Вольные души

Глава 1

Её пальцы были надежно связаны.

Пол пах зелёнкой.

Почему зелёнкой?

И что такое зелёнка?

Её же ещё нет.

Но где есть?

Когда?

Думать не хотелось.

Она медленно шевелила пальцами, пытаясь вызволить их из плена.

Пленница!

Она пленница, а пол пахнет зеленкой.

И почему пальцы так перепеленали?!

Она же не чароплетка!

Да и в 15 веке с чароплётками порезче бы обходились... В 15-м? Какая зелёнка в 15-м? Но почему всплыл именно 15-й?

Хм...

А пальцы сомлели совсем.

Глупо. Её оружие не отберешь - мысли не спеленаешь. Но почему в голове-то так пусто? И где полы пахнут зелёнкой?

Руки, ноги тоже были связаны. И судя по состоянию тела, давно. Взгляд шарил по тусклому пространству отсека. Вот зараза, пираты!

Знание всплывало вдруг из пустоты и не клеилось друг с другом.

Зелёнка.

15-й век.

Чароплетка.

Пираты.

Плен.

Арина улыбнулась.

Ох, мало данных. Но ничего.

Потягаемся.

Оглядеться.

Вспомнить.

Вернуть себя.

В этот момент ее мягко прижало к полу.

Корабль пошёл на взлёт.

***

Пол резко накренился и вновь вернулся в своё положение. Арина не успела среагировать (да и как?) и больно приложилась носом к стене.

Стена пахла зелёнкой! Да что же такое...

По потолку искрами забегали разряды, свет погас, в какой-то момент показалось, что воздуха стало меньше - пусть только показалось, пусть... Где-то вдали слышался отчаянный топот магнитящихся подошв. В голове пульсировало "действуй!" Но как тут действовать, если тебя прижало носом к стенке, а ты с головы до ног перемотана аки мясной рулет?

Уууу... Неожиданно ко всему прочему захотелось есть. Предательски заурчало в животе, выкрашеном зелёнкой, как новые ворота.

Живот. Зелёнка. Инфекция!

Леший тебя дери, Арина, ты умираешь, помнишь? И сюда, в 15-й век, рванула от горе-врачей за исцелением... Вот только пиратики тут тебя и сцапали. Как теперь выкрутишься? А за время полёта всех этих дурней один за одним на тот свет за собой утянешь... И будут ваши тела вечно скитаться...

Тут каааак тряхнуло! Леший... Зарий... Где ты? Жив?

Охохонюшки. Думай, Арина, думай.

Что-то пошло не так. Только взлетели, и... шторм? В космосе? Что делать-то?

Выбираться! И она сосредоточила все свои силы на путах. Расслабилась. Ох, трудно это сейчас, но ничего. И не из такого выбиралась. Сначала пальцы, а потом и руки, плечи, всё тело начали медленно вытекать из верёвок.

А что ж вы, олухи, мысли-то не связали? Мысли надо было связывать. Тело - ненадежный пленник.

Кучка верёвок очерчивала силуэт, которого в них уже не было. Ноги не слушались. Ухватившись рукой за живот - резкое жжение и чувство, будто его вывернули на изнанку, она на четвереньках двигалась к коридору.

Корабль потряхивало. Сила тяжести на доли секунды будто направлялась в разные стороны - скручивала в жгуты, размазывала кляксами. И каждый раз было ощущение, что нет, показалось...

Такое разве может быть в реальности? В штиль - нет. А вот в шторм... Какой шторм в космосе??

Но Арина привыкла верить внутренним ответам. Пусть будет шторм. Лишь бы выжить.

Дверь поддалась. Явно что-то не так. Мимо прогремела пара магнитных сапог. Её никто не заметил, и явно не потому, что она всё ещё на четвереньках.

Пора вставать. Уууу, живот. Наизнанку. Больно!

До жути больно. Зараза эта жестокая, душу из тела вытравляет да так, что ни в одно другое не вернуться потом. Навсегда.

А ей возвращаться ещё. Эх, Зарий... обещала. И выполню! Жди. И ты выполни. Я тоже жду. Знай же. Жду!

С трудом поднялась с колен и поволокла себя вдоль стены куда-то в сторону гремящих сапог. Пираты - не пираты, шторм - не шторм, а поговорить надобно.

Трухнуло. Снова трухнуло. Мелкой дрожью зашлись стены, в какое-то мгновенье показалось, что коридор двоится и сворачивается в спираль ДНК. И она двоится.

А где-то впереди ее пленителей та же сила разрывает на части. Ну что ж вы, голуби... А поговорить?

Арина свернула по одной из спиралей и потекла назад. В пространстве и чуток во времени. Нет! Оно везде и всегда. Бесполезно.

Ладно, будем ждать. В этот момент гравитация отключилась, и она поплыла. Хоть животу чуть легче стало. Почему кстати?

Ответ не пришел, зато ее еще раз приложило. На этот раз к потолку. Не обманешь! Это не ты зелёнкой пахнешь, а я. Фу, гадёныши, измазали всю на прощание. "Мы соблюдаем протокол лечения", угу. Бубен дать? Или лучше сразу в бубен? Тьфу!

А вокруг тишина. Невероятная, всепоглощающая. Откуда ты, тишина? Что несёшь с собой?

Жизнь или смерть? Давай уж, мои карты не путай. Я тебя всё равно переиграю. Я обещала...

И только в голове голосами пиратов, с которыми так и не состоялось знакомство, звучали странные обрывки фраз... Еще не написанные строки, еще не прожитые эмоции...

"Поглощает...время дыра..." "...без имен и лиц..." "всё в бездну сорвалось..." "... не выбраться из тьмы..." "Есть один путь наверх..." "Время забыть..." "... секрета здесь нет..." "Мы ушли..." "И в трюме вода..." "... куда - все равно..." "Я не хочу..." "... вернуться с войны..."

Ох, не вернетесь, поэты песенники. Сюда уже не вернетесь. Ладно, где здесь управление всей этой махиной?

***

Потолковать сразу не удалось.

Ее повлекло куда-то внутрь. Именно так. Пространство будто бы свернулось странной улиткой, и все направления, все привычные вправо, влево, вверх, вниз теперь вели внутрь.

И там ее ждали...

Первое, что она поняла, поддавшись движению - живот уже не наизнанку. Да и само понятие изнанки поблекло, растворилось где-то вне времени и пространства.

А вот боль она взяла с собой. Жгучую, выталкивающую из тела... Навсегда.

Но если нет изнанки живота, то нет и живота, нет и тела?...

"Тссс... Не суетись. Просто будь. Это пустяки"

А что не пустяки?? Где-то на задворках памяти всплыл Зарий. Он был так же далеко, как изнанка. И так же выцвел, полблек.

Нет!

Арина рванула что есть сил, но было поздно.

"Не суетись. Это не навсегда".

Хотелось злобно зыркнуть, но здесь внутри взгляд тоже затягивало еще глубже внутрь. А туда смотреть не хотелось. Ладно. Не суетиться, говоришь? К добру ли?

Мягкое поглаживание в ответ. Ее никогда никто не поглаживал изнутри. Не сказать, что неприятно, но хотелось отряхнуться и все-таки получить ответ.

К добру?

"Не суетись..."

А внутри и правда что-то происходило. Внутри, которое вдруг стало снаружи и растеклось тонкими нитями по спирали улитки. Эти тонкие нити вытягивали из ее прошлого, из опыта, из сути что-то важное, основополагающее. И ничем не заменяли.

Пустота! Нет ничего. Но хворь ушла. Что ты творишь? Ответь наконец!

"Не суетись..." Долгая, долгая тишина, и лишь нити вьются по спирали. Уже эти нити больше она, Арина, чем та, что осталась внутри. "Все будет хорошо" Будет, но похоже уже не со мной. Куда ты меня сматываешь, желтый мешок?! "К добру..." К моему ли? Или к твоему? Сожрешь сейчас, как спагетти, и не подавишься.

Легкий шок в ответ. Чужая эмоция удивления и отвращения пронзила нутро. "Что ты! Ты несъедобна для нас". Так вас много? "Неважно. Мы тебе помогаем сейчас. А ты поможешь нам. Не суетись".

Такс, взаимовыгодный обмен намечается? Контракт бы. Но какой контракт, когда тебя распустили как старый свитер и свернули в шнурок? "Не суетись. Скоро уже". Да куда мне спешить-то?

А в голове становилось все более пусто. И правда, куда? И откуда?

Ответа не было.

**

Пустота. Тишина. Неизвестность.

Снова новое место? Она теперь не внутри. Вовне.

Запахи. Странные непривычные запахи. Не менее непривычные звуки. И яркий ослепительный свет. Больно глазам...

У неё есть глаза!

Эй, желтый мешок, где я?

"Помоги нам! Мы будем ждать. У тебя 87 лет".

С чего бы? 87??? Да за это время...

Где-то внутри покалывало воспоминание: она куда-то спешила. Что-то важное. Обещание. Но пустота... Полная.

Как я помогу, если я пустая?

"Вспомнишь. Вернёшь даже больше, чем было. Живи".

А вам чем помочь?

"Ты поймешь".

Вот неладное-то.

"Всё. Забудь нас. Живи".

И Арина погрузилась в пустоту. А вокруг новые запахи, новые звуки, новый свет. Ладно, познакомимся позже. Спать.

***

Она проснулась от хлесткого звона тишины, пронизывающего всю ее суть. Маленькую суть.

Пустота была везде, это она молчала - так злобно, равнодушно, агрессивно.

Ты не нужна здесь! Пошла прочь! Умри!

А внутри совсем не было ответа, что с этим делать. Равнодушная холодная тишина пробралась и внутрь, изгоняя ее не только из внешнего, чужого пространства, но и из своего, принадлежавшего ей всегда.

Даже имя было стерто. Память, мысли... Нет ничего.

И это "ничего" заполняло липкое, холодное чувство, скручивая всё жгутом, доводя до боли, до крика.

Крик!

Пронзительно, резко, во всю мощь она закричала и не могла остановиться. Этот крик заполнял пустоту, он был её. Хоть что-то принадлежавшее ей в этом пустом чуждом мире.

До хрипа, до боли она кричала и боялась остановиться. Новую тишину ей не пережить...

Кричать. Кричать. Кричать.

Звенящее отчаяние против молчащего равнодушия.

Но вдруг резко силы закончились. Она отключилась. Выпала куда-то, где нет ничего - даже пустой тишины нет.

Но вновь ее выталкивает. И вновь тишина. Вновь крик. Борьба.

Долго ли? Сил нет. Но как иначе?

И она победила. Что-то тёплое проникло в её пространство. Появилось ощущение полёта и влажного, сытного тепла. Она стала частью этого мира. Завоевала, захватила. Можно жить.

Обессилев, но согревшись, она уснула. Появилась надежда.

***

Она что-то давным-давно искала, но никак не могла найти.

Дни текли рекою, и было ощущение, что ее волочет, как бумажный кораблик - то закрутит, захлестнет пенной влагой, то притрёт к берегу, протянет о грубые камни и потащит дальше - не даст отдышаться.

Но иногда река превращалась в омут и тянула вниз - в мутные темные глубины без движения и без дна. А потом вдруг выталкивало снова на поверхность: иди, мол, отсюда, иди хоть куда-нибудь...

Но в глубине души она знала, что никогда не была корабликом.

Кем была? Кто знает... Искала. Страдала.

Набивала шишки.

Пыталась. Старалась. Была лишней. Всегда лишней.

С момента того самого крика и дальше по жизни. Лишней. Лишенной. Чуждой.

Чужой.

В тепле. В заботе. Везло, но... Отчего же так холодно, голодно, тошно, тошно, тошно...

Зажмуривалась и жила. Помнила чувство, что должна. Ради чего - не понятно, мысли невнятны, самой разобраться бы, но не могла.

Жила. Чужая. Чуждая. Но что-то внутри сияло. И она искала тот самый ключ. Встречное сиянье. Ждала. Не признавалась себе, но знала: она не такая, не та, за кого ее принимают. Но всё же жила.

А потом прорвало...

Прорвались воспоминанья. Сначала обрывками, мимолетные, рваные, легкие - моргнёшь, и нет их, поди ищи. Но всё чаще и чаще. Меж снами и явью. Потом и днем. И вночи.

Чувство силы без силы. Чувство знаний без знаний. Понимание без понимания.

Давило изнутри. Но было опорой. Силой, что защищала. И она искала. Дальше. Ждала. Светила тихонечко. Во мгле. Смотрела во все глаза...

Задавала вопросы небу. Тоже чуждому, хоть и привычному. Отчего я другая? Иная? Откуда? Зачем? Ни с чем... Пустая.

А потом вдруг... Зарий! Обещание! Борьба. Ожидание чуда. Живот наизнанку. Спасение...

Нет! Зарий... Ты где? Хочу к тебе!

Руки тянутся к небу. Мысли ныряют вглубь. В омут души, где ответы. О! Она теперь может всё.

Выскользнуть, вернуться, рвануть туда, где смерть без нее. А вдруг? Сейчас есть силы перевернуть ход событий.

Но. Должок. Зачем-то она здесь нужна. И снова одна. Тоска.

Не отпускает.

Зарий. Смысл без тебя теряется. Хоть бы на миг... Но знание не пробивается через заслон защит. Пусто. Сердце ничего не подсказывает. Молчит.

И нет сил рукой махнуть и отправиться туда, где ты.

Ладно. Должок, говоришь? Оглядывается. Что ж.

Платежом красен. Свет внутри ей поможет. Теперь можно. Имя пришло. Всплыло в памяти. Арина. Моё.

Сила. Пробудись. Нужна. Пора. Иди.

Свет внутри, гори.

***

С этого момента она разрывалась на части.

С одной стороны - та, которая жила здесь. Со всеми переживаниями, событиями, разговорами с чуждым небом...

С другой - Арина. Еще не четкая, не определенная, с многослойными запутанными обрывками памяти, о которой никому нельзя говорить. Да и озвучить их пока сложно - так, чувства, образы, ощущения силы...

И свет! Вот, что в ней было от Арины всегда, с самого ее появления здесь. Мягкий теплый свет в груди, который приходилось прятать, который никто не принимал, не разрешал, не воспринимал чем-то хорошим, естественным.

Она его прятала. Все эти годы прятала. Отчаянно надеясь, что он важный. Нужный кому-то... Но кому?

Всплывало обрывками: Зарий! Там свет. Там легко. Тепло.

А здесь? Почему она здесь? Застряла...

Арина внутри ходила из угла в угол, сердито стучала деревянными каблуками и зыркала иногда из ее глаз - мало не покажется.

Клетка. Она взаперти. Выбраться... Как выбраться?

В какой-то момент она почувствовала, что Арина все решила. "Ты должна вернуть долг. Оставайся. Я буду ждать тебя там..."

Свет тонкой струйкой потек из груди. Она сжала ее в отчаяньи, но он сочился сквозь пальцы.

Неееееет! Не оставляй меня. Не забирай свет. Я им живу. Я не справлюсь.

Легкое поглаживание, ощущение тепла на плечах - будто мягкая шаль укутала, приласкала, согрела...

Справишься!

Нет!

Слезы. Боль. Вдруг забытая жгучая боль в животе - кожа наизнанку. И запах зеленки... Что такое зеленка? За что мне это?

Раздраженный стук каблуков. "Нет, так не пойдет".

Арина подняла голову и погрозила кулаком чуждому небу: "Я доберусь до тебя, желтый мешок! Привязал, зараза. Зачем мне исцеление, если я здесь?"

- Прости... - ответ запульсировал где-то в висках, и откуда-то сверху просочилась тусклая, давняя грусть. - Я знаю, что это не честно. Знаю, что так нельзя было с тобой - загонять в долг без договоренности, без контракта.

"И чем оправдаешь себя?"

- Ничем, - волна отчаяния, грусти, тревоги и... надежды. - Я тоже борюсь. И у меня тоже на кону все. Последняя ставка - на тебя".

"Ух ты ж, желтый пузырь... А сразу сказать нельзя было?"

- Тебя бы не приняли. Ты слишком чуждая. Нужно было бы именно так.

"Ладно, потягаемся".

Свет медленно вернулся в сердце и замерцал новыми, красноватыми искрами.

***

Она чувствовала, как Арина накручивает внутри неё километры.

"Свет? Будет им свет... Свети!"

Не надо... Тихо-тихо она просила, умоляла Арину. Но неумолима. Свети! И всё тут.

Ох, было уже это. Было.

Светила. Когда пришла и не знала, как здесь устроена жизнь. Серо. Мглисто. Без света.

А тут ее свет. К добру ли? Ох, нет...

Свет тени отбрасывает. Подсвечивает то, что скрыто. Чернит то, что чёрно. Контрасты. Яркость. Блики.

Они не привыкли. Слепли. Кричали. Атаковали. Защищали свой мир.

Серый. Мглистый. Но их. Родной. Мир.

Еле выжила. Стала чуждой, не нужной, отвергнутой. Не светить не могла, но где свет, там и тьма. Тень. Туман.

За тень ее ненавидели. И избегали. Ну как тут светить, а? Арин?

"Свети! Мы должны. Задолжали. Просили - пусть получают".

Ох, Аринушка. Проспала ты, милая... Долго в забвеньи была. И вмиг воевать...

Она опускала плечи, вздыхала. Но Арина неумолима. "Свети!" И у уже мягче: "Я буду рядом. Внутри".

Ладно. Вдох. Глубокий-глубокий. До дна и еще чуток. На выдохе свет полился.

"Неси! По миру неси. Свети".

Ох, спрятаться бы... скрыться... Но саму уже тянет, толкает огонь, что внутри. Сияет. Пылает светом.

И черные жгучие тени покрыли планету. Изрезали, искромсали. Поделили на черное и белое.

И тысячи тысяч бесцветных глаз увидели себя по-новому. Свет превратился в цвет!

Зеленые. Серые. Карие.

Смотрели они на мир, не узнавая его. А внутри полыхали всеми цветами чувства. Новые. Разные. Страстные.

И случился взрыв. И она в этом взрыве... погибла. Не дожила до 85.

И лишь Арина где-то внутри довольно хихикнула. Отсветила. Пошли. Нас дома ждут. Желтый, пока! Окончена твоя игра.

Теперь моя. Жизнь. Моя.

***

Оказаться дома было делом не сложным. Всегда найдутся добрые души, готовые помочь. Да и желтый мешок был слишком благодарен и виноват, чтобы не сделать всё, что в его силах.

Цель была достигнута. Исцеление получено. Нужно только доставить остальным.

Если там кто-то остался... Домой-то она добралась. Но нужно попасть еще в своё время. 500 лет вперед - немало энергии затратить надобно... А она в ноль растратила ее на переход в "дикий" 15-й век.

"Ой, дикий... - ухмыльнулась Арина, поглядывая на огни то и дело взмывающих кораблей, - ой, дремучий..."

- Простите, пожалуйста, не будете ли вы так любезны позволить мне присесть рядом с вами? - раздался тоненький голосок над правым ухом.

Арина непроизвольно почесалась и махнула рукой:

- Ну, садись, кем бы ты ни был. Да не засиживайся. - Благодарю великодушно. С вашего позволения... - Нет у меня терпения на позволения, - перебила Арина, всё пытаясь прогнать тонкий звон из уха, - кажи уже себя, не томи. - Не могу, сударыня... - печальный вздох над тем же правым ухом, - нет допуска материализоваться в этом секторе... - Так какого лешего ты мне ухо полощешь??

Глаза Арины недобро засверкали, но тут же хитро зыркнули гостю прямо в душу. Ну и что, что не материализовался, и глаз никаких нет. Душа-то есть. И тут же в ответ пискнул тоненький смешок:

- А вы, Арина, такая, как нам и докладывали... - А вам еще и докладывают? - Арина вернулась к прежнему занятию и неспешно поливала янтарным мёдом блинчик с ягодами. - А как же, честь по чести. - И доложили небось, сколько мне нужно? - Доложили.

Арина сощурилась, а голосок торопливо подпискнул:

- Но мы в три раза больше готовы! Всё согласовано, задержек не будет.

Мёд тягучими волнами стекал на тарелку. Вилка зависла наполпути. Арина медленно дожёвывала, довольно жмурясь.

- И что ж вам, таким щедрым, надобно-то? - Застряли мы, - вздохнул тонкий писк. - Где застряли? - Не где. Когда.

Арина стукнула деревянными каблуками и ухмыльнулась:

- А вот это уже разговор интересный...

***

- Застряли мы в общем, - вещал тоненький голосок. - Столько сил положили на наш проект и застряли.

Арина дожевывала блин и задумчиво смотрела в пустоту.

- Говоришь, добра всем хотели? Межгалактический да межвременной проект "Во благо". Да на самом неочевидном месте и подорвались?

Тоненький вздох, ощущение разведенных в стороны рук:

- Можно и так сказать. Подорвались. Несдюжали. - А я вам пошто? - Надежда на ваш дар, Арина. Еще не было случая, когда вы не выкрутились. Статистика за послединие столетия строго задокументирована, ранее - только слухи, но очень обнадёживающие слухи... - Выкрутилась? - Арина чему-то своему усмехнулась. - Но чтоб выкрутиться, нужно сначала встрять и запутаться. А тут встряли вы, голубчики. Я-то тут причём?

Тихий заискивающий голос с большими паузами очень осторожно заговорил:

- Тут, понимаете ли... Такое вот дело... Проект - он же межгалактический и межвременной. Землю тоже затрагивает в период пятисот лет в обе стороны от вашего двадцать первого...

Брови Арины поползли вверх. Она резко встала, нависла над пустым местом, взглядом взяла тонкоголосую душу за шкирку и встряхнули нешуточно.

- Так ты... хочешь сказать... что это вы... беду нашу организовали?! Что это я вашими молитвами... с животом на изнанку... своих на гибель оставила... в пятнадцатый век сунулась... шлялась по всему космосу... жила десятки лет в бесцветном мире... Вашими?! Планами?! И намерениями?!

Резкий взгляд вышвырнул нематериализовавшегося гостя за пределы харчевни. Лишь тонкий писк донесся:

- Мы лишь исправить хотели...

Арина порывисто села. Хлебнула чаю. И глубоко задумалась.

***

Арина ходила туда-сюда, отстукивая мерный ритм каблуками. Признак не очень хороший: все, кто ее знал, подтвердят: если Арина замедлилась, кому-то несдобровать...

- Значит, добро несли голубчики... Что-то не клеится. Никто никогда в этом мире добро без выгоды не причинял. В чем ваша выгода, а?

Села. Задумалась. Нахмурилась.

Вскочила. Забегала. Снова села.

"Ему запрещено материализоваться в этом секторе... А в каком можно? И можно ли в каком-то?"

Отбивая секунды деревянными каблуками, Арина пыталась свести воедино цепочку событий, которые совсем не линейно переплетались в течение целых веков.

Ничего, казалось бы, не билось. Взять последнюю беду: люди гибли от мучительной боли, спасения не было, в отчаяньи оставшиеся в живых сцепились друг с другом. Как звери...

Звери.

Быть зверем проще. Зверь - носитель спящей души.

Не пробудившейся. Без сознания. Без смысла.

Зверем управлять легко. Зверь - подчиняющаяся машина. Тушка с иллюзией свободы и вседозволенности.

Ох.

А серый мир...

Ни творчества. Ни интереса. Ни чувств.

Тушки. Тоже лишь тушки.

Арину пробрал озноб. Хаотично сгребя энергию из пространства (да, так нельзя, но сейчас можно), она рванула искать ответ.

Планеты, системы, астероиды... Прошлое, настоящее, будущее...

Везде одно.

Умы закрыты. Ценности законсервированы. Выживание.

Жизнь зверя.

А декорации лгут, создавая иллюзию процветания, развития, расцвета.

Мрак. Серость. Безысходность.

Так вот какое благо всеобщее и повсеместное вы удумали? Ишь, куда соблазнами да заботой своей добренькой завели...

А где борется кто, где еще души живые готовы за себя постоять, так живот наизнанку?! И зелёнкой лечить по протоколу?

До отчаяния бессмыслицей доводить... Сводить с ума.

Ааааааа! - крик бешенства разнесся по просторам космоса, не найдя нигде отражения.

Эха не будет. Никто не поймет. А кто понял, тем бы выжить.

Последняя охапка энергии.

- Желтый, я к тебе. - Я ждал. Мы ждали. - Много вас? - Потягаться смогли бы, да бестелесые мы...

Арина понимающе кивнула: чистые вольные души. Не всем повезло тело обрести. За тела вон борьба какая идет. Нематериализовавшиеся готовы на всё, похоже, чтобы телами этими попользоваться. Но для этого души выжить надо - из тел выдворить.

- Что делать будем? - Путь один. Просвещать. - Долгий путь-то... Скольких потеряем, пока хоть малый шанс обретём. - Долгий. Но сила в каждом. И каждый имеет право на выбор. Понять и выбрать. Воспользоваться силой. Во благо.

Арина поежилась.

- "Во благо"... Ох, не говори!

Опустила голову. Задумалась. Замолчала. Потом расправила плечи, вздохнула глубоко и сама себе кивнула.

- Ладно, бывай, желтый! Поскорее справлюсь. Будущее через прошлое меняется.

Махнула рукой, сгребла энергии и исчезла.

И лишь откуда-то из глубин космоса эхом долетело "Жди, Дарий. Скоро свидемся...", переплетаясь с обрывками из старого доброго будущего:

"Поглощает...время дыра..." "...без имен и лиц..." "всё в бездну сорвалось..." "... не выбраться из тьмы..." "Есть один путь наверх..." "Время забыть..." "... секрета здесь нет..." "Мы ушли..." "И в трюме вода..." "... куда - все равно..." "Я не хочу..." "... вернуться с войны..."

Конец.

16.12.2021