13-й император — 2

Глава 1

Я стоял и обречённо смотрел, как из водохранилища выбирается монстр с очень знакомой энергетикой. Большего палева невозможно придумать. Хотя нет, очень даже возможно. Зачем я назвался Эдуардом Ваниловичем Дубхе?

Шанс, что на этой планете знают род Дубхе был нулевой. Кто ж знал, что вместе с башней в этот мир прилетят криокапсулы, пролежавшие в другом мире больше десяти тысяч лет? И среди единичных выживших окажутся жители вымершей космической цивилизации, конечно же, знающей о правящем роде нашей галактики Млечный путь. А так хорошо всё начиналось…

Я уже почти отделался от стремления императора сделать меня своим наследником. Нашёл ему будущую императрицу, я обернулся на батюшку. Он сидел за столом рядом с миниатюрной девушкой и ошалело смотрел, как из воды вылезает гигантский рак.

Не-е, я всё понимаю, но зачем было ломать причал? Береговая линия большая. Он что не мог вылезти чуть правей или чуть левей? И, тьма его забери, зачем такое пафосное появление? Хтонь! Специально ведь превратился в рака, гад! Наверняка, чтобы я от него не отделался?

Монстр обвёл глазами поляну и навёлся на меня. Обрадовавшись, он со всей дури понёсся в мою сторону.

Одновременно произошло множество событий. Батюшка ускорился и ломанулся спасать своего драгоценного наследника. Верный Гаврила, которому я вернул молодость, заслонил меня от опасности и выбросил вперёд заклинание преграды. Рак даже не заметил возникновения у себя на пути земляных валов.

Берр, решивший стать правой рукой будущего императора, принялся метать в монстра воздушные лезвия с неимоверной скоростью. Я тут же поверил, что он был в топ-10 в техномагическом мире. К тому же, когда я восстанавливал его тело после капсулы, я улучшил все его показатели: и физические, и магические. По мощи с ним разве что сравнится будущая императрица, да и сам батюшка, пожалуй. Но рак даже не заметил потуг, он поглотил летящие в него заклинания.

Они были не единственные, кто твёрдо вознамерился спасти Ванюшу. Ко мне уже нёсся адъютант царевича и командир полка. Дениска был ближе, но Горбунов больше замотивирован. Не станет Ивашки, не станет потешного полка, и не быть ему командиром.

Горбунов тараном повалил меня на землю, Денис навалился сверху, намертво впечатав меня в грунт, а перед нами уже встал отец и вытянул вперёд руку. Даже не знаю, что он хотел сделать этим жестом… А прикольно, если глава рода Раковых, убьёт гигантского рака. Вроде как существует табу на убийство раков, символ императорского рода.

Монстр как раз подпрыгнул в финальном прыжке и, чтобы не навредить своему драгоценному истинному Изначальному, он стал уменьшаться на глазах. Он же не для того меня искал, чтобы тут же прибить и потом снова искать в другом мире. Со стороны, да, казалось, что по велению Михаила III рак уменьшился и приземлился ему в руку. Эт да… в полёте не сменишь траекторию, поэтому батюшка легко поймал маленького рачка.

— Нашёл, нашёл, я Вас нашёл, — Тёмный суетливо выпутался из рук императора, тяпнув его пару раз клешнёй. — Великий, я Вас нашёл.

Он сделал пару кругов по спине императора и решил, что сверху ему меня лучше видно. Он устроился на плече Михаила Михайловича, радостно взирая на меня.

— Это вообще кто? — раздалось из толпы. Повара мужественно не покидали кулинарную зону, а вот намеревавшиеся оттестить блюда едоки повскакивали со своих мест. К чести последних прочь никто не побежал. У магических калек, коих тут было большинство, были свои виды на Иван-царевича. Они были готовы напасть на монстра толпой и рвать панцирь голыми руками, лишь бы сохранить призрачный шанс на нормальную жизнь.

Пора брать ситуацию под контроль и напомнить всем знающим, что вообще-то я тут инкогнито.

— Всё, господин Горбунов, ты меня спас, можешь уже слезать с меня, — я попытался выбраться из-под горца.

Максим ловко вскочил на ноги, попутно сбросив со спины гвардейца.

— Извините, Денис Матвеевич, — командир полка помог подняться сначала мне, а потом моему адъютанту.

— Ваше Императорское Величество, — я подошёл к батюшке, — вы позволите поприветствовать хранителя рода Раковых?

Как только я подошёл, Тёмный спрыгнул на протянутую ладонь и завибрировал, не хуже кошака. По телу пробежало приятное тепло, теперь всё будет хорошо.

— Да-да, хранитель я, всех сохраню, кто ещё не сохранился, — радостно согласился Тёмный и замолк под моим предостерегающим взглядом.

— Столько веков спал в водах водохранилища, проголодался поди, — я погладил рачка по спине.

— Кто ж разбудил Великого Хранителя? — подыграл император. — Неспокойно нынче в водах Рыбинского моря, — батюшка бросил жирный намёк на сгоревший на днях парусник рода Подводных.

Члены жюри поварского конкурса взирали на происходящее с безопасного расстояния. Судейский подиум продолжал медленно вращаться, и чтобы не потерять нить происходящего, им приходилось потихонечку идти навстречу движению. Все судьи с любопытством повернулись на главу рода Подводных, но тот сделал вид, что не понимает, в чём дело.

— Да-да, — закивал рак, — всё утыкано какими-то подлодками. Еле пробился к вам.

Жирней намёка было сложно представить, тем более про подлодки никто кроме нас не знал. Взгляды глав родов требовательно скрестились на Милен Налимовиче.

— Я же не мог пребыть совсем без сопровождения, — он невозмутимо пожал плечами. — Карповы здесь, Носовы и Жуковы делают вид, что обустраиваются. А я что? Безопасность превыше всего! — он пафосно поднял вверх указательный палец.

— Фуф, — пренебрежительно фыркнул Тёмный, — обвешали друг друга взрывчаткой. Но защита острова зачётная, — он сымитировал клешнёй задранный вверх большой палец, чем тут же подкупил малюток стихий. — С десяток подлодок намертво увязло.

После его слов все главы родов бросились за телефоны, даже Подводный отошёл в сторону и набросил на себя защиту от прослушки.

— Чем у вас тут так вкусно пахнет? — рак зашевелил усами.

Я передал новообретённого хранителя главе рода. Было бы странно какому-то левому судье ходить с раком. Император бережно принял рака на руки и тоже погладил. Похоже, он решил, что это мой очередной невидимый друг по типу стихий. Они же тоже предпочитают воплощаться в виде раков, только плюшевых.

— Уважаемые конкурсанты и приглашённые маги, пора пробовать то, чем нас решили порадовать повара, — громко объявил я и пошёл в сторону накрытых столов.

Батюшка резко вернулся на своё место и посадил перед собой на стол рака. Повар тут же поставил перед ним блюдце, куда император начал выкладывать что-то на пробу. Помнится, раньше Тёмному не требовалось еда. Он вообще предпочитал форму кристалла на механических ножках. Отыгрывает образ. Хотя да, там же еда с магическими добавками. Ему может быть интересно.

На 176 едоков было 120 конкурсантов с двумя порциями. Места всех финалистов были уже заняты. Я пошёл дальше, изучая блюда и поваров. Все кроме меня уже выбрали себе место. Берр за мной не последовал, и мне показалось это странным. Я поискал его глазами и нашёл за столиком вместе со здоровяком, который зацепился за фамилию Дубхе. Вот ведь, пошёл рыть информацию, нюхач. Очень меткое название для профессии. Я бросил воздушный канал в их сторону и пошёл медленней, чтобы собеседники оставались в поле моего зрения.

Как и все спасённые мной из криокапсул жители другого мира Хеллиос вернул себе молодость и сейчас наслаждался жизнью. Император решил подбросить выживших на остров, не рассказывая из какой задницы мы их вытащили. Только я знал, что они прибыли из другого мира. Своим я скормил историю о том, что башня — наследие давно вымершей цивилизации. Версия трещала по швам, но пока никто не пытал меня с пристрастием, тыкая в нос несостыковками. Главное, что сами воскрешённые не знали, как они здесь оказались, и не знали друг друга в лицо. Ну это мы так думали…

— Хеллиос, что не так с этим родом Дубхе? — как бы невзначай поинтересовался Берр, отрезая кусок мяса.

— Как раз-таки с ним всё так, дорогой Берр, всё очень даже так, — Хеллиос положил в рот большой кусок мяса и зажмурился от удовольствия. — Это правящий род нашей галактики. Только вот почему Ванилович? Не было в императорской семье никакого Ванилы, а у Эдуарда другое отчество.

— А кто такой Эдуард Дубхе? — Берр попробовал какой-то красный напиток и блаженно улыбнулся.

— Наследный принц Эдуард Одинович Дубхе, — глядя на реакцию нюхача на напиток, Хеллиос тоже сделал глоток. — Император-то наш Один.

— Так это когда было? — похоже нюхач уже пронюхал, что они из разного времени. — За десять тысяч лет всё уже изменилось поди.

— Ээ, нет, мой дорогой Берр, — покачал вилкой с наколотым мясом сотрапезник. — Это мы с вами помрём, и тлен наш врастёт в почву, а Изначальные будут править. У них другая категория времён, я-то уж знаю. У меня были торговые дела во многих системах. Императору Одину не одна сотня лет! Дубхе — хранители самой жизни, — назидательно добавил он.

— Так вы считаете, что наш главный судья — один из них? — Берр перешёл на шёпот.

— Никому не сойдёт с рук назваться одним из Дубхе, не будучи им, — туманно ответил торговец. — Я раньше не был магом, мне всё это в новинку, — он неопределённо повёл бокалом в сторону, — но вы же видите, как на него реагируют те, кто приехал сюда ради ублюдочной школы? Вот вы же тоже маг, я видел, как вы напали на хранителя рода Раковых, — как бы случайно напомнил Хеллиос, и я прям-таки сразу поверил, что он был ушлым космическим торговцем. — Вы маг не из последних, только на вас почему-то не смотрят с вожделением, а монстры не выпрыгивают из воды, чтобы облизать лицо. Думаете, рак назвал Великим императора? Аха-ха! — он тихонечко рассмеялся.

Я прошёл мимо и отключил звук. Вот ведь… Меня зацепила фраза торговца, что Дубхе не прощают использование имени. Как они узнают? Только если имя не является передающим сигналом… Хтонь-хтонь-хтонь. Это что ж получается, я сам себя сдал? Тьма меня забери!

Я увидел свободный столик. Та самая старушка без денег, к которой подходил император. Никто не позарился на её еду, хм. Я подошёл поближе и сел за свободное место. Упавшая духом женщина взбодрилась.

Картофельное пюре? Для свежеиспечённых магов? Это она серьёзно? С жаренной рыбкой в тесте… ммм… Я вдохнул аромат и пропал. Перед глазами пробежали картинки деревянной избы, сдобной молодой женщины у печи, месившей тесто. Весёлый смех парнишки, измазавшегося в муке. Через приоткрытое окно доносился звук топора. Я не заметил, как всё съел. Очнулся, когда чай на травах с лимоном закончился. Я огляделся, рядом в похожей прострации сидел глава рода Горбуновых, а контрольное блюдо вылизывал старик Белозёров.

Я изобразил на кителе старушки золотой кулак с поднятым вверх большим пальцем и над её столиком тоже. Пожилая женщина поняла, что прошла в финал, и засветилась, как солнышко. Редкое качество — она готовила с душой, с чистой душой.

— Матушка, завари-ка мне ещё чайку, — попросил я и обратился к стихиям.

Мои невидимые друзья уже вывесили значки. Над моим столиком было три синих кулака, показывающих положительные эмоции после еды. Они засчитали Горбунова и Белозёрова.

Подозреваю, что если бы едоков было больше, то максимальные балы получили бы все участники третьего этапа. Отсеивать было некого.

Я попросил отойти в сторону готовых финалистов, включая Вовчика и мою старушку. Семь человек. Гаврила прошёлся по оставшимся контрольным блюдам с пищевым анализатором, а Земеля отметил воздействие еды на энергетическую систему едоков. Потом мы пометили блюда, где не было магически обогащённых ингредиентов. И бинго! Нашлось ещё пять человек, который умудрились с помощью простых продуктов, сделать то, для чего другим потребовались добавки. Этих я определил к финалистам. Среди них были те трое смуглых с узким разрезом глаз, интересные ребята.

Гаврила передал мне экран с данными и, полистав результаты, я отобрал ещё пять человек. У них было больше всего микроэлементов. Итого набралось 17 поваров. Я залпом допил чай и встал.

— Вы, — я обвёл рукой финалистов, — у вас есть выбор. Его Императорское Величество подыскивает новых поваров, — после моих слов со стороны зрителей пробежался шепоток. Ну да, ну да… Дымовы-то пропали. — У вас есть выбор. Вы можете пойти на службу во дворец и готовить для императорской семьи, званных ужинов и баллов, — я выдержал паузу. — Или же идёте на службу к царевичу Ивану, и здесь у вас ещё два варианта. Потешный полк, где ваши клиенты дети и подростки. Или магическая школа для ублюдков, где придётся кормить магов. Я попрошу Его Императорское Величество и обоих директоров встать вот здесь, — я показал на свободное место. — Остап Петрович Безымянный — директор школы потешного полка. Максим Максимович Горбунов — командир полка. Павел Андреевич Мухин — временно исполняющий обязанности директора школы.

Трое старичков, опытных поваров-алхимиков, встали подле императора, и тот облегчённо выдохнул. Кто же они такие?

Остальных участников такой выбор не удивил, похоже этих аристо не знаю только я.

Накормившая меня бабулька подошла к Безымянному, к ней добавились почти все женщины, включая алхимичку. Только самая молодая выбрала дворец.

Один из узкоглазых поднял руку:

— Возьмозьно ли и ряботатя и учися в шьколе магьов?

— Если вы будете всё успевать, — я пожал плечами, — почему бы и нет.

Трое смуглых и Вовчик перешли к Мухину. К ним же перешли и почти все другие финалисты. Один старичок выбрал потешный полк, а немолодой военный перешёл во дворец. Корней так и остался на месте.

— Что же вы, уважаемый? — я вежливо улыбнулся. — Вас ждём.

— А где будете вы? — поинтересовался парень.

Вот как… Я почесал затылок. Личный повар, это здорово… Хочу-хочу-хочу. Только вот просился он не к Ивану Михайловичу, а к Эдуарду Ваниловичу.

— Я не собираюсь работать поваром, — я холодно улыбнулся. — Как и оставаться здесь. Моя задача выбрать лучших из лучших и она почти выполнена.

— Могу я поехать с вами?

Вот ведь настырный. Я наклонил голову на бок и внимательно посмотрел на парня. Тот взгляд не отводил. Я показал себе за спину. Корней облегчённо выдохнул и встал рядом с Гаврилой.

— Уважаемые конкурсанты, это ещё не всё, — я поднял руку, привлекая внимание.

Поникшие участники последнего этапа воспряли духом.

— Вы выбрали место работы. Теперь я предлагаю вам набрать себе команду из этих, — я повёл рукой в сторону оставшихся поваров.

В результате бурного обсуждения почти все повара оказались пристроены. В каждой группе было по тридцать поваров, плюс-минус. Десять других остались сиротливо стоять. Я попросил их принести контрольные блюда. И взглянув на них я убедился в правильности своего решения.

— У вас есть шанс закрепиться в здании, в котором будет располагаться потешный полк и ублюдочная школа. Все вместе или по отдельности вы можете открыть там своё кафе, ресторан или закусочную. Да хоть витаминный бар для детишек. Господа! По всем организационным вопросам прошу обращаться к Денису Матвеевичу.

Я повернулся к Гавриле.

— Аркадий, организуй нам транспорт до маяка, — негромко попросил я и расположился за одним из свободных столиков.

Корней метнулся на место повара и приготовил мне бодрящий напиток на травах. Я благодарно кивнул.

На соседний стул сел Берр и вопросительно уставился на меня. Ну да, ну да… Любое его слово будет палевным, умный нюхач.

— Ублюдской школе нужны учителя, — огласил я и так очевидную вещь, но юный Берр понял меня правильно. Он встал, поклонился и скрылся в толпе зрителей.

Я не знаю, кто из воскрешённых свежий маг, а кто опытный. Но я уже понял, что с магией этого мира что-то не так. Не спроста стихия земли вместо женской энергетики предпочла мужскую. Кроме того инициализация диких магов напоминает пытку. И если у меня будут учителя из мира Нейры, то… В общем, так будет лучше.

Глава 2

Я сидел на берегу водохранилища вместе с прибившимся ко мне Корнеем и смотрел, как маги Мухина восстанавливают причал. Работали они топорно, но эффективно. Сращивали доски: сломанные с новыми внахлёст. Может надеялись таким образом увеличить прочность. Однако, вывод я сделал однозначный — не умеют изменять саму материю. Хотя вот Иван II как-то же смог сделать скальную породу. Неужели тоже камни завозили? Буду надеяться, всё не так плохо, и неучи только дикие Мухинские маги, а у аристо всё путём. Вот и этот остров, ставший Потешным, его явно улучшали магически. Иначе бы он был заболоченным.

Гаврила ушёл добывать нам транспорт. Время смотаться к маяку было. У Земели появилась идея, как поднять небоскрёб из болота. Он пылал энтузиазмом, наслушался споров глав родов Белозёрова и Багаева. Собственно, я и не собирался привлекать их к делу. Пригласил я строителей речного канала и гидроузла в качестве жюри именно для того, чтобы они пустились в размышления на данную тему, предлагая разные дикие и нереалистичные варианты. Земеля же должен был всё это слушать и переваривать. Даже если бы что-то было трудновыполнимо людьми, это могло сработать, когда берётся за дело сама магия.

По сбивчивым образам, отправляемыми Землёй, я понял, что все их предложения сводились к тому, что почву надо осушить. Но даже если грунт вдруг станет твёрдым оставался вопрос, как выдернуть километровое здание вверх. Чай не морковка в огороде. И у Земели появилась идея, которую предстояло проверить.

На якоре в ожидании причала стояло два облезлых судёнышка. Батюшка в сопровождении своих поваров собирался во дворец. Я терялся в догадках, почему он не воспользуется своим нормальным паромом. В гараже под замком я видел как минимум два.

На вечер была намечена инициализация молодняка правящего рода, которую вознамерился провести я. Хотя, если честно, я сильно сомневался, что даже императорские детки физически готовы принять магию. Чем больше я вникал в реалии мира, тем более меня удручала окружавшая действительность. Именно поэтому я просил привести всех Раковых, чтобы помочь младшему поколению подготовиться. Если сейчас начать грамотно заниматься с детьми, то лет через двадцать они станут сильными и умелыми магами.

Второй паром должен был вернуть конкурсантов и приглашённых гостей в город. Собравшиеся отчаливать с интересом наблюдали, как Раковы забирают своих отпрысков с острова.

Царевич Пётр закинул на плечо паренька лет семи, тот отчаянно вопил и колотил своего дедушку по спине.

Всё ещё исполняющий обязанности начальника СБ империи царевич Александр тащил за шкирку сразу двоих внуков. Лизоньку, которую утром отговаривал от поездки любящий папенька Дмитрий Александрович, и пацана лет пяти. Последний был скорее всего младшим сыном Тимура, на детей которого я возлагал большие надежды.

СБ империи представляло из себя отличное наглядное пособие, какой не должна быть служба безопасности. И дети сгнившего Александра на роль начальника уже не годились, я присматривался к его внукам. На крайний случай есть отпрыски старших сыновей императора, с коими я знаком не был. Ванюша рос в полнейшей изоляции, спасибо матушке, чтоб её душа никогда не ушла на перерождение.

Старший сын, которого я пригласил в жюри поварского конкурса, Матвей Тимурович, так и остался тёмной лошадкой. Он не проронил ни слова за всё время проведения конкурса. Среднего, Сидора, я уже назначил своим личным СБшником, но смотрелся он блёкло. И вот брыкающийся младший пацан лет пяти, которого тащил Александр. Безопасник на вырост. Проблема в том, что мне прикрывать тылы требовалось уже сейчас.

Сидор и Матвей хмуро смотрели на группу других Раковых, у которых на острове не было предков, чтобы тащить их за шкирку.

У двоих мальчуганов, совсем мелких, на груди красовались клешни рака, дававшие им право на возвращение на остров. Похоже это те самые друзья маленькой Саши. Остальные отпрыски Раковых никаких пропусков заработать не успели.

Наконец, причал был готов, и первый обшарпанный паром пристал к берегу, чтобы загрузить императорскую семейку с поварами. К группе детишек подошёл Михаил III.

— Вы зря рассчитываете, что раз ваших родителей здесь нет, то и забрать вас некому, — юный император весело усмехнулся. — А я? Я ваш предок. Живо, я сказал! — он добавил в голос магию, дети подскочили и рванули на паром.

Отец огляделся и нашёл глазами меня, мы с Корнеем встали. Мой личный повар весь сжался. Михаил Михайлович строго посмотрел на нас.

— Эдуард Ванилович, не задерживайтесь, мы вас ждём, — он развернулся и пошёл прочь. Корней облегчённо выдохнул, а Тёмный в последний момент спрыгнул с плеча императора мне на руки.

— Ты собирался уехать без меня! — рак обвиняюще тынкул в меня клешнёй.

— Ты же хранитель рода Раковых, а я так… — я скромно улыбнулся.

Корней с недоумением взирал на нашу перепалку, но бОльшим шоком для него стало, когда у него на руках возник плюшевый рак в поварском колпаке. Он, конечно же, с этим раком уже встречался, ведь именно ему он должен был проводить ликбез по поводу различных продуктов. Но тогда ему просто принесли игрушку от Иван-царевича, а тут эта самая игрушка возникает в него на руках.

— Давай дружить, — заявил плюшевый рак низким грудным басом, обращаясь к хранителю рода. Стихии не понимали, кто такой этот странный рак, им было любопытно.

Тёмный так опешил, что резко замолчал. Он открывал и закрывал свой маленький рот, но так и не издал и звука.

— Великий… — шёпотом промычал он, но тут же заткнулся под моим предостерегающим взглядом и заявил совсем другим тоном. — Ну что, кого ждём? Поехали уже! — он перебрался на спину игрушки и изобразил бравого наездника.

Гаврила раздобыл для нас небольшой катер. За руль встал Корней. Оказалось, он не только отлично водит, но и прекрасно знает местность. Любопытно. Я закрыл глаза и поменял внешность обратно. Бледный цвет лица сменился на нормальный, а волосы опять стали светлыми.

— Ты ведь не знаешь, кто это? — Гаврила указал на спину моего личного повара.

— Корней, какой-то аристократ, — я безразлично пожал плечами, на что мой друг довольно хмыкнул.

Наш водитель обернулся и увидел изменённого меня. Он посмотрел на одежду, потом на лицо. И убедился, что другого Эдуарда Ваниловича здесь нет.

— Ваня Васнецов? — он удивлённо воззрился на меня. Согласен, выглядело странным, обычный мальчик с потешного острова был кулинарным экспертом.

— Будет весело, — рассмеялся помощник главного судьи поварского конкурса. Он-то внешне не изменился.

Ваня Васнецов похоже конкретно засветился своими боями с аристократами, раз меня так легко узнают.

Корней уверенно подвёл нас по болоту почти впритык к башне. Было странно, что он так хорошо ориентируется на диком полуострове, всегда принадлежавшем роду Раковых. Я подозрительно посмотрел на Гаврилу, но тот лишь шире растянул рот в довольной ухмылке.

— Здесь по кустам ребята Безымянного прячутся, — сообщил он. — Были попытки проникнуть на маяк. Засветились рода Подводных, Носовых, Жуковых и Карповых.

Я кивнул и сел на корму впритык к болотной жиже. Идея Земели заключалась в том, чтобы вытолкнуть башню с помощью растений. Мысль мне понравилась, только растение должно быть особым. Это ж какая должна быть корневая система, чтобы уйти на километр под землю! Кроме того, либо растение должно быть разумным, либо у самих стихий должна быть возможность им управлять.

Земеля было предложил воплотиться в гигантское дерево. Пришлось объяснять ему, что подобные действия чреваты. Глобальное изменение манофона, создание аномальной зоны… Я минут на сорок углубился в лекцию по банальным истинам и элементарным мерам безопасности. Что будет, если стянуть планетарную ману в одно место? Ничего хорошего. Вроде все всё поняли и пообещали советоваться, если что.

Мои спутники терпеливо ждали, пока во время мысленного общения со стихиями я пялился в пустоту, то улыбаясь, то посмеиваясь. Потом ветер стал приносить мне различные семена и сбрасывать на ладонь. Я создал чистую белую ткань и принялся выкладывать туда семечки. Гаврила и Корней с любопытством заглядывали мне через плечо, а Тёмный спустился и стал придирчиво перебирать предлагаемые экземпляры.

— Хочешь вытолкнуть башню? — он хмыкнул. — Ну лет через сто у тебя это получится.

Ну да, ну да… В чём-то он прав. С печалью на душе я вспомнил белый мэллорн в оранжереи Дэлы. И даже не удивился, сунув руку в карман и обнаружив там белый жёлудь.

— Это, это, это ж… — Тёмный в потрясении уставился на жёлудь.

— Белый мэллорн, — согласился я. На что рак подозрительно посмотрел на меня. Он открывал и закрывал рот, а потом и вовсе повернулся ко мне задом.

Ну значит, не мэллорн. Я ласково погладил жёлудь и влил в него сначала объединённые стихии, потом решил воспользоваться энергией перевёрнутой «альфы». Рак всё это время смотрел на меня выпученными глазами, но молчал.

Жёлудь нагрелся и засветился приятным тёплым светом. Я передал его стихиям. Земеля уже подобрал ему оптимальное место. Чтобы мэллорну не было скучно, я преобразовал принесённые Драко семена и тоже влил в них универсальную ману из источника, чтобы стихии смогли управлять ими. Драко подхватил их и унёс в неизвестном направлении.

— Тёмный, тебе придётся остаться, — я показал на башню. — Нужно выяснить, что внутри. Там точно есть продвинутый медицинский центр и жилые помещения. Останешься и всё изучишь, хорошо?

Тёмный поник и прижался ко мне всеми лапками. Я ласково погладил его по спине.

— Мы поможем, — пробасил плюшевый рак.

В воздухе возник крупный воздушный дракон, на котором сидел любопытный Рыжик. Я отсюда ощущал его нетерпение, а значит какая-то электроника из другого мира точно прилетела. Я подбросил ему мысль, что он может конструировать сложные устройства на голой магии. Возбуждённый Рыжик подогнал Драко, и тот подцепил одной лапой Тёмного, а другой рака в поварском колпаке и стремительно рванул к маяку.

— Думаешь, туда можно заселяться? — Гаврила с сомнением посмотрел на слабо светящуюся башню.

— Полагаю, там и склады с продуктами есть, — я задумчиво потёр подбородок. — Вопрос, что случилось с нижним этажами. Их затопило, засыпало или они остались целы? — сомнения были, но последними в моём небоскрёбе жили лидеры топ-10, у них были и возможности и желание…

Во дворец мы приплыли, когда обозначились первые сумерки. Захар встретил меня на причале. Открытой пристани при дворце не было. Высадиться на берег можно было в гаражном комплексе в огромной пещере. Я внимательно посмотрел на скалы, выглядели они цельными, не похоже, чтобы их сращивали. Надо будет спросить у призрака Ивана-строителя, как он создавал остров.

— Ну вы тут сами разбирайтесь, — я махнул неопределённо рукой Гавриле и Корнею, а сам последовал за секретарём батюшки.

— Все уже собрались, ждут только вас, — безэмоциональным тоном объявил Захар. Было немного странно видеть столь чопорного юношу. Интересно, как император выкрутился, когда оба его секретаря вдруг стали молодыми. Представил их, как смену старым?

— Мне бы переодеться, — предупредил я. Идти в преобразованной с помощью магии одежде не хотелось. Кто-то обязательно отметит необычную ткань. — Мне случайно новую комнату не выделили?

Новую комнату мне не выделили, а старая встретила меня не только обоями с рисунком водорослей, но и разрухой. Поломанная кровать, развороченный стол. Дом, милый дом. Батенька меня определённо любит.

Шкаф был покорёжен, но стоял, к нему я и направился. Я подрос, ещё бы столько вливал в себя энергии на строительство тела, это я молодец. Вся перешедшая мне по наследству одежда оказалась мала. Даже обувь. Я извлёк из недр застиранную и растянутую пижаму с рисунком весёлых рачков, а на ноги нашёл только выцветшие плюшевые тапочки с клешнями на носках. Они были слегка маловаты, поэтому я решил идти босиком. Закалка тоже полезна для организма.

Я вышел из комнаты и нехотя побрёл в алтарный зал. Даже холлы дворца выглядели лучше, чем моя комната до погрома. Я уже не хотел ничего. Неужели так трудно было позаботиться о минимальном комфорте для своего сына? Минимальном! Да у меня даже кровати нет! Хтонь! Мне 15! У меня и карманных денег нет и никогда не было, чтобы пойти и купить себе одежду! Обида накатывала волнами, пока не слилась в штормовой вал. В душе засаднило, кап.

Не-е, папулька же реально пытался забрать меня с острова силой?! «Мы едем домой», — я мысленно передразнил недоотца. И что? Привести сюда? Боль внутри разрасталась, кап-кап.

На первом этаже я остановился и вышел наружу. Перебьются Раковы. Я сел на ступеньки дворца, на душе было больно и гадко, кап-кап-кап. Тьма их всех забери!

Сказать, что я расстроился — ничего не сказать. Да тот же Гаврила на правах слуги мог бы решить вопрос с комнатой. Или Пантелеев? Он же сейчас разбирает грехи Аврелия Завдаловича? Неужели ни единой душе в замке не пришло в голову, что царевичу Ивану банально негде спать? Захотелось выть в голос от обиды и бессилия, кап, кап, кап.

Ванюша перестал быть пустым местом? Ванечка теперь наша самая-самая драгоценная вещь? Я горько рассмеялся. Вещь… Кап. Я не заметил, что у меня на груди расползается пятно крови. Кап.

Я уныло брёл босиком по траве, пока не упёрся ступнями в ласковую воду водохранилища. Капля так нежно убаюкивала, а я так устал… я вошёл в воду. Слабые волны поглаживали тело, успокаивали. Я лёг на спину и уставился на заходящее солнце. Вода приняла меня, позволяя провалиться в сладкий сон. Я уже не видел, как радужный кокон заботливо окружил моё тело и спрятал на дне. Кап...

Откуда мне было знать, что в мире пропала магия? Я безмятежно спал, и сон залечивал душевные раны. Ка-ап.

Мне снился забавный плюшевый рак, который сидел на алтаре рода.

— Вы плохие! — пробасил рак.

— Вы его обидели, — прожурчала вода.

— Мы его не отдадим, — вспыхнули факелы в полумраке алтарной залы.

— Мы больше не будем с вами дружить! — донеслось сразу ото всюду.

Голоса стихли, рак пропал, а зал погрузился в кромешную тьму. Это ж были магические светильники, а всё хоть сколько-то магическое перестало вдруг работать.

— А на что он обиделся? — раздался чей-то голос в темноте. — Есть идеи?

— Он же подросток, гормоны, несчастная любовь, наверное, — предположил другой голос.

— Он же ни с кем не общался? — здраво рассудил третий.

— Подросткам не надо общаться, они любят на расстоянии, — заверил эксперт.

— Может он дневник какой вёл? Надо поискать в его комнате, — предложил маг, которому было хреново с пустым источником.

— Все сейчас в телефоне пишут, взломаем его переписку и узнаем, — засуетился кто-то.

— У него не было телефона, — тяжко вздохнул император.

— Как так-то? У всех есть, а у него не было? — не поверили сразу несколько собеседников.

— Дык, поэтому и обиделся, лишили мальчика телефона, а у него зависимость, — посочувствовал кто-то.

— У него никогда не было телефона, — неохотно признался горе-отец.

— В смысле? — кто-то нервно хохотнул. — Это как? Он же небось тебя просьбами заваливал перед каждым праздником. Па, телефон подари… Ну, па, купи телефон…

— Ммм, — промычал отец года.

Воцарилась неловкая тишина.

— А почему его никогда не было на семейных торжествах? — спросил молодой голос, принадлежавший Корнею.

Плохой сон прервался, но боль ощущалась даже во сне, кап. Дрёма перестала помогать. Просыпаться и встречаться с жестокой реальностью не хотелось. Кап.

Игрушечный рак в нашейном платке защитного цвета сидел на коленях у Остап Петровича. Директор потешного полка сочувственно поглаживал его по плюшевой голове.

— У меня не получилось убрать боль, — уныло пробасил рак. — У него душа кровоточит. И мне тоже становится больно.

— Я помогу, — Безымянный поглаживал мягкий плюш. — Давай вместе уберём то, что причиняет боль. Заполним душу положительными эмоциями.

— Он вернулся туда, где никому не нужен. У него нет дома. Никто не дарит домашнее тепло, любовь и заботу, — вздохнул игрушечный рак. — О нас тоже никто не заботился, пока не пришёл он.

— Мы всё исправим, — Безымянный решительно встал на ноги, прижимая к груди игрушку. — Ты не один, у тебя много друзей, мы все поможем. Только как мы доберёмся до дворца? Да и ремонт в комнате без стройматериалов как делать? Ничего же не работает без магии…

Рак недовольно забурчал, и в мир вернулась магия. Безымянный ощутил, как мана наполняет источник легко и быстро. Раньше такого не было, раньше мана подавалась неохотно, с трудом.

— Спасибо, друг, — Остап Петрович погладил рака. — Пойдём, найдём Катеньку.

— Зачем?

— Женщины, мой друг, лучше всех умеют создавать уют, без них никуда, — посетовал холостой директор.

— Она там на берегу новый мем снимает, — плюшевая клешня указала направление.

У кромки воды спиной к камере стоял белокурый юноша и смотрел вдаль. Там на когда-то болотистом берегу у него на глазах росла башня в окружении бурной растительности.

— Иван Михайлович, а куда пропала магия?

— Она не пропала, просто занята. Я поиграю чуток и верну.

Глава 3

Проснулся я в мягкой чистой постели и потянул носом. Пахло чем-то вкусным. Я открыл глаза и не обнаружил обоев с рисунком водорослей. На постельном белье тоже не было никаких раков, ни больших, ни маленьких. Где я? Да, какая разница? Я зарылся в мягкое тёплое одеяло и сладко уснул.

Второй раз я проснулся от раздутого мочевого пузыря, вынужденно встал и побрёл в сторону туалетной комнаты. Я споткнулся обо что-то и с грохотом упал. Ко мне подскочил Гаврила и выровнял траекторию движения. Облегчившись, я ополоснул лицо холодной водой и огляделся. Зачётная уборная. Больше, чем моя комната раза в два. Купель в полу, душевая зона, пол с подогревом, я пошевелил голыми пальцами ног. Я бы от такой не отказался… Куда же я попал? Кто тот добрый человек, что приютил и обогрел?

На мне была новая пижама без идиотских рисунков, вообще без рисунков, спокойного синего цвета. Вернувшись в комнату, мой живот радостно поприветствовал еду громким урчанием. На белоснежной скатерти был накрыт шикарный завтрак по всем правилам дворцового этикета. Куча столовых приборов, несколько вложенных тарелок. Суп? Я в удивлении поднял глаза на обслуживающего меня слугу и узнал Корнея.

— Извольте сначала выпить травяной отвар, Иван Михайлович, — попросил лучший повар на свете и наполнил чашку из стоящего здесь же кувшина.

Изумительный вкус. Такое ощущение, что я долго-долго спал и мне требовалось запустить тело заново. Горьковато-приторный сбор подходил идеально.

Корней подал мне маленький кусок горячего поджаристого тоста, чтобы сбить вкус отвара. Я блаженно улыбнулся и попробовал крем-суп. Грибной, мм… Я попросил ещё, но Корней выставил передо мной фаршированные овощи с сыром. Мало! Только я хотел возмутиться, как появилась внушительная тарелка гречневой каши с кусочками кураги. Съев всё до последней крошки, я сыто откинулся на спинку удобного стула с подлокотниками. Корней налил мне новый кисловатый отвар и подал на блюдечке два малюсеньких медовых шарика.

Допив приготовленный кувшин целиком, я искренне поблагодарил повара, встал и довольно потянулся. Так куда меня занесло?

Окна по форме напоминали дворцовую архитектуру. Но только в царских покоях были настолько большие комнаты, чтобы окна выходили сразу на обе стороны. И это точно не были покои императора и даже не его стиль. Он предпочитал антикварный минимализм, а тут всё современное, молодёжное. Яркие краски, всё такое светлое и позитивное.

В спальне стояло несколько диванов с яркими подушками, зазывающими прилечь и посмотреть огромный телевизор. Настенное электронное пано неизвестного назначения. Парочка уютных зон с журнальными столиками и призывно пушистый ковёр по центру опочивальни с моими любимыми пуфиками. Может мне выделили покои одного из старших братьев? Одежду давали доносить, вот и комната перепала? Да, не-е, у братьев окна выходили только на одну сторону. Да и пуфики — это моё новшество.

Я выглянул на улицу — вид как из моего старого окна. Оу! У гвардейцев новая полоса препятствий! Точно! Я же такую рисовал, когда меня в лагере спрашивали о предпочтениях! Я загорелся тренировкой.

— Извольте переодеться, Иван Михайлович, — Гаврила потянул меня к неприметной двери.

Гардеробная! Как две, нет три (!) моих комнаты. Парадные костюмы с гербом, повседневные костюмы с гербом, обычный китель без герба, форма с потешного полка, ууу, даже есть потрёпанная одежда для маскировки и старая футболка «выключи свет». Неужели это моя новая комната? Я дебильно заулыбался. Одел простые спортивные штаны, серую футболку и кроссовки.

Я быстро направил содержимое желудка на усиление тела, распахнул окно, забрался на подоконник и спрыгнул. На ходу создал воздушную горку, по которой и съехал к полосе препятствий. Вокруг никого не было. Я обошёл площадку и запустил подвешенные брёвна, объяснил Драко как их качать. Потом подошёл к истуканам на шарнирах и придал им вращательный импульс, и здесь помогла стихия воздуха. Шаткое бревно попробую пока пройти без дополнительного ускорения. О! Вылетающие языки пламени, попросил Рыжика сделать их более узкими, длинными и затяжными. Потом преобразуем в нападающие плети. Исчезающие кочки! Супер! Земеля загорелся новой игрушкой. Нужно было угадать, какая кочка при приземлении не исчезнет. Отличная тренировка для чуйки. Я с предвкушением вернулся на старт. Уха-ха!

Когда я довольный и счастливый вылезал из грязевой лужи, последний истукан-таки достал меня, путь мне перегородила Лизонька с тесаком на перевязи. По бокам от неё стояли оба Раковых, которые раньше ходили с маленькой Сашей. На груди Лизы красовалась клешня рака. И когда только успела?

— Васнецов! — внучка Александра строго посмотрела на меня сверху вниз. Стараниями Капли мои руки расползлись в стороны, и я снова шлёпнулся лицом в грязь. — Это площадка Ивана-царевича! Только он может здесь играть!

— Почему? — я ползком выбрался на траву и откинулся на спину. — Тут никого не было, и места всем хватит. Попробуешь? Всё не так просто, как кажется, — подначил я.

Я уже просканировал ребятишек. Крепкие тела, хорошо развиты, но физической нагрузки получают маловато. У них самый возраст, им бы прыгать и бегать. Они же будущие маги, с них и спрос больше.

— А можно? — с надеждой поинтересовался пацан с тёмными кудрями, его глаза азартно блеснули.

— Конечно, если что вали всё на меня, — я встал на ноги и вернулся на старт. Мне пока не удалось пройти дальше истуканов.

— Сёма! — попыталась остановить его Лизонька, но парень уже летел лицом в грязь. Бревно мало того, что вращалось, оно было ещё и скользким. Эт да…

Вскоре первое препятствие пытались пройти все трое. Вылезая из грязевой ямы после очередного падения, я столкнулся с направленной на себя камерой мобильного телефона.

Я так опешил, что не успел отреагировать, а нагло ухмыляющийся веснушчатый парень лет 11-12 уже отскочил на безопасное расстояние.

— Ты чё? — искренне возмутился я.

— Катя обещала клешню, если я сниму, как полосу препятствий проходит Васнецов или Иван-царевич, — он быстро тыкнул в телефон пальцем и счастливо заулыбался. — Готово! Я вернусь на остров! Я вернусь на остров! — заорал пацан и убежал.

Через час по полосе препятствий скакали почти все мелкие Раковы. Более старшие дети солидно стояли в стороне и с завистью смотрели на мелюзгу. Аха-ха, не хотят позорно падать в грязь, я улыбнулся. В целом почти все дети обладали хорошей физикой. Кроме одного, того, которого на плече уносил с острова царевич Пётр, Серафим, кажется. Его похоже растили в тепличных условиях. Был он откровенно хиловат.

Дети старше десяти уступали в развитии младшим. Из чего я сделал вывод, что когда детки шли учиться, то начинали прокачивать мозг, а физическая подготовка уходила на задний план. Возможно такая позиция и разумна, но не для магов. Чтобы пропускать через себя ману, нужно ну очень качественное тело.

Совсем старших детей тут не было. Им наши забавы были не интересны. Я вернулся к своему окну, влил огонь в ноги и запрыгнул на подоконник. Оставляя за собой грязные следы по всему полу, я забрался в купель. Что ж делать-то?

— Гаврила! — крикнул я.

В дверях тут же появился слуга.

— Попроси батеньку устроить после обеда мини-турнир по магии среди отпрысков Раковых. Да! — мне пришла новая идея, как оценить потенциал студентиков. — Есть столовая, где все на обед собираются? Хочу туда сходить, — я с бульком скрылся под водой, Капля создала водяные ручки и защекотала.

Порывшись в гардеробной, я одел простые джинсы и новую белую футболку.

Старой столовой на месте не было. Её снесли, когда расширяли мою комнату. Собственно мне отдали весь второй этаж, сделав полную перепланировку. По словам Гаврилы, мой этаж заканчивался двухэтажным кабинетом, бывшим когда-то гостевым. Мы пошли в другую сторону, и прежде чем выйти из моих новых апартаментов, мы прошли зал для тренировок, большую гостиную и личную кухню.

Общая столовая переехала на женскую половину вместе с братьями. Батюшка заселил их в бывшие покои своих маменек. Из вредности или хочет, чтобы они поискали нычки? Наверняка, это придумал ушлый Дмитрий Александрович. Ведь второй компонент яда они так и не нашли.

Огромное помещение столовой не выделялось вычурную отделкой. Кажется, ремонт тут был сделан с меньшей тщательностью, из чего я сделал вывод, что занимались им разные люди. На стенах висели картины, способствующие разжиганию аппетита: какие-то вялые натюрморты и другие продуктовые наборы. Не удивлюсь, если окажется, что полотна вышли из-под руки царевича Фёдора Михайловича.

По центру от входа за главным столом сидел батюшка император. Оба места подле него были пусты, а одно из пустых сервировано. Таким образом отец демонстрировал недовольство сыновьями. Поскольку не только ближайшие места пустовали, но и соседние с ними. Царевичи сидели практически веером напротив Михаила III. Он хоть сообщил им, что их тела отравлены многокомпонентным ядом и в любой момент может прилететь недостающий элемент? Непохоже… Отец показал мне на сервированное место подле себя, и старшие братья дружно обернулись в мою сторону. Все Раковы были в сборе.

Слева перпендикулярно друг другу стояли два длинных стола. Обедающие там человек двадцать могли видеть всё происходящее в столовой. Здесь сидело старшее поколение, многочисленные уже подросшие внуки Михаила III. Там же я с удивлением заметил трёх старичков-поваров, гениальных алхимиков. Моё появление многочисленные родственники не заметили, но не могли не обратить внимание, что все царевичи разом повернулись в мою сторону. Старички доброжелательно заулыбались, а среднее поколение насторожилось.

Да, наверное, они все вчера меня ждали в алтарном зале. А я не пришёл. Опять пришлось меня искать, поднялась суета… В общем реакция понятна.

Напротив взрослых за двумя большими круглыми столами расположилась молодёжь. Младшие дети за одним столом, подростки за другим. Десяток мелких я уже изучил на полосе препятствий, поэтому направился к молодёжи, которых было немногим больше.

Все сидящие за столом Ванюшу знали. По установленному порядку в роду Раковых все отпрыски, достигнув 15-ти лет, переезжали жить во дворец. Мальчики шли учиться в Академию наследников, девочки в Академию Магии. И несмотря на такое количество сверстников с Ванечкой никто не общался. Покойная матушка сделала всё, чтобы добиться подобного результата. Даже младшие дети царевичей, который жили во дворце с малых лет, дружны с ним не были. Ванюшу они презирали.

Когда был жив старший брат Славий, всё было не так плохо. Он был старший из дворцовых детей, и остальные его побаивались. Однако, и его матушка изолировала на время семейных торжеств, что не способствовало дружбе. После трагической гибели Славия на Ванюшу началась детская травля, которую взрослые дружно игнорировали.

Особенно доставалось младшему царевичу от сверстников Кирилла и Юрия, сыновей умников Бориса и Василия, протеже Носовых. Извечные аккуратисты контрастировали на фоне его старомодных нарядов. Они подкалывали и унижали его при каждом удобном случае, напоминая, что его родила водница и быть ему одностихийным магом. Лучшее, что он может сделать для рода — по-тихому удавиться.

Георгий, младший сын безопасника Александра, был высоких моральных принципов, поэтому игнорировал Ванюшу напрочь, чем задевал ещё сильней. А вот младший отпрыск Петра — Андрей награждал царевича тумаками каждый раз, когда видел. Сначала он отрабатывал на Ване борцовские приёмы, а когда прошёл инициализацию, не гнушался пуляться магией. Запустит фаербол и смеётся. Даже присутствие взрослых его не останавливало, поскольку те придерживались тактики Георгия, игнорировали 13-го царевича.

Кроме мальчиков во дворце постоянно проживали две дочери, Бориса и Николая. Последнего я до сих пор не вычеркнул из списка вредителей, поскольку не был уверен, что Добрая Мария действовала в одиночку. Софочка, дочь Николая постоянно втиралась в доверие к Ванюше. Он пару раз слышал, как она потом поносила его перед своей двоюродной сестрицей Светланой, и перестал с ней общаться. Мария Сергеевна несколько раз пыталась их померить. К счастью, Ванечка был злопамятным мальчиком, и на провокацию не повёлся.

Света тоже частенько отрабатывала на мелком гадёныше магические плетения, чтоб он быстрее сдох. Она была воздушницей, и любила бить исподтишка.

Когда приехали новые родственники, проживающие в замке детки настроили вновь прибывших против Ивана.

Мой новоиспечённый безопасник Сидор был внуком Александра, и постоянно проживал в столице, а во дворец попадал периодически, но с Ванюшей практически не пересекался. Если он и знал о травле, всё же его готовили работать в СБ империи… то никак не реагировал. Вообще, он оказался мягкотелым. Вот и сейчас место мне придержать за столом не догадался, а вот Корней оставил подле себя свободный стул с накрытым обедом. Цены ему нет!

Корней и Иван Филлипович были единственными Раковыми в промежутке до 30-ти. Поэтому и сели ближе к молодым. Они учились в Академии, когда Ване было лет 6-7. Видимо поэтому мне лицо конкурсанта показалось смутно знакомым.

Я сел, но приступать к еде не спешил. Вкушать блюда в обстановки всеобщего презрения не самое умное занятие. Поэтому я молча сидел и сканировал опору и надежду рода Раковых.

Когда я обнаружил, что хуже всего развиты каналы у постоянно проживающих во дворце ублюдков, то вспомнил, что не только взрослые отравлены, но и дети. Я с ужасом посмотрел на отца. Тот мой взгляд не заметил, он похоже прислушивался к разговорам за нашим столом и мрачнел всё больше и больше. Я тоже отвлёкся от сканирования, чтобы посмотреть, что так расстроила папеньку.

— Из-за какого-то дебила задержали инициализацию, — возмущался Юрий Борисович. — Ванечка то, Ванечка сё, достало! — он даже швырнул вилку на стол, пытаясь запулить в мою сторону, но Драко сменил траекторию и она попала в тарелку к правильному Гере, забрызгав того соусом.

— Вообще не понимаю, могли же провести без него, — поддакивал Кирилл Васильевич. — Ему ещё только через два года получать свою стихию воды!

— Как ты можешь, Кирюша, у него же мать умерла, — с деланным сочувствием заявила Света.

Я перестал слушать и возобновил сканирование. Инициализировать собирались двоих — Савелия и Прохора. За два года проживания в замке они уже наполнились ядами под завязку. Я посмотрел тех, кому подключили магию в прошлом году. Георгию, кстати, зря пробудили магию раньше времени. Раз он живёт при дворце Александр подсуетился и пробудил у него воздух и в воду. Ему ещё повезло, потому что Светлане тоже привили воздух, хотя у неё источник заточен под воду. Отсюда вывод — вся эта их генетическая предрасположенность — полная лажа.

Гордость семьи единственная двустихийная девушка Софочка тоже оказалась проблемной. Видимо Добрая Мария всеми правдами и неправдами убедила пробудить в хорошей девочке ещё и воду. Обе стихии оказались неподходящими и поэтому конфликтовали.

Всё было настолько плохо, я даже и представить не мог, что такое возможно. Это ведь мировая практика? Может поэтому стихии стали агрессивными?

У нас родился слабый маг, вот незадача. А на самом деле ему привили не ту стихию. Хтонь. Интересно было бы проверить на среднем поколении, что у их с источниками? Я посмотрел на взрослых, которые в шоке наблюдали за нашим столиком.

Я только сейчас заметил, что Корней стоит и орёт:

— Что он вам всем сделал? Тебе лично или тебе? Сборище жестоких бессердечных ублюдков!

— Ублюдки — это у него в школе, ты что-то путаешь, — визжала Светлана.

Я встал и положил руку на плечо Корнею.

— Идём, я всё равно здесь есть не собирался, — я запустил в своего человека импульс мягкой водной стихии.

— Почему? — парень враз успокоился и спросил скорее машинально.

— Здесь всё отравлено… — я не успел договорить, как рядом оказался император.

— Что? Опять? — взревел Михаил III так, что лопнули стекла.

Глава 4

Когда осколки от разбитых стёкол в столовой полетели в разные стороны, вокруг меня возникло сразу три защитных купола: от Корнея, от императора и созданный стихиями. И вот это было такое палево-палево, я быстро убрал красиво переливающийся радужный купол, не забыв поблагодарить малышей.

Впрочем, заметили его разве что Корней с батюшкой. Остальные были заняты собственным спасением. Вот она наглядная демонстрация способностей Раковых, никакой турнир не нужен.

Самыми быстрыми оказались самые старые. И вот я даже не уверен, что это произошло из-за накопленного опыта. Может статься, что с возрастом неродные стихии интегрировались в источник. В то время как молодым приходится насиловать источник при каждом обращении к магии.

Не-е, некоторым, конечно, везёт. Невозможно всё время попадать мимо. Или вот родовая магия. Уверен, что даже если этой генетической предрасположенности изначально не было, то за две тысячи лет насилия над природой она уж точно образовалась. Не зря же все Раковы параноики, какие-то общие черты формируются, вот и предрасположенность к воде могла оформиться, как наследуемое качество.

Когда стало понятно, что с защитой они облажались, Раковы перешли к лечению. Всё же они позиционировали себя, как великие целители.

Стол младших деток стоял дальше всего от окон, и им досталось меньше всего, как и центральному столу, за которым сидели царевичи.

В общем, лечение свелось к выдёргиванию осколков из тела и прикладыванию салфеток. К чести Лизоньки она тщательно осмотрела своих Раковых и вытащила из волос Сёмы пару осколков. Наум вовремя упал под стол и не пострадал. Лизонька благосклонно отпустила его помогать остальным, и мальчуган побежал к немолодому отцу. Другие малыши тоже метнулись к своим папенькам.

Только меня резанул по глазам диссонанс? А как же что-то типа — аккуратней с осколками, детки? Ева, самая старшая из мелких достала откуда-то расческу и вычесала сначала брата, а потом и отца. Я её запомнил, потому что тогда на пристани она стояла в окружении пацанов и заявляла, они дураки, что едут сейчас, а она самая умная и приедет на остров после инициализации. Её брательник ещё говорил — будет весело. Он бросился помогать растерянно стоящему веснушчатому нахалу, снимавшему меня в грязевых ваннах. Тот совсем растерялся и потерянно озирался. Его бровь была рассечена, и по лицу бежала тонкая струйка крови.

Наконец, и царевичи решили поучаствовать в устранении проблемы. Умники Борис и Василий были воздушниками, и они решили смести осколки в сторону. Вбежавшие слуги просто сложили скатерти вместе с осколками и поволокли в угол.

Михаил Михайлович безразличным взглядом оглядел пострадавших и требовательно уставился на меня.

— Нет, успокойся, — я положил руку на предплечье отца. — Я только хотел сказать, что есть следует в благостной обстановке. Здесь я ощущаю сплошной негатив. Я пришёл сюда, чтобы всех просканировать, что я и сделал. Но вообще ты прав, — всё же добавил я. — Все они, — я сделал широкий жест рукой, — присутствовали на семейных торжествах и вкушали подаваемые блюда все вместе. Так что да… Решать тебе, что с этим делать. Пыточное СПА на потешном острове по-прежнему работает. И да, я не собираюсь никому из них, — я указал на подростков, — помогать или проводить инициализацию.

Я заозирался и нашёл троих старичков-поваров, которые подлечивали особо пострадавших взрослых, коим не повезло расположиться прямо напротив окна.

— Вы трое, — я показал в них пальцем, — идёте со мной.

Я подхватил Корнея и, не оглядываясь, поспешил на выход. Надо по-быстрому, а то император не позволит омолодить старичков.

Догнали они нас уже на выходе из дворца. Мы быстро пришли в гараж и сели на катер. Корней откуда-то достал ключи.

— Куда?

— Северная окраина потешного острова.

Уже когда мы отчаливали, в катер запрыгнул Гаврила с рюкзаком.

— То что вы сейчас узнаете, должно остаться строго между нами, — предупредил я и выставил защиту от прослушки. — Гаврила, расскажи им про отравление.

Пока мы ехали Гаврила сухо изложил факты. Раковы были в шоке.

— Ты вылечишь только нас? — хрипло спросил Корней, уловив самую суть, и я кивнул. — Не всех?

— Тех из Раковых, кто попадёт в потешный полк и станет моим человеком я тоже вылечу, — признался я, правда не знаю как. Дети маленькие, а процедуры болезненные.

— Но почему нас? — спросил самый старый.

— Вы талантливые алхимики, вы нужны роду, — сообщил я очевидное, — рано вам помирать.

— Вась, — самый старый обратился к самому молодому из стариков. Ну как молодому… Если первому было под сто, то второму глубоко за семьдесят. — Ты же можешь создать антидот?

— Значит, всем Раковым лучше оставаться во дворце? — подумал о другом средний брат.

Как я узнал, все трое были сыновьями старшего сына старшего отпрыска Михаила, то бишь первые внуки батюшки, значит мои племянники.

Когда мы прибыли на остров, как раз выгружалась предыдущая партия гвардейцев, и я занял три ванны стариками, попросив стихии сделать максимальное очищение.

Гвардейцы сделали на берегу невысокий помост, где сейчас шло театральное представление — Иван-царевич и серый волк. Волк был настоящий, хтонь, а царевича отыгрывал талантливый мальчуган, сидящий верхом. Стихии пребывали в полнейшем восторге. Интересно, а дети гвардейцев тоже на острове? В моём потешном полку? Уж им-то хорошо известно, на что я способен. Насмотрелись уже…

Я уложил Корнея на мелководье и просканировал источник. Это ему 26, значит… Девять лет назад он прошёл инициализацию… И он первоклассный повар, еще и алхимией помогал себе. Источник у него развит прекрасно, как и канальная сеть. А вот стихии… Вода от Раковых и огонь от матери. Огонь был лишним, но убрать его уже невозможно, не разрушив источник. Зато его можно прижечь, первостихией… Тогда можно будет потом подселить третью стихию, к которой и тяготеет его нутро.

— Корней, сейчас будет оочень больно, — предупредил я, а один из гвардейцев передал ему дощечку, чтобы он вставил между зубами. Опытные, хтонь…

Я положил на него обе руки и заполнил всё тело первостихией. Тело повара загорелось. Я сел на него сверху и придавил своим весом, чтобы он не дёргался. Рядом возник гигантский бельчонок, и я согласился, что разумнее, если придавливать сверху будет он, а не я. Это Корнею ещё повезло, что ему привили огонь, а не землю. С ней такой бы трюк не прошёл.

Я снова положил руки на источник и стал уплотнять первостихию, пока она не поползла по каналам, увеличивая родство с Огнём. Вдруг Корней затих. Прижилась. Я убрал Огонь и проверил источник. Отлично. Предложил малышам провести инициализацию. Они создали универсальную сферу прям внутри тела. Я отдельно похвалил их за это. Никто не узнает… Наверное… Воздух тут же прижился и малыши убрали лишнюю землю. Да он как батюшка, трёхстихийник без земли.

Дальше малыши принялись за очищение и закутали парня в переливающийся кокон.

— Проследишь за ними? — попросил я Гаврилу, упал и отрубился. Ну что поделать? Не предназначено моё тело для подобных операций, совсем не предназначено.

Разбудил меня звук вертолёта с голубым брюхом и гербом на борту.

Около спящего меня сидели четыре подростка и готовили рыбу на костре. Рядом на вертеле крутилась уже подрумяненная птица, а по берегу бродили утки. Понятно, Драко подогнал, вместе с Каплей.

— Ванюша, тебе бы поесть, — засуетился помолодевший повар. — Схуднул бедненький.

— Не успею, — я сел и показал на садящуюся на берег вертушку. Однако, мне в руку тут же всучили птичью ножку, и я благодарно вгрызся в мясо. Что-то успею заглотить.

Я заметил стоящий неподалёку медицинский кейс. Похоже бывшие старички взяли кровь у необработанных гвардейцев.

На помосте отыгрывалась сказка Иван-царевич и Морской царь. Последний сильно напоминал главу рода Подводных. Он как раз выдавал очередное невыполнимое задание Ивану — осушить болото и вырастить башню. Какая-то сильно осовремененная версия сказки, я повернул голову в сторону маяка и обомлел. Недоеденная ножка выпала у меня из рук, а я вскочил на ноги.

Ну да, ну да… Маяк определённо подрос, этажа на три-четыре так точно… Впечатлило меня то, как изменился мой полуостров. Непроходимый дремучий лес. Толстые лианы, обвивающие небоскрёб. Из дальнейшего созерцания меня выбил удар в челюсть.

Батя был в бешенстве. Я попросил стихии не вмешиваться, пусть папенька выпустит пар. Он поднял меня за грудки и швырнул на мелководье. Ничего, песок, не камень. Он подскочил и снова поднял меня как тряпку. Он что-то орал про то, что это прецедент, табу и ещё что-то в том же роде.

— Большие детки — большие бедки, — я усмехнулся. — Разгребай, папаня, разгребай.

Прилетевший новый удар был такой силы, что я улетел куда-то в кусты и потерял сознание. Когда очнулся, отец лечил меня так, как я его учил, когда мы вместе спасали полутрупы.

— Ты наказан! — заявил родитель года.

— Как же? — я ехидно ухмыльнулся. — Отберёшь у меня новую комнату? Распустишь потешный полк? Меня жизнь уже наказала так, что в пору удавиться, — я тяжко вздохнул и добавил: — Мне достался такой отец, как ты.

Новый удар снова отправил меня в нокаут. Я отправил себя в искусственную кому и попросил стихии подержать меня в ней дня три. Надеюсь, это научит родителя заботиться о своих потомках. Ну или хотя бы не решать проблемы кулаками.

Очнулся я в реанимации дворца. В мягком кресле дремал отец. Он тут же вскочил, а контрольный щуп, подсоединённый ко мне принялся за диагностику.

— Прости, — его глаза были красными от слёз, но я ни капли не поверил в заботу о сыне. В заботу об универсальном маге и надежде рода Раковых разве что.

Дверь с грохотом отворилась, в комнату влетел доктор и белобрысый подросток, в котором я с трудом узнал Корнея.

— Очнулся! — обрадовался моложавый дедок, но сказать ничего не успел.

— Я же говорил, — следом зашёл ещё один доктор и тоже из старшего поколения Раковых. Похоже целители, раньше обитавшие при дворце, исчезли вслед за Дымовыми.

— Ладно, — я сел, и Гаврила пропихнул сквозь плотное оцепление тел руку с пижамой. — Раз похороны прекрасного будущего рода Раковых откладываются, я пожалуй пойду. Столько дел, столько дел, — посетовал я.

— Ты всё ещё наказан, — заявил счастливый отец. — Из комнаты ни ногой!

— Попробуй, останови, — я ехидно усмехнулся.

По тому как задумался отец я пришёл к выводу, что ляпнул я это зря.

Пока я одевался, доктора неуверенно мялись и переглядывались, наконец один из них не выдержал.

— Иван Михайлович, Михаил Михайлович сказал, что вы отказались проводить инициализацию нашим детям.

Понятно, Савелий и Прохор их отпрыски. Я невозмутимо кивнул, перебьются. Да, может они и не нападали так открыто, как постоянные обитатели замка, но они не только не вмешивались, их сложившаяся ситуация не коробила. А это говорит о многом…

Я встал и тяжело вздохнул.

— Вы же уже обследовали моё тело, — начал я объяснять очевидное ведущим целителям империи.

Родители неуверенно переглянулись и кивнули.

— И вы по-прежнему считаете, что ваши дети готовы к инициализации? — всё тем же заумным тоном продолжил я.

— Но вы уникум, — наконец не согласился левый отец. — Вас сызмальства взращивал император батюшка, готовил ваше тело и источник к подобному.

Я растянул рот в хищном оскале:

— Рассказать вам рецепт взращивания уникума?

Отец подхватил меня за шкирку и поволок на выход.

— Проведите глубокое клеточное сканирование, — успел выкрикнуть я в закрывающуюся перед моим носом дверь.

В сопровождении Гаврилы и Корнея я отправился в свои хоромы. Идти-то было, всего ничего, только холл пересечь. Корней убежал вперёд готовить еду, много еды. Гаврила вызвался помочь. Но спокойно дойти до дверей, где только что скрылись парни, я не успел.

Мне в спину прилетел фаербол, который радостно всосал мой источник. Я обернулся, чтобы встретиться взглядом с застывшем в немом ужасе Андрюшей Петровичем. Занесённый для удара кулак завис в воздухе. Метил в голову, ублюдок. Подлеца держал Драко. Я с любопытством наклонил голову на бок, рассматривая гнилое семя.

Положил руку на грудь статуи. Дела у парня были плохи. Навязанный ему огонь бунтовал, разрушая источник. Не приживётся. В лучшем случае парень станет магическим калекой, в худшем помрёт во время очередного использования стихии огня. Несчастный случай, скажут свидетели.

— Ты не достоин обладать магией огня, — пафосно изрёк я и потянул источник гадёныша на себя. Я всосал все стихии, опустошил резервуар и убрал все следы пребывания в нём огня. Как и в канальной сети, которая была откровенно так себе.

Источник Андрюши скукожился. Ну, может он потом расправится. Наверное… Вода-то в нём осталась. И если тяжело заниматься и не лениться… Племяш обмяк и потерял сознание от болевого шока. Я перешагнул через тело и пошёл дальше. Подгнившая Светочка, пряталась за колонной и всё видела, хех. Надеюсь, это остановит других деток от дальнейших нападок.

— Уха-ха! — я по-злодейски расхохотался. — Всех убить!

Мне дорогу перегородил призрак Ивана Первого.

— Мы вот тоже думаем всех убить, — серьёзно заявил основатель рода Раковых. Я даже сбился с шага. — Это семя заражено, достойного наследия оно не принесёт. Мы давно всё слышим и видим.

— Пошли разбираться, — я тяжко повернулся и пошёл к лестнице. И где там моя еда? О! Там же в алтарном зале должна быть рыба в коконах! Я резко ускорился и побежал вниз.

Еды внизу не было. Когда Раковы собрались в алтарной зоне и ждали меня, они всё съели. Хтонь.

Я пододвинул пуфик поближе к алтарю и развалился в нём.

— Значит, ты считаешь, что твоё семя сгнило? — бросил я наводящий вопрос.

— Да! Да! Да! — ответило многоголосье, уходя в эхо.

— Пусть говорит один, — вежливо попросил я, над алтарём повисла увеличенная голова основателя рода.

— Так и есть, — согласился он. — Мы почти месяц наблюдаем за съехавшимися во дворец Раковыми. Молодое поколение никуда не годится. Всех убить! Учиться не хотят, заниматься не хотят, лишний раз пальцем пошевелить не хотят. Лодыри!

— Вот! — я назидательно поднял палец вверх. — И кто виноват?

— Родители! Их тоже убить! Не смогли воспитать семя!

— Но их же тоже кто-то воспитывал? — возразил я.

— И их убить! Всех убить!

— Как же убить призраков? — невинно поинтересовался я. — Они уже мертвы.

— Каких призраков? — удивился Алтарь.

— Ну так существующий порядок воспитания молодого поколения кто завёл?

— Я завёл, — лицо над алтарём сменилось. Вот честно не узнал, кто это такой. — Я создал Академию наследников, и тогда стали съезжаться отпрыски во дворец.

— Ага! — я вскочил на ноги и врезался в кого-то. Я обернулся и увидел, что вокруг пуфика с оружием в руках замерли молодые представители рода Раковых. А на полу валялась и гневно вращала глазами Света. Даже Савелий и Прохор были здесь. Андрюши не было. Его наверное оттащили в реанимацию.

Я обошёл заговорщиков, вглядываясь в лица. Здесь даже нашёлся Сидор, я осуждающе покачал головой. И Гера. Уж он-то видел моё особое положение, не-е, он точно тупой.

Я отвернулся и плюхнулся обратно на пуфик.

— Значит, ты признаёшь, что детей портит пребывание во дворце? Но почему тогда с Иваном и Корнеем всё нормально? — ну, я надеюсь, что Иван Филиппович — нормальный парень.

Алтарь вопросительно уставился на меня.

— Можно не всех убить, их оставить.

Я сделал жест рука-лицо. Будет трудно.

— Рыба гниёт с головы, — я решил начать издалека.

— Я готов передать власть наследнику, — раздалось у меня за спиной.

В алтарную залу втекали все старшие Раковы.

Глава 5

Старшие Раковы уверенно растекались по алтарной зале, из чего я сделал вывод, что встают они на некие положенные им по статусу места. Малым кругом вокруг алтаря расположились царевичи, потом их дети, ну и так далее. Было видно, что известие о сбежавшем Ванюше застигло их за своими делами. Шёл-шёл в свою комнату и не дошёл. Конечно, сбежал засранец!

Два доктора в белых халатах, трое подростков со старческой моторикой в поварских кителях, один молодой мужчина в фартуке садовника, а рядом такой-же, но сильно постарше. Похоже батюшка всех запряг работой. Или они сами? Несколько человек явно работали с бумагами. Неужели разгребают за Петрушей? Или это наследие Дымовых?

Забрызганный краской Фёдор недовольно морщился, шедевр остался не закончен. Умники Василий и Борис, очевидно, проводили не очень успешные испытания. На лабораторных халатах были видны свежие следы от магического взрыва. На лоб Николая задраны артефактные очки, а в нагрудном кармане наспех воткнута ручка.

Пётр и Александр после разоблачения кажется вообще перестали следить за собой. Оба лохматые, в мятых футболках и джинсах. Никто во дворце из Раковых не носил футболок и джинс. Если не классический костюм с гербом, то хотя бы что-то дорогое, пафосное, неизменно подчёркивающее статус.

После слов императора, что он готов передать власть, все прониклись торжественностью момента. Сейчас Алтарь выберет достойнейшего из достойных. Тем более этот дебильный отпрыск Ванюша наконец на месте. Всё долгое ожидание так и не случавшейся инициализации было в момент забыто. Застывшая молодёжь со зверскими лицами и занесёнными для удара оружием над бесформенным красным мешком? Ну мало ли…

Александр переглянулся с Петром, оба заулыбались. Их позабавило, как царевичи гордо подбоченились и выпятили грудь вперёд. Даже темноволосый кучерявый Владимир, управляющий Дальним востоком, проникся, хотя казалось бы ему по возрасту ничего не светит. Выбирают обычно молодых. Ну а вдруг? Не зря же он уехал от дворцовой грязи? Царевичи могли и замараться, оставив его единственным чистым.

Корней разрушил торжественность момента, подошёл и передал мне тарелку с кашей. Я жадно набросился на еду. Съел всё в момент и громко отрыгнул, заставив родственников недовольно поморщиться. Корней вручил мне кувшин с отваром. Я опустошил его залпом прямо из горла. Мой личный повар забрал посуду и встал на положенное ему место позади всех. Но я велел Корнею занять место в первом ряду.

Я так и остался в центре круга Раковых вместе со статуями злоумышленников и заметно поднявшимся настроением.

Император обошёл вращающие глазами статуи, перешагнул через Свету Борисовну, и обвёл глазами потомков.

— Застуканы на месте преступления! — грозно произнёс отец. — Все на одного! Из-за спины! — Михаил III презрительно скривил губы и пнул Светочку ногой.

Девушка перекатилась и замерла лицом в пол. Ну вот… Теперь вездесущей внучке императора ничего не видно. Не повезло…

— Так вы воспитываете своих детей? — он прибавил громкость. — Хотя чему я удивляюсь? Вы! Все! Виновны в покушении на убийство брата.

Царевичи невинно переглянулись. Кто виновен?

— Смерть! — кровожадно возопил Алтарь. — Смерть предателям рода!

Многоголосье неприятно садануло по мозгам. Я поморщился и над алтарём снова появилось лицо Ивана Великого.

— Всех убить! — с новой силой взревел Алтарь, переходя на многоголосье. — Убить! Ить! Ить!

Изображение над алтарём быстро меняло лица, пока наконец не застыло на разгневанном основателе рода.

— Я тут не при чём! — громко заявил Владимир Дальневосточный.

— Ты виноват, что воспитал убийцу! — припечатал его отец и ткнул в замершего с ножом Данилу. — Мы в ответе за поступки наших детей.

Я наклонил голову и с интересом посмотрел на говорившего папеньку. Он почувствовал мой взгляд и тот ему не понравился. Потом, правда, ему в голову пришла очередная гениальная идея, потому что он озарился внутренним светом и посмотрел на алтарь, на меня, снова на алтарь и опять на меня.

Я категорично замахал руками и попятился. Споткнулся о пуфик и плюхнулся в него задом.

— Я ни в чём не виновен! — твёрдо заявил Фёдор Михайлович и сделал шаг вперёд.

— Кх-кх, — голос подал Дмитрий Александрович, всё ещё питавший надежды пробиться на пост начальника СБ империи. — По моим данным болотный рисунок на обои в комнате царевича Ивана наносили лично вы. И тщательный анализ краски вывел алхимические добавки психотропного действия. Мы уже сняли все ваши картины во дворце для подробного анализа, — нейтральным тоном закончил образцовый сынок. Судя по гневным взглядам, бросаемым на него Александром, в эту свою операцию Димасик того не посвятил.

Фёдор поник и скукожился.

— Возможно, раз первая наследная линия себя запятнала, Алтарь выберет кого-то из потомков покойного Ивана Михайловича, — раздалось с задних рядов.

Я дёрнулся, но потом вспомнил, что первого сына императора тоже звали Иван. Я оглянулся и увидел моложавого старичка в аккуратной клетчатой жилетке с гербом и нарукавниках. Внеочередной созыв рода застал его за работой с бумагами, и он явно нарыл что-то любопытное.

— Позвольте, Степан Антонович, — ехидно возразил дедок в фартуке садовника, — не ваш ли Юрий там стоит с обнажённым мечом? О, да там ещё и Тамарочка. Вот незадача.

— Как и твоя Ирочка, — бухгалтер ткнул в девушку с кухонным ножом.

Раковы начали дружно переглядываться, выискивая тех, чьи потомки не замарались. И судя по скрестившимся взглядам на молодых поварах и стоявшем с другой стороны ещё одном возрастном мужике, такие нашлись.

Потом родственники сложили два плюс два и требовательно воззрились на помолодевших Раковых. Только вот почему их трое? Наследник-то должен быть один. Озадаченные взгляды вернулись к императору, который тоже недавно омолодился.

— Батюшка ещё молод, — я решил подлить масла в огонь, — я видел будущую императрицу.

Лицо родителя осветила дебильная мечтательная улыбка, красноречиво подтверждающая мои слова.

— Кто такая? Из какого рода? — забеспокоились потомки.

— Неужели из Подводных? — ужаснулся кто-то. — На поварском конкурсе всё и решили, — обречённо утвердился в своих подозрениях Раковский параноик.

— Там ещё был глава рода Горбуновых, — напомнил особо умный Михаил.

— Там много кто был из молодых девушек из разных аристократических родов, — решил добить родственников Матвей Тимурович, наблюдавший из первого ряда за ухаживаниями императора.

Я с изумлением уставился на молчаливого судью прошедшего конкурса поваров. Старший сын Тимура Александровича мне подмигнул. Хтонь! Может зря я его вычеркнул из списка кандидатов в начальники СБ. Вон какую интригу накрутил на пустом месте!

Родственники тут же принялись перебирать, какие рода засветились на потешном острове. Вспомнили даже сестричек Лазаревых из рода целителей, с которыми я познакомился ещё на пароме.

Михаил III вынырнул из своих грёз и воззрился на воинственные статуи.

— Что же мне с вами делать? — спросил он в пустоту.

— Всех убить! Виновны! — возопил Алтарь многоголосьем. Почти все Раковы тут же попадали на колени, хватаясь за горло.

— Прекрати! — рявкнул я, вливая в голос волю Изначального.

Ещё стоявшие на ногах Раковы в испуге присели, а под лежавшей Светочкой начала растекаться жёлтая лужа. Однако, массовое убийство прекратилось.

— Ты будешь ничем не лучше их, убив своих потомков! — ярость всё ещё переполняла меня.

— Что скажут окружающие, когда почти весь императорский род внезапно вымрет? — Пётр потирал горло.

— В империи начнутся волнения, — поддакнул Дмитрий Александрович, чьё горло не пострадало.

— Всё что происходит в семье должно оставаться за закрытыми дверьми, — с трудом прохрипел Николай.

— Ты сам сгнил! — я попытался пристыдить камень.

Шуршащее многоголосье заполнило алтарную залу. Тихое невнятное перешёптывание пробирало насквозь. Щас ведь придумает очередную пакость, надо перехватить инициативу.

— Давайте лучше разберёмся, отчего в императорской семье братоубийство считается нормой, — я опёрся пятой точкой на алтарный камень. — Ведь это не кто-то один оступился, — я сделал широкий жест рукой. — Все! Почему половина присутствующих посчитала нормальным убить младшего царевича? Даже если кто-то и не поднимал руку сам, то сама мысль о том, что будет убить царевич, его не покоробила.

Я выдержал паузу. Поднялся гул невнятных шепотков, я поднял руку и воцарилась тишина.

— Есть версии? — я снова выждал, но на этот раз все молчали. — Нет? Тогда может дадим слово последним заговорщикам? — я махнул рукой, и оцепенение спало.

Раздался металлический грохот. Тела подростков одеревенели, держать оружие они были не в состоянии. Они безвольно лежали, пытаясь прибить меня взглядом.

Я залез на алтарь и угнездился в тёплой выемке.

— Ты лишил Андрея магии! — выплюнула Света Борисовна, кое-как приняв сидячее положение. Жёлтое пятно впиталось в широкий подол, но запах остался.

— Слабосилок! — презрительно прохрипел Кирюша Васильевич, успешно встав на колени.

— Я видел, как перед этим Андрей ударил Ивана огнём в спину, — сурово заявил Алтарь.

— Моим огнём! — на алтаре передо мной появился взъерошенный яростью бельчонок. — Он украл его!

Ах вот как воспринимают малыши, когда люди приживляют неподходящую стихию, я успокаивающе погладил горящего бельчонка, и тот погас. Однако, уходить не стал, устроился передо мной и враждебно уставился на Раковых.

— Рыжик, ты хочешь сказать, что Иван вернул тебе то, что украл Андрей? — дружелюбно спросил император.

Призраки просветили Михаила Михайловича, что мои невидимые друзья — это воплощение разумных стихий. Какой дурак будет с ними ссориться? Батенька дураком точно не был.

— Да! — бельчонок воинственно встал на задние лапы и вновь покрылся пламенем. — Пусть и они вернут украденное!

Было не очень понятно, куда показывает маленькая лапка. Я проследил взглядом — Данила и Юрий. Последний так и не смог подняться на ноги, а Данила Дальневосточный удивлённо посмотрел себе за спину. Окружающие не сильно понимали, в чём дело. Взрослые догадывались, что происходит что-то важное, потому как заискивал перед огненной сущностью император. Младшее поколение похоже считало, что огненная тварь — это мои происки, и посматривали на горящую белку с недоверием.

— А у них? — я показал на старшее поколение, отчего те заметно напряглись.

— Те тогда умрут, пусть подавятся, — и Рыжик плюнул огнём в сторону взрослых Раковых.

— Ванюша, верни, пожалуйста, нашим друзьям то, что у них было украдено, — ласково попросил отец.

Я съехал с алтаря, как с горки, и вскочил на ноги. Первым под раздачу попал кучерявый Даниил. Драко обездвижил труса, который попытался сбежать. Я подошёл к нему и втянул в себя всю магию из источника недоумка. Подчистил все следы пребывания в нём огня. Когда он рухнул на пол, я перешагнул через тело и подошёл к бледному Юрию Юрьевичу, силившемуся отползти от меня. Через минуту и он потерял сознание от болевого шока.

Горе-родители бросились к своим отпрыскам, а Рыжик довольно запрыгал на алтаре. Крупица в море для мировой сущности…, но сам факт!

— Пусть и мне вернут! — раздалось ото всюду, а на алтарь приземлился голубой дракон. Драко не постеснялся и выбрал крупную форму воплощения. Смотрелся он грозно, особенно, когда вальяжно зевнул, сверкнув острыми клыками.

— Покажи, Драко, кто украл у тебя магию? — вежливо поинтересовался отец. И ведь запомнил всех по именам, хвалю…

Я насчитал шесть прозрачных воздушных кулаков с опущенным пальцем вниз над головами родственников. И два из них было над царевичами.

— Сколько самому старшему? — спросил я у отца.

— Михаилу 36, а Герману 30-ть с чем-то, — ответил император. — Вроде он юбилей отмечал года два назад. — А почему над Димой и Матвеем не загорелся кулак? И над Георгием?

— Им повезло, остальным нет, — я равнодушно пожал плечами, уже подходя к душному Михаилу и растягивая губы в хищном оскале.

— Ты же всё мне потом объяснишь? — робко попросил отец.

— Без проблем.

Выяснилось, что старшие хуже переносят изъятие магии. Михаил чуть не сдох в процессе. Источник его сильно пострадал. Ему придётся изрядно постараться, чтобы вернуть себе магию. Пришлось даже обернуть его в огненный кокон, я попросил стихии особо не углубляться: от ядов почистить и подлатать источник. Фёдор тоже тяжело пережил расставание с Воздухом, и его пришлось закуклить.

После Драко вернуть украденное потребовали Капля и Земеля. В результате трёхстихийный Дмитрий Александрович лишился Земли, а талантливая Софочка — обеих стихий.

— Матвей! — зычно крикнул император, и в залу влетел начальник гвардии. — Заберите этих, — он брезгливо махнул рукой в сторону полудохлых потомков, — и отнесите их в реанимацию.

Гвардейцы не могли зайти внутрь. Своих отпрысков за пределы алтарной залы вынесли родители. Двое докторов тоже удалились.

Пока все суетились над свежеиспечёнными слабосилками, Корней притащил жаркое. Я умял две порции.

Когда суета улеглась, взрослые Раковы начали переглядываться. Зачем они здесь? Наследника теперь не назначат, нет кворума, не все царевичи в сборе. Технически и Михаил и Фёдор остались в зале, только закутаны в огненные коконы и не понимают, что происходит. Взгляды скрестились на императоре, а тот уставился на меня.

— Итак, главное обвинение было высказано — слабосилок. Предлагаю огласить семейный кодекс рода Раковых.

«Рыжик, вы писать научились? Поможете?» Стихии откликнулись энтузиазмом. По мере озвучивания мною семейных ценностей над алтарём появлялся крупный текст. Тёмно-синие буквы появлялись прямо в воздухе.

СЕМЕЙНЫЙ КОДЕКС (изображение рака)

РОТ ПРИВЫШЕ 7

СИЛНЫЙ ДОСТОЕН БОЛШЕВО

КТО СЕЛНЕЕ ТОТ И ПРАФ

СДЕЛАТ РОТ СИЛНЕЕ

— Михаил Михайлович, вы что совсем мальчиком не занимались? — спросил кто-то изменённым голосом с галёрки.

По рядам родственников пробежал смешок.

— А что не так? — император строго посмотрел на потомков. — Спасибо за помощь, — сказал он, не обращаясь ни к кому конкретно, но судя по ошарашенному виду, его услышали и обдали тёплыми чувствами.

— Да, что не так-то? — послышался другой изменённый голос с другой галёрки. Новый смешок пронёсся по поредевшим рядам.

— Мы императорский род, сынок, — изрёк кто-то из пожилых. — Мы должны быть сильными.

— Все аристократы гонятся за силой, Ванюша, — нравоучительно заметил Степан Антонович, поправляя идеально сидящую клетчатую жилетку. — Не удивительно, что мы ставим силу во главу угла.

Похоже, мы говорим на разных языках. Я поник и начал биться головой об алтарь. При очередном ударе мой лоб натолкнулся на руку императора. Он ласково придал моему телу вертикальное положение и развернул к себе.

— Представь, что мы глупые малыши и объясни, пожалуйста, — попросил батя.

Я смотрел в глаза чужого отца и на меня волнами накатывало отчаяние. Тот, кто не любил ни одного из своих сыновей. Тот, кто лишил Ванюшу счастливого детства. Но у меня же оно было? Было же? То немногое, что я вспомнил говорило о том, что оно было счастливым. Почему я его стёр? Почему?!

Новая волна сильных переживаний затронула запечатанную зону моей памяти и отозвалась болью в перевёрнутой букве Альфа. Алтарная зала исчезла. Все Раковы стояли в большой пампезной комнате, в таких обычно устраивают большие приёмы. Дорогая мебель, огромные полотна миров и созвездий. В дальнем углу около окна застыли двое. А под столом спрятался маленький мальчик. Судя по одежде всех троих они были по меньшей мере аристократами.

— Ар, я не хочу быть наследником, — утончённый франт с тонкими чертами лица в отчаянии цеплялся за руку брата. — Почему я? — в голосе скользнуло возмущение. — Ты старше!

— Никто не хочет, Эд, никто, — Аркадий успокаивающе похлопал Эдуарда по плечу. — Поэтому отец и не передаёт власть, потому что никто из нас не потянет эту ношу. Императором должен стать Осознающий, — в тоне Аркадия мелькнула глубокая грусть. — Но наследник должен быть назван, и ты самый стойкий из нас. Вдруг с отцом что-то случится? Не бойся, Эд, мы с братьями станем плечом к плечу и поможем. Все вместе! Один за всех и все за одного! — бодро закончил он.

Аркадий нагнулся и извлёк из-под стола мальчугана.

— Ты только посмотри, Эд, кого я нашёл! Мих, когда ты играешь в прятки, то не плохо бы, чтобы тот, с кем ты играешь, хотя бы знал об этом, — он защекотал сорванца. — Пойдём на полигон, я научу тебя пулять ножички.

Аркадий подбросил мальчугана вверх, и как мяч зафутболил в сторону брата. Ребёнок, пойманный Эдуардом, счастливо засмеялся,

— Ещё! Ещё!

Окружавшая нас действительность пошла рябью и пропала. Я смотрел в глаза чужого отца. Там в отражении зрачков я увидел, как светятся фиолетовым мои глаза. Рисунок радужки подражал клубящейся туманности.

Палево-палево, хтонь. Глаза закрылись сами, последняя мелькнувшая мысль была воссоздать-таки рецепт вишнёвого пирога.

Глава 6

Я сидел на диване в гостиной и пялился в пустой экран телевизора. Ничего не хотелось. Я уже пропустил завтрак. Корней принёс обед, но и к нему я остался равнодушен.

На соседнем диване сидели братья Пётр и Александр и о чём-то весело переговаривались. Отец приставил их в качестве надзирателей, чтобы я не сбежал. Но я и не собирался. Ничего не хотелось. Тоска и одиночество разъедали душу изнутри.

— Где пульт? Гаврила? Где пульт? — братья принялись рыться по всевозможным местам.

— Сказать трудно? — вызверился на слугу Пётр.

— Нашёл! Какой канал? — азартно бросил Александр.

— Думаю, там по всем каналам идёт.

Чёрный экран перед глазами щелкнул и появилась картинка. Рыжеволосая молодая женщина в красной летней блузке с глубоким декольте вела репортаж. Евдокия, кажется… Племянница главы чёрного рынка Мерзляева, машинально отметил я.

— Нам удалось раздобыть секретные кадры с места проведения операции, — довольно проворковала нимфа. — Как сообщалось ранее, причиной исчезновения магии в мире стало пробуждение Башни на полуострове, принадлежащем Ивану-царевичу. В результате движения торфа древнее сооружение давно вымершей цивилизации вытолкнуло наружу. Свет, излучаемый башней, вошёл в резонанс с магией и вызвал бурный рост растительности. Древние лианы оказались хищными и питались магической энергией.

Соблазнительная барышня исчезла, появилась картинка небоскрёба. Подрос еще на пару этажей, машинально отметил я, продолжая равнодушно пялиться в экран. По стенам здания ползли лианы, а часть из них хищно извивалась, пытаясь дотянуться до вертолёта, снимающего сверху. Со всех сторон к полуострову стягивались корабли с гербом рака.

— О! Смотри! Это я! — Александр подскочил к экрану, показав пальцем на катер с надписью СБ. — Правда похож?

— Император созвал всех своих родственников от мала и до велика, — вещал голос за кадром. — Они браво сражались с неприятелем.

Подрастающее поколение рода Раковых под предводительством Дмитрия Александровича безрассудно ринулось на лианы. Было видно, как один за другим падают сражённые юные герои, но старшее поколение вступает в бой, заменяя места павших.

— Многие из императорского рода получили магический удар чудовищной силы, особенно досталось молодому поколению, двое царевичей до сих пор находятся в реанимации, — трагично вещал голос Евдокии.

Кадр сменился, показывая дворцовый лазарет со стонущими заговорщиками.

— Их жертва была не напрасна. В мир вернулась магия! — торжественно закончила ведущая, и по экрану пробежала заставка 12-ти часовых новостей.

— Молодец мой Акакий! — горделиво похвалил Александр.

— Уже не твой, — ехидно заметил Пётр. — Его отец прибрал, даже этому не оставил.

— Ой, да ладно, ты его Катю видел? — беззлобно рассмеялся Александр. — Была бы постарше, я бы женился, право слово. С такой женой не пропадёшь.

Братья вернулись на диван, а я продолжил безразлично пялиться в телевизор.

— Кратко о самом главном, — заявил субтильный мужчина в сером костюме. — Михаил III в своём вчерашнем выступлении заявил, что взял самодеятельность Ивана-царевича под личный контроль. Древние раскопки продолжатся, полуостров объявлен зоной повышенной опасности и любые попытки пересечь периметр будут жёстко пресекаться.

Набор в потешный полк прекращён, командир полка Максим Горбунов ведёт отсев кандидатов. Скандально известная школа для магических ублюдков начнёт работу в сентябре, набор продолжается. Общественность теряется в догадках о месте размещения будущей школы Ивана-Царевича. Михаил III отказался комментировать этот вопрос.

К другим новостям. Финансовый рынок продолжает лихорадить, — за спиной ведущего красная линия какого-то графика вертикально ушла вниз. — Однако, крупные промышленники заверяют, что держат ситуацию под контролем.

Кадр сменился, показывая солидного мужчину в чёрном костюме на фоне проходной какого-то завода. Бегущая строка гласила — Григорий Петрович Демидов, глава рода.

— Слухи о проблемах на металлургических предприятиях рода Демидовых сильно преувеличены, — солидно врал глава рода. — Мы никогда не полагались на магию полностью. У нас установлены дублирующие системы, именно на случай магических сбоев.

— Вы предполагали исчезновение магии? — захлопала ресницами длинноногая журналистка.

— Милочка, дублирующие сети в магонакопителях не всегда надёжны…

Картинка сменилась, оборвав бред промышленника. На каком-то речном прогоне на мели стояли десятки кораблей с гербом рода Карповых. Лысоватый прохвост на переднем плане вытирал платком пот со лба.

— Уровень воды не регулируется одномоментно, это вам не свет в туалете включить, — объяснял прописные истины глава рода, о чём настаивала бегущая строка — Един Афимович Карпов.

— А теперь о погоде, — радостно сообщил диктор. — Если Иван Михайлович не вмешается, день обещает быть солнечным, погода в Рыбинске 27 градусов, температура воды 24, однако, купаться не рекомендуется. Велика вероятность врезаться в одну из подводных лодок.

Заставка новостей попрощалась со зрителями, запустился рекламный блок.

Молодой мужчина на фоне зала ожидания транспортного узла благожелательно улыбался:

— Друзья, мы знаем, как важно оставаться на связи с тем, кто вам дорог, — позади него маленькие братья бежали на встречу к отцу и с разбегу повисли на нём, получив в ответ крепкие отцовские объятья, — сказать главное, поддержать, вовремя оказаться рядом.

К говорившему подошла счастливая девушка с трубкой телефона, прижалась и чмокнула в щёку. Удерживая любимую, он посмотрел в камеру:

— Рыбнет — непотопляемая опора вашего счастья.

Кадр сменился видом сверху на прибрежную зону водохранилища и строящийся квартал однотипных коробок, камера набрала скорость и полетела вперёд обгоняя радостные семейные парочки, весёлых деток и, достигнув песчаного пляжа, замерла перед играющими в песке карапузами. Они переворачивали куличики, выстраивая высокую пирамиду. Камера резко дернулась вверх, открывая вид на противоположный берег с обильной растительностью и подросшим маяком.

— Жилищный комплекс «Счастливый причал», — светлая музыка сменилась приятным женским голосом. — Только у нас вы сможете каждый вечер любоваться не только закатом, но и растущей башней.

Картинка сменилась на вальсирующие парочки на каком-то балу. Юноша в старомодных одеждах увлёк свою барышню на балкон с прекрасным видом на залив.

— Выходи за меня, — шепнул кавалер.

— Но папенька никогда не одобрит наш союз, — испуганная девушка смотрела влюблёнными глазами и была согласна на всё.

— Я взял кредит в Первом Имперском Банке, у наших детей будет будущее, — заверил жених.

Картинка влюблённых схлопнулась, превращаясь в книгу в солидной кожаной обложке — ПИБ — это классика, гласило название.

Я безразлично взирал, как на экране появилась заставка телепередачи «Пусть поженятся».

— Политика — политикой, милые дамы, а мы с вами продолжаем выбирать достойную невесту для государя батюшки, — холёная немолодая женщина сидела в обществе двух подруг. — Вместе со мной делать нелёгкий выбор продолжат мои коллеги: заслуженная сваха империи матушка Агафья, — бабулька слева от ведущей отсалютовала спицами с нанизанным вязанием, — и потомственная сновидящая Хлоя Неспящая.

Бабушка Агафья ткнула спицей задремавшую рыжеволосую девушку в больших круглых очках.

— Да, не сплю я, не сплю, — Хлоя дёрнулась. — Кстати, девоньки, помните, я рассказывала, что видела во сне рядом с юным императором молодую барышню. Ночью мне не спалось, и я нарисовала портрет.

Я с безразличием наблюдал за довольно-таки точным изображением помолодевшей старушки, за которой приударял отец на конкурсе.

— Гаврила! Да, выключи ты этот бред! — раздражённо рявкнул Пётр.

— Что? Не понравилась прошлая невеста? — загоготал Александр. — Твоя-то была хотя бы миловидна. Ты же помнишь воинственную бабёнку, которую мне подобрали? Жена начальника СБ империи должна уметь постоять не только за себя, но и за родину, — довольно натурально передразнил Александр голос бабки Агафьи.

Он уже нашёл пульт и выключил телевизор.

— И ты это… поаккуратней с этим, — громким шёпотом произнёс Александр. — Это ж цепной пёс Безымянного. Уууу, ты бы знал, какой кровавый след за ним тянется. Молчу-молчу, — он показал раскрытые ладони куда-то мне за спину.

Подошедший Корней вставил в мои руки тёплую кружку с горячим отваром и практически насильно заставил выпить половину. Приятное тепло разлилось по пищеводу, согревая и придавая умиротворение отсутствующим мыслям. Я слабо улыбнулся.

— Смотри, лыбится, — хохотнул Александр. — Скажем отцу? Он просил докладывать обо всём необычном. Я те точно скажу, эта улыбочка ни к чему хорошему не приведёт.

Братья дружно загоготали.

— Нам, конечно, ты пожрать не принёс, — раздражённо буркнул Пётр. — Бесит! Ваня то, Ваня сё, — он ушёл, но я слышал, как он открыл дверь и крикнул кому-то. — Царевичи обедать желают. На двоих, у него свой повар, — ещё более раздражённо добавил старший брат.

Двустворчатые двери с другой стороны шумно распахнулись и в гостиную вбежал красный рак в черном галстуке-бабочке. За ним следом перебирая плюшевыми ножками семенил игрушечный рак. Размер воплощения стихий увеличился и отличался более детальной проработкой, я машинально отметил очередной прогресс малышей. Он был размером с кота, длинный чёрный галстук был перекинут через плечо.

— Подсади бро, — попросил Тёмный.

Игрушечный рак забрался мне на колени, встал на задние лапы и опёрся на хвост. Ему на голову вскарабкался маленький рак. Зрачки Тёмного оказались на уровне моих глаз.

— Ваня, — начал отповедь хранитель рода, — я уже заколебался исполнять твои обязанности. Последний типчик был на голову отмороженный! Сам смотри. Борис, включи запись 2308.1025.

Перед глазами снова зажёгся экран. Я безразлично наблюдал, как появилось изображение большого кабинета, по типу императорского, тоже с открытым куполом. На заднем плане было хорошо видно водохранилище и огромное количество кораблей на нём. Свободным оставался небольшой кусок фарватера.

— Что? Так можно было? — возмутился Пётр и бросил бесполезный пульт на диван.

— Система умный дом, вроде, — Александр встал и подошёл к экрану. — Это же, этот, — он защёлкал пальцами, силясь вспомнить имя.

— Второв Илья Палыч, — подсказал Пётр, — тот ещё прощелыга. Когда пропали Дымовы, ему удалось урвать контрольный пакет акций почти на всех их предприятиях.

На большом столе в форме буквы Т, скрестив клешни, сидел рак в бабочке. Справа от него за ноутбуком что-то быстро печатал бельчонок. А слева уже знакомый плюшевый рак в галстуке шумно отхлёбывал что-то из чашки с изображением кулака с задранным большим пальцем на боку. У меня невольно поползли брови вверх. Они что? Воссоздали вкусовые рецепторы и пищеварительную систему? Я опустил голову и встретился взглядом с довольными стихиями.

— Уважаемый хранитель рода Раковых, — сидящий за столом на месте посетителя мужчина в дорогом деловом костюме с изображением витиеватой двойки, мягко заговорил, — не могли бы мы договориться, чтобы вы извещали меня заранее о новых проектах уважаемого Ивана Михайловича.

— Ну жуук, — прокомментировал Пётр.

— Жук, это к Жуковым, — хохотнул Александр. — У этого другой девиз — Второвы сразу за вами.

— Да, как же, — закивал бывший финансист, — вторые после императора.

— Как вы себе это представляете, милейший Илья Палыч? — вежливо осведомился рак, переменив захват клешней.

Господин Второв выложил на стол чемоданчик и открыл его. Камера показала аккуратно уложенные стопки денег.

— Благотворительная помощь от рода Второвых на обустройство магической школы Ивана Михайловича. Великое дело затеял царевич, — важно закивал мужчина оглаживая подёрнутые сединой тёмные волосы. — Это вне зависимости от вашего решения, благороднейший хранитель рода Раковых.

Он достал ещё один чемоданчик и открыл. Я невольно подался вперёд и перевёл взгляд на довольного моей реакцией Тёмного.

— Это что? Мальки? — не поверил своим глазам Александр.

— Живые, заметь, — рассмеялся Пётр. — Взятка, как дать, рыбья взятка!

— А это лично вам, за труды, — подтвердил его предположение глава рода Второвых. — Вашими стараниями империя процветает. Как вы думаете, возможно ли получить на экспертизу одну из лиан?

— Не, ну ты слышал? — возмущённый Александр повернулся к брату. — Он что решил, что сможет включать и выключать магию?

— Именно так он и подумал, — расхохотался Пётр. — Спорим, что этот, ему продал парочку листочков? — он протянул руку брату для заключения пари.

— Даже и спорить не буду. Сам бы продал пару веников, — отмахнулся Александр.

Не понял, о каком выключении магии идёт речь. Это ж не возможно в принципе. Да и в новостях что-то странное говорили. Экран погас, и я повернулся к Тёмному.

— А что за отключение магии? — поинтересовался я и получил в руки новую кружку с отваром. — О чём речь вообще?

Все присутствующие недоуменно переглянулись.

— Так его не было, — догадался Пётр. — Ну помнишь, он же ещё пропал. Отец что-то темнит по этому поводу. Он-то точно знает, почему магии не было.

— В смысле не было? Это ж невозможно, — но тут я заметил, как плюшевый рак забегал глазками. И я требовательно уставился на него. — ОБИДЕЛИСЬ?!

Я вскочил на ноги и схватился за голову. Они обиделись! Обиделись они!!! Неее, они обиделись! Стихии стали забрасывать меня образами, как у меня на груди расползается пятно крови, боль, которую они тоже чувствуют, паника, что кровь не останавливается.

Я сел на диван, обнял рака и стал успокаивающе поглаживать плюшевую спинку, не переставая одаривать стихии теплом и любовью.

— А как же я? — Тёмный забрался по пижаме и втиснулся между нами. Устроившись поудобней он утробно завибрировал.

Тепло ласково окутывало источник. Я не один, у меня есть друзья, они меня любят, они не предадут, им можно доверять. Всё не напрасно. Холодная льдинка в душе раскололась и по телу расплылась лёгкость.

Не знаю, долго я так просидел или нет, но когда очнулся, почувствовал ароматный запах жареного мяса и жадно набросился на еду.

— Сколько? Сколько дней не было магии? — я разломил горячий хлеб и заглотил половину.

— Трое с половиной суток получается, — сглотнул слюну Пётр. — А потом магия появилась, приехали твои эти с Катей, начали тут хозяйничать с молчаливого одобрения отца, ну и завертелось.

— Жертвы? — я запил хлеб горячим чаем.

— Откуда? — Александр жадно потянул руку за другой половиной горячего хлеба и отдёрнул, недовольно посмотрев мне за спину. — Ну, встало всё, подумаешь. Посидели несколько дней без электричества. Лето ж на дворе. Для организованных волнений связь нужна, а её не было.

— Финансовый рынок обрушился, но нам только на руку, — отмахнулся Пётр. — Акакий несколько хитрых операций провернул, так что мы даже в плюсе. Да и потом сейчас такой бум развития немагических технологий начнётся. Небольшая встряска всем пошла на пользу. А мы молодцы! Устранили проблему!

— Не знаю, в чём была причина, но отец ловко свалил всё на растущий маяк. Вокруг него магия не пропала, и все это видели, — сообщил Александр, и я получил подтверждение от стихий, мол это же моя башня.

— Я поэтому ничего и не знал, — добавил Тёмный. — У меня проблем с магией не было, я работал себе спокойненько, а когда закончил прилетел во дворец и поучаствовал в ремонте. Бориску вот установил. Борис, расскажи о своих возможностях.

В центре комнаты появилось знакомое голографическое изображение чопорного дворецкого.

— Виртуальный помощник Рег 2.4 приветствует хозяина. Ретрансляторы не обнаружены. Продолжить работу в автономном режиме?

Тёмный озадаченно почесал затылок клешнёй.

— Извини, я не знал. Видимо, какие-то настройки на тебя сработали.

— А почему он не по-нашему говорит? — подозрительно спросил Александр, стащил с тарелки маленький кусочек хлеба и быстро закинул себе в рот.

— Да, — ответил я на языке мира Нейры, — и смени образ на… на что-нибудь другое, — я испугался, что кто-то из прибывших с башней сможет его узнать. — И после окончания настроек переходи на местный язык.

Голографическое изображение мигнуло и перед нами появился пацан лет семи, он увлечённо ковырялся в носу, не обращая на нас никакого внимания. Вытащив палец, он посмотрел на него и облизнул.

— Чё надо? — Бориска засунул руки в карманы мятых штанов.

Глава 7

Пока мы ошарашенно пялились на голографического Бориску, Александр доел моё мясо и заметил:

— Старикан был поприличней.

На что юный виртуальный помощник показал безопаснику язык.

— Тебе не кажется, что он, хм, похож… — Пётр описал неопределённый круг рукой, — ну сам посмотри, явное фамильное сходство. Прямой нос, тонкие губы, разрез глаз. Если его отмыть и надеть костюмчик с гербом, вылитый Раков будет.

На грязной футболке голограммы появился вышеупомянутый герб, вышитый золотой нитью.

Перед Бориской материализовался бельчонок. Он подошёл и аккуратно тронул голограмму лапой.

— Ай, — возмутился паренёк, — поаккуратней!

Он засунул руку в карман и достал орешек.

— На вот, держи! — голографический мальчик раскрыл ладонь и присел перед Рыжиком на корточки.

Бельчонок опасливо приблизился, сгрёб орех и попробовал его на зуб, а потом быстро убежал.

— Куда это он? — поинтересовался Пётр.

— Это ж флешка, — как дураку, объяснил Тёмный, — к ноуту побежал подключать. Слушай, Ваня, раз уж ты и дальше собираешься отлынивать от выполнения своих обязанностей, то я требую себе секретаря!

Маленький рак забрался на спину плюшевого, чтобы звучать убедительней.

—Точно! Объявление забыл сделать! Вот видишь, — он обвиняюще ткнул в меня клешнёй, — я всё забываю, мне срочно нужен секретарь. Хотя бы на звонки будет отвечать и вести расписание приёмов.

— А что, их так много? — полюбопытствовал Пётр.

— До конца августа все расписано, — пробасил плюшевый помощник. — И это мы время приёма сократили до десяти минут, — похвастались стихии.

— Драко, подсоби со звуком, будь добр, — попросил Тёмный.

— Уважаемые господа Раковы, — раздался сразу отовсюду благожелательный голос Тёмного, — Ивану Михайловичу срочно требуется неболтливый секретарь. Рабочий день ненормированный. Увольнение невозможно. Кандидатов просьба обращаться к Хранителю рода.

— Неплохо, неплохо, — на полном серьёзе оценил посыл Александр, — сразу заявлять, что выход только ногами вперёд.

— Отец так никому из прибывших родственников и не сказал, куда делись Дымовы, — задумчиво добавил Пётр. — И про яд никто не знает. Только вдруг помолодевшие повара у всех повально кровь взяли, и сказали мол, чтобы определить кому каких микроэлементов не хватает. Понял, зачем их отец омолодил? Чтобы антидот подобрали!

Тёмный тем временем снова забрался на колени и потянул меня за край пижамы:

— Идём, Ваня, посидишь тихонечко, я сам всё сделаю. Всё-таки люди к тебе придут наниматься.

— Обманывать нехорошо, — назидательно заявил Бориска.

— Да кто ж обманывает? — искренне возмутился Тёмный. — Сам посуди. Я работаю на Ваню, секретарь работает на меня, догоняешь? Значит, и секретарь работает на Ваню. Учись!

Голографический Бориска почесал грязные кудри.

— Слушай, — не выдержал Александр, — почему ты такой грязный?

— Я отражаю состояние системы безопасности, — виртуальный помощник почесал голову и извлёк из волос маленькое устройство. — О! Жучок! Хочешь? Ты вроде по безопасности, и тоже выглядишь не очень.

Александр аккуратно провёл рукой по голограмме, рука прошла насквозь. Потом взял протянутое устройство и принялся пристально разглядывать.

— Суки-суки-суки! — взревел начальник СБ и скрылся в неизвестном направлении.

Мы пошли в противоположную сторону, здесь я ещё не был. В длинном коридоре стояли уютные диваны, кресла со столиками. По стенам висели картины. Мне понравилась одна с видом на замок, я остановился, чтобы посмотреть. Художник уместил на холсте почти весь остров, и видимо картина была выполнена совсем недавно, потому что сад был в запустении, а в фонтане плавали утки. Около входа в малый зал приёмов, расположенный в мужской части замка, на лавочках сидели гуляющие. Почему-то художник расположил всех в одном месте. Ещё более странным было то, что почти все они были в деловых костюмах с портфелями или папками.

— Неплохая работа, — Пётр тоже подошёл, чтобы посмотреть, — точно не Федя рисовал. А это кто? Багаев же вроде?

Я присмотрелся. Точно! Дмитрий Петрович. Зачем его было изображать на картине и вешать у меня в холле? Я вопросительно повернулся к Тёмному, он вроде говорил, что тоже участвовал в ремонте.

Словив мой взгляд, рак забрался на плечо и уставился на полотно.

— И лезут, и лезут, — проворчал он. — Сказано же было, что на сегодня приём окончен.

Мужчина на соседней лавочке встал и пересел к Багаеву. Я резко отпрянул назад, как и Пётр. Он даже неверяще дотронулся до Дмитрия Петровича пальцем.

Картинка увеличилась и стало видно второго собеседника — круглого мужчину неопределённого возраста, крепко обнимающего папку с документами.

— Кто это? — спросил Пётр.

— Сыроежкин Василий Степанович, первый заместитель городского главы Рыбинска, — сообщил Борисик, разглядывающий экран вместе с нами.

Да, помню, в главном бункере у Регулуса были похожие имитации картин. Только как они попали в небоскрёб? Неужели Лежалый всё-таки сделал в башне отдельную комнату для меня на тот случае, если небоскрёб перенесётся дальше? Тогда попадание искина от Рега становится понятным. А значит, там и другие сюрпризы ожидаются… Я подозрительно посмотрел на Борисика, это ж что они могли туда запихнуть? Наверняка, Регулус подключил к созданию своей копии Эда и Вжика. Я озадаченно почесал подбородок.

— Звук есть? — вдруг спросил Пётр.

Оказалось, что звук был. Неужели в установке поучаствовали малыши? Я посмотрел на довольного плюшевого рака, которого так и нёс на руках. Я благодарно погладил его по спинке.

— Да что вы хотите от меня, Василий Степанович? — в сердцах бросил Багаев. — Я как и вы слышал, что приёма сегодня не будет.

— Дмитрий Петрович, голубчик, уступите мне свою очередь.

Хтонь. Я отпрянул от картины и с интересом огляделся. Тьма меня забери? Напротив висело изображение императора, сидящего за своим рабочим столом. Перед ним туда-сюда ходил Александр и яростно жестикулировал.

Я прошёлся вперёд: общая столовая, видно как слуги сервируют стол; моя кухня, на которой шаманит Корней. Я приблизился и с любопытством спросил:

— Что там на обед?

Оказалось, что звук работает и в другую сторону. Потому что Корней на автомате ответил, что будет кремовый грибной суп, пюрешка и жаренная рыбка по рецепту с конкурса. Потом он вздрогнул и заозирался.

— Можно установить имитацию микрофона и кнопку для ответа, — предложил Тёмный. — Пусть считают, что звук идет оттуда.

Он перевёл взгляд на меня и тяжко вздохнул:

— Сделаю. Как говорит Катя, если можешь сделать сам — не напрягай Иван-царевича.

Мы прошли дальше, но Тёмный остановил меня перед картиной с изображением кабинета, набитого людьми:

— Стой! Давай послушаем! Это моя, то есть твоя приёмная. Претенденты на роль секретаря собрались.

Моя приёмная была большая и светлая. Современный стиль на грани, я бы сказал. Возможно, так специально сделано, как провокация. Учитывая, какие мемы про меня ходят… хм. Теперь ещё и рак ведёт приёмы вместо меня.

Шкафов почти не было. Парочка в углу с офисной техникой. Три стола для секретарей с какими-то необычными компьютерами. Одна из стен сплошь из мониторов, теперь-то уж понятно, зачем все эти экраны. Их, наверное, и объединить можно для общей картинки.

Для ожидающих посетителей предлагались пуфики. Единственные два кресла были заняты, а в пуфики кандидаты сесть постеснялись. Около окна был водный фонтанчик в виде клешни рака.

Окно было распахнуто и стилизованно под дверь. На непомерно широком подоконнике стоял ящик для корреспонденции. Пока я изучал обстановку, прилетел дрон и сбросил туда письма.

Кроме своего адъютанта Дениски и пары призраков я никого не знал. Хотя нет, вон того бухгалтера помню, Степан Антонович, который первый заговорил о выборе наследников среди других потомков. Молодых не было, и это я не про тех, что лежат в реанимации, все претенденты были за сорок и старше.

Дверь в приёмную отворилась, и в помещение важно зашла Лизонька с тесаком на бедре и двумя Раковыми. Все трое были в серых деловых костюмах с гербами. Волосы девочки были собраны в строгий пучок. Она на ходу договаривала свою мысль, обращаясь к сопровождающим.

— СБ должна всегда присутствовать на отборе кандидатов, — она назидательно подняла палец вверх. — Это наша прямая обязанность.

Деловая Лиза быстро огляделась и выцелила старшего внука царевича Александра, которого я приглашал в качестве судьи на конкурс поваров. Я его рассматривал на должность начальника своего СБ. Я так по нему и не определился. Молчаливый, глазастый и способен воспользоваться ситуацией.

— Спасибо, Матвей Тимурович, вы можете быть свободны, дальше мы сами, — заявила она не терпящим возражения тоном.

Опешили все Раковы. Матвей усмехнулся и с места не тронулся.

— Ты что ли СБ? — поинтересовался Степан Антонович без должного уважения.

— И кто же тебя назначил? — мой адъютант тоже пожелал быть в курсе дела.

— Вам ли не знать, Денис Матвеевич, что СБ не назначают, оно переходит по наследству, — девочка укоризненно посмотрела на гвардейца. — Вам бы подучить законы, всё-таки должность обязывает, — недовольно заметила СБшница.

— Так Александра никто не снимал, — возразил Дениска.

— Ошибаетесь, Денис Матвеевич, — как маленькому принялась объяснять Деловая Лиза. — Михаил Михайлович не издал указ о снятии начальника СБ, чтобы не вызывать общественный резонанс. Это ж политика! Он номинально числится, но власти у него нет. У Александра Михайловича трое сыновей. Младший Георгий был пойман с поличным во время покушения на убийство, ему теперь любая должность в СБ не грозит. Как и Сидору, а так же его отцу, воспитавшему предателя. Герасим слишком мал, остаётся мой отец и я. Но Дмитрий Александрович сейчас находится в реанимации, вот и получается, что начальником СБ Ивана Михайловича являюсь я.

Я вопросительно посмотрел на Петра, тот растерянно пожал плечами.

— Не понял, почему ты Матвея Тимуровича вычеркнула? Он себя ничем не запятнал, — озадаченно спросил адъютант.

— Он остаётся на должности начальника СБ империи, а я начальника СБ Ивана Михайловича, разве не понятно? — Деловая Лиза одарила моего помощника неодобрительным взглядом.

— Так Герасиму тоже 5, как и тебе, — заметил кто-то из кандидатов язвительным тоном.

— Мне уже шесть, — гордо заявила Лизонька, — и у меня два заместителя.

Девочка с тесаком на перевязи и двумя Раковыми прошлась между претендентами, внимательно оглядывая присутствующих и то и дело останавливаясь перед взрослыми мужчинами.

— Запятнавших своё имя в заговоре мы принять не можем, поэтому попрошу таковых покинуть комнату, — официальным тоном заявила девочка.

Как ни странно, но её послушали и, ворча и переговариваясь, покинули кабинет. В результате в приёмной осталось трое мужчин.

— Ваня, пошли быстрей, — забеспокоился рак на моём плече, — она же сейчас всех моих секретарей выгонит!

Подгоняемые раком мы влетели в приёмную. Кандидатов оказалось четверо, Иван Филиппович спал на одном из пуфиков. Матвей Тимурович занял рабочее место одного из секретарей. Ещё в одном на правах моего помощника удобно устроился Дениска. Двое мужчин расположились за двумя единственными креслами и с любопытством взирали, как дети зажали ещё одного соискателя в углу.

— Зачем заместителю генерального директора успешного курорта должность секретаря у царевича-придурка? — требовательно спросила Деловая Лиза. — Это же заметное понижение статуса!

Стоило нам войти, как мужчина попытался вырваться из окружения, но споткнувшись об одного из мелких Раковых упал лицом в валявшийся на полу пуфик. Он поднял глаза и увидел Борисика.

— Ага! — он тотчас вскочил на ноги. — Призрак убиенного царевича! Славий и Олег были не единственными жертвами во дворце!

Все с любопытством уставились на прозрачного искина с гербом рака на мятой футболке.

— Мальчик, как тебя зовут? — соискатель присел перед голограммой на корточки.

— Бориска я, — он снова полез пальцем в нос.

— Кажется, во дворце давно не следят за воспитанием отпрысков, — сказал один из сидящих родственников другому. — Наши дети приезжают и становятся убийцами. Младший царевич не обучен грамоте, а этого до семи лет не успели обучить элементарным манерам.

— А какое у тебя отчество? — ласково продолжил успешный заместитель какого-то курорта.

Искин достал новую козявку и ткнул её в замершего напротив него мужчину. Передний карман того задымился и хлопнул.

— Регулович я по батюшке, — ответил мальчик и направился к сидящим в кресле.

Заместитель тем временем достал из кармана испорченный телефон.

— Позвольте вам помочь, Никодим Егорович, — Матвей Тимурович помог молодому мужчине подняться, — при этом он умудрился забрать у него телефон и сунуть себе в карман, что не скрылось от детских глаз.

Деловая троица попыталась сыграть на опережение.

— Антон Алексеевич, Платон Васильевич, будьте добры передать нам свои мобильные телефоны на экспертизу, — она требовательно вытянула руку вперёд. — Вы же понимаете, что вам просто повезло. Роману 14, а Эдуарду 10. Будь они постарше, они легко могли оказаться среди заговорщиков. Мы должны быть абсолютно уверены, что вы чисты в своих помыслах. Как и Никодим Егорович, вы не на последнем месте в своей компании, и должность секретаря — понижение статуса.

Антон и Платон тут же выдали свои телефоны девочке, и она требовательно уставилась на Борисика.

— Что искать?

— Вирусы, шпионские программы, компромат, — он неопределённо пожал виртуальными плечами. — У Никодима Егоровича был диктофон включён на запись.

Глаза присутствующих скрестились на несостоявшемся шпионе. Денис, видимо, куда-то нажал, и в комнате появились гвардейцы. По его знаку они подхватили предателя и потащили прочь. Через минуту в комнату вернулся сам адъютант.

Деловая Лиза тем временем раздала телефоны своим помощникам. К изучению содержимого подключился Борисик, заглядывающий мальчика из-за плеча. Интересно, а где у него сервер?

Девочка между тем подошла к сидящим мужчинам и строго посмотрела снизу вверх.

— Зачем вам пожизненная должность у ненаследного царевича?

— Мы хотим быть полезными, — честно признался правый сразу за двоих. — Михаил III омолодил своих секретарей, заслуживших это своей работой. Он вернул молодость нашим отцам, которые основали фармацевтическую компанию и стали лидерами на рынке. Три гениальных алхимика заслужили право жить дальше.

— Михаил Михайлович ценит Ванюшу, подарил ему полуостров, позволил собрать потешный полк и целый этаж отдал под покои. Да у него сам Хранитель рода на побегушках, — продолжил второй. — Пусть он не станет следующим императором, раз слабосилок, но он единственный сын, которого Михаил III действительно любит.

Пётр слева от меня погрустнел, устроился в оставшееся кресло секретаря и замкнулся в себе.

— Мы свою работу хорошо знаем, и если у себя на должности справились, то и тут не подведём, — снова взял голос правый.

— Хранитель рода молодец, но он не знает всех этих господ, засевших в саду, а мы их хорошо знаем, и подскажем, кто есть кто, — заверил левый.

Вот ведь как… Они даже не допускают мысль о том, что приём могу вести я.

— Что там? — Деловая Лиза обратилась к своим заместителям.

— У Платона Алексеевича зачётная тёлка, — сообщил кудрявый темноволосый пацан, Семён, видимо. Дальневосточные все такие.

— Аферистка, вымогательницы денег, сливает информацию роду Подводных, — прокомментировал Борисик.

Девочка повернулась ко второму.

— Да что-то тут не так, не пойму, — Наум продолжил рыться в телефоне. — Тут часть логов стёрта, как будто намерено затирал следы.

— Вирус собирает и отправляет данные, — Борисик прицелился, но Матвей Тимурович ловко перехватил телефон.

— Разберёмся, — пообещал СБшник.

— Вы нам не подходите, — огорошила мужчин девочка. — К вам легко втереться в доверие и обмануть.

Мужчины расстроились, но не сильно. Когда они удалились, я посмотрел на Тёмного.

— Ладно, беру этого, — Тёмный ткнул клешнёй в понурого Петра.

Глава 8

Царевич Пётр никак не отреагировал на желание хранителя рода взять его на должность вечного секретаря. Он погрузился в себя. Честно говоря, никогда не задавался вопросом, каким было детство других царевичей, но сомневаюсь, что оно хотя бы близко сравнится с Ванюшиным. То, что Михаил III своих детей не любил, было очевидно.

С необычайной легкостью он вычеркнул их из своей жизни и даже не пожелал вылечить от ядов. Этот факт коробил душу, не хуже движения ногтей по стеклу. Но жалко мне их не было. На месте императора я бы их вылечил не из чувства сострадания, а по многим другим причинам. И с политической точки зрения, чтобы никто не смог воспользоваться и отравить одного из царевичей в удобный момент, или начать их шантажировать, ну в общем вариантов масса, как разыграть эту карту против императора. Ну и потому что это ж мои, в смысле его, дети.

Да, что-то пошло не так, и вот стали они братоубийцами, но не перестали быть моими детьми. Наказать надо, да, но избавить от ядов — это… ну это… нормально, в общем. А то, что он даже им не сказал — подло. Они тоже поступили подло, и он. Вот! Хтонь! Да лучше б он их просто прибил, чем так…

И вот есть Александр и Пётр, которые в отличии от других знают, что отец их считай предал. Перестали за собой следить не потому, что он их отстранил от дел, и даже не потому, что им плевать. Какая разница, как ты выглядишь, если ты в любой момент можешь умереть? А родной отец оценил твою жизнь, как бесполезный шлак.

Пётр, в отличии от Александра, хотя бы не пытался меня убить. Вор, но не убийца.

Я с сомнением уставился на хранителя рода, потом на царевича. Он это серьёзно?

— Не староват? — ехидно осведомился я.

— В самый раз, — возразил Тёмный и перебрался на стол Петра. — Сам смотри, сколько времени он дурил всем голову? Хитёр, изворотлив, выглядит солидно, — он забрался по мятой футболке на голову и попытался пригладить спутавшиеся волосы Петра. — Опять же у него наработаны связи.

— Характеристика так себе, — ревниво заметил Дениска.

— А разве Ваня не по этому принципу подбирает персонал? — искренне удивился Тёмный. — Директор потешной школы — глава гильдии убийц, врио управляющего дворцом — глава гильдии воров, врио ублюдской школы — маготорговец. Пресс-секретарь императорского рода — глава чёрного рынка, а его внучка — финансовый директор. Никого не забыл? Да и дети в потешном полку прирежут в тёмном переулке и не поморщатся, если того потребует Иван-царевич.

— Так и скажи, что других кандидатов нет, — усмехнулся Денис.

— Почему нет? — я удивлённо вскинул брови. — Вон ещё двое, и тот, что спит.

Взгляды присутствующих скрестились на призраках. Тёмный спрыгнул с головы очнувшегося Петра и побежал в сторону умерших императоров.

— А это кто?

— Ты же хранитель рода. Ты должен знать всех императоров, — Наум подозрительно уставился на рака.

— Я же спал в водах водохранилища, балда. Этих двух я проспал, — выкрутился Тёмный.

— Это отец и сын. Мрачный и хмурый — Иван Грозный, а модный его сын — Владимир Красное слово, — представил я бывших императоров. — Представь, как это звучит — Грозный у телефона. Да он одним своим видом тебе всех посетителей распугает. А у второго даже мобильник свой есть.

Хранитель рода придирчиво осматривал призраков.

— Они же невыездные, — нашёл к чему придраться Тёмный, — их же только во дворце можно использовать.

— Используют носки, самозванец! — грозно рявкнул Иван III.

— Беру! — тут же согласился хранитель рода. — У меня аж мурашки по панцирю побежали. И этого в комплекте, — он ткнул в спящего клешнёй. — Елизавета Дмитриевна, будьте любезны, порадуйте парня.

Деловая Лиза подошла к спящему молодому парню и хлопнула того по щеке.

— А! Что? — он вскочил на ноги.

— Поздравляю, Иван Филиппович, вы приняты! — торжественно объявила маленькая СБшница.

— А! Что? Куда? — заозирался молодой парень. Он был единственным из молодого поколения, кто не участвовал в заговоре. И ему повезло со стихией, во время инициализации приживили ту, что надо.

— На работу секретаря, — ехидно подсказал Дениска, — к Иван-царевичу. Или вы здесь не за этим?

— Меня Корней попросил подсказать, когда Ваня освободится, чтобы обед нести, — парень озадаченно заозирался, нашёл глазами меня и облегчённо выдохнул.

— А он ворует? — с надеждой спросил кучерявый Семён, рассматривая молодого парня.

— Насколько мне удалось узнать, — сообщила Лизонька, очевидно, порывшись в записях пронырливого Дмитрия Александровича, — Иван Филиппович увлекается компьютерами. Пытался написать программку для фармацевтической компании, но закончить не успел, директора выкупили готовый проект. Создал сетевую игру «Убей первым», сейчас все подростки поголовно в неё играют. Не исключено, что и наши придурки попали под её влияние. Нерасторопен, забывчив, без постоянного места работы.

— То есть подходит? — решил уточнить Семён.

— Так может он не хочет? — вступился за парня Денис. — Он же сказал, что здесь случайно.

На столе Петра зазвонил телефон. Все уставились на аппарат. Первым среагировал призрак, он подлетел и поднял трубку:

— Грозный у телефона, — он помолчал, выслушивая собеседника. — Сегодня приёма не будет, позвоните завтра, — подождал и добавил. — А лучше сперва подумайте, так ли надо вам сюда звонить. Вот всю ночь и думайте.

— Беру-беру, — загорелся Тёмный. — Таак… Пётр Михайлович, вы — глава секретариата и самый главный.

— Я? — опешил царевич.

— Вы-вы, кто же ещё, — возмутился рак, — не этого же ставить? — он ткнул пальцем в сонного Ивана.

Пётр задумался, оглядел этот сумасшедший дом и расправил плечи.

— Да, и вы переоденьтесь к завтраму, — попросил Тёмный. — Императоров берём обоих. Иван для мелких поручений будет помощником Петра Михайловича. Не самому же ему бегать?

— Мест на всех не хватит, — мрачно бросил мой адъютант, собравшийся отвоевать своё рабочее место у окна.

Я посмотрел на призраков и улыбнулся. Телефон Владимира Красное слово завибрировал, тот в удивлении уставился на призрачный аппарат.

— О! Обновление скачивается, — не поверил он и начал тыкать на призрачные кнопки. Он заулыбался, как ребёнок, которому подарили долгожданную игрушку.

— Теперь, пока во все игры не наиграется, работать не будет, — продолжил язвить адъютант. Он заглянул в призрачный экран. — Игру «Убей первым» скачивает.

Я закрыл глаза, одного телефона мало, нужно ж ещё и рабочее место. Пётр грязно выругался, и я открыл глаза. Хтонь… Я озадаченно почесал голову.

По просторному кабинету почти под самым потолком дрейфовал призрачный офисный крутящийся стул, стол с установленным на нём телефоном и компьютером. Напротив стола даже появился стул для посетителей. Не только я задался вопросом, можно ли туда сесть. Семён уже залез на стол адъютанта, смело подпрыгнул и уцепился в медленно пролетающий мимо стул для посетителей. Вскарабкавшись, он уселся и довольно посмотрел на наши ошарашенные лица.

— Я тоже хочу! — Наум уже лез на стол Петра. А за призрачным столом устроился Иван Грозный и водил виртуальной мышкой.

В приёмную зашёл Гаврила с подносом.

— Извольте откушать, Иван Михайлович, — он невозмутимо толкнул плечом дверь в мой кабинет и зашёл внутрь.

Следом за Гаврилой появился новый дворцовый слуга, увидел парящий стол, печатающего на клавиатуре хмурого призрака и довольного Семёна, проводящего эксперимент — пролезет рука сквозь стол или нет. Слуга споткнулся, в последний момент удержал равновесие и с силой грохнул поднос на стол перед Петром, пролив половину супа.

— А мне? — проблеял Денис.

— Вы не заказывали, — неприметный слуга поспешил скрыться.

— Подпишите, — Грозный положил перед Семёном не призрачную бумажку, которая вылезла из офисного принтера. Он подхватил её, когда стол продрейфовал мимо.

— Что там? — требовательно спросила Елизавета Дмитриевна.

— Приказ о назначении меня заместителем начальника безопасности Ивана Михайловича, — прочитал довольный мальчуган и похлопал себя по нагрудному карману в поисках ручки.

— Слезай давай! — возмутилась Лизонька. — Заместителя назначают вперёд начальника, — она уже залезла на стол Дениски, мимо которого должен был продрейфовать призрачный стол.

— Ну вот, делопроизводство запущено, — Тёмный довольно потёр клешнями. — Пётр Михайлович, организуйте нормальную доставку посетителей до стула, — распорядился хранитель рода.

— А я бы посмотрел, как солидные дядечки будут пытаться выкрутиться из щекотливой ситуации, — возразил Пётр, вливая в себя остатки супа.

— Иван Михайлович, — в дверях моего кабинета показался невозмутимый Гаврила, — прошу обедать.

— Денис Матвеевич, — обратился я к адъютанту, — соберите после обеда совещание по поводу переезда школы ублюдков на полуостров.

Войдя в кабинет, я ринулся к книжной полке, позади стола. Вот они, родимые! Четыре стихийные книги: объятая пламенем, с драгоценными камнями, со смерчем по корешку и окружённая водяной плёнкой. Где там рецепт ягодного пирога?

Я вежливо взял с полки богато украшенную книгу и положил на стол, рядом с тарелками. «Съешь меня» — гласило название. Несколько секунд я тупо смотрел на книгу, а потом взял и поднёс ко рту. Попробовал откусить. И если сначала корешок показался несъедобным, то потом материя под моими зубами преобразовалась и поддалась. Я с усилием оторвал часть обложки и начал медленно пережёвывать. На вкус, как бумага.

Я поднял глаза и увидел застывшего в дверях Корнея. Гаврила замер с кувшином, так и не налив отвар, а Тёмный уже бежал ко мне со всех своих лап. Он шустро забрался на стол и посмотрел на книгу.

— Балбес, — он хлопнул себя клешнёй по морде. — Энергию всасывать надо, а не жрать бумагу.

— Да? — кажется, я покраснел. Взял у Гаврилы кувшин и запил съеденную обложку, пропихивая её в желудок. Я сел за стол, положил руку на книгу и потянул энергию на себя.

И куда её направлять? Однако, моё вмешательство не потребовалось, рука намертво прилипла к книге. Энергия вливалась и перераспределялась сама. Я начал ощущать себя надутым пузырём. Когда энергия заполнила тело целиком, то стала уплотняться. Процесс был болезненным, но я держал лицо и даже улыбнулся, давая понять, что всё в порядке. Я взял другой рукой ложку и принялся за суп, отсалютовав ложкой Корнею. Бумага в желудке разогрелась и суп, кажется, сразу расщепился на атомы.

К концу трапезы томик с драгоценными камнями похудел раза в два. Я допил чай и перебрался на кушетку. На грудь улёгся Тёмный и завибрировал. Боль притупилась.

Тело явно перестраивалось на клеточном уровне. Я погрузился в глубокий транс, малыши захотели присоединиться, и я не стал им отказывать. Все вместе мы опустились на микроуровень.

Перестраивалось ДНК, тьма меня забери. Я сразу напрягся. Зачем мне тело Изначального? Я просто хотел немного усилиться, меня порядком достало вырубаться от каждого магического чиха. Но тело Изначального? Это явный перебор.

В кабинет зашёл Денис и обеспокоенно подлетел к кушетке.

— Вам плохо, Ваше Высочество?

— Не-е, — я сыто рыгнул, книга совсем исчезла минут пять назад. — Обед перевариваю.

Адъютант укоризненно посмотрел на Корнея, чем тот так меня кормит, что я после этого лежу в ауте.

— Все собрались в нижнем кабинете, Иван Михайлович, — Денис вежливо поклонился.

Я, кряхтя, как старик, принял сидячее положение. Тело казалось нереально тяжёлым. Я с трудом встал и медленно побрёл на выход.

Минут через тридцать мы добрались до нижнего кабинета. Он действительно был похож на лекторий. Доска, почти на всю стену, на которой можно писать, не вставая с профессорского места. Вместо стандартных студенческих столов мягкие диваны со столами, которые можно регулировать по высоте.

Я оглядел присутствующих. На месте секретаря, за кафедрой сидел Бориска и ковырялся в планшете. На первом ряду развалился сытый и довольный Пётр. Перед ним на столе стоял ноут. Рядом с ним полулежал усталый и голодный Александр, жадно жующий какой-то бутерброд. По центру первого ряда устроился император вместе с будущей императрицей. Одет он был в форму потешного полка, понятно, шифруется. Типа он обычный парень. Папенька рассказывал девушке что-то забавное, юная старушка тихонечко похихикивала. Около окна расположился довольный Безымянный и с интересом озирался. Подле него в напряжённой позе сидел командир полка. Перед обоими лежали папки с бумагами.

За ними на втором ряду разместился Берр, с любопытством оглядывающий аудиторию, и сканирующий всё подряд магическими плетениями. Рядом с ним сидел Савва из Мышкина, который чувствовал себя здесь лишним.

По центру второго ряда на самом краешке дивана сидела Катя, облокотившись на стол локтями. Она сразу отсалютовала мне и вернулась в планшет. Рядом с ней обнаружился глава рода Горбуновых, он с любопытством заглядывал к девочке в экран.

Мухин бродил вместе с маленьким рачком на галёрке, обнюхивая обстановку. Завидев меня, он плюхнулся в первое попавшееся кресло и принялся раболепно пожирать меня глазами. Вошедший следом Денис сел на втором ряду с краю, готовый сорваться по поручению в любой момент.

Гаврила попытался помочь мне усесться за стол, но я попросил его сложить три пуфика один на один. Они лежали на полу аудитории между столами и кафедрой. Я с трудом забрался на верхний и блаженно растёкся, принимая удобное положение. Пуфики сильно сплющило, но тем не менее я оказался на уровне столов первого ряда.

Я пересчитал присутствующих.

— Корнея не хватает, — заявил я. — Кто-нибудь знает, как там Михаил Михайлович? Оклемался?

Ответил, что удивительно Гаврила.

— Лежит в реанимации, скучает. Доставить?

Я кивнул. Именно царевич Михаил курировал все образование в целом и магическое и немагическое. Он точно должен быть в теме и со связями. Кто ещё может понадобиться? Женщину бы какую-никакую… Чтобы вовремя кудахтала, отстаивая интересы детей. Я посмотрел на будущую императрицу:

— А это кто?

Молодая старушка встала и вежливо поклонилась:

— Мора, была главврачом крупного города.

Я кивнул, соглашаясь, что ей тут самое место.

Берр запустил в меня бумажным самолётиком, такими в мире Нейра обменивались для передачи сообщений. Я развернул краткую справку. Учёные теоретики, выживальщица, нюхач, хакер, магоинженер и врач.

Хтонь, учителей магии как не было, так и нет. Я посмотрел на Тёмного и Борисика. Не самому же мне преподавать? Я тяжело вздохнул.

Вошёл Корней и занял свободное место в третьем ряду. Следом гвардейцы вкатили каталку со стонущим Михаилом с подключённой капельницей. Он с любопытством огляделся, и снова принял вид умирающего.

— Михаил, скажи, будь добр, у нас есть какая-то система, отбирающая талантливых учителей? Ну там конкурс, или что-то подобное?

— Есть, — слабым голосом ответил царевич. Я попытался его просканировать, чтобы проверить состояние источника старшего брата, и был неприятно поражён тем, что пока трансформация тела не закончится, я не могу пользоваться магией. Да, и тело подчиняется мне с неохотой. Хтонь.

Гадкое чувство уязвимости пробралось в душу. Гаврила что-то почувствовал и сел на полу около пуфиков.

— Пригласи ко мне лучших из лучших по всем школьным предметам, чтобы можно было малыми группами детей обучать, — приказал я. Хтонь… А сколько у нас детей будет? Я задумчиво посмотрел на обеспокоенного Безымянного. От него не скрылось поведение Гаврилы.

Царевич Михаил хотел было возмутиться, но сник под взглядом императора.

— Они не пойдут, — попытался возразить он.

— Так вы скажите, что преподавать они будут в растущей башне, — посоветовала Катя.

Я подождал, пока гвардейцы вытолкают каталку со стонущим царевичем за дверь.

— Ну что? Попрошу хранителя рода рассказать нам о состоянии башни вымершей цивилизации.

Глава 9

В центре лектория медленно вращалась огромная голограмма высоченного небоскрёба. Было видно, что над землёй возвышается самый кончик. Этажей двадцать, не более. Всего же, по словам Бориски в ней было 148 этажей и 48 подвальных.

Смотреть на мою некогда зелёную красавицу было больно. И со временем боль не утихла. Нейра вынесла из небоскрёба всё, даже покрытие пола и отделку стен. Возможно, она бы разобрала её по кирпичику, если б смогла. Стены были неимоверно прочными.

На голограмме было видно, что башня частично заполнена землёй и водой. В первоначальном варианте окна были магические, и Нейра их выдрала. По мере освоения небоскрёба, его застеклили, но давление толщи земли и болотной воды стеклянные окна не выдержали.

Новые жильцы обживали строение по-своему. То, что было задумано, как островки природы: открытые этажи, свободное пространство; было расценено жителями мегаполисов, как парковочные места для флаеров.

Открытые зоны засыпало полностью вместе с припаркованным транспортом. Интересно, если откопать флаеры, они будут летать, или там от воды закоротило всю электронику?

Когда стихии поняли, что это моя башня, то решили помочь и убрать затёкшую воду и попавшую внутрь землю. На голограмме было видно, что центральные пролёты и лестницы уже очищены. Земеля прислал образ, что они начали расчищать сверху вниз. Если в первоначальном варианте центральное пространство небоскрёба оставалось свободным чисто с эстетической точки зрения, то жители Нейры возвели там систему лифтов, которая под тяжестью провалившейся внутрь почвы оказалась разрушена.

Земеля показал трупы в капсулах во всех подвальных помещениях. Первым посылом было их уничтожить, но я решил сначала лично посмотреть на конструкцию. Там должно быть два типа: криозаморозка и анабиозные. Попросил Земелю замуровать вход в подвал, пока я не доберусь туда лично.

У основного тела небоскрёба было несколько отростков — башенок поменьше. Они смотрелись, как ростки и придавали образ стебля, пустившего побеги. Три башенки были длинные, а четвёртая совсем маленькая.

По докладу искина, которого все до сих пор принимали за призрака убиенного царевича, в маленькой башне находилась диспетчерская. Борис увеличил масштаб, приблизив верхние этажи.

Два верхних этажа смотрелись странно. Я слышал, что бывшие топы использовали крышу, как причал. Но на голографическом изображении всё выглядело… хм… непонятно.

На предпоследнем этаже был припаркован малый дирижабль. Он физически на одном этаже поместиться не мог. Верхушка лежала на следующем этаже, представляющем из себя плоскую крышу. Рядом валялся лопнувший балон и поломанные маневровые крылья.

— Ощущение, что перекрытие между этажами разрубило дирижабль посередине, — озвучил император общее мнение. — Как так могло получиться?

На предпоследнем этаже были стандартные узкие окна и он не был предназначен для взлёта или посадки. И тем не менее дирижабль как-то оказался внутри.

— Этаж возвели поверх парковки, — догадался Корней. — Причём неимоверно быстро.

— Но зачем? — удивилась Мора. — Это же глупость какая-то!

— Не зачем, а почему, — назидательно изрёк Борис Регулович и выразительно посмотрел на меня. Я намёк не понял.

— А почему она так хорошо сохранилась? — задался другим неудобным вопросом папенька. — Ей же сколько? — он задумался, пытаясь натянуть известную ему историю на факты. — Больше двух тысяч, но с другой стороны, тогда ещё не было водохранилища, — у него явно что-то не сходилось.

Жители планеты Нейра пока не подозревали, что башня прилетела из их мира, но стоит им только попасть внутрь — они узнают многие бытовые вещи, как и язык. Хтонь. Я хотел почесать голову, но не смог. Рука в конец отяжелела.

Я с умным видом покивал глазами, двигать головой я уже не мог. Эдак я скоро и говорить не смогу.

Я беспомощно посмотрел на искина, и тот продолжил рассказ. Двумя этажами ниже на ещё одном открытом этаже располагался порт для малых кораблей. Небольшие дирижабли и флаеры, парочка автобусов. На этих автобусах даже можно перевести детей с острова. С пяток готовых водителей есть. Я так подумал, как только жителя Нейры увидят что-то из их родного мира, то прикипят к башне и уже никуда от меня не денутся.

Этажи выше и ниже использовались под склады. Этажей десять было заставлено под потолок. Может это гуманитарная помощь, о которой говорил Эдуард? Тогда там должно быть всё необходимое для размещения людей. Одеяла, одежда, ну не знаю, долгоиграющие продукты? Настроение улучшилось.

Между этажами со складами было несколько жилых уровней. И судя по тому, что следующий свободный пролёт был занят ремонтным цехом, то жилые этажи занимал Бали и его команда. Значит, там получится поселить своих людей. Сколько там мест? Я бы попросил Бориску показать поближе, но говорить уже не мог.

Выше и ниже ремонтного цеха были склады, скорее всего с оборудованием для флаеров и дирижаблей.

Последние три этажа, которые возвышались над землёй были «выкопаны» недавно. Мы увидели, что пострадали они не сильно. Земля засыпалась неглубоко и вода подмочила не так много. Благодаря тому, что в центре башни было открытое пространство, она стекала вниз в подвал.

Бывшие хозяева башни обустроили следующие этажей десять для приёма гостей. Гостиничные номера, деловой центр, магазины, кафе и рестораны. Чем глубже, тем больше засыпалось земли внутрь, но в целом гостиничный блок получится спасти без особого ущерба. По прогнозам искина до конца лета вылезут ещё 2-3 этажа.

Три торчащих шпиля пострадали меньше. Насколько я понял, в одном обжился Логан, а в другом Мэт. Третий шпиль был магически опечатан, доступа туда не было. Но остекление бывшие топы сделали на совесть и внутреннее содержимое не пострадало.

Из того, что успел показать Бориска я сделал вывод, что Логан оборудовал лаборатории для создания альтернативы действующей инфосети. И это очень и очень хорошо. Там должна быть просто-таки уйма полезных знаний и в том числе по магии. Верхние этажи использовались под лаборатории, но кто будет в этом во всём разбираться? Хотя, Берр же сказал, что у меня есть магоинженер. Да и учёных теоретиков можно пристроить. Кстати, Мэт же тоже что-то изобретал. Бориска как раз демонстрировал надземные помещения, и на одном из рабочих столов я заметил спутник.

Новые жильцы осваивали небоскрёб сверху вниз и снизу вверх, поэтому центральных этажей 70 освоены почти не были. На парковочных уровнях может что-то и было. Потому что вокруг одного уровня опять были склады, значит он точно использовался для погрузки и выгрузки.

Всё самое обжитое и медицинский центр, на который я так рассчитывал, располагались на нижних 50-ти этажах. Первые этажи пострадали больше всего.

Медицинские капсулы для магов, палаты с реанимационным оборудованием, много детских комнат. Видимо сначала извлекали из анабиоза детей. Целые блоки под детей с развлечениями и школой с оборудованием. Даже был обустроен зоопарк, который засыпало землёй полностью.

Мора, когда увидела медицинский центр, сильно возбудилась. Вскочила и чуть ли не ринулась спасать оборудование лично. Успокоилась только когда отец клятвенно пообещал помочь, а Безымянный заверил, что медицинское оборудование поднимут наверх в первую очередь.

В общем, все решили ехать и разбираться на месте, в том числе по количеству доступных к размещению мест и проверить, что в коробках.

Когда все встали и двинулись к выходу стало понятно, что я не могу пошевелиться.

Сначала меня продиагностировал отец, потом будущая мачеха. Конечно, они ничего не нашли. Я тоже увидел изменения лишь на микроуровне. Мне даже, кажется, что тела Изначальных специально не отличить от нормальных. Эд и Ар были разве что высоковаты, а так, выглядели обычно.

— А почему он такой тяжёлый? — спросила Мора. — Окоченения нет, спазмов и паралича тоже. Он не может двигаться из-за веса. Абсурд!

— Какой пьянящий запах… — я почувствовал шумный нос Мухина совсем рядом. — Ай! Да, не трогаю я его!

— Господа, ответственно заявляю, что с царевичем всё нормально. Это магическая трансформация тела в связи с ранней инициализацией, — Тёмный взял ситуацию под контроль. Я ощутил его вибрацию у себя на груди.

— Милый, в медицинском центре должны быть каталки! — загорелась новой идеей моя будущая мачеха.

— Думаешь, они выдержат его вес? Ты посмотри, как пуфики сплющило, — здраво усомнился отец.

— Там есть магически-усиленные каталки для психбольных. Пойдём, Миша, — кажется она потащила его куда-то.

Со мной остался Горбунов и Гаврила. Даже Тёмный ушёл руководить процессом.

— Ваня, хочешь я тебе расскажу, как прошли игры на выбывание? — надо мной нависло лицо Максима. — Гаврила, ему надо в глаза капать, он же моргать не может. Глаза уже покраснели. Или давай веки закроем.

Он потянул за веки, но у него ничего не получилось.

— Боюсь силу применять, Вань, — честно признался он. — Гаврила ушёл за каплями. Почему-то к поварам. Короче слушай, — и он принялся увлечённо рассказывать.

К началу игр на острове было более десяти тысяч детей. Первым делом Остап Петрович расформировал командирский полк Горбунова и всех обязал создать мини-отряды до 10 человек.

Первые игры были очень простые. Кидать друг другу мяч и не ронять. Что может быть проще? Десять последних команд, у которых мяч так и не коснулся земли, получили приз — карту с крестиком.

Потом последовало перетягивание канатов на выбывание до последних десяти победителей. И кому-то досталось по две карты с непонятными крестиками.

Дальше были: кто быстрей разожжёт костёр, наполнит ведро, перетаскивая воду в стакане и другие простецкие задания.

— А смысл? — я услышал голос Корнея.

— Смысл был — спросить себя: «А какой смысл?», — Максим заливисто расхохотался. — Остап Петровичу помогал рак в камуфляжном платке. И когда все пообедали, он попросил детей вывернуть футболки наизнанку и надеть заново. На внутренней стороне ткани у каждого ребёнка обнаружились знаки.

Все дети оказались помечены дважды. Те, команды, которые задались вопросом и попытались разгадать смысл, обзавелись рисунком дракончика. Кроме того у каждого на футболке были разного цвета кулаки: либо с задранным вверх пальцем, либо опущенным вниз.

— И что это даёт? — не понял Корней.

— Как же! — засмеялся Максим. — Если никто не задался вопросом, значит, он на острове для галочки. Почти все наши стали искать в заданиях второе дно. Потому что непрост директор, ой как не прост.

После этого получившие полный набор больших пальцев были отведены в сторону и превратились в зрителей. И таких было много. Из оставшихся получилось две неравные группы. Группа без дракончика должна была прятаться. С дракончиками, но с неполным комплектом пошла их искать. Это ты учитывай, что пряталось порядка пяти тысяч человек.

— И что? — поторопил Корней.

— Все, кого нашли в течение часа улетали на паром, — рассмеялся Максим.

— Не слишком?

— Неа, раз их так легко нашли, значит они не особо старались. И значит, не так уж им и нужен потешный полк, — продолжил командир полка. — Остров за час похудел на две тысячи ребят.

Те, которых не нашли, получили знак Драко. Тех, кого нашли в следующий час, собрали на поляне вместе с теми, кто их искал и посмотрели на значки.

И снова отобрали ребят с полным набор. Тут же выяснилось, что получить оранжевый палец вниз — билет на вылет. И ещё около тысячи ребят отсеялось.

К началу второго дня на острове осталось семь тысяч претендентов. Остап Петрович снова велел поделиться на команды. В каждой команде один из игроков получил метку. Здоровенная синяя капля на спине и на груди.

— Мы с ребятами пришли к выводу, что пометили самых слабых в группе, — с воодушевлением рассказывал Максим. — У нас это была Зинка.

Задание было — украсть игрока с каплей из чужой команды и удержать его у себя до 18-00. Тут же выяснилось, что кормить никого сегодня не будут. Вернее, еда тебя ждёт на пароме. Иди, и ешь, всё горячее, только тебя и ждёт. А карты с крестиками — это клады с едой.

— Жесть, — прокомментировал вернувшийся Гаврила. — Там же драки начались?

Следом за ним пришли три юных повара и стали с интересом изучать моё недвижимое тело.

— Как-то бы его двигать, а то застой будет. Может в воде? Вот, держи, это не капли, а спрей, чтобы сразу по глазу растекалось, — и он прыснул мне в глаза. Действительно, так лучше.

Лицо надо мной сменилось.

— Да, двигать надо. Предлагаю погрузчик поискать, у ребят в гараже должен быть.

Видимо, они ушли, потому что Максим продолжил:

— Драк не было, все боялись, что за них будет прямое исключение, но вот тех, что с картой обложили конкретно.

— А вы как?

— Зинку мы к себе привязали верёвкой, и тут она говорит, мол холодильники же остались от поварского конкурса, — Максим снова заливисто расхохотался.

— Так нашлись те, что ушли на паром сами? — полюбопытствовал Гаврила.

— Девчонки некоторые ушли, типа тупые игры, — подтвердил Горбунов.

— Так можно же было самим приготовить? — Корней озвучил мой вопрос.

Оказалось, что команды заняли кулинарные столы и холодильники под себя, и не желали делиться.

— А вы? — спросил Гаврила.

— Мы набрали еды себе на день и ушли на берег, костёр разожгли, видимость опять же отличная. Просто так к нам не подступишься, — объяснил командир полка.

— Так у вас было задание — украсть чужую каплю. Что же вы? Никого не украли? — Корней снова спросил то, что и я хотел узнать.

— Неа… К нам прибилась одна голодная девчонка, — он снова рассмеялся. — Её украли, но она сбежала, а где свои не знает, вот и осталась с нами.

— Повезло… — протянул Корней.

В общем в 18-00 вылетели все, кто забрал под себя холодильники и не желал делиться. Учитывая, что конкурсантов было много, то и столов хватало. Некоторые команды рассорились и распались, потому что они считали, что другие поступают неправильно. Почти все мелкие спалились на этом. Их вечный аргумент, мы маленькие, а маленьким надо уступать, сработал против них.

— Кажется, из малышей только команда Саши с раком удержалась в тот день, не считая тех, которых украли, — рассказывал Горбунов. — Она единственная делилась едой, когда у неё просили. А когда еда кончилась, они ушли куда-то. Бестию со своей бандой исключили за жестокое обращение с пленниками. Они их связали и били, — он возмущенно покачал головой.

Горбунов с восхищением рассказал, какую комбинацию провернул Коля Хвастунов. Сначала он продал всех своих ребят с рисунком капли за еду, а потом выкрал их обратно, но не в свою команду, а перемешав между собой. В результате все сиротские вернулись к сиротским в соседние команды.

— Коля сказал, что рыжие кулаки со знаком минус получили гнилые, — заметил Максим. — У девчат из команды Бестии было по пять таких картинок на каждой футболке.

— Так там почти никого не осталось, получается, — что-то прикинул в уме Гаврила.

— Чуть больше двух тысяч, — согласился командир полка. — В пять раз сократили. Остались самые настырные. Остап Петрович вроде не планирует больше никого исключать, но окончание игр он не объявил, чего-то ждёт.

Мне в глаза снова прыснули жидкость. Послышались голоса вернувшихся поваров.

— Я же говорил, что в дверь не войдёт, — в сердцах бросил кто-то.

— Так может мы его вшестером поднимем прямо с пуфиком?

— Мне кажется, проще сюда воду доставить, чем его куда-то перетаскивать. Ну донесём до берега, а дальше?

— А почему нельзя делать массаж? Это проще, — поинтересовался Гаврила.

Меня тут же начали массировать. Каждый из Раковых взял себе по конечности. А Гаврила начал разминать шею и лицо.

Потом алхимики попробовали взять у меня кровь на анализ, но не смогли проткнуть кожу. Слюну они тоже не смогли собрать, поэтому поскребли подмышками, типа пот. Корней пошёл с ними, а я остался с Горбуновым и Гаврилой. Они вдвоём не могли поднять мою руку.

Мне было скучно и я скользнул в транс. Пусть магичить я не могу, но смотреть, кто мне мешает? Тьма меня забери! Тяжесть никуда не денется, сама… Упакованная Тёмным слоями энергия вышла из резервуара. Хтонь-хтонь-хтонь.

Глава 10

Было очевидно, что запланированная Затворником трансформация тела пошла не по плану. И было совсем не понятно, что делать.

Во-первых, я не знал этот самый, тьма его забери, план. Во-вторых, понятия не имел, что такое тела Изначальных. Это хуже, чем ходить в темноте со связанными глазами и руками. Вот сейчас меня в этой темноте кто-то шмякает, как тряпичную куклу головой об пол. Весёлый нулевой переход, тьма его забери! Да я и про нулевой переход ничего не знаю, хтонь-хтонь-хтонь! Захотелось взреветь от отчаяния или хотя бы стукнуться головой об стенку. Но я лежал, придавленный тяжестью энергии души, и не мог пошевелиться.

Тщательно упакованная слоями и вложенная друг в друга энергия Изначальных прорвалась наружу. Она не умещалась в источнике и разлилась по всему телу. Но и физической оболочки ей было мало, поэтому она всё уплотнялась и уплотнялась. Хтонь! Да я становился тяжелее и тяжелее с каждой минутой. Скоро перекрытия меня не выдержат.

Очевидно, что энергию души надо либо слить, либо переработать. Я был в похожей ситуации в мире Мати, когда слился с лавой настолько, что она стала частью тела. Я создал потрясающий Небоскрёб, который разграбила сука Нейра!

Небоскрёб остался частью меня, раз таскается за мной по мирам. Я вдруг вспомнил, что в мире Мати верхний этаж был 146-м. Я чётко помню, как набирал число на табло перехода. Значит 147-й был верхним в мире Нейра, раз на нём остался припаркован дирижабль, а 148-й новенький. Тьма меня забери! Растущий небоскрёб?! Наверное, те вещи, которые украла Нейра тоже часть моей души? Поэтому мне до сих пор больно смотреть на пустые стены… А могли и они перейти в этот мир?

Вжик говорил, что нашёл схрон. Значит, оно всё было сложено в одном месте и могло так же перенестись, хм, в болото… Или бред? По этой логике и Вжик — часть моей души, я же создал ему тело из капсулы, которая была сделана вместе с небоскрёбом. Хотя нет… Он же одушевлённый искин… Я себя ещё больше запутал!

Я посмотрел, как энергия продолжает уплотняться, и это ведь только малая часть, хтонь. Надо быстрее что-то решать! Если я прямо сейчас выплесну эту энергию, то ко мне ещё что-то прицепится. А нахожусь я во дворце. Буду таскать за собой прогнивший род Раковых? Не-не-не!

Выход напрашивается сам. Влить энергию в небоскрёб. Только как туда попасть?

— Ну как? — дверь отворилась и послышался голос Корнея.

— Смотри, пуфики просели, — обеспокоенно ответил Гаврила. — Они скоро лопаться начнут.

Точно! Пуфики! Надо их преобразовать! Магией воспользоваться не могу, но есть энергия души. Будущая мачеха что-то говорила про инвалидное кресло. Летающее кресло из пуфиков? Главное, чтобы оно вес выдержало. И как я буду им управлять? Мысленные команды нужны, наверное. В этот момент я обычно закрываю глаза и даю возможность подсознанию всё сделать за меня. Хтонь! Веки слишком тяжёлые.

Я скользнул в транс и обратился к перевёрнутой Альфе. Надо поработать. Мне нужно летающее кресло, которое слушается мысленных команд. Я увидел, как буква дёрнулась, а моё тело стало принимать сидячее положение.

— Охренеть… — прошептал Максим.

Головой я двигать не мог, и оценить, что получилось тоже. Я полулежал в удобной позе. Теперь я смотрел не в потолок, а вперёд и вверх. Я нашёл расфокусированным взглядом окно.

— Иван, стой! Я открою! — испугался Корней.

Я завис перед окном.

— Ты куда? Оно тебя не выдержит? — возмутился Максим.

— Оно меня даже не заметит, — усмехнулся Гаврила. — Мой вес по сравнению с его нынешним — пушинка.

— И то правда, — голос Горбунова послышался совсем близко.

Корней распахнул окно и обернулся:

— Вы это чего? Я тоже полечу! Подвиньтесь!

Я с трудом протиснулся в оконный проём, и, судя по ругани, кто-то приложился головой и не только.

— Эй, ты куда? — возмутился Корней. — Места нет!

— Мне император голову оторвёт, если с Ваней что-то случится, — донёсся голос Матвея Тимуровича откуда-то снизу.

Я покрутил креслом и навёлся на небоскрёб. Ускоряться не стал, не понятно, как и за что держатся мои компаньоны. Мы молча летели в сторону верхушки маяка, только её я и видел.

— Смотри! — нервно хохотнул Горбунов. — Наши высадиться на берег не могут, слишком густая растительность. О-о! Машут.

— Гляди, Матвей, кажется, император сердится, — поддел безопасника Гаврила. — Все шишки тебе прилетят. Мы-то — люди Вани, — хохотнул он. — А на тебе он оторвётся.

По мере приближения к полуострову я ощущал встречный поток радости. Мои спутники заволновались. Откуда им было знать, что извивающиеся лианы, направленные в нашу сторону приветствуют нас, а не хотят сожрать. Видео о доблестном подвиге Раковых разлетелось по всей империи. А там императорская семейка яростно сражалась с атакующими лианами. Я отправил ответный доброжелательный посыл, и зелень будто взбесилась от радости.

— Так это правда? — сглотнул Горбунов. — Что лианы питаются магией?

Мне было не видно, что он сделал, наверное, как-то среагировал на особо близко подступившую лиану, но до меня донёсся удаляющийся отчаянный крик командира полка.

— Разобьётся, — безразлично констатировал Матвей Тимурович.

— Не-е, вон лиана его поймала, она его съест, — возразил Корней дрогнувшим голосом.

— Да что ему будет? Это ж Горбунов! — усмехнулся Гаврила. — Вот и посмотрим из какого теста слеплен наш горец. Это не малолеток раскидывать направо-налево.

— Да как же ты посмотришь? Мы же даже его останков в кустах не найдём, — меланхолично возразил Матвей Тимурович.

— А ты, ничего, держишься, — Гаврила, кажется, хлопнул безопасника по плечу, — даже шутить силы есть. Ой, прости.

— Суу-каа! — послышался удаляющийся крик СБшника.

— Ты же это специально? — нервно уточнил Корней.

— А зачем нам лишние свидетели? Или ты тоже думаешь, что лианы нападают? — усмехнулся Гаврила. — Чтобы ни произошло дальше, чем меньше людей будут точно знать, что произошло, тем лучше, — на полном серьёзе добавил мой человек. Пожалуй, прощу его.

— Не-е, я видел, как Иван Михайлович, их сажал, — неуверенно ответил Корней. — Вряд ли они ему что-то сделают. Ему… Не нам…

— Ну ты же зачем-то за ним пошёл? — ехидно полюбопытствовал Гаврила.

— Он Великий… — неуверенно заявил Корней. — Я хочу быть частью большего… Но не в этом плане, — он нервно сглотнул, — не как переварившаяся часть гигантского дерева.

— Любопытный значит, — пришёл к выводу Гаврила. — Вот тебе кресло в первом ряду, — он снова хохотнул.

Мы приближались к крыше небоскрёба, Гаврила догадался, что у меня проблемы с обзором.

— Чуть левей, ещё метров десять, — подсказывал он. — Мы над крышей. Не останавливайся, правей, там есть свободное место, и ниже, ещё ниже, плавно вниз, можно садиться. Он, кажется, спрыгнул.

Движение прекратилось, и сам Гаврила появился в поле моего зрения. Он внимательно рассматривал мою окаменевшую мимику. Потом приблизился вплотную.

— Нам безопасно оставаться здесь? — он чуть ли не залез на меня сверху, чтобы заглянуть прямо в глаза. — Значит, нет, — он почесал затылок.

На крыше появился Драко, я отправил ему благодарный посыл. Я, и правда, не был уверен, что они не пострадают. Я собирался выплеснуть наружу большой объём энергии разом.

Я подождал, пока Корней и Гаврила залезут на спину Драко и взлетят в воздух. Они зависли метрах в ста. Думаю, Драко их защитит, если что.

Я принялся потихоньку раскрывать душу, разбирая сломанный резервуар, из которого просачивалась тяжёлая энергия. Тело начало светится фиолетовым, а я спешно прокручивал в голове то, чего хочу получить в конечном счете.

Если небоскрёб и дальше последует за мной, то, во-первых, он не должен зависеть от внешних источников энергии. Сука! Он ведь и был автономным! Сука-сука! Как же я хочу, чтобы всё украденное вернулось!

Во-вторых, такая ситуация, когда башня увязла в болоте, не должна повториться. Нужно что-то, что будет придавать ей устойчивость или подвижность… Двигатель? А что? Летающий небоскрёб, хе-хе… Не очень устойчивая конструкция, хм…

В-третьих, нужны ли мне личные вещи граждан Нейры? Там должны быть знания, которые мне помогут запустить школу ублюдков. Сложный выбор.

Сияние становилось сильнее. А что собственно мне нужно? Место для себя и своих людей. Нужно вылечить магических калек, которых тут тьма забери как много. Обучать детей… Безопасность опять же…

Свет расползался и думать стало невозможно. Я погрузился в ощущения. Резервуар растворился, а обмотка с Альфы исчезла. Надеюсь, что тело готово… подумал я, погружаясь в свет.

Я стоял посреди ослепительного ничто и рассматривал свои руки.

Вдруг передо мной соткалась фигура женщины. Женщины ли? Я наклонил голову на бок. Какая красивая… Она нежно и ласково улыбнулась, совсем как… мама?

— Мама? — с робкой надеждой спросил я.

Она вдруг оказалась рядом и крепко обняла меня, прижимая к себе. Лучше тысячи слов. Я просто стоял и млел. Душа отогревалась, тяжесть уходила.

Вдруг мне на плечо легла тяжёлая рука, и я поднял глаза, чтобы встретиться взглядом с отцом. Он обнимал нас обоих.

— Тебе пора, сын, — прошептал он. — Тебе здесь не место.

— Я горжусь тобой, сынок, — печально улыбнулась мать.

— Пора, — отец толкнул меня раскрытой ладонью в грудь, и меня резко вытолкнуло в реальность.

Я валялся на чём-то теплом и гладком. Провёл рукой, вроде доски. На небе ярко горели далёкие звёзды. Место, где я лежал, излучало мягкий домашний свет.

Сверху ко мне спрыгнул обеспокоенный Гаврила, рядом приземлился пришибленный Корней.

— Ты как? — поинтересовался Корней, в то время как Гаврила меня ощупывал.

— Меня как будто вывернули наизнанку, — честно признался я. — Поспать бы и поесть. Всё получилось?

— Я видел летнюю кухню тут рядом, — засуетился Корней. — Неси его туда.

Гаврила подхватил меня на руки и потащил куда-то.

— Если ты про небоскрёб, то он вырос, — друг обустраивал меня около зажженного очага. — Вместе с деревом. И длилось это несколько часов, журналисты всё транслировали в прямом эфире, в том числе тебя на вершине небоскрёба. Как ты лежишь и светишься. Нас не видели, наверное, твой дракон как-то нас спрятал. Списывают всё на древнее волшебство, ну и тебя. Мол ты опять полез на раскопки, хотя тебе запретили, и вот, пожалуйста, активировал древнее заклятье. Были версии, что ты погиб, ты же не шевелился. А ещё Корней сказал, что башня отличается от той голограммы, которую вам показывал убиенный Бориска.

Ну да, ну да… Кто бы в здравом уме решил, что это рук дело человека? Я огляделся. Всё вокруг было знакомо. Я тут сидел с мати, а Жиромир так же что-то готовил. Я счастливо улыбнулся.

— Держи, — Гаврила протянул мне планшет. — Около тебя лежал.

О! Супер! Мне как раз не хватало такого в прошлый раз. Теперь не получится так, что я сам не знаю, что находится у меня в небоскрёбе. Я активировал экран и вывел голограмму небоскрёба.

Да, внешне он изменился. Мэллорн похоже слился с башней. Он рос по внешним стенам и заходил внутрь. Гигантское древо. Смотрелось очень эстетично, радовало глаз. Я ощущал его присутствие и покой. Вообще, зелёных зон стало больше. И это при том, что парковки для флаеров сохранились. Небоскрёб подрос, но не за счет количества этажей, а за счет высоты пролётов. Верхние этажи стали настолько большими, что туда легко влез маленький дирижабль. А этажом ниже разместилась небольшая верфь.

Напротив меня возник Бориска. Он был одет в чистую белую рубашку и зелёные летние штаны. Волосы его были аккуратно причёсаны.

— Там это… посетители около входа. Пустить? — у меня на планшете появилась картинка обеспокоенного отца, который судорожно искал вход. За его спиной маячили все участники совещания, потрёпанный командир полка и не менее потрёпанный Матвей.

— Да, пусть заходят сразу сюда, — разрешил я, предполагая, что тут та же система портальных арок, что и была раньше. Ближайшая к нам арка засветилась и сквозь неё ворвался император. Нашёл меня глазами и тот час оказался рядом.

Он положил руку на грудь и запустил сканирование. Я сделал тоже самое, потому что до сих пор не проверил, чем закончилась трансформация.

Первое, что бросилось в глаза — идеальное тело. Проработанные мышцы без дополнительного рельефа. Губы сами растянулись в довольной улыбке. Батя больше мне не наваляет. Тончайшие нервные нити с высокой проводимостью, полноценная кровеносная сетка. А энергосистема — это просто сказка! Я о такой даже и не мечтал. Настолько она мелкая, что проводимость должна быть феноменальной.

Второе — источник. Визуально он изменился не сильно, стенки стали мягче и эластичней. А вот ощущения были потрясающие — магия воспринималась, как второе дыхание, как кровь, струящаяся по венам. Это даже не родство, я и есть магия, полноценная, универсальная. Это подтвердили малыши, они с интересом изучали мой источник и прислали образ, типа родной дом. А что это значит? Я засиял, как блин — они дома, им не надо приходить! Вообще! Никакого всасывания магии, потому что магия всегда в источнике. Это нечто запредельное! Малыши подтвердили мои ощущения.

И третье — Альфа. Она не выглядела инородным вкраплением в источник. И не была дополнением. Она стала продолжением тела и магии. Только вот теперь мне надо быть предельно аккуратным в своих желаниях.

— Миша! — забеспокоилась будущая мачеха долгим молчанием отца. — Всё так плохо? Дай, посмотрю!

— Не-ет, дд-да, ннет, — он вдруг испугался, что кто-то ещё увидит это великолепие. — Всё с мальчиком х-хорошо. Попал под сильное облучение во время магического выброса, когда древняя башня трансформировалась. Всё-таки он был в эпицентре. Что ты там говорила про кресло-каталку?

Он что? Реально хочет меня усадить в инвалидное кресло? Я в шоке посмотрел на императора.

— Да-да, Мишенька, сейчас привезу кресло, — засуетилась юная старушка. — Да как тут выйти-то?

Я посмотрел на Бориску, а тот показал глазами на планшет. Я снова активировал устройство, и батя тут же сунул в него свой нос. Медицинский центр был на месте. К нам подошёл Корней и отец закрыл ладонью экран.

— Там где-нибудь продукты есть? Я бы приготовил чего-нибудь.

На экране появился запрос, видимо Борис устал ждать.

«Разрешить доступ в медицинский блок Море и Михаилу?» Я нажал подтверждение.

«Проводить Корнея за продуктами?» Я снова нажал подтверждение.

Борис пригласил Мору и Корнея к портальной арке. Он нажал номер 2, и Мора шагнула вперёд. Для себя же и Корнея он выбрал 63-й этаж и взял ещё с собой Гаврилу и Максима. Савва из Мышкина тоже вызвался помощь что-нибудь принести, как и оба царевича. Интересно же попасть внутрь. Матвей Тимурович шагнул следом за всеми.

Отец набросил на нас непрозрачный купол.

— Сюда никого нельзя пускать! — категорично заявил он.

— Вообще-то сюда потешный полк и школа для магов простолюдин переезжает, — опешил я от такой наглости.

— Перебьёшься! У тебя занятия через пять дней в Академии наследников начнутся! — вызверился император. — Ты учиться идёшь! Хватит! Наигрался!

— Да ты охренел?! — я не поверил в то, что слышал.

— Как ты с отцом разговариваешь? — от него исходила такая неподдельная ярость, что я опешил. — Тебе что было сказано? Домашний арест! А ты попёрся на полуостров! На хрена ты вообще её активировал?! Молокосос! Дальше своего носа не видишь! То он омолаживает всех, кого ни попадя направо, налево, то ему потешный полк подавай! Теперь эта башня! Гвардейцы только на тебя и работают! Хватит! Кто всё это теперь разгребать будет? Опять я?

Я не мог поверить своим глазам. Как и ушам.

— Это моя башня, — только и смог выдавить из себя я.

— С какой стати?! — он уже покраснел от злости. — Ты несовершеннолетний! У тебя не может быть своего имущества!

— Ты не посмеешь… — я по-прежнему не верил в происходящее.

— Ещё как посмею! — он вдруг с силой ударил меня по щеке, вложив максимальное усиление. — Ты будешь делать то, что тебе велит твой император, — зло процедил он, глядя мне прямо в глаза.

Я смотрел на вроде бы родного человека и вообще ничего не понимал, а по щекам текли слёзы.

Глава 11

Когда император снял купол, оставшиеся на крыше небоскрёба люди напряглись. Я неверяще смотрел на Михаила III, по щекам у меня текли горькие слёзы. Тот сидел довольный и рылся в моём планшете. Вывод очевиден — Ваня впал в немилость. Ещё и щека предательски горит огнём, выдавая произошедшее.

По мере того, как император изучал содержимое этажей, его лицо всё больше и больше растягивалось в счастливой улыбке. Я проследил за взглядом Берра, который вдруг хищно оскалился. Он смотрел на Бориску, а тот ехидно потирал щёку. Ну да, ну да… Житель Нейры точно не будет принимать голограмму за призрак. От Кати не скрылось наше переглядывание, и она усмехнулась, но тут же состроила печальную физиономию и успела толкнуть Берра до того, как император поднял взгляд и строго осмотрел моих людей. Он проигнорировал сочувствующие взгляды, как и не тронули его мои безмолвные слёзы.

Остановить поток слёз я был не в силах, едкая обида просочилась в душу и прочно обживалась там. Я только что обрёл небоскрёб и тут же его потерял. Снова.

У меня из-за спины вылез Тёмный, который, как оказалось там прятался и всё слышал. Он не знал всей истории и не подозревал, что это уже второй мир, куда переместилась вслед за мной башня. Однако, он знал и чувствовал намного больше чем говорил, и, наверняка, понимал возникшую между мной и башней связь глубже, чем я сам.

— Иван Михайлович, вы же должны понимать, что государственная необходимость выше интересов подростка, — пафосно заявил хранитель рода.

— Да-да, государственная необходимость, — тут же поддакнул император. — Рынок не готов.

— Не думаю, — не согласился Пётр, проходя мимо и неся коробку с продуктами. — После магического коллапса все рода бросятся разрабатывать немагические технологии, и мы возглавим процесс.

— Нет! — рявкнул Михаил III. — Я сначала посоветуюсь с Тихомиром… — он резко осёкся, вспомнив, что нет у него больше его любимого аналитического центра прогнозирования, а Дымовы его предали.

Глава рода Горбуновых потянул Катю:

— Пойдём, Катенька, поможем Корнею Васильевичу.

— Конечно, Карим Горыныч, надо помочь, — девочка подскочила и бросилась к летней кухне. Следом за ними скрылся Берр.

Безымянный остался на месте, непоколебимый в своей вере в меня. Вскоре за моей спиной ощутился вернувшийся Гаврила.

— Что? Отобрал батюшка твою игрушку, Ванюша? — ехидно бросил Александр, устанавливая коробку с напитками на столешницу.

— Я сирота, — произнёс я тихо, но услышали, кажется, все.

В это время появилась Мора с инвалидной коляской. Она подвезла её к дивану и села рядом. Взяла меня за руку и ласково погладила:

— Как ты можешь так говорить? При живом-то отце? Всё будет хорошо, Ванечка. Магическое облучение — вещь неприятная. Помнится, к нам попали люди после взрыва в ОКО… — взгляд юной старушки поплыл, и она на секунду пропала. — Всё будет хорошо! — она принялась вытирать платочком мои слёзы. — Там в медицинском центре очень хорошие капсулы, мы тебя положим в одну из них, и ты быстро поправишься.

— Нет! — жёстко отрезал император.

— А это не тебе решать, Миша! — резко отфутболила его бывшая главврач. — Он царевич, и император не бросит своего сыночку. Да, Ванюша? Не плачь, папочка тебя любит.

Девушка продолжила успокаивающе наглаживать меня, а взгляды присутствующих скрестились на Михаиле III.

— А давай мы тебя сейчас положим в капсулу? И вернём батюшке здоровым? — вдруг предложила хитрая старушка. Она уже аккуратно просканировала меня и убедилась, что со мной всё в порядке. И она не могла не понять, что Михаил её обманывает. Хитрая женщина. Отличная из неё выйдет императрица. — Денис Матвеевич, помогите пересадить мальчика в кресло.

Интересно, она специально позвала моего адъютанта? Он дальше всех стоял, в то время как Пётр и Александр подошли ближе. Дениска заметался взглядом между мной и императором. Но последний увлечённо рылся в планшете. И только когда Денис попытался сдвинуть меня с места, он дёрнулся.

— Куда это вы? — он резко хлопнул меня по плечу, впечатав в диван.

— Аккуратней, Миша, это же царевич. Ты делаешь мальчику больно, — укорила его женщина.

— Он никуда не пойдёт, — хмуро припечатал Михаил III. — Это имущество империи, и только императору решать, как им распорядиться.

— Ты хочешь сказать, что ему башня дороже сына? — Мора ловко заманила главного рака в ловушку. Интересно, как давно она догадалась, что за ней ухаживает сам император.

— Это разные вещи, — возмутился глава рода Раковых. — Надо всё тщательно рассчитать, прежде чем что-то делать. Это политика, женщина.

Мора резко встала и ушла на кухню. Да-а… в этом мире было другое отношение к женщинам. Не думаю, что жительница Нейры, где было равноправие полов, сможет смириться с той ролью, которую ей выделили реалии этого мира. Жаль… Хорошая была бы императрица и мачеха. Я тяжело вздохнул, рак забрался на грудь и успокаивающе завибрировал, а Гаврила вручил мне горячий отвар.

Подул лёгкий ветерок и ко мне в чашку упал маленький лист мэллорна. Я тепло улыбнулся. На коленках появился облезлый плюшевый рак. Таким образом стихии решили показать, что им тоже больно. Я погладил плюшевую голову и сделал глоток.

Тепло разливалось по телу, обволакивая источник и согревая душу. Снова подул ветерок и зашелестели листья.

— Морочка, — Михаил Михайлович подскочил к юной бабульке, не забыв сунуть планшет под мышку, — сама подумай, разве станет император экспериментировать на насл, — он осёкся, — на ребёнке. Неизвестное устройство, его надо сначала изучить, протестировать.

— Какие проблемы? Вон смотри, те двое явно не здоровы, — она ткнула в опустившихся старших царевичей. — Кого не жалко?

Это была явная провокация, которую влюблённый император не заметил. Он переводил взгляд с одного на другого, и по мере возрастания паузы братья смурнели.

— Замечательно, мальчики, — она подхватила царевичей под руки, — сейчас мы сделаем вас здоровыми. Идём, Миша, сможешь сам всё посмотреть и лично передать императору, насколько это безопасно. Денис Матвеевич, мне потребуется ваша помощь.

Миниатюрная женщина ловко увела за собой всех Раковых и стукача, предоставляя нам возможность обсудить ситуацию без лишних ушей.

Передо мной тут же возникла тарелка с овощным рагу, и все сели кругом. Я набросился на еду, предлагая Борису рассказать, что он задумал.

— У небоскрёба многоуровневая защита. Можно закрывать и открывать доступ на разные этажи, — он развернул над столом небольшую голограмму. — Детский блок для потешной школы и школа для магов находятся в соседних отсеках с 24-го по 48-й этаж. Все системы работают автономно, есть производство продуктов питания. Склады заполнены под завязку. Можно заселиться и жить, отрезав себя от мира.

— Что с транспортом? — поинтересовался Берр.

— Летающий. Питоны, флаеры, один дирижабль, — поделился Борис.

— С маскировкой есть? Если детей перевозить незаметно, — объяснил он свой интерес.

— Есть один бесшумный питон с мимикрией, — с секундной задержкой сообщил искин.

— Предлагаю перевести пока только детей, — высказался Безымянный. — А магов оставить на острове. Полагаю тебе туда будет проще выбираться и наблюдать за ними.

— А где Мухин? — я заозирался.

— Он залип около дерева, — хохотнул Берр. — Обнимал его и бормотал что-то типа «моя прелесть».

— Матвей Тимурович? — в свою очередь опомнился командир полка. — Где он?

— Он не вернулся вместе со всеми, — хмуро сообщил Гаврила, — остался изучать 63-й этаж.

— Я его пока придержу там, — ухмыльнулся искин.

— Вы же понимаете, что… — я замялся.

— Мы пойдём против императора, — договорил глава рода Горбуновых. — Я подстрахуюсь, оставлю в школе бойцов-воспитателей, а сам уеду. И к вам в Академию отправлю Максима, назначу его наследником рода Горбуновых, и его примут. Я думаю, что многие рода так сделают, чтобы подобраться к тебе поближе. Академия наследников в этом году будет переполнена.

— Расскажем честно детям, как есть, — заверил меня Безымянный. — Дадим возможность уйти и вернуться, когда император остынет.

— Он не остынет, — вздохнул Корней. — Он уже решил разыграть небоскрёб в политической игре.

— Как? — мне был интересен ход его мыслей.

— Это демонстрация силы рода, — принялся перечислять Корней. — Новые технологии якобы древних, — он усмехнулся. — И это ещё одна проблема. Все, кто попадёт внутрь поймут, что все новёхонькое и современное. С другой стороны, пропажа магии тоже связана с башней. Сейчас это магнит. Такое начнётся, — он мрачно замотал головой. — Я вообще не уверен, что отец не выводит тебя из-под удара, Вань.

Все с недоверием посмотрели на Корнея.

— А что? — он принялся защищать свою идею. — Посадит Ваню в инвалидное кресло и объявит идиотом. Ведь уже нездоровый ажиотаж вокруг царевича возник. А так кому нужен безмозглый слабосилок?

— Не уверен, что это правильный ход, — возразил Безымянный. — Если дурака украдут, то и не жалко. Ну смотрите, если Ваня-дурачок знает, почему пропала магия, то на него можно надавить, пригрозить, и всё в этом роде. А если император покажет, что ценит Иван-царевича, то рода побоятся конфликтовать, потому как тогда точно не получат доступ к башне.

Все замолчали, обдумывая новые вводные, а я принялся за вторую чашку горячего чая с мэллорном. А потом мы долго и упорно обсуждали детали и вырабатывали общую стратегию. В очаге приятно потрескивал огонь. Рядом были мои люди. Я вытянулся на диване и подложил под голову игрушечного рака. Гаврила укрыл меня пледом. Я долго смотрел на звёздное небо и слушал, как Катя спорит с Остап Петровичем, а Берр с Корнеем восхищаются внутренней обстановкой башни. Я не заметил, как заснул.

Утром в столовой кроме накрытого завтрака меня ждал посвежевший и помолодевший Пётр, читающий газету и попивающий кофе. Он избавился от ядов и выглядел не старше 30. Серая шёлковая рубашка, черная в полоску жилетка с гербом, и уголок платочка, выглядывающий из нагрудного кармана. Он подождал, пока я поем, а потом начал вываливать на меня новости.

— Начну с плохого. Нас слушает император, — заявил мой главный секретарь.

— Уже нет, — рядом с ним появился Бориска и потащил сложенный платок за уголок из кармана Петра. На стол выпал жучок. — Покои Ивана-царевича зачищены, — он достал из заднего кармана голографическую расческу и демонстративно причесал виртуальные волосы. Одет он был образцово чисто в серой футболке с гербом и в летних шортах.

— Вот и ладненько, — Пётр довольно потёр руки. — Император издал несколько приказов на твой счёт. Полуостров с небоскрёбом снова принадлежит роду, а не тебе лично. Потешный полк распущен; гвардейцы покинули остров и забрали всё оборудование. Твои счета заблокированы.

— У меня были счета? — искренне удивился я.

— Один благотворительный, куда поступали деньги на ублюдскую школу, его завела Катерина. И второй — твой личный, — согласно покивал Пётр. — Но как сказала Катя: «Что я дура, складывать все яйца в одну корзину?» В общем твоё финансовое благосостояние от действий папеньки практически не пострадало. Тем более взятки тебе несут наличными.

— Мне несут взятки? За что?

— Вчера, когда первые посетители напоролись на призрак Ивана Грозного, летающего за столом под потолком, многие испугались и не пришли, — ухмыльнулся Пётр. — Так он перезвонил всем лично и спросил, почему род такой-то не держит слово и на назначенную встречу считает возможным не приходить.

— И что? — искреннее заинтересовался я.

— Все просьбы прекратились, а кто записывался решили откупиться. Мол, они хотели прийти, чтобы лично поучаствовать в благородном деле, передавали чемоданчики на благотворительность, — и видя, что я не понимаю красоты момента, объяснил. — Ну как же, Ваня! Можно же деньги перевести на счет! А если человек приходит, значит, он хочет чего-то другого. Вот, чтобы доказать, что истинная причина была — оказать тебе помощь, они и понесли наличные.

Я нервно похихикал. Когда же Пётр отсмеялся и вытер слёзы, продолжил:

— Мы с Катей решили деньги вывезти из дворца. А то придёт сам-знаешь-кто, и отберёт. Борис предложил переправить всё с дронами в небоскрёб. Гвардейцы ведь так и не смогли к нему пробиться. Там просто-таки зверская растительность развелась!

В общем, как я и подозревал. Когда мы улетели на вертолётах во дворец, на крыше остались гвардейцы, который оказались там заперты. Борис включил им односторонний портал на выход и заблокировал радиосвязь. Гвардейцы вышли, и обратно зайти уже не смогли. Подлететь на вертолёте и высадиться на крышу они не могут. Упираются в купольную защиту.

— Другим приказом император обязал тебя провести сегодня инициализацию. Ещё он пригласил портных, чтобы ты в Академии выглядел достойно, — деловито сообщил главный секретарь складывая газету. — Я их запустил в твою гостиную.

— Он не предлагал молодое поколение положить в капсулы в башне? — поинтересовался я. — Это бы сделало род Раковых сильным.

— Нет, — хмуро буркнул Пётр. — Они предатели рода. Он прав, Ваня, их нельзя прощать, как и усиливать.

— Собери всех покалеченных и детей, посмотрим, — я тяжело вздохнул и пошёл в гостиную.

Кроме тройки портных там нашлась Катя.

— Буду мемы снимать, — она помахала телефоном. — Чую, что ты опять отморозишь парочку.

Я прошёлся между манекенами. За мной следом шёл Пётр и лысоватый мужчина с сантиметром вокруг шеи. Из кармана его жилетки угрожающе торчали ножницы и карандаши.

— А я могу с собой в Академию взять кого-нибудь из своих? — я с надеждой обернулся к Петру. — Я же никого не знаю. Вообще.

— Остап Петрович пропихивает аристократов из потешного полка, — успокоил меня старший брат.

— А почему форма такая страшная? — после моего вопроса ко мне сразу подлетели двое: взволнованный портной и предвкушающая Катя с нацеленной камерой.

— Обычная, — Пётр безразлично пожал плечами. — Не всё ли равно?

— А ты можешь точно посмотреть в уставе или там положение какое? Что там про форму сказано? Это ж уродство! Кто вообще придумал? — я посмотрел на портного.

Мужчина испуганно развёл руками.

— Ваше Высочество, лет десять назад нам такие эскизы ректор скинул, — он вспотел и достал платок, чтобы вытереть лысину.

— Нашёл! Смотри, значит… — довольный Пётр принялся зачитывать с экрана. — Цвет — благородно-изумрудный, — он хохотнул. — Парадная форма: пиджак и брюки, белая рубашка. Повседневная: брюки, серая, чёрная или голубая рубашка и жилетка.

Я скривился.

— Вот видите, милейший, нигде не написано, что пиджак должен быть двубортным с золотыми пуговицами, — я потыкал в манекен. — Ещё и такой короткий. А жилетка? Я что? Мелкий служащий в банке, чтобы носить такую жилетку? Дайте мне альбом и карандаши.

Я уселся за стол и принялся рисовать, а Катя фоткать. Увлечённый рисованием, я не сразу заметил, как она отошла звонить, но зато мы все её услышали.

— Деда! Срочно, регистрируем бренд одежды от Ивана. Школьная форма для простолюдин. Рекламный слоган — Будь как Ваня! Да, да, щас пришлю эскизы.

— Выглядит неплохо, — согласился Пётр. — Но на школьную форму вообще не похоже. Однобортный, со стоячим воротником. Не длинноваты полы? И зачем тебе такие большие кружевные манжеты?

— Ими удобно посылать далеко и надолго, — усмехнулся я.

— Ваше Высочество, что со спортивной формой? — мужчина снова вытер лысину.

— Пётр?

— Так и знал, что ты спросишь, — усмехнулся мой секретарь. — Спортивная форма: удобный костюм чёрного цвета, красная футболка. Обувь не регламентирована, сразу говорю.

— Милейший, мне нужны кроссовки благородно-изумрудного цвета с гербом рака, — обратился я к портному. — Рисовать не надо?

— Надо-надо, — Катя протянула мне карандаши и альбом.

Я снова принялся за рисование.

— Ваше Высочество, как быть со спортивной формой? — опять пристал лысый.

— Не нравится мне сочетание чёрного с красным, — честно признался я.

— Давайте поработаем с материалом? — предложил портной, и я посмотрел на него с уважением. Не безнадёжен. — У красного богатая палитра, от алого до кровавого.

— Вы можете сделать так, чтобы материал казался жидким? — я с надеждой посмотрел на мужчину.

— Принт крови изобразить можно, — портной нервно сглотнул.

— Отличная идея! — похвалил я мужчину, снова берясь за карандаши.

С листа на нас смотрел измождённый юноша с тёмными кругами под глазами. На нём была футболка, насквозь пропитавшаяся кровью с неравномерными подтёками. Чёрные спортивные штаны были помяты и изодраны с отчётливыми следами грязи и накапавшей крови.

— Интересно, а в Академии наследников отца в школу вызывают? — спросила Катя. — Если ты придёшь в таком виде на урок, то директор по любому должен вызвать в школу родителей. Ну или направить тебя к психиатру.

Глава 12

Инициализацию я назначил сразу после обеда, а что тянуть? И на обед пришёл, чтобы послушать, что обо мне говорят. Более того! Я даже сел рядом с императором на выделенное мне место, чтобы побесить родственников.

После трансформации тела, мне опять стало всё мало. Я заказал одежду у тех же портных, но на обед явился в синей пижаме и тапочках.

Прошлой рассадки по возрастам не было. Все сидели семьями. Прибыли дамы на назначенный балл. И пока мужчины ели, те выносили им мозг по чайной ложке. Главная претензия, не доглядел за отпрыском и позволил этому ублюдку испортить ребёнка. У дитятко вырвали вторую стихию, где это видано?

— Вкушать еду полагается в мире и покое, — проговорил я негромким голосом, а Драко донёс мою претензию до всех ушей. Но дамы не вняли.

Больше всех изливала яда холёная пассия Степана Антоновича, и Драко выдернул её из-за стола и вытолкал за дверь.

— Когда я ем, я глух и нем, — попробовал я донести новую мысль.

На этот раз не выдержала молодая женщина за столом Байкальских. Она сначала громко сопела, гремела, потом убедительным шепотом высказала своему мужу:

— Никодимушка, мы не обязаны терпеть этого нахала, который даже не соизволил одеться к обеду.

Товарка была выставлена за дверь следом за первой нарушительницей. Остаток обеда прошёл в полной тишине, сдобренный ненавистными взглядами молодняка и женской половины общества Раковых.

Мне пришло в голову, что было бы неплохо проверить ещё и женщин. И я посмотрел на императора:

— Папенька, может мы покажем милым дамам алтарный зал?

Михаил III недовольно скривился, но возражать не стал. Мы так и отправились все вместе после обеда. К нам в хвост пристроились две молчаливые женщины.

— Елизавета Дмитриевна, — позвал я начальницу СБ. Подошла она в сопровождении двух взрослых Раковых.

— У вас новые заместители? — я нарисовал на лице изумление, разглядывая Матвея Тимуровича и Дмитрия Александровича.

— Советники, — девочке удалось-таки меня удивить.

Я проводил взглядом императора, который удобно расположился на моём пуфике, и расслабился. За его спиной замер начальник гвардии.

Я забрался на алтарь и устроился в тёплую выемку по центру. Лизонька встала рядом, советники навострили уши.

— Мне понадобится твоя помощь. Я сейчас закрою глаза и буду сканировать всех присутствующих, — начал я излагать свой план, — на предмет злых помыслов. — Я буду озвучивать то, что нахожу и выставлять людей из алтарного зала, — я ощутил воздушный канал императора, который тоже слушал. — Мои глаза будут закрыты и видеть я никого не буду. Ты — мои глаза. Поняла?

— Да! — воодушевлённо ответила СБшница.

— Тех, которые проверку прошли, а буду помечать оранжевым кулаком с поднятым вверх большим пальцем. Хорошо бы их отводить в сторону, в дальний угол зала, например, — попросил я.

— Сейчас! — Лизонька бросилась к своим заместителям Семёну и Науму.

Она вскоре вернулась и важно заявила о готовности.

Я закрыл глаза и погрузился в транс. Мне не требовалось больше сливаться со стихиями, они навсегда стали частью меня. Я заполнил собой всё пространство алтарной залы, а потом сузил до толпы Раковых. Хтонь!

Мыслеобразов было слишком много. Слишком! Раковы стояли слишком близко друг к другу. Слишком! Выход предложила Капля. Отбирать тех, кто испытывает сильные негативные эмоции. Я поблагодарил стихию за ценную идею. Сузим круг.

«Ваня хороший, Ваня хороший. Ваня услышит мои мысли, и ему будет приятно. Ваня хороший».

Лизонька, кто ещё? Рыжик пометил её.

«Ваня замечательный!»

«Марина же Волкова справляется, почему моя не сможет? Лизонька у меня молодец! А я помогу. Надо было отца сразу заложить императору, не было бы такой задницы. Ничего, мы справимся».

Димасик всё-таки благонадёжный, отметил его.

«Ваня — лучший!»

«Интересно, как он это делает? Артефакт, наверное, продвинутый нашёл. У него время было башню изучить. Там оборудование на разных языках, это ж сколько цивилизаций было раньше, кроме нашей? Димка быстро оклемался. Зато теперь зазнаваться не будет своей третьей стихией. Я бы тоже к Ивану пошёл, при императоре тяжело. Он никому не доверяет, разве что Ивану. Может он его на должность следующего начальника СБ готовит?»

Ладно, Матвей тоже не злоумышляет. Кто тут ещё рядом?

«Сказать или не сказать, что я император? А если она испугается? Да неее, она не испугается… мм, пригласить её надо куда-то? В башню? Так этот сорванец её запечатал. Больше некому. Ещё три годочка потерплю, а там можно будет и трон передать. Уедим с Морочкой в Сибирь в глушь и будем воспитывать деток без этой злобы».

Уф-ф, какие три годочка?! Совсем охренел?! Спокойствие, Ваня, только спокойствие. Расширяем круг, тут вроде должны быть царевичи.

«Дениска дурак! Сказал ему сразу, держись Ивана, ты теперь его правая рука, нога. А он что? Профукал, балбес! Такой шанс закрепиться профукал. Цесаревич больше ему не доверяет. Младшие сами сбежали в потешный полк, эта Катя молодец, быстро придумала создать компанию „Потешный полк“. А то родители уже начали вопить, что Иван удерживает их детей в заложниках».

Да, забыл, что здесь начальник папенькиной гвардии. Где же царевичи? Шире круг, поиск эмоций.

«Слишком много воли ей давал. Любимая императрица! И дочь мне испортила. На хрена она вообще решила, что я хочу быть императором? За меня решила. Хорошо я Витьку убрал из дворца, испортить не успела. Не знаю, что сделал Ваня, но без воздуха у него источник стал расти, а так бы и не подумал, что он был болен. Как мне теперь наладить отношения, если мы все над ним потешались долгие годы? Раковы они не злопамятные, вовсе нет. У нас просто память хорошая».

Неужели Колька хочет на мировую? Хм… Не ожидал.

«Вот почему? Сашке и Петьке омоложение, один заговор прошляпил, другой проворовался! Где справедливость? А если я добросовестно свою работу 50 лет выполняю? Мне ничего? Данилка подвёл! Говорил ему, держись от всех интриг подальше! Такое пятно на моей репутации посадил!»

Это, кажется, Дальневосточный. Ну так-то он прав…

«Зря Ванька Кольке кулак нарисовал. Я бы его допросил с пристрастием. Не верю, что он не знал о маменькиных делишках. И где второй компонент яда? По-любому, он должен быть во дворце! Может в сейфе Аврелия Завдаловича?»

Точно! Про сейф-то я совсем забыл.

«Надо, наверное, сделать список враждебных родов. Или не надо? Он вроде с Карповым подружился, а так бы я его в чёрный список занёс? Нет! Список определённо нужен! А там он и сам разберётся, чай не дурак. Ой, не дурак Ванюша, кто б знал. Четыре дня осталось, может успею его ещё поднатаскать хотя бы в дуэльном кодексе? Вляпается же…»

Пётр? Вроде больше некому обо мне заботиться, а моё полное незнание мы утром обсуждали.

«Мариночка была вчера хороша, да и Галя, даа… Надо ещё поболеть, в реанимации, старички вроде не гонят, с пониманием вчера отнеслись. Если б только ещё телефон не обрывали. Все же указ видели, отменил император потешный полк, чего звонить-то? И как прознали? Я только двоим предложить успел. Они же даже расспрашивать про условия не стали, купили билеты на пароход. Сброшу их всех Петру, он же теперь у нас такой важный. Хрыч старый. Пусть сам разбирается».

Как же я забыл, что поручение Михаилу давал учителей подобрать? Это хорошо, что рвутся… Будет из кого выбирать.

«Излучение магией не фонит, а вот от растений прёт. И после вчерашнего роста башни манофон на водохранилище повышен. Её изучать надо, а отец не чешется. Сюда сейчас учёные со всего света приедут! Хотя куда они приедут? Водохранилище кишит кораблями, не протолкнуться».

Не знаю, кто это из умников, наверное Василий, он же по магии. Пока его голова слишком занята наукой, чтобы плести заговоры.

«Надо на подзорную трубу навесить дополнительное плетение проницаемости или тепловизора. В одной из мелких башенок точно лаборатория техническая, там станки видно. Новые технологии нужно осваивать. Если там что-то от древних, то наверняка без инструкции, надо разбираться, как оно работает, а это время. Как убедить? Может через Ваню? Нет, он опять в немилость впал. Через Сашку попробую, его простил, раз омолодил».

Вот и второй умник. Он прав. Но у меня есть двое учёных из космической эры, пусть лучше они разбираются. Ставленникам Носовых я не доверяю.

«Обои ему мои не понравились! Сам бы попробовал нарисовать объёмный рисунок! Зато, когда стоишь в комнате, полное ощущение, что ты находишься внутри болота! Это шедевр был! Сволочь! Лишил меня воздуха! Как я теперь перспективу буду наносить?!»

Расширяю круг, тут должны быть дети царевичей. Меня чуть не сбило волной негативных эмоций, направленных на меня. Капля помогла вычленить жгучее желание уничтожить меня.

— Сильное желание моей смерти, — с трудом прошептал я.

— Смерть! — тут же приговорил кого-то алтарь.

Поток жгучей ненависти пропал, но появились другие. Ближайшее к прошлому источнику злобы было горе.

«Тварь, чтоб ты сдох, я отомщу, живым ты отсюда не выйдешь. Света была чистейшей душой!»

Как же, помню, Света, которая подбила весь молодняк убить Ваню. А это, наверное, брат.

— Собирается мстить, — прошептал я, и алтарь тут же приговорил второго. Ну может, он и прав.

— Верните их отца, пусть проверит его ещё раз, — я расслышал голос императора.

«Света с Юркой? Надо будет сыграть на этом. Типа у меня горе, тогда может император и башню покажет. Отвлечь меня от печальных мыслей. Ну не любил их. Это ж мамаша всё со своим продолжением рода. Вот и воспитала себе на голову уродов».

Нелюбовь к детям — это семейное… Умника Бориса опять увели куда-то, а я продолжил вариться в негативных переживаниях молодняка.

— Света, Света, — кто-то, кажется, рыдал.

— Дура твоя Света, давно тебе говорил, что дурная она.

— Злая она была, Рей, злая, — добавил детский голос. — Я слышал, как они с Софой всех обсуждали, и ничего хорошего никто ни про кого не говорил. Вот.

Из всех троих мысли только влюблённого идиота сочились негативом.

— Помышляет о самоубийстве, — я решил оставить его пока в зале.

Я перешёл к следующему сосредоточению яростных эмоций.

«Тупой дебил! Залез на алтарь! Кто дал ему право судить и убивать! Даже такая злобная тварь, как Светка, имела право на жизнь, потому что она была сильнее тебя! Сядет мой папка на трон, он тебе покажет!»

В голове придурка какие-то люди передавали ему артефакты, который должны были убить императора.

— Под кроватью у этого парня артефакты, которые он получил от родственников по женской линии, которые должны убить императора. У него мозги основательно промыты, он считает, что спасает мир.

— Дмитрий Александрович, возьмите Кирилла и отойдите с ним для беседы подальше, — распорядилась моя СБшница.

«Дура набитая! Кто ж с ножом в алтарном зале пытается убить? Я тоже сама виновата, что повелась на истеричку. Ничего, у меня всё готово. Фужеры никто не трогал, а для бала их достанут».

— Второй компонент яда нанесён на фужеры, — прошептал я.

Ощущая сильную угрозу, я скатился за алтарь. В воздухе пролетел клинок.

— Твари! — орала Софочка. — Пустите! Он — зло! Мировое зло! Из-за него появилась башня, которая по ночам отравляет мир.

Звуки орущей девушки стали удаляться. Я вернулся на алтарь. Происшествие всколыхнуло мысли присутствующих, стало совсем тяжко. Кто-то вытер у меня пот со лба. Я снова сузил зону чтения и вскоре в ней появились люди.

«Без суда и следствия».

«Скор на расправу, скор».

«Надо было отца слушаться, или вообще оставаться жить при Академии».

Не знал, что при Академии можно жить, может и мне там поселиться?

«Разведусь, вернусь и разведусь. Ну и что, что только император имеет право развода, а я её по-тихому в пруду. Несчастный случай. Неее, ну надо же было меня так подставить перед всеми? Сначала дети, причём оба, теперь эта! И как мне теперь очки зарабатывать перед императором?!»

«Сёмгу давно не делал, а Ванюше кальций нужен. Растущий организм. С дымком на магическом огне. Можно даже специй не добавлять, чтобы вкус был натуральный».

— Что, Ваня? Тебе плохо? — подскочил император.

— Чуть слюной не подавился, — признался я. — Давайте следующих, с этими всё нормально.

«Идиотка! А я говорила, что нужно два брать! Не треснул бы, если бы взяли два чемодана. Теперь, я как дура в красном платье буду. Трое! Трое в красном и я! Надо будет Клаве случайно вино пролить, а Галке пятно пожирней поставить в начале вечера. Да, точно!»

«Жаль, что Марии Сергеевны не будет. Её травки очень помогали. Дала бы Стёпушке, он бы и не заметил ничего. Эрнест — горячий парень, ухх».

Я отмахнулся от неприятных образов.

— Эта изменяет мужу Стёпушке с Эрнестом, — громко заявил я.

Это я зря. Опять всколыхнул мыслеобразы оставшихся Раковых. Я уже изрядно устал, а ещё же инициализация, хтонь. Кто-то снова вытер пот.

«Почему он? Вообще ничего не понимаю. У него даже магия не пробудилась, ему только 15. Бред же. И дед заладил — подружись с Ванюшей, Ванюша хороший мальчик. Слабак он! Без его инициализации обойдусь. Вот я посмотрю, как он пойдёт в Академию, и его там заклюют».

Ну, понятно, один из непробуждённых. Просто придурок.

«На покой мне пора, на покой. А передавать некому. А Мишка-то молодец! Вот не ожидал я от него, что он так ловко примется наследника обучать. Бросил его, как щенка в самую гущу, пусть плывёт! Молодец! А как же? Императором-то ему не легче будет. Ничего, малец, побарахтаешься и выплывешь. Мы поможем. Мы своих не бросаем».

— Кто это? — прошептал я.

— Егор Михайлович, — ответил вездесущий Дмитрий Александрович, — управляющий курорта «Имперские Ванны». К нему очередь на процедуры на год вперёд расписана.

Я открыл глаза и попробовал отыскать нужного мужчину.

— Вон тот дедушка справа, — Лиза показала рукой.

Стоящий там немолодой мужчина приложил руку к груди и слегка поклонился. Он был одет в просторные удобные бежевые штаны и более тёмную рубаху с длинным рукавом. На груди простыми нитями был вышит герб. Волосы были седыми, но лицо выглядело молодо, самый минимум морщин. Возраст выдавали потухшие глаза и слегка опущенные плечи.

Мы рванули к непонимающему Ракову одновременно. Я скатывался с алтаря, а император выбирался из пуфика.

— Не смей! — заорал Михаил III.

Коснуться опешившего Егора Михайловича я не успел. Император перехватил мою руку, а потом и вторую.

— А где мне кадры брать? — вместе со словами я стукнул его лбом в нос. Я всё ещё не доставал его по росту.

Отец не обратил внимание на капающую из носа кровь.

— Своих вырасти! — рявкнул он.

— За три годочка? — я язвительно передразнил его. — Думаешь, я успею и родить и воспитать? Мне люди нужны! Мне нужны Раковы!

Он опешил от того, что я слышал его мысли, и я выхватил руку из захвата. Но несчастный владелец имперского курорта отступил на шаг назад, и я не достал до него. Тогда я выдернул вторую руку и отпрыгнул.

— Сам посмотри на сгнившее поколение! Они ВСЕ! Либо ненавидят меня, либо презирают!

— Сам виноват! Ты вёл себя, как тряпка!

— Может мне не хватало отцовского воспитания?!

И мы снова набросились друг на друга. Я больше не уступал ему ни в силе, ни в выносливости.

— Ваня! Ваня! — за меня начали болеть мелкие Раковые.

— Михаил! Михаил! — в противовес взревели подростки.

Я опешил и получил в челюсть.

— Миша, не посрами предков! — к ним добавились призраки.

— Девочки, а из-за чего драка?

— Вроде как СПА курорт не поделили. Михаил Михайлович отобрал у царевича маяк, и Иван хочет вместо этого получить Имперские ванны.

Услышав женскую версию происходящего император опешил, и я смачно вмазал ему в челюсть. Однако, получил подсечку и повалился на пол.

— Не знала, что, чтобы стать наследником, нужно победить императора.

Пока отец переваривал новую версию, я вскочил на ноги. Я выцелил Егора Михайловича и рванул к нему, но был сбит тараном, и мы оба врезались в алтарь. Было больно.

— А что случилось? — над нами навис тот самый управляющий курорта. — Я чем-то провинился?

Я успел схватить его за лодыжку.

— Не смей! — взревел император, силясь оторвать мою руку. Но я уже пустил через неё Огонь.

Глава 13

Пламя не вырвалось наружу, и мужчина не загорелся факелом. Огонь был внутри. Раскалённой яростью он нёсся по каналу ноги в источник, а заняв его полностью, устремился по всей развитой сетке старика.

Егор Михайлович упал и начал корчиться от боли. А Михаил пытался оторвать мою руку, вливая силу в свои мышцы. Наконец, вся энергосистема несчастного запылала, и я включил регенерацию на всю мощь. Мужчина затих. Он потерял сознание, и я отпустил руку.

Император набросился на меня с кулаками. На несколько минут я превратился в грушу для битья. Пижама на груди промокла от крови. Я лишь шире улыбнулся. А когда показал ему средний палец, тот сломал мне его.

Наконец, я увидел, как за спиной императора стал подниматься помолодевший Егор Михайлович, внук императора от его второго сына Михаила. Он с изумлением рассматривал свои молодые руки. Одежда на нём висела, а в глазах пробегали искры огня. Прижился! Он заметно схуднул. Ещё бы! Столько энергии было потрачено на выжигание ядов.

— Что ты опять натворил?!! — новый удар отправил меня в полёт.

— Я выполнил приказ императора, — прошептал я разбитыми губами.

— Какой приказ? — он схватил меня за пижаму и дёрнул вверх.

— Провести инициализацию, — я счастливо улыбнулся.

Егор Михайлович стоял и плакал. У него на ладони горел огонь. Да, я знал, как вернуть ему желание жить. Его источник был заточен под Огонь, но ему привили Землю и Воду. За почти шесть десятков лет они сроднились с его телом, но он всегда ощущал пустоту. Ему как будто чего-то не хватало. И сейчас он ощущал себя цельным.

Мужчина нашёл меня глазами и благодарно упал на колени. Теперь это мой человек.

— Отлично! — взревел император и отбросил меня на алтарь. — Заканчивай сканирование и приступай к инициализации.

Я устало лежал на алтаре и смотрел в темноту. Потолок не проглядывался в мраке пещеры. Надо мной склонилась Елизавета Дмитриевна, она беззвучно плакала.

— Не переживай, Лиза, всё будет хорошо, — я ласково поглаживал девочку по спине. — Это небольшая плата за то, чтобы твой человек был счастлив.

— Это несправедливо, — еле слышно прошептала девочка. — Ты не сделал никому ничего плохого, а тебя все обижают.

Она непонимающе заглянула мне в глаза. Я вздохнул.

— Мир не делится на хорошо и плохо, Лиза. В мире много разных красок. Хорошие люди совершают плохие поступки, а те, кого ты считала плохими, способны творить добро.

— Приступай! — рявкнул Михаил III.

— Помнишь? Ты мои глаза, — я ободряюще улыбнулся и закрыл веки.

Я почувствовал, как она села совсем рядом и прижала к себе мою ладонь.

Осталось просканировать меньше половины. И сейчас было легко отыскать как злорадных, так и сочувствующих. Над мелкими Раковыми я проставил знаки, и они отошли в сторону. Студентики торжествовали, глядя на побитого меня. Спасибо, что хоть добить меня не желали. Чем я успел настроить против себя девушек? Вообще не понимаю. Обе люто ненавидели меня.

Оставшееся среднее поколение Раковых пребывало в шоке и грамотно считать их намерения было тяжело. Вся ситуация со стороны выглядела скверно. Учитывая, что Ваню другим родственникам не показывали, они пришли к выводу, что такое измывательство надо мной — нормальное поведение Михаила III по отношению к младшему сыну. Мол, он с детства меня избивал, и стыдился показывать покалеченного ребёнка на семейных торжествах.

Среди внуков и правнуков императора были версии, что он всех своих детей так воспитывает, поэтому они его побаиваются и близких отношений у него ни с кем нет. Отец — деспот.

По поводу преображения Егора Михайловича версии были разные. Никто не считал, что это моих рук дело. Попал под магический удар императора. Или же тот вынужден был подлечить старика, чтобы тот не умер. Только помолодевшие повара поняли, в чём дело, и порадовались за Егорушку, достойный выбор.

Я сел и притянул к себе Лизу.

— Ну что? Пора проводить инициализацию. Собери всех, у кого не хватает стихии, около алтаря, — я снова откинулся на спину.

Кто-то подошёл и принялся залечивать синяки и ушибы. Другая методика. Я открыл глаза и встретился с благодарным взглядом Егора Михайловича. Ну да, ну да… У него же целительский курорт. Я закрыл глаза и улыбнулся.

— Что разлёгся?! — император грубо толкнул меня в плечо. — Как я это объяснять буду?! Ты даже не представляешь, какую бомбу сбросил, сосунок!

Я молча съехал с алтаря и встал на ноги. Управляющий курортом хорошо меня подлечил. А ещё он видел мой универсальный источник и пребывал в замешательстве.

— Потешный полк построен, Ваше Высочество! — бодро отрапортовала Елизавета Дмитриевна.

Я оглядел ровный строй мелких Раковых. Женщин из зала убрали, охать было некому. В стороне толпой стояли лишённые стихий. Взрослые выстроились торжественным полукругом. Император сел на алтарь и подозрительно уставился на меня.

— Бойцы! — весело начал я. — Вы все и так в моём полку, и я позабочусь, чтобы вы стали сильными магами!

Ко мне со слезами бросился пацан лет семи, Серафим, кажется, внук Петра. Я успел присесть на корточки, и он повис у меня на шее.

— У меня нет значка, — заплакал мальчик.

— Как же нет? — я похлопал его по груди, создавая значок в виде клешни рака. — А это что?

— Спасибо! Спасибо! — он обнял меня, а потом рванул к мальчишкам.

Вперёд выступила Ева:

— Мы не успеем, у нас всего год остался.

Я подошёл и просканировал девочку. Ей и брату было по 14.

— У тебя всё не так плохо, тело практически готово принять магию. Только нужно добавить физическую нагрузку, больше бегать, играть в подвижные игры. Мы успеем подготовить вас, не волнуйся, — я погладил её по плечу.

Меня обступили малыши:

— А у меня?

— А мне?

— Меня посмотри.

Я раскинул восприятие и подтянул к себе Серафима. Поглаживая парня по спине, я расправлял его иммунную систему.

— У тебя куча пищевых аллергий, да? — я перешёл на заговорщический шёпот. — Мы тебя в башне положим в медицинскую капсулу и вылечим. Тсс-с, — я приложил палец к губам, — это секрет.

Малыши радостно зашушукались, навалились на меня все вместе и повалили на пол, весело смеясь. Как бы мне их незаметно с императорского острова переправить? Я нашёл глазами Егора Михайловича. Вместе с целителем… Они с Морой разберутся с капсулами. Да и вообще, хорошо бы, чтобы медицинским центром руководил кто-то из Раковых. Помолодевший мужчина посмотрел на детей новым оценивающим взглядом, догадался, куда я хочу его пристроить.

— Иван! — призвал император меня к порядку.

Малыши нехотя отошли от меня и даже помогли подняться.

Я удручённо посмотрел на подростков. Дебилы источали злость и пренебрежение. Тупые идиоты. Я попросил всех разбиться на семьи и отцов встать рядом с детьми.

Отдельно остались стоять подростки 15-16 лет. Они продолжат учиться в Академии наследников на первых двух курсах. Инициализация им не грозит, она происходит позже, в 17. Их всего было трое. Подразумевалось, что я пойду учиться вместе с 15-летним Кириллом. Сидор с приятелем были на год старше. Было неприятно смотреть на своего бывшего начальника СБ, который пытался меня убить.

В первую очередь я занялся старшими братьями: душным любвеобильным Михаилом и обиженным художником Фёдором, который, как оказалось гордился болотными обоями. Оба лишились воздуха. И оба уже оклемались. Я предложил стихиям попробовать провести инициализацию. Я видел у дотошного Михаила склонность к земле, а Фёдор был готов принять огонь.

Всё прошло гладко. Лица братьев засветились радостью и недоверием. Фёдор раскрыл ладонь, над которым появился крошечный огонь. Ну да, ну да… А с чего ему быть большим? Оба брата не занимались развитием ни тела, ни магии. Поэтому такой скромный результат.

К нам подошёл император, пожелавший лично проверить источники сыновей. Он просканировал молодых мужчин и неопределённо хмыкнул. Полагаю, он считал, что они и этого не заслужили.

Помышлявший о самоубийстве Рей стоял рядом с Петром. Я посмотрел в глаза своему главному секретарю, полностью игнорируя парня. Он лишился не только любимой девушки, но и стихии огня. Отсутствие огня в том числе повлияло на его желание жить. У него была маленькая предрасположенность к Земле.

— Он слаб духом и телом, — честно сказал я. — У него есть очень слабая предрасположенность к земле. Я могу запустить её, но добра это ему не принесёт и не вернёт стремление жить.

— Почему? — раздался из-за спины любопытный голос императора.

— Потому что Вода у него сильная, и вместе со слабой Землёй получится болото. Он увязнет и будет и дальше чувствовать себя несчастным. Он будет не жить, а влачить жалкое существование, — я объяснял Петру, игнорируя императора. — Ты этого хочешь?

— Варианты? — сухо по-деловому спросил Пётр.

— Их три, — я выдержал паузу. — Оставить ему одну стихию навсегда. Он будет сильным водником, если приложит к этому усилия. Возвращается в Академию наследников и продолжает там учиться.

— Я не хочу быть уродом, как он, — Рей ткнул в меня пальцем, и получил болезненный подзатыльник от Петра.

— Он может пойти к малышам в потешный полк и подтянуть физические показатели, чтобы развить источник и тогда через год принять Землю. Она всё равно будет слабой, потому что время упущено, а полноценно лечить предателя мне не позволит император.

— Не позволю! — жёстко припечатал Михаил III. — Пусть сначала докажет полезность. Пока я вижу перед собой никчёмную тряпку.

— А третий? — спросил Пётр.

Да, согласен, второй вариант так себе. Вернуться через год в Академию наследников и всё равно быть изгоем.

— Примкнуть к ублюдкам. У них ситуация с источником ещё хуже и они занимаются, как проклятые.

— Я разрешение на школу ублюдков не давал, — с угрозой в голосе бросил император. — И потешный полк прикрыл.

— Ты забыл добавить, что башню отобрал, — сухо добавил я.

— У тебя теперь Имперские Ванны, — ехидно заметил отец.

Я развернулся к Михаилу III лицом.

— Императорские Ванны принадлежат не мне и мне принадлежать не никогда будут. Это только ты отбираешь вещи у детей. Начал с еды, а закончил имуществом. Хотя нет, — я сделал вид, что задумался. — Начал ты ещё раньше, когда вообще ничего мне не покупал. У Саши с раком был хотя бы один задрипанный плюшевый рак, у меня не было ни одной, ни одной игрушки! — я перешёл на крик. — Обноски братьев! Чулан вместо комнаты! И полное пренебрежение отца! Что ещё ты хочешь забрать у меня? Хотя нет, ты же теперь решил просто не давать. Отлично! Продолжай закрывать глаза и дальше на то, что творится в империи с магией!

Я отвернулся и перешёл к следующей семье. На меня ошарашенно смотрел Александр. Рядом с ним стоял бывший трёхстихийный Димасик. Я быстро запустил в него универсальную ману и обнаружил, что никаких новых стихий ему не полагается. Всё ещё на взводе я перешёл к Николаю.

Он смотрел на меня ошалелыми глазами. Я видел, как тяжело ему далось подавление возникших вопросов. Софу ему не вернули, видимо, и не появится она больше. Старшему сыну было 30-ть с чем-то, и от него ушёл Воздух. Взамен ему досталась Земля.

Следующим на моём пути оказался кудрявый Даниил Дальневосточный, тоже пытавшийся меня убить. Слабосилок. К его мизерной Воде добавился мизерный Воздух. Не жалко.

Перед следующей парой я попытался успокоиться. Здесь стоял мой новый целитель Егор Михайлович. А перед ним Ирочка, будущая выпускница Академии Магии, лишившаяся стихии земли, а значит и всего наработанного прогресса. От ней исходило столько злобы и ненависти, что я поморщился.

— Егор Михайлович, скажу прямо, делать ничего для этой твари я не хочу. Но из уважения к вам могу предложить варианты, — я тяжело вздохнул, потом взял и отвернул хамку. Теперь она стояла к нам спиной и злопыхала в другую сторону. — Девочка откровенно слабая и ленивая. За год учёбы она не смогла развить свой источник. Да и изначальные данные у неё так себе. У неё есть слабая предрасположенность к Огню и Воде. Если хотите, проведём инициализацию и из неё получится слабенькая двустихийница. Вы сможете выгодно выдать её замуж. Только не тяните, — я жирно намекнул на то, что скоро их дутая система наследования лопнет, как мыльный пузырь.

— Согласен! У меня есть род на примете, Иван Михайлович.

Я активировал источник гадине, развернул её к себе и сказал:

— Если я получу от тебя хоть один злой взгляд в свою сторону, то я убью тебя на месте, — я твёрдо смотрел девушке в глаза. — И тебе не поможет даже папенька. Более того, если ты хоть словом, хоть делом сделаешь что-то мне во вред, то умрёшь в ту же секунду.

По моей просьбе Капля обездвижила Ирочку. А потом отпустила. Снова обездвижила и снова отпустила.

— И для этого мне не надо находиться с тобой рядом, — я продолжил смотреть в злобные маленькие глазки. — И не важно сколько пройдёт времени, у моего обещания нет срока давности. Ты меня поняла, тварь! — последнее я выкрикнул ей в лицо.

— Д-да, В-ваше В-Высочест-тво, — она поклонилась и опустила голову.

— Их всех надо убить здесь и сейчас, — громко проворчал император. — Предатели, — презрительно процедил он сквозь зубы.

Следующую семейную группу возглавлял Степан Антонович с сыном-садовником. У них было двое заговорщиков. Тамара, окончившая Академию магии в прошлом году, и учащийся на последнем курсе Юрочка. Оба получается учились зря, и им предстоит переучиваться. Юра выглядел спокойным. У него раньше был неродной Огонь, который делал его нервным. Его же источник тяготел к Земле. Я подключил ему родную стихию, и он как-то совсем успокоился. Я шагнул дальше.

— Иван Михайлович, — меня окликнул Степан Антонович, — а девочка?

Из девочки могла выйти сильная магиня огня.

— Нет, — отрезал я и шагнул дальше.

— Почему? — Степан Антонович схватил меня за руку, и император ревностно отдёрнул его от меня.

— Эта девочка пыталась меня убить. Ничего хорошего она ко мне не испытывает. Зачем мне ей помогать?

— И как же? — растерянно спросил глава семейства.

— Ждите самопроизвольной инициализации, — я безразлично пожал плечами. — Судя по состоянию источника, лет через пять может это и произойдёт.

Я подошёл к последней группе. Братья медики, новые дворцовые целители. Сыновья: Савелий и Прохор. Оба пытались меня убить и оба сожалели. Единственные, кто раскаялся.

Прохор быстро обзавёлся Водой и Землёй. А вот у Савелия обнаружилась склонность к Огню и Воздуху.

— Капля, душечка, — уговаривал я, — как ты себе представляешь Раковых без воды? Ну, пожалуйста.

В воздухе перед парнем возникла крупная капля воды и плюнула струю холодной воды в лицо Савелию.

— Да, я знаю, он пытался меня убить. Но ты же видишь, что он сожалеет. Давай малюсенькую капельку воды ему добавим, ну, пожалуйста. Совсем чуть-чуть. Ты даже ничего не почувствуешь. А он будет каждое лето ездить и расчищать засохшие ручьи? Хочешь? Как на потешном острове, помнишь, как мы ручьи все почистили? Хорошо ведь стало? Ну, пожалуйста.

Я не обращал внимание на недоумевающие и насмешливые взгляды окружающих. Только Михаил III хмурился.

— Если она не хочет, не надо заставлять, — предложил он, и такая его позиция продавила стихию.

— Спасибо-спасибо-спасибо, — я отправил Капле волну обожания.

Я развернулся к Савелию и строго посмотрел на него.

— Ты понял? Каждое лето ты путешествуешь и очищаешь засохшие ручьи! Если ты нарушишь слово, плохо будет всем Раковым!

— Д-да, Ваше Высочество, конечно, — он не пришёл в себя и, кажется, ещё не понял, что стал редким трёхстихийным магом.

— Не извольте беспокоиться, Иван Михайлович, — к нам подскочил юный повар Кузьма. — Мы с Тарасом проследим и поможем.

— Да, мы поможем брату, — к Савелию подбежал пятилетний Наум, зам моего СБ.

Я кивнул, развернулся и направился на выход. Меня догнал император.

— Живо ко мне в кабинет! — он подхватил меня за руку и быстро потащил за собой.

Я так устал, что еле переставлял ноги. В кабинете я просто рухнул на диван и чуть не уснул.

— Быстро выкладывай! Что не так с магией! — он с силой тряхнул меня за плечо.

— Ничего не скажу, пока не поем, — я подложил под голову ободранного плюшевого рака, свернулся калачиком и вырубился.

Глава 14

Проснулся я в собственной кровати, на стуле красноречиво лежал повседневный костюм с гербом. Очевидно, что у меня гости. Я встал и потянулся. Тело требовало нагрузку. Я выглянул в окно и обнаружил, что на моей полосе препятствий работают гвардейцы. Дальше шарнирных истуканов они пока не продвинулись. Пусть развлекаются, а я могу и в зале с оружием размяться.

Я создал на себе простые свободные серые штаны и рубаху. На груди отпечатал герб рода. В тренировочном зале висело оружие, которое я когда-то уже преобразовал под свою руку. Спасибо Остап Петровичу.

Жаль, что нельзя вызвать себе стихийного спарринг партнёра. Слишком молодые стихии. Они, конечно, большие молодцы и быстро учатся, но для воплощения в человека им ещё расти и расти. Эх…

Я создал себе два меча, как в мире Альфа, и подвесил их на силовые нити. Бой с тенью. Как же я соскучился по мечам!

— Могу я предложить свои услуги? — в тренировочном зале появился Бориска. Он отзеркалил мой образ вместе с мечами.

Моё давнее предположение, что голограмма магическая подтвердилось, когда виртуальные мечи оказались способны парировать удар. Мы постоянно ускорялись, и Борис Регулович мне не уступал, чем раззадоривал меня всё больше и больше. Я догадался, что он считывает мою мимику и сразу записывает мои навыки себе. Я стал больше импровизировать и перестал повторяться. И победа осталась за мной.

Я поклонился, благодаря за тренировку.

— Не думай, что у тебя хватит трюков на всё время, — усмехнулся Бориска и принял образ мальчика. — Я быстро учусь, — и он исчез вовсе.

Я прогнал по телу волну очищения, и восстановил одежду.

В столовой кроме Петра с газетой меня ждал Михаил III с планшетом от небоскрёба.

— Разблокируй, — приказал он и положил передо мной планшет.

Я проигнорировал отца, подтянул к себе тарелку с кашей и принялся за еду. Проголодался я знатно, но вторую добавку мне Корней не дал. Вместо этого принёс мед с отваром.

Император дождался пока я приступлю ко второй чашке и снова подпихнул ко мне планшет.

— Твоя башня, твои проблемы, — я нагло ухмыльнулся.

— Куда делись дети из потешного полка? — насел он с новым вопросом.

— Разъехались по домам? — предположил я.

— Хорошо, — он забрал планшет и принялся постукивать пальцами по столу. — Ты же в курсе, что сегодня вечером бал рода Раковых?

— Ещё нет, Ваше Императорское Величество, — ответил за меня Пётр.

— Рассказывай! — потребовал император. — Что не так с магией?

Я встал и принялся ходить из стороны в сторону. В ближайшем кресле появился плюшевый рак в деловом галстуке. На спинке кресла возник Драко. Рыжик уселся на край журнального столика, на котором устроилась Капля.

— Вы уже знакомы, но я всё же представлю. Воплощения стихий: огонь — Рыжик, земля — Земеля, воздух — Драко и единственная женская сущность — вода — Капля. Когда в мире появилась первая мана и начала зарождаться магия, мои маленькие друзья не сразу разобрались, в чём дело.

— Прости, Иван, — меня перебил Пётр, — известно ли, когда появилась магия?

— Она не появилась вдруг по щелчку пальцев. Это эволюция, Петя, и на это ушло какое-то время. Но первое осознанное взаимодействие людей и стихий началось во времена эпидемии чумы, выкосившей целые страны с карты Земли. Люди умирали, и магия казалась спасением.

— А разве это было не так? — удивился Михаил III. — Иван Великий своей целительской силой остановил эпидемию.

— Историю пишут победители, — я усмехнулся. — Советую тебе пообщаться с призраком Ивана Первого, он тебе расскажет, как было на самом деле. Ну, или не расскажет, все Раковы врут. Мне вот очевидно, что он просто воспользовался ситуацией и объединил вокруг себя людей и то, что осталось от других стран. Конечно, он был талантливым лекарем, который знал, как бороться с болезнью. Но один даже самый талантливый целитель не способен остановить эпидемию. А вот талантливый и грамотный руководитель — да.

Проблема в другом. Люди посчитали, что магия — это спасение от всех бед и обладание магией даёт стопроцентную защиту от всего. Возник магический ажиотаж. Первый контакт разумных стихий и людей прошёл неудачно. Вспомните, как вы привыкли действовать? При незначительном опустошении источника вы стараетесь нагнать в него ману.

— И что? — не понял Пётр. — Все же так делают, нас так учили.

— Искусственное нагнетание маны в источник — ненормально. И стихии воспринимают такое действо, как насилие над собой. У нас даже принято мерить скорость наполнения источника. Кто быстрее нагнетает ману? Это ненормально. Мана пронизывает мир, и она впитывается естественным образом. Вы же постоянно используете пылесос.

С точки зрения стихий люди каждый раз прибегают к насилию над природой вещей. И поэтому они начинают сопротивляться, не отдают ману. Перетягивание каната, где каждый постоянно наращивает мощность.

Или возьмём инициализацию. Вначале кто-то умный предположил, что стихия наследуется от родителей, а потом пару раз совпало и догадка стала правилом. Люди насильно нагнетают стихию в источник, пока тот её не примет. Вы же сами видели, что стихии считают, что у них воруют магию.

— И? К чему это ведёт? — вопрос поступил опять от Петра. Михаил III напряжённо думал.

— Как минимум магия не развивается. Прошло две тысячи лет, а они практически ничего не умеют, — я показал рукой на внимательно слушающих меня стихии, — потому что не взаимодействуют с людьми, а противостоят им. Маги не прогрессируют. Почему, ты думаешь, император так кичится долголетием и против того, чтобы кто-то ещё жил столь же долго? Потому что при нынешних условиях он вырастает магически больше, чем остальные. Возраст — единственное преимущество для совершенствования в магии. Чем больше живёшь, тем сильнее магически становишься.

При нормальном развитии магии его уровень был бы нормой для среднего мага лет тридцати. Или возьмём диких магов. Аристократы придумали себе магическую систему и развивали её веками, культивировали подход, который все остальные приняли за истину.

Смешно, ведь даже на чёрном рынке продают неправильные книги, которые усугубляют ситуацию. Простолюдины, у которых казалось бы был шанс наладить правильное обращение с магией, получают ложные представления.

И вот появляется обычный человек со склонностью к магии. Но магия уже настроена враждебно для любого пользователя. Пусть вот этот конкретный ещё ничего плохого ей не сделал. И если аристо готовят своих детей, развивают их физически, то у простого человека нет никакого шанса не сдохнуть во время инициализации. Думаю, что именно поэтому так долго считалось, что магами рождаются только аристократы. Выживали единицы. И поскольку самопроизвольная инициализация происходила в разном возрасте эти смерти никто не связывал. Сейчас процент выживших больше, потому что в целом уровень жизни выше.

Практически все маги, которых я видел из простолюдин, калеки с перекошенной энергосистемой. У них нет возможности оперировать магией. И что ещё хуже, у них нет возможности нормально жить. Мана просачивается в источник и причиняет им адские боли. И как вишенка на торте — всем на них плевать.

— А вот эти, — Пётр неопределённо махнул рукой. — Ну ты же вчера провёл нормальную инициализацию. Я присутствовал на других наших подобных сборах, и тогда подростки орали от боли. А вчера всё прошло легко. Получается, мы единственный род, у которого магия не ворованная? — с гордостью закончил он.

Я подошёл к креслу и погладил все стихии по очереди.

— Вовсе нет, — я отправил малышам благодарность. — Старшее поколение осталось с неродными стихиями. После определённого возраста стихии плотно врастают в источник и их уже не отделить. Помнишь Егора Михайловича? — после моего напоминания императора перекосило. — Его обе стихии были не родные. Вода и Земля. А источник до сих пор помнил, что предназначался для Огня. Фактически он всю жизнь жил не для себя, если так можно выразиться. И только получив родную стихию ощутил себя полноценным.

— Почему Вода не родная? — насторожился император. — Поэтому Савелию она не хотела даваться?

— Я бы проверил Савелия на родство, может его жена нагуляла, — предположил я. — Раковы веками насиловали себя Водой. И в конце концов она прописалась на генном уровне. Приобретённое качество и истинное родство — это разные вещи.

— А я? — Пётр посмотрел на меня умоляющим взглядом.

Я положил ему руку на грудь и просканировал источник. Запустил в него все стихии и Земля откликнулась.

Мой главный секретарь поражённо прижал руку к груди. Он погрузился в себя и свои ощущения. На его губах гуляла дебильная улыбка.

— Ты хочешь сказать, что нормальное поколение магов будет только то, которые ты сейчас выращиваешь в потешном полку? — император снова принялся барабанить пальцами по столу.

— Ну, по крайней мере, Раковы станут. Остальные — простолюдины, вряд ли там много магов окажется, — я с сомнением покачал головой. — Изначально такой задачи не ставилось, мне нужны верные люди, и они таковыми вырастут.

— А ублюдочная школа? — впился в меня взглядом император.

— Сначала меня поразило то, что главы теневого рынка — маги, а так же многие в их окружении. И я заподозрил, что магов-простолюдин много. Но когда они стали съезжаться на остров, я увидел масштаб катастрофы. Зато, если я их вылечу и научу хоть чему-то, у меня будет армия преданных магов, — ухмыльнулся я.

— Но ты же сказал, что это поколение уже не исправить? — возразил Пётр.

— Я не так сказал, — разозлился я. — Те подростки, которые вчера инициализировались — слабаки. Из них никогда ничего толком не вырастет. Исправлять можно быстро, но болезненно. Магические калеки настолько настрадались, что они не только готовы терпеть боль, но и способны её выдержать. А утвоего Андрея нет ни мужества, ни сил. Ну и мозгов у него тоже нет, потому что воспитание в роду Раковых — да его нет. По себе знаю, — ехидно закончил я.

— Я не понял, — задумчиво проговорил Пётр. — Ты говоришь, что те Раковы, который в твоём полку, они будут в разы мощнее всех остальных магов.

— Так и будет, — я довольно кивнул.

— А магические ублюдки? — настороженно спросил император.

— По силе они скорее всего будут превосходить среднего аристо, — подумав, решил я. — Потому что аристократы по-прежнему насилуют магию. По умениям не знаю, поскольку большинство из них уже староваты. Но! — я поднял палец вверх. — Я уже научил малышей проводить правильную инициализацию! И скоро ко мне будут приходить нормально привитые простолюдины! С ними уже можно будет работать. Но опять же тела у них подготовлены хуже к магии, чем у аристократов. И это никогда не изменится.

— Охренеть! — Пётр посмотрел на меня, потом на императора. — Получается, что как только аристократы поймут, что они косячат с инициализацией…

— Будет магический бум, — отбарабанил император пальцами по столу. — А оно нам надо?

— Оно надо им, — я ткнул пальцем в малышей, подошёл и принялся снова наглаживать их по очереди. — Поэтому я утаивать информацию не буду. Другой момент, что вряд ли мне кто поверит. Две тысячи лет существовал порядок, и тут пришёл Ваня и заявил, что всё не так. Пройдут годы, десятилетия, прежде чем старые устои рухнут.

— Но почему тогда ты так спокоен? — император испытующе рассматривал меня. — Не боишься, что они станут сильней нас?

— Благодаря ущербности собственного воспитания, я не знаю, как обстоят дела в других семьях. Но если они готовят магов, как Раковы, то преимущества у них не будет, — горько усмехнулся я. — Из-за того, что магия не развивалась, сложилось впечатление, что для оперирования стихиями достаточно иметь хорошо развитое тело.

— Разве это не так? — вопрос прозвучал одновременно.

— Конечно нет, — я даже удивился. — Сильный магический поток способно выдержать особо развитое тело. Император омолаживался и тело его каждый раз укреплялось, увеличивало физический потенциал.

— Откуда ты столько всего знаешь? — наконец император задался правильным вопросом.

— Спроси у Алтаря, — я ехидно усмехнулся.

— Так что получается? Алтарь для инициализации не нужен? — Пётр шокировано уставился на императора.

Я весело рассмеялся. Рядом с креслом появился Иван Великий и укоризненно посмотрел на меня.

— Нормальный Алтарь мог бы проводить правильную инициализацию, но ни один алтарь в мире этого не умеет делать, — я горько рассмеялся. — Алтарь вообще-то нужен для другого.

Я сел напротив императора.

— Алтарь — это сила рода. В нормальном роду. Я других алтарей не видел, если Горбунов пригласит, схожу и посмотрю.

Лицо Михаила III посмурнело, но он промолчал.

— Алтарь накапливает силу предков: магическую, физическую, знания опять же. Но наш алтарь даже тебе не поведал истинную историю рода Раковых, — я горько усмехнулся. — В нашем роду сила не у Алтаря, а у императора. И то только за счет его возраста. Тупой алтарь! — я зло посмотрел на Ивана Великого, но тот смолчал.

— Если ты знаешь, как правильно, научи, — вежливо попросил Алтарь рода Раковых.

— Только если ты расскажешь императору про меня правду, — легко пообещал я и широко улыбнулся.

Алтарь расскажет, что я чужак в теле сына, и они откажутся от идеи сделать меня императором. Иван Великий растворился в воздухе. Михаил хмуро встал и направился к выходу. У самой двери он развернулся и сказал:

— Я запрещаю тебе взаимодействовать с другими алтарями!

Я в удивлении приподнял брови. Пётр задумчиво смотрел вслед ушедшему императору.

— Потешный полк переехал? — я улыбнулся.

— Да-да, — рассеянно ответил секретарь. — Сегодня перевезём дворцовых, пока взрослые заняты на балу.

— Ты же помнишь, что я хочу захватить Егора Михайловича?

— Да-да, он уже подходил, — Пётр встал и прошёлся взад вперёд. — Ваня, я там в твоём учебном кабинете положил книжки, иди почитай перед балом. Бал в 19-00 начинается.

Мой секретарь сделал несколько нервных кругов по кабинету и спешно вышел.

— Куда это он? — спросил я, будучи в помещении один.

— Полагаю в алтарный зал, — предположил появившийся Бориска.

— Проводишь меня в учебный кабинет? А то я без понятия, где он, — попросил я искина. — Ты что-то знаешь про предстоящий бал? Там только Раковы будут?

— Там будут Раковы не только эти, но и другие, — усмехнулся Бориска и добавил: — Ещё более дальние родственники. Часть уже начала съезжаться, бродят по дворцу, общаются.

Мы вышли в холл с экранами, имитирующие картины. Я остановился перед изображением императора за столом. На диване сидел Александр, а Пётр нервно ходил взад-вперёд.

— Ты же можешь его спросить? Пусть расскажет! Ты же видишь, что с Иваном что-то не так?

— Я спрашивал, — процедил сквозь зубы император. — Он меня послал.

— Матом? — хохотнул Александр.

— Сказал, что в интересах рода мне лучше не знать, — буркнул Михаил III.

— И как же?

— Петя, тебе что больше всех надо? — вызверился император.

Мой секретарь махнул рукой и вышел. Мой ли?

— Что это с ним? — поинтересовался Александр.

— Мальчик подключил ему ещё одну стихию. Он теперь трехстихийный, — мрачно сообщил Михаил Михайлович.

— И как ты собираешься всё это объяснять? Многие дети поменяли стихию, несколько взрослых помолодело, двое на старости лет стали трёхстихийными, — озадаченно поинтересовался начальник СБ.

— Как? Как? Попали под магический удар во время операции возле башни, — хмуро буркнул император.

— Так туда все тогда бросятся! — Александр даже вскочил на ноги. — Все захотят себе третью стихию.

— Ну, так у нас и погибшие есть. Трое, — безучастно добавил император. — Молодых, подающих надежды не стало. И ты, и правда, проверь Савелия, наш он или со стороны чей-то. Даже не знаю, что тогда делать с трёхстихийником, если он будет не наш, — расстроился император.

— Протестируем на нём яд на фужере, — воодушевился Александр.

Я даже отпрянул от картины. Хтонь.

Глава 15

Малый кабинет был заботливо оборудован для комфортной учёбы. Кроме пуфика на мягком ковре и добротного большого стола кто-то добрый поставил мне четыре узких стеллажа по годам учёбы в Академии наследников со всеми основными и дополнительными учебниками. На них так и было написано и расставлено всё по уму.

На столе я нашёл тонкую книжицу «Дуэльный кодекс», рядом лежал толмут по юриспруденции «Права и обязанности цесаревича, царевича и великого князя». А ещё на столе нашлось расписание занятий для третьего курса, и мой номер группы.

В дверь постучали, и в проёме появился Корней. Я приветливо махнул рукой.

— Ты не знаешь, что такое группа номер 33? Их что так много? — вовремя он пришёл, я искренне обрадовался парню.

По тому как мой повар ориентировался в кабинете я сделал вывод, что он участвовал в его обустройстве. Мой новоявленный наставник поведал мне несколько странную систему обозначений учебных групп. 33 — обозначала третий курс и три стихии. 31 — это с одной стихией, а 32 — с двумя.

— Но 32-я группа будет очень большая? — не понял я сути разделения.

— Ну да, будет тогда 32 «А» и 32 «Б». Да там всего-то на одном курсе человек сто. Это ж Академия для избранных, — Корней, кажется, с удовольствием вспоминал времена учёбы, было приятно смотреть, как он сиял энтузиазмом.

— А почему такое странное расписание?

— А что не так? — мой товарищ завертел в руках листком. — Всё нормально.

— Почему выходные во вторник и четверг? В субботу какой-то выезд, а в воскресенье светский приём? — я ткнул пальцем в бумажку.

— Аа-а, понял, о чём ты, — продолжал улыбаться Корней. — Так Академия наследников готовит глав родов. Поэтому каждое воскресенье ты обязан посещать светский приём, а по субботам вас будут возить по разным городам на производства. Ну это… Знакомить с прогрессивными технологиями. А вторник и четверг — это не выходные. Это твои дни для ведения бизнес-проекта.

— Чего?

— Ну так, когда наследник поступает на первый курс, род выделяет ему бизнес, который он должен вести, — посмотрел на непонятливого меня радостный Корней. — Потом он по нему отчитывается перед куратором группы, чтобы он прибыль приносил и всё такое. Да тебе должны были ещё в мае выделить что-то. Где-то здесь были бумаги.

Корней принялся рыться на столе и вскоре извлёк какой-то листок. Прочитав его, он нахмурился.

— Что там?

Я выдернул приказ из рук посмурневшего парня. За подписью императора. Газета «Сплетница». Ну да, ну да… На столе лежало задрипанное нечто. Я брезгливо развернул газету, которая была отпечатала на самой низкокачественной бумаге, какую только можно было себе представить. От того, что она была цветная выглядело всё только хуже. По верхнему краю шла красная надпись — раздаётся бесплатно.

— Как можно заработать на том, что раздаётся бесплатно? — возмущенно спросил я.

Я посмотрел на дату. Где-то неделю назад, когда ремонт делали, тогда и подложили к приказу. На первой странице красовался тогда ещё невысокий маяк. «Куда пропала магия или что скрывает император?»

— Корней, а у нас цензура есть? — я показал на провокационный заголовок.

— Это ж жёлтая пресса, кому она нужна? Да и кто её читает? Ой, — он понял, что только что не добавил мне энтузиазма.

Я пробежался по первому абзацу:

«Раковы раскопали магию пришельцев. Упавший неделю назад на полуостров метеорит оказался космической башней пришельцев. Чтобы трансформировать Землю под пригодный для инопланетян климат, башня излучает мягкий манящий свет, которому особенно подвержены психически нестабильные люди.

Царевич Иван отправился ночью на полуостров и активировал маяк. Магический сигнал, отправленный в космос был такой силы, что на несколько дней на всей планете пропала мана.

Процесс терраформирования был запущен, и скоро на Рыбинском водохранилище появится непроходимый лес».

Я ошалело перелистнул страницу. «Расследование теракта. Куда привёл след розового чемодана?» На фотографии виднелся трап самолёта с улыбающимися бывшими императрицами. Среди многочисленного багажа выделялся большой розовый чемодан.

«Кто отправил императриц полетать? Как сообщалось ранее великие княгини никогда не покидали дворца и, если куда и выезжали, то только вместе с императором. Что или кто вынудило их сорваться на отдых? Кому было выгодно убрать всех соперниц разом? И почему на поварской конкурс пригласили глав речных родов? Что на самом деле выбирали на конкурсе: поваров или невест?»

Ниже была другая заметка с фотографией помолодевшего императора с глуповатым выражением лица. «Кому повезёт стать матерью 13-го императора?»

«Предыдущий император Михаил II обзавёлся наследником в возрасте 187 лет. Наследник Ивана Грозного родился, когда отцу было 234 года. Михаилу III сейчас 190, и он прошёл через омоложение, чтобы завести новое здоровое потомство.

Последние несколько отпрысков получились неудачными. Царевич — художник, которому плевать на всё, кроме себя. А последние двое вышли настолько слабыми, что их стыдно показывать людям. Неудивительно, что Михаил Михайлович прибег к крайним методам омоложения, накрыв на несколько дней куполом дворец. Именно тогда пропали Дымовы. Читайте секрет пропажи целого рода в следующем номере».

На соседней странице красовалась мечтательная физиономия моей матушки. «Брак по любви или по расчету? Зачем рожать слабосилка?» Я даже читать не стал, приеду в редакцию и лично придушу весь писательский состав.

На следующем развороте на меня смотрела улыбающаяся начальница полиции Марина Волкова в откровенном купальнике. «Полиция больше нечего не скрывает».

— Это вообще законно? Вряд ли они у неё разрешение спрашивали.

— Не знаю, Вань, — Корней растерянно развел руками.

— Боря, — позвал я, и рядом со мной появился искин, с интересом разглядывающий Марину. — Изучи, пожалуйста, законы, которые нам пригодятся в связи с этим, — я брезгливо ткнул пальцем в газету.

Я уже хотел было отбросить газетёнку в сторону, но лист с Мариной скользнул вниз, открывая ещё один заголовок. «Эдуард Ванилович — молодой, да ранний».

«Редакции удалось раздобыть достоверную информацию о загадочной личности главного судьи императорского конкурса поваров. Экстравагантный молодой человек неженат и родовит. Старший брат Ивана Грозного получил в управление Финский залив, и один из его потомков увлёкся кулинарией, построив по всему побережью сеть рыбных ресторанов „Выкуси“, — под заметкой была физиономия бледного черноволосого парня, облизывающего большой палец. — Эдуард использовал свой фирменный знак для оценки конкурсантов».

После беглого прочтения газеты мне захотелось хорошенько помыться. Я отбросил её на стол. На последней страничке были анонсы предстоящих светских раутов. Рубрика называлась «Кто кого пригласил». Жирным шрифтом выделялся подзаголовок: «Раки сползаются на главный остров империи».

Не откладывая проблему в долгий ящик, я подхватил гадетёнку, приказ и отправился к императору.

В приёмной сидели какие-то люди, но я даже не посмотрел в их сторону, открыл дверь и шагнул внутрь. У Михаила III были посетители: пожилая чета с подростком. Я обозначил кивок и подошёл к отцу. Положил на стол газету и его приказ.

— Не смешно, — прокомментировал я.

Брови императора поползли вверх, но он быстро взял себя в руки, прочитал приказ, ехидно улыбнулся и протянул мне планшет.

— Разблокируй.

Я развернулся и вышел. Быстро добрался до своей гостиной, игнорируя встречных Раковых, и завалился на диван. Подошедший Корней посмотрел на меня и всё понял.

— А кто её вообще читает? Может всё не так плохо? — он попытался подбодрить меня.

Хороший вопрос! Ну ничего! Война, так война! Я кипел от возмущения.

— Боря, — передо мной появился ухмыляющийся искин, — узнай, будь добр, как распространяется газета, и как к ней относятся люди. Кстати, ты не знаешь, что обо мне говорят съезжающиеся гости? — я раздражённо махнул рукой. — В том же духе?

На противоположной стене зажёгся большой экран. В императорском кабинете пожилая чета с увлечением рассматривала разворот.

— Передал газету в управление младшему царевичу, — на полном серьёзе заявил батя. — Развлекается, мальчик.

Пожилой мужчина с интересом рассматривал полуобнажённую Марину Волкову. Супруга недовольно молчала, как и правильно воспитанный отпрыск.

— А его не привлекут? Вряд ли журналисты утруждали себя получением дозволения, — забеспокоился чужой мне человек.

— Это не Волкова. У них всё схвачено. Окажется, что это девушка, похожая на Марину, — хохотнул император.

Картинка сменилась на большую дамскую комнату. Корней возмущенно запыхтел. Полуодетые дамы всех возрастов и комплекций готовились к балу.

— Девочки, кто-нибудь уже видел царевича? — спросила молодая роскошная женщина, сидящая перед зеркалом в распахнутом халате. Служанка ей укладывала волосы.

— Да какая разница, как он выглядит, — фыркнула немолодая аристократка. Она полулежала в кресле, её лицо, шея и грудь были обмазаны чем-то зелёным. — Правда, Леночка? Подойдёшь и познакомишься! Мы дальние родственники, нам уже можно кровь мешать.

— Ба! — возмутилась миловидная девушка, подкладывающая под грудь какие-то вставки. — Он же юродивый! Не хочу замуж за идиота!

— Чтоб ты понимала, девочка, — другая обмазанная аристократка вздохнула с соседнего кресла. — Самый удобный муж — идиот. А тут тебе и деньги и власть. Жаль мои ещё маловаты.

Корней даже встал спиной к экрану, чтобы не смотреть.

— Мой Андрюша бредит потешным полком. Как хорошо, что его закрыли, — тонким противным голосом посетовала женщина, натирающая седые волосы каким-то гелем. Они уже торчали в разные стороны, как у ведьмы.

— Я бы не была так уверена, — засомневалась прямая, как палка дама с ледяным взглядом. — Вы Елизавету Дмитриевну видели?

— Эта с тесаком? — хихикнула девушка, заплетающая ледяной хитрую косу.

— Зря смеешься, Галенька, — остудила молодую старуха. — Я видела, как она им орудует. Будь с ней по-вежливей.

Картинка сменилась. Вместо дам появились кавалеры в большой гостиной. Одни гоняли шары, другие за соседним столом перекидывались в покер.

— Господа, — обратился к присутствующим молодой старик, выглядывающий в окно, — вам не кажется эта полоса препятствий странной?

— Великовата разве что, — высказался подошедший полноватый мужчина. — Для деток подошло бы что-то помельче и попроще.

Вообще, я заметил, что Раковы следили за собой, и не только женщины. Подтянутые, спортивные, собранные. Откровенных толстяков не было.

— Я не про это, — отмахнулся глазастый старичок. — Посмотрите, как двигаются подвижные препятствия.

Сразу несколько мужчин подошли к окнам, а игра в покер приостановилась.

— Согласен, слишком хаотично, — подтвердил высокий широкоплечий мужчина в клетчатой жилетке. Он натирал киль от бильярда мелом. — Вон тот истукан, — он ткнул палкой, — видите, резко поменял направление движения.

— Они как будто живые, — задумчиво пробормотал невысокий мужчина в классическом чёрном костюме.

Кстати, и с ростом у Раковых проблем не было, поэтому этот мужчина выделялся на общем фоне.

— Я слышал, что полоса препятствий сделана по эскизу Ивана-царевича, — добавил он.

— Что за больная фантазия! — пренебрежительно фыркнул высохший старичок.

— А по-моему очень грамотный подход, — явно военный родственник перерисовывал себе мою полосу в блокнот. — Вот смотрите, первое препятствие на равновесие? Но без хорошо проработанных мышц пресса, его не пройти.

— А кочки? — заинтересовался молодой парень, стоящий рядом и снимающий всё на телефон. — Прокачка ног? Там тоже баланс нужен.

— В кочках другая фишка, — с другой стороны ответил мужчина в серой рубашке и чёрных джинсах. — Я уже давно за ними наблюдаю. В них нет системы, они пропадают случайным образом. Для ног да, отличная прокачка, но основная задача другая. Развитие чуйки на опасность. Вон смотрите, наши дети, которые только приехали, не могут пройти дальше, а местные, практически не падают в грязь.

— Магия? — спросил снимающий на телефон.

— Причём очень сложная, — согласился военный с блокнотом. — Она подстраивается под ребёнка. А что, Сеня, не хочешь размяться перед баллом?

Половина Раковых шумно направилась к выходу. Бориска приблизил играющих в покер мужчин.

— Что вы думаете про Ивана Михайловича? — нейтральным голосом поинтересовался мужчина собирающий флэш. Камера заглядывала из-за спины, и лица его видно не было.

— Я пасс, — тщательно причёсанный мужчина сбросил карты. — Если вспомнить с чего началось… — он обвёл присутствующих провокационным взглядом.

— Мальчик хотел сбежать, — защёлкал пальцами мужчина справа. — Похоже, что его много лет держали взаперти. Значит, он либо дурак, которого стыдно показать людям, либо гений, — он скептически усмехнулся.

— Дураку не дарят потешный полк, — возрази сосед и предложил вскрываться. — Да и полосу препятствий вы видели. А ещё ему отдали целый этаж. Я полагаю, что он жил все свои 15 лет, как в тюрьме, и его оберегали, как величайшую ценность. Он подрос и взбрыкнул, и теперь Михаил Михайлович ударился в другую крайность — вседозволенность.

— Крайность — это избивать ребёнка! — возмутился собравший флэш. Его побил умник справа своим стрит-флэшем. — Не удивительно, что он сбежал. Второй раз вполне успешно. Все видели эту шумиху в городе, после которой Волкова сняли. Где это видано, чтобы император выкупал царевича у бандитов? Приехал бы спецназ, но нет… Ваня слишком ценный мальчик, чтобы так рисковать.

— Даже если Михаилу III удалось вырастить гения, зачем он его запирал? Он же вырос затворником. Представляете, каким шоком должен быть для ребёнка этот балл? Столько народу, — покачал головой сдающий карты.

— В Академии наследников ему будет не легче, — сокрушённо покачал головой победитель прошлой раздачи. — Я слышал, как настроены некоторые рода, которые понесли убытки в результате отключения магии. Они же мальчика винят! Император мог бы и не говорить, что ребёнок замешан. Жаль пацана.

Экран погас. Я посмотрел на часы.

— Поесть бы, — попросил я.

— Так на приёме столы будут, — удивился Корней.

— У меня другие планы. Я есть не буду.

Корней убежал готовить, зато появился усталый, но довольный Гаврила.

— Вот! — он протянул мне объёмистый конверт.

Внутри оказались документы на имя Ивана Гавриловича Васнецова. Документы на зачисление меня в группу 31 Академии наследников. Сертификат, подтверждающий стихию Земли. Регистрация меня, как индивидуального предпринимателя, разрешение на преподавание воинского искусства для детей и взрослых. Сертификат от главы рода Васнецовых и ещё какая-то видимо разрешающая хрень для ведения собственного бизнеса.

Я крепко обнял Гаврилу.

— Спасибо, друг.

— Я подумал, что тебя как Васнецова в лицо знают, а царевича пока нет, — он незаметно смахнул слезу. — Ты уже выбрал линию поведения?

— Есть пара идей…

Мы перешли в гардеробную, где я встал перед большим зеркалом.

— Боря, во что будет одет император?

Рядом с зеркалом появился Бориска. Он крутанулся и принял вид Михаила III. Слегка старомодный синий кафтан с золотой вышивкой вдоль бортов. Манжеты шёлковой рубашки выглядывают, демонстрируя золотые запонки. Герб на груди вышит красными нитями и имитирует настоящего рака. Простые синие брюки и старомодные кожаные туфли с вдавленным узором.

Я полностью повторил наряд отца, потом подумал и заменил красную вышивку на привычный золотой герб. А золотые запонки сделал в виде красных детских раков. С туфлями я тоже решил, что перебор, и ограничился простыми ботинками.

Волосы были тщательно разделены на идеальный пробор и собраны в хвост. В дополнение к образу создал игрушечного плюшевого рака, потрёпанного, с выпученными от испуга глазами и оборванным усом. На груди у рака красовался золотой выцветший герб рода. Я прижал игрушку к груди.

В комнату зашёл Корней с подносом, поставил еду на небольшой столик и придирчиво осмотрел образ.

— Чего-то не хватает, — обратился он к Гавриле.

— Добавь синяки на запястьях, — предложил Васнецов. — И тебе бы соглядатого за спиной. Призрака.

Бориска превратился в голограмму Владимира Красное слово с мобильным телефоном.

— Зачем же так? — возмутился появившийся в гардеробной призрак Владимира Ивановича. — Я и сам могу изобразить роль надсмотрщика.

Глава 16

В тронный зал, где проходил торжественный ежегодный приём, собиравший всех Раковых, я проник под скрытом и встал позади императора. Я держался за его спиной, делая вид, что прячусь от всех таким образом. Призрак Владимира Красное слово маячил рядом, добросовестно изображая моего надзирателя, который делает вид, что не надзирает, а сопровождает. Ему вообще было приятно вновь оказаться на балу. Он приветливо улыбался всем шарахающимся от него родственникам.

Я вел себя замкнуто, прижимал к груди игрушку и прятался за императора, не поднимая глаз. Благодаря призраку скоро почти все меня заметили, кроме самого Михаила III.

Очередные родственники подошли к нему, чтобы засвидетельствовать своё почтение. Они тщательно старались не смотреть в мою сторону, чтобы не пугать бедного мальчика. Синяки на запястьях хорошо дополняли образ забитого несчастного ребёнка, которого терроризирует деспот отец.

Осталось убедить окружающих, что я всё-таки гений, а не дурачок. И случай скоро представился.

К Михаилу III подошёл отец с сыном, у которого плохо получалось не пялиться императору за спину. Среди дальних родственников тоже были те, кому требовалось пройти инициализацию. И отец парня просил главу рода Раковых, чтобы процедуру провёл я. Слух об очень мягкой и безболезненной инициализации успел распространиться.

Многие в зале следили за тем, согласится император или нет. 17-ти летних подростков в зале хватало. Я уже просканировал их, и были они посильнее местных дарований. А значит, придворцовая молодёжь конкретно зажралась. К тому же эти были скромнее и вели себя достойно.

Я не понимал, почему дальних Раковых отлучили от Алтаря. Наоборот, это бы сделало род сильнее.

— Михаил Семёнович, я бы попросил Ванюшу провести для вас инициализацию, но его здесь нет, — с отчётливым раздражением заявил император. Похоже, батенька строил на счет меня какие-то свои планы на этот приём. И моё отсутствие их рушило.

— Так вот же он, — отец паренька показал Михаилу III за спину. Я помню эту парочку. Отец перерисовывал мою полосу препятствий в блокнот, а сын снимал всё на телефон.

Император резко развернулся и встретился с улыбающимся призраком Владимира Ивановича взглядом. Я прятался за прозрачной фигурой и испуганно смотрел на отца. Папенька завёлся, правильно расценив неоднозначные взгляды, то и дело кидаемые старшим поколением в его сторону.

Косясь на императора в поисках одобрения, я приблизился к просителям. Всё так же глядя на отца, я коснулся груди парня. Малыши добавили спецэффекты.

Ветер сделал вокруг подростка пару оборотов, взлохматив волосы и приведя одежду в лёгкий беспорядок. Ему в грудь с разлёта врезались четыре шара, а наружу выскочили только два. Парень удивлённо поднял ладони. Над правой рукой появился шар Воздуха, а над левой — Воды. Раковы дружно ахнули. Подошедший призрак пригладил волосы парня и похлопал его по плечу.

Я вернулся к Михаилу III и посмотрел на него щенячьим взглядом. Было видно, как он судорожно просчитывает ситуацию. Он поднял руку, и я весь сжался в ожидании удара. Он скривился и неохотно погладил меня по зализанным волосам.

— Молодец, Ванюша, но надо было спуститься в алтарную залу.

Когда он начал хвалить меня, моё лицо осветилось счастьем, но к концу фразы потухло. Плечи опустились вниз, голова упала на грудь. Я всхлипнул. Поскольку смотрел я в пол, то отчётливо видел, как отец сжал и разжал кулаки от ярости.

Я стоял поникшим истуканом. Надо мной возвышался призрак Владимира Красное слово, который ласково поглаживал меня по спине. Меня все больше беспокоило то, что призраки взаимодействуют с материальным миром на столь высоком уровне. Кажется, я вложил в Алтарь то, что там не должно быть. Но сейчас было не время и не место для прояснения ситуации.

Нас окружали родственники, жаждущие чуда. Подростки утащили инициированного в свой круг и стали расспрашивать об ощущениях. Отдельно стояла дворцовая молодёжь и надменно поглядывала на других Раковых. Кирилл злопыхал в мою сторону особенно сильно, и я попросил Драко отвесить ему подзатыльник.

— Возможно ли, Ваше Императорское Величество, чтобы царевич Иван провёл инициализацию остальным детям? — вперёд вышел пожилой мужчина, который сидел в кабинете, когда я приносил газету.

Михаил III накрыл нас непрозрачным куполом и больно ухватил меня за плечо.

— Что за цирк ты устроил? — он с силой тряхнул меня и заметил, что купола больше нет, и все смотрят в нашу сторону.

Я стоял перед разгневанным отцом, плотно сжимая губы и силясь не заплакать. Он снова накрыл нас полусферой и положил на неё руку, чтобы контролировать её наличие.

— Ваня, — произнёс он спокойным тоном, — если проводить инициализацию, то давай вернём стихиям ворованную у них магию?

— Ты что? Скажешь им правду? — я неверяще уставился на отца.

— Нет, конечно, — возмутился батенька, — план такой. Спускаемся в алтарный зал, где ты проводишь инициализацию. Потом сажаем всех от 17 и до 35 на корабль и плывём в сторону башни. Если ты помнишь, то на водохранилище полно судов, будут свидетелями. Когда мы подплывём, ты заберёшь неродные стихии. При этом те, которые прошли недавнюю инициализацию останутся в порядке, что опять же пойдёт нам на пользу, — император заговорщически подмигнул. — Мы вернём стихиям ворованную магию и подтвердим слухи, что к полуострову приближаться опасно.

— А как ты сделаешь так, что на корабль сядут нужные возраста? — я с любопытством уставился на отца, забыв скорчить рожу. Батя ловко сбросил купол, предоставляя родственникам доказательство того, что мы нормально общаемся.

Ладно, один-один, я испуганно оглянулся на любопытную толпу.

— Раковы от 17 и до 35 лет могут поприсутствовать на инициализации, пройдёмте в алтарный зал, — император усилил голос. — Остальные, прошу развлекайтесь! — он дал знак музыкантам.

Нам вслед заиграл мелодичный вальс. Михаил III мягко приобнял меня за плечи и повёл на выход. Я сгорбился и прижал к себе плюшевого рака. На этот раз это была обычная игрушка. Я побоялся, что кто-то из магов почует воплощённые стихии, если моего рака будут изображать они.

В алтарной зале император величественно взгромоздился на алтарь. Владимир Иванович, видя, что я продолжаю трястись от страха, взял инициативу на себя и попросил всех 17-летних выстроиться вокруг алтаря. Их было около 30-ти. Я прошёлся вдоль строя по очереди прикладывая руку груди, а малыши развлекались спецэффектами.

Парень, который сидел вместе с четой у императора, когда я пришёл с газетой, сделался трехстихийным магом, прибавляя мне дополнительные очки. А одна из девушек стала обладательницей двух стихий.

Уже через полчаса император предложил отметить событие прогулкой по водохранилищу. Мы загрузились на пафосный императорский паром и двинулись в сторону полуострова. Гвардейцы на катерах расчищали путь. Выезд императора вызвал оживление среди стоявших на якоре кораблей. Интересно, что они все здесь делают?

Небоскрёб мягко светился в темноте. При нашем приближении мэллорн радостно выпустил лианы. Я заметил, как на фоне небоскрёба мелькнул питон. Значит, дети Раковых уже сбежали. Император подтолкнул меня, мол самое время.

Мы со стихиями договорились, что они произведут отлучение максимально мягко. Нужно не просто забрать стихию, но ещё и подчистить её присутствие, а это может сделать только Рыжик. Я ощущал исходящую от него неуверенность и предложил провернуть первое изъятие вместе. У ближайшего ко мне парня неродной была Земля. Мы с Земелей и Рыжиком объединились, я страховал. Земеля опустошал стихийно окрашенную ману из источника и каналов.

Подросток болезненно вскрикнул и схватился за грудь, когда с лёгким чпоком последняя окрашенная землёй мана покинула его. Огонь не был ему близок, и когда Рыжик наполнил источник и каналы, то парень упал от болезненного спазма. Я предложил сразу провести приживление родной стихии, состояние источника позволяло это сделать.

Ошарашенный парень встал и раскрыл ладонь. У него в руке лежал шар Воздуха.

Там и тут начали падать люди. Это привлекло внимание на других судах, и корабли спешно разрывали дистанцию.

Кто-то корчился от боли, у других чистка проходила легче. Нетронутых были единицы, это были те, кому повезло с выбором стихии, или малыши посчитали их слишком старыми и побоялись нечаянно убить. Они тут же приживляли новую стихию, дальние родственники намного легче переносили изъятие магии. Я ещё раз поразился лени придворцовых жителей и недальновидности императора. Ему надо было контролировать подрастающее поколение, а не пускать всё на самотёк.

Император принялся втирать дичь, что безопасный радиус вокруг башни уменьшился, лианы подросли, а свечение усилилось. Но Раковы, конечно, во всём разберутся. Я набросил на себя скрыт. Давно собирался проведать своих магических калек.

Потешный остров было видно, хотя между нами дрейфовали суда. Я подумал и создал скейт. Запрыгнул на него и полетел в нужную сторону.

Маги во главе с Саввой из Мышкина ждали меня на берегу. Почуяли приближение. Теперь, когда я провёл трансформацию, они наводились на меня на большем расстоянии. Может природа таким образом подсказывает им, где лекарство?

Я сел на песок и погрузился в транс. Маги повторили позу. Савва обучал их медитации, молодец. Драко уже пробежался по острову и сообщил, что люди голодают. Гвардейцы ничего им не оставили. Паром больше не ходил. Маги скинулись на лодку и перевозили новых людей сами. А народ всё пребывал.

Я просканировал ближайших. Всё та же безрадостная картина. Искорёженные, закупоренные каналы, бесформенные или рваные источники, несчастные лица.

Я испугался, что здесь где-то шпионы других родов и попросил малышей поискать кого-нибудь странного, кто бы выделялся либо правильным источником, либо подозрительными эмоциями.

Пяток нашёлся, и Драко, не особо церемонясь притащил всех и сбросил передо мной на песок.

Одной из шпионок оказалась спасённая нами из мира Нейра девушка. Она смотрела на меня враждебно, в руке у неё был зажат нож, а на спине висел самодельный лук.

— Кто ты и что здесь делаешь? — я обратился к ней на языке её родного мира, чем сразу сбил у девушке воинственный настрой.

Марина оказалась выживальщицей из самого разгара апокалипсиса. Я проживал воспоминания того периода и прекрасно понимал, через что её пришлось пройти. Захотелось обнять её и утешить. Я аккуратно подошёл к раскрыл объятья, неловко улыбнулся. Ну да, ну да… выглядело это так себе. Прилизанный малолетний царевич с облезлой игрушкой, на которого облизываются магические калеки. Вот и девушка посмотрела на меня, как на идиота, и без какого-либо почтения спросила, знаю ли я, как она здесь очутилась.

— Тебя заморозили после смерти в качестве резервного фонда человечества и случайно перебросили в другой мир, — ёмко ответил я, заставив девушку открыть от удивления рот. — Почему ты здесь? — я красноречиво повёл рукой, указывая на пустынный остров.

— Этим людям нужна помощь, — недоуменно ответила девушка. Кажется, я знаю, как она погибла, когда весь привычный мир разрушился. По доброте душевной.

Ещё пять человек, которых притащил Драко, оказались неодарёнными. Это были учителя. Можно только позавидовать их упорству. Только за это мужество я был обязан их взять. Женщина средних лет была математичкой. Немного помоложе преподавала русский язык.

Я поинтересовался, как же они бросили свои семьи. На что получил честный ответ, что обе надеются перетащить семьи вслед за собой. Я сразу согласился, потому что людей не хватало катастрофически.

Пожилой мужчина назвался учителем истории. Он, наверное, фанатик, я тут же чутка подлечил его. Испугался, что в таких условиях он долго не протянет. Его пожилая супруга была покрепче и преподавала картографию.

Самым интересным оказался молодой парень, учитель начальных классов. Вот он-то зачем сюда попёрся? Я так его и спросил.

Оказалось, что он какой-то там победитель чего-то, и это ему позвонил царевич Михаил. Преподавать в императорской школе — это не только имя, но и талантливые дети, решил он и уволился. А что? При его-то титулах его везде возьмут.

— Боря, — тихо позвал я.

Бориска появился, но выглядел так себе. Порванная одежда, чумазый, растрёпанный.

— Что? Всё так плохо? — я начал озираться.

— Ща-а, — он почесал голову. — Жучков многовато. Гвардейцы оставили, на живца ловят, он кивнул в сторону магов.

Я дико разозлился и самопроизвольно воспламенился. И как оказалось маги знали, что этот огонь — их спасение. Ближайшие сразу дотронулись до меня, загорелись и упали на песок, безмолвно корчась от боли.

— Нужно перевести учителей, — попросил я.

— Уже вызвал флаер, — Бориска кивнул в сторону неба.

На посадку действительно заходил тёмный продолговатый аппарат. Мини-автобус. Я предложил учителям загружаться, Марина сама разберётся, что ей делать. Увидев атрибут своего времени, она оживилась. Подошла и провела по корпусу флаера рукой.

Я же отправился по берегу, поджигая сотни магических калек. Драко прислал образ, как это выглядит со стороны. Как будто на острове одновременно разошли сотни костров.

Когда я поджёг всех, то сел на песок и задумался. Рядом плюхнулась Марина.

— Что с ними? — участливо спросила она.

— У них искорёжены источники, и этот огонь их лечит, — по-простому объяснил я. — Вот только, когда они очнутся, то дико захотят есть. А еды нет.

— Давай попросим у кораблей, — предложила выживальщица, и я оглядел суда новым взглядом.

Я создал новый скейт, плавающий и летающий одновременно, и заскользил по воде в сторону ближайшего судна. Поспешно набросил на себя скрыт. Высадился на палубу сухогруза и прилепил скейт к спине на невидимых силовых линиях. Раскинул восприятие и отправился искать капитана. Обеспокоенный мужчина на капитанском мостике больше всего подходил. Я встал рядом и уставился в ту же сторону.

— Что там? — спросил я.

— Потешный остров горит, — обеспокоенно ответил мужчина и резко обернулся в мою сторону.

— А, нее, — я небрежно отмахнулся. — Этот огонь не опасен. К утру половина погаснет. Наверное, — я почесал затылок. — А вы зачем здесь?

Я уставился на немолодого капитана в потрёпанной форме, который ошарашенно оглядывал мои зализанные волосы, потрёпанную игрушку и герб на груди.

— Дд-дымовы того, Ваше Высочество… И мы это… того… З-заключать контракт н-на поставку, — выложил он, как есть.

— А в трюмах что? — я с интересом посмотрел на капитана.

— П-продукты, Иван Михайлович, хозтовары и разное, — он сделал круговой жест вокруг головы. — Во дворце должно всё закончиться.

Вот ведь засада, вряд ли глава гильдии воров будет заниматься заключением договоров. А батюшка так и не озаботился назначением нового управляющего.

— Боря, — снова позвал я.

Бориска выглядел совсем плохо. Под глазом красовался фингал, и рука, кажется, была сломана.

Я молча уставился на него, неужели всё настолько плохо?

— Да не-е, — отмахнулся искин. — Взрывчатку я обезвредил, а машиниста связал. Остальное по мелочам.

— Позвольте, убиенный Борис, — заволновался капитан. — Какая взрывчатка? Что с машинистом?

— Взрывчатка была под днищем, там подлодки подводных установили. Они ж никуда не делись, так и остались, — как маленькому принялся объяснять искин. — Ну я её на месте оставил, чтобы думали, что у них всё под контролем. А машинист залил разбавленное масло в двигатель, его ваши соседи подкупили. Так что вы пока не заводитесь. Я ребятам сказал, они сейчас масло поменяют.

Капитан сел и захлопал себя по карманам.

— Боря, мне бы сюда того торговца, Хеллиос, кажется. Организуешь?

— Ага, — он кивнул, достал из кармана телефон и протянул капитану. — Прослушку снял, вирусы удалил, жена изменяет с Серёжкой, пароль от банка советую поменять.

Бедный мужчина взял телефон и уставился в то место, где только что была голограмма Бориски.

— Иван Грозный, — тихо позвал я, и мои худшие опасения подтвердились, потому что призрак возник мгновенно и сурово уставился на капитана. Я бросил на мужчину чутка регенерации, а то как-то слишком много потрясений для пяти минут.

Глава 17

Сдал меня капитан. Когда над водохранилищем стали летать голубые вертолёты с гербом, матросы подали сигнал. Но я почти всё успел.

Назначил Хеллиоса управляющим дворца и башни. Изначально я хотел сделать из него директора собственного медицинского центра, чтобы он продавал услуги омоложения за неприличные деньги. Но вряд ли император позволит, для него это прям-таки больная тема. Поэтому решил закрыть им брешь управляющего. Приставил к нему Ивана Грозного и отправил заключать договора с новыми поставщиками. Иван Грозный для веса, ну я-то понимаю, что он из другого мира и с местными реалиями не знаком, и призрак его просветит, если надо. Выдал ему в качестве транспорта свой скейт и вложил навык воздушно-водного сёрфинга. Пусть для начала прошвырнётся по судам, не знаю, сколько тут ещё подобных этому капитану…

Ушлый космический торгаш сразу предложил создать императорский торговый дом и в том числе продавать там плюшевых раков. По этому поводу я его послал к Кате, с которой, как оказалось, он успел познакомиться.

Договорился с капитаном, что они накормят моих оголодавших магов, когда те перестанут гореть. Хеллиос замотивировал людей, пообещав, что те суда, которые примут участие в кормлении, он посетит в первую очередь.

И я даже успел познакомить императора с его новым управляющим дворца, прежде чем отец подхватил меня за шкирку и посадил в вертолёт. Хеллиосу он задал только один вопрос — из какого тот рода. И ответ его полностью устроил.

Я только не успел пообщаться с Саввой, хотел показать ему упражнения на магическую концентрацию. Надо бы к ним заскочить завтра, чтобы поговорить с людьми и определиться на счет магической школы. У меня появился вариант для начала поставить в качестве учителей самих стихий. Им же тоже надо учиться заново взаимодействовать с людьми? Почему не попробовать на бывших калеках? Они все взрослые люди, в отличии от детей способны к более сложным манипуляциям.

Дома отец ласково отвёл меня в комнату, вокруг ходило много сочувствующих мне Раковых, и вежливо попросил, чтобы из своей комнаты я не выходил. Караулом около дверей он не ограничился. Под окнами тоже дежурили гвардейцы. Вряд ли такое поведение добавило ему очков среди гостящих родственников. Все всё поняли. Ваня опять пытался сбежать, потому что отец деспот его достал.

Ждавшие меня поздний ужин и Корней порадовали вкусностями. Новостей было много. От банальных, что Раковы просятся в Академию наследников, до нетривиальных, что мелкие отпрыски сорвали бал, когда ворвались в приёмный зал и с рёвом стали жаловаться родителям, что гадкая Лиза сбежала в потешный полк, а их не взяла.

Утром эпопея с полком продолжилась. Под окнами развернулся длинный плакат: «Ваня! Возьми нас в полк!» Они откуда-то раздобыли палатки и установили их перед полосой препятствий. Правда, по словам Гаврилы, устанавливали не сами, а с помощью старших братьев. Подростков всё-таки решили взять в Академию наследников, и жить они будут при дворце. Меня это жутко расстроило. Неужели и этих испортят Кирилл и ему подобные?

Дети мне не нравились. В смысле мелкие… Все же вчера видели Ванюшу, несчастного забитого ребёнка-гения, нервного и испуганного. Если под окнами такого царевича устроить вот это вот всё, то нервный срыв тому обеспечен. Им же было плевать, они думали только о себе.

Одними плакатами они не ограничились, еще и скандировали:

— Ваня! Ваня! Полк! Полк!

Вообще вокруг полосы препятствия было людно. И большие и маленькие пытались пройти её. Я видел даже женщин в обтягивающих лосинах. Мне тоже хотелось попробовать свои силы после трансформации тела, но там сейчас было слишком много лишних глаз. Может мне переодеться?

— Гаврила!

Через секунду рядом появился Васнецов.

— Под кого можно замаскироваться? Хочу потренироваться.

Матёрый убийца озадаченно почесал голову.

— Разве что под гвардейца, но будет подозрительно, что он там делает один… — он задумчиво рассматривал Раковых. — О! Скажи, что тебя послал царевич! Кто пройдёт полосу дальше тебя, того Иван примет в полк!

Я воссоздал на себе форму гвардейца, серые штаны и китель. Волосы спрятал под бандану. Когда я вышел к охраняющим меня ребятам, те не сразу меня узнали.

— Идём на тренировочную площадку, и не палите меня, — я строго посмотрел на молодых ребят. — Ведите себя так, как будто я один из вас.

Около тренировочной площадки нас нагнал Гаврила, он тоже переоделся. Ну да, ну да… Он-то ещё не пробовал.

Мы встали неподалёку и стали смотреть, как Раковы штурмуют полосу. Большинство мелких не могло взять первое препятствие — крутящееся бревно. Единицы проходили кочки. Крутящихся истуканов не прошёл пока никто. И я в прошлый раз на них застопорился. А ведь дальше шёл плюющийся огонь! Очень хотелось его попробовать. Перед ним правда был узкий переход, который временами исчезал, и нужно было перепрыгивать на новый участок. А потом маятниковые блоки разной толщины и траектории. В конце же был отличный стихийный тренажёр, который можно было пройти лишь развив магическую чуйку. Я переминался с ноги на ногу от нетерпения.

— Что же бы застыли, молодые люди? — подначивал Михаил Семёнович, подтянутый военный, который уже перерисовал мою полосу в свой блокнот. Он-таки наслаждался, падая каждый раз лицом в грязь.

К нам подтянулись и другие гвардейцы, которые до этого дежурили около моих окон.

— Царевич сказал, что если кто-то пройдёт дальше, чем вон он, — Гаврила ткнул в меня пальцем, — то он возьмёт его в полк.

Я попросил Рыжика, если кто, и правда, пройдёт дальше меня, нарисовать у него клешню краба на футболке.

— Ну давай, парень, задери планку!

Наконец, все разошлись, уступив мне дорогу. Я наполнился предвкушением, но первым делом успокоил разум и отключил эмоции. Вдох, выдох. Ощущения обострились. Воздух стал очень плотным. Взгляд замечал малейшие детали.

Я легко пробежал бревно, перепрыгнул по кочкам до крутящихся истуканов. Палки, заменяющие руки были на разных уровнях и пути между ними не существовало, можно было только использовать их, как временные опоры. Мозг просчитал маршрут за секунду, а я уже летел на первую точку. Это было слишком просто. Я попросил малышей подкрутить сложность.

Капля подморозила узкий переход, превратив его в лёд, но я просто скользнул по нему и в прыжке приземлился на продолжение маршрута.

Тогда Земеля решил усложнить маятник, внезапно выращивая на блоках пики. Это уже интересно! Когда столкновение в грязь казалось неизбежным, я ухватился за выращенный штырь и оттолкнулся от него. Земеля так возмутился, что тут же обломил пику, и я потерял точку опоры. Хтонь! Я опять не добрался до плюющего огня.

Кто-то протянул мне руку и помог подняться. Я поблагодарил и посмотрел на не отпускающего захват отца.

— Ваше Императорское Величество, — я низко поклонился.

— Молодец, парень, — он наконец разжал руку.

Михаил III встал в начало полосы, хм. Когда он с лёгкостью прошёл истуканов, я заподозрил, что он тут по ночам тренировался. Ну не бывает так вот с первого раза. Я скользнул в транс и понял, в чём дело. Батя активно использовал магию, жухло. Ну и стихии особо не жестили с ним, как со мной. Плюющий огонь он тоже прошёл, хотя и казалось, что еле-еле справился. А вот магическая чуйка оказалась развита запредельно. Не ожидал. Кажется, я понимаю, почему он настаивал вернуть стихиям ворованную магию. Он ощущал диссонанс. Я посмотрел на отца с уважением, а Раковы зааплодировали. Когда он вернулся ко мне, на груди у него красовалась клешня рака. Может не заметит?

— Вон у импелатола клесня! — крикнул самый мелкий засранец, и батя оттянул футболку, чтобы посмотреть. Он хитро улыбнулся… Ох, чую, и вылезет мне эта клешня боком.

— Идёмте, — он махнул сразу всем гвардейцам, чтобы не палить меня. — Пусть молодёжь и дальше развлекается.

В кабинете императора сидел Савелий. Я вопросительно посмотрел на отца. Неужели генная экспертиза подтвердила, что он не Раков? Михаил III мрачно кивнул.

— А от меня-то ты чего хочешь? — я подошёл к холодильнику и заглянул внутрь. Достал яблочный сок и орешки.

— И мне, — попросил отец. — Так он просится под твою руку.

Михаил III открыл банку и аппетитно захрустел, потом выразительно посмотрел на стакан с соком. Я мысленно попросил Каплю структурировать жидкость.

Значит, парень боится, что его убьют… Ну да, ну да… Самый простой выход из ситуации, нет парня, нет проблемы.

— Савелий, ты узнал, кто твой настоящий отец? — я расположился в кресле напротив и уставился на бледного пацана.

— Мать клянётся, что не изменяла, — промямлил Савелий и покраснел, как рак.

— Ну ты же понимаешь, что рано или поздно к тебе придёт отец или глава другого рода и скажет, что ты такой весь замечательный, а они только узнали, что у них есть сын, внук… — я замолчал. — Вот ты уверен, что не переметнёшься в другой род?

— Отец со мной уже не разговаривает, — с обидой в голосе заявил Савелий. И я его понимал, парень родителей не выбирал.

— А мне ты зачем?

Пусть он сам лично мне ничего плохого не сделал, но он никогда не вступался за Ваню, когда его клевали другие подростки. Значит, молча одобрял. Ну или ему было плевать.

— Я трёхстихийник, — нашёл он аргумент.

— Ты очень слаб, — я мягко улыбнулся. — Даже если считать, что система воспитания у Раковых хромает, то даже на таких исходных данных ты должен был вырасти в разы сильнее. А значит, Савелий, ты ни хрена не делал.

Я уперся взглядом в парня. Вот честно вообще не хотелось впрягаться. Если дворцовым выродкам так легко удалось его убедить, что Ванюша недостойный слабосилок, то им как флигелем можно вертеть во все стороны. А зачем мне такой ненадёжный человек? Да и вообще — «я трёхстихийник» — не лучший аргумент.

— Докажи свою полезность, Савелий, мне или роду, — я безразлично пожал плечами.

К парню подошёл стоявший у дверей Захар и пригласил на выход.

— Что скажешь? — обратился ко мне отец.

— Я думаю, что надо быть конченной дурой, чтобы завести ребёнка на стороне в императорском роду, — я выразительно посмотрел на батю. — А значит, это всё было сделано специально, я даже думаю, что подобрали любовника так, чтобы гены были хорошие, и чтобы мы от него не отказались. Если ты сейчас от него отвернёшься, то только убедишь его перейти на чужую сторону.

Да что говорить, Савелий даже выглядел, как Раков! Цвет волос, глаз, прямой нос и подбородок.

Отец стоял ко мне спиной и разглядывал корабли на водохранилище, потом обернулся к Захару.

— Проси следующих.

В кабинет зашли отец с сыном. Те самые, которые сидели тут в прошлый раз, когда я ворвался с газетой. Они поклонились императору и мне. Я вопросительно уставился на папеньку, но тот показал на вошедших.

— Меня зовут Кирилл Петрович, а моего сына Толей, — они не смели садиться, а это намёк на то, что я не просто царевич, а наследник.

Я пролистал занятную книженцию, которую мне оставил Пётр. У цесаревича было очень много прав, почти как у императора. Да, фактически, оспорить его приказ мог только сам император. Цесаревича никто не имел право вызвать на дуэль, его могли за это казнить. И отмазки типа «я не знал» тут не работали. Вот и сидеть в присутствии наследника дозволялось только с его разрешения.

— Кто это? — я обратился к императору, делая вид, что не понимаю их замешательства.

Михаил III приканчивал вторую пачку сока, Капля всё это время структурировала жидкость для него.

— Операторы связи, компания «Рыбнет», — безучастно бросил отец.

— Боря.

Появился прилизанный искин в футболке с гербом и клешнёй рака. Приколист.

— Что скажешь про Рыбнет?

Голографический мальчик подошёл к стоящим мужчинам и ткнул Кирилл Петровича в нагрудный карман.

— Программное обеспечение повышенной защиты поставили только себе. Даже у императора такого нет, — он укоризненно посмотрел на просителей. — Собирают маркетинговую статистику, геолокацию, грамотно структурированный аналитический отдел. Разделяют данные, чтобы у исполнителей не было полной картины. Умные, продуманные, сами подселяют вирусы и подключают прослушку. Отличный вариант для СБ, вместо этого, — Бориска крутанул пренебрежительно рукой на миг высвечивая портрет Александра.

— Прошу прощения, Боря, но если начальником СБ станет директор компании связи, то все всё поймут, — снисходительно заметил Кирилл Петрович. — Мы плотно сотрудничаем с СБ. А телефон у Михаила III не защищён, чтобы отслеживать злоумышленников.

— Принимается, — Бориска кивнул и растворился.

— От меня вы чего хотите? — сухо поинтересовался я. Батенька забавлялся тем, что они стоят, а я делаю вид, что не понимаю причины.

— Возьмите Толю в ублюдскую школу, — мужчина не заставил уговаривать себя.

— Её нет, — печально вздохнул я. — Возникли проблемы.

— Какие? — впервые подал голос Анатолий Кириллович.

— Прежде чем учить простолюдин, их нужно вылечить, — и я снова тяжело вздохнул.

— Неужели всё так плохо? — усомнился хозяин Рыбнет.

Я кивнул.

— Лечение, реабилитация, потом азы. Это совсем не то, чему учат в Академии магии, — я посмотрел на мужчину. — Хотя, конечно, я не знаю, чему там учат три года или сколько там…

— Пожалуйста, не отказывайте мне, Ваше Высочество, — попросил Коля, что позволило мне убедиться, что желание его личное, а не его отца.

Я перевёл взгляд на отца.

— Трёхстихийник, — высказал он своё мнение.

— Это не так важно, — я пожал плечами. — Важно качество, а не количество.

— Ты его смотрел, и как тебе качество? — аккуратно спросил император.

— В разы лучше чем у придворцовых выродков, — я сплюнул на ковёр. — Но зря ты их вместе поселил. Испортишь неплохих ребят.

— Так оставайся, зачем тебе общежитие? Повлияй на подрастающее поколение! — предложил император.

Вот молодец! Он заварил эту кашу, а мне разгребать. Я встал и отправился к выходу. Толя бросился мне наперерез и перегородил дорогу. Вот это было очень дерзко, если верить той же книженции, особенно если они знают, что я цесаревич.

— Я пригожусь, — он твёрдо посмотрел мне в глаза.

— Чем? — я наклонил голову на бок. Что он может мне такого предложить, что я не смогу отказаться?

— Я буду за тебя всю домашку делать! — выпалил парень.

Батя за моей спиной весело рассмеялся.

— Бери, Ваня, бери! Ты же учиться не собираешься, — он снова заржал, как конь.

— И как я объясню дружбу с одним из Раковых? — я вопросительно уставился на отца.

— Ну во-первых, там Раковых будет, ууу, и не только Раковых. Во-вторых, ты можешь сменить ему имя, его ж никто не знает, — продолжил ржать батя.

— Сына ведущей компании связи никто не знает? — усомнился я.

— Он задрот, — вставил нелестный комментарий Кирилл Петрович.

Ну тогда да, может сработать.

— Хорошо, пусть сменит имя и заселяет в общее общежитие нас двоих, — я похлопал парня по плечу и вышел.

Я думал, что у меня ещё два дня, но Гаврила напомнил, что раз я еду, как Васнецов, то ехать из дворца мне не стоит.

Академия наследников располагалась вместе с другими тремя академиями на ближайшем к Рыбинску полуострове. У всех учебных заведений были общие полигоны и спортивная арена. Это было сделано специально, чтобы подростки налаживали связи. В Академии наследников учились только мальчики, ведь женщина не могла стать главой рода. В противовес им на полуострове был Институт благородных девиц. Академия магии — где собственно и учились маги, три года, а не как у наследников — два. Не-е… Наследники учились всего четыре года. Первый два без магии и потом ещё два с магией.

Ну и четвёртой была Академия умников, где учились неодарённые талантливые дети. Учится тут считалось очень престижно. Многие рода сначала отправляли детей к умникам, а потом к магам. Мне ещё только предстояло разобраться во всей этой системе.

Для наследников на полуострове было два варианта размещения. Среди своих и в общем общежитии. Гаврила советовал мне заселиться туда. Мол, ты же едешь не учиться, а там ты сможешь расширить круг общения. И по всему получалось, что сегодня у меня последний день во дворце.

Я резко развернулся и набросил на себя скрыт. Нужно познакомиться с ублюдками.

Глава 18

Что, что-то не так, я понял ещё на подлёте. Меня не встречал Савва из Мышкина, а калеки на меня не наводились. Я не увидел ни одного. Малыши паниковали, на острове не было маны. Я создал облезлого рака, чтобы им было всё видно и слышно. И сменил гвардейскую одежду на защитный комплект из потешного полка.

В глаза бросался горящий маг, лежащий лицом вниз на берегу. Задницей чуя ловушку, я спрыгнул со скейта рядом с телом и огляделся. Восприятие никого не находило. Вообще. Зато в округе были раскиданы артефакты, которые всасывали в себя ману. Они обедняли манофон, но надолго ни одного вместилища не хватит. Так что достаточно потянуть время. Я успокаивающе погладил рака и подошёл к телу несчастного. Потянул за плечо и перевернул.

Мне в грудь упёрся ствол. Прогремел выстрел. Из источника начала вытягиваться мана.

На меня смотрел и улыбался явный аристократ.

— Ну вот, Саня, а ты говорил, не придёт, — с ехидцей проговорил он. — Придёт проверить своих ублюдков. Да? Ваше Высочество?

Кто-то сзади ударил меня по голове, отключился я не сразу.

— Рака берём?

— От него маной фонит, там наверное следилки. Не трогай его! Быстро! Быстро! Грузим!

Очнулся я, привязанный к чему-то вертикально, растянутый за руки и за ноги, как бабочка. Мутным взглядом я увидел какого-то мужика в белом халате. Хтонь!

— Глаза! Закройте ему глаза! — истерично завизжал доктор.

Кто-то накинул на голову тряпку, закрывая обзор.

— Вы мне обещали, что он меня не увидит! Мы так не договаривались!

Ему никто не ответил, видимо из тех же соображений, чтобы не палить свой голос. Подготовились гады. Кроме того, мы находились на корабле, нас качало.

— Боря?

Кто-то хмыкнул, но промолчал. Бориска не появился. Я раскинул восприятие и почувствовал укол.

Когда я очнулся в следующий раз, то ощутил, что меня крепко зафиксировали, даже пальцы не двигались. На глазах была повязка. Я попробовал войти в транс, сознание ускользало. Меня, похоже, пичкали наркотой, скоты.

— Он скоро высохнет, как мумия, — жаловался тот же доктор. — У него бешеная регенерация. Я подключил две капельницы, но вы по-скорей решайте свои вопросы. Недели у вас нет.

Следующее пробуждение было приятным, у меня брали семя. Тьма меня забери! Меня, похоже, не собираются оставлять в живых. Хтонь-хтонь-хтонь! Надо выбираться! Я всё ещё не мог воспользоваться магией, и у меня не получалось войти хоть в какой-то транс. Хуже то, что мне становилось всё равно.

В свое следующее пробуждения я оказался привязанным к стулу. Голова плыла, взгляд не фокусировался. От шеи тянулся шланг с белёсой жидкостью. Напротив меня стоял мужчина в черном глухом балахоне в белой безликой маске на лице.

— Вы самоубийцы? — через долгую минуту я смог выдавить из себя.

— И кто же будет тебя искать? — произнёс он изменённым голосом. — Отец, которому ты нужен только как носитель уникальной магии? Которому было на тебя плевать все 15 лет твоей жизни? Он даже не заявил о твоей пропаже, подменил тебя куклой. Ну найдёт он тебя? Вместо этой темницы ты получишь другую.

Мы больше не плыли, а находились на суше. И маны по-прежнему не было. За спиной похитителя зажёгся экран.

Император толкал приветственную речь на сцене среди прочих важных аристократов. Судя по толпе подростков — Академия наследников. Рядом с ним стоял царевич Иван. Испуганный 15-ти летний подросток в стандартной школьной форме. Перед изображением появилась фигура диктора.

— Младший царевич, появление которого все так ждали, прибыл вместе с родителем в первый учебный день в Академию наследников. Чуда не случилось, затворнический образ жизни не пошёл ребёнку на пользу. Иван Михайлович шарахается от любых попыток наладить отношения.

На следующем кадре подростки обступили лже-царевича, он же стоял, вцепившись в рюкзак с гербом рака. Эмоций не было, меня хорошо обкололи, где-то там глубоко внутри мелькнула злоба и затихла.

— Твои друзья уверены, что ты в Академии и искать тебя не будут, Ваня Вансецов, — спокойно заявил похититель.

На экране показался школьный двор, наполненные подростками всё в той же уродливой форме. Ваня Васнецов непринуждённо общался с Михаилом Карповым и Максимом Горбуновым. Снимал кто-то на телефон издалека, и звука не было.

— У меня к тебе предложение, — мягко начал изменённый голос. Я безразлично отметил, что всё же убивать меня не будут. — Ты становишься главой моего рода, моим сыном. Получаешь в своё распоряжение все ресурсы: деньги, людей, земли. Живи, как хочешь! Делай, что хочешь! Единственное условие, не мстить нам за то, что мы освободили тебя от императорского рабства.

Голова не соображала, и мне потребовалось время, чтобы до меня дошёл смысл слов.

— Что с моими людьми? — я с трудом оформил мысль.

— Какими? — похоже тип действительно не понял.

— Маги… ублюдки… на острове… где? Они? — сознание медленно прояснялось, и первый вопрос, который возник у меня в голове, зачем было подменять меня в Академии дважды?

— Мы их не трогали, просто воспользовались ситуацией, когда они все сели на корабль на обед, — возмутился изменённый голос. — Мы же не звери! А тебя мы вынуждены держать в таком виде. Ты слишком силён, ты бы меня даже слушать не стал.

— Кто ты?

— Я твой друг. Если пообещаешь не нападать и не убегать, я тебя развяжу, — он подошёл ближе.

Я уронил подбородок на грудь в знак согласия.

Мужчина принялся развязывать меня. Он достал нож и перерезал верёвки по одной. Они меня и держали на стуле вертикально, поэтому я съехал вниз и повалился на пол. Похититель аккуратно поддержал меня в последний момент. Тело меня не слушалось, он бережно взял меня на руки и отнёс на мягкую кровать.

— Покажи лицо, — меня хватило на два слова.

Он накрыл меня тёплым одеялом и отступил назад. После этого снял безликую белую маску. Хтонь! Я знал его.

Милен Налимович Подводный, глава рода собственной персоной.

— Я могу отключить поглотители маны? — мягко спросил он.

Я кивнул.

— Ты ослаб, Ваня, — с искренней заботой произнёс человек, чьего наследника я убил лично. — Поешь немного ухи.

В комнату вошла милая девушка в синем платье и белом фартуке. На плече лежала тяжёлая русая коса. По манере поведения я понял, что она аристократка. Дочь скорее всего, есть некоторое фамильное сходство. Она наклонилась, куда-то нажала и кровать стала принимать полулежащее положение. Девушка смущёно улыбнулась, села на край и принялась кормить меня. С каждой новой ложкой ко мне возвращались силы. А ещё я почувствовал, как стала появляться мана.

— Милен Налимович, — в комнату вбежал молодой парень в тельняшке, он был сильно напуган, — там это, — он судорожно сглотнул, — вам это надо видеть.

Глава рода Подводных посмотрел на меня и предложил:

— Выведи сюда на экран, что случилось. У меня нет секретов от будущего главы рода и моего сына, Ивана Миленовича.

Экран снова зажёгся. Хто-онь. Мы на дне океана! Белокаменный дворец, вокруг которого город, и всё это накрыто куполом. И вот в этот купол с остервенением бьётся Капля. Да, она просто в бешенстве! Не знаю, как там на поверхности, но тут вода накатами врезается в прозрачную сферу. Толпа людей на улице в ужасе смотрит наверх.

— Капля, — позвал я слабым голосом.

У меня над ложкой возникла маленькая, но очень злая капля воды. Кормившая меня девушка от неожиданности уронила ложку, но Капля осталась висеть в воздухе и вибрировать от возмущения.

— Подожди пока, — я отправил ей любовь и благодарность. — Подожди, разберёмся.

На экране океан тут же успокоился, а Подводный в благоговейном ужасе уставился на меня. Девушка с недоверием переводила взгляд с меня на каплю и обратно. Не поверила.

Когда я съел две миски ухи, мне принесли рыбу с картошкой и водорослями. Мана в комнате восстановилась полностью, и на одеяле появился возмущённый плюшевый рак. Искусственный мех был длиннее обычного и агрессивно топорщился. Я попросил девушку положить мою руку поверх игрушки. Тело всё ещё меня не слушалось. Она непринуждённо потискала мягкую игрушку и положила мне под руку.

Глава рода Подводных отослал Машу и принялся кормить меня сам.

— Вряд ли ты меня когда-нибудь простишь, Ваня, — он горестно вздохнул. — Я готов заплатить жизнью, чтобы ты возглавил род. Мы ушли жить под воду, чтобы восстановить равновесие.

Наркотики всё ещё циркулировали в крови, и адекватно реагировать я не мог. Я ел и слушал. Капля принялась за очищение крови, а Земеля подчищал клетки. Драко выправлял нервную систему, которой досталось от наркотиков. Не знаю, сколько меня держали в таком состоянии, судя по количеству повреждений неделю точно, если не больше. Сознание неохотно прояснялось.

— Учёные и философы пришли к заключению, что в мире существует дисбаланс стихий. Три положительно заряженные и одна отрицательно. Нам сложно понять является ли такой перекос нормой или отклонением. Мы решили попробовать, — он продолжал аккуратно кормить меня. — Когда мы поселились в водной среде, то взаимодействие со стихией Воды улучшилось. Статистика у нас не большая, всего-то пять сотен лет, но в целом динамика землетрясений пошла на спад. Стало больше рождаться людей с приверженностью к стихии Воды.

— А как же гены? — во мне начало пробуждаться любопытство.

— Это не строгое правило, Ванюша, — он ласково погладил меня по голове, и движение показалось искреннем. Сидящий на кровати мужчина сначала похитил меня, пичкал наркотой, а теперь жалел. — К тому же, кроме родителей есть же и бабушки, дедушки, так что прямая наследственность выглядит глупо, согласись, — он слегка улыбнулся.

В комнате появился рассерженный Бориска.

— Милен Налимович, — к нам снова ворвался парень в тельняшке, — там это, взлом системы.

— Так ты не призрак? — дружелюбно улыбнулся Подводный.

Голограмма проигнорировала главу рода, прозрачный мальчик подошёл ко мне и приложил руку к груди. Я ощутил очень сложное техномагическое сканирование.

— Обезвоживание, истощение, наркотическое отравление, психическая травма, — зло констатировал искин. — Вам это с рук не сойдёт!

— Я готов заплатить. Ему, — он ткнул пальцем в меня, — но не вам, Борис.

— Через десять минут сюда прибудет флаер с медицинским оборудованием, и вам лучше его пропустить по-хорошему, — процедил Бориска.

— По-хорошему, — пробасил плюшевый рак, и Милен Налимович вздрогнул.

— Боря, я хочу посмотреть подводный город, пожалуйста, — я умоляюще посмотрел на искина. С него станется забросить меня в капсулу и увезти в башню. А я бы задержался, изучил тут всё. Мне вот интересно, как у них происходит циркуляция и очищение воздуха в замкнутом пространстве.

Бориска сверкнул злым взглядом на главу рода Подводных и исчез.

— Так ты знаешь древний ритуал? — Милен Налимович воодушевился. В комнату вернулась девушка и принесла на подносе чай с плюшками. — Машенька, представляешь? Ванечка знает ритуал!

— Правда? — Мария Миленовна зарделась.

— Какой?

— Как же? Убивший наследника, если нет других достойных в роду, принимает на себя обязательства. А мои младшие опозорились, — он наигранно вздохнул. — Ты же помнишь? Оба улетели с Потешного острова. Один поленился посуду за собой убрать, а второго на девке с голым задом застукали. Стыд какой! А Машеньке восемнадцать, она готова стать твоей половинкой и ввести в род.

Я с подозрением посмотрел на главу рода. Что-то со спермой пошло не так? И он решил меня женить?

Чай был на каких-то интересных травах, и я спросил что это. Оказалось, опять водоросли. По моей просьбе мне принесли образцы. В мышцах до сих пор была слабость, и это наводило на мысль, что сделано это специально. Пришлось снова просить положить мне под язык щепотку.

Я скользнул в транс и, наконец-то, это получилось сделать. Я принялся тщательно обследовать своё тело. Хтонь! А зачем они брали у меня спинной мозг? Я почувствовал неладное и открыл глаза. Маша меня старательно одевала в какие-то синие одежды с гербом рода.

Милен Налимович посадил меня в инвалидное кресло, положил на колени плюшевого рака, и они повезли меня смотреть город. В подвал. По словам главы рода там была карта океанического дна. Мы были в Бискайском заливе.

В центре зала на пьедестале действительно была виртуальная карта.

— А можно сделать крупнее? — у города была интересная архитектура. Округлые дома, круговое построение улиц, они даже кусты выстригали в форме сферы, хтонь.

— Какую часть покрупнее? — Маша взяла мою руку.

— Площадь перед дворцом торговая? — мне показались интересными лавки, я бы прогулялся. Денег правда опять нет.

Маша потянула мою руку к площади, и вдруг ладонь снизу что-то проткнуло, да так сильно, что не только меня, но и девушку. На виртуальную карту закапала кровь.

— Алтарь приветствует наследника рода Подводных и его избранницу! — громыхнуло многоголосье саданув по мозгам. Хтонь.

Я вопросительно посмотрел на главу рода.

— Алтарная комната не должна была меня пропустить внутрь, я не той крови, — прокомментировал я заявление Алтаря.

— Уже нет. Я внедрил тебе в спинной мозг свои гены. Ты мой сын! — он гордо выпятил грудь, а потом крепко обнял. Я до сих пор не мог шевелить конечностями. — И я буду хорошим отцом! Лучшим!

Я ошарашенно смотрел на старичка. Он сошёл с ума? Фанатик.

— Как ты смотришь на то, чтобы вернуться в Академию наследников в качестве наследника рода Подводных? — он задорно подмигнул. — Представь лицо императора. И он даже сказать ничего не сможет, сам же подставных выставил, даже вместо Васнецова.

Выходили мы из алтарного зала в другую сторону. И когда помпезные двери отворились, меня оглушили голоса:

— Слава наследнику!

— Приветствуем наследника и его избранницу!

— Слава Подводному! Слава!

— Улу! Улу! Улууу! — толпа взревела в едином крике.

Одеты мужчины и женщины были в белые одежды, похожие на простыни, перекинутые через плечо. На груди у многих был вышит золотом тот самый невнятный герб, который красовался на подлодках. Три волны.

Первыми меня приветствовали опозоренные братья Адриан и Камил. Они искренне улыбались, вот уж чего я от них не ожидал. Во-первых, я убил их старшего брата и наследника рода. Во-вторых, обоих с позором вышвырнул с острова. Они по очереди обняли меня и поздравили.

Меня везли в инвалидном кресле по площади, и радостные люди подбрасывали над нами белые лепестки. Я почувствовал движение плюша в руках и с изумлением обнаружил вместо рака большую синюю каплю с белой макушкой, отображающей пену. Остальные малыши не возражали, им нравилось, что все эти люди искренне любят меня. Капля транслировала чувства. Я обернулся на главу рода Подводных. Тот сразу подошёл и при обнял.

— Всё будет хорошо сынок, всё будет хорошо, — он махнул кому-то, и к нам вышел мужчина в старомодном синем костюме с гербом волны. Я узнал его. Это он притворялся горящим на потешном острове. — Это Вова, наш лучший боец и тактик. Ты не возражаешь, если он побудет в роли твоего секретаря?

Я с интересом рассматривал мужчину. Средних лет, холёный, наглый, нечёсаные волосы собраны в небрежный хвост, на губах весёлая усмешка. Я кивнул, и Милен Налимович положил мне на колени небольшой рюкзак с гербом.

— Ваня, тут все необходимое для молодого человека вдали от дома: мобильный телефон, планшет, банковская карта, немного наличными. Ещё я положил магические накопители, вдруг понадобятся. В них можно плетения вкладывать. И там жемчуг попробуй. Очень интересный эффект получается. В общем, разберёшься, — он потрепал меня по волосам и снова обнял.

Следующей подошла Маша, покраснела и поцеловала в губы. Толпа зашлась в экстазе.

— Жди, я скоро приеду, — шепнула она на ухо, и опять зарделась. Водница, я просканировал девушку. Очень качественно выращенная энергетическая сеть. Может это от давления воды?

Толпа расступилась и мы подъехали к припаркованному по среди площади флаеру. Подбежавший мальчишка ловко нарисовал на нём герб рода Подводных. Прилетевшие люди этого не видели, они в шоке рассматривали меня в инвалидном кресле с гербом рода Подводных на груди. Они никак не ожидали, что наследник, которого приветствует толпа — это я.

Михаил III в футболке с клешнёй рака за пару секунд три раза поменял цвет лица. Его волосы начали дымиться, а над головой сверкать молнии.

Глава 19

Я сидел в инвалидном кресле в одежде с гербом рода Подводных и с удивлением смотрел на императора. Как ему удалось попасть на флаер, который стартовал из башни? А потом взгляд упал на клешню на футболке. Я сам выдал ему пропуск.

Интересно, когда меня начали искать? Хотя, о чём я? Стихии видели похищение. Вопрос, к кому они ринулись за помощью?

Первой опомнилась Мора.

— Ваня! Как ты? — она обняла меня и запустила сканирование. — Какое странное онемение, — она принялась ощупывать мою руку.

— Экстракт александриума остенфелдии, пройдёт через полчаса. У мальчика отличная регенерация, — глава рода ласково погладил меня по голове.

— Убери руки от моего сына! — император отмер и ринулся на Подводного.

— Это и мой сын, Михаил Михайлович, и мой, — Милен Налимович даже не шелохнулся, продолжая гладить меня.

Над нами появился большой непрозрачный купол, а император моментально оказался около инвалидного кресла.

— Что ты сделал с моим сыном, тварь? — он положил мне руку на грудь и принялся за сканирование. Он тоже ничего не нашёл, как и я. Очень хитрые водоросли, наверное, расслабляют тело до полного недвижения.

Подводный нагнулся и шепнул:

— Я тебе положил в рюкзак образцы, потом исследуешь, сынок, — он снова выпрямился, напоследок обняв меня. — После моей смерти он наследует род Подводных, Миша. Так что давай, убей меня, — старик театрально раскинул руки в стороны.

— Он тебе не родной, — скептически усмехнулся Михаил III.

— Теперь родной, — доброжелательно улыбнулся Милен Налимович. — Алтарь признал наследника.

— Как и алтарь рода Раковых, — мрачно заметил Михаил Михайлович. — Он тебе никто! — продолжил бессмысленный спор отец номер один.

— Сын любимой женщины, как же, Миша. Или ты забыл, как отобрал у меня ту, которая тебе самому была не нужна? — слова Подводного сквозили болью. — А потом убил и обвинил меня в её смерти! Ванюша — всё, что от неё осталось!

Старик Подводный набросился на юного императора с кулаками.

— Ты никогда его не любил! Ненужный сын от ненужной жены! Издевался над ним все 15 лет! Ты не достоин называться отцом!

Если до этого Михаил III, лишь уклонялся, то после последней фразы вмазал старику со всей силы. Я мысленно попросил стихии спасти главу рода, если что. Я обеспокоенно смотрел на неестественно лежащее тело, но Подводный не шевелился. Император проследил за моим взглядом и разозлился ещё больше.

Он сбросил рюкзак с моих колен на землю, всучил плюшевую Каплю Море и подхватил меня на руки. Попытавшегося шагнуть за мной следом Вову император отшвырнул магией.

Меня уложили в навороченную капсулу, не раздевая. Мора тут же запустила какую-то программу.

Когда я очнулся, крышка не спешила открываться. Со мной заговорил Бориска. Он решил ввести меня в курс дела. Искин предположил, что у Подводных меня дезинформировали, поэтому решил подробно рассказать и показать, всё, что было, пока меня искали, и я был на лечении.

Сам искин не сразу узнал, что что-то случилось. Он заметил, как в кабинете императора на столе появился плюшевый рак и завопил басом:

— Ваню похитили!

Батя тоже врубил громкость и заорал на весь дворец:

— Гаврилу к императору!

Тот ворвался в кабинет с обнажённым ножом. Рак бросился к нему:

— Ваню похитили!

Он забросал картинками обоих, как было дело. Батя узнал похитителей. Цепной пёс Подводных и второй его вечный напарник. Только куда меня дели? Стихии не могли меня найти. Раковы не видели подлодки. Тогда батя предложил стихиям вывести у него на карте в кабинете отображение кораблей, как они делали на Потешном острове. Кроме того вертолёты начали визуальный поиск.

В кабинете появился Бориска. По карте было видно, как подлодки быстро расплываются в разные стороны.

Искин предложил искать похитителей, а не меня. Но их тоже видно не было. Значит, они вместе со мной.

Встал вопрос, объявлять войну Подводным, вылавливая подряд все их подлодки, или дождаться требований от похитителей?

Доказательств не было. Да и вряд ли царевича похитили ради требований.

Искать нужно в любом случае, а значит следить за подлодками и кораблём Подводных, который тоже спешно покинул водохранилище.

Император вызвал главу полиции Марину Волкову и обрисовал ситуацию, попросив, чтобы она нашла предлог и обыскала основной корабль. Графиня Волкова исхитрилась, но обыск ничего не дал. Заодно она проверила все суда на водохранилище.

Выяснилось, что кроме таких, которые жаждали занять место Дымовых. Прибыли учёные исследователи от родов и институтов. Они варились в собственном соку и решили создать общую исследовательскую группу.

Стало понятно, что меня до 1-го сентября не найдут. Значит, либо заявлять о пропаже, не обвиняя никого конкретно, либо поставить на моё место двойника. Раньше так делали в целях безопасности, роль цесаревича играл подставной.

Голоса разделились. Марина предлагала выпустить двойника, как раздражающий фактор. Мол, вы похитили и ничего не добились. Ей не сказали, что универсала скорее порежут и разложат по колбам для опытов, нежели вернут.

Гаврила заявил, что Иван Михайлович сильно обидится на двойников. Император не хотел терять лицо. Именно поэтому двойников стало два. Заменили ещё и Васнецова. Меня это сильно задело. Получается, император от моей смерти не проигрывал. Да, не будет у него универсала, но он его и не заявлял.

На роль двойников выбирали похожих парней из дальних Раковых, а самим родственникам заявили, что Ванюша боится выходить на люди. И если царевича подменили успешно, то в Васнецовым возникли проблемы. Он должен не только быть похож, но и уметь драться. Поэтому в приоритет поставили боевые навыки. И уже в первую неделю его вызвали на несколько дуэлей.

Толя, который должен был для меня занять общежитие, двойника Васнецова к себе не пустил. Он предусмотрительно забронировал «плюс один» без указания фамилии и делал всю домашку по общим предметам в двойном экземпляре, ну и складывал в ящик.

Борис вместе со стихиями организовали поиск, потому что было понятно, что меня убьют. Например, через 9 месяцев, когда получат потомство. Это в лучшем случае. В худшем попытаются убить меня раньше, потому что не смогут долго держать тело в отключке, а когда я вырвусь из плена, то уничтожу похитителей. По заявлению Тёмного изначальные за счет регенерации и адаптации способны выбираться из немыслимых условий.

Сам хранитель рода Раковых и до этого боялся покидать башню, а теперь ни ногой. Если я опять пропаду, то у него больше шансов переместиться следом вместе с небоскрёбом. Он сильно переживал, что у него не получилась привязка, поэтому и осел на месте. Назначил себя на роль завхоза.

Тёмный принялся обучать стихии наводиться на Альфу в моём источнике. Правда, тут же возникли проблемы, поскольку отсутствовал образец — Изначальный.

Бориска срочно взламывал спутниковую связь и обучал стихии подмечать странности. Зоны без магии выглядели наиболее перспективно.

Вместе с Безымянным они на основе потешного полка и вылеченных калек сформировали группы, которые вылетали на флаерах во все подозрительные места.

Поисковые группы работали вместе с Волковой и полицией на местах. накрыли много разной незаконной чего-то там. Поэтому, когда от Бориски поступил сигнал об обнаружении Иван-царевича, в башне никого не оказалось. Кроме императора.

Батя переселился в медцентр сразу после выступления 1-го сентября. Он решил, что меня по-любому привезут в небоскрёб. Ну да, ну да… Конечно же, не имело значения то, что там работала Мора.

Вместе с помолодевшем управляющим Имперских Ванн главврач Мора пропускала детей из потешного полка через медицинские капсулы, подлечивали и разделяли на группы по уровням физподготовки. Кроме этого, они подлечивали бывших магических калек. Я им только выправил энергокаркас, а другие проблемы остались, и их было много.

Для младших классов запустили школу, собрав учителей из кого нашли. Были те, которых я отправил лично, кто-то пытался пробиться через полуостров. Мэллорн как-то их пропускал, даже не знаю, по какому принципу. А уже на входе они говорили Тёмному, кто такие и зачем пришли.

Приспособили учёных из Нейры, и некоторых вылеченных магов пустили на учителей, у них была нужная подготовка и желание. Мои маги пытались стать полезными, чтобы закрепиться. Мора и Берр загрузили нулевых магов элементарными упражнениями по контролю и медитациям.

Приехал Вова Подводный, но в Башню его не пустили. Тогда он сдал документы на моё зачисление в Академию, а сам устроился преподавателем. Он трёхстихийник без огня. По заверениям Бори, Вова один не ходит, а значит у него на подстраховки второй — Саня, который тоже где-то устроился неподалёку и собирает для него информацию.

Ну и в заключение искин огорошил меня тем, что для меня есть послание. На внутренней крышке капсулы зажёгся небольшой экран напротив лица. Я вздрогнул, потому что никак не ожидал увидеть дорогие мне лица: Вжик, Рег, Эдуард, Сим.

— Миг, хоть ты и был против, но мы сделали для тебя схрон в башне, — в глазах Сима была грусть, которую он прятал за улыбкой. — Ты, наверное, уже видел, что одна из маленьких башенок запечатана. Там несколько блоков, — он развернулся в сторону Вжика.

— Да, Миг, — искин радостно помахал мне рукой. — Не факт, что ты снова попадёшь в развитый мир на следующих этапах нулевого перехода. Поэтому схрон можно вскрыть четыре раза. Самая верхушка — это просто всё, что нужно для комфортного проживания. Твоё убежище, — одушевлённый искин повернулся к Эдуарду.

— Остальные три блока почти одинаковые, — широко улыбнулся мой брат. — Нижняя часть больше напичкана разными космическими штучками. Сможешь построить небольшой челнок, если понадобится.

— В каждом блоке медицинские капсулы, — встрял Вжик, — чтобы не заморачиваться с прокачкой тела, можно выставлять проводимость маны.

Хтонь! И где он был раньше… С другой стороны, у меня теперь есть продвинутый небоскрёб, и тело изначального помогло продержаться во время медицинских экспериментов.

— И мы сделали хранителя башни, — продолжил Регулус. — Рег 2.4 Мы вложили в него всё, что только можно от всех нас. Помню, как ты не любишь возиться со всем сам. Вжик подшаманил и сделал из башни сервер, так что, если что твой новый искин может и на околоземную орбиту выйти.

— Да-да, я помню, как сам с этим мучился, — добавил Вжик. — А за нас не волнуйся. Я пока останусь тут, пока дракончик Азур не подрастёт. Он скучает, говорит, что ты очень-очень далеко. Рег с Эдуардом улетают на твоей космической яхте, а Сим останется присмотреть за твоей дочкой. Ну и чтобы Нейра ещё чего не учудила, ты ей такую власть оставил, — искин неодобрительно покачал головой, а потом взбодрился. — Увидимся! Обязательно увидимся!

— Когда они делали эту запись, то ещё не знали, что с тобой случилось, — объяснил Бориска, когда экран погас. — Я тоже не в курсе, я переместился вместе с башней. Тёмный знает, но мне не говорит из вредности. Знаю только, что ты пропал и тебя искали два с лишним года, а потом небоскрёб исчез.

Боря помолчал, и вдруг выпалил:

— Сделай мне тело из медкапсулы, как для Вжика, пожалуйста, Иван! Такое, чтобы собиралось из микрочастиц. Если б у меня такое было, я бы тебя вмиг нашёл!

— Но ты же сказал, что Вжик так и не смог найти меня за два года? Значит, частички не помогли? Давай спросим у Тёмного, почему меня не нашли? Сможешь его сюда подключить?

Тёмный долго упирался, не хотел рассказывать. Что-то там втирал про нулевой переход, мол, раз я помер, не узнав причину, то так тому и быть. Нельзя вмешиваться в ход вещей. А вот этот вот схрон — это прям-таки невмешательство! Или книги, которые переходят из мира в мир? Да мне кажется, что вся это распланированная затея сплошное читерство.

В конце концов Тёмный рассказал, что Нейра устроила очень хитрую подмену капсул, и когда меня положили восстановиться, то положили в нужную ей, которую она и украла. А потом вместе со всеми меня старательно искала. Конечно, меня не могли найти! Она же знала обо всех телодвижениях.

Тёмный кристалл тоже захватили для опытов, он беспомощно висел в какой-то жидкости, и эта тварь пыталась скачать с него данные, как и с меня. Она же такая вся умная, ей нужны знания… Тварь! Ну и когда она полезла в запечатанную зону моего мозга, я взорвался.

Как же неприятно было узнать, что Нейра предала меня. Снова! И это после того, как мы настолько сблизились. Сливались душой и телом. Для меня это было по-настоящему… Я открыл ей себя… Настроение упало ниже плинтуса.

— Вот поэтому я и не рассказывал, балбес, — выругался Тёмный и отключился. Рванул ко мне, наверное…

— Вжик тебя не нашёл, потому что Нейра знала обо всех его передвижениях и заранее перемещала капсулу в другое место, — продолжил уговоры Боря. — Пожалуйста, Ваня. Ты не представляешь, какого это ощущать себя беспомощным.

— Давай ещё раз требования изложи, как у Вжика или ещё что-то нужно? — мрачно поинтересовался я, меня накрывала беспросветная тьма разочарования.

Боря пустился в пространственные объяснения, но я его почти не слышал. Она меня предала! СНОВА! Захотелось вернуться и стереть её с лица вселенной навсегда, чтобы даже воспоминания о ней растворились в крупинках времени. Боль от предательства ощущалась физически. Она тянула, завывала и злопыхала.

Шепот дурных мыслей закружил вокруг меня чёрный вихрь, вытягивая из души свет.

Ты дал ей тело, а она украла башню, обманом заставила подписать дарственную на земли!

Ей чуждо прекрасное, она безжалостно ободрала твою красавицу, сняв даже облицовку со стен и пола!

Ты заменил ей отца, а она пыталась лишить тебя родных и близких, рассказав им, что ты чужак в теле погибшего сына!

Она убила людей, которых вы спасали в капсулах, а потом прикончила ещё 120 миллионов!

И после этого ты пожалел несчастную заблудшую душу. Дал ей шанс на нормальное существование. Обеспечил защиту и подарил любовь.

И она предала тебя СНОВА! СНОВА! СНОВА! Боль разрывала меня изнутри на тысячи, миллионы бесполезных частиц. СНОВА!

Вдруг в грудь врезалось нечто и разрезало кожу до крови. Физическая боль кажется привела меня в чувство. Я тряхнул головой. Из разреза сочилась чёрная жидкость, но не стекала вниз, а уносилась вверх и становилась частью вихря. Я проводил кровавый след взглядом. Кровь ли это? Я завис в воздухе над небоскрёбом, а вокруг меня с бешеной скоростью кружился чёрный смерч из микрочастиц Бориски. Тёмный принял образ вороны с громадными крыльями. Он продолжал царапать грудь, расширяя рану. Сознание стало проясняться. Ворон яростно сверкнул глазами, и в них на миг мелькнули миллиарды нерождённых звёзд. Он распахнул крылья, заслоняя грозовые облака, потом обнял меня и завернул в тёплую и уютную тьму.

Тёмный вибрировал всем телом, передавая умиротворение и покой. Всё будет хорошо.

Не будет! Я стоял в бесконечной вселенной, в которой не было ни звёзд, ни комет, ни даже обломков. Пустота. Бездонная и всепоглощающая. Она смотрела на меня, выжигая остатки души и заполняя безразличием.

— ВА-НЯ! — откуда-то издалека донёсся тихий зов.

Кто такой Ваня? Я завидовал ему. У него кто-то есть, а у меня нет никого. Только эта тьма.

— ВА-НЯЯ! — голос стал ближе.

Тьма вокруг недовольно зашевелилась. Я ощутил её ворчание, и мне стало неудобно, что я побеспокоил великую сущность.

— ВАА-НЯЯ! — какой настырный, я даже стал симпатизировать неизвестному, у которого был Ваня.

Тьма заклубилась и выплюнула меня в реальность, как пробку из бутылки.

Я лежал где-то и смотрел в звёздное небо. Меня окружал мягкий домашний свет. Крыша небоскрёба, догадался я и сел. В воздухе кружили чёрные перья. Тёмный? Где он?

Глава 20

Я сидел на крыше небоскрёба и смотрел на кружащиеся вокруг меня чёрные перья. В мягком фосфорном свечении на фоне звёздного неба это выглядело даже красиво.

— Тёмный? — неуверенно позвал я.

— Ваня! — в меня врезался плачущий мальчуган лет десяти. — Я так испугался, что ты ушёл, — он крепко сжал меня, и я подивился его хватке. Какой знакомый голос, я машинально ответил на объятья. Это он звал меня там в пустоте. Я отправил мальчику волну благодарного тепла. Какая знакомая надстройка на энергоканалы… Я такую делал для Коли Хвастунова, чтобы подпитывать его витаминами.

Парень, наконец, разжал объятья и посмотрел на меня. Точно! Коля Хвастунов. Он хоть знает из какой бездны меня только что вытащил? Я благодарно погладил мальчишку по спине.

— Спасибо, — прошептал я, — ты помог мне вернуться. Спасибо.

Он, кажется, ничего не понял, но лицо осветило счастье. Он помог!

Вокруг нас закружило тёмное облако, оно разделилось на две части. Первая обволокла меня и сформировала простые чёрные штаны и рубашку. Из второй части постепенно собрался мрачный мальчик в точно такой же одежде. Он был болезненно бледным с тёмными мешками под глазами. Волосы растрёпаны, щека расцарапана, правая рука повисла.

— Боря? Что с тобой? — я подскочил на ноги и присел перед ним на корточки.

— Прости, Ваня, — он шмыгнул носом. На ощупь его тело было не отличить от настоящего. — Я разрушил твою башню, — он виновато посмотрел на меня.

Я огляделся и не заметил ничего странного. Всё же нормально? Боря снова шмыгнул носом и рядом с нами возникла голограмма небоскрёба.

На изображении было видно, что верхушка одной из малых башенок отсутствует, а с десяток верхних этажей частично разрушен.

— Никто не пострадал? — забеспокоился я.

— Нет, — из глаз Бориски потекли слёзы, — я не могу починить, как было, — заревел искин. — Она стала частью моего тела. А ещё, — я притянул его к себе, от чего тот разревелся ещё больше, — я чувствовал всё тоже, что и ты, ыыы, — его тело содрогнулось.

Хтонь! Он снёс своими частичками нерушимый материал небоскрёба! Тьма меня забери! Что за монстра я создал!

Я успокаивающе погладил Борю по спине. Проверил висящую руку. Пришлось подключить перевёрнутую Альфу, чтобы собрать её в нормальное состояние.

— Посмотрим, что можно сделать, — я мягко наглаживал одушевлённого искина. И откуда у него появилась душа, интересно, очень интересно…

— Не надо ничего делать, — Коля Хвастунов восхищённо рассматривал голограмму. Он двинул рукой и увеличил масштаб. Сломанный кусок стало хорошо видно. — Классно же! Там можно смотреть на закат.

— Это северная сторона, — буркнул Боря. Он успокоился и подошёл к голограмме.

— Правда? — не расстроился Коля. — Значит, будем встречать восход и смотреть на закат! А ещё с этой стороны мэллорн может играть с нами!

— Боря, ты не знаешь, где Тёмный? — забеспокоился я.

Облако чёрных частиц вмиг накрыло крышу и тут же пропало. Ну и скорость! Боря подошёл ко мне и вытащил у меня из-за спины чёрный кристалл. Он передал его мне в руки.

— Тёмный был прав, зря я просил его рассказать, что с тобой случилось, — Боря опять раскис. Хтонь, как же ему тяжело, обрел чувства, и сразу такая незадача. Надо помочь ему бросить якорь. Я посмотрел на радостного Колю, хм…

Я бережно убрал кристалл за пазуху и почувствовал лёгкую благодарную вибрацию.

— Коля, ты нам покажешь, как вы устроились? — я посмотрел на звёздное небо. — Или все спят? — вдруг забеспокоился я.

— Как же, уснёшь тут, — он нервно хохотнул, и крепко взял меня за руку. Я же приобнял Бориску, и мы отправились к ближайшей портальной арке.

Коля набрал 16, и мы вышли в огромный пустой тренировочный зал. Хтонь. На полу была какая-то разлиновка по цветным клеткам с номерами. Я присел и потрогал ногтем. Похоже эта разлиновка — моя фантазия. К тому же пол был тёплый, а само дерево намагичено. Я скользнул в транс и увидел сеть сложных плетений, пересекающихся и складывающихся в более сложную систему.

— Очень удобно! — похвалил моё воображение Хвастунов.

К нам подлетел металлический шар и завис:

— Приветствую, хозяина башни, — он качнулся вниз-вверх, обозначив поклон. — Желаете провести тренировку?

Я вопросительно посмотрел на Колю.

— Объявляй учебный сбор! — скомандовал Хвастунов и весело вскинул руку вверх.

Лидер детдомовцев изменился. Я помню его доходягой. Сейчас у него и мышцы появились, и сам он, хм, подрос вширь.

— Эти цифры чего-то значат? — спросил я Колю, но ответил мне шар.

— Уровень сложности возрастает по мере увеличения числа.

То тут, то там стали загораться портальные арки, и из них выскакивать обеспокоенные дети, но завидев меня, а я всё-таки возвышался над ними, они радостно вопили:

— Ваня!

— Ваня вернулся!

Самые шустрые успели подбежать и обнять меня, но вскоре ко мне было не пробиться.

— Смотрите, кто у меня есть! — я подхватил Бориску и посадил себе на плечи.

— Бориска!

— А можно его потрогать?

— Почему он такой бледный?

— Работает всё время, на солнце мало бывает, — ответил кто-то совсем мелкий.

— Он грустный, — заметил один из малышей.

— А давайте его щекотать? — предложил кто-то отмороженный, и толпа детей взяла меня штурмом.

Сразу видно, что занимались они не зря. Залезли по мне и принялись щекотать искина. В результате мы все завались на пол, образовав кучу-малу.

— Построение! — рявкнул шар.

Дети тут же разбежались по своим квадратам и стало видно, как же их много. Шар подвёл нас с Бориской в центр, но я попросил выделить и ему квадрат неподалёку. Сам же встал в нарисованный круг, который поднял меня вверх, а по залу продублировались мои голограммы, чтобы всем было хорошо меня видно.

Хто-онь. Как же много детей! Издалека мне махали старшие. Одеты были кто во что. Пижамы, спортивные штаны, джинсы. Сразу видно, кто чем занимался, и пижамных было немного. Коля прав, они не спали.

— Мастер, преподайте юным ученикам урок, — попросил шар.

Не знаю, что они уже умеют, поэтому решил раззадорить их одноногой техникой. Начал с простой стойкой на одной ноге. Вторую упираешь в коленку и стоишь, сколько сможешь. Над головами детей высвечивалась шкала прогресса, на которую ученики ориентируются. Все должны добиться зелёной зоны.

Тренировочный искин сказал, что берёт усреднённые данные. У него в базе ученики выстроены в порядке по убыванию. И у каждой возрастной группы он отмечает середину, как эталон, к которому должны подтянуться слабые.

Потом мы сменили ногу и стали изображать летящую ласточку.

— Псс, — Коля попытался привлечь внимание искина. — Ты воскрес?

Боря потерял равновесие и непонимающе уставился на Хвастунова.

— Ну ты же был призраком убиенного царевича, а теперь у тебя есть тело, — пояснил он.

Боря вопросительно посмотрел на меня, я тоже пожал плечами. Хтонь.

— А я кто? — на помощь пришёл шар.

— Умный шар? Так учитель Магилан сказал, — как само собой разумеющееся ответил Коля.

Потом мы все вместе перешли в столовую, где уже были накрыты столы с горячим ночным ужином под куполом сохранности.

Когда я съел рыбу с овощами и выпил отвар, под тарелкой обнаружил число 156.

— Неужели у каждого свой номер? — удивился я.

— Да нее, — это для поваров, — смотри.

Он положил кружку на грязную тарелку и нажал на кнопку с каплей. Грязная посуда исчезла.

— И куда она? На мойку?

— Нее… Она туда приходит уже чистой. Там робот принимает и сортирует, — улыбался сытый Коля. Было непривычно, что он не просил добавку.

— Спасибо, — я тоже нажал кнопку.

— На здоровье, сынок, — ответил знакомый голос.

Хвастунов ему не удивился.

— Это баба Зоя, — прокомментировал он. — Она готовила.

Бориска с увлечение доел свою порцию и счастливо улыбнулся.

— Вкусно!

Потом он потащил нас в спальни. Его этаж был с детьми 10-12 лет. Что меня поразило — они не закрывали дверей. Я не стал спрашивать почему, чтобы не заострять на этом внимание.

Комнаты были разные. Большие, человек на 6, средние на 2-3 ребёнка и на одного. Я заметил, что дети предпочитали заселяться в большие. Ещё у них был общий шкаф, крутящийся по всему этажу. Можно было выбрать из большого количества вещей. Нет, была и личная одежда. Но дети предпочитали общий шкаф, потому что удобно. Выбираешь на экране что-то конкретное и к тебе подъезжает выбранная вешалка.

— Тут тоже нет стирки. Магическая чистка, всё как новое. Девчонки нашли блок управления, где можно моделировать одежду, — он смешно округлил глаза.

Я зевнул, и он сразу отвёл меня в одиночную комнату на кровать и закрыл дверь.

— Пойдём, что покажу, — услышал я, когда дверь закрывалась, а потом звуки, как отрезало.

Я лёг на кровать, а Боря расформировал одежду и сложился в ночник на тумбочке. У меня в кровати оказался чёрный кристалл, который до этого лежал за пазухой. Я накрыл его ладонью и заснул.

Проснулся я ко второму завтраку, в соседней спальне меня караулил атаман Игорь. После плотной еды он повёл меня в учебный блок. На этот раз ел я на кухне. Там было оборудовано несколько специальных столов. Может для проспавших?

Бабой Зоей оказалась душевная женщина, которая кормила меня на конкурсе. Я бросил в неё чутка регенерации. Но выглядела она лучше, значит Мора прошлась и по взрослым.

Игорь завёл меня в класс, где один из помолодевших космических исследователей давал основы физики. В центре зала возвышался круглый подиум и голографическое трёхмерное изображение, на котором крутилась Земля. Дети в пуфиках сидели кругом.

В соседнем кабинете ученики изучали строение флаера. Игорь шепнул, что Федерик каждую лекцию начинает с флаера. В прошлой раз он сначала задался вопросом, почему тот летает, а закончил вариантами двигателей и топлива. Потом школьники идут к бывшему шахтёру Колину, который преподавал материаловедение совмещённое с картографированием.

Хтонь. Что за школа у меня такая? Если верить атаману Игорю, то обучение состоит из взаимосвязанных блоков. И поскольку над учителями не висит никакое министерство образование, то они перестроили учебный процесс.

Я пока не определился, как на всё реагировать. До обеда мы ещё зашли в начальную школу. Дети сначала должны были пройти через нулевой класс. Они учились писать на электронных партах, и если кто-то писал криво, искин не засчитывал результат. В этом классе не было учителей. Дети не всегда писали, прерывались на игры. Но если ты не сдашь каллиграфию, не пойдёшь учиться вместе со всеми.

Точно так же в соседнем кабинете дети учились читать. У каждого подключалось звукоподавление, и другим не было слышно, пока он читает. Здесь тоже был норматив, не только на скорость, но и выражение, осмысленность чтения.

Третьим тестом, после которого можно было пойти в первый класс была элементарная математика.

Обедать Игорь меня повёл на 60-й этаж. Здесь было открытое кафе.

— А ты знаешь, что они ведь считают тебя одним из них? — спросил атаман и, видя моё непонимание продолжил. — Сироты. Говорят, что ты тоже из неблагополучной семьи.

Я хмыкнул. Если так посчитать, то у меня уже три семьи. Гаврила же меня усыновил. Но батя подменил Васнецова, лишив меня второй семьи. Подводные — это третьи.

Я бы хотел пообщаться с кандидатами в школу магии, поэтому попросил показать мне магические классы. Оказалось, что восточная башенка какая-то усиленная, и там сделаны классы по уровням.

На первом этаже атаман сдал меня Савве из Мышкина. Он был самым продвинутым. Если ты не прошёл первый этаж, то башня не пустит на второй. У него на шее висел именной пропуск, привязанный к источнику. При входе всем выдавалась защитная мантия, и у него на груди красовалась цифра четыре.

Каждый этаж был поделён на четыре зоны по стихиям. В каждой зоне по несколько укреплённых кабинетов. Предлагалось сотворить стихийный шар и удерживать его в заданном размере определённое количество времени. Если ты сделал десять шаров по хаотичным параметрам и ни разу не ошибся, то получал пропуск на следующий этаж.

Учитывая, что до этого маги были заняты поиском меня. То к освоению магической башни они приступили пять дней назад. Савва дошёл до четвёртого уровня.

Я сделал вывод, что пока они не дойдут до последнего этажа, я могу расслабиться. Поинтересовался только, как у них дела с физической подготовкой. И тут выяснилось, что Тёмный, я так и носил его за пазухой, выставил условие. До пятого уровня освоение магии бесплатно. А потом либо работай в башне, и тогда остаёшься учиться, либо уходи. Мол, тебя и так бесплатно вылечили и научили держать магию под контролем. Ну, наверное, он прав.

Тренировки проводили бойцы из рода Горбуновых, и они брали только тех, кто трудоустроился в башне. Савва работает инструктором на первом этаже магической башенки. Кто-то пошёл в помощники поварам, другие осваивают полёт на флаерах. Небоскрёб сильно автоматизирован и грубая рабочая сила ему не требуется, нужны умные кадры. А их нужно обучать. Вот ведь дилемма. И где?

Вышел я от Саввы озадаченный, подошёл к портальной арке и задумался. Куда мне?

— Меня где-то ждут? — спросил я вслух и почувствовал себя глупо.

На табло загорелось несколько этажей с именами. Удобно, хтонь.

Медблок с Морой? Там, наверное, батя отирается. Нет желания его видеть.

Северная башня Магилан и Федерик. Мои умники, значит, хм… Там вроде производственное оборудование.

Марина на 63-ем… Это же эта выживальщица, которая осталась с магами на Потешном острове.

Берр? На крыше? Что-то интересное раскопал.

Марина или Берр? Выбрал Марину. Потому что вообще без понятия, зачем я ей понадобился.

63-й этаж был сельскохозяйственным. Я попал на овощную ферму. Тут тоже было всё автоматизировано. Марина нашлась в избушке, устроенной около аптекарского огорода. Типа домик травницы.

Мы сели на край, за деревянную лавку со таким же деревенским столом. Из окна открывался прекрасный вид на водохранилище, императорский остров и академический городок.

Было приятно сидеть так в тишине и покое, почти как дома.

— Детям нравится играть с мэллорном, — начала разговор Марина. — Почему бы не сделать полосу препятствий вне башни? На полуострове?

— Сделай, — я пожал плечами, — если мэллорн не против. От меня ты чего хочешь?

К моим ногам подползла лиана, и я погладил её.

— Вася.

Я услышал, как благодарно зашелестели листья.

— Вася? Как кота? — ужаснулась Марина.

— Нет, как в сказке. Есть Василиса Премудрая, а у нас Премудрый Василий.

Распрощавшись с девушкой, я перешёл на крышу. Вечерело, по телу пробежали мурашки и Боря преобразовал кофту в толстовку с капюшоном, а на ногах сформировал кроссовки.

Я пошёл на свет костра. В зоне отдыха кроме Берра сидел Безымянный и Гаврила. Вкусно пахло жаренным мясом. Рыба мне уже порядком поднадоела.

— Иван Миленович, — поздоровался Берр.

— Иван Гаврилович, — возразил Васнецов.

— Иван Михайлович, — подытожил Безымянный. — Если понадобится, Михаил III начнёт убивать, чтобы сохранить своё отчество.

— Мне понравился город под водой, — я улыбнулся. — И Маша хороша.

— А ты в курсе, что раньше никто не знал, где живёт род Подводных? — спросил Остап Петрович. — Считалось, что они где-то на далёких тихоокеанских островах или в Антарктиде.

— А ты уверен, что после того, как у Маши появится маленький Ивасик, тебя не прирежут? — мрачно спросил Гаврила. — Причём она же. По большой любви. Так не доставайся ты больше никому, любимый.

— Они у меня семя брали, но, наверное, что-то пошло не так, и перешли к плану «Б». Но если всё так, зачем было называть меня наследником? — спросил я.

— Гениальная страховка, — усмехнулся Берр. — Я восхищаюсь Миленом Налимовичем. Теперь император будет беречь его, как зеницу ока. А ведь он покушался на цесаревича. Ты только представь, что будет, если ты станешь главой рода Подводных, будучи цесаревичем?

— Не знаю, — я пожал плечами, — юриспруденция никогда не была моей сильной стороной. Боря?

Рядом со мной появился голографический Бориска. Понятно. Тело где-то развлекается с детьми, и это просто замечательно! Пусть нарабатывает положительные эмоции.

— Боря, что будет, если цесаревич станет главой другого рода?

Он почесал затылок, потом живот, но продолжал молчать. У меня за пазухой зашевелился кристалл, а потом кряхтя из-под ворота выполз рак.

— Смена императорской фамилии будет, вот что будет, — заявил Тёмный. — Императорский род станет Подводный.

Глава 21

Глупость какая-то! Если я стану главой рода Подводных будучи наследником императора, то императорский род автоматически сменится? Я задумался… Хтонь!

Михаил III об этом знал? Я вдруг вспомнил о той странной фразе — я запрещаю тебе общаться с другими алтарями. Он знал! Не мог прямо сказать?! Тьма его забери!

Получается Подводным не выгодно, чтобы император внезапно помер? Ну и что тогда Милен Налимович не прирезал себя там на площади? Или так нельзя? А не специально ли он провоцировал императора, чтобы тот его прибил?

— И что теперь? Я совсем запутался, — признался я. — Что будут делать Подводные?

— Жди Машу, — хохотнул Гаврила. — Будете детей делать, раз собранное семя не помогло.

Тёмный хмыкнул. Видимо от Изначального получить ребёнка не так просто. Но я же успел наследить. У меня родились шесть девочек в мире Мати и одна от Нейры. Девочки… Девочки… Это же не случайно? Я вопросительно посмотрел на Тёмного, но он многозначительно обвёл присутствующих взглядом. Нужно соблюсти какое-то условие, чтобы у Изначального родился сын, хм… Какое?

— Хочешь прикол? — мрачно спросил Бориска, и я кивнул, ожидая новый подвох.

Он вывел рядом с собой голограмму молодого мужчины, смутно кого-то напоминающего.

— Кто это?

Вдруг Безымянный стал хохотать, громко и заливисто. К нему присоединился Берр. Но я так и не понял. Гаврила тоже уставился на изображение.

— Это что? Милен Налимович? — он неверяще посмотрел на Бориску. — Он же старик был? А этот молодой?

— Я попросил моих друзей спасти его, не дать помереть, — признался я. — Мне его жалко стало. Он так искренне про несчастную любовь говорил, я поверил. Неужели врал?

— Лучшая ложь — манипуляция правдой, — экспертно заявил Тёмный.

На столе рядом со мной появился плюшевый рак.

— Мы уже два раза его спасли, — гордо заявили стихии. — Сначала там на площади, а потом, когда он за обедом подавился.

Безымянный и Берр уже не смеялись, они рыдали. Гаврила схватил рака и принялся тискать:

— Какой же ты молодец! Очень, очень большой молодец! Сейчас крайне важно, чтобы Подводный жил и процветал, — Васнецов наглаживал довольного рака.

Тёмный задумчиво оглядел нас, потом принялся ходить по спинке дивана, на котором я сидел, из стороны в сторону.

— Ты чего?

— Просчитываю, в каком виде тебе лучше появиться в Академии наследников, — Тёмный задумчиво посмотрел на меня. — Тебе зачем Академия?

— Я же рос в изоляции, — напомнил я. — Никого и ничего не знаю. Там все значимые рода должны быть. Экскурсии на производства. Ну и интересно оценить магический потенциал, — я намекнул на то, что хочу понять уровень развития науки и техники.

— Царевича охотнее встретят на производствах, — заметил Боря.

— Царевичу будут зад лизать, так что не вариант с родами, — напомнил Берр.

— В роли Подводного ты поймёшь, кто ещё играет на его стороне, — заявил Остап Петрович.

— Но и с нормальными родами отношения не наладит, — возразил Гаврила. — Васнецов?

— Или Эдуард Ванилович Дубхе, — выдал вердикт Тёмный. — Преподаватель магии. Возьмёшь себе группу и будешь выезжать на объекты. Ты сможешь с собой притащить слугу Гаврилу и личного ученика Корнея, который подскажет по родам. Все видели, как он с тобой ушёл. Опять же с едой проблем не будет.

— Боря, планшет.

Из черных частичек собрался планшет, и я напечатал сообщение Тёмному:

«Хеллиос говорил, что никто не может безнаказанно называться Дубхе. Имя отправляет сигнал?»

Я подумал, что должность преподавателя сильно упростит выправление магии в мире. Но и заявлять родственникам, где меня искать, не хотелось.

— Тут же галактических ретрансляторов нет? — обратился Тёмный к Бориске на своём родном языке. Тот отрицательно замотал головой. — Тогда забей, — сказал он уже мне.

Я расплылся в хищной улыбке. Я же и приказ могу сам на себя написать, как цесаревич… Назначить в школу учителем.

— Ну что, Гаврила, на этот раз магическая трансформация, а не грим. Тебе помочь? — я потянулся. — Эх, я бы и Борю взял, но ты уже у Ивана засветился.

На что Боря сформировал телефон и положил передо мной.

— Сделай так, чтобы он раскладывался в планшет и обратно? — я у кого-то видел, и мне тогда это жутко понравилось.

Телефон распался и стал пересобираться, подлетели дополнительные частички. В результате я получил навороченный аппарат, который складывался втрое. Причём складывался и раскладывался от взмаха руки. Выглядело круто!

— Герб нарисуй, — предложил Гаврила.

— Не-не-не, — испугался я, — листик дубовый, ну или мэллорн.

— Это не мэллорн, — тихо буркнул Тёмный.

— Лучше дубовый, а то тебя свяжут с башней, — возразил Берр.

Я включил телефон, появилась заставка компании «Связинет».

— А что это за оператор такой интересный? — я развернул экран в сторону товарищей.

Гаврила не удержался и рассмеялся:

— Нет такого оператора, это Бориска чудит.

— Оператор есть, — обиделся искин. — Мы как раз на вершине вышки связи сидим. Я даже компанию зарегистрировал с помощью Ивана Грозного.

— Я тоже такой аппарат хочу! — загорелся Берр. — В нём же нет прослушки.

— В твоём её тоже нет, я все телефоны тех, что в башне почистил, — укоризненно известил искин о своём самоуправстве. — Может мы небоскрёбу имя дадим? У всех великих сооружений есть имена, и я хочу.

— Бур? — предложил Тёмный.

Я хмыкнул. Башня пробурила уже второй мир.

— Зловещее название, — отметил Гаврила.

— Так и небоскрёб не выглядит дружелюбным, вниз посмотри, — хмыкнул Безымянный.

Я встал и подошёл к краю башни. Уже стемнело. На полуострове шебуршали листья, слышались вскрики людей. Совсем близко к побережью виднелись огни судов, кто-то пытался высадиться. Остальные корабли наоборот держались на почтительном расстоянии.

— Я бы новости посмотрел, — обратился я к Бориске, когда вернулся к очагу.

Безымянный поставил передо мной тарелку с мясом и овощами, поджаренными на костре. Я жадно набросился на еду. Напротив дивана зажёгся небольшой экран.

На заднем фоне студии застыло изображение с чёрным вихрем около верхушки башни. Около картинки стоял мужчина с указкой.

— Учёные заверяют, что смерч имеет магическое происхождение. Манофон в районе полуострова повысился в сто раз. Снижение идёт, но медленно.

Ведущий включил видео, черный смерч слился в единую живую массу. К бешено вращающемуся вихрю приблизился дрон, и его разрезало пополам. Часть полетела вниз.

Эта половина появилась у ведущего в студии. Непростой тип, не удивлюсь, если окажется, что это сам владелец телевизионного канала.

— Обратите внимание, какой ровный срез. Эксперты пришли к заключению, что срез сделан металлом. Сам маяк пострадал. В экстренном заявлении император заверил, что угрозы вихрь не представляет. Во время освоения верхних помещений Иван-царевич обнаружил непонятное устройство и случайно его активировал.

Картинка опять сменилась, на стоп кадре было хорошо видно, что сквозь смерч проглядывается обнажённая человеческая фигура, зависшая в воздухе.

— Я же должен был быть в школе? — я нашёл несостыковки. — Это же утро или день?

— Вчера был вторник — день для бизнес-проектов, — сообщил Гаврила.

— И что? Мой двойник занялся газетой? — я злорадно усмехнулся.

— Император сказал, что это твоя проблема, — осадил меня Бориска.

— Боря пригласи сюда всех, кто хотел со мной пообщаться, — может мне не скоро удастся вырваться в башню.

Мора конечно же пришла не одна, а в компании с будущим мужем. Следом прибежали двое космических исследователей Федерик и Магилан. Они сходу начали жаловаться на хранителя маяка, что он не допускает их до производства. Тёмный тут же парировал, что они не знают, какие в мире технологии, и что-либо производить без предварительного исследования рынка он ничего не будет. А рынок изучает торгаш Хеллиос, мол все вопросы к нему.

Тогда они признались, что хотели посмотреть принципы работы оборудования. Я выдвинул встречное требование. Технологии завязаны на магию, а они нулёвки. Пусть сначала пройдут восточную магическую башенку до последнего уровня, тогда и поговорим более предметно.

Да и всем магам было бы неплохо пройти через все уровни, я многозначительно посмотрел на Безымянного. Тот широко улыбнулся и кивнул.

Мора зашла издалека. Она села рядом и ласково взяла меня за руку. Мягко поглаживая, она попыталась выяснить, каким образом произошёл магический выброс такой чудовищной силы. Какой опасный артефакт мальчик случайно активировал.

Видя, что я не реагирую, она попробовала пробить меня на совесть, мол дети же подвергаются магическому облучению. Я только бровь вверх поднял и заявил, что из них выйдут отличные маги. Мора крепко задумалась, как и батя.

— Хорошо, — я тяжело вздохнул, — сделка.

— Какая? — оживилась миниатюрная 150-летняя девушка.

— Если ты пройдёшь магическую башенку быстрее него, — я ткнул пальцем в батю, поскольку не знал, что он ей про меня рассказал. Может статься, что он даже не сказал, что я его сын, — я отвечу на любой твой вопрос. А если ты, — я показал на императора, — пройдёшь все уровни быстрее неё, я выполню любую твою просьбу.

— Не жирно? — пробурчал хранитель рода Раковых, отлично понимая цену вопрос. Я мысленно усмехнулся, не факт, что хоть кто-то дойдёт до конца.

— Хорошо, с одним условием. Если ответ или просьба не навредит мне лично.

На академический полуостров мы прибыли на императорском катере. Приказ подписал Михаил III, он не просто назначил меня преподавателем, а сделал деканом магических наук. И хотя в четверг у наследников был бизнес-день, остальные академии учились. Высаживались мы в разгар учебного дня.

Катер выгрузил на причал меня с грудой чемоданов и уплыл. Впереди располагалась тренировочная площадка. И ученики от остальных академий с интересом наблюдали, как двое моих слуг понесут десяток чемоданов. Это Корней набрал. Типа знает он, какая там плохая кухня, специй нет, ножи тупые, дальше я не слушал.

Я уже сменил образ на чопорного и надменного Эдуарда. Бледное аристократическое лицо, чёрные волосы, синие глаза, невыразительные поджатые губы. Ну, и конечно, длиннополый строгий кафтан с дубовым листочком, и безупречно белые кружевные манжеты. На ногах чёрные сапоги из мягкой кожи из мира Альфа, уж очень они мне понравились.

Позади меня счастливый Корней и дотошный Гаврила, вместо жилетки с кармашками с вилками и ложками, он разложил себе артефакты, которые ему надавали Тёмный и Бориска.

Я небрежно махнул рукой и чемоданы взмыли на десяток сантиметров вверх и полетели следом, Драко захотел помочь. Пусть развлекается малыш, мне не жалко. Я неспешно двинулся по дороге, она была тут единственная. Корней воодушевлённо рассказывал, что где.

Академия наследников располагалась ближе всего к причалу. Ну, чтобы Раковым далеко не ходить, понятно. Они же здесь не жили, и каждый день катались туда-сюда.

Я остановился у ближайшего магического полигона. Всё так же с хвостом в виде чемоданов мы прошли сквозь купольную защиту, которая по идее не должна была пустить на тренировку посторонних. Я попросил Гаврилу узнать, кто это занимается. Ведь наследники сегодня не учатся, а это ближайший к ним полигон. Странно.

Гаврила ушёл к сторожке, а я присел, чтобы изучить покрытие.

— Корней, а что обычно делают на полигонах? — я решил уточнить. Поскольку слой бетона под слоем плотного песка выглядел дико и небезопасно. Хотя о чём я? Неужели у них настолько слабые маги, что в принципе не способны пробить обычный бетон?

— Отработка заклинаний, — ответил Корней. — Да вон, смотри, они отрабатывают Воздушный кулак. Первый курс Академии Магии.

— А ты можешь? — не оборачиваясь спросил я.

— Это же Воздух, — он почуял подвох. — У меня огонь и вода.

— Ты хочешь сказать, что не учил это плетение? — мне надоело стоять, и я сел на левитирующий чемодан.

— Какое плетение?

— Воздушного кулака, — я начал раздражаться.

Вернулся Гаврила.

— И ты не учил Воздушный кулак? — сходу набросился я на него.

— Учил, — он покраснел. — Я украл учебник, а он был для воздушников. Я пытался приспособить заклинания к Земле.

— Продемонстрируй, — я махнул рукой, создавая мишень.

— Кулак, — шепнул Гаврила, и в центр мишени ударила горсть песка.

— Ого! — восхитился Корней.

— Господа, вы нам мешаете, — к нам подошёл молодой человек в обычном, даже не зачарованном тренировочном костюме, — не могли бы вы покинуть полигон.

Я не стал усугублять конфликт, и мы с чемоданами снова пересекли непроницаемый защитный купол.

Я так и сидел, скрестив ноги верхом на чемодане. Корней справа от меня увлечённо рассказывал и показывал, что где. Гаврила аккуратно подправлял багаж в нужную сторону. Через какое-то время он деликатно тронул меня за плечо.

— Кто это? — спросил я и заозирался.

Мы находились перед входом в монументальное здание с высоченными колоннами, большими арочными окнами и статуями между этажами. Само здание по форме напоминало букву «Н», если смотреть сверху. И мы были внутри «ног» около парадного входа. Если верить Корнею, то левый корпус был немагический, а правый как раз моя будущая вотчина.

На ступеньках стоял представительный мужчина в строгом чёрном костюме и блестящих ботинках. Волосы его были аккуратно уложены, и по сбившейся чёлки я сделал вывод, что заклинания укладки он не знает.

— Директор Академии наследников Дмитрий Вадимович Носов, господин, — Гаврила уважительно поклонился мне.

— Передай ему бумаги, — я небрежно махнул манжетой и продолжил рассматривать здание.

Четыре этажа. Казалось, что последний надстроили недавно. Он не дотягивал изяществом в архитектуре, хотя строители пытались скопировать стиль. Неужели, желающих познакомиться с Иван-царевичем настолько много?

Центральная часть была административной, и похоже у директора новый кабинет на последнем этаже. На первых двух этажах были столовые, а на третьем теперь учительская. Именно оттуда выглядывали разные любопытные лица.

— Позвольте, Эдуард Ванилович, — растерянно пробормотал директор самого престижного учебного заведения, — Его Императорское Величество никогда раньше не вмешивался в управление Академией.

— Не переживайте, Дмитрий Вадимович, — я утешающе похлопал его по предплечью. Всё-таки я ещё был подростком, хоть и отыгрывал роль взрослого мага. Рост у меня был маловат, — всё бывает когда-то в первый раз. Пройдёмте в ваш кабинет. Не здесь же нам разговаривать, — я показал на выглядывающих из окон учителей.

Я бросил на багаж заклинание защиты и первым шагнул ко входу. Гаврила успел отворить передо мною дверь.

Большое грязное фойе. Раздевалки по бокам, запах пота и несвежей обуви. Я с ужасом посмотрел на директора.

— Дмитрий Вадимович, если вы не знаете заклинания чистоты, то заведите уборщицу, — я посмотрел на него с нескрываемым ужасом. — Здесь же воняет.

Я протянул в сторону руку, и Гаврила вложил мне чистый кружевной платок с зелёным рисунком листка дуба. Земеля подсуетился. Я отправил ему волну благодарности и прижал безупречное воплощение стихии Земли к носу. Земеля даже подушил его лесными травами.

Директор озадаченно покосился на простой белый платок, который фонил магией. Ну да, похоже ему привили правильную стихию, поэтому он и отреагировал на Землю.

Я проигнорировал парадную лестницу с покоцанными ступенями и направился в столовую.

— И кто только додумался разместить столовую рядом с раздевалкой? — раздражённо проворчал я, проходя мимо директора.

— Эт, эт, эт-то что? — я даже стал заикаться от волнения. — Вы кого здесь кормите? Раковых?

Я неверяще посмотрел на директора. Тот обернулся на помещение столовой, пытаясь понять причину моего недовольства.

Помимо грязного пола, стен и потолка, ну и ещё старой мебели, безвкусной отделки и провонявших занавесок — столы были сделаны из комбинированного материала и прибиты к полу, как в дешёвой забегаловке.

— Где скатерти? Где сервировка? — я схватился за сердце и Корней быстро открыл какой-то пузырёк и дал мне понюхать. Ммм, ванилин.

Я благодарно похлопал его по плечу.

— Зря я отказался от предложения Михаила Михайловича проводить меня лично. Надо обязательно ему показать это безобразие, — я снова протянул руку, и Гаврила вложил мне телефон. — Не удивительно, что молодёжь испортилась. Их тут кормят, как скот!

Я начал делать вид, что ищу номер телефона в записной книжке и двинулся к кухне. Дорогу мне перегородил директор, он даже раскинул руки в стороны. С кухни, кстати, доносились судорожные переговоры и какой-то грохот.

— Туда нельзя! — отчаянно заявил наследник рода Носовых.

Глава 22

Я даже перестал делать вид, что набираю номер императора на телефоне, и с любопытством уставился за спину директора Академии наследников. Он так и стоял, раскинув руки в стороны, у меня на пути. Полагаю, что кухня находится в антисанитарных условиях. Иначе с чего бы ещё ему меня туда не пускать.

— А что вы там прячете? — в моих глазах разгорался азарт, и директор запаниковал.

— Там ремонт! Срочный! Нельзя отвлекать рабочих, а то они не успеют! — мне кажется, что он выпалил первое, что пришло в голову.

— А почему не магический? — я подозрительно склонил голову на бок.

— Экономим, — нашёлся он.

— На Раковых? Вы экономите на Раковых? — я выразительно обвёл зал руками, и разблокировал экран телефона.

— Не горячитесь, Эдуард Ванилович, — он деликатно направил меня к выходу. — Мы просто не успели, достраивали верхний этаж, а отремонтировать столовые не успели.

«Земеля, проверь продукты на яды». Если Академия наследников под родом Носовых, а именно алхимики Носовых разработали хитрый яд, чтобы подставить Добрую Марию. Сейчас сюда съехалось рекордное число Раковых. Похоже, я был не прав, на кухне не антисанитария, а что похуже. Я представил, что они кормили многокомпонентным ядом всех наследников империи, это ж какой рычаг давления на глав родов.

Мы стали подниматься по лестнице, а от Земели пришло первое подтверждение, что яд есть. Он обездвижил всех на кухне, и уже проверяет другие столовые. Я быстро набрал сообщение для бати:

«Носовы травили всех наследников. На кухне обездвижены повара и лежит яд, какой именно не разбирался. Директор пока ничего не знает, идём в кабинет. Ворует».

Мы дошли до четвёртого этажа, и Гаврила предусмотрительно открыл передо мной дверь в приёмную. Около окна стояла умопомрачительная блондинка с длиннющими ногами и осиной талией. Девушка пикантно наклонилась к окну, открывая вид на превосходные трусики. Ну да, ну да… Длина юбки не позволяла даже незначительного прогиба. Отличное средство, для тренировки аристократической осанки.

Я встал рядом и тоже выглянул в окно. На уровне четвёртого этажа висели мои чемоданы. Я отправил Драко смешок, зачётная шутка.

Девушка ойкнула и обернулась, открывая вид на прекрасное декольте.

— Я смотрю, Дмитрий Вадимович, вы решили подсластить ученикам пилюлю, — я шутливо погрозил директору указательным пальцем. — Прежде чем они получат от вас нагоняй, у них будет шанс насладиться прекрасным зрелищем со всех сторон.

Я шагнул в кабинет директора, Гаврила уже приоткрыл для меня дверь.

Я брезгливо осмотрел кабинет. Я-то думал, что он хоть в себя деньги ворованные вложил, а тут это убожество. Где магия? Почему воняет краской?

— Кажется, кто-то нагрел вас с мебелью, — я разочарованно поцокал языком, рассматривая безвкусную лепнину каких-то ангелочков под потолком. — Отделку на распродаже брали? Или это отсылка к воздушной стихии рода Носовых?

Красный Дмитрий Вадимович, прошёл к своему столу и уселся перед компьютером. Мои документы он положил на стол.

— Присаживайтесь, — он кивнул на стул просителя. Вот ведь сволочь, не повёл меня в убогий мягкий уголок.

Я огляделся, создал себе стул и сел посреди кабинета, закинув ногу на ногу.

— Если считать, что этот кабинет — лучшее помещение в Академии, то жильё для преподавателей я даже смотреть не буду, — мрачно заявил я, скрестив на груди руки. Директор облегчённо выдохнул. — Мне нужны списки студентов, расписание. Я забираю себе всех Раковых, ну и если кто-то захочет в мою группу, то вы не сопротивляйтесь, у меня будет жёсткий отсев, они потом вернутся по своим группам.

Телефон завибрировал, и я посмотрел на экран.

«Списки, расписание скачал, доступ взломал. Секретарша — его дочь, под Иван-царевича планируют подложить».

Я встал и отправился на выход, открыв дверь я натолкнулся на девушку в пикантной позе. Подслушивала. Я закрыл за собой дверь и прижал к ней проказницу. Девушка часто-часто задышала. Я запустил руку под блузку и сжал грудь.

— Бонус, — я подмигнул и направился к выходу. Корней пристроился в хвост, а Гаврила снова сработал на опережение, распахнув передо мной дверь.

Стоя на крыльце, я достал телефон и развернул планшет.

— А не прикупить ли нам домик? — задал я вопрос Боре.

— Какой домик? — Корней заглянул через плечо.

— Чтобы тут недалеко, можно летний, современный, чтобы с комфортом устроиться жить, — выставил я ряд требований.

На экране стали появляться картинки. Я выбрал что-то минималистичное и просторное.

— Где это? — я ткнул в понравившееся изображение.

На карте появился крестик. Недалеко от моего полуострова. Наверное, слишком беспокойное соседство, вот и продают.

Я сел на чемоданы и предложил моим спутникам последовать моему примеру. Драко поднял нас немного выше, и мы двинулись в сторону крестика.

Обогнули тренировочные площадки со студентами. Пролетели мимо института благородных девиц, где меня узнали. Завидный жених же, если верить моей газетёнке. Перелетели высокий каменный забор и направились напрямик через поля и небольшой лесок. На месте мы были где-то через час, всё-таки чемоданы не предназначены для быстрой езды.

Домик мне подходил. Один этаж. Большой холл, переходящий в гостиную и заканчивающийся кухней. Светлая хозяйская спальня и две поменьше. Много свободного пространства, большие окна, высокий потолок.

— Берём, — скомандовал я и вышел во двор.

Моя растительность с полуострова упиралась в забор моей новой недвижимости. Я отправил мэллорну Васе привет, а тот попросил разрешение на небольшое деревце во дворе дома. Я согласился.

Когда от Бори пришло подтверждение, я дал спутникам отмашку на заселение. Сам сел на траву и погрузился в глубокий транс.

Мне предстояла сложная задача по созданию автономной системы. Я решил не полагаться на перевёрнутую альфу, а сделать всё сам. Если маги этого мира прикопаются, я как минимум смогу всё объяснить, а как максимум — научить.

Входящие трубы водопровода я подключил к сфере из стихийной маны воды и запрограммировал на автозаполнение. Канализацию соединил с похожей сферой из огня и задал аннигиляцию, энергия от которой накапливала электричество в магическом трансформаторе. На всякий случай я подвёл дублирующий источник энергии, завязанный на движение воздуха и передвижение самого острова. Когда он будет лететь, вокруг образуется ветер, который тоже станет накапливать энергию.

После этого можно было вырезать дом. Я заключил постройку в сферу с запасом по площади и внедрил в неё плетение левитации и облегчения веса. Грунт вроде прочный, не рассыплется.

Летающий остров завис над верхушками деревьев. Чтобы снизу земля смотрелась красиво, я уплотнил грунт и посадил там травку. Смотрелось сюрреалистично. Я не удержался и добавил пару кустиков, чтобы усилить эффект перевёрнутой земли.

Климат контроль запрограммировал на лето. Обустроил в саду беседку, очаг с пуфиками для костра и столовую зону для аристократичного выпендрёжа. Специально переместил стол к краю, чтобы меня было хорошо видно снизу, как и мне было удобнее наблюдать за происходящим внизу. Завершил композицию цепью с якорем. Сделал его на силовых нитях, чтобы он извивался, как живая змея, уха-ха. Даже якорь сменил на капкан, типа пасть, хех.

Сам дом почти не трогал снаружи. Ещё больше увеличил стены, чтобы потолок стал выше. Расширил окна. Ну и укрепил всё здание, сделав его цельным и нерушимым.

Внутри набросил на все поверхности плетение чистоты. Стены и потолок враз посвежели. В пол внедрил подогрев и немного подшаманил над древесиной. Мусорки подключил к системе утилизации.

Кухню пришлось серьёзно прокачать, чтобы выдерживала магическую готовку. На остальное просто навесил плетения самоочищения.

В спальне прокачал кровать. Постельное бельё приобрело вечную свежесть и мягкость.

Ванные комнаты пришлось переделывать полностью. В своей сделал мини-купель, для этого нарастил площадь за счет внешней стены.

Остальное по ходу сделаю, если что забыл. Я вынырнул из транса и зашёл внутрь. Ну да, ну да… не подумал… Добавил плетения самоочищения на отделку и текстиль. Сразу чище стало, с окон пропал налёт.

Корней распаковывал чемоданы и расставлял кухонную утварь. Гаврила присматривал себе один из освободившихся чемоданов. Мол, будет таскать всегда с собой, и если мне что понадобится, я смогу создавать внутри чемодана, а он доставать. Это он здорово придумал! Я заметил, что ему помогает Земеля. Гаврила что-то чувствовал, некое присутствие и улыбался. Это же замечательный знак! Стихии стали тянуться к людям! Пусть пока только к моим, но это уже большой шаг к налаживанию общей системы взаимодействия!

Я подозревал, что вербальная магия образовалась именно из-за сопротивления малышей. Сначала у них пытались своровать магию, прививая её к неправильным магам, потом стали «выкручивать руки», пытаясь придать форму того же Воздушного кулака. Отсюда такой слабый результат. Для создания плетений и вкладывания их в заготовки под артефакты нужен устойчивый контакт со стихиями.

Вербальное взаимодействие самое простое и тоже силовое. Только в идеале маг олицетворяет стихию и действует от её имени, а в этом мире одарённые пытаются дрессировать свободолюбивых малышей.

— Ладно, пойду прикручивать полётную систему управления, — я вышел наружу и огляделся.

Обошёл двор по кругу и попросил Земелю сделать аптекарский огород с травами, пусть с Корнеем посоветуется. Подчистил посадочную площадку для вертолётов и флаеров. На один хватит.

Капитанский мостик оборудовал сбоку от дома. Прозрачный выступающий мостик с ограждением. На самом носу появился небольшой пульт управления с навигационной картой и штурвал-джостик. Всё делал на нейтральной мане из невидимых силовых линий. Подкрасил только кнопки. Со стороны казалось, что кнопки и штурвал висят в воздухе, хм… Ну да ладно.

Добавил якорную систему и построение воздушных тоннелей для скоростного перемещения. Оставив Борю налаживать систему безопасности, я вернулся в дом. Я вдруг вспомнил, что если мы резко рванём в сторону, то всё попадает со своих мест.

Я озадаченно почесал затылок и предупредил спутников, что буду дополнительно переделывать. Стоп! А как сделали близнецы на летающем фрегате? Спросил Борю, и тот обещал внедрить ту же систему магических магнитов. Ну и ладненько, я обрадовался и отправился обратно на капитанский мостик. Первый полёт надо вести самому. Сумею отладить, если что-то пойдёт не так.

Обратно мы летели быстрее, но перед забором я сбавил скорость. Смысл этого забора, если со стороны воды его можно обойти? И на нём нет магической защиты. А, ну да, опять забыл, что они не умеют вкладывать плетения. Но это не оправдывает халатность директора Носова. Разве что он не саботирует свою работу.

Магия в этом мире развивается медленно. Трудно прогрессировать вопреки желаниям стихий. Мда-мс… По сути самая главная и первоочередная задача наладить контакт между магами и малышами.

Перемахнув через стену я замедлился ещё больше и принялся рассматривать полуостров.

Мы проплывали над Институтом благородных девиц, который сокращали ИБДа. У него была странная форма в виде бублика. И внутри дырки был ещё один полигон, чтобы проводить занятия вне посторонних глаз. Там как раз проходил странный урок. Хм, обольщения? Строгая дама по центру учила воспитанниц правильно ходить. Она грозно погрозила в мою сторону, а девушки захихикали, и те, что стояли за спиной преподавательницы, помахали рукой. Я послал ответный воздушный поцелуй.

С другой стороны мы пролетали мимо Академии магии. В верхней башенке на балкон вышел судя по всему ректор и приложил ладонь над глазами. Неужели и заострять зрение не умеют? Девушки подняли мне настроение, а тут я снова расстроился.

При определённой фантазии здание Академии магии сверху можно представить в виде квадратной буквы «М». Центральная башенка была отдана под административный корпус. Корней там ни разу не был, поэтому деления на корпуса не знал. Но того странного фасадного пафоса, что у Академии наследников, здесь не было. Большие окна были скорее всего в лекториях, а в остальных небольшие. Что наводило на мысль о соображениях безопасности.

Из окон выглядывали ученики и преподаватели. Уроки были сорваны, хм. До Академии умников, АУ, мы не долетели, зависли над общежитием. Форма здания отдалённо напоминала букву «Ж», и наводила на мысль о больной фантазии того же архитектора. Да, в целом стили были похожи, даже не смотря на уродливые статуи на фасаде Академии наследников.

Один из императорских вертолётов сделал надо мной круг и улетел вперёд.

Я бросил якорь недалеко от здания наследников. Предстояло установить сканирующую арку при входе.

— Гаврила, где твой чемодан? Давай попробуем.

Васнецов поставил передо мной чемодан, и я сконцентрировался. Чемодан завалился, из чего мы сделали вывод, что его надо всё время класть. Гаврила отщелкнул замки и озадачено осмотрел содержимое.

— Я сам всё сделаю, — тяжело вздохнул я и спрыгнул вниз, эффектно приземлившись на ноги. Пафос — наше всё!

Васнецов не стал рисковать и съехал по цепи. Корней с нами не пошёл, озадачился приготовлением обеда.

Многочисленные гвардейцы уже оцепили здание и выводили всех учителей, как и самого директора в наручниках наружу. Я хмуро проводил процессию взглядом. Они что? Оставляют меня на завтра без учителей? Я зло посмотрел на императора. Он приехал лично и еле сдерживался от ярости. Представляю, какой будет скандал. В самой престижной Академии травили наследников ведущих родов империи. Ладно, обойдусь без учителей. Один день, пятницу, а потом что-нибудь придумаю.

Пробегавший мимо Дениска вручил мне приказ о назначении меня врио ректора Академии наследников. Суки! Мне же их ещё их кормить нечем! Впрочем этот вопрос я быстро перепоручил Корнею. Пусть наладит питание. Завтра обойдёмся полевой кухней. Буду гонять студентов, поэтому кормить нужно много и сытно.

Где мой Толя? Мне срочно нужно стряхнуть с себя административные проблемы. Вопрос я адресовал Гавриле.

Толя прибежал, когда я уже заканчивал устанавливать арку на входе в здание Академии, налаживать систему я перепоручил Боре, как и создать к завтраму утру приложение АН.

Однако, рядом с собой я обнаружил того молодого мужчину, который стоял на балконе и рассматривал пролетающего меня на острове.

— Ректор Академии Магии Андрей Дамирович Жуков, — он протянул мне руку, как только я выпрямился, установив последний навесной блок. — Эдуард Ванилович, я полагаю. А зачем это?

Я оценил вопрос. Он не стал спрашивать, что это тут гвардейцы всех выводят, или что случилось. Он интересовался неизвестным ему магическим устройством. Я заметил у него в руках простенький магический сканер. Ну может не все так плохо. Сканер же изобрели.

— Сканирующая рамка, которая завтра даст мне представление о развитии и потенциале студентов, — мог бы и сам догадаться.

— А что она меряет? — продолжил допытываться типчик.

В целом он мне нравился. Одет в простые свободные штаны без стрелочек и другого безобразия. Куртка тоже выглядит удобной, но качественной. Тёмно-русые волосы слегка коротко стрижены и взлохмачены, взгляд горит.

Может он не участвовал в заговоре против рода Раковых? Хотя вроде бы он тоже наследник…

— Меряет? Состояние источника, стихийную предрасположенность, развитость каналов, уровень физической подготовки и мышечную проработку, нервную проводимость. Ах да! И оценивает капиллярную сеть и выявляет дефицит витаминов и макроэлементов, — закончил я перечисления и посмотрел на загоревшегося декана. То, что она ещё и покажет степень отравления студентов, ему знать не обязательно.

Глава 23

— Можно и нам в Академию магии сканирующую арку установить? — глаза Андрея Дамировича Жукова горели энтузиазмом.

Я задумчиво посмотрел на молодого ректора. Отличный шанс заполучить данные об одарённых ещё и с Академии магии. Я почувствовал, как к нам подтянулся воздушный канал от императора, подслушивает.

— Без проблем, вносите предоплату и всё будет, — охотно согласился я. — Даже возможно сегодня.

— Сколько? Куда переводить? — тут же уцепился Андрей Дамирович.

Я повернулся к Гавриле:

— А где госпожа Мерзлякова?

— Я тут, — раздался у меня из-за спины голос Кати. — Вот, Иван Михайлович прислал в помощь, - соврала она. - Что продаём?

Как же я обрадовался ей и упавшему ей на хвост Хеллиосу, который спешил к нам от причала. Однако, я удержал лицо.

— Сканирующая магическая арка. Ставится при входе и снимает показатели, заносит их в базу данных. Магические потенциал, уровень физического развития. Уникальная вещь, как и программное обеспечение, — я показал на арку.

Девочка прошла внутрь. У меня пикнул телефон. Я раскрыл программу и увидел сообщение о новом пользователе под номером один. Ко мне через плечо заглянул ректор магии, император и Катя. На экране крутилось изображение девочки с расставленными в стороны руками и ногами. Катя просунула руку и ткнула в себя пальцем. Появился текст:

«Неодарённая девочка, 10 лет. Склонность к магии — 50%. Источник — не развит. Энергетическая система — 65%. Физическое тело — низкое: выносливость — 30, сила — 25, гибкость — 78, мышечный каркас — 36, нервная проводимость — 77, капиллярная сеть — неразвита. Состав тела: ядов не обнаружено, дефицит витамина C, D, недостаток магния, кальция, брома. Состояние здоровья — удовлетворительное. Эффективность работы системы — 29%».

— Пять миллионов, — вынесла вердикт Катя.

— Пятьдесят, — поправил подошедший Хеллиос. — Аналогов нет и не будет. Кроме того, она вечная.

— Куда переводить? — энтузиазм ректора не погас, и Катя подсунула ему бумажку с номером счета.

Они отошли в сторону, а ко мне подошёл император и накрыл нас куполом.

— Ты же понимаешь, что данные о ядах нужно засекретить?

— Не успел сказать об этом Бориске, — повинился я. — Хотя, может не стоит скрывать? Пусть рода узнают, что Носовы их травили?

Император снял купол и задумчиво отошёл в сторону, а я выцелил Толю. Он неохотно подошёл и подозрительно уставился на меня.

— Я работаю на Иван-царевича, — предупредил он меня.

Я накрыл нас непроницаемой сферой, как у императора.

— Я и есть Иван-царевич, — сказал я, но наткнулся на недоверчивый взгляд. Со вздохом я поменял пигментацию волос, и вернул нормальный цвет лица, как и глаз. — Теперь похож?

Толя счастливо заулыбался, а я стал возвращать образ Эдуарда Ваниловича.

— Смотри, что мне от тебя нужно, — я принялся загибать пальцы. — Полный аудит, это с Катей согласуй, новый бухгалтер, новый ректор, учителя хотя бы немагические. Хтонь, да я не знаю, кто мне ещё нужен. Повара. В общем, тут нет никого. Завтра я как-то выкручусь, а вот в понедельник… — я развел руками. — Значит в субботу они у меня должны быть.

— А кого выбирать? С кем согласовывать? — растерялся Толя.

— Сам выбираешь, сам ставишь, если не понравятся, поменяем. Бери лучших из лучших, увлечённых фанатиков своего дела с нестандартным мышлением, — я уже собирался снять купол, как меня остановил наследник сети Рыбнет.

— А экскурсия? — поинтересовался Толя. — Корабль Белозёровы уже прислали, студенты настроены. Нужен сопровождающий. Хотя бы один.

— Куда? — я взлохматил волосы, которые тут же приняли идеальный вид. Магическая укладка, хтонь.

— На Шекснинскую гидроэлектростанцию. В десять отплытие, там экскурсия и, наверное, приём, вечером обратно, — с надеждой в голосе рассказал Толя.

— Хорошо, — я снял купол и упёрся взглядом в Андрея Дамировича.

— Идёмте, Эдуард Ванилович, я покажу, куда устанавливать, — он приглашающе махнул рукой.

Я обернулся на Катю, та подтверждающе кивнула и пошла с управляющим ко входу в убогое здания Академии наследников. Снести бы его, я зло прищурился, и на стене появилась трещина. Хеллиос подскочил к ней, отковырнул облицовку и принялся в чём-то убеждать девочку.

Наступило время обеда, и у меня заурчал живот. За нами следом шёл Гаврила с чемоданом. У студентов Академии начался обеденный перерыв и нам по пути попадались с любопытством оглядывающиеся на нас подростки. За нами следом тащился летающий остров. Драко решил подшутить. Они вместе с Земелей сделали здоровенного пса, который взял цепь в зубы и тащил её за мной следом, радостно виляя хвостом и злобно скалясь на прохожих. Я обратил внимание, что проработкой пса они не заморачивались, взяли только внешнюю оболочку.

Ректор остановил меня перед входом, но я шагнул внутрь. Гаврила шустро отворил передо мной дверь. Первое, что я отметил — чистота. И хотя заклинания и тут не использовались, мимо нас прошла женщина со шваброй и словами «ходют тут и ходют». Раздевалка была на минус первом этаже, а столовая на втором. В большом фойе было что-то вроде общей зоны отдыха. Стояли столы, на стенах висело расписание и разные объявления. Кто-то делал вместе уроки. Можно было подобрать для себя уединённый уголок, а можно устроиться большой компанией на проходе. Здесь же были развешены указатели, а на отдельных столбах схемы здания.

Система была продумана, либо выстрадана. Под призывный зов желудка я шагнул к лестнице на второй этаж. Столовых было несколько. Я вопросительно обернулся к ректору.

— Правая работает по предзаказу, левая готовит сейчас, но нужно будет ждать, центральная — общая бесплатная столовая, — Андрей Дамирович с интересом следил за моей реакцией.

— А где питается персонал? Учителя? — задал я другой напрашивающийся вопрос.

— На третьем этаже возле учительской небольшой ресторан, — он приглашающе махнул в сторону лестницы, но я направился прямо. Гаврила придержал дверь и притормозил студентов, чтобы те нас пропустили.

Ректора узнали, как и меня. Я оставил чемодан при входе, поставив на него защиту, и мы отправились к раздаче.

Деревянные подносы с гравировкой умных высказываний. Гаврила положил мне столовые приборы, которые я пропустил в самом начале ленты. Ректор принялся набирать себе еду, что добавляло ему очки в плюс. От многообразия закусок глаза разбегались. Нос учуял магические добавки. В небольших количествах. Отдельными группками стояли рекомендованные блюда для стихийников. Я взял то, что предлагалось огневикам — морковь под каким-то острым соусом, как гласила подробная этикетка. На ней же предлагалось то, что будет полезно в качестве продолжения, основного блюда.

Поколебавшись, я взял два первых блюда. Харчо, которое рекомендовала этикетка от салата, и грибной крем-суп для стихии земли. Земеля уже проверил столовую на яды и сказал, что всё чисто.

В качестве основного блюда выбрал большую порцию азу с овощами.

Взвар выдавали в термосе. На аппарате было два режима. По числам, видимо ученикам называли номера сборов, либо можно было набрать по названиям трав самому. Травы ссыпались в термос, и заливались водой. Я озадаченно почесал голову, но ректор вызвался помочь, быстро потыкал на кнопки и вручил мне полутора литровый термос. Я припомнил, что видел у многих учеников такие или похожие в фойе.

Себе Жуков набрал средиземноморский комплект, и мы двинулись к столикам.

— Андрей Дамирович, идите к нам?

Я оглянулся, чтобы увидеть двух близняшек около окна. Ректор оживился:

— Идёмте, Эдуард Ванилович, я вас познакомлю с сокровищем рода Жуковых, — он многообещающе улыбнулся.

Я застыл, не дойдя до столика несколько шагов. Гаврила вовремя перехватил у меня поднос, а то он бы рухнул. Девушки захихикали. Хороши! Ослепительно хороши! Наверное… Мне сложно было судить, потому что мой источник млел от их присутствия. И тут даже не важно, как они выглядят. Хотя, кому я вру, любому мужику важно, и мне тоже. Типичные блондинки с умным, расчетливым взглядом убийц. Это не сокровище, а тайное оружие рода Жуковых. Хтонь! У них на двоих полный комплект стихий. Огонь и земля у одной, и воздух и вода у другой.

— А они идут в комплекте? — глупо спросил я.

— У нас вроде не практикуется многожёнство, Эдуард Ванилович, — хихикнула одна.

— Вы уже проинспектировали нашу кухню? — стрельнула глазками её полная копия.

Они переглянулись, синхронно встали и обошли меня с двух сторон. Подвели к столику и усадили между собой.

— Мы вам поможем, — одновременно сказали красотки и принялись кормить меня с ложечки. А я всё никак не мог справиться с источником. Наконец, я плюнул и перестал сопротивляться. Растёкся по стулу блаженной лужей и идиотски заулыбался.

Андрей Дамирович с профессиональным интересом наблюдал за мной. Видимо, Гаврила решил, что меня надо спасать, потому что пришёл император и сел на свободное место. Он заглянул в мою тарелку.

— И чем тут у вас кормят, Андрей Дамирович? — он пододвинул мой грибной суп и принялся с аппетитом его пожирать.

Я так возмутился, что позабыл про близняшек. Схватил харчо и погрузился в еду.

— Всё было очень вкусно! — я сыто откинулся на спинку стула.

Обеденная зала почти опустела, близняшки исчезли, как и император. Напротив меня сидел ректор и насуплено молчал. За его спиной довольно усмехался Гаврила. Я пропустил что-то интересное.

Мы вернулись на первый этаж. В одном из кресел сидел одинокий студент и увлечённо читал книгу. Дверь в большую аудиторию была открыта, и я подошёл послушать, о чём вещает лектор. По идее должна быть вводная лекция.

Тема действительно была интересной. История магии, и молодой парень увлечённо рассуждал на тему возникновения магии. Ректор молодой, и преподаватель тоже. Эта академия нравилась мне всё больше и больше.

Он пробежался вскользь по всем теориям: эволюция, внеземное происхождение, даже предложил вариант, что магия была всегда, но люди не умели с ней взаимодействовать. А потом предложил высказаться студентам. На этом моменте я направился к входу и занялся установкой сканирующей арки. Гаврила подавал мне элементы из чемодана.

— Чем собираетесь завтра развлекать учеников, — с любопытством спросил ректор Академии магии.

— Завтра не проблема, — отмахнулся я. — Буду всех сортировать, утром и займусь. А вот что делать в понедельник… Это да… Проблема… Я ещё даже не ознакомился с расписанием.

Я собрал одну сторону и принялся за вторую.

— Отправьте немагов к Умникам, а магов ко мне, — запросто предложил Андрей Дамирович.

— Надо узнать у Иван Михайловича, — я озадаченно почесал затылок. — Он собирал талантливых учителей для потешного полка. Может у него кто остался. И ублюдскую школу не знаю даже открыл или нет. Он так неожиданно попросил меня приехать. Я, если честно, не в курсе его положения дел. Жалко парня, такая травма.

— Мать умерла, — сочувственно покивал наследник рода Жуковых.

— Я про детскую трагедию из-за которой у него травма, — я принялся за установку верхушки. — Они со Славием были как близнецы-братья. Ваня не поверил в несчастный случай, но его никто не слушал. После этого случая он закрылся в себе и параноит, — я вздохнул и активировал устройство.

Гаврила достал из чемодана управляющий планшет и передал мне. Я активировал, пошла заставка Связинет, хм. Кликнул на приложение АМ. Андрей Дамирович в нетерпении шагнул сквозь рамку. Планшет пикнул загружая нового пользователя под номером один. Появилось крутящееся изображение мужчины с раскинутыми в сторону руками и ногами, автоматически менялись режимы просмотра, высвечивая энергосистему, источник, мышечный каркас. Ректор в нетерпении ткнул пальцем в картинку и появился текст:

«Одарённый мужчина, 35 лет. Стихийная принадлежность: огонь — не активирован, земля (враждебная) — 5%, воздух (родовая) — 75%, вода — нет. Источник — частично повреждён. Энергетическая система — 79%. Физическое тело — среднее: выносливость — 72, сила — 64, гибкость — 38, мышечный каркас — 68, нервная проводимость — 69, капиллярная сеть — неразвита. Состав тела: ядов не обнаружено, дефицит витамина В12, D, недостаток цинка, селена, меди. Состояние здоровья — удовлетворительное. Эффективность работы системы — 9%».

— Что??! Какие 9 процентов? У той неодарённой было больше, — возмутился ректор. — И почему родовая стихия только 75%? Это что за чушь?

Я посмотрел на возмущённого мужчину и понял, что объяснять ему что-то бесполезно.

— Гаврила, — я показал ему на рамку. И тот ни слова не говоря прошёл и встал на прежнее место.

Представляю, как ему было любопытно, но он повёл себя как образцовый слуга. Вскоре наследник рода Жуковых смог лицезреть идеального человека. Ну так, я ж его восстанавливал, хех.

«Одарённый мужчина, 78 лет. Стихийная принадлежность: огонь — нет, земля — 100%, воздух — нет, вода — нет. Источник — 100%. Энергетическая система — 100%. Физическое тело — идеальное: выносливость — 98, сила — 72, гибкость — 58, мышечный каркас — 100, нервная проводимость — 100, капиллярная сеть — полноценна. Состав тела: ядов не обнаружено, дефицит витамина — нет. Состояние здоровья — идеальное. Эффективность работы системы — 100%».

Жуков посмотрел на цифры, на Гаврилу, снова на цифры и опять на Гаврилу. Потом достал номер телефона.

— Иннокентий, подойдите к центральному входу. Срочно! — он выслушал собеседника. — Это не займёт много времени, потом продолжите свой урок.

Со стороны полигонов прибежал спортивного вида мужчина и вопросительно уставился на ректора.

— Зайди и выйди, и можешь быть свободен.

Учитель какой-то физкультуры исполнительно вошёл и вышел и убежал прочь. Мы уставились на новые данные:

«Одарённый мужчина, 32 года. Стихийная принадлежность: огонь (родовая) — 2%, земля (враждебная) — 1%, воздух — нет, вода — не активирован. Источник — сильно повреждён. Энергетическая система — 16%. Физическое тело — низкое: выносливость — 89, сила — 96, гибкость — 15, мышечный каркас — 71, нервная проводимость — 36, капиллярная сеть — неразвита. Состав тела: отравление алкоголем — 0,05%, дефицит витаминов — не обнаружен. Состояние здоровья — тревожное. Эффективность работы системы — 2%».

— Я, наверное, чего-то не понимаю? — он посмотрел на меня, не ожидая ответа. — Почему у него родовая стихия — два процента?

— Молодой род, полагаю, — я безразлично пожал плечами, собираясь уходить.

— Да, второе поколение. Постойте, Эдуард Ванилович, — он аккуратно тронул меня за предплечье. — А что значит источник сильно повреждён?

Я развернулся и ткнул на планшете в изображение мужчины в правом верхнем углу, а потом выбрал режим источника.

— Вот, смотрите, — я увеличил картинку и ректор ахнул. Всё и так было видно. Неровные стенки, затемнения, небольшие дырки. — В результате неправильно проведённой инициализации ему привили враждебную стихию из-за которой источник стал повреждаться. А родовая стихия тоже ещё не укоренилась, вот и получается, что всё время после инициализации его источник медленно разрушался. Но ему сколько? 32? если за десять лет не помрёт, то дальше уже ситуация выправится. Ну или можно отказаться от враждебных стихий.

— А как же так? А родовая магия? — ошарашенно спросил Андрей Дамирович.

Я пожал плечами и махнул Гавриле. Обратно мы пошли мимо полигонов. Какие-то они бессистемные. Пожалуй, я их вечером уберу, всё равно они никуда не годятся.

Когда мы прошли середину пути, мне открылся вид на Академию наследников, которой не было. Хтонь! Они снесли здание!

И мою сканирующую арку?! У меня завибрировал телефон. Я посмотрел на экран. 45 новых пользователей. Переставили сканер куда-то, я обернулся в сторону общежития. Оно же на все академии? Я озадаченно почесал затылок, а потом развернулся обратно к тому месту, где ещё час назад стояло здание.

Там собрались единственные нормальные в этом мире маги, которые были родом из другого мира. Ну кроме бати, стоявшего рядом с Морой. Марина-выживальщица разговаривала с незнакомой парочкой: ни парня, ни девушку я не знал. По источникам определил их, как нейристов. Берр был единственный из всех маг земли! Они это серьёзно?!

— А я говорю не проблема! — махал руками Хеллиос. — Вон! — он ткнул рукой в летающий остров. — Покупаем любое здание и перетаскиваем сюда!

А что я хотел? Дитя космической цивилизации — он мыслит совсем другими категориями.

Глава 24

Я стоял перед пустым местом, где ещё час назад возвышалось здание, и охреневал. Это ж они получается всё уничтожили? Там же, наверное, и учебники были, оборудование какое-то? Библиотека, тьма её забери? У меня начал дёргаться глаз.

— Давайте выкупим какую-нибудь академию или институт? — донёсся возбуждённый голос Хеллиуса.

— А учеников вы куда денете? — ехидно поинтересовалась Катя. — Я так и вижу заголовки утренних газет — император силой отбирает здания у слабых. И не важно, если вы его при этом купите задорого. Выглядеть всё будет именно так!

— Давайте посмотрим, может быть есть новые, построенные здания, ну ли почти построенные, — предложила Мора. — Нам не обязательно учебное заведение, подойдёт деловой или культурный центр.

Я не поверил своим ушам. Они сначала снесли, а потом стали решать, что делать? Гаврила поддержал меня под локоть, а Михаил III злорадно усмехнулся. Он что? Считает, что это моя проблема, а не его? Я просверлил его ненавидящим взглядом, как и полагается любящему сыну. Папаня нахмурился.

— Надо позвать Бориску, он поможет подобрать здание, — предложил Берр. — Надо же учитывать, что ещё время потребуется на его транспортировку. Ремонт, допустим, можно начать, пока оно будет лететь.

Рядом со спорщиками появился прозрачный мальчик.

— В столице есть долгострой, загнивающий культурный центр, почти законченный торговый, — по мере слов искина стали появляться голографические изображения зданий. — В Череповце собираются открывать навороченный деловой центр. В Нижнем Новгороде есть Академия магии с недобором студентов. Под Костромой строится новая усадьба.

— Это всё не то! — категорично заявила Катя. — Вы забываете о главном! Это же не просто учебное заведение, это Императорская академия наследников. Элитное заведение для элиты. Нам нужно нечто необычное. Чтобы само сооружение создавало вау-эффект. Оно должно рождать гениев, — вдохновлённо продолжила девочка. — А вот это вот всё — шир-пор-треб, — закончила она по слогам.

Бориска стал выставлять новые голограммы зданий. Они поражали архитектурными решениями.

— Вот! Вот! Это то, что надо! Сами посмотрите, оно даже на рака похоже! — Катя запрыгала от восторга.

Я подошёл поближе. Здание действительно напоминало рака. Купольная крыша на месте головы, два корпуса загибаются, как две клешни, и хвост сзади.

— Где это? — девочка требовательно уставилась на Бориску. — Берём! Определённо берём!

— Не знаю, это не моё изображение, — искин озадаченно ткнул в картинку пальцем.

Да, это нарисовали стихии. Они очень хотели помочь. И отказать им сейчас было никак нельзя. А они вообще строить умеют? Это здание требует сложных инженерных решений. Индивидуальный проект, а они до сих пор занимались только подражательством и копированием. Им просто знаний не хватит. Хотя, конечно, они могут сделать всё на голой магии… Мне даже интересно стало, что из этого получится.

Я подошёл поближе. Рыжик освоил такое сложное стихийное программирование? Магическая голограмма была очень качественная, масштабируемая, воздушные грани, слегка подкрашены разной степенью плоскостностью и хорошо передают объём. Вдвоём с Драко делали? Молодцы, я отправил им теплую волну.

Я увеличил размер, и мы вместе принялись дорисовывать и усложнять конструкцию. Нужно учесть всё сейчас. Все коммуникации. Земеля начал готовить почву под фундамент и обнажил трубы и кабели.

Пять этажей и подвал. Отлично. Нет, давайте, у вас у каждого будет своя кафедра в хвосте рака, и там обустраивайте, как хотите. В других же помещениях надо учить детей. Видели, как в Академии магии первый этаж сделан? Мне понравился, студентам там комфортно.

Мы интенсивно обменивались образами, спорили и творили. Со стороны смотрелось дико, как я общаюсь сам с собой и посмеиваюсь. Окружающие, затаив дыхание, наблюдали, как голограмма обрастает подробностями.

Просторное фойе первого этажа переходило в открытую библиотеку в хвосте здания. Драко предложил поставить при входе электронную доску и задействовать воздушную магию для транспортировке книг на высокие стеллажи.

Раздевалку вывели в подвал. Пол с подогревом, сушилки для зимы, тёплые обувницы, климат-контроль. Сканирующую арку Капля вшила в дверной проём, умничка. Пусть студенты не знаю, где она.

Левую клешню определили для немагов, а правую для магов. На первом этаже две столовые в двух корпусах-клешнях: одна для будущих магов, другая для уже одарённых.

По центру, где у рака была голова распланировали четыре большие аудитории одна над другой, на каждом из этажей. По бокам в клешнях-корпусах предметные кабинеты. Второй этаж будет посвящен познанию окружающего мира, третий — законам природа, четвёртый — человеку, а пятый — магии. Самую большую купольную аудиторию на последнем этаже я забрал себе. Четыре этажа в хвосте отдал стихиям, пусть оформляют себе кафедры, как хотят, и ведут уроки, хе-хе. Сомневаюсь, что они согласятся заниматься с теми, у кого стихийная принадлежность будет меньше 75. Я предложил установить при входе на стихийную кафедру сканирующую рамку-пропуск. Неприятные им лица не смогут их побеспокоить. Я объяснил, что их личные помещения должны быть особо защищены. Стены, пол и потолок поглощать случайно выпущенную магию, мебель и предметы быть особо прочными.

Пока у малышей не пропал энтузиазм началась стройка. Гвардейцы оцепили периметр. А император попросил моих людей встать так, чтобы меня не было видно. Я, наверное, смотрелся слишком неадекватно и палевно, потому что батя выдал некоторым гвардейцам какие-то устройства, которыми они важно помахивали вокруг будущего здания.

Земеля начал возводить стены, и они обвалились. К сожалению, у меня знаний строительства тоже не было. Вернее, они были, как бы иначе я смог создать небоскрёб, но все мои знания были запечатаны в чёрной области головы или зарыты глубоко в подсознании. Сознательно воспользоваться ими я не мог, а создавать через перевёрнутую Альфу, означало лишить стихии возможности построить что-то самостоятельно.

Тогда я предложил делать стены из силовых линий, и чтобы не переделывать всё по несколько раз, сначала собрать каркас. Площадку Земеля уже выровнял и уплотнил. Поскольку делали сами стихии, визуально было отлично видно, как без чьего-либо участия выстраивается скелет будущей Академии наследников. Как будто кто-то рисует прямо в воздухе цветными карандашами.

Когда рамка была готова, я попросил увеличить высоту потолков, и здание подросло. Потом Капля решила придать более обтекаемую форму корпусам-клешням, а Драко отправил картинку, что если фасад застеклить, то можно даже сделать острые выступы, имитирующие раскрытую клешню. Тогда уж и хвост на конце расширили.

Первые стены мы собрали в подвале. Драко растянул плёнку, а Земеля сделал её твёрдой. Потом мы вспомнили про коммуникации и опутали подвалы трубами и проводами. Только после этого принялись доводить до ума раздевалку. Там же ещё и вентиляция должна была быть. Драко вывел воздуховоды и разместил их на месте усов. Получилось прикольно. Не забыли и про обогрев пола и климат-контроль. Мы сразу установили вешалки, где я внедрил плетения очищения. Чтобы и обувь и одежда не только высушивались, но и очищались.

Наконец, мы закрыли подвал, вывели лестницы и настелили пол. Земеле захотелось поиграть с рисунком. В результате в библиотеке у него по полу были хаотично разбросаны буквы. В фойе он поддался уговорам Капли, и перемычку залили стихией воды. Получился эффект, как будто ходишь по воде. Не уверен, что это будет хорошо смотреться, но с другой стороны — родовая стихия императорского рода, почему бы и не подчеркнуть это при входе.

Пол в столовых стал деревянным, мол, для аппетита. Стихии с чего-то решили, что дерево способствует созданию правильной домашней атмосферы. Драко предложил оставить внешние стены прозрачными, и мы попробовали, залили защитной плёнкой. Смотрелось дико, особенно вместе с широкой овальной дверью, изображающей рот. На пороге я написал: «Оставь грязь, всяк входящий», и внедрил плетение чистоты, хе-хе.

Широкое крыльцо со ступенями добавило впечатление, что рак высунул язык. Мы немного поспорили, потому что Драко хотел сделать зловещий оскал, а Капля улыбку. В результате вход получился двусмысленным. Но после того, как Рыжик добавил по бокам перевёрнутые вверх ногами светильники, рак стал хищным. Мы закончили с коммуникациями и лестницами и покрыли перемычку между первым и вторым этажом плёнкой.

Опять начались споры о покрытии. Я напомнил, что второй этаж посвещён изучению окружающего мира. Рыжик предложил сделать пол в виде географической карты, где названия кабинетов будут отмечены, как города. Идея всем очень понравилась. Зрители за моей спиной восхищённо ахнули. Внешние стены, по-прежнему, оставались прозрачными, встал вопрос какими делать внутренние перекрытия.

Поскольку для магов было важно понимать окружающие природные материалы, Земеля сделал все стены разными. Камень, дерево, металл, даже земля и песок. Смотрелось потрясающе.

В немагическом корпусе получились тематические стены по предметам. Кабинет для изучения финансов и юриспруденции обзавёлся денежными обоями. По географии Рыжик сделал экраны с интерактивными картами разной направленности. В общем, всё получалось даже круче, чем я рассчитывал.

Мы сформировали перекрытие между следующими этажами, и раз уж стали подчёркивать направленность этажей, то пол третьего, который был посвещён законам природы, стал, хм… В общем, когда люди будут по нему ходить, то будет разный эффект. В левом крыле будут оставаться следы, а в правом от шагов расходится трещины. В остальных местах он будет меняться в зависимости от времен года. И сейчас кроме самого рисунка опавших листьев, порой попадались настоящие листочки.

Следующий этаж был посвящён изучению тела человека, и я был категорически против анатомических рисунков. Краем глаза я видел, как Мора хотела успокаивающе погладить меня, но её остановил император.

Я принялся объяснять стихиям, что человек — это чистый лист бумаги, и поэтому стены должны быть белыми. Малыши были со мной не согласны, мол уже с рождения все младенцы разные и их души. В конце концов, видя, что я начинаю расстраиваться они мне уступили. Все поверхности этажа стали белыми, даже пол. С единственным допущением — структуры была разной: гладкой, шероховатой, мягкой и в этом духе.

Стихии закружили вокруг меня, успокаивая. Ветер взбаламутил идеальную укладку, а огонь пробежался по телу сверху вниз, насыщая меня волной тепла. В довершение картины передо мной образовался стакан с водой, который я выпил залпом, как и ещё два. Мы закрыли третий этаж и перешли к последнему, магическому.

Я решил, что не буду развивать и дальше вербальную магию, малыши прочно ассоциируют её с насилием. Дам этому миру плетения. Поэтому пол принял классические очертания паркета, с одним дополнением, стали видимы плетения, внедрённые в дерево: чистоты, подогрев, климат-контроль, впитывание случайных выбросов магии. Я их обозначил разными стихиями для контраста. На стенах тоже самое плетение чистоты было видоизменено, поскольку внедрялось в другую поверхность. Вместо зеркала, я подвесил соответствующее плетение и появилась отражающая поверхность.

Плетения были по-всюду. Нейристы сразу поняли, что это, а местные — нет. Узоры и узоры, окрашены разными стихиями, магия же.

В немагическом крыле я сразу создал несколько кабинетов для медитации и развития концентрации, и небольшой спортивный зал для статических поз.

В магическом крыле сделал соты-ячейки, такие мини-кабинеты, где ученики смогут отрабатывать под контролем искина построение плетений. Допуск и выдачу электронных заданий я оставил пока за собой.

После этого стал обустраивать свою большую лекционную аудиторию. Кафедра, магическая защита, демонстрационная сфера, чтобы не палиться, буду делать вид, что манипулирую над кафедрой. Ну и парты для учеников. Стихии продублировали обстановку на другие три аудитории.

Крыша? Рыжик горячился, что раз это рак, то она должна быть красной. А Драко предлагал оставить прозрачной. В результате сделали, как придумал Земеля. Снаружи красная, а изнутри прозрачная. Встал вопрос, делать ли так же стены, или пусть окружающие видят всё, что происходит внутри?

Магический этаж засекретили, так даже лучше смотреться стало, не только верхушка у рака красная, а цвет ещё опоясывает верхний этаж. Остальные решили оставить прозрачными, кроме центральной композиции, где был вход и рот. Капля хотела сделать глаза. Но делать их просто частью декора не хотелось. Тогда Драко предложил поместить на места глаз телескопы, хи-хи. Так и поступии. Небольшие круглые кабинеты с обзорными магическими экранами и креслами на одного. Выпученные глаза получились как раз на уровне второго этажа, знакомства с окружающим миром.

Всё? Я заозирался, и нашёл Катю:

— Дальше сами доделайте, что надо, — я устало вздохнул.

Меня подхватил Гаврила и потащил к острову. Я влил энергию в ноги, оттолкнулся и запрыгнул наверх. Васнецов пополз по цепи, хе-хе. Впрочем, не сказать, что это вызвало у него какое-то видимое затруднение. Ну прокачает себе ещё силу, у него же там сколько было? Вроде 70? Есть куда стремиться.

Корней накрыл ужин. Я расположился в беседке, чтобы меня видно не было, неспешно поглощал краба под сладким соусом. Над полуостровом кружил вертолёт с телекамерой. Наверное, строительство транслировалось в прямом эфире. Крыши соседних академий и общежития были усеяны людьми. Судя по тому, что многие сидели с пледами, наблюдают они давно.

У меня непрерывно пикал телефон, сообщая о новых пользователях приложения АН и АМ. Боря успел сделать для меня обобщённую версию МАГ с более полными данными, где в том числе было видно, кого травили и чем.

Я наблюдал сверху за суетой внизу. На помощь Толе подоспел мой главный секретарь Пётр Михайлович и заведующий всем образованием царевич Михаил. Споры были жаркие. Полагаю, что от желающих преподавать у меня не будет отбоя.

— Эдуард Ванилович, к вам Андрей Дамирович. Прикажите пускать? — Гаврила учтиво поклонился.

— Да, пусть заходит, и подайте и ему чего-нибудь, — я перешёл к десерту. Корней баловал меня сладкими пирожными, напичканными магией.

Сквозь прозрачные стены было хорошо видно, как Катя с Борей и Хеллиусом ходили по первому этажу. В холле уже появилось несколько больших табло. На кухнях хозяйничали мои помолодевшие повара-алхимики.

— Корней, — я подозвал своего личного ученика, — левый корпус для немагов и столовая для первых двух курсов. А правая — для прошедших недавнюю инициализацию.

Корней кивнул, достал телефон и отошёл в сторону.

Ко мне подсел ректор Академии магии.

— Эдуард Ванилович, давайте на завтра объединим студентов, — сходу выпалил он, а Гаврила выставил перед ним краба.

Отказываться и чиниться Жуков не стал. Было видно, как он проголодался. Я сделал глоток расслабляющего и успокаивающего отвара и флегматично поинтересовался о чём речь.

— Ну как же? — прожевав заволновался ректор. — Вот вы что планируете завтра проводить? Отбор?

— Да, — я медленно кивнул. Мне ещё предстояло переделать полигоны, а на полуострове собралось слишком много народу. — Соберу всех на улице и смешаю с грязью, а потом заставлю впахивать на тренировочной площадке. Может, кто-нибудь сбежит, — с надеждой закончил я.

— Это после того, как они видели в прямом эфире, как строится Академия наследников? — нервно хохотнул ректор. — Вам разве не обрывают телефон с просьбами, устроить новых наследников родов?

— Моего телефона никто не знает, секретаря и персонала у меня нет, — безразлично отмахнулся я. — Старые телефоны, подозреваю, уничтожили эти деятели вместе со зданием.

— Так вы не знаете? — загорелся Жуков. — Здание рассыпалось в прах, когда мы обедали.

— Да? — искренне удивился я. — Кто же тогда переставил сканирующую арку?

— Она как раз осталась стоять на пустом месте. Я видел, как её перенесли в общежитие, — разулыбался Андрей Дамирович.

Тревожный знак. Я ведь только подумал один раз, что здание лучше снести. Как так вышло? Я нахмурился. Видимо, пребывание в пустоте, не прошло бесследно. Хтонь-хтонь-хтонь.

Глава 25

Я стоял на капитанском мостике своего летающего острова, который предусмотрительно опустил пониже и вещал перед объединённой толпой студентов АМ и АН. Кроме детей виднелись и взрослые — не мои учителя, император со свитой. Вообще, лишнего народу было многовато.

Над академическим полуостровом зависли несколько вертолётов. К берегу впритык встали суда, которые тоже были напичканы непростыми людьми. Они сидели на мягких стульях за накрытыми столиками, и их обслуживали официанты.

Уроки в Академии умников и ИБДа были сорваны. Любопытные учителя встали поближе, а ученики заняли крыши и окна.

— Приветствую учащихся двух магических академий. Как меня зовут вы знаете, а если не знаете, то вам и не надо, — я чеканил речь, а Драко разносил голос по всей площадке. — Ко мне обращаться можно «господин ректор», а лучше вообще не обращаться, ибо я ненавижу, когда меня беспокоят по пустякам. При возникновении административных вопросов звоните сразу к главе своего рода. Пусть он сменит тупого наследника на более сообразительного, пока не поздно.

Кто ещё не установил себе приложение АН или АМ, советую это сделать. Так же, если вы умудрились до сих пор не пройти через сканирующую арку, вам стоит поторопиться. Впрочем, таким нелюбопытным я предлагаю сразу отчислиться, ибо в магии вам делать нечего, — я махнул манжетой, призывая нерадивых студентов пошевеливаться.

Толпа подо мной ожила. Площадку между четырьмя зданиями я переделал вчера ночью. Практически всё место заняло огромное разлинованное на квадраты поле. Нерушимая поверхность поглощала магические удары, как и невидимый купол. Идею с умными квадратами я скопировал с башни, только добавил между секциями защитные поглощающие стенки. Чтобы студенты случайно не поубивали друг друга. У меня не только учителя отсутствовали, но и целители. При активации учебной зоны студент попадал в невидимый куб. Боря помог соединить тренировочный полигон с приложением и поставил туда мини-искин.

Сейчас вся эта огромная площадь была занята людьми. Сканирующая арка располагалась около начала беговой дорожки, которая не только опоясывала весь центральный полигон, но и делилась на уровни. По полупрозрачным ступенькам можно было забраться на второй ярус, который был сложнее, поскольку бежать временами приходилось в горку. Третья полупрозрачная беговая дорожка была ещё выше и состояла сплошь из крутых подъёмов и спусков.

Некоторые студенты расселись на висящих в воздухе дорожках, свесив ноги вниз. Учитывая, что подвесные уровни были под наклоном, не думаю, что сидеть им было комфортно.

Зато небольшие островки отдыха на двух ярусах были забиты. Там я сделал пару красных кнопок регенерации и подогреваемые фонтанчики для питья. Жмёшь на кнопку и получаешь заряд восстановления, боль уходит, и ты снова способен бежать. Правда, предварительно считывалось состояние. Может ты не заслужил регенерацию, потому что филонил и ещё не вымотался достаточно, или, наоборот, излишне злоупотребляешь нагрузкой. На этот случай я тоже придумал систему индикации, и блокировал доступ на все полигоны, пока студент не набирал 24 часа сна.

За беговой зоной располагалась длиннющая круговая полоса препятствий, на любой вкус и цвет. Чего я только туда не понатыкал. Впрочем, жестить не стал. Я сделал закрытый полигон, только для своих учеников, вот на них отведу душу. Для немагов соорудил несколько простых полей с нормальным покрытием. Пусть потом сами там устанавливают, что хотят.

Ну и оставил традиционные полигоны около Академии магии, сами с ними разберутся. Только сделал нормальное покрытие, поглощение удара и защиту. Нехотя поставил небольшую дуэльную арену с сиденьями на берегу, между магическими академиями. Там сидячие места, обращённые к летающему острову, были все заняты.

Около Академии наследников организовал тематические зоны: для отработки меткости и работы с оружием. А как они собираются кидаться огнешарами, без развития навыка? Я даже тестовую систему ввёл, не сдашь норматив, к магическим тренировкам не допускаешься. Об этом было написано в приложении, я ночью надиктовывал Бориске некоторые правила и инструкции.

После моего предложения просканироваться некоторые деятели пафосно спрыгнули со второго яруса. Они пытались сократить путь, но вместо этого увязли в воздушном киселе в метре над землёй и медленно по сантиметрам опускались вниз. Ну а как? Меры безопасности. Я и вокруг небоскрёба такую зону установил.

Я ведь специально сделал дорожки прозрачными и без ограждений, уха-ха!

Зависшие в разных позах подростки подверглись осмеянию. Сердобольные студенты со смехом помогали вытащить торопыг из воздушного плена, но не всем. Некоторым пришлось дожидаться медленного приземления ещё пару минут. Ну, не любят их однокурсники, не любят.

Я же ждать, пока все закончат установку мобильного приложения и пройдут сканирование не стал, продолжил толкать речь.

— Теперь о том, что же вы видите на экране, когда смотрите на свои куцые показатели, — рядом со мной стали появляться огромные голографические проекции. — Оранжевая сетка — ваша энергетическая система, которая есть не только у магов. Отличие только в наличии источника. Вы видите нормальную, даже не идеальную сетку. Если ваше число ниже 30-ти не расстраивайтесь, вам всего лишь не повезло родиться в безграмотной семье. Если ваше число от 30 до 60, значит вы ленивая задница, у которой была возможность стать великим магом, но вы её про фукали, занимаясь другими более важными делами, чем саморазвитие. Если же вы застряли где-то в районе 90, значит, что-то препятствует вашему росту, и стоит поискать камешек, забившийся в ваш ботинок.

По поводу развития физического тела все вопросы к вашим родителям, которые вовремя не вправили вам мозги. Прочем, показатель отражает не только уровень физической подготовки, но и состояние здоровья. Видите строчку «капиллярная сеть»? Нажмите на неё и убедитесь, насколько она не развита.

Поздравляю! Если она у вас не развита, то сильным магом вам не стать. Вы — поколение слабаков! Ничтожества, которые, вместо подвижных игр сидели в телефоне, или занимались другой хернёй.

Вы — ленивые задницы, которые вместо вкалывания на беговой дорожке, развлекали себя поглотителями времени. Главам родов я прямым текстом советую отказаться от этих наследников, — я нашёл глазами телерепортёров и жёстко посмотрел в камеру, — и сделать ставку на более молодое поколение, воспитав его правильно. Кроме раздутого самомнения у вас ничего нет! — я обвёл рукой толпу детей.

Капилляры разносят вещества по всему организму, — я ткнул в крутящееся изображение человека с идеальной кровеносной системой. — И они закладываются в детском возрасте. Вы опоздали!

Теперь же в отношении Стихийной принадлежности. Если у вас есть строка с пометкой «враждебная», значит при инициализации вы получили неродственную лично вам стихию. Источник от этого постепенно разрушается. Увеличьте картинку в приложении и убедитесь сами. Если же такой пометки нет, но ваше число всё равно маленькое, это говорит только о том, что вы бездари, которые не занимались развитием. Впрочем, если у вас слабая энергетическая сеть и не развиты капилляры, то там не может быть числа больше 15.

Теперь, что касается родовой магии. Вас возмущает низкий уровень? — я усмехнулся. — А с чего ему быть большим? Родовая магия нарабатывается веками. Через десяток поколений слабосилок вы может и выйдете на 50. Если ваше число меньше 70, не обманывайтесь отсутствием слова враждебное. Чем ниже показатель, тем более разрушительно ваша родовая стихия действует на источник.

Если ваше число больше 85 — можете считать себя древним родом. Если же оно меньше 40-ка, то стоит ли игра свеч? Да у вас будет ещё одна слабенькая стихия, которая будет тормозить общее развитие. Хотя чего вам бояться? Вы же и так поколение тупых ленивых слабосилок.

Чтобы перестать быть ничтожеством и перейти в разряд умного слабака, придётся много трудиться. Вы — не готовы! Я даю вам полчаса, чтобы обсудить ситуацию с главами родов и гордо уйти в закат. Время пошло.

Над толпой зажёгся таймер обратного отчета, а я сел за стол, накрытый белоснежной скатертью и принялся пить чай. Исполнительные подростки схватились за телефоны.

Гаврила положил передо мной большой монитор. Боря стал выводить данные, и они были удручающими.

На остров по цепи забрался Андрей Дамирович Жуков и сел рядом.

— Мои цифры не лучше. Может объединим статистику?

Я кивнул и сделал вид, что что-то делаю в планшете. Ну не показывать же мне ему, что она у меня и так есть. Боря даже отправил ему запрос на синхронизацию данных, который он подтвердил.

Кстати, у Раковых, у единственных родовая стихия была сто процентов. Полагаю, это благодаря долгожительству глав родов. Жуковы — не менее древний род, а у них всего 75.

На остров запрыгнул император и сел с нами. Гаврила поставил перед ним чашку.

Я вывел на планшет обобщённые данные.

— Если отказаться от родовых стихий, то поднять магический уровень можно, — заключил я, не обращаясь ни к кому конкретно.

— Никто не пойдёт на это, — усмехнулся император. — Это же престиж, родовая магия.

— Как оказалось, это раздутый пузырь, Ваше Императорское Величество, — не согласился Андрей Дамирович.

Боря сделал мне выборку студентов, у которых была хоть какая-то капиллярная сеть. Тех, что были с полноценной сетью я выделил отдельно в группу 1А. Сто человек. Половина из них оказались из АМ.

— Андрей, ты не возражаешь, если я вот этих переведу к себе в Академию? — мы ещё вчера перешли с ним на ты.

— Эдуард, только при условии, что ты и меня возьмешь в эту группу, — серьёзно заявил наследник рода Жуковых.

— Ты не потянешь, — я помотал головой. — У тебя капиллярная сетка совсем убогая, на фоне других учеников ты будешь самым слабым. Тебя это устроит?

— Да! — он фанатично блеснул глазами.

Андрей повернулся к императору.

— Ваше Императорское Величество, скажите, ведь у вас есть техники, совершенствующие капиллярную сеть? — он ткнул пальцем в таблицу с Раковыми, которую я вывесил для себя отдельно. Там были мои Раковы, которых я омолодил, и у них показатели были превосходные. Они занимались благоустройством здания и ненамеренно прошли сквозь рамку. Да и сам император, возглавлял рейтинг идеальных людей со стопроцентной эффективностью работы системы.

— Нет, — категорично заявил Михаил III, — это только для членов рода, и то не для всех. Вы же видите, что и у нас полно слабаков. Он показал на таблицу.

Особо не мудрствуя лукаво, я разбил всех студентов на пять неравнозначных групп. Я сразу выставлял цифровые критерии, чтобы, если у них данные улучшатся, они попадали в новую группу.

Отличники — те, у кого всё было отлично с показателями и капиллярной сетью. С ними можно было полноценно заниматься магией. Они заслужили номер группы 1А и даже могут рассчитывать, что я составлю им расписание. Сюда же записал Андрея и Корнея.

В хорошисты попали те, кто получил минимально допустимые значения для работы с маной. Для них я ввёл внутреннюю градацию по уровням. Кто доберётся до пятого, создам группу типа 1Б, и у них тоже появится шанс получить нормальное расписание.

Следующую группу я назвал «удо». Середнячки с хорошо развитым спортивные телом, которое подойдёт для неодарённого. Проблемы у них были разные. У кого-то слабая энергетическая система, у других низкий уровень стихийной принадлежности. Потом поделю их на группы и озадачу, как они могут исправить ситуацию.

Последнюю группу обозвал «неуд», и дела у них были совсем плохи. Я даже не знаю, на что они рассчитывали? Я бы их всех отчислил, но решил дать родам шанс, вдруг найдут решение. При наличии капиллярной сети можно было бы поправить ситуацию. Доставка нужных алхимических веществ распределялась бы полноценно по всему телу. Но у них её не было.

Раковых и неодарённых, нулёвок, я раскидал по тем же уровням и отдельно собрал в общую группу. Так что они попали сразу в две группы.

У магов картина была получше, чем у наследников, что печально. Ведущие рода разбаловали своих чад.

Интересно было и то, что девушкам не полагалась родовая стихия, а значит их источник был менее повреждён. Попадались такие, которым повезло и им привили родственную стихию. У них были все шансы стать сильными магинями. Были бы.

Девочками не занимались, как мальчиками, не поили алхимией, не отправляли на полигон. Поэтому в целом они не выигрывали.

Погасло табло обратного отчёта, я встал и неспешно вернулся на мостик.

— Внимание! Прошу всех разойтись по участкам. Если ваша родовая стихия 70 и выше или у вас её нет вовсе, проходите в зелёную зону, — над частью полигона загорелся зелёный контур. — Если вы неодарённый, пройдите в белую зону. Те, кто решил расстаться с родовой стихией, — в жёлтую. Те, кто остается со слабой родовой стихией, вам в красную, — не знаю, что с ними делать, вообще не представляю.

Я снова вернулся за стол. Боря мне выводил на дисплей тех, кто шёл в красную зону. Я даже не знал их фамилий, они мне ни о чём не говорили. Тогда я взял и просто отчислил их всех из Академии. У императора глаза на лоб полезли, но он промолчал. Я оставил только одного парня. У него все остальные показатели были высокие, и он был в моей группе. Некто Евгений Ветров.

Андрей Жуков поступил со своими из красной зоны так же, и даже не стал спрашивать, почему так. Да вот не хотел я поощрять насилие над стихиями. А эта родовая магия в таком виде — именно насилие.

Пока все перемещались, я сделал ещё одно объявление. Обучение в академии продолжат только те, чьё здоровье находится в удовлетворительном состоянии. Тем, у кого есть проблемы, я даю неделю на выправление ситуации. Если они не улучшат показатели, то я их отчислю. Андрей тут же подключился, что тоже самое относится и к его студентам. Таких нездоровых было больше половины.

Кроме того я рассказал про деления всех на отличников, хорошистов, удо и неуд. Объяснил, почему неодарённые наследники попали в те же группы, что и одарённые.

— Не питайте иллюзий, что у вас всё хорошо, — заявил я холодно. — У вас всего лишь фора в два года. Но и вы опоздали. Вашим развитием надо было заниматься ещё до рождения, — я снова нашёл глазами камеру. — Вы, главы родов, — я сделал вид, что стучу пальцем в экран, — начинайте делать новых наследников и вкладывайтесь в их воспитание сами, а не полагайтесь на мамок и нянек.

Я перевёл взгляд на Раковых, гордо стоящих отдельной группой в зелёной зоне. Ещё бы им не возгордиться?! Единственные без осложнений в виде враждебных стихий.

— Раковы, — я сурово посмотрел на них, — не ждите от меня поблажек и особого отношения. Вы — императорский род, и должны стать примером для подражания. У окружающих должно зарождаться желание равняться на вас. Если я даю задание бегать каждое утро два часа, что делаете вы?

Я махнул манжетой, поощряя к диалогу.

— Бегаем два часа каждое утро, — не понимающе ответил кто-то из Раковых.

— Уууу, — я показал кулак с опущенным вниз большим пальцем.

— Бегают три часа, — поддержал игру кто-то из жёлтой зоны.

— Теплее, — я поощрительно махнул манжетой.

— Бегают, пока не упадут без сил, — раздался звонкий девичий голос с галёрки, и по толпе пробежались смешки.

— Ещё теплее, — я ободряюще улыбнулся.

— Бегают, пока не упадут. Потом доползают до красной кнопки и жмут на неё. Встают и бегут дальше, — мрачно предположил высокий темноволосый парень из красной зоны.

— Бинго! — я поднял вверх большой палец. — Как тебя зовут?

— Евгений Ветров, господин ректор, — парень учтиво поклонился. Ааа, так вот он, единственный не отчисленный из красных.

Я дал отмашку Драко выставить остальных, не пожелавших расстаться с родовой стихией за периметр. Тот не церемонясь, подхватил их в воздух, перетащил через ближайший забор и выгрузил в чистое поле. Ошалелый парень остался один в красной зоне. Пока все были в шоке малыши выдернули все неродственные им связи, включая родовые из жёлтой зоны. Рыжик быстро провел заживление источника и тут же прошла новая инициализация. На ногах остались стоять только Раковы и ещё с десяток человек.

Глава 26

Я объявил двухчасовой перерыв, чтобы люди пришли в себя после повторной инициализации, прошли ещё раз сканирование и пообедали. Я повесил таймер обратного отчета, а сам остался наблюдать, как люди приходят в себя. Детям в жёлтой зоне было не сладко, да и взрослые с трудом шевелились.

— Ваше Императорское Величество, в силу обстоятельств у меня нет целителей. Не откажитесь ли Вы помочь несчастным? — я кивнул в сторону наследника рода Жуковых, который так и валялся под столом. Сам же я перемахнул через перила капитанского мостика и спрыгнул вниз.

В первую очередь направился к студентам, я расширил восприятие, чтобы отыскивать тяжёлых. Ко мне на помощь рванули некоторые Раковы. Савелий и Прохор, как дети целителей, Толя, суицидальный Андрей, что стало для меня неожиданностью. Неужели он уже оправился после гибели Светланы? Другие Раковы оттесняли здоровых, чтобы освободить пространство. Император двинулся в другую сторону, где были взрослые, и часть Раковых пошла за ним.

Всё оказалось не так плохо. В жёлтой зоне вырывали сразу по две стихии, поэтому Рыжик занимался источниками более плотно, что пошло им только на пользу. А в себя они не приходили, потому что им требовалось больше времени на восстановление, ну и не у всех здоровье было в норме. Я прошёлся и посмотрел всех, чтобы не пропустить тяжёлый случай. Только пару раз подлечил сердце. Ну если они спортом не занимались, то и сердце не тренировали, наследнички.

Я отправился помогать отцу, предполагая, что у него проблемы. Сразу направился к физруку, который проходил при мне сканирование. Помню, у него картина была печальная, и тоже две стихии вырвали из источника. Он был в плох. Пришлось срочно латать сердце, вывел ему остатки алкоголя, оказалось, что лимфатическая система плохо работает. Ну а чего ей без капиллярной сети-то? Чтобы не палиться, черноту, исходящую из тела я аннигилировал. Правда, всё равно зловоние стояло, но тут помог Драко, уводил воздух вертикально вверх. Кроме лимфы пришлось почистить кровь, чтобы элементы распада не осели, где не надо. Под конец запустил немного регенерации. Сказал одному из Раковых, чтобы отпаивал этого деятеля физического труда обильно водой. Тот кивнул и убежал за бутылкой.

Следующей выцелил женщину, не понравилась мне она. Выглядела так себе, хотя если бы она была старше 35, её бы стихии не взяли, значит это она так себя запустила. Странная женщина, странная. Даже платье на ней какое-то чудаковатое, как мешковатый балахон. Может старая дева? Страшненькая, плоская и тощая. Наверное, не удалось родовым сбагрить её, вот и пристроили в Академию магии.

Она была вся больная. Застарелые болячки, усугублённые враждебной магией. Пришлось подлечить сразу всё понемногу. Регенерацию применять нельзя было, ни лишнего жира, ни даже хоть каких-то мышц у неё не было. Я попросил Каплю структурировать несчастной кровь, чтобы перезагрузить работу клеток крови. Аномальная работа была налицо, но разбираться времени не было. Подшаманил печень, которая напоминала высушенную воблу. Мы с Каплей насытили печень структурированной кровью, она прям порозовела. Думаю, этого будет достаточно…

Я огляделся, император весь мокрый от пота колдовал над не таким уж возрастным. О! Это же тот теоретик, который рассуждал о происхождении магии. Я посмотрел, другие терпят. Жаль будет, если помрёт, у него такой полёт фантазии, да и вдохновлять студентов умеет…

Я бросил в императора заряд бодрости и принялся изучать пациента. Ему тоже вырвали две стихии. И Рыжик источник отлично восстановил. У него даже капиллярная сеть была хорошая, да и в целом тело хорошо проработано. Затык произошёл из-за одновременной двойной инициализации. Две стихии вырвали и две запустили. Воздух и Огонь. Они взаимоусилили друг друга, как пожар подогреваемый кислородом магия стала наполнять его тело, подстраивая под себя. Если выживет, станет сильным магом. Как же ему помочь?

— Надо выпустить магию наружу, — шепнул я императору, — через каналы.

Я отошёл на несколько метров назад и попросил народ разойтись на безопасное расстояние. На всякий случай накрыл участок вокруг парня и бати поглощающим магию куполом.

Михаил III резко влил в него ещё огня и отскочил за пределы купола. Парня выгнуло дугой, а из рук, ног, головы и пятой точки вылетели огненный смерчи и врезались в мой купол, залив его огнём. Одежда на парне моментально сгорела, да и внутри было жарковато. Я попросил ближайшего подростка принести хотя бы штаны.

Купол ещё подрагивал от всплесков, а пациент, который только что помирал, уже встал. Взлохмаченные волосы с дымком, ошалелый взгляд, огонь бегает по телу, подгоняемый ветром.

— Дыши! — крикнул я. — Сядь на пол, закрой глаза и дыши!

Молодой человек нашёл меня взглядом, сел в позу лотоса и закрыл глаза. Вдох-выдох, вдох-выдох. Сначала огонь то погружался в тело, то выползал наружу, но потом он задышал медленней и спецэффекты пропали. Я снял купол и нас обдало горячим воздухом. Надо было сверху стравить, хтонь, не подумал. Подросток всучил почему-то мне штаны, а не учителю.

Я подошёл, прикрыл штанами срамное, и положил руку на макушку. Ну, ничего так… Не рванёт… Наверное… Я огляделся.

— Иди, поплавай, часок, — я кивнул на штаны и на осеннее холодное водохранилище за моей спиной.

Парень вскочил, шустро натянул чужую одежду и на ускорении скрылся. Ну хоть побежал в правильную сторону. Голова у него плохо соображает. Я обнаружил рядом того же парня, который бегал за штанами.

— Присмотри за ним, — попросил я. — Он сейчас в неадеквате, но через час остынет и будет безопасно с ним общаться. Ну там, может он на энтузиазме заплывёт слишком далеко…

Парень кивнул и убежал в ту же сторону.

Я огляделся. Батя уже подлечил троих, осталось еще двое. Я подошёл к ближайшему. Молодой мужчина, вырвали две стихии, и две прижились. Конфликта на этот раз не было. Вода и Земля. И взаимоуравновешены. Проблема опять из-за того, что магия стала перестраивать тело. А вода очень щепетильно относится к качеству жидких сред. Вот и ей не понравилась кровь. Я подключил Каплю, проще всего было структурировать жидкость, тогда внутренний конфликт исчезнет на корню. Но мужику определённо надо заняться собой.

Мужчина пришёл в себя и уставился на меня фанатичным взглядом. Ну вот, приехали…

— Займитесь здоровьем, — посоветовал я. — Вашим новым стихиям не нравится дом, в который они попали. Они затеяли ремонт, и чтобы они не снесли несколько лишних на их взгляд перегородок. Подлечитесь, отоспитесь, подберите правильное питание. И обязательно следите за тем, что пьёте. Никакого алкоголя, никаких насыщенных газами, любыми. Уважайте магию, — я похлопал его по плечу, а то мне становилось неловко от его взгляда.

Батя уже разобрался с последним взрослым.

— Благодарю, Ваше Императорское Величество, — я низко поклонился, развернулся и пошёл в сторону кухни. Съем две! Нет — три! Порции!

Студенты почтительно расступались. К сканирующей арке выстроилась длинная очередь. Два других хвоста упирались в здания общежития и Академии магии. Некоторые ушлые личности попытались пройти сканирование вместе с детьми. Типа мы журналисты, нам надо понимать о чём писать, вопила одна дамочка, хм. Парочка учителей из Умников засветились около арки, им-то зачем? Но мы с Борей уже перенастроили систему, и теперь сканировались только те, кто был в базе данных изначально, то есть был зачислен либо в АН, либо в АМ. Нет, данные снимались, но никто кроме меня их не видел.

Меня нагнал император и пошёл рядом. Прошедшие вторичное сканирование подростки оживлённо тыкали друг в друга экранами. Ну да, ну да… Видеть в приложении можно было только свои данные, без вариантов. Кто-то названивал предкам и восторженно делился впечатлениями. Быстро они в себя пришли, хм. Проходящие мимо девушки пытались строить мне глазки. И были среди них ничего так. Император недовольно сверлил охотниц взглядом. А близняшки Жуковы были хороши, да… Батя случайно толкнул меня локтем, неужели у меня было такое идиотское выражение лица?

— Ваше Императорское Величество, охрана никуда не годится, — я показал головой на сканирующую арку и ажиотаж вокруг неё. — Вы этим займётесь, или мне нанять Горбуновых?

— Школу Раковых должны охранять наши люди, а не чужие рода, — категорично заявил Михаил III.

— Я выставил защитный купол вокруг полуострова, когда, кхм… — я затруднился с формулировкой.

— Когда вы отчислили кучу народа, который оплатил обучение, выставив их без вещей в чистое поле, — подсказал Михаил Михайлович.

— Да-да, — обрадовался я его догадливости, — и сейчас проход возможен только со стороны причала. Но нужна какая-то пропускная система, правила… Я, знаете ли, опасаюсь за свою безопасность, — бросил я в него жирный намёк.

Я вдруг задумался над тем, что стал более ценной фигурой, чем даже царевич-универсал… А если сложить Эдуарда и Ивана в одно лицо… Меня даже передёрнуло от возможного масштаба охоты на столь ценного меня.

Взгрустнулось. Нормальная жизнь только что закончилась, да и была ли она у меня или Ванюши? Я настроил вокруг себя постоянный сканирующий периметр, который будет отслеживать приближение незнакомых, но в таком людном месте, какой от этого прок? Я набрал сообщение Боре, чтобы он организовал охрану моей тушки в режиме нервного параноика. У меня на руке собрался из частиц чёрный матовый браслет.

Не все наследники отправились на подготовленную полевую кухню, Очень и очень многие побрезговали и предпочли ту платную столовую у магов. Хотя за нами с императором потянулся хвост по крайней мере из Раковых и вылеченных взрослых магов.

Корней крутился на раздаче с троицей поваров-алхимиков. Наспех сколоченные столы и лавки стояли в несколько рядов. Я получил миску с кашей и столовые приборы. Рядом сел император, а неподалёку стали устраиваться фанаты и улыбчивые девушки. Каша была лёгкой и сытной, когда я подходил за отваром, то спросил, через сколько можно давать нагрузку. Юные старички заверили, что через 45 минут можно смело нагружаться. Студенты позади меня зашептались. Я оглянулся на табло. Время почти вышло.

За моей спиной нашёлся Гаврила. Я попросил его взять мне побольше добавки и попить. Быстро заглотил кашу и вернулся на остров. Я встал на край и огляделся.

Около рамки остались только взрослые. Драко выслал их за периметр. Значит, через сканирование прошли все, это хорошо. Подростки носились по полигону туда-сюда свежие и отдохнувшие. Немногие всё ещё сидели и ошалело смотрели в одну точку. Раковы снова собрались в единую кучку. Кроме того, стала собираться ещё одна группа студентов. Кто-то намалевал жирно 1А, и к ним подходили люди. Я заметил там Ветрова, Максима Горбунова, Михаила Карпова, Гришку Багаева и его рослого друга, забыл имя, хтонь. Почему-то там отирался атаман Игорь без своего привычного красного платка. Неужели, у него такие хорошие показатели? Хотя о чём я? Мора наверняка всех их прогнала через капсулы перед началом учебного года. Всё-таки отличная у меня будущая мачеха!

Из Раковых, кстати, никто не попал в группу 1А, ну если не считать Корнея. Близняшки Жуковы оказались в моей группе. Получается, я сам их перевёл к себе, хтонь. Да, они мне не дадут нормально сосредоточиться! Надо срочно спустить пар! Здесь была ещё парочка девушек, и Марина Волкова. Ну точно, она же глава рода, поэтому и попала в Академию наследников!

— Внимание! Студенты, чей показатель здоровья остался неудовлетворительным, не могут быть допущены до занятий, — я демонстративно ткнул пальцем в планшет, и невидимая сила потянула многих студентов за периметр полигона. — У вас неделя, хотя нет, пусть будет 10 дней. Сегодня пятница, значит через понедельник, или вы проходите сканирование и подтверждаете, что состояние здоровья позволяет вам заниматься, или будете автоматически отчислены, — я помахал им вслед манжетой.

Представляю, какой сейчас начнётся аврал у целителей. А сколько они денег заработают за срочность… Уууу…

— Моя личная группа 1А отправляется на полосу препятствий и работает самостоятельно. На сегодня ваша задача качество прохождения, а не скорость. Магией помогать себе нельзя.

Все проводили взглядом парней и девушек, которые вышли за пределы полигона и подошли к внешнему кольцу тренажеров. Ну пусть развлекаются, а я посмотрю, из какого теста слеплены сестрички. В смысле не только близняшки, а вообще мои… Хтонь! Опять меня заклинило! О! Ректор Академии магии присоединился к группе. Не ожидал от него такого рвения, молодец.

— Остальные, надеюсь, уже прочитали рядом со своей фамилией категорию к которой относятся. Начнём со слабаков — «неуд», — я задумался, и студенты притихли. — Всё плохо, ребятки, всё очень плохо, — я печально вздохнул. — Проще было бы вас выгнать, и набрать на ваше место более сильных ребят. Я даже готов дать возможность вашим родам обменять вас на других. Вот честно, — я прижал руку к груди. — То, что вы здесь стоите, ваш последний шанс стать хоть какими-то приличными магами. У вас не будет никаких теоретических или классных занятий. Не вижу смысла тратить на вас время, пока вы не докажите, что того стоите.

Главная ваша проблема — отсутствие капиллярной сетки. Если вы сможете вырастить хоть какую-то, остальное начнёт подтягиваться. Алхимия, влитая в вас без развитых капилляров, — всё равно, что выброшенная в унитаз. Она не дойдёт до места назначения.

Ваша задача на ближайший месяц — беговая дорожка, отдых, медитация, еда, сон. Если через месяц динамики не будет, — я извиняюще развёл руки в стороны. — То же касается и нулёвок, которые считают, что они в безопасности. Не будет роста показателей, — я помахал ручкой.

Подростки приуныли, а я внутренне позлорадствовал. Да, сдуются они. Всю свою короткую жизнь ничего не делали, с чего вдруг им пахать?

— Группа удо, вам, чтобы перебраться к хорошистам нужно не только развить свою жалкую капиллярную сеть, но и подтянуть физуху. Кроме этого для вас будет открыт функционал этого полигона по работе с энергетическими каналами. Обратите внимание, что вы стоите на квадратах.

Подростки стали озираться. Я махнул Гавриле, и Васнецов невозмутимо слез с цепи и встал в ближайший квадрат. Я отправил ему через приложение задание. Он достал свой телефон и нажал на кнопку. Вокруг него на мгновение обозначился куб и погас, а в воздухе на уровне лица появился голографический экран с тремя заданиями. Он нажал на первую строчку и перед ним возникло изображение источника.

Народ оценил уровень технологий и воодушевился. Пока мой слуга учился чувствовать свой источник, я продолжил говорить.

— Хорошисты, обратите внимание, что у вас есть внутреннее подразделение на группы. И хотя минимальный допуск к оперированию маной у вас есть, но смысл мне с вами заниматься, если ничего большее, чем огнешар с мизинец вы создать не способны? У вас будет открыт доступ к набору упражнений, которые вы сможете отрабатывать, развивая канальную сеть. Когда вы доберётесь до максимального уровни внутри категории, я создам группу 1Б, и мы начнём полноценно работать.

Я оглядел студентов. Неуды, кстати, уже в большинстве своём бегали по дорожке. Ну как бегали… вальяжно, неспешно, перешучиваясь и флиртуя… Их дело.

— Вопросы есть? — спросил я.

Поднялось множество рук. Я ткнул наугад.

— Почему у меня новая стихия только 10, хотя источник 25? — с претензией в голосе спросил парень в форме наследника. Кстати, у магов форма не была такой бесячей.

— Имя?

— Игорь Демидов, — парень гордо выпятил грудь.

Я нашёл его фамилию в списке в планшете и отчислил. Драко отбуксировал наследника за периметр.

— Ещё вопросы?

Поднялась только одна рука, женская.

— Что вы делаете сегодня вечером? — девушка лукаво улыбнулась.

— Имя?

— Кузнецова Аня, — испуганно пискнула в общем-то симпатичная особа.

Я нашёл её данные в списке — хорошистка.

— Я Аня Кузнецова! — вдруг возмущённо закричала какая-то девушка где-то в стороне, и расталкивая студентов ринулась к самозванке.

Я моментально оказался перед лгуньей, уж очень она меня выбесила, что я даже не заметил, как включил ускорение и, тьма её забери, что ещё. Внутри меня клокотала ледяная ярость. Улыбка сползла с побелевшего лица вредительницы.

— Это была шутка, — она солгала снова и попыталась улыбнуться.

— Жаль, что вы не в моей академии, и я не могу вас исключить, — холодно заметил я, а сучка победно улыбнулась и вздёрнула прелесный носик. — Зато я могу лишить вас магии.

Мою руку перехватил Вова Подводный.

— Она того не стоит, господин ректор, — мягким голосом прожурчал он.

Глава 27

Появившийся рядом с нами император навис над Подводным. А ведь он меня узнал. Хотя чему я удивляюсь? Во-первых, я не сильно и маскировался. Всего лишь сменил цвет кожи и волос. Просто Иван-царевича никто в лицо не знал, пока им не подсунули дублёра. Ну и во-вторых, они сколько меня держали в плену? Лично этот Вова со своим сподручным Саней, они-то меня изучили хорошо.

— Меня признали невиновным, Ваше Императорское Величество, я только недавно устроился в Академию наследников на должность инструктора по физподготовке и в махинациях Носовых не замешан, — спокойно заявил Вова. — Не лишайте господина ректора его единственного преподавателя.

Голос он не снижал, и нас слушали любопытные студенты.

— Что стоим? — рявкнул я. К моим ногам упало бесчувственное тело лгуньи. Потеряла сознание от испуга. — Вам заняться нечем?

Студенты бестолково шарахнулись от меня в разные стороны.

— Марш на беговую дорожку! — скомандовал Вова усилив голос. Он невозмутимо повернулся к императору спиной и принялся подгонять подростков.

Я вернулся на летающий остров, и Гаврила подал мне добавку: кашу с мясом. Вторую порцию забрал себе батя. Опять!

Боря вывел на полулежащий на столе экран обновлённые данные. За счет корректировки стихий показатели заметно улучшились. Рыжик же ещё и источники подлечил, так что и энергосистема подросла.

— Эдуард Ванилович, — обратился ко мне Михаил III, — мне телефоны обрывают главы родов. Просят договориться с вами о встрече.

Я вопросительно посмотрел на него, а он скосил глаза на кружащий над полуостровом телевизионный вертолёт.

— Давайте соберём всех в моей аудитории на пятом этаже, только уточните вместимость, — я махнул манжетой, — у кого-нибудь. Ну или пусть гвардейцы сядут и посчитают, заодно и мне потом расскажут. Вторник или четверг на следующей неделе.

Император кивнул и зашёл на ещё одну тему.

— Что на счет договорённостей по поводу экскурсий? — спросил он.

— Я только про одну знаю, на завтра с родом Белозёровых. По остальным ничего сказать не могу, — я растерянно развёл руками.

— Не беспокойтесь, Эдуард Ванилович, — довольно улыбнулся Михаил III, — я возьму этот вопрос на себя.

Я безразлично пожал плечами.

— Эдуард Ванилович, к вам пытается пробиться управляющий Хеллиос, — с поклоном сообщил Гаврила.

Постановка фразы меня заинтересовала, и я отошёл на капитанский мостик. Он был прозрачный и выступал в сторону от острова, поэтому с него было хорошо видно всё, что происходит внизу. А там стихийный пёс с якорной цепью с радостным лаем носился за убегающим Хеллиосом. Я внёс его в систему безопасности дома и попросил Земелю с Драко подсадить управляющего.

Драко подхватил его и выгрузил на лужайку перед домом. Земеля, кстати, благоустроил внешний вид территории. Забор он снёс. И, правда, зачем он мне на летающем острове? Травку подровнял, да и вид у неё был какой-то подозрительно свежий. Местами попадались невысокие луговые травы, чтобы не выбиваться из общей высоты короткого стриженного газона. Мне нравилось, я ещё раз отправил Земеле благодарность.

— Вам не кажется, Эдуард Ванилович, что вход на остров не доработан, — со скрытой улыбкой спросил отец.

— Меньше лезть будут, — парировал я.

— Вот как раз об этом я и хотел поговорить, — управляющий встал и отряхнулся. — В новом здании отсутствует административная часть. Совсем, — он обвиняюще ткнул в меня пальцем.

— Забыл, — я извиняюще развёл руками. — Но ничего переделывать не будем, — я дружелюбно улыбнулся. — Нас всё устраивает.

Батя сразу понял про «нас» и перехватил инициативу. Пожалуй, он единственный понял, кто на самом деле строил здание Академии.

— А как сейчас? Я же видел, что господин ректор через своё приложение отчислил кучу студентов, — поинтересовался он. — Никто, кстати, деньги за обучение вернуть не просил?

— Как же не просили они, — недовольно забурчал Хеллиос, без приглашения усаживаясь за стол. А что? В мире Нейра не было императоров, он, поди, и не знает, что в его присутствии сидеть без разрешения не полагается. — Я им выставил встречный счет за пользование сканирующей аркой, и консультацию господина ректора. В результате они нам ещё должны остались. Больше умников с требованиями не нашлось. Я всем, кто хочет заменить отчисленных на других, пока предлагаю приводить новичков в тот день, когда будет дополнительная волна отчислений по здоровью. Правда, я сразу предупредил, что бесконечно менять они не смогут. Один раз.

Хеллиос прервался и выложил на стол артефакт. Нажал кнопку и вокруг нас развернулась сложная защита против прослушки. Воздух стал как будто рябым, пропал сигнал телефона.

— Тёмный выдал со склада, жмот, — пожаловался управляющий небоскрёба на своего завхоза. — Мы точно не будем помогать с капсулами? — он посмотрел на меня, скосив взгляд на дубовый лист на моей груди, потом перевёл взгляд на императора.

Михаил III задумчиво барабанил пальцами по столу. Делиться возможностью омоложения император категорически не хотел. Очень сложно работать над телом и не омолодить, это просто побочный эффект оздоровления.

— А что, если сделать контрабанду? — предложил Хеллиос, и император непонимающе уставился на него. — Ну допустим, вам надо кому-то помочь, но неофициально, чтобы он был вам должен. Мы разыгрываем продажного… Ну, допустим Крэка. Хакер у нас есть такой, молодой парнишка, отлично сыграет роль нервного предателя. Он типа тайно, под прикрытием… Да тут такую карта можно разыграть, через Акакия Акакиевича, например. Он объявляет продажу лота на чёрном рынке — воссоздание полноценной капиллярной сети. Я уверен, что этот прохвост уже что-то втюхивает наивным гражданам. А потом резко снять лот, тут даже причину можно не называть. Сами всё придумают. Зато все поймут к кому обращаться, — ловко придумал Хеллиос.

Они принялись с батей обсуждать тонкости, список разрешённых лиц, и что с них можно поиметь. Я не прислуживался, зарылся в базу данных. Нужно составить расписание, а учителей нет. 1А и неодарённых можно посадить за парты, как и Раковых, их-то точно не отчислю.

Я вывел на экран списки групп. У меня получилось два курса — первый для нулёвок, и третий для одарённых. Получается, что ученики вторых и четвёртых курсов попадают на ступень назад. Студентов Академии магии я вычеркнул, пусть сами разбираются. А как они будут разбираться без учителей?

— Михаил Михайлович! — я резко вскинулся и перебил спор управляющего с императором. — Нам нужно сделать группу для взрослых. Переквалификация учителей. Будем ликвидировать безграмотность населения. Давайте только со строгим ограничением — один человек от рода, наследник не считается, и тело должно быть идеальным. Боря, выстави параметры, как для группы 1А. Тоже к понедельнику можете собирать.

Глаза обоих спорщиков загорелись с новой силой, а я вновь погрузился в размышления. Или мне оборудование полигона в аренду сдавать Андрейке? Хотя нет… Я же могу ограничиться физическим развитием чужих студентов. Упражнения по самоконтролю, медитация, развитие энергокаркаса… Да, пожалуй, так, а собственно магии пусть учит своих сам. Да тоже же вербалкой?

Значит, задания я выдам общие для АН и АМ, а расписание только для своих. Уфф… Вообще магов было больше, чем наследников раза в два. Поэтому я выставил приоритетное пользование всеми площадками для наследников. Потом предложил сделать систему бронирования, которая при опоздании отменялась, ну чтобы не злоупотребляли, а то ещё начнут торговать доступом на полигон.

— Эдуард Ванилович, — выдернул меня из подсчётов управляющий, — а сколько взрослых можно набирать?

— По вместилищу моей аудитории, — механически ответил я. — Не посчитали, сколько туда входит?

— 288 гвардейцев с тетрадками влезло, — тут же ответил Хеллиос. — Так где нам собирать большое собрание с учителями, Эдуард Ванилович?

— А что? Уже есть и учителя? — оживился я.

— Практически всех набрали, надо свериться по предметам, — он достал из внутреннего кармана и сунул мне выстраданный клочок бумаги с кучей исправлений.

«Физподготовка: Атлетика — Вова Подводный, Фехтование — Тихий, Стрельба — Тихий, Танцы и этикет -…»

— Неужели так сложно найти преподавателя танцев и этикета? — не поверил я.

— Раньше у нас был объединённый урок с ИБДа, в Академии наследников учатся только мальчики, — принялся пояснять батя. — А в Институте благородных девиц — только девочки. Этикет и танцы велись совместно, то мы к ним в гости ходили, то они к нам.

С его слов выходило, что вначале каждого урока велась жеребьёвка по выбору партнёра на вечер. И кроме работы в танцевальном зале, кавалер был обязан сводить девушку на свидание в качестве завершения урока. Судя по его тону контингент института был очень разный, и везло не всем парням. Но это тоже считалось элементом обучения.

— Ну так пусть всё и дальше так остаётся? — не понял я факта затруднения.

— Она заболела, — усмехнулся Хеллиос. — Хотя Берр говорит, что ей пригрозили, чтобы она уволилась, и сейчас у них никого нет. Сегодня же пятница. Как раз вечером по расписанию и должны были быть свидания. Думаю, мы скоро узнаем, кому так понадобилось тёплое местечко.

Вот уж не ожидал проблем на пустом месте! Я сунул нос обратно в помятый листок.

«Окружающий мир — нулёвки: Финансы и бухучёт — царевич Пётр, Юриспруденция — царевич Пётр, История — Иван Великий, География — Иван III Строитель, Политика — Владимир III Красное слово, Астрономия — Магилан».

Это что? У них дальность алтаря доходит до полуострова? Я заметно напрягся. Сколько я вообще влил энергии в алтарь?

— Всё нормально? — забеспокоился батя и положил мне руку на предплечье.

— Да-да, — я тряхнул головой. Буду в следующий раз в замке, припру этот Алтарь к стенке, он мне на все скользкие вопросы ответит!

«Окружающий мир — маги: Магография — Владимир III Красное слово, Материаловедение — Аффа, Кланы, родовая магия — царевич Николай, История магии — царевич Василий».

— А кто такая Аффа? — нее, ну я понял, что это кто-то с Нейры, раз тут нет ни фамилии, ни отчества.

— Талантливый магоинженер, магиня воздуха и воды, — с мечтательным видом прорекламировал управляющий явно красивую женщину.

«Законы природы — нулёвки: Математика — Федерик, Химия — Бума, Физика — Магилан».

— Что за Бума? И если Фед и Маг сюда переедут, кто будет в потешном полку преподавать? — я насупился и посмотрел на Хеллиоса исподлобья.

— На остров пришли новые учителя, детям они нравятся, — заверил меня управляющий. — Да и транспорт организуем.

— Вот этого не надо, — возразил император. — Не надо афишировать что мы настолько маяк освоили.

— А что вы думаете, Михаил Михайлович? — налетел на батю управляющий. — Как народ объяснил техномагический полигон? Так и объяснил: Раковы раскопали внеземные технологии.

Это вариант, всё свалить на башню. Она лучше защищена, чем я. Отец толкнул меня локтем, и я снова уткнулся в бумажку.

— Бума?

— Ааа, подрывница она вообще-то, — неохотно признался Хеллиос. — Но химию знает, ммм… — он причмокнул. — Вы бы видели, как она взрывчатку собирает из того, чего не может быть, дааа. Опять же увлечена предметом.

— Каким предметом? — я начал заводиться. — Взрыванием?

Отец успокаивающе положил руку на плечо. Вдох-выдох, вдох-выдох.

«Законы природы — маги: Прогрессивные технологии — царевич Михаил, Теория магии -… Стихии -…»

— Откуда столько царевичей? — я расстроился. На фига они мне? — Они сами вызвались преподавать? — я мрачнел и мрачнел. — А смогут? Михаил этот мне как-то рассказывал про прогрессивные технологии, я еле сбежал от него. Я, вообще-то, искал талантливых, чтобы они вдохновляли, а у меня какое-то засилье Раковых. В императорах я уверен, им-то, наверняка, есть что рассказать, а царевичи?

— Может нам всероссийский конкурс устроить? — предложил управляющий. — Поваров же вы отобрали, может и тут сможете отыскать таланты?

Я задумался. Как? Это ж нереально… Я посмотрел на отца, склонил голову на бок и прищурился.

— Нет! — категорично заявил император. — Нет! Нет! И нет!

— О чём речь? — с любопытством спросил Хеллиос.

— Тебе сколько нужно учителей? — он ткнул в бумажку. — Всех омолаживать?! Нет!

Я посмотрел на список. А сколько мне нужно? В оставшейся части нашёлся ещё один царевич. Дальневосточного записали на должность управленца. Мора вела сразу три предмета завязанные на тело человека.

— Мне нужен талантливый управленец, по теории магии, — я резко повернулся к Хеллиосу. — А Берр не потянет по теории магии?

Ну а что? Если и брать специалиста по теории, то не из этого мира, а из прошлого. Там то они по-любому более грамотные должны быть.

— Отказался, — неохотно протянул Хеллиос. — Сказал, что сам заснёт, даже на месте преподавателя. Мы даже Бориса Регуловича просили. И он не захотел. Он с надеждой посмотрел на меня.

Мне тоже не хотелось, но видимо придётся, если никого не найду.

— Значит, теория магии, управление и прогрессивные технологии. Три получается, — я посмотрел на отца. Можно попробовать сделать конкурс на три должности, если найдём кого-то путного, можно будет и с другими специальностями так же поступить, а пока пусть царевичи учат.

— Когда собрание? — решил сразу уточнить управляющий. — И где?

— Давайте в воскресенье утром в столовой, после завтрака, — раньше смысла нет. Мне бы хоть какое расписание набросать. А для этого надо оценить работоспособность ребят.

Управляющий отключил артефакт, взял телефон и отошёл в сторону. Я встал потянулся и пошёл на капитанский мостик, чтобы посмотреть, как тренируются студенты. Есть у меня пара идей на счет конкурса. Написал Дениске, чтобы шёл сюда.

Я крутанул штурвал и поплыл над беговой дорожкой. Здесь же рядом занималась группа 1А, вот и посмотрю на близняшек в обтягивающих штанах. Тьфу! На работоспособность своих учеников посмотрю. То, что всё плохо я понял сразу. Я даже посмотрел на часы, чтобы удостовериться, что прошло всего полтора часа. Мне махнул Вова Подводный, я так понял, что у него есть вопросы.

Когда остров поравнялся с ним, я спрыгнул и приземлился на втором ярусе. Протянул ему подкрашенный силовой жгут и подтянул наверх. На первом ярусе было слишком людно, здесь же почти никого не было.

За моей спиной появился большой пёс, обмотанный якорной цепью, и радостно завилял хвостом. Я погладил стихии. Вова протянул руку, но пёс зло ощерился. Они его не простили. У него, наверное, и стихийное родство упало. Он же даже устроился на немагическую специальность физрука.

Мы пошли по дорожке, крутой подъём ни мне, ни ему не доставлял проблем. Я ощутил воздушный канал от императора. Вова тоже заметил подслушку, но никак не отреагировал.

— Господин ректор, главный вопрос по поводу красной кнопки, — он показал вниз на зону отдыха, мимо которой мы проходили. — Не понимаю, как она работает и работает ли вообще. Пока никто так и не смог на неё нажать.

Я горько усмехнулся. Студенты не занимались вообще. Они тусили. Я сел на дорожное покрытие в зоне отдыха, и передо мной разлёгся пёс, загородив от физрука. Бегали единицы. И не по первому ярусу, потому что там бежать было невозможно. Дети гуляли, разговаривали, перешучивались или просто стояли на месте. Поэтому те, кто действительно занимался, перебрались ярусом выше. Я нашёл глазами телекамеру и подманил пальцем поближе. К нам по верёвке шустро спустился телеоператор и поставил камеру напротив нас. Подводный сел рядом, я ещё раз погладил пса.

— С кнопкой всё нормально, господин Подводный. Она работает и способна взбодрить спортсмена, если он устал. Только вот они, — я показал вниз на беспечных студентов, — не устали. Когда кто-то кладёт на неё руку, происходит считывание, действительно ли необходимо запускать внутренние резервы организма или это будет во вред.

— Но они же не будут заниматься, если их не гонять! — заявил очевидное мой единственный преподаватель. — Может мне их заставлять? Орать, грозить? Придумать что-то ещё можно, — растерянно предложил он.

— Понимаете, — я посмотрел в камеру, — мы Академия наследников. Мы воспитываем глав родов. Вот скажите, Вова, нужно ли главу рода подгонять? Это вот такое нас ждёт будущее, если руководить ведущими предприятиями страны станут эти главы родов.

Я упёр локоть на колено и подложил кулак под подбородок.

— Печально, — я вздохнул, — всё это очень печально.

— Так что же делать? — с искреннем беспокойством за страну спросил Подводный, я даже наклонил голову, чтобы посмотреть на него.

— Исключать, — я развёл руками, мол сделал всё что мог. — Вместо них придут другие: злые и голодные. Вот они будут выгрызать себе место под солнцем.

Глава 28

Мы сидели с Подводным на островке отдыха второго яруса перед телекамерой и смотрели на толпу подростков под нами. Видимо трансляция шла в прямом эфире, потому что телефоны отпрысков зазвонили все разом. Прям, как в дешёвом фильме ужасов. После бодрящих звонков от родителей студенты побежали, очень резво побежали.

— Господин Подводный, а не установить ли нам тут камеру? — я предвкушающе улыбнулся. — Отличная мотивация, как оказалось! Организуйте круглосуточную трансляцию над беговыми дорожками. А то ведь они ж врать начнут, что уже позанимались, а ещё… — я достал телефон и постучал им по раскрытой ладони. — Мы сделаем доступ родителям к показателям деток. Они смогут убедиться, насколько всё плохо и отслеживать прогресс. Там же найдёте индикатор, сколько времени ребёнок провёл на полигоне. Правда, там не учитывается, лежал он или бежал, — я извиняюще развел руками.

Я сделал вид, что набираю сообщение, а потом поднял глаза и посмотрел в камеру:

— Когда откроете изображение, увеличьте масштаб. Получите тщательную диагностику всего организма, как и источника. Покажите целителям, это значительно облегчит им работу, — я обернулся к Вове и махнул манжетой: — Идите, господин Подводный, озаботьтесь трансляцией.

Как только он отошёл в сторону, у него тут же требовательно зазвонил телефон. Знаю-знаю, реалити-шоу и всё в этом духе. Впрочем, мне это на руку, пусть люди знают про магию больше, особенно в частности что и как делать не надо. Я заметил Дениску, встал и поманил его рукой.

— Господа, — обратился я к зрителям, — Академии наследников требуются преподаватели по трём дисциплинам: по управлению, прогрессивным технологиям и по теории магии. Желающие заполучить должность записывают видео-лекцию по своему предмету. Задача, заинтересовать, замотивировать учеников. По организационным вопросам обращайтесь к адъютанту царевича Ивана Михайловича, — я втащил помощника в кадр. — Прошу любить и жаловать — Денис Матвеевич Егоров.

Сам я помахал зрителям и отправился дальше. Там занималась моя группа и близняшки, конечно же…

Мои ученики меня порадовали. Те, которые прошли через потешный полк понимали, что делать и как. Они задали темп всем остальным. Ребята подустали, но ещё не настолько, чтобы завершать тренировку.

Оператор уже закончил с Дениской и переместился с камерой поближе.

— Перерыв, — объявил я, спрыгнув к ним со второго яруса. — Подойдите ближе, — я поманил их рукой. — Главного выбрали?

— Никак нет, господин ректор, — отрапортовал подбежавший Горбунов. — Решили разбиться на мини-группы, чтобы добиться соревновательного эффекта. Лидеры групп, идите сюда, — он махнул рукой.

Ожидаемо все знакомые лица. Атаман Игорь, Марина Волкова, Гришка Багаев и его друг здоровяк, так и не вспомнил его фамилию, вроде что-то богатырское. Карпов тоже выделился в лидеры, хм. И Евгений Ветров. Семь подгрупп по семь человек.

— Напишите админу в приложении, он оформит вас в мини-группы и создаст командный рейтинг. И если что-то ещё нужно обращайтесь к нему, — я огляделся и нашёл тренажёр, на который можно было сесть. Кроме турников ничего не было подходящего, залез на них сверху. — Какие возникли вопросы? Предложения?

Первый вызвался Горбунов.

— Как лучше пользоваться кнопкой? — Максим задал очень грамотный вопрос, я заметил, как оператор увеличил фокус.

— Вот если вы дошли до состояния, что ноги подкашиваются, в мышцах слабость, жмите на кнопку, — я выдержал паузу. — И идите жрать. Много-много жрать. Только сразу предупредите поваров о своём режиме тренировок, чтобы они подстроили под вас отдельное меню и выбрали оптимальное время приёма пищи.

Я спрыгнул с перекладины и подошёл к ближайшей зоне отдыха, ребята потянулись за мной следом, как и телевизионщик.

— Кнопка заживляет ваши раны, благодаря ей завтра вы встанете и сможете тренироваться, а не будете лежать трупами. Но она использует ваши внутренние резервы, поэтому их надо восполнять. Много тренируетесь — много едите, ну и спать нужно, чтобы организм перезагрузился, — я любовно погладил кнопку и махнул на фонтан. — Пить не забывайте.

— А можно ещё вечером выходить на дорожку? — спросил Карпов. — Утром большая тренировка, а вечером маленькая? — предложил он. Его кстати, подлечили в капсуле, как и моих аристократов, они бы так не дотянули по уровню.

— Вечером можно делать интервальную пробежку, чтобы разогнать пульс. Для расширения капиллярной сетки нужна интенсивная нагрузка. Ваш организм должен поверить, что ему просто-таки позарез как нужно увеличить капиллярную сеть, — я усмехнулся и оглянулся на взбодрившихся подростков с мобильными телефонами. — Чтобы она росла, организм должен ощутить в ней потребность. И в данном случае короткие встряски эффективнее тяжёлых изнурительных тренировок. Они нужны вначале для разгона организма, перевода его в другой режим. Потом надо будет сменить тактику. Вы это поймёте, когда рост замедлится.

Руку подняла Марина. Она меня узнала. По моторике движений, полагаю. Да и голос я не менял. А она меня хорошо рассмотрела в музее оружия.

— Можно ли оборудовать туалеты? — смущённо попросила глава рода Волковых. — Пьём много, а бегать в здание далеко.

Я согласно покивал и огляделся. Мне вспомнились туалеты из мира Мати на сходах — с огненным шоу, и я хохотнул. Ну, вот было так настроено у них очищение кабинок, через струю пламени, направленную вверх.

— Как думаешь, сколько их нужно? — ко мне подбежал пёс с явным намерением снова строить. Хтонь! И ведь не откажешь, я потрепал его по загривку.

— Много, — графиня Волкова, кажется, покраснела.

Я заозирался. Не хотелось бы ставить уродливое напоминание, их бы замаскировать. Взгляд натолкнулся на полупрозрачную лестницу, ведущую на второй ярус. Отправил малышам образ того, как можно сделать уединённый кабинет под лестницей, замаскировав под опору.

Из тех же полупрозрачных линий под лестницей появились поддерживающие стены. Хватило на две комнатушки. Дверей было не видно. Зелёная кнопка вместо ручки. А если занято, кнопка загорится красным. Драко похвастался, какие плетения он уже выучил и тут же внедрил в пол подогрев и очищение на все поверхности. Я ему показал плетение аннигиляции. Оно было сложновато, поэтому делали вместе.

Стихии решили помещение изнутри сделать ослепительно белым с футуристической подсветкой по периметру, а снаружи имитировали прозрачность. Если не знать, то и не догадаешься, что тут что-то есть. Но это ж вездесущие студенты, они быстро разберутся.

Горбунов и Карпов закрыли меня от телекамер, а потом встал здоровяк и меня вообще перестало быть видно. Так что снять, как я разговариваю сам с собой и что-то бормочу у журналюг не получилось.

— Принимай работу, — я приглашающе махнул Волковой на туалет. Девчонки захихикали.

Марина и бровью не повела, она зашла внутрь и через пять минут вышла.

— Обалдеть! — она искренне восхитилась, и девчонки ломанулись проверять. Ребята тоже не удержались, полезли в соседнюю кабинку.

Вскоре все лестницы вдоль полигона обзавелись неприметными дверцами.

— Вы — кудесник, — близняшки Жуковы обняли меня с обоих сторон, чмокнули в обе щеки и убежали. Я заворожённо посмотрел на удаляющиеся попки, хтонь.

Я нагнулся над изображающим труп Андрем Жуковым и метнул в него регенерацию. Тот благодарно застонал.

— Андрей, с тебя на сегодня хватит, — я тронул его за плечо, пропуская воздушную волну бодрости по нервам. — Я серьёзно. Иди поешь и ложись спать.

Жуков кряхтя поднялся и походкой зомби отправился на полевую кухню. Я осуждающе помотал головой и пошёл к корпусу Академии наследников, я ещё не был внутри.

Когда я отошёл от ребят, которые возобновили тренировку, меня догнала симпатичная девушка. Я оглядел её с ног до головы. Не студентка, неодарённая. Я остановился и выжидающе уставился на неё.

— Господин ректор, — она мило переминалась с ноги на ногу, — не могли бы вы мне дать, — она робко посмотрела мне в глаза и резко выпалила, — интервью!

Я подошёл ближе.

— А что мне за это будет? — заговорщически прошептал ей в лицо.

Как оказалось, у прямого эфира есть и обратные стороны. Потому что буквально через пять минут я был окружён алчными журналистками. И эти пришли подготовленными. Расстёгнутые чуть ли не до пупка блузки. Обтягивающие брюки, мини юбки. У меня глаза разбегались от разнообразия женских форм. Внезапно меня под локоток подхватила маленькая девичья ручка.

— Вот вы где, Эдуард Ванилович! Идёмте, нам надо обсудить экскурсию на ГЭС, — и она потянула меня в сторону.

Я повернулся и первое, что увидел — толстую косу, лежащую на хрупком плечике. Подняв глаза, убедился — Маша Подводная. Интересно, а если я являюсь главой сразу двух родов, то могу завести двух жён? Перед глазами так и мелькали попки близняшек.

Маша дотащила меня до острова и призывно показала наверх. Я взял её на руки и подпрыгнул. Девушка не спешила слезать с рук, она крепко обвила меня за шею и заглянула в глаза. Я поставил её на ноги и нехотя отпустил.

— Так что там с экскурсией? — без энтузиазма поинтересовался я.

Машенька потащила меня в дом, а войдя принялась раздевать. Я вопросительно уставился на девушку.

— Да, всё нормально, не волнуйся, дорогой, я всё исправила, — она уже дотащила меня до дивана. — Вместо одного магохода, будет два. Ты со своей группой поплывёшь отдельно. Я же помню, что ты не любишь толпу. Не волнуйся, Иванушка, я о тебе позабочусь, — и она накрыла мой рот поцелуем.

Обо мне позаботятся… Фраза глубоко запала в душу и растеклась теплой кляксой, создавая ощущение домашнего уюта. Я размяк, а Заботливая Мария уже раздела и меня и себя и повалила на диван. Она практически сразу же оседлала меня, застонав от наслаждения. Я скользнул в транс, обезвредив заряд. Погодим с детками, погодим…

После второго выстрела, который тоже стал холостым, я устало лежал на диване. Маша прижалась ко мне сбоку, и я лениво поглаживал её по обнажённой спине. Перед нами возник невозмутимый Гаврила и даже не покосился на женские прелести.

— Ужин куда прикажите подавать, господин? — спокойно спросил Васнецов, а со стороны кухонной зоны донесся мягкий перестук передвигаемой посуды.

Маша вздрогнула и заозиралась, натягивая на себя мою рубашку. Больше прикрыться было нечем. Это ж гостиная, большая открытая зона. И как оказалось оба моих товарища всё время были где-то неподалёку.

— В беседке давай, — я протяжно зевнул. — Ванная там, — я показал рукой в сторону и госпожа Подводная резво рванула, забыв захватить свои вещи.

— Я выполнил все три задания! — выпалил Гаврила таким тоном, каким преподносят важные срочные новости, но я ничего не понял.

— Какие? — я потянулся и встал, прогоняя по телу волну очищения. Создал на себе точно такой же костюм, как был раньше. Кивнул Васнецову на одежду девушки, мол, пусть отнесёт.

Он усмехнулся, собрал вещи, задержавшись на белом кружевном белье. Да, девушка явно подготовилась. Он вежливо постучал в ванную комнату и протянул аккуратно сложенную стопку вещей, высунувшейся моське Маши.

— На полигоне, — пояснил Гаврила, когда вернулся, и добавил. — Вы мне выдали в качестве демонстрации возможностей полигона. Я всё сделал и получил зачёт, — гордо закончил он.

Понял, наконец, я и забыл совсем. Я взял протянутый мне телефон и развернул в планшет. Да, все три задания, выполнены на отлично, молодец.

— Хочешь ещё? — догадался я.

Васнецов закивал болванчиком.

— Тест сдай на стрелковом полигоне. Я в твоей меткости не сомневаюсь, но программа так настроена, что нужны допуски, — я сразу выдал задание всей группе 1А и добавил Гаврилу в качестве ещё одного личного ученика. Похоже чтения лекций мне не избежать, хтонь.

В беседке я разложил планшет и принялся за составление плана занятий и расписания для своей группы 1А. Мне через плечо заглянула Маша.

— А можно и мне в твою группу?

Я открыл данные девушки. По параметрам подходит, 19 лет, значит только отучилась. Водница? И ещё две стихии не активированы? Малыши тут же исправили недочёт. Трёхстихийница без огня.

Я добавил ошарашенную девушку в свою группу. Она сидела и всматривалась в себя. Всё-таки у них странные методы саморазвития, там под водой. Я бы хотел ещё раз съездить в этот город… Но опасно. Надо разобраться сначала с законом наследования. А то эти ушлые Подводные опять выставят меня в дураках.

— Я, кстати, твой рюкзак привезла, — растерянно сообщила девушка. Она так и не пришла в себя. Только что она была сильной водницей, а стала единственной в мире трёхстихийной девушкой, причём сильной. — Деда ещё водорослей добавил. И отдельно сбор сделал для тебя, сказал, что тебе понравится. Он сказал, что ты очень заботливый, печёшься о здоровье главы рода, — добавила она. — Не знаю, что он имел ввиду, но он, и правда, выглядит в последнее время замечательно. Даже помолодел.

Гаврила многозначительно приподнял бровь. Типа он ещё несколько раз пытался самоубиться? И не вышло, хм. Васнецов выставил прохладный морс и разлил по стаканам.

Мы приятно поужинали, и когда девушка ушла обживаться в общежитие, я вернулся к составлению расписания. Открыл список группы и пришёл в замешательство. Напечатал сообщение в чат:

«Сбор в моём кабинете через полчаса».

Скользнул в транс и обнаружил, что пёс всё ещё не развоплотился. Просил стихии подтащить остров к Академии Наследников. Ну, не подумал я, что там беговые дорожки в несколько ярусов, хтонь. Но малыши выкрутились. Когда остров подплыл к препятствию, пёс побежал по воздуху, как по земле. Это было очень эффектно, Драко был доволен ошарашенными лицами бегунов. Они хотя бы начали потеть. Но всё равно филонили страшно.

Сгустились сумерки и беговые дорожки стали подсвечиваться, создавая освещение и для полигонов. После отбоя они почти потухнут, будут лишь обозначать контур.

Пока мы летели я судорожно ходил туда-сюда, соображая, что делать. Кстати, атаман Игорь приобрёл фамилию Берр. Усыновил его, значит, нюхач и основал свой род. Как бы иначе он попал в Академию наследников? Ему оказалось 17, и он был неинициированным двустихийником. Это при том, что он был диким. Думаю, что при самопроизвольной инициализации двустихийники не выживали.

У атамана в группе было 8 человек, и все ещё не прошли инициализацию, а значит это молодые рода, у которых нет алтарей. Как я и говорил, придут молодые и злые. Они явно работали над собой, раз попали в группу 1А.

Я как-то не учёл, что в Академию припёрлись 15-летки в огромном количестве, чтобы знакомиться с царевичем Иваном. И вот у меня больше половины были из таких. И опять молодые рода скорее всего, это надо у Корнея спросить. Мой повар записался в группу к Берру. Хотя… я же к себе переписал часть из Академии магии, так что они могут быть и не наследниками.

У меня получалось три подгруппы магические и четыре 15-ти леток.

Первая — атамана, неинициированные. Вторая магическая была бабская, ну и ректор Академии магии к ним прибился. Из-за близняшек Жуковых, наверное.

И возглавляемая Евгением Ветровым была из второкурсников, поскольку им всем было по 18 лет. Наверное, они из Академии магии, тьма их всех забери, в общем, не важно.

Вот и шёл я к своей группе, чтобы решить разбить их на две или оставить всех вместе? Не было у них общих занятий, кроме физухи, смысл держать их вместе? Ну могу и нулёвкам магию вещать… Только вот практика у них будет только через два года?

Распахнув дверь в аудиторию, я застал разгар женской драки. Причём парни держались на расстоянии и не вмешивались. Близняшки елозили по полу Машу. Та успешно отбивалась ногами, руками и даже лбом треснула разок. Одежда была порвана, подозреваю, что она пострадала в первую очередь. На всех было кружевной бельё, причём на близняшках разное, ммм… Машенька тоже поменяла те, что я видел на другие, кхм.

Вокруг дерущихся ходила Марина Волкова и мешала рассматривать женские прелести. Она вежливо уговаривала девочек перестать. Да-да, помню, как она уговаривает, хрясь. Ну вот! Я же говорил! Графиня Волкова с разворота вырубила сначала одну Жукову, а потом и другую. Впрочем не забыв отключить и Подводную, ударом в челюсть.

Она стащила с ближайших парней пиджаки и набросила на девчонок. Но они ж короткие. Я ж говорю — уродская форма. Со штанами никто расставаться не хотел.

— Андрей Дамирович, — взмолилась Марина, — ну хоть вы отдайте свои штаны племянницам!

— Не отдам! У меня одни штаны, а их двое! Не хочу никого из них обижать!

Глава 29

Пришедший следом за мной Гаврила выдал полуголым девицам простыни, чем заслужил неодобрительные взгляды от парней и один благодарный — от Марины Волковой. Впрочем, девушки не сильно заворачивались, оставляя неприкрытыми участки, будоражащие воображение.

Васнецов проигнорировал обращенные на него взгляды, сел за первую парту и уставился на меня. Все споро последовали его примеру. Причём расположились по своим отрядам. Корней присоединился к атаману Игорю. Только Гаврила остался одиночкой.

Первым делом я попросил стихии провести инициализацию 17-леткам. Двустихийным оказался только Игорь. Остальные парни из молодых родов ожидаемо получили по одной стихии. Только у Ветрова его второкурсники были двустихийными. Он единственный, кто заметил, что сидящие партой ниже парни стали вдруг одарёнными. Те были дезориентированы. Он маякнул своей группе, и они принялись отпаивать ошалелых ребят из термоса. Молодец. Я решил дать новым магам время на адаптацию, и прошёлся, рассматривая свою аудиторию. Уютненько.

Да, человек на 300, хорошая компоновка рядов получилась, два прохода, не считая боковых. Парты широкие, скамейки удобные. Между кафедрой и первым рядом просторно, лежит несколько пуфиков. Электронная доска от Бориски и еще одна поменьше для данных из приложения. Удобно, можно рейтинг отдельно выводить или ещё что.

Я добавил несколько плетений, чтобы сиденья и парты не изнашивались и сохраняли свежий и опрятный вид. Окна вообще шикарные. Сама аудитория был неправильной формы. Мы же находились в голове рака. И окно на всю стену было выпуклым, пропуская больше света. И ведь всё это было бесшовным. Да и вообще не стеклом. Магическая плёнка. За счет прозрачности казалось, что мы сидим под открытом небом. Не только потолок был прозрачным, но почти половина аудитории со стороны окна. Шии-каар-ноо…

Даже звёзды видно. Взгрустнулось. Наверное, теперь всё время, глядя на звёздное небо, я буду вспоминать Эдуарда, как мы лежали на летучем фрегате и смотрели в ночное небо. Взгрустнулось.

В воздухе возник Драко и спикировал ко мне на подставленную ладонь. Я погладил его. Несмотря на свою прозрачность он сделал себе мягкую фактуру, просто умница. По кафедре запрыгал Рыжик. Я попросил Земелю и Каплю тоже воплотиться.

Капля оформилась в змею с преувеличенно большой головой. Я погладил единственную женскую стихию, тяжело ей даётся форма. Земеля появился на кафедре в виде того же пса, которого все уже видели, только в уменьшенном виде и без якорной цепи. Я потрепал и его.

— Знакомьтесь, — я повернулся к студентам, замершим и, кажется, не дышавшим вовсе, — это воплощения стихий. Ваши будущие учителя. На каждом этаже есть стихийная кафедра, это их заведующие. Только общаться они будут крайне избирательно. Если у вас стихийная принадлежность меньше 90 — ваши шансы пройти сквозь дверь минимальны. Вы же, пока поднимались по лестнице видели двери из огня, из воды?

Пока я рассказывал, стихии пошли знакомиться с учениками. Пёс встал к Гавриле на колени и облизал ему лицо. Тот заворожённо почесал Земелю за ухом. Рыжик сел перед Корнеем, и обнюхал его руки. Да, я приживил ему Огонь первостихией. У него немного другой источник. Рыжику любопытно. Капля обвилась вокруг шеи Маши Подводной. Всё-таки давление воды как-то меняет тела. Что усиливает — это точно, но и на магию положительно влияет. У Марии очень качественная энергетическая сетка, я бы сказал — непрошибаемая. Капле приятно находиться рядом с Машей. Девушка аккуратно поглаживала Змею.

Ветров пытался общаться с Драко, но тот недовольно фыркал и укусил его пару раз.

— Господин ректор, — обратился ко мне парень, — подскажите, пожалуйста, что ему не нравится?

Было видно, что Евгений очень хочет подружиться. И его задевало, что Драко не идёт на контакт.

— Это из-за твоей родовой стихии — огня.

Пришлось сделать небольшое отступление и рассказать студентам о том, что в мире практикуется неправильная инициализация, которую стихии воспринимают враждебно. И родовая магия — тоже насилие.

— Драко не нравится, что ты плохо обращаешься с его другом Рыжиком, — объяснил я.

— И что? Ничего нельзя сделать? — Ветров поник. — Отец категорически не хочет отказываться от родовой стихии.

Как я и ожидал, главы родов упёрлись. Тем более в тех случаях, как у Ветрова, когда родовая стихия перевалила за 50. В случае Огня возможность приживления была, как я сделал с Корнеем. Но сам факт… Это ж родовая стихия, это означает поощрять насильственную практику. Я оценивающе оглядел парня и перевёл взгляд на Корнея. Тот расценил мой посыл правильно.

— Молодой род Ветровых осваивает ветрогенераторы в степях, — тут же ответил мой личный ученик.

— А зачем им Огонь? — не понял я.

Корней развёл руками. Ответил покрасневший Евгений.

— У основателя рода было две стихии: огонь и воздух. По наследству передался только огонь, — объяснил он.

— Чушь! — рявкнул я так, что ученики отпрянули, а стихии вернулись на кафедру. — Вся эта генетика — чушь! Один умный дурак сказал, потом пару раз совпало и появилось правило, которое привело магический мир к деградации.

Я опомнился. Я только что нагнал на детей жути и наговорил лишнего. Я отвернулся, чтобы прийти в себя, и сделал вид, что роюсь под кафедрой. Мне пришла в голову ещё одна идея, и я быстро создал стихийные браслеты с кардиодатчиком и зелёные футболки с длинным рукавом.

Я выложил всё на кафедру.

— Покажите, кто неправильно пользуется источником, — попросил я малышей.

Над всей группой Ветрова зажглись разноцветный кулаки с опущенными большими пальцами. Кроме них, стихии пометили всю группу Волковой.

— Вы неправильно работаете с маной, и вот эти браслеты отучат вас от дурной привычки. Заодно помогут в тренировках. Подходите и разбирайте браслеты по своим стихиям и футболки, — предложил я.

Пока ученики разбирали я объяснил, что, когда источник опустошается, не нужно насильно втягивать в себя ману. Мана впитывается сама, естественным образом. Тут же в верх взметнулась рука. Андрей Жуков, кто же ещё. Он уже забрал свои два браслета.

— Если мана впитывается сама, то почему скорость настолько отличается, — спросил он, и заслужил от меня укоризненный взгляд.

Он хлопнул себя по лицу.

— Понял! Развитие канальной сети у всех разное.

Я подтверждающе кивнул. Я объяснил, что каждый раз, когда маги будут насильно втягивать в себя ману, будут получать болезненный стихийный разряд. Впрочем, я попросил стихии давать детям высыпаться. Пока мы переговаривались, студенты надели футболки и браслеты и второкурсники начали подёргиваться. У новых магов дурная привычка сформироваться ещё не успела.

— Да это нереально! — взвился Андрей. — Я это делаю на автомате!

Ну да, ну да… В силу возраста у него уже сформировалась стойкая привычка. Ему будет сложнее всего отучиться.

— Браслеты синхронизируются с приложением, задайте там зону пульса, в которой нужно бегать, — я не успел договорить, меня перебила одна из незнакомых девушек.

— А какой пульс нужно держать?

— В зоне от 150 до 160, — сообщил я и попросил малышей нанести на футболки стихийные рисунки.

Так я буду всегда наглядно видеть. Если это просто зелёная футболка — неодарённый. Если поверх есть ещё и стихийные знак, то сразу видно какой. Я сразу попросил левую половину оставлять нераскрашенной, чтобы было видно зелёный цвет. Другим группам я раздам другие цвета. У Евгения Ветрова футболка получила рисунок лозы поверх неба, и тонюсенькую полоску огня. Он даже снял с себя футболку, чтобы посмотреть. Ветров задумчиво водил рукой по огненное ленте. Неужели проникся?

— Эй! Ты что? Трехстихийница? — возмущенно крикнула близняшка с огненно-земной расцветкой.

Маша Подводная гордо красовалась волной, накатывающей на прибрежную полосу на фоне грозового неба. Мне даже показалось, что это картинка с Бискайского залива.

Гаврила ласково поглаживал свой скалистый принт и улыбался. Да, у него определённо повысилась стихийная чувствительность.

— Ты и Корей уже можете заходить в стихийные комнаты, у вас же по сотке в стихиях, — обрадовал я Васнецова. Студенты вскинулись и посмотрели на моего слугу с уважением, которого не выказывали раньше. Слуга же, хм.

— Да! Собственно зачем я вас позвал, — я забрался с ногами на кафедру и сел в позе лотоса. Стихии разлеглись рядом. — Когда я создавал группу 1А, то совсем не учёл, что одни из вас ещё неодарённые.

Я извиняюще развёл руками.

— Ну вот нет у меня опыта преподавания, а меня ещё и ректором поставили, — признался я. — Так что делать будем? Для себя я пока вашу группу переименовал в 01А, чтобы не забывать, что среди вас есть и нулёвки.

Я взял в руки телефон и вывел на экран позади себя примерное расписание.

— Сами посмотрите, — я махнул манжетой себе за спину. — Общая у вас только физуха. А потом вы расходитесь по разным аудиториям. Единственное, пока я не нашёл преподавателя на теорию магии, и буду её преподавать сам. Но зачем её слушать 15-леткам? Ну узнаете вы теорию, практикой же будете заниматься только через два года. Что скажите?

Я повёл рукой, предлагая высказываться. Студенты разделяться не захотели, все дружно просили остаться одной командой.

— А когда другие подтянут уровень, они же не попадут к нам? — решил уточнит Горбунов.

— Нет, для них будет собираться своя группа.

— Тогда тем более не хотим разделяться, — ответил за всех Максим.

— Хорошо. Ваш день будет среда. Все свободны, — я махнул манжетой и пересел за стул, чтобы разобраться с ещё одной дилеммой. Раковы.

Студенты расходились, кажется, девушки опять что-то не поделили, но Марина вытолкала их за дверь, которую вежливо прикрыла. Хорошая она девушка, правильная.

Я долго мучился с расписанием для Раковых и взрослых, а потом добил сетку для всех остальных. Получалось, что мне лично пахать почти каждый день. Почти каждый день неделе я буду проводить с одной из групп, не пускать же всё на самотёк. Система ещё сырая, а и нет её толком.

Проснулся я утром в своей постели на летающем острове. Озадаченные вышел в гостиную и на диване обнаружил отца, укрытого пледом. Неужели, это он меня перетащил? Хтонь. Набросил на него купол тишины.

В кухонной зоне завтракали Захар, Гаврила и Корней. Моя порция была прикрыта куполом сохранности.

— Сколько у меня времени? — спросил я, присаживаясь к столу и принимаясь за завтрак.

Корней приготовил тосты с сыром и травами. В качестве напитка стояла большая кружка чая с орехами в какой-то патоке.

— Мы уже плывём, — в голосе Захара прозвучало осуждение.

— А как же? — не понял я. — Толя говорил, что взрослый координатор нужен.

— Мария Саргасовна неплохо справляется, — неодобрение в голосе секретаря стало явным.

— Кто?

— Госпожа Подводная, ваша самопровозглашённая помощница, господин ректор, — с лёгкой усмешкой пояснил Захар.

Что он такой злой? Я подозрительно посмотрел на секретаря батюшки.

Я неспеша позавтракал, вышел во двор и потянулся. Мы, и правда, плыли. Я с интересом переместился на капитанский мостик, чтобы видеть всю панораму снизу.

Под островом извивалась река Шексна. Позади нас остался большой город Череповец. Крупный торговый центр, здесь сходились водные пути и располагался наземный транспортный узел. Чуть в стороне был большой судоремонтный завод.

Белозёровы предоставили два магохода. Большой и маленький. Якорная цепь тянулась от маленького, но фактически остров плыл над большим, пятипалубным. Он был заполнен беззаботными студентами, разбившимися на группки. Тысячи полторы детишек, не меньше. Я заметил алкоголь, и попросил Каплю всё спиртное превратить в воду. Рыжик вызвался подвыпивших отрезвить. Я согласился, и попросил сделать это пожёстче. Уже через минуту палуба наполнилась блюющими за борт подростками. Мария Подводная заволновалась, но потом увидела меня и успокоилась. Она приветливо помахала рукой, я ответил ей тем же. Не, ну а что? Она сняла с меня такой груз, что ж не поблагодарить?

Я перевёл взгляд на магоход поменьше. На нижней палубе группа 01А наслаждалась видами. Среднюю палубу заняли Раковы. Как же… Они же породовитей моих первых учеников, им и палубу получше. Представители императорского рода разбились на две неравные кучки. Дворцовые тусовались отдельно. Вообще, не понимаю их спеси. Я вчера, когда составлял расписание, хорошо рассмотрел их показатели. Только дворцовые из Раковых попали в группу неуд. А большинство Раковых были удо. Правда, как оказалось, там полно левых. Кто-то догадался сунуть мне всех обнулённых. Не считая Корнея, которому было 25 лет, старшим было по 20! Зачем их снова в школу запихнули? Совсем делать нечего?

Ещё я задумался, как бы мне так очистить студентов от ядов. Даже думал добавить в рамку плетения очищения, которые будут медленно выводить яды. Надо же исправлять тот вред, который нанесли Носовы. В общем, я пошёл ночью и сделал. Года за два-три всё выведется даже у дворцовых.

Я ещё раз посмотрел на маленькую зловредную кучку. Кирилл похоже нашёл себе нового подпевалу в виде ненадёжного Андрея. Из девушек осталась одна Ирина, которая предпочла общаться с потухшим Савелием. Если достоверно известно, что он не Раков, зачем его ко мне записали?

На верхней палубе за накрытыми столами сидели важные особы. Я узнал только старика Белозёрова. По правую руку от Томира Юрьевича сидел царевич Иван, которого я опознал по своей одежде, это ж я её заказывал у портного. Она выгодно выделяла его среди остальных. Место по соседству с ним пустовало. Вёл он себя скованно, в разговоры не вступал. Отыгрывал роль хорошо, или может они изначально такого парня подобрали.

За вторым накрытым столом сидели, скорее всего, особо родовитые отпрыски. Они косились в сторону главного стола и мало разговаривали, больше прислушивались.

На корме лежал пёс с цепью от острова, он поприветствовал меня громким лаем, привлекая ко мне всеобщее внимание.

Я натянул маску надменного превосходства и пафосно съехал по натянутой цепи к стихийному псу. Погладил его, поблагодарил за заботу и дал ему косточку из стихии земли. Всё-таки он дал мне выспаться. Земеля с Драко так обрадовались косточке, что чуть не вырубили меня волной обожания. Я с трудом удержал лицо и отправил ответный посыл. Студенты моей группы разместились на этой же палубе, и они смотрели на пса совсем другими глазами. Я сделал вывод, что они единодушно решили ни с кем не делиться тем, что я им рассказал. Ну, может оно и правильно… Или это в них клановые рефлексы сработали. Им с молоком матери вбивали, что информация всегда чего-то да стоит, нечего её просто так распространять.

Если кто-то из них и пытался выйти с якорным псом на контакт, то это вряд ли у них получилось. Это ж не просто Земля, а соединение Земели с Драко. Тут нужно обладать высоким доверием сразу двух стихий.

Я вальяжно прошёлся по нижней палубе, посмотрел, чем заняты студенты, раскинул уши. Обсуждали моё появление и вчерашнюю мини-лекцию.

На средней палубе меня встретили настороженными взглядами Раковы. Я ещё не отключил острый слух и услышал, что они недовольны тем, что первыми я пригласил к себе не их, а каких-то левых наследников. Меня аж злость взяла от такого снобизма. Я всех проигнорировал.

В целом корабль не сравнить с тем обшарпанным паромом, который возил детей на потешный остров. Он был явно новым, даже запах краски чувствовался. Палубы деревянные, матросы со стрелочками на брюках. Интересно, какой тут двигатель. Заявлено же, как магический.

Я поднялся на верхнюю палубу. И махнул манжетой всем сразу и никому конкретно.

— Доброе утро, господа, — я нашёл глазами Ивана и поприветствовал его совсем другим тоном. — Привет, Вано! — я радостно протянул ему руку.

Лжецаревич радостно вскочил, схватил меня за руку и крепко обнял. Он, как и следует подростку принялся говорить.

— Ну ты и задал вчера! Я чуть не сдох!

— Я смотрю, ты свеж и бодр, неужели дополз до кнопки? — я хитро улыбнулся.

— Догадался, Эдуард, что если не довести себя до состояния нажатия на кнопку, то завтра не встану.

— А как же те? — я махнул назад на блюющий корабль. — Выглядели студенты бодро, ещё недавно, — я приподнял вопросительно бровь.

— Хорохорятся, — отмахнулся лжецаревич.

— Про магоход уже рассказывали? Я всё пропустил?

К нам подошёл Белозёров.

— Не рассказывали ещё, — он обернулся к одному из матросов и что-то показал ему. — Не побрезгуйте, Эдуард Ванилович. Нас сегодня обслуживают лучшие повара рода.

Я сел рядом с лже-Иваном и упёрся взглядом в сильно помолодевшего Милена Налимовича, улыбающегося мне доброй отеческой улыбкой.

Глава 30

Напротив меня сидел мой второй отец — глава рода Подводных. Из дряхлого старика он превратился в цветущего мужчину. Конечно же, он меня узнал. Его понимающая улыбка сочилась искренней заботой и любовью. Я растерялся, что не скрылось от взгляда Милена Налимовича. Он успокаивающе кивнул мне.

— Вы замечательно выглядите, Милен Налимович, — я не смог удержаться от подколки. — В чём ваш секрет?

— Я тоже его спрашивал, — по знаку старика Белозёрова мне подложили свежий салат и налили какой-то зеленоватый напиток. — Говорит, что сын у него талант редкостный, это его работа. Его сынок Иван Миленович поехал в Академию наследников и не доехал, представляете? Волнуется Милен Налимович, весь извёлся. Вы его случайно не видели, господин ректор?

Я попробовал салат, и удовлетворённо покивал. Потом достал телефон и открыл приложение. Как ни странно, но Иван Миленович Подводный был зачислен в Академию наследников, но сканирование не проходил. Боря настоял, чтобы рамка меня не считывала. Режим безопасности нервного параноика, напомнил искин.

— Да, вы знаете, зачислен, но не прибыл, — я покачал головой. — Так что место у вас есть, можете прислать замену.

— Я думал сам поучаствовать в группе для взрослых, — улыбнулся отец номер два. Вот ведь… думаю, что он по параметрам пройдёт.

— Я бы тоже хотел, — тяжко вздохнул старик Белозёров. — Но вы же и нас бегать заставите? — с толикой ехидцы добавил он.

Я съел ещё пару ложек салата. Очень вкусно!

— Вчера закончил составлять расписание. Хотите, покажу?

Сидящие за столом дружно закивали.

— А сколько нам еще плыть? — поинтересовался я. Может не стоит баламутить воду сейчас? Вдруг мы через полчаса высаживаемся.

— Идти, — машинально поправил меня Подводный.

Белозёров заозирался. Мы проплывали живописную излучину реки. Мелкие посёлки и деревеньки остались позади, нас окружала нетронутая природа, и было особенно красиво. Я невольно заулыбался.

— Часа полтора, и ещё час на прохождение шлюза, — ответил Томир Юрьевич.

Для вывода расписания на всеобщее обозрение мне понадобился экран побольше. Я закинул в рот новую порцию салата. Он был действительно вкусным, лёгким и полезным. Я достал телефон и набрал номер Гаврилы:

— Аркадий, принеси мой чемоданчик, — попросил я, вовремя вспомнив, что у Васнецова тоже конспирация, и зовут его по-другому. Как, интересно, он в моей базе числится? Не помню.

Чемодан принёс Драко. Аристократы невозмутимо наблюдали, как с острова летит сам по себе чемодан. Полагаю, у Гаврилы возникли сложности со спуском с острова. Раньше он соскальзывал вниз по свободно свисающей якорной цепи, а сейчас она была натянута над рекой и находилась в постоянном движении. При поворотах остров уходил в сторону, натяжение ослаблялось, мой дом по инерции продолжал движение прямо, пока цепь не натягивалась и не разворачивала его в нужную сторону.

Я поблагодарил Драко и открыл замки. Достал складной экран, который шустро собрал Боря из своих микрочастиц.

Мы дружно освободили центр стола и водрузили туда этого монстра. Я установил его под небольшим наклоном, так что сидящим напротив важным персонам пришлось встать и перейти мне за спину. Иначе им было не видно экран. Я сделал вид, что подключаюсь к новому оборудованию, а потом вывел на всеобщее обозрение выстраданное расписание взрослой группы.

— Семь дней в неделю? Без выходных? — восхитился лже-Иван.

— А почему так много стрельбы? — озадаченно спросил кто-то из-за спины.

— Четыре часа медитации!

— Это же те кубические секции? — спросил Подводный. — Мы в них будем что-то отрабатывать? — загорелся энтузиазмом батя номер два.

— Не так уж и много бега, Томир Юрьевич, — саркастично подметил мужчина справа от меня. — Час утром и час вечером.

— По условиям приёма взрослые должны быть с капиллярной сетью, поэтому и бегать им столько не надо, как молодым, — проявил осведомлённость ещё один аристо. Похоже, теперь только ленивый не в курсе важности развития кровеносной системы.

Я видел, как родовитым студентикам за соседним столом хотелось посмотреть в экран, но аристократическое воспитание не позволяло.

Старик Белозёров достал свой телефон и активно защелкал камерой.

— Зря стараетесь Томир Юрьевич, вы по параметрам не подходите, — ядовито бросил Подводный.

— Вам-то откуда знать, какие там параметры? Вашего наследника в Академии нет. Сбежал, загулял поди, — огрызнулся Белозёров.

— Как откуда? Я помню вашу кашку с фруктиками, — Милен Налимович всплеснул руками, что вкупе с его помолодевшим телом выглядело странно, — вы же по здоровью не проходите.

— Да, господа, к целителю нынче не пробиться, — важные аристократы принялись рассаживаться обратно. — И Егор Михайлович куда-то пропал.

— В Имперских Ваннах полно хороших специалистов помимо директора. Мы на завтра записаны к Фёдору Савеличу, — похвастался ещё нестарый мужчина. — Перекупили очередь, знаете ли, — он так тяжело вздохнул, что мне жутко захотелось узнать, сколько ему это стоило.

Любопытство разыгралось не только у меня, вопрос прозвучал от самого молодого из аристократов.

— И чего вам это стоило, Аристарх Евгеньевич?

Все остальные старательно делали вид, что не суют нос в чужие дела.

— Отдал младшенькую, — деланно вздохнул отец года, — сами знаете, как это делается. Расти будут вместе, воспитают её под себя, а как в возраст войдёт поженятся.

Может я слишком строг к императору? И он не такой уж и плохой отец?

— Эдуард! — на палубу влетел Андрей Жуков. Я как-то сразу зауважал его ещё больше.

Ректор Академии магии попёрся вместе с моей группой 01А на экскурсию, хотя это вообще немагическая история, а просто ознакомительный выезд. Да, он, наверняка, тут был не раз. И не стал садиться с важными аристо за стол.

Не только я удивился появлению наследника рода Жуковых. Белозёров не знал, что он на его магоходе, хм.

А ещё он был не один, ммм. Лжецаревич пихнул меня локтем. Близняшки… Очаровательны, в длинных строгих платьях, которые так чудесно обволакивают четыре холмика. А ветер облепливает платья, кажется, я пропал.

— Эдуард! Эдуард! — Андрей требовательно тряс меня за плечо. — Расписание группы 01А покажи, говорю, — и он встряхнул меня снова.

Я сменил расписание на экране и встал. Жуков тут же плюхнулся на моё место. Меня окружили близняшки.

— Лера, — представилась правая и взяла меня под локоток, источник определялся, как огонь-земля. А иначе как по источникам их и не различить.

— Вера, — прижалась грудью левая Жукова, воздух-вода. — Представляете, господин ректор, зацепилась вчера вашей футболкой и…

— И она порвалась, — закончил фразу подошедший Подводный. Он тщетно силился оторвать меня от близняшек.

— Нет, — ласковым ручейком засмеялась Верочка, — даже зацепки не осталось.

— А ещё они не мнутся и не пачкаются, — подхватила Лерочка.

Я схватил близняшек за талии обеими руками и упёрся глазами в грудь. Высокие девушки, а мне только 15. Но вид снизу ничуть не хуже.

— Эдуард! Эдуард! — чуть ли не в ухо прокричал Андрей Жуков, — Есть остальное расписание?

Я нехотя освободил руки, достал телефон и перелистнул на общее обозрение расписание для остальных категорий: хорошистов, удо и неуд. Близняшки исправили недочёт и обняли меня сами. На какое-то время магический ректор от меня отстал. Зато появился Белозёров и ткнул под нос тарелкой.

— Эдуард Ванилович, горячее остывает, — голосом искусителя проговорил он.

— Горячее? — рука автоматически скользнула вниз и ухватила Веру за попку. Девушка пискнула и захихикала.

Мой нос учуял запах вишнёвого соуса поверх сочного стейка идеальной прожарки. Веточка зелени. Я пошёл за тарелкой, как ослик за морковкой.

Очнулся я, попивая горячий взвар с душистой мятой. Подняв глаза, заметил, как аристократы прячут улыбки, а Белозёров заботливо подливает напиток.

— Заходим в шлюз, Эдуард Ванилович, сейчас капитан начнёт рассказывать студентам. Пойдёмте в рубку, посмотрим устройство магохода, — он дождался, пока я допью и поманил меня на капитанский мостик.

К недовольству старика за нами увязался лжецаревич.

Рубка была излишне просторной, а убранство роскошным. Я сделал вывод, что это скорее частная яхта, чем пассажирский магоход. Качественная деревянная отделка, навороченная интерактивная карта. Мягкий диван по центру смотрелся лишним и слегка не вписывался в общий интерьер.

Я подошёл к карте поближе. Меня интересовало насколько сильно переделывали реку.

Карта была плоской, и глубины обозначались более тёмной цветовой гаммой. Русло углубляли.

— А как проходят шлюз подл? — я осёкся.

Когда я развернулся, то упёрся глазами в шикарную грудь, обтянутую тельняшкой. Я попятился и плюхнулся на диван. На мостике никого, кроме нас не было. Белозёров за дверью объяснял лже-Ивану, что на время подъёма судна швартуют на направляющих в шлюзовых карманах.

Красотка в обтягивающей тельняшке споро лишила меня штанов и встала передо мной на колени. Я растёкся блаженной кляксой. Неразговорчивая соблазнительница оседлала меня, открывая зрелище на прыгающие шары. Я скользнул в транс и обезвредил запал.

Девушка была горяча и громко стонала. В дверь кто-то ломанулся.

— Убедились, Ваше Высочество, что вашему дорогому ректору никто не угрожает? — недовольно пробурчал Белозёров. — Пойдёмте, Иван Михайлович, пойдёмте! Не будем мешать творческому процессу.

Я услышал, как провернулся ключ в замке. Голос Томира Юрьевича удалялся, глава рода перешёл к рассказу о строительстве шлюза. Видимо, я заслушался, потому что девушка снова перешла в наступление. Довольная особа получила, что хотела, но одним разом не ограничилась. Она, похоже, решила произвести контрольный выстрел. Когда операция по извлечению ценных генов была окончена, я прогнал по телу волну очищения и натянул штаны. Что там с двигателем?

Замок я аккуратно вскрыл, и вышел на палубу. Старик Белозёров уже увёл куда-то моего двойника, хтонь. Где их теперь искать? Корабли уже поднялись и начали маневрировать к выходу из шлюза.

Поскольку капитанский мостик находился на той же палубе, где стояли накрытые столы, встречали меня с истинным аристократическим хладнокровием. Все, кроме Андрея Жукова.

— А! Ты уже всё? — заявил ректор Академии магии. — Иди сюда! — он нетерпеливо поманил меня рукой к экрану с расписанием. А когда я подошёл требовательно спросил: — Ты что? Вообще, не собираешься учить никого, кроме группы 01А?

— Ещё Раковых придётся, — я печально вздохнул. — Это ж их школа.

Кто-то из аристократов не сдержался и хохотнул. Жуков неверяще смотрел на меня.

— Да, я бы с радостью, — взорвался я, — но они же не потянут! Ты же не думаешь, что это блажь у меня такая?! И я зловредная скотина не хочу никого учить?

— Так и думаю, — честно признался магический ректор, и судя по невыразительным лицам аристократов, так считали все.

— Отлично! Просто отлично! Они же подохнут, — я с недоумением уставился на Андрея, — если я дам им настоящую магию, а не вот это вот всё, — я очертил в воздухе круг, — они подохнут.

Я обречённо вздохнул и отвернулся. Жуков обошёл меня и перегородил путь.

— Ну так не надо им давать мощную магию, — попытался меня убедить не-знаю-в-чём Андрей. — По чуть-чуть.

— А зачем? — я искренне не понимал, что он от меня хочет. — Зачем мне мучиться с никчёмной тысячей, если я могу набрать нормальную? Вместо жалких слабаков я выпущу полноценных магов. Кому будет от этого плохо?

— Нам будет, — в наш спор влез один из аристократов.

Я вопросительно уставился на него. Тот подошёл и протянул мне руку:

— Граф Лещов Василий Иванович, — я пожал холодную руку солидному мужчине, в котором всё говорило о достатке. Качественный материал классического чёрного костюма, вычищенные до блеска ботинки. Часы на цепочке фонили магией, даже самопишущая ручка, которая торчала из нагрудного кармана была зачем-то намагичена. Я ответил на рукопожатие. Но граф ожидал другой реакции. Ну да, понятия не имею, кто такие Лещовы.

Я вопросительно оглянулся на Андрея, но тот насупился и молчал, не понимая моей проблемы. На помощь пришёл Милен Налимович.

Подводный встал рядом со мной, тем самым обозначив, что он на моей стороне. И я невольно проникся к нему благодарностью. Потому что сейчас все были против меня.

— Его сиятельство Василий Иванович является одним из представителей древних родов, чьё влияние неоспоримо, господин ректор, — попытался он завуалированно ввести меня в курс дела. — Сеть его судоремонтных заводов важна для империи.

Я достал телефон и открыл список учеников. Наследник Лещов Леонид Васильевич нашёлся.

«Одарённый юноша, 16 лет. Категория — удо. Стихийная принадлежность: огонь — нет, земля — нет, воздух — готовность 50%, вода — нет. Источник — недоразвит, 65%. Энергетическая система — 79%. Физическое тело — среднее: выносливость — 80, сила — 45, гибкость — 25, мышечный каркас — 51, нервная проводимость — 90, капиллярная сеть — слабо развита. Состав тела: ядов не обнаружено, дефицит витамина А, С, недостаток кальция. Состояние здоровья — удовлетворительное. Эффективность работы системы — 65%».

— На нервной проводимости выезжает, — пробормотал я, — ловко. Жаль парня.

Милен Налимович и глазом не повёл, чтобы заглянуть в чужие данные, которые, наверняка, считаются секретом рода.

— Почему жаль? — опешил отец пацана.

— Природные данные хорошие, — я печально вздохнул. — Если бы им в детстве занимались, то вышел бы очень сильный маг. Но даже так он быстро сможет перебраться в хорошисты. Нервная проводимость высокая, она позволит ему быстро нарастить капиллярную сеть.

— Звучит неплохо, — аккуратно заметил Подводный, потому что отец Лещов уже возгордился и забыл, с чего начался разговор. — А что не так?

— Когда он пройдёт инициализацию, то ему внедрят родовую стихию. Это же, наверняка, вода, к которой у него нет склонности, — я обернулся к Милен Налимовичу. Это же он меня спросил про парня, а не граф Лещов. — После этого начнётся деградация энергосистемы и постепенное разрушение источника. Хотя нет! У него же высокая нервная проводимость. Значит, враждебная стихия окажет более разрушительное действие. Я уже не говорю о том, что он не получит полноценную стихию, которую мог бы развить. Так у него склонность к воздуху, и он бы стал мощным воздушником, но из-за пагубного влияния воды это ему не грозит. Конечно, древний род не даст ему погибнуть. Его начнут лечить, пичкать разной алхимией. И лет через двадцать организм обретёт статус кво. Разрушение приостановится, и вместо мощного воздушника род получит слабого двустихийника. Именно, эти слабые гены он передаст потомкам.

— Вы что же, предлагаете мне отказаться от родовой магии? — лицо графа Лещова побагровело от гнева. — Это всё заговор против древних родов! Учить вы будете только Раковых, а нас лишите двустихийных магов!

Подводный выступил вперёд и слегка загородил меня собой.

— Никто не мешает вам, Василий Иванович, перевестись в другую академию и обучать своего талантливого отпрыска, как угодно, — успокаивающе заявил Милен Налимович. — В Нижнем Новгороде есть Академия, она даже ближе к вашей родовой усадьбе.

— Чтобы я отправил наследника рода Лещовых в эту дыру? — граф брезгливо поморщился.

— Хорошо, тогда в Академию магии на том же академическом полуострове, — тут же предложил альтернативу Подводный. — Вы же видите, что Андрей Дамирович собирается обучать воспитанников старыми методами.

— Позвольте! — забеспокоился Жуков. — Эдуард, ты же дашь доступ на кубический полигон моим ученикам?

Глава 31

Я стоял на верхней палубе Белозёровского магохода. Напротив меня бычился Лещов, предъявляя претензии, что я специально не собираюсь учить отпрысков древних родов, чтобы ослабить их влияние. За его спиной сидели другие высокородные аристократы и внимательно отслеживали мою реакцию. За соседним столом меня молча ненавидели мажоры, которых я лишил комфортного существования, заставив вчера вкалывать на беговой дорожке.

Между мной и графом Лещовым замер ректор Академии магии, который испугался, что ему перекроют доступ к новым магическим технологиям. И единственный, кто поддерживал меня во всем, — глава рода Подводных, который насильно внедрил в мой спинной мозг своё ДНК, чтобы назвать меня своим сыном.

Я задумчиво посмотрел на ректора Академии магии. Изначально, когда я только строил полигон с магическими тренажёрами, я рассчитывал, что заниматься на нём будут две академии: наследников и магии. Но после наезда представителей древних родов я засомневался, будет ли безопасно давать доступ ученикам Жукова к кубическому полигону? За своими-то наследничками я собираюсь следить сам, а кто будет присматривать за его студентами? Он же туда запустит таких, как Лещов, после приживления родовой магии.

Оперировать травмированным источником опасно, так и получаются магические калеки. Может мне какой-нибудь индикатор установить? При наличии повреждений в источнике доступ к кубам закрывается. Да, так и сделаю.

Андрей с надеждой ждал ответа. Аристократы встали со своих мест и окружили нас. Кроме Лещова на магоходе присутствовало ещё пять представительных мужчин. Проблема Аристарх Евгеньевича была понятна, раз он отдал дочь за посещение целителя, значит его отпрыск получил отвод по здоровью. Остальные четверо скорее всего здесь с аналогичными претензиями. Наверняка, Белозёров что-то с них поимел, раз они попали на закрытую студенческую экскурсию.

— Давай так, — медленно проговорил я, — ты же проходишь обучение и сам будешь отрабатывать на тренажёрах. Вот те упражнения по улучшению энергокаркаса и развитию источника, которые ты освоишь и сдашь, их ты сможешь раздавать своим ученикам. Под твою личную ответственность! — я выдержал паузу. — Ты понял? — строго добавил я.

Жуков не проникся, а вот прислушивающиеся студенты напряглись, они тоже встали из-за стола и переместились поближе, делая вид, что любуются пейзажем.

— Ты же моих учителей возьмёшь во взрослую группу? — напряжённо спросил ректор Академии магии.

— Только если они подойдут по параметрам, — согласился я. Сильно сомневаюсь, что там будет хотя-бы пяток.

— Господин ректор, — вперёд выступил невысокий полноватый мужчина и протянул руку: — Граф Светлов Елизар Дмитриевич.

У него было смуглое лицо, черные волосы и голубые глаза. Я видел точно такое же необычное сочетание на потешном острове. Лёня Лещов и Елисей Светлов наглым образом съели мою рыбу, которую я приготовил на костре. Они были одними из тех, кто спокойно уехал домой в первый день, а потом обнаружил, что без значка обратно на потешный остров не пускают.

Руку я пожал и непонимающе уставился на графа, тот недовольно поморщился.

— Светловы управляют сетью электроподстанций по всей империи, — еле слышно шепнул Подводный.

— Господин ректор, не могли бы вы пояснить составленное расписание, — прохладным голосом попросил граф Светлов. — Вы практически убрали все школьные предметы, оставив парочку.

Я кивнул и вернулся за стол и взглянул на экран. Зачем я оставил общим категориям студентов выезд на субботнюю экскурсию? Ладно, пусть пока будет.

Каждое утром два часа бега, потом завтрак, ещё два часа фехтования, затем стрельба. Дальше перед обедом по понедельникам и пятницам, у неодарённых биология и математика, а у одарённых анатомия и пространственное черчение.

— По программе до обеда какие вопросы?

— Зачем им так много фехтования и стрельбы? — задал вопрос граф Светлов, который сел на свободное место слева, справа расположился Лещов. Подводный встал у меня за спиной.

— Фехтование — это объединённое название для занятий с холодным оружием, — я решил пояснить, а то вдруг они думают, что они там шпагой будут махать все два часа. — Первостепенная задача не овладеть холодным оружием, а вымотать детей. Как альтернатива бегу и силовой нагрузки, плюс развитие ловкости и выносливости. За счет смены виды деятельности они эти два часа выдержат, а потом перейдут к более спокойной стрельбе. Это тоже обобщённое название. Занятия для развития концентрации, от которой сильно зависит качество магического оперирования. Одновременно с этим они прокачивают меткость, которая пригодится при стихийном метании.

— А почему вы оставили только биологию и математику? Неужели другие предметы не нужны наследникам? — недовольно спросил Лещов. Он не сдерживался, в отличии от графа Светлого, от которого тоже разило негативом, но последний держал его при себе. — Наши дети будут хуже подготовлены, чем выпускники Академии магии.

— Вы определитесь, господа, кого вы хотите получить после выпуска, — я зло усмехнулся. — Умного управленца или сильного мага?

— Разве нельзя получить и то и другое? — нейтральным тоном поинтересовался Аристарх Евгеньевич.

— В вашем случае не получится, — отрезал я. — Если бы вы привели ко мне детей с развитым телом, подготовленным для магии, и желанием вкалывать, то мы бы занялись по обычной программе. Но мне же приходится делать за вас вашу работу. Я в следующем году просто выставлю нормальный критерий, и отсталых детей брать не буду, — холодно добавил я.

— Значит, наших детей вы учить их не собираетесь? — с наездом поинтересовался граф Лещов.

— Почему же? Те, у кого получится за год выправить ситуацию, сформируют группу 01Б, — возразил я, даже удивившись столь банальному наезду.

— А у кого не получится? — аккуратно поинтересовался Аристарх Евгеньевич. Даже интересно стало, неужели у его отпрыска всё настолько плохо.

— Зависит от вас и ваших детей, — я посмотрел на аристократов, как на идиотов. — Упорные останутся и дальше работать над собой. Те, кто не получит результат, а это возможно только в случае абсолютной лени, будут отчислены. Вы же сами видели через телетрансляцию, что ваши дети не готовы хоть сколько-то напрячься ради достижения цели. Ну, если им магия не нужна, зачем мне тратить на них своё время?

Я недоуменно уставился на взрослых и влиятельных мужчин. Они что, из меня няньку хотят сделать?

— Что же касается вот этих двух предметов, — я потыкал в экран. — Для работы на кубическом полигоне нужно хорошо понимать своё тело, поэтому дети изучают биологию и анатомию, — я выдержал паузу и спросил: — Есть вопросы про послеобеденное время?

Сразу после обеда шла короткая медитации, потом группы разделялись. Неодарённые снова бегали или работали с утяжелителями, а одарённые занимались на магических тренажёрах. После небольшого перекуса ещё два часа подростки изнуряли себя на полосе препятствий. Затем после ужина стояло стихийное развитие.

— А почему у взрослых четыре часа медитации, а у детей только тридцать минут? — спросил неизвестный мне аристократ.

— Потому что медитация развивает имеющиеся магические способности. Это те показатели, которые в самом верху таблички — стихийная принадлежность. Чтобы увеличить родство со стихией нужно глубокое понимание её сути. Медитации — один из способов, но не единственный, — терпеливо объяснил я. — У детей выделено три часа после ужина для стихийного познания.

— И чем они будут заниматься? — всё так же резко выпалил граф Лещов.

— Ваш Леонид будет забираться повыше, я полагаю. Лазить по крышам, например, — я безразлично пожал плечами. — Или позвонит вам и скажет: «Папа, хочу прыгать с парашютом».

— А это что? — азартно спросил Андрей Жуков.

Да не может быть, чтобы в этом мире не было парашюта? Хтонь.

— Приспособление, чтобы летать, — я отмахнулся и попытался сменить тему. — Есть ещё вопросы? А то магоход вроде начал притормаживать, — я заозирался.

— Господин ректор, перелистнете на расписание для взрослых групп, будьте добры, — спокойным доброжелательным тоном попросил другой незнакомый мне аристократ. На нём был клетчатый костюм с зеленоватым рисунком. Волосы коротко стрижены, а из нагрудного кармана торчал замусоленный блокнот.

— Домид Давленович, неужели вы сами решили податься в ученики? — попытался съязвить граф Лещов.

— Род Яковлевых держит сеть торговых центров по всей империи, — шепнул на ухо батя номер два, нагнувшись и поправляя штанину.

Я открыл расписание взрослой группы.

— Вот! — Яковлев ткнул пальцем в строку. — Что такое магографика?

Я присмотрелся к мужику — стихия земли и воздуха. Я дотянулся до тарелки, наколол чей-то недоеденный кусок мяса, макнул в соус и посадил на скатерти смачное пятно. Освободив место вокруг грязной ткани, я поднял на столом обе руки. Из больших и указательных пальцев стали медленно выползать стихийные линии земли и формировать квадрат.

Когда фигура сомкнулась, я метнул её в пятно, и оно попало внутрь моей конструкции. Скатерть снова стала чистой.

— Магографика знакомит с разными видами, хм… фигур, плетений, — я посмотрел на поражённого Домида Давленовича, который тщательно изучал скатерть, где только что было пятно. — На кубических полигонах будет отработка этой методики.

Поскольку вопросов больше не последовало, я собрал экран и убрал его в чемодан. Лещов сидел, недовольно скрестив на груди руки и поджав губы. Яковлев стянул со стола скатерть и рассматривал её на просвет. Другие отошли подальше и о чём-то тихо переговаривались. Я встал у перил и огляделся.

Пятипалубный магоход пришвартовался к небольшому причалу, а наш соединился с первым судном бортами. На покрытым пожелтевшей травой острове были накрыты столы и ходили слуги. Около пары одиноких деревьев были установлены диваны и кресла для особо важных персон. Не похоже, чтобы тут читали какую-то лекцию, да и макетов никаких не было видно или экранов.

Подростки были предоставлены сами себе. Они разбрелись по острову и занялись своими делами. Кто-то набросился на еду, за время поездки все изрядно проголодались. Это нас покормили, а их нет. На высоких столах виднелись мини бутерброды на шпажках, фрукты, соки. Если это вместо полноценного обеда, то так себе организация у Белозёровых. Только ради них заведу чёрный список и внесу туда род Белозёровых, чтобы больше никогда Академия наследников не выезжала к ним.

Моя группа 01А выжидающе сгрудилась на берегу. Я заозирался. Рядом оказался только отец номер два, да и важные наследники держались поблизости и кидали в меня неоднозначные взгляды. Вряд ли они видели демонстрацию, но реакция взрослых их озадачила. Я расстроено посмотрел на главу рода Подводных:

— Скажите, Милен Налимович, все экскурсии проходят… — я зашамкал губами. — Столь неинформативно?

Батя номер два усмехнулся и кивнул. Ко мне подскочил возмущённый старик Белозёров, который только что поднялся по лестнице на верхнюю палубу. Шедший следом лжецаревич облегчённо выдохнул и бочком перебрался ко мне за спину. Индивидуальная лекция о прекрасном роде Белозёровых явно измотала моего двойника.

— Что вам опять не так, Эдуард Ванилович? — всплеснул руками старик. — Дети счастливы, наслаждаются общением, что ещё надо?

— Субботние экскурсии идут в рамках ознакомления с прогрессивными технологиями, — строго напомнил я. — Идите, Томир Юрьевич, и расскажите моей группе 01А и тем, кто захочет вас слушать, как устроена ГЭС, почему она стоит именно в этом месте, и какую роль играет в нашей великой империи россов. Хотелось бы посмотреть на ваши прогрессивные технологии.

Белозёров зло зыркнул и скрылся на капитанском мостике. Внезапно все услышали его шокированный возглас и поспешили на помощь. Вбежав в просторную рубку, я увидел лежавшую на диване избитую девушку. Лицо оплыло, ноги вывернуты под неестественным углом, одежда порвана и испачкана белёсыми пятнами. Взгляды аристократов осуждающе скрестились на мне.

— Это не я! — возмутился я столь наглому поклёпу. — Когда я уходил, она была довольна и невредима!

— Внученька, милая, кто тебя так? — старик Белозёров снял пиджак и прикрыл туловище девушки. Он беспомощно смотрел на несчастную и не знал, что делать. Кто же её так?! Я бросил в незнакомку плетение обезболивания, и та задышала чуть ровней.

— Никто, я упала, — разбитыми губами прошепелявила девушка.

— Да как же так-то? — он растерянно опустил руки. — Как ты могла упасть… Вот так?

— Упала, — упрямо повторила несчастная.

Я хотел помочь, но стоило мне сделать шаг вперёд, как девушку перекосило от ужаса. Бедняжка. Я развернулся и вышел.

Я подхватил чемодан и спустился к своей группе. Меня встретила озабоченная Мария Саргасовна. На ней был строгий деловой костюм. Взгляд зацепился за обтягивающие брюки, ну может и не очень строгий костюм. Да и вырез спереди, хм. Что это я? Гормоны, хтонь! Не подмешал ли мне чего старик Белозёров? Или это духи из каких-нибудь водорослей? Пахло от Машеньки одуряюще приятно. Я даже не заметил, как сделал шаг поближе к девушке.

Я задрал голову и нашёл свой летающий остров. Он по инерции прошёл мимо, цепь натянулась и заставила его развернуться боком.

— Голодные? — спросил я и пробежался взглядом по внимательным лицам. Близняшки Жуковы о чём-то шушукались за спинами одноклассников.

Дети дружно замотали головами, у кого-то громко заурчал живот.

— Приглашаю группу 01А к себе в гости. Еды не обещаю, — сразу предупредил я, а Драко подхватил всех ашек и забросил на зелёную лужайку перед летающим домом. Последним полетел лжецаревич, стоявший в меня за спиной.

— А меня пригласите в гости? — рядом возник Милен Налимович. Его ненавязчивый тон и готовность услышать отказ меня подкупили. Я отправил его следом за двойником. Сам же достал из чемодана скейт и поднялся на остров.

Меня встретил виноватый Гаврила, он забрал скейт и чемодан. Я дружески похлопал его по плечу. С его сильной Землёй находиться в воздухе некомфортно.

Любопытные студенты разбрелись по островку, моментально сделав его тесным.

Я вышел на капитанский мостик и поднял якорь. Стихийный пёс переместился ко мне и облизал руки. Я вздохнул и выдал ещё одну косточку, на этот раз сделав её пополам земля-воздух.

— Внимание! — я прибавил громкость. — Мы сейчас подлетим к гидроэлектростанции и изучим её через медитацию. Найдите себе свободное место и примите удобное положение тела, лучше сесть или лечь.

Минут через десять мы были над плотиной. Бросать якорь я поостерёгся, и прикрепился невидимыми силовыми жгутами ко дну водохранилища в нескольких местах.

Я вернулся на траву, и нашёл себе свободное место, среди кучи тел.

— Расслабляемся, закрываем глаза и сосредотачиваемся на ощущениях, — начал я мягким вибрирующим голосом. — Никаких мыслей, только чувства.

Сложность была в том, чтобы не подключать подростков к себе, а стать проводником. Половина моих студентов были нулёвками и воспринять магию не могли в принципе. Я крутил варианты и так и сяк, и пришёл к выводу, что единственный способ сделать так, чтобы они видели всё тоже, что и я — воспользоваться перевёрнутой Альфой в моём источнике, использовать энергию Изначального.

Я раскрыл сознание и испугался. За секунду оно расширилось настолько, что краем сознания я ощутил новых магических калек, ждущих меня на потешном острове. Они дружно повернули головы в мою сторону, я опять испугался, и все они разом загорелись. Я запаниковал и сжался в точку.

Как будто я сел на велосипед, на котором очень давно не катался. Голова не знает, как ездить, но мышечная память сохранилась. И вдруг оказалось, что это не велосипед вовсе, а очень мощный мотоцикл, и я уже нажал на педаль газа. Очень осторожно я попробовал увеличить точку в полтора раза, и тотчас развернулся на всё расширенное русло реки Шексны. Подлодок стало больше, машинально отметил я. Подростки на острове опять раздобыли спиртное, я разозлился на них, и чуть не убил. В последний момент подхватил сотню затухающих сознаний и стабилизировал. Хтонь-хтонь-хтонь…

Глава 32

Я замер и старался не дышать, если, конечно, так можно выразиться будучи… хм… А кто я? Я уже почти разозлился на Затворника и на то, что он запечатал память, но вовремя вспомнил, что злиться мне противопоказано.

Спокойствие Ваня, вдох-выдох, только спокойствие. Всё хорошо. Хорошо же? У меня целых два отца и одна потенциальная мачеха. Хорошая, добрая, умная Мора. Я наследник двух великих родов. Ну, побуду императором, подумаешь. Буду делегировать, я же умею делегировать? У меня целый призрак императора работает за секретаря, где ещё вы такое видели? Может его в Академию пристроить? Будет с летающим столом просителей встречать. Заведу себе двух императриц-близняшек. А что? Кто мне, как императору, что скажет? Я даже обоснование придумал. Для универсала нужен полный комплект стихий, а он у них как раз полный, если их сложить вместе. И разложить…

Я ощутил мерцание множества сознаний и вновь сжался в точку. Замри! Хтонь? Я аккуратно ругнулся, ну так, по-доброму… Где Тёмный, когда он мне так нужен?

«Великий! Вы меня призвали! Вы меня призвали! Вы меня наконец призвали!»

Я ощутил бегающего по моему сознанию кристалла на механических ножках.

«Всё хорошо, — его мысленный голос успокаивающе завибрировал, — всё хорошо. Что тут у нас?» Он сочно выругался на своём родном языке.

«Всё хорошо, не волнуйтесь, Великий. Это я просто споткнулся о собственное самомнение. Всё. Больше его нет. Я песчинка в сравнении с Вами. Но какой риск! Кстати, а зачем Вы полезли в… в… Правь?», — ласковым вибрирующим голосом ненавязчиво поинтересовался Тёмный.

Правь? Правь… Что-то такое знакомое, родное. Стало тепло и комфортно. Я успокоился и перестал цепляться к чужим сознаниям.

«Я хотел посмотреть на ГЭС, и показать детям, а они не маги, как ещё их подцепить к себе?» — поделился я своей проблемой.

«Ну да, — механические ножки забегали туда-сюда, — конечно-конечно. А чем ещё забивать гвозди? — успокаивающе заворчал он. — Кувалда для слабаков. Надо взять корабль потяжелей и хрясь по гвоздю, ну а что?»

Старческое брюзжание действовало умиротворяюще, я перестал бояться и точка опять раскрылась, но была подхвачена Тёмным.

«Радиус задавайте, Великий. Да, хоть математический», — посоветовал он.

В круг радиусом в сто метров вошёл мой летающий остров. Вот они, мои ученики. Очень любопытные юные создания. Парочка старых, Гаврила, наверное. Главное, что гнилых нет.

«Великий! Я сам всё сделаю! Не напрягайтесь! Сейчас всех подсоединим ко мне. Всё! Готово! Теперь они будут видеть всё, что и Вы. Только видеть, без магического подключения».

Я погрузился в транс земли и воды. Ощущения изменились, они стали объёмными. Я был рекой, которая недовольно упиралась в плотину и напирала на неё.

Плотина была старой. Очень старой. И, когда её строили, магию не использовали, тогда она была ещё неразвита. Однако, когда сооружение изнашивалось, его скрепляли магически. Были видны неестественные уплотнения почвы. Они были неравномерными, как будто маги работали наобум. Там, где водоток ударялся в турбину наблюдалась изношенность стен, которую внешне видно не было.

Под давлением я вместе с рекой врывался в трубу и врезался в турбину, раскручивая её и уносясь дальше на свободу.

Земле тоже не нравились эти уродливые конструкции. Я быстро принялся укреплять грунт, трубы и бетон, пока всё это не развалилось. Казалось, что оно рассыпется в любую минуту. Потом заинтересовался генератором, собирающим электричество. Древний монстр со следами ржавчины на корпусе, его поменять не сложно, пусть сами этим займутся. Распределяющий мощность трансформатор тоже был старым. Хтонь! Да этот Белозёров совсем мух не ловит, что ли?! Они использовали магию, чтобы продлить жизнь ветхому немагическому оборудованию. Козлы!

Я вынырнул из транса. Тёмный отсоединял зрителей и что-то ворчал про доисторические технологии. Одна душа прилипла, и никак не хотела разъединяться. Я видел, как Тёмный смачно отвесил ей мысленный подзатыльник.

Когда пришёл в себя, то заметил, как Корней трёт голову. Понятно, кто у нас такой умный. Взгляд выцепил Михаила III, который выговаривал кому-то.

— Срочно проведите инспекцию всех ГЭС! Проверьте изношенность оборудования, состояние плотин. Тщательнейшим образом! Через неделю жду доклад! — рявкнул он. Случайно батю подключил к трансу, забыл, что он на острове. — Совсем распустились! Не могли догадаться, что после магического коллапса надо было всё проверить!

Император зашёл в дом и гневно хлопнул дверью. Подростки отмерли и заозирались. Я лежал обессиленный и уставший, морально вымотался. Соединение не прошло бесследно. Как будто ко мне приходили гости и натоптали. Надо бы встать, взять тряпку и вытереть грязь, но сил нет. Совсем.

Чтобы дать себе время, я снова скользнул в транс, на этот раз один и отправился изучать шлюзы.

Я понял, как подлодки их проходят! Они незаметно крепятся к другим судам жёсткой сцепкой! Вокруг острова со студентами застыло несколько штук. Я попросил малышей проверить магоходы на предмет взрывчатки, помнится подлодки цепляли её на всё, что плавает. Взрывчатки не было, хм.

Я вынырнул из транса и обнаружил сидящего рядом Подводного.

— Помощь нужна? — тихо предложил батя номер два.

— Скажи, чьи это земли? — я так и лежал, не в силах подняться, хтонь.

— Вокруг ГЭС земли Белозёровых, а по берегам рек и водохранилищ земли имперские, — похоже, Милен Налимович объяснял мне прописные истины, потому что он незаметно погладил меня по предплечью. Ему было приятно, что я сменил обращение с «вы» на «ты».

— А есть тут недалеко деревушка на имперских землях, чтобы поляна большая была?

— Иванково устроит? — усмехнулся батя номер два.

— Если не сложно, отведи остров в чистое поле рядом с деревней, — попросил я и добавил: — Сканирующую рамку поставлю.

Милен Налимович хихикнул, снова незаметно погладил меня по руке и ушёл. Управление простое, разберётся. Силовые жгуты, удерживающие остров, я убрал.

Место, где только что сидел Подводный, занял Корней. Он подложил мне под голову две диванные подушки и принялся отпаивать отваром.

— Ты обещал мне, что выполнишь одну мою просьбу, — вдруг напомнил он. Да, действительно, было дело, обещал повару, который поможет стихиям разобраться с продуктами выполнить просьбу.

Я вопросительно уставился на него. Было тяжело двигаться. Надо собраться и почистить душу, от чужих следов, а то так и не встану.

Корней наклонился, делая вид, что поправляет подушки и шепнул на ухо:

— Возьми меня с собой, — он выпрямился и умоляюще уставился на меня. Хтонь! Я помрачнел и попытался оглядеться.

— Не-не, — Корней успокаивающе положил руку на грудь, — я не сейчас догадался.

Я облегчённо выдохнул. И на чём я спалился? Я задумчиво взглянул на Корнея.

— Тёмный разговаривал сам с собой, а я случайно подслушал, — признался Корней и залился краской. — У него бзик, что он останется здесь и не сможет тебя найти.

— Я не знаю как, — честно признался я.

— Я спрошу у Тёмного, — Корней расплылся в счастливой улыбке.

Подбежал пёс и облизал мне лицо, потом понюхал источник и чихнул. А затем он сунул морду внутрь и принялся его вылизывать. А что, так можно было? Реально же становилось легче. Я ощутил, что к Драко и Земеле присоединились и другие стихии, а пёс принял более детализированный вид. Каждый раз, когда шершавый стихийный язык проходился по источнику, мне становилось легче. Они даже раздвоили язык, как у змеи, чтобы обслюнявить перевёрнутую Альфу со всех сторон. Я блаженно улыбался. Душа вновь обретала лёгкость.

Я сел и благодарно прижал к себе пса, делясь с ним универсальной маной. Он обежал меня со спины и лизнул Альфу с той стороны ещё пару раз, потом принялся тщательно вынюхивать.

Я заметил, что ближайшие ко мне студенты заворожённо, смотрят на то, как пёс просовывает внутрь меня голову. Хтонь! И ведь всё незнакомые парни. Группа Ветрова, если судить по источнику с двумя стихиями. Корней благодарно погладил пса, тот не отвлекаясь, махнул хвостом.

Наконец, он удовлетворился инспекцией и радостно гавкнул. Со спины показался Евгений Ветров и протянул руку, чтобы тоже погладить стихии. Но малыши вздыбили шерсть на загривке и угрожающе зарычали. Парень расстроился и сел неподалёку.

Остров снизился и остановился, опустилась якорная цепь.

— Аркадий, — обратился я к слуге. — Покорми студентов, — я показал рукой на спешащих к нам любопытных деревенских.

Первые бежали через поле на своих двоих, а другие выехали на машине. Гаврила озадаченно почесал затылок и выдвинулся навстречу.

Сам я подхватил чемоданчик и спрыгнул вниз. Только после этого студенты стали высаживаться. Спрыгивать никто не решился, все съезжали по цепи. Рядом со мной появился лже-Иван. Вместе мы отправились на небольшой пригорок.

— Эдуард Ванилович, — нас догнал Подводный. — Нельзя ли сделать так, чтобы не только родители видели данные детей, но и глава рода видел своих?

Это он молодец. А как я определю принадлежность? Телефон завибрировал, и я разложил его в планшет. Боря дорисовал в пустой табличке новые ячейки. Принадлежность к роду, требует подтверждение; биометрия с картинкой раскрытой ладони и рамка для фото.

У Подводного завибрировал телефон. Я заглянул, он не возражал против любопытного носа своего наследника. Ему пришёл запрос, являются ли Маша и Вова членами его рода. После подтверждения он открыл их данные. То, что девушка стала трёхстихийницей его не удивило, уже доложила значит.

— А почему у него такие низкие цифры? — Милен Налимович ткнул в стихийную принадлежность Вовы.

Да, стихии сильно на него обиделись:

«Вова Подводный, Род — Подводный (подтверждён). Одарённый мужчина, 39 лет. Стихийная принадлежность: огонь — нет, земля — 1, воздух — 1, вода (родовая) — доступно 1 из 96. Источник — 100%. Энергетическая система — 100%. Физическое тело — идеальное: выносливость — 100, сила — 86, гибкость — 76, мышечный каркас — 92, нервная проводимость — 100, капиллярная сеть — идеальна. Состав тела: ядов не обнаружено, дефицита витаминов нет. Состояние здоровья — идеальное. Эффективность работы системы — 91%».

Боря даже прикрутил фотографию с наглой физиономией Вовы.

— Всё имеет свою цену, Милен Налимович, — я намекнул на похищение.

— И что? Это так и останется? — обречённо спросил глава рода.

— Полагаю, что да, — я кивнул.

Я зла на похитителей не держал, но стихии — это совсем другое дело. Человеческие ценности им чужды. Этот человек нанёс вред, значит он больше не нужен. Они его вычеркнули из своей системы. Единичка в табличке — это остаточный след. Полагаю, что его источник даже маной перестал наполняться. Вот так. Идеально заточенное под магию тело, а самой магии нет. Не знаю, какой великий подвиг должен совершить Вова Подводный, чтобы стихии простили ему моё похищение.

Я остановился на небольшой возвышенности и раскрыл чемоданчик. Лжецаревич крутился рядом, как и Подводный. Он хлопнул парня по руке, чтобы тот ничего не трогал. Максим Горбунов расставил своих парней, чтобы местные ко мне не подходили. Гаврила разводил деревенских на еду для ребят.

Я решил поставить три рамки, поскольку предполагал возникновение ажиотажа. Я их конкретно укрепил, создал корневую систему из силовых линий и увёл глубоко под землю. Думаю, что в первую ночь их попробуют спереть. Внедрил антивандальные плетения. Не убьют, наверное, но желание вредить аркам отобьют навсегда.

Гавриле не удалось договориться со старостой, но сердобольные жители сами принесли покушать и начали подкармливать голодных детей. Когда они увидели с какой жадностью те набросились на еду, то сбегали за добавкой. Ну и ладненько.

Я закончил где-то через час. Получилось три арки на расстоянии десятка метров друг от друга. Детская, взрослая и для проведения инициализации. По сообщению стихий одарённых в деревне не было. Ну ладно, обойдусь и обычными жителями.

— Внимание! — я увеличил громкость так, чтобы услышали не только те, что пришёл на поле, но и находящиеся в деревне жители. — Это сканирующие устройство, с помощью которого вы можете пройти бесплатную медицинскую диагностику.

Я подозвал паренька, который умудрился пробраться через оцепление Горбунова. Грязный, чумазый пацан лет 10-ти.

Он подошёл к арке, где сверху были фигурки детей. Сам арочный пролёт был закрыт непрозрачной голубой плёнкой. А перед ним располагалась небольшая площадка с рисунком ступней.

— Как тебя зовут? — спросил приятный женский голос.

— Эээ, Горелый я, — шмыгнул носом пацан.

— Приложи руку, Горелый, — на боковой стенке подсветился контур руки.

Мальчик прислонил руку, контур погас, а прозрачная плёнка пропала.

— Проходи, Горелый, — разрешил всё тот же доброжелательный голос.

Малец просунул руку, потом голову, затем прошёл через арку и обернулся назад.

— Желаешь получить результат на телефон или вывести информацию на экран?

— Эээ, — паренёк извлёк из кармана перемотанный скотчем аппарат, — и на экран хочу и на телефон.

— Приложи телефон, — сбоку подсветился прямоугольный контур, а прозрачная плёнка пошла рябью, выводя на поверхность текст.

«Неодарённый мальчик, 11 лет. Имя — Горелый. Склонность к магии — 5%. Источник — не развит. Энергетическая система — 15%. Физическое тело — критическое: выносливость — 20, сила — 15, гибкость — 18, мышечный каркас — 23, нервная проводимость — 47, капиллярная сеть — неразвита. Состав тела: ядов не обнаружено, дефицит витамина A (критический), C (критический), D (критический), E (критический), недостаток магния, кальция (критический). Состояние здоровья — недоразвитость: недостаток массы тела — критическое. Эффективность работы системы — 10%».

Ниже загоралась ещё одна рамка с текстом, который озвучил всё тот же женский голос.

«Рекомендации:

Горелый, ты плохо питаешься. Но ты и сам способен себе помочь. Ты живёшь на реке. Займись рыбалкой, ешь каждый день рыбу. Добавляй в неё листья одуванчика, крапиву. Тебе нужно употреблять капусту, помидоры, яблоки и перловку.

Сеанс окончен. Табло погаснет через две минуты».

Мальчик стоял и смотрел на свои данные. Сложный текст, я озадаченно почесал затылок. Может данные про таких вот запущенных детей передавать куда-то в опеку? А есть ли опека? Я вспомнил в каком виде на потешный остров пришли дети Коли Хвастунова».

— Привет, малой, — к нам подошёл атаман Игорь и протянул парню руку. — Ты с кем живёшь? Есть кому показать? — он кивнул на экран с результатами сканирования.

— Один я, — парень бессмысленно смотрел на числа. — Сгорели все, — будничным тоном добавил он.

— А на потешный остров почему не поехал? — так же буднично спросил Игорь.

— Хотел, — парень горестно вздохнул. — Плот построил, тут можно было сплавится вниз по реке, но меня в шлюз не пустили, — спокойно сообщил мальчик. — А пока я брёвна перетаскивал, потешный полк закрыли, — совсем уж тяжко вздохнул пацан.

Игорь умоляюще посмотрел на меня, я слегка кивнул.

— Пойдём, — атаман потащил Горелого в сторону.

— Эдуард Ванилович, идёмте, — меня подхватил под руку Подводный. — Надо же опробовать и взрослую рамку. На мне и протестируем.

Всё в общем-то было так же, только голос был мужским, и Милен Налимович отказался выводить данные на всеобщее обозрение. Но мне свой экран он показал.

«Милен Налимович Подводный, Род — Подводный (глава рода). Одарённый мужчина, 108 лет. Стихийная принадлежность: огонь — нет, земля — нет, воздух — 96, вода (родовая) — 96. Источник — 100%. Энергетическая система — 100%. Физическое тело — идеальное: выносливость — 85, сила — 100, гибкость — 26, мышечный каркас — 100, нервная проводимость — 69, капиллярная сеть — отличная. Состав тела: ядов не обнаружено, дефицита витаминов нет. Состояние здоровья — идеальное: Особенности: костный каркас аномально прочный, стенки сосудов утолщены. Эффективность работы системы — 100%».

Он убедился, что я все прочитал и перелистнул на перечень рекомендаций:

«Состояние тела идеальное для воспроизведение потомства».

— Вот и займитесь этим, господин Подводный, — с нажимом проговорил Михаил III, вынырнувший из-за моей спины, — а на чужих наследников рот не разевайте! — Вы же, оба наверх! Живо! —он рявкнул на нас с лже-Иваном.

Глава 33

Михаил III усадил меня с лжецаревичем на диван моей же гостиной и принялся выносить мозг. Зачем я поставил бесплатные арки, почему не посоветовался? Место выбрано отвратительно. В конце концов я отключил слух и только смотрел, как он ходит из стороны в сторону и орёт. Мой двойник неверяще переводил взгляд с меня на императора и обратно. Видимо, ему только что открылась неприглядная картина взаимоотношений отца с сыном.

Однако, Михаил Михайлович быстро сообразил, что я его не слушаю. Любящий отец подскочил и попытался ударить меня по лицу, но неожиданно лже-Иван встал на пути императора. Михаил III не стал останавливаться и от души врезал защитнику, а потом сплюнул на мой чистый ковёр и вышел из дома.

На лице неодарённого двойника разливался здоровенный синяк от магически усиленного удара. Челюсть была сломана. Я приложил руку и принялся залечивать травму. Через пять минут на нём не осталось и следа.

— Ты кто? — если сначала я думал, что на моё место поставили кого-то из дальних Раковых, то сейчас понял, что никто из них не стал бы прикрывать меня своим телом от гнева императора. Как минимум потому, что он глава их рода, и его слово — закон.

Парня звали Найдёнов Иван, и он даже не был аристократом. Беспризорник, которого подобрал Безымянный. Однако, у него был отличный опыт актерской игры на улицах города, и он был похож на меня внешне. Кроме того, он владел многими видами холодного оружия и неплохо дрался. И если император искал двойника, то Остап Петрович подбирал телохранителя и строго наказал Найдёнову беречь меня.

— А Эдуардом сможешь прикинуться? Я бы хотел сходить на завтрашний бал во дворце в роли царевича, а не ректора.

Мы переоделись, замаскировались и обратный путь репетировали. Я рассказал ему о своих планах и договорённостях, чтобы он был в курсе моих дел. Он же поделился той травлей, которую на него устроили отпрыски древних родов. Обвиняли в магическом коллапсе, из-за которого их рода понесли большие убытки и репутационные потери. И даже приписали ему то, что сменился ректор и лишает их полноценных знаний. Царевич в дискуссии не вступал, поскольку не сильно разбирался в теме. Он просто игнорировал все претензии. Мы решили весь приём держаться вместе.

Вниз на магоход мы не спускались. Найдёнов не умел пафосно спрыгивать с острова, как это обычно делал Эдуард Ванилович.

На обратном пути студенты вели себя прилично. Аристократы тоже притихли, они успели пройти сквозь рамку в чистом поле и теперь изучали показатели или вызванивали своим, чтобы те срочно ехали в Иванково. Мне пришла в голову идея поставить невидимую арку при входе во дворец, чтобы по-тихому собрать данные по родам, у кого какое стихийное число. На императорский бал по случаю начала учебного года должно было съехаться много важных аристократов.

Я снова взглянул на группу мрачных студентов, занявших верхнюю палубу на большом магоходе. Они стояли и молча смотрели на летающий остров. Выглядело жутковато. Все те студенты, которых я чуть не убил, поседели и вели себя странно. Я попросил Борю собрать их в отдельный список «Белая сотня», буду за ними наблюдать.

— Если ты хочешь часто меняться местами, то нам надо жить вместе, — заметил лже-Эдуард. Он подошёл и покровительственно приобнял меня за плечи. А не плохо у него получается.

На академическом полуострове мы поменялись обратно. Ибо тренировки никто не отменял, и лжецаревич отправился на вечернюю пробежку. Я же сел выпить чай с плюшками за накрытый белой скатертью стол. Кроме Найдёнова бегали ашки, ещё с десяток сознательных студентов, ну и белая сотня, которая впахивала на втором ярусе. Они все одели одинаковые белые футболки и серые штаны, и в комплекте с седыми волосами смотрелись жутковато.

Утром за завтракам я наблюдал те же лица. Другие студенты тоже появились, они тусовались на полосе препятствий. Веселились и соревновались друг с другом. Ну хоть так. Меня же ждали учителя.

Я зашёл в фойе первого этажа обновлённой Академии наследников. Кучка призраков. Царевичи Пётр, Николай, Василий, Владимир Дальневосточный и душный Михаил. Перебор Раковых, явный перебор. Справа собрались нейристы. Космических умников и Мору я знал. Ещё две помолодевшие женщины были мне не знакомы. Взлохмаченная девушка, наверное, была подрывницей, хотя может она артефакторша, они тоже обычно не в себе.

Вова Подводный уже познакомился со своим коллегой — Тихим. Человек Безымянного. А эти что тут делают? Они же с поварского конкурса.

— Начяльника, — дружно поклонились трое узкоглазых смуглых парня, сложив ладони вместе.

— А вы тут что делаете? — спросил я.

— Тёмная сказял, што не дело начяльному вести медятацию для малышей. Нась посьлал. Сказял, што улятят, лови ихь, — и все трое снова поклонились.

— Да я не против, только как вы вести медитацию будете с таким-то языком? Студентам расслабляться надо, а они наоборот будут напрягаться, чтобы понять вашу речь.

— Тёмная выдял атефакт, — он нажал на кругляш у себя на груди, — чтобы мы включали на время занятий. Сказал, что это особая магия голоса, — речь приобрела глубокий бархатный тембр и слегка вибрировала, расслабляя.

Я кивнул, и Боря вывел на большой экран все расписания четырёх групп: 01А, Раковы, взрослые и все остальные.

— Вопросы? — я ткнул на экран позади себя.

— Не дело это, что мы последними узнаём расписание, — начал с наезда душный Михаил.

— Первый запостил расписание Белозёров, — хохотнул Владимир Красное слово, помахивая призрачным мобильным. — А подписчиков у него много. Ещё с поварского конкурса он неплохо поднялся.

Магилан встал, привлекая внимание:

— Какую математику преподавать? Один час в неделю — это очень мало, чтобы что-то начать понимать, — посетовал он.

— Согласен, — поддакнул его друг Федерик, — один час физики — это ни о чём.

Я обезоруживающе поднял руки вверх, соглашаясь. Ну не подумал.

— Давайте так. Они же к вам придут уже с какими-то знаниями, протестируйте их, посмотрите. Из расчета, что преподавать предмет вы будете два года, посмотрите, что давать, — я постучал ребром телефона по ладони. — От физики нужно понимание законов природы. От математики — развитие логики, и геометрия, как основа для построения плетений.

— Два года? Один день в неделю? — завозмущались и другие предметники.

Я тяжело вздохнул и урезал дни, выделенные для бизнес-проектов. Поставил на утро предметы, стало каждому по два раза в неделю. У Раковых эти дни были заняты тренировками, и я отказывался что-либо менять. Потом согласился, чтобы учителя разрешили Раковым по вторникам и четвергам присоединяться на занятия к моим ашкам. Представляю их лица. Самим Раковым присоединяться к мелким родам, а не наоборот, хех. Тут моим преподам пришла в голову ещё одна гениальная мысль — вообще объединить две группы.

— Так она же будет огромная? Сотня ашек и больше сотни Раковых, — я непонимающе развёл руками.

— Я так понял, что оценки вы ставить не собираетесь? — подозрительно прищурился Николай.

— А зачем? — я искренне недоумевал. — Это же будущие главы родов! Мы даём им знания, они их усваивают. Они обязаны быть самостоятельными и нести ответственность за свои поступки.

— Тогда смысл их разделять, если преподавание сводится к лекциям? — заявил Николай. Помнится, во время инициализации я счёл с него мыслеобразы, что он хочет подружиться, хм. Ну, по крайней мере преподавание — это шанс для всех царевичей заработать очки перед императором.

— Я буду проводить зачёты, — пригрозила лохматая учительница. — По техники безопасности и обращению с взрывными веществами. Иначе не допущу к лабораторным работам! — она посмотрела исподлобья на Николая. — Мне такая большая группа не нужна. Даже сто человек многовато.

— Да я разве против? — я улыбнулся.

В результате группы мы объединили, а для лабораторных опытов я обещал пустить Буму на кубический полигон.

— Ко мне подходили ученики из вашей группы 01А и требовали какие-то зачёты по анатомии, а я даже не в курсе, — новый наезд пришёл от Моры, которая гневно уставилась на меня, поставив руки в боки. — Так дела не делаются, Эдуард Ванилович!

— Простите-простите, — покаялся я. — Совсем забыл!

Тихий тоже встал.

— Насколько точно они должны уметь стрелять? — поинтересовался опытный убийца. Он тоже должен выдавать допуск по меткости.

Вместо ответа я метнул в него регенерацию. Сидел я метрах в десяти. Попал точно в источник.

Мужчина задумчиво почесал подбородок.

— Ничего не выйдет, — заявил он. — Нужно какой-то реальный минимально допустимый уровень. А потом сделать дополнительные зачёты для повышения мастерства.

Я согласно кивнул. И приглашающе махнул всем рукой:

— Идёмте на магический полигон. Выдам вам те задания, которые будут выполнять ученики.

Мы дружной толпой перешли к кубам. Гуляющих студентов на беговых дорожках прибавилось, я зло заскрипел зубами. Белая сотня резко прибавила темп.

Над спортивной площадкой кружили дроны с камерами, и телефоны студентов иногда звонили, и тогда отпрыски включали скорость.

Упражнения на кубических тренажёрах я разбил по уровням. Кто не прошёл первый, не попадёт на второй.

Нулевой уровень был для неодарённых: парочка упражнений, чтобы ощущать ток энергии в теле.

Первый уровень должен был научить оперировать голой маной. Именно тут нужны были знания анатомии. Там было много разных упражнений, начиная с ощущения собственного источника и степени его наполнения маной, и заканчивая ведению маны по каналам. Какие-то техники можно было делать параллельно, а другие требовали предварительного оттачивания предыдущих упражнений. Но в целом, если что-то не получалось, можно было переключиться на другое.

Уровень второй был направлен на подготовку к построению плетений. Вывод нитей из пальцев, смена их толщины, скорость движения, точность — очень большой пласт разных упражнений.

Третий — совершенствование обращения с нитями. Например, построение простых плетений на скорость. Или формирования силовых жгутов и использование их вместо рук. Здесь уже была важна меткость и требовался допуск по меткости, иначе травм было не избежать.

Четвёртый, собственно, — разучивание разных плетений. Тут тоже шла разбивка по уровням сложности и стихийным предрасположенностям.

Распределив преподавателей по квадратам, я принялся ждать. Чего? Хе-хе. Да пока царевичи проникнутся степенью своей отсталости. Я прям предвкушал этот момент.

Мора и Аффа разделались с упражнениями за час. Аффа была магоинженером, и ей предстояло преподавать плетения и артефакторику. Они вместе со мной сели на левитирующую платформу и принялись наблюдать за другими. Заодно делились впечатлениями. Ну, и, конечно, зашёл разговор про предстоящий балл. Император пригласил Мору. Наконец-то! Аффа была обязана присутствовать, как преподаватель, и она себе в пару выбрала Берра.

Пётр тоже показал неплохой результат, его подлечила Мора в медкапсуле, и магический опыт он успел накопить к своим 109 годам приличный, даже особо не занимаясь. Оперирование сырой стихийной маной не вызвало у него проблем, в отличии от остальных Раковых. Хех. Эти были помоложе, тела их были до сих пор отравлены стараниями Дымовых, Носовых, Жуковых и моей покойной маменькой. И ко всему прочему собственным развитием они никогда не заморачивались. Зачем сила, если можно взять императорским статусом?

Я, кстати, установил очищающую рамку при входе, и отравленные царевичи, которые будут здесь работать, постепенно тоже очистятся. И доступ к упражнениям на полигоне не буду им закрывать. Интересно, кто-то из них выйдет хоть раз на дорожку?

Мне надоело смотреть, как мучается Вова Подводный. Источник отторгал ману. Хотя в каналах она была. Я спрыгнул к нему и сказал, чтобы он забыл про источник и использовал ману, которая находится непосредственно в каналах. Нейтральную. И дело у него пошло. Правда, он её не видел. И всё делал медленно, вслепую. Но он был счастлив — он снова ощутил себя магом. Я прочитал в его глазах искреннюю благодарность.

Вслед за Петром до конца первого уровня дошли узкоглазые болванчики, я посмотрел на Мору. Она обсуждала с Аффой наряды. Думаю, моя будущая мачеха пропустила всех, кто жил в небоскрёбе через медицинскую капсулу. Я открыл приложение и убедился, что тела троицы находятся в превосходном состоянии. Космические исследователи споро разобрались в принципах простого канального оперирования и первые сдали тест первого уровня. Им ещё предстояло отрабатывать видение через ману, как я делал во время диагностики. Но тест давал возможность перейти на второй уровень — выведение нитей.

Бума психовала, у неё не получалось. Тихий мучился молча. А как она со взрывчаткой работает, если такая нервная? А, ну да! Она же взорвалась в прошлом мире. Через два часа все, кроме царевичей прошли тест первого уровня и застопорились на формировании плетений. Это да… Процесс не быстрый. У меня было только три полноценных мага из мира Нейры. Мало, но хоть такие есть. Жаль, что Берр не захотел преподавать.

Раковы, видя, что их все обогнали, краснели, злились, и всё становилось только хуже. Неожиданно вперёд вырвался Михаил. Он дотошно следовал инструкциям искина. Делал всё раздражающе медленно, но результативно.

Первым догадался открыть приложение Николай. Видимо, привык к своим навороченным шпионским штучкам. Он вывел в качестве дополнительного экрана свою энергетическую сеть. Позорную энергетическую сеть: куцую, тонкую и неравномерную.

Вскоре его примеру последовали другие, не только царевичи. Студенты перестали делать вид, что бегают, и облепили ближайший к нам второй ярус беговой дорожки. Белая сотня была вынуждена перебраться на третий уровень, и зубами вгрызалась в полотно, карабкаясь наверх и чуть ли не падая вниз от усталости. Я сжалился и поставил у них на пути невидимую поддерживающую рамку.

Пробегая сквозь неё, их тела и одежда очищались, мышечная боль отступала, и дополнительная энергия вливалась в разбухшие каналы. Вот у них сейчас идёт бурный рост и развитие. Молодцы!

Будущая императрица толкнула меня локтом и заговорщически прошептал, скосив глаза на царевичей:

— Почему Миша их не вылечит?

— Они предали род, — я приблизился, заглянул в глаза и произнёс тихо-тихо. — Все они, кроме Владимира, пытались убить Иван-царевича.

Мора поражённо ахнула и закрыла рот рукой. На несколько минут воцарилось молчание. А потом мы втроём увлечённо спорили, каким плетениям учить жителей этого мира. Девушкам было очевидно, что я обладаю технологиями другого мира. Они ведь и сами были попаданками. Но вслух этого никто не озвучивал. В конце концов мы решили, что Аффа и Мора будут вносить новые плетения в базу данных, а я утверждать.

Я оставил учителей развлекаться на полигоне, взял только Аффу и троицу по медитации, чтобы показать им пятый этаж. Там тоже были комнаты по отработки, не такие, как на полигоне, с более тонкой настройкой. Показал Аффе функционал по внедрению плетений и оставил одну.

Потом помог узкоглазой троице разобраться с их кабинетами, где неодарённые могли заняться развитием энергосистемы немагическими методами.

После обеда мы с лже-Эдуардом переместились во дворец. Когда мы переоделись, в мои покои пришёл император. Заметив, что я поменялся с Найдёновым местами, он удовлетворённо кивнул и собрался уходить, прежде чем я окликнул его.

— Отец!

Он раздражённо замер на пороге. Я встал, подошёл и крепко обнял отца. Тот непонимающе уставился на меня, потом неловко погладил по спине.

— Ну ты чего? Всё же хорошо, я остыл давно, прости, сын, — ему явно было не по себе.

— Может расскажешь, что ты задумал? — мягко попросил я. — Ощущение странное, как будто что-то не так.

Император вернулся и сел в кресло, я разместился на соседнем. Лже-ректор деликатно вышел за дверь.

— Мне придётся объявить о том, что ты наследник, — он поднял ладони в останавливающем жесте. — Это надо сделать вперёд Подводных. Как бы Милен ни сделал это первым, воспользовавшись моим же приёмом в честь начала учебного года. Мы с Петром и императорами прошерстили законы, старые, новые. Мы действительно можем потерять статус императорского рода, — горько признался отец. — Хорошо, что наш Алтарь первым назвал тебя наследником рода, но и важно, когда об этом объявить народу.

— Но Милен Налимович же уже объявил? — не понял я. — Ну тогда на площади, когда меня выкатили в инвалидном кресле, толпа же кричала про наследника, разве нет? И там на теплоходе Белозёров говорил, что наследник рода Подводных не доехал. Все знают, что у них новый наследник.

— Да, если бы ты вошёл в Академию под именем Подводного, то всё, — усмехнулся отец, — а так есть варианты. Тебя лично никто не знает. Поэтому так важно сейчас заявить, что ты — это ты, и ты — цесаревич.

Глава 34

Около восьми вечера мы втроём, разодетые и причёсанные, стояли перед входом в зал приёмов. Император чуть впереди, лже-ректор чуть позади меня. Для пущего эффекта мы с императором должны были зайти вдвоём. А потом появятся Эдуард Ванилович и Мора. Их статус был под вопросом, девушка к тому же ещё прихорашивалась, её ждать не стали.

— Его Императорское Величество Михаил Михайлович и Его Высочество цесаревич Иван Михайлович, — объявил распорядитель и торжественно распахнул двери. Он попытался приостановить лже-Эдуарда, но тот врезал ему по лицу и прошёл следом.

Всё сразу пошло не по батюшкиному плану. Шагнув в залу, мы оказались в зоне без магии. Я сначала не понял, может так и задумано, поэтому не отреагировал. Ну мало ли… Я вообще на таких приёмах раньше не был. Как часть системы безопасности могли и отключить локально магию. Но потом в меня полетел сильно заряженный заклинанием клинок. Защитный купол императора развеялся так и не сформировавшись. Я бы увернулся, но тут вмешался лже-Эдуард, который просто-таки сшиб меня с ног, повалил на пол и закрыл собой.

Нож прошил почти насквозь грудь парня, гарда застряла в рёбрах и слегка подрагивала. Кончик лезвия наводился точно на моё сердце. Я бы не увернулся. Меня прошибло холодным потом от осознания насколько близко я был к смерти. Наконец, антимагическая зона высосала из клинка весь запас маны, и он перестал шевелиться.

Я поднял взгляд на отца, который скользнул безразличным взглядом по умирающему лже-Эдуарду и убедился, что меня не задело. Михаил III с ледяной яростью посмотрел туда, откуда прилетел кинжал. Там лежало тело. Кто-то зачистил убийцу. Он дождался, пока меня окружат гвардейцы и только после этого рванул к злоумышленнику.

Я подхватил Найдёнова подмышки и потащил по полу, оставляя за собой кровавый след. Наконец, мы вышли из зоны без магии. Тронный зал заполонили призраки, которые искали заговорщиков.

Он умирал. Хтонь! Он умирал, а у меня не получалось его излечить! Я тупо не понимал, почему. Что-то мешало вливать в него магию. Как будто что-то пожирало её до того, как она достигала цели. Нож я уже извлёк, тогда что? Зону без магии мы покинули, так в чём же дело?

Отчаяние накатило гигантской океанической волной и размазало душу по залитому кровью полу. Он меня спас! Он спас меня! Он даже сейчас улыбался довольный, что справился. Скоты! Они ещё и измазали клинок ядом. Вены парня стали окрашиваться чёрным. По моим щекам потекли слёзы. Нет! Он не умрёт! Так не должно случиться!

Я снова попытался очистить кровь и залечить глубокую рваную рану, но мана обходила тело парня стороной, как прокажённого. Нет! Нет-нет-нет!

Я добавлял исцелению мощность, а потом, видя, что и это не помогает, стал объединять стихии, взаимоусиливая их.

— Держись, — шептал я сам себе. — Держись. Только держись. Не смей умирать.

Мои руки засветились радужным светом, он окутал тело Найдёного. Распространение яда приостановилось, но рана не затягивалась. Я чувствовал, как затухает ритм сердца. Он умирал, а я ничего не мог поделать. Откуда-то из недр души вырвался нечеловеческий крик. Вокруг стало тихо-тихо. Ни шелеста, ни звука.

Первостихия! Кто если не она! Прошу, Матерь самой Жизни! Помоги, умоляю, помоги! Она откликнулась, сознание качнулось, и я загорелся. Но окутавшее меня пламя не было красным, это было что-то другое. Первостихия объединилась с универсальным источником и огонь стал радужным. Я с облегчением увидел, как чёрные вены начали тускнеть, а развороченная грудь стала неохотно затягиваться, но я не успевал. Сердце билось всё реже и реже. Слишком поздно. Слишком… поздно…

Душа разрывалась от невыносимой обжигающей самою мою суть Боли.

— Эээ-уу! — я взвыл раненным зверем и влил в медленную регенерацию самого себя. Что я за Изначальный такой? Что за хранитель жизни, если не могу спасти всего одну? Всего одну!

Под нами загорелся пол, а потом пламя побежало ко входу в тронный зал. Заполыхал большой участок. Гости шарахнулись в стороны. Я понял! Антимагическое покрытие было нанесено локально, а потом попало в кровь через рану, когда я тащил своего спасителя по полу, поэтому ничего не действовало.

Радужный огонь уничтожил антимагическое вещество, рана затянулась, и сердце стало биться уверенней. Живой. Я облегчённо выдохнул, мир наполнился звуками. Живой.

Я запустил диагностику. Всё будет хорошо! Тело в норме, ядов нет, источник тоже в порядке. Я только что сделал его огневиком.

Я устало выдохнул. Пламя потухло, я погладил Найдёнова по волосам. Вся маскировка с него слетела. Плевать. Он живой. Живой. Спи, Ванюша, спи. Грудь парня мерно вздымалась и опускалась. Он безмятежно спал и счастливо улыбался.

Я поднял глаза. Меня окружало плотное двойное кольцо гвардейцев. Внутренний круг стоял ко мне лицом, а внешний — спиной. Лица парней выражали противоречивые чувства. Шок, страх, неверие, уважение, благоговение и фанатизм. Последнего было больше всего. Всё это не важно.

Я попросил гвардейцев отнести парня в мои покои. Старший офицер кивнул одному из бойцов, тот бережно поднял парня, спасшего мне жизнь, и вышел. Я поднялся и попытался оглядеться. Но за высокими спинами гвардейцев ничего не было видно. С балконов второго яруса, который возвышался над танцполом, меня пристально изучали аристократы, просвечивая взглядом не хуже невидимой сканирующей арки, которую я поставил при входе. Я обострил слух и отвернулся.

Сначала я пробежался в целом по голосам, не фокусируясь ни на ком конкретно.

— Цесаревич? Он объявил его как це-саревича! Я чётко слышала!

— Четыре стихии. И огонь такой переливающийся. Завораживает, Галя, я влюбилась, ах…

— Сила запредельная, Аристарх, вы видели?

— Да, такой мог и убить случайно целый род, согласен.

— Он опасен для общества, поэтому его и прятали столько лет! — голос прозвучал категорично.

Молодые голоса студентов обсуждали подвиг ректора. Версий было много, вплоть до того, что это брат-близнец, родившийся минутой позже.

— Это был не ректор, Матвей, скажи ему!

— Тогда где ректор?

— А был ли ректор, — кто-то фыркнул. — Рода Дубхе не существует.

Я отстал от галдящих учеников и задрейфовал дальше.

— А цесаревичу точно 15? Он не может владеть магией такого уровня сразу после инициализации, Артём Евгеньевич.

— Поэтому его и скрывали, Валентин Иванович. Ребёнок с магией, это же ещё и опасно.

Разговоры старшего поколения тоже не зацепили, я развернул слух в другую сторону и попал на женские голоса.

— Так кто кинул нож? Я вообще ничего не понимаю! Убивать-то его зачем?

— Ирочка, сидишь в своей дыре и не выходишь в свет. Тогда бы ты знала, что царевич уже всех достал, то башню откопал, то магический коллапс по его вине. Сколько родов пострадало!

— Девочки, а почему мальчики оделись в белое и обесцветили волосы? Это мода такая? Как вы думаете, мне пойдёт белый?

— Софа, замолкни! Достала уже! Можешь хоть налысо постричься и покрасить лысину белым, всем плевать.

— Может особо приближённые, и это знак отличия?

— Да нее, это Белозёровы траванули студентов. Они когда туда ехали блевали за борт, эпичными видосиками вся сеть завалена. Наследнички великих родов в неприглядном виде, какая радость для злословия. Что на самом острове произошло непонятно. Поседели они все разом именно там.

— А я слышала, что кто-то из слуг продал им некачественный алкоголь или вообще какую-то левую алхимию. Задорого. Траванули за их же деньги, — злорадно захихикала девушка.

— К ним потом на все ГЭС комиссии приехали. Доигрался блогер, — со знанием знатока продолжила предыдущая девушка.

Я отключил усиления слуха и повернулся к офицеру.

— Где батюшка? — спросил я.

— Обождите, Иван Михайлович, идёт проверка периметра.

Я был зол не меньше императора, мне хотелось порвать злоумышленника лично на лоскуты.

— Иван Петрович, — тихо позвал я.

Призрак Ивана Великого тотчас появился рядом со мной. Он успокаивающе погладил меня по плечу.

— Выяснили, что случилось?

— Детям подложили антимагический гель в качестве розыгрыша. Типа намажь пол и, входя в залу, все будут падать, — невесело сообщил призрак. — Они вчера тут играли, натирали, мы и не поняли ничего.

Я всполошился.

— Но такое внушение можно провернуть только живя в замке! Кто предатель? — я требовательно уставился на Ивана I.

— Спокойно, Ваня, мы разбираемся, — Иван Петрович снова погладил меня по плечу. — Антимагический гель взял Кирилл у отца в лаборатории. Царевич Василий иногда натирает им стол, когда проводит опыты.

Опять этот Кирилл, дебил. Как он уже достал! Мутит и мутит.

— Получается, Носовы? Они же уже пытались всучить Кирюше артефакты для убийства батюшки, — зло напомнил я.

— Да, но в этот раз убить пытались тебя. А Кирилла могли подставить, воспользовавшись его отношением к тебе. Натереть пол, чтобы ты упал, когда войдёшь в тронный зал. Убить его надо было ещё тогда, — горестно посетовал Алтарь устами Ивана Великого.

— А нож кто кинул? — я продолжил расспросы.

Клинок выглядел странно. Когда я его извлёк, то не успел рассмотреть, не до того было. А потом кто-то из гвардейцев забрал его. Мне было интересно, каким образом он самонаводился на моё сердце. Неужели по крови? Но откуда злоумышенники взяли мою кровь? Я провёл рукой по груди. Пальцы нащупали вышитый гербом. Но он не только у меня? У императора герб с короной.

— Мутная история, — призрак основателя рода недовольно поморщился. — Похоже парня банально использовали втёмную, а потом убрали. Нож метнул старший брат одного из тех, кого ты списал по здоровью. Они уже сходили к целителю, и исправить ситуацию не смогут, по крайней мере в заданный тобой срок.

— Так и кидали бы в Эдуарда? Я-то тут причём? — искренне возмутился я. Опять Иван-царевич во всем виноват. Что за странная логика?

— Эх, Ванюша, не следишь ты за обстановкой, а надо бы. Хуже слепого котёнка порой. Это может дорого тебе стоить. Приблизил к себе наследника рода Жуковых. Слюну пускаешь от одного вида близняшек. Неужели забыл, как Жуковы обрабатывали всех во дворце психотропными артефактами?

— Дети не в ответе за дела отцов, — хмуро буркнул я. Но он прав, Андрей наследник, вряд ли он был не в курсе того, что творил глава рода. Тем более Вадим Петрович уже не молод, и сам пострадал от ядов во дворце. Он должен был держать наследника в курсе своих дел. Настроение резко упало.

— А ты присмотрись к кулончикам на шее близняшек, присмотрись, Ванюша, — Иван Великий решил добить меня. — Они всегда, когда подходят к тебе потирают их. А ты потом цепенеешь, как идиот, и источник твой бунтует.

Я посмурнел и мрачной тучей уставился на призрак.

— Ты сегодня их не жди, а вот когда кулончики они перенастроят, придут и начнут обхаживать уже тебя, - ядовито усмехнулся Иван Петрович. - Хотя может одна будет выцеливать Эдуарда, а вторая тебя.

Ничего, перевоспитаю, накажу, я видимо снова дебильно улыбнулся, потому что Иван Великий тяжко вздохнул и сменил тему.

— В общем, считается, что Эдуард твой личный цепной пёс. На конкурс он явился по твоей личной просьбе. В Академию наследников прибыл из-за тебя и на то время пока ты учишься. А продвинутая магия, которую он использует, это то, что тебе удалось откопать в башне, — многозначительно закончил Иван I.

Я даже завис от столь логичной версии происходящего. И не подкопаешься ведь.

— Зачем он убил себя? — я попытался понять хоть что-то. — Из-за того, что покушение не удалось? Или не захотел попасть в руки гвардейцев? Это ж всё при свидетелях.

— Это не он. Ему вшили в зуб яд, и взорвали дистанционно, — печально вздохнул Иван Великий. — Радиус действия достаточный. Это мог быть любой из гостей. Самого его скорее всего хорошо обработали и накачали чем-то.

— Не обязательно гостей, это мог сделать кто-то из живущих во дворце, — мрачно буркнул я. — Я смотрю слуг сменили.

— Да, жители дворца, скорее всего, — призрак сделал вид, что вздохнул.

— Не слишком сложная схема? — мне до последнего не хотелось верить, что это кто-то из своих.

— Нормальная схема, если ты хочешь остаться вне подозрений, — подтвердил мои догадки Иван Петрович. — Это кто-то из ближнего круга, Ваня. Никому не доверяй. Слышишь, — он даже взял меня за плечи, — никому не верь.

Ещё с полчаса меня мурыжили в оцеплении. Я со скуки подключился к Драко и взирал на происходящее сверху. Студенты моей группы 01А окружили гвардейцев и тщетно пытались пробиться ко мне. Здесь же мрачно и безмолвно стояла Белая сотня и высокомерно смотрела на ашек. В белых одинаковых костюмах с разными гербами. И когда только успели пошить? Меньше суток ведь было до бала. Что же с ними не так?

Вдруг от входа в тронный зал донёсся грозный рык. На бал пришёл якорный пёс. Студенты его сразу узнали, да и взрослые тоже. Телетрансляция шла же. Правда, пёс подрос.

Стихии приняли более грозный и воинственный вид, мало того, что они воплотились все вместе, так ещё и отрастили острые клыки. Народ шарахался в сторону. Даже гвардейцы расступились. Пёс пришёл не один.

— Папа! — ко мне кинулся испуганный маленький мальчик. Совсем маленький, лет двух, не больше.

Я присел на корточки, обнял его и просто офигел.

— Я проснулся, — он всхлипнул, — было темно и страшно. И никого, совсем никого. А потом меня нашёл Лохматик, он сказал, что отведёт меня к папе.

Я поглаживал совсем не мальчугана, но взрослым он от этого не становился. Тело его было не прорисовано, только внешний контур, хоть и выглядело очень достоверно. Но почему мальчик? Неужели, это я его пробудил, когда спасал Найдёнова?

— Не волнуйся, Гео, всё хорошо, я рядом, — я успокаивающе поглаживал душу этой планеты. Почему мальчик? Наверное, потому же, почему Земля выбрала активную суть. У планеты должна быть женская душа, а здесь одна сплошная аномалия.

К нам подошёл император и изучающе посмотрел на пса, потом на ребёнка. Он догадался, что это непростой мальчик.

— Это твой папа? — Гео ткнул пальцем в императора.

— Да, — я продолжал поглаживать ребёнка, постепенно формируя нормальное полноценное тело. Пусть учится, привыкает. Сам он ещё не скоро сможет собирать себя самостоятельно. Даже стихии пока не в состоянии создавать подобие человеческому телу. Эту оболочку собрали для души планеты стихии.

— А я могу его называть деда? Или он слишком молодой и обидится? — мальчик вопросительно посмотрел на меня. — А почему он твой отец, хотя ты старше? — неожиданно спросил прозорливый не-ребёнок.

Вот и что ему ответить? Рядом появился призрак Ивана Великого.

- Ты почему здесь? - строго спросил ребёнок душу, не ушедшую за грань.

Призрак быстро растворился, а Гео посмотрел вниз. Алтарь рассматривает. А что я хотел? Душа планеты она сразу повсюду. Всё слышит, всё видит и знает. Только этот малыш ещё не всё умеет и не со всем разобрался. Но зашитые мирозданием инстинкты никуда не делись. Гео погрозил кому-то пальцем. Я ласково погладил малыша по волосам. Стихии, когда создавали тело, даже скопировали мой наряд.

— Папа, а зачем тебе рой? — он вдруг развернулся и с любопытством уставился на меня.

— Какой рой? — вот вообще не понял о чём он.

Мальчик забрался ко мне на колени, я всё так же сидел на корточках, и ткнул пальцем мне за спину. Я обернулся. За ногами гвардейцев проглядывали белые штаны Белой сотни. Рой. Рой?! Хтонь! Это рой!

Я приложил палец к губам:

— Тсс. Это секрет, — шепнул я. — Я потом тебе расскажу. Ты устал? Кушать хочешь? — я погладил его по спине, делясь универсальной маной.

— Пап! — я же только что проснулся. — Я играть хочу.

Я панически посмотрел на императора. Юная душа планеты хочет играть! Во что это выльется?

— А, вот вы где! — к нам пробилась Мора. — Я что-то пропустила? Какой милый ребёнок! Ты чей, малыш?

Она присела на корточки рядом с нами.

— Я папин, и папа назвал меня Гео. И я хочу играть, — заявила душа планеты.

Он слез с моих коленей, подошёл к девушке и принюхался. Мора зарделась, решив, что от неё плохо пахнет.

— Ты не моя, — он враждебно уставился на юную старушку из другого мира. — Были такие, как ты. Я их спрятал.

Император напрягся, и я тоже. Что значит «спрятал»? Души тех, кто прибыл в капсулах из мира Нейры и здесь умер, не пойдут на перерождение? О чём он вообще?

- Во что ты хочешь играть, Гео, - император присел на корточки и ласково погладил ребёнка.

- Ты какие игры знаешь, малыш? - задорно поинтересовалась Мора.

Мальчик неуверенно пожал плечами, а потом что-то вспомнил, и его лицо озарилось лучезарной улыбкой.

- Я умею убивать!