Жизнеобеспечение экипажей летательных аппаратов после вынужденного приземления или приводнения (без иллюстраций)

Глава I

Закладка:

Введение в проблему

Развитие авиационной и ракетной техники открыло широкую возможность осуществления весьма дальних, длительных и высотных полетов, включая ближний космос. Авиационные и космические трассы, опоясывающие земной шар во всех направлениях, пролегают над Арктикой и океанами, над тропическими лесами и пустынями, над труднодоступными областями земного шара.

Поэтому экипаж самолета или космического корабля, вынужденный по тем или иным причинам прервать полет, покинуть летательный аппарат с парашютом или совершить вынужденную посадку, может оказаться в безлюдной, труднодоступной местности в различных крайних климатических условиях. Современная поисково-спасательная служба оснащена радиотехнической аппаратурой для обнаружения и точного определения местоположения терпящих бедствие и располагает воздушными, морскими и наземными транспортными средствами, обеспечивающими быструю доставку спасательных групп на место происшествия для оказания помощи и эвакуации пострадавших.

Но в некоторых случаях, если вынужденное приземление, приводнение произошло на значительном расстоянии от населенных пунктов и аэродромов базирования поисково-спасательных комплексов, при отказе радиосвязи или неблагоприятных метеорологических условиях в районе аварии, помощь может прийти не сразу, и экипажу придется в течение некоторого времени существовать «автономно», т. е. за счет своих собственных средств, без какой-либо поддержки извне (Westergaard, 1971).

Благоприятный исход автономного существования зависит от многих факторов. Однако решающим вопросом успеха является умение летного состава «выживать». «Выживание» – термин, получивший за последние годы широкое распространение у нас и за рубежом, включает в себя все, что человек сможет сделать для себя в экстремальных условиях внешней среды (Ewing, Millington, 1965).

Выживание – это комплекс активных целесообразных действий, направленных на сохранение жизни в условиях автономного существования после аварийного приземления или приводнения. Эти действия заключаются в преодолении психологических стрессов, проявлении изобретательности, находчивости, эффективном использовании аварийного снаряжения и местных ресурсов (Волович, 1972; Torrance, 1953; и др.).

Проблема выживания экипажей летательного аппарата требует решения четырех основных вопросов: 1. Защиты от влияния неблагоприятных факторов внешней среды; 2. Обеспечения сигнализации, связи и ориентирования с помощью всех имеющихся (штатных и подручных) средств; 3. Преодоления первоначальных психологических стрессов; 4. Удовлетворения жизненных потребностей водой, пищей и т.д. за счет аварийных запасов и природных ресурсов (Evans et al., 1963; Whittingham, 1963, 1965).

Основное положение, которое определяет проблему выживания, – человек, каким бы примитивным ни было его снаряжение, может и должен выжить в самых суровых климато-географических условиях, если он заставит служить себе окружающую среду, которая должна стать источником всего необходимого (Harvey, 1955; Evans et al., 1963).

Анализ поведения людей в чрезвычайной ситуации (авария самолета, кораблекрушение, пожар, наводнение и т. п.) показывает, что примерно 12-25% из них сохраняют самообладание, быстро оценивают обстановку, действуют решительно и разумно. У 12-25% людей отмечаются реактивные состояния, истерические реакции, которые проявляются либо в сильном возбуждении, беспорядочных неадекватных действиях, либо в заторможенности, подавленности, глубокой прострации, полном безразличии к происходящему, неспособности к какой бы то ни было деятельности. Большинство людей (50-75%), хотя и оказываются в состоянии своеобразного ошеломления, «психического шока», все же остаются спокойными, но недостаточно активными (Tucker, 1966).

При определении факторов внешней среды, неблагоприятно воздействующих на человека, оказавшегося «один на один с природой», в зарубежной литературе часто используется понятие «стрессы выживания», к которым относятся: боль, холод, жара, жажда, голод, переутомление, одиночество (Nicholson, 1968).

Несомненно, в такой классификации имеется некоторая условность, однако она помогает как-то систематизировать эти факторы, что облегчает рассмотрение взаимоотношений между внешней средой и человеком в условиях автономного существования.

Боль– нормальная физиологическая реакция организма, выполняющая защитную функцию. Человек, лишенный болевой чувствительности, подвергается серьезной опасности, так как не может своевременно устранить угрожающий фактор. Но, с другой стороны, боль, причиняя страдание, раздражает, отвлекает человека, а длительная сильная, непрекращающаяся боль влияет на его поведение, деятельность и может быть причиной возникновения различных заболеваний.

И вместе с тем человек иногда в состоянии справиться с очень сильными болевыми ощущениями, преодолеть их. Сосредоточиваясь на решении какой-либо очень важной, ответственной задачи, человек способен «забыть» о боли (Man, Chen, 1972).

Холод. Снижая физическую активность и работоспособность, холодовой стресс оказывает воздействие на психику человека. Цепенеют не только мышцы, цепенеет мозг, воля, без которой любая борьба обречена на поражение. Поэтому в зоне низких температур, например в Арктике, деятельность летчика, космонавта начинается с мер по защите от холода: строительства убежища, разведения огня, приготовления горячей пищи и питья.

Жара. Высокая температура окружающей среды, а в особенности прямая солнечная радиация вызывают в организме человека значительные изменения, иногда за относительно короткое время. Перегрев организма нарушает функции органов и систем, ослабляет физическую и психическую деятельность. Особенно опасно воздействие высоких температур при недостатке питьевой воды, ибо в этом случае, наряду с перегревом, развивается обезвоживание организма. Постройка солнцезащитного тента, ограничение физической активности, экономное использование запаса воды – меры, значительно облегчающие положение космического или летного экипажа, оказавшегося после посадки в пустыне или тропиках.

Жажда. Ощущение жажды при невозможности удовлетворить ее из-за недостатка или отсутствия воды становится серьезной помехой деятельности человека при автономном существовании, особенно в условиях высоких температур окружающей среды. Жажда завладевает всеми его помыслами и желаниями, которые сосредоточиваются на единственной цели – избавиться от этого мучительного ощущения.

Голод. Совокупность ощущений, связанных с потребностью организма в пище, можно рассматривать как типичную, хотя и несколько замедленную, реакцию стресса. Хотя известно, что человек может обходиться без пищи в течение продолжительного времени, сохраняя работоспособность, однако многодневное голодание, а при недостатке воды в особенности, ослабляет организм, снижает его устойчивость к воздействию холода, боли и т. д.

Аварийный пищевой рацион, имеющийся в НАЗе (носимом аварийном запасе), рассчитан лишь на несколько суток субкомпенсированного питания. Источником пищевых запасов должна стать внешняя среда за счет охоты, рыбной ловли и сбора дикорастущих съедобных растений.

Переутомление– своеобразное состояние организма, возникающее после длительного (а иногда и кратковременного) физического или психического напряжения. Переутомление таит в себе потенциальную опасность, притупляя волю человека, делая уступчивым к собственным слабостям. Оно подготавливает человека к психологической установке: «Эта работа не срочная. Ее можно отложить на завтра». Последствия такого рода установки могут быть самые серьезные.

Избежать переутомления и быстро восстановить силы позволяет правильное, равномерное распределение физических нагрузок, своевременный отдых, который всеми доступными средствами надо делать как можно более полноценным.

Уныние– психическое состояние, вызванное одиночеством, провалом задуманных планов, неудачными попытками установить связь, безуспешными поисками воды и пищи и т. д. Его развитию способствует незанятость, монотонная однообразная работа, отсутствие четкой цели. Этого состояния можно избежать, возложив на каждого выживающего определенные обязанности, требуя их неуклонного выполнения, ставя перед каждым конкретные, но обязательно выполнимые задачи.

Одной из форм эмоциональной реакции на опасность и наиболее опасным врагом выживающего являетсястрах.

Реакция человека на страх зависит не столько от обстановки, в которой он оказался, сколько от его волевых качеств, от подготовленности и организованности, от правильности оценки ситуации, уверенности в себе и своем снаряжении.

Закладка:

Для неподготовленного человека внешняя среда оказывается постоянным источником страха. Попав в лесную чащу, он напряженно ждет нападения хищных животных, с ужасом ожидает появления акул, оказавшись на плаву в океане, при посадке на льды полярного бассейна его преследует страх разлома льдины, а в пустыне на каждом шагу мерещатся ядовитые змеи. И хотя чувство страха является вполне закономерной реакцией, если не справиться с ним, поддаться ему, то, в конце концов, оно окончательно подчинит себе все мысли и поступки человека. Страх любую простую проблему превращает в сложную, а сложную делает непреодолимой.

«Жертвы легендарных кораблекрушений, погибшие преждевременно, я знаю: вас убило не море, вас убил не голод, вас убила не жажда! Раскачиваясь на волнах под жалобные крики чаек, вы умерли от страха» (Бомбар, 1963).

В состоянии страха человек теряет способность контролировать свои действия, принимать правильные решения. Состояние страха усиливает ощущение боли, воздействие холода и жары, голода и жажды (Melzack, 1973). Летчик замерзает, имея в кармане спички и полные баки горючего (Wilkinson, 1968).

Но в то же время страх, управляемый и подавляемый, может оказаться полезным стимулятором деятельности человека, заставляя его быстрее и лучше соображать, активнее действовать, он обостряет восприятия органов чувств, придает физическую силу, превращаясь из врага в своеобразный катализатор энергии и решительности. Таким образом, страх может не только уменьшить шансы на спасение, но и значительно их повысить. Для поддержания своей жизни человек нуждается в определенных условиях, пище, воде, жилище и т. д. Вместе с тем, являясь членом общества, он привыкает к мысли, что многие его потребности обеспечивают окружающие люди, что кто-то постоянно заботится об удовлетворении его нужд, что в той или иной неблагоприятной ситуации он всегда может рассчитывать на чью-то помощь. И действительно, в повседневной жизни человеку не приходится ломать себе голову над тем, где укрыться от жары или холода, чем и где утолить голод и жажду. Заблудившись в незнакомом районе, он без особого труда получит нужную информацию, заболев, обратится за помощью к врачам.

При автономном существовании в безлюдной местности подобная философия, выработанная цивилизацией, совершенно неприемлема, так как удовлетворение даже самых обычных жизненных потребностей иногда превращается в трудноразрешимую проблему. Вопреки приобретенному многолетнему жизненному опыту, жизнь человека становится зависимой не от привычных критериев – образования, профессиональных навыков, материального положения и т. п., а от совсем других факторов: от внешней среды, от солнца и ветра, от температуры воздуха, от наличия или отсутствия водоемов, животных, съедобных растений. У неподготовленного человека внешняя среда становится источником постоянной, неосознанной опасности. Он находится в состоянии неопределенности, ибо не знает, откуда исходит опасность, а если и знает, то не может правильно оценить ее степень. Длительность реакции такого рода может варьировать от минут до нескольких суток, но она тем короче, чем лучше человек осведомлен об условиях, в которых он оказался.

Несомненно, что успех выживания во многом зависит от психофизиологических состояний летчика, космонавта: воли, настойчивости, самообладания, его физической подготовленности, выносливости. Однако и этого недостаточно для победы над природой в условиях автономного существования в безлюдной местности. Необходимы теоретические знания вопросов выживания, подкрепленные практическими навыками.

Полученная в процессе подготовки разносторонняя информация о внешней среде, особенностях неблагоприятного воздействия тех или иных факторов, повышает уверенность летчика, космонавта, оказавшегося в безлюдной местности или на борту спасательного плота в океане, в своих силах, внушает убежденность в том, что он сможет справиться с любыми трудностями, ибо знает, что надо сделать и каким образом это можно сделать (Hampshire, 1956; Liebman, 1967; Bonner, 1969).

«Деятельность человека в тех или иных условиях зависит от идеального представления о предстоящих действиях, от того, насколько образ предстоящих действий совпадает с их реальными условиями» (Коробейников, 1972).

Поэтому задача обучения по выживанию – добиться максимального сближения идеального с реальным. Эффективность же обучения зависит, в первую очередь, от того, насколько прочно будут закреплены сведения, приобретенные на лекциях, беседах и классных занятиях, во время тренировок в натурных условиях (Zeller, 1973; De Lorey, 1974; Water survival standdaun, 1974). При этом тренировки должны проводиться в различных физико-географических условиях, что позволит обучающимся полнее ощутить на себе воздействие различных факторов, присущих той или иной зоне (Staub, 1968; Нега, 1974).

В частности, американские космонавты при подготовке к полетам проходили специальный курс обучения выживанию в пустыне, в джунглях и на спасательных плотах в тропических водах Мексиканского залива (Scientists, engineers seek roles in space, 1964; Персёр и др., 1968; Air Force Times, 1968).

На занятиях в натурных условиях летчик, используя полученные теоретические знания, должен сам решать возникающие задачи, иметь правильное представление о внешней среде, в которой он может оказаться после вынужденного приземления или приводнения, о характере влияния тех или иных факторов (холод, жара, солнечная радиация и т. д.), о степени их опасности и методах защиты (Lessons for all., 1968; Zickes, 1968).

Летчик-испытатель, готовясь к полету на новом самолете, заранее, на земле, детально проигрывает возможные варианты аварийной ситуации, чтобы здесь, в спокойной обстановке, отыскать оптимальное решение. Это гарантирует его от растерянности при отказе техники в воздухе и в условиях жесткого лимита времени, позволит применить готовое решение для устранения опасности. Точно так же летчик, космонавт, отработав в процессе занятий по выживанию определенные схемы и решения, может с успехом применять их, оказавшись в условиях автономного существования.

Таким образом, в результате практического и теоретического изучения вопросов жизнеобеспечения летчик, космонавт должны получить необходимые знания и навыки поведения в условиях автономного существования. Но это лишь одна сторона задачи. Другая, и притом не менее важная, – психологически подготовить летчиков и космонавтов к преодолению возможных аварийных ситуаций, повысить их эмоционально-волевую устойчивость, научить умению принимать немедленно реальность сложившейся ситуации и действовать в соответствии с ней (Le May, 1953; Tucker, 1966; Ritz, 1972).

Обучение должно быть максимально приближено к реальным условиям выживания. Обучающимся должны предъявляться в полном объеме те раздражители и сверхраздражители, с которыми они могут столкнуться в действительности (Bosee, 1968). Совершенно очевидно, что морально-политическая и психологическая подготовка летного состава будет играть главенствующую роль в процессе выживания. Без такой повседневной, целенаправленной подготовки трудно ожидать успеха, ибо, как сказал Маршал Советского Союза А. А. Гречко: «Человек, не имеющий глубоких идейных убеждений, твердой воли, не способен противостоять трудностям и решительно преодолевать их; в минуты неудач и опасности он склонен падать духом и поддаваться паническим настроениям» (Гречко, 1974).

Важную роль при автономном существовании в безлюдной местности играет внешняя среда, ее физико-географические условия. Активно воздействуя на организм человека, она увеличивает или сокращает сроки автономного существования, способствует или препятствует успеху выживания. Факторы внешней среды, влияющие на человека, весьма разнообразны и многочисленны. Это – ветер и солнечная радиация, высокие и низкие температуры и т. д.

Арктика и тропики, горы и пустыни, тайга и океан – каждая из этих природных зон характеризуется своими особенностями климата, рельефа, растительного и животного мира. Эти особенности и обусловливают специфику выживания человека, оказавшегося в той или иной зоне: режим поведения, способы добывания воды и пищи, строительство убежищ, характер заболеваний и меры их предупреждения, передвижение по местности и т. д.

Летчикам и космонавтам, вынужденно приземлившимся в безлюдной местности или приводнившимся в океане, придется решать самые различные вопросы, однако степень важности каждого из них будет определяться географическим расположением района.

Например, в пустыне ведущими будут действия по защите от тепловых поражений и добыванию воды, в Арктике на первое место выступит борьба с холодом, в джунглях усилия экипажа должны быть в первую очередь направлены на предупреждение тропических заболеваний и т. д.

Опыт подсказывает, что люди способны переносить самые суровые природные условия в течение длительного времени. Однако человек, непривычный к этим условиям, попадающий в них впервые, случайно, в результате сложившихся обстоятельств (авария самолета, гибель корабля и т. п.), оказывается в значительно меньшей степени приспособленным к жизни в незнакомой среде, чем ее постоянные обитатели.

Закладка:

Поэтому чем жестче условия внешней среды, тем короче оказываются сроки автономного существования, тем большего напряжения требует борьба с природой, тем строже должны выполняться правила поведения, тем дороже цена, которой оплачивается каждая ошибка.

Аварийное снаряжение. Аварийное снаряжение является тем самым оружием, которое конструкторы вкладывают в руки терпящего бедствие для борьбы со стихией. Хорошее, разнообразное снаряжение не только облегчает действия летчика, космонавта в условиях автономного существования, но и стимулирует их стремление к преодолению трудностей (Burn, 1963; Tiep, 1969; Martimez, 1968).

Поскольку укладки носимых аварийных запасов или НАЗов из-за недостатка места вмещают крайне ограниченный перечень предметов, очень необходимых в условиях автономного существования, в конструировании аварийного снаряжения наметилось три пути.

Первый – совершенствование конструкции различных предметов НАЗа с использованием более прочных, легких материалов, простых и надежных схем и, за счет использования освободившегося места, доукомплектования НАЗов дополнительными предметами снаряжения.

Второй путь – разработка, помимо НАЗа, нового оригинального аварийного снаряжения. Примером такого рода может служить создание учеными Канзасского университета США специальной пластмассовой смолы, которая пропитывает ткань парашютного купола и во время снижения армирует его, превращая в готовое укрытие площадью 18,4 м2. Таким образом, летчик, приземлившись, сразу же получает в свое распоряжение «кров над головой». А чтобы укрытие не сорвало ветром, к парашюту придаются специальные растяжки (Parachute turns..., 1973).

Разрабатываются отделяемые кабины, которые могут служить и плавательным средством и укрытием после приземления (Puma, 1973). Создаются плоты, обладающие радиолокационной контрастностью. Специальные пленки, которыми покрывается ткань плота, хорошо отражают лучи локаторов, что обеспечивает быстрое обнаружение спасательного плота и, следовательно, надежность поиска (Lightweight..., 1973).

И, наконец, третье направление – создание совершенных портативных радиопередатчиков и радиомаяков, которые позволили бы обнаружить поданные ими сигналы из любой точки земного шара. По мнению сторонников этого направления (Берри, 1975 и др.), аварийные радиостанции и радиомаяки должны со временем заменить все остальные элементы НАЗа.

В подтверждение правильности этой точки зрения ссылаются на возможность использования уже в ближайшем будущем искусственных спутников Земли для приема сигналов аварийных радиостанций, определения места аварии и передачи соответствующих координат поисково-спасательной службе.

Один из таких проектов поисковой системы самонаведения GRAN (Global Rescue Alert), разрабатываемый в США, предусматривает постоянное слежение за аварийными сигналами в эфире. Испытания, проведенные с искусственными спутниками Земли LES-6, ATS-3, Nimbus, показали, что подобная система, не ограниченная никакими расстояниями, может определить место аварии с точностью от 2,5 км2 – в дневное время и до 7,8 км2 – в ночное (Safety and Surv. equipment, 1971). Для подачи аварийных радиосигналов сконструирована специальная коммуникационная приставка с кнопочным включением, которой можно пользоваться даже при травмах кисти (Heath, 1974).

Однако столь крайняя точка зрения, видимо, ошибочна, ибо, как уже указывалось выше, в ряде случаев решить проблему выживания с помощью одних только средств связи невозможно.

Как бы ни был хорошо подготовлен летчик, космонавт по вопросам выживания, каким бы совершенным ни было его снаряжение, время, в течение которого организм может противостоять воздействию высоких или низких температур, переносить недостаток воды и пищи, зависит от изменений физиологических функций, от быстроты их возникновения, от глубины нарушений и обратимости процессов. Возможности человеческого организма, как и всего живого, ограниченны и находятся в весьма узких пределах. Каковы эти пределы? Где находится тот порог, за которым изменения функций органов и систем становятся необратимыми? Каким лимитом времени могут располагать выживающие, оказавшись в тех или иных экстремальных условиях внешней среды?

Эти данные нужны не только экипажу летательного аппарата, вынужденно приводнившегося в океане или приземлившегося в безлюдной местности, они нужны и поисково-спасательной службе, которая должна располагать ими, чтобы поиск и оказание помощи потерпевшим не вышел из пределов своевременности.

Основой настоящей книги послужили материалы исследований по проблеме выживания, выполненные автором в натурных условиях различных физико-географических зон земного шара: на дрейфующих станциях Северный полюс-2 и Северный полюс-3, в Центральном Полярном бассейне, в Кольском Заполярье, в Тропической зоне Индийского, Атлантического и Тихого океанов, в пустынях Каракумы и Кызылкум, в лесисто-болотистой местности и тропических лесах Юго-Восточной Азии.

Автор попытался по мере возможности обобщить научный и практический опыт по проблеме выживания, накопленный авиацией и космонавтикой за последние десятилетия, изложить современные взгляды не только на отдельные вопросы проблемы, но и физиологическую, гигиеническую сущность процессов, происходящих в организме человека под влиянием воздействия различных неблагоприятных факторов внешней среды.

Особое место в книге занимают практические рекомендации, знакомящие читателя с основами поведения человека в условиях безлюдной местности и «автономного» плавания в океане.

Действия экипажа летательного аппарата после вынужденного приземления

Нередко после вынужденной посадки летательного аппарата возникает угроза пожара, взрыва баков с горючим. По этой причине время, которым располагает экипаж для того, чтобы покинуть летательный аппарат, эвакуировать раненых, вынести аварийное снаряжение и удалиться на безопасное расстояние, порой оказывается крайне ограниченным. От действий экипажа в первые минуты после посадки, их организованности, четкости, быстроты во многом зависит исход последующего автономного существования.

Как только минует непосредственная угроза жизни, первое, что должен предпринять экипаж, – оказать медицинскую помощь раненым: остановить кровотечение, сделать перевязки и т. д.; а затем всех пострадавших укрыть от ветра и холода, создать им, по возможности, максимально удобные условия. Эти мероприятия особенно важны в зимнее время, чтобы не допустить переохлаждения, которому особенно подвержены люди после травмы и большой кровопотери.

Затем, в зависимости от физико-географического положения района приземления, проводят только самые неотложные мероприятия: возводят снежное укрытие (в Арктике), устанавливают солнцезащитный тент (в пустыне) и т. п.

Однако с принятием дальнейших решений не следует торопиться. Огромная эмоциональная нагрузка, возникшая во время аварии, крайнее нервное напряжение, в котором проходят все спасательные мероприятия, не могут не сказаться на психическом состоянии членов экипажа. Оно может привести либо к перевозбуждению нервной системы, и тогда принимаемые решения окажутся необдуманными, поспешными, без должной оценки создавшейся ситуации, либо к заторможенности, подавленности, растерянности, безучастности к происходящему и практической неспособности принимать какие-либо разумные решения.

Как мы уже указывали выше, состояние это, как правило, проходит через некоторый промежуток времени, и к человеку вновь возвращается способность здраво рассуждать, трезво разбираться в происходящем.

Для принятия правильного решения, прежде всего, необходимо оценить создавшуюся ситуацию, возможности, которыми располагает экипаж. Здесь необходимо учесть каждый элемент, определяющий деятельность в условиях выживания: примерную удаленность места аварии от ближайших населенных пунктов, физико-географические особенности района приземления (время года, температура воздуха, растительность, рельеф, близость водного рубежа и т. п.) и возможность использования их в интересах выживания, физическое и психическое состояние членов экипажа, имеющееся аварийное снаряжение, величину запасов воды и продовольствия. Большую помощь могут оказать знание членами экипажа тех или иных вопросов выживания, умение ориентироваться, определять съедобность дикорастущих растений, строить убежища, ловить рыбу или охотиться.

Какой тактики лучше придерживаться, оказавшись после вынужденного приземления в безлюдной местности? Отправиться немедленно в путь, навстречу помощи, или ожидать ее на месте?

Многочисленные памятки, инструкции, пособия, статьи по проблеме выживания единогласно рекомендуют экипажу, потерпевшему аварию, оставаться на месте приземления до прихода помощи. Эта рекомендация опирается на огромный опыт, приобретенный авиацией за многие десятилетия своего существования. В чем же преимущество подобной тактики?

Закладка:

Какой тактики лучше придерживаться, оказавшись после вынужденного приземления в безлюдной местности? Отправиться немедленно в путь, навстречу помощи, или ожидать ее на месте?

Многочисленные памятки, инструкции, пособия, статьи по проблеме выживания единогласно рекомендуют экипажу, потерпевшему аварию, оставаться на месте приземления до прихода помощи. Эта рекомендация опирается на огромный опыт, приобретенный авиацией за многие десятилетия своего существования. В чем же преимущество подобной тактики?

В первую очередь, оставаясь на месте, экипаж сумеет в течение длительного времени сберечь силы, что особенно важно при наличии раненых. Во-вторых, в стационарных условиях можно выстроить удобные укрытия, а при вынужденной посадке использовать в качестве временного жилища фюзеляж самолета, если он не сильно поврежден, или кабину спускаемого аппарата космического корабля. Находясь в лагере на месте приземления, легче организовать охоту, рыбную ловлю, сбор дикорастущих съедобных растений. И, наконец, место приземления или падения летательного аппарата всегда легче обнаружить с воздуха, а это значительно упростит и ускорит работу поисково-спасательной службы (Search and rescue, 1950; Пынеев, 1957; Кайсор, 1958; Evans et al., 1963; Kelley, 1975).

Приняв решение и разработав план действий, можно приступать к его осуществлению. План должен быть составлен с учетом всех сторон жизнедеятельности в условиях автономного существования, включая действия, помогающие проведению поисково-спасательной операции. Планом должны предусматриваться: 1. Организация временного лагеря (выбор подходящего места для лагеря, учитывая положительные и отрицательные особенности рельефа, близость водоисточников и заболоченных участков, густоту растительности и т. п.; определение мест для строительства убежища, приготовления пищи, хранения продуктов запасов и снаряжения, размещения отхожего места и мусорной свалки; выбор строительного материала, заготовка его и строительство временных убежищ; разведение костра и заготовка топлива); 2. Определение обязанностей каждого члена экипажа (по добыванию пищи с помощью охоты, рыбной ловли, сбора дикорастущих съедобных растений и приготовлению пищи; по оказанию медицинской помощи; по изготовлению лагерного и походного снаряжения, ремонту одежды и обуви); 3. Проведение ориентирования на местности и определение своего местонахождения; 4. Обеспечение сигнализации и связи (подготовка радиосредств, эксплуатация, уход за ними и ремонт; ведение радиосвязи с самолетом или поисково-спасательными группами; наблюдение за воздухом для своевременного оповещения; подготовка пиротехнических и других сигнальных средств к немедленному использованию; подготовка сигнальных костров и обеспечение их топливом); 5. Определение обязанностей дежурного и очередности дежурств по лагерю; 6. Создание постоянной занятости всех членов экипажа и пассажиров; 7. Проведение общественно-политических мероприятий (бесед, занятий и т. п.), направленных на поддержание морального духа выживающих.

Как уже отмечалось, физико-географические особенности района вынужденного приземления будут накладывать отпечаток на все формы деятельности по выживанию. Однако целый ряд положений и рекомендаций являются общими для любой зоны, в какой бы ни оказались летчики или космонавты после вынужденного приземления (приводнения).

Ориентирование

Вне зависимости от того, где совершил посадку летательный аппарат: на суше или в океане, в джунглях или в пустыне; решил ли экипаж оставаться на месте или отправиться в путь, он должен сориентироваться, определить свое местонахождение. В пути эти данные нужны экипажу, чтобы избрать верное направление, проложить наиболее короткий, легкий и безопасный маршрут; знание координат необходимо для принятия дальнейших решений, а при установлении связи, передачи их по радио – для поисково-спасательной службы и уточнения района поиска.

Сведения о маршруте, продолжительности полета и времени посадки или покидания самолета в воздухе, характерные наземные ориентиры (запоминающаяся конфигурация лесного массива, возвышенности, река, дорога и др.) замеченные незадолго до посадки или во время парашютирования, – все эти данные могут сослужить пользу при определении своего местонахождения.

Однако, прежде чем нанести искомую точку на полетную карту, необходимо сориентироваться по странам света. При наличии компаса это не составляет труда, но при его отсутствии помощником выживающему станут солнце, звезды, растения и т. д.

Направление на север в Северном полушарии определяют, став в полдень спиной к солнцу. Тень, отброшенная телом, словно стрелка, укажет на север. При этом запад окажется по левую руку, а восток – по правую. В Южном полушарии все будет наоборот. Тень ляжет на юг, а запад и восток окажутся, соответственно, справа и слева.

Если положить часы на горизонтальную поверхность и поворачивать их до тех пор, пока часовая стрелка не будет направлена в сторону солнца, а затем через центр циферблата на цифру 1 (13 часов) мысленно провести прямую линию, то биссектриса угла, образованного ею и часовой стрелкой, пройдет с севера на юг. При этом до 12 часов дня юг будет находиться справа от солнца, а после двенадцати – слева.

Сориентироваться в ночное время в Северном полушарии легче всего по Полярной звезде, которая расположена над Северным полюсом. Отыскать ее на ночном небе помогает созвездие Большая Медведица, имеющая характерное очертание гигантского ковша с ручкой. Если через две крайние звезды ковша провести воображаемую прямую, а расстояние между ними отложить на этой линии пять раз, то на конце последнего отрезка будет видна яркая звезда – это и есть Полярная.

В Южном полушарии обычно ориентируются по созвездию Южный Крест – четырем ярким звездам, расположенным в форме креста. Направление на юг определяют по линии, мысленно проведенной через длинную ось Креста. Истинный Южный Крест иногда путают с ложным. Последний имеет большее количество звезд (пять), уступающих звездам истинного яркостью.

Для более точного определения небесного Южного полюса пользуются двумя звездами-указателями, расположенными слева от Южного Креста. Соединив их воображаемой линией, через ее середину проводят перпендикуляр, который продолжают до пересечения с линией А. Точка пересечения находится практически над самым Южным полюсом.

В лесной чаще ориентированию по странам света помогают различные природные признаки. Так, например, с северной стороны деревья имеют более грубую кору, густо поросшую мхом и лишайниками у подножья; кора березы и сосны на северной стороне темнее, чем на южной, а стволы деревьев, камни или выступы скал гуще покрыты мхом и лишайниками. При оттепелях снег дольше сохраняется на северных склонах возвышенностей. Муравейники обычно защищены с севера стволом дерева, кустом, камнем, их северная сторона более крута (Меньчуков, 1960). Грибы обладают особенностью, которая заключается в том, что они, как подметил замечательный русский писатель С. Т. Аксаков, «родятся на северной стороне дерева..., а на южной стороне, особенно в сухое время, грибов почти не бывает» (Аксаков, 1962).

С южной стороны стволы хвойных деревьев обильнее, чем с северной, выделяют смоляные капли. Все эти признаки более отчетливо выражены на отдельно стоящих деревьях. Южные склоны холмов, как правило, быстрее зарастают травой.

В настоящее время разработано немало простых, доступных методов, с помощью которых можно определить не только страны света, но даже географические координаты без каких-либо специальных навигационных приборов (секстантов и др.).

В основе одного из таких способов вычисления географической долготы лежит определение разницы во времени между наступлением местного полудня и показаниями часов в этот момент (если они поставлены по астрономическому времени аэродрома вылета, долгота которого известна экипажу).

Местный полдень устанавливают при помощи полутораметрового шеста, вертикально воткнутого в землю, что проверяется отвесом. Незадолго до полудня колышками отмечают край тени, отбрасываемой шестом. Тень, перемещаясь, постепенно укорачивается. Момент, когда тень была самой короткой, и есть местный полдень, т. е. прохождение солнца через данный меридиан. Теперь достаточно записать показания часов и произвести расчет. При переводе часов в градусы исходят из того, что 1 час соответствует 15°, 4 мин. – 1°, 4 сек. – 1 мин. долготы. Следует учесть, что, поскольку угловая скорость движения солнца меняется в зависимости от времени года, в расчет необходимо ввести поправку, взятую из таблицы уравнения времени.

Долготу также можно рассчитать по разнице в наступлении местного полудня с гринвичским временем. Если часы поставлены по восточному стандартному времени (время 75 меридиана), для получения гринвичского прибавляют к нему 5 часов и вводят соответствующую поправку, а затем полученный результат переводят в градусы.

Закладка:

Совершенствование пеммикана продолжалось и в последующие годы. К тому времени, когда Ричард Бэрд начал в 1933 г. подготовку ко второй Антарктической экспедиции, пеммикан, изготовленный по рецепту Д. Комана и 3. Губенкоу, представлял из себя весьма сложное блюдо (Бэрд, 1937; Nesbitt et al., 1959). Приводим состав пеммикана Комана и Губенкоу (в %): Чистый олеостерин – 32,66; Порошок из цельного молока – 19,80; Высушенный бекон 48-часового копчения – 17,57; Порошок из обезвоженной бычьей печени – 4,95; Обезвоженная измельченная говядина – 4,95; Обезвоженный концентрат из помидоров и овощей – 4,95; Соевая крупа – 4,95; Толокно овсяное – 2,47; Обезвоженная гороховая мука – 2,47; Бланшированный обезвоженный картофель – 1,48; Бульонные кубики – 0,99; Пивные дрожжи – 0,99; Соленый лук – 0,74; Стручковый перец – 0,37; Лимонный порошок – 0,37; Тминное семя – 0,25; Перец кайенский молотый – 0,025; Перец черный молотый – 0,025.

До настоящего времени не существует единства взглядов на преимущественную роль того или иного компонента питания для аварийных арктических рационов. Например, одни ученые придерживаются мнения, что белок должен составлять лишь незначительную часть рациона (Mitchell, Edman, 1964), другие считают, что недостаток белка неблагоприятно сказывается на самочувствии и работоспособности людей (Rodahl et al., 1962). Третьи полагают, что наиболее выгоден паек, состоящий только из одних углеводов, и люди, использующие его в пищу, гораздо лучше переносят низкие температуры от -2° до -30° (Keeton et al., 1946).

Это мнение разделял английский полярный исследователь Э. Шеклтон (1935), утверждавший, «что сахар является в высшей степени ценным теплообразующим веществом и поэтому его суточная норма была доведена до 200 г».

И все же многие физиологи склоняются к точке зрения Whittingham (1953, 1955), высказывавшегося за сохранение в аварийном рационе в разумном соотношении всех пищевых компонентов: белков, жиров, углеводов. По этому принципу скомплектован английский аварийный рацион, состоящий из 1,36 кг углеводов (4771 ккал) и 0,68 кг белков и жиров (2034 ккал). Этот рацион при добавлении 1,5 л воды в сутки рассчитан на трое суток тяжелой физической работы, например марша на 150 км.

Арктический аварийный трехсуточный рацион немецких ВВС во время второй мировой войны содержал консервированную ветчину, сухари, шоколад, бульонные кубики, сахар и таблетки декстрозы, общей калорийностью 11 450 ккал (Hanson, 1955).

Американский аварийный арктический рацион SA-4 калорийностью 2100 ккал включает хлебные брикеты, желе, брикеты сыра, мармелад, шоколад и сухие сливки. Испытания комбинированного (жиро-белкового) арктического рациона, проведенные специалистами Американской Арктической лаборатории авиационной медицины, позволили сделать заключение, что подобный аварийный паек с энергетической ценностью 8160 ккал обеспечивает хорошую работоспособность и физическую выносливость при выполнении десятисуточного марша на 160 км (Rodahl et al., 1962; Rodahl, 1956).

Успешными оказались результаты исследований в натурных условиях Кольского Заполярья аварийного опытного рациона с повышенным содержанием жиров. Испытуемые, питавшиеся в течение 7 суток перехода опытным рационом, потеряли в весе 1,2-2,9 кг, в то время как лица, использовавшие штатный аварийный рацион, потеряли в весе 1,9-3,5 кг. При этом у обеих групп участников эксперимента не отмечалось нарушений жирового и углеводного обмена (Удалов, 1961, 1964).

В условиях низких температур, как было установлено, потребность организма в витаминах, и, в первую очередь, аскорбиновой кислоте, значительно возрастает (Каган, Кузменко, 1932; Данишевский, 1955; Ефремов, 1956). В связи с этим оказалось необходимым пересмотреть и увеличить общепринятые суточные нормы витамина C для условий Крайнего Севера до 100-125 и даже до 150 мг (Шворин, 1953; Немец, Лизарский, 1957). Профессор В. В. Ефремов (1963) предложил увеличить не только норму аскорбиновой кислоты, но и остальных витаминов: A – до 2,5-3 мг, каротина – до 5-6 мг, B, – до 5 мг, B2 – до 5 мг, PP – до 30-40 мг, D – до 500-1000 и. е.

Поскольку арктический аварийный рацион рассчитан на относительно кратковременное пребывание человека при низких температурах, вопрос о содержании в нем витаминов, на первый взгляд, не имеет существенного значения. Однако исследования, проведенные нами в Арктике в 1972-1973 гг., когда воздействие низких температур сочеталось с недостаточным (субкалорийным) питанием, показали, что при этих условиях расход витаминов в организме значительно повышается[3].

Об этом свидетельствовало снижение экскреции витаминов. Так, например, содержание аскорбиновой кислоты в суточной моче у испытуемых на пятые сутки эксперимента уменьшалось почти в четыре раза. Отчетливо снизилась экскреция тиамина (с 1050±265 до 600±156 мкг), рибофлавина (с 720±251 до 70±12 мкг), пиродоксамина (с 2770±252 до 840±145 мкг).

Эти процессы протекали еще более интенсивно при большой физической нагрузке. Так, после проведения тридцатишестичасового перехода в тундре при температуре воздуха минус 15-20° содержание аскорбиновой кислоты в моче снизилось более чем в два раза.

Полученные данные свидетельствовали о значительном усилении окислительно-восстановительных процессов под влиянием указанных факторов внешней среды.

Таким образом, сочетание низких температур, субкалорийного питания и физической нагрузки оказывается достаточным, чтобы даже при кратковременном воздействии вызвать дефицит витамина C в организме человека. Следовательно, при создании арктических аварийных рационов необходимо учитывать это обстоятельство, включая в их состав витаминный комплекс. При этом можно исходить из суточных норм, предложенных профессором В. В. Ефремовым для Крайнего Севера.

Как бы ни был совершенен и калориен аварийный пищевой рацион, рано или поздно возникнет вопрос – можно ли пополнить запас продовольствия из «кладовой Арктики?» Выдающийся полярный исследователь В. Стефанссон утверждал, что, «поскольку тюлени и белые медведи водятся в Арктике повсеместно и их надо только найти», проблема питания решается весьма просто (Стефанссон, 1948; Stefansson, 1921). Действительно, арктические животные встречаются в самых отдаленных районах Центрального Полярного бассейна. Зимовщики дрейфующей станции Северный полюс-1 видели белых медведей и нерп на 88° с. ш. (Папанин, 1938; Кренкель, 1940; «Станция Северный полюс», 1938). Не раз появлялись медведи и даже песцы в районе Полюса относительной недоступности (Яковлев, 1957; Толстиков, 1957). Во время дрейфа станции Северный полюс-З, когда она находилась на 89° с. ш., белые медведи напали на научную группу, производившую промеры океана (Волович, 1957; Яцун, 1957).

Не раз сотрудники дрейфующих станций видели в разводьях тюленей.

Однако оптимизм Стефанссона не разделяют большинство знатоков полярного мира. «Судя по нашему опыту, Стефанссон не прав в своих заключениях, – писал известный норвежский ученый X. Свердруп (1930). – Экспедиция, которая пожелала бы отправиться на север от Сибири, надеясь одной охотой добывать там пропитание, пошла бы навстречу верной гибели». Не менее категоричен в своей оценке рекомендаций Стефанссона Руал Амундсен, опыту и знаниям которого почти не было равных. И дело не только в бедности арктической фауны, но и в том, что при охоте на морского зверя даже опытным охотникам требуется порой масса терпения и сноровки, чтобы заполучить желанную добычу (Расмуссен, 1958). «Летом, когда полярные моря кишат зверем, – указывал известный советский полярник Г. Я Ушаков (1953), – добыча дается здесь нелегко. Охота требует от человека много упорства, здоровья, тренировки, выносливости, наблюдательности и настоящего тяжелого труда». Таким образом, в случае вынужденного приземления на дрейфующих льдах имеющийся в НАЗе запас продовольствия следует расходовать с максимальной экономией, учитывая возможное время оказания помощи или выхода на берег острова или материка.

На арктических островах, там, где расположены птичьи базары, экипажу, потерпевшему аварию, не придется страдать от голода. В его распоряжении всегда будет вдоволь птичьего мяса и яиц.

Поскольку гнездовья расположены на карнизах отвесных скал, сбор яиц представляет определенные трудности. В целях безопасности собирать птичьи яйца должны два человека. Один из них, спустившись на гнездовый карниз и придерживаясь за укрепленную сверху веревку, собирает яйца, а другой страхует сборщика, подтягивая или ослабляя веревку по мере необходимости (Успенский, 1958).

Яйца, лежащие на труднодоступных участках, можно доставать с помощью сачка, сделанного из парашютной ткани, укрепленного на палке, длиной 2-3 м. В теплое время года в островной и материковой тундре ставят силки на мелких грызунов – зайцев, леммингов. Особенно успешной бывает охота в летние месяцы, когда гуси, утки во время линьки временно теряют способность летать и сотнями собираются на берегах водоемов, густо поросших осокой (Толмачев, 1932).

Закладка:

Ку-май(Dioscorea persimilis) – ползучее растение, встречающееся в джунглях Юго-Восточной Азии в феврале-апреле. Его блекло-зеленый, с серой полосой посередине ствол, стелящийся по земле, украшен сердцевидной формы листьями, желто-зелеными с наружной стороны и блекло-серыми с внутренней. Клубни ку-май съедобные в жареном или вареном виде.

Дынное дерево– папайя (Carica papaya) встречается в тропических лесах Африки, Юго-Восточной Азии и Южной Америки. Это невысокое дерево, с тонким без ветвей стволом, увенчанным зонтиком из пальчато-рассеченных листьев на длинных черенках. Прямо на стволе висят крупные, похожие на дыню плоды. По мере созревания цвет их меняется от темно-зеленого до оранжевого. Зрелые плоды съедобны в сыром виде. По вкусу также напоминают дыню, но не очень сладкую. Помимо плодов можно использовать в пищу цветы и молодые побеги папайи, которые перед варкой надо в течение 1-2 час. вымочить в воде.

Маниок(Manihot utilissima) – вечнозеленый кустарник с тонким узловатым стволом, 3-7 пальчато-рассеченными листьями и мелкими зеленовато-желтыми цветочками, собранными в метелки. Маниок – одна из самых распространенных тропических культур.

В пищу используются крупные клубневидные корни, весом до 10-15 кг, которые легко обнаружить у основания стебля. В сыром виде клубни очень ядовиты, но зато вкусны и питательны в вареном, жареном и печеном. Для быстрого приготовления клубни бросают на 5 мин. в костер, а затем 8-10 мин. пекут на горячих углях. Чтобы снять обгоревшую шкурку, делают винтообразный надрез по длине клубня, а затем срезают ножом оба конца.

В джунглях Юго-Восточной Азии среди густых тропических зарослей можно заметить тяжелые коричневатые гроздья, свисающие словно виноградные кисти. Это плоды древовидной лианы кей-гам (Gnetum formosum). Плоды – орешки, с твердой скорлупой, поджаренные на костре, напоминают вкусом каштан.

Банан(Musa из семейства Musaceae) – многолетнее травянистое растение, с толстым упругим стволом, образованным из широких (80-90 см) до 4 м длины листьев. Трехгранные, серпообразные плоды банана располагаются в одной кисти, достигающей весом 15 кг и более. Под толстой легко снимающейся шкуркой находится сладкая крахмалистая мякоть.

Дикого сородича банана можно разыскать среди зелени тропического леса по ярко-красным цветам, которые растут вертикально, словно елочные свечи. Плоды дикого банана не съедобны. Зато цветы (внутренняя их часть напоминает по вкусу кукурузу), почки, молодые побеги вполне пригодны в пищу после 30-40-минутного вымачивания в воде.

Бамбук(Bambusa nutans) – древовидный злак с характерным гладким коленчатым стволом и узкими, ланцетовидными листьями. Бамбук широко распространен в джунглях и, порой, образует густые непроходимые заросли высотой до 30 м и более. Часто стволы бамбука располагаются огромными своеобразными «пучками», у основания которых можно отыскать съедобные молодые побеги.

В пищу пригодны ростки длиной не более 20-50 см, напоминающие по внешнему виду початок кукурузы. Плотная многослойная оболочка легко снимается после глубокого кругового разреза, сделанного у основания «початка». Обнажившаяся зеленовато-белая плотная масса съедобна в сыром и вареном виде.

По берегам рек, ручьев, на почве, насыщенной влагой, встречается высокое дерево с гладким коричневым стволом, небольшими темно-зелеными листьями – гуайява (Psidium guaiava). Его грушевидные плоды зеленого или желтого цвета, обладающие приятной на вкус кисло-сладкой мякотью, – настоящий живой поливитамин. В 100 г содержится: A (200 ие.), B (14 мг), B2 (70 мг), C (100-200 мг).

В молодых джунглях, по берегам ручьев и рек издалека обращает на себя внимание дерево с непропорционально тонким стволом, увенчанным раскидистой ярко-зеленой кроной из плотных с характерным удлинением на конце листьев. Это – куэо (ботаническая принадлежность не определена). Его бледно-зеленые, похожие на вытянутую сливу трехгранные плоды с золотистой сочной мякотью необычайно ароматные, имеют приятный кисловато-сладкий вкус.

Монг-нгыа– копыто лошади (Angiopteris cochindunensis), небольшое деревцо, тонкий ствол которого как бы состоит из двух разных частей: нижняя – серая, скользкая, блестящая, на высоте 1-2 м переходит в ярко-зеленую, с черными вертикальными полосами – верхнюю.

Продолговатые заостренные листья окантованы по краям черными полосками. У основания дерева, под землей или прямо на поверхности, лежат 8-10 крупных, 600-700-граммовых, клубней. Их надо вымачивать в течение 6-8 час., а затем 1-2 часа варить.

В молодых джунглях Лаоса и Кампучии, Вьетнама и Малаккского п-ва на сухих, солнечных участках можно встретить тонкоствольную с темно-зелеными, трехпалыми листьями лиану дай-хай (Hadsoenia macrocarfa). Ее 500-700-граммовые, шаровидные, коричневато-зеленые плоды содержат до 62% жира. Их можно есть в вареном и жареном виде, а крупные бобовидные зерна, поджаренные на огне, напоминают по вкусу арахис.

Собранные растения можно сварить в импровизированной кастрюле из колена бамбука диаметром 80-100 мм. Для этого в верхнем открытом конце прорезают два сквозных отверстия, а затем в бамбук вставляют лист банана, свернутый так, чтобы блестящая сторона была снаружи. Очищенные клубни или плоды мелко нарезают и, положив в «кастрюлю» заливают водой. Заткнув колено пробкой из листьев, его помещают над огнем, а чтобы древесина не прогорела, поворачивают по часовой стрелке. Через 20-30 мин. пища готова. В этой же «кастрюле» можно вскипятить воду, только при этом пробка не нужна.

Некоторые вопросы теплообмена организма в тропиках

Высокая температура в сочетании с высокой влажностью воздуха в тропиках ставят организм человека в крайне неблагоприятные условия теплообмена. Известно, что при давлении водяных паров около 35 мм рт. ст. теплоотдача испарением практически прекращается, а при 42 мм невозможна ни при каких условиях (Guilment, Carton, 1936).

Таким образом, поскольку при высокой температуре окружающей среды теплоотдача конвекцией и радиацией невозможна, насыщенный влагой воздух закрывает последний путь, с помощью которого организм еще мог избавляться от избыточного тепла (Витте, 1956; Смирнов, 1961; Иосельсон, 1963; Winslow et al., 1937). Это состояние может наступить при температуре 30-31°, если влажность воздуха достигла 85% (Кассирский, 1964). При температуре 45° теплоотдача полностью прекращается уже при влажности 67% (Guilment, Charton, 1936; Douglas, 1950; Brebner et al., 1956). Тяжесть субъективных ощущений зависит от напряженности потовыделительного аппарата. При условии, когда работают 75% потовых желез, ощущения оцениваются как «жарко», а при включении в работу всех желез – как «очень жарко» (Winslow, Herrington, 1949).

Интенсивное потоотделение при тепловой нагрузке ведет к обеднению организма жидкостью. Это отрицательно сказывается на функциональной деятельности сердечно-сосудистой системы (Дмитриев, 1959), влияет на сократительную способность мышц и развитие мышечного утомления вследствие изменения физических свойств коллоидов и последующей их деструкции (Хвойницкая, 1959; Садыков, 1961).

Для сохранения положительного водного баланса и обеспечения терморегуляции человек в условиях тропиков должен постоянно восполнять потерянную жидкость. При этом важное значение имеет не только абсолютное количество жидкости и питьевой режим, но и ее температура. Чем ниже она, тем длительней время, в течение которого человек может находиться в жаркой среде (Veghte, Webb, 1961).

J. Gold (1960), изучая теплообмен человека в термокамере при температурах 54,4-71°, установил, что питье воды, охлажденной до 1-2°, увеличивало время пребывания испытуемых в камере на 50-100%. Исходя из этих положений, многие исследователи считают крайне полезным в условиях жаркого климата использовать воду с температурой 7-15° (Бобров, Матузов, 1962; Mac Pherson, 1960; Goldmen et al., 1965). Наибольший эффект, по мнению Е. Ф. Розановой (1954), достигается при охлаждении воды до 10°.

Помимо охлаждающего действия питьевая вода увеличивает потоотделение. Правда, по некоторым данным, температура ее в пределах 25-70° не оказывает существенного влияния на уровень потоотделения (Франк, 1940; Венчиков, 1952). Н. П. Зверева (1949) установила, что интенсивность потоотделения при питье воды, нагретой до 42°, значительно выше, чем при использовании воды с температурой 17°. Однако И. Н. Журавлев (1949) указывает, что чем выше температура воды, тем больше ее нужно для утоления жажды.

Какие бы рекомендации по нормированию питьевого режима, дозировке воды и ее температуре ни давались, в любом случае количество принимаемой жидкости должно полностью компенсировать водопотери, вызванные потоотделением (Lehman, 1939).

Вместе с тем установить величину истинной потребности организма в жидкости не всегда представляется возможным с необходимой точностью. Обычно считают, что питье до полного утоления жажды и есть этот необходимый предел. Однако эта точка зрения является, по меньшей мере, ошибочной. Исследования показали, что в условиях высокой температуры у человека, пьющего воду по мере возникновения жажды, постепенно развивается дегидратация от 2 до 5%. Например, солдаты в пустыне возмещали питьем «по потребности» лишь 34-50% истинных водопотерь (Adolf et al., 1947). Таким образом, жажда оказывается весьма неточным индикатором водно-солевого состояния организма.

Закладка:

Во второй серии экспериментов испытуемые размещались под тентом из белого капрона. Эта небольшая теневая защита несколько снизила водопотери, составившие 230±15 мл/час.

В третьей серии испытуемые, находившиеся на солнцепеке, были одеты в майки из белого трикотажа с длинными рукавами, смоченные водой. По мере высыхания майки периодически увлажнялись. Взвешивание показало, что использование влажного белья уменьшило водопотери потоотделением до 170±13 мл/час. При этом самочувствие испытуемых и их теплоощущения значительно улучшились (Волович, Усков, 1967). Однако при длительном воздействии высоких температур все применяемые меры снижения водопотерь, хотя и замедлят процесс дегидратации, но не могут его остановить. Многосуточные эксперименты, проведенные на палубе корабля и в спасательных лодках при метеоусловиях, характерных для тропической зоны океана, позволили проследить динамику этого процесса.

Уже за первые сутки эксперимента испытуемые теряли в среднем 2787±453 мл жидкости. Поскольку по условиям эксперимента водопотребление было ограничено до 0,8-1,0 л/сутки, потеря жидкости организмом не компенсировалась, дегидратация, постепенно нарастая, достигла на 5-е сутки 8-8,5% от первоначального веса тела.

Этот процесс сопровождался тепловой олигурией. Уже в 1-е сутки плавания диурез уменьшился почти вдвое. В течение всего времени эксперимента суточная величина диуреза не превышала 405±31,8-627±50 мл.

Наряду с этим было зафиксировано снижение содержания в моче микроэлементов. Так, например, на 5-е сутки эксперимента суточное выведение натрия снизилось по сравнению с 121,32±15,73 (фон) до 15,3±3,4 мэкв, а содержание хлора уменьшилось почти в 12 раз (с 162,8±17,5 до 8,1±2,1 мэкв). Изменения калиуреза были менее выражены, однако концентрация калия в суточной моче все же снизилась с 32,17±3,9 (фон) до 21,8±2,0 мэкв.

В разделе «Некоторые вопросы водно-солевого обмена при высоких температурах» мы уже касались механизма этих процессов. Следует лишь добавить, что фактором, способствовавшим указанным изменениям солевого обмена, был недостаток их в аварийном рационе.

Биохимические исследования крови показали, что уровень содержания натрия в плазме в этом эксперименте был достаточно стабильным, свидетельствуя, что организм не испытывал натриевого «голодания».

Вместе с тем содержание калия в плазме периферической крови снизилось почти вдвое, что говорит о развивающемся калиевом дефиците. Причина этого явления лежит, по-видимому, в отсутствии физиологических компенсаторных механизмов, быстро устраняющих нарушения обмена калия в организме. Даже на 2-е сутки после окончания эксперимента содержание калия в плазме оставалось на низких цифрах.

При самом строгом режиме экономии воды рано или поздно наступает минута, когда запасы ее приходят к концу. Тяжелы страдания от жажды путника, заблудившегося в пустыне, но тысячекратней муки его в океане. Человек видит сверкающую водную гладь, слышит шепот волн, ощущает освежающее прикосновение брызг – и не может утолить жажду.

Правда, хроника морских катастроф знает случаи, когда жертвы кораблекрушений использовали морскую воду для сохранения жизни. 70 суток с лишним утолял жажду океанской водой Пун-Лим, моряк с торпедированного японцами во время второй мировой войны транспорта. Морская вода помогла выжить молодому флотскому врачу П. Ересько, 37 дней находившемуся в шлюпке в Черном море без пресной воды (Ересько, 1945; Ермолович, 1962).

«Если считать со времени отплытия из Монако, – писал Ален Бомбар, – то в течение четырнадцати дней я утолял жажду морской водой».

«Я выпивал не меньше двух кружек морской воды и не испытывал от этого ни малейшего вреда», – отмечал в своем дневнике бесстрашный мореплаватель-одиночка, капитан бальсового плота «Севен систерз» Вильям Виллис (1959).

Казалось бы, что доводы Бомбара, Виллиса и случаи, когда морская вода использовалась людьми, бедствовавшими в океане, достаточно убедительны. Однако противники ее использования не складывали оружие, и первым был либерийский врач Ханнес Линдеман, который в одиночку дважды пересек Атлантический океан (Глязер, 1962). После опубликования рекомендаций Бомбара в печати Линдеман выступил с резким возражением: «С тех пор как существует человечество, всем известно, что пить морскую воду нельзя. Но вот в Европе появилось сообщение об исследовании, утверждающем обратное, при условии, что организм еще не обезвожен. В газетном лесу оно расцвело пышным цветом и получило горячий отклик у дилетантов. Конечно, морскую воду можно пить, можно и яд принимать в соответствующих дозах. Но рекомендовать пить морскую воду потерпевшим кораблекрушение – по меньшей мере преступление» (Lindemann, 1960).

Экспериментальные исследования, выполненные французскими военно-морскими врачами G. Aury в 1954 г. и S. Longe в 1957 г., не внесли ясности в эту проблему. С одной стороны, изменения, обнаруженные у испытуемых-добровольцев, пивших морскую воду небольшими порциями в течение 3-5 дней, оказались незначительными: несколько возрастало содержание в крови натрия, хлора, мочевины, чуть снизился щелочной резерв крови, и количество выделенной мочи значительно превышало выпитую воду.

Но, пожалуй, самым ярким доказательством токсического действия морской воды стал результат работы английских исследователей McCance R. A., Ungly С. С., Grosfill J. W. Z., Widdowson E. M.. (1956). Они тщательно изучили и проанализировали 448 случаев катастроф, постигших британские торговые суда во время второй мировой войны. Значительной части матросов и пассажиров из 27 000 человек, находившихся на борту этих судов, удалось спастись. Многим помощь была оказана сразу же после катастрофы. Но примерно 5 000 человек еще много дней после кораблекрушения носило по волнам в спасательных шлюпках и плотах. И вот оказалось, что из 997 человек, утолявших жажду морской водой, погибло 387 (38,8%). В то же время из 3994 моряков, не употреблявших для питья соленую воду, умерло лишь 133 (3,3%). Если даже принять во внимание, что часть людей погибла по другим причинам, что в первой группе часть людей не пила морской воды, а во второй находились моряки, соблазнившиеся морской водой, все же приведенные цифры были весьма убедительными.

Загадка столь губительного действия морской воды заключена в растворенных в ней солях. В воде морей и океанов растворены соли натрия, кальция, калия, магния и многих других элементов. Иногда их совсем немного, всего 3-4 г/л воды, как, например, в Финском заливе. В Азовском и Черном морях солей несколько больше – 10-18 г/л. В океанах их количество возрастает до 32-35 г/л. Более 40 г соли содержится в каждом литре волы Красного моря.

Одно из поразительных свойств человеческого организма – умение сохранять гомеостаз – постоянство своей внутренней среды. За этим бдительно следят бесчисленные живые датчики – хеморецепторы, барорецепторы, терморецепторы. За концентрацией различных веществ, растворенных в жидких средах организма, – плазме крови, лимфе, межклеточной жидкости – наблюдают свои дозорные – осморецепторы.

Обычно с пищей человек получает примерно 15-25 г соли в день, главным образом хлористого натрия. Этого количества достаточно для удовлетворения его потребностей. Но едва организм получает излишек солей, как осморецепторы немедленно поднимут тревогу и не успокаиваются до тех пор, пока утраченное равновесие не будет восстановлено. Избыточные соли выводятся через почки, на которых лежит обязанность обеспечивать осмотический гомеостаз. По данным В. С. С. Леделла (Ladell, 1965), прием 500,0 мл 3-4%-ного раствора соли увеличивает мочеотделение с 0,36 до 1,56 мл/мин, т. е. почти в 5 раз. Известно, что концентрационная способность почек не превышает 2% (Данилов, 1956; Кравчинский, 1963; Гинецинский, 1964; и др.). Стало быть, на выведение из организма каждого лишнего грамма соли потребуется не менее 50 мл воды. Если выпить 100 мл океанской воды, содержащей хотя бы 3 г солей, то для их удаления потребуется 150 мл. Значит, организму придется истратить из своих внутренних резервов дополнительно 50 мл воды. И это при развивающемся обезвоживании, когда каждый грамм жидкости на вес золота. Некоторые физиологи высказывали мнение, что некоторая часть выпитой морской воды, примерно 15-20%, все же остается в организме (Gamble, 1944; Ladell, 1965; и др.). Но, даже согласившись с ними, нетрудно подсчитать, что для удовлетворения минимальных потребностей человека в жидкости придется выпивать ежедневно 8-10 л горько-соленой океанской влаги.

Возможно ли это? Ведь порция всего в 300-500 мл вызывает раздражение слизистой желудка и кишечника (Schafer, 1950; и др.). Однако главная опасность не в этом.

Максимальная теоретическая работоспособность почек соответствует 5760 кал/сутки. На выведение солей, растворенных в 1 л океанской воды, необходимо затратить 970 кал (Margaria, 1957). (К тому же концентрационная способность почек при длительной нагрузке постепенно снижается.) Рано или поздно почки перестанут справляться с непосильной нагрузкой, и концентрация солей в крови и тканях начнет стремительно нарастать. Поражаются почки, желудок, кишечник. Но особенно уязвима к действию солей центральная нервная система (Hervey, 1955). Поэтому среди жертв кораблекрушения, не выдержавших соблазна утолить жажду океанской водой, так часто наблюдались психические расстройства, сопровождавшиеся попытками к самоубийству.

Закладка:

Буйницкий В.812 дней в дрейфующих льдах. – М.-Л., Изд-во Главсевморпути, 1945.

Булатов Р. П.Исследования циркуляции и переноса вод Атлантического океана. – Океанологические исследования, №22. – М., «Наука», 1971.

Бунге А. А.Шпицбергенская экспедиция по градусному измерению в санитарном и гигиеническом отношении. – Мед. прибавление к «Морскому сборнику», 1901, №9, 137.

Бурке А.Морские льды. – М.-Л., Изд-во Главсевморпути, 1940.

Бурков В. А.Циркуляция вод. В кн.: Тихий океан, 2. Гидрология Тихого океана. – М., «Наука», 1968.

Бурханов В. Ф.Новые советские исследования в Арктике. – М., Географгиз, 1955.

Бутце Г.В сумраке тропического леса. – М., Географгиз, 1956.

Бычков В. П., Ушаков А. С., Кондратьев Ю. И., Касаткина А. Г.Аварийный запас из сухих продуктов в полимерной упаковке. – Военно-медицинский журнал, 1963, №10, 70-73.

Бейтс Г.Натуралист на реке Амазонке. – М., Географгиз, 1964.

Бэрд Р.Завоевание Антарктики по воздуху. – М., Изд-во «Молодая гвардия», 1931.

Бэрд Р.Над Южным полюсом. – Л., Изд-во Главсевморпути, 1935.

Бэрд Р. Э.Снова в Антарктике. – Л., Изд-во Главсевморпути, 1937.

Бюттнер К.Стороны биоклиматической классификации, относящейся к людям. В кн.: Биометеорология. – Л., Гидрометеоиздат, 1965, 91.

Вайдья С.Острова, залитые солнцем. – М., «Наука», 1968.

Валигура Я. С.Укусы ядовитых змей, их лечение и осложнения. – Хирургия, 1961, №4, 122.

Вальцева И. А.Змеиный укус, проблема лечения. – Наука и жизнь, 1965, №7, 100.

Вальцева И. А.Патофизиологические особенности действия ядов змей, обитающих на территории СССР и некоторые вопросы экспериментальной терапии. – М., 1969.

Вебе X.Животный мир Гренландии. В сб.: Гренландия. – М., ИЛ, 1953, 161.

Ведерников В. А.2068 километров на дрейфующей льдине по океану (На полюсе относительной недоступности). В сб.: На ледяном острове. – М., Географгиз, 1962, 137.

Венчиков А. И.Проблема борьбы с перегреванием организма в условиях Туркменской ССР. В кн.: Вопросы организации санитарно-противоэпидеми ческого обеспечения строительства Главного Туркменского канала. – М., 1952, 25.

Венчиков А. И.К проблеме повышения устойчивости животного организма к перегреванию. – Труды I сессии АН Туркм. ССР. Ашхабад, 1952, 136.

Верзилин И.Путешествие с домашними растениями. – М., Географгиз, 1954.

Визе В. Ю.Владивосток – Мурманск на «Литке». – Л., Изд-во Главсевморпути, 1936.

Визе В. Ю.Северный морской путь. – Л., Изд-во Главсевморпути, 1940а.

Визе В. Ю.Климат морей Советской Арктики. – М., Изд-во Главсевморпути, 1940б.

Визе В. Ю.На «Сибирякове» и «Литке» через ледовитые моря. – М., Изд-во Главсевморпути, 1946а.

Визе В. Ю., Горбацкий Г. В., Горбунов Г. П. и др.Советская Арктика. – Л., Изд-во Главсевморпути, 1946б.

Визе В. Ю.Моря Советской Арктики. – Л., Изд-во Главсевморпути, 1948.

Виллис В.На плоту через океан. – М., Детгиз, 1959.

Виноградов О. Н.Морфометрия ледниковых покровов Земли Франца-Иосифа. В сб.: Материалы гляциологических исследований. – М., 1963.

Витвицкий Г. Я.Климат Северной Америки. – М., Географгиз, 1953.

Витте Н. К.Тепловой обмен человека и его гигиеническое значение. – М., Медгиз, 1956.

Вишневская С. С.Влияние на высшую нервную деятельность человека теплого и влажного микроклимата при выполнении легкой физической работы. В кн.: Опыт изучения регуляции физиологических функций в естественных условиях существования организмов. – М., 1961, 186.

Владимиров Г. Е.В кн.: Труды экспедиции ВМА им. Кирова по разработке профилактических мероприятий в частях Туркестанского военного округа в условиях жаркого времени. – Л., 1950.

Владимиров Г. Е., Гейман Е. Я. Водно-солевой и питьевой режим в условиях жаркого климата. – М., Медгиз, 1952.

Внимание! Морская оса! «Труд», 1968, 19 апреля.

Водопьянов М. В.К сердцу Арктики. – М., Изд-во Главсевморпути, 1939.

Водопьянов М. В.Пути отважных. – М., Географгиз, 1958.

Водопьянов М. В.На крыльях в Арктику. – М., Географгиз, 1955.

Вожжова А. И.Новые экспериментальные данные по профилактике и терапии морской болезни. – Военно-медицинский журнал, 1948, №6, 18.

Вожжова А. И., Окунев Р. А.Укачивание и борьба с ним. – М., «Медицина», 1964.

Войтов В., Пономарева Л.В стороне от морских дорог. – М., Географгиз, 1962.

Волков Н. А.На льдине через океан. В кн.: Через океан на дрейфующих льдах. – М., Географгиз, 1957, 312.

Воловин В. Г.Год на полюсе. – М., «Советский писатель», 1957, 247.

Волович В. Г.Влияние быстрой смены климато-географических условий на некоторые физиологические функции организма. – Военно-медицинский журнал, 1961а, №9, 84.

Волович В. Г.Прыжок на Северный полюс. – Спортивная жизнь России. 1961б, №11, 23.

Волович В. Г.Носимый аварийный запас космонавта. В кн.: Первые космические полеты человека. – М., Изд-во АН СССР, 1961в, 55.

Волович В. Г.К вопросу об адаптации человека к жаркому, влажному климату. Материалы симпозиума по вопросам медицины, посвящ. десятилетнему юбилею советских исследований в Антарктиде. – М., 1966, 12.

Волович В.Г. 30 меридиан. – М., «Молодая гвардия», 1967.

Волович В. Г.Некоторые вопросы профилактики и лечения заболеваний в странах с жарким, влажным климатом. – Военно-медицинский журнал, 1968, №8, 24.

Волович В. Г.На шлюпке в океане. – Вокруг света, 1969а, №11, 2.

Волович В. Г.Плюс 46 в тени. – Вокруг света, 1969б, №1, 2.

Волович В. Г.Шаги к звездам. – М., «Молодая гвардия», 1972, 213.

Волович В. Г.Некоторые медицинские вопросы спасения экипажей летательных аппаратов после их вынужденного приземления (приводнения) в безлюдной местности. Тезисы XIX Международного астронавт. конгресса в Баку. 1973а, ВИНИТИ, 429.

Волович В. Г.Испытано на себе. – Авиация и космонавтика, 1973б, №12, 38.

Волович В. Г.Внимание акулы! – Наука и жизнь, 1974а, №2, 88.

Волович В. Г.Глоток воды. – Наука и жизнь, 1974б, №9, 66.

Волович В. Г.Проверено на себе. – Наука и жизнь, 1974в, №12, 70.

Волович В. Г., Туманов М. П.Спасение экипажей летательных аппаратов после их вынужденного приземления и приводнения. – Космическая биология и медицина, 1971, №5, 3.

Волович В. Г., Усков В. Н.Некоторые вопросы водообмена у человека в условиях тропической зоны океана. – Военно-медицинский журнал, 1967, №6.

Вольногорский К. П.Растения – друзья человека (пальмы). – СПб., Изд-во Вольф, 1912.

Воробьев В. И.Карское море. – М., Изд-во Главсевморпути, 1940.

Воронов А. Г.Географические предпосылки распространения болезней. – М., Медгиз, 1964.

Воскресенский Ф. В.Влияние высокой температуры на белковые функции крови. В кн.: Влияние высокой температуры на животный организм и организм человека. – М.-Л., 1934, 205.

Вот это зубы! «Труд», 1969, 23 марта.

Воячек В. И.О происхождении морской болезни. В кн.: Военная отоларингология. – Л., Медгиз, 1946, 121.

Воячек В. И., Хилое К. Л.К попытке экспериментального изучения профилактики морской болезни. – Физиологический журнал СССР, 1934, 17, 416.

Врангель Ф. П.Путешествие по северным берегам Сибири и по Ледовитому морю. – М., Изд-во Главсевморпути, 1948.

Габриель А.География Сахары. В кн.: Сахара. – М., «Наука», 1971, 6.

Галанин Н. Ф., Глибин В. Ф.Проверка различных суточных режимов питания войск в жаркое время года. Труды экспедиции ВМА им. Кирова. – Л., 1950.

Гапочко К. Г., Гарин И. С., Лебединский В. А.Клиника и эпидемиология некоторых малоизвестных инфекций. – М., Медгиз, 1957.

Гартвиг.Природа и человек на Крайнем Севере. – М., Изд-во А. И. Глазунова, 1863.

Гаскар П.Путешествие к живым. – М., «Восточная литература», 1960.

Гельвальд Ф.В области вечного льда (история путешествий к Северному полюсу с древнейших времен до настоящего). – СПб., 1881.

Геппи Н.В стране Вай-Вай. – М., Географгиз, 1961.

Георгиевская Е. Ф., Дервиз Г. В., Завалишина О. Ф., Замычкина К. С.Влияние пребывания человека в условиях высокой температуры на химический состав крови, пота и мочи. В кн.: Влияние высокой температуры на животный организм и организм человека. – М., 1934, 234.

Гец Л.Водно-солевой обмен при термической дегидратации. – Гигиена труда и профессиональные заболевания, 1963, №1, 36.

Закладка:

Dill D. В., Hall F. G., Edwards H. T.Changes in composition of sweat during acclimatization to heat. – Amer. J. Physiol., 1941, N123, 412.

Dill D. B.Life, heat and altitude. – Cambridge, Harvard Univ. Press, 1938, 40.

Dijkgraaf S.Untersuchungen uber die Funktion des Seitenorgane and Fischen. – Z. vergl. Physiol., 1934, N20, 162-284.

Dijkgraaf S.Electroreception and the ampullae lorenzini in ellasmobranchs. – Nature, 1964, N201, 523.

Dohnoffer S., Vonotzky J.The effect ol environmental temperature of food selection. – Amer. J. Physiol., 1947, 150, N2, 329-333.

Dotterweich H.Bau und Funktion der Lorenzinischen ampullen. – Zool. Jahrb., 1932, N50, 347-418.

Dowglas H. K.Physiology as a quite to combinating tropical stress. – New Engl. J. Med., 1950, 243, 723-730.

Doyle В., Roeple R.A study US Air carrier water accidents July 1954-1964. – Aerospace Med., 1965, 36, N7, 648-658.

Drecoll D.Ernahrungshygienische Aspekte der Seenotverpflegung. – Z. Militarmed., 1967, 8, N5, 219-223.

Edwards J., Froese C., Burton A. C.Heat losses from the human head. – J. Appl. Physiol., 1957, 10, 235-241.

Ehrhardt J. P., Drouet J., Monteil R.L'homme face avec requins. – Rev. corps de sante des armee, 1972, 13, N3, 273-307.

Eichna L. W., Ashe W. F., Bean W. В., Shelley W. B.The upper limits of environmental heat and humidity tolerated by acclimatized men working in hot environments. – J. Industry Higiene, 1945, N27, 59.

Electronik gegen Haifische. – Funkschau, 1968, 40, N11, 332.

Ellsworth W. A.What to do until the helicopter comes. – Approach, 1968, 13, N10, 17-21.

Emergency Escape from Aircraft. – U. S. Naval Flight Surgeon's Manual Dept Navy, 1968, 585-628.

Emergency tranceiver. – Air progress, 1971, 28, N5, 70.

Evans P., Morenhous L., Ames S. W.Principles of survival. Aviation physiology. – Univ. South California, 1963, 170-188

Ewans M.Physiological evaluation of the dosens wet suit in simulated flight and emergency environment. – Aerospace Med., 1964, 35, 2.

Ewing C. L., Millington R. A.Environmental factors in survival work, injury and disease. – U. S. Naval Flight Surgeon's Manual Dept Navy, 1965, 495-544.

Falta S., Chytil F., Poupa O.Gastroenterologia. – Bohemia 1953, N5-6, 268-277.

Ferrugia E.Aviation search and rescue services. – Interavia, 1968, N2, 212-215.

Fetcher E. S.Drinking water supply on the life raft. – Air Surgeon's Bull, 1945, 2, N10, 356.

Field service hygiene notes. – London, 1945.

Finger N.Causes of diseases and mortality is an expeditionary force in tropical legions. – Rev. Internat. Service sante arm. terre, mer et air, 1960, N3, 177-183.

Fitness for duty. – Flight, 1951, N21, 104-107.

Food consumption in a hot deserts environment. – Nutrit. Rev., 1960, N10, 291.

For resque. – Aerospace Med., 1973, 29, N6, 10-11.

Fox W. F.Human performance in the cold. – Human Factors, 1967, 9, 203-220.

Francis-Boeuf D.Les oceans. Press, Univ. Coll. «Que sais je». Paris, 1942.

Fulton J. F.Textbook of physiology. 17th ed. – Philadelphia, W. B. Saunders, 1956, 1113-1116.

Gamble J. L.The water requirements of cataways. – Proc. Amer. Philos. Soc., 1944, 8, N2, 151-158.

Gamble J. L.Chemical, anatomy, physiology and pathology of extracellular fluid. – Cambridge, Harvard Univ., Press, 1951.

Garrick J. A. F., Schultz L. P.A guide to the kinds of potentially dangerous sharks. In: Sharks and Survival. – 1963, ch. 1.

Garry T. G.The preventation and tratement of disease in warm climates. – London, 1944.

Gelineo S.Le metabolism de base et l'hypertermic exogene de longue duree. – Compt. Rend. Soc. biol., 1935, N19, 654.

Gennaro J. F., Fischer F. Ramsey M. W., Simon J.Antivenirr and antitoxin in the treatment of experimental rattlesnake venom intoxication (Crotalus adamanteus). – Amer. J. Trop. Med. Hyg., 1961, N10, 75.

George J. A.Learn to returne. – The airman, 1967, 11, N7, 44-48.

Gilbert P. W.The behaviour of sharks. – Stient. Amer., 1962, N207, 60-68,

Gilbert P. W.The aibs shark research panel. In: Sharks and survival. – 1963a ch. 22.

Gilbert P. W.The visual apparatus of sharks. In: Shark and survival. – 1963b ch. 9.

Gilbert P. W.Report on the use of the Johnson sharks screen as deterrent to sharks. US Naval Ordance test Station W. О. P060530 500Y0944 Div. of Biology Cornell Univ. Ithaca, N. Y., 1966a, Nov.

Gilbert P. W.Feeding and attack patterns of sharks. – Proc. Eleventh Pacif. Congr. Tokyo, 1966b, N7, 32.

Gilbert P. W., Mathewson R. F., Rail D. P.Sharks, skates and rays. – John Hopkins Press, 1967, 624.

Gilbert P. W., Springer S.Testing shark repellents. In: Sharks and survival. – 1963, 477-494.

Gilbert P. W., Martini F., Irvin B.Final report of reaction of adult sharks: known to be dangerous to man to an infant flotation device. – FAA P. P. ОАС-48688-m Mote Marine Lab. Sarasota, Fla., 1970, March.

Gilbert W. W.I've successfully ejected over water... what's next? Proc. Annual Sympos. Survival and Flight Equipment Assoc. – San Diego, 1968, 17-33.

Glaser E.Immersion and survival in cold water. – Nature, 1950, N166, 1068.

Gold J.Calories neutralization during thermal stress. – Aerospace Med., 1960, 31, N11.

Gold R. S.Sharks and survivial. – Approach, 1965, 11, N6, 32-34.

Goldman R. F., Green E. В., Jampietro P. F.Tolerance of hot, wet environments by resting men. – J. Appl. Physiol., 1965, 20, N2, 271-277.

Gradwohl R. В. H.Clinical tropical medicine. – London, 1951.

Grasse P. P.Les sens chimique. In: Traite de zoologie. – 1957, 13, 925-939.

Gray L., Cohsolazio F. C., Kark R. M.Nutritional requirements for men at work in cold temperature and hot environments. – J. Appl. Physiol., 1951, 4, 270.

Greenfield A. D. M., Shepherd J. Т., Whelan R. F.The loss of heat from the hands and from the fingers immersed in cold water. – J. Physiol., 1951, N112, 459-475.

Grober J.Der weisse Mensch in Afrika und Sudamerika. – Jena, Fischer, 1939.

Grober J., Horn H., Oberdoerster F.Gesundheitstaschenbuch fur die warmen Lander. – Berlin, Veb. Verlag Volk und Gesundheit, 1960.

Grosse-Brochoft F.Pathology, physiology and therapy of hypotermia. – Surg. Gen. USAF, 1950, N2, 828-842.

Gruber S. H.A behavioral measurement of dark adaptation in the lemon shark. In: Sharks, skates and rays. – 1967, ch. 32.

Gruber S. H., Hammasaki D. I., Bridges C. D. B.Cones in the retina of the lemon shark. – Vision, 1963, N3, 397-399.

Guilment В., Carton H.Sur le conditionment de l'air en Indochine et ses consequences d'ordre practique. – Hanoy, 1936.

Hackenberg H. W.Die Hygiene der Trinkwasserversorgung an Bord. – Z. Militarmed, 1967, 8 N2, 90-96.

Hall I. F., Polte I. W.Physiological index of strain and body heat storage in hypertermia. – J. Appl. Physiol., 1960, 15, 1027.

Hall W. H.Medical problems of military operations in extremes of heat and cold. – Military Med., 1964, 129, N7, 641-661.

Haller E.Gesundheitsbiichlein fiir Tropen. – Stuttgart, Thieme, 1962.

Halstead B. W.A survey of the poisonous fishes of the Philippin's Islands. – 1954.

Halstead B. W.Poisonous fishes. – Publ. Health Rept., 1958, 73, N4.

Halstead B. W.Dangerous marine animals. – Cambridge, Maryland, Cornell Maritime Press, 1959, NXIV, 146.

Halstead B. W.First-aid treatment of shark bites. In: Shark and survival. – 1963, ch. 20.

Halstead В. W.Poisonous and venomous marine animals of world (invertebrates). – Washington, USA Govt. Print, 1965.

Halstead B. W.Poisonous and venomous marine animals of the world (vertebrates), 2. – Washington, USA, Govt. Print, 1967.

Hampshire A. C.Bale aut and survival. – Flight, 1956, june, 837-838.

Hanson H.Nutritional problems in aviation. – German Av. Med. World War II, 1955, 1113.

Hanson H. E. et al.Cold injury in man, a review of its etiology and discussion of its prediction. – Military Med., 1969, 134, N11, 1307-1316.

Harris R. J.Rattlesnake bites. – Canad. Med. Assoc. J, 1957, N76, 874.

Harvey G. K.How to survival yourself. – Sci. News, 1955, 58, 72.

Hawkins M. F.Problems of survival resulting from passenger aircrait accidents in the Arctic. XVII. Nat. Congr. on Aviation and Space Med., 1968, August, 81.

Heat-stroke. – Approach, 1970, 16, N2, 32-33.

Heath G. W.Significant elements of an effective search rescue and survival system. 25 Annual Internat. Air Safety Seminar. – Washington, 1974, 137-146.

Hellmann K., Weiner J. S.Antidiuretic substance in urine following exposure to high temperatures. – J. Appl. Physiol., 1953, 6, 194-198.

Hellmann K., Collins K. J., Gray С. H., Jones R. M., Lunnon J. В., Weiner J. S.The excretion of urinary adrenocortical steroids during heat stress. – J. Endocrinol., 1956, 14, 209-216.

Hellman A. S.Sage green the «in» look. – Approach, 1972, 17, N10, 26-30.

Hellon R. F., Lind A. K.Circulation in the hand forearm with repeated daily exposures to humid heat. – J. Physiol. (Engl.), 1955, 128, 57-58.

Hellpach W.Geophysiscnen Erscheinungen. – Munchen, 1923.

Henaue R.Bases physiologiques de l'acclimatement a la chaleur. Incidences Medico-Militaires. Rev. corps de sante des armees de terre, de mer et de Fair, 1966, 7, N2, 293-318.

Hera H.Oberleben Land-Uberleben see. – Truppen Praxis, 1974, N3, 212-214.

Hertzman А. В., Randall W. C.An estimation of the cutaneous heat losses. – Federat. Proc., 1949, 8, 74.

Hervey G. R.The physiology of survival at sea. In: Science News, 1955.

Hervey H. W.Recent advances in the chemistry and biology of sea water. – Cambridge, Univ. Press, 1945.

Hillman R. W.Hypervitaminosis A, experimental induction in the hymen subject. – Amer. J. Clin. Nutrit., 1956, N4, 606.

Hinton A. G.Shells of New Guinea and the Central Indo-Pacific. – Port Morsby, Robert Broun and Ass. Pty, Lid., 1972.

Holton H. F.Rope trick... in reverse. – Aerospace Safety, 1967, 23, N6, 5-7.

Honest assessment. – Approach, 1961, 16, N3, 10-12.

Horvath S. M., Spurr G. В., Hutt В. K., Hamilton L. H.Metabolic costf of shivering. – J. Appl. Physiol., 1956, 8, 595-602.

Hruba M., Skopkova. M., Smrha O.Sbornik pro pathofysiologii traveni a vyzivy., 1953, 7, N1-4, 62.

Hsien A. C. L., Nagasaka Т., Carlson L. D.Digital blood flow and distensibility during immersion in cold water. – Proc. Soc. Exper. Biol, and Med., 1964, 117, 105.

Hunter C. G.Fish juice its practical value for the dehydrated castaway. – J. Roy. Naval Med. Service, 1957, XLIII, N4, 198-209.

Jampetro P. F., Bass D.Heat exchange men during caloric distriction in the cold. – J. Appl. Physiol., 1962, 17, N6, 947.

Jessen K., Hagersten J. O.Search and rescue service in Denmark with special reference to accidental hypothermia. – Aerospace Med., 1972, July, 787-789.

Johnson R. E., Kark R. M.Environment and food intake in man. – Science, 1947, 105, 378-379.

Johnson R. E., Kark R. M.Feeding problems in man as related to environment. An analysis of US and Canadian Army ration trials and surveys. 1941-1946.

Johnson S. С.Countermeasures to dangerous sharks. – ASME, 1968. J. Econ. Entomol., 1949, 3, N42, 351-357.

Joy R. J. T.Some medical problems of Arctic operation. – Military Med., 1963, 128, N12, 1184.

Joye J.Shark repellents: the search continues. – 2nd Annual Conf. on Oceanogr., 1968.

Kaufman W. C.Human tolerance limits for some thermal environments of Aerospace. – Aerospace Med., 1963, 34, N10, 889-896.

Kanter C. S.Renal hemodynamics during hyperthermia caused by exposure to high environmental temperature. – Amer. J. Physiol., 1961, N201, 791-794.

Kanter C. S.Medical problems of military operations in Extremes of Heat and Cold. – Military Med., 1964, 129, N7, 641-651.

Keatinge W. R.Survival in cold water. – Oxford, 1969.

Keatinge W. R., Prys-Roberts C., Cooper К. E., Honour A. I., Haight I.Sudden faillure of swimming in cold water. – Brit. Med. J., 1969, N5642, 480-483.

Keeton P. et al.The tolerance of man to cold as affected by dietary by dificationes proteins and the effect of variable protective clothing. – Amer, J. Physiol., 1946, 146, 67-83.

Kelley D. B.Winter Survival. – Approach, 1975, 20, N8, 26-29.

Kenney R. A.The effect of the drinking pattern on water economy in hot humid environment. – Brit. J. Industs. Med., 1954, 11, N1, 38-39.

Kenney R. A.Renal function under tropical condition. – Internat. Rev. Trop. Med., 1963, 2, 293-328.

Koenig W. H.Open sea rescue. – Approach, 1962, 7, N10, 26-28.

Koslovski S., Saltin B.Effect of sweat loss on body fluids. – J. Appl. Physiol., 1964, 19, N6, 1119-1124.