Выпускной в „Ист-Сайде“ Часть 1 Призрак выпускного

Глава 1 Ночной сторож

Холодный сентябрьский ветер гнал по асфальту обрывки жёлтых листьев, когда Михаил впервые за два года перешагнул порог школы «Ист-Сайд». Тяжёлая дверь со скрипом закрылась за спиной, отсекая шум вечернего города. В вестибюле пахло хлоркой и старой мебелью — точно так же, как в день их выпускного.

Дядя Толя, пожилой вахтёр с седыми усами, сидел за стеклянной перегородкой и читал газету вверх ногами. Увидев Мишу, он отложил чтиво и окинул парня внимательным взглядом.

— А, это ты, Михаил? Слышал, слышал, что устроился. — Он покачал головой. — Молодой ещё в сторожа идти. Не боишься?

— Чего бояться? — Миша пожал плечами, хотя внутри всё сжалось. — Школа как школа.

— Ну-ну, — протянул дядя Толя, протягивая связку ключей. — Смотри, парень: на четвёртый этаж не ходи. Там крыша протекает, перекрытия старые, провалишься — никто не услышит. И в обсерваторию на чердаке не суйся, заколочена она.

Миша кивнул, принимая ключи. Он уже знал, что именно туда ему придётся пойти. Не сегодня, так завтра.

Первая ночь тянулась медленно. Он обошёл первый этаж, проверил замки на запасных выходах, заглянул в столовую, где длинные ряды столов пугающе поблёскивали в свете дежурных ламп. Всё было тихо. Слишком тихо.

Около двух часов ночи Миша сидел в комнате охраны, пил растворимый кофе и смотрел в мониторы. Двенадцать камер показывали пустые коридоры. И вдруг на одном из экранов, в коридоре «Жёлтых шкафчиков», он заметил движение.

Он вгляделся. По полу, от стены к стене, тянулась цепочка мокрых следов. Босых ног. Следы появлялись из ниоткуда и исчезали в никуда. Никакой фигуры не было видно — только следы, которые медленно высыхали на кафеле.

Миша вскочил и побежал туда. Коридор был пуст. Но на полу, там, где только что были следы, теперь лежала белая ленточка — такие обычно вплетают в косы на выпускной.

Он поднял её. Атласная, чуть влажная. От неё пахло духами — дешёвыми, приторными, «Красная Москва».

Вернувшись в комнату, Миша снова уставился в мониторы. На одной из камер, в конце того же коридора, теперь стояла девушка в старомодном белом платье. Она смотрела прямо в объектив. Лица не было видно — чёрная тень закрывала его, но Миша чувствовал на себе её взгляд.

Он моргнул. Девушка исчезла.

Кофе остыл, а Миша просидел до утра, не смыкая глаз.

Глава 2 следы на паркете

Следующей ночью Миша взял с собой диктофон — старый «Сони», ещё отцовский. Он решил записывать всё странное, что будет происходить, чтобы потом, если сойдёт с ума, было что предъявить психиатру.

Около полуночи, когда он делал обход на втором этаже, из кабинета музыки донеслись звуки пианино. Кто-то играл вальс — ту самую мелодию, что звучала на их выпускном.

Миша замер. Сердце заколотилось где-то в горле. Он медленно подошёл к двери, толкнул её — заперто. Тогда он достал ключи, нашёл нужный и вставил в замок. Скважина щёлкнула, дверь открылась.

В кабинете было темно. Пианино стояло у окна, его клавиши мертвенно поблёскивали в свете уличного фонаря. Миша включил фонарик на телефоне и обвёл лучом помещение. Никого. Он подошёл к инструменту, провёл пальцем по крышке. На ней, приклеенная жевательной резинкой, лежала старая фотография.

Групповой снимок выпускников. На обороте шариковой ручкой выведено: «Ева. Выпускной 2014». Миша перевернул фото. Лица выпускников были смазаны, будто сняты на плёнку с длинной выдержкой, но одна девушка, стоящая чуть поодаль, выделялась чётко: светлое платье, тёмные волосы, глаза, которые, казалось, смотрели прямо в объектив, но их выражение нельзя было разобрать.

Миша сунул фото в карман и вышел в коридор. И тут же услышал смех — детский, звонкий, прокатившийся эхом по пустому этажу. Он резко обернулся, осветил коридор. Никого. Но на полу, рядом с его собственными следами, появилась другая цепочка мокрых следов — маленьких, будто детских. Они вели в сторону лестницы.

Он пошёл по ним. Следы привели к двери на чёрную лестницу, ведущую в подвал. Дверь была приоткрыта. Оттуда тянуло сыростью и чем-то сладковатым, как от засохших цветов.

Миша не решился спускаться. Он захлопнул дверь и вернулся в охрану, чувствуя спиной чужое присутствие.

Глава 3 Та,кого не было

Днём Миша отправился в городскую библиотеку, где хранились архивы местных газет. Он нашёл подшивку за июнь 2014 года и принялся листать пожелтевшие страницы. На последней странице номера от 26 июня он увидел короткую заметку:

«Трагедия на выпускном в школе „Ист-Сайд“: ученица 11-го класса Ева С. сорвалась с крыши здания. По предварительным данным, девушка вышла на чердак подышать воздухом и оступилась. Следствие считает случившееся несчастным случаем»

Ниже была мелкая фотография: та же девушка в белом платье, но лицо её закрыто чёрной полосой (видимо, из этических соображений). Миша попросил у библиотекаря список выпускников того года. В нём Ева не значилась.

— Странно, — пробормотал он. — Если она училась в школе, почему её нет в списке класса?

Библиотекарша, пожилая женщина с перманентом, услышала его и подошла ближе.

— А вы про Еву? — тихо спросила она. — Я помню эту историю. Девочка была… не от мира сего. Говорили, она влюбилась в одного мальчика из параллельного класса, а он над ней смеялся. На выпускном она нарядилась в мамино платье, хотела ему понравиться, а он даже не взглянул. Говорят, она поднялась на чердак и… сама. Но власти замяли, чтобы школу не закрыли.

Миша поблагодарил и ушёл, чувствуя, как холодок ползёт по позвоночнику.

Ночью, придя на смену, он сразу поднялся на четвёртый этаж. Дверь в обсерваторию, обычно запертая на тяжёлый амбарный замок, была чуть приоткрыта. Он толкнул её — петли жалобно скрипнули. Внутри пахло пылью, сухими травами и теми самыми духами.

В свете фонарика он увидел старое кресло, сломанный телескоп, груду хлама. На подоконнике стояла засохшая роза в стакане с водой. Вода была свежей.

Миша оглянулся. На стене висело мутное зеркало. В его отражении он увидел себя… и за своей спиной — силуэт девушки в белом платье. Он резко обернулся — никого. Зеркало показывало только его одного, но на стекле проступила надпись, сделанная пальцем по пыли: «Ты пришёл».

Глава 4 Встреча с Алисой

Утром, выходя из школы, Миша столкнулся у ворот с Алисой. Она стояла, прислонившись к забору, и курила, пуская дым в небо. Увидев Мишу, она хотела отвернуться, но он окликнул её:

— Алиса, постой.

Она замерла, но не обернулась.

— Чего тебе?

— Я… я хотел поговорить о Кирилле.

Она резко повернулась, и в её глазах блеснули слёзы.

— О брате? Тебе не кажется, что поздно? Где ты был, когда он погиб? Почему ты выжил, а он — нет?

Миша не знал, что ответить. Он сам задавал себе этот вопрос каждый день.

— Я не знаю, Алиса. Но сейчас в школе происходит что-то странное. Ты ничего не замечала?

Девушка потушила сигарету и внимательно посмотрела на него.

— Ты про то, что у моей подруги из шкафчика пропали туфли, а потом нашлись на крыше? Или про то, что меня на лестнице толкнули, хотя рядом никого не было?

Миша вздрогнул.

— Толкнули?

— Да. Я чуть не упала. Спаслась тем, что ухватилась за перила. А когда оглянулась — никого. Но я слышала смех. Детский смех.

— Мне нужно, чтобы ты была осторожна, — сказал Миша. — И если увидишь что-то необычное, сразу говори мне. Вот мой номер.

Он продиктовал телефон. Алиса записала, но в глазах её читалось недоверие.

— Ты веришь в призраков, Миша?

— Теперь — да.

Она усмехнулась и ушла, не попрощавшись.

Ночью Миша снова заступил на дежурство. Едва он сел в кресло, как его сморил сон. Проснулся он оттого, что кто-то гладил его по голове. Лёгкие, прохладные пальцы касались волос. Он распахнул глаза — в комнате никого. Только на полу, рядом со стулом, лежала белая перчатка. Такие носят с бальными платьями

Глава 5 Подарки из прошлого

На следующее утро Миша нашёл на своём столе в охране розу — свежую, алую, перевязанную чёрной лентой. Рядом лежала записка, выведенная бледными чернилами: «Ты пришёл за мной? Я так долго ждала».

Почерк был старомодным, с завитушками. Миша сунул розу в рюкзак и пошёл к начальнику охраны, чтобы уволиться. Но начальник, грузный мужчина с усталыми глазами, уговорил его отработать ещё неделю.

— Ну кого я сейчас найду? Сам понимаешь, зарплата маленькая, никто не идёт. А ты парень ответственный. Потерпи, Миш, найдём замену.

Миша согласился. Вернувшись в свою каморку, он полез в рюкзак за бутербродом и наткнулся на чужой выпускной альбом. Он не брал его. Откуда он взялся?

Он открыл альбом. На всех групповых фотографиях лица одной девушки были заклеены маленькими кусочками зеркала. Миша посмотрел в одно из них — и вместо своего отражения увидел школьный коридор, украшенный шарами, людей в нарядной одежде, слышал музыку. Прошлое оживало в этих осколках.

Он перевернул страницу. На фотографии выпускного бала, где пары танцевали в актовом зале, в углу стояла Ева — одна, смотрела прямо в объектив, и на её губах застыла грустная улыбка. Миша узнал её. Длинные тёмные волосы, белое платье с кружевами, тонкие руки.

Он захлопнул альбом и спрятал его в шкаф. Но всю смену ему казалось, что из шкафа кто-то смотрит.

Глава 6 Смертельный номер

Прошло несколько дней. Миша всё реже выходил из комнаты охраны, но Ева находила его сама. Она оставляла записки в его куртке, цветы на подоконнике, а однажды он нашёл в своём термосе вместо чая тёплую воду, пахнущую духами.

Он рассказал Алисе, и та, хоть и скептически, согласилась помочь. Она принесла из дома старую фотографию брата, Кирилла, и они вместе рассматривали её в школьной библиотеке.

— Знаешь, — сказала Алиса, — Кирилл перед смертью говорил, что видел девушку в белом. Мы тогда думали, у него галлюцинации от недосыпа. А теперь…

Внезапно погас свет. Только аварийные лампы тускло освещали зал. Из динамиков школьного радио донёсся шорох, а затем заиграла та самая мелодия вальса.

Миша схватил Алису за руку:

— Сиди здесь. Я пойду посмотрю.

— С ума сошёл? Я с тобой.

Они вышли в коридор. Музыка вела их к актовому залу. Дверь была распахнута. Внутри горел свет, и на сцене стояла Ева — такая же, как на фотографии: белое платье, тёмные волосы, бледное лицо.

Она не двигалась, только смотрела на Мишу. Алиса вскрикнула и зажала рот рукой.

— Ты… — прошептал Миша.

Ева улыбнулась и поманила его пальцем. И вдруг за её спиной появился Кирилл. Мёртвый, с серым лицом, в изорванной рубашке. Он смотрел на Алису и качал головой, будто предупреждая: «Не подходи».

Свет мигнул, и видение исчезло. В зале снова стало темно. Только на сцене лежала та самая белая перчатка.

Глава 7 Котельная

Алиса настаивала, чтобы они ушли из школы немедленно, но Миша понимал: Ева не отпустит их, пока не получит то, зачем пришла. Он решил спуститься в подвал, в котельную, где, по слухам, когда-то был вход в старые убежища.

— Ты уверен? — дрожала Алиса.

— Нет, но выбора нет. Она показывала нам Кирилла не просто так. Может, там мы найдём способ её остановить.

Они спустились по чёрной лестнице. Внизу было жарко и шумно — гудели котлы, шипели трубы. Лабиринт переходов уходил в темноту. Миша включил фонарик, и они побрели вперёд.

Вскоре они наткнулись на старую дверь, обитую железом. На ней висел замок, но ржавый, он упал от лёгкого прикосновения. За дверью оказалась комната — маленькая, заваленная старыми партами и стульями. На одной из парт стояла свеча, зажжённая, и лежала тетрадь.

Миша открыл тетрадь. Это был дневник Евы. Записи начинались за несколько месяцев до её смерти.

«Он сегодня опять прошёл мимо, даже не взглянул. Я для него пустое место. Но я докажу, что я есть. Я заставлю его увидеть меня».

Дальше шли стихи, рисунки, отчаянные признания в любви. Последняя запись была сделана в день выпускного:

«Я надела мамино платье. Оно красивое. Сегодня всё решится. Если он не посмотрит на меня, я уйду. Навсегда. Но я вернусь. Когда-нибудь я вернусь и заберу того, кто захочет быть со мной. Здесь, в школе, мы будем вместе»

— Боже, — прошептала Алиса. — Она же планировала самоубийство как способ вернуться?

— И она ждала всё это время, — кивнул Миша. — Ждала, когда появится кто-то, кто будет готов её полюбить.

— Но почему ты? Почему не кто-то другой?

— Не знаю. Может, потому что я вернулся.

Внезапно свеча погасла. В темноте раздался шёпот: «Миша…»

Глава 8 Зеркальный коридор

Они выбежали из котельной и бросились наверх. Подвал словно ожил: трубы гремели, из вентиляции доносились вздохи. Когда они выбрались на первый этаж, Миша понял, что школа изменилась.

Коридоры стали длиннее, стены покрылись плесенью, а вместо привычных дверей появились зеркала. Они отражали не реальность, а прошлое. В одном из отражений Миша увидел себя на выпускном — с Мариной, счастливого, смеющегося. В другом — Кирилла, который танцевал с какой-то девушкой, но её лицо было размытым.

Алиса схватила его за руку:

— Это ловушка. Она заставляет нас блуждать.

Они пошли вдоль зеркал. Внезапно одно из них треснуло, и из трещины потекла вода. Вода становилась красной. Миша зажмурился, а когда открыл глаза, они стояли в актовом зале, полном людей.

Выпускной. Гремит музыка, смех, сияют огни. Миша узнал себя — два года назад. Рядом Марина, Кирилл, другие ребята. Он попытался дотронуться до них, но рука прошла сквозь.

— Это просто видение, — сказала Алиса. — Нас здесь нет.

Но Ева была здесь. Она стояла в углу, в белом платье, и смотрела на Мишу. Она не видела никого, кроме него. И вдруг она направилась к нему, прошла сквозь толпу призраков и взяла его за руку.

— Теперь ты мой, — прошептала она.

Рука её была холодной, как лёд. Миша почувствовал, что немеет.

— Отпусти! — крикнула Алиса и ударила Еву школьным рюкзаком.

Призрак отшатнулся, и наваждение исчезло. Они снова стояли в пустом тёмном коридоре.

— Бежим! — закричала Алиса.