Закончить надо красиво

Глава 1

– Не то, не то, не то… Официальный костюм? Смешно! Ищем дальше… Я собирался на выпускной своего класса. Мои давние друзья встречаются последний раз. Момент никак нельзя упускать. На этой дискотеке обязаны быть все, и кто я такой, чтобы позорно отсиживаться дома?

– Вот! Достаточно броско, но стильно. То, что мне и надо. Осталось только причесаться. – Уже выгляжу на все сто. Наверное. Будем надеяться, что остальные решат так же.

Длинные густые волосы нехотя расплетались под твердой рукой, а из зеркала на это дело глядел шикарный (а как вы думали?) зеленоглазый брюнет. Заметив свой же взгляд, он улыбнулся. Найдя на полке одеколон, этот красавчик закончил все приготовления. Встал перед зеркалом, покрутился, огляделся со всех сторон – краше только в гроб кладут.

– Сегодня я оторвусь по полной. Этот вечер будет самым незабываемым! Буду плясать там до конца, до утра. – серьезный взгляд, метнувшись по моему отражению, сменился на веселый, а осмысленность куда-то пропала.

Закрыв глаза и пританцовывая, я вышел из квартиры и уже было устремился к лестнице, но вовремя схватился за ключи. Не открывая своих игривых глаз, вернулся, закрыл дверь и отправился во тьму, где меня ждало наикрутейшее приключение!

А вот и такси. Желтая машина уже ждет у подъезда, а ее водитель готов везти меня туда, куда пожелаю. Легко открыв переднюю дверь и упав в кресло, я мягко закрыл за собой машину и начал рассказывать о предстоящем водителю. Мой голос слегка дрожал от предвкушения.

– А у меня сегодня выпускной. Собираемся с ребятами загулять как следует, чтобы потом всю жизнь вспоминать. Дискач, девчонки, ну ты же в теме, да? – хитрый взгляд исподлобья упал на непроницаемое лицо водителя. Тот лишь понимающе кивнул.

– Ребята говорят, что достали кучу бухла и даже немного.. ну, ты понял, о чем я. Это будет просто улет! – в мыслях я, как настоящий крутой парень, закинул ноги на стол, откинулся в кожаном кресле и неторопливо попыхивал сигарой. – А самое главное, что это будет продолжаться всю гребаную ночь! Никаких ограничений вплоть до четырех утра, а утром самое главное – это не окочуриться на полу!

Я звонко рассмеялся и продолжил свою речь. Водитель совсем не обращал внимание на то, что я говорил, он просто кивал в такт. Мне большего и не надо было. “Спасибо за компанию!” – сказал я, когда вышел из машины и направился в клуб нашего универа. Он, вероятно, последний раз кивнул в ответ.

Наша шарага располагалась в центре города, поэтому в здешний клуб ходили все, кому не лень. Бывало, что там не находилось ни одного студента, но танцпол все равно был переполнен. Сегодня все наоборот: пускают только студентов, иначе мы бы просто не вместились. Это зданьице вроде бы и большое, но когда там уже под сотню человек, то становится тесновато…

Еще когда я подходил, я чувствовал орущие колонки и мощные басы. Ееей, да у них там уже все началось! Черт, надеюсь, я опоздал не слишком сильно. Надо торопиться, все наши уже там!

На входе наша старая бессменная охранница проверила мой пропуск и отдала мне его обратно с хитрым прищуром. На секунду промелькнула мысль, что она записывает куда-то всех вошедших. К счастью, эти глупости были смыты волной звука, разлетевшейся из открытой двери. Ее открыл какой-то незнакомый мне парень, который пытался зажечь свою сигаретку. Его руки дрожали, и он не мог нормально чиркнуть зажигалкой, а за ним плясали разноцветные прожектора. Толкнув меня своим плечом в кожаной куртке, он поспешил выйти наружу. Я же поспешил войти внутрь.

“Тут еще громче, чем мне казалось!” – даже мои собственные мысли казались приглушенными. Мельтешащие тела, бьющийся в легких воздух, запах пота и выпивки. О да, детка, я пришел сюда именно за этим!

А вон и мои ребята. Мне капельку неуютно в такой обстановке, если рядом нет никого знакомого. Но теперь то мне есть на кого положиться, и я могу расслабиться, не задумываясь о грядущем. Мой друг, Ванька, узнал меня и начал махать мне рукой. Я пошел к барной стойке, рядом с которой они стояли, расталкивая локтями трясущиеся вокруг будто в агонии тела.

Перекрикивая музыку, Ванек предложил налить. Мой вопрос о том, что мне нальют, он проигнорировал, нашептав что-то на ухо бармену. Через пару секунд передо мной звякнул стакан, а еще через пару в него полилось что-то прозрачное. Я, не думая, схватил и залпом осушил. Водка. Что еще стоило ожидать от этого прохвоста?

Приятное тепло растеклось по пищеводу, желудку и дальше, дальше. Сорок градусов я почти не почувствовал – дело привычки. Ванек улыбался, а Катька, Мишка и Настя за ним, глядя на меня, чокнулись стаканами и рассмеялись. Старая добрая компания…

Нахлынули воспоминания, подмываемые выпитым. Вот только познакомились в первом классе: пятеро детей собрались в группку, шли домой и весело обсуждали первые дни учебы. Вот мы сбегаем с физкультуры в третьем: уже на переменке мы заранее обо всем договорились и после звонка резво стартанули домой. Бежали из школы и смеялись… Вот мы списываем контрольную, в шестом, нас тогда еще чуть было не поймали. А вот и наш совместный поход на экзамен в девятом промелькнул перед глазами… Вот мы договариваемся поступать в один и тот же универ, сидя у Мишки дома за бутылкой ароматного вина, а вот мы радостно отмечаем встречу за партами нашей шараги. После той встречи я еще неделю отходил.

Было и грустное. Несчастная Ванькина любовь – как он чуть не покинул нас, мои с Мишкой терки по поводу и без, ночевка у девчонок, едва не закончившаяся очень плачевно. Тогда еще сразу три машины скорой помощи приехали. Ссоры с другими ребятами в школе, депрессия, из которой мы вытягивали друг друга, вопросы жизни и смерти, которые мы совместно глушили… Да, хорошо, что мы рядом, хорошо, что нам есть, на кого положиться.

Я начал рассказывать вслух о том, что вспоминал. Музыку я даже не замечал, а ребята все слушали, смеялись, плакали, рассказывали свои истории, которые я забыл, и я плакал им в ответ. Как же хорошо, когда у тебя есть кто-то. Как же хорошо, когда есть друзья!

– Слушай, Сань, а ты куда собираешься? Мы вот с Мишкой хотим уехать по заграницам, поднимать бабки и кататься на яхтах. Все-таки и корочка приличная есть, и опыт, так что будущее у нас в кармашке! – Ванек улыбнулся мне.

– А девчонки что? – меня будто током ударило. Уедут? Куда? Зачем? А как же я, тут… Останусь один?

– А девчонки отправляются столицы покорять. Будут у нас трясти кошельки этих, ну, которые богачи! Все деньги из них высосут и еще попросят, сам знаешь, как они это умеют делать. – Ванька по-доброму засмеялся, а девчонки подхватили его смех. Да, они могут что угодно и из кого угодно высосать, уж нам ли с ребятами этого не знать. Хех.

– А я тут остаюсь, ребята. Нашел уже себе вакансию, да и дом рядом, родители недалеко. Вы хоть приезжайте иногда, навещать вашего дружбана, а? – на глаза навернулись слезы. Я опять остаюсь один, опять совсем один… Как тогда, когда все разъехались. Не хочу вспоминать… Не хочу грустить об этом ни сейчас, ни потом!

И сейчас надо наверстать так, чтобы потом не грустить. Сейчас надо прожить этот вечер так, чтобы потом не жалеть о последних часах. Словить волну и за будущее, и за прошлое, и за настоящее! Вперед! Я поднялся со стула.

Мишка, глядя на мой порыв, тоже встал. Поймав мой взгляд, он широко улыбнулся, так, как он это умеет делать. Своей хитрой пижонской улыбкой.

– Навещать потом, все потом. А сейчас погнали отрываться, господа, и чтобы все оторвались сегодня от реальности! – на его вытянутой руке блеснуло пять беленьких таблеток. – Не запивая, господа, глотайте и наслаждайтесь! Аста ла виста, здравый рассудок! Нам нечего ждать!

Я затормозил на секунду, но потом резко схватил одну и проглотил. Ванька и девчонки последовали моему примеру, а наш дилер просто кинул последнюю в рот. Пришло время для того, чего я так долго ждал. Я улетаю, держите меня, сучки!

********

“Тыц, тыц, тыц.” – билась музыка в динамиках. “Тыц-тыц-тыц.” – билась музыка в ушах. “ТЫЦ-ТЫЦ-ТЫЦ.” – билась музыка в грудной клетке, разрывая меня изнутри. Сердце плясало джигу, лихо выдавая вензеля невероятного ритма. Я то задыхался от недостатка кислорода, то наоборот, дышал не просто полной грудью, а переполненной.

Света нет. Нахер свет! Темные горячие силуэты скачут вокруг меня. Они толкаются, бьются, пинаются, и я делаю точно так же! Мы делаем точно так же! Мы все вместе, мы все – один большой потный человек, который выкидывает в несуразные позы свои многочисленные руки и ноги.

Дыхание сбивается. Я чувствую запах чьего-то парфюма и еще какого-то дезодоранта, но все перебивает непередаваемый запах людей. Так пахнет движение. Так пахнет жизнь!

Я ничего не слышу ушами. Я слышу телом, я слышу, как во мне толкается кровь… Ее шум, ее движение по всему моему телу, не головой, нет, фибрами своей души. Да, души! Я наконец-то чувствую СЕБЯ, я ощущаю СЕБЯ, а не все вокруг… Не эту жалкую пародию на мир, а того, кто в этом мире живет! Я чувствую, кто Я такой!

Перед глазами неизвестная свистопляска образов и пятен. Вот что-то розово-зеленое проплыло, оставило какой-то след… На пару долей секунды. Быстрее, быстрее! Световое шоу должно продолжаться! Бесчисленные идеи и цвета, понятия и краски наполняли мои глаза, а я отказывался видеть.

Я закрыл глаза. Я продолжил танцевать. Мы все продолжали танцевать. Это была оргия движения, совместная конвульсия, общим сомнамбулизм… Это было что угодно, но не дискотека. Мои мокрые от пота волосы, мои приоткрытые губы, моя стонущая грудь, мои воющие руки и поющие ноги – все это стало общим, не моим, но не чьим-то. Оно стало своим собственным…

Я потерялся сам в себе. Я чувствую, как двигаюсь, но это двигаюсь не я, не сознание; лишь тело монотонно выполняет кульбиты и па. Я ничего не вижу, я ничего не слышу, я ничего не знаю, я только… Только помню.

Я помню все те разы, когда отрывался на этом танцполе. Мое тело, никуда не глядя, подбросило картинку. Все те разы, как и этот, последний, я был с моими друзьями. Вон они, точно так же дергаются, будто марионетки, будто бы завтра они проснутся целыми и невредимыми и продолжат конечный танец жизни. Благодаря им я стал тем, кто я есть… Благодаря им я не стал тем, кем мог бы стать. Я – это не я, это я и они, а теперь их не будет. Совсем скоро они пропадут, и пропадут, скорее всего, навсегда. И я буду уже не я, я буду лишь жалким огрызком того, кем

сейчас являюсь. Лишь мое тело – этот мясной мешок, который я только сейчас ощущаю в полной мере – лишь оно останется неизменным. Ребята заберут с собой частичку моей души и заберут ее навсегда, не оставив ничего взамен.

Как же мне будет их не хватать. Как же без них мне будет плохо. Почему мы должны расставаться? Почему этот день должен стать последним? Почему моя жизнь снова превратится в одиночество, в пытку разговорами с самим собой? Я не хочу, не хочу, НЕ ХОЧУ! Я просто хочу быть рядом со всеми теми, кого я знаю! РАЗВЕ Я МНОГОГО ПРОШУ? Почему я просто не могу быть рядом… Почему нам суждено разойтись… ПОЧЕМУ?!

Из моих глаз полились слезы. Я ясно представил, как буду жить один, ходить на работу один, по вечерам сидеть дома один. Тишину в своей жизни я буду заглушать музыкой, а желание умереть – алкоголем. Это никчемное существование... Разве я его достоин? Разве я должен умирать, МОРАЛЬНО ГНИТЬ В ЭТОМ ЧЕРТОВОМ МИРЕ?! ЗА ЧТООО?!

Я продолжал двигаться в такт музыке, а из моего горла доносились беззвучные рыдания. Грудь и спина дергались, не в силах сдержать нарастающую боль, а веки сжались плотно-плотно, до одури плотно, но слезы все равно покидали мои пустые глазницы.

Я будто бы заснул. Отключился. Пропал. Исчез из реальности. Не помню, что я вообще делал, только какие-то смутные видения… Называйте это, как хотите, но следующее, что я почувствовал, было чей-то рукой на плече. Открыв глаза, я увидел Ванькино лицо.

– У тебя все хорошо? Глаза какие-то красные. Не то ревел, не то перебрал. Что с тобой? – спросил он. Заботливый. Всегда таким был. Мне будет его не хватать.

Я обнял его и уткнулся ему в плечо. “Ничего, все хорошо, братишка, полный порядок.” – прошептал я. Как же без него, без этого классного парня… Как же я буду…

– Сеанс ночных обнимашек, господа? Идите все сюда, мои хорошие, идите, я поделюсь с вами любовью и теплотой… — Вот и Мишка подоспел. А без его постоянных шуток и подколов? Даже без этой манеры речи? Блин, блин, блин… Вы от меня совсем ничего не оставите, когда уедете!

– Парррни, что это тут у вас? Все вешаемся на Саню? Тогда мы с вами! – и этих дурынд мне тоже будет не хватать. Те крохи моих воспоминаний, оставшиеся после решения Миши с Ваней были склеваны девчонками и теперь… Теперь я никто. Я просто уставший и счастливый человек.

– Я вас всех так люблю, ребят… Вы самые лучшие, правда. Как же я хочу, чтобы у вас все было хорошо! – я снова чуть не разрыдался. Послышались слова поддержки и одобрения. Ребята…

********

На улице уже холодно. От моего дыхания идет пар. Я поежился. Ребята помахали мне рукой и скрылись за углом. Я обернулся и оглядел клуб. Теперь он уже не будет таким, как прежде… Теперь мы там уже не соберемся. Передо мной незаметно остановилось такси. Я сел внутрь.

Водитель уточнил, куда мне ехать. Я откинулся на стекло. Как же так получается, что все закончилось? Все хорошее, что было в моей жизни… Все веселое и светлое, все грустное, но все равно радостное… Оно все кончилось. Никого у меня не осталось. Только старые родители, с которыми я уже давно не общаюсь, да и… Да и все, собственно. Теперь я одинокий и никому не нужный. Я снова остаюсь наедине с самим собой, снова разлагаюсь в тишине…

Я открыл дверь в свою квартиру. Как-то пропустил момент, когда я вышел из машины. В ответ из квартиры подул сквозняк. Я еще раз подумал о сегодняшнем, о танце, о рассказах, о том, что я не помню и о нашем последнем объятии. Все это, все, что было… Это все и есть жизнь. И теперь она

кончилась, кончилось все это, вся эта цельная масса ощущений и переживаний… Теперь я пустой, никчемный, никакой. Как было бы здорово, чтобы на этом все закончилось…

Меня пробил холодный пот. А ведь есть выход, как все закончить… Вообще все. Но это же абсурд, это полное безумие… Я не готов действительно все закончить. Ведь впереди тоже еще что-то будет… Наверное… Ох, черт, я не могу перестать сомневаться! Все еще будет, все еще будет хоро…

Я упал на колени. Мои пустые глаза уставились в потолок. Я снова плакал, но плакал без слез, без звуков, без движений. Я просто молча опустошал себя, чтобы осталась только взбитая оболочка. Когда я закончил, я ушел в свою комнату. Лег на кровать.

Голова пустая. Мыслей никаких. Я никто. Я ничто. Я должен все закончить.

Перевернулся. Встал.

Прощайте.