Время Коли

Глава 1

Время Коли

Учебный год в детстве тянулся бесконечно. Один класс — одна маленькая жизнь. Ты ещё не осознаёшь время: для тебя оно — урок и перемена, которые отмерял школьный звонок. В классе никто не смотрел на часы. В детстве у поколения X ручных часов не было. Они видели только командирские на руке отца и элегантные женские часики у матери. У тех вечно ломались то замочки, то браслеты. Стрелки то спешили, то отставали, а иногда просто замирали.

Поколение Х усвоило: время может ломаться.

Два раза в год оно оказывалось то в прошлом, то в будущем — на час назад зимой и на час вперёд летом. Время подшучивало над ним, но не спешило. Оно хоть и спотыкалось на переводе, но шло своим чередом.

Коля помнил красные флаги на демонстрациях, повязку «ДнД» на рукаве отца, дворы с засранными голубятнями, тёток в белых засаленных халатах с беляшами — они продавались прямо на улице из армейских бидонов. И чешскую банановую жвачку из Луна-Парка. Он тогда даже не понимал, какой у неё вкус. Бананов он ни разу не видел — они появились позже. Зелёные. Дозревали на подоконнике.

Он был типичный представитель поколения Х. В детстве носил ключ на шее и сменную обувь в мешке. На вопрос к матери: «А когда ты придёшь с работы?» — она отвечала: «Когда надо!» Коля не спорил, знал — придёт и принесёт что-нибудь вкусное. Например, конфету. Он сидел дома один, играл сам с собой, листал «Весёлые картинки» или просто смотрел в окно. На часы в коридоре не смотрел. Зачем? Они ему были не нужны.

Он с детства знал: часы — это не время, а хитрый механизм с пружинками и шестерёнками. Его придумал человек. К времени этот механизм отношения не имеет. Часы — взрослая игрушка, а время — это время. Оно может стоять, ускоряться, петлять. Часовой механизм не отсчитывает минуты прожитой жизни. У него просто вращаются шестерёнки, которые двигают стрелки.

Тогда Коля Савельев прожил свою первую жизнь. Детство и школьные годы.

То, чему учили в детстве, в новой жизни ему не понадобилось. Новое время диктовало свои условия, и Коля перестраивался под них как мог.

Вторая его жизнь началась в армии. Там научили стрелять из «калаша», бросать гранаты и не бояться. Не бояться врага и не бояться умереть за Родину.

У каждого человека по-своему тогда менялась жизнь. У одного она могла быть одна, у кого-то — несколько. Одних время не останавливало и не меняло, других крутило и вертело. У Коли Савельева случилось именно так. Те лихие годы пролетели, оставив незабываемые впечатления, воспоминания и глубокий шрам над губой. Пришлось на время отпустить усы.

Третья жизнь забросила Колю на фронт. Оказалось, что времени и политикам совсем не важен его физический возраст. Сам Коля определял себя молодым и здоровым. В сорок восемь лет ему выпала новая жизнь на войне.

Прыгая там, как белка в колесе, он злился и вспоминал родителей, которые прожили лишь одну нормальную, стабильную жизнь в эпоху «застоя».

«Хотя у матери сейчас тоже новая жизнь», — вдруг понял он. Мать ждала его с войны и тоже не понимала, как время могло так подшутить над ней. Отец ушёл рано и оставил её одну.

Время менялось прямо у него на глазах, параллельно изменяя жизнь тех, с кем он был связан. С родственниками, друзьями, знакомыми. Их жизнь тоже менялась.

«Ну ладно, — думал он, идя в штурм в очередную лесопосадку. — Пусть я. Но при чём тут совсем молодые? Вон тот даже не служил. Он боится. Надолго его хватит? Зачем время изменило его жизнь? Он же только женился месяц назад».

Но время не отвечало на вопросы. Оно обнуляло жизни его сослуживцев, не давая ответа, зачем. Оно делало всё хуже и хуже, но всё же дало Коле Савельеву шанс выбраться из ада войны. Он не понял почему. Повезло.

Это была его следующая, новая жизнь. Но без гарантий. Завтра Коля мог проснуться в другой реальности.

Время ведь ещё и реальности меняет.

Сразу этого не осознаёшь, но начинаешь догадываться позже, когда замечаешь абсурд происходящего. То, чего не может быть, но оно есть.

Политики вдруг изменят законы или даже строй, и люди станут мыслить по-другому, сами не зная почему. Появятся новые слова, дополняющие язык. За короткий срок случится технологический прорыв, электроника так плотно войдёт в жизнь, что назад, в мир без неё, дороги не будет.

Скоротечность жизни мешает осознавать эти изменения: людям некогда обращать внимание. Вихрь времени крутит каждого, перемешивая в реальностях, кидая из одной жизни в другую.

Коля Савельев раньше был уверен, что время линейно. Теперь осознал: мы живём в наборе параллельных вселенных, которые сменяют друг друга каждые 5–10 лет. Он стал замечать это на примере странных судеб.

«В жизни всё может быть!» — говорили тогда и принимали как аксиому. Никого не удивляло, что знакомый или даже родной вдруг резко менялся, становился чужим. Мог совершать поступки, которых от него никто не ждал. Мог стать наркоманом или суицидником, хотя только вчера был нормальным человеком.

Больной человек тоже мог выздороветь, даже после того как врачи отмерили его срок. Редко, но случалось. Врачи лишь разводили руками.

«Человек меняется!» — говорили тогда. Но не говорили почему. Ссылались на возраст, психику, болезнь, тараканов в голове. Но Коля понимал: это вихрь времени снова разбросал их по разным реальностям. Возможно, в другом мире он сам для того человека стал чужим. Или в том времени нет таких болезней.

Стирает ли изменение реальности память? Коля был в этом уверен. В молодости он писал стихи. Легко, непринуждённо. Сейчас не мог выдавить из себя ни строчки. Талант пропал. Перечитывая старые стихи, он не верил, что это его строки.

Навык написания стёрся. Но вместо него объявились новые таланты — проза, к которой раньше он не смел подступиться, считая её слишком сложной. Отношение к поэзии перевернулось. Если раньше нравился Гумилёв и Серебряный век, то сейчас читал Евтушенко и Рождественского. Но своего стихотворения он так и не выдал.

А куда делся его старый навык? С опытом и практикой? Хороший вопрос.

Таких ярких совпадений набралось много.

Раньше Коля не пользовался популярностью у женщин. От слова совсем. Это почти стало проблемой, пока он не заметил, что от женщин отбоя нет. Внешне он не изменился — только постарел. Характер остался тяжёлым. Он не разбогател, жил скромно. Но проблема с противоположным полом решилась сама собой. Почему?

«Да этих баб не поймёшь!» — махали рукой мужики, списывая всё на женскую логику. Как будто раньше у них была другая логика и психология.

Раньше у Коли было много друзей, знакомства давались легко. Гуляя по городу, он обязательно кого-то встречал, здоровался, перебрасывался парой фраз. Сегодня — ни друзей, ни знакомых. Куда делись? С друзьями перессорился, сам не помнил из-за чего. Знакомые просто пропали.

«Возраст уже не тот, у каждого своя жизнь», — говорят люди. «Но у них-то и друзья, и знакомые есть», — думал Коля.

Коля в возраст не верил. Особенно после войны в свои сорок восемь лет. Тело стареет — это физиология. Возраст тут ни при чём. У него «возраст» ассоциировался с механическими часами, которые крутят стрелки и отсчитывают вымышленное время. Физиология может изменить мозг, и человек будет плохо соображать, но жить. Ребёнок тоже плохо соображает, но понятие «возраст» к нему не применяют.

Учёные говорят: мозг изучен на десять процентов, используется и того меньше. Наша физиология не изучена до конца. Мир до конца не изучен — карту всё ещё корректируют. Не знают, что на дне океанов, в ледниках, в глубине планеты. Только теории.

Когда мир меняется каждые 5–10 лет, остаётся делать карту по среднему — времени на углублённое изучение нет. Время меняет карту, а жизнь за ним не успевает.

Все исследования неточны, потому что время всё меняет. Никто не дал ответа: «Кто мы и зачем мы здесь?» — только философия, которую почему-то назвали наукой.

«Кто-то попадёт в Рай, кто-то в Ад», — говорит религия. Коля подозревал, что они давно что-то знают. Ад — это реальность с войной, болезнями, безумными политиками, катаклизмами, лицемерием, неравенством и абсурдом, которого никто не замечает. Мир, где не живут, а выживают. Его мир. Этот мир.

«Нужно верить в лучшее!» — говорят люди из этого мира. Это не присказка, а чёткое определение будущего.

Вихрь времени снова раскидает нас по новым реальностям. И некоторые проснутся уже в другом мире. Без войн, агрессии, жадности, обмана, абсурда. В мире любви. Со старыми друзьями, забытыми талантами и счастьем. В Раю. Но живыми.

Коля Савельев в это не верил. Он это знал.