Влюбленный ежик берсерк покоряет тайгу

Глава 1

В лесах Ярославля жила старинная община ежей берсерков, верившая в своего ежиного бога. Жили они дружно, набирались коллективно жирком на зиму, переживали за тех, кто в процессе ожирения не смог вернуться с зелёных троп леса домой. Эти ежи были до абсурдного бесстрашны и сильны. Великая сила общины была в секретах, которые передали им их Великие бесстрашные предки. Правильный сбор в сакральный день и особое время ночью наделяла природа мухоморы особой силой. У каждой общины были свои тайные знания о грибах, наделенных великой силой. Уже не одно ежиное поколение рождалось и умирало в гнездах, которые так уютно им предоставил вековой дуб в Ярославских лесах. Маленькие ежики весело проводили свое беззаботное время, возясь с мягкими иголками, и заботливые матушки, укладывая своих деток спать, обязательно клали им за щечку маленький кусочек великого мухомора. Они никогда ничего не боялись, так как верили, что Великий дуб и не менее Великий гриб уберегут их от опасностей в виде хищных птиц, и на века будут им пристанищем и защитником. Но люди совершенно не знали о существовании такой бесстрашной общины, и преследовали свои цели, для расширения владений валили лес и все ближе приближались к ежам. О том, что скоро люди придут и могут погубить их Великий дуб, начали поговаривать родители маленьких ежат, но большинство старейшин, как настоящие сильные и не слабо абдолбанные войны, в это не верили, считая, что люди не посмеют зайти на территорию таких, как они, люди трусливы в отличие от ежей. Ведь старейшины прожили уже достаточно долго и пережили не одну зиму, им было уже за 6 лет и иглы их уже выцвели, пообламывались в суровых зимних спячках, а иногда и просто от очень большой силы Великого гриба ежи мутузили друг друга, впоследствии слагая легенды о великих набегах. Но был один очень древний еж, он уже не мог выходить из своего гнезда, и маленькие ежи очень любили слушать рассказы о том, как живут ежи на других дальних территориях. Эти истории собирались поколениями и после снятия пробы грибапередавались с иголки на иголку. А узнавали про жизнь на других территориях из приключений очень смелых ежей, которых похищали хищные птицы. Но они, будучи сильными и смелыми, всегда вырывались из когтистых лап, после чего разрывали их своими сильными, но маленькими лапами, и оставались жить там, где сыскали свободу и подвиги. Многие выросли на рассказах этих путешественников, и когда пришла беда, они решили, что пришло время для того, чтобы пробудилась Великая сила и помогла им добраться до других общин или найти и покорить новые деревья. Так многие родители стали собираться в путь вместе со своими ежатами, но большинство оставалось и не хотело никуда уходить, они очень любили свой дом и готовы были за него сражаться. Так и началась трагедия двух юных влюбленных ежей Мыхра и Выхры, влюблённые не смогли уговорить своих родителей или остаться, или уйти. Поэтому он остался, как верный и преданный сын, в общине защищать, как велели предки, а ее, заливающуюся слезами, увезли в новые земли. Перед расставанием они не смогли провести время вместе и попрощаться, ведь их родители предполагали, что те могут сбежать, и поэтому не выпускали их из гнезд.

Прошла зима и юный еж вырос уже в матерого взрослого ежа, который видел прекрасные наполненные счастьем с любимой сны. Ведь Великий гриб, который так заботливо дала ему матушка, в этом помог, Мыхр так и не смог полюбить другую, оставался верен ей. Как и хотели его родители, он помогал им защищать свой дом. Они нападали всей общиной на территорию людей, максимально съедали их запасы, ругались с домашней скотиной и устраивали бардак и подкопы в огородах. Но люди не понимали, что ежи проводят контрнаступления на их территории, предполагая, что ежей стало слишком много и нужно избавиться от них. Так героически в великом бою за защиту дуба погибли родители Мыхра, и их Великий дуб был приговорен людьми стать кухонным гарнитуром.

Посидел пооплакивал он свое горе и решил, раз больше ему нечего и некого защищать, он обязан, прежде чем уйти к предкам, как великий воин, найти свою любимую Выхру, которая поселилась в его сердце на весь его ежиный век. Пройти ради любимой миллион верст, да не вопрос, так как настоящему ежу берсерку кусты по иголки, особенно если правильных мухоморов в дорогу положить. Собирать с собой много пожитков не стал, только самое необходимое - мухоморы, ведь он закаленный в боях воин с надломленными иголками и шрамированными лапами. Взглянув на прощание на то, что осталось от его некогда Великого дома, закинул узелок на хребет и ушел в предрассветный туман за любимой в Уральские горы.

Шел он уже две недели, днем он, спрятавшись в кустах, отсыпался, а с наступлением темноты выходил на большую дорогу, когда собирал, когда и отжимал пропитание. Точной дороги он не знал, но был абсолютно уверен, что зов ежиного сердца не может ошибаться, где теперь живет его любимая Выхра. И вот однажды остановившись после долгого пути и охоты под кустом, раскапывая листья, которые не перегнили за зиму, на него с этих кустов упала улитка, с покоцанной раковиной и завязанными между собой глазами.

- Ооо, привеееттт путешественникам!!! – радостно заголосила улитка.

- И Вам здравствуйте! Извините, если помешал Вам отдыхать, – родители ежа были интеллигентными и дали ему хорошее воспитание.

- Да не, я так решил немного подумать, как мне удобнее до родни добраться, а то я хоть и очень быстрый, но времени мне дали очень мало, а повидаться надо с таким большим количеством. Ты тоже к родным идешь? - спросил улитка.

- Не совсем, к любимой, надеюсь, она меня еще любит и ждет, – ответил еж, тяжело вздыхая.

- Конечно ждет, ты же вон какой брутальный сильный еж, да все ежихи при виде твоей крутизны будут иголки скидывать, - начал расхваливать новый знакомый.

- Нет, не надо, чтобы иголки скидывали, с ними они такие прекрасные, – мечтательно заговорил еж и даже стал закрывать от удовольствия глазки, что точно не входило в планы улитки.

- Да, согласен, мне они с иголками тоже больше нравятся! А ты куда путь держишь? И как тебя звать? Я Великий Шустрик, самый быстрый среди нас, – гордо выпятившись из раковины, пиарил себя он.

- Путь мой долгий и сложный, на Уральские горы я иду. А имя мое, как и моего дедушки, Мыхр, – с гордостью сказал еж.

- Какое удивительное имя, - произнес улитка, а сам подумал: вот надо же было так мужика обозвать: Мыхр-Выхыр - на хрен вышел. - Ну просто замечательный день, мне в туже сторону, предлагаю отдохнуть и вместе отправиться в путь.

-Да я не против, вдвоем веселее, но предпочитаю двигаться с заходом солнца, если Вам будет удобно, – обрадовался нежданному попутчику ежик.

- Да никаких проблем. Я готов в любое время, – улитке было все равно, он уже давно плохо видел, что днем, что ночью, единственное, что он желал - это иголки ежа, на этом они и уснули.

Проснулся ежик, как только зашло солнышко, вылез из листвы, стал искать своего нового знакомого. Посмотрел по всем сторонам - нет его. Не мог же он уйти, когда они договорились идти в месте, и тут где-то рядом раздался стон удовольствия.

- Шустрик, Вы где, Вам плохо??? - забеспокоился за своего знакомого еж.

- Я забирался на ветку куста, хотел посмотреть дорогу, но ветром меня сдуло на твою спину, и я тут застрял между твоими иголками, - выныривая из блаженства ощущений, говорил улитка, ведь иголки ежа дарили столько кайфа.

- Надо что-то придумать, чтобы Вас достать. Вам, наверное, очень больно, – запаниковал еж.

- Да, больнооо, - проговорился улитка, но быстро смекнул, что сболтнул что-то не то. – Не переживай, мне не больно, я тут очень аккуратно застрял, и если я тебе не мешаю, то мы можем отправляться в путь, и отсюда мне видно, куда мы движемся, так что лучше будет, если я останусь тут. Я отношусь к роду Великих сухопутных улиток-путешественников, и это большая удача, что ты меня встретил, - заливал он, чтобы хоть чем-то заинтересовать ежа в своей пользе, ведь он являлся обычной виноградной улиткой, которую выгнали.

- Хорошо, мне не тяжело, тем более, если мы из такого рода, то думаю, Вы лучше знаете, как нам путешествовать, – так, более не тратя времени, они направились в путь.

Пока один быстро передвигал ножками и двигал иголками, второй лежал, вспоминал о доме, из которого выгнали, и мечтал о месте, куда его привезет еж, ведь там обязательно должно быть много ежих. Воспоминания его были тяжелыми, так как он был единственной улиткой-мазохистом в их большом зеленом городе в трех кустах. Он рос нормальной улиткой, которая ничем не отличалась от остальных, так же как и все с удовольствием хрумкал листья кустарников. Но однажды обожравшись, улитка задремал и не заметил, как остальные уже начали свой путь в сторону города. Проснувшись и обругав свой неуемный аппетит, он заторопился домой, но не рассчитав набранные объемы, очень шумно шмякнулся вниз, прощаясь в полете с родными. Приземление вышло болезненным, но боль пришла не одна, она принесла с собой тягучее удовольствие. Так и продолжалась его жизнь, только уже в новых краскх и ощущениях, пока это не заметили остальные. Решив, что их дорогой брат серьезно заболел, ему дали выбор: уйти самому умирать подальше от города, или его отведут на Великий камень и придадут в жертву хищной птице, что мешает им жить, которая умрет от его болезни. Шустрик хоть и был уже основательно с отбитой головой, но пасть смертью храбрых он точно не хотел, потому на максимально доступной ему скорости рванул из города, пока его сородичи не передумали. Так он и ползал, периодически падая с растений, но это уже не доставляло тех первых ощущений. И лес услышал его страдания, он упал перед ежом, увидев иголки, он понял, вот его вечный кайф, рай улитки-мазохиста. И теперь, лежа между этих иголок, он мечтал, что будет жить там, где много ежей, и он сможет ползать с иголки на иголку. Предаваясь мечтам и получая удовольствие, он решил помочь ежу поразить любимою и спеть ей песню:

Милая моя ежиха жиха..жиха..жиха,

Разделила нас судьба, расстояние, гора.

Проходящие года - это просто ерунда.

Все равно к тебе иду яяя,

Все равно тебя найду яяя,

Только ты меня дождись ..ись..ись

Так под веселое сочинительство улитки и рассказы о жизни теперь уже два друга-путешественника прошли немалое расстояние. Ведь чем больше они проходили, тем ближе ежик был к своей любимой. С таким великим и бесстрашным воином, улитке были не страшны никакие птицы и мелкие зверьки леса. Но когда им приходилось идти по пути, на котором было сложно найти что-либо съестное, Шустрик замечал, как меняется взгляд ежа с дружеского на гастрономический. Благодаря особому таланту и везению улитки, в такие моменты ему удавалось глубоко зашухариться в иглах, и еж при всем желании не мог его оттуда достать и сожрать. А после они об этом недоразумении забывали, ведь друзья умеют прощать слабости и ошибки друг другу. Когда они останавливались на ночлег, то храп ежа, который был, как у настоящего воина, своим звуком оповещал о могучем воине, что спит под кустами. Слыша его, все обходили по большой дуге, шли в Казань через Рязань. Ну а Великому оруженосцу улитке Шустрику храп добавлял особой перчинки, ведь тогда иголки ежа так приятно вибрировали.

На их пути попадались непроходимые болотистые места, для преодоления которых друзьям приходилось прикладывать много сил и мухоморов. Особенно большой расход Великого гриба уходил в моменты, когда приходилось на плоту из куска коры переплывать болотца. Ведь тогда сильному берсерку приходилось активно и усиленно махать своими граблями, так как они постоянно застревали в тине. Хоть силой еж обладал немереной по его шкале измерений, но природа все-таки побеждала, доказывая, что лапки-то коротки. Преодолев столь тяжелую болотистую местность, в прыжке спрыгивая с плота, еж залетел в муравейник - так заботливо выстроенный небоскреб рыжими лесными муравьями. Потревоженные жители столь невежливым и грубым залетом в гости вышли на разборки. Храброе муравьиное войско приблизилось к ежу, но не успело сообразить, что еж коварен. Громко рыгнув, он погрузил все войско в мухоморные глюки. Те, кто направились на заделку немалой дыры в центре муравейника, не обращали внимание на то, что происходит внизу, ведь у них было четкое задание. Муравьи, живя в таком большом муравейнике, четко разделяли обязанности кто что делал и не обращали внимание на то, что делали другие, а очень даже зря. Так мухоморная отрыжка, уложив в красочный сон муравьиное войско, стала подниматься вверх, что не заметили рабочие. Но увиденные в дыру звезды стали казаться им ярче, притягательней, и любоваться они ими могут часами, полностью забыв о починке муравейника. Подходить к ежу никто больше не решался, ведь он продолжал периодически выдыхать мухоморные пары, и своим богатырским сном и могучим храпом заставлял вибрировать весь муравейник, поэтому починить дыру никто не мог. На второй день муравьи дотумкали, что пока еж не покинет муравейник, дыра им очень помогает, выветривая большую часть мухаморных паров. Единственное, что смущало муравьев, что птицы, которые раньше питались ими, стали очень влюблено чирикать над муравейником, а следы их любви попадали на муравейник. Спустя почти четыре дня в сильно уменьшенном от вибраций муравейнике проснулся еж. Еще с детства он не любил этих товарищей, ведь эти гады так противно бегали и кусались между иголок, обламывая весь кайф от принятия силы гриба. Поэтому, обведя муравейник грозным взглядом, проверив свои мухоморные запасы и вычесав пару абдолбаных клещей, он покинул муравейник, проделав еще одну дыру в нем. Муравьи на такие мелочи решили не обращать внимание, главное, что воин Мыхр покинул их негостеприимный дом, а клещей они счастливо оставили себе в знак компенсации для изготовления увеселительной настойки.

И вот первые летние дожди затормозили их. В поисках места, чтобы переждать непогоду, они набрели на гнездо собратьев ежа. В гнезде было сухо, по-спартански сделаны лежанки из листьев, разбросаны чьи-то остатки неизвестно с какой еще зимы, а возможно это останки одного из предков проживавших тут ежей. Повертя отбитой головой, Шустрик обрадовался новому пристанищу, где можно переждать непогоду.

- Ну что, Мыхр, паркуй штиблеты, тормоши узелок, будем на ночлег устраиваться, - радостно заговорил улитка.

- Подождем, может, сейчас вернутся хозяева дома и не захотят с нами делить крышу, – усевшись на свой нижний бампер, изрек воин.

- И че, опять мухомор за щеку и отжимать хату будешь? - уставился на него своими завязанными в узел глазами улитка, не хотел он дыры в крыше, как в муравейнике, там были звезды, тут будут лужи, и еще и смыть в неизвестную канаву может.

- Не сразу, вначале поговорим. Может, тут живут ежи-путешественники, о которых мне рассказывали старейшины, и я узнаю и принесу новые знания и рассказы, —задумчиво сказал он.

- Да ты как всегда прав, мой сильнейший и умнейший друг, – подхалимничал улитка, но про себя думал, что, возможно, они вляпались в трындец и сейчас ежу набьют морду, выкинут под дождь, где того унесут водные потоки, а судьба Шустрика будет очень банальна - его просто сожрут.

Долго хозяев ждать не пришлось, гора листьев в дальнем углу зашевелилась, и показался неоднократно поломанный и подранный нос, потом что-то унюхав в воздухе, выползло, пошатываясь, все остальное. Это остальное как-то вызывало брезгливое чувство у улитки, а у ежа - ожидание воинских бесед. Остальное представляло мутноватый косой взгляд с блаженной улыбкой и постоянно нервные вздрагивания. Также наблюдался дефицит иголок, что заставило задуматься улитку, сможет ли он попасть в свой рай или чем глубже в лес, тем более лысые ежи. На оставшихся иглах прилипла паутина, но наличие клещей не наблюдалось, видимо брезговали они его кусать.

- Оооо, чувак, ты принес мне дары? - проблеяло это создание.

- Слушай, Мыхр, это какие-то неправильные ежи, я тебе точно говорю, вот и гнездо у них неправильное, – смекнув, что дело пахнет керосином, засуетился Шустрик.

- А что это за сопля у тебя за спиной, которая определяет ежийность? - сказал, пытаясь сфокусировать взгляд и как-то удержать равновесие недоеж.

- Это мой друг, мы вместе путешествуем, нам в Уральские горы нужно, ему родственников навестить, мне - любимую. Не обижайся на него, воин, он до этого никого не видел из ежей, кроме меня, поэтому не знает сколь тяжелыми могут быть сражения, - объяснил политику улитки Мыхр.

- Гхр… гхр, - забулькал этот недоеж, видимо, это он так пытался смеяться или захлебывался, было понять затруднительно. - Этоооо ты, чувак, точно ошибся, мы не воины, мы химикииии, – зато сразу стал понятен эффект с иголками - перехимичили.

В этот момент, фыркая и отплевываясь от воды и застарелых листьев, в гнездо вкатились еще два таких же, видимо, химики, крепко держа в лапах узелки с ингредиентами.

- Оооо, всем радужного накрываловаааа!!! - поздоровался один из них.

Вывалили на полу гнезда мухоморы и еще несколько других грибов и ягод, которые заинтересовали Мыхра, ведь раньше он их никогда не видел. В их старинной общине использовали и собирали только один гриб, но вот эти, как пояснили прибывшие ежи, грибы белые поганки и волчья ягода в сочетании дают просто мегасилы и возможности. Эти новые ингредиенты, качественно собранные такими же заинтересованными белками, которые в обмен дают их на готовый эликсир, ведь благодаря нему они могут прыгать намного выше и лететь намного дальше. Мыхр очень обрадовался, что он узнает не только новые истории, но и у него есть уникальная возможность научиться творить эликсир всесилия.

- Чувак, я чую, у тебя тоже есть ингредиенты, не местные, как и ты, любопытно, что из них получится, – заинтересованно принюхался второй закатившийся еж.

- Мне тоже интересно, и я с радостью поделюсь ими с вами, если вы и меня научите варить такой волшебный эликсир, - мечтательно сказал Мыхр, калькулируя в голове пользу от такого умения.

- А может не надо, нас вроде как ждут великие дела и твоя любимая, – понимая, что, судя по горящим глазам этих ежей, ничего хорошего для него не предвидется, ведь если к его мазохизму прибавятся еще и мухоморы, он не переживет это лето.

- Ничего, дела подождут, знания о Великих грибах не могут ждать, – уверенно сказал еж, и после этих слов даже улитке стало страшно и за себя, и за лес вокруг.

Если один ежик под мухоморами - это сложности в лесу, то четыре под экспериментами - вообще трагедия. После первых экспериментов ежик-воин проснулся в гнезде с белками, как он туда попал, рассказали милые соседи дятлы, так как им, бедным, пришлось уворачиваться от того, как белки играли ежом, лупя по нему палками. Таким образом, он летал с дерева на дерево, это объясняло местами выпавшие иголки. Остальные трое подтягивались к месту зельеварения еще пару дней. Одного подобрала по дороге вторая часть белок, которая участвовала в дегустации, и проверяла, дальше ли они смогут прыгнуть. Видимо дальше, раз возвращались дольше. Двоих принесли разозленные рыжие муравьи, которые никак не могли привести в чувство своих сородичей, после того как эти двое вырубились у муравейников и их дыхание разнесло пары эликсира по муравейнику. Приходили в себя они несколько недель, делая соответствующие выводы после опроса тех, кто участвовал в дегустации. Улитку Шустрика так и не смогли найти ни с земли, ни с воздуха, то ли закинули далеко, то ли его еще не попустило, ведь в процессе изготовления того все разно зацепило и накрыло.

Следующий экспериментальный образец усовершенствовал пролетавший неместный орел, выронивший из клюва ягоды бузины. Он летел на знакомство с будущей пассией, но засмотревшись движением в лесу, выронил подарок, который угодил точно в котелок. Стоит ли говорить, что после он стал уже местным орлом и про пассию забыл, не до нее стало. Шустрик под конец второго эксперимента тоже нашелся, свою пропажу он объяснил тем, что добрые белки скинули его с дерева, и он угодил в нору крота. Пока он пришел в себя, пока набрал скорость для преодоления расстояний, ведь он самый быстрый, но и на это требовалось время. И вот преодолев все трудности, он смог вернуться к ним, точнее его принес тот самый крот, к которому его скинули. Поначалу крот думал, что провалившееся к нему существо мучается в предсмертной агонии, но проходили дни и недели, а он все не дох и стоны продолжались. Когда терпение крота подошло к концу, он пошел разбираться и приволок незаконного поселенца сюда, ведь тот нагло начал жрать запасы. Проверка на берсерке показала, что он может забодать мышь, задолбать лису, и действительно он - воин, так как теперь могуч, вонюч и страшен.

Прошло лето, было сделано много открытий, выпито прилично образцов и закусано не меньшим количеством мухоморов и поганок. Так бы и продолжалась угарна тусовка местных обитателей леса, но их сходку заприметил лесник, что не обещало ничего хорошего. После одной из обнаруженных лесником тусовок им пришлось полностью переезжать всем составом, так как туда понаехали всякие экологи и пытались найти, что отравляет зверей, отчего они себя так ведут и тусуются вместе. Орел вспомнил о своей пассии, еж вспомнил о любимой, улитку все устраивало, и он решил остаться на месте. Так что время поджимало, любимые, как думали мужчины, заждались, и потому что им в одну сторону, договорились лететь на орле.

Лететь ежу было интересно, ведь это был его первый полет и, видимо, последний, так как орлу трудновато давался полет, его частенько нехило заносило. Как и мечтал ежик, сердце привело его к любимой, ну и крылья орла ему тоже в этом помогли. Вот только не дождалась любимая, не смогла, и уже была другому отдана. Но узнав, какие подвиги совершил ежик, и какие великие знания он принес о наделяющих силой грибах, особо кайфовое место он в общине нашел сразу. Да и в одиночестве такому великому воину находиться не пришлось, ежихи, не сбрасывая иголок, искали у него взаимности. Так и дожил свой ежиный век великий, могучий и вонючий ежик из старейшей общины берсерков.