Зарисовка 8. Подработка

Глава 1

Однажды я отправился с друзьями на рыбалку. Мы наловили рыбы, с восторгом сравнивали уловы, потом приготовили уху и под неё разговорились. Язык сам развязался — и я решил рассказать, как впервые устроился на работу и что из этого вышло.

Дело было в августе. Многие чиновники тогда были в отпусках либо работали, но мыслями уже отдыхали — например, на море. Из-за этого появились свободные временные вакансии. Я подумал: «Почему бы не получить первый опыт работы на государство? А потом и самому можно будет съездить на море — скажем, в солнечном декабре».

Я искал варианты через знакомых и по объявлениям. И вот — удача: работа максимум на неделю, оплата — от десяти тысяч рублей и выше (в зависимости от результатов собеседования). «Я не дурак, — рассуждал я, — всё пройдёт хорошо, и я заработаю намного больше, чем указано». Не стал тянуть с решением и сразу написал на электронную почту, указанную в объявлении.

Оказалось, это была администрация области. Ответ пришёл удивительно быстро — уже на следующий день. Меня пригласили на собеседование в пятницу, то есть через два дня. Времени подготовиться хватало: я достал из закромов костюм со школьного выпускного, постирал его, высушил и погладил.

Наконец наступила пятница. Я зашёл в приёмную одного из департаментов. Меня встретила молодая и симпатичная секретарша:

— Сергей Алексеевич? По объявлению?

— Да да, мы вас как раз ждём, проходите. Ольга Васильевна ждёт вас.

Я даже удивился, что не пришлось ждать. «Видимо, спешат с набором, берут всех, — подумал я. — Ух, заработаю!»

Захожу в кабинет. Внутри — молодая для своей должности женщина, лет чуть за тридцать: чёрные волнистые волосы, прямая осанка, модные очки — прямо конфетка, а не женщина. Мы быстро обсудили суть работы. Я — технарь, и, если понадобится, буду оказывать техническую поддержку по возникающим вопросам. Работать там, где укажут, — ничего сложного. Меня приписали к её команде и в её подчинение.

На работу я вышел на следующий день после оформления бумаг. По ним мне обещали около тридцати тысяч рублей плюс премиальные — если всё пройдёт гладко. Суть работы заключалась в том, чтобы быть рядом с начальством, выполнять его поручения и, конечно, хорошо выглядеть.

Зачем это всё нужно? Всё банально: людей не хватало, а из Москвы должно было приехать большое начальство. Надо было встретить гостей по высшему разряду, а потом проводить. Вроде бы ничего сложного. Но где же техническая часть? Наверное, в поклаже, которую мне придётся нести.

В первый день я знакомился с другими «наёмниками» — клерками департамента, сотрудниками и так далее. «Нормальные же люди! — подумал я. — И чего на администрацию постоянно гонят?» Издалека я видел местное начальство: они ходили серьёзные — завтра уже должен был приехать гость.

Я помог подключить оборудование и проверить, как всё работает. В целом день прошёл буднично, без сюрпризов. Но после обеда случился курьёз.

Мы репетировали проход начальства на балкон — оттуда они должны были произнести речь. Вдруг один из «зрителей» задал вопрос о безопасности встречи и с хитрым видом покинул зал гостиницы, где мы расположились. Все замерли в замешательстве: «Безопасность? Зачем?»

А через мгновение тот же мужчина вернулся — уже с чулком на голове, с хитрой улыбкой и дробовиком в руках (я надеялся, что с муляжом!). В полной тишине он прошёл до середины зала и громко произнёс:

— Руки вверх!

У всех отвисли челюсти — даже у меня. Только потом я догадался, что это была репетиция. Один из работников рядом подтвердил: патроны холостые, проверяли работу полиции.

А тогда всё развивалось так. Я сделал шаг в сторону, собираясь тихонько сбежать. «Ну его, — думал я, — из-за каких-то тридцати тысяч под пули ложиться!» Мужчина в маске неожиданно сделал пару выстрелов — дамы чуть не упали в обморок, мужчины побледнели.

Я оглянулся и увидел своих «коллег». Один, молодой, улыбнулся и шёпотом сообщил, что у него в рюкзаке запасён пистолет пулемёт. Он достал его и начал перекидывать с руки на руку. Это заметил «коллега» постарше и серьёзнее, шикнул на него и приказал убрать ствол, показав, что у самого под пиджаком табельное оружие.

«Ну и придурки!» — подумал я.

Но это был ещё не конец. Через несколько минут в зал не ворвался, а вальяжно зашёл полицейский — он же местный охранник гостиницы. В бронежилете и с дубинкой, он попросил «террориста» бросить ружьё и лечь на землю. Тот подчинился.

От такого представления у меня ещё сильнее отвисла челюсть, а потом я начал нервно хихикать. Прикрывая рот, я отошёл в сторонку и хихикал минут десять, пока не начал икать. Пришлось просить воды — впрочем, как и многим другим. На этом «представление» закончилось.

Под вечер мы проводили начальников в гостиничный комплекс, где они остались ночевать. Нам сказали: «Гостей встретят и без нас, а вы ждите тут с шести утра».

«Шесть утра — так шесть утра, не проблема!» — подумал я. Мы, обслуга, прождали у входа в гостиницу минут тридцать. Все были в нервном напряжении: все надеялись, что вчерашний сценарий не повторится.

Я тоже начал нервничать и пошёл искать свою начальницу. С горем пополам прорвался через ресепшн, нашёл апартаменты Ольги Васильевны и доложил:

— Готов служить, какие будут указания?

И снова у меня отвисла челюсть. Ольга Васильевна лежала на диване, явно в одном халате, и пила какой-то напиток, похожий на виски со льдом. Никуда идти она не собиралась, и по виду было понятно, что вечер и ночь у неё удались. Она махнула на меня рукой:

— Иди уже и не мешай мне работать, мальчик.

Я развернулся и пошёл.

На выходе меня перехватил очередной начальник:

— Гостей мы примем, а ты поезжай на базу отдыха с ребятами. Там, если придётся, вечером организуешь дискотеку, за пульт тебя посадят. Одного из гостей туда и направят.

— Да не вопрос! Только накормите! — ответил я и отправился за город — на базу отдыха, которую наши военные переоборудовали под спортивную базу.

Всё напоминало детский лагерь, только с военной тематикой: постройки накрыли масксетью, кругом бегали солдаты в маскировочной форме. Они явно готовились к приёму гостей. Издалека это выглядело как работа настоящих военных, но при ближайшем рассмотрении казалось, что они скорее придуриваются, чем делают что-то полезное.

Не прошло и часа, как послышался шум двигателей. Уже вечерело, и были видны фары грузовика, остановившегося ещё до КПП. Я с улыбкой наблюдал, как наш гость, наряженный в военную форму и обвешанный оружием, словно Рембо, трусцой бежал, виляя из стороны в сторону, к «святая святых» — штабу.

Все старательно делали вид, что не замечают «диверсанта». Если кто то случайно натыкался на него, то улыбался и отдавал честь или делал вид, что совсем не замечает. Гость заметил и меня: я сидел на пеньке у тропинки к штабу и ждал, когда позовут. Он решил изобразить спортсмена и лёгким бегом пробежал мимо, помахав мне рукой и улыбнувшись. Я тоже помахал и улыбнулся в ответ.

Так он пробрался до штаба и устроил разнос начальнику: мол, как так легко диверсант может пробраться в штаб и захватить что-то сверхсекретное. Кричал он недолго — с минуту. Потом был слышен звон стаканов, тосты, а затем и песни — к которым я добавил музыку.

Наш гость оказался неплохим, компанейским мужиком. Мы повеселились на славу. Но под утро мы его не сразу нашли: он так напился, что упал под ёлку и скатился в канаву. Утром мы его обнаружили, отмыли, похмелили, посадили в давно ждавший УАЗ и увезли в город.

Нас накормили остатками угощения и отправили на автобусе по домам, сообщив, что нужно прийти послезавтра в администрацию — там оформят все документы и выплатят заработанные деньги.

По дороге в город кто-то достал из рюкзака горячительные напитки. Под дружный одобрительный возглас нашлись закуска и стаканы. Дальше я плохо помню, как попал домой. С некоторыми ребятами, с кем ехал в том автобусе, до сих пор списываемся и вспоминаем нашу первую встречу.

Деньги мне всё-таки выплатили — не обманули. Чуть больше тридцати тысяч рублей, но делали это в течение четырёх месяцев и частями. На этом моё знакомство с чиновниками я считаю законченным.