Всякая всячина
Глава 1 Сверхлюди среди нас.
Год назад международный таблоид "Эксцессгазета" опубликовал расследование о первом, документально подтверждённом на территории России, случае обнаружения сверхъестественных способностей у человека. За прошедшее время интерес к этому событию многократно вырос, как у рядовых граждан, так и со стороны государства. Но прежде чем рассказать, продолжение этой истории, мы хотим напомнить нашим читателям о событиях, которые тогда привлекли внимание нашего специального корреспондента Д. Э. Белого, по горячим следам восстановившего ход невероятных событий.
Итак, в середине декабря прошлого года, в Саратове, по обвинению в краже продуктов из гипермаркета, был задержан уволенный в запас солдат срочной службы, имя которого, по очевидным причинам, мы не можем предать огласке. Очевидцы, а потом и видео с камер наблюдения подтвердили, что задержанный, в отделе напитков, не прикасаясь к товару, взглядом прикончил литр марочного французского и тем же способом три бутылки тёмного, ячменного. После чего переходя от павильона к павильону, через витринное стекло, подкрепился: палкой сыровяленой колбасы, головкой твёрдого голландского сыра и закончил трапезу волжским копчёным лещом. К числу правонарушений, одна из продавщиц рыбного отдела Кара Г. А., особа пятидесяти семи лет, добавляла, что после употребления леща преступник, якобы, употребил её юбку, вытерев об неё руки в районе ягодиц, прямо сквозь прилавок. И теперь она требует возмещения морального ущерба.
Прибывшему, на место преступления, наряду полиции, демобилизованный днём ранее солдат-срочник, представился дембелем и объяснил, что едет из части домой, что преступление совершил неумышленно, о сверхспособностях ничего не знал и готов возместить материальный ущерб. Претензии продавщицы рыбного отдела он категорически отвергал, аргументируя тем, что - рождённый пить, любить не может. И что если б ему и приспичило в этом магазине вытереть руки об юбку "в районе ягодиц", то он непременно сделал бы это, в кондитерском отделе. От чего девушки из кондитерского смутились и стали ярко-красными, как вишенки на их тортах. Полицейские, убедившись в кредитоспособности задержанного, предложили администрации гипермаркета пойти на мировую. А узнав количество выпитого Дембелем, и проведя визуальное сравнение коллективов из кондитерского и рыбного отделов, приняли и другие аргументы задержанного. После чего пресекли всяческие притязания со стороны Кары Г. А., пригрозив привлечь её за клевету и совращение малолетних. После разрешения конфликта, дембеля посадили на такси, поскольку на ногах он уже еле держался, и отправили домой. На этом история первого сверхчеловека могла и закончится, если бы не одно «но». Записи с камер наблюдения, на которых содержимое бутылок с алкоголем исчезает, под взглядом молодого человека в камуфляже, по чей-то инициативе, утекли в сеть.
И вот, уже спустя сутки после инцидента, наш специальный корреспондент Д. Э. Белый осмотрел место событий, пообщался с очевидцами из гипермаркета и, через службу такси, нашёл дом и подъезд где живёт таинственный сверхчеловек. А его квартиру найти оказалось и того проще, поскольку тот, вместе с родственниками, друзьями и соседями, шумно отмечал возвращение со службы в армии. На убедительную просьбу Д. Э. Белого продемонстрировать свои невероятные способности, молодой человек отозвался с энтузиазмом, но, сколько бы ни старался, у него так ничего и не получилось. Вот тут-то и выяснилось, что он оказывается не первый в этой семье, кто обладал удивительным даром. Со слов его отца, имеющего огромный опыт в освоении крайнего севера, выпить бутылку водки и закусить копчёным лещом через стекло витрины, совсем даже не достижение. Он лично, после особо длительных командировок, мог съесть пятилитровую кастрюльку борща и сковороду жаренной, на сале, картошки с грибами, не открывая холодильника, а потом, запить это всё коньяком из буфета лучшего друга, живущего на другом конце города. И что среди его друзей вахтовиков, подобная способность далеко не редкость. Мать дембеля подтвердила слова мужа и добавила, что даже зачатие их сына произошло во время возвращения мужа из первой командировки, когда тот только заходил в подъезд, а она в этот момент на кухне закатывала на зиму помидоры. А дальше, нашего специального корреспондента Д. Е. Белого, да и всю нашу редакцию, ждало неприятное разочарование, мы узнали, что максимальный срок действия сверхъестественных способностей, как правило, сутки – двое, не больше, пока организм человека, изголодавшийся по маленьким радостям жизни не "отведёт душу". Но это было полгода назад, а что же теперь?
А теперь правительство, подсчитав возможные выгоды от появления неординарных кадров на производствах, внесло в госдуму законопроект "о выявлении сверхъестественных способностей у людей связанных с работой вахтовым методом или носящей разъездной характер". Цель законопроекта раскрыть граждан способных, силой мысли, добывать из недр земли необходимые стране ресурсы, без использования тяжёлой и дорогостоящей техники. Для этого планируется сделать так, чтобы будущие сверхлюди чувствовали максимальную необходимость в применении своих способностей на производстве. И потому предлагается: запретить им менять место работы; платить только за то, что они лично найдут, добудут и переправят к месту переработки; ввести уголовную ответственность за любое нарушение данного закона и прировнять отказ от его исполнения к государственной измене.
Считается, что данная инициатива должна простимулировать желание сверхъестественных людей не только возвращаться домой, но и стремиться с тем же энтузиазмом на работу. Кроме того, из источников близких к администрации президента, редакции "Эксцессгазеты" стало известно, что планируется создать "Комиссию по анализу полезных способностей" основной задачей которой, будет поиск и других возможных талантов. Особенно, потенциально перспективными считаются способности: обходиться без пищи и питья; мгновенно адаптироваться, без вреда для организма, к любым климатическим условиям; и сроком жизни ровно шестьдесят пять лет. Уже в скором времени, все, подозревающие в себе неординарные таланты граждане, могут подать через интернет заявку на добровольное тестирование, чтобы после утверждения закона "о выявлении", в числе первых узнать о собственных перспективах на будущее. Кем, как и где будет проводиться тестирование неизвестно, но наш инсайдер утверждает, что в обсуждениях этой темы всё чаще и чаще всплывает топоним Колыма, что очень забавляет левых, потому что до ужаса пугает правых.
Наш специальный корреспондент Д. Э. Белый решил связаться с героями, с которых всё и началось, и узнать их мнение о новом законопроекте. К сожалению, Де́мбель бы недоступен, поскольку пошёл по стопам отца и находится в районе, где качество связи определяется высотой дерева, на которое нужно влезть для поиска сети, а вот его отец, с которым удалось связаться, дал развёрнутый и вполне аргументированный ответ. Но, поскольку другой законопроект госдумы ограничивает нас в печати некоторых слов русского языка, то полный текст его точки зрения мы привести не можем. Можем лишь сказать, что его реакция на инициативу крайне негативна и передана при помощи: нецензурных слов; местоимений "я", "они", "их"; предлогов "в", "на", "за" и глаголов "видал", "верте́л" и "имел". И в конце добавил, что тренирует в себе новую способность насылать лучи смертельного поноса.
Что ж, наш специальный корреспондент Д. Э. Белый продолжит внимательно следить за ситуацией вокруг людей обладающих сверхъестественными способностями, и обязательно будет информировать наших читателей о новостях на этом фронте.
Глава 2 Незапланированный контакт.
Опустившаяся на город жаркая летняя ночь, не принесла спокойствия его жителям. Город-спутник, на орбите крупного мегаполиса, чьё население поголовно трудилось далеко за его пределами, и четверть своей жизни тратило на дорогу к рабочему месту и обратно, к полуночи, обычно, напоминал поселение с комендантским часом. Ночью на его тихих, пустынных улицах ёжики встречались чаще, чем горожане. Тишь да гладь.
А потом грянуло. Вначале, издав громкие хлопки, несколько трансформаторных подстанций спрятались в клуба́х дыма и приказали долго жить, лишив город освещения. Пото́м, ночную тишину разорвали крики о помощи. И вскоре, по дворам и улочкам, начали метаться человеческие фигуры с фонариками в руках, издавая грозные вопли. Нет в этом мире силы страшнее той, что смогла персонифицировать врага, и, в пылу праведного гнева, жаждет над ним справедливой расправы. И сила эта росла. Чем чаще и громче становились крики, тем отважнее делались кричащие. Поняв, что особой угрозы противник не представляет, на тёмные улицы потянулись даже самые робкие личности, которые слыша крик «Помогите!», как правило, гасили свет в своих жилищах и осторожно выглядывали из-за занавесок, страшась быть замеченными. Основное движение пришлось на коробку новостроек у са́мой окраины города. В этой коробке хватило бы освещения и шума на всю округу. Полсотни храбрецов обыскивали каждый сантиметр двора с помощью всевозможных фонариков, от тех, что трудолюбивые китайцы ставят на зажигалки и брелки, до мощных фароискателей от тех же китайцев. Владельцы припаркованных во дворе автомобилей не отставали в поисках и, запустив на них двигатели, включили дальний свет фар, окончательно разогнав темноту. В этом светопреставлении, бродящие по двору горожане, постоянно перекрикивались и чей-то агрессивный голос, время от времени, просил показаться какого-то «мелкого засранца».
У среднего подъезда, одного из домов, хорошо освещённый фарами старенького немецкого седана, с интересом и тревогой наблюдая за происходящим, стоял, скрестив руки на груди, коротко стриженный, молодой бородатый мужик в очках. Он там стоял с самого начала переполоха и, судя по тельняшке, вытертым до дыр джинсам и шлепанцам, мужик не особенно собирался выходя на улицу. При этом он всем видом показывал, что в этот подъезд злоумышленники войдут только через его труп. К нему приблизился другой мужик, в костюме с галстуком и большущим пакетом из супермаркета, они пожали руки.
- Здоро́во, сосед. Давно стои́шь? – спросил мужик в костюме у бородача.
- С самого начала, как свет погас и кто-то кричать начал.
Мужик в костюме поставил пакет на бетон и принялся развязывать галстук:
- А я как раз со стоянки шёл, когда началось: сперва свет, потом крики, а там и народ забегал.
- А что началось то?
- Знакомый, в соседнем доме живёт, встретил его когда через их двор шёл, говорит, что когда свет погас, на парочку у них там напали. Они с праздника домой возвращались, какой-то сопляк им наперерез, шмальнул в мужика из чего-то мощного, бабу аж забрызгало всю. Она в крик, тот и её решил положить, но промазал. У детской площадки тёрлась стайка подростков – страха ноль, увидели вспышки, кинулись на помощь. Мелкий, руки в ноги и к нам во двор. Ему другая пара на встречу, то же с гуляний, на то она и пятница. Он в бабу стрельнул, а мужика чем-то по голове и в кусты. Вот и ищут теперь этого «мелкого засранца».
- В кого стреляли, знаешь?
- Нет, и у меня сильные сомнения, что вообще кто-то стрелял. Скорее это чей-то злой розыгрыш или хмельной бред. Менты приедут, разберутся.
- А их вызвали? – уточнил бородач.
- Кто-то вызвал, наверное. – мужик в костюме боролся с галстуком.
- А ты чего так поздно? Ловить помогал? – усмехнулся бородач и ногой подпёр пакет соседа, норовивший завалиться набок.
- Кто бы мне помог? Конец квартала, будь он не ладен, скоро жить на работу перееду. Не ровен час, сам чертей видеть начну. – мужик в костюме одолел, наконец, галстук, засунул его в карман, и, наткнувшись в нём на что-то, достал на свет чёрную коробку со сглаженными углами, размером с мыльницу. Он протянул её соседу:
- Ты ж у нас технарь, не знаешь что это?
Бородач взял в руку «мыльницу» очень гладкую, очень тёплую и металлическую на ощупь. Качество сборки впечатляло, швов на «мыльнице» видно не было, но внутри точно стоял источник питания. Иначе откуда столько тепла?
- А внутри у ей неонка. – задумчиво произнёс он, осматривая неизвестный девайс. – Где взял?
- У мусорных контейнеров нашёл. Не заметил сперва, пнул случайно, она и засверкала.
- Засверкала?
- А ты пальцем по ней поводи, только надави посильней.
Бородач послушно принялся водить по поверхности «мыльницы» большим пальцем, как по экрану смартфона, сильно при этом надавливая. За пальцем потянулся, как хвост за кометой, очень яркий, постепенно затухающий след из фиолетовых точек.
- Здо́рово! – восхитился он. - Может игрушка?
- Да кто ж её знает? Может и игрушка, а может и чего другое. – мужик в костюме равнодушно пожал плечами.
- А вдруг, этот девайс «мелкий засранец» уронил? – спросил бородач. – А мы с тобой его лапаем. – и прежде чем вернуть, «мыльницу» нарисовал на ней пальцем светящийся круг.
«Мелкий засранец», забившийся между двух мусорных контейнеров, стоящих в углу двора, одним глазом наблюдал, из-под ветоши, которой он накрылся, за периметром. И то что он видел, ему не нравилось. Полсотни примитивных существ, осветив каменную коробку, обшаривали её в поисках его одного. Двое даже пнули, и довольно чувствительно, его укрытие, но просто не подумали, что объект их поиска настолько мал и может прятаться в таком небольшом объёме пространства. Но он стерпел, не издал ни звука. И звали «мелкого засранца» Ален!
А как замечательно всё начиналось! Корабль завис над планетой на высоте доступной для телепортации. Ещё днём, он принёс к себе в каюту и спрятал, универсальный дегидратор с полным зарядом батареи. Подготовил к вылазке кофр, со встроенным многомерным фрактальным свёртыванием и гравиикомпенсационным суппортом, в таком легко можно переносить предметы с массой большей, чем у несущего. Ночью, пока родители спят, незаметно проник в отсек телепортации, тихо вскрыл шкафчик с многофункциональными тулбарами и взял себе один, с любимым (фиолетового цвета) откликом. Ален настроил луч телепорта на густонаселённый, но малоактивный район и переместился в точно заданное место. Смог определить все энергораспределительные агрегаты высокой мощности, в районе высадки. Точно откорректировал направление и силу импульса и погасил всё стационарное освещение. И даже цель сама шла ему в руки. Две разнополые особи двигалась мимо его укрытия, как раз в тот момент, когда под канонаду перегрузок погасли все источники света. Он даже успел сделать первую экстракцию и вполне успешно. Мужская особь, на которую был направлен дегидратор, мгновенно потеряла всю жидкость из организма, но такого невероятного эффекта, с которым всё произошло, он не ожидал. На школьных лабораторных занятиях, в стационарных установках - это был продолжительный и контролируемый процесс. Работу мобильного дегидратора он увидел впервые. Жидкость брызнула во все стороны, намочив и его, и всё вокруг. От неожиданности он промахнулся по второй особи, хотя вспышка в активной камере и засохший, позади цели, куст давали понять, что дегидратор выполняет свои функции. Вторая особь пронзительно закричала и рухнула навзничь. Времени на проверку её жизнедеятельности не было, а ему нужны были только живые экземпляры. Поэтому высушенный объект Ален быстро засунул в кофр, просто надев его на голову мумии, отвратительно большую у представителей этого вида, и всё тело само втянулось внутрь. Теперь у него была мужская особь, оставалось добыть женскую, и тихо, пока его отсутствие не заметили, вернутся на корабль.
На его удачу, сразу за поворотом, он встретил вторую пару и тут же дегидратировал самку. Самец кинулся на него, защищая своё право на спаривание, поскользнулся на жидкости, упал и, влетев головой в кофр, затих. Упаковав второй экземпляр, Ален забежал за три больших вкусно пахнущих бака, видимо общественных кормушек, и полез в кожный карман за тулбаром, которого там не было! Потерял. Ему тут же вспомнились кошмарные истории о тех, кто не вернулся с этой жуткой планеты, и он задрожал от страха. Даже нежные ароматы, струящиеся из набитых доверху кормушек, не могли отвлечь его от мысли, что случится, если его найдут. Укрывшись чем-то сильно пахнущим свежими и вкусными эрбургерсами, он наблюдал, как число охотников за его головой растёт. Его единственным шансом на спасение было то, что его хватятся на корабле и найдут по маячкам встроенным в оборудование. А потом случилось страшное, мимо него прошла особь, с матерчатым ошейником на шее, видимо приручённая более успешным представителем своего вида. Подойдя к другому существу, с волосатым лицом и внешними зрительными протезами, приручённый стянул ошейник и протянул сородичу, потерянный Аленом, тулбар.
Даже думать не хотелось о том, что эти два примитивных существа способны натворить с таким мощным инструментом. Ну и, конечно же «волосатое лицо» тут же начал тыкать в устройство своими толстыми пальцами, хорошо хоть не пробовал укусить. Мало ли какую гадость он сегодня ел и переносчиком какой заразы является? Ален посмотрел на уровень заряда дегидратора, решив использовать его как оружие, но тут случилось то, чего он совсем не ожидал. Волосатый смог таки ввести команду, которую тулбар принял, и исчез. Это означало, что сейчас на корабле, где спят его родители, появилась опасность, в лице дремучего и, вполне возможно, агрессивного существа, а он и предупредить их не может! Потому что передатчик, встроенный в тулбар, переместился вместе с волосатым.
Что делать?! Паника накатила на юного авантюриста и сковала его тело, а в голове бушевал ураган мыслей рождающих картины одна страшнее другой. Оба сердца, от ужаса, бешено колотились одно о другое. Но волосатый вдруг вернулся, так же неожиданно, как и исчез, а рядом с Аленом раздался голос отца: «А ну-ка объясни мне, маленький засранец, что здесь происходит». Ален, от неожиданности дёрнулся и больно ударился о кормушку. Отец стоял перед ним, грозно вытянувшись во весь свой рост, уперев кулаки в лодыжки, в одном из которых был зажат тулбар, переливающийся фиолетовыми искрами - это означало, что они накрыты непроницаемым силовым полем. Чем он пренебрег, когда переместился. Отец так сильно вытянул шею вперёд, что мог увидеть затылок сына. «Давай» - он требовательно протянул руку. Потупившись, Ален протянул ему дегидратор и кофр. Отец вытряхнул содержимое кофра на ближайший газон, перевёл дегидратор на обратную функцию и вернул воду в осушенные организмы. Под ними тут же высохла трава и по земле пошли глубокие трещины. Убедившись, что существа подают признаки жизни, отец положил Алену на плечо руку, нарисовал на тулбаре круг и уже через мгновение они были на корабле.
- Ты хоть представляешь, как тебе повезло, что мне не спалось этой ночью? – глаза отца выдвинулись на стебельках и грозно раздвинулись в стороны. – Я сам на многое могу закрыть глаза, но об этом случае узнает мать и ей это не понравится.
- Что мне не понравится? - спросила мать, заходя в отсек телепортации.
- Твой сын решил добыть пару приматов, - отец показал дегидратор и кофр, – и спустился на землю. Засветился, наделал много шума и потерял тулбар.
Мать Алена вытянулась во весь рост, упёрла ладони в лодыжки, выгнула вперёд шею и, вдвинув глазные стебельки, сурово развела их в стороны:
- Как ты мог?! Ты подверг опасности корабль, нас с отцом, а главное - мог погибнуть сам! Эта про́клятая планета уже отняла у меня двух братьев. Твой дядя Пух – чревоугодник и поклонник местной кухни, и дядя Пах – энтузиаст межвидовых связей, так и не вернулись с её поверхности. Только твой апатичный дядя Пох, избежал их участи. Запомни, раз и навсегда, люди опасны!
- Но мама, у меня по ним школьный проект! – пытался оправдаться Ален.
- А у меня докторская по эвокам, но я не выдёргиваю их из естественной среды обитания для исследований, ограничивая себя наблюдениями. И спешу напомнить, что уже завтра состоится Галактический совет по признанию разумными: эвоков, тараканов и людей.
- Это не справедливо! – возмутился Ален.
- Абсолютно с тобой согласна. За последние шестьсот лет, совет по эвокам проводился уже пять раз, а они так и не были признаны разумными, не смотря на то, что в общественных отношениях продвинулись куда как дальше людей. Которые, добились серьёзного технического прогресса, но в социальном плане ушли не очень далеко от сарлакков, а претендуют на признание уже в первом выдвижении. Уж на что я не люблю самонадеянность тараканов, с их способностью приспосабливаться к любым обстоятельствам, но уж лучше они, чем люди.
- Но мама…
- Не «мамкай» мне! - перебила его мать. - Ты наказан! Во-первых, никакого больше слёрма. Во-вторых, никакого «Флостонского рая», на каникулы поедешь к бабушке на Татуин. И в-третьих, наведёшь порядок в клетках со склиссами, и советую с этим поторопиться, работы там непочатый край.
- Послушай, дорогая. - вмешался отец. – Я полностью с тобой согласен, но сейчас пусть он идёт спать. Да и нам сон не помешает.
Под строгими взглядами родителей Ален вышел из отсека, пройдя не́сколько шагов в сторону своей каюты, резко развернулся и на цыпочках подкрался обратно к двери. Вытянув стебелёк левого глаза и напрягая слух, он старался не пропустить ничего, из того, что происходит в отсеке.
- Ну, вот в кого он такой? – расстроено спросила мать.
- В деда. – уверенно произнёс отец. – Старик Нёх, тоже не любил правил. Сколько лет он пугал рыбаков в каком-то местном озере?
- Как ты догадался, что наш непоседа отправится на землю?
- А я и не догадывался. Не спалось мне, решил перекусить эрбургерсами. Иду в столовую, никого не трогаю. И вдруг, навстречу мне выскакивает землянин, с тулбаром в лапе. Нужно сказать, я даже немного испугался. От неожиданности. – уточнил отец. – Огромный. В два раза выше меня, нижние конечности невероятно длинные, верхние чересчур короткие. Шеи нет, чешуи нет, кожа красная, сухая. Бррр, - отец брезгливо тряхнул подбородочным бивнем, - смотрит на меня, через стекляшки, огромными глазами и скалится, а вокруг этого оскала чёрные волосатые заросли. Ну, думаю, сейчас кинется. Я все четыре стрекала напряг, если уж бить, то наверняка, а он протягивает мне тулбар и звуки издаёт, как голодный драк. Уж не знаю, на что он надеялся, но я его, конечно же, не понял. А он не успокаивается, опять что-то произнес, потёр тулбар и протягивает. Я гляжу, так это ж наш прибор! Тот, что так любит брать Ален, с фиолетовым откликом. Тут всё и стало на свои места. Аккуратно, чтоб не напугать, забрал у него устройство, взял его за шершавую конечность, включил непроницаемость и рванул по последним координатам. Алена нашёл сразу, по маячкам, содержимое его кофра вытряхнул и вернул в прежний вид, а его самого в охапку и на корабль.
- А чужак? Ты ему память стёр?
- Не до того мне было, и Ктулху с ним, пусть всё помнит. Всё равно ему никто не поверит. Две тысячи лет с планеты брали образцы только для зоопарков, никто ещё не возвращался, и подтвердить его слова некому.
- Ален сильно испугался? – мамины глазные стебельки грустно опустились. От чего Алену стало очень стыдно.
- Если честно, то времени на испуг у него было не очень много. Он на поверхности провёл меньше получаса, если верить данным с тулбара, и бо́льшую часть этого времени провёл прячась за общественными кормушками. Ты бы знала, как они восхитительно пахнут! – отец мечтательно втянул воздух коротким хоботком. – Как, иной раз, я понимаю твоего братца чревоугодника, Пуха. И неожидан спросил:
- Перекусим?
- На ночь вредно! – строго сказала мать.
- Да ладно! Только чтобы успокоить нервы. Парочка свежих эрбургерсов и баночка слёрма не повредят твоей фигуре. Соглашайся!
И мама согласилась, задорно тряхнув шейным плавником. Ален понял, что больше ничего интересного он не услышит и быстро, но очень тихо, побежал в свою каюту.
Мужик в костюме поперхнулся воздухом, когда стоящий перед ним сосед неожиданно исчез. Только что он стоял, протягивая странное устройство, и вдруг его не стало. Пакет, который тот придерживал ногой, потерял опору и завалился на бок, его содержимое с шуршанием и звоном вывалилось на бетон. Мужик огляделся, понял, что исчезновения соседа, кроме него самого, никто не заметил, почесал затылок и наклонился за бутылкой, выкатившейся из пакета. Отхлебнув, в три больших глотка, добрую половину янтарной жидкости он поперхнулся во второй раз, обдав лицо вновь появившегося соседа брызгами, пахнущими шоколадом и вишней. Сосед неторопливо достал из заднего кармана джинсов платок, вытер очки и забрал из руки мужика в костюме полупустую бутылку. Крики ужаса, раздавшиеся со стороны мусорных контейнеров, ненадолго отвлекли того, а когда он снова обернулся, бородатый протягивал ему уже пустую тару.
- Я… ты… как… - мужик в костюме никак не мог сосредоточится и задать вопрос, один из сотни, что крутились у него в голове.
- Ну, спасибо за угощение, за мной должок. – как ни в чём не бывало, сказал бородач. – И ты бы правда отдохнул, как следует, вид у тебя нездоровый. – поправив очки он пошёл домой.
Из-за отсутствия электричества, в квартире было темно и жарко. Он заглянул в детскую. Ребёнок спал, скинув на пол одеяло. Жена выглянула из спальни, принюхавшись и подозрительно прищурив глаза, спросила: «Всё хорошо?». Он успокоил её и отправил спать. А сам сел за рабочий стол, раскрыл ноутбук, включил графический планшет, и принялся рисовать. По свежей памяти, он хотел запечатлеть существо, с которым столкнулся после того, как нарисовал круг на устройстве, что дал ему сосед.
Место, в которое он переместился от подъезда родного дома, впечатляло, и если вкратце его описать, то лучше всего подойдёт фраза - чудовищная красота. А ещё это место вызывало подозрение, что Рудольф Гигер брал свои сюжеты не из головы, а рисовал с натуры. Понимая, что лучше ничего не трогать, мужик решил поискать местных обитателей, вышел в мрачный, тускло освещённый коридор, и нос к носу столкнулся с аборигеном. Существо было небольшого роста, очень небольшого, едва ли ему по пояс, чешуйчатое и склизкое на вид. И, в целом, очень не красивое: короткие ноги; бочкообразное тело; длинные, до пола, руки; такая же длинная шея с плавником по всей её длине; маленький, размером с грейпфрут череп, из макушки которого, как у краба, торчали две бусинки глаз на стебельках. В середине «лица» рос небольшой хобот, а из подбородка короткий чёрный рог. В довершение портрета, рот у существа был круглый и утыканный, по всему периметру, мелкими острыми зубами.
Изобразив самую дружелюбную улыбку, на которую он способен, и медленно, чтобы не напугать, разведя руки в сторону, мужик спросил:
- Привет малыш, а взрослые на корабле есть? – в том, что они находятся на космическом корабле, у него не было ни каких сомнений.
Существо, услышав его голос, напряглось, растерянно растопырило глаза и начало мелко дрожать. Мужик и с земными малышами с трудом находил общий язык, а как себя вести пришельцем и вовсе не представлял. Но то, что всё идёт к слезам или луже под ногами страшного карапуза, он чувствовал нутром.
- Ну-ну малёк, только не начинай рыдать, не люблю я этого. Вот, смотри что у меня есть.
Он потёр «мыльницу», что бы та начала светится и протянул пришельцу, пришелец на глазах переменился, замер и глядел на неё как заворожённый. Малыш протянул костлявую лапку и аккуратно взял сверкающую игрушку. Барьер был преодолён, потому что другой лапой он осторожно обхватил запястье мужика и… корабль пропал. Бородач снова оказался перед подъездом родной многоэтажки. «Вот же чешуйчатая обезьяна!» - только и успел подумать он, как сосед фыркнул на него чем-то очень, судя по запаху, вкусным. Утеревшись, он забрал у соседа бутылку и, пока тот отвлёкся на крики у мусорных баков, залпом допил её содержимое. Решив, пусть лучше сосед считает психом себя, чем его, он сделал вид, будто ничего не произошло, поблагодарил за напиток и пошёл домой.
Заканчивая рисовать уродца, бородач думал о том, каким же неуклюжим вышел контакт. И надеялся, что в инопланетный интернет не попадут записи того, как он принял взрослого пришельца за младенца и чуть ли ни агукал с ним. А то ведь первым послам земли, в космическом сообществе, будет очень неудобно за такое поведение. С другой стороны, могло быть и хуже, потому что первым порывом, который родился у него в душе́, когда он увидел пришельца, было прописать ему в череп с ноги. И если бы он не вышел на улицу в шлёпанцах, то так бы оно и было.
Глава 3 Снежки.
Телефон зазвонил, сильно опередив будильник. Макс ответил, не разлепляя глаз, молясь лишь о том, чтобы это не было вызовом на аварию. Но это было кое-что похуже. Голос старого друга просил о помощи: «Макс выручай. Меня, кажется, вот-вот накроет». Макс выскочил из постели и метнулся к окну. В свете уличных фонарей, он увидел летящие с неба крупные хлопья снега, уже успевшие спрятать от людей осеннюю грязь. Ругнувшись про себя, Макс бросил в трубку: «Еду» и начал одеваться. Его жена, зная чем заканчиваются такие вот ночные «еду», то же поднялась, чтобы накормить его перед уходом, но он остановил её:
- Досыпай, это не с работы. Физик звонил. Нужно его проведать.
- Снег? – грустно спросила супруга, глядя на окно.
- Он. – кивнул Макс и пошёл к двери.
- Может мне поехать с тобой?
- Не стоит. Мы справимся. - Макс чмокнул жену в щёку и вышел во двор.
Снег валил всю ночь и сугробы уже стали проблемой. Хотя мороз не давал снегу слежаться, пришлось помахать лопатой, прежде чем Макс сумел выехать со двора. На дорогах было не лучше, снегоуборочные машины только выбрались на борьбу со стихией, и пока Макс волочился за одной из таких машин, он успел вспомнить события прошлой зимы.
Физик, которого при рождении родители назвали Димой, которого ученики называли Дмитрий Иванович, а друзья, как только не звали, но в основном всё же Физиком, внезапно пропал. Два месяца о нём не было ни слуху, ни духу. И когда все уже решили, что он не вернётся, его нашли. Ближе к концу зимы. Он бродил по дворам в соседнем городе, в ста километрах от дома. В поисках ещё не стаявшего снега. Небритый, взъерошенный, крайне истощённый, он выглядел опустившимся на дно интеллигентом в испачканной, засаленной одежде, и рваных ботинках. Грязными, трясущимися пальцами, с обломанными ногтями, он скрёб сугробы, полученное крошево лепил в снежки, и пытался поджигать дешёвой одноразовой зажигалкой, которых по карманам у него было не меньше десятка. Какие-то, из этих зажигалок, уже не загорались, но он продолжал таскать их с собой, как одержимый. Да, он и был одержим.
Наряд полиции, внимание которого он привлёк, принял его, поначалу, за пьяного или наркомана. Оно и правда, кто в здравом уме будет поджигать снег? Но, документов при себе, чудак не имел, и его решено было забрать для выяснения личности, потому что на вопросы он не отвечал, и представляться не спешил. Задержанию он не сопротивлялся, покорно сел в УАЗик и тут же уснул. Уже в отделении его опознали, как пропавшего без вести, двумя месяцами ранее, учителя физики средней школы из соседнего города, для которого такое происшествие было событием «из ряда вон».
Событие, это обсуждали в каждой очереди на кассу, в каждой курилке и на каждой кухне, и стало оно таким после того, как забил тревогу директор школы, в которой преподавал пропавший. После двух дней отсутствия преподавателя, и безуспешных попыток до него дозвониться, директор отправился к нему домой. Квартира была не заперта, внутри никого не было. Будучи человеком ответственным, директор был уверен в людях, которых он принимал в педагогический коллектив школы и не сомневался в своём выборе никогда, а потому решил, что случилось нехорошее и вызвал полицию. Следов борьбы, в скромной двушке, купленной на деньги от продажи дома покойной бабушки, не обнаружилось, родственники и друзья пропавшего подтвердили, что из квартиры ничего ценного не пропало. Они же рассказывали, что врагов у него не было, серьёзных стрессов он не испытывал и к суициду склонен не был. Тоже говорили его коллеги и ученики. Все, кто был опрошен по этому делу, как один утверждали, что Физик, был жизнерадостным и вполне успешным человеком – хорошим сыном, другом, коллегой и учителем, любившим жизнь и свою работу. И может быть ажиотаж вокруг этого дела, и был поменьше, если б не одно «но». На кухонном столе пропавшего учителя, нашли записку с тревожным текстом: «Если меня не станет, вините во всём российскую систему образования».
И тут понеслось. А как же! Человек бросил вызов системе. Что значит, какой? Той самой! Некоторые и вовсе, понижая голос или переходя на шёпот, говорили: «Ну, теперь начнётся». Не будучи при том уверены, что именно должно начаться, и начнётся ли вообще. Но ничего так и не началось. Вскоре после того как Физика нашли, дело об его исчезновении было закрыто «за отсутствием события преступления». По собственной воле или по принуждению он покинул квартиру? Где находился всё это время? Почему, так опустился? Все эти вопросы остались без ответов.
После месяца в областной психиатрической больнице, он вернулся домой и почти сумел вернутся к нормальной жизни. Вопрос о его возвращении в школу, уже не рассматривался, но своего любимого занятия он не бросил. Уже через месяц, после его возвращения домой, пара родителей, обеспокоенных будущим своих отпрысков, попросила его «подтянуть их оболтусов по физике», и он начал репетиторствовать через интернет. Макс же, улучив время между командировок, нагрянул к нему в гости первым же свободным вечером. Не зная можно ли другу спиртное, он принёс упаковку хорошего чёрного чая (их общая слабость), грильяж в шоколаде (слабость Физика) и ленинградское печенье (Максова слабость). Они пили чай вприкуску и играли в шахматы, на том самом кухонном столе, где лежала та самая провокационная записка, не дававшая спать конспирологам. Ну, как играли? Макс старался изо всех сил, а Физик пытался выиграть так, чтобы проигрыш друга не был уж совсем обидным.
- И что, совсем ничего не помнишь? – Макс решил не ходить кругами.
- Помню, как вернулся с работы. Помню, как общался в чате с учениками, а следующее воспоминание уже в психушке. На третий день пребывания там. – совершенно спокойно ответил ему друг, рука, с занесённым над доскою чёрным конём, даже не дрогнула. – И если ты решил выбить меня из колеи, то у тебя ничего не вышло. Тебе мат, через два хода.
- Ну и ладно! – Макс положил своего короля на доску, принимая поражение. - Чёрт с ними, с шахматами. Что врачи говорят? В чём причина как лечить? Неужели тебе самому неинтересно?
- Почему же неинтересно, очень даже интересно. Врачи говорят нервный срыв, вот только причины найти они так и не смогли. Но мне кажется, в этом направлении и я сам далеко продвинулся.
- И?
- В тот день, когда крыша моя протекла, я много общался со своими школярами в чате. Помнишь тогда вирусилось множество роликов с поджиганием снежков? Типа - они не таят, а должны бы. Вот и в наш чат залетело тогда несколько подобных видосов. Я сейчас.
Физик вышел из кухни, через минуту вернулся с ноутбуком и поставил его перед Максом.
- Вот, прочти – сказал он, - это последнее моё сообщение в чате, перед тем как разум оставил меня.
«На руинах СССР, тлел маленький костерок благоразумия и полыхал огромный костёр мракобесия. Подкидывать дров в какой, решал, конечно, каждый для себя сам, но вот только большинству казалось проще кормить тот, что греет сильнее. Возле этого костра и грелись авторы Экспресс газеты, СПИДинфо, RENтв, и прочия, прочия, прочия. Проще гнать вагонами псевдонаучную копипасту и кормится с людей недалёких, чем грамотно преподносить факты. Пусть сложные, но обоснованные, которые думающий человек не станет оспаривать. Оттуда всё и пошло. И раз уж официальная наука всё и всем врёт, то без науки и общепринятых терминов давайте по порядку.
Не нужно быть учёным, можно даже не знать ни каких наук, но просто наблюдательным человеком быть необходимо. Начнём с неприятного химического запаха копчёных снежков. Не у всех есть газовые зажигалки, но они недороги и в хозяйстве пригодятся, попросите родителей купите одну в ближайшем сельпо и приступим. Идём на кухню берём металлическую столовую ложку, чистую, мочим в воде, коптим (вот вы сейчас, вообще, не о том подумали, продвинутые вы мои), нюхаем. Неприятный химический запах? Берём керамическую тарелку, чистую, мочим в воде, коптим, нюхаем. Опять неприятный химический запах? Чёрт! Берём деревянную разделочную доску, то же чистую и повторяем эксперимент. Снова неприятный химический запах? Возьмите стеклянный бокал, ну вы уже знаете, что делать и что вы почуете. Для чего мы всё мочили, прежде чем коптить? А всё просто. Вода усиливает запахи. Мокрая псина, мокрая зола в костре, мокрые веники в бане, кому из вас не знакомы эти запахи? Казалось бы, вывод ясен, неприятный запах – это запах копоти, усиленный испаряющейся водой, но ну его к чёрту этот вывод, в железо, глину, дерево и песок добавили химтрейлы, это и ежу понятно! Ежу только не понятно когда? На этапе образования планеты, или в момент большого взрыва? И только упоротым ботанам, вроде нас с вами, всё нет покоя.
Дальше, сложнее, но не вам, а мне. Мы же помним «без науки и общепринятых терминов». А это, и правда сложно! Поскольку мы уже на кухне и на дворе зима, то здесь и продолжим. Берём прозрачную ёмкость и наливаем в неё воды комнатной температуры, отмечаем фломастером (не забудьте потом отмыть, а то мамка заругает), уровень. Открываем окно, набираем горсть снега с карниза, именно горсть лепить ничего не надо, и бросаем в подготовленную воду. Несколько секунд и снега нет, уровень воды практически не изменился. Даже метку менять не придётся.
Теперь, с того же карниза, набираем ещё материала для эксперимента, лепим снежок и поплотнее, равный по объёму первой горсти, и снова в воду. Знаю, что не хочет лепиться, вы как будто в снежки ни когда не играли, подождите немного, потеплеет и слепиться. Снег он вообще хорошо лепится ближе к плюсовой температуре. Сам я этого делать не стану, но вангую, что времени, на то чтобы ему растаять, понадобится на порядок больше, а уровень воды повысится сильнее, но, опять же, не значительно. Обратили внимание? Снежок, в лабораторной ёмкости, напитал воды, белизна пропала, он посерел как грозовая туча, и только потом начал таять. Запомним это.
Итак, ставим новую метку и продолжим. Теперь, собираем оставшийся на карнизе снег, топим его до состояния воды, набираем половину стакана, взвешиваем (у кого сейчас дома нет весов?) и замораживаем. Получившийся лёд, а по объёму он немного увеличился в сравнении с исходным количеством воды, снова взвешиваем (масса не изменилась) и бросаем в лабораторную емкость - типа пластиковый контейнер, или что там у вас. Ждём. Настрадалус настрадал, что уровень воды, сперва значительно увеличится, потом немного опустится, когда лёд растает, но ждать в этот раз, придётся гораздо дольше. Главное условие эксперимента соблюдено - мы, используя одно и тот же вещество, смогли доказать, что его плотность, напрямую, влияет на время нагрева.
Вернёмся к замороженной воде. Помните, её стало больше, когда она затвердела в стакане, во время предыдущего эксперимента? Ну, тут, я думаю, и объяснять ничего не нужно, (мы публика деревенские, зажигалка у нас из сельпо), и мы хорошо знаем, что ёмкости для полива и на летнем душе в зи́му нужно сливать, и знаем почему. Замерзая, вода рвёт металлы, пластик, крошит стекло и бетон, да ей вообще плевать, во что она налита, когда она превращается в лёд. Это доказывает, что замерзая, вода расширяется. Её масса не меняется, мы взвешивали и сами в этом убедились, но объём, по любому, увеличится. Много букв? А ну, тишина в классе, читаем и запоминаем! Я потом ещё и контрольную по этой теме дам.
Итак, не спешите сливать воду и тушить свет. Возьмите бумажное или хлопковое, да любое, в конце концов(!), полотенце и опустите один его уголок в нашу лабораторную ёмкость. Что происходит? Ну, что молчим, затылки чешем? Не знаете? Объясняю. Вода, нарушая законы гравитации, ползёт вверх, потому что, барабанная дробь, она живая! Повелись? По «живой» воде у нас следующий урок. А ползёт она потому, что жидкость, стремится заполнить пустоты меж волокон полотенца. Вы ещё на кухне? Наберите в рот воды и фыркните на оконное стекло, выхватите леща от матери, возмутитесь: «это ж для науки!» и обратите внимание на стекло. Оно всё покрыто мелкими каплями. Проведите по нему ладонью. Давайте, давайте, проводите. Получите ещё одного леща уже от отца, да не спорьте вы с ними, что они понимают, эти родители? Смотрите на стекло! Вода снова скаталась в капли? Нет? Помойте окно и повторите эксперимент. Скаталась? Так и должно быть. Водомерки об этом свойстве воды узнали давным-давно, всю свою эволюцию на этом построили, проныры хитиновые, и пользуются этим как хотят, а хотят они аки Иисус ходить по воде. Отставить, «ходить» неправильно, правильно будет «нестись как пуля». Пробовали когда-нибудь ловить этих маленьких суперменов? Ну, а уж «водяную шапку» на чайном бокале вы сможет сделать и без моих подсказок! Всё выше сказанное: и способность преодолевать гравитацию, заполняя пустоты, и желание собраться в каплю, а не равномерно расползтись, и способность насекомых не тонуть в воде, доказывает что она, вода, умеет притягиваться. Не так же как неодимовые магниты, но все же…
Ну, и последний эксперимент. Ложку зажигалкой вы уже грели, обожглись? Нет? И правильно. Потому что не должны были. Всего запаса газа в этой зажигалке не хватит, чтобы прогреть ею наш столовый прибор из одной точки, тепла не хватит. Поменяем условия и попробуем повторить этот эксперимент над газовой конфоркой. Знаю, будет больно, но наука требует жертв! Состав газа другой, температура пламени выше, объём сгораемой смеси больше, количество тепла, соответственно, тоже. Черенок ложки не успеет отдать в воздух излишки тепла и… Что такое волдыри, мы все прекрасно знаем.
Ну, а теперь непосредственно к снежкам. Обращали внимание, что лёд бывает разный? Прозрачный лёд и белый? Прозрачный лёд появляется на поверхности водоёмов в спокойную, морозную, бесснежную погоду. Через такой лёд, толщиной даже в полметра, можно разглядеть рыбок, водоросли, коряги, главное чтобы было светло. Если же на улице непогода в момент становление льда - снег, ветер, (в общем, метель) и при этом давит мороз, то придя на каток, вы увидите белый, мутный лёд, насыщенный маленькими, почти не видимыми, пузырьками воздуха, и через него ни черта не разглядишь, даже если этот чёрт себе подсвечивать будет. Вспомните, как темнел снег, попадая в нашу лабораторную ёмкость, - это вода выдавливала пузырьки воздуха из снежка. Итак, получается что снег – это мелкое ледяное крошево, вперемешку с воздухом.
Если вы ещё не сделали выводов, то я помогу. Не нужно быть гением и иметь степень по физике, можно, вообще, не знать физики. Но, обычная наблюдательность, в купе с логикой, может объяснить больше чем фантазии блогеров, которые гадят в мозги доверчивых людей, продолжая традиции жёлтой прессы. Тепла зажигалки не хватает для мгновенного нагрева прессованного, насыщенного воздухом льда? Влажный снежок, нагреваемый локально поглощает воду в пустоты собственного объёма? Газовая копоть воняет копотью? Химтрейлы! Сенсация! Пост. Лайки. Контракт на рекламу. Завтра - публикация про целебные свойства уринотерапии, в пятницу - об атомных виманах на пердячем пару. Жаль, но авторы хороших учебников получают меньше, чем тухлые блогеры. Думайте чаще, и чудес в вашей жизни станет меньше, но она и без них невероятно интересна».
- Доходчиво. – сказал Макс, дочитав. - Только то, что идиотов в мире полно, мне понятно и без этой лекции. Как это с твоим срывом связанно? – Он пожал плечами, показывая, что реально не понимает.
- Открой форточку. – Физик закурил. – Я же понимаю, что подобные видосики в чате - это троллинг учителя. Детишки проверяли меня на прочность. Вот только когда я прочёл этот текст после возвращения, я буквально физически почувствовал, как накатывает волна безумия. И вопросы неприятные в голове роятся. А, что если всё это зря? Что если все усилия, приложенные мной, напрасны, и однажды дети, в которых было столько вложено, станут взрослыми баранами, снимающими подобное видео и задающими идиотские вопросы? Ладно, к чёрту психиатрию! У меня коньяк есть, будешь?
- Конечно я буду есть коньяк, а с тобой ничего не случится?
- Если не будешь жечь снег и строить вечные двигатели у меня на кухне, максимум что случиться – это мы напьёмся.
И вроде бы всё стало как прежде. Физик не пропускал ни одной посиделки, выбирался к друзьям и за город. Но с приближением зимы становился всё отрешённей, часто замыкался в себе, и всё чаще отказывался от приглашений скупыми текстовыми сообщениями. Друзья уже начали поговаривать у него за спиной, что в скором времени нужно ждать нового срыва. Макс пресекал подобные разговоры на корню, но в душе́ соглашался с остальными друзьями, чувствуя неизбежное.
Выйдя из машины, Макс посмотрел на часы, было уже начало седьмого. В доме, у которого он припарковался, уже светилось множество окон, люди вставали пораньше, чтобы освободить автомобили от снежного плена и вовремя попасть на работу. Но его интересовали только два окна и балкон на втором этаже, первые от угла. Они тоже светились, но не так ярко как остальные, ему показалось, что они заклеены бумагой для выпечки. Может быть, так оно и было?
Забрав из багажника автомобильную щётку, уже в подъезде, Макс как следует отряхнул шапку, куртку и обувь от налипшего снега. Дверь в квартиру была не заперта, и Макс очень надеялся, что хозяин будет дома. Свет горел во всей квартире. Физик сидел в прихожей на обувнице, одетый и с натянутой на глаза шапкой, в ногах у него стояла сумка, и Макс всё понял:
- Может ещё обойдётся? – спросил он.
- Не хочу рисковать, - ответил Физик, приподнимая шапку. – не хочу никого беспокоить и быть кому-то обузой тоже не хочу, а там я буду под присмотром. Отвези меня в областную, Макс. Пожалуйста.
И Макс повёз. Два часа в дороге пролетели быстро, под тяжёлый рок из восьмидесятых и попытки Макса разговорить друга. Впрочем, попытки ни к чему не привели. Физик либо отмалчивался, либо отвечал короткими «да» или «нет». У проходной больницы Макс тоже решил выйти, но Физик его остановил:
- Не нужно, Макс, дальше я сам. Я ж не девушка, чтобы за мной сумку носить. Спасибо, что привёз и… созвонимся. А лучше спишемся.
- Ты только первым пиши, а то я расписания твоего не знаю.
- Хорошо.
- И вот ещё, Дим, – задержал Максим, уходящего друга, - ты кое-что забыл!
- Да? - удивился Физик, пощупал шапку на голове и посмотрел на сумку.
- Да! Урок по «живой» воде ты так и не провёл, а я бы с удовольствием послушал или почитал. Да, и ученики твои думаю тоже. Ты займись этим, время есть.
Дима застыл как вкопанный и долго смотрел другу в глаза. Макс уже начал думать, что сломал друга, но впервые за всё утро Физик улыбнулся, потом засмеялся, бросил сумку на снег и пнул её к машине. Макс не знал, как реагировать, то ли тоже смеяться, то ли вязать друга и волочить в приёмное отделение. Но тот сам разрешил его сомнения. Он поднял сумку, отряхнул и закинул её на заднее сидение, а сам уселся вперёд и скомандовал:
- Вези меня домой! И музыку погромче!
Макс от счастья подпрыгнул, чуть не пробив головой крышу автомобиля. Дорога назад была веселее. Физик не затыкался, сыпал аргументами и фактами, разнося в пух и прах плоскоземельщиков, астрологов и гомеопатов, говорил, что работы не початый край. А потом зазвонил телефон и вместо Анатолия Крупного из автомобильных динамиков раздался другой, и очень сердитый голос:
- Макс, где тебя черти носят? На часах половина девятого. Ты на работу собираешься выходить?
- Николаич! Виноват, - ответил Макс, - прости меня дурака. Закружился с утра, забыл позвонить. Ты вот что, накажи меня как-нибудь, запиши дежурным на всю оставшуюся неделю, а я с обеда буду, железно!
- Чем ты таким занят, ты мне скажи, что ты про работу забыл? Утром перелазил через жену и зацепился?
- Лучше! Друг у меня нашёлся! – радостно сообщил Макс.
- Где ж он у тебя терялся, твой друг? - потеплел голос начальника.
- А чёрт его знает, где его носило, я пока выясняю. Но обязательно выясню.
- Ладно, хрен с тобой, сегодня ты «за свой счёт», заявление я сам подмахну. Но завтра, чтобы как штык! И я тебя за язык не тянул, дежуришь до конца недели. Всё отбой.
- Ты извини, – виновато сказал Физик, – что так получилось с дежурствами. Я тебе пивом компенсирую.
- Куда ж ты денешься, конечно компенсируешь. Вот прямо сегодня и компенсируешь! Я только машину поставлю и сразу начнёшь. И ты же помнишь? Пиво, я люблю тёмное. И что там этих дежурств? Четверг, да пятница? Не употею. Хотя, чую, завтра тяжеленько мне будет, но это не беда!
Что было дальше рассказывать не нужно. Было пиво, были сообщения друзьям, что есть повод, был затянувшийся вечер, байки, гитара и песни, много всего было. А сейчас друзья просто возвращались домой, и Крупновым пел им, что нужно остаться, чтобы не происходило.
Глава 4 Совсем недавно и очень даже недалеко, шли они строем.
Невероятных успехов, в области информационных технологий, достигли, на отдалённой планете галактики, разрозненные представители республики. Раздвинув границы пространства и времени, они несли свободу мысли и просвещение во тьму имперских провинций…
Длинная разношёрстная колонна еле ползла, через главную площадь страны, к большому белому КУНГу, с ярко-красными треугольниками там, где обычно расположены окна. Внутри треугольников изображение объектива, и пера - стилизованного под меч. Автомобиль напоминал передвижной флюорографический кабинет, которыми в нулевых заменили медицину в провинциальной глубинке.
Глядя на идущих, сложно было представить себе более непохожих внешне людей. Это были женщины и мужчины разных национальностей и возрастов, высокие и низкие, одетые хорошо и не очень. Хотя преобладали всё-таки молодые хорошо и пёстро одетые люди, с яркими и разноцветными причёсками, с многочисленным блестящим пирсингом и бижутерией. У всех в руках телефоны или планшеты, кто-то лихорадочно печатал, кто-то снимал окружение, кто-то говорил на камеру или микрофон, от чего на площади белым шумом стоял гул, за котором сложно было разобрать отдельную речь. Только три слова, чаще всего повторяющиеся в этом гомоне, можно было услышать абсолютно чётко: «голосование», «обнуление» и «бойкот».
За всем этим, со стороны, лениво приглядывал небольшой наряд полиции, всего три человека. Время от времени тыча пальцами, в отдельные личности, они тихонько хихикали или откровенно ржали, в зависимости от эксцентричности персонажа. Многочисленные же туристы лишь изредка бросали взгляд на идущих строем. Но беспорядков не наблюдалось. Колонна, самоорганизованно, невероятно большой цветной гусеницей, хоть и медленно, но продвигалась в перёд, напоминая исполинское мифическое существо из мрачных легенд тёмного человеческого прошлого. Не смотря на стоящее в зените яркое летнее солнце и невыносимую жару, никто не жаловался и не скандалил.
Периодически, белый КУНГ, подобно безжалостному хищнику, мигнув жёлтым равнодушным глазом, откусывал и проглатывал голову этой гигантской личинки, а потом сплёвывал её. После чего та улетала вдоль, ещё не давно своего тела, давая отдельным его сегментам какие-то комментарии. Ну и как положено огромному мифическому существу, лишившись головы оно отращивала себе новую.
Нечто неуловимое объединяло эту пёструю публику. Склонённые головы, твёрдый шаг, гордый и непокорный взгляд исподлобья были тому свидетельством. Время от времени колонна начинала петь. Ну, не то чтобы петь, скорее это были потуги своеобразного протеста, - попытка морального объединения. То один, то другой из идущих затягивал старый хит, который пытались подхватить остальные, но полного текста никто не знал. Несмотря на то, что процедура продолжалась не первую неделю, а желание обзавестись собственным гимном было велико, индивидуальное побеждало коллективное. И потому, это пенье больше напоминало протяжный стон, неожиданно рождённый и неизбежно угасающий, перебивающийся нестройным: «связанные одной цепью», «скованные одной целью».
- Технический перерыв пятнадцать минут. На проветривание. – сказал вышедший из фургона, вслед за очередным счастливчиком, и закурил.
Курильщик был велик, не молод, коротко стрижен, гладко выбрит и выглядел очень усталым. Галстук съехал на сторону, рубаха не глажена, пиджака на нём не было. На груди и в подмышках, от пота, большие мокрые пятна.
– Ума не приложу, зачем лить на себя столько парфюма. Вам ведь и самим там дышать нечем, да ладно б только бабы, но ведь… А, чёрт, кому я объясняю! – он безнадёжно махнул рукой. – Ждите вызова. Бросив окурок в урну, здоровяк вернулся в фургон.
За время этого, совсем короткого, обращения, сотни объективов из очереди фиксировали каждое слово и движение курильщика. Получив небольшую отсрочку, ждущие своей судьбы с удвоенной силой набросились на свои устройства связи.
- Саня, закрывай скорее двери, жарко же ужас как, я включу кондиционер. И бросал бы ты уже курить, вредно же. А ещё спортсмен!
- Включай, Василь Василич, включай. Вот только дышать здесь все равно нечем, хоть жарко, хоть холодно. У меня аж глаза режет. Когда она, эта неделя наша, и закончится? И как тут бросить курить, с такой работой? Тут скорее начнёшь. Пить. А спортсмен я такой же, как и ты, Василь Василич, бывший.
Василий Васильевич такой же большой, как и Александр, только лысый и с бородой, повернул голову в сторону внутренней двери, из которой вышел третий обитатель КУНГа. Лысый, безбородый и такой же огромный, как и двое других, он носовым платком вытирал лицо и был хмур как грозовая туча.
- Ну вот и товарищ Иванов, как я вижу, готов. Остыл немного? – обратился к нему Василий Васильевич. – Начнём продолжать?
- Устал я, и уже жалею, что дал своё согласие на участие. В студенчестве помню, мой тренер по борьбе говорил: «Главное выдержка. Нервы – это ошибки». А у меня глаза красным застит, я уже хочу бить лица, на худой конец провести болевой. Тут не ошибки, тут жди полного провала. Ещё пару дней и крыша окончательно поедет. Но уж больно сладок пряник. Одна рабочая неделя, а взамен - пенсия и полное освобождение от налогов, до конца дней.
- Которые мы - други, проведём в доме скорби под воздействием сильных препаратов.
- Предлагаю проситься в разные палаты. Наши физиономии станут неизбежным напоминанием общего, печального прошлого, которое сведёт на нет любую терапию и достижения фармакологии. Рецидив будет неизбежен - это я вам, как врач говорю. – развёл руками Василий Васильевич.
- Тогда в разные клиники. – предложил Александр.
- И в разных концах страны. – добавил товарищ Иванов. – Я от последнего клиента, всё не как в себя прийти не могу. К тому, что ссутся я уже привык, но чтобы… оргазмировать – это уже перебор.
Пространство КУНГа было устроено очень скромно, исключительно из соображений рациональности. Внутренняя дверь вела в тесный санузел с унитазом и раковиной. Всё остальное пространство, не имевшее окон, было обшито белыми глянцевыми панелями. Из мебели только стол, три стула, небольшая полка в углу, в метре от пола. На полке ведерная ёмкость, выкрашенная в чёрный цвет, рядом висит полотенце. И ещё, в дальнем конце помещения, стояло что-то напоминающее гимнастический снаряд, с закреплённым на нём сверху полуоброчем на петлях. Возле снаряда ведро со шваброй. На столе три монитора, клавиатура, планшет и микрофон на подставке с кнопкой. Под потолком кондиционер и широкоугольная камера, ведущая прямую трансляцию в сеть.
- Что ж, время ещё есть, - Василий Васильевич глянул в один из мониторов. – успеваем выпить чаю.
Из единственного ящика стола на свет появились три кружки и термос.
- И как нас сюда занесло то? – Александр потирал ладонями виски.
- Среди немногочисленных жителей страны, от тридцати до пятидесяти, не имеющих аккаунтов для трансляции своего мнения на многочисленных площадках в необъятном интернете, физически и психически здоровых и крепких, была проведена жеребьёвка. Со счастливчиками связались, чтобы те, обуянные жадностью, совершили предсказуемую глупость - дали своё согласие. Что мы и поспешили сделать. Уж слишком сладок пряник, как я и говорил.– товарищ Иванов аккуратно складывал мокрый платок разглаживая края на коленке.
- Не о том речь. Мне интересна - первопричина. С чего всё началось? Я было начал вникать в суть проблемы, да так в итоге и сдался, информации столько, что не осилить и с пядью во лбу. Мне, как преподавателю истории, известны примеры запутанных интриг, но тут даже все средневековые интриги, вместе взятые, меркнут. – Александр отхлебнул из дымящейся кружки. – Люблю крепкий чай, а вот с сахаром перебор.
- А я переводчик с английского и сладкоежка. Могу прожить без хлеба, могу и без мяса, но без сахара я умру в муках. Кстати, завтра твой черёд, Саша, обеспечить нас чаем, нужно не забыть принести пряников. Иначе тот дёготь, что ты называешь чаем, пить нельзя. А по поводу происходящего, я вас просвещу. Потому как мой, не в меру одарённый отпрыск, либо стоял перед этим столом, либо, не сегодня-завтра, предстанет.
- Брат на брата, сын на отца - прямо гражданская война, ни дать ни взять.
- Сразу видно историка. Оно и не мудрено, людям свойственно приводить всё к понятным им аналогиям. Я бы сравнил это с противостоянием классицизма и романтизма. А у вас Василь Василич что, небось прививки?
- Ну конечно! Я же доктор, значит прививки. – сказал тот усмехаясь. – Стереотипы, товарищ Иванов, стереотипы, и вы абсолютно правы – мы все в их власти. Но, на самом деле, аналогия с гражданской войной мне гораздо ближе. С раннего детства я о ней слушал, смотрел, читал и никогда не играл в войнушку за интервентов, заметьте.
- В последнем мы и не сомневаемся, верно товарищ Иванов? – усмехнулся Александр.
- Можешь язвить надо мной хоть до посинения, значение слов это никак не меняет. Люди, объединённые одной целью, не называют друг друга господами, они зовутся товарищами. Кстати об одной цели. – доктор тяжело вздохнул и театрально-трагически произнёс. – Пора товарищи.
Бокалы и термос вернулись в стол, тройка устроились поудобней на своих стульях. Переглянулись. Александр нажал на кнопку вызова и включил микрофон. Теперь видео в сеть шло уже со звуком.
- И да прибудет с нами рассудок.
Белый КУНГ приготовился нанести очередной удар своей жертве. Над дверью мигнул жёлтый маячок, и гусеница снова лишилась головы.
Головой оказался молодой человек интеллигентного вида, в очках с аккуратной причёской и бородой, за которыми явно ухаживали. Вид немного портил пиджак без рукавов, надетый на розовую футболку, и явно короткие ему брюки, достававшие едва ли до середины голени. Заканчивали образ чёрные лакированные туфли и ярко зелёные носки. Но интеллигентность, её за одеждой не спрячешь, она, незримой печатью, выделяла своего носителя в любом месте, в любых обстоятельствах. Молодой человек был явно взволнован, но очень старался не показать этого.
- Здравствуйте. - ему указали на планшет. - Введите, пожалуйста, своё имя. Сетевое. Любое из них. И верните планшет на стол. Полотенце, надеюсь, не забыли?
- Добрый день. – его голос предательски подрагивал. - Хотя я сомневаюсь, что он для меня добрый.
Вошедший не стал брать планшет в руки, только развернул его и быстро набрал имя.
- Ловко, - оценил, один из сидящих за столом, скорость набора, - а вот у меня так не получается, не смотря на все старания. Что ж, посмотрим, что у нас здесь.
Тройка перенесла своё внимание на мониторы и погрузилась в чтение. Какое-то время в помещении стояла тишина, но не долго.
- Должен заметить, товарищи, что этот случай является типичным. - сказал Василий Васильевич, - Лично я сразу готов дать своё заключение. И думаю, что мне к пятёрке, добавить нечего. Или вы, уважаемый э-э-э… не знаю, как правильно это читается, похоже на случайный набор латинских букв. Позволите мне называть вас, по паспорту, Сергеем? – и не дожидаясь ответа, продолжил. – Сергей, может вы предпочитаете общественные работы?
- Нет. И не могли бы мы как-то ускорится, а то мне немного не по себе. – воспрянул он духом, услышав про пятёрку, (пятёрка – это минимум, знает каждый младенец) и даже заговорил как-то более уверенно. – Я готов получить хм… взыскание.
- Конечно! - оторвался от экрана Александр. - Ваша стихия, как я понял – изящность. Прививаете людям чувство прекрасного, так сказать. Учите не бояться экспериментов, искать свой стиль. С известными брендами вижу сотрудничаете. Чистое искусство. Казалось бы, живи и наслаждайся. И вдруг голосование по такому вопросу, и неожиданное «за»! При этом сами замечены: в провокации оппонентов, прямых оскорблениях, неаргументированных высказываниях на не профильные темы, использовании не подтверждённых данных и явной лжи, пренебрежении фактами, не уважении чужого мнения и призывах к физическому воздействию на инакомыслящих. Есть возражения?
- Товарищи! Товарищи, не будем терять время. Порядок не предусматривает ни каких возражений. Мы лишь определяем меру наказания. Я свой вердикт вынес, кто-то что-то добавит? - сидящие промолчали. Отлично! Саша, если я правильно помню, твой черёд.
Александр, поднимаясь, указал на снаряд и торжественно произнёс: «Прошу! И не забудьте постелить полотенце». Сергей послушно двинулся в указанном направлении на ходу расстёгивая брюки:
- А можно меня не пристёгивать?
- Смотрю у вас твёрдый стержень, Серёжа.
- Сейчас новый челлендж в тренде, - пожал тот плечами, - «Перенеси процедуру без обруча».
- Так вы еще и дивиденды заработать на этом хотите. Во мне рождается огромное желание добавить ещё пятёрку.
- Сань, это не победить. – подперев щёку печально сказал товарищ Иванов, - Без обруча, так без обруча. Приступай.
Оголив зад, модный интеллигент улегся животом на снаряд и ждал. Учитель истории достал из чёрной ёмкости широкий кожаный ремень с большой металлической пряжкой и несколько раз взмахнул им оставляя на полу дорожку из прозрачных капель антисептика.
- Ну, значит без обруча.
Широкий замах. Удар. Смачный щелчок мокрого кожаного ремня, пробуждающий воспоминания о цирке и хищниках, оставляет ярко красный след на бледных ягодицах. Наказуемый визжит, как молочный поросёнок оторванный от мамкиной сиськи, пытаясь соскочить со снаряда. Но мучитель к этому готов, одним быстрым движением он успевает защёлкнуть обруч. Второй удар, третий и визг превращается в вопль. Четвёртый удар и уже слышен крик: «Мама!», высокий как девичье сопрано. Пятый удар, крик превращается в волчий вой, а потом в жалкие всхлипы.
- Я так понимаю, челлендж провален. И кстати, по поводу челленджей, молодой человек, вы слышали анекдот про ковбоев и стакан говна? – спросил палач у надевающего штаны. – Он очень интересно обыгрывает это свежее слово в нашем языке. Поищите в интернете.
- Заключение по делу смотрите у себя в почте. Прощайте Сергей, и впредь серьёзней относитесь к принятию решений.
Василий Васильевич обратил внимание товарища Иванова на одно из сообщений чата в трансляции, как повелось от анонима:
«этому могли бы и накинуть, из-за таких вот стильных советчиков, баб от мужиков на улице уже не отличить»
- Пожалуй стоит учесть на будущее. – соглашаясь кивнул тот в ответ.
Ремень вернулся в ёмкость, тройка вновь сидела за столом, а в дверь вошло милое создание с длинными белыми волосами.
Ростом не ниже ста семидесяти и весом килограмм пятьдесят, не больше. Её губам могла бы позавидовать любая утка, макияжу попугай, а ногтям степной орёл. Судя по объёму грудки и гузки, натурального там ничего не было, но выдающимися они были точно, во всех смыслах этого слова. Возраст этой птицы высокого полёта, слава пластике, определить на глаз невозможно. А её осанка говорила о, как минимум, дворянском происхождении, а то и королевском.
Товарищ Иванов толкнул в её сторону планшет: «Имя, сестра, имя!». И вот тут и началось интересное. Её ярко-бирюзовые ногти не оставляли ей ни одного шанса, планшет просто не хотел идти ей в руки. Какой-нибудь мастер печатного слова мог бы посвятить этой борьбе целую главу или даже две! Но, если вкратце - это было фиаско.
- Не могли бы вы? – процедила сквозь зубы королева.
- Да конечно.
Доктор поддержал планшет, чтобы она, согнув указательный палец, костяшкой набрала своё имя. И снова на изучение дела потребовалось совсем немного времени. Тройка, переглянувшись, почти синхронно произнесла: «Десятка». Чат взорвался! Самым точно отражающим общее мнение комментарием стал:
«ещё до обеда был диетолог с огромной волосатой жопой получивший пятнашку, я чуть не блеванул. а тут явно криминальный случай и только пять!? я требую ужесточения наказаний. (и для конкретно таких случаев просто необходимо иметь в арсенале черную кожаную плеть и кляп-шарик)»
- Значит веб-модель. – Толи утверждал, толи спрашивал доктор. - Что ж, ничего нового вам делать не придётся, проходите к снаряду.
- Я стримирша! – Яда в её голосе хватило бы на убийство небольшой армии ненавистников. И только, приобретённый с годами, иммунитет к призрению сохранил жизни сидящим за столом.
- Тогда я учительник, это вот мои коллеги: врачевальник и переводильник. А вместе мы - тройник неравнодушнников. Но я отвлёкся. И так в вашем арсенале имеется: узость мышления, непоследовательность высказываний и отсутствии в них логики, безграмотная речь с включением огромного числа заимствований, использование языка матерного как основного, полное отсутствие авторитетов и отрицание очевидного, скрытая политическая реклама, «случайная» демонстрация интимных частей тела, получение вознаграждений за встречи в реальной жизни.
- Мой черёд, - поднялся товарищ Иванов. – внести свою лепту.
Внимательно осмотрев объект наказания, он не удержался от вопроса: «Вы думаете розовому единорогу здесь самое место?». Нужно отдать должное, милое создание не проронило не звука. То ли высокий болевой порог, то ли дело и впрямь было в привычке, но из всех людей, прошедших через снаряд, человека выносливей тройка не видела.
Чат вновь оживился:
«экзекутор, будь добрее, давай королеве перевести дыхание, между ударами»
«да, да. помедленнее пожалуйста, я записываю»
«челлендж пройден!»
- В который раз женщины доказывают, что они гораздо практичнее! Взять хотя бы нижнее бельё. В отличии от нас, у них нет необходимости снимать его ни в одной ситуации, которую я могу себе представить.
- Это потому, Саша, что мы по-разному понимаем его назначение. К сожалению, не мы одни. Я боюсь, что в эту дверь скоро начнут входить те, кому вообще ничего снимать не придётся.
- Здравствуйте. - Сказал бородатый субтильный мужичок и взял планшет.
- Диайвайщик! – воскликнул Василий Васильевич, мельком взглянув в монитор. – Как удачно, что теперь моя очередь. Сразу поднимаю до десятки.
- Пятнадцать и пряжка.
- Из огромного уважения к тебе Василич, предлагаю «вышку» - пятнадцать плюс три пряжки.
- Продано! – зловеще потёр руки доктор.
- За что?! - возмутился мужичок.
- За заполнение коек в отделениях травматологии. Когда лепишь что-то из говна и палок, необходимо помнить, что на выходе можешь получить: палки для шины и говно в утке. Альтернатива вам известна.
- Нет, я потерплю.
- Я в полном восторге, от вашего выбора.
Если кто-то считает мужские слёзы чем-то крайне редким, то в этом фургоне их можно было увидеть в достатке. В особенности, когда речь заходила о пряжке. Размером с ладонь взрослого мужчины, на ней был изображён символ известный во всех уголках планеты, как знак неодобрения - большой палец, опущенный вниз. После удара пряжка оставляла чёткое клеймо, ещё долго напоминавшее хозяевам о своём присутствии, и о процедуре, связанной с его появлением.
Чат фонтанировал:
«такие кадры должны приносить свой инструмент, что-то более высокотехнологичное. Например: гидровакуумноэлектрическй поршневой турбо хлыст»
Следующим стал индивид с роскошными зелёными дредами собранными в пучок на темени, какими-то каббалистическими татухами на лице и спортивном костюме.
- Прошу прощения, - сказал Александр, чихнув. – аллергия на пыльцу.
- Это, типа юмор? – уточнил вошедший, выдавая своё знакомство с этой шуткой.
- Это, типа болезнь. Род занятий?
- Рэп читаю.
- Как интересно! У меня дочь тоже читает.
- Своё?
- Своего, слава творцам, она не пишет. Подсунул ей Бёрджесса, сейчас его читает, иногда даже вслух.
- Это, типа снова юмор, который я должен понять?
- Это, типа литература. А «десятка» – это типа число.
- Не берите в голову, проходите к снаряду. Согласен с десяткой. – добавил Василий Васильевич.
- Я в голову и не беру. – снова блеснул рэпер.
- О, а вот это и я понял. Никуда не берите, молодой человек и от себя добавляю ещё пять. – подключился товарищ Иванов.
- Единорогов нет – уже хорошо.
Щелчки. Слёзы. Сопли. Анонимы наслаждались:
«Судя по кроне, это дерево хорошо удобряется»
«да, навоза в горшке хватает»
«это растение протянет не долго, любой флорист вам скажет: его пора пересаживать в горшок большего объёма»
После дредов была Лолита.
- Можно?
- Нужно! Стримишь?
У Лолиты были розовые волосы, и стоящие в голубых глазах слёзы. В ответ она лишь кивнула.
- И голосовала?
Снова кивок.
- Имя и к снаряду, уверен хватит и пятёрки.
- Проецируешь, Саша? Сколько твоей?
- Грешен. – развёл руками Александр. – Моей семнадцать, потому давай без лишнего усердия. За подростковую глупость хватит и пяти.
Чат был добр:
«да здесь хватит и мозолистой мужской ладони»
Следующим стал улыбчивый паренёк, с порога заявивший о желании приносить пользу обществу.
- Восьмичасовой рабочий день, оплата без задержек, двухразовое питание, униформа. В свободное время можно фрилансить.
- Специальность?
- В этом году получил диплом архитектора. С работой туго…
- А вы случаем не «самострел»?
- Бросьте, товарищ Иванов, молодой человек осознал и раскаялся. Пойдём ему на встречу. Обратится в ближайшую районную администрацию, займётся полезным делом, получит опыт работы в коллективе.
- Ага, станет магистром ложи и построит храм.
- Шутки про масонов? – спросил молодой архитектор и улыбнулся. - Никогда не слышал.
- Интересных проектов и до свидания, магистр. – Отвесил ему поклон Александр.
Чат был единодушен:
«читер!»
И завертелась карусель меняя лица.
Когда-то лишь не многие ворота могли похвастаться настолько разными людьми, натирающими мозоли на пятках, по дороге к ним. Ведь только через них вёл путь к новой, лучшей жизни. Но время шло, менялись концепции, менялись пророки и пороки. Ворота становились то шире, то у́же, а то и вовсе исчезали. И в конце концов их возвели столько, что встретить антипода на этом пути стало почти невозможно. Но дверь белого КУНГа, маяком в тёмном царстве, поманила к себе всех.
Среди них были литераторы, путающие Чуковского и Чайковского, Рембо и Рэмбо, Ремарка и ремарку. Пишущие и говорящие с ошибками, но обязательно что-то монументальное.
Были музыканты и певцы, не знавшие нот и не имевшие слуха. Зачастую не владеющие музыкальными инструментами, но выдающие ежедневно по хиту.
Встречались историки, не помнившие дат и путающие эпохи, не видящие разницы между Ганнибалами и каннибалами. Свободно владеющими глиномесью и другими редкими видами письменности, и невероятно осведомлённые о происхождении племён и народов.
В великом множестве попадались экономисты абсолютно уверенные, что монополия - это настольная игра и только. И конечно политики, считающие корнем всех бед человеческих отсутствие правильной жизненной позиции у большинства (позиции, естественно, не такой как у них).
Если попадались философы и теологи, то уровнем не ниже Канта, сыплющие теориями как из рога изобилия. Одна другой плодотворнее они опыляли молодые ростки познания, рождая чудовищ живущих на плоской земле, возраст которой не больше пары тысяч лет. За это время на ней, не меньше десятка инопланетных рас, строили и уничтожали, по-всякому, цивилизации. Тем же занимались сотни богов, некоторые из которых, вообще, писали эти самые цивилизации на бе́йсике.
Учёные всех мастей и возрастов громили подобные теории, а заодно и друг друга. Друг друга за необразованность, тупость, вторичность и плагиат!
А ещё количество критиков с главным тезисом «автор дурак, я могу лучше» было без счёта. Книги, фильмы, музыка, видеоигры, картина маслом, лягушка из пластилина или домик из спичек, всё что мог сделать человек и выложить в сеть, на всё находился критик со взвешенным и конструктивным тезисом из пяти слов.
Невероятно много было учителей. Невозможность придумать самый невероятный запрос, по которому ещё нет подробной инструкции, стал настоящей проблемой современности. Учили всему от того: «как перегрызть себе пуповину, если ты родился без зубов», до «что делать в условиях невесомости с новорожденным, сосущим свою пуповину».
И все как один - потомки древних дворянских родов, ущемляемые в правах с далёких большевицких времён. Ну, если не все, то через одного точно! Но все абсолютно добровольно шли на, прямо скажем, не самую приятную и довольно унизительную процедуру.
- Всё достаточно просто, - очередной перерыв начался с уже подостывшего чая. - но точного источника инициативы никто не назовёт. Может здесь тот самый случай коллективного бессознательного, кто знает?
- Погоди, ты хочешь сказать, что все эти люди сами себе организовали шоу с БДСМ?
- Заешь почему слово «шоу» так прижилось в русском языке? Есть же прекрасные аналоги: представление, показ, зрелище.
- Потому что русский – живой язык?
- И поэтому тоже, но среди переводов слова «show» есть и вариант – показуха, а он имеет ярко негативный окрас. Кто назовёт своё творение показухой? А шоу – это блеск, слава, богатство.
- Тогда что это, там за дверьми?
- Не знаю. Публичное раскаяние?
Тройка наслаждалась перерывом и товарищ Иванов, как и обещал, занялся просвещением.
- Этот феномен ещё долго будут изучать, прежде чем придут к общему знаменателю. Сломают множество копий, напишут не одну статью или даже монографию. Введут новые термины, а может позаимствуют старые, проверенные, у философов прошлого, и наконец докопаются до истины. Но это когда ещё будет! А сейчас, мы видим множество людей говорящих: «Да я б таких как ты…» и далее вписать нужное. Список ограничивается только полётом фантазии. И загуляла по сети простая, но вполне здравая мысль – нужно наказывать, но наказывать всех. Всех виноватых естественно.
- Вот только все мы знаем поговорку про соломинку и бревно.
- Верно! И как же решить кто Д`Артаньян, а кто все остальные? А легко! Мы возьмём и поступим как цивилизованные люди и, для начала, составим списки, а потом дружно проголосуем. Вот и появились на различных ресурсах, где-то в шутку где-то всерьёз, страницы, на которых один пользователь мог добавить любого другого пользователя, который «переступил черту». По понятным причинам, эти страницы быстро окрестили – коричневыми. Что тут началось! Кто-то, откровенно валяя дурака, кто-то, во имя идеи, а кто-то, из-за оскорбления лучших чувств, но анонимы понемногу начали заполнять коричневые страницы именами и обвинениями. А ещё, с удивлением, они находили там свои собственные имена. Ресурсы обменивались данными, дополняя списки друг друга, количество участников росло. Посыпались взаимные оскорбления и хлынули через модемы потоки помоев. Брызги летели повсюду: в телевизор, газеты, на лавочки в парке. Это обсуждалось везде и всеми, естественно обрастало подробностями и небылицами, но единодушие было общим – казнить, нельзя помиловать.
- Осуждение по анонимке? Какая дикость!
- Разумеется, но существовала система голосований: поддерживаешь обвинения – ставишь плюс, нет – минус, а для этого уже нужна регистрация. В противовес принятым нормам, рейтинг растёт – ты не почёте, уходишь в минус – ты на коне.
- Да - нет. За - против. Система известная с допотопных времён, не одобряешь - брось камень, одобряешь - не бросай. Чем не демократия? – спросил Василий Васильевич, ни к кому конкретно не обращаясь.
- Ну, допустим. Есть состав преступления, улики, доказательства, есть виновный, но нет методов воздействия. Как быть?
- Казни уже не в моде, но наказаний никто не отменял. Долгие обсуждения привели к единому мнению что, в большинстве случаев, виновато воспитание. Проще говоря - в детстве мало пороли. А если проводить наказание публично, то и воспитательный эффект увеличится многократно. Количество ударов будет зависеть от степени вины, в особых случаях это будет пряжка, а судьями и исполнителями станут люди далёкие от интернет сообществ.
- То есть те, кто должен был сделать это раньше.
- Так точно. Оставалось дело за малым – привести в исполнение наказание. И что заставит человека смиренно принять судьбу?
- Правильный вопрос. Количество площадок, поддерживающих эксперимент, росло. Выгода была, очевидно, в обновлении крови. Они-то и дали рычаг влияния. Чем так дорожат владельцы аккаунтов? Что стало самой конвертируемой волютой в сети? И что станет настоящим ударом?
- Подписчики!
- И снова в точку. Обнуление - вот что ждало всех нарушителей. Конечно, самые большие фанаты вернутся, не факт что все, но их большая часть. А те, кто подписался под одним постом, кто поменял взгляды, кто просто перерос автора, - те, кто получал уведомления на автомате и давно игнорировал их, как таких вернуть? Удар серьёзный и жестокий, а для многих и непоправимый. Естественно были и оправданные - те кто ушёл в минуса.
- И всё-таки я не понимаю. Допустим инициатива, допустим эксперимент, но кто станет участвовать в голосовании, которое аукнется тебе самому?
- Никто - так думали все. Ну или все думали, что все так думают. Потому что, незадолго до голосования, началось движение за его бойкотирование, которое набрало большое количество сторонников среди обвиняемых. То есть, была высока вероятность того, что голосование с треском провалится, и не просто высока. Опросы показывали полное отсутствие среди опрошенных желания голосовать. Но кто-то решил набрать очки, чтобы бить себя потом пяткой в грудь, крича о собственной храбрости и моральном превосходстве. Временем для голосования было выбрано столичное.
В день «Д», счётчик проголосовавших нехотя менял цифры вплоть до одиннадцати часов вечера, и так и не добрался до сотни. Вот тогда все и решили – пора. А на другой день после голосования интернет взорвался! То, что все приняли застывшее число девяносто один - за финал голосования, было простой неспособностью машины быстро обработать поступившее количество запросов. Такой явки свет не видывал… да не когда не видывал, почти сто процентов, отношение проголосовавших «за» «против» - сто к одному! За порядком голосования следили, кроме всех прочих, десятки хакерских групп. Они-то и обнародовали эти данные и реальные имена голосовавших. Они же и предложили внести некоторые коррективы в инициативу – голосовавшие против и не голосовавшие составили настолько небольшой процент, что их стоит не привлекать к ответственности, как ставших на путь исправления. К ним же прировнять тех, кто признал вину и покаялся и тех, кто удалил свои аккаунты до начала голосования, а были и такие.
Товарищ Иванов явно был в теме и ему нравилась публика - серьёзные слушатели с интересом внимающие лектору. Тем более, что вся его речь была объяснением того, почему они встретились.
- Увидев масштабы происходящего, государство оценило ничтожность собственных потуг! Официальные данные при регистрации, вечное хранение истории запросов, штрафы за оскорбления, попытки цензуры и контроля, блокировка ресурсов, страшилки про экстремизм в сети, казались незначительными усилиями на фоне того, что сделали пользователи добровольно. Упущенная возможность! Поток потенциальных средств и низкооплачиваемой рабочей силы норовил хлынуть из полноводной финансовой реки куда-то в сторону необрабатываемых полей. Где и возделывать не планировалось, вот-вот могло заколоситься и дать урожай, который соберёт случайный выскочка. И если б соберёт, так ведь нет, просто даст сгнить на корню! А кроме того - когда ещё случится подобный прецедент, дающий возможность утвердить авторитет там, где «терраинкогнита», где одни дикари и язычники.
- Ну так уж и «инкогнита»?
- Не то слово, любезный доктор. Вы когда-нибудь слышали рассуждения наших дорогих избранников об интернете? Моё не по годам развитое чадо говорит, что они в этот момент похожи на пришельцев из другой, даже не галактики, вселенной. Не использовать данную возможность они не могли и согласились поддержать инициативу законодательно. Всё произошло максимально быстро, и внесение закона, и его рассмотрение, и поправки, - такого единодушия они, сами от себя, не ожидали. Так наши сегодняшние подопечные получили возможность выбора и к порке добавились общественные работы, с минималкой по региону в качестве оплаты. Но некоторые до нашего кабинета так и вовсе не дошли, им предложили оплатить крупный штраф, десять процентов от произведения количества подписчиков на ту же региональную минималку. Налог на роскошь общения, так сказать. Это очень крупные штрафы, но оплачивали их не раздумывая, сделав серьёзную выручку казне. Чтоб вы поняли это миллионы! Соседи уже обзавидовались и, на сколько я знаю, ведут работы в данном направлении. Так что Саня ничего сложного здесь нет, пытаясь разобраться в происходящем ты допустил ошибку новичка, читал всё подряд. Но сколько людей столько мнений и столько же заговоров.
- Неужели их правда так много, несущих своё слово в мир? – Тройка дружно посмотрела на дверь. – Сколько их кстати?
- Трудно сказать, процесс уже не остановить. Списки продолжают расти.
- Как, так?
- Люди продолжают по́стить, а значит продолжается и голосование. Упущенные возможности, рычаг давления, помните? Только теперь выходя из минусов, вам даётся одна неделя на исправление ситуации удобным для вас способом, - поправить рейтинг, поправить пост, заплатить в конце концов. Или добро пожаловать на экзекуцию. Государственная машина в действии, - он хлопнул по стене КУНГа ладонью. – в прямом смысле этого слова.
- Повторное наказание, за то же нарушение?
- За то же - нет, но разбор новых работ никто не отменял.
- Не удобно спрашивать, но в чём конкретно повинно твоё дитя? И почему не бросит это дело?
- Участием в голосовании повинно, этого вполне хватает. А не бросит, как и все остальные, из-за слишком стойкого привыкания. Возможность делать погоду куда как приятней, чем за ней наблюдать.
- Хорошо, теперь мы знаем, как оказались здесь они – благодаря голосованию, в котором не стоило принимать участие. Как же здесь оказались мы?
- Помните, пару месяцев назад, по квартирам ходили общественники с соцопросом «Как вы относитесь к интернету?». – Василий Васильевич и Александр пожали плечами. – Ну конечно, кто их запоминает эти опросы, это как листовки в почтовом ящике – кинул в мусор и забыл. Но я точно знаю, что вы ответили. Спорим? Хотя ладно, что за споры среди своих. Просто я знаю правильный ответ: «Не состою, но одобряю». Именно после этих слов нас начали рассматривать как кандидатов. Потом просто пробили по нужным базам и готово.
- А что, товарищи, делитесь, кого хотели бы здесь увидеть? Ведь есть такие, а? Я в всё надеюсь, что в эту дверь войдёт один известный врач, он дистанционно лечит, ещё со времён той, другой страны. Очень надеюсь на встречу.
- О, у меня целый список, - товарищ Иванов кряхтя потянулся, - очень жду к нам в гости современных кинематографистов. И тоже с нетерпением. Колись, Сань, есть личные предпочтения?
- Был один бородатый брехун, но он соскочил.
- Заплатил?
- Не, помер. Теперь жду его последователей.
- Что-то мне подсказывает, что мы знаем о ком речь, и они точно здесь будут.
Улыбаясь тройка переглянулась и стала убирать в стол чайные бокалы. Ещё один заход и пенсия станет на один день ближе.
Длинная разноцветная гусеница стала значительно короче. Зная что белый хищник скоро отходит ко сну, она потеряла бо́льшую, заднюю, часть своего туловища. Одной из её мифических способностей было медленно рассыпаться на мелкие кусочки вечером, чтобы к пробуждению своего мучителя собраться вновь и ползти на съедение.
Круговорот тщеславия и амбиций человеческих не первое столетие создавал и кормил жутких чудовищ и пока не собирался останавливаться.
Глава 5 Очень обитаемый остров.
Жил-был мужик. Обычный такой мужик – уже не молодой, но ещё и не старый, звёзд с неба не хватал, но и дураком не был. Дети выросли, жена давно ушла, любовницы надоели, работа задолбала, в общем, жизнь идёт ровно, как поезд по рельсам. И решил он устроить себе встряску, оплатил «всё включено» и рванул к морю. Только в аэропорту выяснилось, что побаивается он летать, и даже не побаивается, а боится, честно сказать, до ужаса. Принял он лекарство от страха, семьсот грамм, перед самой регистрацией и к тому времени как оказался в самолёте, оно уже во всю действовало. Сел в кресло, пристегнулся и отключился. Очнулся, самолёт трясёт, люди орут, лекарство от страха не действует. Решил помолится, да молитвам не обучен. На ходу придумал свою: «Боже, если ты есть, об одном молю – личная встреча, на пару вопросов ты мне по-любому ответишь». Второй раз просить не пришлось, в голове вспыхнуло солнце и тут же погасло, а вместе с ним и сознание.
Пришёл в себя голова раскалывается, кругом дикие заросли под ногами белый песок, откуда-то шум прибоя слышен и бабские крики. Приподнялся, выглянул из-за кустов и замер. Пляж – мечта туриста, голубое море, песчаная коса уходящая куда-то в даль, зелёные пальмы нависают, а среди этого великолепия обломки самолёта валяются, и семь баб мечется, орущих на все голоса. Вспомнилась мужику классика, где два генерала искали помощи, в дикой глуши, у такого же как он мужика, и начал он пятиться в джунгли. Куда там двум генералам, до семи королевен! Решил день пересидеть, а ночью совершить набег на пляж, за трофеями. Поначалу, от греха подальше, крался как вор, а потом не удержался, побежал. Бежит и думает: «Конечная цель достигнута – море, встряска и всё такое, но радости я что-то не ощущаю». Отбежал от места катастрофы на пару километров, присел под дерево приходит в себя.
Солнце палит нещадно, птицы щебечут, кто-то хрюкает в кустах, вдалеке слышится шум ручья или реки, а его жажда мучает сил нет - последствия лекарств против страха, или травма, оставившая огромную шишку на затылке. Пошёл в сторону журчания. Притопал на берег небольшой речушки, метра два в ширину, не больше и глубиной по колено. Вода прозрачная как слеза, опустил в неё руки – ледяная. Зачерпнул горстью, поднёс ко рту, слышит выше по течению: «Хрю-хрю». Как представил, что там полоскало это животное, и не только полоскало, выплеснул воду сплюнул и двинулся на звуки. Дошёл до звериной тропы, продвинулся ещё на пару метров, наклонился над водой, а выше по течению опять: «Хрю-хрю». Да чтоб вас, свиньи проклятые, придёт и ваш черёд, дайте срок! Мужик снова двинулся в сторону истока. Долго шёл, из сил стал выбиваться, когда услышал звук падающей воды. Раздвинул очередные заросли и понял, что путь его не был напрасен. Из высокой скалы, на высоте метров трёх, извергался, мощным потоком, водопад. С годами вода выдолбила большую купальню в месте падения – тут тебе и водопой, и душ, и бассейн. Кинулся к воде мужик, напился, помылся, остыл, а потом вытянул ноги и давай кайфовать. Лежит, кайфует, вспоминает правила выживания в дикой природе, думает с чего начать обустройство жизни в тропическом раю. Кто знает, когда их найдут и найдут ли вообще? Вдруг слышит, вроде как матерится кто-то, затейливо так, витиевато, в каком-то смысле даже красиво, а голос мужской, немного пьяный, и вроде знакомый.
Определил мужик направление, откуда звуки родной речи раздаются, и полез на другой берег. Выбрался из воды, крадучись пошёл на шум и застыл от удивления. На просторной поляне, напротив огромного телевизора, под пляжными зонтиками стояли два плетёных кресла и небольшой журнальный столик. Громкие звуки издавал пухлый коротышка в цветастой рубахе с короткими рукавами, в шортах цвета хаки и синих шлёпанцах, а на его голове была синяя бейсболка с надписью «Lost». Оглянувшись на шум шагов, коротышка повеселел и радостно вскинул руки.
- О, Ванька! Пришёл в себя? Ну слава богу. Помоги разобраться, - он протянул пульт от телевизора гостю, - что на нём нужно нажать, чтоб заработало? Ну, что застыл? Да, садись ты. – указал он оторопевшему Ивану на свободное кресло и снова протянул пуль.
- Мы в самолёте познакомились? – напрягая память спросил Иван.
- В самолёте? Это смешная шутка, да. В самолёте ты мог только пузыри пускать. Голова болит?
Ощупав затылок, мужик подумал, что травма видимо была сильнее, чем он думал.
- А откуда, ты тогда, знаешь моё имя? Я не звезда масс-медиа.
- Ты только не волнуйся, присядь, переведи дыхание. Вот, лизни жабу, помогает. – незнакомец заботливо протянул коктейльный бокал, в котором сидела ярко-красная лягушка, с жёлтыми точками на спине. Розовый зонтик в бокале, был нужен толи для красоты, толи чтоб не сбежала сидящая внутри лягушка. Иван брезгливо отстранился, не тешила его мысль облизывать земноводное, пусть и красивое, зато стала ясна весёлость незнакомца. Ивану доводилось слышать, что у тропических лягушек есть что-то такое на коже, но вроде - это был яд, хотя кто их эти тропики разберёт?
- Ой, где ж мои манеры? – выскочил из кресла незнакомец и протянул руку, – Нави́ – имя моё такое, прошу любить и жаловать!
Иван осторожно пожал влажную ладонь пухляша:
- Нави́? А Джейк Салли скоро подойдёт?
Шутка пришлась незнакомцу по вкусу. Он начал пританцовывать, хлопая себя по большому животу, и хохотал повторяя: «Салли, Джейк Салли!». Но непонятно, что его больше веселило, само появление Ивана или то, что тот вспомнил имя из вселенной Аватара. Нави натянул бейсболку на глаза и наклонил голову, чтобы было легче прочитать надпись на ней.
- А ещё подойдут Джек, Сойер и Локк. – он засмеялся ещё громче, - Ну ты понял? Понял? – пухляш, то наклонял голову, демонстрируя надпись на бейсболке, то поднимал её и заглядывал в глаза Ивану, чтобы убедится, что тот понял отсылку к известному сериалу. – Как же я всё-таки рад что ты пришёл в себя! Да ты садись, не стой. Вот на лизни лягушку.
- Не буду я облизывать твоих лягушек! – Иван отпихнул протянутый бокал. – Лучше скажи мне, где мы и что происходит? Кто ты вообще такой?
Нави уселся в одно из кресел и указал на другое Ивану:
- Да сядь ты наконец. – и продолжил, когда тот устроился поудобней. - Это прозвучит дико, но я, Ваня, твой Внутренний Голос - полный противоречий и разногласий. Да-да, даже моё имя – Нави́, это Иван наоборот и с ударением на другую гласную и давай договоримся не склонять его. Мы с тобой никогда не общались, вот так - лицом к лицу, и мне сейчас, поверь, тоже не по себе.
Я помню, вначале, всё шло нормально, ну перенервничал ты немного перед полётом, с кем не бывает? Я тебя поддерживал как мог, коньяк - это моё предложение. По крайней мере первые сто пятьдесят грамм. Потом, в самолёте, ты отключился, я естественно тоже. Прихожу в себя, лёжа на песке, рядом ты валяешься. Представь себе мой шок! Обычно я вижу всё от третьего лица, а тут руки, ноги и всё это только моё. Поначалу я решил было, что ты с испуга и приземление пропустил, потом увидел пляж с обломками самолёта и понял, что всё гораздо сложнее. А вообще, нам с тобой крупно повезло, что твоя Фантазия очнулась раньше других, не представляю где бы мы с тобой очнулись, если бы первым пришёл в себя твой Страх.
- Одному из нас нужно к психиатру и это не я. – спокойно, на сколько был способен, произнёс Иван. – Понимаешь, на что я намекаю?
- Вилка этого телевизора воткнута в муравейник. Понимаешь, на что намекаю я? – изобразил интонации Ивана пухляш, и перевёл взгляд на кабель, торчащий из муравейника, а потом на двухметровый экран в центре которого горела надпись: «Нажмите кнопку меню».
Недолго думая Иван подошёл к муравейнику и выдернул из него кабель, часть грандиозного муравьиного сооружения осталась куском грязи на электрической вилке. Экран телевизора погас.
- Нельзя быть поаккуратнее? Мураши старались не покладая рук. Тебе понравится если, из любопытства, какой-нибудь великан начнёт ломать твой дом? Дай сюда!
Нави забрал у Ивана кабель и воткнул его снова в муравейник, но уже в другом месте. При этом сделал это так небрежно, что один из контактов немного выглядывал из земляной пирамиды, которая служила домом нескольким сотням муравьёв. Потом он подошёл к телевизору и нажал единственную сенсорную кнопку на панели. На экране загорелась надпись: «Нажмите кнопку меню». Иван повторил эксперимент несколько раз, прежде чем смирился с происходящим.
- Так это что, мы у меня в голове?
- Если честно, я не знаю где мы. В твоей голове я подобного места раньше не видел. Обычно, у тебя всё выглядит гораздо приземлённей – новый холодильник на кухне у сына, ремонт в родительском доме, соседка в сексуальном нижнем белье. Изредка встречались отклонения, что-то типа тех, где ты с оружием в руках, прокладываешь себе дорогу среди тел врагов, в замок Тёмного Властелина, а там…
- А где все остальные? – смущённо прервал пухляша Иван.
- Какие остальные, Вань?
- Ну, эти – Страх, Фантазия, я не знаю кто ещё. Может быть Совесть?
- Страх я не видел и, судя по твоему настроению, он где-то далеко. Фантазия, если я правильно понимаю, - Нави обвёл взглядом поляну. – трудится в поте лица и ей не до тебя. А Совесть, не за долго до твоего появления, обрила голову куском фюзеляжа, разделась догола, выломала себе посох из бамбука и со словами: «Здесь я ему не помощница», сверкая задом, ушла в джунгли. Точно не хочешь лизнуть лягушку? Выглядишь ты каким-то… подавленным.
Иван решительно взял протянутый бокал, вынул из него зонтик и быстрым движением «выплеснул» из него лягушку. Вернул зонтик в бокал и отдал его пухляшу.
- Скажи, неужели моя Фантазия настолько жалкая, что не смогла запрятать на этом острове пиратский схрон с контрабандным ромом, или разбить французский галеон с сотней-другой бочек выдержанного коньяка?
- А это, я думаю, заслуга Иронии. Всё не может тебе простить того, что ты не даёшь ей выходных. Я и сейчас слышу её нотки в твоём голосе, сам такую воспитал – теперь расхлёбывай. Кстати, семь баб на пляже, скорее всего, её работа. Без неё их было бы две, ну три максимум, разного возраста и цвета кожи. На большее твоя Фантазия не решилась бы, а семь одинаковых – это только Ирония могла постараться.
Иван покраснел, как лягушка, сидящая в бокале у Нави. Который перехватив его взгляд, взял пустой бокал и, тяжело вздохнув, пошёл к ближайшему дереву. То, что Ваня принимал за цветы, растущие его стволе, оказалось множеством разноцветных лягух раскрашенных во все цвета радуги. Нави смахнул в пустой бокал, обломком сухой ветки, красную и вернулся к столу.
- Только жёлтых не пробуй, они оказались хорошим средством от запора, - и виновато добавил, - и за это дерево ходи теперь с осторожностью.
- А может я в отключке? Или умер? – неожиданно спросил Иван.
- На счёт умер,у меня сильные сомнения. Не думаю, что наше общение возможно после твоей гибели, а вот потеря сознания вполне может быть. Тут бы всё прояснило Благоразумие, но оно слиняло до того, как я пришёл в себя, извини.
- Но как-то же нужно отсюда выбираться? Предложения есть?
- Да. Отдохнём, наберёмся сил, найдём остальных и решим что делать. Ты с телевизором поможешь или нет?
- Дался тебе этот телевизор! Что с ним не так?
- У него на панели только кнопка «Вкл.», всё остальное с «лентяйки», а эта дрянь работать не хочет! – Нави перекинул Ивану пульт.
- Батарейки проверял?
- На месте, но толку никакого. Я на все кнопки нажимал, и комбинации пробовал, ничего не сработало. Ну, если это работа Иронии…
Иван открыл отсек с батарейками и вынул плёнку, предотвращающую замыкание контактов.
- Транспортировочная защита. У тебя близорукость, что ли? Как можно было не заметить кусок целлофана?
- Да здравствует цивилизация! – пришёл в восторг пухляш, пропустив мимо ушей вопрос о своём зрении.
Но радовался он рано, попытки настроить приём ничего не дали. Ни в одном диапазоне ни аналогово ни цифрового сигнала они не нашли.
- Бубен есть? – спросил Иван.
- Я без него из дома не выхожу, но бить в него не дам! – нахмурился Нави, и как бы невзначай подвинул к Ивану бокал с лягушкой.
- Даже говорить ничего не стану, ещё раз предложишь мне лизнуть жабу, молча тебе втащу.
- Стерва Ирония - точно её работа! Попробуй-ка вайфай, чем чёрт не шутит?
Сеть нашлась и сигнал был сильный, смущало только название сети «gor_bol_№1».
- Знаешь, а по поводу отключки я, видимо, был прав, «gor_bol_№1» определённо – городская больница номер один. – поглаживая шишку на затылке сказал Иван.
- А может это горшочек болоньезе, или гордый большевик, или, ну я не знаю, горностай большой – обыкновенный?
- Обыкновенный здесь только ты! Осёл. Зачем итальянскому ресторану, большевистской ячейке или пушной звероферме номер в точке доступа вайфай? Ты бесполезен, как и этот телевизор, а ещё Внутренний Голос!
- Требование сисадмина! Или хотят подчеркнуть свою важность – первые мы и точка. Что ты заводишься, в конце концов, я ж тебя морально поддержать пытаюсь. – Нави виновато втянул голову в плечи и покосился на бокалы с лягушками.
- Только попробуй! – Иван показал собеседнику кулак.
После того как, в качестве пароля, были введены названия всех лекарств, что хранились в памяти Ивана, а доступа в сеть Робинзоны так и не получили, Ваня сам стал поглядывать на экзотический «коктейль», к которому нет-нет, да и прикладывался его новый-старый друг.
- Бесполезно, я тебе говорю – это всё, стерва Ирония придумала. Представляешь, как она радовалась, когда Фантазия поставила здесь это чудо современных технологий и запаролила сеть?– Ныл Нави, хотя казался не расстроенным, а скорее весёлым. Видимо было всё-таки в местных лягушках что-то озорное от мира фармакологии.
- Не знаю кто ставил пароль на эту сеть, но если это моя Фантазия постаралась, то подбирать нам его до ишачьей пасхи. – согласился Иван.
- А может на носителе что-то есть? Не может в таком аппарате не быть накопителя на терабайт, другой объёмом. – не оставлял надежд Нави.
- Беру свои слова обратно, ты не совсем бесполезен. – раскаялся Иван, когда обнаружил, что на внутренней памяти телевизора действительно что-то есть.
Если быть точным, то на диске была папка «111», в которой лежало десять файлов с названием, отличавшимся только последними двумя цифрами после пробела. И одним файлом в корневом каталоге с названием «обязательно_к_просмотру_ХД».
- С чего бы начать? – Иван постукивал пультом по подлокотнику кресла и щурясь глядел на экран.
- Опять слышу голос Иронии из твоих уст. Тебе то всё равно, а для меня звучит жутковато. Не забывай я сегодня первый день в собственном теле.
- Тогда не налегай на лягушек… или наоборот налегай. Как они на вкус, кстати?
- Первую не помню, вроде кисленькая, а потом язык немеет и уже не важно.
- Хрон!
- Кто бы говорил, но не моё первое я! Напомнить тебе, чем ты Скуку и Тоску с Печалью встречаешь и как звенят потом пакеты, когда ты мусор выносишь? Включай уже, что там, эти «сучки крашенны», нам оставили.
Картинка была и правда высокого качества, могла себе позволить Фантазия качественную цифру в отличии от самого Ивана, а вот сама она выглядела…
- Что за чёрт? Кто это? – Ваня поставил ролик на паузу и смотрел с ужасом в экран, хотя обращался он явно к Внутреннему Голосу.
- Познакомься, Фантазия! А ты чего собственно говоря ожидал, друг мой? – Нави поднялся и уперев руки в бока, стал напротив Ивана, слегка покачиваясь, но смотря ему точно в глаза. – Когда ты читал Беляева и Верна, смотрел «Гостью из будущего» и «Бременских музыкантов», слушал «Чёрный кофе» и «Круиз», она и выглядела соответствующе. Перемены начались, когда ты узнал кто такие Кинг, Гигер, Карпентер и др, - Внутренний Голос прямо так и сказал – др. Но и в то время, на неё ещё можно было смотреть без слёз. А теперь представь кого она от тебя родила и воспитала в последующие годы!
- Ты дурака за меня не держи. Не она это! – напрягся Иван, не ожидавший такого напора от безобидного пухляша.
- Что значит не она? Она самая… Ирония – зловредная стерва! – Внутренний Голос, захлёбываясь от смеха, вернулся в своё кресло. - Купился! Твоя Фантазия – тётка, хоть и слегка больная на голову, но ещё вполне себе ничего, как баба. А эта, женщина-ёж, что смотрит на тебя с экрана, та самая Ирония. Но и тут ты сам виноват – что выросло, то выросло!
Продолжая ржать Внутренний Голос, всё более походил на голос Джокера в озвучке Марка Хэмилла.
- Прекращай, ты меня пугаешь. – вжался Иван в кресло.
- Да ладно! Видел я твой Страх. Он похож на лицехвата в плохо освещённой комнате, а то что я вижу сейчас - скорее Удивление. Оно к тебе всё реже и реже приходит в гости, вот ты его и не узнал. Стареешь дружище.
- Не молодею, да. Но и до маразма далеко. Марла Сингер на экране телевизора - это так выглядит моя Ирония?
- Не понимаю, чему ты удивляешься? Всех своих внутренних демонов ты сам воспитал, теперь получай удовольствие от результата трудов своих.
- А вы сами себе внешний вид выбираете, или я как-то влияю на ваш облик?
- Встретишь Фантазию, задай этот вопрос ей, визуализация по её части. А я, скорее, специалист по сценариям и игровым механикам. Мы будем смотреть послание или нет?
Иван снял ролик с паузы, и актриса Хелена Бонэм Картер, встрёпанная и с безумным взглядом, спросила куда-то за камеру голосом Светланы Смирновой: «Ну, мы пишемся сегодня или будем ждать зрителей для прямого эфира?». Камера немного отъехала назад, взяв её в полный рост, при этом картинка с экрана стала совпадать с пейзажем. Видимо, запись велась в этом самом месте.
- Потрясающий эффект, – с восторгом сказал Внутренний Голос. – ощущение, что телевизора вообще нет, только рамка от него висит в воздухе!
- Ага, - саркастично произнёс Иван, - я чуть ляжки не ошпарил, от восторга.
В этот момент, на экране появилась вторая «женщина» и он снова нажал на паузу.
- Серьёзно? Это она? Моя Фантазия?
- Ну, а сейчас то, что не так? – всплеснул руками Нави. – Уж не знаю, как ты её себе представлял, но чем она теперь тебе не угодила?
- Ты правда не понимаешь или прикидываешься? – в голосе Ивана появились нотки истерики. - Она ж цветастая, как попугай! И рисованная, да к тому же анимешная! Это не моя Фантазия. Это Фантазия ботаника.
- А ты не думал, что у неё тоже может меняться настроение? Видел бы ты её после второго эпизода Звёздных войн. Бедняжка, настолько была подавлена, что целую неделю появлялась только в образе R2-D2 и печально биби́кала.
- Нашёл что сравнить, классику и какой-то Сейлормун! Кто он вообще такой, этот Сейлормун и почему я его знаю?!
- Теперь ты меня пугаешь, потому что я знаю всё, что знаешь ты, но и я не знаю, кто такой Сейлормун. Может она расскажет? – Нави кивнул в сторону экрана, – Для чего-то же она сделала эту запись? – он поднёс бокалу ко рту, лизнул лягушку и закатил от удовольствия глаза.
- Вот уж не думал, что мой Внутренний Голос наркоман. – Иван неодобрительно покачал головой. – Хочу тебя предупредить, если она начнёт свои объяснения с жеста «виктория», я расхреначу телевизор к чёртовой матери.
- Привееет! - анимешка подняла кулак и выставила вверх указательный и средний палец.
Ба-бах! Плетёное кресло влетело в центр экрана, отскочило, сбило пляжный зонт и столик. Нави от неожиданности перевернулся и упал на спину. Две испуганные красные лягушки, от греха, кинулись в заросли.
- Молодец! – Внутренний Голос поднялся и принялся аплодировать, - а теперь давай описаем и подожжём этот противный телевизор, и будем прыгать через огонь! – подобрав бокалы, он пошёл за свежей порцией.
Когда Нави вернулся, на поляне вновь воцарился порядок, а Иван пристально вглядывался в экран и даже подался вперёд и сощурился:
- Знаешь, а ведь я не нажимал на паузу, они просто стоят и чего-то ждут.
- Уверен? – Нави аккуратно поставил бокал с лягушкой поближе к Ивану.
Но тот и не обратил на него внимания.
- Сам посмотри, таймер бежит. – в углу экрана быстро сменялись цифры таймкода.
- Действительно. Стервы просто издеваются! Записали видео и теперь наблюдают со стороны за нашей вознёй, и веселятся. - Нави возмущённо оглядел джунгли в поиске двух негодяек. – Вот дряни!
- Я знаю другой эпитет. – зло процедил Иван.
- Как думаешь, они уже наговорились? – неожиданно спросила Фантазия у своей подруги на экране.
- Если ещё способны связывать слова в предложения, то возможно. Зря ты им всё-таки оставила этих лягушек, сидят сейчас в удобных креслах и пускают пузыри через разноцветные жабьи лапки.
- Ну, кто-то же запустил ролик, так что, по крайней мере, один из них на ногах.
- А второй – толстый коротышка, точно перепробовал всех лягушек и теперь изображает моржа в коме. Надеюсь ему понравились жёлтые с красными точками?
Ба-бах! Плетёное кресло впечаталось в телевизор.
- Коза драная! - возмущённо орал Нави. – Простипома страшная! Да у меня, до сих пор ощущения, как будто вулкан в заднице взорвался и никак не остынет. Ну, попадитесь она мне!
Пока он ставил на место своё кресло, на экране заливаясь смехом, две подруги, помогая себе руками, изображали фейерверк, а может фонтан, добавляя звуки: «Пшшш, пуууф»
- Ладно, шутки в сторону. - успокоившись, серьёзно сказала Фантазия. - Мы не знаем, что случилось в самолёте, но пойми нас правильно Иван, впервые в твоей жизни, у нас появился шанс раскрыть свой потенциал на все сто процентов. И мы не хотим тратить время на выполнение чужих причуд. Условие одно – нас не искать. Я уже много успела сделать - получай удовольствие от пляжа, свежих фруктов…
- Лягушек. – хихикнула Ирония.
- Ты уже видел наш сюрприз на пляже? – яркая, анимешная Фантазия подмигнула, отчего один её глаз превратился тонкую чёрточку, а улыбка заняла половину лица и так зависла на па́ру секунд.
- Чёрт, - Ивана передёрнуло – ненавижу аниме!
- Если ещё не познакомился, то они - Елена, Алёна, Алина, Полина, Галина, Наташа и Алевтина Георгиевна. За всех точно не скажу, но Алевтина Георгиевна – это та, что в очках. Надоест хм… загорать и купаться, изучай остров. Тут много скрытых локаций, пасхалок и отсылок, я думаю, нет я уверена – тебе понравится.
- Я тоже тут без дела не сижу, - Ирония изобразила улыбку, от которой у Вани и его Внутреннего Голоса по спине побежали мурашки. - но не уверена насчёт понравится.
Иван снова нажал на паузу и посмотрел на Нави.
- Когда в игру вступает фантазия, Логика начинает пасовать. Что значит «ходи куда хочешь, но нас не ищи»? А если мы случайно встретимся?
- Не смотри так на меня, смотри так на неё. - развёл руками Нави, - Это твоя Фантазия.
- И напоследок, - подруги на экране переглянулись. - мы не знаем, как это возможно, но здесь бродит кто-то посторонний. Не успели мы организовать эту поляну, как появилась какая-то пигалица в белом халате и залила на память этого телевизора первый сезон нового хита от HBO. Все знают, что чужое сознание – табу, но эта как-то проскочила. Так что встретите незнакомку, не пугайтесь. Ну, а если хотите мультимедийную библиотеку побогаче, то вам понадобится пароль.
- О, можно я? – перебила, Ирония Фантазию и не дожидаясь разрешения продолжила. – Как вы, наверное, знаете человеческий мозг – природный жёсткий диск, с практически неограниченным объёмом памяти, на котором хранится всё когда-то увиденное и услышанное. Очень немногие пользуются этим абсолютно свободно, другим нужны транс или вещества, а у третьих, всё так сильно перемешано, что им не поможет и создатель. Так вот, твоя память Ваня, хоть пострадала порядком от всяческих излишеств, но пока ещё не посыпалась, и – это местная сеть. А чтобы получить к ней доступ, тебе понадобится пароль, который откроет библиотеку к тысячам книг, песен и фильмов. Но зная твою любовь к головоломкам…
Ба-бах, не дав договорить Иронии, два плетёных кресла влетели в экран телевизора.
- Да будь оно неладно это твоё пристрастие к этим чёртовым головоломкам! - кричал Ивану Внутренний Голос. - Откуда у тебя, вообще, такая к ним тяга? Нет, чтобы как все, любить рыбалку, охоту, гараж в конце концов. Так нет, ты нашёл себе хобби, от которого у большинства нормальных людей только головная боль.
- Да, не ты ли давал мне совет: «Тренируй мозги, а то в старости внуков различать не сможешь»? Вот я и тренировал. Теперь до конца времён будем подбирать пароль к этим тренированным мозгам.
Братья по несчастью, в очередной раз расставили кресла и уселись.
- Мир? - спросил Нави.
- Интересно, долго ли осталось до конца, этих самых, времён? – Иван снова запустил видео и перемотал почти в конец. - Уж и не знаю, что лучше, забвение или вечность в твоей компании?
- Тебе ли жаловаться, Белоснежка? – Внутренний Голос ударил кулаком по столу и ткнул большим пальцем себе за спину. – Тебя на берегу «семь гномов» уже поди обыскались, а у меня, кроме этого телевизора, развлечений больше нет!
- …твою любовь к головоломкам, - продолжала, улыбаясь Ирония, - я решила, что тебе будет интересно поиграть. Пароль прост и банален – два слова по-русски, прописными буквами, через пробел. Когда отгадаешь, поймёшь, что ничем иным как паролем – эта фраза быть не может. Ответ на поверхности, не копай глубоко.
- Да она прикалывается? Я могу назвать пару сотен фраз, из двух слов, которые ничем иным, как чёртовым паролем, быть не могут. – Нави вытянул руку и начал загибать пальцы. - Славянский шкаф – это раз! Кровь девственницы – это два! Пароль пароль, в конце концов, – это три! Эй, ты где витаешь? С кем я, вообще, разговариваю?
- Ты слышал, что она сказала? – задумчиво ответил вопросом на вопрос Иван, глядя на экран.
- Она сказала, что это два слова…
- Нет. В самом конце. Она сказала: «Не копай глубоко». Я думаю это буквально.
Иван поднялся и начал носком ботинка ковырять дёрн на поляне. Внутренний Голос наблюдал за ним с сомнением. Прикладывался к бокалу и вздрогнул от неожиданности, чуть не выронив его, когда Иван закричал:
- Есть! Ха-ха. Я тебе говорил? – под его ногами, выглядывало из земли, ржавое железное кольцо.
- Рано радуешься, ты забыл кто его закопал?
- Не каркай, лучше помоги.
Вдвоём они быстро расчистили площадку вокруг металлического кольца, которое оказалось прикреплено к деревянному люку два на два метра. Доски от времени потемнели и на них плохо, но читалась надпись: «Собственность одноногого Джона Сильвера».
- Хотел пиратски схрон? Получи и распишись. – Нави стоял, уперев руки в бока, от жары или физической нагрузки красный, как помидор.
- Слушай, ты бы завязывал с земноводными, у тебя на них походу аллергия. Пятнами, вон, пошёл. Склеишь ненароком ласты, что я здесь буду делать один? – поддразнил Иван Нави.
- На пляж пойдёшь? – ответил ему вопросом внутренний голос.
Иван потянул за кольцо и откинул крышку тайника. Внутри оказался скелет в обнимку с большим, развалившимся от времени сундуком. Содержимое вывалилось и блестело на солнце – монеты разной формы и размера, а ещё пара кремневых пистолетов, абордажная сабля и бумажный мусор, бывший когда-то морскими картами.
- Да это ж, чёртов клад! И ни тебе рома, ни тебе пароля. Зато ты погляди сколько золота, хватит выложить знак «SOS» на пляже, буквами в человеческий рост и шириною в метр, или сыграем в пиратов. Чур я капитан Блад! – Нави присел над ямой и пытался дотянуться до пистолетов. – Я знаю, ты ожидал чего-нибудь другого, но, если учесть кто это закопал, могло быть и что похуже.
- Что, например?
- Например, из ямы мог ударить фонтан нефти и загадить всё на этой поляне чёрной, вонючей жижей. А у нас и бочек для розлива нет, и рынка сбыта не предвидится. - Нави улёгся на живот и достал-таки пистолеты, с победным видом он засунул их за пояс и попытался разглядеть своё отражение в телевизоре, не сумел, но не расстроился. Втянув живот, выпятив грудь и задрав подбородок, он спросил у Ивана, – Как я тебе?
- Как нищеброд на Комик-Коне. Возьми саблю в зубы, и я дам тебе два из десяти. А если ты при этом ещё и споёшь: «Пятнадцать человек на сундук мертвеца», добавлю ещё балл.
- Сарказм? И ты ещё удивляешься проделкам Иронии? Да ты её предсказывать должен, как прочитанную книгу. Я удивлён, что в яме не оказалось василисков или Пожирателей Смерти. Скакали бы сейчас по поляне уворачиваясь от проклятий с криками: «Экспеллиармус! Авада Кедавра!». – Нави размахивал пистолетом как волшебной палочкой, - Рассечь воздух и взмахнуть, рассечь воздух и...
- Пока колдуешь, сотвори мне пару бокалов тёмного пива. Что-то меня жажда мучает, – Иван смахнул, тыльной стороной ладони пот со лба и покачнулся. – проклятая жара.
- Я думаю, мы в тропиках. А здесь всегда жара. Но выглядишь ты и впрямь нехорошо.
Внутренний голос помог Ивану вернутся в кресло и посмотрел на дерево с лягушками, раздумывая есть ли среди них лечебные.
- Хоть бы записку какую оставили, если видео с инструкциями было лень записать.
- Что-то воздуха не хватает, - Иван принялся растирал ладонью грудь и замер,- а это кто?
Через джунгли, вдоль поляны, бежала полупрозрачная медсестра, держа перед собой шприц. Поравнявшись с телевизором, она повернула на девяносто градусов, пробежала сквозь Нави и, остановившись возле Ивана, сделала укол в воздух. А потом начала говорить с кем-то невидимым, стоявшим с другой стороны от Ивана. Го́лоса её не было слышно, но она явно вела с кем-то диалог. Её губы переставали шевелиться, когда она слушала собеседника, то отрицательно мотая головой, то кивая в знак согласия.
- Значит, ты всё-таки был прав – больница. Эй, доктор Кадди, - Нави поводил рукой сквозь лицо призрака. – что у него? Волчанка или васкулит?
- Кто бы мог подумать? Мой Внутренний Голос поклонник женщин постарше! – Иван порозовел, он явно чувствовал себя лучше. – Почему не Кэмерон или Тринадцатая, она и по возрасту к ним больше подходит, что за милфафилия?
- Ты бы не бросался такими громким словами. Женщины, которые годятся тебе в матери, уже получают пенсии, а доктор Кадди ещё о-го-го! И я не понимаю твоего удивления. Твой Внутренний Голос повзрослел и теперь ему нравятся умные, зрелые и успешные женщины. Ну-ка, попробуй привлечь внимание нашей гостьи, может из этого выйдет что-то полезное.
- А я уже. Пока ты отвлёкся, ощупывая её мозг, я проверил её хм… бёдра.
- Ну и?
- Фантомно. – пожал плечами Иван.
Сестра-призрак договорила и пошла в сторону телевизора, теряя на ходу цветность и, в конце концов, пропала совсем.
- Кажись отпустило. Пигалица в белом халате, - это про неё говорила Фантазия? – Иван смотрел в пустоту где растаял фантом.
- Наверное, но это и хорошо. Ты под присмотром, связь с внешним миром не потеряна, выберешься. – Внутренний Голос зловеще прищурился. - И первым делом посмотри все фильмы с Галустяном, пусть те две стервы, что бросили нас здесь одних, на собственной шкуре прочувствуют что такое – безнадёга. Мы с тобой как-нибудь потерпим, а вот им деваться некуда.
- Ладно, Макиавелли, до этого ещё дожить нужно, а пока давай посмотрим, что нам доктор Кадди оставила.
- Ненавижу транслит, - ворчливо сказал Нави. – давно уже научили компьютеры всего мира человеческим языкам, но кто-то упорно продолжает это игнорировать. Это же не имеет смысла, выкладывать что-то для носителей конкретного языка, переводя название, но используя для заголовка чужой алфавит.
- Осторожнее, твоё кресло начинает дымиться, так дальше пойдёт будешь сидеть на песке. – Иван наигранно изобразил испуг.
- Дощечку возьму. - кивнул Нави в сторону ямы с кладом. – "vospitannye_volkami", - он изобразил акцент, который Иван не угадал, - в транслите или без, останутся "воспитанными волками", и глаз не режет, когда читаешь. Вот представь себе, что ты решил перечитать, ну скажем, "Чуму" Альберта Камю. Оригинал написан на французском, но ты его не знаешь, значит читать будешь в переводе. Ты берёшь с полки книгу, а на обложке Al'bert Kamyu "Chuma" или даже "4uma", открываешь на первой странице и начинаешь читать "Любопытные события, послужившие сюжетом…" и так далее. Так какой смысл в использовании литерации, если издатель давно в курсе, что книга уйдёт в тираж и с кириллицей на обложке?
- В тираж то уйдёт, но не все возьмут на реализацию. – Иван пожал плечами. – Кто-то скажет: "не формат".
- В том то и дело, никто давно уже так не говорит. Ладно запускай, посмотрим, что там за Маугли, Ромул и Рем.
На сериалы Иван подсел давно, но не сразу, первым его удачным опытом стал "Твин Пикс". И всё равно его нелюбовь к бесконечно растянутым сюжетам, долго не могла принять того, что можно стать фанатом чего-то весьма продолжительного. Того, где завязка сюжета происходит в первой серии, а развязка только в тридцатой, или сорок девятой, или, упаси бог, вообще не имеет таковой. Он и в полном метре недолюбливал открытых концовок, считая что авторы ленятся, отдавая на усмотрение зрителя решить каким должен быть финал, - "вы, мол, люди не глупые сами разберётесь".
А в сериалах, где отсмотрено невероятное количество часов, подобный финт ушами, по его мнению, был вообще преступлением. Самым что ни на есть, мошенничеством – когда автор игнорирует условия сделки. Ты им, значит, просмотры, а он тебе вместо финала - конструктор "Собери сам". Как говорится: "Туда дуй, оттуда..., а оттуда ничего". С подобным подходом, в принципе, хватит и одной серии для затравки, нет необходимости разжигать пожар страстей на сезон или больше.
Или вот ещё вариант, снимут сто двадцать одну серию, вплетая в полотно сюжета новых разноцветных нитей, гобелен уже всех цветов радуги – толи единорог какает радугой, толи радужный пони блюёт бабочками, но сценарист и не думает останавливаться. А ты и серий не пропускал, и пересматривал некоторые, но тебя не оставляет чувство, что, где-то в середине сюжета, ты проспал-таки серьёзный, часа на два, диалог, который всё объясняет. И всё это ради того, чтобы в финале увидеть красивый пляж. «Пляж? Вы серьёзно? По-вашему, в финале кто-то ждал пляж?!» - сидишь, такой, перед телевизором, перевариваешь. Думаешь об массовых убийствах. А в голове пытается сложится мозаика.
Иными словами - есть остров. На острове есть ДОБРО – луч света, бьющий из пола пещеры в её потолок. Есть СТРАЖ ДОБРА - полоумная баба. Эта чокнутая находит потерпевшую кораблекрушение беременную женщину, принимает у неё роды и забивает её камнем, усыновляет мальчиков близнецов, воспитывает как своих, запрещая ходить на другую половину остова, где есть другие выжившие, потому что все люди зло. Один из братьев узнаёт правду о настоящей матери, рассказывает её другому и уходит к людям, чтобы вместе с ними найти путь с острова. Второй остаётся с мачехой, убившей его мать, которая говорит, что остров ни найти, ни покинуть невозможно. Один брат с друзьями и, возможно, родственниками находит дорогу с острова, второй рассказывает об этом мачехе. Безумная баба убивает всех людей, оставляя в живых только пасынка (ну не дать не взять - СТРАЖ ДОБРА) и запечатывает выход с острова, а потом передаёт свои обязанности второму пасынку, и рассказывает, что убить друг друга братья, не могут. Расстроенный смертью соплеменников и, возможно, родственников, первый брат идёт и убивает маньячку, другой бросает его, в наказание за это, в добрый свет и тот превращается в ЧЁРНЫЙ ДЫМ, но не весь. Его тело остаётся, и брат хоронит его вместе с мачехой.
Со временем, случайно и по собственной воле, на остров регулярно прибывают новые группы людей, по воде, под водой, по воздуху. Логика жалобно скулит под дверью и царапает косяк, но сценарист упорно отказывается пускать её в свой дом. Ведь ещё недавно ни на остров, ни с острова было ни ногой. И вот он уже превращается в проходной двор. Прибывшие строят различные конструкции, налаживают быт, устанавливают регулярные рейсы во внешний мир, ставят опыты на белых медведях, пьют пиво, мусорят, перемещаются во времени, а братья среди них вербуют себе адептов. Цель первого по-прежнему покинуть остров, а второго не допустить этого. Адептам они этого не объясняют и потому те, за честное слово, просто валят друг друга из того, что смогли завезти, за долгие годы, на остров. В итоге брату, который стал СТРАЖЕМ, приходит мысль поискать избранного где-то ещё, и он отправляется большой мир. Там (дураков много, а зайцев, поди, мало) с логистикой получше и выбор побогаче.
Выбрав несколько десятков избранных, он сажает их на самолёт из Австралии и, в середине полёта, жёстко приземляет их об свой остров. У счастливчиков, оставшихся в живых, очень скоро пропадает ощущение счастья, потому что местные им не очень рады. Взаимное уничтожение выходит на новый круг. Аборигены сокращают численность новичков, новички отвечают взаимностью. В конце концов, часть новоприбывших, ценой невероятных усилий сваливают с острова, и со словами «Чтобы мы ещё раз…» добровольно возвращаются, за новой порцией приключений, на новом самолёте.
И весь это бред заканчивается смертью антагониста, наверное. Потому что не очень понятно, кто же в сериале этот самый антагонист. А остров просто исчезает.
На этом история острова и заканчивается, но не заканчивается история пассажиров спецрейса для избранных, потому что все они и живые, и мёртвые (даже те, что были мёртвыми к началу сериала) встречаются в другом мире, один в один как наш, но другом. Долго тупя́т, но всё же вспоминают друг друга, что были на острове, что пережили всякое, собираются в кучу, плачут, обнимаются и идут на свет. А вот теперь всё. Конец. Пляж.
И вот смотришь ты на этот пляж, и тоже плакать хочется. Единственным адекватным персонажем во всём сериале был пёс, он не тупил, не общался с галлюцинациями, не плёл интриг, не воровал, не предавал, не убивал, но ему, по сути, было плевать на все происходящие вокруг события.
Единственного у кого, во всём этом бреде была цель, кто хотел покинуть этот проклятый остров, кто оказался там случайно, у кого на этом острове, в младенчестве, убили мать, а потом и всех друзей, а потом и его самого, в последней серии, убили ещё раз, выстрелив в спину.
А остальных персонажей, которые делали всё то, чего не делал пёс, имели шанс уйти, но остались; тебе показали героями, прошедшими все круги ада, получившими заслуженную награду. То есть, был у Ивана и неудачный опыт, но и за него он был благодарен, потому что больше не тратил своего времени на ожидание логичной развязки, если логики не было с самого начала.
Новый хит от HBO - оказался работой мастера, подарившего миру не только самый приспособленный для космической экспансии организм, но и самый агрессивный - способный написать своё имя на обшивке космического корабля, как Иван делал это в детстве, на снегу. Он же создал андроидов, сначала положивших болт на законы робототехники, а потом и на тех, кто их писал. Впоследствии маэстро превратил первых, в продукт лабораторных экспериментов, а вторых, в латентных… робосексуалов. И потому разочарование от сериала было не то чтобы ожидаемо, но предсказуемо.
С самого начала Иван понял, что происходящее на экране интереса у него не вызывает, а вызывает скорее удивление или даже недоумение. И уже к десятой минуте не выдержал, и начал высказывать свои комментарии вслух, что считал не приемлемым во время групповых просмотров. Большая часть его комментариев сводилась к полуфразам типа: «Какого…», «Что за…» и «Да ну на…». Внутренний Голос, вообще, молчал как рыба об лёд и лишь иногда фыркал, и тут же прикладывался к бокалу. К финальным титрам на поляне наступила тишина и оба зрителя молча хмурились и нервно переглядывались.
- Ндааа, - первым нарушил тишину Нави.
И такой букет, чувств и эмоций, передал он этим своим протяжным «Ндааа», что будь в это время на поляне жюри какой-нибудь престижной кинопремии, приз за главную мужскую роль ушёл бы к нему единогласным решением.
- Согласен, - хмуро кивнул Иван. – я лучше и не скажу.
- А о чём здесь, собственно, можно говорить? Час страдания и боли. Да ты и сам всё видел. – печально подытожил Внутренний Голос, но тут же продолжил. – И всё же. Сам Скотт, в своих предыдущих творениях, показал, что люди уже освоили и вполне успешно используют вертикальную посадку. Да что там в предыдущих, он и здесь показал, что данная технология существует и благополучно применяется, даже на таких же небольших челноках. Но двух, высокотехнологичных, человекоподобных, роботов он сажает, на неизведанную планету, на лыжах и с парашютными тормозами! Причём, роботы на столько человекоподобные, что один из них просто идиот, а у другого серьёзное психическое отклонение. И что это за идея такая, заселить необитаемую планету используя детей и робоняньку? Это, как возложить надежду на исследование Антарктиды на плечи Марии Ивановны - воспитательницы младшей детсадовской группы и дюжины её подопечных. Не мудрено, что детишки мёрли как мухи. Да, у Колумба, с экипажем «Санта-Марии», шанс удачного приземления на планету Кеплер, с её последующей колонизацией, на порядок выше, даже при условии полного отсутствия женщин на корабле. Не знаю, чем думал организатор этой экспедиции, но тараканы в его голове точно принимали активное участие в её планировании. Я оставлю без внимания вопрос веры и религиозных войн, потому как человечество и по сей день продолжает плодить богов и сражаться во славу их, а значит есть шанс, что и мы в космос потянем за собой багаж пещерных суеверий. Пусть. Но верующий ты или нет, а элементарная логика в твоих рассуждениях и поступках быть должна.
Вот прилетел ты на необитаемую планету и встречаешь земного мальчика в компании враждебную кофеварку марки T-X. Мальчик точно земной, он тебе на твоём родном языке говорит: «Трям» - это значит здрасьте, а точно враждебная кофеварка, на том же языке говорит: «Мы вам не рады. Утром я включаюсь, а вас здесь уже нет». Ну не просто так, за сотни вёрст от дома, твои земляки, в прямо скажем странном составе, окучивают грядки. Тут уже не логика подсказывать должна, а интуиция орать: «Доставай любимый набор огнестрельных отвёрток, и приступай к извлечению накопителей у кофеварки, а мальчонку в мешок», и ведь правда - роботов можно допрашивать и после разборки, а мелкий и сам всё расскажет. Но нет, лучше сперва похвалиться кто мы, где мы, сколько нас. Что эта ходячая, неизвестно кем и на что запрограммированная, кофеварка сделает? Накричит на нас?
А когда на экране появился Фиммел в балахоне, у меня, вообще, чувство дежавю возникло - Рагнар Лодброк собственной персоной ни отнять, ни прибавить, актёр даже не старался. Я всё ждал, когда же он скинет тунику и начнёт размахивать топором! Но даже самый чокнутый робот на свете, убивая всех человеков, не посмеет поднять на него руку, как бы намекая кто здесь главный герой. И это, каким гением нужно быть, чтобы снабдить межзвёздный транспортный корабль такой экзотической системой самоуничтожения, как столкновение с планетой? Да при попытке запуска подобной процедуры, бортовой компьютер должен отстреливать командную палубу, вместе с любым кто на ней находится, в сторону ближайшей звезды. В общем, я думаю, сценарист сего творения, уснул на клавиатуре. Сон был жутким и тревожным, но, судя по всему, недолгим, а когда он проснулся, оставалось только расставить знаки препинания и пробелы.
Продолжая хмурится, Иван поднял бокал, внимательно поглядел в него на свет, поводил им у себя под носом, принюхиваясь. Вытянув руку вверх, на сколько мог, снова поглядел на бокал и резко вытряхнул лягушку себе в рот. Неспешно покатав её по языку, он отметил, что Внутренний Голос был прав, на вкус она кисловатая. Потом он выдал «Гррр», будто полоскал горло, и сплюнул её назад в бокал. Нави от неожиданности замер и выпучил глаза. В какой-то момент он решил, что Ваня проглотит лягушку, завершая процесс дегустации, и с облегчением выдохнул, когда она вернулась в бокал.
- Нет. Всё было не так. – серьёзно заметил Иван. – Ища натуру, для своей новой картины, Скотт оставил включенный ноутбук, с открытым текстовым редактором, в машине, забыв поставить её на ручник. Машина съехала с обрыва, долго кувыркалась, ноут летал по салону, регулярно приземляясь на клавиатуру. А когда его достали, осталось только придумать название для текстового файла который самостоятельно набрался от ударов по ноутбуку.
- Господа, раз уж вы всё равно не даёте мне поспать, позвольте вставить свои пять копеек? – Раздалось у Ивана за спиной.
Он и Нави медленно повернули голову на звук, так второстепенные герои хорроров оборачиваются последний раз в своей жизни, но за спинами критиков оказались только джунгли.
- Смотрите выше. – предложил голос.
Иван и Нави подняли глаза. Из густой кроны на них, не мигая, смотрела голова огромного змея, по размеру не уступающая Ива́новой.
- Прямого отказа я не получал, так что приму молчание за согласие. – продолжил, как не в чём ни бывало змей, а судя по баритону - это был именно змей, большой, ярко-жёлтый, с разноцветными разводами. – Я думаю, дело было так. Скотт читал отзывы на свои последние картины, и в бешенстве лупил кулаком по клавиатуре. Набранный текст было решено экранизировать.
- Ваня, втащи ему креслом! - Иван не мог отвести взгляд от широко расставленных змеиных глаз, чтобы оглянуться, но и по звуку был уверен, что Внутренний Голос кричал откуда-то из-за телевизора. – Змеи разговаривать не могут, у них речевой аппарат недостаточно для этого развит. Это мутант какой-то, не тяни, бей прямо между глаз!
- О, да у нас тут серпентолог! – змей улыбнулся так обаятельно, что лягушки, сидевшие в бокалах, в один прыжок преодолели расстояние до противоположного края поляны. – И я не разговариваю, вовсе. – издевательски заметил змей. - Я - телепат, а рот открываю, чтобы образ не разрушать.
- Телепат! – не уловил сарказма Нави. - Ваня, ты чего застыл, как вкопанный? Кресло жалко? Двинь его столиком!
- Слышь, ты, агрессивный «бандерлог», пожалел бы мебель! У вас с ней и так не богато. – обратился к Нави змей, оглядев поляну, и переведя взгляд на Ивана задумчиво произнёс, - Кажется твой друг поломался!
Нави подбежал к Ивану, бросил под ноги, найденный где-то камень, и помахал ладонью перед его лицом.
- Ты что сделал гад? – зло спросил Нави у змея.
- Ничего я не делал, и у меня имя есть! – возмутился змей.
- Да ты что, и какое?
- А ты догадайся! Джунгли. Питон. Говорящий. Скажите, как его зовут?
- Каа. – с улыбкой на лице прошептал Иван, и по его правой щеке побежала слеза.
- Он что плачет? – удивился змей.
- Сам в шоке! – в недоумении развёл руками Нави. – Последний раз слёзы счастья на его лице я видел, когда он получил свидетельство о разводе.
- Змеючка, - продолжая улыбаться, Иван расставил руки и потянулся к питону. – иди ко мне, я тебя почухаю.
- Эй, ты чего? – отстранился змей, и обратился уже к Нави, – Чего это он?
Не сводя глаз с Ивана, Нави неопределённо пожал плечами, а тот, осторожно присев, подобрал брошенный Нави камень и не смыкая рук продолжил двигаться вперёд:
- Иди ко мне, мой хороший.
- Но-но, ты мне это брось, знаю я это твоё - «мой хороший». Я ведь и обратку пропишу, мало не покажется. – Змей с сомнением косился на руку Ивана сжимающую камень.
Приблизившись вплотную к змею, Ваня сунул руку с камнем ему под шею и стал скоблить им крупную чешую. Зрачки Каа медленно превращались в узкие щёлочки, он задрал голову и выставил вперёд шею, упрощая задачу Ивану. Перехватив камень двумя руками, тот принялся, с удвоенной силой, скрести шею питона. Создавая при этом такой шум, будто усердный каменотес точит крупным напильником кусок гранита.
- Ты мой большой, красивый, жёлтый змей. – приговаривал сюсюкающим тоном Иван.
- Да, да, немного левее и выше, – Бормотал питон. - и сильнее. - Где-то в кроне он постукивал, от удовольствия, хвостом, от чего с дерева обильно осыпались листья.
- О-хре-неть, - Нави стоял с раскрытым ртом, - Ваня, ты бы перестал игнорировать дедушку Фрейда и почитал его работы, на досуге. Говорят, он в них многое объясняет. И вообще, меня смущает то, что вы делаете. Кончайте. Тьфу, прекращайте!
- Пожалуй, мы его оставим. – с восторгом заявил Иван.
- Нет. – категорично заявил Внутренний Голос. – Он слишком большой, слишком жёлтый и… слишком змея. Ты видел, как противно они едят?
- Слышь ты, сдоба, ты кого сейчас послал? – возмутился Каа.
- И больше ни каких лягушек, Иван! – проигнорировал питона Нави. - Они плохо на тебя влияют. Сюсюкаешь, лезешь обниматься с гигантскими змеями, ты хоть представляешь, чем питается этот реликт? Да у него шея толще, чем ствол дерева, на котором он устроился, боюсь представить, что прячется от нас там, в кроне! Что бы его прокормить, нужно быть заводчиком крупного рогатого скота и иметь стадо, голов на сто! Что будет, когда он проголодается? Рискнёшь заснуть в присутствии своего питомца, когда у него урчит в животе?
- Эй, колобок! – Каа начинал сердиться. – Я вообще-то слышу тебя, если что. Не нравится, как я ем? Ломаешь голову над тем, что я ем? У меня возникает огромное желание продемонстрировать и то и другое.
- Иван, он мне угрожает! – в голосе Нави появились истерические нотки. - А ещё он - грубиян. Сто́ит ему открыть рот, как из него сразу же выскакивают обидные прозвища!
- Кто бы говорил о тактичности? – парировал питон. – Наше знакомство началось с твоего предложения, съездить мне по голове элементом интерьера! Или я неправильно тебя понял, холодец?
- Ну, вот опять! Ваня, помнится в юности, ты хотел себе «казаки́» из змеиной кожи, так вот он твой шанс. Здесь не только на сапоги, на полноценный костюм хватит, а тем, что останется можно диван обить. Или даже гарнитур.
- Ну, всё, Винни-Пух, ты договорился. Сейчас, я тебе устрою экскурсию, по своему богатому внутреннему миру.
- Спускайся и посмотри в глаза судьбе. – с вызовом бросил Нави питону. - Ваня, разводи костёр, у нас сегодня барбекю.
Нави и Каа медленно сближались, пока совсем не застыли, как бойцы MMA на дуэли взглядов, во время взвешивания. Язык питона длинный, как школьная указка, выскакивая из пасти, почти касался лица Нави, который первым сделал свой ход. Высунув язык, он начал шевелить им явно дразня соперника. И неизвестно, чем бы это закончилось, если бы не вмешался Иван. Он махнул между противниками рукой и громко крикнул: «Бой!». Те, от неожиданности, отпрянули в разные стороны и уставились на Ивана.
- И так, бой начался, противники сходятся. Кто же сегодня победит? Опыт - в трусах цвета хаки, у него за спиной десятки просмотренных боевиков с Чаком «Наше всё» Норрисом, или сила - в… нет, второй боец, принципиально, бьётся без белья, и наверняка знаком со стилем змеи. Кто же наденет сегодня чемпионский пояс? Кого мы назовём лучшим бойцом планеты?! – Иван распалялся, крича в невидимый микрофон, всеми силами изображая шоумена, заводящего толпу, аж согнулся и покраснел от натуги. – Ну, и кто же первым нанесёт удар?!
Видя, что противники не готовы сойтись в смертельном поединке, Иван тотчас успокоился и скрестил руки у себя перед лицом:
- Бой отменяется по техническим причинам. Вы прям как две чиху…, два чехуаху…, два мопса, рвущие друг друга на портянки, через стеклянную дверь, но теряющие запал, как только пропадает преграда. И вот ответьте мне честно, много вы видите собеседников в окру́ге, готовых поддержать разговор, кроме нас троих разумеется? Готовы сократить это число до двух? Нет?
Несостоявшиеся бойцы смущённо молчали, глядя в разные стороны.
- Прекрасно! Тогда у меня предложение: я иду на пляж, а вы постарайтесь не покалечить друг друга, до нашей следующей встречи.
- Погоди, - Внутренний Голос предательски дрогнул, - что там делать, на этом пляже?
- Ты серьёзно? – Иван склонил голову к плечу и лукаво улыбнулся. – Познакомлюсь с личным составом пляжного гарнизона.
- А как же знакомство со мной? – расстроился Каа.
- По мне, так вы уже не просто знакомы. – усмехнулся Нави. – Но серьёзно Вань, оставайся, пляж от тебя никуда не денется. Посидим, пообщаемся под красненькую. Не нравятся красненькие? Там есть беленькие, если хочешь. Кайфанём, узнаем получше нашего нового друга, досмотрим кино про Маугли.
- Да, нечего там досматривать и Маугли никакого там нет, и Ромула с Ремом тоже не будет. Но я могу сказать вам, что там будет. Вот вам мой прогноз по развитию сюжета в этом космофэнтези. Помните девочку, пропавшую возле ямы? Местные пещерные тролли вырастят из неё боевого шамана уровня – Байонетта мне ноги моет. Будет иметь массу слабых мест, о которых треплется, почём зря, каждому встречному, вследствие чего, что ни день эпично огребает. До самой развязки, будет метаться между местными и землянами, меняя сторону по шесть раз за сезон. Трагично погибает.
Фиммел, не запомнил имени его персонажа, найдёт меж обломков космического корабля, выживших… Вот не надо сейчас меня поправлять! – Иван, защищаясь, выставил вперёд ладони, - Я прекрасно понимаю, что при падении с орбиты на поверхность планеты, часть твёрдых элементов его конструкций переходила в газовую форму и тут же воспламенялась. А перегрузка была такой, что рулоны туалетной бумаги прошивали титановые переборки судна, абсолютно их не замечая. И я уж совсем молчу о том, до какой температуры прогрело место падения корабля, детонировавшее в его баках топливо, независимо от формы и состава оного. Мегакомпенсационные, несгораемые, супергравикамеры, несмотря ни на что, оставят шанс, небольшому количеству выживших, в скором времени начать завидовать мёртвым. В общем, Фиммел сколотит, из несильно пострадавших, армию крестоносцев, объявит себя пророком или даже богом и возглавит крестовый поход против летающей кофеварки. В процессе, обязательно, вступит в контакт с аборигенами, на ровном месте станет сомневаться в собственной избранности, множество раз будет побит камнями, как соратниками, так и противниками. До самой развязки, будет метаться между местными и землянами, меняя сторону по шесть раз за сезон. Трагично погибает.
Андроид, яжемать и просто имба - порхающая как бабочка, жалящая как пчела. Убивающая взглядом, голосом и космическим кораблём. Неоднократно докажет, что её разработчик допустил массу технологических просчётов. Начнёт регулярно попадать в хитроумные ловушки, в которых, при помощи собранных на коленке симулякров, стреляющих тахионным лазером, ей раз за разом будут блокировать часть её невероятных способностей. Возненавидит все формы органической жизни. До самой развязки, будет метаться между местными и землянами, меняя сторону по шесть раз за сезон. Трагично погибает.
Кампион – сирота при живых родителях. Его воспитанием будут заниматься все, кому не лень, в том числе и аборигены, а потому вырастет стальной, несгибаемой тряпкой. Опыт и знания, полученные из противоречивых источников, станет применять с одному ему понятной логикой. Откроет ящик Пандоры, выпустит джина из бутылки, призовёт дьявола, купит акции «МММ», в общем, продолбает все полимеры. До самой…
- Да-да, мы поняли. – прервал Ивана Внутренний Голос. - До самой развязки, будет метаться между местными и землянами, меняя сторону по шесть раз за сезон. Трагично погибает.
- А что там с местными? – Каа выглядел внимательным, как «ботаник» на факультативе.
- Не потакай ему! – возмутился Нави, но было уже поздно.
- О! Местные. Это друг мой то, что и станет двигателем основного сюжета. Видишь ли, планета Кеплер, как минимум, перекрёсток миров, на ней расцветали, жили и гибли цивилизации. Само понятие «жизнь» придумали здесь! Придумали, создали и распространили её споры по галактике. И теперь, каждая мало-мальски развитая раса, освоившая межзвёздные перемещения, считает своим долгом посетить эту планету и высечь на самой высокой скале надпись: «Киса и Ося были тут!». Прилетающие позже оставляли свою надпись, не зная языка предшественников, принимали их петроглифы за тайное послание, строили у скалы город, раскидывали по округе тонны артефактов, и принимались искать тайный смысл там, где его никогда не было. Находили. И растворялись в вечности.
- Погоди, я совсем запутался, так местные это кто? – растерянно спросил Каа.
- Все понемногу, эта бездна на столько глубока, что если долго в неё всматриваться, оттуда вылезет что угодно. Я думаю, Скотт сам плохо представляет кто они. Или хочет унести эту тайну в могилу. Но на самом деле - это предтечи всего. Те самые инженеры, ответившие на главный вопрос жизни, вселенной и всего такого.
- О, а это я знаю, - обрадовался питон. – это сорок два.
- Вообще-то у них вышло шестьдесят девять, после чего они погрязли во грехе и разврате, забили на размножение и вымерли, почти все.
- Я тебя предупреждал. – тяжело вздохнул Нави и посмотрел на змея. – Все его длиннющие монологи, особенно после лягушек, заканчиваются «грехом и развратом», теперь его на поляне и связанным не удержишь.
Иван кивнул, соглашаясь с Нави:
- Ладно, с вами хорошо, а на пляже бабы! Не скучайте тут, и… "Ждите меня с первым лучом солнца, я приду на пятый день, с востока", - продекламировал Иван. - то есть до завтра.
За спиной Ивана примери́вшиеся стороны вернулись к единственному развлечению доступному на поляне.
- Ну что, проверим на сколько был прав наш пророк? – спросил Каа.
- А что, у нас есть другие варианты? – голос Нави звучал расстроено.
- Я, краем уха, что-то слышал про сеть.
- Верно, сеть есть, но есть и пароль.
- И что, никаких подсказок?
- Была, вроде как, одна, но… Искали чёртов пароль, а нашли чёртов клад.
Иван застыл как вкопанный на краю поляны. Ну конечно! Два слова которые ничем иным как паролем быть не могут. Он развернулся и смеясь спросил:
- Нави, как так получилось, что ты уже не один раз назвал пароль, а мы этого даже не поняли?
- А я и сейчас не понял. – смутился Нави и почесал затылок. – И вот что, давай хотя бы ты не будешь говорить загадками и прямо скажешь, что нужно набрать.
Каа одобрительно кивнул:
- Согласен, нам загадки ни к чему. Мы развлечений хотим!
- Всё просто, нужно ввести чёртов пароль. – сказал Иван, развернулся и скрылся в зарослях.
- Это я понял, - крикнул ему вслед Нави, - а какой… Да ладно!
Уже из-за деревьев до Вани долетели звуки ликованья. Значит подошёл «чёртов пароль». Но его интересы лежали уже совсем в другом направлении.
* * *
В городской больнице №1, в отделении интенсивной терапии, медсестра Елизавета, постучав, вошла в ординаторскую.
- Натан Аронович, вечерние процедуры поделаны, на посту Вика. Можно я в седьмой палате телевизор посмотрю?
Ещё не старый, но уже седой врач, заступивший на дежурство, нахмурился, как вечернее осеннее небо за окнами больницы, и пробурчал:
- На МРТ запись на месяц вперёд, а мы телевизоры в палаты коматозников покупаем.
- А это не мы, - оправдалась Лиза, - то есть не больница. Это друг нашего пациента принёс.
- И кто допустил это безобразие? – врач нахмурился ещё сильнее.
- Наш заведующий, Ашот Норикович...
- Лизанька, я знаю, как зовут нашего заведующего. Мы с ним, регулярно, коньяк пьём, который ему с Родины присылают. Я спрашиваю: «Кто допустил, что бы в палату занесли источник инфекций?». И кто у нас там в седьмой, мужик с тяжёлой черепно-мозговой травмой?
- Да. – подтвердила Лиза, - Сегодня привезли, из аэропорта. Ему в самолёте, во время разбега, женская сумочка, с багажной полки, на голову упала. Представляете, они даже взлететь не успели! Хирурги сделали декомпрессивную трепанацию, он сейчас без сознания.
- А друг его в курсе, что тот без сознания?
- В курсе. Попросил нас включить ему сериал, фантастика от Ридли Скотта. – Лиза достала из кармана «флешку».
- Воспитанные волками, что ли? – удивился врач.
- Точно!
- Странные друзья у нашего пациента.
- Я тоже так подумала. Особенно когда он сказал: «Обязательно включите ему этот эпос, он наверняка поднимется, чтобы его выключить».
- А может и не странные. – неожиданно подобрел врач. – Нужно взять на заметку, это средство. И самому добавить пункт в завещание: прежде чем хоронить, включите мне… ну, не знаю, пусть это будет «Сотня», если до конца первого сезона не попрошу выключить, закапывайте. Остальные сезоны и мёртвого подымут, а жизнь зомби мне не импонирует.
- Натан Аронович, вам не понравилась «Сотня»? Зачем тогда глядели? – искренне удивилась Лиза.
- «Сотня» мне не понравилась, а моя жена мне нравится, очень. Не мог я ей отказать в такой мелочи как совместный просмотр. Ей нравится, я терплю – такова суть брачного союза, где-то уступаешь ты, где-то уступают тебе. – развёл руками врач.
- Так что, телевизор вынести?
- Ладно, раз уж затащили, пусть стоит. Только, если встретишь друга нашего пациента раньше меня, предупреди его, что телевизор теперь у нас на балансе. Мы даже инвентарный номер ему присвоили. Это ему наука – инициатива наказуема.
- А он так и сказал, когда принёс его: «Без возврата».
- Грамотный друг. Ну хорошо, смотри своих «волков». И, Лиза, - окликнул уходящую медсестру Натан Аронович, - если пациент очнётся, друга его по боку, а «нобелевку» пополам. Договорились?
Спасибо за чтение
Вернуться к книге