Запах мысли

Глава 1

С Пашкой мы дружили с самого детства. Но на работе об этом никто не знал потому что там он был нашим начальником. Его характер лидера во взрослом возрасте дополнился всеми качествами стратега. Самые фантастические и не пересекающиеся с реальностью мысли, каким-то образом появлялись в его голове и, покувыркавшись в ней, выходили оттуда в форме не простых, но не таких уж безнадёжных идей. Он точно определял в задачах те вехи, через которые должно было проходить её решение. А каким образом до этих вех добираться - это уже должны были решать мы. Будничная рутина его угнетала. Примерно где-то в середине пройденного пути блеск куража в его глазах начинал затухать и у нас появлялась возможность спокойно довести начатое до завершения. И только когда всё уже было закончено, мы начинали осознавать, что путь решения, который определил нам Пашка, был уникальным и единственным.

В заказчиках у нас всегда были люди, с высоким индексом секретности. Спорить с ними и доказывать невозможность реализации заявленных идей было абсолютно невозможно. Сами они ничего не решали, а в роли посредника жёстко озвучивали основные требования и поэтапно отслеживали их выполнение. Контакты с ними начинались и заканчивались на Пашке. На него приходилось давление обязательных требований и каких-то капризных отклонений. Его умение переворачивать всевозможные сложные ситуации в плоскость юмора, сохраняли нам не только имидж и стабильно высокий доход, но и нервы. Во всяком случае так было до последнего случая. В этот раз ситуация сложилась не в нашу пользу. Когда возник очередной каприз, требовавший включения в заказ дополнительных опций, Пашка отреагировал в привычной ему манере. Он сказал, что до полного завершения остаётся разработать анализатор запахов, чтобы объект мог брать след, как служебная собака. Представители заказчика, саркастически улыбнувшись, покинули кабинет переговоров. А через несколько дней вернулись с требованием сделать именно так. Всю проделанную работу до этого нам засчитали выполненной и оплатили, после чего был заключён новый договор. А на результат упорных трудов коллектива был выдан документ подтверждающий наше право собственности на него. То есть, как ни крути - за работу нам заплатили, а желания начинать всё с начала не появилось. Видеть ежедневно невостребованный результат своего труда и приступать ко второму варианту никому не хотелось. Пашка несколько дней допоздна засиживался в своём кабинете, а после и вовсе перестал появляться на работе. В самый разгар хандры он неожиданно вошёл с горящим взглядом и определил вехи нового решения. В его голове оно определилось фразой: начатое нужно доработать и закончить.

По сути это был финал. Основная работа была выполнена. Все понимали, что остались " дошлифовки" и подгонки под какие-то капризы. Так было всегда и воспринималось коллективом как неизбежность. Я попросил их уделить мне немного внимания и объявил о том, что наш коллектив успешно справился с очередной очень непростой задачей.

- И, на этот раз, это было не простое завершение очередного заказа а, буквально, переход на новый уровень отечественной науки. Такого нет ни в одной стране мира! Нашими с вами руками собрана уникальная возможность, позволяющая заглянуть за горизонт сегодняшней науки. Это всего лишь первый шаг, но имя ему - Прорыв!

Все дружно и молча одобряюще кивнули в ответ. Потом выстроились в очередь к кофемашине и, осушив свою порцию, сложили сумки и покинули помещение. Вскоре вошёл Пашка и, оглядевшись по сторонам, спросил:

- Не понял - а где все?

- Ушли.

- Почему?

- Закончили заказ.

- Почему не позвал меня? Это же не просто заказ - это грандиозное открытие! Надо было это назвать своими словами. Поздравить их с этим. Нужно было подготовить хороший банкет и премии.

- Паш, все эти слова я за тебя сказал. С тебя банкет и премии. А они просто зверски устали.

- Понятно. Ну, покажи как это всё выглядит в завершённом виде.

- Внешне ничего не изменилось.

Отброшенная полиэтиленовая плёнка, с лёгким шуршанием расстелилась на полу. Пашка принёс два кресла и мы погрузились в них, не отрывая глаз от объекта. Внешне от людей он ничем не отличался. Непохожесть громко заявляла о себе во время разговора с ним. В программе не было предусмотрено выражение эмоций лицом и жестикулирование. Это было самым наглядным упущением в нашей работе. Никто даже предположить не смог, как отсутствие этих двух параметров может раздражать собеседника. Позднее выявился ещё один минус: он никогда не поворачивался лицом при обращении к нему сзади или сбоку. Пашка решил предъявить его заказчикам в таком виде. Доработки обязательно будут, но они будут потом. Я попросил его определиться с именем, на которое он будет откликаться. После паузы он ответил, что пусть пока будет обычное "N". Сказал что давать имя - это не наша привилегия, а что захотят они - угадать невозможно. С лёгкой Пашкиной руки имя "N" было принято. К тому же, в произношении оно звучало как Эн, а с подачи коллектива приросло ещё двумя дополнениями - Энни и Эндрю. Все они им были приняты и он на них отзывался.

По двери пробарабанили костяшками пальцев - так Эн заявлял о своём желании войти.

- Входи.

- Привет!

- Привет! - Я предложил ему сесть за стол напротив. - Что у тебя?

Он сел и заговорил, повернув лицо в мою сторону, глядя мне прямо в глаза. От неожиданности я немного растерялся - корректировку программы никто не делал. Он сделал это сам! Как?

- Интересная информация. Отвлечение: почему вы не ставите на информационные потоки фильтры?

- Прости, я отвлёкся на свои мысли и не расслышал твой вопрос. Что ты сказал?

Он повторил.

- Какие фильтры?

- Информация должна делиться по источникам происхождения.

- В каком смысле?

- В прямом. Должны быть разделены потоки на достоверную информацию, полученную научным путём со ссылкой, позволяющей проверить полученные данные; предположительную, полученную на основании косвенных доказательств и ту, которую доказывать никто не собирался. Сейчас это всё в одном потоке. Приходится тратить много времени, чтобы найти нужное.

- Это для тебя представляет трудность?

- Нет. Для вас.

- Мне нечего тебе ответить. Наверное время для этого ещё не настало. Но, что за информацию ты там нашёл?

- Информация: человеческий организм реагирует своим обменом веществ на острые эмоциональные моменты.

- Какие моменты? Пока не могу ничего понять.

- Страх, испуг, острая непереносимая боль и другие.

- И что в итоге?

- В итоге нарушаются процессы метаболизма. Весь этот процесс в организме заканчивается выводом наружу отходов. Самый большой орган человеческого тела - это кожа. Она является органам выделения. Эти выделения выводятся организмом в виде пота.

- Чем это тебя удивило?

- Тем, что вы не обратили на это внимание. Вы все знаете что ваш пот имеет запах и он бывает разный. При определении того запаха, который возникает при нормальной работе организма и классификации разницы при отклонениях процесса, можно абсолютно точно, на первых этапах определять причины этих сбоев. Можно будет разделять проблемы на вызванные острыми эмоциями и те, в основе которых воспаления.

- Понял. Но, зачем тебе это?

- Имеет смысл развивать классификацию запахов.

- Это может быть интересно врачам, а тебе зачем?

- Разве только врачи могут ощущать запахи? Есть подтверждённая информация, я проверил - собака обязательно бросится на человека, который её испугался. Потому что сильный испуг приводит к тому, что в его кровь вбрасывается значительная доза адреналина. Это сделает не мозг а инстинкт. Адреналин телу нужен для обеспечения быстрой мышечной реакции. Если её не последовало, адреналин оказывается нереализованным. Он будет выведен через поры кожи. Собака слышит его запах и реагирует так как требует её инстинкт. Все сильные эмоции на поверхности тела оставляют свой запах. Самые сильные из них - это страх смерти и боли. Острое желание убить не нормально для человеческой психики. Оно обязательно должно иметь свой запах. Мне нужна помощь, чтобы организовать возможность отследить эту разницу.

- Я поговорю с начальником, но ничего заранее обещать тебе не могу.

Пашка спокойно выслушал мой рассказ про его самовольную корректировку программы и отдельную просьбу.

- У тебя есть готовое решение?

- Нет, конечно. Я даже не представляю как это организовать. Спектакль здесь не сработает. Ему нужен острый инстинкт. Ярость.

- Ты прав. Надо немного подумать. Значит собачьи повадки в нём заработали. Неужели он и в самом деле может брать след?

- Как ты себе представляешь организацию его просьбы? Что тут можно придумать?

- Мелькнула у меня одна мысль... Но нужно ещё подумать.

О "сюрпризах" заказанного ими клона пришлось доложить представителям заказчика. Реакция с их стороны оказалась мгновенной - получив возможность управления клоном и смены пароля, они исчезли прихватив с собой Энни. Когда его вернули, нам было названо последнее их требование: предусмотреть отключение и включение режима анализатора запахов. Объяснилось это просто - работающий анализатор тестирует абсолютно все запахи. Сигаретный дым, алкоголь, парфюм, фастфуд, выхлопные автомобильные газы и все прочие запахи обнуляют его работу. Дополнительным неудобством стала его закрытость - он на многие вопросы требовал пароль, чтобы подтвердить своё право допуска к запрашиваемой информации. Из всего, что с ним прошло за последнее время, мы выяснили только то, что он получил ответ на свой вопрос. Разговор не слаживался и пауза затянулась. Пашка первым вошёл в рабочий режим и обратился ко мне:

- Вот это: "включить - выключить" - как можно сделать и сколько времени это может занять?

- Ничего сейчас не могу тебе сказать. Когда появится представление о том как это можно сделать, можно будет попытаться представить себе и сам процесс.

- Что, по твоему, будет самым непростым во всём этом?

- Место для этого "выключателя".

- Почему? - Его лицо подтвердило удивление.

- Паш, на теле предусмотрены все места для проникновения вовнутрь. Место "выключателя" не предусматривалось.

Его лицо подтвердило удивление и он спросил:

- Где? Я ведь видел его и даже не подумал что это может потребоваться.

- На теле все эти места выглядят как медицинские шрамы. Обработка их специальным составом распускает эти швы делая возможным проникновение.

- Только сейчас пришло в голову: у него должна быть предусмотрена возможность аварийного отключения.

- Кнопка? Она у него есть.

- Где?

- На грудине в ямке левой подмышки.

- Почему там?

- Это место более защищённое от случайных нажатий.

- И какая сложность с размещением ещё одного выключателя?

- Ему нужно определить место. В программу нужно внести момент где анализатор будет отключаться-включаться и ввести в неё необходимое движение его руки. Само включение-выключение должно быть удобно и доступно в любой ситуации и не привлекать внимание тогда, когда это сделать нужно.

- И это всё вместе определяет сложность с выбором места?

- Если для тебя это не сложно - я готов обсудить твой вариант.

Рукой я привычно сделал жест рукой в его сторону, после которого, по той же привычке, помассировал пальцами переносицу. В его глазах блеснул огонёк куража и, улыбаясь, он сказал:

- Есть! На переносице, ближе к уголкам глаз! Не спеши возражать. Я хочу тебя попросить выйти с ним на улицу и погулять среди людей. Нужно посмотреть как он реагируют на запахи. Понаблюдай и проанализируй.

В потоке людей ни мы оба, ни он лично, ничем не привлекали внимания. Хуже того - по его лицу невозможно было определить что ему нравится, а что нет. В сквере я предложил ему присесть на скамейку и спросил:

- Ты что можешь сказать о тех запахах, с которыми пришлось познакомиться на улице?

- Их слишком много и многие из них очень резкие. Агрессивно резкие. Подавляющее большинство искусственно произведённые. Люди используют их для маркировки своего тела. Не понимаю - зачем?

- Когда-то, очень давно, в культуру человеческих отношений включили правило: человек не должен приходить с запахом своего тела. Это считалось неприемлемым и признаком грязного тела и бескультурья. А, если человек будет источать приятный запах, он принимался к общению как изначально культурный.

- Это вы считаете правильным? Умным решением?

- Это было принято всеми без обсуждения...

Мимо нас прошёл человек, на которого отреагировал Энн, посмотрев ему в след. Прохожий как-то конвульсивно дёрнулся и, изогнувшись, упал набок. Энн быстро отреагировал подняв его и, усадив на нашу скамейку, оказал ему квалифицированную медицинскую помощь. Тот пришёл в сознание, осмотрелся и спросил:

- Кто вы? Что случилось?

- Вы проходили мимо и потеряли сознание.

Он посмотрел на следы пыли на одежде и, стараясь струсить её, выдал вопрос не обращённый ни к кому:

- Приступ? Сердце?

- Мы попытались оказать вам помощь. Вы сейчас как себя чувствуете? Вам нужна помощь? "Скорая" вам нужна?

- Нет-нет. Спасибо вам. Я уже себя нормально ощущаю. Я же, в принципе, на здоровье никогда не жаловался... пока.

Он поднялся и, отряхнувшись, быстро удалился. Я оглянулся на Энни. Он посмотрел мне в глаза и сказал:

- Нам тоже, наверное, пора.

Мы поднялись и направились в обратный путь. Пока шли, произошедшая ситуация многократно прокручивалась у меня в голове. Логика действий настаивала на разборе ситуации, как бы намекая на то, что есть здесь что-то ускользнувшее от моего внимания. Уже в офисе я решил спросить его:

- Ситуация с прохожим в сквере не оставляет в покое мою логику. Произошедшее с ним не выглядит естественной. Тебе нечего сказать по этому поводу?

- Он выдал острый запах убийцы.

- Так этот его приступ спровоцировал ты? Каким образом?

- Пришлось направить в него импульс высокого напряжения.

- Он был безоружный. Один. Ни впереди, ни сзади никого небыло. Ему некого было убивать и нечем. У него могло быть больное сердце. Наша польза могла оказаться бесполезной. В этом случае убийцей становился ты. Ты это понимаешь?

- Запах убийцы был очень сильный. Он готов был убить. Может шёл именно для этого. Самая адекватная реакция на преступление - это присечение его на уровне помыслов.

- Ты меня не услышал. Если бы он умер - ты бы был убийцей.

- Ты действительно считаешь что потенциальный убийца имеет такое же право на жизнь, как и нормальный человек? Только радикальный хирургический метод может очистить человеческое общество от носителей гена убийцы. Зачем они вашему обществу? Для того чтобы они убивали а вы их разыскивали и судили? А, отсидев назначенный им срок, всё выходило бы на новый круг?

- Давай оставим этот разговор на завтра. Сейчас я хочу тебе сказать, принимая во внимание тот факт что мысль остановить нельзя, это не поступок и нельзя за неё казнить. В человеческом мире осуждаются действия а не помыслы.

- Почему вы считаете это правильным? Вы действительно считаете что правильно будет дать возможность совершиться убийству, а потом предать виновника суду?

- Просто потому, что невозможно предъявить суду мысли. Он принимает к осуждению действия. Это будет долгий разговор и он будет завтра. На сегодня мы все дела закончили. Ты затронул очень большую и сложную тему. Сегодня говорить об этом не получится.

Мы расстались. Я зашёл к Пашке и рассказал ему о происшествии. В поиске необходимого решения мы погрузились в свои мысли. Неожиданно он вскочил и на ходу, не оборачиваясь, спросил:

- Где у него эта кнопка? Под какой рукой?

- Под левой.

Не закрыв за собой дверь, он дал возможность мне видеть в какой кабинет вошёл. Оттуда донёсся звук упавшего на пол тела. Подброшенный тяжёлым предчувствием, я ворвался туда вслед за ним. В кабинете на полу лежал Пашка. Энн, стоя на коленях, оказывал ему первую помощь.

- Ты что сделал?! Это же Пашка!

- Он выдал резкий импульс убийства. - Энн на время отвлёкся и пристально посмотрел мне в глаза. Я почувствовал волновые судороги пробежавшие по телу. Сцена в кабинете, при которой я присутствовал, поплыла вправо. Голова звонко стукнула по полу рядом с лежащим Пашкой. Из сознания вяло выплыла оборвавшаяся мысль:

- Не больно...

Я открыл глаза и увидел Пашку с отрешённым взглядом, сидящего в кресле напротив. Голова была тяжёлая и непривычно гудела. Попытка придать телу вертикальное положение вызвало головокружение и тошноту. Он посмотрел на меня и, молча, кивком головы показал вопрос:

- Ты как?

Я попытался улыбнуться и ответил:

- Привет! - Сказанное отозвалось в моей голове звоном битого стекла в катящейся металлической бочке. Упершись руками в пол, зафиксировал положение. Пашка, жестами обеих рук показал чтобы я больше не двигался. Он наклонился ко мне и каким-то странным, с незнакомой хрипотцой голосом, сказал:

- Нас подчистили. Сейф вскрыт. Вся документация исчезла вместе с ключами от сейфа, дома. Машины...

- А этот?

Пашка пожал плечами, как-то резко встал сбросив на кресло пиджак и, жестом отчаяния, дал понять что всё слишком плохо. Пиджак потихоньку соскользнул с кресла на пол, издав стук металлического предмета. Он поднял его и сунул руку в карман.

- Ключи! - Он крикнул так громко, что в моей голове снова зазвенело.

- Так сейф всё равно открытый... пустой... - Сквозь звон в голове ответил я.

- Ящик! - Откуда-то из другой комнаты отозвался он привычным своим голосом.

Через мгновенье он стоял передо мной, держа в одной руке ключи от сейфа и конверт, в другой у него был кейс с цифровыми замками. Его рука развернула кейс боком ко мне и на его лице появился вопрос: "что это?" Я пожал плечами и, так же лицом, показал на его руку с конвертом. Он потряс в руке кейс, пытаясь на слух определить содержимое. Поставил его на кресло, распечатал конверт и вынул из него вчетверо сложенный лист. На листе типографским шрифтом было отпечатано через пробел два шестизначных числа. Бросившись к креслу, он быстро набрал эти значения на цифровых замках. Кейс не открылся. Он оглянулся на меня. Жестом руки я предложил поменять числа местами. Звонкий щелчок оповестил о том, что замки открылись. Внутри лежали Пашкины ключи от дома и от машины, его смартфон и пачки плотно уложенных денег. Он кисло улыбнулся и сказал:

- Могли бы и написать за что заплатили - за документы с разработками или за тот выключатель, который всё равно придётся доделать.