Рождественские игрушки

Рождественский Ангел

Запах рождественской ели наполнил местный храм. Прихожане украшали помещение к Рождеству Христову. Принесли три большие коробки с ёлочными украшениями. Дети суетились, открывали коробки и рассматривали игрушки. Было на что посмотреть, ведь каждое изделие — память о чудесном исцелении.

Ангел с белыми пушистыми крыльями не похож ни на одного из всех ангелочков. Его сделала белокурая девочка с голубыми глазами. Все помнят, как долго она болела, как после очередной химии ее волосы перестали расти. Лечение не приносило выздоровления.

В одну из бессонных, наполненных болью и страданием, ночей к ней явился Ангел с белыми пушистыми крыльями и сказал: «Тебе надо пойти в храм».

Дождавшись утра, когда неба коснулся первый солнечный луч, дочь вошла в комнату родителей и попросила отвести ее в церковь. Родители пообещали выполнить просьбу, заметив, как у дочери засветились глаза, и порозовели щечки. Они давно не видели румянца на её лице.

В храм они пришли на праздник Архангела Михаила. После службы с девочкой заговорил настоятель и дал удивительный совет. Самое главное, не бойся! Чаще зови на помощь своего Ангела-хранителя, и он тебе поможет! Выучи молитву к Ангелу и молись!

Девочка слушала внимательно священника и изредка поглядывала на алтарь. А потом шепнула настоятелю: «Он там, он смотрит на нас!» Прозорливый священник увидел веру в глазах ребенка и предложил девочке сделать игрушку на Рождественскую ёлку. Она с радостью согласилась и сказала, что это будет прекрасный ангел с белоснежными пушистыми крыльями. Она пообещала, что принесет ангела в храм перед Рождеством Христовым и повесит на ёлку.

Лечение продолжилось. Началась настоящая битва за жизнь. Прогнозы врачей не успокаивали, но девочка боролась за выздоровление. Родители плакали, скрывая от дочки неблагоприятные результаты.

Каждое воскресенье её приносили на причастие, и священник причащал девочку. Она слабо улыбалась и каждый раз рассказывала настоятелю, как продвигается работа над поделкой. В эти минуты она сияла, её измученное личико озарялось тихим благоговейным светом, и девочка казалась ангелом, только без волосиков на голове и крыльев за спиной. Голову покрывал красивый белый платочек.

В храме знали маленькую прихожанку и молились за её выздоровление. Когда в храм привезли ель, священник пригласил девочку для участия в украшении Рождественской красавицы. Девочка пообещала, что принесёт Ангела. В тот день её состояние требовало покоя, но она пересилила свою слабость и, опираясь на родительские руки, пришла в церковь.

В центре храма стояла благоухающая ёлочка. Зелёные иголочки ещё полностью не расправились после упаковки. Прихожане делали крепление и драпировку подставки. Девочка зашла в храм с Ангелом в руках, которого делала в перерывах на битву с болезнью.

Пройдя несколько шагов с помощью родителей, она отпустила их руки и слабыми, неуверенными шагами подошла к ёлке. Повесила поделку и попросила: «Милый Ангел, я прошу, принеси мне здоровье, ведь родители не смогут без меня жить!»

Чудо свершилось после Рождества Христова. Девочку отвезли в больницу. Врачи наблюдали ухудшение самочувствия, но на следующий день лечащий врач отметил, что ребенок крепко спит, и признаков ухудшения, как накануне, не наблюдалось. Девочка проснулась и рассказала родителям, что с вечера она не спала.

— Меня мучили какие-то тёмные существа: выкручивали ноги и руки, а ещё тыкали чем-то острым. Я не плакала, но мне было больно. Я просила помощи у ангела, моего ангела, что висел на ветке ёлочки. Сначала я видела, что он маленький и пытается спрыгнуть, но у него не получилось. Я тянула к нему руку, но мерзкие чудовища старались нам помешать. От алтаря с иконы спустился Архангел Михаил. Он коснулся мечом моего ангела, и тот стал настоящим: в сияющем белом облачении и с огромными широкими крыльями... Он вступил в битву и победил тёмных существ, которые меня держали. Ангел принёс меня в больницу и стоит у дверей, не пускает страшных чудищ.

Девочка показала слабой рукой на дверь своей палаты, улыбнулась и кому-то помахала.

Прошло время. У девочки выросли белокурые кудряшки. Она научилась смеяться, делает родителям подарки, которые мастерит своими руками. Каждое воскресенье она приходит в храм с родителями и дарит светлые улыбки прихожанам.

Кукла

Дети и взрослые наряжали Рождественскую ель. Какая же она красивая: высокая, пушистая! Детки не доставали до верхних веток, поэтому в ход пошли табуреты и стремянка. Ну и, конечно, помогли взрослые. Всем хватило работы: украсили паникадило, подсвечники, аналои и притвор. Хотелось, чтобы зашёл человек в храм и сразу почувствовал, как в душе разливается праздник.

— Посмотрите, посмотрите, какая интересная куколка! — закричала девочка, доставая очередную игрушку из ящика.

Дети окружили девочку, посмотрели на игрушку. На вид это была маленькая куколка: сшитая из ткани, одетая в длинное платьице и обута в мягкие сапожки. На голове из коричневых ниток заплетены две косички с белыми бантами. Самое, наверное, привлекательное у куколки было личико: глаза, нос и губки, вышитые шелковыми ниточками, придавали куколке живые черты. И, казалось, она улыбнётся, подмигнёт и заговорит.

— Какая она красивая! Дай подержать, можно я её на ёлку повешу? — попросила девочка с двумя косичками и белыми бантами на концах.

— Бери, мне не жалко.

Девочка взяла куклу и побежала показывать маме.

— Мама, смотри, какую я куклу встретила, она на меня похожа, правда?

Молодая женщина взяла в руки куклу и внимательно посмотрела на выцветшее платье, на волосики и на свою дочь, будто сравнивала. Девочка не отводила зелёных глаз с куклы.

— Да, очень похожа, только глаза Боженька тебе не голубые дал, а зелёные. — Мама улыбнулась, отдала куклу дочери, а когда та побежала к ёлке, незаметно смахнула слезу.

Она подошла к иконе Богородицы и стала молиться. После того как слёзы высохли, она вернулась к своему делу.

Женщина, с которой они протирали стены, спросила:

— С вами всё в порядке?

— Да, в порядке, я просто увидела то, что помогло мне стать счастливой.

— Кукла? — удивилась женщина.

— Нет, конечно, не кукла. Напоминание мне о чуде.

И молодая женщина рассказала.

— В детстве я упала в прорубь. Меня спасли. Я сильно простудилась и долго лечилась. Но врачи сказали, что детей не будет. Замуж идти не хотела. Мужу дети нужны, а я? Пустая! Но нашёлся парень. Полюбили мы друг друга. Он меня замуж позвал, а я отказывалась, сомневалась, доказывала ему, мол, не пара я тебе, не хочу жизнь тебе портить. А он на все мои доводы одно твердил: «Ну и что?» А потом в храм привёл, да с батюшкой познакомил.

— С нашим? — поправила платок, перебила женщина.

— Да, с отцом Иоанном. Месяц за месяцем я стала постигать веру, я-то крещёная была, но не воцерковлённая. Каждый раз, приходя в храм, видела, как детки причащаются, как родители радуются за них. А я? Горько мне сначала приходилось: вернусь домой из храма и плачу. А муж успокаивает и одно говорит: «Верить будешь, будут дети». А за два месяца до Рождества батюшка предложил мне игрушки сделать на Рождественскую ёлку. Я согласилась. Задумала я куколку сшить, да такую, какая бы у меня дочка родилась. Я у батюшки благословение попросила, он не отказал. Он у нас добрый. Принялась я за работу: сама шила, а мысли о дочке из головы не выходили. Часто в Евангелие читала: «По вере вашей да будет вам». Сшила, в храм принесла, повесила. А через месяц после Рождества мне стало плохо. Муж в больницу отвёз. После анализов нам с мужем новость и сказали: «Что не больная я, а беременная». Вот такое чудо с нами произошло. Вон оно бегает, скоро пять лет будет. — кивнула женщина, любуясь дочкой.

А девочка встала на стул и повесила куколку на Рождественскую ель.

— И верно: по вере вашей да будет вам!

Шишка

На праздник Введение во храм Пресвятой Богородицы в нашу церковь приехали дети лет пяти-шести из детского дома. Батюшка причастил крещённых деток, как полагается. А после службы ребята с батюшкой отправились в трапезную пить чай со сладостями. Наш повар накрыла стол, гостеприимная женщина была. Сели они за стол, стали чай пить и разговаривать об ангелах и о промысле Божьем, о чудесах и испытаниях. Батюшка на все вопросы детские ответ давал, хоть и не детские они были. Детишки вроде маленькие, а вопросы сложные задавать стали.

— Почему у меня мама погибла?

— А Боженька знает как мне тяжело без родителей?

— А Дед Мороз существует?

— А зачем Иисуса Христа приколотили к кресту?

— Я прошу, прошу Боженьку, а мама так и не находится, может, я чего-то делаю не так?

От таких вопросов и чай в горло не полезет, а батюшке и ответить, и успокоить нужно и на путь истинный наставить. Чаепитие, конечно, затянулось, но батюшка постарался ответить на все детские вопросы. Несколько раз платок доставал, да пот вытирал со лба.

Все знают, что дети любят сказки. Вот батюшка и стал рассказывать им чудесные истории произошедшие в нашем храме. Истории разные: о том, как святой Спиридон Тримифунтский помог его икону нарисовать для храма, как мальчик поправился после ДТП, как мать сына с войны дождалась. Истории про Рождество самые интересные оказались.

В разговоре вдруг выяснилось, что два гостя, воспитанника детского дома, Василий и Александр — некрещёные. Батюшка пообещал приехать в детский дом и провести Таинство Крещения.

Дети считали дни до приезда батюшки. Священник приехал и совершил Таинство Крещения. И вот перед отцом Иоанном стоят два новых воина Христова.

Белобрысый Василий с веснушками на носу и щеках, и щупленький Александр с огромными карими глазами и ямочками на худеньком лице, темными непослушными волосами. Как он ни причёсывал непокорные локоны перед крещением, так и не смог их уложить.

После Крещения воспитатели устроили праздничное чаепитие. Дети сели рядом с батюшкой. Александр во время празднования достал из кармана неприметную сосновую шишку, протянул её священнику и попросил:

— Батюшка Иоанн, а можно мою шишку повесить на вашу Рождественскую ёлку? Мне очень надо.

Батюшка взял шишку и стал внимательно рассматривать, медленно поворачивая в руках ёлочную игрушку. К ней был приделан крючок, чтобы цеплять её на ветку. Шишка переливалась, блестела в свете лампы. Батюшка залюбовался игрушкой. Заметив это, Александр испугался.

— Батюшка, я не воровал лак, я попросил у старших девочек, и они мне дали, чтобы я покрасил шишку для ёлки.

— Да я и не думал об этом, но приятно, что ты такой честный и добрый мальчик. Наверное, ты не просто так сделал этот подарок на ёлку?

Мальчуган опустил глаза, как будто пытался разглядеть сандалии. Но, поборов смущение, рассказал батюшке:

— Хочу, чтобы меня усыновили, я, правда, буду хорошим сыном. Вы не смотрите, что я такой худой, у меня силы много, я терпеливый и учусь на отлично. — Последнее он продемонстрировал: откуда-то достал дневник с оценками и показал.

— Так, а я что должен сделать-то? — расчувствовался батюшка.

— Повесьте эту шишку на Рождественскую ёлку, очень прошу. Вы сможете? — В глазах мальчугана застыл вопрос.

— Конечно, смогу.

На том и расстались. Александр и Василий долго стояли у окна, провожая священника взглядом.

Шишку батюшка привёз и положил в алтаре, на столике, где пономари оставляют записки и свечи. Подарок пролежал там до праздников.

Пришло время наряжать Рождественскую ёлку, и прихожане узнали от батюшки о Рождественской шишке. Повесили её на ель. А по прошествии нескольких месяцев Александр приехал в храм, но уже не с детским домом, а с приёмными родителями. Прихожане нашего храма прониклись рассказом батюшки о мальчике Александре, поехали в приют и взяли себе ещё одного сына. Теперь в семье три воина Христова.

Лапти в подарок

Каждое воскресенье Паша, рыжеволосый кучерявый мальчик пяти лет, приходил в храм с родителями, а иногда только с мамой. Объяснял всем, что папа в рейсе, брал свечку у мамы и с важным видом шёл ставить её к святителю Николаю Чудотворцу.

— Батюшка, — обращался он к святителю. — Папа в рейсе, а я пришел помолиться и попросить, чтобы оберегал ты его в дороге. Ты же знаешь, как мы его с мамой любим и ждем.

Потом долго смотрел на икону и, поклонившись, возвращался к маме. Все в храме любили этого паренька. Сам мал, а смышленый не по годам.

А тут на две недели пропали: ни Паши, ни семьи. Номера телефонов постоянных прихожан у старосты были.. Она после службы позвонила им, узнать, не заболели ли?

А у них, оказывается, горе случилось. На первом гололеде какой-то лихач, обгоняя машину Пашкиного отца, не справился с управлением и совершил аварию. Да всю вину на невиновного повесили. Пашиного отца в СИЗО до выяснения обстоятельств посадили. Мама сильно переживала и попала в больницу с сердцем.

— А Паша?

— Паша у бабушки и дедушки гостит. — через слезы ответила мама.

В группу храма и батюшке староста отправила срочное сообщение: у прихожан храма беда.

А в воскресенье Паша пришел в храм с бабушкой и дедушкой. Попросил, чтобы купили ему самую большую свечку и со слезами на коленях стал молиться святителю Николаю.

— Батюшка, ты прости меня, я ведь не специально к тебе не приходил, не получалось у меня бабушку уговорить, чтобы привели к тебе. Плохи наши дела, совсем плохи. Мама сказала, если дяде поверят, что папа совершил аварию, долго мы папу не увидим. А ведь ты знаешь правду, ты же видел все. Пожалуйста, заступись за папу и маме помочь надо, а то она с больным сердцем мне сестренку не родит. А я так хочу сестренку. Да ты же все знаешь, это я тебе так, напомнить.

Зажёг свечу и пытался поставить, да ручонки маловаты. Ему на выручку прихожане подоспели. Поставили свечу. Паша перекрестился, поцеловал икону и пошел к бабушке.

После службы к батюшке подошли бабушка с Пашей. Она платочком слезы вытирала, а внук как взрослый успокаивал.

— Бабушка, не переживай, я уже попросил Николая Чудотворца, он все в свои руки возьмет, только нам верить надо.

— Истинные слова христианина! Вы не переживайте: Бог всё управит. Слушай, Паша, мне твоя мама говорила, что ты хорошо поделки делаешь. Может, сделаешь нам на елку к Рождеству игрушку. И ты с работой и святителю Николаю подарок будет. А как делать будешь, так молись своими словами Господу, Богородице и святителю Николаю.

Паша согласился. Они с мамой каждый день что-нибудь делали: она шила полотенца для трапезной и шторы, фартуки для свечной и юбки для прихожан. Сын помогал то плотнику, то маляру, а весной озеленили клумбы и все лето . Паша долго думал, что такое подарить святителю? Подарок должен быть стоящим.

К маме в больницу Паша ходил с бабушкой. Врачи обещали, что скоро ее выпишут, если она волноваться не будет. А Пашка с просьбой к маме:

— Мама, меня батюшка попросил, чтобы я на ёлку игрушку сделал, как подарок святителю Николаю. Подскажи, что мне сделать? Наверное, у меня ничего не получится?

— Ты, что, конечно, получится! Я верю в тебя и ты поверь, без веры и огромного желания ничего не получится. Знаешь, все святые никогда о дорогом не мечтали, без обуви ходили. Им подарок сделать надо от души, от всего сердца. — поцеловала мама макушку рыжих волос.

Запали Паше в голову мамины слова мамы: “ходили босиком”. Решил он лапти сплести, крохотные, как игрушку на елку, а святителю обувь, будто настоящую.

Дедушка и бабушка знали о желании внука. Помочь бы! А как? Времена прошли, давно такого никто не делает, тем более в городе. Интернет помог.

И видео и описание, как сделать лапти в нем нашли. Стал Паша первый лапоть плести: мучился-мучился, не получается лапоть.

Уговорил Паша снова бабушку и дедушку в воскресенье в храм пойти. . Прихожане мальчишку увидели, стали подходить и конфетами угощать.

— Да я не маленький. — отвечал он им.

А сам к иконе Николая Чудотворца с молитвой поспешил. За папу молился, чтобы его отпустили на свободу.

— А на того дядю я не сержусь, который испугался и соврал. А маму завтра уже домой привезут, и опять всё будет хорошо. Только по папе я сильно скучаю.

А дома опять лапти плести уселся, а ещё в садик идти надо, как на работу. Что поделаешь такая судьба у него.

Паша из церкви домой вернулся, а там мама уже встречает, обнимает и вкусностей наготовила, то, что Паша любит. Бабушкину еду Паша тоже ел, не капризничал, но по маминой скучал сильно..

Лапти стали будто быстрей плестись воскресенье Паша с мамой в храм пришли. Праздник, наверное был: прихожане подходили к маме и к Паше, обнимали и желали крепости духа и веры в промысел Господа.

Паше на душе тепло и приятно стало, как будто в большую семью пришел, где все родные и близкие. Подошёл к иконе святителя, а Он, кажется, Паше улыбается.

— Праздник сегодня, святителя Николая Чудотворца, — сказала мама Паше, — твоего святого любимого.

— А я подарок забыл. Не доделал. — Из Пашиных глаз покатились слезы..

— Сынок подарок можно на Рождественскую елку повесить. Сделаешь и подарим.

А перед Новым годом отпустили папу из-под стражи. Паша пришел в храм с родителями. С собой он принес лапти и положил их у иконы святителя. А когда стали украшать храм к Рождеству, эти лапти повесили на Рождественскую красавицу.

Домик

Из коробки показался аккуратный домик с белой крышей и чёрной трубой. Из трубы в виде тонкой проволоки поднимался белый дымок. Окна завесили прозрачные сосульки.

— А кто этот дом делал или нам его покупали? — галдели любознательные малыши.

Они доставали игрушки из огромной картонной коробки и раскладывали на столе.

Учитель воскресной школы взяла в руки домик.

— Я помню, как эта игрушка три года назад попала в наш храм.

— Расскажите! Расскажите, пожалуйста! — раздались возгласы со всех сторон.

— Хорошо, слушайте. — Учительница присела за стол, покрутила в руках домик, поставила рядом. — Когда-то в школе мне пришлось вести уроки под названием Основы Православной веры. Их преподавали в четвертом классе. Детям по десять лет, совсем взрослые. Но это только с виду, да перед одноклассниками хорохорились, а так: обычные дети. У каждого свои страхи и свои желания.

Помню, что на уроке мы разговаривали о святых, как и почему они стали святыми. И пришлось мне рассказать о чудотворце святителе Спиридоне Тримифунтском: как он на примере кирпича показал троичность Бога, как, спасая бедного земледельца от голода, из змеи сделал золото, а потом вернул его обратно в змею. Как на его сапожках до сих пор находят иголки от елки, а также, что его тело до сих пор имеет температуру 36,6.

За первой партой сидел мальчишка. Худенький такой, крутился весь урок и, казалось, он совсем меня не слушал. Я делала ему замечания и в шутку грозилась оторвать ему торчащие уши. Володя успокаивался — так звали непоседливого мальчугана, но через несколько минут продолжал баловаться.

Под конец урока, Володя задал вопрос: “Вот вы рассказываете, что святые много чудес и после смерти совершают, а могу ли я прийти в храм и попросить у него то, что нам сильно необходимо?”

“Конечно”, — согласилась я.

В воскресенье он пришел к нам в храм с младшей сестрой, Она училась во втором классе. Оба худенькие, одеты не по погоде: на улице снег идет, а на них резиновые сапоги и легкие курточки надеты. В храме было тепло Они отогрелись, нашли меня, и Володя попросил: “Покажите, где святой, к которому я хотел обратиться”.

Я повела их с Спиридону Тримифунтскому, дала свечи и объяснила, что молиться — значит говорить со святым, ничего не утаивать, рассказывать и просить, что именно нужно. Святой видит ваше сердце и обязательно поможет, если молитва искренняя и вам это необходимо.

Я оставила их молиться, а сама пошла готовить стол для причастия. Дети перед иконой святого простояли не очень долго и, выговорившись, снова подошли ко мне. Они решили ходить в воскресную школу и попросили их принять в число учеников. Я согласилась..

Прошло два воскресения. Володя с сестренкой Анной приходили в храм, ставили свечки святителю Спиридону и молились. А на третье воскресенье Володя привел всю семью маму, папу, бабушку преклонного возраста и тётю с четырьмя детьми.

Вскоре я узнала причину такого паломничества. Они давно хотели купить дом за материнский капитал. Долго искали его для большой семьи, но или не находили, или хозяева не соглашались им продать за ту цену, которую они могли оплатить. Володя стал молить помощи у святителя Спиридона Тримифунтского и этот дом вдруг уступили за приличную сумму, да так, что у них еще остались деньги нанять машину и перевезти вещи в новый дом.

А к Рождеству Володя с семьей сделал домик для святого и попросил поставить его под Рождественскую елку. Вот такая история этого домика. — закончила рассказ учительница.

Она передала домик в руки мальчику, и он поставил домик под ёлку так, чтобы святитель Спиридон видел свой подарок.

Балерина

Эта история началась задолго до Рождества. . Как напоминание о ней, на елке висит эта новогодняя игрушка. Девочке-подростку Екатерине требовалось быть не просто стройной, а худой, иначе не сбудется ее заветная недетская мечта — балет. Она с четырёх лет ходила в балетную студию, занималась с утра до вечера. Главная ее цель — стать лучше других девочек, занимающихся балетом. Она соревновалась с ними абсолютно во всем. Сначала это были простые детали на костюмах, потом пуанты, а чем старше становились дети, все больше соревнование шло из-за набранного веса.

И вот цель приблизилась. Катерине дали главную роль в постановке “Лебединое озеро”. Она опередила соперниц, сбросила от волнения ещё пару килограммов, и это стало весомым аргументом. Ведь чем легче главная героиня, лебедь, тем проще ее поднять. А какой красавец-партнёр? Все конкурентки завидуют, а девочка-подросток гордится.

Родители готовились получать похвалы от родственников и знакомых. Но пути Господни неисповедимы.

На главной репетиции во втором акте Екатерина неудачно прыгнула на ногу, пуанта не выдержала приземления и подвернулась. Катерина упала. Случился тройной перелом со смещением кости. На ногу наложили гипс.

Когда мама услышала страшный диагноз, то спросила врача:

— Скажите, а моя дочь сможет встать на пуанты?

— Только во сне. — ответил врач.

Она не стала ничего говорить дочери, а решила дождаться, когда снимут гипс.

Из всей балетной труппы приходила к ней одна девочка, незаметная серая мышка, но ценившая дружбу и верность друзьям.

— Катя, привет! Как ты? — задала вопрос Наташа. Под белым халатиком виднелось серое платьице.

— Ужасно! Видишь, что случилось?— раздраженно ответила Катерина.. — Моего партнёра, наверное, Светка забрала и роль главную тоже?

— Не могу тебе сказать, — вздохнула Наташа, — пока только дату выхода перенесли на афише, но главных исполнителей не поменяли. — спокойно ответила она.

— Я, видимо, тут надолго, а потом ещё восстанавливаться придётся. Неужели всё это кто-то подстроил? — предположила Екатерина.

— Да что ты? Они не могли подстроить, ведь сами перед тобой по этому же полу проходили.

Екатерина понимала, что неправильно приземлилась сама, но так хотелось, чтобы кто-то был виноват. А главное, ей хотелось, чтобы пришёл её партнёр по балету, а не Наташа.

Пока дочь лежала в больнице, мать обзванивала клиники и показывала рентгеновские снимки, чтобы подтвердить или опровергнуть диагноз врачей.

Она случайно набрала номер прихожанки нашего храма.

— Добрый вечер. — услышала она знакомый голос, стала причитать и рассказывать во всех подробностях о своём горе. Прихожанка выслушала не совсем близкую подругу и посоветовала:

— Молись, как можешь, молись. Я бы на твоём месте в храм сходила, в грехах покаялась и дочь в больнице причастила.

Прихожанка написала в группу, чтобы молились за рабу Божию Екатерину. И на этом история могла бы окончиться, но у Бога свои планы.

Совет прихожанки мать Екатерины забыла г. Но через три дня в больницу, в соседнюю палату привезли нового пациента, и к нему родители пригласили священника. Батюшка пришёл, но перепутал палаты и зашёл к Екатерине.

— Доброе утро! Я пришёл тебя причастить, меня твои родители пригласили. Как твоё имя? - улыбаясь в усы, спросил священник.

— Моё? Екатерина. - Смущённая девочка лежала в кровати и не понимала, что происходит. "Вот мама чудит, хоть бы предупредила".

— Причащаться будем? Готовилась? Грехи расскажешь?

На все вопросы девочка только хлопала ресницами и, ничего не понимая, кивала. Ей вдруг стало рядом с этим человеком так хорошо, как будто они знакомы давно-давно и казалось, ждала именно его, а не партнёра из балетной труппы.

— Вы мне только скажите, что надо делать.

— А ты крещёная? — удивился священник.

— Я, да, конечно, крещёная. Вот мой крестик. – Екатерина показала золотой ажурный крестик на цепочке. — Мне его бабушка подарила.

— Ну хорошо, Екатерина, будем причащаться?

— Будем, обязательно, будем. — Девочке казалось, что причастие ей нужно как воздух, что это так для неё важно и необходимо как глоток родниковой воды.

Священник прочитал молитвы, исповедовал больную. Катерина искренне называла грехи, о которых никому раньше не рассказывала, потому что было стыдно . Но священнику их назвала и расплакалась. Священник утешил Екатерину, пообещав, что Боженька всё устроит. Причастил и вышел из палаты. Родители мальчика пригласили его в соседнюю палату.

Через две недели Екатерина услышала свой диагноз. Узнав, что никогда больше не сможет танцевать на сцене в пуантах, она расстроилась.

Горе казалось большим, ей не хотелось сидеть в палате, и она на костылях вышла в коридор. Там встретилась с мальчиком, который лежал в соседней палате, они познакомились, и он развлекал Екатерину как мог. Из беседы с ним Екатерина узнала, что этого курносого, непричёсанного зовут Степан. Разговор перешёл по душам и вот тут-то они и поняли, что причащались в один день, а ещё мальчик рассказал, что священник скоро ещё придёт.

— А можно и мне причаститься опять? — робко спросила она.

— Конечно! Я папе позвоню, чтобы батюшку предупредил.

— Какого батюшку? — удивилась она.

— Батюшку Иоанна, это он нас с тобой причащал. Так священника называют. - объяснил мальчик.

— Я поняла, спасибо. Буду ждать, а что мне нужно делать?

Степан рассказал, как подготовиться к причастию.

Они общались между посещениями врачей и родственников. Екатерина не сказала маме, что знает об окончании карьеры. Врачи сообщили, что через три дня она поедет домой, а через две недели снимут гипс.

В воскресенье пришёл священник, и Екатерина долго разговаривала с ним о промысле Божием, о цели жизни и главных ценностях в человеке. Но после разговора она не сказала родителям ни слова. Она только попросила их принести белую глину и проволоку.

Через три дня Степан попрощался с Екатериной, и они разъехались из больницы по домам. К Екатерине в гости стала приходить Наташа, и девочки нашли много общих интересов: болтали, смотрели фильмы, читали , творили какие-то поделки.

Но из белой глины Екатерина училась лепить сама. У неё долго не получалось. Со временем руки натренировались, и глина стала мягкой и послушной, Наконец у неё получилась нужная фигурка, оставалось только разукрасить.

По воскресеньям она просила возить её в храм, где встречалась со Степаном. О балете никто не говорил, родители боялись начинать эту тему, а Екатерина уже не думала о сцене. После причастия она подошла к маме с папой и предупредила:

— Родители, у меня большие планы, снимут гипс, и я расскажу о своих мечтах.

Родители представить не могли, что же придумала любимая дочка. А она грациозно прошлась на костылях по храму к выходу, где её ждали Степан с Наташей.

— Мне завтра снимут гипс, и я смогу ходить без костылей. Но, видимо, с балетом мне придётся попрощаться.

— Ты уверена? Пусть сначала рентген сделают и скажут, что ты не сможешь танцевать. — не согласился с предположением Степан.

— Ты ещё на сцене главную роль исполнишь. — подбодрила подругу Наташа. — Лебедя.

— Какие вы замечательные друзья, знаете, я так счастлива, что всё случилось именно так. — Она обняла Наташу, рукой подняла непослушную гриву волос у Степана и, поцеловав друзей, пошла к родителям. — Напоминаю! Завтра вечером ко мне на чай после пяти.

На следующий день сняли гипс, сделали снимок, и страшные предположения не подтвердились, нога срослась идеально.

— Ну что? Я смогу встать на пуанты? — задала вопрос Екатерина.

— До сегодняшнего момента все наши хирурги были убеждены, что ты останешься хромой, но вот о танцах, да ещё на пуантах речи вообще не шло. Будем собирать консилиум, а ты иди, разрабатывай ногу. — посоветовали врачи.

Екатерина уже с палочкой ходила по дому и помогала накрывать стол к приходу гостей. С гостями они весело и непринужденно общались, даже не заметили, когда на улице загорелись фонари. Позвонил бывший партнёр по балету, поздравил Екатерину с выздоровлением. Пожелания она приняла сдержанно, поглядывая на входную дверь в ожидании дорогих и любимых друзей. А на предложение погулять, у Екатерины оказалось столько запланированных дел, что места и времени на встречу с человеком, который считал себя пупом земли, не нашлось.

Самое важное и неотложное дело — нарядить в храме Рождественскую ёлку, куда, по словам батюшки, Екатерина должна повесить свою балерину.

— Так вот о чём мне батюшка говорил, вот этот кладезь сокровенных желаний, которые исполнил Господь. — Екатерина рассматривала игрушки на ёлке и удивлялась. — Как же ты щедр для нас, Боженька!

Говорят, что упорство и труд — все перетрут. В этом случае можно добавить ещё огромную веру в Господа.

Балерина висела на ветке, а на следующее Рождество Екатерина танцевала возле ёлочки одну из партий “Лебединого озера”. Но надо сказать, что Екатериной она осталась только на причастие, а прихожане стали называть ее ласково Катенька, Катюша или просто Катя.

Самолетик

У каждого своя дорога к Богу. У каждого нашего прихожанина имеется необычная история приобретения веры в Господа. Среди прихожан самая уважаемая — бабушка Мария, ей без малого уже девяносто три года. В детстве она пережила голод , войну и оккупацию, но когда смотришь в её серо-голубые почти выцветшие от старости глаза,, всегда встречаешь доброту и детскую веру в Господа.

Перед Рождеством она принесла небольшую коробку и бережно протянула девочкам для свечной.

— Это на елочку повесите, память о моём чуде. — Она отдала коробку и пошла ставить свечи и молиться.

После службы прихожане, писавшие историю храма и собиравшие рассказы о чудесах, захотели узнать историю бабушки Марии.

Нет, чудо произошло не в храме, тогда тут и службы не велись, и закрыт он был. Но Господь всегда с нами, и чудеса происходят по вере нашей, да по молитве.

Растрогалась бабушка Мария, присела на лавочку у столика, взяла коробочку, что принесла и открыла. На вате лежали два самолета: один из стекляруса, а другой выструганный из дерева. Вытащила их,положила на столик. Желающие услышать рассказ обступили пожилую женщину. Дети хотели не только рассмотреть игрушки, но и потрогать, но родители не разрешили. Когда все успокоились, Мария тихим старческим голосом начала рассказывать.

— Папу мово забрали на фронт, колы война началась… так сразу же и забрали. А мы с мамой и братьями дома остались, трудно нам стало, да делать нечего, хоть и малы мы были. Мне, как самой старшей одиннадцать лет сравнялось. Но это история не про игрушки, а про мою жизнь. Трудно было, всем трудно, но война, ничего не поделаешь. Я и немцев видела и, как самолеты в небе сражались и, как бомбы взрывались, все видела.

Все время папу ждали, бегали навстречу почтальону и спрашивали, есть ли письмо от папы. Бывало, от него приходили письма, он писал, что летает на самолете, бьет немцев и скучает по нам. Мы читали с мамой и плакали , понимая, что война не жалеет никого, а младшие братья глядели на нас. А потом письма перестали приходить.

Я видела, как мама плакала, когда почтальонша проходила мимо. Это случилось аккурат перед зимой сорок четвертого года, когда принесли извещение, что папа пропал без вести. Мы сидели у печи, сушили варежки и носки и плакали, горько плакали. Мама тогда сказала , что пропавший без вести, значит, еще не похоронка. Она все время молилась, и нас приучала о батьке у Бога просить, чтобы вернулся живым домой. Говорила ещё, что детская молитва самая чистая, светлая, и такую молитву Господь сразу принимает.

Мы молились постоянно: хворост собирали, молились о папе, картошку копали и тоже молились, коровку в поле пасли, молитвы все время повторяли. А я захотела память о нем оставить. Раз на самолете летал, значит, самолет и сделаю. Достала елочные игрушки, разобрала бусы и на проволочку стала собирать, да самолет делать. Видела я такой у подруги на её елочке и решила сделать для папы подарок: он придет с войны и увидит, что мы помнили его и ждали.

У меня не получалось, но я старалась. Братья младшие помочь старались, но чаще получалось наоборот, испортить. К Рождеству я доделала этот самолет и повесила его на комнатный цветок. Елок-то в то время нигде не достанешь, а мама цветы комнатные больно любила и садушки у нее под самый потолок росли. Вот один такой цветок, не помню, как мама его называла, и стал нашей Рождественской ёлкой.

Достали мы игрушки, развесили, ваты на веточки немного нашли, я самолетик повесила. Наверное, в ту ночь у меня самая искренняя молитва получилась Я молилась Господу о папе и жаловалась, что трудно нам без него, что братьям отец нужен, что маме тяжело без мужа детей поднимать.

А через несколько дней после Рождества пришло письмо и посылка с солдатом с фронта. Точнее, не с фронта, а из госпиталя. Нашего папу ранило, память отшибло, не помнил он ничего. А потом в госпиталь к ним пришли дети стихи рассказывать и песни петь, и пока они концерт давали отец всё и вспомнил. Это он нам потом рассказывал, когда плакал от радости, что семью вспомнил, а в посылке нам прислал самолет, вырезанный из дерева, вот этот. — Бабушка Мария показала дряблой рукой на деревянный окрашенный самолет.

— Это его уже братья потом покрасили, когда батько из госпиталя выписали и он домой вернулся. А там и война закончилась.ак и висели каждый новый год эти самолеты на настоящей елке. А теперь, чтобы дома не пылились, принесла в наш храм. Можно же их на Рождественскую ёлочку повесить? Всегда мечтала да стеснялась попросить.

— Обязательно повесим, эти героические самолеты одержали не одно боевое сражение и достойны самого почетного места. Повесим, ребята? — спросила учительница воскресной школы у притихших детей. Все кивнули.

Они стояли у стола и рассматривали самолетики. Теперь эти игрушки стали не просто предметом, а символом победы, один — победы над фашистами, другой — над смертью. Через веру и молитву.

Ботинок

В один холодный зимний день к сторожке у храма пришёл мальчик. На ногах ботинки разные, штаны порваны и, видно, не совсем его размера. Куртка, продуваемая на семи ветрах, а шапка на голове — макароны отцедить можно. Лицо чумазое, а вот глаза сторожу запали в душу: добрые и искренние.

— Дядь, а пусти погреться, а то я замерз. — Мальчишка открыл двери в сторожку и напустил белых клубов холодного воздуха.

— А ну, скорей заходи да закрывай дверь поскорей, всё тепло выпустишь. — Вставая со стула, сказал сторож Виталий — полный мужчина с бородой, но лысый.

Парнишка зашёл и дверь за собой плотно закрыл. Так, они встретились. Виталий пригласил его пить чай, одному ночь коротать скучно, а тут собеседник сам пришёл, может, чего нового расскажет.

На стол поставили кружки, на печи закипел чайник. Виталий достал вазочку с вареньем, печенье и сахар, порезал хлеб и предложил гостю садиться за стол. Парнишка всё это время у печи простоял, как приклеенный, продрог, видимо, крепко.

— Садись, садись, чай горячий пить будем, быстрей согреешься. Вот вареньице, кушай с хлебушком. — Приговаривал Виталий и улыбался. — Как зовут-то тебя, ночной гость?

— Соплёй кличут. — Вытирая нос рукавом, ответил без стеснения мальчонка.

— Меня дядя Виталий. Я думаю, тебе при рождении другое имя давали.

— А мамка, пока жива была, называла Петенька… Да имя так себе… Да мне без разницы хоть Петькой, хоть Соплёй.

— Да нет, дружище, имя у тебя не простое, а великое.

Парнишка от этих слов есть перестал, уставился на Виталия своими большими глазёнками и замер. Виталий не спеша намазал кусок хлеба вареньем и протянул гостю.

— Ну не томи, уже начал базар, так продолжай. — Как-то не очень красиво сказал малец, так, видимо, не терпелось ему услышать, почему имя великое.

— Ты ешь, я тебе не только расскажу, но и покажу. Ночь-то у нас длинная, куда спешить?

Петька уселся поудобней на стул и приготовился слушать.

— Так вот, был такой рыбак в Палестине по имени Симон. Он с братом ловил рыбу. Однажды они рыбачили всю ночь и ничего не поймали. В то время по берегу шел Иисус Христос и предложил ещё раз закинуть сети. По просьбе Иисуса они забросили сеть и вытащили так много рыбы, что сеть не выдержала и начала рваться. Так, Господь призвал к себе Апостолов.

— Погоди, дядько, а при чем тут Пётр? — заинтересованно спросил парнишка.

— Вот ты какой торопливый, погоди, всему свое время, слушай дальше. — Проворчал Виталий и продолжил. — Так вот, Иисус Христос позвал рыбаков, простых людей к себе в помощники, дал им власть изгонять нечистых духов и исцелять любую болезнь.

— Погоди, а когда человек пьет — это болезнь? — спросил Петя.

— Ещё какая! Сам много лет мучился, да спасибо батюшке Иоанну за его молитвы к Господу, да милость Боженьки, вылечили меня от пьяного угара. — Слегка покраснев, честно ответил Виталий.

— Так апостолы взаправду могут вылечить любую болезнь?

— Ну да.

— А про Петра скоро я услышу?

— Так, я тебе про него и рассказываю. Симон оказался настолько непоколебимым в вере, что Господь его назвал Петром. А сейчас на всех иконах пишут Первоверховный Апостол Пётр, ему Господь ключи от рая доверил. А имя Пётр переводится как камень.

— Ого! — Присвистнул, услышав эти слова, пацаненок. — Ключи от рая! Вот это, правда, великое имя.

— А я тебе о чем? А ты говоришь, какая разница, сопля или Петя.

— Ну, базара нет, буду теперь только Пётр и на вы! — Засмеялся мальчик.

Виталий перекрестился, достал свой нательный крестик и поцеловал. Петя оживился и стал куртку расстёгивать.

— Тебе что, жарко?

— Да нет, я, дядько, хочу тебе свой крест показать. — Он расстегнул кофту, поднял майку, и Виталий увидел на теле в области солнечного сплетения родимое пятно в виде креста.

— Да ты Богом отмеченный, значит, счастливый.

— Счастье так и льётся через край. Да ты, дядько, не думай, я не из гордых, да и чем мне гордиться? Одно от мамки осталось — этот крестик, а она, видимо, померла. Отец спился, меня в детдом забрали, а там жуть такая была, что я сбежал. Теперь сам себе господин, хочу, гуляю, а хочу, работаю.

— И где же ты работаешь? — спросил Виталий.

— Да на рынке помогаю вещи переносить. Ты, дядя, не думай, я честный, не ворую и за воровство своих бью. Если заслужили, значит, дадут покушать, а нам больше ничего не надо. Вот спасибо погреться дали, чаем напоили, пожалели меня. А так разобраться, то я вам кто? Да никто, прохожий с улицы, сопляк.

Махнув рукой как взрослый, Петя отвернулся к огню и уставился на огонь в печи, который виднелся через дверку и плясал яркими бликами на полу.

Виталий посмотрел на парнишку, призадумался: «А ведь и правда, вот привёл его ко мне на эту ночь Господь, а я и помочь ему ничем не смог. Чай это так, ему бы семью найти, да такую, чтобы любили его в ней, ведь из него хороший человек выйдет».

За окном поднялся ветер, стал завывать у крыши, и тихие стоны высоких сосен создавали колыбельную музыку, под которую Петя стал засыпать или дремать: веки отяжелели, от тепла разморило парнишку, и он стал погружаться в сон.

— Петя, давай иди-ка ты на кровать, ложись поудобней да выспись. — Слегка потормошив его за плечо, предложил Виталий.

Петя подпрыгнул и собрался защищаться, но увидев Виталия, виновато улыбнулся, кивнул и пошёл на кровать. Снял ботинки, укрылся одеялом и сладко уснул.

Виталий посмотрел на его обувь, курточку, взял ключи от комнаты, где складывают вещи для малоимущих или бездомных, и пошёл подобрать что-нибудь для этого паренька.

Спустя час сторож вернулся в каморку, принес одежду и зимние сапоги. Сложил на стул у кровати рядом со спящим ребенком. Вышел на улицу, обошел вокруг храма, проверил все двери и опять вернулся в помещение. Взял псалтырь и стал читать.

Наутро Петя проснулся рано, увидел новые вещи, переоделся. Они с Виталием попили чайку, и, попрощавшись, ночной гость ушёл, пообещав прийти еще, когда будет свободное время.

Прошло время, в храме готовились к Рождеству, наряжали ёлку. Была при храме женщина не пожилая, но видно, что горе у неё через всю жизнь прошло. Звали её Валентина.

Виталий ель устанавливал, а эта женщина и бабушка Татьяна вместе иконы протирали и о жизни беседовали. За разговором и дела скорее идут. Виталий стал случайным слушателем истории жизни этой женщины.

История трогательная получилась, но вот Виталию показалось, он эту историю уже где-то слышал. И о том, как квартиру забрали, как муж пропал без вести, что её единственный ребенок пропал бесследно. Только потому, что она попала в больницу и больше месяца там провела. Из полиции сообщили, что мальчик в детском доме, но там паренька не оказалось, воспитатели показали могилку и предложили начать жизнь заново.

— А ведь сердце верит, что он жив, ну не могу я за своего Петеньку молиться, как за умершего. Он у меня Богом отмеченный, у него на груди родимое пятно в виде крестика. И день рождения у него на праздник Петра и Павла, поэтому Петром его назвали. — сокрушалась Валентина.

— А почему Петром, Павел тоже красивое имя? — спросила бабушка Татьяна.

— Муж у меня был Павел. Он предложил назвать Петром, я и согласилась.

Виталий елку чуть не уронил, как услышал о кресте, но не стал ничего рассказывать. Он решил срочно найти парнишку и привести на воскресную службу. Эта женщина каждое воскресенье приходит, значит, в воскресенье он их и познакомит.

Всю неделю Виталий ходил по рынкам и искал Петю, но тот как сквозь землю провалился. На вторую неделю он не просто искал, а стал просить торговцев с рынка: «Если увидите паренька по прозвищу «Сопля», Петром которого кличут, пусть придет в храм в сторожку, его там будут ждать».

Через день пришел мальчишка к храму, постучался в сторожку. Ему открыл Виталий на радостях, думал, что стучится Петя.

Оказалось, что это другой такой же бездомный сотоварищ Петра. Он сообщил Виталию, что «Сопля» заболел, лежит в одном из подвалов и не может даже встать. Виталий позвонил батюшке и попросил помощи. Вскоре они везли Петю в больницу. Диагноз неутешительный — двустороннее воспаление легких, но врачи пообещали, что мальчика спасут.

В эту ночь Виталий вернулся на пост, обошел все вокруг и зашел в храм. Помолился апостолу Петру и попросил помощи о выздоровлении мальчика Пети. А под елку поставил старый порванный ботинок Пети.

На Рождество Виталий признался Валентине, что он знает, где её сын. Утром седьмого января они отправились в больницу к Пете.

Валентина узнала своего сына сразу. Материнское сердце не обманешь. Она обнимала и целовала обоих: и сына, и Виталия. Позже они долго беседовали втроем: Петя не отпустил Виталия, хотя он хотел оставить их одних.

Петя сначала держался, хотел показать маме, какой он уже взрослый и сильный, но потом расплакался и, обнимая маму, сказал, никогда не верил, что она умерла.

А ботинок теперь занимает почетное место под елкой.

Сердечко

Вы не подумайте, что игрушки на Рождественской ёлке висят исключительно сделанные руками просящих о чуде. Совсем нет. Имеется здесь много украшений, купленных в магазинах. Но они постепенно уступают место игрушкам, которые сделаны для Господа с любовью своими руками.

Вот сердечки, которые дети прихожанки Александры смастерили сами. История появления этого чуда ковалась не один год. У любящей семьи росла дочка, но мужу хотелось много детей, и жена была не против, но вот не получалось. Ездили по врачам и специалистам. А сколько они церквей объехали? Не перечислить.

И каждый раз чудо рождения обходило стороной. Им бы смириться и жить дальше, но дом большой, а ребенок один. Тогда они решили усыновить сироту. Начались поиски сына в детском доме. Александра и муж прошли курсы для усыновления. Несколько недель они ездили по детским домам и смотрели детей, выбирали только мальчика, а потом и на девочку стали соглашаться.

В одном детском доме им предложили:

— Возьмите ребенка на выходные, может, глянется какой, а если нет: они понимают, что не понравились и не просятся больше. — Эти слова позволили семейной паре посмотреть на детей по-другому. С состраданием. и желанием помочь.

В тот вечер, они с мужем решились взять на выходные к себе Диму, он один не бежал навстречу первому зашедшему в приют, а смотрел внимательно из своего уголка, изучал, кто пришел, словно рентгеном внутренним просвечивал.. Если остальные дети старались понравиться, то Дима и не думал об этом.

Муж Александры спросил подошедшую девочку Лизу:

— Скажи, а вон тот мальчик, он что, не говорит или ему не хочется себе родителей найти?

— Шовсем нет, Димка плосто увелен, что его мама сама узнает своего сына, они плосто потелялись, когда он лодился. — не выговаривая половину звуков, ответила Лиза.

Александра тоже заметила этого мальчика. Подошла к нему.

— А почему ты сидишь один, не подходишь к нам? — спросила она Диму.

— Мама, ты меня не узнала? — срывающимся голосом проговорил Дима.

— Конечно, не узнала, — слово “мама” кольнуло сердце, и Александра сдалась. — Как ты вырос и говоришь уже и сам, наверное, одеваешься?

Она в каждом детском доме слышала, как дети кричат и спрашивают: “Ты моя мама?”, но в словах Димы было что-то такое, что её сердце сжалось от сострадания и желания стать настоящей мамой этому ребенку..

— Мама, я все уже умею, я сильный и смелый, смогу вас с папой защитить. — рассказывал Дима, когда подошел муж Александры.

Он обнял жену за плечи и молча слушал, как их будущий сын сможет починить машину или посадить дерево.

— Поедем домой? Познакомишься с сестричкой?.

Дима насторожился, а потом спросил:

— Мама, а если я сестренке не понравлюсь, вы меня обратно привезете?

Александра смахнула слезу и, потрепав его по волосам, сказала:

— Ты уже большой и чтобы забрать тебя из детского дома, нам нужно подписать много документов, чтобы больше никто не смог забрать тебя у нас. Мы сейчас поедем домой, а в понедельник, — она посмотрела на мужа, тот кивнул, — приедем подписывать бумаги. Придется потерпеть тебе еще недельку, пока мы все уладим, сможешь?

— Мама, конечно, я понимаю, вам меня теперь , только через полицию и директора отдадут.

— Да сынок, — подтвердил папа.

Дома их встретила дочка с игрушкой в руках, она внимательно рассматривала нового человека в доме. Потом протянула руку Диме, крепко вцепилась в предложенную в ответ и повела его в гостиную, где стояла пушистая новогодняя елка,светившаяся гирляндами и игрушками.

За ужином дети не закрывали рты: делились впечатлениями, рассказывали смешные истории и строили планы на следующий день. Новоявленный братик Дима понравился сестричке Аннушке, и они еще долго не хотели расходиться по своим комнатам.

Дети вскоре уснули, а вот родителям в эту ночь не спалось. Завтра они должны были принять решение: усыновлять Диму или вернуть его и искать другого ребенка.

Утром Дима и Аннушка закрылись в комнате и долго не выходили дети спустились к завтраку вместе. Каждый держал в руке по сердечку на веревочке. Аня начала говорить первой:

— Мама и папа, мы уже не маленькие и понимаем, что вы можете сегодня Диму отвезти обратно, но давайте сначала съездим в нашу церковь и мы с братом украсим Рождественскую елку нашими сердечками.

Александра забыла, что они обещали после причастия детей остаться в храме и помочь нарядить елку.

— Завтрак отменяется, — скомандовал папа, — быстро одеваемся и в машину, нам нужно успеть на причастие. Дима, ты хоть раз причащался?

— Папа, а как же? К нам каждый месяц батюшка приходил и причащал, я умею. — Отец похлопал сына по плечу.

— Сынок, а ты и правда у нас так быстро вырос, жалко мы раньше тебя не нашли.

У Александры в глазах стояли слезы, но эти слезы уже были слезами радости и уверенности, что они делают все правильно..

В храме Дима помог сестре подойти к причастию, вернулся к родителям, взялся с ними за руки и простоял до конца службы. Он часто об этом мечтал, молился перед иконой Иисуса Христа в молитвенном уголке детского дома.

Дима с Аннушкой повесили маленькие алые сердечки на елку рядом, чтобы они согревали друг друга и дарили душевную доброту окружающим.

Носочки

Дети доставали из коробок игрушки и тут девочкам попались в руки два носочка. Они посмотрели, покрутили в руках и хотели отложить. Но тут к ним подошла девушка с короткой стрижкой и пухлыми щечками. Она шла мимо и несла ведро с водой, чтобы протереть иконостас.

Она увидела носочки в руках девочек и попросила их подержать. Девочки с легкостью отдали носочки и принялись доставать другие игрушки.

Девушка взяла в руки вязанные носочки. Они были шерстяные с цветными вставками. Полоски яркими нитками располагались одинаковыми рядами. Она поднесла носки к лицу и расплакалась, слезы падали на шерсть и тут же впитывалась в пряжу.

Она вспомнила себя лет десяти, тогда со страхом в сердце переступала первый раз порог этого храма. Её привел папа, и она осталась, стала причащаться, и батюшка её ласково называл царицей Еленой.

На уроках в воскресной школе учительница сравнила веру в Бога с верой ребенка в Деда Мороза. "Надо верить в Бога так, как верит малыш, что Дед Мороз исполнит ваше желание и тогда Боженька по вере вашей всегда исполнит вашу просьбу". Эти слова Лене запали в душу, да из возраста ребенка, когда она так искренне верила в Деда Мороза еще далеко не ушла.

— А можно у Бога просить здоровья, не для себя, а мамы. У нее больные ноги, ей так тяжело ходить.

— Молиться о родителях еще больший подвиг, чем за себя.

Елена стала каждое воскресенье приходить в храм, ставить свечи и просить Бога о выздоровлении мамы. И Господь не оставил не замеченной девочку, стоящую на коленях перед распятием.

Батюшка выходил из алтаря и остановился поговорить с девочкой Леной, он знал её желание и часто упоминал имя мамы Веры в молитвах перед престолом.

— Леночка, Боженька слышит твои просьбы, но иногда надо больше Господа благодарить, а не просить.

— Благодарить? — удивилась Лена. — Как это делать? У мамы ноги болят, она ночами спать не может, за это благодарить?

Елена всхлипнула и кулачкам утерла катившуюся слезу, не понимая, как за это благодарят.

— Можно благодарить не за это, благодарить за солнечный день и мамино хорошее настроение, за хороший урожай и веселого песика во дворе. Пролетела прекрасная бабочка, ведь тебе она не каждый день прилетает?

— Батюшка, я вчера видела такую большую стрекозу. — в глазах у девочки появился огонек радости.

— Вот видишь, твое сердечко и само подсказывает, за что благодарить надо, а за маму молиться и поработать для Господа. — погладил по голове успокоившуюся девочку.

— Как? Поработать? — оживилась девочка.

— Вот я слышал, ты вязать учишься. — батюшка вспомнил разговор с учительницей воскресной школы. — Учишься?

— Да, батюшка, но плохо получается. — с грустью в голосе пробормотала Леночка.

— Вот есть предложение, наверное, тебе в воскресной школе уже рассказывали, как Иисус Христос родился в пещере?

— Да, им в доме места не нашлось.

— Вот, а в пещере холодно да зябко. Свяжи носочки в подарок рожденному Иисусу Христу, а мы их на елку Рождественскую повесим. Это и подарок, и благодарность Господу от тебя твоим трудом. А там и молитовку читай, как вязать будешь, за маму молись, Младенец примет подарок и исполнит твою просьбу. — придумал батюшка дело для Леночки.

Девочка оживилась, слезы высохли и она впервые за месяц в храме улыбнулась, домой пошла и щебетала с папой о том, какие она клубочки возьмет, чтобы шерсть не кололась младенцу в ножки, а главное, чтобы они действительно понравились. Домой пришла, суетилась возле мамы, как обычно, принесла ей покушать, потом села почитала Евангелие для мамы о Рождении Иисуса Христа. И, наконец ,не смогла сдержаться, рассказала о беседе с батюшкой и тут она взгрустнула:

— Что такое доченька? — взволновалась мама.

— Мамочка, а вдруг у меня не получится связать носочки для Христа, Ему на день рождения?

— Ну вот тебе раз, — улыбнулась мама. — Еще не попробовала ,а уже боишься?

— Нет, мама, я все силы приложу для того, чтобы они получились. Ты же мне поможешь? — пытливо посмотрела дочь на маму.

И дело началось: набрать петли, провязать первый ряд да резинку связать. Несколько раз распускала, пальчики колола, да тайком плакала. Мама для поднятия духа прочитала дочке сказку: “Гуси-Лебеди” о том, как сестрица двенадцать братьев спасала, вязала им из крапивы рубашки. Лена вязала носочки и думала, шерсть не жжется, да и никто её на костер не тянет. В храме батюшке рассказывала, как дела идут, сколько связала и какие нитки выбирала. Со стороны, казалось, такая малость и лепет ребенка слушать не стоит, но батюшка вникал и советы давал.

Через некоторое время она принесла вязаную резинку носочка, там красовались разноцветные полоски и показала учительнице да батюшке. Но самое трудное это вязать пяточку у носка,но и с этим заданием она справилась. Началась школа, уроки и домашние дела ,ведь она уже взрослая и может сама позаботиться о родителях.

Научилась варить суп, жарить картошку и в духовке под руководством мамы запекала в рукаве курочку с картошкой, папе на день рождения. А вечером на молитве ,перед образом Богородицы с младенцем на руках, благодарила за каждое радостное событие, даже за то ,как мама улыбалась, когда папа пробовал вкусную курочку с поджаристой корочкой, пахнущей чесноком.

Носочки связала в начале сентября и по наставлению батюшки отложила их до зимы. Но вязать ей очень нравилось и спицы вновь стали работать под руководством девочки. Теперь она сама без помощи мамы вязала носочки с цветными полосками только уже для мамы.

Перед Рождеством она пришла в комнату мамы и подарила ей носочки, точь-в-точь как маленькому новорожденному Иисусу Христу, только размером побольше. От такого подарка мама расплакалась и одно целовала свою доченьку в пухлые щечки.

Папа и дочка пошли в храм наряжать Рождественскую елку, и Леночка взяла с собой носочки. В храме стоял гул голосов, то ли пели тропари, то ли разговаривали, но Лена совсем не замечала ничего вокруг. Ей казалось, что, кроме, неё и елки в центре храма ничего и никого нет. Она достала из кармана шубы носочки и поднесла их к иконе, показала младенцу связанный подарок, потом поискала батюшку. Он украшал иконостас с пономарями и чтобы не мешать, она встала в сторонке, наблюдала как Царские врата, украшенные зелеными пихтовыми ветками, преображаются в сказочные двери в рай.

Ну вот батюшка освободился и подошел к своей маленькой прихожанке.

— Батюшка, благословите, повесить на елочку мой подарок для Христа?

— Ну конечно, — батюшка перекрестил девочку и, благословив, отправил к ели. Лена обошла Еловую красавицу и старалась выбрать самое хорошее место для подарка. И вот нашла, повесила и, отойдя на несколько шагов, сказала:

— Тут Он и Сам достанет свой подарок.

Батюшка, с отцом девочки улыбались, она повесила носочки на самую нижнюю веточку, чтобы младенец Иисус Христос смог сам взять подарок, когда захочет. “По вере вашей да будет вам!” — повторяла Леночка, стоя у елки.

Мама Лены пошла на поправку, врачи нашли причину вызванной боли в ногах и назначили правильное лечение. Теперь уже несколько лет вся семья перед Рождеством приходит украшать елку, вешать игрушки и говорить спасибо Господу. Благодарность Богу, это великий подвиг человека перед Творцом, особенно когда, кажется, что всё вокруг плохо.

Кружка

Мальчишка лет десяти сидел и занимался папье-маше, он облепливал стакан маленькими кусочками бумаги. Это будет последний слой, а потом он сделает ручку и покроет все белой краской. Нарисует такой же рисунок как на кружке, которая разбилась.

Ну как разбилась? Скорее это разбились последние хрупкие отношения между мамой и папой. И вот папа уже третий день не приходит домой, мама плачет. А что остаётся делать тому, кому больнее всего?

Андрейка замкнулся в себе и даже вчерашний психолог в лице тети Сони ему не помог. Она рассказывала, как хорошо теперь будет ему жить, как будет получать подарки на любой праздник не по одному, а сразу два.

— Не нужны мне два подарка, мне нужна мама и папа. - и заплакал. Он заперся в своей комнате и уже вторые сутки не выходил оттуда.

В дверь постучала мама, по телефону звонили бабушка и папа, но Андрейка решил ни с кем не говорить. В комнате стояла тишина и только лёгкое жужжание компьютера нарушало покой комнаты.

Андрейка искал в компьютере на сайтах тех, кто пережил такое или может помочь вернуть папу в семью. Пользоваться компьютером дети, наверное, умеют еще в животике у мамы, а в полные десять лет Андрейка легко смог бы и сам запустить новый сайт, уже научился. Но оказалось не в этом счастье, нет, счастье в семье, когда папы и мамы нет рядом.

Он открыл сайт с названием: "Решу все проблемы" Красивое оформление сайта, яркие отзывы и везде решенные проблемы. Андрейка решил написать туда, но что-то останавливало его, и он создал закладку, открыл другой сайт.

"Мир дому твоему" эта страничка не могла сравниться по красоте, но слова слегка грели душу"мир" - покой и доброта. А там еще одна фраза: "Поделись своей проблемой и она станет меньше".

Андрейка долго раздумывал решить проблему одним разом, как обрезать гниль на яблоке. Вроде легко, но яблоко не станет прежним, увы. А вот чтобы, проблема стала меньше вроде бы вернуть все вспять, на тот момент, когда мама и папа еще не ругались, но стали задерживаться на работе и приходить глухой ночью.

Андрейка набрал сообщение и отправил.

“Здравствуйте! Решил поделиться своей проблемой, а она у меня большая-пребольшая. У меня мама с папой сильно поссорились и больше не хотят жить вместе, разбили посуду и кружку, которую папа подарил маме на день рождения. Это была её самая любимая кружка, что мне делать, мне очень плохо. Андрейка”

Ждать долго не пришлось, уже прилетел ответ:

"Из твоего сообщения мне стало известно, что у тебя разошлись родители. Сочувствую, в таком деле утешать, наверное, бесполезно, но хочу тебе немного помочь. Не сердиться на родителей, не предпринимать никаких забастовок и главное — не пытайся уйти из дома. Им надо дать остыть, может это временное состояние и они еще помирятся, такое бывает. А знаешь, чтобы тебе стало легче, приходи ко мне в гости, если, конечно, ты недалеко живешь от храма “Преображения Господня”. На сайте вверху мой номер телефона, позвони мне, я жду. Священник Иоанн”.

Андрейка прочитал два раза сообщение, вроде там не оказалось магических заклинаний, ни обещаний, но вот, какую-то надежду он там увидел. Посмотрел на шапку сайта и на телефон священника иерея Иоанна. Дрожащими пальцами набрал номер, послышались гудки и раздался мягкий голос:

— Иерей Иоанн вас слушает. Андрейка это ты? — после секундной паузы спросил священник.

— А как вы угадали? — спросил мальчик.

— Вот угадал так угадал. Что брат совсем худо? — без предисловий начал батюшка.

— Ага, совсем.

— А ты, наверное, в комнате закрылся и не открываешь никому, да?

— А что они себя ведут как дети? — всхлипнул Андрейка.

— Э брат! Не нам с тобой гадать, как они себя ведут, нам с тобой о себе подумать надо. Вот им плохо, покричали, посуду побили, а ты еще масла в огонь подлить хочешь?

— Ничего я не хочу, я хочу, чтобы они опять вместе были. А папа ушел и больше не приходит. — голос Андрейки задрожал и слезы опять потекли по щекам.

На том конце наступила тишина, но ни там, ни тут не положили трубку. Священник ждал, Андрейка плакал. Когда он немного успокоился и вытер рукавом последнюю слезу, отец Иоанн спросил.

— Андрейка, ты сильно маму и папу любишь?

— Конечно, сильно, а как их не любить они же родные! — без промедления сказал он.

— Андрейка, где вы живете, сколько тебе лет?

— Я на Калинина живу, мне уже десять лет.

— Маловат для путешествия, а можешь ты мне к телефону маму позовёшь, не переживай, я не расскажу, что знаю об их ссоре.

Андрейка тяжело вздохнул и поднес телефон к маме. Протягивая его к заплаканному лицу, он сказал:

— Мама с тобой хочет поговорить священник Иоанн.

Удивленная мама, даже не тому, что сын принес телефон с каким-то там священником на проводе, а то что он вышел из комнаты и заговорил с ней.

— Да, я слушаю. — уставшим голосом ответила мама.

— Добрый день, я священник Иоанн, у меня к вам серьезное предложение. У меня тут в летнем лагере есть одно свободное место, можно я вашего сына на месяц в лагерь устрою: лес, озеро, байдарки и другие развлечения.Что ему в душной квартире сидеть?

— НО, но.. — запиналась мама, от такого предложения. — У меня сейчас семейные трудности, денег, наверное, не хватит.

— Ну вот, я ж не сказал, поездка от храма для Андрейки бесплатна, а вы в храм придете и документы принесите, я жду, как раз ведомость закрою. А семейные трудности, мы помолимся и всё устроится. Приходите, я жду. Храм Преображения Господня, я тут до трех часов на дежурстве.

— Хорошо, я с сыном переговорю, и мы придем. — в телефоне послышались гудки.

Мама опустила телефон и в безжизненном взгляде опять появилась надежда.

— Не знаю, где ты познакомился с этим священником, но он тебя приглашает в лагерь на озеро в лес, поедешь?

Андрейка ехать совсем не хотел, но ведь священник обещал помочь, видимо, эта первая ступенька помощи, он кивнул.

— Ну тогда я беру документы, одевайся и пошли в храм, нас там ждут.

Андрейка немного обрадовался, ведь мама опять засобиралась, как и раньше, забота о семье у нее всегда стояла на первом месте. Она накинула на плече косынку, взяла сумочку в тон светло-зеленого платья и надела босоножки ждала у двери сына. Потом они взялись за руки, отправились в храм. По дороге мама вспоминала, как давно они там не были, как её учила бабушка креститься и учить молитву, а вот сына она так ничему и не научила.

— Осенью, если понравится лагерь, пойдешь в воскресную школу?

— Посмотрим, — сдержанно ответил Андрейка, повторил слово отца, тот его часто употреблял.

В храме их встретила свечная и провела их к батюшке. Отец Иоанн сидел у стола и пил чай, небольшая бородка, коротко подстриженные темные волосы, и черное облачение придавали строгость. Но это оказалось первое впечатление, увидев гостей, батюшка с улыбкой вскочил со стула и, распахнув руки, пошел навстречу маме и Андрейке.

— Людочка, принеси нам чайку еще две кружечки.

Женщина вышла, а батюшка предлагал уже стульчики у стола. Гости сели, ощущение было, как будто, он с ними был знаком с самого рождения, но увы, это не так.

— Здравствуйте. Мы вот тут с сыном посовещались, и он вроде согласился. — запинаясь и не зная, как правильно обращаться к священнику, проговорила мама.

— Замечательно, ну что Андрейка, пока родители будут решать сложившиеся проблемы, ты отдохнешь, загоришь и станешь настоящим мужчиной, ведь надо когда-то им становиться. Согласен? — улыбнулся отец Иоанн.

Принесли чай, и Людмила тихонько предложила Андрейке пойти познакомиться с детьми, которые уже послезавтра будут с ним в одной лодке. Мама осталась заполнять документы, писать соглашение и прошение, а Андрейка пошел посмотреть, что там за дети.

На площадке за небольшим зданием находилась беседка и там стоял детский гомон и чем ближе Людмила подводила Андрейку, тем шумнее становилось. По спине пробежал холодок страха: “Может я ещё передумать могу?” — мелькнуло в голове.

Но Людмила не дала такой возможности:

— Дети! А дети! Принимайте в вашу шумную семью новенького. Его нужно всему научить, рассказать, показать, объяснить, ну, а главное — принять как самого дорогого брата. Понятно?

— Да мы вроде бы всех так принимаем! — улыбнулась вожатая, — Давай знакомиться. Я вожатая Марина, а тебя, как зовут?

— Меня Андрейка. — немного смущенно ответил он.

И тут началось- каждый подходил знакомиться и называл имя, чем он занимается, где учится и что будет делать в лагере.

Пока мама беседовала со священником, ведь ей оказалось нужно много, что рассказать о своей жизни и спросить совета за чашкой чая, и это происходило как-то само собой. Андрейка даже забыть успел о том горе, которое свалилось на него несколько дней назад.

Когда все же мама вышла и позвала сына, она выглядела отдохнувшей и даже улыбалась, на сердце у Андрейки стало совсем хорошо.

Два дня пролетели как одно мгновение. Сбор сумки и встреча с новыми друзьями - все это отвлекало от грустных мыслей и придавало Андрейке уверенность, что когда он вернется всё будет хорошо.

В лагере каждый день куча заданий, игр и приключений с друзьями. Так уставали, что засыпали, как только голова касалась подушки. Андрейка звонил маме и её радостный голос давал надежду, что, может быть, они уже помирились.

Раз в неделю к детям в лагерь приезжал сам батюшка Иоанн, он беседовал со всеми детьми о вере, о воине Христовом, о том, что вера и любовь — это главное оружие христианина. Много за этот месяц узнал Андрейка и вот после двух недель подошел он к батюшке и спросил:

— Батюшка, я выполняю свой уговор, но так хочется узнать как там мама и папа?

— Андрейка, а ты молишься за папу и маму? Я об этом всегда вам говорю, что нет сильней молитвы, чем молитва детей за родителей. — прищурив глаз, смотрел на него отец Иоанн.

— Мы тут и утром и вечером молимся, а еще я между дел забегаю в часовенку попросить о родителях.

— Ну вот как закончится твое пребывание здесь и увидим, как ты справился с задачей, стал ли воином Христовым? А пока расслабляться ещё рано, бесы они же хитрые. — похлопав по плечу Андрейку, священник направился в обратный путь.

Прошло еще две недели, и вот автобус привез всех детей обратно к вратам церкви, где собралось множество народа, встречали своих любимых детей их родители.

Андрейка внимательно рассматривал из окна автобуса всех мам и пап, которые стояли в ожидании, когда откроются двери автобуса и они увидят свое любимое чадо. Он увидел маму, а папу так и не нашел в толпе, сначала он успокаивал себя, может, не увидел, а потом пришло отчаяние, что он неправильно молился и Господь не захотел принять его молитву.

Мама, улыбаясь и обнимая трепала его по шевелюре волос, приговаривая:

— Как ты подрос, возмужал и загорел.

Но настроение у Андрейки так и не поднималось. Потом всех детей построили перед храмом, сказали торжественную речь и родители смогли забрать своих чад домой.

Пошли домой и Андрейка с мамой. По дороге мама всё задавала вопросы, улыбалась и рассказывала, что дома она накрыла стол в честь его приезда домой, испекла любимый вишневый торт и запекла курочку в горчично-медовом соусе. Он шёл и молчал, только думал: “Почему у него не получилось, не получилось с молитвой, может, у Господа не приемные часы летом? А может, я неправильно обращался?” Из глаз потекли слезы, мама заметила не сразу, она что-то говорила и хотела видеть его глаза, рассказывая очередную историю про тетю Соню. Подняла его голову и ахнула, все щеки оказались мокрые от слез.

— Сынок, тебе там не понравилось? Тебя там обижали? Ты не нашел себе друзей?

— Нет, мам все там было здорово, там все мы были как семья, мы молились за всех и каждого, за семьи. А ещё мы там все время были заняты, я научился плавать, я даже нырять теперь не боюсь.

— Так, а что же ты тогда плачешь?

— Знаешь, чтобы тебя Господь услышал, нужно научиться верить в Него, а ещё молиться. Видимо, я так и не научился, он не услышал мою молитву.

Больше Андрейка ничего не сказал маме, он прошелся по комнате и присел за компьютер.Только стоило ему включить, как тот включился и куча сообщений от сайта, где всё решат сразу, высыпалось на рабочий стол. Он открывал и читал предложения: “Приворожить..”, “Наговорить..”, “Вылечить..”, “Вернуть..”.

Он удалял одно письмо за другим, а вот это, где написано вернуть, ведь он как раз хотел вернуть отца домой,его заинтересовало. Все, что говорилось в лагере о вере в Бога, молитвы и Его помощь, вдруг померкло, стало совсем не настоящим, а вот это предложение и совсем за смехотворные деньги, и папа будет с ними, ему показалось стоящим.

Он внимательно изучил письмо: нужна была фотография папы, потом перевести деньги на счет, и все инструкции он получит после оплаты. Осталось стянуть карту у мамы и оплатить всё это. Мама позвала его кушать, он оставил компьютер не выключенным. Пошёл кушать ведь мама готовила, старалась для него. Она пошла на кухню, а он влез в сумочку мамы и стал искать карту.

В этот момент зазвонил мамин телефон и мама прибежала в комнату, где Андрейка не успел убрать все вещи на место. Телефон звонил, но мама смотрела на сына и не понимала, что же сказать ему.

— Сынок, что ты искал в моей сумочке? — спросила мама, выключая телефон.

— Я, я — попался на воровстве. — Мне нужна была твоя карта.

— Сын, ты никогда не лазил по сумкам, тебя этому научили в лагере?

— Нет, мама, я сейчас все объясню, я, как лучше хочу сделать, Бог, видимо, не слышит меня, мам я бракованный какой-то. — он разрыдался.

Потом привел маму в комнату и показал сайт и письмо и предложенную услугу в помощь. Мама обняла сына, целуя его макушку и приговаривала: “Какой же ты у меня глупенький.Боженька слышит твои молитвы, он все сделал, чтобы все стало хорошо, слышишь, никогда не сомневайся в Боге, он любит тебя так сильно, как мы с папой не имеем право даже предполагать”.

— А почему тогда папы нет с нами? — всхлипывая и шмыгая носом, спросил Андрейка.

— Папа уехал в командировку, батюшка помог ему найти работу, но далеко на три месяца, но осенью он вернется.

— К нам?

— Конечно, к нам, а сейчас нам надо молиться за него, усиленно, как и просил батюшка, я не хотела тебе говорить, хотела эту новость вместе с отцом Иоанном рассказать. Ох и натворил бы ты делов сейчас, а кто хоть звонил, спас нас?

Она посмотрела на телефон о пропущенном номере и расплакалась. На телефоне была запись “Любимый”. Она показала сыну, и они набрали номер, а потом плакали и рассказывали, кто как поживал за этот месяц, и как они соскучились и как любят друг друга.

И вот сидит Андрейка и раскрашивает кружку из папье-маше, теперь это будет подарок Господу в день Его рождения, повесит он этот самый дорогой предмет их семьи для Младенца Христа.

Футбольный мяч

В храме есть прихожанин, который слегка хромает, но он этого не стесняется, а только рассказывает всем, как Господь уберег его в жизни. Травма оказалась легкая, но играть в футбол он больше не смог и всегда добавлял: «И Слава Богу».

С мальчиком Женей на вид лет десяти мы познакомились в больнице в детском нейрохирургическом отделении, его привезли за неделю до того, как собирались выписывать моего сына. В палате на тот момент находилось пятеро детей и вот поздно вечером привезли этого мальчика. Выглядел он не лучше, чем все остальные: голова перевязана, нога в гипсе.

Оценили обстановку дети быстро и стали знакомиться с новеньким, хоть какое-то развлечение, а то уже две недели все одни и те же лица сменялись иногда приходящими посетителями. Глаза Жени смотрели уставшим взглядом, и мама не разрешала ему долго говорить. Он, как только лег на кровать, сразу же уснул.

Мама — высокая, статная женщина в легком брючном домашнем костюме, только и перекладывала вещи да никак не находила себе места. Потом садилась и начинала рукой ровнять на коленке носовой платок, который и так ровный. Наконец, она немного успокоилась и одна из жительниц палаты спросила:

— Что случилось? Расскажи, тебе легче станет. Меня, по-вашему, Зиной называют, а тебя как?

И женщина, поправляя свою и так аккуратную прическу рассказала нам, о том,что сын ее футболист и состоит в команде города. Сам такой маленький, а уже у тренера зарекомендовал себя.

— Меня Мария зовут. И сегодня днем у него должна быть тренировка, а ехать далеко, и он иногда ездит сам на велосипеде. Отпускать не хотелось, но дед успокоил: «Когда он от твоей юбки отцепиться?! Взрослеть надо». На этих словах Женя хлопнул дверью и на велосипеде поехал на тренировку. Я готовила обед, а когда по телефону позвонили из нашей больницы и сказали, что ваш сын попал под машину, я думала и кончусь там. Насколько можно было быстро собралась, а там уже предупредили, что голова — это серьезно надо в областную. Вот мы и приехали сюда. Скажете, а тут как врачи адекватные?

— Не переживайте, вы попали в самое лучшее отделение больницы. — поспешили успокоить Марию.

Потом выяснили, что, оказывается из одного города, только на разных концах его живем, договорились, что наши мужья до больницы могут ездить не каждый день, а по очереди.

Так прошло два дня, в понедельник нам собирались снимать швы, а через два дня и домой, если не будет осложнений и температуры.

Наши дети подружились. Оказалось, помимо футбола, мальчик много читает и играет в компьютерные игры, а так как в больнице, да с травмой головы игры запрещены, они придумывали другие игры, в которые играли все палатой.

В воскресенье к нам утром пришел батюшка, проведать своего младшего пономаря и причастить его. Священник тоже привозил гостинцы от прихожан для сына. Но такое количество передачек мы сами съесть не могли, делились со всей палатой.

Мария увидела батюшку, подошла и попросила причастить и Женю. Мы все вышли, а батюшка присел на стул у кровати больного футболиста и начал беседу. Спустя полчаса, священник вышел из палаты и подошел к Марии.

— Вы мама же? Простите, не знаю, как вас зовут.

— Батюшка, я Мария, простите, редко в храм хожу, вот теперь как-то страшно стало.

— А вы не бойтесь, приходите в храм, а то Евгению поручение надо выполнить, он сам вызвался. Так что пойдите ему навстречу.

Дети весь вечер о чем-то шептались, и мой сын важно что-то рассказывал, махая руками. А когда легли и дежурная медсестра крикнула: «выключаем свет, время спать», дети попросили рассказать о чудесах, о святых и ангелах.

Я долго не решалась, ведь в палате были и мусульмане, но по их обоюдному согласию вместо сказок на ночь рассказывала истории о том, как ангел стал демоном, как произошла великая битва и свергли его. А потом рассказы пошли о святых и их чудесах, какие чудеса происходят в нашей жизни и вот тут каждый рассказал своё самое запоминающееся происшествие, которое смог бы разрулить только Господь.

Через три дня нас выписали, мы обменялись телефонами и, казалось, на этом история и закончилась, но у Господа не бывает что-то просто так, для каждого отведена роль. Прошло почти два месяца и в воскресенье, мы пошли в храм.

Надо было помочь установить елки и украсить их к Рождеству Христову. Народу было немного, но работа спорилась ведь у каждого прихожанина стояла своя цель, которую выполнить надо обязательно.

Сын носил кирпичи и помогал устанавливать елки, а в центре храма поставили пихту - какое величественное дерево. Как королева в зеленой парче стояла она и на её макушке красовался один из самых красивых ангелов. Такой красавицы мы еще не видели.

В храме открылись двери, и слегка хромая, прошел мальчишка со светлыми кудрявыми волосами. Его глаза излучали такую радость, что невольно все бросили работу и наблюдали, что будет делать этот мальчик.

Первым узнал его мой сын.

— Женька! Как я рад, что вы все же приехали, — он подбежал к мальчику и обнял его.

— Ну я же обещал, что встретимся, — деловито поправляя чуб светлых волос. — Вот я привез, как и обещал батюшке. Но знаешь, бегать и играть в футбол уже ,наверное, не смогу. Заметил? я все же хромаю.

— Да это мелочи, ты только верь, и все будет. — успокаивал мой сын, хлопая друга по плечу.

Из алтаря вышел священник и, увидев Женю и его родителей,подошел поздороваться, а потом они с Марией и его отцом отошли в сторонку и стали беседовать. Со стороны видно было, что мама Жени, вытирая слезы, внимательно слушает батюшку.

Мальчики же подошли к зеленой красавице, где две девочки развешивала игрушки. Женя рассматривал игрушки, которые уже висели и спрашивал откуда такие разные и необычные поделки.

Сын не знал истории каждой игрушки, но те, которые слышал, пересказал другу. И каждый раз пояснял, что они верили и не сомневались в воле и планах Господа, вот и получили, что хотели.

— Женька, ты главное — не отчаивайся, ведь прежде всего надо верить, а еще причащаться и тогда Господь все устроит, даже лучше, чем ты ожидаешь. — подбадривал Женю сын.

После очередного рассказа о ботинке Женя вытащил из кармана футбольный мяч размером с грецкий орех на леске и спросил:

— Можно я тоже повешу мою игрушку на елку?

Сын кивнул и показал на елку:

— Выбирай, где бы ты хотел его повесить?

Женя обошел елку и нашел место среди зеленых лап пихты, как в нише повесил черно-белый мяч. Потом повернулся к алтарю, поднял глаза на икону Спасителя и долго смотрел на Него. В глазах заблестели слезы, но он даже не замечал, как капли слез стекали по щекам. Видно он молился, как мог, от чистого сердца и от всей души. Дети старались не мешать ему в разговоре с Главным в этой жизни, а когда он вытер слезы и повернулся к ребятам, смог улыбнуться и спросить:

— А можно я вам помогать буду?

— Легко! вот мы еще репетировать пойдем сценку в воскресную школу, пойдешь с нами?

— Я с радостью, только надо у родителей спросить надо.— он глазами поискал папу и маму, сбегал к ним и получив согласие одобрительно закивал.

Вот лесная красавица одаривала всех своим лесным ароматом, и уже стояла украшенная всевозможными игрушками. Храм тоже блестел, помогали убираться и родители Жени, задание нашлось всем. Учительница воскресной школы стала собирать детей на репетицию, ведь уже на следующей неделе выступать.

Женя тоже пошел со всеми в здание воскресной школы, там они репетировали, а он выпросил стихотворение, чтобы тоже участвовать в концерте для прихожан.

В воскресный день после общего причастия дети выступали, и Женя рассказывал свое стихотворение для Родившегося Христа, получил подарок и был уверен, что Господь все решит за него в лучшую сторону его жизни. И Господь не оставил этого мальчика, хотя он и не стал футболистом. А этот трагический случай на велосипеде спас его от гибели в авиакатастрофе, в которой погибли ребята из его команды. Когда Женя вырос, он стал важным человеком в обществе и приносил ему пользу. И ещё раз убеждаюсь, что пословицы, которые нам даны нашими дедушками и бабушками верны: «Все, что ни делается, все к лучшему», главное — не забывать разговаривать с Господом и верить Ему.

Виноград

Господь никого за уши не тянет в рай, лишь тихо напоминает, что ждет нас и предлагает свой путь, слегка подталкивая в правильном направлении, не заставляя и не принуждая.

Дети, пока маленькие, ходят за руку с родителями в храм и, кажется, их вера такая чистая и они никогда не уйдут из храма, не отвернутся от Бога.

Но у каждого своя дорога, и выбираем мы ее сами.

Девочка Зина все детство с папой и мамой ходила в храм. Когда она подросла, как все дети в подростковом возрасте, глядя на своих сверстников, нашла другое занятие по воскресеньям, и перестала ходить в церковь. Уговоры и просьбы не действовали.

Все лето с друзьями она ходила на море и наслаждалась свободой выбора: песок, волейбольный мяч, теплое море и друзья. Зина стала забывать, как это в воскресенье рано встать и пойти в храм на причастие или почитать молитвы перед сном. А родителям на их призывы отвечала: «Я в Бога верю в душе, мне хватает».

Так почти прошло лето. Зина начала кашлять, в больнице назначили лекарства, но прошло время и наступила осень, а кашель становился только сильнее. В больнице прослушали и сделали новый диагноз, у нее аллергия на пыльцу травы. Стали принимать лекарство от аллергии, но все без изменения.

Тогда родители в больнице стали просить направление на областную больницу. И только там признали, что у девочки редкая болезнь: все легкие в мелких пузыриках гноя. Начались лечения, лекарства дорогие, но лечение полного не получалось.

Зина стала частой гостьей в пульмонологическом отделении. И после очередного приступа, она ждала маму и папу. Как только родители приехали, в тот день она лежала на кровати в палате с бледным лицом и тяжело дышала, то попросила привезти ей Евангелие, а еще попросила позвать священника, чтобы причаститься.

Родители встревожились, столько лет не звала, даже не хотела говорить с ними о церкви, а тут сама захотела причаститься. Мать со слезами на глазах пошла к лечащему врачу с расспросами о самочувствии дочери.

— Скажите, только правду, какая есть вероятность вылечить эту болезнь? — вытирая платком слёзы, спрашивала мать.

— Уважаемая мамочка, вы перестаньте плакать, лечение идет своим чередом, да трудная болезнь ,но сдвиги есть и у нас есть еще один способ, который мы попробуем после этих лекарств. Вы должны верить, а главное научите верить вашу дочь.Врач закрыл больничный лист Зины и попрощался с мамой.

Посещение закончилось и родители поехали домой, позвонили священнику Иоанну и попросили о том, чтобы он причастил их дочь Зину. Они договорились, что тянуть с принятием Таинства Причастия не будут.

На следующий день родители отвезли Евангелие и молитвослов дочери и рассказали ,что священник приедет завтра к ней ближе к десяти утра. Зина услышала эту новость, и её измученное лицо озарила улыбка.

— Я подготовлюсь к причастию и дождусь батюшку Иоанна, мои любимые родители простите меня, что не слушалась вас. — по щекам текли слезы, которые капали на подушку и оставляли на белой наволочке мокрые следы.

Мама тоже вытирала слезы, а отец не смог смотреть на это лягушачье болото и вышел из палаты. Он не хотел, чтобы его слезы кто-то видел.

На следующее утро Зина готовилась к причастию и, когда принесли завтрак, попросила поставить его на тумбочку, она не будет сейчас кушать ,ведь она ждала священника, и он пришел. Все молитвы батюшка читал так выразительно, а Зина слушала внимательно и каялась в своих грехах, так же искренно, как никому больше никогда не рассказывала свои промахи в этой жизни.

И вот причастие совершилось, Зина смогла сидеть так долго, и голова не кружилась, она только попросила:

— Батюшка, если я на следующей неделе ещё тут буду, вы меня еще раз причастите?

Батюшка, не спеша, собирал предметы в свою походную сумку и посмотрел на Зину. Она улыбалась, он отложил сумку и подошел к кровати девочки.

— А знаешь, даже если тебя здесь не будет, я приду к тебе домой причастить тебя. Только и ты дай мне обещание. — предложил священник.

— Конечно, если, конечно смогу это сделать. — согласилась Зина.

— Так вот, не за горами Рождество Христово, наверное помнишь, как наряжали елки перед праздником. — отец Иоанн прищурил глаз. — Вот прошу тебя изготовить подарок Младенцу Христу, сможешь?

— А что именно?

— Ну что именно придумать тебе, но подумай хорошенько, ведь ты уже взрослая и подарок должен быть по твоему желанию. — батюшка погладил по русой голове, нажал на курносый нос в конопушках и подмигнул. — До встречи.

Как только священник ушел, Зина стала кушать. Ей так захотелось есть, что казалось желудок стал бездонный, но всё же она наелась, а ближе к обеду приехали родители.

— Как поживаешь? — спросил отец.

— Папа, все замечательно! Батюшка сказал, что на следующей неделе придет к нам домой меня причащать. Я верю ему, а значит, меня выпишут домой. — в глазах искрилось счастье, и родители тоже немного успокоились.

Так и произошло, на следующей неделе Зину выписали перед тем, как начать пробовать новое лечение, дали организму отдохнуть от лекарств и побывать дома. Зина всё это время думала, что же ей сделать в подарок Новорожденному Христу.

Пока мама готовила ужин, Зина сидела в комнате и читала Евангелие, привыкла читать по главе в день из этой книги. «Я есть лоза виноградная...» увидела она строки и поняла, что сейчас обратился Христос к ней, вот что надо сделать- виноград! но не лозу, а саму гроздь ягод.

Открыла интернет и набрала в поисковой строке: «Сделать гроздь винограда»

Куча предложений и вариантов. Зина, не торопясь, просмотрела несколько предложений, из кухни раздался голос мамы:

— Моя семья, идите к столу, будем ужинать.

Как и раньше, в том детстве, когда Зина ещё была совсем маленькой девочкой, папа прочитал молитву перед едой, и ужин начался. Пока кушали, Зина рассказала родителям просьбу священника о подарке на Рождественскую елку, и то, что она придумала сделать и почему именно виноград.

Через несколько дней батюшка приехал причастить Зину и отметил, что девочка выглядит намного лучше, чем в тот день, когда он приходил к ней в больницу.

А Зина рассказала батюшке свою задумку и показала первые ягодки для виноградной грозди. Поделка должна получиться красивой, но сделать каждую ягодку отдельно и так похожую на настоящий виноград, надо время.

Через неделю позвонили из больницы и пригласили на лечение, опоздание произошло из-за закрытых границ, но Господь всё усмотрел. Лекарство привезли и ждут теперь Зину.Она попросила позвонить священнику и благословить на лечение. Также она сложила весь материал для поделки с собой и только после этого согласилась ехать в больницу.

Опять началось лечение, курс которого продолжался десять дней, а потом назначат рентген легких, чтобы проверить, поддаётся ли лечению эта бактерия.

Между процедурами, посещением врачей и сдачей анализов, Зина делала ягодки.Она почему-то вспомнила сказку Дикие гуси, где Эльза вязала рубашки из крапивы своим братьям, чтобы снять колдовство. И ей, казалось, она сделает свой подарок Младенцу Христу, и как только всё будет завершено, она тоже будет здорова и болезнь уйдет из её жизни.

Иногда она рассказывала о своих предположениях родителям, в больнице она опять стала бледной, но в глазах искорка надежды не переставала гореть. Весь больничный персонал помогал Зине в изготовлении этого подарка. Когда у неё закончилась проволока, санитарка принесла ей моток, который лежал у неё в подсобке. Потом закончился бесцветный лак и молодая врач принесла два флакона. В отделении все наблюдали за работой и верой Зины, которая уже не только себя в этом настроила, родителей, но и всех обитателей этого отделения.

Приходил священник, и Зина с воодушевлением рассказывала, как продвигаются её работа, как все вокруг верят в её мечту. Священник только улыбался и говорил, что она сама принесет подарок на Рождественскую елку и повесит, как в детстве вешала игрушки, когда собирались наряжать и украшать храм.

Десять дней пролетели в делах быстро и настал день рентгена. Зина не волновалась, она была уверена, что там все хорошо, одышки у неё уже не было, она даже спала уже и не боялась повернуться на спину.

— Ну, что идем смотреть твои легкие?

— Да идем, мне осталось сделать только две ягодки и собрать виноградную гроздь.

— Ну это совсем немного, сделаешь после рентгена. — похлопал высокий врач по плечу Зину.

Она пошла за ним в кабинет, где сделали снимок её легких, врач ничего не сказал, только отправил девочку обратно в палату.

Снеговик

Вы любите праздники? Думаю, многие ответят:

— Да, очень!

А если спросить какие праздники, то перечислят: новый год, день рождения и ещё много разных. Одна девочка совсем не любила праздники. Спросите, почему? Может, она бы и любила их, но ей совсем не хотелось отмечать их с родителями.

Мама с отчимом пьют и забывают про своих детей. А в семье их трое, и все от разных отцов.

Оля любила маму, после пьянок всегда укладывала ее спать. После кормила оставшейся едой младшего брата. Потом ложилась спать сама. Такой день считался добрым. Обычно, она получала оплеуху от матери и долго плакала, жалуясь на судьбу. .

Сегодня у родителей праздник, только что они отмечают? Никто не знает.

Родной отец давно не жил с ними и работал на вахте. Оля училась в школе, старалась учиться хорошо, но часто у нее не было времени выполнить домашнее задание.

Дорога в школу Ольги проходила мимо церкви, и иногда девочка заходила в нее. В церкви на вечернем богослужении Оля всегда отдыхала душой, потому что вокруг царили тишина и покой.. Она проходила к большому распятию Иисуса Христа, вставала на колени, плакала и просила о маме: так хотелось, чтобы мама больше не пила, чтобы папа вернулся к ним, и они зажили дружной семьей как раньше.

Дома опять пьянка, и ей не хотелось идти домой. В большом храме стояла тишина, хор готовился к вечерней службе, батюшка Иоанн тихо беседовал с прихожанкой. Ольга прошла к иконе, кивнула батюшке, привычно встала у распятия Христа и своими словами стала просить Господа о маме, папе и счастливой семье. Слезы закапали на пол после первых же слов.

Через время Оля встала, на душе полегчало, но отвести глаза от распятия не могла. Ей казалось, что Иисус Христос смотрит на нее потухшими глазами и даже на кресте готов обнять и утешить.

Священник не ушел в алтарь и ждал, когда девочка закончит свою молитву. Она повернулась, и, тяжело вздохнув, направилась к выходу.

— Оля! Можно с тобой поговорить? — окликнул ее батюшка, — Тебя же Оля зовут?

— Да, — робко ответила она и подошла к нему.

— Я смотрю, ты часто заходишь в дом Божий! У тебя кто-то умер? — поинтересовался батюшка Иоанн.

— Нет, не умер, — она помедлила, сомневаясь, нужно ли рассказывать личное семейное постороннему человеку, пусть даже и священнику, но все же решилась, . — У меня мама пьёт.

— А папа?

Ольга, не скрывая, поведала о своей горемычной жизни заплакала. Дома она никогда не плакала, чтобы не расстраивать братика.. Служба ненадолго задержалась, батюшка дал девочке продукты, записал имена Олиных матери и отца в каждодневное поминание. Предложил Ольге придти на службу в воскресенье с младшим с братом.

Воскресенье пришлось ждать долго, но в назначенный день дети поднялись рано утром и побежали в храм. Оля рассказывала братику о Иисусе Христе, что слышала сама и то, о чем рассказал ей батюшка.

Служба пролетела для детей быстро. Им понравилось в храме. юди улыбались, смотрели по-доброму и давали конфеты. А когда служба закончилась, батюшка позвал их в трапезную, где они вместе с прихожанами сели обедать.

Батюшка снова поговорил с Олей после трапезы.

— Мама твоя работает?

— Нет, батюшка. Она работала в пятёрочке и магните, но из-за пьянки ее выгнали.

— Предложи ей поработать у нас в храме. Вот мой номер телефона. — Отец Иоанн протянул ей листок с номером. — Пусть позвонит.

— Спасибо, батюшка, а если она опять запьет?

— Давай не будем гадать, а просто будем молиться! — погладил по голове Олю священник.

В этот день дома у Ольги стояла непривычная тишина. Знакомый сожитель не пришел, пить матери было нечего. Продукты на водку не поменяли и в первый раз мать готовила еду для детей.

Утром Оля дала маме листок с номером.

— Мама, позвони, тебя там ждут на работу. — от удивления мама даже обняла девочку и поцеловала.

— Заживём! Скоро заживём, — заулыбалась мама.

На следующий день мама позвонила по телефону и осталась в двояком состоянии. С одной стороны ей предложили работу - мыть полы через день и смотреть за клумбами, зарплата по ее меркам устраивала, но с другой стороны эта работа в храме. Да еще батюшка пообещал по воскресеньям давать домой продукты .

Сразу она не ответила и пообещала подумать. Пришла домой, непривычно для себя убралась, потому что давно ничего не делала.

Дети пришли после обеда и долго стояли в коридоре и не могли представить, что же такого дома произошло и кто убрался. Мама на кухне напевала почти забытую мелодию, Ольга прошла по коридору и заглянула в приоткрытую непонятного цвета дверь.

Первым не выдержал братик, он протиснулся в кухню и, обняв маму, шептал ей как он ее любит.

Потом они кушали и пили чай вместе и никто не нарушал семейную идиллию.

— Я, наверное, теперь буду работать в храме, посмотрим, справлюсь с работой или нет, — делилась мама.

— Справишься, мы будем помогать тебе каждый раз. — подбадривали дети.

— Уговорили, мы вместе справимся. — улыбнулась мама.

Так потянулись дни радости и счастья в доме Ольги, она приходила в храм и помогала маме, а в школе значительно подтянулась и все заметили, что девочка стала улыбаться и дарить радость окружающим.

Батюшка часто разговаривал с Олей и её мамой. И девочке казалось-вот наступила счастливая жизнь, она мечтала, что её папа вернётся, но это уже она даже боялась просить у Господа, чтобы не потерять то, что Он и так ей дал.

Прошёл почти месяц счастливой жизни, но по какой-то причине, счастье рухнуло, как только появился сожитель мамы. Опять на столе, вместо букета цветов, что принесла Ольга, стояла бутылка водки. Мама сидела выпившая и смеялась очередной шутке своего ухажера.

Слезы от обиды потекли у девочки по щекам. Почему именно в этот момент, когда всё так хорошо, она не понимала. Все мечты рухнули и даже та, что может вернутся её папа.

На следующий день, нужно было идти в храм на службу, но Оля проспала и никто её не разбудил. После службы в дверь их квартиры позвонили. Она расстроенная открыла дверь , там стоял священник, по его взволнованному голосу стало понятно, что он переживал за них.

В коридор из кухни вышла заспанная мама и увидев гостя, расплакалась, бормоча слова о прощении. Отец Иоанн ничего не ответил, оставил пакет с продуктами и молча, повернувшись, стал спускаться по ступенькам.

Оля побежала за ним, на улице возле машины батюшки она спросила:

— Как дальше быть?

— Молиться, — он погладил мягкие шелковистые волосы девочки и тяжело вздохнув, добавил. — Царствие Божие силою берется. Будем молиться ,все наладится, а ты молись твоя молитва самая сильная и в храм не забывай ходить.

Оля смотрела на священника и кивала.