Вербальная эффективность

Вербальная эффективность.

Пролог.

Утренний Привоз гудел, как встревоженный улей, но эпицентр тектонического сдвига находился в травмпункте на углу. Тетя Соня сидела на жестком кушетке, бледная, как вчерашний хек, но с глазами, полными библейской скорби. Напротив нее, утомленный жизнью и сорокаградусной жарой, стоял доктор Фишман. В воздухе пахло йодом и безысходностью.— Соня, не делайте мне беременную голову, — устало вздохнул доктор, разматывая бинт. — Вы сломали средний палец. Обычный закрытый перелом. Мы наложим гипс, и через три недели вы будете снова здоровы, как до революции.— Фишман! — Соня всплеснула здоровой рукой, и этот жест едва не снес со стола баночку с зеленкой. — Вы говорите «обычный палец»? Вы, дипломированный специалист с высшим медицинским зачетом, шепчете мне эту пошлость?! Это не просто палец, Фишман! Это моя вербальная эффективность! Это хребет моей бизнес-модели! Доктор замер с гипсовым бинтом в руках.— Соня, я вас умоляю. Вы торгуете бычками, а не играете на фортепьяно в филармонии.— Ай, не смешите мои тапочки! — Соня запричитала так громко, что за дверью притихла очередь из двух подравшихся биндюжников. — Как я, по-вашему, должна общаться с этой публикой? Вы видели этих сегодняшних покупателей? Они же приходят на Привоз не за рыбой, они приходят делать мне нервы! Они не видят в моих бычках высшее образование и соображают на ходу, как сбить цену! Она драматически подняла пострадавшую руку. Палец уныло смотрел в сторону.— Без этого пальца я как без языка! Чем я буду указывать направление их мыслям, когда они начинают крутить мне фасон? Крутить им дули вдогонку? Так это не тот коленкор, Розочка с соседнего ряда меня засмеет! Дуля — это детсад, Фишман, а этот палец — это был аргумент всепогодного действия! Доктор Фишман поправил очки на носу. В его глазах блеснула искра профессионального азарта, смешанного с чистым одесским состраданием.— Соня, ну и шо вы от меня хотите? Заменить его на протез из нержавейки прямо сейчас я не могу. Соня подалась вперед, схватила доктора за халат здоровой рукой и умоляюще прошептала:— Фишман, душенька... Наложите мне этот ваш гипс куда угодно! Хоть на ухо, хоть на грудь! Но оставьте мне палец в рабочем положении! Загипсуйте его так, чтобы он гордо стоял, понимаете? Чтобы он три недели без выходных транслировал этим идиотам мое к ним уважение, пока я буду насыпать им тюльку левой рукой! Лишите меня здоровья, доктор, но не лишайте меня главного коммерческого преимущества! Фишман посмотрел на палец, потом на Соню, потом снова на палец. Мир за окном медленно менял свой порядок, а в стенах травмпункта рождался новый шедевр одесской ортопедии.

Глава 1. Контракт.

Доктор Фишман, смешав в одном стакане свое медицинское умение, природную сообразительность и глубокое уважение к капризам клиентки, совершил чудо ортопедии. Он так искусно загипсовал пострадавшую конечность, что два соседних, абсолютно здоровых пальца оказались намертво примотаны к лонгете, а сам виновник торжества — средний палец — гордо и одиноко торчал вверх. Палец, хоть и не был закатана в белый гипс, от такой авангардной хирургии, казалось, растерялся и решил неспеша срастаться прямо на весу. Побочный эффект инновации выявился незамедлительно. Мстительная тетя Соня обнаружила его прямо в кабинете, когда попыталась привычным жестом снизить цену за услуги доктора.— Фишман, и шо это за натюрморт? — возмутилась она, пытаясь сложить Фишману фигу. — Мне невозможно закрутить вам даже копеечную дулю! Гипс держал руку намертво. Проверенная годами бизнес-модель рухнула в один миг. Без всепогодного пальца торговля на Привозе встала как вкопанная. Великая трагедия предлагала Соне самые разные, один изощреннее другого, способы повеситься. Яркая фантазия с удовольствием рисовала загробные сцены на фоне нераспроданных бычков. И тут до ее угасающего сознания откуда-то издалека, словно сквозь вату, донеслось тонким детским голоском:— Тетя Соня, а за что ваша рыба?— Уйди, мальчик, не делай мне нервы, не мешай страдать! — автоматически дернулась Соня. Она хотела привычным, отточенным движением показать оборванцу направление, куда ему идти вместе со своими глупыми вопросами. Но рука в тяжелом гипсе лишь неловко качнулась, выставив вперед мертвый указатель. Мальчик, моментально отскочив на безопасное расстояние, обернулся и с чистым одесским ехидством показал Соне жирную, классическую дулю. Соня посмотрела на мальчика долгим, полным библейской грусти взглядом. Потом перевела глаза на соседку Розу. Та, как заведенная, искусно орудовала руками, взвешивая глянцевую кефаль, а ее средний палец так виртуозно порхал в воздухе, расставляя акценты в споре с покупателями, что это походило на балет. И вдруг мешавшее Соне всю сознательную жизнь среднее образование с размаху, словно тяжелый хек по затылку, влепило ей гениальную идею.— Эврика!!! — заорала Соня на весь рыбный ряд так, что Привоз еще долго и судорожно пытался вспомнить, кто такой этот Архимед и из какого он парусного пароходства.— Эврика! — не унималась Соня, хватая Розу за фартук свободной левой рукой. Роза от неожиданности чуть не выронила ручные весы. Уже через пять минут, на обрывке оберточной бумаги из-под тарани, соседки срочно, с перерывами на крики и взаимные оскорбления, составляли исторический документ. Это был Договор, согласно которому одна Сторона (Исполнитель в лице Розы) обязуется оказывать другой Стороне (Заказчику в лице Сони) услуги по экстренной вербальной и невербальной поддержке коммерческой деятельности. Проще говоря, Роза брала на себя обязанность крутить дули, тыкать пальцами и посылать несообразительных покупателей Сони во все инстанции, дабы на этом углу Привоза всем и каждому всё было сразу понятно! Баланс в мире начал медленно восстанавливать торговлю привычно надеясь на барыши.

Глава 2.

Одесский франчайзинг

Летом Одесса стремительно превращалась в бурлящий туристический муравейник. Каждый приезжий «муравей» считал своим священным долгом посетить как минимум два места силы: пляж Ланжерон и Новый Привоз. С некоторых пор дикая интенсивность человеческого потока взвинтила спрос на рыбу до небес, и пришло время менять расценки. Но процесс уточнения цены для Сони всегда был делом мучительным, интимным и глубоко оскорбительным. Для ведения эффективных переговоров с туристами Соня и Роза сначала сели составлять Дополнительное соглашение. Согласно документу, в моменты фиксации итоговой стоимости бычков, Роза должна была по команде Сони показывать покупателю средний палец или тыкать дули повышенной мощности. Поскольку логистика процесса хромала (Розе приходилось отвлекаться от своей кефали), Соня тут же затребовала скидку.— Сонечка, не делайте мне смешно, — отрезала Роза, пряча руки под фартук. — Доп-соглашение еще не подписано? Значит, и услуг никаких нет. Бесплатно я вам даже направление на вокзал не покажу. Судьба нового договора подозрительно присматривалась к этой тупиковой ситуации сверху, зацепившись за крышу рыбного павильона. Прения сторон становились все горячее. В разгар взаимных и крайне неравноценных обвинений Соня, яростно отнекиваясь, сделала шаг назад и случайно наступила на хвост коту. Того самого, который, как мы помним, был официально прикомандирован к Привозу для соблюдения общего порядка. Соня не целилась специально и ни на что такое не намекала. Но она так монументально озадачила бедного кота, наступив всей своей массой на его пушистое будущее, что животное от неожиданности и дикой боли заорало на чистом английском языке:— ФРАН-ЧАЙ-ЗИНГ!-услышало туговатое ухо Сони! Рыбный ряд замер. Кот пулей взлетел на весы Моси, а Соня хлопнула себя по бедрам левой рукой:— Гениально! Выход найден! Юридическая мысль Привоза совершила квантовый скачок. Никаких доп-соглашений и почасовой оплаты труда Розы! Кошачье слово легло в основу нового монументального Контракта. По договору коммерческой концессии (в простонародье — франчайзинга) Одна Сторона (Правообладатель Соня) передавала Другой Стороне (Пользователю Розе) эксклюзивные права на использование своей уникальной технологии ведения коммерческих переговоров. К договору прилагалась строгая Технологическая карта вербально-жестовых комбинаций, разработанная лично Соней: Комбинация №1 «Куда вы смотрите?»: Роза выставляет указательный палец в сторону Сониного товара, совершая три круговых движения глазами, транслируя покупателю стыд за его скаредность. Комбинация №2 «Фирменная дуля со скидкой»: Классический замок из пальцев, где большой палец Розы просовывается между указательным и средним с легким поворотом по часовой стрелке. Применяется при попытке туриста скинуть цену больше чем на две гривны. Комбинация №3 «Всепогодный аргумент»: Роза поднимает вверх руку Сони со знаменитым загипсованным средним пальцем, выступая в роли живого привода для Сониного непобедимого орудия труда.Через неделю весь Привоз, включая Мосю, чаек и хромого биндюжника пробегавшего мимо, ходил смотреть на этот триумф новой бизнес-модели. Роза виртуозно крутила чужие комбинации, Соня принимала кассу левой рукой, а кот сидел на безопасном расстоянии, зализывал будущее и требовал свой процент за идею.

Глава 3.

Корпоративный сегмент

Привоз в Одессе — это такое уникальное место, где человеку, однажды здесь побывавшему, вместе с покупкой всегда заматывают в газетку порцию сообразительности. Абсолютно бесплатно, как бонус от заведения. Местные предприниматели, обладавшие этой сообразительностью с рождения, быстро заметили, как неожиданно и круто пошла в гору торговля у новоявленных компаньонок. На Сонин загипсованный «аргумент» и Розину виртуозную логистику пальцев начали заглядываться из соседних палаток, магазинчиков и обувных лотков. Соне и Розе стали поступать первые коммерческие предложения: «Девочки, придите к моему прилавку со своим фасоном на полчаса, а то этот покупатель из Киева вынул мне всю душу за пару кальмаров!».Подруги быстро почувствовали тектоническую миграцию капитала в сектор B2B (бизнес для бизнеса). Они отчетливо поняли: услуга имеет колоссальную перспективу, и ее надо развивать. Решение окончательно пощупать большой корпоративный сегмент созрело в тот исторический день, когда компаньонок официально пригласила к себе сама Администрация Привоза. Задача стояла государственного масштаба: нужно было доступно, без использования нецензурной лексики, объяснить коммунальному предприятию по вывозу мусора железное мнение Администрации по поводу качества и системности их работы. Соня и Роза прибыли на объект во всем великолепии. Роза выступала в роли живого привода, а Соня левой рукой направляла ее жесты, пока правая, загипсованная, транслировала коммунальщикам суровые корпоративные стандарты. Это был триумф антикризисного менеджмента. Начальник мусоровывозящей компании плакал, подписывал графики уборки и клялся мамой, что Привоз станет чище, чем операционная доктора Фишмана. Руководство рынка еще очень долго на каждой профсоюзной попойке с придыханием вспоминало невероятный профессионализм и «высокую вербальную эффективность» этих двух дам. Бизнес окончательно вырвался из-под рыбного прилавка. Поняв, что Привоз для них уже тесен, Соня и Роза уверенной поступью начали распространять свою франшизу по всему городу. Инновационный метод бесконтактного внушения требовали в филармонии, на заседаниях горсовета и в очередях за путевками в санаторий. Пришло время расширяться, открывать полноценный офис и нанимать персонал для масштабирования технологии! Бизнес Сони и Розы вышел на новый уровень!

Глава 4.

Политический коленкор Когда франшиза Сони и Розы по бесконтактному внушению навела идеальный порядок на таможне, в порту и даже заставила цвести каштаны на Дерибасовской строго по графику, Одесса поняла: городу нужны новые лидеры. Надвигались выборы мэра. Прежний градоначальник, бледный от осознания неминуемого фиаско, пытался обещать электорату новые дороги и бесплатный проезд в трамваях. Но Одессу нельзя купить трамваем, когда на кону стояла настоящая, всепогодная эффективность. Инициативная группа с Привоза, возглавляемая Мосей и тем самым прикомандированным котом, выдвинула кандидатуру тети Сони. Роза возглавила предвыборный штаб. Предвыборная кампания была недолгой, но сокрушительной. На дебатах Соне даже не пришлось открывать рот. Пока оппонент сыпал цифрами из блокнота, Роза просто подняла вверх руку Сони в монументальном гипсе доктора Фишмана. Загипсованный средний палец Сони смотрел в лицо оппоненту с таким библейским достоинством и так четко транслировал мнение народа по поводу всей городской бюджетной политики, что экс-мэр прямо с трибуны ушел писать заявление по собственному желанию. Соня победила с результатом 99,9% голосов. Один процент недобрали из-за Розочки, которая в день голосования увлеклась продажей свежей глосси и забыла дойти до участка.

Эпилог

День инаугурации нового мэра Одессы вошел в историю. Думская площадь была забита людьми так, будто туда завезли бесплатную икру. На балконе мэрии, украшенном гирляндами из лаврового листа и сушеного бычка, появилась она — Софья Марковна, в девичестве тетя Соня. По протоколу полагалось положить руку на Конституцию и произнести долгую клятву. Соня обвела взглядом замершую площадь, посмотрела на сияющую Розу, на Мосю в парадном пиджаке и на доктора Фишмана, который тихо плакал от гордости в первом ряду. Соня не стала тратить слова. Она медленно подняла правую руку. Гипс, который за время кампании Роза искусно инкрустировала речным жемчугом и осколками перламутра, вспыхнул на одесском солнце. Знаменитый средний палец гордо и непоколебимо застыл над городом, транслируя в вечность главный девиз новой администрации: «Шо бы вы мне все были здоровы, и даже не думайте делать мне нервы!».Площадь взорвалась такими аплодисментами, что чайки на Ланжероне от испуга временно перестали воровать креветки у туристов. Порядок вещей в этом мире был изменен навсегда, и Одесса наконец-то обрела своего истинного пророка...