Nightmarism

За ними

Глава 1

Позади осталась ещё одна тёмная глыба. Проплыла мимо большим, холодно отсвечивающим кубом. Шаг всё так же оставался шаркающим.

Надвигались ещё глыбы. Ближайшая - высокий, гладкий параллелепипед - уже выдавалась из липкого тумана.

Мал приближался к ней. Или приближался только шорох его шагов, а где был Мал, не имело большого значения. Он просто хотел выбраться.

Как и всегда, краем глаза Мал увидел на грани глыбы какие-то фигуры. Что-то, вырезанное там непонятно когда, кем и зачем. На этой отсвечивали острыми краями какие-то круги. За кругами словно сужающимся шлейфом тянулись какие-то волнистые полосы, они изгибались параллельно друг другу и напоминали ветер, или передавали движение этих самых кругов. Сами круги не были пустые, в них тоже что-то вырезали, но к этим деталям Мал не присматривался.

Эта глыба тоже постепенно прошла мимо, и Мал снова пошёл по разлитому среди её собратьев туману. Новые колыхались хмурыми, молчаливыми силуэтами впереди. Кажется, их строй дальше уплотнялся. "Густоглыбье" - подумал Мал с тихой усмешкой, после чего тут же споткнулся.

Да, Мал подошёл уже к первому чёрному кубу и отметил, глянув по сторонам, что входит в своего рода лес. Следующий куб, кривоватый и неприятный, стоял левее всего в паре метров, за ним, правее, выглядывал из тумана необыкновенно острый угол другого, за этим виднелся ещё один, вытянутый высоко вверх и теряющийся там во мгле. Стало холоднее.

Эти глыбы тоже не были лишены своих резных... бессмыслиц, как Малу казалось. Снова круги, ветер, какие-то кривые - то ли молний, то ли горизонта. Иногда россыпи точек, сделанных, видимо, путём вращения со вдавливанием.

Очередная глыба вдруг привлекла внимание Мала, он остановился и повернулся прямо к ней. Рисунок был необычным, если вообще можно было назвать его рисунком: на грани, перед которой стоял Мал, параллельно левому, правому и верхнему рёбрам шла одна линия, шириной где-то в сантиметр. Будто высеченный контур двери. Такой же контур был внутри, такой же - внутри второго, такой же - в третьем, и так далее. Линия с каждым контуром была тоньше и тоньше, пока не становилась вообще слаборазличимой. Куб словно имел портал, втягивающий в себя.

Мал подошёл чуть ближе и протянул руку. Она дошла до куба и... ничего не коснулась. Мал вздрогнул, но решил, что из-за повторяющегося рисунка попался на обман зрения - и сделал шаг вперёд. Ничего.

Сглотнув, Мал быстро посмотрел на боковые рёбра куба. Он совершенно точно должен был его коснуться ещё добрых двадцать сантиметров назад. Мал тупо смотрел на свои пальцы - те уходили в черноту куба вместе с очень тонкими линиями контуров "дверей". Мал двинул руку ещё дальше.

И погрузился в куб по плечо. Тут же он ощутил холод, холод ледяной шёлковой ткани, мягко обволокшей его руку. Она тянула Мала за собой в куб.

В панике Мал выдернул руку назад - не без усилий - и, не справившись с инерцией, упал на спину. Немного дрожа, он встал и снова посмотрел на куб. Рисунок всё так же уходил куда-то в бесконечность. Но Мал всё равно ясно видел поверхность грани перед собой. В конце концов он отряхнулся, бросил последний, мрачный взгляд на аномалию и продолжил шагать, куда шёл.

Обычные, несомненно твёрдые грани дальше на пути теперь вдруг дарили чувство спокойствия. Словно испытывая внезапную доброту к привычному, Мал стал присматриваться к минуту назад бессмысленным рисункам.

Не сказать, что смысл они разом обрели. Всё те же круги (сферы?), "ветер", за ними тянущийся, вывинченные-вырезанные точки...

Но глазу стали попадаться какие-то другие фигурки. Очень маленькие, с чем-то круглым вверху и торчащими в разные стороны ломаными линиями внизу... Фигурок было очень много, они кучились у самого низа граней, на которые смотрел Мал.

Его охватило смутное чувство узнавания; но фигурки были крохотные рядом со сферами, вырезанными выше - трудно было как следует их рассмотреть. Мал дошёл до огромной чёрной глыбы, более сложной, чем параллелепипед, с обширными, каждая как каменное поле, гранями. Он остановился и присел, вглядываясь в мельтешащие фигурки.

Мал сразу же узнал... Человечков. Или, во всяком случае, простенько изображённых созданий, напоминающих их. Ножки и ручки у них всё так же торчали во все стороны, расставленные очень широко. Видно, резчик (художник? Кто это был?.. множество вопросов зашевелились в голове разом) пытался создать впечатление, что человечки двигаются очень быстро.

"Бегают" - неожиданно выскочило у Мала в голове. "Бегут... Носятся..."

Тут Мал странно уставился на свои ступни. Подвигал ими, разминая. Он не чувствовал усталости.

"Я тоже могу бежать. Я могу двигаться быстрее..."

Чувствуя себя очень странно, взволнованный, Мал ещё раз глянул на бегающих человечков, повернулся в прежнем направлении и стал шагать. Затем ускорил шаг. Затем ещё. И ещё. И ещё.

...Мал мигом понял, почему резчик изобразил человечков с торчащими во все стороны руками и ногами. Он выглядел - и чувствовал себя - точно так же. Его то и дело уносило в сторону, один прыжок отклонялся от другого на десятки градусов, можно было и врезаться. Но Мал бежал.

Он поразился: глыбы теперь не проплывали мимо сквозь туман, грозные и могучие. Они проносились по сторонам и исчезали позади, они будто съёжились, из глыб превратились всего лишь в валуны...

Из Мала вырвался смешок. Он бежал. И бежал быстро.

"Это я?" - подумал он, не сдержав ещё один смешок.

Он понял ещё кое-что: лес этих холодных, твёрдых (кроме той...) гор был куда разнообразнее, чем могло казаться ещё несколько минут и часов назад. За относительно небольшими и крупными, но ближайшими глыбами, которые Мал теперь стремительно оставлял за спиной, он стал замечать в далёкой дымке совершенно другие. Скалы, пики - вершины одних виднелись, подёрнутые туманом, а другие были настолько колоссальны, что терялись где-то в вышине.

Мал ощутил какое-то тепло в ступнях и коленях, потом бёдрах... Тепло скоро перешло в жар. Это было неприятно... И дышать становилось всё сложнее.

"Усталость" - вспомнил Мал.

Он сбавил темп и минуту спустя уже шёл прежним шагом. Усталость сменилась каким-то приятным ощущением в конечностях, воздух стал будто слаще. Мал удивлялся этим состояниям и посматривал вокруг. Приметив знакомых уже человечков на очередной глыбе, он им улыбнулся.

Он дошёл до валуна с очень удобно наклонённой к земле гранью и с выдохом облегчения сел, прислонившись к ней спиной. Какое-то время он просто дышал и рассеянно смотрел вверх. Ничего особенного там видно не было, только лениво плавающие волны бледного тумана. Да какое-то белое, расплывчатое пятно. Что это было такое, Мал тоже не очень понимал.

Мал хотел устроиться чуть поудобнее - и ощутил, как спина прошуршала по каким-то неровностям.

"Здесь же тоже какой-то рисунок" - На этой мысли он тут же отлип от своего валуна и крутанулся на месте, присев на корточки. Он всмотрелся.

Как и всегда, человечки, как и всегда, сферы, шлейфы... Но здесь человечки не мельтешели, а одним строем шли куда-то в правую сторону. Мал стал вприсядку следовать за фигурками и через каких-то пару метров справа возник новый рисунок. Мал удивлённо выгнул назад шею. Это очень напоминало одну из тех колоссальных скал, какие он видел на бегу. И человечки... забирались на неё. Он внимательно оглядел гору: тут и там, на пологих и крутых склонах, на острые утёсы нацепились крохотные фигурки. Они неустанно карабкались куда-то наверх. Мал бросил туда взгляд. Невероятно высоко (кто и как туда дотянулся?..) он увидел вершину резной горы. Отсюда было едва видно, но маленький, тонкий выступ подсказывал, что кто-то из человечков достиг цели. Мал испытал очередное непонятное чувство - к этому человеку: сердце забилось, уголки рта задёргались в улыбке, глаза широко раскрылись.

Он посмотрел дальше направо, зная, что увидит. За дымкой мутно отсвечивали валуны у подножья горы, сама она, вернее, её ближайшая часть, гигантская, высилась тёмной массой. Остальное терялось в тумане...

Мал двинулся туда. Он помнил, что мог бежать, но здесь было незачем: он понимал, что если из всей кучки, почти армии человечков на вершине он увидел лишь одного... Зазря тратить силы нельзя.

Он вышел к подножью. И слегка растерялся: нигде не заметно было хоть какой-то дорожки, которая вела бы выше. Только беспорядочно натыканные, удивительно бесформенные камни. Но поизучав их ещё пару минут и пораздумав, Мал понял, откуда стоило бы начать взбираться наверх.

Он подошёл к первому камню, поставил ногу, встал на него двумя, поставил ногу на другой, левее и с меньшей площадью, встал и на него; крепко ухватился за край выступа впереди, подтянулся и целях несколько секунд затаскивал себя. Оказавшись там, он почувствовал, что уже устаёт. На этом Мал усмехнулся и пошёл дальше, стараясь дышать ровнее.

... Уступы становились всё круче, камни - всё острее, об них всё больнее обдирались пальцы. Уже несколько раз Малу приходилось допрыгивать до нужного выступа и всеми силами цепляться за него, порой висеть так, с совершенно побелевшими от напряжения пальцами, пытаясь высмотреть выступ поближе, покрепче... Всё чаще ноги скользили по крутому склону, Мал оступался на небольших прыжках и грозил, рухнув, переломать себе половину костей. Он уже пару часов как вспомнил название тому неприятному жару, который теперь пылал во всём его теле: боль. Всё болело, а Мал истекал потом, раздражённо косясь при этом на расплывчатое белое пятно наверху: жару оно заметно добавляло Впрочем, чем выше он забирался, тем меньше было тепла. Некоторые выступы уже обжигали пальцы холодом, а тело начинало подрагивать. Ко всему прочему, Мал ужасно устал.

...он без сил опустился на голый холодный камень, уже не обращая внимания на то, что и так мёрзнет. Всё, что ему требовалось - дыхание. Он лежал, надуваясь и сдуваясь, как мешок. Снизу он охлаждался почти до онемения, а сверху изжаривался под уже не расплывчатым, а явно круглым и нестерпимо ярким светилом. Мысли будто опьянели и вяло плавали по голове, бормотали что-то меж собой.

Мал чуть пошире раскрыл глаза и сфокусировал взгляд - он смотрел на правую руку. Пальцы непроизвольно поглаживали трещинку в камне.

"Трещинку?"

Слишком она была аккуратной и неглубокой для трещины, шла плавно...

Не без боли и головокружения Мал вскочил на ноги. Прямо под его ногами был очередной резной рисунок. Целые орды маленьких человечков, лезущие на эту гору вместе с ним. Только теперь он увидел что-то, торчащее у всех них из-за плеч. У кого подлиннее, у кого покороче, пошире, поуже... Мал непонимающе покачал головой.

Перед ним возвышался целый утёс, отвесный и сглаженный - лезть на него было безнадёжно. И он тоже был изрезан неизвестным художником. На еле живых ногах Мал дошаркал до него и рассмотрел рисунок.

На некоей вершине стоял человечек - вырезанный более крупным, чем остальные. Из-за его плеч тоже что-то торчало. Два отростка, выставленные вверх, но не вертикально.

Вдруг Мал ощутил сзади какую-то тяжесть. Две тяжести. Он сильно изогнул шею и увидел за правым плечом такой же отросток, как у человечка на рисунке... Тут по его телу словно прошёл разряд, глаза вытаращились в пространство.

"Крылья" - выпохнула прямо в его сознание эта нереальная мысль.

Мал понял, что за торчащие отростки из-за плеч были у всех человечков. Изумился, как он шёл, бежал и всходил на гору с этими крыльями, а показал ему их человечек, вырезанный в камне.

Куда-то исчезли холод и жар. Ожившие, расправляющиеся с каждой секундой крылья встали в нужное положение и наливали всё остальное тело новой силой.

Мал обратил взгляд выше человечка с крыльями. Там были вырезаны огромные сферы, которым художник неведомым образом придал объём. Между сферами были рассыпаны мириады точек.

Мала переполнил трепет, он с дрожью вдохнул побольше воздуха и... Махнул крыльями, вытянувшись всем телом вверх, как бы помогая им.

С невиданной до этого силой он оторвался от горы, все человечки под его ногами мгновенно стали неразличимы. Только человечек на вершине оставался видимым какое-то время - они с Малом словно глядели друг на друга, выражая уважение, даже восхищение...

Затем крылья махнули ещё раз, внизу от этого, казалось, забушевали те самые ветра.

А Мал уносился ввысь, с каждым мановением крылья расправлялись всё пестрее, и ему нелегко было поверить, что ими двигает он. Волосы на голове бешено танцевали, глаза Мал непроизвольно сузил и видел...

Видел лишь голубизну, к которой он поднимался всё быстрее. Где-то в стороне полыхал ослепительно белый шар, отрастивший корону из тысяч острых лучей. Мал не знал: то ли его рассудок помутился и он меньше следил за движениями, то ли это крылья обрели свою волю и теперь сами яростно рвались в небо, неся хозяина за собой.

Его мысли никак не успевали за полётом, дыхание перехватило, пока он наблюдал, как голубизна сменяется синевой, её заливает густо-фиолетовым, а после всего этого...

Все звуки напрочь исчезли. С немо разинутым ртом Мал завертел головой.

Абсолютная чернота.

Усыпанная точками. Далёкими бриллиантами, сапфирами, изумрудами... Сколько, сколько же их было...

Мал беззвучно ахнул. Под его ногами темнела неимоверная сфера. Её обволакивала дымка, испускающая бледное свечение. Мал видел сплошь серую, неровную поверхность сферы. Отсюда различимы были самые чудовищные из скал, титанические хребты, горы, горы, горы... Всё в них. Мал почувствовал тяжёлый страх, исходящий от этой сферы.

Он вновь посмотрел на черноту вокруг. Все те бесчисленные рисунки... Они могли вырезаться ещё целую вечность, превратить всю поверхность тёмной сферы в один огромный рисунок, отражающий... Всё это. Но не получилось бы. Никогда. Ожившая, настоящая картина слишком велика.

Мал почувствовал, как ему становится горячо, и повернулся к светилу.

Его глаза чуть не сгорели в ту же секунду. Он зажмурил их. И засмеялся.

Из глаза вырвалось что-то тёплое и мокрое. И в тот же миг заледенело. Мал с улыбкой смотрел, как новая маленькая сфера уплывает прочь.

Она плыла и плыла, ярко сияя.