гены с новыми видами, справится она…

За ростом эмбриона я следил каждый день. У него источник был уже готов, как и чёткая, маленькая буква Альфа. Малыши присматривали, чтобы источник раньше времени не запустился. Но если у Секунды начнётся инициализация… Тьма её забери! Сколько у меня осталось времени?

Глава 9

Первого июля мы неожиданно отпраздновали мой день рождения. 16 лет. Я не понимал приверженности землян отмечать дату в календаре-, но сюрприз меня порадовал. Меня пригласили в детский лагерь, где потешный полк устроил для меня концерт. Пели не фальшиво, танцевали синхронно, на бойцовских соревнованиях били по-настоящему.

Секунда всё время улыбалась, но все видели океанскую рябь и сочувствовали девушке.

Через два месяца мы приблизились к Камчатке настолько, что ощутили прохладу северного полушария. Детский отдых закончился, я отсоединил остров с лагерем и попросил Драко отбуксировать его к башне.

Накануне прибытия на Камчатку немногие оставшиеся ужинали на веранде, которая появилась, как только я подумал, что бедная Секунда простудится, если и дальше будет бродить по сырой земле босиком. Девушка не ела, бледная, она сидела рядом со мной и смотрела, как солнце клонится к горизонту.

Корней долил мне отвар, но отпить я не успел. Мой стакан выскочил из рук и завис перед Секундой. Она рассеянно поблагодарила и с удовольствием сделала глоток.

— Спасибо, — впервые за несколько дней осунувшаяся девушка улыбнулась.

Я с тревогой смотрел, как на пустой тарелке перед ней стала собираться еда со всего стола. Откушенный кусок чёрного хлеба, несколько икринок, листья зелени, полоски сушёной рыбы и политый шоколадом круассан, вырванный из рук бати. Секунда с аппетитом стала поглощать странный набор. Она даже не поняла, что произошло. Зато понял я — заработала маленькая Альфа в источнике эмбриона. Сколько ему? Полтора месяца? А что будет дальше? У меня начался дёргаться глаз.

— Ну вот, проблема с едой, кажется решена, — попыталась пошутить Мора.

Никто не рассмеялся.

Секунда с удовольствием поела и начала клевать носом. Я подхватил её на руки и отнёс в кровать. Сам вернулся за стол, есть расхотелось. Мальчишки убежали за дом, там у них была детская площадка.

— Коля, накинь куртку! — крикнула им вслед Мора. — Знаю я его, насмотрится на немёрзнущих ребят, а на утро сопли.

Видя, что её проигнорировали, девушка встала и с ворчанием отправилась в дом за курткой.

— Иван? — ко мне обратился атаман Игорь. — На полуостров съехались рода, — аккуратно начал он и посмотрел на Берра в поисках поддержки.

Берр усыновил атамана Игоря. Дал ему своё имя в качестве фамилии. Не знаю, было это сделано из прагматичных соображений, чтобы запихнуть парня в Академию наследников, или по зову сердца, но они были похожи. Нет, не внешне, а по сути. Берр — нюхач. И Игорь постоянно старался держать руку на пульсе. Очень наблюдательный малый.

— И что им надо? — я заметил, что крошки на скатерти собираются в кучку.

— Кому что, — в разговор вступил батя. Он недовольно усмехнулся. — Невесту тебе предложить. Все слышали, что прокричал Гео. Вдруг, тебе кто-то приглянется. Подумаешь, какая-то дикарка у тебя появилась. По-другому девушку со странным именем не воспринимают. Потом прощупать тебя надо бы. Какой ты? Властолюбивый или бабник? Никто ничего о тебе не знает, кроме того, что ты талантливый и уникальный маг. Надо присмотреться, прощупать, найти слабые места. Да и посмотреть бы не мешало, что вызвало такой чудовищный магический выброс.

— Хочешь мем покажу по этому поводу? — Корней хохотнул и развернул в мою сторону свой телефон.

Крошки на столе сформировали правильную линию, или скорее вытянутый прямоугольник. Кончик его стал опускаться в одну сторону. Теперь это было больше похоже на единицу.

Я перевёл взгляд на протянутый экран. Катя выбрала для съёмок наш плывущий остров. Меня отыгрывал Корней. По цвету волос из мужчин только он подходил. Не Михаила же Ракова она просила? Да и батя крупнее, у него мужская фигура, а не юношеская.

— Иван Михайлович, — я всё так же стоял спиной к зрителям, в модных плавках, только теперь у меня на голове была небольшая корона. Ко мне же обращался мой главный секретарь Пётр, — что это за выброс был магический?

— Я отправил сигнал в космос, — флегматично ответил Лже-Иван.

— Зачем? — удивление Петра было ненаигранным.

— Солдатиков хочу. Космических.

— Один! — я резко вскочил. Стол пошатнулся, а стул отлетел прочь.

Выложенная из крошек цифра вспыхнула, а у меня в голове раздался радостный голос отца.

«Есть сигнал! Мих, не отключайся, говори. Я рядом, мы на подлёте! Я попробую настроиться на твои координаты и перейти. Говори, сынок, говори».

«Отец! — я так обрадовался, с души, как груз, свалился. — Я не знаю, что делать. Он уже проявляет силу Изначального! Всё пошло наперекосяк. Я ещё ни в одном мире не задержался надолго. А что если и тут я погибну? Что будет с сыном? Я вообще ничего не помню. Совсем!»

«Записывайте, да, Земля-2.13 подтвердилась, реальность 4°0′96″, параллель 8°12′08″».

Пространство передо мной подёрнулось рябью и в шаге от меня вышел высокий широкоплечий мужчина. Мой настоящий отец — Один Дубхе. Во все стороны разошлась невидимая волна, которая подёрнула реальность. Считывает информацию с мира, догадался я. На вид лет сорок, светлые волосы подёрнуты сединой. Легкий космический скафандр со знакомым гербом с медведицей на груди, десантный нож на магнитном захвате. В нём было метра два с лишним, а силой от него разило запредельной. Я даже пошатнулся. Но в ту же секунду мощь куда-то пропала, скафандр сложился в рюкзак, и передо мной стоял мужчина в лёгкой просторной рубашке защитного цвета с гербом и такие же свободные штаны немного темнее. При взгляде на меня суровое лицо разительно изменилось. Оно расплылось в широкой улыбке, а в глазах мелькнула озорная искра.

Пришелец сграбастал мою подростковую тушку в охапку и крепко прижал к груди.

— Это ж сколько я тебя не видел, сын? — он вцепился в меня мёртвой хваткой. — Десять? Да нет, все пятнадцать тысяч лет. Хоть бы заезжал иногда, — беззлобно пожурил он меня. — А то уходишь в свои исследования, ну, хоть не зря, я смотрю.

Он подтянул меня повыше и повёл носом. Потом заглянул мне в глаза, залезая в самую душу. У него самого радужка была почти вся чёрная. Создавалось впечатление, что это не глаза, а две огромные чёрные дыры, которые затягивают.

Он смотрел в меня, а я в него. Вместо источника у него была здоровенная буква Альфа, которая выглядела многомерной. А его энергоканалы не ограничивались телом, а выходили за его пределы. Это был какой-то сюр. Его тело вообще не было телом, а обманкой. Он был везде. Он был этой самой реальностью, которая окружала нас.

Я покачнулся, и отец поддержал меня. У меня голова шла кругом от увиденного, а чтобы осознать и принять то, что я видел, мне не хватало мужества.

— Ничего, сынок, — он похлопал меня по спине, — привыкнешь. Я же привык. Хотя первую пару тысяч лет было тяжело, — он весело расхохотался.

— Ваня, кто это? — к нам подошёл Михаил Раков. За его спиной выглядывали Берр с Игорем и Корней с Гаврилой. А Мора удерживала мальчишек на расстоянии. Больше никого на острове не было, кроме Секунды.

Именно в сторону спальни и устремился взгляд Одина. Он широко улыбнулся, а потом выцелил Гео, и стал походить на кота, который нашёл миску сметаны. Я заметил, что отец стал пониже. И теперь возвышался над Раковым всего лишь на полголовы. Он обращался ко мне на общеимперском, и никто нас не понимал. Разве что Берр, кажется, узнал язык.

— Это мой отец Один Дубхе, — представил я императора галактики Млечный путь. — А это мой отец Михаил Раков, — я показал на второго отца, ну или первого, а Один — третий? Есть же ещё Подводный.

Раков переводил взгляд с Дубхе на меня и обратно. Он всё понял, но отказывался принимать.

— Попался! — Один перешёл на русский. Он резко дёрнул рукой и вытащил к нам призрак Ивана Великого. — Подслушивать нехорошо, — назидательно изрёк император. — Ты кто?

— Иван Великий Раков, первый император и основатель рода, — вежливо представился призрак с поклоном. Он старался не смотреть в сторону насупленного Михаила.

— Пусти! — к нам подбежал Коля Хвастунов. — А вы правда тот самый Великий Один Дубхе? Император нашей галактики?

Отец подхватил парня и взгромоздил на стул. Он внимательно посмотрел на него, потом перевёл взгляд мне на грудь. Видит, значит, нашу связь.

— Умный парень, — он потрепал его по рыжей шевелюре. — И кто тебе рассказал про меня?

Нас обступили другие мальчишки.

— Деда, — Гео потрепал императора по штанине, — хочу на ручки.

Я с изумлением смотрел, как душа мира млеет на руках отца. Один поглаживал мальчика по спине и что-то менялось. Даже воздух как будто стал чище, запах океана отчётливей.

Бориска тоже хотел внимания. Он забрался на соседний стул и заявил, что учителя Магилан и Федерик рассказывали про правящий род галактики, даже показывали рисунки. Мол, таких людей надо знать в лицо. А Хеллиос на них ругался, не поминай Дубхе в суе.

— Как у вас тут интересно! — император провёл рукой по волосам Бориски и смахнул с себя чёрные частички. Он шутливо погрозил искину пальцем. — Не знал, что эти ворчливые старики ещё живы.

— Почему старики? — удивился Коля Хвастунов. — Они же молодые совсем!

Один посмотрел на Берра и Мору, чьи тела я омолаживал, а души не принадлежали этому миру, и перевёл озадаченный взгляд на меня. Я понял, в чём загвоздка. Как они попали в этот мир в своих настоящих телах. Я махнул рукой, мол это не важно.

Я увидел, как Иван Великий отвёл Михаила в сторонку и начал что-то объяснять ему. По щекам бати текли слёзы. Мне стало больно. Он узнал правду и теперь не будет считать меня своим сыном.

Дубхе снова обнял меня.

— Это жизнь, Мих, — он перешёл на общеимперский. — Она разная.

Он оглядел моих ближников и весело спросил:

— Кто введёт меня в курс дела? — он подошёл к столу и осмотрел оставшуюся еду.

Корней подскочил и убежал на кухню, а напротив отца сел Игорь.

— Ваш сын — Иван Михайлович Раков, 16 лет, 13-й император Российской империи. Единственный в мире универсал и основоположник магии плетений. Наследник сразу двух великих родов Раковых и Подводных. Невеста — неизвестная никому девушка Секунда, которая спасла его во время бури. Беременна, срок около двух месяцев. Есть старший сын Гео, предположительно мать Секунда. Завтра утром мы прибываем на полуостров Камчатка, где нас будут ждать главы великих родов.

— Молодец! — искренне похвалил император. — Интригующие аристократы — это не страшно. Есть проблемы по-серьёзней. Что с обороной?

Инициативу перехватил Берр, поскольку понял, что существует угроза из космоса.

— Противокосмической обороны не существует, — заявил нюхач. Только спутники связи на орбите.

— Я межгалактический передатчик запустил, но он не работает, — пожаловался Боря.

— Да, я заметил маскирующее поле, влияющее на связь и радары. Только нас оно не защитит. Выброс энергии был слишком сильным. Они здесь будут раньше, чем прибудет флот. Не повезло, — на лбу императора галактики пролегла озабоченная складка.

— Кто «они»? — рядом с Игорем сел Михаил Раков и ревниво уставился на Дубхе.

— Чёрные пираты, которые охотятся на таких, как он, — он кивнул в мою сторону, — или его сына, — он показал в сторону спальни.

— Деда, — Гео снова забрался на колени к императору, — а зачем ему мой папа и братик?

— От тебя бы они тоже не отказались, — вздохнул Один. — Но про тебя они не знают. А вот он засветился, — он кивнул в мою сторону.

Отец взял плюшевого рака из рук Гео и с интересом помял его.

— Зачем им Ваня? — вдруг пробасил рак, и Один от неожиданности выронил игрушку из рук, но перехватил налету.

— Маленького попробуют воспитать как собственного сына и настроить против нас, — он горько усмехнулся, видимо уже был подобный опыт. — Старшего начнут шантажировать, заставляя работать на себя. Возьмут сына в заложники, например, — Один вернул плюшевого рака Гео. — Не получится? Разберут на органы.

— И что? — враждебно спросил батя. — Что нам делать?

Мне кажется, он не сильно поверил в императора всей галактики. Или не хотел верить. На меня он старался не смотреть. Игнорирование болезненно царапнуло душу. И Дубхе метнул в меня обеспокоенный взгляд.

— Я уже здесь, Гео, — он погладил душу миру по спине. — Они не знают, и это будет для них неприятным сюрпризом. Я сумею защитить нас.

— Но они не отступят? — догадался Игорь и похоже Дубхе положил на атамана глаз. Я даже охренел, вот так просто, ему понравился парень и он его заберёт?

Я посмотрел на атамана Игоря. Ну да, ну да… для него этот мир скоро станет мал. Я кивнул, и отец меня понял. Он мысленно протянул к парню руку, и погладил его душу. Хтонь! Игорь встрепенулся и вопросительно посмотрел на меня.

Я прошептал одними губами:

— Тебе решать.

Атаман Игорь кивнул, что можно было понимать, как — он подумает.

— Не отступят, тут ты прав, — император мрачно кивнул. — Есть вариант увезти отсюда будущую мать, но крайне нежелательно перемещать их до рождения ребёнка.

— А в медкапсуле? — предложила Мора.

— У вас есть медкапсула для Изначальных? — оживился отец.

— Для кого? — не поняла Мора.

— Понятно, — разочаровано протянул отец Один. — А сделать? — он с надеждой посмотрел на меня.

— Не выйдет, — я помотал головой. — Она же единственная в своём роде первостихия, нет никаких наработок в отношении её тела и энергосети. Тем более непростая беременность, — я не захотел произносить вслух то, что ляпнул отец, не подумав.

Один снова посмотрел в сторону спальни, и его глаза расширились. Как он сразу не заметил, что она сверхсущность? Он-то должен прекрасно знать энергию первостихии. Император галактики резко повернулся к Михаилу.

— Отойдём?

Один встал из-за стола и отошёл к берегу. Михаил Раков неохотно отправился следом.

— Ты обижаешь моего сына, — сходу наехал Дубхе. — Сидишь, кривишься. Я тебе сочувствую, что твой сын Ваня погиб, но мой-то его не убивал, — жёстко продолжил отец. — Он попал в пустое тело и помог ему выжить. И для него всё по-настоящему! — он к Ракову приблизился вплотную. — Он впитал всё, что чувствовал твой Ваня: воспоминания, чувства, отношение. Он стал им! Если тебя что-то не устраивает, так и скажи. А то строишь из себя обиженную цацу. Что за отношения у тебя были с сыном, раз ты не распознал в нём другого? Или не хотел? Ну так что? Мы уходим?

Я почувствовал на себе взгляд бати, но глаза не поднял. Было бы слишком больно увидеть то, что я ему больше никто. Ко мне подошёл Коля Хвастунов.

— Не плачь, Ваня, — он принялся меня утешать. — Некоторым ребятам, которые пришли к тебе в полк родители с детства твердили, что они никчёмные ублюдки, лучше б их никогда не было. И когда они ушли, им стало легче.

— Неужели, нельзя было помочь? — я выразился скомкано, но Коля меня прекрасно понял.

— Они взрослые, их уверенность в том, что они правы не вырубить топором. Пропащие души, — бывший детдомовец мотнул головой.

— Пропащие души, — повторил я.

Прибежал Корней и принялся выставлять для Одина угощения. Про меня он тоже не забыл. Я взял отвар и сделал глоток.

В разговор императоров вмешался третий.

— Ванюша никуда не пойдёт! — заявил Иван Великий. — Он и его сын — плоть от плоти Раковы!

Дубхе не отреагировал на слова призрака, даже не повернулся в его сторону. Он смотрел на батю.

— Я заберу душу сына, а тебе оставлю тело. Вселю в него да хоть вон его, — он ткнул пальцем в Ивана Великого и попал тому в призрачный глаз.

Основатель рода принялся тереть ушибленное место, хтонь. Батя молчал.

— Малыша с матерью мне придётся забрать, — признался Один. — Если они останутся, ваша планета всегда будет под ударом. Единственное место, где они будут в безопасности, рядом со мной на материнской планете.

Я недоверчиво посмотрел на отца. Не обеспечил ли он себе только что гарантию, что я вернусь? Он же именно этого опасался? Один почувствовал мой взгляд и обернулся. Этот гад мне подмигнул!

— А как же Ваня? — угрюмо спросил батя.

— Твой сын не хочет возвращаться в тело, — обрадовал Ракова Гео. — Он слабосилок и не потянет роль императора, он сказал.

— Нет, — батя мотнул головой, я про него. И он ткнул в меня пальцем.

— Стану Эдуардом Дубхе, уйду и буду жить своей жизнью в другом теле, — я пожал плечами и поднял глаза на Михаила.

— Нет! Не уходи! — батя кинулся ко мне и крепко сжал в объятьях. Он, кажется, плакал, потому что прижимал меня к мокрой груди.

Воздух подёрнулся рябью и на лужайке появился настоящий Эдуард Дубхе.

Глава 10

Я стоял, зажатый в удушающих отцовских объятьях Михаила Ракова, и смотрел на Одина. Он же блефовал? Блефовал же? Не смог бы он меня переместить в другое тело без ущерба для нулевого перехода. Если я попал в отвергнутого всеми царевича, то должен был прожить его жизнь и сполна ощутить все прелести чужой шкурки. И он прав. Для меня всё было по-настоящему. Я и есть Ванюша Раков. Я обнял непутёвого батю, ну вот такой он у меня, какой есть. Идеальных людей не бывает.

Один Дубхе подмигнул и отвернулся. Император галактики принялся подбрасывать Гео вверх. Он явно что-то знал про мужское начало у планеты и старательно налаживал контакт. Интересно… Если среди женских душ планет появился мальчик, они что смогут теперь спариваться? Хе-хе, сопряжение миров, хех.

Мысли перескочили на нулевой переход, ведь первоначальный план был совсем другим. Означает ли это, что я уже завалил четвёртый этап? Может прямо сейчас мне надо ринуться строить подводные города? Я с отвращением посмотрел на ласковый океан. С тех пор, как я вылез из заточения, я ни разу не подошёл к воде. Больше меня к нему не тянуло, совсем. Правда, у меня теперь была своя собственная первостихия, беременная.

В разгар семейной идиллии воздух подёрнулся рябью, и на ночной лужайке появился сначала настоящий Эдуард Дубхе, а несколькими секундами позже Регулус и Аркадий.

— Ну вот, а ты говоришь, где мы будем его искать, — с аристократическим изяществом ухмыльнулся Эд. — Его и искать не надо. Как будто и не расставались, брат.

Продуманный Эдуард не стал называть меня настоящим именем, поскольку всех раскладов не знал. Он сделал шаг вперёд, но остановился, перехватив настороженный взгляд бати.

— Когда стало понятно, что ты ушёл, мы покинули систему Тея, — продолжил наследный принц галактики и перешёл на русский. — Ар сразу предложил навестить свою планету Земля-2. Он же тут наместник, ты знал? Ууу, — он шутливо погрозил пальцем, — точно знал. А на орбите мы засекли знакомые вибрации, — он кивнул в сторону Одина. — Ар не поверил, мол, это у меня, то есть у тебя, твой же корабль, приборы глючат, — он ухмыльнулся.

Опять на моём «Небесном страннике» летает, неужели у него своего нет?

Михаил Раков сильнее прижал меня к себе, новых визитёров он опасался. Они были аномально высокие. Отец Один уменьшил габариты, чтобы сойти за человека, а его сыновья так не умели. Что Эд, что Ар, были на голову выше Ракова, до которого я никак не мог дорасти.

Эдуард был одет в своей пафосно старомодной манере. Модный кафтан с золотым гербом медведицы, стоящей на задних лапах и передними опирающейся на большую букву «альфа»; украшенная камнями шпага и зализанные волосы, собранные в хвост. Вот выпусти такого на любой светский раут, и он будет одним только снобизмом сшибать недоброжелателей наповал.

Аркадий облачился в парадный мундир Дубхе. Скорее всего, Эд уговорил, типа явление наместника, хех. Кому он тут нужен? И если наследный принц таращился на меня, то Аркадий смотрел в сторону Одина.

Увидеть вновь родных братьев было приятно. Да, признаю, я стёр свою семью из памяти, и почти не оставил триггеров. То, что всплыло, — крохи, обрывки. Аркадий обучал меня холодному оружию. Эдуард играл со мной, когда я был совсем мальчишкой. Отца вспомнил, как я ввалился к нему на совещание, и он не прогнал меня, а выслушал.

Сначала я думал, что удалил воспоминания о том, что я принц галактики Млечный путь, чтобы это не повлияло на нулевой переход. Мол, чтобы проходить его, как простой человек. Ну да, ну да… Где простой человек, а где нулевой переход? Но после того, как отец приказал Эдуарду убить себя, чтобы искупить свою вину передо мной… Ещё и ритуальным ножом… Помнится, я тогда на него сильно разозлился. Что это за отец такой, который приносит одного сына в жертву другому? В общем что-то с этими изначальными родами не чисто. Да и с самими Изначальными. Кто заключил душу Аркадия в кристалл и зачем?

Нее, я уже понял, что убить Изначального, ну считай, невозможно. Тело умрёт, а душа переместится в новую оболочку и вернётся, чтобы отомстить. А вот так, поймал душу в кристалл… Но как-то же они умирают? Вжик говорил, что не все мои братья живы. Правда, в галанете писали, что и Аркадий тоже мёртв. Ар — второй сын. Эд — третий. Я — тринадцатый. Больше никого не помню. А Вжик тогда не уточнял, сколько осталось в живых. Я же тогда вообще думал, что Эдуард врёт про наше родство.

В прошлом мире ему пришлось заново завоёвывать моё доверия. А потом он его потерял, когда соврал. Это как-то несоизмеримо. За обман приносить себя в жертву, чтобы искупить вину кровью? Бред же?

Я смотрел, как Аркадий медленно направляется в сторону отца. Не знаю, сколько лет прошло с момента пропажи Ара, полагаю много, очень много… Для Одина эта встреча стала радостной неожиданностью, он подхватил Гео на руки и радостно обнял вновь обретённого сына. Аркадий смотрел на отца виновато. Что ж это за задание у него было такое, где его поймали? Повезло, что мне попался кристалл с его душой. Дикое, нереальное везение!

Один знакомил душу мира и наместника. Дядя Ар будет теперь приглядывать за ним. Второй принц тоже удивился, увидев мальчика, а не девочку. Но довольный отец только многозначительно улыбался.

— А я смогу через него связаться с папой? — спросил Гео, заглядывая в глаза императора галактики.

Аркадий с недоумением посмотрел на отца, а тот скосил глаза в мою сторону.

— Конечно, малыш, — пообещал наместник. — Будем передавать ему приветы и звать в гости.

Появившийся Регулус вызвал у меня чувство глубокой ностальгии. Он был моей прошлой копией, даже в одежде предпочёл джинсы и рубашку. Он искренне обрадовался и было направился в мою сторону, однако в него с размаху впечатался Бориска. Он вскарабкался на андроида и обвил руками и ногами, как обезьянка.

— Папка!

Рег опешил. Ну да, ну да… Он же в него вложил образ чопорного дворецкого. А тут мальчуган, который ещё и в отцы его записал. Обычно хмурый Бориска сиял от восторга.

— Папка! Смотри, как я могу!

В ночном небе из светящихся потусторонним зеленоватым светом частичек образовался зловещий череп. Он открыл рот в хищном оскале и сделал вид, что сейчас проглотит остров вместе с его жителями.

От входа в дом раздался пронзительный женский визг, и Секунда стала заваливаться на бок.

Упасть она не успела, её подхватил моментально оказавшийся рядом Один. Он бережно взял девушку на руки и уложил на диван в саду. Я бросился к невесте.

Сканирование показало, что с будущей мамой и эмбрионом всё в порядке. Я облегчённо выдохнул.

— Так вот что это был за выброс, — задумчиво пробормотал Ар, — а я не поверил. Значит, те пираты все летят сюда, Эд.

Земляне подошли ближе и ловили каждое слово.

— Да, в двух днях пути, отец, — сообщил Эдуард. — А ты где корабли оставил?

— Эскадре ещё месяц идти, — нахмурился император. — Много их?

— Разрозненные группы, но они могут объединиться, — ответил Ар.

— Ты забыл про клан Пирамида, видел же, что они собирают флот? Теперь-то понятно для чего, — нахмурился Эдуард. — А у нас одна яхта. Что с обороной?

К нам подошёл Регулус с Бориской на руках.

— Вы забываете про небоскрёб. Мы оставляли там оружие для космического боя. И спутники Мэта можно запустить. Как нам быстрее добраться до башни? — обратился он к сыну. Хм, он даже не знает, как его зовут, хех.

— Я отвезу, — Берр вскочил на ноги. — Ваня, сделаешь нам воздушный тоннель?

— Боря, только не крепите орудия к небоскрёбу, а то в самый ответственный момент останетесь без всего, — предупредил я. Вдруг меня-таки убьют, и вся их оборона рухнет.

Парни загрузились во флаер, и я создал перед ними воздушный тоннель, а когда они в него нырнули, я влил дополнительную мощность в поток воздуха и попросил Драко направить трубу и дополнительно ускорить. Может часа за два доберутся. Андроиду не страшны перегрузки, а Берр сильный маг, справится.

Рядом возникла голограмма Бори.

— Я туда отправил Магилана и Федерика, они помогут собрать орудия.

— Молодец, — Один взлохматил голографическую макушку искина.

— Отец, сколько ты сможешь щит держать? — поинтересовался Аркадий

— Месяц-то смогу, если у них нет какой-нибудь гадости. Они же не знают, что я здесь, рассчитывают высадиться на беззубой планете, — Один хищно оскалился.

— У меня есть зубы, — обиделся Гео.

Напротив лица мальчика появился светящийся череп и изобразил нападение. Гео насуплено посмотрел на Бориску.

— Это не я! — возмутился искин.

— Вот, па, — я обвиняюще ткнул в живот. — Что с этим делать?

Меня за палец укусил светящийся череп. Один счастливо улыбнулся.

— Мальчику скучно, пусть играет с ребятками. Не волнуйся, я буду рядом, — император галактики успокаивающе похлопал меня по плечу.

— Ты не будешь рядом, — мрачно возразил я, — ты будешь держать щит.

— Тогда я буду рядом! — влез в разговор двух императоров Михаил Раков. — Что нужно?

— Общаться с малышом образами, — я положил руку бати на живот Секунды для налаживания контакта. — Представь что-нибудь весёлое и безобидное.

Я обвёл всех присутствующих предостерегающим взглядом.

— Секунда не должна знать об опасности. Малыш её образы считывает без настройки, — я кивнул на чему-то улыбавшегося Ракова. — И я не знаю, как он отреагирует.

Через минуту перед лицом Михаила появился весёлый смайлик. Похоже из песка собрал. Песка на острове было много, и он лёгкий. Рожица показала бате язык, и тот весело расхохотался.

От громкого звука девушка очнулась и оглядела столпившихся вокруг дивана мужчин. Она безошибочно выделила Дубхе, посмотрев прямо на букву Альфу в груди Изначальных. Потом перевела взгляд на изображение герба, и, наконец, остановилась на перевёрнутой вверх ногами букве в моём источнике.

— Иванушка, тебя что? Изгнали из рода? — сочувственно спросила девушка, ошарашив тем самым собравшихся.

Братья подозрительно уставились на Одина.

— С чего ты взяла, дочка? — ласково спросил император галактики, опасно сузив глаза. И я вдруг понял, насколько являюсь более ценным объектом, нежели мой неродившийся сын.

— У него знак рода перевёрнут, — первостихия ткнула пальцем мне в грудь. Она села и прижалась ко мне, попытавшись отгородиться мной от Одина.

— Ты знаешь, что это за знак? — Один расслабился и ткнул в изображение герба на груди.

— Это буква «А», — вместо девушки ответил Коля Хвастунов, — первая буква в алфавите!

— Дубхе — первые? — спросил атаман Игорь. — Главные? Лидирующая позиция?

Один не ответил, лишь загадочно улыбнулся. Опять влез Коля Хвастунов.

— Игорь, суть не в том, что они первые, — серьёзно заявил парень. — Они первые в чём?

Атаман вопросительно посмотрел на Колю, но вопрос поступил от первостихии.

— Первые в чём?

— В словах, конечно, — как само собой разумеющееся заявил Хвастунов, — из букв складывают слова.

— Ну и что? — ревниво заявил батя.

— Информация подаёт события в нужном ракурсе, — уважительно объяснил Игорь. — Слово создаёт реальность.

— Философия — прекрасная наука, — заявил батя, — но у нас вроде как есть дела, кхм, — он осёкся, глядя на Секунду.

— Да, прибываем же, а там рода, куча аристократов, — подхватил Игорь. — Надо выработать стратегию поведения.

— А что тут думать? — Мора всплеснула руками. — Скажем, что это родственники со стороны невесты, — моя будущая мачеха показала на высоких Дубхе.

Секунда оценивающе оглядела невысокую Мору. Та замахала руками.

— Не-не-не, это твои родственники. Это вот, полагаю твой отец, — она вопросительно посмотрела на Одина и тот весело подмигнул девушке. — А это твои братья.

— Отличная легенда, — согласился батя. — Только Эдуард Ванилович Дубхе выглядит по-другому.

Корней хохотнул, а Эд недоуменно уставился на Раковых. Мой личный повар протянул Эдуарду свой телефон с нажатым на паузу видео. С двух сторон от Эда пристроились Дубхе.

Я мрачно посмотрел на Корнея и заглянул в экран. Кто-то смонтировал подборку ярких моментов. Вот я с парома смотрю на толпу и конкурсанты спешно втягиваются внутрь, а я взмахом манжеты даю отмашку на отправление. Смена кадра, и я пафосно вещаю с летающего острова перед толпой студентов. А вот я на левитирующей платформе поднимаю в воздух мелкие камешки и, махнув белоснежными манжетами и злобно хохоча, направляю их на ашек, пробирающихся через полосу препятствий.

Аркадий весело рассмеялся и вытер выступившие слёзы.

— И вовсе не похож, — усмехнулся Эдуард. — Я красивее.

— Кто б спорил, — Ар обнял брата за плечи, — кто б спорил. Ванилович, — и он согнулся пополам от хохота.

— Ладно, дорогая, — Мора потянула Секунду в дом, — спать пора. А то завтра с мешками выйдешь перед аристократами, и все скажут, что император над тобой издевался.

— Какой император? — моя невеста протяжно зевнула.

— Какой-какой, муж твой будущий, — проворчала Мора, отворяя дверь.

— Вы что-то путаете, Иванушка не император, — дверь закрылась, отрезав окончание фразы.

— Им не до разговоров было, — сказал в моё оправдание Эдуард, и гнусно захихикал.

Мы переместились за стол, где стояли нетронутыми блюда, принесённые Корнеем.

— Деда, расскажи про инопланетное вторжение, — озабоченно попросил Гео. — Что будут делать охотники за папой?

— Да, — присоединился Гаврила, — они знают, кого искать? Ну, что-то типа локатора есть у них?

Из красочных объяснений Эдуарда, перемежаемых эпитетами Аркадия выходило, что пиратам просто повезло находиться в зоне выброса. Поскольку ближайшие звёздные системы не обитаемы, а сама Земля-2 не особо и интересна. Слаборазвитые дикари, у которых даже ещё не сформировалось единое правительство.

Однако, отсюда произошёл сильный энергетический выброс. По туманным объяснениям это сигнал ушёл для притяжения души, которая должна вселиться. Один сказал, что увидел, как улетела душа его деда, собственно из-за этого он и понял, что произошло зачатие, и догадался, что это я лопухнулся.

Пираты поняли, что на отсталой планете есть дикий Изначальный, который зачал ещё одного дикого. Скорее всего это бастард, не будет же Дубхе или кто-то из других изначальных родов настолько беспечен?

Значит на планете их ждёт легкая добыча, которая и не знает, насколько большую ценность она несёт. Поэтому они и летят разрозненными группами, кто первый найдёт, того и улов.

К счастью, точное место, откуда шёл сигнал они определить не смогут. Но найти Изначального рассчитывают легко, поскольку они выделяются на общем фоне своими неординарными способностями.

Спустятся на планету и порасспрашивают местных, кто тут самый-самый. Да может и расспрашивать не понадобится, залезут в местную сеть и почитают новости. Так что я попаду в список подозреваемых на первую строчку. Я расстроился.

— Простите Ваше Императорское Величество, — обратился к Одину Игорь, — как вы размножаетесь?

Эдуард неаристократично заржал. Аркадий хрюкнул.

— Неужели каждый раз такое вот? — невозмутимо продолжил Игорь.

— Есть методы сокрытия, — Один задумчиво посмотрел на меня. — Можно уйти под воду, толща воды глушит энергетические всплески, — он махнул на окружающий нас океан. — Душу при себе для вселения иметь надо, чтобы сигнал не ушёл, в кристалле, например.

— А тебе зачем, парень? — подозрительно спросил Ар, он старался не смотреть в мою сторону.

— Его Императорское Величество сказал, что заберёт сына, — всё так же серьёзно напомнил атаман. — Нам новый наследник нужен.

Головы мужчин озадаченно повернулись в мою сторону. Я же вопросительно посмотрел на Одина. Тот развёл руками.

— Ну, извини, ещё одну душу я не захватил, а простая не подойдёт.

— Деда! А какая подойдёт? — требовательно спросил Гео, вклиниваясь между нами и забираясь к Одину на колени.

— Старая, отлежавшаяся, не из этого мира. У тебя такой нет, внучок, — он погладил мальчика.

Мы с батей переглянулись, а Гео засиял. Ну да, ну да… десять тысяч душ из мира Нейры у него где-то припрятаны.

— Пап, — он повернулся ко мне, — ты можешь сделать мне кучу братиков!

Глава 11

На Камчатку мы прибыли глубокой ночью. Так и просидели всё время на лужайке за столом, обсуждая план обороны. Дубхе были охочи до еды, Корней уже три раза накрывал на стол. Коля Хвастунов не выдержал и заснул на диване, подле меня. Я тоже клевал носом.

— Это пираты ещё не знают, что на планете зародилась магия, — мрачно заметил Аркадий, быстро сметая еду со стола, заставляя других Дубхе поторопиться.

— И что? — обеспокоенно спросил Корней. — Это плохо?

— Они станут набирать рабов из одарённых, — хмуро заявил Ар.

— Но ведь в космосе нет маны? Зачем им маги? — удивился я.

— Для опытов, на органы или сделают из них регенерирующую жидкость для медкапсул, чтобы провести омоложение, — терпеливо объяснил Аркадий. — Пираты могут полностью зачистить планету от магов. А потом вернуться через несколько лет, за новым поколением. Свежих магов отловить будет ещё проще, они же необученные и обучать их некому. Поэтому планеты с магией находятся под охраной императорского рода.

— Последнюю ферму по разведению магов Иридий уничтожил лет триста назад, — Эдуард брезгливо скривил губы.

— Так давайте поставим Землю под охрану? — не понял Корней сути проблемы.

— Мы-то заявим, но не факт, что это поможет, — Ар мрачно вонзил нож в стейк. — Они уже нацелились на добычу. И потом тут сигнала нет, чтобы оформить всё юридически.

С сигналом да, намудрил что-то Затворник, намудрил. Боря сказал, что тут ещё какие-то помехи непонятного происхождения. Зато ретранслятор показывал космическое пространство солнечной системы. Пока никаких кораблей видно не было. Даже моего «Небесного странника». Тут-то и выяснилось, почему Эд на нём летает. Его не видят радары. Капитан корабля Арни посадил его в какой-то кратер на Луне, и сообщит, когда появятся первые гости.

Ночная мгла отступила, и проявились окружавшие нас многочисленные корабли. И как мы не врезались ни в кого ночью? На большинстве из судов был знак клана Белый. Они выбрали в качестве герба белый лист мэллорна. И кто только их надоумил? Не Гео же?

— Ваня, смотри, какой красивый дворец! — с восхищением зашептал Коля Хвастунов, показывая на берег.

На равнинном участке холмистого полуострова возвышалось монументальное сооружение. Что-то похожее я видел в галанете, на его фоне император галактики назначал меня наместником Земли-13.

Все элементы здания были гигантскими. Чудовищно большие двери, окна, высокие колонны. Один этаж, как обычные пять или шесть. И таких вот четыре яруса. Над гладью океана показался первый луч солнца и как будто брызнул на белоснежные стены золотой краской. Стало видно, что по зданию идёт вязь узоров. Прям, как у меня на магическом этаже в Академии наследников. Так значит, меня не в сон клонило, это был откат. Я с любопытством посмотрел на дворец. Странная вытянутая форма. Главный вход сильно выдаётся вперёд в сторону океана.

— Сверху дворец выглядит, как буква «А», — сообщил Бориска. Его частички уже, наверное, исследуют здание. — К нам обращена верхняя часть буквы.

Ну да, ну да… Они же обсуждали, чтобы из космоса было видно, что Дубхе на планете. Вот, теперь видно будет.

Чтобы добавить пафоса я создал на себе камзол в бордовых с золотом тонах, с богатой вышивкой и гербом, отделкой драгоценными камнями. Сверху накинул императорскую накидку, тоже с гербом на всю спину. И корону на голову, как из мемов. Создал перед собой едва видимый прозрачный мост от острова и до дворца.

В лучах восходящего солнца я величаво двинулся к входу. При моём приближении двери торжественно распахнулись. Я поднял вверх руку с кружевной манжетой, куда ж без них.

— Император желает видеть глав родов, — Драко разнёс мой голос по всем кораблям.

Когда я пересёк порог, то ощутил невидимую сканирующую плёнку. Вот ведь паранойя у меня!

— Добро пожаловать, Ваше Императорское Величество, — передо мной появилась голограмма чопорного дворецкого. Он выглядел под стать Дубхе. Высокий, галантный и надменный, — чего изволите?

— Карл, моих дорогих гостей разместить, развлечь. Новых пребывающих провожать в тронный зал. У меня есть тронный зал?

— Да, Ваше Императорское Величество, — искин учтиво поклонился, — проводить Вас в Ваши покои?

Дворец, конечно, красивый, но если пёхом идти до своей комнаты… Я пришёл в ужас.

— Да, жутко спать хочу, — я нарочито протяжно зевнул. — Есть короткий путь?

— Конечно, Иван Михайлович, — Карл обозначил поклон и передо мной возник портальный переход. Я облегчённо выдохнул и шагнул внутрь.

Проход за мной быстро схлопнулся, а я стал заваливаться на пол. Откат-таки догнал меня. Ещё и не спал ночью. Но на мягкий ковёр я не упал. Меня подхватили чьи-то сильные руки.

— Поспи сынок, я обо всём позабочусь, — погружаясь в темноту, я услышал голос Одина. Успел проскользнуть за мной.

Проснулся я в мягкой постели, но вставать не спешил. Надо оглядеться. Я скользнул в транс, сначала ревизия собственного тела. Вроде всё как и было, разве что Альфа подросла. Интересно, что будет, когда она достигнет краёв источника. Пригляделся к первостихии. Она вела себя не так, как обычные стихии, которые просто присутствовали внутри меня.

Первостихия находилась в постоянном движении. Она обтекала Альфу, и в ней, как и в настоящем океане были большие и малые течения. Создавалось впечатление, что она чем-то занята. Не просто так шевелится, а у неё есть цель или, как минимум, импульс, которые и запускает процесс. Только какой?

Оставив научные изыскания на потом, я принялся за изучение дворца. Растянул сознание. Восприятие качественно изменилось. Я ощущал полноценное присутствие.

В комнате я был не один. В кресле перед низким столиком расположился император галактики. Заметив мой интерес, он помахал мне рукой. Перед ним располагалась какая-то панель, над которой высвечивалось трёхмерное изображение солнечной системы. Он увеличил масштаб и приблизил какой-то фрегат.

— Начали прибывать, — прокомментировал он картинку. — Заметили Альфу на планете. Это ты здорово придумал! Боря подсадил шпионов, так что мы их слушаем. Спорят, что делать, раз здесь Дубхе. Пусть ругаются, это нам только на руку, — закончил довольный отец.

Я стал смотреть дальше и в ближайшей комнате обнаружил спорящих Эдуарда и Аркадия.

— А если он не захочет? — Ар сидел в золочёном кресле с высокой спинкой.

— Что значит не захочет? Это же ради безопасности его ребёнка! — Эдуард выхаживал по паркету. — Их надо разъединить, и вообще девушку не светить, как его возлюбленную. Помнишь, что было в Марджии?

— Как же, ублюдки подбили местных выкрасть беременную, а потом ею шантажировали, — мрачно ответил Ар. — Погибли тогда все. Ты прав, но в сети уже есть ролики, как они вместе на острове милуются. Хорошо хоть лиц не видно. Эта их манера снимать со спины очень пришлась кстати.

— Регулус начал чистить сеть, — сообщил Эдуард. — А Бориска блокирует доступ пиратов к местному интернету. И как вот у Михи получается так развивать искинов?

— Ага, ты Карла видел? — хохотнул Аркадий. — Он тебе никого не напоминает?

Оба брата загоготали, а я переключил внимание на другую группу неподалёку. Гео и Коля Хвастунов в одной из соседних комнат откуда-то стащили мою императорскую накидку. Маленький Гео закрепил ткань на плечах и пафосно выхаживал по мосту. В качестве моста у них был длинный обеденный стол.

— Снято! — Коля Хвастунов опустил телефон.

— Манжетой забыл махнуть! — дёрнулся Гео. — Давай ещё раз!

Корней нашёлся на кухне. Перед ним за столом сидели Гаврила и атаман Игорь и что-то с аппетитом ели.

— Карл сказал, что он уже проснулся, — Корней что-то помешивал в ковшике венчиком. — Ему надо сладкое. Не трогай! Я же вам сделал! — возмутился мой личный повар и треснул венчиком по протянутой к накрытому куполу руке .

Я расширил сознание, где же моя Секунда? Пропажа нашлась в дальнем конце дворца. Подо мной в тронном зале уже собралась толпа, но ими я займусь позже. Пока же я сосредоточился на своей девушке.

Секунда лежала в медкапсуле. Рядом крутилась возбуждённая Мора, а Михаил Раков смеялся над плюющейся в него рожицей. Вместо песка батя стащил с кухни какую-то мелкую крупу.

— Замечательный медицинский блок, Миша, — Мора изучала графики на мониторах. — Я и не знала, что можно так досконально проводить анализ крови. Ничего, дорогая, простое утомление, — главврач разговаривала со спящей под стеклом девушкой, — поспишь, витаминчиков в тебя загрузим.

Мора обернулась на развеселившегося батю.

— Ты в тронный зал иди, а я с ней побуду, — предложила моя будущая мачеха.

— Нет! — твёрдо заявил Михаил Раков. — Я обещал быть рядом. И ты же видишь, что на малыша медкапсула не действует, — батя отвлёкся на разговор, и получил тычок от злобного черепа из пшённой крупы.

Ладно, раз Секунда в надёжных руках, тогда пойду послушаю, о чём говорят в тронном зале. Как только я накрыл сознанием толпу, увидел парней из Белой сотни. Они синхронно повернули головы наверх. Ну, а откуда ещё я мог смотреть, мои покои-то наверху.

Палят же меня. Ощутив моё недовольство, парни принялись увлечённо общаться между собой.

Народу было много, как и тем для разговоров. Те, что обсуждали свои дела, были в меньшинстве.

Многие восхищались монументальностью строения. Другие задавались вопросом, зачем такой масштаб. Третьи обсуждали строительство. Темно же было? Неужели было хоть что-то видно?

К сожалению, все решили, что построил Иван IV Непримиримый. Если б они не видели в прямом эфире строительство Академии наследников, может у меня и был бы шанс свалить появление дворца на кого-то другого.

Ничего интересного, я уж было хотел выйти из транса, когда заметил девушку, которая залезла на стул с ногами и изучала плетения на стене. Она была настолько увлечена процессом, что не замечала ничего вокруг. Вот она потянулась вправо и рухнула бы на пол, переломав парочку костей, если бы не седой парень, поймавший её.

Поблагодарив незнакомца, она передвинула стул в нужном направлении, и взгромоздилась снова.

Я резко вскочил с кровати и ринулся в туалет, где чуть не заблудился. Большой туалет смотрелся комично. Я качнулся, и меня поддержал Один. Когда я выпрямился, комната была приемлемо больших размеров. Хтонь! Да как это контролировать! Я в отчаянии посмотрел на отца.

— Прости, сын, ничем не могу помочь, — он пожал плечами. — Я так не могу. Никто из Дубхе не продвигался по пути магии так далеко, как ты.

Я вспомнил пофигистичную первостихию. Может это механизм защиты? Пофигизм? Неее, я так не смогу.

Я создал на себе одежду, в которую были одеты парни из Белой сотни и рванул на выход.

— Ты куда? — забеспокоился отец.

— Там это, девушка интересная, хочу познакомиться, — я уже бежал по лестнице вниз. Путь мне подсвечивал Карл еле заметными стрелочками на полу.

До меня донёсся гомерический хохот Одина. Ну, а что? Сами сказали, что нужен наследник. Мальчика от первостихии у меня заберут, значит нужно ещё одного сделать. Кхм, с обычной девушкой.

Я легко затерялся среди сотни таких же костюмов. Единственным различием у них был герб, себе я сделал герб в виде дубового листа. На голову повязал белую бандану, волосы у меня не были седыми, и могли выдать меня.

Девушку на этот раз я поймал лично. Она поблагодарила меня и попыталась снова залезть наверх. Я любезно предложил ей стремянку. Она полезла вверх, а я стал страховать.

— Простите, как вас зовут? — поинтересовался я, специально забыв представиться сам.

— Оксана, — пробормотала магиня огня.

— Демидова, — шепнул один из роя. Парни окружили нас, изображая непринуждённую беседу.

— Оксана, а что вы ищите? — я решил помочь несчастной исследовательнице.

— Не могу найти конец вот этого плетения, — посетовала девушка, не отрывая носа от стены.

Демидова была хороша. Каштановые волосы до плеч лежали волнами. Спортивное тело я прощупал, когда помогал залезть в неудобном платье на лестницу. Оксана разжигала во мне любопытство.

— Да, понимаете, — она осеклась, поняв, что не знает моего имени.

— Иван, — подсказал я.

— Да, Иван, вот это плетение отвечает за воздухообмен, и я никак не могу найти точку активации, — она тяжело вздохнула, неудачно повернулась и снова рухнула мне на руки.

— Так его там нет, — я улыбнулся, медленно ставя красавицу впритык к себе, не торопясь убирать руки от талии девушки. — Зачем оно здесь? Это же системное плетение, оно не предназначено для индивидуальной активации.

Девушка стояла неприлично близко, мы были одного роста и её глаза оказались напротив. В зелёных озёрах читалась обида. Давно искала? Хех.

Всё испортил Карл, он появился сбоку и громко заявил:

— Ваше Императорское Величество, куда прикажите подавать завтрак?

— Есть хочешь? — спросил я Оксану, которая не решалась потыкать голограмму пальцем.

Один из седых парней взял девушку под локоть и повёл в сторону. Приведёт потом ко мне. Я же преобразовал одежды во вчерашний пафосный костюм с гербом Раковых на спине и медленно двинулся в сторону трона, который при моём приближении стал менять размер. Мне он показался излишне большим, как бы я на нём смотрелся? Смешно. Когда трон уменьшился до размеров обычного стула, то принялся расти вновь. На маленьком я тоже сидеть не хотел. Рост остановился, как только трон перестал меня раздражать. Впрочем, садиться я не спешил.

Я стоял на верхней ступеньке перед троном и широко улыбался, выискивая глазами Подводного и Дубхе. Поманил Милена Налимовича и братьев.

Я нашёл камеру прямого эфира и махнул манжетой.

— Граждане империи, император приветствует вас, — я приложил руку к гербу на груди. — Сегодня я собрал вас здесь, чтобы сообщить радостную весть. Атланты вернулись!

Я выдержал торжественную паузу и поманил к себе главу рода Подводных.

— Учёные и исследователи находили на планете свидетельства ранее жившей цивилизации атлантов. Немногие верили, но есть среди нас истинные искатели, для которых история не пустой звук. Милен Налимович, что же вы, не стесняйтесь, поднимайтесь ко мне.

Ошарашенный Подводный взобрался по ступенькам и встал рядом. А то всё Ваня да Ваня, пусть теперь названный отец побудет в роли козла отпущения. Заслужил, меня передёрнуло от воспоминаний о своём заточении.

— Глава рода Подводных веками осваивал древние технологии атлантов, по крупицам восстанавливая утерянные знания. Он расшифровал язык, построил подводный город, а уж как нас всех достали его неуловимые подлодки, — я дружески похлопал Милена Налимовича по плечу, по рядам аристократов пробежались вежливые смешки.

Народу было много. Не только центр зала был заполнен. Все три балконных яруса тоже были набиты людьми. К нам подошли высокие братья Дубхе. Пафосный Эдуард, и старающийся не заржать Аркадий.

— Мы с вами живём на уникальной планете, прародительнице народа, расплодившегося и ушедшего осваивать бескрайний космос. Да, увы, на родной планете атланты вымерли, но благодаря сигналу, отправленному Миленом Налимовичем, они узнали, что мы, их потомки живы.

— Позвольте представить вам атлантов, — я показал рукой на братьев Дубхе, забыв назвать их по именам. Юному императору простительно. — Наши братья, — я протянул руку Эдуарду и Аркадию и по очереди их пожал, — рады оказаться дома, и передать нам своё наследие. Мы с вами стоим в величественном здании, построенном по технологиям атлантов. Они уже передали мне своё наследие, и я готов передать его вам. Нас ждёт новая эра свершений!

«Да будет так!» — голос Одина, прозвучавший в моей голове, искривил пространство, и мы оказались в двух местах одновременно. Я стоял перед толпой, и одновременно напротив императора галактики Млечный путь в почти таком же зале.

— Однако, сигнал главы рода Подводных был перехвачен нашими врагами, они уже однажды уничтожили цивилизацию атлантов на нашей планете, и теперь они знают, что мы, их потомки живы. Они идут, — я указал рукой вверх. — Их корабли на орбите нашей прекрасной планеты и готовятся нанести сокрушительный удар. Не на тех напали! — я пафосно показал небу кукиш. — Мы — маги! Великие рода веками отращивали зубы. Вам нас не победить!

Я ещё с полчаса воодушевлённо нёс какой-то бред, добавив в голос магию. В конце концов я отправил всех в домашние поместья, держать оборону своих домов, защищая магов и своё наследие.

Глава 12

Зря я надеялся, что воодушевлённые моей речью аристократы резво отправятся по домам. Никто не ушёл. Я тоскливо посмотрел на длинную очередь к трону, на котором я сидел. Пока одни стояли в ожидании аудиенции, другие с комфортом расположились на балконных этажах и с любопытством посматривали вниз. Личные слуги принесли им перекус и воду.

Отсутствие воды — это мой косяк. Вода могла бы и быть в тронном зале. Понятно, что я не могу обеспечить всех едой, слуг у меня нет, как и продуктов. Но вода-то? Стоило мне подумать, как-то тут, то там появились питьевые фонтанчики, к которым тут же выстроились очереди.

Эдуард Дубхе подхватил главу рода Подводных и повёл на выход из тронного зала, где к ним присоединился Один. Из Дубхе остался только Аркадий, который стоял неподалёку и разглядывал аристо с отрешённым видом. Он косился в мою сторону и находился под впечатлением. Не понятно только от чего.

Перед ступеньками к трону на полу виднелся герб. Я снова посмотрел на рисунок. В центре верхушкой ко мне и ногам к очереди красовалась огненная буква «А». Медведица всё так же стояла на задних лапах, а передними опиралась на букву. По одной из сторон «А» полз гигантский красный рак с короной на голове и золотой цепью, на которой болтался кулак с опущенным вниз пальцем. В завершение композиции у основания буквы отчётливо виднелись три волны, какие обычно рисуют Подводные. Только у меня волны были побольше, с завитушками, как во время бури.

Первым в очереди ко мне стоял высокий немолодой мужчина в зелёном камзоле с вышитой гроздью винограда на груди. Надменное выражение лица, подёрнутые сединой волосы, прямой нос и выдающийся вперёд подбородок. Он был доволен тем, что стоял самым первым, и с чувством превосходства посматривал на публику на балконах.

Наконец, я насмотрелся на мужчину и подал ему знак подойти ближе. Мужчина сделал три шага вперёд и остановился. Он открыл было рот, но я поднял руку, и он замолчал, выжидающе уставившись на меня. В зале установилась оглушительная тишина.

— Карл, — негромко позвал я.

Передо мной появился голографический дворецкий и учтиво поклонился. Я показал ему на аристократа. Карл встал вполоборота и выдал сухим безэмоциональным голосом:

— Адриан Корнилович Виноградов, глава рода Виноградовых, стихийный маг воды. Родовая стихия — земля 85%. Прибыл вчера с наследником рода Пафнутием Ивановичем и внучкой Авророй Фёдоровной, — Карл застыл в ожидании указаний.

— Боря, видео присылали? — у меня в ухе появилась гарнитура из чёрных микрочастиц. Я не понял, кто её создал я или он.

Передо мной возник голографический мальчик. Был он аккуратно одет в подобие дворцовых одежд и идеально причёсан. Хтонь, да у него даже платок выглядывал из нагрудного кармана. Герб на груди повторял тот, что был на полу тронного зала. На моей груди был герб рода Раковых, как и полагается законному императору.

В руках Бориски появился голографический планшет, а перед нами растянулся громадный голографический экран.

— Пять видео, — раздался в ухе голос искина. — Общая презентация, ролик невесты, — при этих словах у меня дёрнулся глаз.

— И много мне таких прислали? — в отличии от Бори, я говорил вслух.

— Некоторые рода по 5-10 девушек, — ответил искин и невозмутимо продолжил перечисление: — видео-экскурсия по медицинскому центру «Виноград» на Чёрном море, история рода, включая свадьбу Михаила III.

— Погоди! — я резко повернулся к Боре. — Так это Виноградовы были при дворце целителями?!

Полупрозрачный мальчик кивнул, а стоящий передо мной глава рода напрягся. Я почувствовал запах гнили.

— Сашка! — рявкнул я, разнося голос по зале. — Подь сюды!

Я вспомнил! Тот день, когда вскрылся заговор против императорского рода. Стихии обездвижили всех, в ком не было яда. И лекари лежали рядом с Дымовыми. А значит, никто из них не был отравлен. Как бы это могло произойти? Они не ели то, что подавали слуги? Они знали, что императора травят и ничего не предприняли?

— Кх, — Боря привлёк моё внимание, я резко повернулся к нему. Продолжил он уже у меня в ухе: — Тут есть комментарии начальника СБ империи, его зама Дмитрия Александровича и твоего личного начальника СБ Елизаветы Дмитриевны.

— И что там? — я раздражённо посмотрел на очередь из аристократов. Где этого Сашку носит?

Справа от меня открылся портал, и из него выскочил великий князь Александр. Он видимо бежал, когда перед ним внезапно появилось окно перехода, и он сходу влетел в него. Оказаться подле трона стало полной для него неожиданностью. Надеюсь, он ко мне бежал, а не от меня. Я подозрительно прищурился.

Александр поднялся, отряхнулся и учтиво поклонился.

— Вызывали Ваше Императорское Величество? — его лицо так быстро меняло выражения, что я отвернулся. Был он помят, небрит и несвеж.

— Обобщённую информацию выдай, — попросил я Борю. Краем глаза я видел, как Александр оглядывается, пытаясь понять причину моего гнева.

— Род Виноградовых — целители, которые в качестве приданного передали Раковым виноградники у подножья Пиренеи. Проводят масштабные исследования, собирают статистику по родам. В отношении Раковых, полагаю, отравление обнаружили, но решили не вмешиваться. В замке не питались, отговаривались тем, что у них своё особое меню, тщательно выверенное и подобранное под каждого.

— Не вмешивались, значит? Выжидали? — я встал и зло посмотрел на главу рода придворных целителей. Три рода травили императорскую семью, а они решили подождать чем дело кончится!

Виноградов замер, на лице его множился страх. Гнида! Вдруг откуда-то сверху стрельнула молния и от главы рода осталась горстка пепла. Впрочем и она через минуту пропала, поглощённая плетением чистоты.

— Карл, приведи нового главу рода, будь добр, — я сел обратно на трон.

Через пять минут гробовой тишины на том же месте стоял молодой испуганный парень, лет 20-ть с небольшим. В почти таком же зелёном камзоле с вышитой гроздью винограда.

Я вопросительно уставился на Карла, который снова появился рядом.

— Пафнутий Иванович Виноградов, новый глава рода Виноградовых, стихийный маг воздуха. Родовая стихия — земля 85%, — Карл застыл в ожидании указаний.

Я улыбнулся, от чего парнишка вздрогнул.

— Так с чем хотел обратиться ко мне покойный глава рода? — вежливо поинтересовался я.

— Я это… Я не з-знаю, — Пафнутий Иванович с трудом сдерживал подкатывающиеся слёзы. — Дедушка не посвящал меня в дела, говорил рано ещё.

— Иван Владимирович, — негромко позвал я и даже не удивился, увидев подле себя появившегося призрака Ивана Грозного.

— Пафнутий Иванович, данные ваших вековых исследований обнародовать! Ваш род должен настроить систему здравоохранения для неодарённых граждан империи. Я хочу, получить здоровую нацию, вы меня поняли? Грозный, оформите все необходимые документы. А вы, Александр Михайлович, проведите разъяснительную беседу по поводу того, что случилось с предыдущим главой рода.

Я показал в сторону. Великий князь Александр подхватил Пафнутия и повёл к окну. Там уже парил призрачный стол, за которым уселся Иван Грозный и принялся быстро печатать на призрачной клавиатуре.

Я повернулся к следующему. Этого я знал. Единственный род к которому не было замечаний после проведения экскурсии для Академии наследников. За него потом просил батя, мол поставь им сканирующую арку, заслужили. Я скрипя зубами арку поставил. Но не в родовом поместье, а на входе на тот самый завод, который мы посещали. Тем не менее я подождал, пока Карл представит аристократа.

— Григорий Петрович Демидов, глава рода, стихийный маг огня. Родовая стихия — земля 95%, — по залу прошёлся одобрительный гул, но тут же стих. — Прибыл утром с наследником Николаем Григорьевичем, братьями Алексеем и Михаилом, младшей дочерью Оксаной, и пятью племянницами.

Я поднял руку, чтобы он не начал перечислять их по именам.

— Боря, а что? Там есть видео Оксаны? — я повернулся к голографическому мальчику.

На большом экране появилась девушка, очевидно, не подозревающая, что её снимают. Умный ход, однако. В который раз убеждаюсь в отличных интеллектуальных способностях главы рода Демидовых. Перед большим столом из какого-то конструктора она собирала объёмное плетение.

— Оксана, что это будет, — поинтересовался женский голос за кадром.

— Не мешай, маменька, я же говорила, что хочу проницаемое окно сделать, — девушка даже не подняла головы.

На заднем фоне действительно стояли стёкла, и часть из них были побиты. Я улыбнулся.

— Скорость распознавания объектов и дальность считывания нужно увеличить, — прокомментировал я плетение, — а в остальном у тебя всё правильно, — я поискал глазами Оксану, но не нашёл. — Но для сложных объектов твоё плетение не сработает. Ну, таких, как дроны-доставщики, например. Чем закладывать кучу параметров, лучше выдавать разовый пропуск.

На экране появилось изображение Оксаны, яростно колотящей грушу. Девушка явно выбивала злость и плохо контролировала себя. Кулаки периодически вспыхивали огнём, а на груше наблюдались подпалины.

На следующем кадре девушка была в своей комнате, в нижнем белье спортивного типа.

— Отец! — возмущенно воскликнула Оксана, она уже стояла рядом с главой рода.

Вот она открыла дверь в гардеробную. Схватила не глядя джинсы и футболку и наспех оделась. Кадр сменился. Явно скучающая девушка в нарядном платье, вальсировала с отцом.

Я повернулся к главе рода и предложил говорить, но влезла Оксана.

— У дронов нет системы запросов, для этого нужна другая матрица, — пунцовая девушка старалась не смотреть в сторону довольного отца.

— Сделай свои, — я безразлично пожал плечами, мне не понравилось, что она перебила отца, и снова повернулся к Григорию Петровичу: — Что вы хотели?

— Иван Михайлович, наша страна вступает в космическую эру. Как бы мне узнать требования к металлам, которые годятся для строительства космических кораблей?

Это он вовремя решил подсуетиться, я одобрительно покивал головой.

— Боря, а где сейчас Маг и Фед? Сильно заняты? Удалось им поднять спутники?

Вместо ответа искин выдал изображение на тот же большой экран. Магилан и Федерик стояли перед серебристой сферой. У неё был открыт отсек. Присутствующие в зале аристократы дружно подались вперёд. Всем хотелось получше рассмотреть, что находится внутри моего небоскрёба. Характерные окна на заднем плане выдавали местонахождение учёных.

— А толку? — Маг пожал плечами. — Его собьют, только тратим зря время, лучше б пушками занялись.

— Не собьют, — возразил Фед, что-то подкручивая миниатюрной отвёрткой. — Эдуард говорит, что им нужны спутники, чтобы запугивать население и рыться в нашей сети.

Им бы обзавестись мимикрией, подумал я. Эта серебристая поверхность будет бликовать от солнца, выдавая их местоположение и намекая на продвинутые технологии, по сравнению с другими-то спутниками.

Внезапно сфера перед учёными пропала.

— Ты что нажал? — Маг протянул руку туда, где только что был спутник и упёрся в препятствие. Он положил руку на сферу и та стала выглядеть, как обтянутый кожей шар.

Хтонь! Меня качнуло, но я быстро пришёл в себя. Это ж сколько там спутников было, раз у меня откат. Или это из-за дальности? И как они теперь их найдут? Чтобы запускать спутник, его как минимум нужно видеть!

На экране сфера опять приняла вид серебристого шара.

— Как это переключать? — в сердцах бросил Фед. — Ничего не понимаю!

Хтонь! Да, как это контролировать! Вообще, что ли теперь не думать? Я поднял глаза на Демидова и встретился с обеспокоенным взглядом главы рода сталеваров. Искренняя, почти отцовская забота меня удивила.

— По строительству космических кораблей нужно обращаться к Магилану и Федерику, — я показал на двух учёных. Этот жест дался мне с трудом. Руки ощущались, как ватные. — Только сейчас они заняты сборкой оружия для обороны от инопланетных захватчиков, — я хотел было ткнуть пальцем наверх, но вовремя вспомнил, что такой простой жест мне сейчас не под силам. Сейчас бы попить чего-нибудь.

Перед Карлом открылся мини портал на кухню, я краем глаза увидел Корнея. Голографический искин подхватил графин с прохладным красным напитком и пустой стакан. Я видел, как он орудует невидимыми жгутами. Хтонь. Я с благодарностью взял стакан, выпил залпом и протянул за добавкой. Через минуту пустой графин исчез тем же путём. Вот Корней удивится.

— Может им помочь? Магилану и Федерику явно не хватает квалифицированных рук, — быстро предложил Демидов, и с разных сторон донеслись и другие голоса.

— Боря, займись. Если есть кто-то дельный, пусть помогают.

От голограммы Бори отделился ещё один мальчик и направился к Демидову. Вместе они отошли в сторону. Оксана далеко не пошла, видимо хочет переговорить по поводу плетений. Зато к Демидову и Боре присоединились сразу несколько мужчин. Я же перевёл взгляд на следующего аристократа.

О! Я его помню! Он взятку передал Тёмному живыми мальками. Кристалл тогда принял вид рака и вёл приём в моём кабинете, отыгрывая роль хранителя рода. Этот вот хлыщ просил его предупреждать обо всех моих инициативах и оторвать для него листик от мэллорна. Я с интересом уставился на ухоженного мужчину в намагиченном костюме. Забыл его фамилию, а витиеватая двойка на месте герба не наводила меня ни на какую мысль.

— Илья Павлович Второв, глава рода, стихийный маг воздуха. Родовая стихия — вода 96%, — аристократы уважительно замычали, но быстро затихли, чтобы не пропустить ни слова. Понимаю, что такие открытые аудиенции нонсенс, но может нежелание открывать свои родовые секреты отвадит их от меня? — Прибыл с наследником Родионом Потаповичем и 14-тью потенциальными невестами.

По залу пробежались завистливые смешки. Стайка прекрасных девушек действительно крутилась неподалёку. Они были все разные. Я засмотрелся на столь колоритных дев. Заметив мой интерес, господин Второв подозвал претенденток и выставил между нами.

Высокие, маленькие, округлые в разных местах, они были настолько разными. Роковая красавица с длинным разрезом от бедра, и рядом неформалка с огненной татуировкой на оголённом плече. Скромница в закрытом платье, подчеркивающем грудь. Улыбчивая девушка, которую откровенно веселило происходящее, она даже приподняла грудь и хлопнула себя по заду. Отчего я звонко расхохотался. Её соседка одёрнула юмористку и строго оглядела других дев. Кто-то хихикал, другие застенчиво улыбались. Все они были красивы, не смотря на свою непохожесть. Со своего места обиженно засопела Оксана. Так значит, я её заинтересовал.

Я встал со своего места и спустился в цветник. Меня зацепили две особы. Они держались вместе. Сёстры, но не близнецы. Смуглая девушка с многоцветными радужками и взглядом убийцы прикрывала от меня вторую. Волосы ржавого железа оттеняли голубые глаза. Она была растеряна, не понимала, что от неё требуется и не знала, как себя вести. Скорее всего глава рода предусмотрительно держал девушек в неведении.

Так вот, у первой девушки была чёрная душа, как будто она уже убила многих. В то время, как вторая оставалась чиста. В ней было что-то не так, но я не мог понять что именно.

Ко мне подбежал седой Гео и тоже уставился на незнакомок.

— Пап, они такие же, как Мора и Ветров, — сообщил он. — Они пришли вместе.

Я поблагодарил мальчика и тот убежал. Значит, попаданки. Интересно, откуда. Я накрыл нас непроницаемым куполом, в котором оказался господин Второв. Шустро он. Впрочем, не он один. За его спиной стоял Ар, и прижимал к шее Ильи Павловича клинок.

Второв невозмутимо продемонстрировал пустые ладони, и Аркадий медленно убрал нож. Я с любопытством оглядел обоих.

— От так резко рванул, — Дубхе пожал плечами. — У меня рефлекс сработал.

— А у меня любопытство, — господин Второв извиняюще улыбнулся.

Я кивнул и повернулся к девушкам.

— Один вопрос и всё, — я открыто посмотрел прямо в глаза.

Чёрная душа кивнула, а уголки гул второй слабо дёрнулись кажется, она ничего не понимала.

— Из какого вы мира?

Похоже, они ожидали чего угодно, только не этого. И тут чёрную прорвало. Её с младенцем завалило в горах, когда они с мужем ушли за травами. Годовалую дочь вселило во взрослую девушку, а любимый Алтан остался совсем один.

При имени мужа я вздрогнул. Неужели, это у Геры такая чёрная душа? Хотя, я встретил её уже скрюченной старушкой, и ничего о её прошлом не знал. Но бабка она была непростая, это факт.

— А сколько времени прошло? Ну, сколько ей сейчас лет? — вопрос Аркадия прервал мои размышления.

— Два года.

Второв грязно выругался. Из его тирады я понял, что он чуть не выдал её замуж. Я с надеждой посмотрел на Дубхе, это же их территория — работа с душами.

— Я ничего не могу поделать, ей просто нужно время, чтобы нарастить опыт, — он беспомощно развёл руками.

Я же задумался о другом. Какова вероятность, что это моя башня наделала дыр, и что-то нарушила в ткани мироздания?

Глава 13

Аристократы не расходились и продолжали мучить меня, но я стоически терпел. Очередь к трону не только не уменьшилась, она ещё и подросла. Казалось бы над планетой нависла угроза, а я занимаюсь тьма знает чем? Хех. Я решил показать дворянам, что и для них я перспективный правитель. Это обычный люд меня обожает. Бесплатные сканирующие рамки, хтонь, сделали меня любимым императором. А вот дворяне неоднократно пытались меня убить, и сейчас у меня появился шанс перетянуть их на свою сторону.

По заверению Аркадия, с которым я успел пообщаться за обедом, подобные инопланетные вторжения начинаются, как правило, с информационной атаки. Выдайте нам того-то, и мы отступим. Врут, конечно. Они потом всё равно высаживаются на планету, грабят и уводят людей в рабство.

Скоро пираты начнут забрасывать в СМИ дезинформацию, подбивать отдельных граждан и всё в этом роде. А вот так общаясь с аристократами, я зарабатываю себе очки в их глазах. Правда, я случайно убил Быкова.

Я как только услышал его фамилию, сразу завёлся. Добрая Мария, которая успешно всех травила была из рода Быковых. И тут этот дед заявляет, что хочет водить экскурсии на мой небоскрёб. Он и небоскрёб? Ну вот и образовалась новая горстка пепла, которую быстро убрали встроенные плетения чистоты.

По поводу экскурсий заговаривали многие и, в конце концов я уступил. Кроме того разрешил водить туристов и в этот дворец. Карагины подсуетились.

Глава рода был местный — с Камчатки. Он быстро организовал для дворян обед: его люди подвезли продукты, поставили поваров на кухни и привели слуг. Он попросился на место управляющего дворцом, и я согласился.

После того, как выяснилось, что Дубхе увезли Секунду в подводный город, я приуныл. Даже не дали попрощаться, хтонь. С ней отправился батя с Морой и Эдуард. С собой они забрали медкапсулу, собственно в ней девушку и увезли. Так бы она не согласилась покинуть меня.

Ар утешал меня рассказами о том, что малыш чувствует моё настроение. Когда я испепелил Виноградова, то эмбрион выжег всё пшено, с которым играл. Мол, лучше нам с Секундой держаться на расстоянии, пока я не научусь контролировать себя. А как?

Я вообще не понимал, почему в одном случае что-то там срабатывает, а в другом нет. Я же постоянно о чём-то думаю, и аристократы меня подбешивают. Что является триггером? Как запускается процесс? Ар вызвался помочь, обещал понаблюдать за мной, чтобы выявить закономерность, хм. Он больше не отходил от меня, после того случая с защитным куполом.

Князь Второв, кстати, хотел организовать строительство питонов, но Боря упёрся. Недостаточно развиты технологии, по всем сферам. Подскочивший Гео уговорил-таки выдать ему один флаер для изучения. Я отправил всех заинтересованных к Грозному, пусть оформят какой-нибудь институт космических исследований. Хотя, смысла в этом лично я не видел. Дубхе уже здесь, зачем развивать технологии и строить свои корабли?

Больше аристократы с такими масштабными предложениями не подходили. Были ещё вопросы по магии. И я задумался поскольку, действительно, нужен был какой-то исследовательский проект. Магия у землян совсем отсталая. Но кто будет этим заниматься? Разве что организовать людей под крылом Академии наследников. Я покосился в сторону Оксаны Демидовой.

Любопытная девушка крутилась неподалёку. Было видно, как ей хочется пообщаться. У себя среди учениц я её не видел, значит училась у Андрея Жукова. Но то, как она быстро стала совмещать разные плетения и уловила саму суть моделирования, меня восхищало. Перспективная учёная-исследовательница. Да, и как девушка ничего.

Я видел, как к Оксане подходили близняшки Жуковы с Машей. Пытались отвести её в сторону, но Демидова не повелась. Около девушки постоянно дежурил кто-нибудь из Белой сотни. А вот Маша с Жуковыми похоже подружилась. Алтарь рода Подводных заявил, что она моя невеста, хм, но если она не родит мальчика, смысл делать её императрицей? Да и не доверял я ей, если честно.

— Боря, а сколько у меня может быть жён? — спросил я в перерыве между просителями.

— Сколько пожелает Ваше Императорское Величество, — искин ответил сразу, а значит этот вопрос он не только изучал, но ещё и обсуждал с кем-то.

По залу прошлась волна оживления. Ну да, ну да… я же настроил так, чтобы все в тронном зале слышали мои разговоры с аристократами.

— Вы вправе менять закон, — продолжил Бориска.

— И что? Все они будут императрицами? — не поверил я.

— Как вы изложите в законе, так и будет. Возможно, что они не будут императрицами вовсе, а будут считаться великими княгинями. Или можно присваивать статус императрицы только матери наследника, — предложил искин.

Внезапно передо мной появился Рыжик с огненным ноутбуком. Аристократы оживились, а Оксана попыталась подбежать к зверьку, но натолкнулась на барьер, который я установил вокруг места с гербом, так, чисто на всякий случай. Бельчонок растянул лапки и показал мне огненную пушку. Хтонь! Я спрыгнул с трона и присел рядом с Рыжиком. Убойная вещь получилась! Я погладил пылающего бельчонка и подхватил его на руки.

— Приём окончен, — объявил я. — Оставшиеся вопросы присылайте Боре или можете пообщаться с Иваном Грозным. Карл, — я отключил громкость и обратился с дворецкому, — где Один?

Передо мной появилась арка, в которую я и шагнул. Хвостом за мной нырнул Аркадий.

Один развалился на пуфике по среди рабочего кабинета императора. Я осмотрелся. Всё такой же гигантизм. И откуда он у меня? Нет, мебель была обычных размеров. Но вот сам кабинет, хм. Я быстро одёрнул себя, пока не начались изменения. Отличный кабинет, мне всё нравится, поспешно заверил я сам себя. Не нужно ничего менять. Уфф, пронесло.

— Удобное кресло, — отец заметил нас, и приветственно махнул рукой.

Перед ним в воздухе висела голограмма солнечной системы. Рядом еще одна похожая схема, но с какими-то цветными метками и обозначениями.

Рядом с ним возникли ещё два пуфика. Я вопросительно посмотрел на Аркадия.

— Ты, кажется, ему завидовал, — неуверенно прокомментировал брат.

Он аккуратно разместился в пуфике, а потом откинулся на спину.

— И, правда, удобно.

Я сел на оставшееся свободным место и поставил перед нами бельчонка. Дубхе с интересом уставились на горящего зверька. У него в лапах была помесь пушки и револьвера. Непропорционально большое дуло и небольшой хват, как раз для его лап. Соткан он был из отдельных деталей, собранных из стихийных нитей, пластин и других более сложных конструкций. Хтонь! Гений!

— Смотрите, какую Рыжик классную пушку соорудил! Можно с земли в космос запустить убойный снаряд, — я ещё раз погладил бельчонка.

— Молодой человек, — обратился Один к стихии Огня, — а какая у неё дальность и мощность?

Бельчонок распахнул свой ноутбук и развернул экран в сторону Одина. Я заглянул, там были два графика. Расчеты для воздушной и безвоздушной среды, вот молодец. Рыжик стал посылать образы сразу всем нам. По картинкам выходило, что для стрельбы по космическим кораблям нужно размещать орудия максимально высоко. Потому что если стрелять из плотной среды, а потом заряд попадёт в среду с наименьшим сопротивлением, то траектория и дальность изменятся.

Бельчонок подскочил к голографической планете, висевшей над Одином, и обозначил высоту, где возможно установить орудия. Дальше мана слишком разряжена, догадался я.

— Не понял, — Ар ткнул в картинку. — Они что, в воздухе будут висеть?

В кабинете появился Драко и приземлился на спинку ближайшего стула.

— Небесный дракон? — не поверил Один. — Они же вымерли.

— Детёныш небесного дракона остался на Нейре, — Ар печально улыбнулся. — Ему два года, совсем малыш ещё. Вжик сказал, что они в таком возрасте должны постоянно находиться в мане.

— Это Драко, воплощение стихии Воздуха, — я улыбнулся, вспомнив Азура. — Драко будет отвечать за размещение орудий, — догадался я.

Выходило сплошное читерство. Любая мощность, любая дальность, да ещё и стреляют сами стихии. Ну и как вишенка на торте, установить можно где угодно. Проверить бы, подумал я, и в комнате появился флаер, размером с муху. И летал он хаотично, как муха.

Рыжик развернул справа от пушки экран и быстро ввёл какие-то параметры, пафосно прицелился и выстрелил, нажав на курок, хех. Фильмов насмотрелись что ли? Какие же они ещё малыши, хтонь.

Мы с любопытством следили, как миниатюрный фаербол догоняет флаер. Хтонь! Да как он его преследует-то? Я скользнул в транс. По тепловому следу, хм. Ну, гений, что еще сказать?

Огненная сфера догнала флаер. Взорвалась она, что интересно, не от соприкосновения со стенками, а когда достигла микродвигателя. Поэтому и взрыв показался слишком сильным. Флаер разлетелся на микрочастички.

— Молодец! — искренне восхитился Один.

— А я могу пострелять? — Аркадий просительно посмотрел на Рыжика.

Тот отрицательно помотал головой и показал ему на грудь.

— Ты не маг, — объяснил я, и Ар разочарованно вздохнул. — Думаю, что не каждый маг осилит. Лучше, если стрелять будет сам Рыжик. Он и с настройками разбирается. Система наводится на двигатель. Даже небольшого заряда хватит, чтобы разнести корабль.

Один протянул руку, чтобы погладить бельчонка. Тот не стал огрызаться. Интересно, он же не маг.

Драко спикировал вниз и тоже провёл над изображением планеты черту, а потом отправил нам образ, что всё, что пересечёт её будет взрываться. Я приласкал дракончика. Молодцы!

Рядом с Драко появился рак. Земеля тоже решил что-то показать? Рак у него получился отличный. Практически полноценное тело членистоногого, только намного крупней.

— А я жучки палю, — похвастался Земеля, — которые сверху падают.

— Много? — я погладил рака, который на ощупь оказался приятно мягким.

Я помню какая это была проблема в мире Нейры. Жучки были повсюду, разных модификаций. Земеля проходил обучение, но сможет ли он проследить все.

— Как ты их находишь?

Рак широко улыбнулся, что физически было бы невозможно, будь он обычным раком.

— Всё что попадает в атмосферу сверху и содержит любые металлы, — гордо заявил Земеля.

Я уважительно покивал, не переставая наглаживать стихию. Ар показал одобрительный кулак с пальцем вверх, чем заслужил симпатию от рака.

— Значит, высадиться на планету они не могут, проникнуть в сеть тоже, — начал я перечислять. — А что за щит ты поставил? — обратился я к отцу.

— От бомбардировки и проникновения, ну, ты же видел, как мы спустились вниз без флаера, — ответил Аркадий. — Ещё ты забыл упомянуть, что мы их слушаем.

— Тогда почему мне кажется, что мы уже проиграли? — я вопросительно уставился на Дубхе.

В кабинете появился голографический Боря.

— Может потому, что они знают, что мы их слушаем? — мрачно предположил искин.

— Думаешь, они сливают нам дезу? — я поднялся и подошёл к карте звёздной системы. — Многовато кораблей.

Да, космических судов, и правда, было слишком много. Я насчитал шесть крупных лайнеров, штук двадцать поменьше, один носитель и полсотни крейсеров.

— А что Рег? Удалось что-то собрать? — я обошёл карту по кругу. Странно они выстроились.

— Спутники они запустили, но это только против взлома сети, — разочарованно проговорил Бориска. — Пушки мы установили на дворец, — он развёл руками. — Больше некуда. А дворец — самый очевидный объект для атаки.

— Ты забываешь про Академию наследников, — возразил я. — её необычную форму видно из космоса. Что они вообще узнали про планету, раз не смогли пробиться в нашу сеть?

Оказалось, что пираты про эту планету знали. Она их просто не интересовала в виду своей отсталости, и то, что на Земле появилась магия, они не просекли, пока не прилетели сюда и не стали пристально рассматривать. Теперь, помимо ребёнка Изначального, они смогут набрать магов.

Зря Дубхе надеялись, что здание в форме Альфы их остановит. Они посчитали, что это дворец наместника. А то, что наместником является Аркадий — это общеизвестный факт, об этом есть данные в галанете. И то, что второй принц галактики погиб, тоже писалось. Значит, дворец стоит тут давно, и в нём никто не живёт.

Они запустили несколько сканеров на дальней орбите и посмотрели, что у дворца нет инфраструктуры. Ни портов, ни даже подъездных дорог.

— Но там же куча кораблей? — возразил я. — Зачем они все тут находятся?

Пираты решили, что суда приплыли на источник магического возмущения. Они же все сосредоточились вокруг небольшого острова, а тот до сих пор фонит.

— Они знают, что это ты, — добил меня Бориска.

— Как?

— Небоскрёб, — искин хмуро посмотрел на меня. — Он был на Нейре, а там, если помнишь, только и снимали в прямом эфире, а потом транслировали на весь галанет. А теперь небоскрёб здесь, а на Нейре его нет. Пропажа целого здания обсуждалась в сети. И вот стоит та же самая башня рядом со столицей, дворцом и необычным зданием в форме рака. А то, что правящий род — Раковы, они знают из прошлых своих посещений. Были они здесь более 500 лет назад.

Я сел на образовавшийся подо мной стул. Хтонь!

— Хорошо, допустим, они знают, что здесь находится Михаэль Дубхе. Разве это не повод отступить? — я начал рассуждать вслух. — Пусть здесь нет Аркадия, но есть другой Дубхе.

— Мих, а что произошло на Нейре? — мягко заговорил отец. — Что видели зрители?

— Не знаю, я не следил, мне всё равно, — признался я.

— Великий маг, который омолаживает дистанционно, — хохотнул Аркадий.

— Великий учёный, который смог уничтожить крайне опасный вирус старения, — всё так же мягко продолжил Один.

— Ты модернизировал дирижабли, построил летающий представительский центр, — Ар начал загибать пальцы.

— Твоя музыка действует не только на магов, увеличивая их потенциал. Неодарённые ощущают прилив сил, их тела оздоравливаются, — подытожил отец.

— Тем более! Кто захочет такого врага? Они должны были отступить! Разве нападать — не самоубийство? — я всё равно не понимал поведения пиратов.

— Ты безобиден, — огорошил меня отец. — Ты не воин, как Иридий, например, а исследователь

Аркадий обогнул голографическое изображение системы и подошёл ко мне. Я всё ещё сидел на стуле. Он присел передо мной на корточки и положил руки мне на колени.

— Скажи мне, брат, почему такой великий ты допустил такую оплошность, и позволил сигналу уйти в космос? — спросил Ар издевательским тоном.

— Случайность? — предложил я первое, что пришло в голову.

Дубхе переглянулись и горько усмехнулись.

— Случайность — это не про Михаэля Дубхе, — саркастично заметил Один.

— Но Вжик говорил, что Михаэль пропал из галанета, и о нём мало общедоступной информации, — возразил я. — Откуда им знать, что я весь такой продуманный? Был, — неохотно добавил я.

— Вот! — Ар назидательно ткнул мне в грудь пальцем. — Правильное слово — «был»!

— Что? Теперь каждая собака в галанете знает, что я прохожу через нулевой переход? — я пришёл в дикий ужас.

— Эд подчистил информацию, — мрачно сообщил отец. — А особо говорливым объяснили, что лезть в дела Изначальных не стоит.

Отец тоже встал и подошёл ко мне. Он положил руку мне на плечо.

— Проблема ещё и в том, что в начале Нулевого перехода твои силы сильно урезаны, — мрачно проговорил император галактики. — Они знают, что ты слаб.

— Они уверены, что ты слаб, — поправил отца Ар.

— Соблазн получить ручного Изначального слишком велик, — отец сжал моё плечо и отпустил. Он повернулся к карте звёздной системы.

Они это серьёзно? Я слаб? Да, я не знаю, как себя контролировать, а он говорит, что это лишь малая часть. Я с ужасом посмотрел на отца и перевёл взгляд на брата.

— Они попытаются воспользоваться моментом, чтобы заполучить тебя, — Ар дружески похлопал меня по колену и выпрямился.

Он встал рядом с отцом и вопросительно посмотрел на него. Один еле заметно мотнул головой.

— Но как? — всё это не укладывалось в голове.

— Шантаж, — ещё больше помрачнел Один. — Найти беременную от тебя женщину и похитить.

Я вскочил со стула, Один моментально оказался передо мной. Он взял меня за плечи и заглянул в глаза.

— Всё хорошо, сын, я слежу за ними. Они ещё в пути, девушка в капсуле, малыш играет с Михаилом.

Я облегчённо выдохнул. Под водой они её не найдут. Не найдут же?

Глава 14

Я стоял в своём огромном императорском кабинете на Камчатке и разглядывал космические корабли на объёмной карте Одина. Не нравилось мне то, как они стояли. Зачем такая скученность?

Мы их слушали. Они знали, что мы их слушаем. Всё сводилось к тому, кто кого переиграет.

— А почему вы уверены, что они не знают, что вы здесь? — я обернулся к Дубхе и заметил, что они тотчас прекратили молчаливую перепалку.

— Моя эскадра сюда только летит, — Один недовольно посмотрел на Аркадия.

— А я вообще мёртв, — брат пожал плечами.

— Допустим, — я начал рассуждать вслух, — от отсталой планеты исходит мощный сигнал, который пираты распознают и устремляются сюда. И что они видят? Новёхонький ретранслятор и отсутствие связи — два противоречащих друг другу момента. Кроме того, у них не получилось внедриться в местную сеть, а на поверхности планеты стоит Небоскрёб, дворец буквой Альфа и странное здание в виде рака. А ещё на императорском дворце уже после их прибытия в нашу систему появляются пушки. Я ничего не забыл?

Я выжидательно посмотрел на Дубхе. Отец с сыном переглянулись и снова уставились на меня.

— Если я такой незнающий, как вы говорите, то что же это я так ощетинился? Почему испугался космических пришельцев? А может они безвредные, мимо проходили и решили зайти в гости? — я повернулся к искину. — Боря, не было попыток связаться с нами, чтобы переговорить?

Искин изучал странное скопление кораблей, рассматривая их с разных ракурсов.

— У нас нет приёмника, а связь глушится. Это просто невозможно, — заявил Бориска, не отвлекаясь от каких-то замеров.

Земеля соорудил под голографической картой стол, где расположился Рыжик со своим планшетом. Он вставил флешку в невидимый глазу разъём и подключился к изображению солнечной системы. Бельчонок куда-то нажал, и карта стала в разы больше.

— Так оставь, — попросил я, заходя внутрь карты. Зачем же вы так выстроились? — я снова посмотрел на круговой порядок кораблей.

— Раз про эскадру они знают, значит понимают, что им надо спешить, — Ар присоединился к моим размышлениям. — Чего же они ждут?

— Полагаю, они ждут, пока мы сами выйдем с ними на связь, — я ткнул пальцем в корабль в виде пирамиды. — Боря, что это?

— Флагман клана Пирамида, — ответил Аркадий. — Они тут главные пока, — брат недовольно скривился. — Другие капитаны признали их лидерство в операции. Но Дорн оспаривает главенство. Они крупно поссорились. Вот он на этом корабле, — Ар показал на небольшой фрегат, который подошёл ближе всех к Земле и находился на отдалении от плотного скопления.

— Он выпустил спутники на дальнюю орбиту и сканирует поверхность, — добавил Боря.

Что же не так? Почему меня не отпускает чувство, что мы уже проиграли?

— Давайте исходить из самого плохого сценария. Они знают, что Один тут, они внедрились в нашу сеть и считывают информацию, — я подошёл к Пирамиде.

Красивый корабль. Завораживающе правильная форма, гладкая поверхность. Космический гигант.

— Боря, я хочу знать, что там сейчас происходит.

За моей спиной появился экран. Мы их ещё и видим?

Каюта была обставлена по земному. Никакого напоминания о космосе. Хотя, наверное, мебель была прикручена к полу. За обеденном столом, накрытым белоснежной скатертью и сервированным по всем правилам высокого этикета мирно обедала образцовая семья. Вышколенные слуги обслуживали господ.

Во главе стола сидел добрый улыбчивый дедушка. Седые волосы, вязанная жилетка, расслабленная поза.

— Кушай, Даня, кушай, — он погладил по голове мальчика лет семи справа от себя.

Слева сидела прекрасная девушка. Я засмотрелся. Правильные черты лица, голубые глаза и светлая копна коротких волос, разбросанных по плечам. Она была в платье из необычной ткани, которая казалось переливалась под светом хрустальной люстры.

Рядом с ней обедала её более взрослая копия, не менее прекрасная, но более холодная женщина. Вот она подняла взгляд напротив и её лицо осветила счастливая улыбка. Там сидел отец Дани, мужественный мужчина в легком скафандре. Капитан корабля выбивался из общей постановки и портил весь антураж. Он озабоченно поглядывал на доброго дедушку. Он был напряжён, и я его понимал. За нападение на род Дубхе их ждёт только смерть. Всех их!

Мальчик Даня подавился, и отец быстро похлопал его по спине. Ну, может и не всех. Дети не в ответе за дела родителей. Наверное.

— Ксения, — мать повернулась к девушке, — вынь наушники. Не стоит слушать музыку за столом.

— Ма, это же Михаэль! — Даня поднял вверх вилку. — Учёные доказали, что его исполнение способствует пищеварению. Кира, выведи на громкую связь, — попросил брат сестру.

Я узнал эту лёгкую светлую мелодию. Я играл её, летя на своём паруснике в безоблачном небе над бескрайним океаном. Я погрузился в воспоминания и улыбнулся, в груди разливалось тепло. Тогда всё было проще и понятней.

Мелодия затихла, включилась новая песня.

Здесь нечаянная связь, там нетронутая вечность. Расскажи мне не смеясь, что такое человечность.

Пела Нейра, очень нежно и трогательно. Тогда я был счастлив. Недолго, правда.

Я встряхнулся и посмотрел на экран, где продолжала обедать семейка пиратов. На белоснежной скатерти появился растительный узор. Стоящие на заднем плане деревья в кадках заметно подросли и загородили собой всю стену. Хтонь. Я посмотрел на карту и прикинул расстояние от Земли до Пирамиды. У меня не было отката.

— Деда, — громко шепнул Даня, — он нас слышит? — глаза парня восторженно блестели.

— Да, — глава пиратского клана ласково погладил внучка, — и видит.

— Михаэль, я люблю тебя! — Кира вскочила из-за стола и прижала к груди руки.

— Отключи это, — попросил Аркадий. — Подгадали момент.

— Карл, — негромко позвал я.

Рядом со мной появился дворецкий и учтиво поклонился.

— У меня же есть свои покои? Приведи туда Оксану, главу рода Демидовых и молодого парня из Белой сотни, который любит девушку, — попросил я.

— Сын, ты что задумал? — забеспокоился Один.

— Хочу оставить этому миру наследника, а то начнут грызню за трон. Мы проиграли, отец. Мы им, — я ткнул на Пирамиду, — уже проиграли, только ещё не знаем об этом. Мы упускаем что-то важное. Гео, подготовь душу для братика, — добавил я, уверенный, что мальчик меня услышит. — Надеюсь, что планету они не тронут, — вполголоса добавил я.

Я шагнул в сторону двери, и на моём пути открылся портал.

В моих покоях уже стояла ничего не понимающая Оксана с парнем и князь Демидов, который уже просчитал ситуацию. Я заозирался. Всё тот же гигантизм, я поморщился. Да не-е, отличный размер! Всё такое большое, и много места, комната просто замечательная! Я заметил мягкий уголок, и махнул рукой в его сторону. По мере моего приближения диван стал больше, и появилось дополнительное кресло, хтонь. Я сделал вид, что так и было. Сел сам и предложил рассаживаться моим гостям.

— Григорий Петрович, — обратился я к главе рода, — как вы смотрите на то, чтобы мы с Оксаной Григорьевной сделали наследника?

— Доченька, ласточка, ты любишь Иван Михайловича? — Демидов строго посмотрел на дочь. Ну да, ну да… Все слышали, что кричал Гео.

— Да, папенька, — Оксана покраснела и не смела поднять глаза.

Я перевёл взгляд на бледного седого парня с гербом какой-то креветки.

— Олег Криль, Ваше Императорское Величество, — он приложил руку к груди.

— Женишься на Оксане и будешь воспитывать моего мальчика, как родного сына, готовить к трону, — я строго посмотрел на парня, тот серьёзно кивнул.

— Во время беременности ребёнок будет считывать эмоции и образы матери и близких, — я перевёл взгляд на Григория Петровича. — Если не хотите, чтобы он что-нибудь разрушил, то обеспечьте ему счастливое детство. Никаких тревог и волнений. Пусть Оксану наблюдает Мора или Егор Михайлович, или мой батюшка. Да, даже лучше, если это будет Михаил Михайлович, — я вспомнил, что у него уже есть опыт общения с эмбрионом Изначального.

— Иван Петрович, — позвал я, и рядом со мной на диване проявился призрак Ивана Великого, — вы всё поняли? Если у Оксаны родится от меня мальчик, именно он будет наследником.

Я видел, что он хотел что-то возразить, но я осадил его взглядом.

— Будет исполнено, Ваше Императорское Величество, — призрак исчез.

Григорий Петрович потянул Олега на выход, а Оксана так и осталась сидеть на месте, теребя платье. Через минуту появились Гаврила и Корней, принесли ужин. Живот одобрительно заурчал, Оксана несмело захихикала.

Корней расстарался. Салат выложил в виде короны. Жаркое было в горшочках, у которых вместо крышки было запечённое тесто. Оно приятно похрустывало, когда я его разламывал. Десерт на двоих — сердечко из разноцветных половинок. К концу трапезы Оксана перестала стесняться и начала пытать меня на предмет совместимости плетений разных стихий.

Во дворце нашлось подходящее помещение, где мы смогли поэкспериментировать. Что-то вроде лаборатории артефактора. Оксана с детским восторгом рассматривала приборы.

— А что это такое? — Демидова показала на большой стол с необычной столешницей.

Я создал сложное плетение из всех стихий и подвесил его над светящейся поверхностью. Сбоку на панели поочерёдно понажимал кнопки «плюс» и «минус». Плетение, то увеличивалось, то сворачивалось почти в точку. На одном из стеллажей я нашёл металлическую заготовку и положил её в специальную выемку. На другом табло можно было выбрать форму. Я выбрал круг и рисунок в виде буквы «А». Далее просто нажал кнопку «внедрить». Оксана взяла в руки артефакт в виде монетки и спросила:

— Что это? — в глубине её глаз мелькнули искры огня.

— А ты попробуй, — я подошёл совсем близко. — Приложи к груди и пусти в него чуток маны.

Оксана так и сделала. Над монетой появилось изображение тела человека.

— Сканирование! Какое подробное!

Не долго думая, она приложила монетку ко мне и запустила ещё раз. Не стоило ей этого делать, она ошарашенно посмотрела на результат, потом перевела недоверчивый взгляд на меня, но я уже накрыл её рот поцелуем. Под ногами ощутилось что-то мягкое, а девушка в руках оказалась обнажена. Я набросил над нами радужный купол, может это сдержит магический выброс. Поверх собственного купола обнаружился ещё один. Я мысленно хмыкнул, отец прикрыл нас. Больше я не думал, только делал. То, что получится мальчик, я не сомневался. Потому что я так решил!

Оксана оказалась горяча и ненасытна. Я тонул под волнами страсти. Она то набрасывалась на меня, как путник, который наконец дорвался до воды; то прижималась, как котёнок, и урчала, требуя ласки. Она выпила меня досуха, в буквальном смысле этого слова. Девушка не хотела меня отпускать.

— Мы ещё встретимся? — она с надеждой заглянула в глаза.

— Конечно, — соврал я. Оксана поняла всё правильно и возобновила натиск.

В какой-то момент мне стало так хорошо, что я поплыл и потерялся в пространстве. Я увидел планету со стороны, корабли, солнечную систему, космос. Я понял!

Я понял, зачем они выстроились кругом!

«Вон! Пошли вон из системы! Иначе вас всех ждёт смерть без права на перерождение!» — яростный крик я впечатал в души будущих трупов.

Пространство дёрнулось и я вынырнул. Открыл глаза я в кровати, девушка спала, вцепившись в меня мёртвой хваткой. Я аккуратно выполз из-под неё, заменив себя одеялом. Уфф, не проснулась.

Я залез под горячий душ, чтобы подумать. Надо посоветоваться. Я быстро высушился и создал простые штаны и рубаху.

В кабинете на полу валялись Дубхе. Я бросился к ним, но они просто спали. Устали. На лбу отца выступили капли пота, он как-то осунулся и схуднул. Накрыл их одеялом и подошёл к карте.

— Боря, — тихо позвал я, — ты понял, что они хотят сделать?

— Да, — мрачно ответил появившийся искин, — они подготовились, чтобы создать тень. Закроют планету от солнца.

— Что скажешь? — я с надеждой уставился на Бориску. — Ну, а если мы не выйдем на связь? Тупые мы и не догадались, в чём дело.

Вместо ответа с ближайшего к Земле фрегата вылетел снаряд. Он беспрепятственно пролетел сквозь атмосферу и упал где-то в океане.

— Бискайский залив, — мрачно сообщил Боря.

Суки! Щит не прикрывает планету! Суки! Я бросился к Дубхе, положил руку на отца. Это не сон, это откат! Хтонь! Как я не понял?!

На таких скоростях я ещё никогда не работал. Сканирование, анализ. Первостихия, как средство экстренной помощи. Обезболивание, чтобы не умер от болевого шока. Хтонь-хтонь-хтонь.

Я заливал бездонную Альфу императора галактики первостихией. Проблема была в том, что его энергоструктура в несколько раз превышала размеры тела. Вот ему в моём гигантском дворце комфортно. Плюнув, я стал вливать энергию непосредственно в тело. Тьма его забери! У него же тело надето сверху, как носок на ноге. Не пойдёт! Вернулся в первоначальному плану — набить его плотно первостихией, чтобы внутреннее давление исправило повреждения и почистило засоры.

Я быстро принялся распаковывать свою матрёшку, которую так тщательно собирал Тёмный. Обмотки вокруг Альфы, всё шло в дело, в эту бездонную пропасть в груди отца. Нужно срочно починить энергокаркас, а для этого заполнить эту грёбаную букву под завязку. И на что он так потратился? Чем он тут занимался, что не только заработал откат, но и настолько перенапрягся, чтобы перекрутить каналы?

Я полностью слил в него энергию со стены, которую собирал в Нейре, но этого было мало. Хтонь! Первостихия! Я позвал, океан был рядом. Она тут же откликнулась и хлынула потоком в бездонную букву отца. Неужели и этого будет мало? По спине пробежал холодок. Что делать?

«Тёмный!»

«Вижу, вижу, — забурчал кристалл, и я ощутил его ножки перебирающие в моём сознании. — Можно вообще ничего не делать, — флегматично заявил он. — Сам очухается».

«Но его энергокаркас! Его надо починить!»

«Я не могу влить в него свою энергию, — нехотя признался Тёмный. — Это убьёт его. Вон, смотри, края уже показались».

Действительно, Альфа наполнилась и энергия первостихии полилась по каналам отца. Но они были большие, длинные, и я опять засомневался, что энергии хватит.

Хватило. Система восстановилась. Я перешёл к брату. Он пострадал сильней. Но у него в источники Альфа была, хм, нормальной. Первостихия быстро его наполнила, и исправила повреждения. Я попросил малышей дальше восстановить тело самостоятельно, уж очень я устал.

Стихии окружили Аркадия радужным коконом. Поколебавшись, я всё же накрыл Одина сферой из Первостихии. Пусть подлечит тело.

Я откинулся спиной на ближайший пуфик.

— Боря? Что с подводным городом? — язык еле ворочался. Я запустил регенерацию.

— Купол не пробило, — обрадовал искин, — мне кажется это был предупредительный выстрел. Чтобы ты вышел на связь.

— И что делать? Это же не правильно? Идти на поводу у террористов? Рыжик, сбей тот фрегат, с которого стреляли. Нечего с ними разговаривать.

Мы с Борей смотрели, как откуда-то сверху атмосферы в сторону корабля на дальней орбите полетел небольшой огненный шар. Выглядел он безобидно. Он влетел внутрь фрегата и раздался мощный взрыв. Двигательный отсек разворотило полностью. Корабль развалился на части, мелкие, крупные, и все они направились к Земле. Хтонь! Хтонь-хтонь-хтонь!

Я только что потратил всю энергию. Всю! Я вообще пуст. Я призвал на помощь все стихии, первостихию, и ещё и свою перевёрнутую Альфу включил. Мне не нужен сферический купол. Хтонь! Мне вообще не нужен купол! Плёнка аннигиляции!

Я стал заваливаться на бок. Значит всё получилось. Надеюсь Драко подтащит обломки к плёнке, если я промахнулся с местом.

Глава 15

— Ваня! Ваня! — меня настойчиво тормошил Корней.

Как только я открыл глаза, он влил в меня что-то горькое. Мозги включились. Я сел и огляделся. Коконы с Дубхе так и лежали в центре кабинета. На столе азартно бегал рак и суетливо скакал бельчонок. Возбуждённый Драко сидел на жердочке тут же над столом и нервно подёргивал крыльями. Мрачный Боря не сводил взгляд с объёмной карты солнечной системы, раскинутой в пространстве императорского кабинета.

Я попытался встать, но сил не было. Гаврила помог подняться и подойти к изображению Земли.

Сразу несколько малых судов встали на ближнюю орбиту и выпустили флаеры. При входе в атмосферу они взрывались, но это их не останавливало. Пустые? Пытаются просадить щит? Я горько ухмыльнулся. Щита-то у нас и нет, я оглянулся на Дубхе. Это Драко всех взрывает.

Пираты били в несколько точек. Пытались пробить зону над Бискайским заливом. Там ещё пока нет моей Секунды, но они как раз туда и направляются, хтонь. И связи с ними нет. Совсем.

Другим местом атаки была зона над Рыбинским водохранилищем. И третья — над Камчаткой.

Рыжик показал на свою пушку. Если он собьёт корабли на ближней орбите, то осколки опять начнут падать на землю.

— Драко, а ты можешь ту аннигиляционную плёнку подтащить к кораблям?

— Я могу, — вызвался Бориска.

Ну да, ну да… Его-то частички способны выходить в космос без проблем. Это малыши-стихии ограничены маносредой.

Десятки флаеров взорвались, но корабли остались висеть на орбите. Земеля сказал, что они сбросили жучки, и гордо добавил, что он все уничтожил.

Через полчаса мы увидели, как ближайший корабль стал исчезать. Выглядело жутко, его как будто кто-то ластиком стирал из реальности. Боря действовал грамотно, он наползал аннигиляционной плёнкой на фрегат снизу. Как только целостность обшивки нарушилась, корабль начал деформироваться.

Два другие судна запустили двигатели и отдалились от орбиты.

— Может нам ещё парочку таких невидимых плёнок сделать? — предложил Боря.

— Неа, — я оскалился.

Они сами не поняли, что сделали. Отошли от планеты, и теперь, если их сбить, осколки не упадут на Землю. Интересно, а какая дальность у пушек Рыжика? Скоро мы это проверим.

— Рыжик, давай по этим двум, только подожди, пусть они подальше отойдут, чтобы на Землю не упали обломки, — я предвкушающе уставился на экран.

Что ещё они придумают? Почему медлят с набрасыванием тени на планету?

— Боря, выведи-ка мне картинку главного дедушки с пирамиды, — может там будет какая-то информация?

Гаврила изучал скопление кораблей пришельцев, а Корней всучил бутерброд.

— Ты себя в зеркало видел? — заворчал он. — Ты десять кило минимум сжёг. Ешь давай.

Я благодарно откусил сразу половину. На экране появился благожелательный дедушка в клетчатой жилетке. Рядом переминался нервный капитан. Рубка корабля была треугольной, кажется, они заигрались с геометрическими фигурами. Мужчины разглядывали экран, на котором виднелись взорванные корабли.

— А я говорил Дорну, что нельзя так с мальчиком, — глава клана Пирамида по-отечески всплеснул руками.

— Это постановка, отключай, — я прошёл внутрь объёмной карты к скоплению кораблей. — Давай-ка послушаем…

— Вот этого! — Гаврила ткнул пальцем в небольшой фрегат с краю.

Да, пожалуй, он прав. Самый допотопный корабль. Невезучие пираты, или чем там можно объяснить у них отсутствие денег на новую обшивку? На корпусе было множество нелепых заплаток.

— Ваше Императорское Величество, — в кабинете появился Карл, — к вам просится князь Демидов.

— Пусть заходит, — разрешил я.

В кабинет поспешно вошёл обеспокоенный отец Оксаны, и почтительно замер в нескольких метрах от меня.

— Боря, у тебя есть картинка вот с этого корабля? — я ткнул пальцем в несчастный фрегат.

На экране появилась обшарпанная капитанская рубка. Чем-то обозлённый пират в выцветшем скафандре восседал на месте капитана. Он зло пялился на дрейфующие обломки. По большому смотровому экрану шла трещина. На кресле пилота сидел потрёпанный мужчина с безобразным шрамом через бровь.

— Новый вид орудия, — восхитился шрамированый и включил повтор взрыва. — Ты видел, как снаряд сначала прошёл внутрь и только потом взорвался? Задержка детонации. Нам бы такую технологию. Только эти скоты всё самое лучшее себе заберут. Зря мы в это ввязались, кэп.

— Ты говорил, что щит не выставлен, — капитан похоже не слушал товарища, он был чем-то сильно раздосадован. — Почему тогда флаеры взорвались?

— Это не щит Одина, — в голосе помощника сквозила железобетонная уверенность. — Свою задачу они выполнили, десант уже на планете. Допросят местных, найдут беременную девку.

— Гео! — в панике вскричал я. — Срочно ищи чужаков!

Я беспомощно обернулся к столу. Он-то их найдёт, но как мы их опознаем?

— Как сделать так, чтобы Гео вам их показал? — обратился я к стихиям.

Рыжик подхватил ноутбук и поскакал на другую сторону огромного кабинета. Вот, когда я порадовался его размерам. Бельчонок быстро принялся разворачивать объёмную карту земли. Что-то похожее я видел у бати в кабинете. Только эта была более подробная.

Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ворвался седой мальчик Гео. С ним был десяток из Белой сотни.

— Гео, где они высадились? Сможешь показать? — я замер в ожидании ответа.

Гео кинулся к Рыжику. Сколько времени прошло с начала взрыва флаеров? Полчаса? Час? Уже можно затеряться среди местных. И как я забыл, что щит не только ограждает от массированных ударов, но ещё и защищает против телепортации на планету. И откуда у пиратов такие продвинутые технологии? Они с флаера спускались? Или с тех трёх на орбите? Если с корабля, то могли и без скафандров. Тогда им будет легче затеряться среди местных.

— Иван Михайлович, — Демидов неуверенно подошёл ближе, — люди видели взрывы в воздухе. Нужно обратиться к народу, а то начнётся паника.

Тьма их всех забери! Разорваться что ли? К тому же мы заведомо берём самый худший вариант, что они пробрались в нашу сеть и увидят моё видео послание.

— Проблема в том, Григорий Петрович, что пираты тоже будут смотреть трансляцию, — я встал напротив князя. — Не в наших интересах вообще хоть что-то говорить.

— Если вы не появитесь, пойдут слухи, один другого хуже, — настаивал Демидов. Мне импонировала его забота. Как я понял, они с батей давно дружат.

Я задумался. Как сделать, чтобы одни успокоились, а другие испугались? Я машинально выхаживал по огромному кабинету, обходя трёхмерные карты по кругу. Ничего путного не приходило в голову.

— Хорошо, Григорий Петрович, — сдался я, — приведите одного человека с камерой. Остальное на вас.

Демидов поспешно удалился, а я создал зеркало и посмотрел на себя. Корней прав, тот ещё видок. Глянут люди на меня такого, и это их деморализует.

Я поменял одежды на более пафосные, императорская накидка скрыла дистрофическую худобу. Волосы раскинул по бокам, чтобы не светить впалыми щеками. Создал корону. Огляделся. Набросил на коконы с Дубхе плетения сокрытия и повернулся к Рыжику. Тот уже разделил карту на три зоны высадки десанта. Часть точек была под водой.

— Капля, они промахнулись мимо подводного города? Ты их видела? — с нескрываемым злорадством поинтересовался я у отсутствующей в кабинете стихии.

По информации от малышей высадка в Бискайском заливе провалилась. Сканирование из космоса не было рассчитано на толщу воды, и они ошиблись с расчетами. Капля видела, как они телепортировались в воде почти на вершину купола. Но даже если бы они попали внутрь, то упали бы с высоты в тысячу метров. Уха-ха!

— О! Капля! Ты мне поможешь? — мне вдруг в голову пришла замечательная идея, как дезинформировать противника. — Сыграешь мою возлюбленную?

Я получил от стихии волну обожания. Тьма её забери, может не надо было предлагать? Она же ещё ребёнок. А теперь уже не откажешься, это сильно ранит чувствительную стихию.

Я помог Капле собрать тело красивой девушки. Тёмно синие глаза завораживали глубиной. Русые и многогранные, как речной песок, волосы струились по спине. Богатое аристократическое платье синего цвета с белым кружевом напоминало прибрежные волны, я дополнил идеальный образ кулоном в виде капли и залюбовался.

Я подошёл и чмокнул её в щёку. Прелесть! Достойная партия для императора!

Они подумают, что моя невеста рядом и придут сюда, ко мне. Отличная идея! Я дружески приобнял Каплю за талию, и мы вместе подошли к карте Рыжика.

Осталось два места — оба императорских дворца. На Камчатке проще — тут один объект, гигантский дворец. А вот в районе Рыбинска сразу несколько мест высадки. Рыжик приблизил район водохранилища, разноцветными точками были помечены одарённые разных стихий, а белым цветом немаги.

Подошедший Гео принялся помечать чужаков.

— Может их допросить? — предложил Гаврила.

— А что ты хочешь у них узнать? Как именно они хотят украсть мою невесту? — я уставился на матёрого убийцу в ожидании объяснений.

— Имена организаторов, общий план, да мало ли что всплывёт, Ваня, — принялся терпеливо объяснять Гаврила.

Он прав, и я кивнул. Мы до сих пор проигрывали.

— Только если будет возможность. Специально ловить никого не будем. И учти, — мрачно добавил я, — что и они могут сливать дезу.

Пираты высадили с полсотни человек. Часть попала на императорский остров, другая пыталась проникнуть на Академический полуостров, и третья к небоскрёбу. Вот, последних я и предложил брать для допроса. Там же был Безымянный, не сомневаюсь, что он умеет выбивать правду. Этих стихии обездвижили уже привычным им способом.

Те, кто пытался высадиться около здания в форме Рака, убились при посадке. Ну, а что? Меня сколько раз пытались убить? Я там такую мощную защиту накрутил. А вот то, что они проникли во дворец меня огорчило. Да тот же Михаил, мог бы… Хтонь! Вечно я Алтарь недооцениваю!

— Иван Петрович, — тихо позвал я.

Рядом возник призрак Ивана Великого.

— У вас проникновение, — я испытующе посмотрел на основателя рода Раковых.

— Мы их уже обезвредили, и допрашиваем, — хищно оскалился Иван Великий.

Я повернулся к карте, точки во дворце быстро гасли.

— Как вы их допрашиваете? Трупы?

— Зачем же, Ванечка? — ласково улыбнулся Иван Великий. — Мы их души допрашиваем. Души не умеют врать.

— Есть что интересное? — я усмехнулся.

— Семь человек оборудованы какими-то артефактами особого скрыта, против Изначальных. Чтобы те не нашли их по следу души, — Иван Великий обеспокоенно осматривал кабинет. Он позвал Грозного с сыном Владимиром Красное слово, и они разбрелись по огромному помещению. Они как будто принюхивались.

— Боря, — обратился Иван Великий к моему искину, — проверь воздуховоды. В воздухе есть какая-то чужеродная взвесь, которая мешает нам. А мы тоже улавливаем души. Опыление может быть масштабным.

Они договорились, что обозначат на карте радиус действия.

— Концентрация увеличивается, — заволновался Грозный. — Я пойду по струе газа, так мы узнаем, откуда заход.

— Нашёл! — с потолка просочился Владимир Красное слово. — Но там только баллоны, самих вторженцев нет. Драко уничтожил баллоны и пытается развеять газ.

Владимир подошёл к карте Рыжика и обозначил периметр. Они с Драко дополнили карту. Мы уже были в зоне действия газа. В самом центре.

Это, наверное, тот с пирамиды запасся газом. Ар говорил, что они не сразу вылетели, а собирались. Подготовился, гад. Интересно, Рыжик достанет до пирамиды?

Бельчонок вывел изображение дворца. Аристократы не разъехались, я с раздражением смотрел на гостевые покои. Судя по скоплению точек они селились не по одному. Ладно, потом разберусь. Сейчас важнее изловить всех чужаков. Как их найти, если Гео их не видит. Газ и ему мешает смотреть. Может нам перебраться в другое помещение? Эту зону мы пока не сможем почистить от невидимок, но сами выйдем на просматриваемое место.

— Карл!

Рядом возник чопорный дворецкий и учтиво поклонился.

— Люди, которые не прошли через ворота — враги. Сможешь определить их на карте?

Карл подошёл к Рыжику. Тем временем Гео начал показывать тех, кого он чует. Многовато. Часть была за пределами замка, другие рассредоточились по дворцу. А ведь есть те, кого мы не видим. Я посмотрел на Борю, чей внешний вид обычно означал степень защищённости. Волосы взлохмачены, на груди пятно. Ну, вроде не всё так плохо.

Гаврила увидел одного чужого на границе облака газа и попросил не убивать, а только обездвижить. Потому что обозлённые малыши уничтожали всех чужаков, посчитав, что те подобрались слишком близко. Васнецов выбежал в коридор за обездвиженным. Интересно, а где Оксана?

— С ней всё в порядке, — ко мне подошёл один из Белой сотни и прошептал одними губами. — Они с Олегом изображают влюблённую парочку на публике.

Я благодарно похлопал парня по плечу. Боря всё ещё был лохматым, надо убираться из кабинета.

Вернулся Демидов с высоким худощавым мужчиной. Я показал, куда ставить камеру. Отправил Капле образ, что она должна случайно попасть в кадр.

Разместился я за дубовым массивным рабочим столом. На заднем плане располагались большие окна дворца, чтобы захватчики смогли определить, где я.

— Граждане империи, земляне, — начал я, добавив в голос силу Изначального, — на нашу планету напали космические пираты. — Вы видели, как они пытались высадиться на поверхность, чтобы грабить и убивать. Забирать в рабство и насиловать. Не на тех напали! — я грозно рявкнул в экран так, что оператор отшатнулся. По контуру тела эффектно пробежался огонь. — Убирайтесь туда, откуда пришли! Здесь вас ждёт только смерть! — я полыхнул огнём и дал знак к прекращению съёмки. Ко мне подбежала Капля и обняла меня.

Конечно же, оператор не удержался и пустил столь пикантный кадр в прямой эфир.

Когда довольный оператор ушёл, Демидов попросил остаться. Я кивнул и отвернулся к карте. От основной группы отделились три малых крейсера и двинулись в сторону Земли. Как не вовремя, я только собирался дать команду переместиться в другое место.

— Рыжик, сбивай!

Три маленьких огненных шара с небольшой задержкой ушли в сторону кораблей. С крейсеров стартанули ракеты и рванули на перехват. Мимо. Слишком маленькие цели для ракет. Только последний шар перенаправился на обманку и подорвал её. Два крейсера взорвались, а третий продолжил сближение.

Хуже то, что две ракеты, которые промазали, ушли к Земле.

Я подскочил к Одину. Разбил кокон и принялся тормошить отца.

— Щит! — заорал я ему в лицо. — Срочно ставь щит!

Один сел и закрыл глаза. Я увидел, как ракеты взорвались в верхних слоях атмосферы.

— Рыжик, бей по судам, массированный огонь! И попробуй сбить эту сволочную пирамиду!

Сразу два десятка огней ушли в сторону приближающегося судна. И столько же в сторону скопления.

Внезапно подскочивший ко мне Демидов стал заваливаться на бок, император галактики тоже обмяк, а следом и я получил укол в шею. Тьма их всех забери! Я тут же прогнал по телу первостихию. Она откликнулась неохотно и была какой-то вялой, но эффект был. Я накрыл Демидова и отца защитными куполами, они же и помогут им продержаться, не известно какую дрянь им вкололи.

Корней схватил Гео и полез с ним под стол. Земеля закрыл его со всех сторон, превратив в коробку.

Я увидел, как откуда-то сверху стали спрыгивать люди в защитных масках. Воздух отравлен, я тут же запустил очищение лёгких и крови. Из пор начала сочиться чёрная жижа.

Десяток из Белой сотни вступил в бой с шестёркой бойцов. Где седьмой?

Пришельцы били станерами, а седые магией.

«Сдохните, гады!» — я отправил мысленный посыл, но его перехватила Капля. Она отправила образ, что мне нельзя убивать.

Но они заслужили! Белые побеждали, я торжествовал, когда вдруг массовая убийственная волна прошлась откуда-то сверху. Седьмой, гад. Нет! Я заключал ребят в коконы из универсальной маны, не сметь умирать!

Теряя сознание, я ощутил, как потяжелел браслет на руке, превращаясь в наруч.

Глава 16

— Ваня! Ваня! — как будто из динамиков донёсся голос Бори, фоном шли характерные помехи. — Тихо-тихо. Не шевелись.

Я с трудом разлепил глаза и упёрся взглядом в слегка подсвеченное стекло. С той стороны было темно.

— Медкапсула? — язык ворочался с трудом.

— Да, просто лежи и слушай, — искин нервно хохотнул.

— Погоди, почему мне так плохо? — я попытался сконцентрироваться, но внимание рассеивалось. Сознание норовило вновь отключиться.

— Мы на Луне, — Бориска снова истерично хихикнул. — Тут нет маны, и воздух заканчивается. Расслабься, просто лежи и слушай. Помощь уже в пути, слушай мой голос и не отключайся.

Когда меня вырубили, в бой вступили стихии. Мы столько времени с ними лечили людей, что навредить человеку им не составило никакого труда. Вскипятить кровь, например, или высосать воду из организма. Мои отважные малыши резво прибили захватчиков, которых не успели прикончить парни из Белой сотни. К тому же на подходе были и другие седые. Они же рой, и узнали о нападении сразу, как только всё началось.

И, когда казалось, что всё позади, моё тело вдруг пропало. Без Бориски. Эти скоты, как выразился искин, вкололи мне в кровь жидкость для телепортации. Первую дозу я вывел через кожу, но остался покрыт ею, хтонь. Всё инородное осталось на месте, одежда опала на пол, вместе с черными частичками искина. После моей пропажи началась паника, и седьмой захватчик, который так и прятался где-то в комнате, воспользовался неразберихой и похитил Каплю.

Ну, как похитил? Малыши решили, что надо идти по следу, тогда они смогут найти меня. Когда её захватили, Капля подождала, пока её доставят к месту телепортации. Под стенами дворца пираты развернули одноразовый телепорт. Одного человека он бы на дальнее расстояние потянул.

Капля понимала, что вдали от Земли её тело развеется и все узнают, что она не настоящая невеста. Тогда стихия Воды всех вырубила, и отправила через телепорт немагическую бомбу, которую собрал Земеля. Хорошо его в музее оружия подучили, раз он научился не только определять взрывчатку, но и собирать её!

Рано я обрадовался, что пирамиду взорвали. Корабль был гигантский, и он даже остался на ходу после взрыва.

Я хмуро поинтересовался, как они планировали сохранить ребёнка, если собирались отправить беременную магиню в космос. Боря предположил, что её бы тоже телепортировали в капсулу, но уже для магов.

— А меня почему в такую дерьмовую засунули? — искренне возмутился я.

Боря невесело хохотнул.

— У твоей капсулы нет задачи лечить, скорее наоборот. Продержаться на Луне и не сдохнуть без воздуха. Тут баллоны прикручены с кислородом. Наверняка, в одном из баллонов тот же газ, что был во дворце, а может что и похуже.

— Постой! Как ты тут очутился?

Боря сам бы меня не нашёл. Искин вскрыл кокон с Аркадием, и тот ткнул на Луну, мол, там ищи. Сам он встал на моё место и принялся руководить обороной. И первое, что он сделал, сменил место штаба, вывел всех из слепой зоны. То, что я должен был сделать, но затупил. Поверил в собственную неуязвимость, хтонь. Потом Ар определил пострадавших в медицинское крыло, а Одина забрал с собой, прям в моём коконе из первостихии.

Боря не сразу, но отыскал меня в одном из кратеров, присыпанным песком. Я проникся уважением к его упорству. Я бы под землёй не стал искать. А эти скоты меня, считай, заживо похоронили!

Мне повезло, что на Луне был спрятан мой корабль «Небесный странник». Боря уже связался с капитаном Арни, и тот выдвинулся в нашу сторону, чтобы забрать капсулу. Он выехал на погрузчике, поэтому так долго.

Голова начала проясняться, но чувствовал я себя хреново. Не ожидал, что мне будет так плохо без маны. Может поэтому Изначальные не стремятся изучать магию? Они же хранители жизни по всей галактике, и не могут быть привязаны к одной планете.

— Что сейчас на Земле происходит? — я решил повернуть пламенные речи искина о моём скором спасение на другую, более злободневную тему. Там космические пираты напали на беззащитную планету.

Главная цель, похищение беременной от Изначального, не была достигнута, поэтому захватчики возобновили попытки. Они высадили новых диверсантов, уже прицельно — в императорский дворец. Торопились, пока Один не пришёл в себя. Рыжик вёл заградительный огонь, но флаеры для высадки прикрывались Луной.

Они сбросили пару сотен вооружённых пиратов. Однако, второй партии захватчиков сильно не повезло. К тому времени Драко научился определять внезапное появление новых живых объектов там, где только что никого не было. Воздушный дракончик перекрывал чужакам доступ к кислороду, и те задыхались.

Гео паниковал, потому что не ощущал моё присутствие на планете. Корней успокаивал его, как мог. Психующая душа мира — совсем не то, что требуется в кризисной ситуации.

После высадки, которая произошла во время переезда штаба из одного кабинета вдругой, Аркадий врубил малый щит. Его хватило на район Камчатки. Телепортироваться больше нельзя было, но осталась мёртвая зона с газом, которую принялись зачищать парни из Белой сотни и другие аристократы, оставшиеся во дворце. Информацию, что император похищен тщательно скрывали. Боря даже собрал из частичек моего двойника, чем озадачил пришельцев. Они же меня выкрали. Я что, сбежал?

Раз высадка стала невозможна, дедушка из пирамиды приступил к резервному плану. Суда плотным порядком выдвинулись на позицию между Землёй и Солнцем. Дальность работы нашего Рыжика они определили и стали безнаказанно накрывать планету тенью.

— Сколько? Сколько у нас осталось времени? — я запаниковал.

— Уже почти сутки прошли, как мы на Луне. Через пару часов тень станет наползать со стороны северного полюса, — мрачно сообщил искин. — Думаю, что они хотят отвлечь Одина. Ему и катастрофу остановить, и щит держать, ещё и Каплю защищать. К тому же у него сына то ли похитили, то ли нет. Пираты же не знают, что я тебя нашёл, — горделиво добавил Бориска.

Появление двойника, выступившего с речью перед народом, вызвало раскол среди пиратов. Возникла необходимость предупредить граждан о том, что скоро наступит тьма, и Бориска принял мой вид.

В результате конфликта часть кораблей покинула заградительный строй, и теперь скорее всего не получится накрыть Землю тенью целиком. Но даже если они закроют половину, это вызовет череду необратимых глобальных катаклизмов.

Я отлично представлял себе хаос, который начнётся. Не говоря уже о том, какой шок у людей вызовет полнейшая тьма. Потому что и от Луны не будет отражающего света. Хорошо хоть наползание происходит постепенно, а не внезапно.

Остановится фотосинтез, перестанет пополняться кислород, сами растения погибнут, а ведь это еда для животных и среда обитания. Планктон погибнет очень быстро, хтонь.

Воздух станет охлаждаться, как и океан. Резко похолодает, перестанут идти дожди, которые создаются восходящими потоками тёплого воздуха, потому что тёплого воздуха больше не будет. Уже через несколько часов тьмы температура опустится до нуля.

То, что затеяли пираты — это бесчеловечно, это преступление против Жизни. Гибель целого мира ради собственной выгоды. Все они должны умереть! Они потеряли право на жизнь и перерождение.

Внезапно я ощутил, как меня опять куда-то переносят. Минута и я уже смотрю через стекло на какого-то доктора.

— Почему он в сознании? — возмутился неприятный кадр в грязном халате. Он засуетился и принялся что-то быстро набирать.

Капсулу тряхнуло, до слуха донёсся сигнал боевой тревоги, а потом я вырубился.

Когда я пришёл в себя, то ужаснулся. Я болтался в открытом космосе, об этом свидетельствовало звёздное небо, на которое я тупо пялился через непрочное стекло. Хтонь-хтонь-хтонь.

Спокойствие, Ваня, только спокойствие. Экономим кислород, вдох, выдох. Собственно, а почему я не могу использовать магию? В мире Нейра Вжик же модернизировал источник, и тогда он сказал, что это благодаря силе Изначального у меня есть запас душ, или как он там говорил…

Близость опасности выбросила в кровь адреналин, соображал я чётко и ясно. Нужно просто переключить Альфу внутри источника в режим генерации маны. Хм, просто… Я закрыл глаза и сосредоточился на перевёрнутой букве. Очень неохотно, как будто делая мне великой одолжение Альфа дёрнулась, потом ещё и ещё раз.

Через пять минут я обливался потом, выжигая остатки кислорода, но Альфа забилась в ритме сердца, а источник начал наполняться маной. На крупицах маны я создал вокруг головы купол с воздухом. Уф-ф.

Я принялся за тщательную инспекцию тела. Чем меня на пичкал последний недодоктор? Регенерацию не хотелось бы запускать, я после прошлого раза был доходягой, а потом ещё экстренно чистился во время нападения.

Выводить заразу пришлось самому. Стихий тут не было, чтобы призвать на помощь. Первостихия присутствовала и опять была чем-то занята, курсируя по перевёрнутой Альфе. Поостерёгся использовать её. Она же сожжёт мою ненадёжную капсулу. Предыдущая, на Луне, хотя бы была предназначена для открытого космоса, а эта по-моему держится на соплях.

Я начал выводить яды, и одновременно чистить воздух. Иначе бы зловоние меня прибило раньше пиратов. Тело покрывалось чёрной вязкой жижей, и я периодически его очищал, а зловонную массу аннигилировал. Я торопился, это ж пираты. Они полезут исследовать обломки и обязательно меня найдут. Поэтому сначала я чистил кровь, потом уже органы и куда успела просочиться эта гадость.

— Рык! Смотри! Капсула! Хватай её!

Раздался скрежет металла по крышке, и я поморщился от неприятного звука.

Минут через двадцать меня втащили в отсек, закрыли шлюз и пустили воздух. Я прикрыл глаза, ну, я же без сознания. Чуть не забыл развеять купол с воздухом.

Крышка поползла вверх. И всё тот же хриплый женский голос заявил:

— Рык — это джекпот!

— Лейла, давай выбросим его обратно и забудем, что находили, — здраво рассудил низкий бас.

— А он ничего.

Раздался хлопок по руке.

— Дура, не трогай! Это же Из-на-чаль-ный!

— Какой хорошенький! А как поёт!

Я сплюнул про себя. Теперь меня иначе, как поющего Михаэля не будут вспоминать. Не учёный, или на худой конец гений, ладно, согласен на — великий маг. Нет. Теперь я — вечный музыкант и всё, что к этому прилагается: непризнанный, несчастный, короче слабак.

Я открыл глаза и тут же закрыл. Ну и страхолюдина. Я мужественно открыл глаза вновь и посмотрел на алчную суку, пожирающую моё голое тело жадным взглядом. А ведь я доходяга.

— Мы тебя спасли, — прохрипела она и облизнула губы. Эта жируха, что меня есть собирается?

Я перевёл взгляд на здоровяка, который благоразумно пятился к выходу из грузового отсека.

Удар сердца и на этой консервной банке, которую они по ошибке называли кораблём, не осталось живых.

— Искин, доклад, — громко приказал я.

— Недостаточно прав доступа, — заявил механический голос.

— А так? — я внедрил в капсулу плетение аннигиляции, и она пропала.

— Недостаточно прав доступа, — неуверенно повторил искин этого ржавого корыта.

Я пошёл в сторону, где было больше всего грязи и не прогадал. Уже спустя три уничтоженных перегородки я попал на капитанскую рубку.

— Искин, доклад, — потребовал я.

— Повреждено три переборки, капитан, — обиженно заявил ИИ. — Двигатель работоспособен на 5%. Уход в гиппер невозможен. Экипаж отсутствует. Послать сигнал SOS?

— Выведи на экран звёздную систему, — я посмотрел на кресло капитана и побрезговал в него садиться.

Попробовал создать на себе простые штаны и рубаху. Очень медленно, но материал на ткань собрался, а на кресле капитана появились залысины. Стоять босиком было не комфортно, поэтому я сделал ещё и кроссовки.

Я находился между Землёй и кораблями, формирующими тень. Вокруг хаотично вращались обломки. Тут сражался с десяток судов. Кроме этого свинарника к месту разборок подошли ещё три судна. Ищут, меня обуяла злоба.

— Выведи на динамики переговоры в районе обломков, — приказал я.

ИИ не ответил.

— Ты бесполезен, — заявил я и поднял руку, намереваясь его уничтожить.

— Босс, допотопное оборудование, щас всё будет, — раздался заискивающий голос искина.

Судя по переговорам прибывшие корабли искали следы неопознанных тел, чтобы убедиться, что среди трупов нет меня или моей невесты.

— Входящий вызов, босс. Что делать? — запаниковал ИИ.

— Ответь вместо Лейлы, импровизируй, — скомандовал я.

— Лейла! — на экране появился рослый мужчина в относительно свежем скафандре. — Ты же нашла его?

— Иди в жопу, Задр, — искин очень натурально спародировал хриплый голос усопшей. — У меня манипуляторы накрылись. На этом корыте ничего не работает. Возьмешь меня на буксир?

Ах, ты ж сука искин! Решил избавиться от меня?

— Будешь должна, Лейла, — рослый похабно ухмыльнулся и отключился.

— Ты что задумал? — с угрозой в голосе поинтересовался я.

— Босс, ну это ж развалина, вам нужно что-то хотя бы летающее, — заюлил цифровой гадёныш.

Нас подсоединили жёсткой сцепкой и поволокли к скоплению судов. Мы заняли место с краю. Очень выверенное место. Корабли складывались в шахматном порядке на расстоянии так, чтобы перекрывать друг друга и отбрасывать общую тень. Слишком всё это было, хм, отработано.

Они уже так раньше делали, догадался я, пирамидовцы делали. Выродки рода человеческого! Сколько планет от них пострадало? Я посмотрел на Землю. Северный полюс уже был в тени, скоро накроют верх Евразии.

По коридору послышались шаги. Трое, нет четверо грузных пар ног.

— Лейла, детка, что за переделки ты устроила? Думаешь, без переборок твоё корыто будет ездить быстрей? — знакомый голос принадлежал рослому капитану.

Хохот гулким эхом отрикошетил от стенок пустого коридора.

Вошедшие в рубку мужчины замерли в дверях. Первым умер тот, что схватился за станнер, я выдернул из него душу и раскрошил силой воли в нанопыль. Капитан рухнул на колени и ударился лбом об пол.

— Я не знал, что вы, — он не договорил, я развеял и их.

Я отправился к месту стыковки.

— Когда я уйду, выпусти залп в какой-нибудь дальний корабль, — приказал я, удаляясь.

— Босс, я не хочу умирать, — заныл искин.

— Так сохранись в галанете, — раздражённо ответил я. — Что мало серверов?

Я набросил на себя отвод глаз и беспрепятственно добрался до капитанской рубки второго судна. Всех, кто встречался мне на пути, я стирал из реальности.

С корабля, который я покинул вылетела ракета и попала в двигатель одного из средних крейсеров. Никто не ожидал нападения, поэтому и щиты выставлены не были. Взрыв был мощный, и осколки разлетелись в разные стороны. Тут уж корабли обвесились щитами, а соседний с пострадавшим фрегат мстительно запустил ответку. Поскольку мы находились в жёсткой сцепке, досталось и второму крейсеру.

На капитанский мостик вбежали люди.

— Искин доклад! Где капитан?

— Капитан, первый помощник и оба пилота отправились на ржавое корыто взимать плату за буксировку, — ответил механический голос.

— Что ты ждёшь? Отцепляйся! И просканируй обломки в поисках тел.

На мостик вбежало ещё несколько человек, всё с тем же вопросом, где капитан.

— Мёртв капитан! — рявкнул первый вбежавший. — Был на том корабле.

— Внимание! Идёт общая трансляция на всех частотах, вывожу на экран, — сообщил всё тот же искусственный голос.

— Мальчик мой, — на экране появилось изображение доброго дедушки с пирамиды, — добро пожаловать домой.

— Он что? Сошёл с ума? Что за бред он несёт?

— Мы обречены, — тяжко вздохнула какая-то женщина.

— Иди же ко мне, сынок, — дедуля распахнул руки для объятий.

— Точно спятил.

Я с ненавистью посмотрел на главу клана Пирамида и развеял его. Хтонь! Это была голограмма. Картинка собралась вновь и любящий дедушка шутливо погрозил мне пальцем.

Ещё один пытается записаться ко мне в папаши. Как-то он мне по возрасту не подходит. Я бы ему дал лет 70, а не несколько тысяч.

— Что ты знаешь про Дубхе, Лео?

Глава 17

Улыбчивый и доброжелательный глава клана Пирамида поведал мне слезливую историю о том, как злобные Дубхе похитили меня у другого изначального рода, который правил соседней галактикой Треугольник. Эти твари убили всех, уничтожили их души, чтобы те не переродились, а меня последнего из рода Рентген забрали и воспитали, как собственного сына.

— Лео, тебя никогда не удивляло отсутствие у тебя детских хроник до 5-ти лет? — дедушка с пирамиды печально улыбался. — Это потому что до этого возраста ты жил в родной семье.

— Что за бред он несёт? — новый капитан скривился.

— Вообще-то, был такой изначальный род Рентген, — вставил образованный пират, — я читал про него в архивах, которые нам достались после прошлой операции. Древнейший род, легенда. Они могли зажигать звёзды. Дубхе по сравнению с ними, пфф, всего лишь хранители. Они не создают новую жизнь.

— Не напоминай мне про прошлую операцию, — раздосадовано скривился новый капитан. — В результате мелкий гадёныш сбежал, а разъярённый папаша гоняется за нами по всей галактике.

— Да, заткнитесь вы! — раздражённо рявкнула женщина. — Дайте послушать.

На экране появилась видимо древняя запись, хм. Мальчик лет трёх с дедушкой, чем-то похожим на того с пирамиды, рассматривал скопление звёзд над галактическим столом в гигантском рабочем кабинете.

— Деда, а почему они такие странные? — мальчик потрогал звезду, и та вспыхнула ярче.

— Они только рождаются, Лео. Это всего лишь дети, как и ты, — он погладил меня по голове.

Да, меня. Потому что я вспомнил. На меня тогда этот стол произвёл сильное впечатление. Мы с отцом приехали, как он сказал к дедушке. Правда, я не понял чей он дедушка, мой, или отца, не суть. Сейчас то я понял, что они проверяли меня. Передался ли мне ген предков. И похоже, что передался. Единственному из тринадцати сыновей Одина.

— Да, врёт он всё, наверняка, и запись сфабрикованная. Это ж Пирамида, от него не услышишь и слова правды, — капитан даже сплюнул на и без того грязный пол.

— Род Рентген существовал, и Михаэль действительно может быть последним из Зажигающих звёзды, — прошептала женщина, заворожённо глядя на мальчика на экране.

Маленький я принялся играть со скоплением звёздных деток, нажимая на них поочерёдно и смеясь.

— Деда, тебе нравится мелодия, которую я сочинил? — мои глаза блестели от восторга.

— Да, Лео, — он посмотрел мне за спину.

Картинка исчезла, и снова появился печальный глава клана Пирамида.

— Они забрали тебя у семьи. Неужели ты будешь и дальше жить с предателями и убийцами, — вкрадчиво спросил любящий дедуля.

— Последний Зажигающий, — восхищённо прошептал парень.

— Изначальным тяжело выживать, не смотря на их мнимое бессмертие, — вздохнула женщина.

— Именно поэтому вы на нас охотитесь? — мрачно поинтересовался я, сбрасывая скрыт.

— Боевая тревога! — вскричал искин, и я стёр его из реальности.

Остальные последовали за ИИ. Я снова остался один на корабле. Я создал воздушный скафандр, просверлил с помощью аннигиляции дырку сверху, набросил скрыт и вышел на поверхность судна.

Нужно разбить построение или напугать пиратов. Я задумался, как будет наиболее эффективно. Пожалуй, если у них есть выверенный порядок, то лучше бить по разным кораблям, а не откусывать общее построение с краю. Через час подготовки все, имеющиеся у пиратов, ракеты рванули по разным целям. А я подтянул себя силовым жгутом к соседнему крейсеру, но на нём не остановился, попрыгал дальше.

Эффекта, на который я рассчитывал, не последовало, потому что корабли накрылись щитами. Жаль, что я не могу воссоздать пушку Рыжика. Источник у меня есть, и даже генерируется мана. Но у меня нет стихий, они привязаны к планете.

Нет, здесь в космосе тоже есть какие-то материалы, и физические процессы, но того многообразия, которое доступно на биологически активных планетах в вакууме нет и быть не может.

Я задумчиво обернулся на обломки. Возможно, что-то из материалов у меня всё-таки есть, но как быть с мощностью? Рыжик стрелял из сильно разряжённой атмосферы, но всё-таки там присутствовала стихия огня. Хотя о чём я? Здесь же есть топливо. Нужно просто немного модифицировать оружие.

Я сел на корпус и закрыл глаза. Хтонь! Пушку я создал, но притянулись материалы с фрегата, на котором я сидел. Герметичность корыта нарушилась, и искин врубил боевую тревогу. Я подхватил оружие и сменил дислокацию.

Перед тем, как покинуть корабль, я выстрелил в реактор. Тоже вариант, взрывать их по одному. Пока перемещался между кораблями, смотрел на Землю. Эффекта, считай, не было. Слишком много судов.

Перебравшись подальше я проверил источник, взгляд натолкнулся на первостихию, обтекающую перевёрнутую букву. Она активизировалась и была чем-то недовольно. В другой ситуации меня бы заинтересовало полуразумное поведение первостихии, но сейчас были другие приоритеты.

Мой источник генерировал нейтральную ману. Стихиями я мог пользоваться в ограниченном виде. Но вот первостихия чувствовала себя в космосе отлично. Я перевёл взгляд на Солнце. Что же ты такое? Энергия звёзд?

Решив проверить догадку, я зарядил ствол первостихией и пустил заряд в ближайший линкор. Я заворожённо наблюдал, как огненный шар на бешеной скорости преодолел щит, вгрызся в обшивку и скрылся внутри. Ещё пара ударов сердца, и произошла детонация. Тьма её забери!

Взрыв был настолько мощным, что обломки получили сильный импульс к движению и разлетелись в стороны. Плотность кораблей была достаточной, чтобы нанести ощутимый ущерб. Я уже убедился, в каком состоянии было большинство пиратских посудин. Поэтому щиты спасли не всех. Уха-ха!

Я обернулся на Землю. Появился просвет. Да! Несколько трусливых пиратов сбежали из общей кучи, но дальше дело не пошло. Хуже было то, что меня начали обстреливать станнером. Били по площадям и попали-таки. Невидимый я свалился недвижимой статуей на корпус одного из крейсеров.

Глава клана Пирамида догадался, что обездвижил меня. Пираты стали планомерно сканировать пространство в поисках невидимки. Заботливый дедушка продолжил пропаганду через внешние динамики всех судов. Дубхе плохие, они только называются хранителями жизни, но ничего не хранят. Войны, катастрофы, насилие — всё это является частью жизни, которую они якобы защищают. Дубхе жестокие, они убивают своих детей. Это да, я вспомнил, как Один приказал Эдуарду принести себя в жертву. Не передать то, что я тогда испытал.

Любящий дедуля принялся восхвалять себя. Какие пирамидовцы хорошие, потому что никогда не врут и говорят только правду. Они честно грабят и убивают, не прикрываясь благими целями. Всё, чего хочет добиться клан Пирамида — справедливости.

Я так обозлился, что уничтожил всех живых, до кого смог дотянуться. Пусть я не могу двигаться, но магичить мне это не мешает.

Когда ближайшие корабли и кружащие флаеры вдруг обезлюдели, пираты сумели вычислить моё примерное местонахождение и приложили по площадям ещё чем-то убойным. А потом стали медленно подбираться в мою сторону. В плен я не хотел, поэтому направил первостихию в реактор крейсера, на котором лежал. Я закрылся защитной сферой и набросил дополнительный скрыт. Меня отфутболило далеко в сторону.

Пока меня крутило я заметил, что тень доползла до середины Евразии. В душе поселилось отчаяние.

— Мальчик мой, — обеспокоенно заявил добрый дедушка, — ты, наверное, проголодался. Пить хочешь? Я докажу тебе, что мы на твоей стороне! Посмотри на пирамиду. Видишь? Если ты пообедаешь со мной, то я отзову корабли.

Чтобы избавиться от паралича мне пришлось запустить регенерацию. Если так пойдёт и дальше, то от моих мышц ничего не останется, и я не смогу двигаться. Это тут невесомость, обманчивая лёгкость в теле. Надо срочно поесть! Но где раздобыть еды? Я осмотрелся. Космических судов много, но как только я нарушу герметичность хоть в одном из них, мое местоположение перестанет быть тайной.

Я посмотрел в сторону пирамиды, где был гостеприимно распахнут грузовой отсек. Корабли развернулись боком, отбрасываемая на Землю тень перестала быть сплошной, образовав дуршлаг. И сделали они это слишком легко и просто. Отработанный манёвр! Очередная многослойная ловушка, хтонь.

Я ещё раз огляделся. На корабль проникнуть незамеченным не смогу. Идти в Пирамиду — глупость несусветная. Обломки? Я переместился поближе к разбитым кораблям и нырнул в транс. Есть картриджи для пищевых синтезаторов. Только вот есть в невесомости, так себе затея.

Я разжился несколькими пищевыми картриджами и выбрал самый обшарпанный космолёт. Набросил скрыт, и расположился рядом со шлюзовым люком. Неужели они не выйдут наружу, чтобы порыскать в поисках наживы?

Вливать белковую смесь пришлось сразу в желудок, и тут же направлять энергию на строительство главных мышц. Для начала ноги, потом спина, руки и грудная клетка.

Всё время пока я, хм, ел, я размышлял над планом. Пираты тоже не сидели без дела. Корабли увеличивали дистанцию. Они сохранили шахматное построение, только теперь располагались на удалении друг от друга. Мало того, они продолжали двигаться.

Да, они типа развернулись боком и вместо тени отбрасывали сеть, ну или дуршлаг. Но при этом они продолжали надвигаться на Землю. В какой-то момент они развернутся, и тень моментально станет сплошной.

Приглашение на обед перестало выглядеть просьбой. Теперь это был шантаж. Я проиграл. Да, хтонь, я проиграл, но не сдался!

Я приканчивал третий брикет и поглядывал в сторону обломков, не сходить ли за новой партией, когда шлюзовая створка поползла вверх.

Флаер вынырнул наружу, а я незаметно заскочил внутрь.

Я постоял, привыкая к темноте, пока не вспомнил плетение ночного видения. Я усилил ещё и слух, и до меня донёсся еле слышный детский шёпот. Ребёнок повторял, как мантру, одно и то же:

«Дубхе услышит, Дубхе придёт, Дубхе меня непременно найдёт».

Обострив все чувства до предела, я двинулся в сторону шёпота. Он забился в дальний угол между ящиками. В грязных лохмотьях, тощий, мальчик пребывал в состоянии бреда. Я бесшумно раздвинул ящики, пролез внутрь и плотно прикрыл щель. Мальчик горел, обливался потом, но даже без сознания продолжал повторять одну и ту же фразу.

«Дубхе услышит, Дубхе придёт, Дубхе меня непременно найдёт».

Я выставил сигналки и воздушный купол. Мы всё-таки были в грузовом отсеке. В руках у меня оставалось ещё пол-брикета. Я подсоединил смесь к желудку и принялся наращивать ткани внутренних органов. Потом прошёлся диагностикой: инфекция, воспаление, истощение, обезвоживание. Когда картридж кончился, создал сферу воды и тоже подсоединил к желудку. После второго брикета масса тела стала достаточной, чтобы запустить регенерацию. Жар пропал и малыш уснул.

Я создал одеяло и укутал его. Просканировав содержимое грузового отсека, я нашёл ещё картриджи. Извлёк сразу пять штук, чтобы и на себя и на ребёнка хватило. Закрыл, как было. Пока в мои планы не входило обнаружение.

Вернувшись к мальчику, я сменил пустую сферу на новую питательную смесь. Позволил детскому организму самому решать на что направлять поступающие вещества, просто ускорил усвоение. Себе же сделал сферу воды. Опасался пить в открытом космосе, без силы тяжести.

Меня разморило, я создал ещё одно одеяло и для себя, обнял ребёнка и заснул, перед этим подключив к нам ещё по картриджу. Я уже почти что выглядел нормально. Да и ребёнок. Много ли надо трёхлетнему малышу.

Проснулся я от рывка. Судно резко пришло в движение.

— Это мой отец, — гордо заявил ребёнок еле различимым шёпотом. Я проверил, сфера тишины была на месте.

Мальчик сидел, закутавшись в одеяло, и выдавливал картридж через прогрызенное отверстие. Я набросил на него плетение ускоренного усвоения и создал две сферы с водой и трубочкой.

Ребёнок жадно набросился на воду.

— Тебя как зовут?

— Галлий, — мальчик протянул мне пустую сферу. — Ещё хочу.

Я раскинул восприятие и дотянулся до капитанской рубки. На экране была картина космического сражения. Я набросил на нас сразу несколько защитных сфер. Подумал и подхватил силовыми жгутами ещё пяток пищевых картриджей. Починил одежду на ребёнке. А то, если нас выбросит в космос, там материалов на починку не будет.

На груди Галлия проявился герб Дубхе. Подумав, я трансформировал одежду в такую же простую, как у меня. И набросил на него скрыт.

— А что ты смотришь? — серьёзно спросил Галлий.

— Смотрю, что в космосе происходит.

— Я тоже хочу смотреть, — затребовал ребёнок, не терпящим возражений тоном.

Я подключил его к себе, и мы вместе принялись наблюдать за сражением. Прибывший многочисленный флот поступил очень грамотно. Пираты были выстроены в одну длинную линию между Землёй и Солнцем.

Наши спасители заходили в голову колонны и выпускали плотный поток огня. Даже если кто-то уворачивался, снаряд шёл дальше и находил новую мишень. Опытный полководец. По флангам курсировали средние и тяжёлые крейсеры и добивали разбегающихся пиратов. Наконец, попали и по нам.

Галлий не дрогнул, когда вокруг нас стали разлетаться обломки. А я спешно утяжелил пол, на котором мы сидели, чтобы нас раскручивало только в одной плоскости. Мальчик подтянул к себе новый брикет и принялся отгрызать край, чтобы добраться до питательной смеси.

— Надо подать сигнал, что мы здесь, — скомандовал ребёнок.

— Не думаю, что это хорошая идея, — возразил я. — Тут же полно пиратов. Пока мы не привлекаем к себе внимание.

Галлий склонил голову на бок и посмотрел на меня с подозрением.

— Два человека, сидящих на идеальном круге пола, под куполом воздуха и мирно жующие, не привлекают внимание? — подозрительно поинтересовался мальчик.

— Они нас не видят, вокруг нас маскировочное поле, — я попытался объяснить ребёнку не знакомому с магией. — Если и попадут, то случайно. Ты же предлагаешь сделать нас мишенью.

Галлий промолчал, а я перевёл взгляд на Землю. Корабли сражались между Землёй и Солнцем, и они все вместе препятствовали поступлению света на поверхность планеты.

— Это какая Земля? — спросил Галлий, снова протягивая сферу. — Ещё воды, — потребовал он.

— Вроде, Земля-2, — я наполнил сферу. Эдуард, когда только появился, называл номер, мол, мы сразу отправились на Землю-2.

— А дальше? — мальчик снова попросил воды.

— Что дальше? — я непонимающе уставился на ребёнка из правящего рода Галактики.

— У планеты не может быть простого номера. Это ж мультиверсиум, — снисходительно объяснил малыш, неторопливо попивая из трубочки. Он, наконец, напился. — Мой отец — наместник на Земле-8.14:5026. Когда я вырасту, то стану учёным и буду изучать обратные точки схождения, — похвастался малец.

— Как Михаэль? — я решил разузнать у этого сведущего и болтливого Дубхе побольше.

— Пфф, — Галлий презрительно фыркнул, — Михаэль — музыкант. А я буду великим учёным. Ты знал, что история повторяется?

Вот, а я о чём? Музыкант я, музыкант.

Мальчик увлечённо рассказывал о том, что даже если планета дублируется и начинает существовать в разных реальностях, то потом всё равно происходят одни и те же значимые события, открытия и даже культурные достижения. Хотя, казалось бы, это невозможно. Но нет, даже у давно разошедшихся миров история повторяется, только с разными вариациями на одну и ту же тему.

Галлий привёл в пример Пушкина, который рождался почти во всех версиях и писал стихи, которые влияли на поколения. Или Ньютон. Везде появлялся Ньютон, даже если реальности расходились более пятидесяти тысяч лет назад. Там, правда, по словам ребёнка были свои особенности и расхождения по времени. Миры, где Ньютон появлялся раньше, больше продвинулись в технологиях по сравнению с другими.

Мы дрейфовали в куче обломков. Я набрасывал на особо крупные куски плетения аннигиляции.

— Перестань! Ты нас демаскируешь, — потребовал Галлий. — Отец потом обломки сгонит в сторону Солнца.

— Но это будет не скоро, — я показал на Землю. Почти вся Евразия была накрыта объёмными кусками тени.

— Потерпят! Пиратов всех надо убить! — категорично заявил ребёнок. Его радужка на миг почернела, а потом снова стала голубой. — Они покусились на Дубхе! — это он про себя, хм.

— А ты не знаешь, кто такой Лео? — поинтересовался я у всезнайки.

— Лео — это не имя, — Галлий назидательно поднял палец вверх.

— А что тогда? — я с нескрываемым любопытством уставился на мальца.

— Эта информация только для Дубхе, а ты не один из нас, — заявил он.

Глава 18

Мы врезались в крупный обломок, и нас развернуло в другую сторону. Целых кораблей осталось не так много. Прибывший к нам на подмогу флот рассредоточился по системе и добивал недобитков. Мы побеждали. Правда, вся эта куча так и продолжала заслонять солнце, вызывая у меня стойкий нервоз.

Галлий подъедал брикет с заправкой для пищевого синтезатора. Я опасался, что он переест, и отслеживал состояние детского организма. Моими стараниями он уже выглядел, как здоровый малыш. Только вот нездоровое отношение к еде, возможно, останется у него на всю жизнь. Сколько ж он голодал? И где брал воду? Бедный ребёнок.

Впрочем, этот бедный ребёнок чувствовал себя прекрасно. Его лекция на тему исторического схождения миров плавно перетекла в разглагольствования об изначальных родах. Тут то и выяснилось, почему я не могу быть Дубхе. Я ж маг.

Я узнал, что в Великом роду Дубхе нет магов. Не считая странного музыканта Михаэля и Эльзу, которую на время космических путешествий приходится помещать в специальную капсулу, чтобы она не страдала от маноголода. Да и то, на немагические планеты ей путь заказан, а таких большинство. Поэтому магия — отстой.

Магия — аномалия. Не зря же на Праземле магии нет. Магическая планета выпадает из общего развития, и до уровня космических цивилизаций развиваются единицы. А всё почему? Галлий даже поднял назидательно палец вверх, потом облизнул его, и я узнал, что маги слишком надеются на магию. Но если сверху спустятся те же пираты, вооружённые станнерами и щитами, то магия им вообще не поможет. Или спасёт их дорогая магия от бомбардировки с орбиты? Нет! Галлий вылизал упаковку от пищевого картриджа. В общем, магия — фигня, а вот сила Изначального — это да.

— А в чём у Изначального сила? — поинтересовался я, поскольку и этой информации у меня не было. Одни догадки, да недомолвки Тёмного.

— Воля, — гордо заявил Галлий. — Смотри!

Он раскрыл ладошку и напрягся. Через пять минут у него на ладони собралось несколько капель воды, которые он жадно слизнул. Вопрос, откуда он брал воду, отпал. Я проследил в трансе за его манипуляциями. Его Альфа пульсировала, а из воздуха притягивались свободные молекулы воды. Хотя в большинстве своём они собрались из сферы, из которой он пил до этого воду.

Воля? Хм, что-то у меня появились сомнения. Хотя малец-то непростой. Сколько он продержался без еды? На одной силе воли и продержался. А ведь ещё он как-то сбежал, и его не нашли. И мозги у него развиты не как у трёхлетнего ребёнка. Какое-то нереальное везение, что я его нашёл! Сотни кораблей, а я забрался именно в этот.

Тем временем Галлия понесло. Он мне рассказал о Великом Одине, который складывает реальность и распараллеливает миры одним усилием своей несгибаемой силой воли. Он перемещается сквозь пространство и время. Его сыновья до сих пор не смогли овладеть этой силой. Хотя вот его отца боятся все даже больше, чем Одина.

— Галлий, я ты знаешь род Рентген? — я попытался направить его болтливую сущность по другому руслу.

Конечно, он знал род, зажигающий звёзды. Из всего рода остался один только дед, который стал затворником в своей галактике. Сидит и выращивает звёзды. Они с отцом ездили к нему, и Галлию там не понравилось. Скучно.

Я поинтересовался, почему у последнего из рода Рентген нет детей. Сомневаюсь, чтобы у изначальных родов были проблемы с деторождением. Они меняют тела, как перчатки.

— Он слишком стар, — серьёзно заявил Галлий, и я уж было разочаровался в ответе, как ребёнок продолжил. — Ты знал что, чтобы родился мальчик, нужна взаимная любовь?

Я сделал удивлённое лицо, откуда мне знать-то? Уж не знаю, кем меня считал маленький Дубхе, хм. Не удивлюсь, если он думает, что меня нанял его отец, чтобы отыскать пропавшего сына.

— Ему ж сотни тысяч лет! Как он может любить? — Галлий жадно посматривал на оставшийся брикет, и я со вздохом протянул его сытому ребёнку. — Ты б его видел! Скептик, прожженный прагматик и нудятина. Он давно забыл, как радоваться жизни! — мальчик презрительно фыркнул. — Создающий жизнь не умеет любить, пфф.

Так вот почему у Одина я последний сын? Хм… уж если мне так было тяжело влюбиться, после полной амнезии, какого другим изначальным? Зачерствели душой.

— Смотри, отец начал убирать мусор, — мальчик вывел меня из раздумий. Он показал в сторону солнца.

Действительно, обломки подтаскивались в зону притяжения звезды. Неужели и этот действует «силой воли»? Я не видел никаких захватов или телепортационных лучей.

— О! Оу! Это же Небесный странник! — мальчик вскочил на ноги и заворожённо уставился на появившийся словно из ниоткуда космический корабль. — Я хочу на нём покататься! — потребовал Галлий. — Подай им сигнал, что мы здесь.

— А как же папа? — я усмехнулся.

— Отец всё равно пока занят, — глаза мальчика алчно блестели. Он не сводил взгляда с моего корабля.

Небесный странник впечатлял. Я то, считай, видел его впервые, воспоминаний об этом красавце у меня не сохранилось. Внешне он напоминал серебристого кальмара, плавающего среди звёзд. Он был не больше среднего крейсера и основной его объем занимали голубоватые щупальца, которые ощупывали космическое пространство вокруг себя. Они извивались, как живые. Голова «кальмара» была гладкой с обзорными окнами по кругу и небольшим козырьком позади. Это не яхта — это произведение искусства. Невозможно было не влюбиться в неё с первого взгляда.

Внезапно я вспомнил, как она строилась. Я был на флагманском корабле Одина, был какой-то праздник и мы смотрели парад кораблей.

— Па, а почему они все такие одинаковые? — мне было лет 10 или 11.

— Практичней и дешевле строить одинаковые, — объяснил отец. — Их же должно быть много, так их легче обслуживать и ремонтировать.

— Когда я вырасту, у меня будет другой корабль, непохожий на все остальные, — категорично заявил я.

— Какой же? — с улыбкой поинтересовался Иридий.

Иридий был восьмым сыном Одина. Он руководил космическим флотом. Высокий, как и все Дубхе, светлые русые волосы и ясные голубые глаза. Он был мастером-инженером, высочайшего класса и был способен воплощать в жизнь любые проекты. Кроме этого, он был отличным тактиком и отличался острым умом. У него был проницательный взгляд, который, казалось, просвечивал меня на сквозь.

Когда я шкодил, то старался не попадаться ему на глаза, потому что он безошибочно определял степень вины и хирургически точно давил на совесть.

Я подошёл к прозрачной тактической доске и принялся рисовать, хм, силой воли. Я помню это ощущение, оно действительно похоже на то, как ты приказываешь чему-то быть. Под моим мысленным давлением на тонкой плоскости рождались линии, изгибы и даже цвет. Доска после этого стала непригодна для использования, но никто не сказал мне и слова.

Я гордо отступил назад.

— Вот!

— А щупальца зачем? — с любопытством поинтересовался Иридий.

— Сканировать пространство во всех спектрах. Мне как магу нужно много датчиков, — объяснил я. — Красивый, — я любовно погладил нарисованного космического кальмара, — и он слегка шелохнулся. Взрослые переглянулись. А потом они взяли и построили его, и подарили мне. Я был счастлив!

Помнится, Эдуард говорил, что мою яхту не видно на радарах, значит его мало кто видел вот так вживую. Появление Небесного странника действительно вызвало оживление среди флотских судов. Переливающийся серебром блестящий кальмар двигался в сторону обломков, сканируя щупальцами пространство. Он искал меня, ну или мой труп.

Я снял скрыт, а удерживающая воздух сфера запульсировала светом, привлекая внимание. Небесный странник резво метнулся в нашу сторону. Он обвил нас одним из щупальцев и запихнул себе в рот. Ну, так это выглядело. Шлюз находился между отростков.

Вместе с нами внутрь стремительно залетел рой чёрных частиц. Боря тут же собрал себе тело и бросился мне на шею.

Я присел на корточки и поглаживал рыдающего искина.

Перед нами застыл капитан Арни, а рядом с ним висела голограмма строгой девушки в лёгком скафандре. Ну, наверное, это был Арни, я-то его не помню. Седой рослый старик. Крепкий, бородатый и суровый. Он в пояс поклонился:

— Добро пожаловать на борт, господин, — он поприветствовал меня, как только я поднял на него глаза. Голографическая девушка мягко улыбнулась. ИИ корабля, полагаю.

Я тоже улыбнулся в ответ. Было приятно видеть искреннюю радость незнакомых мне лично людей. Ну ничего, познакомлюсь заново.

— Я тебя искал, искал, и никак не мог найти. Я всю пирамиду облазил, думал, он тебя там прячет. Там были клетки, представляешь? Они собирались поймать тебя в клетку, как животное? — возмутился Бориска.

— Всё хорошо, Боря, всё хорошо, — я машинально отправил ему волну любви, и искин дёрнулся. Я тоже не ожидал, что до него дойдёт мой посыл, но сделал вид, что так и было задумано. — Всё уже позади. Злодей мёртв.

— Этот… этот… гад… сбежал, — искин зарыдал в голос.

— Мой отец его поймает, — безапелляционно заявил Галлий и тоже погладил Борю по спине. Выше он не доставал. — Я из этой клетке еле сбежал, сам бы убил лживого дедулю, — его глаза на миг стали чёрными, а потом снова голубыми.

— Как ты сбежал? — в глазах Бори проявился интерес. Видимо, там в пирамиде было хитроумно накручено.

— Я ничего не ел и не пил, — Галлий гордо выпятил грудь.

— Совсем-совсем? — искин в ужасе выпучил глаза.

— Совсем, — Галлий тяжко вздохнул. — Отец учил, что нельзя есть и пить из рук врага. Потом я изобразил голодный обморок, а когда они открыли клетку, сбежал и спрятался в трюме в одном из ящиков. Его перегрузили на другой корабль, так я и выбрался, — Галлий судорожно сглотнул и протянул мне пустую сферу. — Пить хочу.

Я создал воду, и ребёнок жадно присосался к трубочке.

— Хочу в капитанскую рубку! — потребовал маленький Дубхе.

— Тида, — Боря умоляюще посмотрел на голограмму ИИ, — можно я покажу ему капитанскую рубку?

— Кто первый, того и капитанское кресло!

Мальчишки рванули наперегонки по коридору. На лице голографической девушки отпечаталось беспокойство, и она пропала.

Капитан даже не повернулся в их сторону. Он продолжил испытующе смотреть на меня.

— Нет, я тебя не помню, — я улыбнулся, подошёл и крепко обнял старика, запуская регенерацию. Хоть подлечу его чуток. Диагностика показала, что с Арни всё в порядке, разве что возраст и долгое пребывание в космосе сказалось на костях. Я усилил скелет и запустил медленное очищение, оно плавно и незаметно почистит органы старика.

— Есть что поесть, Арни? — я похлопал старика по плечу. Он уже сбросил десяток лет, но пока не знал об этом.

Воздух рядом со мной подёрнулся и появился Один. Отец схватил меня, приподнял, как пушинку, и крепко обнял. Потом отстранился, заглянул в глаза и помрачнел. Что-то не так? Я создал небольшое зеркало — ранее голубая радужка местами окрасилась в чёрный цвет. Ну и что?

У самого Одина глаза были как вращающиеся чёрные дыры. Даже у трёхлетнего мальца временами мелькает тьма.

Отец не проронил ни слова, только крепче сжал мне плечи.

— Па, — от моего обращения Один дёрнулся, — а что связывает Дубхе и Рентген?

— Мы родственники, Дубхе — выходцы из рода Рентген, — отец хмуро разглядывал радужки моих глаз. — Это очень древний род. Самый первый.

— А что означает Лео? — спросил я, но ответить он не успел.

Воздух снова подёрнулся, и рядом с нами появился крайне мрачный тип.

Чёрный скафандр с золотым гербом Дубхе, вороньего цвета волосы до плеч и бездонные, как сама тьма глаза.

— Пираты уничтожены, отец, — он обозначил поклон. — Главе клана удалось сбежать. Следов мальчика не обнаружено, — сухо добавил он.

Иридий. Я в шоке смотрел на чёрную душу. Иридий? Новое воспоминание возникло перед глазами. Мне было лет 15, я пришёл в кабинет брата. Ир выстраивал на доске корабли флота. Увидев меня, он засиял:

— Заходи, Мих, заходи, — на его сосредоточенном лице растянулась предвкушающая улыбка. — Сыграем в космический бой? — его ясные голубые глаза хитро блеснули.

— А смысл? — понуро спросил я. — Я всё время проигрываю.

— Эх, брат, суть не в том, чтобы выигрывать, — он взлохматил ёжик соломенных волос. Ир демонстративно плевал на аристократические нормы — носить длинные волосы, он заявлял, что так ему удобней и плевать, кто, что думает по этому поводу. — Если ты тут, — он ткнул в мою Альфу, — не сдался, то это не проигрыш, а временное отступление.

И мы сыграли, а потом ещё и ещё раз, а затем вдвоём против Одина.

Я стоял на борту яхты, которую сконструировал и построил для меня Ир, и душа разрывалась от боли. Почерневший Иридий. Почувствовав мой взгляд, он мелонхолично оглянулся.

Мёртвые глаза безучастно заглянули мне в душу, и первостихия вспыхнула яростным огнём, не позволяя потонуть в бездонном мраке потухшей души. Там не было жизни, только смерть. Только за сегодня он убил тысячи пиратов. Они заслужили забвение! Почему расплачивается он? Это несправедливо!

Я ронял горькие слёзы, а душа разрывалась от потери любимого брата. Дубхе! Род, который взаимодействует с душами! Как Один допустил такое?! Я с гневом посмотрел на главного хранителя жизни. Отец напрягся, готовый к любым неожиданностям. Ярость обуяла меня. Нет! Так быть не должно! Это не правильно! Я снова обернулся к брату, который стоял, как кукла, и ждал указаний от императора галактики.

«Нет!» — я выплеснул протест взрывной волной во все стороны. Мужчин впечатало в переборки корабля. Арни сполз по стенке и потерял сознание. Дубхе оказались покрепче и были уже на ногах. Иридий вопросительно посмотрел на Одина, тот отрицательно мотнул головой и примеряюще поднял руки, пытаясь меня успокоить.

«Нет!» — перевёрнутая Альфа резко увеличилась в размере. Моя воля повелевает!

«Нет, так нет», — откликнулась первостихия. Она змеёй медленно выползла из груди и потянулась в сторону Иридия. Он, как заворожённый, смотрел на огненную сущность. Она вдруг резко метнулась в сторону брата и вцепилась в его Альфу. Он упал на колени и распахнул рот в немом крике. Его выгнуло дугой, и он рухнул на пол, потеряв сознание.

Между нами образовался канал, по которому в меня бешеным потоком хлынули тяжёлые души. Я вспомнил, как на дне океана они перемалывались в ману. Словно услышав меня, первостихия превратила рот змеи в молотилку. Но это же сверхтяжёлая мана, я помню, как мне было хреново от неё. Я запаниковал.

Первостихия флегматично добавила жару и получившаяся мана стала очищаться на пути. Ко мне поступала чистая первородная стихия, она вливалась в продолжавшуюся разрастаться перевёрнутую Альфу. Образовавшийся между нами канал не мешал двигаться, я подошёл телу брата и запустил сканирование. Пострадала не только душа.

Его Альфа не просто была чёрной, она смердела, как подгнивший труп. От резкого запаха из глаз брызнули слёзы. Я стал вливать первостихию обратно в гнилую букву, наделяя огонь дополнительной силой очищения.

— Папа! Папа! Отстань от моего папы! Ты, монстр! — раздался детский крик и затих.

Даже, когда цвет буквы стал прежним, гнилостный запах остался. Я пришёл в бешенство.

«Нет! Нет гнили в моём брате!» — перевёрнутая буква выплеснула протест, но если в прошлый раз от меня хлынула волна, то в этот раз пространство расширилось и сжалось обратно. Я ощутил силу Одина, которая сгладила эффект.

Я посмотрел на зловонную Альфу Иридия, и она засветилась изнутри. Свет разрастался, очищая заодно и тело. А что, очень эффективное очищение, подумалось мне. А то возишься, кровь почисти, сердце проверь, а тут раз и всё. Живот заурчал, а глаза стали закрываться от моральной усталости. Сама, дальше сама, попросил я первостихию.

«Сама, так сама», — согласилась змея и резко увеличилась в размерах.

Она закрутилась в спираль, обнимая меня и продолжая чавкать. Звук, как ни странно, успокаивал, и я сладко заснул.

Глава 19

Проснулся я в своей каюте, полагаю. Больше всего это было похоже на комфортабельную каюту хозяина яхты. Дремавший в неудобном кресле Один резко всхрапнул. Он заметно осунулся и постарел. И всё из-за меня. Я тихонечко встал, прогнал по телу волну очищения, освежил одежду и подошёл к отцу. Я ласково погладил его по седым волосам. Там, где прошла моя ладонь волосы приобрели соломенный цвет. Рука Одина резко перехватила меня за запястье.

Он встал и, не отпуская меня, шагнул сквозь пространство. Мы оказались на пустынной планете, хоть здесь и светило солнце, но жизни не было, как и атмосферы. Мы стояли в тени какой-то горы, поскольку, на солнце мы бы сразу поджарились. Я запаниковал, но отец меня успокоил:

— Дубхе не требуется воздух, чтобы дышать, — усмехнулся он. — У тебя же теперь тело Изначального.

Я почувствовал себя глупо. Ну да, ну да… Вспомнил, как я в панике возводил воздушный купол в капсуле.

— Где мы? — я постарался прогнать ощущение собственной непроходимой тупости.

Один раскинул руки и медленно обернулся вокруг себя.

— Это, сын, мёртвая галактика, — торжественно провозгласил он.

— Тёмная? — переспросил я.

— Нет, сын. В тёмной галактике темно, — он укоризненно посмотрел на меня, и ощущение тупости тут же вернулось. — Это мёртвая галактика. Ни единой живой планеты в радиусе десятка парсеков, — заявил он.

Он выдержал театральную паузу, а потом медленно проговорил, чеканя каждое слово:

— Это то, что будет с нашей галактикой, если ты завалишь Нулевой переход, сын.

Я попятился назад и нервно улыбнулся. Он же врёт? Но отец стоял на месте и хмуро смотрел на меня. Я зацепился за что-то ногой и больно шлёпнулся на задницу. Я вдруг вспомнил его первую реакцию, когда Эдуард сказал, что я в Нулевом переходе. Он тогда дико разозлился.

— Я что? Идиот? — невольно вырвалось у меня. Ведь только полный дебил бы стал рисковать галактикой.

— О, не-ет, — Дубхе язвительно усмехнулся, — ты самый продуманный мерз, — он осёкся и быстро поправился, — Изначальный, которого я знаю.

Пфф, тоже мне удивил. То, что я был тем ещё мерзавцем, я понял сразу, как только увидел фиолетовокожего альфа.

Я буравил Одина взглядом. Цвет радужки у него, кстати, сменился на светло синий с примесью зелёного, хм, как живая планета. Неужели, моя змеюка, доев Иридия, переметнулась на Одина. Хотелось бы посмотреть, я усмехнулся, представив потешно удирающего от огненной змеи императора галактики.

— Смешно тебе?! — Один подскочил и схватил меня за грудки. — Смешно?! — он с силой швырнул меня на безжизненную поверхность.

Уже не смешно. Второй отец начинает выяснять отношения с битья. Неужели я выгляжу, как тряпка, о которую следует вытирать ноги.

— Тогда объясни, если я знал, что Нулевой переход скорее всего окончится вот этим вот дерьмом, то зачем затеял его? — я, кряхтя, поднялся, но не спешил подходить к отцу. Падать на острые камни мне не понравилось. — Что может быть ценнее жизни целой галактики? — мой голос сочился сарказмом.

— Ты не знал, — понуро признался Один. А вот я не был бы в этом столь уверен. Затворник был продуманным типом, он мог и не знать, но догадываться. Оговорка там, тут брошенная вскользь фраза и он бы сложил два плюс два. Да, зацепка лежит на поверхности. Они всех детей возят к деду Рентгену.

Мог я поставить на кон столько миров? Смотря, что находится на другой чаше весов. Я вспомнил подвал башни в городе Магов и кучу расчетов. Вспомнил и кинжал со сложными переплетениями чисел и то, что Затворник подготовил целый мир для старта Нулевого перехода. Этот ублюдок запросто мог разыграть галактику ради своих целей. Я категорично замотал головой. Да нет, конечно, не мог! Я постарался отогнать от себя мысль, что я сознательно подверг угрозе само существование жизни. В душе неприятно кольнуло. Его бы даже совесть не мучила от гибели стольких миров, совесть бы сдохла вместе с ним. Я невесело усмехнулся.

— И что теперь? — понуро спросил я.

Один, наблюдавший за моими метаниями, устало сел на скалистую поверхность. Я подумал, что так сидеть не комильфо, и рядом с нами тут же образовались два каменных кресла. Я разместился на жесткой сидушке, которая приняла очертания тела и стала подогреваться изнутри. Один хмыкнул и примостился на свободное место. Он покосился на появившееся каменное дерево, которое медленно собиралось из разбросанных повсюду мелких камешков. Ну, а что? Мне показалось, что пейзаж слишком тоскливый. Пусть будет дерево, хотя бы каменное.

— Может скажешь, зачем нужен этот злосчастный Нулевой переход? Может ну его? Всё равно всё идёт наперекосяк, — я попробовал разговорить отца.

— Нулевой переход нельзя бросить на полпути, — отец мрачно смотрел на меня, и под его суровым взглядом мне стало неуютно. — Или ты доходишь до конца, или умираешь окончательной смертью. А в твоём случае ты утащишь за собой целую галактику.

Он отвёл от меня тяжёлый взгляд и посмотрел на дерево. Я внедрил в него парочку плетений, и казалось, что листочки колышет несуществующий ветер. По-моему получилось красиво.

— Четверо моих сыновей погибли, зайдя в Нулевой переход. И двое как раз на четвёртом этапе. Мы даже пробовали облегчённый вариант, и Одиссей смог дойти до восьмого, — он тяжело вздохнул. — Да, я всё понимаю, — он вцепился пальцами в каменные подлокотники, — мы, Дубхе, должны проходить через Нулевой переход, — он в отчаянии стукнул кулаком по креслу, — иначе мы просто исчезнем, как другие изначальные рода, как Рентген, — еле слышно добавил он.

Он замолчал, мрачно глядя на движение ветвей каменного дерева. Так значит, Нулевой переход важен. Стоп! Что? По спине пробежал табун мурашек. Это что значит? Умирая внутри Нулевого перехода, я рискую не очнуться в новой жизни?

— А почему они не смогли закончить Нулевой переход? Что в этом сложного? — я старался, чтобы мой голос не выдал страха. — Ты просто проходишь через цикл воплощений? Так ведь?

Отец повернулся и посмотрел на меня, потом на окружающий пейзаж и решился сказать:

— Каждое воплощение — это испытание, которое ты должен пройти, — шепотом произнёс Один и к чему-то прислушался.

— Какое? — я тоже перешёл на шепот.

— Ты не должен знать какое, — он извиняюще развёл руками. — Это в обычных циклах всё известно. У тебя есть цель и ты к ней стремишься. Но в нулевом в том и суть, что бы проходить цикл жизни, постигая всё с нуля.

Ну ладно, он не может мне сказать, но я же не дурак. Хотя у меня появились определённые сомнения в этом утверждении, и тем не менее. Я уже прошёл три испытания, причём успешно. И Затворник — читер. Значит, он оставил мне подсказки. Миша! Точно, в мир Мати припёрся Миша и сказал, что я должен построить небоскрёб.

Допустим, я продолжил размышлять. Но сказать напрямую, что испытание — это строительство, он не мог. Значит, Башня — это был инструмент для чего-то другого. И хотя я небоскрёб построил, я это сделал совсем не так, как предполагал Затворник. В его понимании я должен был освоить технологии строительства. Хтонь. Получается я прошёл по самому краю? А в Нейре?

Вроде бы логично, что раз я попал на карантинную планету, начал я цепь рассуждений и осёкся. А должен ли я был снимать карантин? Может это была защита от тех же космических пиратов? Вон какую они на меня охоту устроили. Тогда что? Музыка? Неужели музыка? Я даже потряс головой. Да, не может быть! Хтонь-хтонь-хтонь!

А в мире Альфа я вообще ничего не успел сделать! И тем не менее я прошёл дальше. Разве я хоть чего-то там достиг? Меня снова прошибло холодным потом. А на Земле-2? В чём моя задача?

Затворник рассчитывал, что я буду жить под водой и сделаю наследника рода Подводных, а Раковы станут мне всячески помогать. Я даже двоих сделал, с гордостью подумал я. И это чуть не стоило жизни миллионам людей, хтонь. А если всё не то, чем кажется? И тут есть двойное, а то и тройное дно? Вдруг задача в прокачке магии, например? И тогда я молодец. Молодец же?

Отец перестал разглядывать дерево и повернулся ко мне.

— Когда Эдуард сказал, что ты зашёл в Нулевой переход, — отец подался вперёд, — я провёл расследование. Собрал данные по тем жизням, через которые ты прошёл перед обнулением. Порасспрашивал братьев, может ты им что-то рассказывал, — он вздохнул. — Ты говорил, что Изначальные зашли в тупик, — он горько усмехнулся, а значит старый я был недалёк от правды. — Ещё ты говорил, что пройти Нулевой переход до конца способен только маг, потому что магия — это эволюция, а не аномалия. У неодарённого нет шансов, потому что маги и немаги мыслят разными категориями. Скептик против мечтателя.

Один с надеждой посмотрел на меня. Понимаю, в его глазах, я как раз и есть мечтатель, хм. Музыкант Михаэль.

— Глядя на это дерево, я вынужден признать, что ты был прав. Ты — единственный во всей вселенной маг, который способен колдовать в космосе. И зря изначальные так долго чурались магии. Но ты не понимаешь, сын, насколько ценен ген рода Рентген, чтобы рисковать им в Нулевом переходе. — Один поник и схватился за голову. — Надо было тебе раньше всё рассказать! Мы бы подготовили для перехода другого мага!

— Ну так сейчас объясни! И не так, как обычно недоговорками, а по-нормальному! Чтобы я понял! Я ещё жив, галактика цела, — я попытался подобрать хоть какой-то аргумент, — ещё не всё потеряно!

— Как ты думаешь? Сколько тебе лет? — вдруг спросил он после недолгого молчания.

— Вжик говорил, что мне скорее всего порядка 25-ти тысяч лет, — я неопределённо пожал плечами, очень хотелось есть, а ещё пить. Не могли мы сначала перекусить на корабле, а потом вот это вот всё в воспитательных целях?

— Я считаю, что тебе сейчас 150 тысяч лет субъективного времени, — Один покивал каким-то своим мыслям. — Ты унаследовал ген Рентгена, а он раньше этого времени не может активироваться. Ты же о нём ничего не знаешь?

Я пожал плечами. Глупый вопрос, я же стёр себе память.

— Что не так с этим геном? Вроде как я — зажигающий звёзды? Я помню у дедушки ферму по выращиванию звёзд, — я тепло улыбнулся, вспомнив смешного старика.

— Ты себе представляешь, сколько нужно силы, чтобы зажечь звезду? — отец протёр рукой по лицу и на нём отпечаталась пыль. Я повесил между нами небольшую сферу, чтобы в ней собиралась вода.

— Да ладно, — я нервно хохотнул, — там, наверняка, механизм какой-то хитрый. Тут смешать реагенты, там плюнуть, топнуть, сказать волшебное слово и вуаля — звезда.

— Нет, — серьёзно заявил Один и ткнул мне в грудь, — Альфа. Твой тщательно распланированный Нулевой переход рассчитан на силу Изначального Дубхе, а в твоём переходе раскручивается сила Рентгена. Она боо-ольше, Мих, она значительно бо-ольше, чем ты себе представляешь. И ты, — он обвиняюще ткнул в меня пальцем, — её не контролируешь. Совсем!

Я вскочил на ноги и навис над отцом.

— Ты же сам сказал, что я не знал, — я зачастил, вот это прям обидно было. — Сколько? 25 тысяч лет? И когда ты собирался мне рассказать? Или не собирался вовсе?

Один тоже встал и сложил руки на груди.

— Вот именно! По праземному времени тебе где-то 25 тысяч. Кто ж знал, что ты зависаешь в быстрых мирах? Мало родиться с нужным геном, его ещё и активировать трудно. А раньше 150 тысяч лет это не происходит, — он хмуро посмотрел на меня. — Ближе к сроку мы бы тебя отправили к дедушке.

Я с возмущением зашагал по кругу. Грунт вокруг дерева стал гладким, удобным для ходьбы. Блеск! Он вообще не чувствует себя виноватым! Я зло посмотрел на отца, и тот закрылся щитом. Трус!

— Он мог вообще не активироваться, — стоял на своём Один. — Но твой Нулевой переход предоставил ему площадку, для развития. Ничего странного не происходило в первом мире, сразу после того, как ты пришёл в себя?

Я задумался. Если б я знал, что считать странным.

— Первостихия? — я вопросительно посмотрел на отца. Тот плюхнулся в жёсткое кресло и схватился за голову.

— Уже тогда? Ты четыре фазы ходил, как мина замедленного действия? И рвануть могло в любую минуту? — он с ужасом посмотрел на меня.

— Да, объясни ты нормально! — я психанул и прикрикнул на отца.

Один хаотично ходил туда-сюда и размахивал руками, молча разговаривая сам с собой.

— Значит так, Мих. Останешься здесь, пока не научишься контролировать себя, — он шагнул и пропал, оставив меня одного.

Я с минуту пялился в пустое пространство. Тьма его забери! Он что?! Бросил меня одного на безжизненной планете? А я ещё жаловался, что Раков — плохой отец.

Первые пару часов я тупо сидел и ждал, что он вернётся. В голове не укладывалось, просто не укладывалось. Один на всю галактику, тьма её забери! Без еды, без воды. Совсем! Совсем один! Я отказывался верить, что он меня бросил. Вот сейчас он вернётся, и мы всё решим. Да! Дам ему ещё пять минуточек или десять.

Как он мог?! Меня захлестнула ярость. Убью гада! Гора, в тени которой я скрывался от палящего солнца, оказалась вулканом, которому приспичило извергнуться. Я собрал себе летающий каменный дом, и набросил на стены климат-контроль. В пустой каменной коробке было уютно, но дом не хотел взлетать. Хтонь! Конечно, плетения воздуха не работают, атмосферы же нет! Ладно, пусть будет антигравитация, трёх метров от поверхности будет достаточно.

Дерево жалко. Вулкан разошёлся не на шутку. Я выдрал кусок поверхности планеты вместе с деревом, и всё переделал. Теперь у меня были и дом, и дерево. Остался сын, я нервно хохотнул. Будет два, но не в этой галактике. Зато они будут жить и я их не прибью, когда не переживу очередного перехода.

Я сделал каменный шезлонг и навес. Красиво огненные каменюги вылетают из жерла вулкана и падают на землю. Зрелищно. Цепляясь силовыми жгутами за поверхность, я стал отдаляться. А то прибьёт ещё меня раньше времени, последнего из Рентген. Я громко и истерично расхохотался. Меня же теперь и прибить можно здесь, уха-ха. Мёртвую галактику невозможно убить дважды, уха-ха. Я смахнул горькие слёзы и огляделся.

Он что? Надеется, что я займусь терраформированием?

Я создал на земле голову Одина и принялся кидаться в неё камнями. Мне показалось этого мало, и лицо родителя стало корчиться от боли при каждом попадании.

Я проверил сферу. Вода в ней набралась, и я её жадно выпил. Спать на жёстком не хотелось, хотя я уже устал. Нужна органика, а где ж её взять без воды. Может в этой звёздной системе есть вода в замороженном виде? На каких-нибудь астероидах? Мне бы парочку… десятков? Сотен?

Гад! Скотина! Вдалеке взорвался ещё один вулкан. Чёрный столб пепла взмыл высоко в небо. Это он закроет солнце и будет прохладней. Или наоборот будет нереально холодно?

Мне стало одиноко и в груди шевельнулась первостихия. Только она у меня и осталась. Я мысленно погладил её и попросил воплотиться. Появилась флегматичная змея, покрутила головой и полезла на каменное дерево. Ну да, ну да… а куда ж ещё?

Хтонь! Меня снова охватила ярость, как он мог?! Где-то вдалеке громыхнуло. В небо взметнулся новый столб пламени с набалдашником в виде гриба.

Он не вернётся. Может у моих сыновей проявится ген Рентгена, и тогда не вернётся совсем. Я с тоской посмотрел в небо.

Ну, ладно. Отец сказал, что я должен научиться контролировать себя. Я снова истерично расхохотался и кинул Одину в глаз булыжник. Жаль, что фингал нельзя нарисовать. Камень вокруг глаза почернел. Шикарно! А кровоподтёк? Убил бы гада! Развлекающая меня голова разлетелась на мелкие осколки. Я вовремя закрылся щитом.

Снова накатило отчаяние. Нужна атмосфера и вода. Вулкан выпускает газы и через миллиарды лет они, может быть, станут пригодны для жизни. Я надрывно расхохотался. Уха-ха!

Змея подползла и вопросительно уставилась на меня.

— Я — идиот, — поделился я горем с первосущностью, — я запечатал все знания и нырнул в Нулевой переход. Разве умный человек так сделает?

Змея обвила меня и завибрировала. Спасибо. Солнце клонилось к унылому горизонту и резко похолодало. Да, спать внутри змеи — отличная идея. Будешь Софой. Или Евой? А что? Адам и Ева. Через пару десятков тысяч лет она повзрослеет и сможет оборачиваться девушкой. Сделаем кучу злобных рентгенчиков, и заселим новую землю. Я сладко зевнул и с горя уснул. А ночью в меня врезался метеорит.

Глава 20

Зевая и потягиваясь, я вышел из каменного жилища и не узнал окружающий пейзаж. Вместо серых острых камней вокруг лежали глыбы льда. Это хорошо, что я защитный купол установил, от пепла. Но и от метеоритов он меня спас. Мне ж нельзя погибать, я горько усмехнулся. Именно поэтому Один оставил меня одного на безжизненной планете, козёл.

Я посмотрел наверх, надо бы подняться повыше. Я отрегулировал остров по высоте и завис в двадцати метрах над ледяным крошевом.

Ну да, ну да… Оба вулкана извергались в белой пустыни. Заказывали астероиды? Получите и распишетесь. Сколько я там подумал, мне нужно астероидов со льдом? Несколько сотен?

Это ещё хорошо, что они падали ночью. Так хоть часть льда сохранится. Я смотрел, как под воздействием солнца лёд быстро тает, а такие нужные и ценные капли воды улетучиваются обратно в космос. Я создал метрах в ста от земле большую плёнку. Часть капель это удержит, у меня будет запас. Будет капать обратно, мда.

С неба рухнул ещё один метеорит неподалёку, у меня дёрнулся глаз. Ну, я же размер не оговаривал. Сотня таких вот обломков точно наполнят океан. Не-не, всё хорошо, тут же успокоил я себя. Много не мало. Вода — это хорошо. Я создал сферу с водой. Она собралась моментально, и я отпил из трубочки. Прохладная. Ещё бы поесть. Живот согласно заурчал.

Вряд ли в меня прилетит астероид с органикой, я задумался. А если не астероид? И не с органикой? А сразу магазин с продуктами? Я истерично загоготал. Кажется, я схожу с ума. Софа пофигистично зевнула и улеглась на лёд. Он зашипел, и вверх поднялось облако пара. Что там надо, чтобы газ не улетучивался с планеты?

С притяжением всё в норме, вращение тоже есть. Магнитное поле? В руке появился компас, я посмотрел на стрелку. Она двигалась. Я облегчённо выдохнул, поле есть. Так на чём я остановился? Я сел на край острова и свесил ноги вниз. Рядом рухнул ещё один метеорит, поменьше.

Магазин — это хорошо, но непрактично. Все прилетевшие продукты тут же испортятся под воздействием стоградусной жары. Хм, я приуныл. Звёзды им зажигать силой воли? А как же прогресс? Налаживание системы?

Вот, например, в мире Мати, они всё так и делали голой силой. У них там этой маны было до фига и больше. А поэтому что? А то, что применить технологию возможно и в рождении новой звезды, я назидательно поднял палец вверх. Просто мне знаний не хватает.

Я вспомнил, что Один умеет создавать складки пространства. А что если и мне не заниматься терроформированием с чистого листа, а притянуть на эту планету кусочки из готовых миров. Сотни! Тысячи разных магазинов с готовыми товарами! Куча органики! А если взять охват, то там же будет и воздух, который сформирует атмосферу. Да! Я вскочил на ноги и хаотично заходил по небольшому острову. Змея флегматично зевнула.

Новая идея меня захватила. По сути что делает Один, когда распараллеливает миры? Создаёт копию. Вот и я могу сделать копию. Но весь мир я не потяну, тем более из другой галактики, а вот по кусочкам. Так-так-так. Да! Понадкусывать из разных миров по чуть-чуть. Тут лесок, там речку, а здесь часть города. Как в компьютере, скопировал и вставил. Вместе с воздухом и водой и готовой инфраструктурой! Отличная идея! Только надо всё хорошенько обдумать.

Я плюхнулся в каменный шезлонг и проследил взглядом за новым метеоритом. Усилил защиту острова. Дополнительно прикрутил отталкивание от приближающихся объектов. Теперь по мне точно не попадут. На чём я остановился? Я вернулся к размышлениям.

Ну, вот прилетел кусок из чужого мира. Я постарался представить в красках. Да-да, он же будет вырван из системы, значит, тут все провода, трубы и что там ещё, будут оборваны? Ничего из этого здесь работать не будет. Я озадаченно почесал затылок. И что? Всё ж испортится. Да даже, если я на что-то успею купол сохранности набросить, у продуктов есть срок годности.

Я снова встал и принялся нервно выхаживать по острову. Нее, я всё понимаю, я тут один, мне много не надо, но всё же? Ресурс не должен быть конечным, он должен быть неисчерпаем. А что для этого нужно? Точно! Нужно копирование поставить на поток! Ну, а чё? Намного практичней, если один и тот же посёлок с огородом будет прилетать каждую неделю, я как раз помидорчики подъесть успею. Не надо будет осваивать новую территорию заново, всё и так будет известно.

Идея зашла, и я снова уселся в шезлонг, создал сферу с водой и затянулся через трубочку. Дааа, это хорошо! Тогда нужно, чтобы они копировались в разное время. Да! И с разной периодичностью. А то ж я так и буду перебегать из одной зоны в другую, а мне надо где-то базу благоустроить. Живот громко заурчал.

Козёл! Где-то вдалеке отозвался новый вулкан. Сволочь!

Надо на всю планету это растягивать, чтобы образовалась замкнутая биосистема. Искусственный интеллект создам, который будет отлаживать систему. Зарою его где-нибудь глубоко, чтобы туда копирование не доходило, пусть сидит, бдит, регулирует жизнеспособность системы, хм. Да, тут без точных расчетов не обойтись. Океан, наверное, надо делать побольше, сушу поменьше. Так биосистема будет стабильней.

Помидорчики, как же захотелось помидорчиков с лучком и огурчиками.

— СУКА!!! — заорал я во всё горло. Но тут не было воздуха, а без него крик не разнёсся по округе. Я так и остался со своим горем один на один.

Ждать — для слабаков, решил я. Смогу убрать косяки в процессе, хм, копирования.

Что делать я не знал, но посчитал, что и так сойдёт. У меня есть Альфа и тёмная зона с кучей знаний. Да! Живот триумфально заурчал.

Я сел на острове, но сидеть было жёстко и я лёг. И так было неудобно, хтонь. Тогда я сделал под собой огненную прослойку и придал ей свойства мягкости. Ну вот, совсем другое дело. Выпускаем Альфу.

Хто-о-онь. Я проследил взглядом за огненной буквой, конец которой скрылся где-то в районе горизонта. Не знал, что она у меня такая большая. Огромная. Гигантская. И вся! Вся окутана первостихией. Я бросил взгляд на скромно лежащую на дереве змею.

Как же хорошо! Как будто груз сразу сбросил, даже дышать легче стало. Ах, да, я ж не дышу. Козёл! Ближайший вулкан, выплеснул новый поток лавы. Спокойствие, Ваня, только спокойствие. Ты же не хочешь всё испортить? Помни о помидорках. Красненьких, сочных, их когда надкусываешь, сок стекает по подбородку, мм. Я чуть не захлебнулся слюной. К делу!

Формулируем идею. Земля с её мультиверсиумом подойдёт идеально. Вот от каждой версии и копируем по кусочку и сюда переносим. Никто на планете и не заметит, если скопировать немного по-тихому. Особенно, если не трогать магические планеты. Мана из разных миров, это ж та ещё муть получится. И в продвинутых мирах душа планеты обязательно заметит, что я ворую у неё ману. Всё равно при копировании какой-то контакт неизбежен.

Здесь, на этой планете всё это нужно состыковать, и без вычислительного искусственного интеллекта не обойтись. Ад, назову его Адом. Сокращённое от Адама. Океан тоже копируем и атмосферу. А искин будет собирать кусочки в замкнутую экосистему.

Я закрыл глаза и погрузился в глубокий транс, ощущая этот мёртвый мир, планету, и то, что должно получиться. Гигантская альфа запульсировала, вулканы успокоились, а я заснул.

Разбудила меня Софа. Она тёрлась хвостом о мою щёку, я открыл глаза, и она вопросительно уставилась на меня. А что? Я посмотрел вниз.

Подо мной горел лес. В смысле догорал, и то не весь. Воздух быстро улетучился, а без кислорода какое горение? Я посмотрел направо, хтонь. Обгоревший торговый центр, да он даже не горел, а плавился под палящим солнцем. Сколько сейчас? Солнце уже встало, значит сто градусов уже есть. Я быстро набросил на него купол сохранности и поспешил за покупками.

Ну, как поспешил? Аккуратно подлетел на острове, спускаться вниз я опасался. Залетел под купол, добавил климат-контроль. Жаль, воздух успел улетучиться. К моему ужасу здесь были люди. Ну да, ну да… в понятие «органика» они входят. Люди задохнулись то ли от дыма, то ли от отсутствия воздуха. Верхние этажи были непригодны для мародёрки, да там и не было ничего. Развлекательный центр и фаст-фуд.

Этажом ниже была одежда, но тут так воняло гарью, что пользоваться ею было невозможно. Зато, как строительный материал пойдёт. Я собственно сразу облагородил своё каменное жилище, и первым создал матрац и деревянный пол. Даже занавески на окнах изобразил с цветочками. И запасся хлопком, переработав и сложив его в рулоны в отдельной комнате, уж очень я намаялся от всего жёсткого. Сделал себе стеклянные окна и деревянные двери. Нормальный туалет. Дом стал выглядеть почти обычно. По крайней мере изнутри.

На минус первом этаже нашёлся большой продуктовый магазин и ещё живые люди. В помещениях внизу сохранился воздух. Покупатели и продавцы не подозревали, что снаружи что-то случилось. Это меня так потрясло, что я ничего им не сказал.

Нее, ну, а что я им скажу? Извините, но я случайно скопировал вас на мёртвую планету? И жить вам осталось, хтонь. Может их тут запечатать? Пока биосистема не сформируется? Не выйдет. Слишком долго ждать. Воздуха не хватит. Заглушив совесть чувством голода, я набросился на еду. Съел ещё тёплый батон хлеба и запил его молоком. Потом нашёл помидорки, лук и огурцы. Покупатели обходили меня стороной. О! Можно же одежду починить! А то, когда родитель швырял меня об камни, она подпортилась.

Я набрал две тележки натуральных продуктов и собирался уходить, когда был остановлен бдительным охранником. Я ж не заплатил. Я достал из кармана слиток золота и отдал его ошарашенному мужику. Пока он пересчитывал в уме прибыль, я смылся. Надо было сразу скрыт на себя накинуть, идиот. Нет, определённо, вместе с памятью я стёр себе мозги.

Расположившись на краю острова и свесив ноги вниз, я ел всё подряд. Фрукты, выпечку, орехи. Я так обожрался, что отвалился на спину, соорудив под собой мягкую подстилку. Ляпота! Я даже не стал ускорять пищеварение, переполненный желудок сладко грел душу. Настроение улучшилось, и я вздремнул тут же.

В следующий раз Софа меня растолкала, когда прилетел ещё один кусок с другой планеты. Он аккуратненько пристроился впритык к торговому центру, и я тут же создал большую сферу, чтобы удержать воздух и не допустить пожаров из-за палящего солнце. Внедрил туда климат-контроль.

Теперь посетители первого торгового центра ещё поживут. Сыто рыгнув и набросив скрыт, я пошёл за покупками. Мясо хочу. По пути мне попался ресторан. Я вовремя вспомнил об отсутствии денег и заглянул в сберкассу. Набив карманы разными купюрами, я зашел в ресторан, уселся и сбросил скрыт.

— Извините, но мы не работаем, — сообщила мне вежливая официантка. — Газа нет и электричества, — извиняюще добавила она, — и телефон не ловит.

Я чуть не хлопнул себя по лбу. Поесть он захотел. Ха!

— Давайте я посмотрю, что с газом? — я встал и отправился на кухню. Ну, а что? Намагичу что-нибудь, зато поем нормально.

Как только я заглянул на кухню и увидел повара, то развернулся и вышел. Нее, я, конечно, оголодал, но не до такой же степени. Грязь и антисанитария.

Придётся всё делать самому, я тяжко вздохнул и отправился в продуктовый магазин, который тоже оказался на минус первом, и даже назывался так же — «Перекрёсток». Интересные у них перекрёстки, подземные, хм.

На этот раз я отоваривался под скрытом. Зашёл в морозилку и отобрал себе мясо и рыбу, на все сразу набрасывал купол сохранности.

Хорошо бы обзавестись слугой, чтобы помогал затовариваться, хтонь.

После сытного и более-менее полноценного обеда я сидел на краю острова и присматривался к людям. Есть тут адекватные на роль помощника? Когда в меня начали тыкать пальцем, я вспомнил про то, что не спрятал остров. Хтонь.

Я набросил невидимость, и люди потеряли меня из виду. Похоже, они решили, что я знаю больше. Вместе с торговым центром скопировался жилой квартал девятиэтажных панельных домов. После первого шока люди налетели на магазины и похватали, кто что смог унести. Интересно, а на сколько им хватит воздуха? Я было начал прикидывать объём сферы, но потом плюнул на расчёты. Похоже они поубивают друг друга раньше.

Люди стали объединяться в группы. И самая агрессивная обзавелась оружием и забрала себе несколько магазинов вместе с заложниками.

Любопытные решили узнать, что находится за пределами купола. Купол-то они видели и безжизненное пространство за ним тоже. Через него можно было выйти, он только воздух удерживал. Доброволец сгорел под лучами палящего солнца, не успев и шагу сделать назад. Зато его труп свалился внутрь купола, и какая-то добрая женщина вытолкала его наружу.

Через день рядом присоединился кусок леса с озером. Я тут же накрыл это сокровище большой сферой и спрыгнул вниз. Я лежал на душистой траве и представлял, что нахожусь в нормальном мире, я даже задремал.

Кто-то ткнул меня палкой в живот, и я резко сел. Какой-то мужик с бородой лопатой направил на меня охотничье ружьё. Я быстро накинул защиту, хтонь. Вот будет глупо помереть от пули в голове. Не похож на охотника. Крестьянская одежда, лапти. Хтонь?

— Ты кто? — спросил мужик.

— Ваня я, — мне всё ещё было 16 лет. — А вы? — я покосился на ружьё. — На кого охотитесь?

— Михалыч я, — ответил мужик. — Лиса повадилась кур воровать. Ты чей? — он посмотрел на мои простые штаны и рубаху, потом на кроссовки. — Обувка у тебя чудная.

Да, штаны-то хорошо вписались в его наряд, а кроссовки. Я подключился к Альфе и подкорректировал, чтобы миры были более-менее похожи по развитию. Этот селянин явно на сто если не двести лет отстал от тех, кто был в торговом центре.

— Я шёл, шёл и заблудился. Бабуля послала за молоком, и заснул тут, а тут вы в меня ружьём, больно, — я состроил жалостливую мину.

— Идём, выведу тебя на дорогу, — он подал мне руку и помог встать. Крепкий мужик, поднял меня, как пушинку.

Мы вышли на утоптанную тропинку и упёрлись в купол. Дед озадаченно почесал затылок. Он вытолкал наружу ствол, и тот задымился от нагрева. Дед быстро убрал его обратно.

Внезапно из-под земли стал подниматься туман. Он становился гуще и гуще, я накрыл всю площадь сохранным куполом. Догадался, что это новый кусок мира копируется.

Мы оказались на берегу широкой реки, которая быстро мелела. Ну да, ну да… течь то ей куда? Минут через 15 вода ушла и на дне русла остались стоять два сухогруза. На судах понятное дело была паника.

— Деда, а деда, — я потянул Михалыча за рукав, — а ты где живёшь?

— Так вот там и жил, — он ткнул ружьём за реку.

На корабле подумали, что он в них целится, и пальнули чем-то в нашу сторону. Старик повалил меня на землю и прикрыл собой, а потом оттащил в ближайшие кусты.

— А где мы? — спросил я.

— Умерли мы Ванюша, умерли. На том свете мы, будем теперь здесь обживаться как-то, — он пригнул мою голову, чтобы я не высовывался.

Старик повёл меня вдоль купола. Он сказал, что раз там возникла новая территория, то и здесь она должна появиться. Мы расположились на стыке. Ему хотелось посмотреть, новая земля появится с рекой или нет.

— А что это меняет? — полюбопытствовал я.

— Не знаю, но скоро мы это узнаем.

Через два часа Михалыч сдался и повёл меня дальше. И точно, там скопировался забавный посёлок с однотипными домиками. Но поскольку меня не было рядом, воздух улетучился. Посёлок сгорел или скорее сжарился на солнце. Старик даже отшатнулся от края купола.

Я растянул восприятие и наделал побольше куполов. Не хотелось бы терять ценные ресурсы. Вскоре мы дошли до следующего участка стыковки. Купол я уже расширил и под него попал реальный грунт мёртвой планеты.

Михалыч потрогал его сначала ружьём, потом носком, а потом зачерпнул горсть земли.

— Ванюша, смотри, что это?

Я ткнул пальцем в какое-то семечко. Чё, правда, семечко? От моего прикосновения капсула лопнула и в воздух поднялась пыль. Я быстро скользнул в транс и опустился на микроуровень. Споры какого-то грибка. Хтонь! Так на этой планете есть жизнь!

Глава 21

Грибок — это прекрасно! Запускать биосистему будет проще. Я скользнул в транс и понаблюдал, как взаимодействует грибок с телом. Да никак! Он сдох. Ну и ладненько, значит, перерабатывает гнилую органику. Как продукты начнут портиться, будет ему раздолье.

— Ваня, нам надо найти укрытие на ночь, а ещё где-то раздобыть еды и воды. Посмертие посмертием, а кушать хочется, — заявил Михалыч.

В результате мы обогнули лесок по кругу и вышли к тем самым двум торговым центрам. Гулять среди живых растений было истинным наслаждением, я постоянно улыбался. Я тут же обратился к гигантской Альфе, чтобы таких вот природных вставок было побольше.

Как я и думал, для Михалыча уродливый квартал с 9-ти этажными домами показался вершиной прогресса. Он восхищался компактным расселением умерших, но я не слушал. Люди вели себя странно.

По воспоминаниям начитанного Ванюши они походили на зомби. Так же стояли и тупили, раскачиваясь из стороны в сторону. Часть была без штанов, похоже мозгов, чтобы их снять и справить нужду у них не было. Вот портки и сваливались сами под тяжестью обстоятельств. А вот в картину посмертного мира Михалыча ходячие трупы, как он их обозвал, очень даже вписывались. В его времена книжек про зомби ещё не было. Рассуждения селянина переключились в сторону того, кто какое посмертие себе заслужил, то и получил. Вот он жил праведно, как и не успевший нагрешить Ванюша.

Я резко потянул мужика за дом, а то зомби стали водить носом и урчать совсем как живот, который требует, чтобы его покормили.

— Михалыч, тут это, — я помялся. — В общем, у меня есть укрытие и еда.

Мужик недоверчиво посмотрел на меня. Не верит. Я вздохнул и положил ему руку на плечо.

— Вверх посмотри, — я кивнул в направлении острова. Теперь он сможет видеть скрытый летающий остров.

Крестьянин замер, распахнув рот, а изо рта у него начала капать слюна. Да и взгляд потупел. Что это с ним? Я скользнул в транс.

Я проверял взаимодействие грибка с телом Изначального, а как быть с обычным человеком?

Тьма его забери! Грибок закапсулировался на затылке Михалыча, и оттуда тонкими нитями оплёл мозг. Я подхватил мужика и вместе с ним запрыгнул на остров. Тот даже не отреагировал, только посмотрел на меня голодным взглядом и заурчал.

Я набросил на него паралич и уложил на каменную дорожку перед домом. Как выдернуть из мозга этого паразита? Там настолько плотное переплетение! Да, что я заморачиваюсь? Я создал из нейтральной маны тонкую трубочку и устроил переливание крови, прям в вену на шее Михалыча. От соприкосновения с моей кровью гриб подох. Только вот мёртвая ткань паразита так и осталась вплетена в мозг. Почистить бы. Я влил в бедолагу пол литра крови, а потом запустил регенерацию и очищение.

Софа, до этого лежавшая на дереве, вдруг куда-то резко рванула с острова вниз. Я проследил за ней взглядом. Она вбуравилась в землю под нами. Вернулась минут через десять и предъявила мне яйцо.

Надо же, тут кроме простейших есть и сложная жизнь. По ощущениям этому яйцу миллионы лет. Первостихия вопросительно посмотрела на меня.

— Ну, хочешь, оживи, — я безразлично пожал плечами. Почему бы и нет. Многообразие жизни всегда хорошо.

Софа обвила яйцо хвостом и поползла к свободному участку скальной породы около каменного дома. Она сделала в почве углубление и уставилась на меня. Воды? Наполнил прудик водой. Довольная первостихия занялась высиживанием, полагаю.

Оставив Михалыча в радужном коконе, я занялся модернизацией дома. Нужна нормальная кухня, не завязанная на магию. Маны в этом мире нет и быть не может. Нет жизни, нет маны. Возможно, если биосистема собранного из кусочков мира войдёт в автономный режим, можно будет повторить эксперимент уже с магическими мирами. А что? Целая мёртвая галактика в моём полном распоряжении, козёл. Если так поискать, может ещё где на планетах жизнь найдется. Я отправил первостихии образ, чтобы она и другие яйца оживила. Для размножения как минимум нужны двое.

Кухонное оборудование я подключил к солнечным батареям, которыми облицевал дом снаружи. В подвал загнал трансформатор с накопителем электроэнергии. Вдруг Михалыч захочет подключить что-то из скопированной электроники. В стены продуктового склада, однако, я внедрил плетения сохранности. А как быть с водой? Чтобы без магии?

Остановился на небольшой насосной станции. Под домом соорудил металлическую ёмкость, в которую можно накачивать воду. Пока наполнил резервуар магически.

Домик получился небольшим. Навороченная кухня, кладовая с рулонами хлопка, погреб и холодильная камера. Просторная гостиная и три комнаты. Вдруг Ева попадётся. Только надо сразу хватать и вливать свою кровь, не ждать, пока грибок в мозг заползёт.

Когда всё закончил, вернулся и уселся на краю острова, свесив ноги. Рядом разложил готовую еду. Я уже перешёл на нормальное питание. Большая миска с салатом из помидоров и огурцов, горшок с кашей с мясом и батон горячего хлеба. Близость торговых центров позволяла легко создавать любые предметы: посуду, столовые приборы и прочие мелочи.

Ел и наблюдал за поведением заражённых. Резвые поедали тупых, хтонь. Всё как в жизни.

Я уже спасал одну планету от вируса. Но этот паразит — это нечто. Он же в мозг лезет и управляет поведением.

Да и стоит ли его уничтожать? Это я тут чужак, со своим копированием влез, а гриб тут хозяин, он дома. Может мир вымер из-за того, что он всё съел? Я уже посмотрел, этих спор тут, как грязи. Хотя это не объясняет отсутствие воды на планете. Вот Софа вырастит местного жителя, посмотрим, как они вместе с грибом жили. Может у него иммунитет?

Хотя, конечно, я обеспечил паразиту систему бесперебойного питания, постоянно будет прилетать новая кровь. Теперь он точно не вымрет.

Мне вдруг подумалось, что мир собирается слишком медленно, надо ускорить процесс. Океан копировать массово, там же наверняка часть воды впитается в сухую почву. Нет океана, нет дождей, а мне нужен круговорот воды в природе. Да и копирование суши неплохо бы ускорить. Я сосредоточился на Альфе и подкорректировал программу.

Вылеченный крестьянин зашевелился, и кокон схлопнулся. Он сел, повёл носом и нацелился на кашу. Взгляд у него при этом был дикий. Неужели, я не весь грибок истребил? Мужик тем временем подполз на четвереньках к котелку и схватился за черпак. Ел он жадно, не особо пережёвывая. Когда еда на поляне закончилась, уставился на меня.

— В доме есть еда, — я показал на дверь. Жаль, что-то в нём явно сломалось. Неадекват. Грибок успел как-то повредить структуру мозга, жаль.

Михалыч кинулся в дом, а я решил переместить остров в другое место. Хочу свежий кусок мира без заражённых. Нужно запастись продуктами, если бедолага продолжит есть в таких объёмах, то мне понадобится помощник, чтобы его прокормить, ха-ха.

Жалко, конечно, что всё пошло наперекосяк. Идея-то была неплохая. Только вот сначала начали прилетать копии людей, а потом оказалось, что мёртвый мир не то чтобы мёртв.

Передвигался я с помощью силовых захватов с нитями. Выбрасывал силовой жгут вперёд и постепенно сматывал его. Остров двигался по ломанной кривой. В воздухе его держала антигравитация, на плетения воздуха я не рискнул переходить. Атмосферы не было, воздух удерживали мои купола там, где я их ставил. Пока летел, разглядывал окружающий пейзаж.

Интересно, что какую-то состыковку мой искин всё-таки делал. Дорога, если шла в одном куске мира, то потом продолжалась в другом. Правда, грунтовка могла превратиться в асфальт, а шоссе в магистраль. Тоже самое было с руслами рек.

Сейчас, когда замкнутой системы ещё не было, и вода из рек вытекала в никуда, было хорошо видно места стыковки. Цвету грунта отличался, да и уровень воды тоже.

С мостами было ещё хуже. Они мало того, что не совпадали по высоте и ширине, так ещё и по материалу и смыслу различались. Деревянный мост пешеходный с одной стороны и бетонный навислой с другой. Ну, а что я ожидал? Я же не конкретизировал. Впрочем я решил этот момент не менять. Прикольно же получилось, лоскутный мир.

Я проплывал над каким-то посёлком, где одни твари жрали других. То, что у них присутствует инстинкт питания — понятно, но как они размножаются? Не зря же грибок облюбовал себе мозг? Я обратил внимание, что особо разожравшиеся особи отличались умом и сообразительностью. Они и двигались быстрее. А ещё у них менялись тела. Это не просто контроль грибка над телом, всё гораздо сложнее.

Вернулся Михалыч с пакетом сока и сел рядом. Я посмотрел на вскрытую ножом упаковку. Я только сейчас подумал, что кухня получилась слишком навороченная для его времени. Вряд ли он смог разобраться со всем оборудованием. Хотя, хитрое ли дело — открыть холодильник. Но вопросы ко мне у него, наверняка, появились. Или нет? Он же видел все эти высокие дома, может внутри них всё так же обставлено.

Спасённый мужчина понаблюдал некоторое время за тем, как я выбрасываю вперёд руку, и остров начинает двигаться в том же направлении. Вскидываю другую, и остров меняет курс.

Затем Михалыч посмотрел вниз. Мы пролетали над деревней. На улице никого не было, заражённые хозяйничали в сараях. Жалобно мычали коровы, в ужасе визжали свиньи. На одном из деревьев истерично орал кот. Я подцепил его силовым жгутом и пересадил на остров. Кот оглядел нас очумелым взглядом и забрался на каменное дерево.

Мужчина залпом допил сок и подошёл к дереву. Ветки покачивались. Он потрогал каменные листочки с металлическими прожилками. Бедолага развернулся к пруду, где лежала Софа с яйцом. А размером огненная змея была с приличного питона. Михалыч подошёл, лёг перед водоёмом и стал жадно пить. А что у меня с водой на кухне? Я вроде всё подключил. Не разобрался крестьянин, как кран открывать, хм. Он так аппетитно пил, что я создал себе сферу с водой и зацедил из трубочки.

Наконец, мужчина сел неподалёку, косясь на висящий в воздухе шар с водой и торчащую из него соломинку. Я-то сидел на мягкой сидушке, а он на отполированном камне.

— Ты кто? — хриплым голосом спросил он.

— Ваня.

Помолчали.

— А я кто? — мужик задал правильный вопрос, я даже обернулся, чтобы внимательно посмотреть на него.

Немного помолодел, схуднул, но взгляд, хтонь, как у дикого зверя. Хищник.

— Ты, Михалыч, копия другого Михалыча, который остался в твоём мире, — выдал я, отслеживая реакцию.

Крестьянин сглотнул и заключил:

— Тогда я не Михалыч.

Я кивнул. Может и не всё для него потеряно, соображает.

— Будешь Царь, — заявил я.

— Почему Царь? — неподдельно удивился мужик, а потом пожаловался: — Голова дико болит и сухость постоянная во рту достала уже, — он жадно посмотрел на мою сферу, и я сделал ему такую же, только добавил плетение автонаполнения.

— Змея у меня есть, Адам тоже, на Еву ты не похож. Поэтому Царь, — объяснил я и остановил остров. Мы достигли края воздушной сферы.

Граница купола сохранности проходила по редколесью. Лес по ту сторону не сгорел. Он был ни жив ни мёртв, и весь какой-то чёрный. Перед тем, как перейти в безвоздушную среду, я создал вокруг летающего острова воздушную сферу побольше.

Кусок с лесом был большим, уже стемнело, а мы всё не достигли границы с пустыми землями. Наконец, я увидел серый камень мертвой планеты. Я накрыл огромный участок безжизненного пространства куполом сохранности.

Не нравилось мне, что без моего купола копирование идёт коряво. Я же не могу накрыть всю планету сферой.

Я встал и подошёл к Михалычу, в смысле к Царю, который в испуге попятился.

— Дай, подлечу тебе голову, — я с трудом сдержал усмешку.

Царь поспешно подошёл. Я положил руку на затылок и запустил диагностику. Чисто. На микроуровне тоже. Тогда что? Интоксикация? Я снова тщательно проверил весь организм и обнаружил в районе груди маленький узелок в энергосистеме. А что если? Я капнул в него нейтральной маны, и лицо Царя расплылось в довольной улыбке.

— Голова прошла, и сухость пропала. Спасибо, — он немного помялся прежде чем назвать моё имя, — Ваня. Ты же не копия?

Я отрицательно помотал головой.

— Нет, Царь, — мужчина вздрогнул от своего имени, а я продолжил. — Отец выбросил меня на мёртвой планете, — я не сумел скрыть обиду.

Михалыч-Царь неловко приобнял меня, утешая.

— А отец у тебя кто? — задал он закономерный вопрос.

— Хранитель Жизни и козёл, — не сдержался я, но никаких вулканов не последовало. Да и вообще, когда Альфа была в свободном, раскрытом состоянии, то неожиданных выходок не происходило. Ни одной ещё. Но, наверное, вот так держать её в таком состоянии на живых планетах нельзя. Или можно? Козёл. По щеке сползла предательская слеза, и я отвернулся, но Царь заметил. Он крепче прижал меня к себе и деликатно погладил по спине.

— А ты не хранитель Жизни? — продолжил аккуратные расспросы неглупый крестьянин.

— Я не знаю, кто я, — я тяжело вздохнул, — а никто не говорит. Вроде у меня силы урезаны, и поэтому я по маленьким кусочкам собираю мир. Он выбросил меня на безжизненном куске камня и ушёл. Я не хотел тебя копировать, это случайно вышло. И я не знал, что на мёртвой планете сохранились споры грибка. Он сказал, что вся галактика мертва, я не знал.

Царь успокаивающе похлопал меня по спине. Солнце село, на небе зажглись звёзды.

— Красивое небо, — сказал Царь, я тоже залюбовался.

Увижу я ещё когда-нибудь Эдуарда? Я лёг на землю, создав под собой матрац и накрывшись одеялом. В тёмном небе виднелась другая галактика. Казалось, только руку протяни… Но нет. Меня выбросили, как мусор в мёртвые земли. К горлу снова подступил предательский комок, но я сглотнул его. Не дождётесь! Это я правильно сделал, что стёр Дубхе из памяти. С удовольствием повторил бы это снова и снова. Козёл.

Перед тем как заснуть, я скользнул в транс и поставил несколько гигантских куполов, до куда смог дотянуться. Утром схожу в магазин и полетим дальше расставлять купола. Вообще, чтобы понять, как развивается грибок, нужно его накормить. Уже засыпая, я подумал, что требуется большая зона с плотной городской застройкой, чтобы проследить развитие заражённых.

Мне приснилась ворона, которая гонялась за Одином и клевала его в голову. На этой приятной ноте я и проснулся. Взгляд упёрся в застеклённый небоскрёб. Сколько там у меня в антигравитации выставлено? 20 метров над землёй? Я поискал взглядом теряющиеся в небе крыши зданий.

Царь сидел рядом и смотрел выпученными глазами на высоченные здания деловых центров. Что там он говорил про крутые девятиэтажки? Хех. Перед нами развернулся парад пафосных архитектурных решений.

Узкий, как шпиль небоскрёб, рядом закрученный как выжатая тряпка, а через дорогу с дыркой посередине. И всё это офисы. Мы находились на стыке кусков. Слева от небоскрёбов застройщики страдали другим гигантизмом. Высокие здания походили на замки. Многоэтажка со шпилем по центру и более скромные по высоте, но не менее помпезные башенки по бокам.

— Министерство международных связей, — прочитал Царь.

Вокруг маленького острова возвышался город, и кипела жизнь. Или закипала? Электричества не было, компьютеры не работали, телефоны тоже, и вся эта бело-чёрная масса офисного планктона высыпала на улицы. Кажется, нас ждёт битва бюрократов и менеджеров.

Люди вели себя агрессивно. Через большое окно мы видели, как одна деловая дамочка елозит другую за волосы по столу.

Снизу под нами собралась бесконечная пробка. Машины бибикали, а кто-то уже подправлял битой чужое лобовое стекло.

Я почесал затылок. Я, конечно, предполагал, что биомассы должно быть много, чтобы увидеть эволюцию грибка, но вот так? Это ж сколько тут народу?

— Аая! — сверху раздался женский визг, и на меня упала девушка.

О! Ева прилетела! Я привередливо оглядел незнакомку. Рваные колготки, расцарапанное лицо, задранная юбка, и измазанная чужой кровью полупрозрачная блузка. Пойдёт. Девушка злобно заурчала.

Глава 22

Мой летающий остров завис в деловом центре собранного из кусочков мегаполиса. Был разгар рабочего дня. Отсутствие электричества и связи сделало пребывание на рабочем месте бессмысленным, и часть народа ломанулась на улицу, чтобы слинять по своим делам.

Улицы были тесными. Вопреки любому здравому смыслу архитекторы поставили небоскрёбы близко друг к другу, ограничив дорогу двумя полосами в обе стороны и запретив парковку. Тротуары были самыми обычными, и не были рассчитаны на большое количество людей.

Весь промежуток между зданиями под нами был забит бело-серой массой менеджеров. Они выходили из офисов и текли в едином направлении, однако, скоро стопорились, и я понимал почему. Того места, куда они стремились, не было. Новые люди об этом не знали и подпирали сзади.

Пробка из дорогих машин не двигалась, водители ругались, атмосфера накалялась. Хотя нет, атмосфера ещё не сформировалась, океаны не наполнились, круговорот воды отсутствовал. Поэтому не было ни малейшего ветерка. Воздух стоял. Бетон хорошо прогревался, мой климат-контроль не был рассчитан на городские джунгли.

Я был вынужден обратиться к Альфе, чтобы ещё больше понизить проницаемость солнечных лучей. Мой купол хоть и был огромным, но тягаться с нормальной атмосферой в несколько сот километров не мог. Поэтому небо не было голубым, как ожидалось. Оно было белым.

Впрочем заражённым было плевать, они уже отупели до такой степени, чтобы не обращать на это внимание. Глядя на эту толпу я засомневался, а хватит ли на всех воздуха. Хорошо, что я не стал снимать воздушный купол вокруг своего острова.

Я изучал заражённую девушку, которая то ли выбросилась из небоскрёба, то ли ей кто-то помог, но ей повезло упасть прямо на меня. Моя защитная сфера сформировалась машинально и смягчила удар.

Мицелий в мозгу Евы было больше, чем у Михалыча. Хотя времени прошло меньше с момента переноса куска мира. Неужели паразит так быстро адаптировался под новую для него форму жизни?

Моя кровь убила паразита, но я сильно сомневался, что девушка будет в адеквате, когда очнётся. Крестьянин с трудом пришёл в себя, а у него заражение было меньше.

Я проверил, мёртвые нити оплетали гипоталамус. Да, грибок формирует агрессивное поведение. А вот никаких узелков в её энергосистеме я не обнаружил.

— Ваня, может нам подняться повыше? — робко предложил Царь, опасливо озираясь по сторонам. Небоскрёбы над нашими головами его явно нервировали.

— Царь, нам надо запастись продуктами, — крестьянин снова вздрогнул от своего нового имени. — Сомневаюсь, что Ева ест меньше тебя, — я кивнул в сторону радужного кокона с телом девушки. — Как думаешь, где тут торговый центр?

— Может спросить у кого? — неуверенно предложил помощник и посмотрел в окна на хаотичные кучки белых воротничков. — Или карту города поискать?

Посмотреть в телефоне карту можно. Я проверил карманы девушки и нашёл мобильник.

— Что это? — заинтересовался крестьянин, живший лет эдак двести до изобретения первого телефона.

— Гаджет, — я посмотрел на Царя, — устройство для связи на расстоянии. Только оно не работает без спутников на орбите, а как ты понимаешь, спутников у нас нет. Хотя я подумаю, хм, — а что? Выпустить спутник — вообще не проблема.

Навигатор нашёлся, и судя по нему торговый центр был совсем рядом.

— Нам прямо до первого перекрёстка и налево, — показал я и вручил крестьянину телефон, пусть изучает.

Мы полетели дальше мимо окон делового центра. Уровень агрессии увеличился. Сотрудники ругались, орали, кто-то затевал драку. В толпе под нами раздались первые крики и утробное урчание.

В одном из больших кабинетов менеджеры сгрудились в углу и смотрели, как их коллега жадно вгрызается в горло уборщицы. Молодой парень попытался отогнать заражённого стулом, но, как только тот его выцелил в качестве новой жертвы, убежал.

Царь мёртвой хваткой вцепился в ружьё.

— Патроны-то остались? — с усмешкой спросил я.

— Один, — неохотно признался он.

— Покажи.

Мужик поколебался, но всё-таки извлёк патрон из патроника.

Я повертел его в руках, и перед мужиком выросла и осыпалась горка точно таких же патронов. Царь недоверчиво изучил один, понюхал. Потом зарядил и выстрелил в окно, где начальник поедал секретаршу. Пуля попала заражённому в плечо, но тот только слегка дёрнулся и продолжил рвать на куски мёртвое тело.

Следующий выстрел пришёлся в грудь, но и это не остановило заражённого. Наконец, стрелок попал в голову. Монстр не умер, хотя и упал на пол.

Я подтащил остров впритык к окну и аннигилировал часть стекла, достаточную чтобы свободно перелезть внутрь. Царь ссыпал патроны в крестьянскую суму и прыгнул следом.

Я набросил на раненного паралич, но сначала изучил недоеденное тело секретарши. Ситуация с мицелием в мозгу была похожа на ту, что я видел у Евы. А вот у начальника паутинка была заметно больше, и на затылке сформировалась мягкая выпуклость. Энергетическая система была без узелков. А ещё он быстро регенерировал. Даже мозг потихоньку восстанавливался.

У меня в руках возник нож, и я проткнул затылочную часть, где обживался грибок. Заражённый умер мгновенно.

— Ты видел? — я обернулся к Царю, который стоял рядом и внимательно следил за моими действиями. Мужчина сосредоточенно кивнул.

— Нужно целиться в затылок, — заявил он.

Я перевернул труп и срезал затылочное новообразование. Оболочка была наполнена белёсой полупрозрачной субстанцией. Я понюхал, потом скользнул в транс на микроуровень. Густая жидкость являлась питательной средой. Значит, здесь должно что-то вырасти. Только что? Недостаточно данных. Надо наблюдать, я разогнулся и посмотрел на грязные руки. Запустил очищение, потом создал ножны и убрал клинок.

Я обернулся к Царю, тот тёр вески.

— Голова опять болит? — взгляд упал на его лапти, и я трансформировал их в неубиваемые кроссовки.

— Зверски болит, — он поморщился. — Спасибо, — он показал на ноги.

Я просканировал Царя, узелок подрос, мозг был чист. Никаких образований на затылке. Капнул в узелок маны.

— Спасибо, Ваня, — крестьянин облегчённо выдохнул.

Мы вернулись через окно на остров и полетели дальше. Пока нас не было улицы опустели. Люди набились обратно в здания и наблюдали оттуда, как обращённые поедают трупы или пытаются выковырять из машин толстосумов.

Через десять минут каменные джунгли неожиданно кончились, и мы очутились в саване. Ну да, ну да… я же хотел природные вставки?

Внизу в высокой траве лев рвал на куски свой прайд. Именно сюда выходил поток офисного планктона. Это было видно по многочисленным разорванным телам. Заражённое животное сделало запас из тел.

— Жди здесь, — приказал я. Создал два меча и, обнажив клинки, спрыгнул в высокую траву.

Бывший лев повёл носом и равнодушно отвернулся. Я проверил, на мне не было скрыта, он меня видел, но не нападал. Я подошёл ближе. Зверь заворчал недовольно, но без агрессии.

— Лохматый, я только посмотрю, — попросил я. — Просто посмотрю, — привычным движением я подвесил мечи за спину на силовые нити, и продемонстрировал пустые руки.

Заражённая тварь неохотно подошла и разлеглась у ног. Я положил руку на гриву и запустил сканирование. Его скелет начал преобразовываться в сторону усиления. Мышцы разрастались. Грибок запустил отростки в спинной мозг. А в коробочке паразита на затылке сформировалось продолговатое серое семечко, похожее на мелкую виноградину. Точно такое, только в твёрдой оболочке, мы нашли с Михалычем на поверхности мёртвой земли. Капсула со спорами. В энергосистеме льва узелков не было. Я похлопал его по спине, развернулся и отправился к острову.

— Почему он тебя не тронул? — аккуратно поинтересовался Царь.

— Может потому, что если они меня убьют, то планета обратно станет мёртвой? — задумчиво предположил я, меня тоже этот вопрос заинтересовал. — Это же гриб, у него коллективное сознание. Думаю те, что на начальной стадии будут нападать, у них симбиотическая связь с грибом слабая, — предположил я. — Паразит намеренно делает заражённых тупыми, чтобы они ели друг друга. Для перестройки тела нужна пища.

— Если ты для гриба так ценен, то он станет тебя охранять, — выдвинул предположение Царь.

Я забрал у мужика телефон и снова открыл карту. Мир обрезался за дом до того, как должен был появиться торговый центр. В той же стороне была улица с магазинами.

Очнулась Ева и села, враждебно разглядывая, как мы роемся в её телефоне. Два мужика в сомнительных крестьянских одеждах и кроссовках. У одного ружьё, скорее всего старинное. Второй с мечами, висящими без видимого крепления за спиной. Она испуганно отползла назад, пока не уперлась спиной в дерево.

Царь тяжело вздохнул и сходил в дом за снедью. Принёс батон хлеба, какие-то снеки и пакет с соком. Ева жадно набросилась на еду, взгляд её потеплел.

— Зачем вы меня похитили? — спросила она мужчину, который вручил ей новую упаковку с соком. — Выкуп будете просить? — она посчитала, что я изучаю список её контактов.

— Он тебя спас, — Царь кивнул в мою сторону.

— От кого? — не поверила девушка, и мужчина, махнув на неё рукой, вернулся ко мне.

Впрочем сидела она одна недолго. С дерева к ней спрыгнул кот. А я и забыл про хвостатого. Кот демонстративно проигнорировал нас с Царём. Он забрался к девушке на колени и принялся тереться об руку, требуя ласки.

Я встал и подошёл к Еве, она напряглась и перестала жевать. Не обратив на неё внимания, взял на руки кота и просканировал. Никакого присутствия грибка. Зато нашёлся узелок в энергоструктуре. Слишком мелкое животное, и грибку оно не интересно? Хотя при таком изобилии биомассы можно быть привередливым. А с другой стороны проще и эффективнее откармливать уже крупную особь.

Я сел на край острова и повернул налево, где должна быть улица с магазинами. Лев шёл следом на удалении, не переставая закусывать то тут, то там. Людей было слишком много, не все разобрались в новой угрозе.

— Стой! — резко выкрикнул крестьянин, и я остановил остров.

— Смотри, там написано «Всё для вашего отдыха», давай зайдём? — он умоляюще посмотрел на меня.

Я скептически хмыкнул. Что он хочет там найти?

— Иди, — я усмехнулся.

Он поколебался, а потом спросил:

— А как мне спуститься и забраться обратно?

Я изменил форму острова на бесформенную таблетку, создал каменный столб и сделал на нём рычаг.

— Тянешь вниз и остров спускается.

Царь потянул. Остров приземлился, но у нас были подвальные помещения, цистерна с водой, поэтому от верхней площадки и до земли ещё было метров пять. Я вздохнул и вырубил по краю широкую лестницу с перилами.

Крестьянин благодарно поклонился и крадучись от укрытия к укрытию быстро побежал в сторону магазина. Он держал ружьё наготове и нервно озирался по сторонам.

Я набросил на себя скрыт и отправился следом. Надо подстраховать неглупого мужика. Заражённые его видели, но игнорировали. Всё-таки моя кровь защищала и его. Не буду ему об этом говорить. От слаборазвитых заражённых его это не спасёт.

Когда Царь приблизился к магазину, он почему-то повернул в другую сторону. Я подошёл к витрине и понял, в чём дело. Купальники, надувные круги и другая подобная хтонь. Я хотел было последовать за крестьянином, когда увидел своё отражение.

Я изменился. Соломенного цвета волосы потемнели, как и цвет глаз. Нет, черноты в них не было, но они перестали быть небесно-голубыми. Как и волосы больше не напоминали о принадлежности к аристократии. На меня смотрел мрачный подросток с короткой стрижкой и темно-карими глазами. Ничто не напоминало о Дубхе, Раковых или Подводных. Я выглядел так, как себя ощущал. И у меня был тяжёлый взгляд. Я-то думал, что Царь меня боится из-за тех чудес, которые видел. Но нет.

Стало очень и очень грустно, я понял, что никогда не прощу Одина. Никогда. Увлекшие меня исследования грибка когда-нибудь закончатся, и мне придётся заглянуть внутрь себя, чтобы увидеть бездонную пустоту в том месте, где раньше была семья.

Меня в спину кто-то тихонько ткнул. Лохматый. Я погладил его по ставшей жёсткой гриве.

— Извини, но стать частью семьи грибка паразита — это как-то слишком даже для меня.

Со стороны, куда ушёл Царь, донёсся выстрел. Мы с Лохматым синхронно повернулись в ту сторону. Дверь магазина «Спорттовары» была распахнута. Я ускорился и всё также под скрытом проник внутрь.

Царь стоял в отделе спортивного инвентаря. Его ружьё упиралось в грудь мужчине в сером спортивном костюме с битой в руке.

Загородившись стойкой с блинами в моего помощника целился из ракетницы худосочный паренёк в очках, руки которого нещадно тряслись.

Метрах в трёх, отгородившись футбольными мечами стояла немолодая женщина неспортивного вида и непонятно за кого болела.

Вот так удача! Иммунные!

Я тихо подобрался к нервному парню и вырубил его ударом по голове. Сбросил скрыт, ракетницу поставил на предохранитель и заткнул себе сзади за пояс.

Парень был чист. Никаких следов мицелий в мозге. А вот узелок в груди был. У мужика с битой наблюдалась та же картина. Биту я откатил в сторону.

Женщина резко выкинула вперёд руку, нацелив на меня дуло пистолета. Я быстро набросил на себя и Царя щиты, но это было лишним. На тётку прыгнул Лохматый и откусил руку вместе с оружием.

— Стой! — крикнул я, и лев недоуменно обернулся.

— Она мне нужна. И эти тоже.

Монстр недовольно заурчал и разлёгся в центре зала, доедая руку. Я заметил, что другие менее развитые заражённые его боялись и обходили стороной.

— Я ж говорил, — Царь намекнул на охрану меня грибом.

Я подошёл к истерящей женщине и вырубил её. Остановил кровь и обезболил.

— Спортсмен, — я ткнул пальцем в мужика без биты, — где тут магазин с продуктами?

— В соседнем квартале есть небольшой торговый центр, только там тварей много, — сообщил мужчина прокуренным голосом.

— Царь, бери, что тебе надо, и уходим.

Мужчины покосились в сторону царя в крестьянской одежде, а лев пренебрежительно зевнул, обнажив заострившиеся зубы.

Я походил по магазину, изучая трупы. Все жрали всех, а тот, кто жрал больше, становился сильнее.

Через полчаса прибежал Царь с тремя тележками одежды и ещё какой-то хрени. Ну ладно, может ему надо.

— И как ты всё это донесёшь, — я скептически посмотрел на тележки.

— Я помогу, — вызвался паренёк.

— И я, — прохрипел Спортсмен. — Бабу бы прибить надо? Она заразилась.

— Это грибок, и он не передаётся через укусы, — объяснил я. — И у вас троих к нему иммунитет. Голова болит?

— Зверски, — пожаловался парень и спортсмен согласно кивнул.

Я сунул руку в карман и вытащил блистер с таблетками, на которых так и было написано - «от головы». Когда они запили пустышки водой, капнул всем маны в узелочки.

— Крутые таблетки, — очкарик жадно посмотрел на упаковку.

— Ваня, у меня тоже болит, — мой помощник извиняюще пожал плечами.

Понятно, мана — не панацея, но пока мало данных. Нужно где-то обосноваться и наблюдать. Я капнул ему чуть больше маны. Может у него потребность больше, раз у него узел подрос?

— Царь, — позвал я, и все снова дёрнулись от имени, — я пойду транспорт подгоню. Тебе Лохматого оставить?

— Я — мелкая пешка, — намекнул помощник, что он льву и даром не сдался.

Как я и думал, пронырливая бизнес-леди решила прибрать летающий остров к рукам. Она подняла его метров на 50 и чувствовала себя в полной безнаказанности. Я подцепил к острову силовой жгут и смотал его, подтянув себя вверх. Расположился на привычном месте и двинул остров к магазину. Как только остров тронулся, девушка выскочила из дома и зло уставилась на меня.

— Тебя здесь никто не держит, — холодно сообщил я, — можешь идти, куда хочешь.

— Почему это ты решаешь, кому жить в убежище? — девушка решила затеять скандал.

Спорить я не стал, молча довёл остров до магазина и опустил вниз. Мужчины затащили покупки вместе с тележками, и помогли подняться охающей женщине.

— А мне взять одежду вы, конечно, не догадались? — Ева порылась в куче Царя и демонстративно ткнула в порванную блузку и юбку. Она начала меня раздражать. От моего взгляда девушка поёжилась и спряталась за новых мужчин, которые её не крали.

Моё внимание привлекла первостихия, которая заползла в воду вместе с яйцом. Проклёвывается!

Глава 23

Иммунные расположились на кухне, а я пошёл к прудику, чтобы посмотреть, кто же это у нас там вылупился. Незваные гости на огненную змею косились, но вопросов не задавали. Возможно, принимали её за хозяйку острова. Обстановка как раз соответствовала, гореть тут было нечему. Зеленью я так и не обзавёлся. Каменное дерево, каменный дом, облицованный солнечными панелями, плоская крыша, тоже с панелями. Только дверь деревянная и окна со стёклами.

Больше всего вылупившееся из древнего яйца существо напоминало медузу, только без длинных щупалец. Хотя не факт, может они у неё потом отрастут.

Первостихия улетела в сторону саваны, но скоро вернулась с мелкими насекомыми и побросала их в воду. Я погрузился в транс и наблюдал, как местный житель обволакивает насекомое. Аппетит у него был хороший, он быстро растворил весь десяток.

Я перешёл на микроуровень, и увидел, как внутри желейки начали хозяйничать споры. Они использовали поглощённый хитин для строительства внешней оболочки медузы. Это ж сколько ей надо съесть, чтобы покрыть хотя бы это маленькое тельце тоненькой внешней плёнкой!

Я задумчиво посмотрел на первостихию.

— Ты тоже думаешь, что планета раньше была населена крупными насекомыми?

Огненная змея кивнула и опять куда-то умчалась. Я поставил вокруг пруда охранный купол, который пропустит только меня и первостихию. Не доверял я незваным гостям и особенно глупым бабам.

Прежде чем двигаться дальше, я решил нормально поесть и отправился на кухню. Иммунные ели в сухомятку какие-то орешки, вчерашний хлеб с маслом и хлопья. Никто не стал готовить еду, хтонь. Раковину наполняла горка грязной посуды. Дети развитой цивилизации, тьма их забери.

Места на кухни было мало. Я рассчитывал на троих жильцов. Незваные гости кое-как разместились, мне сесть было негде. Меня они встретили недовольными взглядами. Я хмыкнул и заглянул холодильник. Полки были пустые, только коробка из-под яиц валялась и обёртка от сосисок. Грязнули и нахлебнички. Полагаю, если бы на рабочих поверхностях не было плетений очищения, то повсюду бы были крошки.

Я отправился в подвал. У меня оставалась рыба и овощи. Специи не взял! Олух! И трав нет для отвара, совсем. Настроение испортилось в конец. Я взял две большие рыбины, картошку, помидоры, огурцы и лук. Соль нашлась, как и сливочное масло.

Устроился во дворе. Создал себе мангал, разложил на нём рыбу. Чтобы не тратить зря кислород, огонь был магический, а рыба запекалась внутри небольшой сферы. Рядом поставил маленький деревянный стол на одного, на нём же собирался и готовить и есть. Почистил и поставил вариться картофель. Не заморачивался и использовал плетения очищения, а для варки — огненную сферу с водой. Прямо на столешнице порубал салат. На всё про всё ушло минут тридцать. Создал красивую посуду. Картошечку помял с маслицем. Красота!

Переложил на деревянную столешницу горячую рыбу, снял тонкую кожицу, нанизал на вилку ароматный кусочек и макнул в пюрешку, ммм. Настроение заметно улучшилось.

Меня обступили голодные иммунные и пожирали взглядами, не хуже заражённых. Царь виновато отводил взгляд. Я улыбался и ел, игнорируя недовольных гостей и двуличного кота, который упорно тёрся об ноги и вставал передними лапами на колени.

Я всё съел и сыто откинулся на спинку стула. Очистил стол магией, и даже убрал запах, чтобы не привлекать заражённых.

Рыгнув, я перебрался на край острова и двинулся в сторону предполагаемого торгового центра. Обиженные иммунные расположились в прохладной гостиной. На улице было жарко. Посуду так никто и не помыл. Может мне стоит начать выселять, как я делал на потешном острове. Больно кольнула ностальгия. Вспомнился почему-то веснушчатый Коля Хвастунов. Рыжий, как первостихия. Огненная змея только что вернулась и снова улетела.

Через открытое окно доносился разговор незваных гостей. Царь вёл разъяснительную беседу. Он сравнил создаваемый мною мир с творением доктора Франкенштейна. Мир, собранный из множества кусочков других миров.

Потом Царь рассказал про то, как протекает заражение и формируется образование на затылке. Под конец он добил иммунных тем, что сообщил, что они не настоящие, а копии самих себя, оставшихся в своём родном мире. Именно поэтому у него новое имя, потому что он новый человек.

— Это достоверная информация? — кажется, нервный парень не поверил необразованному селянину. — Или это ваша личная гипотеза. Ни разу не видел, чтобы гасплеили, хм, крестьян. Вы с другом какое время отыгрываете?

— В смысле? — кажется, Царь не понял ни слова.

— Кто сейчас у власти? — снисходительно пояснила Ева, и насмешливо добавила: — В вашем мире.

Девушка приняла душ и переоделась в принесённый крестьянином спортивный костюм. Я слышал, как она громко и разборчиво ворчала, что эти мужланы даже не подумали прихватить расческу.

— Батюшка Николай Первый у нас за императора, как зашёл на престол в 25-м, так до сих пор и властвует, — крестьянин явно был образованным. Может он не крестьянин?

— Двести лет назад, — проявил осведомлённость Спортсмен.

— А сам ты кто? — допытывался очкарик, показывая на его костюм.

— Я оружейных дел мастер при Суркиных, — Царь гордо показал на ружьё. — Сам делал.

— Гонишь? — парень потянулся к оружию, но оружейник отстранился.

— А друг твой кто? — голос спортсмена прозвучал крайне заинтересовано.

— Ваня, — неохотно ответил Царь.

— Он кто? — допытывался хриплый мужчина.

— Мастер он, — опасливо заявил мой помощник и добавил: — мастер на все руки.

Ева пренебрежительно фыкнула:

— Повар-универсал.

— А как у него мечи крепятся? — поинтересовался очкарик.

— Магниты, — уверенно заявил спортсмен.

— Где?! У него же простая рубаха! — ехидно усомнился умник.

— Так под рубахой. Ты видел, какая она свободная? — настаивал спортсмен.

— А откуда у вас летающий остров? Тоже из кусочка мира? — подала голос однорукая.

— Из какого-нибудь развитого мира, — предположила Ева. — Настолько развитого, что стали ценить всё натуральное.

— Одежда у него не простая, — возразил очкарик. — Она не мнётся, не пачкается.

— Думаю, что она ещё и исполняет роль бронежилета, — предположил спортсмен.

— Сомневаюсь, чтобы этот остров был из развитых миров, — не согласилась однорукая. — В доме совсем нет внутренней отделки.

— Вот я и говорю! Любовь к натуральному! — Ева была намерена отстоять своё мнение.

Дальше я не слушал, привлечённый необычным поведением заражённых.

Под островом демонстративно появился Лохматый. И как он на меня наводится? Мы перемещались под скрытом. Он собрал стаю. Да и сам он подрос раза в два. Грива пропала совсем, на её месте виднелось пластинчатое формирование. Увеличились когти, и клыки стали крепче. Он запрыгнул на машину, крыша которой разрезалась от его лап, как бумага и он переместился на козырёк кофейного магазина. Точно! Там наверное есть чаи!

Я остановил остров и спрыгнул на улицу. Сподручные Лохматого было двинулись в мою сторону, но были остановлены недовольным рыком бывшего льва.

Двое заражённых ещё напоминали людей, но было понятно, что при сохранении подобной обжираловки это не надолго. На ступнях у них были костные утолщения, которые неприятно стучали при соприкосновении с асфальтом. Остальной десяток был преимущественно без штанов, с заострёнными зубами, когтями и гипертрофированной мускулатурой. Они быстро двигались и выглядели опасно.

Лохматый неохотно спрыгнул с козырного места и подошёл, вопросительно глядя на меня.

— Можно тебя посмотреть? — я заглянул в глаза монстру.

Хтонь, он ведь пришёл похвастаться тем, что у него теперь стая.

— Ты молодец, — похвалил я, и лев гордо рыкнул.

Грибок опутал кровеносную систему. Значит, теперь он будет мутировать ещё быстрее. В затылочном образовании нашлось несколько виноградин и какие-то шарики.

Я двинулся в сторону одного из свиты. Подходить было неприятно. Лев — животное. А это нечто было когда-то человеком. Да и до сих пор им является. В глазах существа читался зверский голод.

Однако, меня он счёл несъедобным. Это открытие меня так поразило, что я не сразу продолжил диагностику. В затылочном мешке две виноградины и один шарик. Мицелий опутал позвоночник и начал окутывать сердце.

Если постоянно хочется жрать, то есть риск, что подчинённый съест не того. А так гриб подстраховался, сделав меня несъедобным. Слишком разумное поведение?

У остальных подчинённых Лохматого было по одной виноградине.

Стаю я трогать не стал, но мне нужно добыть виноградины и шарики для исследования и проведения опытов. Может получится сделать лекарство от споровой интоксикации.

Я благодарно похлопал Лохматого по жесткой спине и зашёл в кофейный магазин. Лев последовал за мной через окно. И я понял почему, когда увидел неразвитого заражённого, попытавшегося на меня напасть. Что интересно сам спаситель его есть не стал, а подозвал одного из слаборазвитых. Усиливает стаю, подивился я такому продуманному поведению. Ещё двое пошли в подсобку и нашли себе пропитание.

Я собрал в пакет кофе, чаи, сахар, молоко длительного хранения. Потом подумал, и прихватил с собой кофе машину. Ещё тут была свежая выпечка. Мне пришлось соорудить левитирующую платформу, поскольку в руках всё не умещалось.

Мои гости стояли на краю и с опаской глядели на меня и плывущий за мной по воздуху кусок доски. Я встал на платформу и на ней поднялся наверх.

— Царь, сделай мне кофе, — попросил я, спрыгивая вниз и толкая в его сторону покупки.

Очумелый крестьянин-оружейник подхватил доску и потолкал её в сторону дома. Сомневаюсь, что он умеет делать кофе.

— О! Проксима плюс! Отличная машинка! У меня такая была! — оживился спортсмен. — Пойдём помогу подключить.

— А микроволновки у нас нет, — расстроено заявила Ева, заглядывая в пакеты.

— Духовка то тебе на что? — укорила молодую однорукая.

Через полчаса у меня был ароматный кофе со сливками и горячий круассан. Я благодарно кивнул.

— Царь, надо поохотиться, — я сделал глоток и зажмурился от удовольствия. — Этих заражённых я трогать не стал, чтобы не портить отношения со львом, но нам нужно набрать материал для исследования. Чем больше видоизменяется тело, тем интереснее содержимое затылочного мешка. Думаю, что там будет ответ, почему болит голова.

— Какой план? — поинтересовался охотник. — Я могу снимать тварей издалека, — он показал на ружьё, с которым не расставался.

— Сначала запасёмся продуктами, а потом обустроим базу где-нибудь повыше, — я посмотрел на верхушки небоскрёбов. — Надо подождать, пока твари отожруться.

На место мы прибыли через полчаса. Торговый центр «Грандмолл» представлял из себя сдвоенное пятиэтажное здание без окон. Быстрый транс показал, что первая стадия заражения завершена. Необращённых больше не было.

Началась вторая фаза — поглощение пищи. О чём свидетельствовало беспорядочное пиршество внизу. Незваные гости, впечатлённые размахом бедствия, молча смотрели на улицы мегаполиса. Повсюду были вскрытые машины, кровь, части недоеденных тел и вонь. Сами заражённые тоже были. Сильные пожирали слабых. Я вошёл в транс и посмотрел, что творится внутри торгового центра. Картина мало отличалась. Хуже, что твари жрали еду в магазине. И брать то, что уже пожевали монстры — идея так себе.

Склад был на минус первом этаже. К моему большому разочарованию содержимое холодильной комнаты испортилось. Пока мы неспешно летали прошло время. Неужели придётся питаться консервами? Идея с поточным копированием была ради свежей еды, а в результате что получилось? Хтонь! Ладно, надо взять хоть чего-нибудь здесь и лететь на край скопированного мира. Заодно и купола расставлю. А сюда потом вернёмся, как раз заражённые успеют отожраться.

Я подлетел к стене, где находился подвал продуктового магазина. Чтобы не носить тяжести, я создал погрузочную ленту. Она под углом вошла в землю, где образовался небольшой тоннель и проход в стене прямо на склад с овощами.

Я шёл и погрузочная лента росла. Первым делом я загрузил несколько коробок овощей и фруктов, сразу набрасывая плетения сохранности. За мной увязался Царь, он заставлял ленту консервами, крупами и разными напитками. В его времена всего этого разнообразия не было. Думаю, ему хотелось попробовать всё и сразу. Я усмехнулся.

Я скользнул в транс и убедился, что оставшиеся на острове бездельники разгружают ленту. А ещё наша деятельность привлекла новую группу иммунных, которые до этого не решались зайти в магазин. Два мужика вылезли из канализационного люка, запрыгнули на ленту и зашагали вверх.

Они остров не видели, но рассудили, что продукты куда-то сгружаются, раз не падают обратно на землю. Когда они достигли верха, то махнули и из люка стали вылезать остальные: женщины, дети, старики. Замыкали процессию ещё несколько вооружённых людей.

Я сообщил Царю, что у нас резко прибавилось гостей, и он предложил захватить что-то из вещей.

В результате продуктов мы загрузили в несколько раз больше, чем собирались. Я встал на ленту, и она начала сворачиваться обратно. Я снова просканировал здание.

Большой одёжный магазин нашёлся на втором этаже, и я прорубил туда дырку. Лента змеёй устремилась наверх. Царь предложил всем переодеться, а меня попросил поискать постельные принадлежности. Ну да, ну да… не делать же всё магически.

Люди старались не шуметь и постоянно озирались в поисках заражённых. Представляю через что им пришлось пройти. Совсем без происшествий не обошлось, и одного старика покусали. Свои его тут же пристрелили.

Транс показал, что есть магазин матрацев на минус первом, но они же тяжёлые и здоровые? Моя лента на них не рассчитана. Пока люди переодевались я нашёл-таки свёрнутые в рулоны матрацы и там же разные постельные принадлежности. Пусть расстилают вокруг дома.

После того, как мы загрузили спальные принадлежности, ко мне подошёл лидер группы и настойчиво попросил организовать проход в магазин хозтоваров. Заявил, что туалетной бумаги нет, мыла и чего-то там ещё очень важного. У меня задёргался глаз, но хозяйственный я нашёл.

Когда мы, наконец, закончили с покупками, и я свернул ленту, лидер появился снова.

— Ваня, говорят у вас есть лекарство от головной боли, — вежливо, но без права на отказ попросил он.

Мужчина походил на отставного офицера, привыкшего отдавать приказы. Короткие волосы, гладко выбритое лицо уже покрылось лёгкой щетиной. Прямая осанка и открытый взгляд делали его заведомо правым.

Я протянул ему начатый блистер и сделал ещё два. Пока он ходил и раздавал лекарство я сканировал людей и капал маны в узелки. У Евы узелка не было, но у неё и голова не болела. А вот у меня от неё — да.

Оставшиеся таблетки командир мне не вернул, сунул себе в карман.

Что интересно, грибок не интересовался маленькими детьми. Как и кот они были слишком мелкие. И в отличии от хвостатого засранца они вырастут и начнут обращаться. Сколько у них осталось? Детей было трое. Двух, трёх и четырёх лет. Возможно это только совпадение, а может критичный вес приходится лет на пять.

Я вернулся к управлению островом, и чтобы сориентироваться начал подниматься повыше. Вокруг царила суета. Женщины ушли на кухню, мужчины заносили продукты и вещи в дом. Дети пытались залезть в пруд, чтобы искупаться. И не только дети, хтонь. Защитный купол не пропускал к воде, тогда они стали забираться на него и скатываться вниз, как с горки.

Я медленно поднимал остров вверх, поскольку рычаг не был рассчитан на такую высоту. Ко мне подошёл командир и заявил, что он принимает на себя командование объединённой группой. Я промолчал. Затем он сказал, что нужен строительный материал, чтобы сделать хоть какое-то ограждение. Я снова промолчал. Недовольный капитан развернулся и ушёл.

Когда мы достигли вершины небоскрёба уже стемнело, и ничего не было видно, хтонь.

Моя кровать оказалась занята, как и всё вокруг. Царь выбил мне место под деревом, тьма их всех забери.

Я достроил себе второй этаж и закрыл туда доступ всем, кроме Царя. Мало того, я накрыл его скрытом, чтобы люди даже не подозревали о его существовании.

А ночью мне приснился Коля Хвастунов, он кормил ворону сыром.

Глава 24

Я отлично выспался у себя на втором этаже. Лежал в чистой мягкой кровати и размышлял. Впервые за время пребывания на этой мёртвой планете мозги встали на место.

Надо расставить приоритеты. Изучение грибка — это несомненно важно. Я же не могу постоянно лечить всех от интоксикации. А иммунные в других секторах? Им помощь некому. Нужно лекарство, или хотя бы понять, в чём дело.

Однако, есть более первостепенная задача. Формирование атмосферы. Не нравится мне, что без купола перенос идёт коряво. Если копирование происходило по ночам образовывалась чёрная зона, а днём всё просто выгорало под палящим солнцем.

Добрый Царь принёс мне завтрак в тройном размере и приправил его свежими новостями. Главное — в цистерне закончилась вода. Не понял? Огромная цистерна же, куда они её потратили? Вторая, не менее злободневная проблема — все страдают от головной боли. Командир раздал мои таблетки, но они не подействовали. Попутно выяснилось, что Царь дико боится высоты. Ну да, ну да… Мы же зависли над крышей самого высокого небоскрёба.

Я просканировал оружейника и обнаружил, что узелок поменял форму. Он стал больше похож на горошину. Я скользнул глубже, чтобы лучше рассмотреть новообразование. Да, точно, миниатюрный шарик с оболочкой, внутри которого субстанция, похожая на жидкий огонь. Микроскопический источник? Я капнул в него чуток маны, цвет стал более глубоким. А что если? Я долил маны, пока мне не показалось, что шарик наелся и сыто рыгнул.

Мне вспомнился Мухин, у которого при его искажённом энергокаркасе развился аномальный нюх на одарённых. А ещё был Бан. Из-за обеднённой маной у него особым образом преобразовались связки, а голос обладал способностью располагать к себе. Вполне возможно, что и у Царя развивается некая способность. Только что он может с таким малюсеньким шариком и при отсутствии на планете маны? Разовое умение? Но как будет восполняться энергия?

Внезапная догадка озарила меня настолько, что я замер на месте.

Идиот! Дебил! Недоумок! Как я не увидел очевидный изъян системы копирования?!

Я в панике выскочил на балкон. Ещё вчера сделал себе по контуру этажа дополнительную террасу для обзора. Крыша-то занята солнечными батареями.

— Ваня, что случилось? — за мной следом выбежал не на шутку обеспокоенный Царь.

— Я идиот, — меня переполняла горечь сожаления. — Я создал дисбаланс душ. Чудовищный дисбаланс душ.

— Не расстраивайся, — оружейник попытался меня утешить. — Возможно, всё ещё можно исправить или скорректировать.

— Не получится, — я сел на перила и обхватил голову руками. — В нормальном мире как происходит?

— Как? — тут же прозвучал вопрос от встревоженного мужчины.

— Люди рождаются, люди умирают, души уходят на перерождение. Ты видел, сколько вчера погибло людей? — я в ужасе посмотрел на Царя. — На планете нулевая рождаемость. И ситуация с каждым днём будет только хуже.

Я с силой дернул себя за волосы и пошатнулся. На планете даже нет хранилища душ. Опыт просто не будет перерабатываться. Мне стало плохо. Что я наделал?! Тьма меня забери.

Я не удержался на парапете и полетел спиной вниз, хтонь. Пару костей точно переломаю, упав со второго этажа на твёрдый камень. Однако, я приземлился на руки к Царю. Тот обеспокоенно смотрел на меня, а я на то место на втором этаже, где он только что стоял. Я скользнул в транс. Его шарик был пуст. Представляю, как у него сейчас болит голова. Я наполнил его маной, но мужчина был так шокирован, что даже не заметил.

— Спасибо, — я выпутался из крепкой хватки и хотел было вернуться наверх, когда меня выцелил командир.

— Ваня! — он начал с претензии. — Твои таблетки «от головы» не помогают!

Я засунул руку в карман и достал новую пачку «от тупой головы».

— Попробуйте эти, продвинутые, и давайте я посмотрю, как вы их употребляете. Может не тем запиваете? — бросил я жирный намёк на нерациональное использование воды.

Но перед тем, как помочь страждущим, я отвёл командира в подвал и показал ему насосную станцию и огромную цистерну для воды, которую они опустошили за полдня.

— Где мы, по-вашему, найдём источник воды в мегаполисе? — я мрачно посмотрел на мужчину.

Если я сейчас создам воду магически, то я практически обезвожу воздух, а это чревато.

Мужчина нахмурился и ушёл раздавать таблетки. Пришлось идти следом. Надо было посмотреть, может у кого-то ещё сформировался микроисточник.

Головной болью не страдали дети, Ева и двуличный кот, который обосновался на кухне и клянчил у женщин еду. Ещё вчера я поставил защиту на свою холодильную комнату в подвале, где у меня хранился неприкосновенный запас овощей, мяса и рыбы. Впрочем, кто-то болезный набрал ему кошачьих консервов, тьма его забери.

Картина у всех иммунных была одинаковая, узелки слегка распухли. Поскольку все они попали в мой мир одновременно, то и развитие у них шло синхронно. Отличался очкарик. У него шарик почти сформировался. Полагаю, это благодаря его пугливой натуре. У него чаще вырабатывался адреналин.

— Псих, иди сюда, — позвал я.

— Я псих? — обиделся нервный парень. Он, как и все пялился по сторонам.

Это да, вид был ошеломляющий. С одной стороны вдалеке виднелась какая-то непонятная чернота. С другой — к линии горизонта тянулись бесконечные дома, которые пугали своей скученностью. Вместо куска зелени была савана. И смотрелась она столь же инородно, как и всё вокруг. Отсюда были видны подвижные чёрные точки в желтоватой траве. Заражённые пережидали перезагрузку и уже выдвинулись в сторону свежатины.

Очкарик не мог прекратить таращиться в сторону приближающейся волны. Ведь именно там, в конце улицы, должно было быть метро или другой какой транспортный узел. Белые воротнички уже поспешили смыться с работы и бодрой толпой двинулись навстречу судьбе. Быть съеденным или стать монстром самому, вот в чём вопрос?

— Да, ты очень нервный, будешь Психом, — я поставил парня перед фактом и спросил: — Телефон есть?

— А толку? Связи нет, зарядка почти села, — уныло пробормотал парень, демонстрируя навороченный телефон.

Я внимательно посмотрел на бесполезное сокровище в руках парня, а потом сунул руку в карман и достал зарядное устройство.

— Такая подойдёт? — протянул его нервному пацану.

Он вцепился в шнур, как в самую большую драгоценность в мире.

— Тебе будет задание, — я серьёзно посмотрел на счастливого парня, и он напрягся. Он мне напомнил пугливого зверька, который сначала принял с рук угощение, а потом снова отскочил на безопасное расстояние. — Составь на карте отметки, кто в каком месте города появился. Информация нужна через полчаса.

Парень просиял, такое поручение ему было по силам.

— Зачем тебе? — спросил ходивший за мной следом Царь. Он ждал удобного момента, чтобы расспросить меня о том, как он вдруг переместился в пространстве.

— Полагаю, когда мы спустимся вниз, там будет новая копия из того же мира. Хочу сравнить, — сообщил я.

— Ваня, сначала зайдём в Грандмолл за водой! — безапелляционно заявил подскочивший ко мне командир, до этого делавший вид, что занят делами по соседству.

— Идите, — я безразлично пожал плечами, и мужчина недобро прищурился.

И точно, когда через полчаса мы приземлились на крышу торгового центра рядом со мной встали два ухмыляющихся вооружённых мужика, а люди ломанулись за покупками. Даже детей с собой взяли, хтонь. Последней гордо продефилировала Ева, демонстративно игнорируя меня. Была б моя воля, я бы её тут и оставил, но меня интересовал её феномен. У неё не болела голова и не развивался узелок.

Офисный планктон беспокоился, но агрессии не проявлял. Думаю, полдня у нас есть. Или нет? Сколько времени заражённые будут заняты идущей им на встречу толпой? А есть и другая зона, граница с которой совсем рядом. Оттуда тоже должны прибежать едоки.

На острове со мной остались Царь и Псих. Я поднял невидимый остров на несколько метров над землёй и перебрался в гостиную, где парень подключил телефон к настенному монитору и вывел карту на большой экран. Он успел обрезать её и скомпоновать с учётом разных миров, молодец. Я сразу осадил его энтузиазм, заявив, что обновился только кусок, на котором мы находимся.

Непосредственно из этой части было пять человек, и одна из них девочка трёх лет. Остальные спасённые были из соседней зоны. Я посмотрел в окно на мужчин, которые следили за окружающей обстановкой. Вряд ли они позволят нам сдвинуть остров с места.

— Ты всех их в лицо знаешь?

Я обратился к царю, но ответил Псих. Он даже поднял руку, как школьник.

— Я знаю! Даже про маму девочки узнал, она в том же здании работает, — гордо заявил парень.

Мы наметили маршрут, и нам нужен был летающий транспорт. Пока я думал, что бы такое соорудить, транспорт появился сам. И мне даже не потребовалось закрывать глаза. Очень эффектно появился, как будто всё время здесь незаметно стоял, а теперь вдруг стал видимым. Я задумчиво посмотрел на раскинутую от горизонта до горизонта гигантскую Альфу.

Как его обозвать, хм? Флаер? Прозрачная конструкция с сиденьями в несколько рядов с заострённым носом и тонким хвостом. Но самым потрясающим были крылья. Два больших сверху по центру и пара на хвосте. Они были из тонкого материала, стилизованные под, хм, стрекозу? Это точно были крылья насекомого, и возможно даже из этого мира. Только откуда им взяться в моём подсознании? И куда делись души тех существ, которые умерли здесь в момент апокалипсиса? И были ли у них души?

Я прогнал тревожные мысли — не время и не место.

— Что это? — Псих заворожённо рассматривал проявившийся чудо аппарат. И ведь без магии летает, хтонь.

— Это крылобус, — заявил я тоном, как будто это самая обычная вещь.

Однако, попасть внутрь было непросто. Перед прозрачной боковой дверью был оттиск руки. Один из надзирателей приложил туда ладонь.

— В доступе отказано, — вежливо сообщил приятный женский голос.

Мужчина не поверил и приложил ладонь снова. И судя по тому, как он тут же отдёрнул руку, его ударило током. Я ехидненько захихикал.

Все обернулись в мою сторону, а не фиг. Я невозмутимо прошёл мимо и приложил ладонь.

— Приветствую, Ваня, — поздоровался всё тот же мелодичный женский голос, когда я шагнул внутрь. Похоже у меня-таки будет нормальная Ева. Я довольно улыбнулся, назову её Ив.

Шикарный салон! Хотя технологии немагические, но плетения чистоты и самоочищения были. Даже генератор чистого воздуха и климат-контроль стояли. Невидимость тоже была реализована с помощью вязи по корпусу. Довольная улыбка невольно наползла на лицо.

Вместительный салон. Рядов десять сидений с обоих сторон. Я прошёл по проходу в кабину пилота. Здесь были ещё четыре сидения два впереди и два сзади. На лобовое стекло можно было выводить информацию. Ручное полуавтоматическое управление. Тоже антигравитация, значит можно летать в безвоздушной среде.

Я сел на место пилота, а мои спутники устроились позади меня и прильнули к окнам. Крыша и стенки летательного аппарата были прозрачными, но с защитой от слепящего солнца. Наличие пятиточечных ремней предполагало, что птичка шустрая. В смысле стрекоза.

— Ив, вбей карту в навигатор, — я кивнул Психу, чтобы он подключил телефон к панели управления.

Восторженно взирающей на чудо техники паренёк пересел на соседнее место и вставил провод в разъём.

— Ваня, как думаешь, сколько у нас времени? — поинтересовался Царь, опасливо поглядывая по сторонам.

Я так понял, что он интересуется появлением изменённых.

— Час, — однако, уверенности не было.

На парковке перед торговым центром появились первые признаки неадеквата. Приехавшая на разгрузку фура в разгону врезалась в припаркованные машины и, не притормаживая, понеслась дальше. Остановил её фонарный столб. Удар был такой сильный, что столб согнуло по полам, а машина загорелась. Хтонь! Мой драгоценный кислород выгорает! Я быстро погасил огонь.

Я обратился к Альфе и настроил экстренную перезагрузку половины всех зон, если содержание кислорода внутри куполов станет низким.

Собравшиеся зеваки обсуждали сбрендившего водителя. Хотя спорящие люди уже переходили на крики и рукоприкладство. Похоже люди заурчат ещё до прибытия монстров.

Я поднял крылобус вверх и заложил крутой вираж вокруг зависшего над крышей острова. Уха-ха! Крылья мелко вибрировали и меняли положение в зависимости от маневра. Царь позади меня шумно сглотнул и пропал. Хтонь!

Я заозирался и нашёл мужика на балконе, откуда тот стартовал в прошлый раз, спасая меня. Пришлось вернуться.

Я завис рядом с невидимым вторым этажом и распахнул дверь. Царь тут же запрыгнул на борт и снова расположился в кресле позади меня.

— Ваня, как это контролировать? — нервно спросил крестьянин.

Псих ничего не понял. По тому, как он мотал головой, я пришёл к выводу, что он решил, что мы просто забыли Царя на острове и вернулись за ним.

— Это связано с выбросом адреналина, — я принялся размышлять вслух, с наслаждением закладывая очередной крутой вираж и направляя крылобус к ближайшей точке на карте. — Ты испугался и захотел оказаться подальше. Думаю, что та точка стала своего рода якорем, — я плеснул морщащемуся от боли Царю маны в микроисточник, и тот благодарно кивнул. — Надо будет поэкспериментировать где-нибудь в безопасном месте, а сейчас просто держись рядом, я подстрахую.

Псих с любопытством прислушивался к нашему разговору, но ничего не понял, да и было ему не до того. Возбуждённый захватывающим приключением парень ткнул куда-то вправо.

— Ваня, вон, видишь, небоскрёб с надписью «Вертэк».

Да, на простом прямоугольном здании была вертикальная надпись уродливыми гигантскими буквами.

— Нам на 78-й этаж, — Псих ткнул пальцем вверх, и я с удовольствием повернул крылобус носом вверх.

Позади раздался сдавленный рвотный позыв. Рядом спешно пристёгивался Псих.

— Ив, скажи, когда будет 78-й, — я весело попросил и заливисто расхохотался. Отличная машинка!

Ив отобразила шкалу вверх-вниз сбоку на лобовом стекле, чтобы я видел приближение к нужной отметки. Я не удержался и сделал мёртвую петлю, прежде чем выйти на горизонталь. Крылобус завис в воздухе, вибрируя всеми четырьмя крыльями. Сквозь окно нас разглядывали сотрудники неизвестной компании. Ради такого зрелища они подбежали к окну и вытащили свои телефоны. Хтонь! Надо было скрыт набросить. Ааа, пофиг! Я довольно улыбнулся.

Этаж был без внутренних стен. От окна до окна стояли однотипные серые столы с невысокими грязно-белыми перегородками. Достаточно невысокими, чтобы следить друг за другом и докладывать начальству о лентяях. Я прикинул высоту потолков и аннигилировал стекло. Я влетел внутрь и сел по центру, придавив парочку другую столов.

Перед тем, как выйти я создал три белых халата и один чемоданчик с красным крестом.

— Граждане, какой это этаж? — я вышел и вежливо поинтересовался у ошарашенных менеджеров.

— 79-й, — ответил лысый мужчина, сидящий на некотором возвышении. — Простите, а вы кто? Вы знаете, что происходит? Почему не работает связь, нет электричества и даже воды в кране?

Начальник слез с постамента и подбежал к нам, вдруг мы улетим, оставив его без ответа. Он запыхался и достал платок, чтобы вытереть выступивший на лысине пот.

— Мы из службы спасения, — я вежливо улыбнулся и показал рукой на коллег, которые так не вовремя отошли в строну, чтобы опорожнить содержимое желудков.

Раз уж мы здесь, надо посмотреть, если ли иммунные.

— Инопланетное вторжение знаете ли, — заявил я, с важным видом укладывая чемоданчик на соседний стол и доставая белые латексные перчатки. — Злобные захватчики занялись преобразованием нашей замечательной планеты и пытаются сделать её пригодной для собственного существования, — я поцокал языком от возмущения.

— А чем им свет и вода помешали? — удивился лысый мужчина, и я заподозрил в нём иммунного. Слишком хорошо соображает.

— Ну, как же? — я искренне возмутился его недогадливости. — Они подключились к нашим электростанциям, чтобы напитать свои летающие тарелки.

Мы оба обернулись в сторону необычного крылобуса, и начальник подозрительно уставился на меня.

Глава 25

Я с независимым видом отошёл от слишком умного менеджера среднего звена. Как он смел предположить, что я и есть инопланетный захватчик? Уха-ха! Я обвёл белых воротничков строгим взглядом и добавил в голос магию:

— Попрошу всех выстроиться в линию. И пошустрее, дамы и господа, нам ещё 78 этажей проверять!

Магия подействовала, пожалуй, слишком сильно на начавших тупить заражённых. Они выстроились по росту и половой принадлежности. Только адекватный начальник не знал, куда приткнуться. Он бегал туда-сюда, пытаясь вклиниться в стройные ряды подчинённых. Чтобы избавить его от страданий, я посмотрел его первым.

Я медленно двигался вдоль рядов. Менеджеры по команде открывали рот и высовывали язык. Я светил в рот фонариком и важно кивал головой. Кроме потного начальника иммунных не было.

— Имя, — я строго обратился к счастливчику, и не подозревавшему, как сильно ему повезло, что Ив промахнулась с этажом.

— Мамедов Геннадий Павлович, — он снова вытер платком лысину.

— Вот, выпейте, — я сунул руку в нагрудный карман халата и достал блистер с таблетками «споров.нет». Выдавил одну на ладонь и выдал везунчику.

Псих протянул ему стакан воды из офисного кулера. Он ещё не подозревал, что таблетки — пустышки, и завистливо проводил лекарство взглядом. Я сжалился и капнул нервному помощнику в узелок маны. Точно! Я вспомнил, что у Царя по мере формирования шарика потребность в мане увеличивалась. Как только Палыч проглотил лекарство, я капнул и ему маны. Лицо начальника разгладилось.

— Коллеги, грузите его.

Псих и Царь подхватили начальника под руки и повели к крылобусу. Сотрудники продолжали стоять по стойке смирно, провожая нас голодными взглядами.

— Мы позаботимся о вас, — очкарик счастливо улыбался, у него же прошла голова. Однако, со стороны его поведение выглядело пугающим. Даже я поёжился, представляя злобных инопланетян, проводящих над несчастным бесчеловечные опыты.

Когда мы вылетели наружу и зависли этажом ниже, я обратился к Психу.

— Этаж-то большой, с какой стороны искать? И кого мы ищем?

78-й этаж не был открытым, как предыдущий, а представлял из себя кучу помещений разного калибра.

Предусмотрительный Псих вывел на экран фото командира. Опа-па! Берём! Точно берём! Я бы посмотрел, как они будут делить лидерство группы, хе-хе.

— Ив, просканируй лица всех, кто на этаже, — попросил я и повёл крылобус вокруг здания.

Наконец, Ив подсветила лазерной указкой мужчину, сидящего в просторном кабинете, заваленным картонными папками «Дело». Их было настолько много, что они не вмещались в многочисленные ряды стеллажей. Часть была свалена аккуратной кучей на пол. Я уж не говорю про напрочь заставленный стол. Так наш бравый лидер работал в архиве, хм. Командир номер два поднял руки, и я чуть не заржал. Он подумал, что мы целимся в него из снайперки.

Я прикинул размеры комнаты — с трудом, но проходим.

Я аннигилировал окно и большую часть стеллажей. Мы втиснулись внутрь и мягко приземлились на разлетевшиеся по полу папки. Мужчина так и держал руки вверх. Он оказался неиммунный, хтонь. Но лишить себя удовольствия лицезреть, как они будут собачиться за лидерство, я не смог. Тем более у него была самая ранняя стадия заражения — хватит и десяти миллилитров крови, чтобы наверняка прикончить грибок.

— Мохнаткин Родион Платонович? — вперёд вышел Псих в белом халате. — Офис подвергся заражению опасным вирусом. Вы ведь воду пили?

Я уважительно посмотрел на парня, стройно врёт. На этот раз я подготовился, и разлил кровь по шприцам, ещё и закрасил капсулы, чтобы не было видно красный цвет жидкости.

— Мы сделаем вам укол и отвезём в больницу, — Псих закатал архиватору рукав. Мужчина продолжал коситься на красную точку у себя на груди. Я уколол заражённого в шею. Мой помощник, однако, не растерялся и сделал вид, что там и было задумано. Он похлопал пациента по плечу, с важным видом помассировал вену и расправил рукав обратно. — Всё будет хорошо.

— А мне? Может мне тоже сделать укол? — забеспокоился Палыч. Он вышел из крылобуса и воровато оглядывал наполненные папками стеллажи. Он даже сложил пару листочков и рассовал по карманам.

Я с интересом оглянулся на командира. А архив-то не простой. Особо секретный, что ли?

— Нет, господин хороший, вам достаточно таблетки, — с умным видом ответил бородатый крестьянин. На его широких плечах халат смотрелся чужеродно. Снизу выглядывали холщовые штаны, а через грудь была переброшена лямка сумы, да и ружьё на плече не вписывалось в образ доброго доктора.

Взгляд вылеченного архиватора стал меняться на более осмысленный, и я быстренько повёл его к крылобусу. Завёл в грузовой отсек и вырубил. Завернул в радужный кокон и с помощью сети прикрепил к стене. Надо ж было извлечь из мозга дохлые ростки мицелий.

Следующей нашей остановкой стал небоскрёб в соседнем квартале. На этот раз мы не промахнулись и высадились в сердце бухгалтерии. Здесь была Ева. И эта копия оказалась заражённой. Я коварно улыбнулся, оглядывая женский цветник.

Девушки забились в угол, ошарашенно глядя на насекомовидный летательный аппарат.

— Дамы! — я вышел вперёд и пафосно вытянул правую руку в сторону женщин. — Настали трудные времена! Враги объявили войну роду человеческому, и только красота спасёт мир! Ваша красота!

Мои коллеги приняли невозмутимый вид и важно закивали. Любопытный Палыч тоже вылез посмотреть, о какой красоте идёт речь.

— Мы выберем самую умную и красивую леди, чтобы она вдохновляла мужчин на борьбу со злом! — я обернулся к чемоданчику и извлёк шприц. — Вы вколем ей вакцину, извините дамы, на всех не хватит, — я с сожалением развёл руки в стороны. — Ей, как музе, нужнее.

Девушки заворожённо смотрели на шприц в моей руке.

Дальше можно было тест не проводить. Скорее всего та, что осталась в стороне, иммунная, а начавшие драться — заражённые.

Ева оказалась амбициозной девушкой и яростно сражалась за право называться самой красивой. Я вырубил всех плетением паралича. Тех двух, что дрались с Евой вылечил вместе с ней и упаковал в багажник. Будет Еве-1 подарочек, уха-ха. И да, оставшаяся в стороне девушка с прыщами, оказалась иммунной. Она с ужасом наблюдала за моими действиями. И когда я сделал шаг в её сторону, убежала и заперлась в туалете.

— Мы сейчас улетим и оставим тебя здесь одну, — громко пригрозил я.

Дверь туалета открылась и девушка обречённо подошла и подставила шею для укола. Я выдал ей таблетку, а Псих протянул стакан воды. Пока я возился с заражёнными Царь сходил в подсобку и перегрузил в багажник всю воду, которую нашёл, и даже выкрутил полупутую бутыль из кулера.

После принятия таблетки прыщавая девушка повеселела, но садиться рядом с Палычем побрезговала. Эх, и намучаюсь я с ней. Не везёт мне с женщинами, не везёт, я тяжко вздохнул.

Стоило нам вылететь наружу, как наши пассажиры заволновались. Ну да, ну да… У них-то всего лишь выключили электричество, отрубили связь и перекрыли воду, а не вот это вот всё безобразие, которое творилось на улице.

— А что происходит? — робко поинтересовался в раз вспотевший Палыч. Я метнул в него плетение очищения, чтобы не чувствовать запах пота.

Со стороны это выглядело, что я просто махнул на него рукой. Все так и подумали. Поэтому Псих решил объяснить.

— Началась вторая стадия заражения, — он с умным видом поправил очки и показал на ругань и членовредительство.

— А первая какая? — спросил Палыч.

— Первая — отупение, — охотно поделился Псих в белом халате и внимательно посмотрел на лысого мужчину, от чего тот снова покрылся испариной. Девушка отодвинулась от тормознутого подальше.

— Есть же и третья? — прыщавая сверкнула интеллектом. — Какая?

— А вон, — Царь показал в сторону водителя автобуса, который тряс за грудки какого-то делового мачо, а потом вцепился тому в глотку. — Заражённые начнут пожирать друг друга.

— Но зачем? — Палыч повернулся в другую сторону, где женщина в строгом пиджаке и с откровенным декольте вылила кофе на голову молодому парню, который пожирал её выпуклости голодным взглядом. — Это зомби?

— Они же не умерли, — девушка фыркнула. — Сказали же — вирус агрессии.

— Еда нужна для того, чтобы мутировать в более сильное существо, — я заткнулся, потому что мы долетели до следующей точки. — Куда нам?

Я повернулся к Психу, поскольку на карте был только дом.

— Третий этаж. Детский сад для сотрудников банка, — парень поёжился, да и мне стало не по себе.

Ваня, всех не спасти, всех не спасти, твердил я себе. Но вот этих я могу спасти? Могу же? Но когда мы зависли напротив, оказалось, что спасать некого.

— Ваня, смотри, — Царь шёпотом показал в угол комнаты.

Там на высоком шкафу затаился мальчик лет шести. Он с ужасом смотрел, как дети поедают воспитательницу. Я не сдержался и убил всех. Аннигилировал тела и залетел внутрь.

Кабина крылобуса уперлась в шкаф, вдавив дверки внутрь. Я посмотрел ребёнку в глаза.

— Слезай. Мы за тобой.

Мальчуган отчаянно прыгнул на лобовое стекло и скатился вниз. Я открыл дверь крылобуса и он прошёл внутрь. Однако, садиться в салоне не стал, а расположился на место в кабине позади меня.

Пацана звали Сеня, его дедушка был большим начальником и занимал предпоследний этаж. Псих предложил проверить сначала маму съеденной девочки, её офис располагался неподалёку. Может получится спасти хотя бы её. Но и с ней мы опоздали.

Любящий дед встретил нас радостным урчанием. Судя по бурым пятнам на белой рубашке и чьим-то ногам, торчащим из-под стола, он уже вкусил чьей-то крови.

Я вырубил его и всадил шприц в шею. Вряд ли можно спасти тех, у кого начал формироваться споровый мешок на затылке. Если они умирали от нарушения его целостности, то и от моего вмешательства должны погибнуть. И да, я оказался прав, вместе с грибком умер и дед.

На карте осталось две точки. Я решил их проверить. Ну, а вдруг кому-то второй раз повезло, и он оказался иммунным.

Поскольку началась массовая жрачка, я решил, что иммунных будет видно визуально, они будут отличаться по поведению. Я раскинул восприятие и сбавил скорость.

Меня заинтересовала крыша одного из небоскрёбов.

— Ваня! — заорал Царь. — Там бутыли не закреплены!

Я прервал вертикальный манёвр и недовольно посмотрел на оружейника. Не потому ли он их грузил, чтобы лишить меня удовольствия полетать.

— У нас воды нет, — жалобно проблеял Царь. — А людей прибавилось.

— Как! У вас тоже воды нет? — заволновался Палыч. — Здесь есть водонапорная башня.

— Где?! — все, кто был в белых халатах, разом обернулись к лысому мужчине, вызвав новую волну пота. Надо будет посмотреть его и вылечить. Это ж не возможно находиться рядом с ним! Я снова метнул в него очищение.

— Эт-т, эт-т справа за поворотом, — он испугано вжался в кресло и стал как будто меньше.

Вода это хорошо! Это очень хорошо. Но сперва проверим крышу.

Наверху было несколько человек. Иммунные. Двое мужчин в рабочей робе, и девушка из обслуги. Но не это было странным. На земле валялся двойник одного из мужиков.

Я, кажется, понял в чём дело! Он был на крыше в момент нового копирования.

— Ив, сажай дальше сама! — я открыл дверь и выпрыгнул вниз. Через миг я уже присел над мужчиной и провёл полное сканирование. Да, он был иммунный. Как и его копия. Только у него повредился мозг.

Мозг — удивительный орган. Я запустил регенерацию и призвал первостихию. Она наполнила череп, и наружу вырывались языки пламени. Завораживающе красиво, хтонь.

Пока первостихия пыталась собрать мозг заново, я проверял всё остальное. Потом плюнул и решил, что хуже не будет, если я восстановлю всё тело.

— Что вы делаете? — двойник попытался помешать мне, но на его пути появился Царь. Я обернулся. Да, крылобус ещё не сел. Опять переместился. Я наполнил его шарик, тот снова подрос. Чаще используешь, больше развиваешь?

Внешне мозг был цел, а пожилой мужчина стал выглядеть, как юноша. Он открыл глаза и сел. Потом увидел себя, ну в смысле, двойника, и ассоциативная связь запустила ряд воспоминаний.

Он вскочил на ноги и бросился к ничего не понимающим мужчине и женщине.

— Я думал, вы умерли, — он обнял обоих. — Когда начался туман, и завоняло чем-то кислым, химией какой-то. А потом, потом… — он судорожно сглотнул, — туман начал разъедать, нет, — он мотнул головой, — стирать вас, как ластиком. Это было так жутко. А я не мог пошевелиться и только смотрел, смотрел. Вот ведь, приснилось же, — он хохотнул и обратился к двойнику: — Ты кто?

Я озадаченно почесал затылок. Странно. Все трое иммунных второй раз скопировались, да ещё и пришли в одно и то же место, чтобы обустроить лагерь. Хотя о чём я? Мы только и проверили, что командира. Ева же и не была иммунной. И перезагрузка. Получается, что люди, попавшие в зону копирования умирают. Умирают ли? Это можно точно сказать, если посмотреть на их души в момент перезагрузки. Да, надо, наконец, разобраться с душами.

Увидев, что я завис, Царь принялся рассказывать, что происходит. Остальные уже выгрузились и тоже прислушивались. Только Сеня встал рядом и дёрнул меня за рукав.

— Мы тоже попадём под перезагрузку? — спросил он.

Хороший вопрос, я задумался и потянулся к Альфе. Включил в неё условие, чтобы зона, где я нахожусь откладывала перезагрузку, пока я её не покину.

— Нужно завести календарь и вычислить периодичность, — задумчиво проговорил я, и все разговоры разом стихли. Они только что видели, как я вылечил мужика и вернул ему молодость. Впечатлились, хтонь. — Копирование происходит через равные промежутки времени. Нужно считать, и вовремя уходить в другое место.

— Какое другое место? — мальчик посмотрел в небо.

— Нет, — я даже рассмеялся. — Этот мир собран из кусочков. Псих! Покажи карту.

Нервный парень в белом халате открыл на телефоне карту и уменьшил масштаб.

— На соты похоже, — сказал один из мужиков, тот, у которого не было двойника. Все на него посмотрели. — Да, вот же, — он повёл пальцем по границам, — как в улье у пчёл. У меня пасека в деревне, — гордо заявил он и мрачно добавил: — была.

— Как же базу обустраивать? — заволновался пожилой двойник. — Не набегаешься из одной соты в другую со всем барахлом и преследуемый монстрами.

Это да, они тут на крыше решили обосноваться. Не плохой вариант, кстати. Если бы не перезагрузка. Они натаскали сюда бутыли с водой, какие-то арматуры, еду. Последней было немного. Всё-таки это офис, если тут и была столовая, то там всё испортилось. Зачем на кухне продукты длительного хранения? Завозили на раз, приготовили и съели.

— А какой максимальный временной лаг? — спросил молодой двойник.

— Десять лет, кажется, — я озадаченно почесал подбородок. — Не помню.

Впрочем, если найдём хорошее место, то сделаю его редко перезагружаемой зоной, пусть обустраиваются, не всё же мне с ними таскаться. Я вдруг вспомнил, что без моих чудо таблеток худо им будет. Хтонь!

Мужики сгрузили всё в багажник и расселись на свободные сиденья. Крылобус недовольно завибрировал крыльями, лишили его манёвренности.

Следующим местом назначения стала водонапорная башня. Я собирал воду в гигантский летающий шар, заодно опустошив накопительные баки из ближайших небоскрёбов.

Водная сфера раздулась метров до тридцати в диаметре и сделала крылобус ещё менее манёвренным. Мы её таскали за собой, как гигантский шарик на верёвочке.

Закончив с водными запасами, мы поспешили к двум последним точкам на карте. Ну, как поспешили? С таким-то перегрузом.

Пока мы всем этим занимались на улице под нами началась бойня. Подоспели старые прокачанные заражённые. Они были быстрее, сильнее и умнее новых. Кроме того, они уже объединились в стаи. Впрочем конкуренции между ними не было. Еды хватало на всех.

Самым здоровым был мой старый знакомый лев. Он забрался на крышу электроподстанции и огласил округу злобным урчанием. Подрос бродяга, подрос. Он поднял голову вверх, безошибочно найдя меня взглядом. Хтонь! А ведь они ушли заранее. Почувствовали перезагрузку или грибок их предупредил?

Глава 26

Мы уже битый час ползали по небу над наполненным монстрами мегаполисом. Остальных двух людей из намеченного Психом списка мы не нашли. Они покинули точку появления, и след их потерялся. Не будет же выживший в самом деле оставлять записку? Ушёл за водой на третий этаж, вернусь через час.

Попутно я отбил ещё трёх иммунных менеджеров у заражённых. Я вскрывал затылочные образования у убитых и набрал для изучения несколько споровых капсул и непонятных горошин. Было подозрение, что горошины формируют способности, как энергетические образования в груди иммунных. Только в отличии от магических способностей Царя, у заражённых странные новообразования скорее всего отвечали за мышление или поведение. Те твари, у которых я находил горошины были хитрее. Возможно именно поэтому грибок собирает заражённых в стаи, чтобы повысить эффективность охоты. Поумневшие руководят тупыми.

Паразит не возвращает человеку его мозги, а вводит свой механизм управления. Неужели изменённые люди способны на проявление собственной воли? Типа прокачаются и выйдут из-под контроля, хм?

На втором часу наших вынужденных приключений из багажника стали вылезать спасённые и рассаживаться по местам. Зрелище бойни внизу впечатляло их настолько, чтобы избавить меня от надоедливых расспросов. Впрочем Царь провёл ликбез на тему чё-как, аккуратно обходя тему «Кто такой Ваня» стороной.

Ева-2 оказалась такой же стервой и начала собачиться с двумя подружками, хех. Они всё ещё считали, что летят вдохновлять мужчин на бой. Спор, кто та самая: умная и красивая, не прекратился. Ещё бы! Ведь бонусом к титулу полагалась вакцина.

Через полчаса поднадоевшей всем склоки Ева-2 заявила, что она будет музой и готова приступить к своим обязанностям прямо сейчас, но нельзя ли ей сначала выдать вакцину. Палыч заявил, что за вакцину и он готов побыть музой, причём совершенно бесплатно. Он даже начал толкать какую-то пафосную речь о том, что враг хитёр и войска его ужасны, но на него налетели стразу три фурии, и он заткнулся.

Командир-2 тоже порадовал, он быстро стал облачаться в лидерскую ипостась. Первый опыт прошёл неудачно, потому что командовать он принялся бабами. Однако, военный не унывал и пересел поближе к Царю, и начал выпытывать всё про нашу базу.

Когда мы уже развернулись в сторону Грандмолла, где висел мой летающий остров, краем сознания я зацепил новую группу выживших. Я резко развернулся, вызвав рвотный позыв у Царя. Водный шар по инерции пронёсся мимо, силовой жгут натянулся и громоздкая сфера резко сменила курс. Она тараном врезалась в небоскрёб и снесла несколько перекрытий. Но меня это не остановило, я вдавил педаль газа в пол.

Пока первый небоскрёб заваливался на бок, шар успел прошить насквозь ещё парочку, вызвав массовый обвал, поскольку здания падали на соседние, вызываю обрушения уже у них.

— Ив, автопилот, защитное поле, садишься рядом, — я распахнул дверь и выпрыгнул.

Приземлившись на заставленной машинами проезжей части, я установил защитный купол и аннигилировал всё, что попало внутрь: машины, трупы, заражённых и даже дорожное полотно. Лишившись точки опоры я полетел вниз и приземлился в какой-то подземной комнатушке, являющейся частью системы канализации.

Это была соседняя зона, она не перезагружалась. Люди обустроили базу, запаслись едой, водой, одеждой и оружием. И все они валялись на лежаках без сознания, а трое были мертвы. Я набросил на умирающих поддерживающие коконы и подошёл к трупам. Старики. Умерли самые слабые. У остальных картина была одинаковой — деградация энергоструктуры.

— Что с ними? — рядом появился обеспокоенный Царь, и я наполнил его шарик маной.

Похоже, он освоился с пространственными перемещениями, да и дальность повысилась. Я оглянулся на приближающийся крылобус. Вокруг защитного поля стали собираться заражённые и призывно урчать.

— Это то, что будет с людьми без моих таблеток, — мрачно заявил я и выбрал самого молодого парня в клетчатой рубашке. Я стал капать ману в его узелок.

На десятой капле он пришёл в себя и сел. Он ошарашенно посмотрел на небо вместо потолка, на садящийся крылобус и толпу голодных тварей. Перевёл взгляд на нас и лежащих без сознания людей.

— Вы им поможете? — в голосе парня прозвучала мольба.

Я уже подошёл к скрюченной старушке. Крепкая оказалась, выжила. Я насытил узелок, ей потребовалось больше маны. Возраст, наверное. Она села, очумело посмотрела на толпу заражённых и театрально схватилась за сердце. Я проверил, сердце у неё было здоровое, но я всё равно запустил медленную регенерацию.

— Сколько времени прошло? Два или три дня? — Царь посмотрел вдаль. — Ваня, они все умрут.

— А что я могу?! — вызверился я.

— Создай лекарство, — Царь с непоколебимой верой уставился на меня.

— Да, пожалуйста! — рявкнул я. Как будто это так просто! Знать бы от чего именно лекарство я должен создать.

Однако, неожиданно действие возымело эффект. В руках Царя появилась литровая бутылка с простой этикеткой «Лекарство» и выдавленной на стекле мерной шкалой.

Царь очумело открыл крышку и отпрянул. Воняло жутко. Это что спиртовая настойка на моих грязных носках? Я всерьёз посмотрел на свои ноги. Ну, а чё? Вон, помнится помолодевшие алхимики из рода Раковых брали мой пот и слюну для анализа, а потом пытались подбить меня поставлять им ценный ресурс. Хорошо, что мне это пить не придётся, я поморщился.

Царь подошёл к валявшейся рядом на топчане девушке и влил несчастной немного стрёмной жидкости в рот. Та закашлялась и села. Царь заставил сделать ещё глоток. Через транс я наблюдал, как расправляется её энергоструктура. Подействовало даже быстрее и лучше, чем мои капли из маны. Хм, я постучал себя по подбородку и принялся изучать состав на микроуровне. Споровый раствор, хтонь! Мог бы и догадаться. Только где брать споры? Споровые капсулы!

Бутылка быстро кончилась и Царь вопросительно посмотрел на меня.

— Я знаю, как его делать. Ну, почти, — поправился я. — Это спиртовой раствор грибка, — я извлёк из кармана споровую капсулу.

— Так давайте сделаем ещё! — Псих в белом халате побежал в сторону запасов, которые успела собрать группа выживших, и вскоре вернулся с бутылкой водки. — Как разводить?

— Не знаю, — я пожал плечами.

Царь понюхал горлышко пустой бутылки.

— Вроде не очень крепкий раствор, — экспертно заявил он.

Мы подошли к импровизированному столу и в пустую банку из-под огурцов налили полстакана водки, долили воды и бросили одну капсулу со спорами. Оболочка быстро растворилась и через минуту на дно выпал осадок.

— Запах похож, — обрадованно заявил Псих и даже не поморщился.

— Жидкость была прозрачная, — Царь с сомнением посмотрел на собравшуюся на дне муть.

Псих не растерялся и бросился к вещам в углу комнаты. Он вернулся с аптечкой, откуда вынул бинт. Сложив его в несколько раз он накрыл им ещё одну банку.

К нам пробился Палыч.

— Позвольте, я попробую, — он смело глотнул и даже не поморщился. Кажется, ему даже понравилось, потому что он хлебнул снова. — Голова прошла.

Он сходил к куче аккуратно сложенных продуктов и принёс несколько пол-литровых бутылок с какой-то газировкой. Открутив крышку и сделав глоток, он поморщился и принялся сливать остальное в сторону прямо на пол.

— Вот, — он протянул пустую бутылку, тара для лекарства.

Псих нашёл в запасах группы коньяк и вино.

— Больше нету, — он извиняюще развёл руками.

В результате мы наделали споровых растворов из всех капсул, что у меня были. Все пассажиры присоединились к дегустации и быстро поделили лекарство между собой.

— Но это не отменяет проблему, — заявил я, когда все расселись по местам, и мы тронулись. — Как сообщить об этом выжившим в других зонах?

— Листовки, — предложил Сеня, он тоже обзавёлся бутылкой. — Надо разбрасывать с неба листовки.

Парни воодушевились и принялись составлять текст послания выжившим.

Через час перегруженный крылобус прибыл на площадь перед Грандмоллом. Наша поредевшая группа оборонялась на крыше, а вся парковка и прилегающие улицы были забиты урчащими тварями, которые всё прибывали и прибывали. Звуки выстрелов и громкое урчание привлекало новых заражённых.

Выход на крышу был закрыт арматурой, но особо развитые заражённые уже начали пробиваться через воздуховоды.

Невидимый остров висел на старом месте. Правда, определить, где именно попавшие в ловушку люди не могли. И нажать рычаг и спустить остров вниз было некому.

Я раскинул восприятие. Растерзанные тела моих надзирателей лежали около пруда. Медуза обволокла кисть одного из тел и уже почти растворила её полностью. Она не побрезговала и оружием, на земле валялась часть разъеденного кислотой ствола. Ну, мало ли, может ей витаминов и минералов не хватает. Сама она заметно подросла. И да… Купол не давал другим пройти внутрь, но не мешал непонятному существу выйти наружу. Мой косяк.

Первостихия пофигистично лежала рядом и высиживала новые яйца. Десяток новых яиц появился так точно. На мой мысленный вопрос она прислала образ, как эти двое стреляли в детёныша, которого спас мой купол. Поэтому она их убила. А малышу надо чем-то питаться, насекомых уже не хватает.

Царь исчез и появился уже на острове около рычага. Кроме него и меня остров под скрытом видеть никто не мог. Он потянул ручку вниз, а потом судорожно отпил из бутылки с лекарством. Облегчённо выдохнул и принялся громко орать. Ну, это он зря. Там противошумовая защита стоит, иначе бы за островом всё время таскались толпы заражённых. Дети, вообще, всё время шумят, не переставая.

Царь понял, что его не слышат, сбежал по ступенькам вниз и заорал снова:

— Сюда! Сюда!

Выжившие облегчённо выдохнули, и побежали к острову. Командир злобно рявкнул, чтобы они грузили товары. Даже дети не поднимались наверх с пустыми руками, тащили туалетную бумагу, а мужчины бегали туда-сюда несколько раз. Мы уже были недалеко, и я прицельно метнул в купол плетение, чтобы расширить его. Тела надзирателей вместе с подросшей медузой оказались внутри. Успел вовремя, один из мужиков выстрелил в детёныша, тварь. Я пришёл в бешенство.

Я жёстко приземлил крылобус на остров перед домом и моментально оказался перед мужиком, продолжившим стрелять в купол. Я схватил его за горло и поднял над землёй, тот беспомощно задёргал ногами и выронил пистолет. Он захрипел и схватился за руку, пытаясь разжать пальцы. Мне за спину метнулась Софа, и внутрь купола рухнуло ещё одно мёртвое тело. Он хотел напасть со спины, гадёныш.

Я отпихнул пистолет ногой в сторону. Мужика отпустил, он рухнул к моим ногам и потерял сознание. Пистолет подхватил Сеня, по тому, как пацан держал его, я сделал вывод, что с оружием он обращаться умеет.

К разборкам присоединился разгневанный командир.

— Эта тварь убила моих людей! — он чуть ли не слюной на меня брызгал.

— Они первые напали, — я хмуро уставился на лидера, — она защищала малыша и меня.

Нас обступили люди. На мою сторону встал Царь, который тоже вскинул ружьё. Позади пристроились Псих и Палыч. Рядом с командиром появились его бойцы, пять вооружённых мужиков, а за ними и женщины с детьми. Вся группа. Новоприбывшие ошарашенно таращились на разворачивающийся конфликт. Впрочем Ева-2 оценила мои шансы, как невеликие, и переметнулась к вооружённым людям.

Между нами встал командир-2. Брови первого командира поднялись вверх.

— Родион, ты не прав, — мягко, но твёрдо заявил двойник. — Ваня сегодня спас многих, собрал воду и нашёл лекарство. А что сделал ты? Тебе всего-то надо было по-тихому набрать припасов. А ты потерял людей и привлёк внимание монстров, — командир-2 укоризненно посмотрел на двойника.

Все невольно покосились на забитую заражёнными тварями площадь. Они и не думали расходиться.

— Пфф, — фыркнула Ева. — Любой бы справился на таком вертолёте.

— Убирайтесь с моего острова, — зло процедил я. — Я вас не звал.

— Это не твой остров, — снова влезла Ева. — Нам нужнее. А у тебя вертолёт есть.

— Вы не умеете им управлять, — усмехнулся Царь.

Я начал закипать, что за бессмысленные разговоры. Я пытался сдерживаться, но ярость проступала вместе с языками пламени. Я загорелся.

— Пфф, — снова фыркнула Ева, — человек-зажигалка. Нашёл чем напугать.

Внезапно я успокоился. Плевать.

Плевать, если они умрут. Я холодно посмотрел на враждебную группу. Командир недобро прищурился, бойцы подобрались.

Внезапно снизу донёсся яростный рык Лохматого. Заражённые начали падать. Я выстрелил в льва силовым жгутом и притянул к острову. Попав внутрь моей воздушной сферы, монстр успокоился. Я разместил его на ступеньках, оградив силовым полем, чтобы он не упал и не смог подняться к нам.

— Ваня, что происходит? — тихо спросил Царь.

— Воздух кончился, — удручённо заявил я.

— Что значит «воздух кончился»?! — Палыч резко вспотел. — Воздух не может кончиться!

— А у нас его хватит? — решил уточнить Царь.

— Не стоит рисковать, нужно выйти из зоны мегаполиса, — я огляделся, прикидывая размеры купола.

Я подошёл к поджавшему губы командиру и процедил ему прямо в лицо:

— Долетим до нового участка и я вас высажу. Можете взять с собой все припасы, которые собрали в торговом центре. И катитесь на все четыре стороны. Ты понял?! — последнее я зло рявкнул, добавив в голос магию.

Командир побледнел, но взгляд не отвёл, только на висках мужчины внезапно проступила седина.

Я развернулся и отправился на край острова. В качестве цели выбрал сторону, где должна быть чернота. Она вроде была не так далеко. Часть воды я слил в цистерну, чтобы хоть немного повысить скорость, но шар с водой всё равно остался большим, не позволяя сильно разгоняться. Мы летели, и везде под нами лежали мёртвые заражённые. Я повернулся к Царю:

— Сделай что-нибудь поесть, пожалуйста, сам, — я бросил жирный намёк на то, что еду нам могут отравить.

Рядом примостился Псих и открыл карту. Царь вернулся через полчаса и раздал всем бутерброды.

— Иммунные люди тоже погибли, — он разместился с другой стороны и налил мне из термоса чай.

Царь пошёл разгружать крылобус, я выдал ему гостевой доступ. Через час к нам присоединился Палыч. Он притащил огромную кастрюля жаркого. Следом появилась старушка, изображавшая сердечный приступ, с мисками и столовыми приборами.

— Не отравлено? — я сглотнул подступившую слюну.

— Нет, милок, это для командира готовили, — заверила старушка. — Точно не отравлено. — Она принялась раскладывать еду.

Мы быстро приговорили кастрюлю и накинулись на хлеб, который откуда-то стащил Палыч. Совсем хорошо стало, когда Царь сделал новую кружку чая.

— Ваня, почему воздух кончился? — через некоторое время поинтересовался Палыч.

— Мир, в котором мы находимся, — я задумался, — не сформирован. По сути мы сейчас на мёртвой планете, здесь нет атмосферы, ничего нет. Стали появляться скопированные кусочки из других миров, но чтобы заполнить ими весь мир — нужно время. Кислород тоже копируется, но поскольку атмосферы нет, он рассеивается. Часть земель накрыта куполом, и скопированный воздух попадает внутрь сферы. Им люди и дышат.

Я отпил чай и вздохнул:

— В мегаполисе слишком много людей. Воздуха не хватило.

Про экстренную перезагрузку в случае критически малого содержания кислорода я решил не говорить. А то начнут спрашивать, почему же её не произошло.

Мы пересекли границу зоны, но мои купола с границами не совпадали. Здесь недавно произошло новое копирование, но воздуха всё равно не хватило. Смерть наступила почти мгновенно. Это было видно по трупам заражённых, которые ожидали окончания копирования.

Было наглядно видно, что заражённые покинули зону перед перезагрузкой. На самой границе валялись трупы нескольких крупных стай. Я остановил остров и спрыгнул вниз. Споровых капсул у нас не было, а внизу были тела развитых заражённых. Помочь мне было некому. Только я мог существовать без воздуха. Я переходил от одного тела к другому, планомерно очищая содержимое затылочных образований.

Раздражённый нудным и монотонным занятием я вернулся на остров через час с лишним.

— Ваня! — ко мне подлетел взволнованный Палыч. — Спиртного нигде нет!

Глава 27

Мы летели над недавно загрузившейся деревней, попавшей в безвоздушную зону. Люди умерли, не успев превратиться в тварей. Смерть застала их врасплох за привычными делами. На безмятежной улице упали куда-то спешившие женщины. Курящие на лавочке мужчины свалились в налузганную ими же шелуху. Игравшие на дороге дети так и не забили гол ни в чьё окно. Это зрелище морально подавляло куда больше, чем полчище мёртвых заражённых.

Они не успели понять, что электричество пропало или нет связи. Грибок не успел вселить в них агрессию. Они умерли безобидными гражданами.

Не только я с ужасом таращился вниз. Все выжившие побросали свои несуществующие дела и смотрели на прерванные жизни.

В давящей тишине я завис над первым попавшимся магазином с говорящим названием «Сельпо».

Я спустился вниз на погрузочной ленте, но заходить в одноэтажное строение не спешил. Мне вдруг пришло в голову, что я же нахожусь в деревне. Здесь есть огороды, живность, которая только-только умерла. Экологически чистые овощи, свежее мясо и может быть что-то ещё.

Я бросился в ближайший дом. Овощи с огорода я упаковал в сферы длительного хранения, попутно накладывая на них невидимость и поднимая вверх на силовых жгутах.

Через час у меня собралась впечатляющая коллекция из нескольких десятков кур, трёх коров, яйца я даже не считал, как и многочисленные овощи. Я заглянул в погреб и прихватил домашние заготовки. Солёные огурчики, квашенную капусту, варенье и компоты. На меня с острова недоуменно взирали иммунные. Что это я хожу из дома в дом, а погрузочная лента не пополняется. Всё это будет моё, только моё.

Свежайшее мясо, овощи, я даже молоко и масло в погребе нашёл и заграбастал. Зелень ободрал, а ещё там были разные наливки. Я их тоже спрятал в невидимые сферы.

Я опустошил четыре деревенских двора, прежде чем успокоился и довольный отправился в магазин. На погрузочную ленту я переложил всё крепкое спиртное и прихватил уксус. Оболочка горошин была более твёрдой, и у меня возникло подозрение, что спирт её не возьмёт. Буду экспериментировать с уксусной кислотой. Потом подумал и сгрузил все напитки, которые были в полулитровых пластиковых бутылках. Тару для лекарства где брать? Вот, воспользуюсь опытом Палыча.

Ничего не забыл? Может где есть деревенский хлеб? Я раскинул восприятие и неожиданно нашёл жизнь. Я оторопело развернулся в сторону машины скорой помощи, стоявшей на дороге. Не веря собственным глазам, я распахнул дверцы.

К аппарату искусственного дыхания была подключена девочка лет тринадцати. Она была избита и похоже изнасилована. Я в ярости огляделся. Им повезло, что они уже мертвы. Девочка не была иммунной, но я был обязан её спасти! Я залез в машину. Грибок уже забрался в мозг, и я перелил немного своей крови. Создав вокруг нас небольшой воздушный купол, я занялся лечением. Восстановил всё, довёл до идеального состояния, даже убрал черноту из психики. Вместо разорванной одежды, я сделал спортивный костюм и кроссовки. Я погладил страдалицу по волосам, бедненькая.

Я вдруг вспомнил, что для приготовления лекарственного раствора понадобится марля, и порывшись в шкафчиках собрал в небольшую сумку все бинты и марли, которые нашёл. Я перекинул лямку через плечо, подхватил ребёнка на руки и запрыгнул на ленту.

По мере продвижения вверх погрузочная лента сворачивалась в никуда. Девочка пришла в себя и испуганно уставилась на меня. У светловолосой юной красавицы оказались изумрудного цвета глаза. Я тепло улыбнулся:

— С Днём рождения, Веча.

Девочка застенчиво отвернулась и увидела трупы деревенских жителей. Она зло оскалилась и сплюнула вниз. Похоже, она решила, что я всех убил, а её спас. Ну, где-то так оно и было, хтонь.

На острове царила суета. Мужики растаскивали мой с таким трудом добытый алкоголь. Палыч отчаянно собачился с невозмутимым командиром.

— Это всё наше, — он тщетно пытался отогнать от ящиков вооружённых мужчин, которые быстро растаскивали бутылки. — Вы своё в торговом центре набрали.

Чтобы прекратить ссору, я накрыл все добытое из Сельпо защитным куполом, разрешив доступ только Палычу. Когда он это понял, то засиял почище своей лысины.

А это мысль! Я обернулся в сторону деревни и нашёл глазами самый навороченный дом. Два этажа, большое подворье. То, что надо! Минут через двадцать в воздух поднялся новый остров. Он был побольше моего в несколько раз. Я подцепил его жёсткой сцепкой и соединил широким деревянным мостом.

На дворе был колодец, я загнал под него сферу с водой. С остальным сами разберутся. Только высоту выровнял, чтобы при посадке на землю оставаться на одном уровне.

Командир ринулся к мосту, но упёрся в невидимую преграду.

— Это не для вас, — я холодно осадил вояку.

Оглядевшись, я нашёл глазами командира-2 и подозвал.

— Нужно обустроить временную базу, — распорядился я. — Допуск к избе есть у вас и тех, кто остаётся. Вы же видели, кто стоял с нашей стороны? Остальные уйдут при первой возможности.

— Почему временную? — не понял Псих.

— Потому что постоянная должна быть на земле, — экспертно заявил командир-2.

— Нет, потому что на земле пока невозможно установить базу, — возразил я.

— Почему? — в унисон спросили оба командира. Они внешне были очень похожи, но командир-2 был хитрее. Он не был ко мне лояльней, как казалось со стороны. Он учитывал фактор Вани, как неизбежное зло, с которым лучше дружить.

— Потому что можно попасть под перезагрузку, — ответил Псих.

— И зная это, ты нас высаживаешь? — истерично заорала Ева. Она приоделась в магазине и обзавелась расчёской. На ней красовалась явно модная ярко-розовая кофта, широкая белая юбка с кружевом по краю и кроссовки на высокой платформе. Волосы были тщательно уложены и зафиксированы лаком.

— Я вам не доверяю. Любой из вас, — я обвёл рукой группу иммунных, — с радостью воткнёт мне нож в спину.

— Оставь хотя бы женщин, — попросил командир, и я усмехнулся. Это он хотел показать людям, какой я жестокий.

Я широко улыбнулся.

— Они в зоне твоей ответственности. Ты, — я ткнул в него пальцем, — собрал группу. Ты их вёл в торговый центр. Меня вы даже не спросили, просто залезли на остров, как будто так и надо.

— Все мы люди, и должны держаться друг друга, — он снова решил выставить меня злодеем.

— Вы, как захватчики, завели свои порядки, выгнали меня из моего же дома, из моей кровати, — я холодно оглядел всех несогласных. — Потому что вам нужнее. Да ты даже ни разу не подошёл, чтобы поговорить. Мне такие соседи не нужны. Вы хуже врагов или заражённых.

Лохматый с лестницы согласно заурчал.

Пока мы разговаривали, Палыч с ребятами оттащили спиртное на зелёный остров.

Спасённые мною на крыше люди приняли мою сторону, решив, что на острове им будет безопасней. Пасечник и оба двойника с девушкой активно проявляли солидарность, перетаскивая тяжёлые ящики с бутылками. Группа, которую я вытащил из канализации, не была столь единодушна. Военные с оружием выглядели убедительней, чем хмурый парнишка со странными способностями. Мужчины поглядывали на девушек, которые все перешли во враждебную группу. Ко мне приткнулись прыщавая иммунная и хитрая старушка.

Посчитав, что дальнейшая дискуссия бесполезна, я по-тихому подвесил жгуты с деревенскими запасами по краям острова и устроился на своём месте. Мы двинулись дальше.

Через час крайне медленного и утомительного полёта над безвоздушной средой мы пересекли границу купола и попали в зону с воздухом. Я тут же обновил купол вокруг острова, воздух стал свежее.

Мы проплывали над каким-то посёлком городского типа. Я снизился и выпустил Лохматого. Он недовольно заурчал. Ну, извини, у тебя своя дорога, у меня своя.

— Я памятку закончил, хочешь посмотреть? — Псих уселся рядом и вручил мне телефон.

Мы пролетали над свежезагруженным миром, самое время было разбросать листовки.

«Памятка выживальщику в мире Стикс», — гласило название.

— Почему Стикс? — я посмотрел на довольного собой парня.

— Ваня, ты не понимаешь, — глаза Психа фанатично блеснули. — Человек, попавший в этот мир, он какой?

— Невезучий? — предположил Сеня.

— Да нет же! Он тупой! Ты сам говорил, что грибок отупляет.

— Но у вас же иммунитет, — возразил я. — Отупляет он, когда попадает в мозг.

— А голова? Знаешь, как она болит? — настаивал Псих. — Мозги вообще не работают, а тут ещё нет электричества, связи и почему-то воды. Я это к чему?

— К чему? — подыграл я.

— Попаданца надо взбодрить! А тут мы ему: «Ты в Стиксе», — он выжидающе посмотрел на меня.

— Меня бы взбодрило, — согласился подошедший к нам командир-2. — Я бы начал вооружаться от одного названия.

— Вот! — Псих триумфально дёрнул телефоном, и я забрал его себе, чтобы читать дальше.

«Памятка выживальщику в мире Стикс.

Вы попали в другой мир, где в воздухе летает грибок и люди делятся на заражённых и иммунных. Начинает болеть голова, и вы плохо соображаете. Соберитесь! Выживание в ваших руках! Помощь не придёт!

Заражённые проходят через несколько стадий: 1. Тупизм; 2. Агрессия; 3. Пожирание людей.

Иммунных единицы, поэтому держитесь от других людей подальше, не вступайте в конфликты, не тратьте время, бегите. Скоро придут старые заражённые. Они выглядят, как монстры и от них нет спасения.

Мир создан из кластеров».

— Кластеров? — я повернулся к Психу.

— Термины нужны, Ваня, — парень важно кивнул. — Когда у тебя есть инструкция, то ты по ней действуешь, особенно, когда тупой. А что отличает инструкцию от, скажем, простого описания ситуации? Термины! Кластер — отличное слово. Вроде и понятное, но начинаешь чесать затылок, что такое «кластер». А запускать мозги надо!

Я махнул рукой на продуманного Психа и вернулся к чтению.

«Кластеры перезагружаются. Бойтесь оказаться на кластере во время перезагрузки. Вы умрёте!

Признаки перезагрузки: 1. Заражённые спешно покидают территорию; 2. Из-под земли сочится густой туман; 3. Воняет кисляком.

Для выживания в мире Стикс нужно постоянное употребление лекарства. И главный ингредиент находится в затылочном образовании у заражённых. Чтобы выжить, вам придётся убивать монстров».

Дальше шло описание спорана, так Псих окрестил капсулу со спорами. А само лекарство получило яркое название «живец». В конце Псих заявил, что все мы копии, и поэтому нужно получить новое имя. Он создал целый ритуал, что имя дать должен другой человек, бывалый, а не новичок.

— Зачем так заморачиваться? — не понял я.

— Ну, как же, Ваня? — он даже расстроился, что я не оценил красоты момента. — Только что мы вывалили на человека кучу проблем, и главная из них, что нужно убить монстра, чтобы выжить. Ты же видел этих белых воротничков. Думаешь, они способны убивать? А убивать придётся не один раз, а много. От вываленной информации можно легко опустить руки, поэтому нужно выдать задание, которое легко выполнимо. Выполненное задание — это первый шаг к выживанию. Это окрыляет, знаешь ли. Мол, вот, я уже что-то сделал. А что может быть проще, чем получить имя?

Я согласно кивнул, ну, пусть так.

— У тебя тут нет ничего про особые способности, — осадил я радостного Психа.

Я подумал, что было бы неплохо предупредить людей о том, что у них вдруг может случиться какой-то выверт.

— Какие способности? — вопрос поступил сразу отовсюду. Вокруг нас собралась небольшая толпа. Вернее расселась во дворе. Многие оглянулись на Царя.

— Я тоже смогу перемещаться, как он? — загорелся Сеня.

— Нет, я думаю, что способности у всех разные, — я отрицательно покачал головой.

Мы двигались над редколесьем и вдалеке мелькнуло озеро. Я развернулся в его сторону.

— Царь боится высоты, а мы постоянно летаем. Скорее всего это повлияло на развитие именно такой способности. Кроме того, страх вырабатывает адреналин и способствует более сильному и быстрому развитию дара, — я внимательно осматривал местность под нами. Вода есть, лес и неподалёку соседний кластер. Тьфу, привязалось слово.

— А я? Почему у меня нет способности? — Псих расстроился.

— У тебя есть, — я скользнул в транс. Да, его горошина уже сформировалась. Я наполнил шарик маной, пока тот не дёрнулся. — Ты нервный, и сильнее других реагируешь на стресс, у тебя чаще вырабатывается адреналин, поэтому твоя способность уже сформировалась.

— Какая? — жадно спросил Псих.

— Не знаю, — я пожал плечами. — Она активируется в следующей стрессовой ситуации.

Я остановил остров над берегом и начал снижение. Пришлось срочно укрепить сцепку, и выравнивать плетение антигравитации, хтонь

— А у меня? — спросил командир-2.

— У тебя слишком рано. Первым появился Царь, потом Псих и группа недоумков. А ты из последней перезагрузки.

— Я появилась раньше Психа, — вперёд выступила Ева. — Какой у меня дар?

Я с трудом подавил ехидную усмешку. Никакого намёка на формирование узелка у неё так и не было.

— У тебя слишком размеренный образ жизни, — серьёзно заявил я. — Может когда-нибудь что-то у тебя и образуется.

Я покивал с умным видом.

— Пфф, — пренебрежительно фыркнула Ева. — Чтобы появился дар нужно быть либо трусом, либо психом. Пфф, — она надменно задрала подбородок и резко отвернулась, взметнув подол юбки. Мужчины проводили мелькнувшие ляжки жадным взглядом.

— Если у тебя так много способностей, это ж сколько времени ты уже в Стиксе? — Псих посмотрел на меня с ужасом.

— Нее, — Палыч вытер лысину мокрым платком, — махать мечом он до попадания сюда научился. Ваня, а ты кем был там?

Все разом затаили дыхание. Император я, хтонь, император. Я дико расхохотался. 13-й император! У меня даже слёзы из глаз выступили. Повезло так повезло.

Я резко прекратил смеяться и уставился на командира.

— Приехали, выгружайтесь.

Командир хмуро смотрел на меня. Он просчитывал ходы. Я так понял, что у него было заготовлено несколько вариантов, но он не ожидал, что всё произойдёт так рано.

— Палыч, ты знаешь, что они притащили из торгового центра? — спросил я не сводя с командира глаз.

— Да, Ваня, — охотно подтвердил лысый завхоз.

— Выгружайте всё на погрузочную ленту, — я махнул себе за спину, где появилась длинная спиралевидная лента, чтобы товары не набирали скорость, а мягко скатывались на траву. Она даже двигалась, чтобы вещи не сваливались в одно место, а распределялись по площади.

Группа Пасечника принялась помогать Палычу, ещё раз демонстрируя таким образом на чьей они стороне.

— Мы никуда не пойдём, — ответила за всех Ева и скрестила руки под грудью, приподняв её таким образом и выставляя напоказ в качестве аргумента.

Мы с командиром продолжили мериться взглядами. Его бойцы подобрались. Я заметил, что они выцеливают заложников. Тьма их забери! Первым кандидатом стал Сеня, один из подручных сделал шаг в его сторону. Тогда я набросил массовый паралич, и принялся сгружать тела на ленту. Всех. Даже женщин с детьми. Место здесь хорошее, выживут.

Когда все товары были сгружены, я поднял остров и снял паралич. Они нас не видели, но понимали, что мы недалеко. По команде командира один из бойцов снял со спины рюкзак и достал гранатомёт.

Всё происходило, как в замедленной съёмке. Выпущенный наобум снаряд с такого близкого расстояния не мог промахнуться. А защиту от такой хрени я не выставлял. Взрыв был чудовищной силы. Он нарушил целостность плетения антигравитации и разнёс насосную станцию вместе с цистерной с водой, спрятанную в нижней части острова.

Остров рухнул с высоты двадцати метров, вызвав воздушную волну от удара и сбив людей, находящихся на земле, с ног.

Внешняя сторона и нижняя часть острова были уничтожены, поэтому он завалился на бок. Второй остров был из земли, он просто рассыпался кучей, но там людей не было. Все перешли на каменный, когда пошла речь о дарах.

Плюхнувшийся на задницу мужик снова вскинул гранатомёт, выцеливая меня, но масса воды, высвободившаяся из цистерны, достигла его и сбила прицел. Заряд ушёл в небо. Всё бы ничего, но там был купол сохранности, и он его нарушил. Воздух стал стремительно улетучиваться, а лучи палящего солнца выжигать землю.

Глава 28

Рухнувший на землю каменный остров пошёл трещинами и начал заваливаться вперёд. Но это было не главным. Первый выстрел из гранатомёта разрушил вязь плетений на самом острове, а второй уничтожил гигантский купол сохранности, который удерживал воздух и защищал огромную территорию от палящего солнца.

Я спешно набрасывал укреплённый воздушный и защитный купола вокруг продолжавшего разрушаться острова, собирая внутрь остатки разлетающегося воздуха со всей округи. Пришлось делать маленькие купола, чтобы концентрация кислорода позволяла дышать. Царь оказался снаружи, и Сеня заорал, привлекая моё внимание.

Я выкинул силовую нить с захватом и втянул обгоревшее тело оружейника внутрь, набросил на него радужный купол и надеялся, что его можно спасти.

Сам я принялся чинить разваливающийся кусок камня, на котором мы находились. Я тупо залил трещины маной, чтобы остановить разрушение. Мера была временной.

Псих носился на бешеной скорости, обвязывал людей нитями паутины и прикреплял к каменному дереву. Когда остров стал заваливаться, и люди покатились к обрыву, он собирал их как гроздья винограда в единую связку. И даже привязал к дереву крылобус и радужный кокон с Царём.

Я срочно укрепил каменный ствол, поскольку дерево не было рассчитано на такой вес. Последним Псих привязал себя и потерял сознание. Я наполнил его шарик маной. Но в целом с ним всё было в порядке. Просто жёсткий откат.

Меня Псих прилепил в первую очередь, благодаря чему я смог нормально работать, не боясь свалиться в самый неподходящий момент. Счёт шёл на секунды.

От солнца мы не сгорим, и воздуха нам пока хватит. Я перешёл к укреплению дома, склеивал трещины, собирал воду и воздух в дополнительные сферы. Не помню, когда ещё я работал на таких скоростях.

Софа спасала драгоценные яйца и медузу. Она накрыла бассейн плёнкой, чтобы вода не вылилась наружу.

Земля снова стала мёртвой. Без купола сохранности солнце выжгло поверхность планеты за считанные секунды. Озеро испарилось, я спешно собирал пар, там была не только вода, но и кислород. Собрал всё, что только мог, и занялся выравниванием острова.

Я продублировал плетение антигравитации в нескольких местах и вшил их внутрь камня. Мы приняли горизонтальное положение, но нужно было срочно перераспределить вес. Задняя часть была значительно тяжелее, в то время как передняя отсутствовала. Камня поблизости не было. Я присмотрелся к дну озера, и просканировал землю под нами. Родная для мёртвого мира почва была в метре под озером.

Я использовал аннигиляцию, чтобы убрать песок со дна и добраться до камня. Я не только выровнял остров, но и нарастил его, придав ему вытянутую овальную форму. Передний край получился более узким, а зад широким.

Когда остров принял горизонтальное положение, я рванул к Царю. Жизнь ещё теплилась, я облегчённо выдохнул. Вылечу. Запустить регенерацию я не мог. Мне нужен был материал. А у него на теле не то, что жира, даже мышц местами не было.

Я обнаружил, что мои деревенские запасы почти не пострадали. Они были прикреплены по краям острова, и те, что были с дальней стороны, остались целы. Я подтащил к телу коровью тушу и одну из сфер с водой и занялся кропотливым восстановлением Царя.

Мужчина сильно обгорел. Зрелище было ужасающее. Подошёл Сеня и сел рядом.

Я проверил мозг, подлечил сердце, укрепил позвоночник, восстановил лёгкие и бронхи. Органы пищеварения были целы, как и сама система. Нарастил мышцы и кожу. Грибок снова попробовал к нему подцепиться. Он потерял много крови. Пришлось опять вливать в него свою. Подползла Софа и предложила поместить тело в питательную среду, как в яйцо. Тело-то я восстановил, но это был стерильный каркас, да и объём крови был критическим, первостихия права. Она помогла сделать большое прозрачное яйцо с питательной жидкостью. Я углубил в земле выемку и прикрепил его снизу.

Я устало отвалился на спину. Небо сияло звёздами. Незаметно подкралась ночь. Вдалеке кружилась галактика, Эд бы точно сказал название, самые известные звёзды и интересные миры. Сердце кольнуло болью.

Эдуард тупо исполняет волю отца, значит общаться с ним всё равно, что с отцом. Нет у меня больше семьи. В душу заползла горечь одиночества.

— Ваня, там Псих, — Сеня дёрнул меня за плечо.

— С ним всё нормально. Это откат от использования дара. Дайте ему живца, — ответил я, даже не пытаясь пошевелиться.

— Спиртного нет, — горестно взвыл Палыч. — Мы перенесли его в избу.

Я посмотрел в сторону кучи земли. Ничего не видно. Я дотянулся восприятием. Надо же! Моя большущая сфера с водой оказалась цела! Я активировал Альфу и восстановил насосную станцию, увеличил и укрепил цистерну и перелил воду из сферы к нам. Водопровод снова работает.

Однако, теперь нужно укрепить стенки острова. Давление воды получилось приличным. Я провёл по стенкам и дну приплюснутого острова силовые жгуты, теперь точно не развалится.

Я проверил оставшиеся деревенские запасы. Разные алкогольные настойки там были. Я подтянул силовыми нитями несколько бутылей и вручил их лысому завхозу. С трудом стянул через голову сумку с бинтами и передал мужчине. Из кармана извлёк часть споранов и отсыпал в подставленную ладонь. Радостный Палыч подхватил Клаву и побежал разводить споровой раствор.

В дверях они споткнулись, раздался грохот.

— Разбил, олух? — заворчала бабка.

— Нет, — послышались громкий бульк и радостный голос Палыча, — цела родимая.

Со светом пока туго, нужно зависнуть над жилыми домами, чтобы собрать новые солнечные панели. Софа решила помочь и заползла через окно на кухню. Это она здорово придумала. И кислород от её пламени не тратится, и материя не расходуется. Бабка принялась нахваливать огненную помощницу. Я почувствовал, как Софе приятно.

Я устало оглядел выживших, взиравших на меня с надеждой. Это была их первая ночь. Они впервые увидели звёздное небо и другую галактику. Если у кого-то ещё были сомнения, то они развеялись. Они в другом мире.

Люди пострадали. За те мгновения, пока я создавал купол, их успело подпалить. Сгоревшие волосы и одежда, ощутимые ожоги на теле. Только шок от звёздного неба и окружающей темноты не давал ощутить всю глубину боли.

Вокруг стояла неестественная тишина. Ни стрекота кузнечика, или подозрительного шуршания в кустах. Выжженная мёртвая земля от горизонта до горизонта.

Подошла Веча и протянула бутылку с водой. Я благодарно выпил.

— Подходите по одному, я вас подлечу, — предложил я. Сил, чтобы встать не было.

Тем, у кого был жир, я запускал регенерацию. Веча и Сеня были слишком мелкими, с ними пришлось работать вручную.

Психа тоже ко мне подтащили, оказалось, что и он обгорел. Он был слишком худым, ещё и сжёг кучу энергии, когда оплетал всех своей паутиной. Я наполнил тело Психа сильно разряженной маной и заключил в такой же питательный кокон, как у Царя.

Вернулись Палыч с Клавой, раздали всем живчик, а потом погнали народ спать. Это правильно. Во сне меньше кислород расходуется.

Нас осталось не так много, человек двадцать, воздуха должно хватить, чтобы доползти до воздушной зоны. Наверное. Хотя двигаться в сторону черноты теперь не имеет смысла. Надо взять правее. Нам надо перейти на соседний кластер, чтобы перезагрузить этот. Или тот. Голова уже не соображала. Я даже не был уверен, в какую сторону нам двигаться, хтонь.

На пошатывающихся ногах и поддерживаемый Вечей я добрался до переднего края острова и соорудил три пуфика. Рядом сели мальчик и девочка.

— Сеня, мне нельзя отключаться, нам надо выйти из этой зоны туда, где есть воздух.

Идиот! Я полный идиот! Я быстро восстановил купол сохранности, который нарушил выстрел из гранатомёта. Внутри него было сразу несколько секторов из разных миров. Это кластер, на котором я находился, не мог перезагрузиться. Но другие-то! Они же без кислорода стали экстренно перезагружаться, а без купола они тут же сгорали! Ну, или не сгорали, ведь ночь же. Ночью образовывалась чернота. Воздуха не было и они опять начинали загрузку! Я идиот!

Я максимально растянул восприятие и везде, где смог дотянуться расставил купола сохранности. Потом обратился к Альфе, чтобы при новой перезагрузке из куполов сверху спускались листовки, которые придумал Псих. Надо дать людям шанс.

Я устало обмяк и получил бодрящую струю воды в лицо от Сени. Веча снова протянула воду. Я принял в пуфике сидячее положение и принялся выбрасывать силовые жгуты. Мы двинулись вперёд в полной темноте. Надеюсь, в правильную сторону.

Я максимально облегчил вес камня, чтобы набрать скорость. Краем глаза я видел, как вернулся Палыч и расстелил рядом с нами матрас.

Я несколько раз терял сознания, и Сеня бил меня по щекам, выливал на меня воду, даже пытался влить споровой раствор.

Не знаю, сколько мы продвигались, пока Веча не закричала:

— Деревья, живые деревья!

Я проверил, да, воздух есть. Я снял свои маленькие купола над островом и раскинул такие же, но только большие. Потом подумал и сделал воздушную сферу умной. Она теперь учитывала где воздух лучше и чище. И если снаружи регистрировалось лучшее качество, нагнетала его внутрь.

Перед тем как вырубиться, я успел расставить купола сохранности до куда смог дотянуться и бросил якорь, подкрасив его, чтобы и люди его видели.

— Иди поспи, я подежурю, — откуда-то донёсся чей-то смутно знакомый голос.

Сознание не хотело возвращаться. Зачем? Там ничего нет. Мёртвая галактика, злые люди. У меня ничего не получится, я слишком слаб. Всё бесполезно. И я снова погружался в небытие.

— Может в физраствор живчик капнуть?

— Себе сразу в мозг капни, придурок!

Я вспомнил отца, который меня бросил. Бесчеловечного хранителя жизни. Зачем быть? Там меня ничего не ждёт. Умру здесь в мёртвой галактике, пусть вселенная вращается дальше без меня. Она даже не заметит, а меня ждёт забвение. Нет и не было никогда Михаэля Дубхе. Собственное имя вызвало физическую боль. И я принялся стирать ластиком из реальности по буквам: ь, л, э, а, х, и, М, е, х, б, у, Д. Всё! Нет меня!

— Сделайте хоть что-нибудь! Он же умирает!

А потом мне приснился Лохматый. Он ещё подрос. Жёсткий почти чёрный хитиновый панцирь, утолщения на месте гривы, саблезубые клыки и мышцы под подвижными пластинами. Бывший лев внимательно смотрел на меня. Он тихо урчал и, казалось, что-то говорил монотонно и успокаивающе.

Я открыл глаза. На груди лежало что-то чёрное, тяжёлое и урчало. Кот приподнял морду, лениво зевнул, спрятал заострившиеся клыки и завибрировал, как трактор. Выжил? Хотя что ему станется, двуличная скотина. В доме небось прятался.

— Ваня! Ваня очнулся! — радостно заорал Сеня, оглушив меня. Он бросился мне на шею, сделав мою грудь мокрой от слёз.

Придавленные ребёнком кот недовольно зашипел и спрыгнул. Сразу дышать стало легче. Я был в своей постели на первом этаже. Дверь с грохотом распахнулась и в комнату влетел незнакомый молодой мужчина, а следом за ним невысокий полноватый парень с суетливой девушкой. Последним показался улыбающийся Псих.

— Гони споран! Я был прав, он тебя не узнал, — Псих требовательно протянул руку первому вошедшему. Тот сунул руку в разгрузку и достал споровую капсулу. На плече незнакомца висело знакомое ружьё. Царь! Споран замер в воздухе, а потом вернулся в карман. Оружейник довольно похлопал себя по груди.

— Так не честно! — Псих сделал вид, что возмущён. Только вот с его лица не сходила радостная улыбка. В груди потеплело.

В комнату протиснулась Веча с большой кружкой чего-то горячего. Я потянул носом. Мясной бульон. Мне бы мяса. Дико хотелось жрать.

Девочка поставила чашку у изголовья. Я попробовал приподнять руку, но она меня не слушалась. Я вопросительно посмотрел на Царя.

— Да всё просто, милок, — суетливая девушка достала откуда-то зеркало и развернула его ко мне.

На меня глядел живой скелет, обтянутый кожей. Хтонь.

Веча села рядом и дала мне выпить воды из трубочки. Я узнал эту сферу. Та самая с автонаполнением, которую я сделал для Царя. Когда сухость во рту пропала, я смог говорить, но промолчал.

Девочка принялась кормить меня из ложечки бульоном. Я возмущённо посмотрел на неё. Псих хохотнул. Тоже мне нашли представление. Они даже расселись кругом, около моей кровати.

— Мне бы мяса, — я жалобно посмотрел на Вечу.

— Да, где ж я тебе мясо-то возьму, милок, — всплеснула руками суетливая девушка, и я подозрительно уставился на неё.

— Это Клава, — ткнул в неё довольный Псих. — А рядом с ней Палыч. О! Вот и командир!

В комнату быстро зашёл командир-2. Если бы Псих не назвал его, я бы не догадался. Военная выправка, прямая осанка, открытый взгляд, положительный герой. Только сильно помолодевший.

— А, вот вы где! Там ещё одна группа, — он замер на полуслове. — Ваня?

— Мясо просит, — пожаловалась на меня Клава.

Я закрыл глаза и раскинул восприятие. Остров был переполнен людьми. Они даже заняли второй этаж и построили третий — деревянный. Мало того, насыпали земли, посадили траву и построили несколько бараков. Они подключили генераторы, и теперь у них было электричество.

А ещё мы ехали. Да-да. Медленно, но передвигались. Два тягоча тянули его за мой якорь. Ну да, ну да... Я же его облегчил максимально, когда гнал из безвоздушного пространства.

Я вспомнил, что когда закончил восстанавливать каменную основу, то забыл приподнять его. Мы наверное были в метре или двух от земли, не больше. Но верхний край был по-прежнему высоко, на расстоянии 5-6 метров. И я забыл сделать лестницу. Они приделали деревянную, которую поднимали и опускали.

А вот Софы на острове не было. Её купол стоял пустым, даже вода в пруду высохла. Только подумав о ней я получил отклик. Мол, всё нормально, она учит малышей охотиться. И прислала образ малышей. Хтонь! Там были деревья на заднем фоне, так вот эти детёныши уже давно не детёныши. Один был самый крупный, он был весь покрыт хитиновым панцирем. Пластины вдруг раздвинулись, и наружу метнулось щупальце, которое схватило развитого заражённого и втащило внутрь. Хтонь-хтонь-хтонь.

Я вернулся восприятием на остров. На полевой кухне готовили гречку с тушёнкой. А мне значит бульон? Я дотянулся до краёв острова и нашёл свои деревенские запасы. Целы и даже не испортились!

Я открыл глаза и встретился с встревоженными взглядами окруживших кровать товарищей.

Псих поднял меня за плечи и Веча шустро влила в меня бульон. Я выпил и сразу заснул.

Разбудил меня яростный вопль Лохматого, который прозвучал сначала у меня в голову, а потом где-то на улице. Что случилось?

Я открыл глаза и попытался встать, но тщетно. Воля моя крепка! Я напрягся и с нечеловеческим усилием сел, едва не завалившись обратно.

— Ваня! — в комнату вбежал встревоженный Царь. — Ты куда собрался?

— Мне надо к нему, — попросил я. — Случилось что-то важное. Ты сможешь меня перенести?

Царь без лишних разговоров поднял меня на руки и вышел наружу.

Остров висел где-то в сельской местности. Справа виднелась деревня, слева лес. А по центру в поле на четырёх лапах стоял огромный монстр. Он снова взревел и я узнал его. Лохматый. Он звал меня.

Царь переместился вместе со мной прямо к заражённому. Вблизи он выглядел ещё более устрашающе, красавец. Три или четыре человеческих роста. Царь аккуратно положил меня на траву и отошёл в сторону.

— Иди, потом меня заберёшь. Не нервируй его.

Царь исчез, а Лохматый нервно повёл носом. Он встал надо мной так, что я оказался между его четырьмя лапами. Он вдруг подёрнулся рябью и исчез. Хотя вот же он, я видел, как он прищурился и смотрит куда-то наверх. Я проследил за его взглядом.

Там на острове около каменного дерева появился Один. Лохматый не сводил с него взгляда. Один недоуменно оглянулся, потом повёл носом и подошёл к Царю. Кровь мою чует, козёл. Царь внимательно посмотрел на мужчину в зелёном камзоле с гербом на груди. Он всё понял и повернулся в мою сторону. Один проследил за его взглядом и навёлся на меня. Он снова шагнул и вышел уже передо мной.

— Ты стёр… — начал он с обвинения таким тоном, что мне захотелось его ударить.

Договорить отец не сумел, Лохматый откусил ему голову.