Выбор Бертика

Глава 1

Некоторое время до основных событий

Случившееся на утренней рабочей планёрке лишило Ганто душевного равновесия на целый день. В его сердце бурлила смесь ярости и отчаяния. Будущее представительства крупной компании, которым он руководил, висело на тонкой нити, натянутой в паутине личных связей заинтересованных сотрудников, входящих в руководство и баланса экономических интересов. Явная угроза повисла в воздухе в тот момент, когда представитель центрального офиса, внезапно появившись на планёрке, потребовал срочно подготовить внеочередные отчёты и свести баланс, используя даже внеурочное время. Это задание, оказалось, было лишь предвестником грядущего увольнения всех сотрудников его отделения. Планёрка, вероятно, была формальностью, способом безболезненно уведомить о закрытии. Ганто тешил себя надеждой, его презентация была красивой стратегий преодоления последствия эпидемии, столбцы его цифр выверены до четвёртого знака после запятой, его графики убедительны, ещё год и они выйдут на приемлемый уровень прибыли с устойчивым ростом в последующий период. Всё должно было получиться, он так убедительно говорил. Но представитель центрального офиса, скучающе, разглядывал белые стены конференц-зала, украшенными дипломами достижений отделения и его сотрудников и, казалось, не слушал пылкую речь Ганто, он не испытывал ни тревог, ни сомнений, это был всего лишь один из пунктов его визита. Ганто говорил и ощущал, как пересыхает рот, как подступает к горлу горечь предчувствия неизбежного. После речи Ганто не услышал вопросов или оценок, только указание срочно привести текущие документы в порядок. Он знал, что такие внезапный запрос означали только одно – у него, в ближайшее время, не будет престижной работы.

Ганто вышел из зала, шумно хлопнув дверью, и быстрыми шагами, почти бегом направился к своему кабинету. Внутри него бушевала буря эмоций и возмущения. Что станет с его командой? Как объяснить людям, что их работа, их усилия, возможно, окажутся напрасными? Ответственность за судьбы людей возглавляемого им коллектива, легла на его совесть неприятным бременем.

Закрыв за собой дверь кабинета, Ганто упал в кресло и развернулся от стола в сторону окна и устремил взгляд на город, на улицы, где среди людей было много сотрудников, других похожих на его, организаций и у них нет таких проблем как у него. Ну почему именно на его филиал пал выбор руководства? Ему даже не позвонили, как полагается, заранее, с вежливым предупреждением. Хорошо, что Ганто предчувствовал кризис и разработал план с презентацией. Этот представитель приехал внезапно. Возможно, он выражает мнение лишь части управления компании. Ганто предстояло принять нелёгкое решение, искать выход из сложившейся ситуации через нарушение субординации и напрямую обратиться к директору. В тишине своего кабинета он собрался с мыслями, готовясь к битве, которую нельзя проиграть.

Поздно ночью Ганто вернулся домой. Как обычно, на столе стоял тёплый ужин, приготовленный заботливыми руками Ани, в свете приглушённого ночного светильника квартира выглядела очень уютно. Ганто был по прежнему напряжён: к проблемам на работе добавилась проблемы дома. Жена забеременела в очередной раз.

Ганто прокручивал в уме утренний разговор с женой: жена робко настаивала на сохранении дитя, но глава семьи был непреклонен – двоих детей им уже достаточно. В стране аборты были запрещены, и Ганто уже договорился с «туристической» фирмой, которая «решает» такие вопросы за рубежом в очень хорошей клинике, причём билеты и другие документы обещали с курьером прислать на дом.

Ани не спала, несмотря на столь поздний час. Она тихо сидела у окна, рассматривая звёздное небо, и когда Ганто вошёл, медленно повернула к нему лицо, её красивые, как у лесной лани, глаза выражали немую мольбу, поскольку все слова она уже сказала раньше.

– Не проси, – твёрдо сказал Ганто. – Уже всё решено.

Кицунэ и Бертик

В лесу, где старые деревья сомкнули свои кроны, в корнях вывороченной ивы лис Бертик старательно копал нору. Старый Кицунэ девятихвостый наблюдал за ним.

– Зря ты это делаешь, – сказал задумчиво Кицунэ, глядя на звёзды, проблёскивающие в просветах листвы, слегка колыхаемой ветром.

– Почему? – спросил Бертик, продолжая выкидывать податливый грунт своими лапами.

– Потому, что в тебе я вижу себя и мой выбор, – девятихвостый никогда не говорил прямо.

– Выбор? Какой выбор? У меня выбор один, послезавтра придёт Лания с подружкой, я ей сделал предложение и жду ответ и это, – Бертик кивнул на углубляющуюся нору: – большой аргумент, чтобы услышать «да».

– Да, Лания, – это конечно, это выбор. Но настоящий выбор ждёт тебя позже, вспомни тогда обо мне и сделай правильно, – сказал Кицунэ и, помахивая своими девятью хвостами, ушёл в направлении скальной расселины на краю ущелья, где он обитал последние годы.

Охота

Егеря давно видели, что в этой части леса появились лисы, но не могли найти нору. К сезону охоты было запланировано отстрелять лисиц, егеря расставят охотников в местах предполагаемого появления зверей.

Бертик нёс в зубах добытую куропатку, когда услышал звуки перемещающихся по лесу людей. Наиболее опасны были трое, обыскивающие кусты прямо возле его норы. Бертик мог просто уйти.

– Вот он, выбор, – подумал Бертик. В норе тряслась от страха его любимая Лания, которая подмяла под себя троих чудесных лисят и закрыла хвостом им мордочки от просыпающегося песка.

Бертик разжал пасть, и куропатка, громко хлопая крыльями, взмыла вверх. Охотники оторвались от поисков, с удивлением наблюдая полёт степной птицы в лесу. Резкий звук двух слившихся в один, выстрелов, дуплет послал облако мелкой дроби, с упреждением, на пересечение траектории полёта птицы. Куропатка, словно ударившись о невидимую стену, и, теряя перья, по спирали рухнула на землю.

– На суп пойдёт, – сказал Ганто, опуская слегка дымящееся ружьё. – Пошли, поможете найти, потом продолжим.

Бертик выждал, когда охотники повернулись к нему спиной и юркнул в нору.

– Бертик, что делать? – прелестные глаза Лании расширились от ужаса.

– Бегите и спрячьтесь у Кицунэ, он говорил вспомнить о нём, когда придёт время. Бегите и не оглядывайтесь! – Бертик нежно прижался своим чёрным носом к восхитительному носику Лании.

– Прощай любимая, у вас есть несколько секунд. Я их уведу!

Бертик лизнул каждого лисёнка и, собравшись, пулей выскочил из норы.

Ганто нашёл куропатку и довольно щупал её жирные бока: – Добыл куропатку посреди леса, никто не поверит!

– Не болтай, Ганто! Иди, проверь там, в корнях старой ивы, – дал очередное указание егерь.

В этот момент Бертик, как рыжая молния, громко шурша старыми листьями, мелькнул в противоположном направлении.

– Назад, Ганто, вон он! – закричал егерь, и чёрные стволы ружей, поблёскивая воронением, повернулись в направлении Бертика.

Грянули две пары выстрелов, к хору двустволок присоединился пятизарядный автомат лесника, но Бертик был хорош, появляясь и исчезая, он, казалось, интуитивно уловил темп стрельбы, и заряды дроби ложились мимо.

– Уйдёт! Откуда он выскочил? – удивлённо пробормотал егерь. Охотники остановились в нерешительности, раздумывая, вернуться обратно или продолжать преследование почти ускользнувшего лиса.

Бертик остановился и оглянулся. Сквозь шум охоты, он едва услышал, как Лания, очень тихо, на лисьем языке, в лопухах недалеко от норы, уговаривает испуганных малышей бежать дальше. Бертик сделал круг и опять появился перед охотниками.

– Гляди, какая тупая лиса, нарвалась на заслон и прибежала обратно, – закричал Ганто и торопливо выстрелил. Бертик, опять ловко увернулся и сделал вид, что захромал.

– Молодец, Ганто, попал, сейчас гончих подзову.

Егерь затрубил в горн, и из глуши заросшего редким кустарником леса ему завывающим лаем отозвалась пара гончих. Охотники устремились за Бертиком. Бертик, прихрамывая, бежал по склону внутри оврага, как бы танцуя, так, чтобы овраг частично скрывал его, и ныряя вниз под темп стрельбы, отчего дробь пролетала выше или увязала в грунте бровки мшистого края.

Охотники остановились перезарядить ружья, и Бертик, воспользовавшись паузой остановился. Он увидел, как четыре маленькие рыжие точки достигли заветной расселины и растворились в её чёрном изгибе.

Овраг закончился, и начались кусты терновника. Бертик появился и тут же скрылся за подвернувшимся холмиком, грянули выстрелы, дробь ушла в холмик. Бертик выпрыгнул и – выстрел, который охотники называют поздним, вырвался из начинавшего опускаться для перезарядки ствола ружья. Когда порох немного подмокнет в патроне или окислится капсюль, выстрел происходит не сразу, а спустя какое-то время. Бертика зацепило. Теперь он действительно хромал. Но он мог уйти и почти ушёл, но собаки, приближение которых он отчётливо слышал, могли взять след Лании и... Бертик сбавил бег и стал тереться о кусты, петляя и уводя погоню от своей семьи. Собаки взяли след Бертика, ещё бы, волоски лисьей шерсти и капли крови, сочившейся из раны на задней лапе показывали: «вон там добыча, там!». Бертик слышал дыхание двух приближавшихся псов и, превозмогая боль, уводил их дальше и дальше от расселины, где укрылась его любимая Лания с лисятами.

Слишком много в лесу было охотников. Действительно, почуяв запах сигарет от людей, стоявших в засаде впереди, Бертик по дуге стал стараться обойти заслон, тем самым сократив расстояние до преследователей, собрав остатки последних сил, он перемахнул через ствол упавшей сосны, и над ней его достал выстрел Ганто. Спустя мгновение две злобные, ощерившиеся, покрытые пеной пасти вцепились в его обессиленное и смятое картечью тело.

Легенда о Кицунэ

Бертик не чувствовал боли от трясущих его тело собак, он видел голубое небо, по которому плыли белые облака, слух и обоняние отказывали, и он не слышал грузный топот ног и крики Ганто, который орал на егеря из-за собак, которые испортят такую красивую шкуру. Он был счастлив: враги были так далеко от его родных, им ни за что до них не добраться. Утомлённые погоней, они не будут лезть через колючие заросли, большой овраг, камни и брёвна старого леса, чтобы вернуться к старой иве и найти следы Лании и лисят. Недостаток кислорода вызвал видения, и это был Кицунэ, молодой и с одним хвостом. Бертик наблюдал эту картину как бы со стороны, он видел, как молодой Кицунэ убегал, оглядываясь, он бросил свою семью, и как охотники нашли его нору...

– Вот почему Кицунэ всегда был один, – подумал Бертик.

Видение сменилось: он увидел пожилую Ланию и трёх красивых лисиц рядом, они сидели полукругом на краю скалы и любовались красивым закатом. Потом Бертик умер, и его душа ушла. Ганто смотрел на умирающего лиса, и ему казалось, что лис улыбается. Ганто не был по жизни простаком, и повинуясь возникшему и усиливавшемуся в сознании подозрению, перевернул мёртвого лиса и посмотрел на ту сторону, куда должен был попасть в первый раз. Раны не было. Лишь ветер слегка трепал красивый, не испачканный кровью рыжий пух убитого им зверя. Две страшные раны были совсем в другом месте. Ганто взял лиса на руки и бережно отнёс в машину. Охотники недоумённо смотрели на него.

– К бамперу будем привязывать? – спросил егерь. – Чтобы все видели, что мы с добычей!

Ганто молча открыл багажник и осторожно завернул Бертика в брезент.

Поздно вечером, на кухне семья Ганто рассматривали большого лиса, недвижно, словно обычный предмет, лежавшего на куске брезента. На морде Бертика не было мёртвого оскала, его мимика выражала умиротворение и покой.

– Какой хороший, – сказала маленькая дочка Ганто и стала гладить лиса по голове, задевая чёрно-белое ухо. От этих движений ухо двигалось и казалось, что лис жив.

– Папа, давай его похороним, – произнёс старший брат девочки.

Ани тяжело вздохнула и вышла из кухни.

Ганто вернулся в гараж и взял лопату и фонарь. Потом позвал детей, и они долго ехали к тому лесу, где жил Бертик. Была уже полночь, когда Ганто выкопал яму в каменистом грунте. Они похоронили Бертика на краю его родного леса, и Ганто, выстрелив два раза, положил гильзы на могилу лиса. Лания слабо вздрогнула, услышав два далёких выстрела. У неё защемило сердце, она ощутила глубокую пустоту, словно утратила какой-то большой смысл. Она поняла, что её любимого, сильного и мудрого Бертика больше нет. Больше нет и теперь это навсегда. Она застыла на месте, переживая свою утрату.

Ланию от её мыслей отвлёк Кицунэ.

– Вам хорошо здесь? – спросил он.

– Я не знаю, – сказала Лания, – как мне может где-то быть хорошо без Бертика!

Теперь тоска надолго поселилась в её глазах.

– Посмотри на них, они и есть твой Бертик!

Три маленьких комочка жались к бокам Лании и она ласково обняла лисят.

– Теперь это жилище ваше, – сказал Кицунэ. – Мне, наконец, разрешили уйти.

Лания увидела, как старый лис тускнеет, словно растворяясь в воздухе. Старый призрак, рождённый выбором, исчез, освобождённый жертвой Бертика.

Ганто и Ани

На следующий день Ганто получил СМС о том, что готов тур по той стране, на таких условиях, что он планировал. Вечером Ганто вернулся после работы домой. На его рабочем столе лежали оплаченные билеты и документы на бронирование отеля. В дверях его кабинета стояла жена, уставшее лицо и чуть наметившиеся круги под глазами, кое-как спрятанные тональным кремом, показывали, что она долго плакала, но готова подчиниться воле мужа. Ганто разорвал билеты и выбросил их в мусорную корзину. Потом, подошёл к Ани и ласково обнял её за плечи.

– Я хочу этого ребёнка, – тихо сказал Ганто. – Прости меня! Прости!

– Это всё он, лис? Это он защитил нашего ребёнка? – всхлипнула Ани.

– Да, простой рыжий лис, он показал, что действительно ценно в этой жизни, мы, потом, нашли пустую нору и, рядом, следы на песке, тех, ради кого он был готов умереть и умер, время прошло, собаки не смогли взять след, и хорошо, – сказал Ганто. – Сезон охоты окончен!

– Навсегда? – спросила Ани.

– Навсегда! – твёрдо произнёс Ганто.

На следующий день позвонил Директор организации, поблагадорив Ганто за личное обращение и отчёт, принёс извинение за действия своего представителя. Решение по сокращению одного из филиалов действительно было принято в целях оптимизации расходов компании. Один из членов управления самовольно пытался выгородить племянника, управлявшего другим филиалом.

Родившуюся через несколько месяцев девочку, с густыми рыжими волосиками, назвали Лиссией.