Вместе на другой земле

Глава 1

Покоя не бывает много

Боевой офицер Рич Гудридж наслаждался покоем на берегу промышленного речного потока. Бетонное русло протянулось на тысячи миль от края до края континента, питая океаническими водами многочисленные фабрики и полисы. Течение бурлило, подгоняемое турбинами ближайшей очистительной станции. Волны бились о серые береговые плиты и рассыпались мириадами брызг.

Сухие, безжизненные земли пролегли вокруг, куда хватало глаз. Ни рощ, ни поселений, лишь ровная полоска горизонта на фоне сиреневых вечерних небес. Солнечный диск, зависший над самым виднокраем, дрожал в нагретом за день воздухе.

Всматриваясь вдаль через чёрные очки, Рич слушал шум воды и, казалось, забыл о времени. Так редко ему доводилось видеть хоть что-то, кроме штабных коридоров. Но то ли военный психолог понял в их последней беседе, что вояке пора сделать перерыв, то ли начальство давало отдохнуть перед важным делом, Рич предпочитал об этом не задумываться. Он, наконец, получил большой отпуск с возможностью свободного перемещения по соседним с базой звёздным системам, отпуск, который он распланировал ещё год назад.

Первое, что он сделал, покинув штаб – ближайшим рейсом полетел на родную планету. Сразу по прибытии, в обход частных перевозчиков, арендовал гравицикл, и отправился в дорогу по знакомым с детства местам. На том конце маршрута его ждали родители и старшая сестра. Он не виделся с ними слишком долго, чтобы зваться хорошим сыном и братом. О своём приезде Рич предупредил только сестру. Без сомнения, отца и мать ждал самый приятный сюрприз за минувшие годы.

Трансконтинентальная трасса протяжённостью в несколько десятков тысяч миль хорошо различалась даже с орбиты. Пролегала она через безжизненные пустоши, и лишь изредка изгибалась в сторону полисов.

Остановился Рич лишь раз, когда трасса вплотную прижалась к искусственной реке. Закаты в пустошах всегда заставляли его замирать в благоговейном трепете, и он не мог упустить возможность вновь полюбоваться чарующим пейзажем из детства.

Ни сослуживцев, ни командования, ни приказов, только он один наедине с безбрежными просторами. Незримые, ежесекундно натянутые душевные струны, отличающие человека военного от гражданского, медленно расслаблялись.

Из воспоминаний его вырвало сообщение из штаба. По телу, от пальцев ног до макушки, прошёл лёгкий электрический разряд, способный пробудить даже от глубокого сна. Перед глазами появились полупрозрачные строки. Рич бегло прочёл их по диагонали, и раздражённо стукнул кулаком по колену. Усилием воли он заставил себя успокоиться и вчитался в послание ещё раз: «Привет, братишка. Как жизнь? Если есть время, заглядывай. Я дома». И подпись: «Коротышка Бо».

В попытке отгородиться от подступающей ярости, Рич развернулся спиной к закату и не торопясь пошёл к гравициклу, уже обдумывая, что будет говорить сестре, ведь в ближайшие дни он домой не попадёт. Неформальное письмецо, при знании кодовых сигналов, легко превращалось в зашифрованное послание из штаба: «Независимо от обстоятельств срочно прибыть на I-ю базу. Адмирал Вэст».

Через встроенный в сетчатку глаза интерфейс офицер отправил видеовызов сестре. Объёмное изображение в полный рост появилось незамедлительно, молодая девушка двадцати пяти лет будто стояла перед ним, и никто кроме офицера не мог её увидеть.

– Ричи, всё в порядке? Ты едешь? – зазвучал в ухе взволнованный голос сестры.

– Привет, Дженн. У меня всё хорошо, но наша встреча, увы, откладывается на неопределённый срок, – по-солдатски прямо отрапортовал Рич. – Меня выз...

– Как это, откладывается? – округлила глаза девушка. – Ты же звонил из космопорта! Я полагала, ты будешь дома через два-три часа. А теперь заявляешь...

– Да, на полпути мне пришло сообщение от начальства, – Рич хорошо знал сестру, бурю её эмоций лучше встречать стеной спокойствия, и потому говорил не торопясь, буднично. – Случилось что-то серьёзное, и я обязан лететь.

Дженна замотала головой:

– Нет-нет-нет! У тебя отпуск! Тебя не касаются никакие серьёзности! Откажись и езжай домой! Мы тебя ждём, мы скучаем.

– Я не могу отказаться, Дженн. Присягу Галактическому Комитету никто не отменял. На кону моя карьера.

Девушка прикрыла глаза, глубоко вдохнула и, недовольно поджав губы, сказала:

– Это не справедливо. Твоё начальство... Придушила бы. Неужели не понимают, что человеку необходимо видеться с семьёй? Хотя бы раз в несколько лет, хотя бы в свой отпуск.

– Как только всё закончится, сразу прилечу. Обещаю.

– Ты правильно решил не говорить о своём приезде родителям. Они бы очень огорчились.

– Джен, дорогая, ты всегда была чудом, – почувствовав, как сестра остывает, офицер белозубо улыбнулся. – Я постараюсь управиться как можно быстрее.

– Не быстрее, а лучше. И, пожалуйста, будь осторожен. Хорошо?

– Так точно, – шутливо отдал честь Рич.

Связь прервалась.

Весть из штаба была неожиданной и весьма неуместной. Рич даже удивился, как быстро сумел успокоить вулкан страстей вспыльчивой Дженны. Девочка выросла, пока он мотался по вселенной. Состояние самого боевого офицера оставалось отстранённо прохладным. Обида кольнула лишь на короткий миг, но бывалый вояка легко справился с чувствами: войсковая подготовка спецназа не прошла даром.

Динамореактивный двигатель гравицикла тихо загудел. Воздушный просвет увеличился, выводя аппарат на рабочую высоту. Рич запрыгнул в седло, провёл пальцем по исполнительному экрану, и вокруг байка, словно из воздуха, соткался прозрачный кокон – гравитационное поле, уберегающее технику и пилота на высоких скоростях.

Уперевшись ногой в дорожное покрытие, Рич развернул гравицикл и выкрутил акселератор. Мотор взревел, выстреливая байк, подобно снаряду. Оставив позади облако пыли, боевой офицер вышел на трек в сторону космодрома.

Дружеская услуга

– Майор Гудридж, а вот и ты! Все уже собрались, ждём адмирал Вэста, – у звуконепроницаемой двери, ведущей в комнату для брифинга, Рича встретил старый друг Влад Старцев – высокий молодой человек с серьёзным не по годам взглядом. Тёмно-синий костюм сотрудника отдела стратегического планирования Владу всегда шёл больше защитной экипировки.

– Я почуял запах твоего одеколон прежде, чем тебя увидел, – Рич пожал протянутую руку. – Может, объяснишь, зачем меня вырвали из отпуска?

– Об этом говорить можно только там, – Влад отворил тяжёлую дверь перед другом. – Можешь не сомневаться, причина веская. Впрочем, как всегда. Проходи.

Пути двух друзей начали расходиться ещё в военной академии. Судьбу Рича определила психологическая стойкость и предрасположенность к прямым конфликтам, в то время, как Влад обладал отлично структурированным мышлением, он легко вникал в трудные теоретические задачи и обладал даром интеллектуального предвидения. Военная образовательная машина с безупречной точностью определила каждого рекрута в комфортную для них среду: одного в спецназ и жар сражений, другого – за голографические звёздные карты и статистические таблицы.

Они вошли в небольшую комнату с несколькими рядами кресел перед квантовым экраном, занимавшим всю стену. Пустовал только последний рад и пара стульев спереди. В первых рядах сидели люди в одинаковых куртках песочного цвета, какие носят исследовательские подразделения. Широкоплечие бойцы I-го батальона сидели в центре, некоторых из них Рич узнал даже со спины.

Вон тот беловолосый амбал с причёской площадкой – Гром Жером, специалист по тяжёлому вооружению, опытный штурмовик, участник многих боевых компаний. Высокий, поджарый боец звероватого вида, с выпирающими нижними клыками – точно кто-то из Сынов Фомальгаута – особого отряда следопытов, тихих и скрытных мастеров обращения с холодным оружием..

В неприметном лысом затылке Рич узнал легенду I-го батальона гранд-капитана Тома Стоуна. Опытней бойца на этой станции не существовало. Его присутствие сразу давало понять, кто будет отдавать приказы на предстоящем задании, и что задание это будет не из простых. Каждый солдат Галакома счёл бы за честь сражаться в одном отряде с живым героем, и Гудридж не был исключением. От волнения он даже забыл о прерванном отпуске.

– Привет, Ричи, – подмигнула с последних рядов девушка в сером костюме пилота. Но Гудридж узнал её не по голосу и милому личику. Военная привычка обязывала прежде оценивать любого на базе по знакам отличия. Он узнал её по двум золотым полоскам на плечах. Лишь одна особа женского пола в звании командира малых судов могла так по-дружески поздороваться с неразговорчивым спецназовцем.

– Здравствуй, Соня, – сдержанно кивнул майор и направился по междурядью к девушке.

– Рич, – тут же шепнул на ухо Влад, – давай сядем впереди. Там будет удобней.

– Впереди положено сидеть командиру, – Рич кивнул в сторону Тома Стоуна. – И он уже занял своё место.

– И всё же я настаиваю... – друг перешёл в режим убеждения, которым владел мастерски, но Рич уже садился рядом с Соней.

– С барышнями в штабе настаивай.

– Дело твоё, – безразлично пожал плечами Влад, и пошёл к своему месту в первом ряду.

– Я думала, у тебя отпуск, – Соня пробежала глазками по Владу, и быстро потеряв к нему интерес, повернулась к майору.

– И я так думал, но кое-кто решил, что я не достаточно работал, чтобы заработать на пару недель отдыха, – он встретил взгляд её карих глаз, залюбовался на миг утончённым лицом, но взял себя в руки. Время, когда они могли так смотреть друг на друга, прошло. Полгода или даже больше минуло со дня, когда они оба решили, что для них будет лучше идти по жизни врозь. Болезненная история, и воспоминания о ней до сих пор обоим причиняли боль.

– Выходит, снова нам вместе работать, – задумчиво произнесла Соня. – Знаешь, я даже рада. Мы так давно не виделись, что я стала забывать твоё лицо.

– Может, оно и к лучшему. У меня как раз появилось время остыть, – он не ответил на её улыбку. Хотел добавить ещё, что перестал вспоминать о ней, но это была бы неправда, и он промолчал.

– Остыть? Неужели ты всё-таки понял, что у нас не было будущего?

– Я всё понял. Но не принял. «Под другим Солнцем, на другой земле». Так ты сказала, – ожившие воспоминания их последнего разговора выбили Рича из душевного равновесия. – Ладно, не будем об этом. Я тоже рад, что командованием решено поставить нас на одно задание. По крайней мере, до места и обратно долетим без помех. Что тут намечается?

– Если б я знала. Да и никто ничего знает. Сам понимаешь, секретность.

Дверь приоткрылась и в комнату вошёл седой мужчина с выправкой, соответствующей адмиральской форме и погонам. Адмирал Вэст в сопровождении двух помощников прошёл к экрану и поприветствовал собравшихся сдержанным кивком.

– Притушите свет, – бархатистый голос больше подошёл бы диктору новостей. Когда комната погрузилась в полумрак, на экране появилась объёмная карта восьмого звёздного радиона. – Приветствую всех собравшихся. Понимаю, что для некоторых из вас сегодняшний визит на базу не был запланирован, но это часть нашей работы. Начиная с учебного центра и до выхода в отставку мы живём в череде непредвиденных обстоятельств, последствия которых некому нейтрализовать, кроме нас. Надеюсь, все, кого я пригласил, это понимают. А теперь к сути...

Авторитет маршала Вэста держал в железных рукавицах всю армию Галакома. Человек, прошедший тернистый путь от рядового до главы вооружённых сил, побывавший в горниле самых кровавых боёв, выпавших на его век, тот, чей послужной список и перечень наград не имели равных, по праву занимал свою должность. И если кого-то выдёргивали из отпуска, значит на то были действительно веские причины. Особенно, когда приглашение на базу приходило от самого адмирала.

– Взгляните в этот сектор. Система эпсилона Близнецов, – карта послушно уменьшилась в масштабе до одной системы с четырьмя планетами и двойной звездой в центре.

– Там же ничего нет, кроме пары маяков, – шепнула Соня, но Рич невольно подался вперёд. Он уже был в этой системе три года назад. Сопровождал комиссию по колонизации на огромную планету, покрытую диковинными джунглями. Из-за высокой секретности он не знал, какое решение вынесли члены комитета, но, похоже, ему вновь придется лезть в те дебри.

Адмирал указал на медленно плывущую точку рядом с местным солнцем, и масштаб сузился так, чтобы все могли её рассмотреть. Перед зрителями вращалась зелёная планета внушительных размеров. Поверхность сплошь покрывали заросли, кое-где прореженные горными массивами и внутренними морями.

– Это планета 421. Если кто не в курсе, небесное тело получает трёхзначный номер только в одном случае: когда его решено осваивать. Обычно планета приобретает статус колонизируемой за 20 лет до высадки первых колонистов. 421-я прошла все необходимые исследования, после чего высший совет Галакома принял решение на её заселение. Произошло это не так давно.

С тех пор учёные активно изучают природу планеты не только с орбиты, но и на поверхности. На фабриках по всему центральному радиону начата подготовка строительных материалов и оборудования для первых городов-колоний. Более того, уже родились первые Адамы и Евы 421-ой. Не пройдёт и 20 лет, как они полетят заселять новый дом. И уже оттуда начнётся освоение всей системы, – маршал умолк, разглядывая сосредоточенные лица, затем подошёл к изображению и встал прямо перед ним. Голограмма потеряла резкость и померкла. – Это впечатляющая преамбула, коллеги, нужна была для того, чтобы вы увидели масштабы вливаемых в проект ресурсов, и поняли, насколько Галактический Комитет заинтересован в освоении системы. Но у нас появились трудности. Планета оглохла.

Девяносто часов назад мы потеряли связь со всеми спутниками, а также исследовательскими отрядами на орбите и поверхности. Инженеры не могут разобраться в причинах. Проходивший мимо исследовательский корабль по приказу командования вышел на орбиту 421-ой и спустил на поверхность трёх дронов наблюдателей. Как только они приземлились, связь с ними была потеряна. После этого экипажу было приказано покинуть пределы системы, – адмирал сделал шаг в сторону, и голограмма планеты вновь возникали на экране. – О том, что от нас, вояк, хочет Галактический Комитет, расскажет старший сотрудник стратегического отдела капитан Владислав Старцев. Прошу, капитан, выходите ко мне.

– Благодарю, – уверенно поднялся Влад. – Приветствую, коллеги...

– Почему он мне не нравится? – шепнула Соня.

– После того, как он попал в штаб, он никому не нравится, – усмехнулся Рич, но в произнесённых словах было столько же иронии, сколько и правды.

– Людей всегда раздражают те, кто знает больше и видит дальше.

– Точно, – Рич сделал вид, что не заметил, как девушка наклонилась ближе к нему.

Тем временем Влад перешёл к делу:

– ... из возможных угроз нашими специалистами выделено три. Первая наименее опасная и даже желанная – где-то на 421-ой находится крупная пиратская база. Если это так, то нам повезёт накрыть их гнездо. Второй вариант: планету приметила для себя одна из теневых корпораций. Это значит, что нас жду серьёзные боевые действия с применением всех видов вооружения. Для планов Комитета такое развитие событий нежелательно, потому что это связано с дополнительными затратами и приведёт к хаотичным разрушениям хрупких экосистем планеты. Последнее, чего мы ждём – некая неизученная аномалия, жертвой которой могли стать учёные и дроны, – Влад провёл рукой вокруг небольшой лесистой области. – В этом районе была потеряна связь со всеми нашими людьми и машинами. Территория небольшая, поэтому стратегическим центром было принято решение отправить туда один отряд для оценки угрозы. Разбираться в ситуации поручено сотрудникам Галактического Исследовательского Центра и бойцам спец войск I-го батальона. То есть, всем вам, коллеги.

– Позвольте вопрос, – поднял руку командир грядущей операции Томас Стоун.

– Да, Том, – кивнул адмирал.

– Зачем вообще Галакому этот кусок непролазных джунглей?

– Там будут жить и работать люди, – ответил Влад, и на лице его читался встречный вопрос: «А что ещё ты думал там может быть?»

– Да у нас пригодных для жилья планет больше, чем тех, кто может на них жить, – голос героя батальона потяжелел, ему не понравился ответ и как он был произнесён. – Если всё так, как вы нарисовали, туда надо отправлять весь батальон при поддержке воздушной эскадры.

Адмирал переглянулся с Владом и взял пояснения на себя.

– Мы не будем задействовать мощь I-ой базы без точных разведданных, – отрезал Вэст. – Это что касается боевых действий. А в контексте перспектив – всё очевидно. 421-ая богата ресурсами. Климат благоприятен для человека. Для комфортной жизни практически не нужно терраформирование. Весьма выгодный проект.

И пресекая последующие вопросы героя многих войн, всегда не ладившего с начальством, в разговор вмешался Влад.

– Решением стратегического отдела, командиром отряда назначается майор Рич Гудридж, – в зале стало так тихо, что слабое гудение квантового экрана слышали даже на последних рядах. Наслаждаясь произведённым эффектом, Влад продолжил, – Майор Гудридж уже был на этой планете вместе с комиссией по колонизации, к тому же у него богатый опыт ведения боевых действий в условиях тропических лесов и влажного климата. Три последних компании, проходивших под его командованием, завершились успешно, что внушает нам оптимистический настрой.

Рич сидел с каменным лицом, взгляд его замер на затылке Томаса, по-военному беспристрастно принявшего неожиданное известие. Впервые за последние десять лет не он будет руководить солдатами, а сам будет выполнять приказы.

Любой вояка, из сидевших в комнате, едва ли уступал майору в опыте. Все, кого успел разглядеть Рич, были старше него. Так что подобное решение командования напоминало насмешку. Но в то же время это был вызов его способностям.

– На случай, если с майором Гудриджом что-то случиться, вторым командиром назначается гранд-капитан Томас Стоун. Дорога до 421-ой займёт пятьдесят четыре часа. С подробностями операции вы сможете ознакомиться в пути. Необходимые данные уже занесены в соответствующие вкладки ваших личных кабинетов, – закончил брифинг Влад.

Оказавшись в коридоре, Соня коснулась плеча майора.

– Мои поздравления, командир, – тут она заметила его сосредоточенный на двери взгляд. – Ты кого-то ждёшь?

– Да, хочу поговорить с Владом, – Рич кожей ощущал недовольство проходящих мимо бойцов. Томас, напротив, вышел, даже не посмотрев в его сторону. Едва ли до сегодняшнего дня легендарный ветеран знал о существовании какого-то выскочки Гудриджа.

– Тогда до встречи на корабле, – подмигнула девушка и, покачивая бёдрами, направилась в сторону доков.

Влад вышел последним. Увидев друга, сделал вид, что удивлён.

– Влад, к чему это? – Рич встал перед ним, перегородив путь к бегству, но тот и не собирался отступать.

– Никто в штабе не хотел отдавать это задание Томасу, ему не сегодня завтра на пенсию. Он уже не тот. Нужен кто-то перспективный.

– Так почему бы не дать ему уйти достойно?

– У руководства свои причины, – подался вперёд Влад и заговорил тише. – Послушай меня, Рич, если ты успешно завершишь это плёвое дело, тебя ждёт серьёзное продвижение. Это не шутка, ты и сам прекрасно знаешь, что старший офицерский состав I-го батальона будет списан в запас в течение ближайших пяти лет. Кто-то должен занимать их места. Для меня важно, чтобы свои люди пробились как можно выше.

Влад собрался было уйти, но вдруг остановился.

– Кстати, когда твою кандидатуру предложили адмиралу, он без колебаний её утвердил.

Зелёный тупик

Не сработал ни один датчик, радары по-прежнему дремали, но вот уже вторую милю отряд преследовал по джунглям неведомое существо, издали походившее на паука размером с крупного пса, поросшего мхом и покрытого шишковидными наростами по всему круглому телу.

Чудная тварь копошилась неподалёку от места приземления прошлой экспедиции. Следопыт из отряда Фомальгаутов услышал шум прежде, чем отряд установил с тварью визуальный контакт. Когда же встреча состоялась, шестиногое создание рвануло прочь в зелёные дебри.

Единственная причина, почему Рич бросился в погоню – отсутствие сигналов с приборов, способных улавливать любые формы активности: от тепловой, до тахионной. Но глухота сенсоров при наличии объекта могла говорить только о некой защите, блокирующей все излучения. И ничего хорошего бойцам Галакома это не сулило. Реши отряд противника под прикрытием такой глушилки устроить засаду, заметить их будет невозможно. Вопрос лишь в том, откуда на дикой планете подобные технологии.

Неподготовленные к забегам учёные быстро отстали. Не страшно, потом догонят. Перед бойцами отряда стояла проблема посерьёзней – как поймать существо.

– Долго ты собираешься его гнать? – капитан Томас, облачённый в лёгкий костюм из углепластика, по-молодецки перемахнул через гнилой древесный ствол и оказался плечом к плечу с командиром группы.

Рич и сам успел понять, что они не в силах догнать шустрого паука, и хоть тот не проявлял агрессии, выбора не оставалось. Через общий интерфейс миссии, отображавшийся у каждого участника группы в глазу, он отдал приказ «Огонь на поражение».

Тут же позади загудел тяжёлый бластер Грома Жерома, разгоняя до рабочей температуры плазму в генераторе. Бесшумная череда выстрелов не достала тварь, зато знатно расчистила путь: оплавленные деревья заваливались в разные стороны, кустарники расплывались, словно масло на солнце. Но проворливое создание всякий раз умудрялось отскочить с линии огня.

К стрельбе на бегу подключился и Томас, и остальные бойцы. Оружие каждого синхронизировалось с мозговыми имплантами и стреляло в самый подходящий момент, за микросекунды просчитывая траекторию полёта сгустка холодной плазмы.

Паук двигался с неимоверной ловкостью, взмывая на двадцать шагов вверх и используя стволы пальм, для последующих прыжков. Ни одна известная программа не могла предугадать его следующий шаг.

Джунгли на пути отряда растворялись под смертоносным ливнем, но всё в пустую. Тогда Рич отключил искусственное прицеливание и вскинул карабин. Он делал так много раз, когда подводила техника. И делал неспроста. Едва ли в I-ом батальоне нашёлся бы человек, проводивший на стрельбище больше времени, чем майор Гудридж.

Рич кожей ощутил взгляды соратников, стоило только изготовиться для стрельбы. Усилием воли отгородившись от посторонних взглядов и мыслей, он нажал на кнопку открытия заслонки. Короткие сгустки плазмы рванулись к цели. Рич видел, что не попадает, и дублировал очередь.

Существо спрыгнуло с пальмы, но приземление не удалось. Один из выстрелов оплавил сразу две лапы. Паук замешкался на земле. Тут-то его и настиг залп сразу нескольких орудий. Пригнувшись для прыжка, тварь так и осталась лежать на пузе. Даже издали виднелись пробитые бока шарообразного корпуса.

– Неплохая работа, командир, – подоспел запыхавшийся Жером, его тяжёлый плазмаган весил более сотни фунтов, но даже с такой ношей безупречно подготовленный боец с сетью калиброванных имплантов по всему телу мог преодолевать марафонские дистанции.

– Поглядывай по сторонам. Не время расслабляться, – сухо отдал приказ Рич.

Через оплавленные дыры в корпусе проглядывали элементы сложного механизма, какие-то тонкие шланги, тросы, валы. Многосуставчатые ноги покрывали подобия присосок. Внешних приборов оценки окружения Рич не заметил, должно быть, всё необходимое запрятано внутри.

Подошёл Томас, дышал бывалый вояка ровно, но пот со лба катил градом: влажный тропический климат давил на него сильнее, чем на других бойцов. Во время полёта Рич успел внимательно ознакомиться с личными делами соратников. Герой I-го батальона никогда не воевал в джунглях. Более того, ознакомившись с результатами последних психологических тестов, Рич увидел серьёзные отклонения в показателях капитана. Заключение военного психолога звучало совершенно не обнадёживающе: «Трудно управляем. Обнаружен синдром ищущего смерть». Если бы на месте человека с таким заключением был кто-то менее именитый, Рич отказался бы от его участия в миссии.

Несмотря ни на что решение командования не давало ветерану покоя, он не упускал ни одной возможности, чтобы показать молодому командиру его место. Рич держал удар.

– Плохо выглядите, гранд-капитан. Сделаем привал?

Томас даже бровью не повёл.

– Я ещё тебя могу понести.

К поверженному роботу подошёл всегда настороженный следопыт. По суровому лицу ничего не прочесть.

– Мои радары молчат. Барахлят, что ли, – сказал он, подсаживаясь к телу и макая кончик пальца в капающую из перебитой трубки жижу. Понюхал, пожал плечами. – Не пахнет.

– Что это за дрянь? – громко спросил Жером.

– Радары его не видят, – выпрямился Рич, и обернулся в надежде разглядеть за деревьями учёных. – Свяжитесь с нашими друзьями из исследовательского корпуса, пусть поторопятся.

Пока боевой инженер и знатоки фауны 421-ой планеты восторгались удивительными технологиями, скрученными тугим узлом в корпусе паука, солдаты осматривали округу в поисках следов пропавшей экспедиции, ведь единственное, что о ней было известно – координаты приземления, где не оказалось ни корабля, ни каких-либо намёков на присутствие человека.

Во время поисков на связь вышла Соня, ожидавшая отряд на орбите.

– Рич, я наблюдала за погоней и заметила кое-что интересное. В десяти милях от вас под кронами проступают постройки. Предположительно несколько куполообразных зданий, но, к сожалению, никаких подробностей. У меня проблемы с радарами.

– У нас тоже барахлят. Высылай координаты.

– Сейчас. Но есть ещё кое-что. Как только вы засекли робота, из тех построек вышел сигнал. Я проследила трек. Сигнал был принят на ближайшем спутнике. Тебе это о чём-то говорит?

– Ни о чём хорошем не говорит. Что-то ещё?

– Пока всё.

– Следи за спутником. А мы выдвигаемся к постройкам. Никаких сообщений командованию не пересылать. Иначе корабль засекут.

– Кого ты учишь, дорогой? – недовольно засопела девушка.

Рич отключился первым, в глазной интерфейс уже поступили координаты построек и снимки с орбиты. Он сразу отправил их остальным.

– Парни, похоже, эта штуковина, – майор указал на распластанного паука, – бежала в нору. Соне удалось её найти, и мы прямо сейчас отправляемся туда.

– Нам нужно время, чтобы изучить образец! То, как и из каких материалов он сконструирован, не укладывается ни в какие рамки! Это находка для всего научного сообщества, – попытался вставить слово один из учёных, но Рич не замечал никого, кто не носил оружия.

– Из норы был отправлен сигнал на ближайший спутник. Так что не исключено, что скоро у нас будут гости, – холодно ответил командир, не глядя в сторону знатоков технологий. – Если научное сообщество хочет узнать о находке, то нам следует поторопиться.

– Послушай, парень, – тихо сказал Томас, склонив голову на бок и глядя на Рича, как на ребёнка, – ты хоть понимаешь, что здесь происходит?

– Просветите меня, гранд-капитан, но в сжатой форме, ибо время уходит.

– Я объясню, – взгляд ветерана вцепился в майора, будто пытался прожечь в нём дыру. – Этот робот невидим для наших радаров, он собран так, как не делают ни на одном заводе Галакома. А это значит, что он сделан тайно. И учитывая технологический уровень, затраты были космические. Такие затраты могут себе позволить только теневые корпорации. Сам подумай. Диковинные разработки, база на планете, стоящей в очереди на колонизацию, и, судя по докладу от пилота, ещё одна база на спутнике. А может и на всех спутниках.

– К чему это всё? – Рич упрямо не отводил взгляда. Остальные бойцы забыли о роботе и ждали, чем окончится просветительская беседа.

– Это я к тому, что скоро здесь будет рота отборных наёмников, вооружённых до зубов. Они возьмут нас в кольцо, и мы пропадём так же, как все, кто были здесь прежде. Поэтому вот тебе мой совет. Мы узнали достаточно, так что забираем всё, что можем унести, и возвращаемся в штаб с докладом.

– Ваше мнение я услышал, капитан, – Рич отвернулся от раскрасневшегося вояки и обратился к отряду. – Согласно ведущему протоколу мы обязаны вернуться, лишь получив исчерпывающую информацию о происходящем на поверхности. Неведомый робот и очертания строений на снимках, этого слишком мало. Может быть вы, капитан, знаете, что там находится? Лагерь из трёх домов или скрытый под землёй производственный комплекс? На основе чего командование будет решать, какие силы отправлять на 421-ю? – Рич замолчал. Молчали и остальные. – Мы выдвигаемся по координатам. Следопыт впереди, капитан Стоун замыкающий. Остальные за мной.

Новое сообщение с корабля настигло их на середине пути. Голос Сони заставил командира остановиться.

– Рич! Со спутника в ваш квадрат движутся два больших судна! У нас сбоят все датчики, и мы засекли их слишком поздно. Через десять минут они будут прямо над вами! По протоколам, я должна вас забрать. Высыл...

Дальше только помехи. Рич сам вызвал корабль, но ответа не было. Пропал и сигнал синхронизации со звездолётом, будто на орбите отключили все системы. Один из учёных, тащивший на спине исследовательское оборудование, с испугом в глазах произнёс:

– Наш корабль пропал с радара.

– Оборудование исправно?

– Всё работает, но... Но корабля нет.

– Он мог совершить гипер прыжок прямо с орбиты, – майор оглянулся на усталых соратников, и вдруг осознал, что отряд попал в ловушку, из которой невозможно выйти без крови.

– Никак нет, сэр, – мрачно ответил боевой инженер. – Челнок разорвало бы силой притяжения небесного тела и энергией прыжка.

– Поднять в воздух дрон! Перед тем, как связь прервалась, я получил сообщение от главного пилота, – Рич переслал сообщение Сони остальным. О том, что могло случится с девушкой, он запретил себе думать, этому учили в академии. Точно также боевой офицер отгородился от мыслей о родных.

Бойцы прослушали запись. Лица их окаменели. Томас запустил дремавший генератор плазмы на карабине.

– Скоро будет жарко, командир. Нужно подготовиться.

Учёные, не понимавшие, что происходит, завертели головами в ожидании объяснений. Они боялись. Заслышав слова ветерана, инженер, начавший было подготовку дрона к полёту, замер.

– Что происходит, сэр?

– Выполняйте приказ, – невозмутимо скомандовал Рич, и активировал свой карабин. – Дрон в небо, мы ждём гостей.

– Где мы их встретим?

– Сейчас это не важно. Сначала мы получим визуальную картинку строений. Приготовится к марш-броску, – громко говорил Рич. – У нас не более десяти минут, чтобы преодолеть пять с половиной миль дремучих джунглей. Если кто-то отстанет, – взгляд на учёных, – оставаться на месте и сохранять связь с отрядом. Как только главный протокол будет выполнен, мы всех подберём.

– И что потом, сэр?

– Найдём место поукромней и будем ждать, пока Галаком о нас вспомнит.

Жестокий выбор

Исполнительный интерфейс подал сигнал о потере связи с ручным оружием. Жужжание генератора плазмы в корпусе карабина умолкло. Рич на бегу запустил проверку неисправностей и оглянулся на бойцов. У тех была та же проблема. Пушки, приводимые в боевую готовность через мозговые импланты бойцов, больше не отвечали на команды. Отряд остался без оружия.

Позади отряда разразился криком Томас:

– Техник, что происходит! У меня карабин отказал!

Измождённый марш-броском техник, нёсший на спине рюкзак с инструментами и оборудованием, отстегнул лямки своей ноши. Углепластиковый короб рухнул в траву.

– Все системы отказали, – сипло ответил инженер и сам растянулся без сил.

В исполнительном интерфейсе Рича пропала связь с имплантами бойцов, а затем потухли индикаторы давно отставших учёных. Вскоре экран в глазу потух. Это означало, что теперь он не мог контролировать не только состояние солдат, но даже работу собственных имплантов.

– Стоп... – скомандовал Рич, борясь с неожиданной усталостью. В каждой клетке тела он вдруг ощутил измождение и боль от сверхчеловеческих нагрузок. Сердце нестерпимо жгло, всегда ясный рассудок погрузился в багровый туман, скрывший джунгли, отряд и собственные руки. Рич точно знал, что произошло, но не понимал почему. В его теле отключились все датчики. Он не видел и не слышал ничего вокруг до тех пор, пока взвинченные до предела кровеносная и нервная системы не успокоились.

Кто-то тормошил его за плечи. Сквозь гул в ушах он услышал голос гранд-капитана:

– Двигайся! Двигайся, мать твою, а то сердце остановится!

Превозмогая потяжелевшее атмосферное давление, Рич заставил себя встать. Некоторым солдатам уже удалось подняться, а другие, лёжа на земле, боролись с последствиями отказа имплантовых цепей. Томас помог встать обессилившему Жерому, не способному больше удерживать в руках тяжёлый плазмаган.

Из травы послышался голос техника:

– Вот и всё, парни, теперь мы тоже пропали со всех радаров. У нас ни корабля, ни оружия. Кто мы без этого всего?

– Мы воины, – хмуро ответил Томас Стоун и обратился к Ричу. – Что теперь прикажешь делать? Продолжим переться к проклятым постройкам или придумаем план выживания?

После отключения интерфейса майор Рич Гудридж чувствовал себя оглохшим и ослепшим. Не поступали больше данные о состоянии команды, он не знал свой пульс, какова насыщенность крови кислородом, не представлял, где находятся парни из исследовательского корпуса, не видел показания датчиков слежения и потому понятия не имел, за каким кустом опасность может поджидать отряд. Он даже точно не знал галактического времени и где находятся замеченные Соней постройки.

– Продолжаем движение в направлении, указанном пилотом! – скомандовал Рич, стараясь, чтобы голос не звучал, как у человека, только что побывавшего на грани комы. – Мы выполним приказ.

– Но видео сигнал-то мы передать не сможем.

– Значит, зафиксируем визуально. Мы должны хотя бы приблизительно узнать, что здесь находится.

Томас нехотя кивнул:

– Я одобряю твою самоотверженность делу, но мы отрезаны от мира. Наш корабль пропал, мы даже дрона не смогли поднять в воздух. Нет оружия, нет ничего. Скоро нас окружат. Поэтому послушай совет бывалого вояки, ладно. Сейчас нам стоит задуматься только об одном, как достойно уйти из жизни. Вот-вот нас найдут, и уж поверь, о плене лучше не помышлять, это куда страшней смерти. Давай лучше подумаем, где и как мы встретим врага.

Пока Томас говорил, Рич пришёл в себя, и в голове у него вдруг всё прояснилось. На самом деле потеря оружия и снаряжения не имела никакого значения. У отряда всё та же предельно простая задача: дойти и увидеть. Или умереть. Это действительно просто, нужно просто двигаться и не думать о том, что будет потом.

Рич сказал:

– Капитан, я уважаю вас, как уважают героев. И я был бы счастлив идти под вашим командованием. Но сейчас я вынужден думать исключительно об успехе миссии. Когда мы предстанем перед командованием, у меня должна быть проверенная информация. Перед нами стоит разведывательная задача, а не спасение собственных жизней. Если мы пришли в армию, чтобы не выполнять приказы, то зачем мы пришли?

Томас смотрел исподлобья:

– Парень, твоего усердия никто не оценит. Кроме нас, так что...

– Отключение приборов не означает прекращение миссии...

– Слушай сюда!.. – не сдержался Стоун.

– Отставить разговоры, гранд-капитан. Возглавляйте отряд. Мы продолжаем движение, – скомандовал Рич так, как если бы перед ним стоял зарвавшийся новобранец. Но капитан остался на месте.

– Над нами больше нет никого. Твои приказы ничего не стоят.

– В таком случае, гранд-капитан, я вынужден признать ваше решение, как нарушение протоколов миссии и присяги. По законам военного положения я, как командир операции, должен либо арестовать вас, либо казнить на месте.

Солдаты с каменными лицами следили за беседой. Никто из них не хотел бы вставать против героя I-го батальона, но ещё меньше они желали быть на его месте.

– Расслабься, Рич, – снисходительно хмыкнул Томас, неимоверным усилием воли взяв себя в руки. – Я уже иду. А ты подумай в пути. Ладно?

Гранд-капитан отдал беззвучный сигнал затаиться. Через густые заросли проступили жёлтые огни, казалось, горели джунгли. Не успели бойцы приблизиться к свету, как зелёный массив, надёжно укрывавший солдат галакома, зашевелился каждым листиком, каждой лианой и ветвью. Деревья отпрянули от инопланетных чужаков и оставили их без защиты на открытом пяточке перед выходящим прямо из земли громадным стеклянным куполом, внутри которого полыхал злой свет запертой под землёй звезды.

– Что это такое? – севшим голос спросил главный техник.

Вместо ответа между ошарашенными людьми и неведомым куполом бесшумно опустился с небес светящийся шар, размером с космический челнок. Удивительный объект завис в десяти метрах над поверхностью, в нижней полусфере образовалось отверстие из непроницаемой черноты, словно внутри шара выключили свет. Оттуда на землю спустились три существа. Чем-то они напоминали людей, только ростом выше. Вытянутые, безносые лица, глаза, как у рептилий, с вертикальными зрачками, за которыми плескалась бесконечная ночь космоса.

Скафандры выходцев из светящейся сферы больше походили на рыцарские латы древних земных эпох, покрытые неоднородным зеркальным покрытием, преломлявшим до неузнаваемости любое отражение. Трое космических рыцарей остановились в нескольких шагах от людей.

Слуха Рича коснулось шуршание извлекаемого из ножен боевого ножа, а в следующую секунду майора грубо толкнули в плечо. Это капитан Томас Стоун бросился на пришельцев, исполняя главенствующий протокол при контакте с неизвестными космическими расами. На гражданском языке протокол звучал так: «Бей первым, потом разбирайся».

Рич не успел задержать капитана. За него это сделали пришельцы. Воздух мгновенно похолодел, и Томас замер с разъярённым лицом, будто на стоп-кадре. И хоть существа в доспехах остались неподвижны, никто из людей не сомневался, что сила, заставившая героя I-го батальона превратиться в живую статую, есть следствие технологий из неведомых глубин Вселенной.

Сам майор не торопился совершать необдуманных поступков. Одного взгляда на странный шарообразный летательный объект и диковинные скафандры существ хватило, чтобы понять: отряд столкнулся с представителями цивилизации более технологически совершенной, чем Галаком со всеми его достижениями.

Первым заговорил один из пришельцев, и голос его был удивительно человечным:

– Теперь мы можем говорить.

– Это вы отключили наше оборудование? – спросил Рич, хотя и так знал ответ.

– Мы Космические Наблюдатели, вечные стражи тайн Мироздания. В данном пространственно-временном кластере мы поставлены оберегать от посторонних глаз один из Предвечных Архивов.

Рич оглянулся на своих парней, те больше походили на ошеломлённых детей, увидевших чудо, чем на отряд спецназа. Командир всецело взял переговоры на себя, ибо от его слов теперь зависело будущее отряда:

– По нашим данным эта планета никогда не была заселена разумными формами. А вы говорите о каких-то Архивах. Кому вообще понадобилось здесь что-либо строить и выставлять стражу?

– Мы служим силам, о существовании которых, человечеству пока знать не положено, – с прохладой разъяснил Наблюдатель. – Мы стережём Архивы – хранилища знаний, на основе которых создавалась Вселенная. Знания запретные для цивилизаций, идущих по пути Власти и Силы. Мы не позволим вам пройти дальше.

– Что ж, в таком случае, вы понимаете, что за нами прилетят другие. Нас будут искать и обязательно найдут ваш Архив.

– Этого никогда не произойдёт, – бесстрастно возразил пришелец. – Величайшими силами Вселенной было принято решение сокрыть данную сферу. Дабы избежать дальнейших рисков. Вскоре её координаты будут перенесены в иное пространство.

– Откуда вы родом? – Рич счёл разумным хоть что-нибудь узнать о владельцах 421-ой. Это очень пригодится, когда начальство потребует подробный отчёт о планете, пропавшей со звёздных карт.

– Наш дом – Вселенная. Мы служим Создателю и законам созидания совершенного совершенства. Вы прибыли в место, где не должны находиться. Это наша ошибка. Но мы не можем вернуть вас с этими знаниями в родной мир. В соответствии с главенствующими директивами свободы выбора для развивающихся рас, мы предоставляем альтернативу дальнейшего существования. Каждый из вас может спуститься в Архив и соприкоснуться с величайшими знаниями Мироздания. Этот путь даст возможность однажды вступить в наши ряды и исполнять по всей Вселенной законы Создателя. С тех, кто изберёт этот путь, будет снято временное ограничение, то есть им станет доступно существование без прерывания, без рождений и смертей. Это необходимо, так как Архивы объёмны и сложны, их изучение потребует больших временных ресурсов. А после будет служба, во время которой Избранные смогут наблюдать процессы неимоверно продолжительные для вашего вида. Например, как рождаются и умирают звёзды. Ваши спутники, из тех, что остались в джунглях, уже приняли наше предложение, и как только мы снимем с них временное ограничение, они получат пропуска в Архив.

Пока Наблюдатель вещал, перед глазами Рича замерли лица родителей и сестры. Учёные из исследовательского корпуса были людьми одинокими и могли себе позволить променять свои жизни на вечное познание Вселенной. Но только не он, боевой офицер доблестного I-го батальона. Всё, что по-настоящему его заботило, так это возращение домой к семье и, желательно, попутно выполнение своей работы.

Солдаты угрюмо смотрели на командира, ожидая от него слов и действий, способных вернуть их на родную базу. Рич заглянул в ясные глаза Наблюдателя и не увидел в них ничего, кроме бесстрастного спокойствия.

– Какие ещё есть варианты?

– Остался всего один, – с еле уловимой грустью сказал сын Вселенной. – Для тех, кто пожелает продолжить жизнь в иных планетарных царствах, мы предоставим на выбор несколько миров. Там и будут возобновлены их жизненные циклы. Для облегчения процесса адаптации к новым климатическим, природным и социальным условиям мы удалим воспоминания о прошлой жизни. Оставим только безусловные рефлексы и навыки ходьбы и базовых речевых умений, что ускорит вхождение в среду.

Рич обречённо прижал ладони к лицу. Ни один из вариантов ему не подходил, потому что именно сейчас он острее всего понимал, что должен вернуться домой, где его давно ждут. Вот только что он может сделать против воли тех, кто управляет на этой планете всем, даже его собственным телом.

Неожиданно подал голос Гром Жером, походивший в эту секунду на растерянного мальчишку:

– А память стирать обязательно? Там ведь столько всего… хорошего.

– Наш опыт показал, что сохранение воспоминаний для большинства переселенцев делает их пребывание в новом доме несчастным, наполненным чувством безысходности, что не соответствует законам созидания совершенного совершенства в царствах, идущих по пути Любви и Братства.

– А как насчёт миров нашего типа? – Рич искал любую зацепку.

– Помещение в миры, идущие по пути Власти и Силы, мы считаем негуманным и бессмысленным. Там шанс выживания будет минимальным.

Рич с тоской посмотрел на замершего гранд-капитана. Вот уж кому жизнь в мирах Любви и Братства будет поперёк горла.

– Что будет с ним?

Наблюдатель с пониманием кивнул и пояснил:

– Этот человек другой. Каждый из вас здесь делает свою работу, но только не он. Коды воинственности его душевной матрицы не позволят ему гармонично существовать ни в одном из наших миров, потому мы переместим его в соответствующие его природе условия, предварительно стерев память. Этот человек продолжит выполнять свою миссию, но уже в другом месте.

– А что с Соней, с нашим пилотом? Она у вас?

– Пилоту вашего корабля уже был предоставлен выбор.

Сердце Рича предательски дрогнуло.

– Что она выбрала?

– Пилот пожелал отправиться туда, куда прикажет командир миссии.