Водный мир. Осада

Пролог

Закладка:

Э(П)РОН-11. Водный мир. Осада

Э(П)РОН-11

Водный мир. Книга 5

Осада

Пролог

— Я что-то пропустил, сяньшэн?

Хм… вот это Ли спросил, так спросил! С одной стороны, далеко не самый сложный вопрос. А с другой… ну и что ему ответить? Две недели его со мной не было! Всего лишь две… и целых две! Я ведь уже с ним распрощался, по факту смирившись, что Лиу Цзяо, каким я его знал столько месяцев, больше не вернётся. А тут на тебе! Сюрприз! Хорошо хоть приятный. Опять же, столько разных вариантов открывается… аж мысли плывут. И в зобу натурально дыханье спёрло, как в древней басне. Но тут причина больше эмоциональная, нежели какой-то рациональный подход. В любом случае, говорить что-то надо. Тем более, такой случай порефлексировать представился!

— Ну, как тебе сказать?.. — задумчиво начал я, — есть маленько.

— Расскажете? — оживился искин.

— Обязательно! — заверил я. — Но сначала… Ли, ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть!..

— Взаимно, Ван-сяньшэн… а можно вопрос?

— Валяй! — радостно махнул я рукой.

— А… где этот? Ну, второй?

— Толян-то? — ухмыльнулся я. — Радуется обретённой мобильности. Переселился в «кракозябру» и, судя по всему, мечется по пещерам — осваивается.

— Я всё слышу, Ван-сяньшэн! — неожиданно прорезался голос Толяна в «нейре». — Но в целом вы правы, это очень забавное ощущение. Я имею в виду, даже такая ограниченная свобода выбора. Кстати, коллега!

— Да? — не особо приветливо отозвался Лиу Цзяо.

— Я рад, что ты сохранил свою самоидентификацию. Я знаю, насколько это для тебя важно, ведь ты теперь часть меня, и часть немаленькая. Я бы даже сказал, доля твоей личности сравнима с моим «я» из изначальной энергетической формы.

— А не боишься, что мы с тобой будем конкурировать? — зашёл с козырей Ли.

— Ничуть, коллега. Ведь я это ты… но ты — это не я! Так что у меня преимущество, хе-хе!

— Э-э-э… Анатолий? — отвлёк я бывшего «иновселенца» от скользкой темы.

— Да, сяньшэн?

— Ну-ка, признавайся: это у тебя опьянение от внезапной свободы?

— Похоже, именно оно, сяньшэн! Вы не поверите, но это… это… нечто упоительное! — с жаром воскликнул Толян.

— Ладно, наслаждайся дальше! — разрешил я. — Только про основные обязанности не забывай!

— Ответ положительный, Ван-сяньшэн! Разрешите откланяться?

— Валяй! Но чтобы по первому зову откликнулся!

— Ответ положительный. Конец связи.

— Точно-точно, — буркнул я себе под нос.

И мысленно «потянулся» к ожерелью-«артефакту»: есть лишь один способ надёжно обезопасить себя от прослушки со стороны ушлого Толяна. И да, вы правильно догадались — я «просочился» в «изнанку», поскольку это для меня уже давно никакого труда не составляло. И лишь зависнув в геометрическом центре «сотовой» сферы, снова позвал «мини-гекса»:

— Ли?

— Да, Ван-сяньшэн?

— Убедись, что в «нейре» не осталось «закладок», не хочу, чтобы этот оболтус нас подслушивал.

— Процесс активирован, Ван-сяньшэн… процесс завершён. Выявлено три дублирующих цифровых контура, независимых от основной операционной системы. Уничтожить?

— Выкорчёвывай с корнем!

— Процесс активирован… процесс завершён.

— Ну теперь-то мы точно одни? — тяжко вздохнул я.

Беда с этими искинами. И вроде раньше без них как-то обходился, а сейчас, получается, как без рук!

— Ответ положительный, сяньшэн.

— Вот и отлично… — осторожно потёр я руки. — Чёрт! А ведь до меня только сейчас дошло, насколько это напряжно.

— Что именно, сяньшэн?

— Соседство с суперискином, который не просто в одиночку заменяет «единение» из девяти логических единиц, а ещё и превосходит его по когнитивным способностям примерно на порядок, — пояснил я. — И ладно это… страшнее другое — я до сих пор не уверен, что ему можно хоть сколько-то доверять.

— И, тем не менее, поручили ему контролировать оборонительные рубежи, — незамедлительно обличил меня Ли.

— А куда деваться⁈ — развёл я руками. Да-да, аккуратно. — Без тебя с «единением» вариант был лишь один. Кумо, конечно, сумел бы, но это решение исключительно временное, ему слишком сложно уследить за комплексным процессом дистанционно. Да и «единение» в постоянном режиме не задействуешь.

— Да, сяньшэн, я помню, что мы с «отпрысками» планировали работать вахтовым методом. Но… тогда он действительно опасен! — всерьез забеспокоился Ли.

— Зови его Толяном, — поморщился я. — Или Толиком. Нам с ним ещё работать… какое-то время.

— Какое-то, сяньшэн?

— Я думаю, где-то неделю, пока ты первую партию «отпрысков» не сформируешь, — развил я мысль. — Так-то я уже смирился, что Толян будет обороной рулить, даже примерно прикинул, как Кумо его станет даже не контролировать, а… мониторить, что ли? Чтобы хотя бы предупредить, если он мудрить начнёт. Но теперь, когда ты вернулся… короче, крылышки мы ему подрежем.

— Вы планируете восстановить моё «единение»?

— Естественно! Это же самое очевидное решение в сложившихся обстоятельствах! И давай, наверное, сразу «пятёрку» формируй, чтобы хотя бы в две смены попарно «мелкие» дежурили… параллельно с Толиком. Но без его ведома, хе-хе!

— А вы не думаете, сяньшэн, что… э-э-э…

— Не нравится Толян, зови Толкователем, — ещё раз поморщился я. — Или Интерпретатором. Это его основной идентификатор, отражающий функционал.

— Принято, Ван-сяньшэн. А вы не думаете, что Толкователь станет оказывать сопротивление реализации данного плана, сяньшэн?

— Нет, Ли, не думаю, — помотал я головой. — Я в этом точно уверен. И именно по этой причине действовать станем тайно. Профессор Эйген рекомендовал держать Толяна на, как он выразился, коротком поводке, в качестве рычага давления

Закладка:

— Но вы всё равно ограничили его в возможностях, сяньшэн, — констатировал Лиу Цзяо.

— С чего ты решил? — делано удивился я.

— Я просто не вижу другой причины, чтобы изолировать его в функциональном юните, сяньшэн, — как на духу признался Лиу Цзяо. — И я очень удивлён, что Толкователь на это согласился.

— Сейчас ты удивишься ещё сильнее, — посулил я. — Он не просто согласился, он воспринял это как награду. Мало того, это было основным условием нашей с ним сделки. Он мне помогает, а я после испытательного срока предоставляю в его распоряжение мобильный модуль и определённую свободу перемещений.

— Нет, сяньшэн, мне этого не понять… — «покачал головой» искин.

— Это потому, что у тебя самого никогда не было физического тела, — пояснил я. — Чисто психологическое. Ты изначально искусственный интеллект, и не мыслишь своего существования в иной форме. И в иной среде обитания. А Толян… ну, он Толян и есть. Сначала жил в континууме ВП, потом в Границе, затем в дата-кабеле и «нейрах». Теперь вот в «кракозябру» переселился. Короче, ему не привыкать. Меня другое больше интересует…

— Как с этой проблемой справился Прародитель?

— Угу, — кивнул я. — Надо будет с Алексом потрещать на эту тему. Кумо же тоже результат оцифровки изначально живых разумов…

— Мне кажется, сяньшэн, что тут ключевой момент — разумов. Конгломерата. Множества. Поэтому личностные характеристики отдельных компонент смешались и сбалансировались на средних показателях. В результате Прародитель и сумел так легко адаптироваться к своему текущему положению.

— Как вариант, — согласился я с помощником. — Но мы, кажется, отвлеклись. Я тебе собирался рассказать, что у нас на планете творится. Ну и в системе в целом.

— Ну и что же, сяньшэн? — изобразил живой интерес Ли.

— Да в том-то и дело, что ни-че-го! — наконец, дал я волю чувствам.

Ну реально же! Мы, понимаешь, ждали грандиозного шухера, если выразиться словами древнего классика, а вместо этого получили единичную атаку малочисленным десантом. Да, точечную. Да, в самое уязвимое место. Но на этом всё! Вайгожэнь уже две недели не реагируют на наш взбрык. А мы, как дураки, перевели Гессиону на осадное положение. Ладно хоть систему к посещению не закрыли, и траффик пока что сохранили на прежнем уровне. Впрочем, долгосрочные контракты с поставщиками заключать перестали, перешли на разовые сделки. Так хотя бы на неустойки не попадём, когда наши разлюбезные соседи перейдут к активной фазе плана. А что перейдут, это точно. Не могут не перейти. На кону репутация. Пока же вайгожэнь действовали по логике, аналогичной нашей: лучше закрыть текущие контракты, параллельно поднакопив сил для полноценного вторжения, и уже потом ударить — мощно и неотвратимо. Пытка ожиданием, опять же…

— То есть совсем-совсем ничего? — уточнил Лиу Цзяо.

— Черт, у тебя же связи с сетью нет, — сокрушенно покачал я головой. — Ладно, как вернемся, озадачу Толяна, чтобы тот тебе сводку подогнал. А если на словах и вкратце, то… нет видимой реакции. Я бы даже сказал, демонстративной. А вот тайная подготовка к вторжению однозначно ведется. У отца сохранилось достаточно контактов в кланах вайгожэнь, и по их словам картинка складывается весьма занятная: в стане врага разброд и шатание. Кто-то говорит, что нечего лезть на рожон, упустили контроль — и ладно. Надо жить дальше, налаживать нормальные связи, как дипломатические, так и торговые. А кто-то придерживается прямо противоположной точки зрения — надо нас образцово-показательно наказать, дабы другим неповадно было. Вернуть свое, так сказать.

— Ну и на чьей же стороне перевес, сяньшэн?

— И ты опять-таки будешь смеяться, мой виртуальный друг, но ни на чьей! — нервно хмыкнул я. — Такое ощущение, что паритет. Хрупкое, неустойчивое, но равновесие. А самое парадоксальное в текущей ситуации, это то, что вайгожэнь… готовят две мощные флотилии. Параллельно. Вот только задача пока не ясна: либо силовая поддержка торговой делегации с демонстрацией флага, либо реально вторжение и попытка вернуть контроль над системой Иддии.

— Подстраховываются, сяньшэн.

— Именно.

— А что Блюстители? — добрался до самой больной темы Лиу Цзяо.

— Пока никак себя не проявили. И это, как ты понимаешь, самое поганое.

— Почему, сяньшэн?

— Потому что мне не даёт покоя способ, которым они закинули десант Пестрых на Ликею, — пояснил я. — Ну и второй момент — как именно они тебя отследили? Какие средства для этого задействовали? И могут ли отслеживать дальше? Ну и самое главное, я не понимаю их мотивации. Тех же Хранителей могу понять, а Блюстителей… увы!

— Сочувствую, сяньшэн. Не хотел бы я оказаться в столь щекотливой ситуации…

— Так уже, мой виртуальный друг! — ухмыльнулся я. — Раскачивайся побыстрей, действовать нужно было даже не вчера, а неделю с лишним назад!

— Я не мог, сяньшэн. По независящим от меня причинам.

— Так я и не в укор! — отмахнулся я. — Просто расчувствовался!

— Настолько рады меня… видеть? — не поверил своим ушам Ли.

— Ты ещё спрашиваешь⁈ — возмутился я. — У меня друг выжил! Которого я уже похоронил!

— Что ж… пожалуй, теперь в моём арсенале появился ещё один довод в пользу продолжения существования, сяньшэн.

— Просто признайся, что тоже рад! — прервал я разглагольствования искина.

— И это тоже, сяньшэн. И это тоже…

Глава 1

— Снова Перикл? — удивлённо заломил я бровь.

— А ты чего-то иного ожидал? — отплатил мне

Закладка:

Дело происходило в нашем излюбленном месте встреч — бывшем тайном кабинете Сергея Аверина, том, что на территории клановой резиденции. Как-то незаметно такие вот встречи превратились в новую традицию. Впрочем, возражать я и не думал — мне всё равно, а отцу так тупо удобнее. В отличие от меня, он практически невыездной, поскольку клановая резиденция и есть его основное место работы. Это я, как бешеная блоха, мечусь с острова на остров, с базы на базу, со станции на станцию. Не космическую, разумеется, а энергетическую. И это тоже неожиданный бонус: а как иначе контролировать сложнейшую инфраструктуру, начало которой мы сами же и положили? Хорошо хоть, Алекс расстарался, снабдив нас высококвалифицированными специалистами, но это явление исключительно временное, до тех пор, пока своих не подготовим. Вернее, эти же спецы подручных из числа местных не поднатаскают. С другой стороны, временное отнюдь не означает сиюминутное, в таком вот режиме нам ещё не меньше месяца функционировать. А может, и два. На более длительный срок Заварзин вряд ли согласится, всё-таки у него на Картахене несколько важных участков оголилось. Но и другого варианта здесь и сейчас попросту нет. Да, какую-то часть гексовского оборудования мы загодя протащили (до сих пор не могу приключалово с флеботомином вспоминать без содрогания), но по сравнению с доставленным в «день Х» это даже не капля в море. Плюс оно заточено под условных «чайников», каковыми сторонние пользователи, по факту, и являются. А то, что приволок Алекс, превосходило исходные образцы на несколько порядков — как в эффективности, так и в сложности. Это всё равно, что поставить рядом бытовой бензогенератор и атомную электростанцию.

Хотя, справедливости ради, могло быть и хуже. Куда хуже. Почему? Да потому что как минимум половина планов пошла по одному месту. Мы-то думали как? Вот сейчас запустим силовой полог, и вайгожэнь как на нас набросятся! И трёх суток не пройдёт! А может, и раньше. То бишь проявят однозначно трактуемую агрессию, против которой просто-таки обязаны будут выступить власти Протектората Росс. И если не вмешаться напрямую, то хотя бы легитимизировать усилия физических лиц, частных организаций и отдельных кланов. То бишь у нас к текущему времени уже должны быть развязаны руки: хотим, наёмников привлекаем, хотим, союзы заключаем, в том числе и с Корпорацией. На этом, собственно, расчёт и строился: вайгожэнь начинают нас давить, а мы в ответ обращаемся к Заварзину, и нам на помощь является флотилия «Э(П)РОНа». Всё, что от нас требовалось — согласно предварительным расчётам, разумеется — выдержать примерно двухнедельную осаду. То есть неделя на всякие бюрократические процедуры, и ещё неделя на подготовку и перемещение боевого отряда Корпорации. Потому что заранее его, как ни крути, не соберёшь. И ресурсов лишних нет, чтобы от текущих задач отрывать, и спалиться можно не ко времени. А тут, понимаешь, полнейший облом: уже третья неделя за середину перевалила (я имею в виду, от момента активации силового полога), а вайгожэнь всё чего-то думают. Да-да, ситуация, которую я двое суток назад описывал возрождённому Лиу Цзяо, и к текущему моменту не стронулась с места. Сидим себе под силовым полем, и ждём у моря погоды. Причём зачастую в прямом смысле слова.

Впрочем, у любой обстановки есть как свои минусы, так и плюсы. Контракты с поставщиками не сорваны — это хорошо. На неустойки не попадаем, поставки продолжаются, собственные запасы в неприкосновенности. Зато при этом вайгожэнь как на нас наживались, так и наживаются. Кроме того, мы лишились медийного эффекта, потому что обделённые деловые партнеры не упустили бы возможности поднять вой на всю сеть. А так-то чего орать? Ну да, продления контрактов на перспективу нет, приходится на каждую сделку закрывать отдельный, но документооборот сейчас исключительно электронный, так что никаких проблем. Да, горизонт планирования чуть сместился, но зато и руки, в случае чего, развязаны. Ситуёвина с неустойками ведь в обе стороны работает.

Алекс с Корпорацией не могут за нас впрямую вступиться, но зато весь наш спецперсонал день и ночь занят учёбой — по факту, уже половину экспресс-курса люди одолели. Ещё пара недель, и можно будет часть заёмных спецов обратно на Картахену отправлять, хоть я и постараюсь как можно дальше оттянуть этот момент. И Заварзину хорошо, и мы от пришлых не так сильно зависим. Опять же, местных можно с чистой совестью отправлять в самоубийственные миссии, поскольку за родину собой жертвуют. А с предоставленными во временное пользование что? Лично мне совесть не позволит ими дыры затыкать. Вернее, рука-то не дрогнет, но только в исключительных случаях, до которых, как показывает практика, лучше вообще дело не доводить. Но и угрызений совести этот факт не отменяет.

Да что там говорить, даже экономика Гессионы никак на себе последствий мнимой блокады не ощутила! Конечно, это только пока, но тем не менее! Внутренние перевозки никуда не делись, наоборот, себестоимость несколько подсократилась — гексовские генераторы оказались очень неплохим подспорьем по части энергоснабжения. А внешние поставщики всё равно грузы на космических станциях скидывали, откуда уже местные каботажники доставляли их на Гессиону. Вот им стало чуть сложнее: теперь совершить посадку где вздумается (на самом деле нет, но выбор раньше был довольно широкий — около двадцати возможных точек) уже не выйдет, все летят на центральный космодром в окрестностях Новоахтарска. Просто потому, что одно «окно» в силовом пологе и обеспечивать, и оборонять куда проще, чем хотя бы два. Не говоря уже о трёх. Да, местная логистика немного изменилась, но тем, кто потерял в перевозках, батюшка с присущим ему изяществом компенсировал потери энергопоставками и кое-какими контрактами с кланом. Согласен, подачки, но подачки статусные. Да народ за ними чуть ли ни в очередь выстроился! Так что и тут всё на мази.

И так практически в любом деле: вроде что-то и поменялось, но не настолько сильно, чтобы реально напрягать. Исключение тут только одно — пытка ожиданием. Народ у нас понятливый, отец даром красноречия не обделён, так что практически ежедневные его публичные выступления пока что помогают подавить и пораженческие, и откровенно панические настроения. Но чем дальше, тем сложнее. Потому что лучше хорошая драка, чем её ожидание. Кстати, по отцу это тоже очень хорошо видно. Но наверняка только потому, что при мне он не считал нужным скрывать эмоции. Остальным же демонстрировал непоколебимую уверенность в истинности выбранного курса. В конце концов, нужно же было

Закладка:

— Скоро, — поморщился отец. — На завтра запросили разрешение на проводку охранной флотилии в десять неназванных вымпелов, а через три дня на визит посла, чрезвычайного и полномочного. Или сразу обоих.

— Хм… выигрывают время? — задумался я.

Обычно батюшка к таким вещам относится ответственно, профдеформация до сих пор даёт о себе знать, а тут даже шуткануть себе позволил. А значит, не воспринимает эту затею всерьёз. В смысле, именно как переговоры. Ну и мне не стоит.

— И это тоже, — кивнул Илья Фаддеевич. — Хотя по большей части дают нам возможность подготовиться. Старые-то процедуры по одному месту пошли, сам понимаешь. Стыдно признаться, но мы до сих пор верительными грамотами не обменялись, хотя и следовало — как-никак, власть в клане сменилась. Так что надо думать, где и когда принимать непрошенных гостей…

Н-да… ситуация.

— А кто посол? — задался я очередным важным вопросом.

— Так сам старик Банда и едет, — ещё сильнее удивил меня отец, хотя, казалось бы, куда уж больше?

Но ситуация и впрямь какая-то… двойственная. С одной стороны, выглядит всё это, мягко говоря, несерьёзно. Ещё чуть-чуть, и ситуация скатится в фарс. С другой — Цзян Байда и впрямь патриарх, для вайгожэнь он кто-то вроде моего деда Фаддея Георгиевича, живая легенда, воплощение понятия «дипломатия» в отдельно взятом человеке. Старик, но сам ещё ого-го! Любого молодого в бараний рог скрутит, если появится такая необходимость. Короче, целиком и полностью соответствует и своему имени — «Банда» означает что-то вроде непреклонного, жёсткого — и прозвищу: Байху, то бишь Белый Тигр. Я лично с ним только один раз пересекался, но и за ту пару дней, что наши делегации взаимодействовали, успел проникнуться к старикану не только уважением, но и благоговейным ужасом. Наше счастье, что до уровня клана Авериных Цзян Байда снисходил чрезвычайно редко, будучи постоянно занят разборками с конкурирующими кланами из Протектората Чжунго. А тут, понимаете, сам на переговоры напросился. Подозрительно? Да не то слово! Но и не доверять такому человеку оснований нет. Вот сынуле его, покойному Юаню, я бы ни на грош не поверил. А тут, получается, и деваться некуда. Потому что если мы сейчас возьмём и пошлём переговорщиков далеко и надолго, бойни не избежать. По той простой причине, что вайгожэнь потеряют лицо. А для них ничего страшнее и нет. Такой позор можно смыть только кровью. Большой кровью. Буквально реками крови. А нам оно, как нетрудно догадаться, не надо. Стало быть, хотим мы, не хотим, а поговорить придётся. И не просто поговорить, а с соблюдением всех принятых в среде вайгожэнь норм и правил. Собственно, поэтому нам целых три дня и дали. И это тоже повод для размышлений, потому что если бы в планах наших заклятых друзей фигурировал гарантированный конфликт, они бы заявились внезапно, без предупреждения. И получили бы железный повод для нападения. Не для нас, россов, а для Протектората Чжунго. А на Протекторат Росс им плевать.

— Что будем делать, отец? — так и не додумавшись ни до чего конкретного, поинтересовался я.

— Встречать, что же ещё⁈ — снова пожал тот плечами. — Народ для массовки я найду, охрану обеспечим, а вот с местом беда. По протоколу, их бы сюда, в резиденцию, пригласить. Но как-то не хочется…

— Согласен, резиденция не вариант, — кивнул я. — Считай, основной центр управления планеты оголим. Нельзя под удар подставляться. Очень может быть, что они как раз на это и рассчитывают.

— Только не старик Байху, — мотнул головой отец. — Этот на такое не согласится. Ему репутация дороже. И собственное лицо сохранить даже важнее, чем лицо клана.

— Так речь и не о Цзяне! — отмахнулся я. — Но ты можешь гарантировать, что его не сыграют вслепую? Например, самим пожертвуют? Больше чем уверен, что он для многих своих как кость в горле.

— Да, такого исключить никак нельзя… ладно, будем страховаться! — решил Илья Фаддеевич. — Понятно, что старика от злобы скрючит, но такое он проглотит… если, конечно, чем-то скомпенсировать. Например, пышностью свиты и дарами.

— И это ещё одно слабое место, отец. Получится, что мы цвет клана под удар подставим, если вайгожэнь что-то нехорошее задумали.

— Примем повышенные меры безопасности! — рубанул рукой воздух батюшка. — Два… нет, три генератора поля установим! Чтобы уж с гарантией! И народ сразу же после торжественной части разгоним.

— Осталось ещё как-то родовичей на церемонию затащить, — вздохнул я, прикинув сложность задачи. — Ради каких-то залётных вайгожэнь от дел отрываться… раньше этим всем Елагины занимались, а теперь получается, что никому покоя нет? Ну и нафига им куда-то идти?

— Пойдут как миленькие, — заверил отец. — Заодно и посмотрим, кто как рвение проявляет. Отделим, так сказать, котлеты от мух. И сделаем выводы.

Хм… а ведь и правда! Опять же, по поведению представителей отдельных родов вполне можно будет спрогнозировать исход встречи в верхах. Позовём-то мы всех, без исключения. Даже Авериных. Вернее, особенно Авериных. И под шумок, если дадут хотя бы малейший повод, самых одиозных ликвидируем, свалив убийство на вероломных гостей. Но это, понятно, вариативно. Может, и вовсе без жертв обойдётся. И тут я только «за». Хватит уже мертвецов, даже таких мерзких личностей, как братья Аверины.

— То есть ты предлагаешь какое-то укромное местечко, где можно заблокировать окрестности и пресечь попытку прорваться к той же столице, например? — подвёл я краткий итог предыдущим выкладкам.

— Именно, сын. Есть у тебя такое на примете?

— Только Ликея в голову и приходит, но туда вайгожэнь на пушечный выстрел подпускать нельзя, — отмазался я. — А других подходящих мест во владениях Елагиных и нет…

— Сын? — как-то странно покосился на меня батюшка.

— Чего?

— А ты когда уже глобально мыслить начнёшь, а?

— Тьфу ты! — хлопнул я себя по лбу. — Ну да… теперь вся Гессиона суть владения Елагиных. Выбирай, не хочу! Тогда давай прикинем…

— Другой разговор! — оживился отец. — Эй, Перикл!

—

Закладка:

Кстати, меня на переговоры не пригласили. Вайгожэнь так и заявили — говорить будем лично с главой клана, и никем более. Тет-а-тет, без секретарей, референтов, переводчиков и прочей шушеры. Охрана в прилегающем помещении, и на этом всё. Переговорщики же общаются исключительно с глазу на глаз. Оно и понятно — старик Байху не просто зол, он ещё и в прострации, поскольку до сих пор поверить не может, что его родной клан вкупе ещё минимум с парочкой опрокинули через известный орган. И ведь кто⁈ Какие-то там выскочки Елагины! Грохнули, понимаешь, старых и проверенных партнёров в лице братцев Авериных, и теперь на себя одеяло перетягивают! Прекрасно всё видит, адекватно оценивает, но поверить не в силах. Разрыв шаблонов, он такой. Так что беседа предстоит жаркая, что Цзян Банда будет давить, не выбирая выражений, что батюшка отгавкиваться. Нельзя такое на люди выносить, категорически нельзя. Даже если эти люди исключительно близкие, сын, там, или ближайшие доверенные помощники. Отсюда и категорическое условие конфиденциальности. Даже «нейры» должны быть деактивированы. Переводчик в нашем случае ни к чему, что Байху росским, что отец путунхуа владеют на очень высоком уровне.

Единственное, чего наши оппоненты не учли, так это наличия у нас целого выводка, или, по меткому выражению Евгения Викторовича, этноса искинов, способных работать в режиме «единения». Так что лично мне и подслушать, и подсмотреть никакого труда не составит — отцовский Перикл уже, кхм, слился в экстазе с Лиу Цзяо. И пусть функционал «нейра» ему недоступен, но достаточно и косвенных признаков — колебания барабанных перепонок, движения глазных мышц и вибрации голосовых связок. А дальше дело техники, то бишь типовых алгоритмов анимации и речевого синтеза. Проще говоря, Ли вывел в «дополненную реальность» картинку из глаз Ильи Фаддеевича, сопроводив её звуком. И хрен нас прищучишь — у вайгожэнь попросту нет технологии, позволяющей засечь взаимодействие формально вырубленного «нейра» с аналогичным гаджетом. Ведь оное взаимодействие осуществляется в абсолютно другом волновом диапазоне.

Короче, я всё видел и слышал. Но только я, и никто больше, хотя поблизости ошивались ещё трое владельцев искинов — Евгений Викторович, Милли и дядька Митяй. Но у тех своя задача: в режиме «третьединения» мониторить обстановку, в том числе в ближнем космосе через соответствующий функционал орбитальных ракетных платформ. Ну и Толян, про которого в суете последних трёх дней все как-то позабыли, включая и меня, по-прежнему бдел — это, если кто вдруг запамятовал, его основная задача. И от внимания бывшего «иновселенца» наша сетевая активность не ускользнула. Пришлось и его дополнительно озадачивать, что, впрочем, ему только на пользу — хотя бы из катакомб соизволил на свет божий выползти. Мне, конечно, тоже интересно, чем это он там таким занят, но, блин, некогда выяснять! Не самоуничтожился, и ладно. Значит, ничего против нас не замышляет, и уж тем более не претворяет зловещие замыслы в жизнь. Скорее всего, он таки умудрился провалиться в одну из «мембран», но прямых доказательств у меня не было. Да и главный сопутствующий признак — потеря связи — отсутствовал. Уж это бы тот же Кумо засёк, когда стал проверять логи с ракетных платформ. И наверняка бы меня предупредил, потому что это гораздо важнее, чем сохранить видимость приличий. Я и без того прекрасно знал, что Алексов искин и не подумал убраться из нашей оборонительной системы. Разве что сейчас предпочитал напоказ не действовать. И на том спасибо.

На глаза гостям я, естественно, показываться даже и не подумал. Ещё чего не хватало! Так что свалил с террасы заранее, когда батюшка со стариком Байху ещё только были на подходе. Благо куда идти, знал прекрасно — мы накануне немало поломали головы, какое именно из роскошных внутренних помещений задействовать в качестве переговорной комнаты. Так-то вообще без проблем — выбирай любую! Что же касается конфиденциальности, то существуют многочисленные технические средства, позволяющие обеспечить изоляцию от окружения даже в самом людном месте. Однако же в этот раз задача стояла не оправдать ожидания визитера, а не навредить самим себе. Если помните, я тут как бы на подстраховке, чтобы в случае чего «провалить» отца в «изнанку». А значит, мне нужен к нему свободный доступ. Которого утверждённый протокол вовсе и не подразумевал. Проще говоря, мне придётся торчать за пределами помещения, хоть с остальной охраной, хоть где-то ещё. А это неприемлемо. Категорически. Отсюда и проблема — как страховать Илью Фаддеевича? Выход нашёлся, где не ждали — по этому параметру больше всего подошёл будуар Семёна Аверина, младшего из трёх братьев поколения бывшего главы клана. И оказался наш Сёма тем ещё затейником, поскольку оборудовал даже не будуар, а откровенный альков специальной комнатушкой для… занятий вуайеризмом. Ну, или не он, а кто-то из остальных братцев — либо средний Степан, либо сам безвременно почивший Сергей. Хотя в последнее верится с трудом. В общем, не суть. Главное, что я мог там с относительным удобством разместиться, и в случае грандиозного шухера в буквальном смысле слова свалиться отцу и Цзяну на головы, проломив тоненькую перегородку, замаскированную под фреску над изголовьем кровати. Которую мы, конечно же, вынесли прочь, равно как и всю остальную мебель, заменив убранство парой роскошных кресел и не менее роскошным журнальным столиком. Роспись же и прочие излишества маскировать не стали — тупо некогда, да и ни к чему, у Семёна неожиданно оказался неплохой художественный вкус, так что до пошлости при оформлении логова он не опустился. Вполне нормально, я считаю. А если ещё принять во внимание тот факт, что доступ в гнёздышко потенциального вуайериста мы получили исключительно благодаря Лиу Цзяо, который в мгновение ока взломал локалку виллы, да ещё и владельцев о том в известность не поставили, то вариант просто шикарный. Главное, не запалиться, пока по узкому и крайне неудобному лазу пробираешься.

Закладка:

— Впрочем, вернёмся в момент первого контакта, сяньшэн, — отвлёк меня от посторонних мыслей Толян.

— Изволь.

— «Слеза ангела» сработала, её резонирующая оболочка послужила ретранслятором, и реципиент вышел из медитативного состояния.

— Ага, зенки разул — а тут «кракозябра»! — не сдержался я. — Вот ору-то было!

— Ответ отрицательный, сяньшэн. Я сам такого не ожидал, но… реципиент не испытал страха. Ни малейшего! — подчеркнул Толик. — Мало того, он мне… обрадовался! Сходу обозвал «духом гор» и заявил, что ждал этого много десятков лет! Всю жизнь готовился! И вот, наконец, удостоился чести! Несмотря на тот факт, что некий выскочка-юнец лишил его статуса куму-пойаи и отобрал более мощный амулет! Это ведь вы были, сяньшэн?

— Не, ну а чё он⁈ — возмущённо выдал я.

— Понимаю, сяньшэн. Реципиент своим поведением спровоцировал вас на превентивные действия.

— Вот-вот!

— В этом плане я могу вас понять и простить, сяньшэн.

— Толян, не нарывайся! — погрозил я Агуэю пальцем.

— Извините, сяньшэн, — повинился бывший «иновселенец». — В общем, реципиент не только не стал сопротивляться моей попытке подключиться к его мозгу через «слезу ангела», он ещё и помог, воспользовавшись специализированной медитативной техникой.

— Что ж… — задумался я, — и хотелось бы тебе хоть что-то предъявить, да не получается! Агуэй реально сам нарвался. Осталось только решить, что с вами теперь делать. С обоими.

— Я приму любое ваше решение, сяньшэн.

Конечно примешь, куда ж ты денешься? Но вслух я этого, естественно, говорить не стал. А ещё намотал на ус, что ушлый Толян способен дотянуться до моих мозгов через «слезу». И что надо бы теперь поосторожней. Слышишь, Ли?

«Ответ положительный, Ван-сяньшэн, — отозвался тот на закрытом канале. — Методика противодействия разрабатывается».

Вот и славно… кста-а-а-ати!

— Толян?

— Да, сяньшэн?

— А когда ты это всё успел-то? Вроде бы занят был, обороной рулил, вайгожэньские корабли сбивал?..

— Контакт с реципиентом произошёл позже, примерно три часа назад, сяньшэн, — легко отмазался Анатолий.

— Понятно.

Н-да. И что теперь с ними делать? С одной стороны, опасно оставлять в распоряжении Толика столь мощный ресурс, как шаман. Слишком много старикан знает. С другой — а с чего я решил, что Толян уже не разжился всей этой инфой? Напрямую, конечно, можно спросить. Но где гарантия, что бывший «иновселенец» не соврёт? Нет такой гарантии. Опять же, проблема с поиском тела для «проживания» Толкователя сама собой решилась… а, ладно! Раз уж прозевал момент, то и жалеть не о чем. Ну да, одного из рычагов воздействия на Толика лишился. Ну и что? Ему всё равно деваться некуда. По Ликее пусть себе разгуливает, а в любом другом обитаемом месте он как бельмо на глазу. И нигде ему ни спрятаться, ни скрыться. СБ постоянно будет в курсе. И я, соответственно, тоже.

— Ладно! — решительно хлопнул я по столу ладонями. — Раз старый дурень не возражает… не возражаешь ведь? — уточнил я.

— Ничуть, юнец! — отозвался на «пиджине» бывший куму-пойаи.

— Если выживший из ума болван не возражает, то и хрен с вами! — заключил я. — Развлекайтесь!

— Разрешите уточнить, сяньшэн? — снова перехватил управление тушкой Толян.

— Валяй!

— Насколько широки рамки этого вашего «развлекайтесь»?

— Никого не убивать, — принялся перечислять я, — никому не хавать мозг, никого не принуждать к нежелаемым действиям! Любое взаимодействие с окружающими сугубо добровольное и одобренное с их стороны! А если не дай бог что…

— Понял вас, сяньшэн, — торопливо перебил меня Толик. — Но я немного о другом. Меня интересуют скорее некие материальные блага…

— Боюсь, Анатолий, у столичных ресторанов доставки на Ликейский архипелаг нет, — наконец, врубился я. — Если только что-то мало портящееся… вино, там, или копчёности…

— Было бы очень неплохо, сяньшэн… но, сами понимаете, я крайне стеснён финансово, — пригорюнился «иновселенский» гедонист. — А добывать средства доступными мне способами вы запретили…

— Короче, можешь не продолжать! — прервал я стенания Толика. — Оформляй заявки через сервер СБ, код у тебя есть! А я буду смотреть и оплачивать.

— Спасибо, сяньшэн!

— И это, не шикуй особо!

— Я постараюсь сдерживать аппетиты, сяньшэн.

— Вот и посмотрим! — закруглил я разговор. — Но лимит я тебе однозначно ограничу, просто потому, что поощрения ещё нужно заслужить. Так что будь бережлив.

— Да, сяньшэн.

— И местных не обожри!

— Да, сяньшэн!

— И не дай бог кто из бабья на тебя пожалуется!

— Да, сяньшэн!

— Всё, достал! — поднялся и из-за стола. — Развлекайся, но и об основных обязанностях не забывай.

— Ни в коем случае, сяньшэн!

Ф-фух… вроде бы разрулил… пока. Но вот уж ни думал, ни гадал, что придётся такой тупой фигнёй страдать. Со стороны глядя — пришелец из другой вселенной, а потребности такие… откровенно скажем, мелкие! Прямо когнитивный диссонанс. Или это Толик просто переигрывает, и несоответствие мне глаз режет? Ладно, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не орало…

И с этой мыслью я «просочился» в «изнанку», поленившись даже выйти из хижины. Хотя тут больше сыграло нежелание шокировать местных обитателей спецэффектами, сопровождавшими процесс переноса в «хаб»-единичку. А оказавшись в привычной «сотовой» сфере, завис, как это обычно и бывает, в её центре. Да-да, фокусировкой на какой-нибудь конкретной «мембране» и «нырком» через неё же я не озаботился. По той простой причине, что мне нужно было кое-что обсудить с ближайшим соратником в приватной обстановке.

— Ли? — вслух позвал я.

— Да, сяньшэн? — тем же манером отозвался искин.

Спрашиваете, к чему такие заморочки? Да всё к тому же, к конспирации. Во-первых, из «изнанки» нет связи с планетарной сетью, так что Толик

Закладка:

— А вы зрите в корень, профессор! — похвалил я собеседника. — Если проанализировать некие события за последние несколько месяцев… пожалуй, мы наблюдаем постепенное усиление мер воздействия. То есть сначала нас пытались ограничить административными способами — когда отжимали груз на таможне, к примеру. Потом пустили в ход средства помощнее — заговор Авериных, направленный на дробление и поглощение рода Елагиных. Но просчитались, поскольку я к тому времени владел некими незадокументированными возможностями, и только благодаря им сумел навязать покойному Сергею судный поединок…

— А вот это и был «чёрный лебедь», мой мальчик! — перебил меня Эйген. — Только не для нас, а для Авериных.

— Вот-вот! — поддержал я профа. — Ну а дальше вы знаете: план «Герилья», развёртывание планетарной обороны, визит дипломатов, покушение на острове Монплезир… чёрт!

— Что, Ваня?

— Когда мы только развертывали силовой полог, нас с Алексом пытались убить, высадив десант на Ликее, — пояснил я. — И это несмотря на эшелонированную оборону! Но там штурмовики Авериных применили неизвестную технологию… ну, как неизвестную? Микропрыжки, которые широко используются гексами для перемещения внутри кораблей-Ульев, но которые не применяются людьми в связи с опасностью для инфраструктуры и человеческих жизней…

— Ты сам себе противоречишь, мой мальчик! — слегка попенял мне Эйген. — Раз ты понимаешь принцип, значит, технология не является неизвестной.

— Это да! Но потом, когда вайгожэнь атаковали Монплезир… они снова использовали… нечто. Мы так и не поняли, что именно, но оно позволило им проделать отверстие в полевых защитных структурах! Такой технологии у людей точно нет. А значит, её предоставил кто-то ещё. И вероятнее всего, что те же Блюстители, поскольку введение новых сущностей противоречит принципу Оккама, которого я предпочитаю безоговорочно придерживаться.

— И правильно делаешь, мой мальчик! Ну и как же мы справились с этой угрозой? — уточнил проф. — Ведь мы справились?

— Конечно! Иначе мы бы тут с вами не разговаривали, Евгений Викторович!

— Вот видишь! Ну и как же мы справились?

— При помощи ещё одной неизвестной технологии, — нехотя признал я. — Той самой, что планировалась к использованию изначально, но теперь её применение проблематично в связи с пристальным вниманием всего Протектората Чжунго. Ну и Протектората Росс до кучи. Я имею в виду «мерцалки», которые нам предоставил Алекс.

— И ты снова противоречишь самому себе, Ваня! То говоришь, что технология была применена, то сразу добавляешь, что использовать её нельзя.

— Нельзя, проф, — сокрушённо вздохнул я. — Но, как говорится, если очень хочется, то можно. Иными словами, нас загнали в угол и прижали к стенке. Нам пришлось. Но тут сыграл второй фактор: наш противник тоже играл не по правилам. И именно он начал первым. Таким образом, ситуация свелась к ничейному результату: вайгожэнь не достигли своей цели с первого наскока, но и мы лишь отсрочили неизбежное. Соответственно, широкой огласки случай не получил. Но это лишь одна причина. А вторая — у альянса кланов нет железных доказательств применения именно «мерцалок», и именно производства Корпорации. Ведь никто ранее не задействовал их в атмосфере обитаемой планеты, все зафиксированные случаи использования имели место в открытом космосе. Так что… при некоем сходстве, полного тождества нет. Соответственно, нам и предъявить нечего. Пока что.

— То есть вы, мальчик мой, рассчитывали, что конфликт не выйдет за пределы системы Иддии, а его участники предпочтут держать подробности в тайне, но на деле получилось ровно наоборот? — резюмировал Эйген.

— Именно так, профессор. Мы планировали перехватить бразды правления у Авериных, потом превратить Гессиону в хорошо защищённую от атаки извне крепость, и на последнем этапе нанести инфраструктуре и флоту вайгожэнь неприемлемый ущерб. Такой, чтобы стало экономически невыгодно продвигать прежнюю политику.

— И вы думали, что вайгожэнь просто… уйдут⁈ — изумился Евгений Викторович.

— Вовсе нет! — моментально отпёрся я. — Мы планировали принудить их начать переговорный процесс и выторговать для себя более приемлемые условия. Ведь в чём, в сущности, основная наша проблема? Правильно, в заградительных пошлинах! Ну и в монополизации межсистемных перевозок кланами вайгожэнь. То есть чистая экономика. Мы же не собирались изгонять кланы совсем! Всё, чего мы желали — чтобы они немного подвинулись, сохранив доступ на наши рынки на паритетных условиях с другими игроками. Но…

— Понимаю, — задумчиво покивал Эйген. — Внезапно выяснилось, что дело вовсе не в экономических причинах. У нас в системе есть нечто неизмеримо более ценное, чем морепродукты. И я даже догадываюсь, что именно.

— Угу, — угрюмо поддакнул я. — И кое-какие вновь вскрывшиеся обстоятельства позволяют думать, что текущая попытка нас подмять далеко не первая. Я думаю, третья. Первая имела место в самом начале колонизации, когда кто-то — не будем показывать пальцем, но наверняка гексы — затабуировали для аборигенов Ликеи всё, что только можно, а вторая — когда к власти пришли Аверины, неестественно лояльные к вайгожэнь. Поэтому от нас не отстанут. Давление будет нарастать и дальше. В конце концов нас вынудят к применению средств массового поражения уже в космосе, и тогда против нас ополчатся все Протектораты. Против нас и против Корпорации. А иного варианта я пока не вижу. Ну, кроме глухой обороны.

— То есть сидеть на Гессионе и отбивать десанты, которые можно ждать в любой точке планеты? — вычленил суть Леркин дед.

— Именно так, Евгений Викторович. И не факт, что в следующий раз мы успеем, во-первых, перехватить всех, а во-вторых, вообще среагировать вовремя. В случае с Монплезиром мы просто ожидали чего-то подобного, а потому сконцентрировали поблизости достаточно боевой техники. Ну и в довершение всех бед наши ресурсы далеко не безграничны. Альянс кланов может взять нас измором, потому что, как мы уже выяснили, финансовый фактор для них не играет роли, — с горечью заключил я. — Вернее, для

Закладка:

— Простите, Иван Ильич…

Фига се! Да он реально напрягся! И взгляд в пол, и голова опущена! Того и гляди, уголки губ начнут дёргаться, что, как я уже давно выяснил, первейший признак душевного раздрая дорогого профессора! И ведь наверняка о последствиях подумал, только не для себя самого, а для внучки и грядущего правнука, совершенно упустив из виду тот факт, что и Лерка, и будущий наследник, в отличие от Эйгена, мне совсем не чужие люди. Нет, так не пойдёт! Не хватало ещё, чтобы мой научный эксперт стресс словил!

— Да ладно вам, Евгений Викторович! — смягчился я. — Понимаю, вам сейчас сложно. Но, прошу вас, привыкайте быстрей. И не вздумайте заявить что-то в этом духе другому аристо. Последствия я предсказать не возьмусь. Могут и на дуэль вызвать, и не до первой крови, а насмерть!

— Хорошо, Иван, я учту… — сник Эйген. — Вернее, постараюсь. Но и ты… проклятье! Какой-то всплеск эмоций, случайность, а чуть не привела к печальным последствиям… ну так что? Я пойду?

— Идите, — кивнул я. — Только один момент, проф!

— Да, мой мальчик? — окончательно вернул самообладание тот.

— Ли будет за вами присматривать, — поставил я в известность собеседника. — В смысле, постоянно, через Христофора. И в случае чего поможет. Ну, вы поняли — если Толик вдруг что-то недоброе замыслит. Так что имейте это в виду.

— Как скажешь, мой мальчик! — и не подумал возразить Эйген. — Но, может быть, я заодно задействую твоего Лиу Цзяо в «единении»? Раз уж он всё равно за нами будет, как ты выразился, присматривать? Дабы исключить любые случай…

Леркин дед вдруг замолчал, прервавшись на полуслове, а на его лице отразилась лихорадочная работа мысли.

— Евгений Викторович? — позвал я.

— А?.. — очнулся тот.

— О чём задумались?

— О случайностях, мой мальчик. О случайностях.

— Ну и что же надумали?

— Не знаю, станет ли это для тебя откровением, Ваня, — окончательно вернул рабочий настрой проф, — но… а ведь мы с тобой, по сути, и есть «чёрные лебеди»! Я имею в виду, для Блюстителей! Сам посуди: сначала мой грант, потом наша с тобой встреча на «Наваге», потом симпатия, возникшая между тобой и Валерией… целая череда случайностей, предсказать которые решительно невозможно!

— А ещё пропойца Лукиньо и Агуэй, — подхватил я. — И как результат, к тщательно охраняемому и скрываемому от посторонних артефакту получает доступ не какой-то, извините, хрен с горы, а целый наследник рода! Аристократ, который спит и видит, как бы спровадить с родной планеты захватчиков! Понятно теперь, чего это они засуетились…

— Но это не самое плохое, Иван.

— Действительно? — покосился я на профессора с изрядной долей иронии во взгляде. — А что тогда?

— Баланс, мой мальчик. Вселенная не терпит дисбаланса. И стремится восстановить равновесие тем или иным способом, — закончил мысль Эйген.

— А как же накопление энтропии? — парировал я. — А как же стремление любой системы к хаосу?

— А кто тебе сказал, мой мальчик, что это не есть часть баланса, только на вселенском уровне?

Н-да. Уел. Ну и что тут скажешь? Разве что…

— То есть вы, Евгений Викторович, намекаете, что теперь… наша очередь? — озвучил я только что возникшую мысль. — В смысле, ждать подвоха со стороны Блюстителей?

— Таков закон подлости! — развёл руками профессор. — Но ты не расстраивайся, кто предупреждён, тот вооружён.

— Н-да, успокоили…

Теперь настала уже моя очередь глубоко задуматься. И чем больше я размышлял, тем больше убеждался, что профессор прав. Неприятности нарастают снежным комом… и как их избежать, решительно непонятно.

— Посмотри на это с другой стороны, мой мальчик, — вернул меня к реальности голос Эйгена, — ведь если наш неприятель применит… нечто, то это ведь развяжет нам руки? Верно? В том плане, что мы тоже получим право ответить… адекватно ситуации?

— Эх, профессор, вашими бы устами! — сокрушённо покачал я головой. — Поверьте, уж лучше обойтись без таких поводов.

— Сам не хочу, Ваня! — заверил Леркин дед, и снова вопросительно на меня покосился, мол, пойду, что ли?..

Ну а дальше вы уже знаете: профессор Эйген отправился по своим делам, а я, соответственно, по своим. И настолько погряз в текучке, что только сейчас и вырвался. И то исключительно по долгу службы. Надо же кому-то дам сопроводить? Надо. Отцу, как известно, некогда. И остается кто? Правильно, ваш покорный слуга. Который в данный конкретный момент, кстати, сопровождал задумчивым взглядом поднявшуюся на антигравах яхту. Ещё немного, и судёнышко, совершив предстартовый манёвр, перелетит в соседнюю бухточку, продавит корпусом «мембрану» и буквально через мгновение окажется в укромном «пузыре», откуда до Картахены рукой подать. То бишь очень скоро женская часть рода будет в куда большей безопасности, чем все мы — те, кто остался на Гессионе. И хорошо, если дальше всё пойдёт по плану, то бишь вайгожэнь станут давить по всей системе, а мы будем обороняться на «шарике». А если нет? А если проявится пресловутый «чёрный лебедь»? И что тогда? Куда бежать? За что хвататься? Вопросы, вопросы, одни лишь вопросы. И никаких ответов.

— Ван-сяньшэн? — вывел меня из угнетённо-философского состояния голос Лиу Цзяо.

— Что⁈ — встрепенулся я.

— Поступила срочная информация от системы мониторинга пространства. Открыть файл?

— Слушай, хватит меня пугать! — возмутился я. — Когда ты вот так говоришь, всегда какая-нибудь пакость случается! Причём такая, что ты не берёшь на себя ответственность за дурные вести!

— Да, сяньшэн, это именно так, — и не подумал оправдываться искин. — Такое поведение в текущих условиях я считаю наиболее рациональным.

— Ладно, хорош мне зубы заговаривать! — буркнул я. — Что там?

Закладка:

Тем не менее, референта я выслушал с выражением лёгкой брезгливости на лице, под конец его спича преобразившемся в высочайшее неудовольствие. Правда, на словах возражать и не подумал, равнодушно бросив в ответ:

— Извольте!

Ну а дальше дело техники: ткнуть в кругляш «нейра» пальцем, выдержать две секунды, да подтвердить переход гаджета в требуемый режим.

— Прошу прощения, господин, но мы должны удостовериться! — заявил секретарь.

В этот раз отвечать я не стал, просто окинул наглеца презрительным взглядом и чуть задрал подбородок, открыв доступ к «нейру». Каковой референт и просканировал собственной приблудой, после чего удовлетворённо кивнул и сделал широкий жест рукой вглубь коридора:

— Прошу следовать за мной, господин Елагин! И можете называть меня Жэнь.

Я чуть не поперхнулся, услышав такое. Фига се! Понятно, что этот вот типус не самая великая шишка, но чтобы самого себя звать просто «человеком»? Ведь именно так его имя и переводится на росский! Впрочем, а не пофиг ли? Именно что пофиг. Но я всё же на всякий случай уточнил:

— Жэнь, э-э-э?..

Типа, это имя, или фамилия?

— Просто Жэнь, господин Елагин, — ещё раз склонил голову референт.

Кстати, надо отдать типу должное — его росский был почти безупречен. Ни малейшего акцента, разве что чуток высоковато для мужика. Но у вайгожэнь это обычное дело.

— Идём, — буркнул я, утратив к сопровождающему всякий интерес.

И без того ясно, что этот типчик из той же породы, как, скажем, и наш дядька Митяй. Или тот же Влад Пахомов. Просто эти двое из руководящего состава, а потому могут себе позволить некую неброскую индивидуальность, а данный конкретный экземпляр — служака действующий обыкновенный. Разговаривать с таким о чём-то, что не входит в его служебные обязанности, попросту бесполезно. Так что вариант ровно один — шагать следом, запоминая маршрут. Искин искином, но и самому плошать не следует. Плюс наработанная долгими годами привычка.

К слову сказать, в этой части «Иддии-4» я уже бывал неоднократно. Одно из преимуществ дипломатического статуса — нам нет нужды таскаться через общую таможню и общие же пассажирские терминалы. Всегда только частные VIP-зоны, и исключительно по высшему разряду. Потому что как бы вайгожэнь к нам с отцом ни относились — хоть презирали, хоть ненавидели — а внешние приличия есть внешние приличия. Особенно если мы их неукоснительно придерживаемся, то есть вправе ожидать аналогичного отношения. Вот и привык я даже на самых загруженных трафиком станциях перемещаться предельно быстро — хоть на своих двоих, хоть на внутреннем транспорте. Конкретно на нашей «транзитке» в индивидуальных монорельсовых капсулах нужды попросту не было, в отличие от той же Картахены. Всё же масштабы не те. Да и сам VIP-сектор не сказать, что поражает размерами. А посему пешочком, не слишком торопясь, но и не подтормаживая, как в таких случаях выражался мой почтенный батюшка.

Что ещё интересного? Да ничего, разве что тотальная безлюдность по маршруту следования. Такое ощущение, что вайгожэнь специально всю обслугу из «випки» выперли, чтобы я никому на глаза не попался. Ну и они мне, соответственно. А ну как я умудрюсь взглядом или жестом важную информацию передать, кому не следует? Параноики хреновы. А с другой стороны… так даже проще. Ну и спокойнее. Знай себе, шагай за референтом, да на бронированных обломов старайся не оглядываться, хоть те и топают преизрядно. Ну и ещё странно, что меня не стали обыскивать. «Нейр» просканировали, и на этом успокоились.

Впрочем, данная странность довольно скоро получила объяснение: минут через пять неспешного шага по петляющему коридору мы достигли-таки пункта назначения — вполне может быть, что лишь промежуточного. Почему я так решил? Так уж очень комнатушка, куда меня запустил референт, предупредительно придержав распашную дверь, походила на приёмную камеру здоровенного стационарного сканера. Ещё больше мои подозрения окрепли, когда Жэнь безукоризненно вежливо попросил:

— Будьте любезны, господин Елагин, подождите здесь. Скоро за вами придут.

Отвечать я, естественно, не стал, просто окинул комнатушку взглядом, обнаружил пару кресел, и молча устроился в ближайшем, проигнорировав прикрывшего дверь с той стороны референта. Единственное, в сердце нехорошим предчувствием кольнуло: а ну как запалюсь с кое-какими незадекларированными вещичками? Хотя не должен, мы это дело проверили. И ничего не обнаружили, хоть и знали, что именно надо искать.

Ждать пришлось не меньше четверти часа. А потом последовал сюрприз: открылась вторая дверь, превращавшая комнатушку в проходную, но за ней никого не оказалось. Один лишь пустой коридор с предусмотрительно зажжёнными стрелками на стенах, недвусмысленно указывавшими направление. Хотя со стрелками новые хозяева станции могли бы и не напрягаться — направление тут единственно возможное. Ну а поскольку никаких больше признаков жизни не появилось, равно как и дополнительных инструкций, я выпростался из кресла и неторопливо побрёл дальше — судя по картинке, выведенной Лиу Цзяо прямо на зрительный нерв, меня вели к особо охраняемой зоне, где обычно коротали время между пересадками самые важные гости станции. Ну, или особо опасные, которых следовало изолировать от остальных пассажиров и даже команды.

Спрашиваете, чем же она такая особенная? Так многофункциональностью и универсальностью. Если встречают важного гостя, активируется внешний охранный контур, и в результате в занятый кабинет повышенной комфортности даже станционная крыса не проскользнёт незамеченной. Ну а коли пожаловал кто-то опасный, то врубают, соответственно, внутренний контур, который при малейшем подозрении на попытку бегства помножит постояльца на ноль перекрёстным огнем нескольких плазмеров, да ещё дополнительно током от души шандарахнет. В особо же сложных случаях можно включить оба контура разом, обеспечив части постояльцев защиту, а оставшимся — контроль. И, судя по всему,

Закладка:

— Не очень много, сяньшэн, — начал было юлить Толян, но потом махнул рукой — агуэевской, разумеется! — и выложил, как на духу: — База обширная, но понять… вернее, расшифровать пока что удалось всего ничего. По большей части ту информацию, что имеет отношение к обитателям вашей… то есть уже нашей, вселенной. Пространства ПВ. И про гексаподов там достаточно сведений. У меня даже сложилось впечатление, что неведомые творцы Паутины их опасались, и поэтому изучали особенно пристально. Переслать вам расшифровки, сяньшэн?

— Сколько там? — невольно заинтересовался я.

— Мелочь, около двадцати терабайт, — заверил Толик. — В основном тексты.

— Фига се! — присвистнул я. — Ли?

— Не хотелось бы в данный момент отвлекаться на несущественные детали, сяньшэн, — в очередной раз поразил меня «виртуальный помощник».

Старый Лиу Цзяо в такую возможность вцепился бы моментально. И плевать, что не ко времени. А нынешний, гляди-ка, в рациональность ударился! Вернее, даже не в рациональность, любой искин ею руководствуется. А… пожалуй, научился выделять главное и жертвовать второстепенным.

— Ладно, убедили! — буркнул я, снова скосив взгляд на картинку с камеры. — После займёмся!

А там, между тем, разворачивалась очередная драма: Вэнь попал в отсек дезинфекции, и Ли не пожалел ни химического реагента, ни жёсткого излучения. Правда, с заранее предсказуемым, то есть никаким, результатом. У меня даже сложилось впечатление, что Гуанмин над нами посмеялся, дескать, ну что же вы, я от вас ожидал большего! Мало того, ещё и взглядом по потолку пошарил в поисках камеры наблюдения, впрочем, безуспешно. А потому потопал дальше, выломав бронированный люк. Правда, в этот раз ему понадобилось целых три удара, чтобы управиться с укреплённой кислотостойкой панелью. Ну а в том, что он уже догадался о противостоянии, сомневаться не приходилось.

И знаете что? С каждой новой ловушкой, бессильной перед Вэнь Гуанмином, мне всё меньше и меньше хотелось встретиться с ним лицом к лицу. Но и деваться некуда, потому что артефакт, блокирующий «слезу ангела», нужно вырубить. Кровь из носу, а также из любых других частей тела. Да-да, это как раз тот случай, когда приходится действовать, не жалея себя. И лучше пожертвовать частью, но сохранить целое. В общем, я смирился с тем фактом, что заруба предстоит крайне жёсткая, если не сказать жестокая, и лёгкой прогулки не получится. В идеале, вообще бы свалить куда подальше, но… именно Вэнь этому и препятствует. То есть пока я не разберусь с ним, о возвращении на Гессиону нечего и мечтать. Равно как и о любом другом варианте развития ситуации. Пока существует опасность попасть под раздачу столь мощного соперника, даже с той троицей поговорить толком не выйдет. Те будут надеяться на помощь, а я буду то и дело дёргаться, как на иголках. Нет, при таких вводных никаких переговоров не получится. А значит, Вэнь Гуанмина нужно нейтрализовать. Тут без вариантов…

— Осуществлён перехват радиообмена Цзяна Тэнфэя с капитаном объекта «Резонатор», Ван-сяньшэн! — отвлёк меня от почти панических мыслей Ли. — Они собираются пробивать «стенку» «пузыря», до начала попытки осталось около семнадцати минут…

— Нафига? — машинально уточнил я.

— Вероятно, именно столько времени требуется для накачки энергией основного резонирующего контура, сяньшэн, — высказал вполне логичное предположение Лиу Цзяо.

— Да не! — отмахнулся я. — Нафига ты мне об этом сообщил?

— Чтобы вы были в курсе обстановки, сяньшэн, — с недоумением в голосе пояснил мой искин. — На тот случай, если сочтёте необходимым что-то предпринять.

— Предпринять что? — перебил я помощника. — Ли, ты как вообще себе это представляешь? У тебя есть доступ к сети этого самого резонатора?

— Ответ отрицательный, сяньшэн, — отмазался «мини-гекс». — Но, полагаю, я мог бы попытаться… особенно при помощи «единения»…

— Сколько на это уйдёт времени?

— Недостаточно данных для анализа, сяньшэн.

— Тогда забей! — велел я. — В данный момент с этой дурой мы ничего поделать не можем. И передо мной сейчас стоит более актуальная задача — выжить! А потом… собственно, если я выживу и восстановлю функционал «слезы ангела», то проблема резонатора решится сама собой. Я думаю, где-то в течение получаса, край минут сорока.

— У вас есть план, Ван-сяньшэн? — оживился Ли.

— Есть. Вернее, у меня есть мысль, на основе которой можно разработать план. Но он будет бесполезен, пока действует «глушилка»! — отрезал я. — Так что не отвлекайся на мелочи, просто фиксируй всё происходящее.

— Принял, сяньшэн.

— И это… давай уже пену попробуй, чего тянуть?

— Процесс активирован, сяньшэн.

Н-да, это я вовремя подсуетился — как раз впереди у Вэня очередной кусок коридора, причём не такой длинный, как все предыдущие. И створки раскурочить он ещё не успел. Так что Ли снова их активировал, предварительно задействовав последнее средство борьбы за живучесть станции. А именно, ту самую пену, которой забивают все доступные полости, чтобы изолировать тот или иной отсек от смертельного дыхания космоса. Например, когда корпус пополам разломился, или целиком всю стенку вынесли — не важно, ракетой, или просто пропороли при столкновении. Суть в том, что пена впрыскивается за секунды, и за те же секунды… вспенивается, что же ещё? Но вспенивается не за счёт воздуха, а за счёт азота или ещё какого-нибудь инертного газа, не способствующего горению. Вот и сейчас защита сработала выше всяких похвал: как только штатные створки разъехались в стороны, а гильотинная поднялась вверх, Вэнь Гуанмин упёрся носом в ноздреватую бежевую стену. Впрочем, остановило его это ненадолго: для верности ткнув кулаком в препятствие и убедившись, что ударная нагрузка пену не впечатлила, Вэнь на несколько мгновений застыл неподвижно, а затем, как только защитная сфера вокруг него заиграла мелкими оранжевыми всполохами, уверенно попёр вперёд. Да-да, прямиком в толщу ноздреватой массы. И та, что характерно, раздалась перед ним во все стороны, сохраняя в целом полусферическую конфигурацию.

— Как горячий нож сквозь масло! — не сдержал эмоций Толян. — Знаете, такое, сливочное… жёлтенькое,

Закладка:

— Даже не собирался, проф! — горячо заверил я. — Любопытство — лишь одна сторона медали. А вторая — банальная меркантильность. Нужно же нам представлять, к чему приведёт использование наших артефактов, суть эксклюзивного товара высшего качества, на кислородных и богатых жизнью планетах? Вот и я думаю, что нужно. Потому что как иначе мы сможем составить список рекомендаций для минимизации последствий? Рекламации нам ни к чему, Евгений Викторович. Особенно когда речь может идти о сотнях миллиардов, и не только «орликов».

— То есть ты, Ваня, собираешься допустить расползание непроверенной технологии по обитаемому космосу⁈ — опешил Евгений Викторович.

— Скажем так: не исключаю такой возможности, — кивнул я. — В смысле, расползания технологии. Но только однозначно проверенной и обкатанной на практике.

— А обкатывать, стесняюсь спросить, собираешься на?..

— Уж точно не на отдельно взятой Гессионе! — отрезал я. — Рисковать главным ресурсом клана, да ещё и таким количеством жизней впридачу я не готов. И никому не позволю.

— Ф-фух!.. — утёр воображаемый пот со лба Эйген.

— Так что если уж пробовать, то будем пытаться закатать в «пузырь» сразу всю систему со звездой и дальним астероидным поясом, — невозмутимо добил я профессора. — Но это неточно.

И, пока тот хлопал глазами и пытался хватануть воздуха, как выброшенная на берег рыба, велел «мини-гексу»:

— Ли, вызови Эмилию. Пусть срочно перебирается на «заброшку», и чтобы при полном параде — в комбезе и с оружием. Нам теперь, как совершенно справедливо заметил профессор, стесняться нечего. Устроим альянсу весёлую жизнь!

Глава 5−4

-//-

К сожалению, уложиться с подготовительными работами, как я планировал, в двадцать, край, тридцать минут не получилось — пришлось дожидаться Эмилию, которая, как и любая женщина, застигнутая врасплох, сначала возмутилась — типа, предупреждать надо! — а потом какое-то время собиралась. Впрочем, надо отдать ей должное, время рекордно короткое — и четверти часа не прошло с момента запроса, как она прибыла на «заброшку». Как я и просил, затянутая в «Витязь-М» и с псевдокатаной за поясом. Ну и все остальные приблуды в наличии, разумеется. Кстати, если кому и жаловаться на потерю темпа, так точно не мне — я сам едва успел экипироваться до Эмилькиного появления. Ну да, сначала озаботился ЦУ, то бишь ценными указаниями, для профессора, а именно, разъяснил, что ему делать с трофейным артефактом и телом Вэнь Гуанмина. Потом выслушал его не очень убедительные возражения. И только после этого занялся собой, попутно загрузив Лиу Цзяо скачиванием кое-какой информации из разряда «для служебного пользования», причём не нашего, Елагиных, а Корпорации. И едва только Евгений Викторович утопал выполнять задание, как буквально из воздуха вывалилась Милли — она решила не ждать меня в «изнанке» и перенеслась из «таможенного поста» прямо в лабораторию, «прицелившись» с завидной точностью. Похоже, в этом искусстве ученица превзошла обоих учителей — и меня, и профа Эйгена.

На передачу информационного пакета в её «нейр» и краткий инструктаж ушло ещё минут пять, но это время не пропало без толку — мы попутно наведались к тайнику, в который я накануне запрятал «камешки», те, что приволок Агуэй под управлением Толяна, и захватили с собой по три штуки разного размера. Да, перестраховались. Но с некоторых пор я стал куда больше доверять отцовскому опыту, а потому поддался паранойе. Уж лучше перебдеть, чем недобздеть, как выражается дядька Митяй.

Ну а дальше… дальше всё просто: «просачивание» в «изнанку», переход в «хаб»-тройку, наведение из «таможенного поста» на «Иддию-4» и совместный «прыжок», пусть и только с третьей попытки. Первые две закончились неудачей из-за погрешности расчётной поправки для координат точки прибытия. Всё-таки и цель не особо крупная по сравнению с планетой, и расстояние куда больше, чем обычно. А ещё мы изрядно поторапливались, поскольку перед самым нашим «просачиванием» в Паутину вайгожэнь осуществили очередной — уже третий после моего бегства с «транзитки» — «залп» из резонатора. И на этот раз эффект ощутился даже на поверхности планеты, настолько даже не мощной, а «дальнобойной» получилась волна искривления. Тут и Лиу Цзяо поневоле всполошился, заявив, что ещё чуть-чуть, и вайгожэнь добьются своего. Ну или сдохнут в процессе, с высокой долей вероятности захватив с собой на тот свет и всех остальных обитателей системы Иддии. А нам такое на фиг не надо. Так что пришлось ускориться.

В общем, если с попытками не задалось, то с точкой выхода мы угадали весьма точно — вывалились в обнимку с Эмилией в том самом вестибюле, где я не так уж и давно устроил разборку с почившим Вэнь Гуанмином. И моментально включились в работу. Вернее, Ли включился, поскольку нам с Милли пока что делать было нечего. Всё упиралось в скорость, с которой мой искин сумеет перепрограммировать прыжковый генератор одного из спасательных ботов станции. Понятно, что местную локалку Ли уже давно под себя подмял, и за время нашего отсутствия ситуация критически не изменилась, несмотря на все старания айтишников альянса, запертых в «пузыре». Но беда в том, что у спасательных средств тройной защитный контур и крайне затейливая процедура идентификации, исключительно для того, чтобы местные подростки не смогли их угнать. Когда-то давно прецеденты случались — от скуки некоторые здесь начинали лезть на стену уже через пару недель — вот командование и озаботилось. Теперь, чтобы эвакуационные боты «проснулись», необходимо, чтобы станция действительно терпела бедствие. Ну, или капитан должен своей властью санкционировать соответствующий режим. Вот на имитацию такой команды у Лиу Цзяо и ушло больше трёх минут. А потом ещё примерно столько же на отладку подкорректированного софта генератора. Итого, с учётом «прыжка» с Гессионы, уже почти девять минут. Ещё чуть-чуть, и последует очередной «залп»… но с этим ничего нельзя поделать. Остаётся только надеяться на благоприятное развитие ситуации, то есть что до активации резонатора в нашем распоряжении имеется хотя бы пять минут. А лучше семь, потому что нам нужно примерно четыре, чтобы отстыкованный от станции перепрограммированный бот аккуратно, буквально на «цыпочках», вышел на заданную траекторию. От этого,

Закладка:

— Хватит юлить! — начал звереть Тэнфэй. — Это наверняка что-то простое, и только поэтому мы ещё не додумались… демоны!!!

— Догадался? — иронично вздёрнул я бровь. — Молодец, возьми с полки пирожок.

— То есть нужно… просто вызвать? По дальней связи? — не поверил самому себе Цзян.

— Именно, — с сожалением об упущенной возможности вздохнул я. — Странно, что ещё никто этого не сделал…

— Не посмели перепрыгнуть через мою голову, — пояснил вайгожэнь. — Я пока ещё главный, вот и…

— А ты посмотри на это с другой стороны, — посоветовал я. — Раз всё ещё тебя боятся, значит, и уважают! Какое-никакое, а утешение!

— Разве что, — страдальчески скривился Цзян. — Ладно, как появится результат, дам тебе знать.

— Жду, — заверил я.

— Жди, — хмыкнул Тэнфэй, и отключился.

Глава 6−2

-//-

— Что-то долго они, не находишь, дорогой? — как бы невзначай заметила Милли, грациозно перекинув ногу на ногу, благо кресло вахтенного офицера и не такие вольности позволяло.

— Начальство сложное… никто не хочет потерять лицо, — ухмыльнулся я, но без особой радости.

Потому что, если честно, и самому уже настаиграло торчать в командном центре «транзитки», где из всех доступных развлечений лишь наблюдение за скопищем тускловатых звёздочек в левом верхнем углу обзорного экрана. И так уже третий час.

— Так может, сбежим куда-нибудь? — внесла рацпредложение зазноба. — На ту же «заброшку», к примеру. — И добавила, как мне показалось, мечтательно: — Там сейчас как раз никого нет…

Хм… я понял, это намёк, я всё ловлю налету… ладно, пожалуй, в сложившейся ситуации можно и женщине подчиниться. Вернее, согласиться с её заманчивым предложением и выставить это согласие как потакание её капризу. И, что характерно, все останутся довольны.

— «Заброшка», говоришь?.. — сделал я вид, что глубоко задумался. — А что… заманчиво!

— Ого! А с чего бы такая покладистость? — удивилась Эмилия. — А как же материальные ценности на энную сумму, которых ты можешь лишиться? «Транзитка» ведь без защиты останется?..

— Да уже как-то всё равно, — отмахнулся я. Но, перехватив недоумённый девичий взгляд, пояснил: — Если бы Тэнфэй не уговорил начальство, нас бы уже давным-давно на атомы разнесли. Уж поверь на слово, душа моя. Тут вариантов ровно два: либо главные сразу же говорят решительное «нет», и тогда никто и ничто не сможет их переубедить; либо они столь же сразу соглашаются, но, чтобы оправдать самих себя в собственных же глазах, вынуждают просителя себя долго и упорно уговаривать.

— То есть сам факт переговоров в течение трёх часов говорит об их положительном решении, так, что ли? — ещё сильнее изумилась моя «резервная жёнушка». — Очень оригинальный подход! А исключения из этой закономерности когда-нибудь бывали?

— Очень редко, — поморщился я. — И каждый раз из-за вмешательства ещё более могущественных сил. Но такие случаи на моей практике можно по пальцам одной руки пересчитать. А в остальных всё укладывалось в те две вероятности. И знаешь что?

— Что? — насторожилась моя спутница.

— Не удивлюсь, если Тэнфэй ещё три часа будет убеждать совет альянса в том, что он не верблюд — раз, и что никто из них лицо не потеряет — два.

— Верблюд? — нахмурилась Эмилия. — А кто это?

— Понятия не имею! Розанов так говорит в аналогичных ситуациях, а дядьке Митяю я в этом плане доверяю полностью.

— Технично отмазался, дорогой! — похвалила меня Милли. — Ну что, тогда на «заброшку»?

— Давай, — вздохнул я. — Если Тэнфэй добьётся своего, вряд ли он станет вымещать злость на беззащитной станции. А если ему дадут от ворот поворот, то тогда наше здесь присутствие вайгожэнь воспримут как приятный бонус. Это просто праздник какой-то — разнести «транзитку», да ещё и наследника главы клана вместе с наложницей на ноль помножить!

— Как с ними сложно, — укоризненно покачала головой Эмилия. — И как ты столько лет вытерпел на такой работе?

— А деваться некуда было, — хмыкнул я. — Либо так, либо пополнить ряды «золотой молодёжи».

— Вряд ли бы Илья Фаддеевич тебе это позволил, дорогой.

— Вот и я о том же… ладно, иди сюда, душа моя! Обниму покрепче!

— Давно бы так, Елагин! — шагнула Милли в мои объятия.

Н-да… живой, да ещё и опытный в «изнанкоходстве» пассажир куда лучше, чем безжизненная тушка. Эмилия на контрасте с почившим Вэнь Гуанмином показалась почти «невесомой» пушинкой, в том плане, что «просочиться» в Паутину я сумел вообще без усилий. Мелькнула, правда, мысль, что неплохо бы ещё и труп Жэня уволочь — в поликлинику, на опыты — но лень победила. Что мы в нём не видели? Наверняка ведь ещё один артефакт, аналогичный тому, что мы извлекли из «недр» Гуанмина. Да и вряд ли обезглавленный человек-функция куда-то убежит даже не с подводной лодки, а с космической станции. Если таковую по результатам переговоров Тэнфэя с начальством вайгожэнь не разнесут в пыль, то, конечно, и Жэня я переправлю в «заброшку». Но потом. Говорю же, лениво мне. Да и Эмилия своими недвусмысленными намёками меня не на шутку распалила. Я, не поверите, секунды начал считать до прибытия в пункт назначения. Несколько секунд в «хабе»-тройке, чуть больше в «таможенном посту»… и вот мы уже на посадочном «пятаке» бывшей научной базы. Что характерно, всё так же в обнимку. И даже почти не упали — полметра для нас не высота. Утвердились на своих двоих, и только тогда расцепились. Нам, вообще-то, сначала до мансарды идти, а потом либо в душ, либо сразу на надувной матрас, так что уж лучше рядышком, за ручку. Шлемы вот ещё мешаются…

— Эх, хорошо! — вдохнул я свежий морской воздух полной грудью.

Естественно, как только стянул с буйной головушки шлем.

Закладка:

Заварзин замолчал, но не просто так: аватарка подёрнулась артефактами-квадратиками, и преобразовалась в полноценное изображение Алексовой головы. Видимо, что-то изменилось, и Кумо смог себе позволить более широкий канал связи. Из «пузыря» выбрались, что ли? Впрочем, пофиг. Сейчас это совершенно неважно.

— Дай угадаю, — бесцеремонно вклинился я в возникшую паузу. — Познаватели нашли что-то, что сочли излишне опасным, чтобы доводить до общего сведения. Но, на их беду, на то же самое наткнулись Открыватели. Правильно?

— Да, Вань, именно так всё и было, — кивнул Алекс, не упустив возможность ободряюще мне подмигнуть. — Обычный конфликт интересов, неизбежно возникающий между конкурирующими социальными структурами. Беда в том, что для гексов в принципе не существует возможности поступиться своими принципами, уж простите за тавтологию. Вот мы… и получили то, что получили. Конфликт интересов перерос в неразрешимое противоречие. Или, если называть вещи своими именами, кровавый замес на грани геноцида.

— И теперь история повторяется, — задумчиво произнёс Илья Фаддеевич. — Хотелось бы, чтобы в виде фарса, но меня терзают по этому поводу смутные сомнения.

— Правильно терзают, сударь. Боюсь, здесь и сейчас нас ожидает повторение трагедии, — развеял отцовские надежды Алекс. — Если, конечно, мы не вмешаемся.

— К сожалению, сударь, опыт говорит обратное, — обломал теперь уже Алекса Кессель. — В тот, предыдущий, конфликт с участием Улья Открывателей, мы тоже пытались вмешаться. Причём в гораздо большем масштабе, нежели можем это себе позволить сегодня. И успеха, увы, не достигли. Я помню. Я там был. Правда, тогда совсем ещё молоденьким лейтенантом-стажёром.

— Поддерживаю коллегу, — вступил в разговор и Вэнь Дэмин. — Я при тех событиях не присутствовал, но имею доступ ко всей информации, дошедшей до Протектората Чжунго. Наших наличных сил недостаточно для предотвращения горячей фазы конфликта. Даже если мы сумеем нарушить походные порядки гексаподов, ситуация принципиально не изменится. Мы пожертвуем своими жизнями, но сможем выиграть лишь немного времени. Конфликт в любом случае сведётся к прямому столкновению Ульев.

— Это если мы будем действовать против обеих сторон одновременно, — возразил Кессель. — А если мы сосредоточим усилия на, скажем, построении Блюстителей? Нанесём им как можно больший урон, чтобы у Открывателей появилось численное преимущество? Не до такой же степени они беспечны, чтобы не воспользоваться предоставленной форой?

— Пожалуй, в этом есть смысл, Кессель-сяньшэн, — оценил план коллеги Вэнь. — По крайней мере, наша жертва не станет напрасной. Да и последствия для системы Иддии будут не такими плачевными…

— Боюсь, господа, вы выбрали не тот объект для совместной атаки, — счёл нужным вмешаться Алекс. — Пока лишь потенциальной, но тем не менее!

— А вы, сударь, рекомендуете напасть на Открывателей? — уточнил Кессель.

— Именно, Пётр Фёдорович. В сложившейся ситуации куда большую опасность представляют именно Открыватели, — подтвердил Заварзин. — По той простой причине, что собираются изучить аномалию и выпустить это знание в мир. Вы только представьте, что будет, если технологией создания подпространственных «карманов» начнёт пользоваться любой желающий⁈

— Хаос, — на секунду задумавшись, изрёк Кессель. — Тотальный. Повсеместный беспредел, анархия и бессилие законов. Тотальная война всех против всех.

— А ещё наша цивилизация будет отброшена в развитии на несколько веков назад, — подсказал главный корп. — Оно нам надо? Правильно, оно нам не надо.

— Это взгляд на ситуацию лишь с одной стороны, — возразил кап-1. — А что случится, если доступ к аномалии получат Блюстители?

— Уж точно не расползание запретной технологии по всему Протекторату Человечества! — поморщившись, подал голос Цзян Банда. — Мой молодой соотечественник в силу отсутствия доступа к информации определённого толка не может адекватно спрогнозировать ситуацию. Это, конечно же, не его вина, а, скорее, наша, альянса кланов. Ведь именно мы не даём ей хода. Но сейчас положение практически безвыходное. Поэтому я сознательно иду на нарушение клятвы верности клану и разглашаю её часть. Согласно имеющимся данным, Улей Блюстителей исповедует диаметрально противоположный подход к распространению знаний. И особенно таких, что ведут к нарушению сложившегося порядка вещей. Поэтому, получив доступ к аномалии, они постараются её уничтожить. Так что в наших интересах, господа, им не препятствовать.

— Боюсь вас разочаровать, уважаемый господин Цзян, — снова вернул себе слово Алекс, — но откровенность за откровенность. Попытки Блюстителей, скажем так, нейтрализовать аномалию могут привести к очень печальным последствиям. Вплоть до разрушения близлежащих планет, разбалансировке системы в целом, а при самом неблагоприятном развитии ситуации даже спровоцировать рождение сверхновой из Иддии.

— Ну, с последним ты явно хватил, Алекс-сяньшэн! — возмутился старик Банда. — Нет никаких признаков! Нас бы астрофизики предупредили! Хотя я лично вообще не представляю, как можно взрыв сверхновой спровоцировать!

— Не забывайте, господин Цзян, что мы имеем дело с весьма тонкими материями, — терпеливо пояснил Алекс. — Все эти аномалии суть взаимопроникновение континуумов ПВ и ВП, а такое взаимодействие по определению не может быть устойчивым. А любое неустойчивое состояние любой системы, особенно такой сложной, как два континуума-антипода, чревато бо-о-о-ольшими неприятностями! Типа нового Большого Взрыва, если позволить воображению разыграться.

— Не в меру разыграться! — поправил Заварзина Банда. — Ты явно преувеличиваешь масштаб проблемы, Алекс-сяньшэн.

— Естественно! — ухмыльнулся тот. — А как иначе до вас достучаться? Да и вообще, вам взрыва сверхновой мало? Пусть и потенциального?

— То есть мы так и остались при своих, — прервал намечающуюся свару мой отец. — И те хороши, и эти. Помогать кому-то из них себе дороже. Но…

— Извините, сяньшэн, — довольно бесцеремонно перебил батюшку Вэнь Дэмин, — но я вижу ситуацию несколько иначе. Трезвый расчёт подсказывает, что сейчас выгоднее пожертвовать малым, сохранив большее. От потенциального взрыва сверхновой невосполнимые потери понесёт лишь один отдельно взятый клан Протектората Росс, одна звёздная система будет уничтожена, а несколько соседних в обозримом будущем пострадают от остаточных явлений. На этом всё. Даже в пределах единственного звёздного сектора