Заонежская Зона

Глава 1

– Товарищ, не подскажете, как проехать в деревню Заонежье?

– Сразу видно, что не местный, Заонежье было до революции, – бородатый мужик усмехнулся, достал папиросу и настроился на разговор. – Село сгорело, когда храм взорвали, ночью молния и подпалила дом, а ветер разнёс по всему селу. Теперь деревенька Заонежка так на указателе и написано… было, пока… – мужик затянулся. – Да вам видать Зона нужна, так поезжайте прямо, там и указатель есть.

Машина тронулась и вскоре стал виден указатель. Какой-то шутник замазал некоторые буквы и на указателе осталось З­_он___а. Проехав в ту сторону несколько километров, машина въехала в типичную угасающую деревеньку. Старые покосившиеся домики, почерневшие от времени, навевали уныние, но машин оказалось непривычно много.

– А где тут сельсовет? – спросили пассажиры у проходившего мимо мужичка.

– Там, вон военные где стоят, там и штаб, только губы не раскатывайте, никого в Зону не пускают.

У довольно большой избы стоял военный грузовик и «бобик» с военными номерами. Пассажиры вышли, прихватив документы и отправились в штаб.

– Никаких экскурсий, можете сразу уезжать! – рявкнул полковник, сидевший за столом.

Рядом стояли сразу три аппарата связи, сразу видно, что дело тут поставлено серьёзно.

– Мы не на экскурсию. Мы по заданию РАН, группа учёных для исследования необычного явления, – мужчина средних лет достал из папки документ.

Полковник с презрением взял бумагу, но, по мере прочтения, выражение лица сменилось возмущением, заинтересованностью и жалостью одновременно.

– Вы хоть понимаете, куда вы приехали? – осмотрел он на учёного. – Это не лаборатория и не ваши НИИ, это Зона, явление малоизученное и опасное.

– Не переживайте, мои коллеги были даже внутри четвёртого реактора Чернобыльской АЭС. Проблемы мы вам не доставим, а пару человек для сопровождения нам достаточно.

– Дам троих, и попробуйте сделать так, чтобы они вернулись живыми.

Недовольство полковника можно понять, тут охрана занимает много времени и сил, а ещё какие-то кабинетные крысы припёрлись со своими исследованиями. Если бы не бумага, он выдворил их ко всем чертям и запретил даже в деревне появляться.

– Когда собираетесь отправляться? – уточнил он.

– Сейчас нам неплохо бы отдохнуть с дороги, а утром можно и выдвигаться, у нас запасов на неделю, но предполагаю управится раньше. Если возникнут серьёзные вопросы, придётся тут организовать лабораторию на месте.

– Ермолаев! – позвал он ординарца. – Покажи учёным, где они могу расположиться.

Ординарец отвёл их в крайний домик, весьма запущенный, нетопленый и неказистый. Машина подъехала к домику и учёные стали вытаскивать оборудование, рюкзаки и снаряжение.

­– Располагайтесь, – широким жестом показал ординарец на убогую обстановку. – Колодец вы уже видели, вода явно лучше московской.

После этого военный ушёл, а учёные зажгли единственную лампочку под потолком и осмотрелись. Ничего, бывало и хуже, надо растопить печь и принести воды. Дрова были в поленнице за домом, пока мужчины несли их, Ирочка открыла дверцу и сняла вьюшку. Вот теперь можно и растапливать печь. Эту работу она никому не доверила, это вам не костёр в лесу, тут уметь надо. Поленья уложены, береста между ними горит, значит всё будет хорошо.

– Ирочка, вы на печи будете ночевать? – поинтересовался молодой учёный Вадим.

– Нет, Вадик, во-первых, я не старуха, а во-вторых, печь по-настоящему прогреется только к утру. Сейчас она больше сушит воздух, чем греет помещение, хотя лучевое тепло несомненно повысит температуру.

– Не знал, что вы деревенская, – удивился Вадик.

– Коренная москвичка, – рассмеялась Ира, – но всё детство жила в деревне летом. Такую печь топили раз в три дня. Жалко, мы будем внутри, а военные явно не собираются заботиться о нас.

– Это да, – вздохнул Олег Аркадьевич, – мы для них, обуза. Хоть бы провожатых дали толковых. Ничего, попросим водителя, он толковый мужик.

– А откуда это всё взялось, что мы будем изучать? – Вадим попал в группу в последний момент.

– Зона? Почти, как писали Стругацкие. Упало что-то в здешних лесах, авария звездолёта, или такой астероид, это нам и предстоит выяснить. Вот и образовалась территория, которую назвали Зоной, по аналогии с Чернобыльской. Но тут всё не так, а вот как, нам и предстоит узнать, записать и рассказать научному миру. В этом месте стали пропадать люди, деревенька обезлюдила, а когда спохватились, осталось двое, одного мы вчера видели.

Краткий курс появления прочитан, Ирина и так уже всё знала, ещё в НИИ. Она занялась приготовлением ужина и вскоре позвала всех за стол. Особо готовить нечего, сублимированные продукты нужно разогреть на пару и готово.

– Вадим, позовите нашего водителя, пора ужинать, – попросил руководитель.

Парень ушёл и вернулся только через десять минут, водитель о чём-то говорил с местным жителем. Ели молча, каждый думал о своём. Неизвестность всегда опасна, но и интересна, а что их ждёт внутри, об этом не знал никто. После ужина стали устраиваться спать. Раскатали спальники и забрались в них, предоставив Ирине сделать это первой. Спать в спальнике лучше без одежды, так теплее, поэтому мужчины вышли на пару минут на улицу.

До утра никто не проснулся, хотя рядом в Зоне раздавались порой звуки не хуже Гримпенской трясины, при наличии собаки Баскервилей. Дорога из Москвы на довольно жёстком джипе утомила всех. Не спал только водитель, он думал о том, что сказал местный житель.

– Все думают, что они погибли, но на самом деле, почти все живы. Я троих видел, только они уже не совсем люди, да и жить могут только там. Это в самом начале было, когда любопытные полезли из деревни. Потом пропали, а мужики пошли их искать, да тоже пропали. А я не пошёл, стоял на границе, там её трудно не заметить. Вышли они втроём, посмотрели на меня, Трофим даже поздоровался. Остальным-то нечем здороваться, у них головы не человеческие, да с рогами. А как границу перешли, так и упали. Я их обратно затащил, но дальше не пошёл, с краю постоял и вернулся.

Мужик попыхивал папиросой, явно взятой у военных, сейчас такого в магазине и не найти.

– Трофим и рассказал мне, чтобы не совались больше люди, а то там и останутся. Детишки живы, но изменились, а вот Макар погиб, но сам виноват, полез драться с медведем. Звери там тоже есть, но не такие, как привычные, а нападают не на всех почему-то. Ну, так Трофим сказал, я сам не видел.

Вот водитель и ворочался всю ночь, обдумывая эти слова. Хорошие ребята, эти учёные, особенно Ирина. Эта как будто из детства, добрая деревенская женщина которая всё понимает и ко всему относится так, как должно быть. Пойти бы с ними, но его не возьмут, а так опыт у него большой, все горячие точки прошёл.

Утром первая встала Ирочка, а когда все проснулись, она уже была одета для похода в Зону, оставалось шлем надеть. Учёные быстро собрались, позавтракали, нацепили рюкзаки с запасами и аппаратурой и двинулись к штабу.

– Ну, прямо космонавты, – полковник уже не спит и опять чем-то недоволен. – С вами пойдут вот эти парни, называйте их по номерам: первый, второй, третий. Третий у нас медик, мало ли что случится, и попробуйте вернуться пораньше и все вместе.

Сопровождение, парни бравые, но это с виду, а как там получится, неизвестно. Учёные, не откладывая, двинулись к границе, чётко обозначенной чем-то вроде купола. Сразу измерив фон, который не отличался от обычного, они пошли вглубь Зоны и вскоре скрылись за деревьями.

– Что с фоном? – Олег Аркадьевич постоянно спрашивает у Ирины.

– Удивительно, но фон без изменений, снаружи и то немного больше. Электростатика выше, не удивлюсь, если на нас появится свечение.

– Минерализация воздуха слегка повышенная, – отчитался Вадим, – кремний и литий.

Минут через двадцать показался первый обитатель Зоны, помесь бобра и ежа. В целом больше бобр, но с колючками на спине, довольно плотными, чтобы защитить от неприятностей. Зверь фыркнул и пошёл своей дорогой.

– Фон прежний, а вот излучение от зверя есть, но природа пока непонятна, я записываю показания, – отчиталась Ирочка.

– Минерализация на том месте, где он фыркнул тоже повысилась, – Вадим не отстаёт.

Группа прошла ещё около пятисот метров, и тут на них вышел зверь. Если бы поставить его на четыре лапы, зверя можно назвать волком, но он шёл на двух ногах, как человек. Отсутствие шерсти делало его худым, но не голым. Шерсть заменяли небольшие чешуйки, вроде рыбьих, густо усеявшие всё его тело. Лапы, заменявшие руки, заканчивались внушительными когтями, такими кого угодно можно разорвать.

Зверь втянул воздух, обнюхивая людей, и негромко зарычал. Первый не стал ждать нападения, влепил короткую очередь в грудь монстра. Тот рухнул беззвучно на землю, но стон раздался со всех сторон, как будто стонало всё вокруг.

– Зря вы это, он же не напал, – заметил Олег Аркадьевич.

Ирочка подошла к зверю и погладила его по голове, ей стало жалко мутанта. Двинулись дальше, собирая пробы, и только Ирина заметила, как дёрнулось поле перед смертью зверя. У учёных дело, нужно брать пробы, осматривать местность, вести запись. Вадим взял анализ крови зверя и поражённо уставился на результат. Эритроциты несли в себе не только железо, но и какой-то неизвестный элемент, который не удалось идентифицировать. Зато чешуя содержала много кремния.

– Это что-то неземное, – заявил он по результатам анализов.

Пришлось быть осторожнее, продвигаясь по незнакомому месту. Мало ли какие ещё неожиданности будут подстерегать их.

– Стоп! – Ирочка не успела сказать, или первый не послушался, но сделав шаг вперёд, он попал под струю из земли и замер неподвижной статуей.

– Кремний, – объявил Вадим. – Это что, мы попали в какой-то кремниевый мир?

– Не везде же во вселенной господствует углерод, – заметил Олег Аркадьевич. – мы тут для того и находимся, чтобы понять, что это такое. Не уверен, но мне показалось, что это место отомстило за смерть своего творения. Давайте больше не стрелять, чтобы не случилось новых неприятностей.

Но пока Зона успокоилась, они брали пробы, удивили кремнийорганические соединения и незнакомые химические элементы в составе почвы и чешуе мутанта. Энергетические всплески продолжались, но к неприятностям это не приводило. Удивили мхи, покрытые мелкими цветами и полное отсутствие комаров. Вадим сорвал один цветок и попробовал провести анализ. Удивило обилие незнакомых химических элементов.

– Дальше нельзя, – заметила Ира, проверив уровень энергетического поля. – Там что-то непонятное, я бы не стала рисковать.

Но военный кинул вперёд палку, потом камень и сделал шаг вперёд. Под ногами как будто раскрылась пасть, чавкнуло и второго затянуло под землю, не оставив и следа.

– Слушайте, это не игрушка, мы уже потеряли двоих, пора начать уважать науку! – Олег Аркадьевич разозлился по-настоящему. – Мы не можем вернуться, долг учёного, разобраться, что тут произошло! Снимки показывают, что Зона невелика, но дойти до центра просто необходимо.

Однако прибор показывал энергетическую аномалию везде. Наконец, нашли узкий проход и осторожно пошли по нему. Быстро стемнело и пришлось устраиваться на ночь. Как раз попался выворотень от большой сосны. И учёные расположились у него, развели костёр, вскипятили воду и поужинали. Солдат долго смотрел по сторонам, затем присоединился к трапезе.

До ночи ничего не произошло, а спать решили по очереди. Ирочка проснулась по нужде, когда на посту был третий.

– Я отойду, присмотрите, чтобы ничего не произошло.

Она отошла за бугорок и присела, военный поднялся повыше, чтобы видеть округу. В это время ямку под выворотнем затянуло желтоватой дымкой. Когда она рассеялась, учёные сильно изменились. На голове у Влада красовались оленьи рога, а тело покрыла чешуя как у того волка, в целом же он остался человеком кроме когтей на руках и ногах. Олег Аркадьевич изменился более радикально. Его левая рука удлинилась, а вместо кисти оказалась лапа, похожая на птичью, с большими и острыми когтями.

Голова учёного трансформировалась, лицо вытянулось, а на носу и на месте бывшего лба появились два острых рога, закрученных спиралью. При этом учёные спали, как и прежде. Лапа порвала комбинезон и торчала наружу, производя страшное впечатление.

– Ой, что это с ними? – испугалась Ира.

– Наполз какой-то туман, а потом стало вот так, – третий и сам ничего не понимал.

– Тогда подъём, у меня весь сон улетел. – Ира даже одеться забыла, так и стояла в белье.

Учёных разбудили, и они ужасно удивились произошедшим переменам. Сказать, что расстроились, будет слишком просто. Шок понемногу улёгся, и Олег Аркадьевич попытался произнести речь. Вышло не очень, но он приспособился и слова стали вполне разборчивыми.

– Исследования будем продолжать. Раз уж мы мутировали, то надо собрать максимально возможно полные сведения об этом месте. Я так понимаю, что мы стали заложниками Зоны, поэтому бережём Ирину, как связующее звено.

– А я думал жениться, – ляпнул Влад.

– Молодой человек, наука часто приводит к неожиданным результатам, примите изменения и давайте работать. Для начала давайте замерим наши параметры.

Исследования показали, что они теперь полностью соответствуют тем мутантам, которых встретили. Выдох воздуха содержал те же минералы, а чешуя показала кремнийорганические соединения.

– Мы с вами теперь полимерные существа, но разум остался нетронутым, а это главное, – резюмировал Олег Аркадьевич. – Не расстраивайтесь, в четвёртом реакторе мы могли умереть от радиации, но вылечились и выжили.

– Чёртовы самоубийцы, – сплюнул третий.

– Мы исследователи, молодой человек, а это часто сопряжено с риском. Ирочка, вы теперь держитесь сзади, вам рисковать нельзя.

Закончив с инструктажем, он повёл свою группу вперёд. Ира шла по пятам и предупреждала об энергетических аномалиях. Третий теперь замыкал группу, чувствуя свою полную бесполезность. До середины Зоны они дошли, а там застряли надолго. В середине зиял провал, в глубине которого прочно обосновалось желтоватое облако. Зато стали попадаться непонятные артефакты. Призмы, шарики разной расцветки, похожие на гантели предметы, прозрачные, внутри которых перемещались цветовые пятна.

– Здесь непочатый край для исследований, – заметил Олег Аркадьевич. – Но мы с Вадимом останемся внутри, надо только оборудование. Я составлю перечень, а Ира доставит его в институт.

Всё вроде понятно, хотя и неясно ничего. Занимаясь исследованиями центральной области, учёные не заметили, как застряли в Зоне намного дольше планируемого срока. Они пока не знали, что здесь время идёт совсем по другим законам.

Зато водитель, не дождавшись учёных, решил действовать. Полковник наотрез отказался не только дать провожатых, но и пускать его в Зону.

– Увидите его у границы Зоны, арестуйте немедленно! – приказал он подчинённым.

Только что могло остановить бывшего спецназовца. Переговорив с местным жителем и купив у него хороший шмат сала и каравай хлеба, он исчез ночью. Звериное чутьё позволило избежать ловушек. Из оружия только верный нож, но он и с ним опаснее любого солдатика из охраны. Так и добрался до места, где первый стоял кремниевой статуей. Существо, похожее на волка, вышло ему навстречу и тихо зарычало.

– Думаешь, испугал? Если нападёшь, то убью, но ты не будешь нападать.

Многолетний опыт подсказал, что зверь больше изучает его. А тот подошёл на пару метров, втянул воздух и завыл тоскливо. И тут до спецназовца дошло, существо это – бывший человек. Так и стояли друг перед другом, пока «волк» не ушёл. Дорога открыта, но идти пришлось медленно, постоянно вслушиваясь в обстановку. Там, где чутьё подсказывало опасность, он обходил её стороной.

Неожиданно набрёл на второго «волка», но не одного, рядом крутилась пара особей поменьше. Семья, это стало ясно сразу, но дети слишком большие, не могли они так быстро вырасти, да и родиться за такой короткий срок. Значит, это те жители деревни, которые ушли в Зону. Вместе изменились или стали такими по очереди, сейчас уже не имеет значения. Нашли же друг друга, значит, способны идентифицировать других.

– Простите пожалуйста, вы тут учёных не видели? – спросил он у «волчицы».

Та посмотрела на него долгим взглядом, потом на детей, и они убежали. «Стой тут» – показала она лапой. Пришлось ждать около получаса, пока дети вернулись в сопровождении того, кого и описать сложно. Оленьи рога на голове, мощная шея, серая чешуя по телу и лапы с большими когтями. Но глаза человеческие и лицо имеется, странное только.

– Ты чего пришёл? – недовольно спросил он. – Я же сказал Петру, чтобы не ходили больше. Станешь, как мы, и останешься тут навсегда.

– Учёные зашли сюда втроём, да с ними трое военных. Одного я уже видел, стоит статуей, но мне что-то говорит, что они живы.

– Эти живы, только останутся тут навсегда.

– Девушка с ними молодая ещё, чтобы тут оставаться.

– Не видел, мы только своих видим. Да вам и не понять, а эти Герасима убили, мы и не успели. Мало нас, чтобы вояки ещё кого-то убивали, да ваши живы, копошатся там, в середине, счёт времени потеряли. По мне, пусть там и останутся, мы сюда никого не звали.

– Показал бы дорогу, Трофим, просто по-человечески, а там видно будет, что делать.

Мутант вскинул голову, раз этот знает его имя, да ещё и без оружия, можно и помочь. Мало их осталось, меньше десятка, да детишки, трое всего, очень неустойчивое сообщество.

– Пошли, только след в след, если умеешь. Если Зона выпустит, может, хоть тебя послушают.

– Мне интересно, на чём вы тут живёте? Дичь, я так понимаю, тут вся такая же.

– Чего проще, грибы, ягоды, мох на деревьях, да нам теперь много и не надо, вот по хлебушку соскучился.

– Тогда держи, могу и сала предложить, – спецназовец полез в рюкзак и вытащил каравай и сало.

– Получилось, что ты меня подкупил? – усмехнулся Трофим.

– Угостил от души, – уточнил водитель.

Идут себе люди, один мутант, но он дома, а другой в гостях. Обходят ловушки, старясь не наступить туда, где опасно. До середины дошли за пару часов, но Трофим остановился раньше.

– Время там по-другому течёт, зайдёшь на день, а останешься на месяц. Вон они возятся, твои учёные, – показал лапой Трофим.

Интересная картина, люди перемещаются, как в замедленном кино, собирая какие-то штуки и укладывая их в свои рюкзаки. Ирочка осталась славной девушкой, да и военный рядом тоже не мутировал. Он стоит на страже, медленно ворочая головой из стороны в сторону.

– Зови, к утру услышит, только там нет у них ни утра, ни вечера. – Трофим поднял фиолетовый гриб и съел его с аппетитом. – Хлеб потом разделим между всеми.

Водитель набрал в лёгкие воздуха и громко крикнул:

– Ира! Ирина! Идите сюда!

Трофим оказался прав, пусть не через половину суток, но через час Ирочка повернула голову, как в замедленном кино, и удивлённо посмотрела на водителя.

– Идите сюда, пора идти домой! – снова крикнул он.

– Зачем кричать, – ответила она.

Но звуки донеслись тоже замедленные и такие низкие, как будто говорили басом.

– Пора возвращаться вы тут больше недели.

– Быть этого не может, мы второй день в Зоне, – удивилась Ира.

– У вас время течёт иначе, возвращайтесь.

– А я думаю, чего у тебя голос такой детский, – улыбнулась она.

Позвав спутников, она пошла в сторону водителя, шагая, как будто по Луне. Но вот граница центра пройдена и Ира стала двигаться нормально. Теперь удивились её спутники увидевшие, как быстро она переместилась к водителю.

– Почему с вами ничего не произошло? – сразу спросила она.

– Не знаю, вы не пришли через неделю, и я отправился вас выручать. А почему ваши коллеги изменились?

– Тоже не знаю, я ночью отошла… ну надо было, а вернулась, они уже такие.

– Это Трофим, и ему уже пора домой, мы тут несколько часов стоим, вас дожидаемся.

– Они ещё ничего не видят, но это скоро, для этого надо подружиться с этим местом, – заметил Трофим и ушёл осторожно ступая.

– Пойдёмте, вам пора наружу, пополнить запасы продуктов и, хотя бы позвонить в ваш НИИ. – водитель серьёзен. – Наступайте в мои следы, тут достаточно опасно.

Подошли и остальные, на что ушёл почти час, им водитель объяснил, что внутри время течёт иначе. Посовещавшись, решили идти к границе Зоны, надо же сообщить людям о том, что происходит в Зоне. Осторожно, ступая по своим следам, спецназовец вывел всех за несколько часов к деревеньке.

– Вам придётся остаться, мутантам из Зоны выходить нельзя, – объявил он учёным.

– Как нельзя? – для Вадима это был шок.

– Вы можете жить только внутри, так сказал Трофим, ещё увидите его, он единственный может говорить из всех местных обитателей.

– А как мы передадим данные о наших исследованиях? – Олега Аркадьевича сейчас больше это волнует.

– Ирина свяжется и всё объяснит, я думаю, вас обеспечат связью.

Ирочка с военным вышли из Зоны без помех, а вот Вадим, попытавшийся шагнуть через границу, упал без сознания. Пришлось втягивать его обратно в Зону, где он быстро пришёл в себя.

– Я что приказал?! – полковник вышел из дома и увидел водителя с Ириной, своим солдатом и какими-то мутантами. – Арестуйте его, чтобы не лез в Зону!

– Я не в Зону, – водитель серьёзен, – уже вышел оттуда.

Двое солдат кинулись выполнять приказ, но для бывшего спецназовца это не проблема. Он вырубил их так незаметно, что никто ничего не понял.

– Кончай дурить, полковник, твоих солдат не хватит, чтобы меня остановить, а со мной гражданские. – он достал удостоверение и показал полковнику. – Сейчас твоя задача протянуть туда связь, и не стоит углубляться в Зону, учёным будет достаточно с краю. А что будет потом, не наша печаль, для того есть другие люди. Наша задача, выполнять приказ, твоя, охранять периметр, чтобы никто не проник внутрь, а моя, доставить её в Москву.

– Мне бы отчёт составить, – Олег Аркадьевич и теперь думает о деле. – Там остался ноутбук, принесите его пожалуйста.

Утром Ирочку увезли в Москву с отчётом. Учёным привезли два блока и поставили с помощью большого крана внутрь купола, накрывшего Зону. Протянули кабели, а деревенька обзавелась вышкой связи. Вот пока и вся история о новой Зоне, только Ирочка положила глаз на водителя. Такие мужчины редко попадаются в жизни. Они так и не поженились, но у Ирочки родился сын.

Вадим нашёл в Зоне своё счастье, но это потом, полезли любопытные всеми правдами и неправдами в Зону, да почти все там и остались. Олег Аркадьевич ещё дважды мутировал, теперь он больше похож на осьминога с щупальцами. Но говорить ему и не надо, Зона всех наделяет телепатией, дай только срок. А что было дальше, про то и разговор отдельный.

Глава 2 Ирина

Ирина держала на руках сына и вспоминала своё последнее посещение Заонежской Зоны. Водитель отвёз её тогда и хотел проводить, но она отказалась.

– Я ненадолго и к центру не пойду, – пообещала она и всё равно пошла, надо же было снять параметры улучшенным прибором.

Очень уж необычное излучение шло из центра Зоны, из того котлована, затянутого желтоватым туманом. Что-то там творилось непонятное, требовавшее объяснений и исследований. Вдруг из центра вылетел маленький шарик, внутри которого играли сполохи, и упал к ногам Ирины.

– Возьми, и не оставляй его, – пронеслось в мозгу.

Это не были слова, но то чувство, которое у неё возникло, можно было истолковать именно так. Тогда она не придала большого значения этому, но потом держалась за артефакт, как за соломинку хватается утопающий. Он спас её во время родов, как спас и её сына. Мальчик родился мёртвым, пуповина обвилась вокруг шеи, но Ирина схватила его, прижав артефакт, и мальчик вздохнул и огласил комнату криком.

У неё самой открылось кровотечение, но артефакт, прижатый к животу, остановил кровь, даже сил придал. Тогда внутри него плясали такие огни, что стало страшно. Такое было ещё раз, когда она собиралась лететь на опознание тела водителя. Шар буквально сошёл с ума, и она не полетела, а самолёт разбился.

Мало того, через год, когда малыш уже топал ножками, раздался звонок в дверь. На пороге стоял живой водитель и улыбался. Он не погиб, просто застрял в какой-то горячей точке, которых хватает ещё на планете. Тогда был настоящий праздник. Они гуляли вместе, катались на теплоходе, даже на море съездили вместе. В таком санатории Ирина ещё ни разу не была, да и потом ни разу не попала.

Едва не поженились, но однажды ему позвонили поздно вечером, и он исчез. Ирина привыкла быть одна, да и что бы изменилось в её жизни со свадьбой? Зато теперь есть сынок, которого она любит. Ребёнок отвечает ей взаимностью, и Ирина счастлива по-своему.

С излучением так и не разобрались, оно непохоже ни на что, известное науке. Удалось измерить интенсивность и ничего больше. У Вадима и то, результаты намного выше. Кремнийорганические соединения присутствуют в Зоне повсеместно. Олег Аркадьевич стал совсем уж нереальным полимерным существом, что не мешает ему печатать научные труды.

А её Зона почему-то не изменила, или она не заметила изменений? Стала ведь чувствовать опасность, то остановится неожиданно перед переходом, а там машина пронесётся, а то товар какой в магазине, как будто руки жжёт, а потом в новостях передают об отравлении продуктами из магазина. Стала хорошо чувствовать, даже иногда кажется, что мысли людей слышит. Вот вырастет сынок, и она сходит ещё раз в Зону, проверит, только с кем сына оставить.

Шарик неожиданно взорвался такими искрами, что она схватила сына и собралась выбежать из квартиры. Но шар стал горячим и завибрировал в руке. Что же делать? Вышла на балкон и шар немного утих. Балконы соприкасаются, и она позвала соседку. Передала ей малыша и перелезла на её балкон. Шар утих, когда они зашли внутрь. А в это время в её квартиру ворвались люди в масках, но хозяйки не нашли, а следом полиция подоспела и началась перестрелка.

Когда всё затихло, Ирина подошла к двери и шарик остался спокойным, только лёгкие сполохи играли внутри. С полицией пришлось объясняться, но она честно сказала, что была у соседки в гостях. Та подтвердила и на этом всё закончилось.

– Хороший ты мой, спасибо тебе, – Ирина улыбнулась и поцеловала шарик.

У того внутри пробежали зелёные искорки и всё затихло. Теперь она не отпускала шарик далеко, ходила с ним везде, даже готовила, положив рядом. И тут пришло сообщение из Зоны. Олег Аркадьевич звал в гости, нужно что-то уточнить.

– Вы только вглубь не ходите, если меня не будет, подождите на базе, Вадим много интересного расскажет.

А как быть с ребёнком? Она уже хотела оставить его у соседки, но шарик едва не обжёг руку. Пришлось ехать с сыном, на это решение никакой реакции, значит, верное. Добралась, хотя было и непросто, особенно к деревеньке никто ехать не хотел. Подвезли военные, ехавшие на ротацию личного состава, прежний документ, позволявший входить в Зону, ещё имел силу.

– Чего с дитём притащилась? – полковник скривил рожу.

– Оставить не с кем, да ему и не страшно, мы только в лабораторию и обратно.

Улыбаться Ирина умеет, впрочем, этому офицеру надо следить, чтобы рядовые граждане не лезли в Зону, а не препятствовать учёным. Так, с сыном на руках, она и отправилась в Зону, взглянув на купол. База состоит из двух больших блоков, собственно лаборатории и жилого блока. Между ними стоял Вадим, как древний шаман, с рогами на голове.

– Здравствуй, какой у тебя славный малыш! – улыбка у него получается гротескная.

– Здравствуй Вадик, как ты поживаешь?

– Как видишь, только в двери проходить неудобно, – Вадик опять улыбнулся, привык уже к новому образу. – Они не очень твёрдые, – он поиграл рогами, гнутся вполне. Понимаешь, мы тут все какие-то, силиконовые что ли. Зона переделывает нас под себя, так ей удобнее.

– Телепатию ещё не освоили? – Ирина захотела проверить свои догадки.

– Как сказать, я бы не назвал это телепатией, но да, чувствовать всех, кто в Зоне, мы научились вполне.

– Военные больше никого не убили?

– Они не ходят сюда, патрулируют периметр, к нам только провизию заносят и новое оборудование. Олег Аркадьевич насчёт носить уже не очень, вот вернётся и посмотришь.

– А что с излучением, удалось понять его природу?

– Нет, оно есть и всё, можем измерить силу, но и не более, это не изотопы и не радиосигнал, так и не понимаем, какой оно природы. Только теперь мы все его излучаем, особенно Олег Аркадьевич. Для биополя слишком интенсивное, но какова его природа, это вопрос сложный. Сама посмотри, – Вадим взял прибор и навел на себя. – Вот видишь, но у меня слабовато.

Пытаясь поставить прибор на место, он неожиданно направил его на Ирину, державшую сына на руках.

– Ого! – удивился он. – У тебя даже мощнее моего!

– У меня, или у Егора? – серьёзный вопрос, требовавший исследования.

Пришлось посадить ребёнка на стол и произвести замеры. У него такая же высокая активность, как и у Иры.

– Нужны контрольные замеры, сравнить с общим фоном, – решила она наконец. – На военных не пробовали?

– У них практически отсутствует, прибор показывает фон.

Без неё тут не разобраться, да и она едва ли сможет что-то изменить. Но руководителя надо дождаться, он же позвал её. Через пару часов, когда они всё обсудили с Вадимом, Ирина почувствовала приближение руководителя.

– Здравствуйте, Олег… Аркадьевич, – удивлению не было предела.

Она прочла сообщение, что их руководитель сильно изменился, но увидеть наяву, это совсем другое дело. По земле резво перемещался … почти осьминог, шесть щупалец венчала большая «голова» без признаков лица. Ни глаз, ни носа, ни рта у этого существа не было.

– Здравствуй Ира, – отчётливо прозвучало в голове. – Вадим уже всё рассказал?

– Мы поговорили о поле, но так и не поняли его природу. А что с вами произошло?

– Улучшился, стал более похож на местного хозяина, мы с ним теперь много разговариваем.

Ну да, он же не скользкий, как настоящие осьминоги, скорее похож на пластиковую игрушку. При этом видит и слышит, да и ползает довольно резво на своих щупальцах.

– Вадим пока посидит с малышом, а я вам кое-что расскажу, – Олег Аркадьевич прополз в лабораторию. – Вы не замечали за собой никаких странностей?

– Немного есть, я чувствую опасность, а иногда мне кажется, что слышу мысли.

– Вот-вот, но сейчас вас больше беспокоит моя мутация. Хорошо, придётся объяснить, иначе дальнейшее восприятие будет затруднено. Помните то странное ощущение в центре Зоны и туман в кратере? Там действительно есть живое существо, а Зона, это его защита от внешнего воздействия. Мы с ним стали понимать друг друга, не скажу, что совсем, но достаточно. Однажды я там застрял настолько, что заснул, а проснулся вот таким, зато мы теперь понимаем друг друга. Телепатия естественна для всего живого, но человечество получилось говорливым и утратило эту функцию почти совсем.

– А меня менять не стала.

– Правильно, вы же славная и добрая, пожалели убитого Герасима, не стали никуда лезть и поняли, что солдат стал статуей именно из-за убийства. Вы нужны для связи с внешним миром. Поэтому «страж» оберегает вас, тот шарик. Они разные и могут очень много. Кстати, полезли люди сюда именно за здоровьем. Почти всех Зона отпускает, вручая тот милый шарик, похожий на игрушку. Вы не стали его брать, да он вам и не нужен. А вот «страж» выручил вас не раз.

– Ещё как выручил, прямо спас, – улыбнулась Ира.

– Ваш сын теперь понимает вас вполне, ведь так?

– Именно, мне даже кажется, что нам и говорить не нужно.

– Поэтому он ещё и не говорит. А кто его отец?

– Помните водителя, который привёз нас сюда?

– Конечно, он же тоже был в Зоне, и она не тронула его.

Учёный взобрался на стул, «сел» у экрана ноутбука и заработал парой щупалец по клавишам. Получалось у него очень ловко, а на мониторе стали появляться графики.

– Вот видите, тут мы пересекаемся, поэтому стало возможно взаимодействие с этой цивилизацией. Она кремнийорганическая, не вся вселенная построена на углероде.

– А поле, какова его природа? – Ирину сейчас это интересует больше всего.

– Ах, поле, ну да, это элементарно, оно ментальное. Мы-то всё время пытаемся уловить электрические импульсы мозга, забывая, что есть и другие. Да и нечем было исследовать до сих пор, вот это излучение мы и уловили, оно мощнее всего в центре, но и от каждого индивидуума идёт тоже. Просто мы его считали фоном, потому и не замечали.

– Значит, это энергия наших мыслей?

– У среднего землянина она невелика, а у меня есть для вас задание, надо исследовать эту энергию у разных категорий людей, вплоть до шизофреников. Даже малейшие колебания будут интересны науке. Увы, у меня слишком мало материала, чтобы составить статистическую картину. Прибор вам будет самый чувствительный, я уже заказал, должны доставить со дня на день. А пока можете познакомиться с новыми обитателями Зоны, я позову их, интересные экземпляры. Кстати, Вадим не говорил, что у него появилась девушка?

– Нет, хотя я уже заметила некоторые перемены.

Ирина задумалась, вот в чём разгадка некоторого изменения в поведении коллеги. Ничего, женское общество хорошо влияет на молодых учёных. Его любимая пришла сама, ходила по грибы, на самом деле, собрала корзинку грибов, чтобы угостить Вадима и их руководителя. Девушка похожая на лань с красивыми рожками и очень интересным «лицом».

– Здравствуйте, а я тут грибочков набрала для всех, – улыбнулась она.

– Это для Вадима, мне такое не нужно, а Ирочка с сыном не станут такое есть, – заметил Олег Аркадьевич.

Девушка ушла, а Ира смотрела ей вслед. Замечательная получилась, с милыми рожками, оленьими ушками и сексуальной фигуркой. Видимо, хозяин Зоны прочитал мысли Вадима.

– Она безнадёжно болела, была почти при смерти, но добралась до центра Зоны, обманув патруль военных. Мы там её и нашли вот такую. Знаете, Ирочка, она не сильно и расстроилась, всё равно оставалось жить пару недель от силы. Зато теперь у них настоящая любовь. Надя ходит по грибы и кормит своего Вадима, а он уже без неё не представляет себя. Вначале это сказалось на работе, но потом всё выровнялось. Сегодня оставайтесь у нас, должен прибыть прибор, я жду его.

Олег Аркадьевич занялся компьютером, а Ирина вышла на воздух. Зона ни капельки не изменилась с прошлого раза всё такое же привычное, но вместе с тем нереальное. Однако, надо приготовить еду для сына, и она пошли на кухню. Продукты были в избытке, и она приготовила манную кашу с вареньем, малыш любит сладкое, но не увлекается. Маленький Егорка развлекал Вадима и Надю, играя их рожками и лопотал что-то на своём детском.

– Вы ему понравились, – перевела Ира.

– Мы уже поняли, – улыбнулась Надя. – Вербальное общение ещё не очень, а вот ментальное вполне получается. Он у вас такой талантливый для человека … оттуда, из-за периметра.

– Мы с его отцом были в Зоне, но пока всё не ясно. Егор Егорыч, прошу к столу, пора поесть, – позвала Ира сына.

Тот прислонился лбом к каждому по очереди и позволил маме отнести себя на кухню. Кашу ел без большого аппетита, всё время думая о грибах в корзинке у Нади.

– Нам нельзя, мы с тобой снаружи, эти грибы только для обитателей Зоны, – Ирина поняла его мысли, но тут ничего не поделаешь, у простых людей желудок не переварит такое.

День прошёл в обычных заботах, только прибежали дети, получившиеся из деревенских, их покормили грибами, а Егорка играл с необычными ребятами. Ночью улеглись спать, а Вадим с Надей ушли куда-то. Ирина проснулась ночью неожиданно, словно что-то почувствовав. «Страж» лежал рядом и в нём бесновались жёлтые искры. Она подскочила и проверила сына, Егора в комнате не было. Выбежав на улицу, она не застала сына и там, не было его и в научном блоке.

Беспокойство перешло в панику, но она вовремя вспомнила про шарик. Попав в руки, шарик стал играть жёлтыми звёздами, явно указывая направление. Ирина пошла в указанном направлении, а шарик вёл её по Зоне, указывая направление. Обходить аномалии не пришлось, «страж» вёл её идеально, так и добралась до центра Зоны. У самой воронки стоял Егор, а перед ним висело в воздухе существо, сильно напоминавшее Олега Аркадьевича.

– Ты посредник между цивилизациями, – так можно было описать поток мыслей, – Будешь жить там и узнавать для меня всё, что сочтёшь интересным, а я буду учить тебя. Раз в год мы будем встречаться здесь и делиться знаниями.

Словами это трудно описать, поток сознания звучит совсем иначе, но Ира всё поняла. Вот так, у её ребёнка здесь миссия. Существо прикоснулось своим «щупальцем» ко лбу Егора и опустилось в желтоватый туман. Ира подбежала и схватила сына на руки, инстинкт матери сработал безошибочно. Теперь предстояло вернуться назад, но это не вызвало трудностей. «страж» вёл идеально, да и Егор прекрасно чувствовал всё вокруг.

На базе их уже ждали, здесь уже полдень, но Олег Аркадьевич теперь всё хорошо понимает и чувствует всех, кто живёт в Зоне. К вечеру доставили прибор и Ирина осваивалась с ним под руководством шефа. Небольшой ящичек вроде дамской сумочки, но с экраном и картами памяти. Предстояло замерить ментальное поле у огромного количества людей. Ничего, она готова вернуться к работе, тем более, что Егор теперь настолько самостоятельный, что только готовить сам ещё не научился.

Провожать их вышли все обитатели Зоны, необычные, похожие на волков и оленей на двух ногах, но тут всё дело в тех животных, которые жили на месте Зоны. Пришелец просто взял их внешность за образец. Они прощались с каждым прислоняясь лбом ко лбу. Молчаливое прощание в мыслях было полно чувств и нежности. Многим и говорить нечем, зато телепатически можно выразить такое, что словами не скажешь.

Проблемой стало возвращение домой, военные не обязаны их возить, а такси наотрез отказывались ехать в такое место. Наконец местный житель вывез Иру с сыном на трассу к указателю, а там они сели на попутку и доехали до города. По возвращении домой, оказалось много работы. Ирина везде носила за собой прибор, в разных ситуациях и местах он выдавал разные данные, а она тщательно фиксировала все всплески ментального поля.

Пришлось таскаться по больницам, общаться с такими разными категориями пациентов и якобы здоровых людей, что нормальный человек никогда бы и не зашёл в такие места. Шизофреники и параноики, безнадёжно больные, люди, находящиеся в коме. Страх и ужас, восторг и радость, всё приходилось измерять и записывать, а потом передавать Олегу Аркадьевичу для составления статистических графиков.

А маленький Егорка занимался своими делами, познавая и изучая этот мир. Он телепат и довольно сильный, поэтому не любит говорить, да и зачем? С мамой у него прекрасный контакт, никаких слов не нужно, добрые люди сразу привлекали к себе, а злобные, желчные или ехидные вызывали отторжение. Он видел людей насквозь с их мыслями, желаниями и проблемами.

– Папа приехал! – вспыхнула однажды мысль, и Ирина выглянула в окно.

Отец Егорки шёл к их дому, опираясь на костыли. Ирина выскочила за дверь и понеслась вниз по лестнице, это быстрее лифта, хоть и требует определённых сил. А Егорка посмотрел на забытого «стража» и улыбнулся. Он поможет отцу, ведь это очень близкий и родной человек. Шарик ответил зелёными искрами, одобряя решение мальчика. Они с мамой поднялись наверх и вошли в квартиру. Егорка кинулся папе на шею и долго не отпускал его.

– Папочка устал, пора ему отдохнуть и подкрепиться, – Ира обняла Егорку и попробовала забрать, но не тут-то было.

– Не мешай, я вылечу его, – прозвучало в голове.

Оставалось только ждать, они стояли и казалось, что раненый отец совсем не страдает, держа сына на руках.

– Пошли, тебе надо лечь, – подумал мальчик, но поняла только Ира.

Она помогла добраться до дивана и уложила мужчину. Егорка так и не отпустил отца, а тот лежал и улыбался беззаботной улыбкой. Сейчас мир перестал существовать, только двое, отец и сын имели в нём значение. Они так и лежали вместе до темноты, а потом и всю ночь, а утром костыли не понадобились мужчине. Он встал на ноги, поцеловал заснувшего ребёнка в лоб и пошёл умываться. Ирина уже суетилась на кухне, готовя завтрак для своих мужчин.

– Тебе чего бы хотелось с утра? – спросила она у любимого.

– Манной каши с вареньем, – улыбнулся тот.

– Как Егорке?

– А почему бы и нет, мы же оба Егоры.

Её любимый сейчас такой добрый и нежный, даже не верится, что он убивал людей, выполняя задания своего командования. Сделав кашу своим мужчинам, Ира почему-то взяла прибор и направила на старшего Егора. Излучение явно выше фона, но сейчас не особо высокое. Егорка ел и поглядывал на маму, у той работа, приходится делать своё дело.

Сегодня они гуляли по парку, катались на карусели и качелях, ели мороженое в кафе и почти молчали. Им было всё ясно без слов, хватало взглядов и того, что они рядом. Сейчас они счастливы и Ира перестала смотреть на прибор. Оказывается, эмоции почти не влияют на интенсивность излучения.

– Папа останется с нами, – подумал Егорка, чтобы мама поняла.

Ира с восторгом посмотрела на сына, на своего любимого, а потом поцеловала его при всех.

– Ты же теперь не уедешь никуда? – с надеждой спросила она.

– Никуда, меня отправили на пенсию по выслуге лет и по ранению. Знаешь, я и сам устал от всего этого, невозможно всю жизнь заниматься такой работой.

Он задумался на минуту, а потом тряхнул головой и неожиданно предложил.

– А поехали на море? – предложил он неожиданно. – Можем прямо сегодня отправиться.

Ира почему-то достала маленький шарик и посмотрела на него. Внутри зелёные звёздочки утроили хоровод, и она с радостью согласилась. Теперь они всегда будут вместе, в болезни и в здравии, даже в Зону будут ездить втроём.