Яков, вознесшись...

Глава 1

Сон окончательно одолел Яшу. До того страдалец кастрюлями кипятил кофе, смолил сигарету за сигаретой, выставлял на морозец воспалённую голову: не помогло, на третьи сутки сломался — как сидел у компьютера, так и сомлел, провалился в мутное.

— Константа, константа... — твердил Яша, вращаясь в пёстром калейдоскопе. Из ниоткуда наплывали страшенные рожи, строили гримасы. Объявился легионер с коротким мечом у пояса и изготовленной пращёй.

— Запасайте гланды, — заявил воин, подмигнул и упрыгал на обутой в сандалию ножке, поджав вторую, босую.

Из рыжей тучи выдвинулся узкоглазый на мохнатой лошадке. Нацелил на Яшу копьё.

— На Калку прямо?

— Иди в жопу, откуда я знаю? — Яша покрылся липким потом.

Степняка сменил мордоворот в кожанке, с маузером.

— Пройдём для выяснения.

— Куда?

— До ближайшей стенки, сволочь! Руки за спину...

Яша затосковал, тяжело сдавило грудь. Маузерист завертелся волчком и сгинул.

Появился новый, лохматый, в сером строгом костюме и при тщательно повязанном галстуке.

— Яков Ильич, проснитесь, — лохматый протянул руку с полированными ногтями, — проснитесь, любезный, важное дело.

— Константа… — промямлил Яша.

— Да будет вам, пустое, — лохматый помахал ладонью перед Яшиными глазами, — проснулись? Вот и ладно. У нас неотложный, знаете ли, разговор. — Подошёл к единственному в комнате креслу, с сомнением глянул на обивку, уселся, закинул ногу за коленку. — Прошу прощения за вторжение, Яков Ильич, но появилась насущная необходимость…

— А вы кто будете? — Яша ущипнул себя за ляжку.

— Я, собственно, буду посланник-исполнитель, можете называть меня Вели. И никакой, понимаете ли, мистики, всё очень объяснимо. Вы, Яков Ильич, подошли в вашем затянувшемся эксперименте к логическому завершению, — Вели изящным жестом указал на занимавшую стоящий посреди комнаты стол Машину, — день, два, и, как мы предвидим, вы выправите мелкие огрехи в расчётах, получите константу, и ваш генератор заработает, а это чревато непредсказуемыми последствиями…

— Постойте, — перебил Яша гостя, — вы уверены, что расчёты выстроены с логической последовательностью? У меня есть сомнения по поводу индуктивного тока…

— Да всё там путём, — не дал Якову договорить незванец, — одно худо, при наборе мощности окружающие здания трясти будет неслабо, резонанс электромагнитный у вашего агрегата присутствовать будет, и ещё, — от Кирлиан-эффекта вы не застрахованы. Опять же, — торсионное поле вызовет некоторые накладки: сбегав в прошлое, по возвращении можете и двойника дома застать.

— Нет! Я ещё сплю! — Яша замахал руками.

— Будет, — гость отогнул белоснежную манжетку, глянул на циферблат, — я здесь присутствую исключительно для недопущения подобных безобразий. Договоримся сразу: машинку утилизируем, вас я для сохранения всеобщего благопорядка забираю с собой…

Яша оглянулся, потянулся к неиспользованному металлическому стержню.

— Прекратите эти глупости. Прежде, чем мы прибегнем к рукопашной, чего, ввиду априорного предвиденья результата, я вам категорически не советую, выслушайте некоторые мои соображения. — Лохматый извлёк из кармана портсигар, выбрал сигарету, прикурил от ногтя, сладко затянулся и продолжил: — Вот вы, в творческих муках, лишив себя полноценного времяпрепровождения, даже, скажем больше — лишив себя элементарных удобств, сотворили сей агрегат. Днями это нелепое сооружение заработает...

— Почему нелепое? — рассвирепел Яша, — дурак вы!

— Поверьте, я отнюдь не дурак. А почему нелепое?.. да, при сегодняшнем уровне человеческих знаний это, конечно же, неплохо, скажу больше — потрясающе это, но, во-первых, для перемещения по временному потоку можно обойтись и без подобной, простите, ерунды, тому свидетельствует моё присутствие здесь и сейчас; а во-вторых — последствия завершения трудов ваших могут перечеркнуть всё то, что родили непутёвые человечки за всю историю своего существования. К примеру, заведёте вы свою машинку, и появится у вас соблазн, засвербит, понимаете ли, в заду, и махнёте вы в прошлое. И выбросит вас с вашим аппаратом, допустим, в сороковые, век двадцатый. И что ещё хуже, угораздит вас очутиться на подконтрольной небезызвестному Адди Шикльгруберу территории. Чем это может завершиться? А тем, мечтатель вы мой, что бравые ребята в чёрных мундирах гостя чуток помучают, и Адольф Николаевич, отчаявшись завершить дела свои славные в конкретном отрезке времени, махнёт при помощи этой машины в сегодня, пристроив предварительно пару копеек в надёжных банках…

— Почему Адольф Николаевич? — Яша попытался собрать остатки сознания.

— Да просто каламбур: хорошо звучит — Адольф Николаевич Гитлер, не находите? Мда, о чём это мы?.. Предположим, Яков Ильич, это одна сторона медали. А теперь, простите за пошлый слог, взглянем на другую возможную сторону, она куда как сумрачнее выглядит: есть у меня подозрение, что за трудами вашими наблюдают. Пристально наблюдают и давно. Вот и перейдёт схема этого агрегата в распоряжение специальных внутренне-бдительных органов. Неважно, здесь или там, за океаном, скорее всего — и здесь, и там это произойдёт одновременно. Вы напрягите воображение и представьте последствия: не удержатся ведь, полезут историю корректировать. Так что, сидеть, где сидел, и не рыпаться, иначе хваталки оборву!

Лохматый стал страшен, наманикюренные ногти закогтились: не вставая с кресла, Вели вытянул руку, удлинил её, подхватил невостребованную железяку и обрушил на машину. Яшу повело судорогой. Велиал присмотрелся, ткнул железкой внутрь, повертел, ещё раз ударил сверху. Завершив дело, гость продолжил:

— Яков Ильич, друг вы мой любезный, не надо бурных переживаний. Пустяк эта машина перед открывшейся вам перспективой.

— Что? Зачем? — пискнул Яша.

— Я вот выкурю ещё одну, и отправимся мы с вами прочь от этого мира. В очень интересное бытие отправимся. Оставлять вас здесь нельзя, да и незачем. Поместим мы вас в наш инкубатор — общество... вы и представить не сможете: оксфордский затейник, тот, который "авторитет" изобрёл, неугомонный отпрыск Фидия Сиракузского, физик-переплётчик, неуточненного гражданства творец "Картинок Мира", и командует всей кодлой Тесла бесноватый. А иногда на огонёк босоногий афинянин забредёт из соседней общаги, да вино рекой, да словоблудие... Там и другие личности присутствуют, один краше другого. Скучно не будет, напротив, будет весело, и большая польза для окончательной вашей огранки.

— А зачем это... инкубатор?

— Для дела. Отбираем мы просветлённых, с царём в голове, холим, лелеем и готовим к возврату на грешную землю лет этак через двести, триста. Думается, к тому времени человеки изживут присущие им тяжкие пороки — алчность я имею в виду, лживость, ксенофобию. Предлагал я Птаху ускорить процесс, подправить генетический код, но старик упёрся — желает естественной селекции.

— Птах, это кто? — Яша ухватился за голову.

— Птах – это тот, кого вы богом величаете. Имен у него, вами изобретённых, не счесть, а суть одна — Творец и Владыка.

— Значит, Иисус – это он?

— Ну, что вы, Яков Ильич, не дай Птах, кто услышит. Ешу – славный малый, у нас пребывает. Чудной затейник и фантазёр. Сдружился с Калиостро, позже Гудини к ним примкнул. Неразлучная троица сегодня, — балуют нас фантастическими кунштюками… Повторяю, у нас масса интересных субъектов, а дамское собрание... словами описать невозможно, это наблюдать надо.

— Скажите, а как мы туда отправимся? Опишите...

— Проще простого: вы немедленно расстаётесь с земной оболочкой, и отправляю я вас по нужному маршруту.

— То есть, вы что, убивать меня будете?

— Именно, только не пугайтесь вы, Птаха ради. Резать вас, расчленять — нет никакой необходимости…

— Стойте, получается, что загробный мир существует? Рай, ад, после смерти все к вам, туда?

— Нет никакого рая и прочих глупостей. Всё это ваши попы выдумали. И потом, всех к нам — это где же столько места взять? К нам по строгому отбору. А остальные в круговорот, в новых человеков. Про реинкарнацию слыхали? Селекция, другого пути Птах не видит. Однако заболтались мы, мне после в Аргентину поспешать, там один чудак эликсир бессмертия вот-вот изготовит. Смотреть мне в глаза, взгляд не отводить, не отводить взгляд, говорю...

Яша задёргался и упал. Вели достал из жилетной кармашки сотовый, набрал номер:

— Пётр Ионыч, встречай новопреставленного: Яков, дитя человечье… пока в карантин к технарям… дёрганный сильно, поласковее с ним, и архаров наших предупреди, чтоб не наваливались скопом... да, тот самый, машину времени соорудил. Доложи Птаху. Я сей момент в Буэнос-Айрес, после отдохну пару дней где-нибудь на песочке, у прибоя — замотался. Если что, буду на связи...

***

Гланды — (лат. glandes) свинцовые продолговатые пули. Входили в экипировку

пращника времён галльских войн.

Кирлиан-эффект — феномен свечения биологических объектов под воздействием

импульсного высокочастотного разряда.

Оксфордский затейник — Роджер Бекон.

Отпрыск Фидия Сиракузского — Архимед.

Физик-переплётчик — Михаэль (Майкл) Фарадей.

Творец "Картинок Мира" — Людвиг Витенгенштейн, австро-британский философ,

эзотерик, изобретатель.

Босоногий афинянин — Сократ.

Пётр Ионыч — Симон, он же Пётр, сын Ионы, апостол, хранитель ключей от врат

райских.