В зоопарке

Глава 1

Отчего, отчего на душе так хорошо

Серёжу разбудил воробьиный гомон за окном. Сладко потягиваясь, мальчик поймал себя на мысли, что дворовые пташки особенно звонко щебечут по воскресеньям. В груди от необъяснимой радости будто надувались воздушные шарики. Всё существо, казалось, без остатка растворялось в состоянии беспредельного счастья. Тёплой волной по телу пробежало ощущение любви ко всему на свете – родителям, друзьям, знакомым, одноклассникам, соседям… к каждой былинке, каждой букашечке.

Сквозь щель между шторами заглянуло солнце – луч стрельнул по циферблату будильника. Десять утра. Радость Серёжи умножилась, когда он вспомнил, что сегодня идёт с папой в зоопарк. Желание понежиться в постели тут же испарилось. Мальчуган вприпрыжку побежал чистить зубы.

На кухне в сковородке аппетитно шкворчали жёлтые ломтики картошки.

– Проснулся. Ну, иди, папу буди, завтракать будем, – сказала мама, потрепав сына по голове.

Папа с головой укрылся одеялом, играя в прятки с солнечными зайчиками, которые запрыгивали в комнату через распахнутое настежь окно. Серёжа решил вытащить отца из сонного царства старым дедовским способом – щекоткой.

– Светлана Васильевна, будьте милосердны к немощному человеку, дайте поспать, – послышалось из-под одеяла.

– Папа, вставай, в зоопарк пора, – выдал своё присутствие мальчик.

Стёганый синтепоновый покров стал медленно сползать, из-под него показалась всклокоченная папина шевелюра, а затем – глаз, который, словно перископ подводной лодки, в течение нескольких секунд внимательно изучал сына:

– А ты уроки выучил?

– Ну, какие уроки – сегодня воскресенье, – предчувствуя недоброе, сказал Сергей с обидой в голосе.

Голова отца вновь исчезла в складках одеяла, которое вдруг заходило ходуном и внезапно вздыбилось. Сильные руки, как клешни гигантского краба, впились мальчику в бока…

– У-у-у-у! – угрожающе завыл папа. Отец с сыном давились хохотом, катаясь по кровати. На шум-гам в комнату вошла мама, скептически оценившая эту батальную сцену:

– А ну-ка, успокойтесь! Вон сколько пыли подняли!

На столе по-царски парила жареная картошка, которую папа на армейский манер называл «слоном».

– Папа, а мы увидим сегодня настоящего слона? – Увидим-увидим, вот только с жареным справимся.

Ааа, обезьяны, кашалоты

Улица встретила отца и сына цветастыми бабушками, судачащими на скамейке у подъезда. Они хором ответили на приветствие, а заодно успели выведать цель путешествия своих соседей.

В салоне троллейбуса, который неспешно двигался по шоссе и натужно урчал, Серёже почудилось, что сегодня здесь собрались самые добрые и улыбчивые люди со всего города. В предвкушении встречи с невиданными животными мальчику казалось, что рогатый автомобиль едет очень медленно, и он несколько раз мысленно подгонял его.

– Папа, а мы не опоздаем? – беспокоился сын.

– Если будешь постоянно спрашивать, то точно опоздаем – остановку проедем, – предостерег отец.

В зоопарке было необычайно многолюдно. Звери, пугаясь такого потока двуногих, жались в углы вольеров. Сердце мальчика отозвалось жалостью. Серёжа всматривался в проемы решёток, на секунду представляя волка, лису, рысь и других диких представителей флоры и фауны в их естественной среде обитания. Но что-то мешало фантазии… Глаза…. У бедных зверушек были печальные глаза. Один только медведь-пенсионер с налипшей на боках соломой, казалось, смирился с постигшей его участью – он беззаботно клянчил у посетителей чего-нибудь вкусненького. Наконец, ряды вольеров с отечественными животными закончились.

Ярким пятном среди серых клеток выделялся киоск с мороженым. Продавщица-снегурочка будто предлагала средство, которое поможет «акклиматизироваться» в переходе от русских мишек к террариумам с экзотическими зверушками. Серёжа почему-то отказался от стаканчика крем-брюле. Отец, заметив перемены в сыне, загадочно улыбнулся.

В отделе с заграничными формами жизни жалость мальчика незаметно улетучилась. Крокодилы, ящерицы, змеи как-то не располагали к сентиментальности. Больший интерес у ребёнка вызвали клетки с обезьянами. Возле решётки, за которой из стороны в сторону раскачивался краснозадый экземпляр, Сергей задержался дольше обычного. Самец макаки с безумным упорством повторял движения маятника.

– Па, неужели мы действительно произошли от таких? – недоумённо спросил мальчик.

– А ты как думаешь? – поинтересовался отец. – Ну, учитель в школе… Это же наука…

– Хорошо. Представь себе, что твоя мама посылает меня в магазин и даёт установку: «Значит, так: ты должен купить два пакета молока! Понял? Повтори: два пакета молока. А не так, как в прошлый раз, когда ты два тома Достоевского вместо молока домой притащил!» И вот я иду в магазин и про себя как заклинание повторяю: «Два пакета молока, два пакета молока…» Наконец, уже в магазине, стою в очереди в кассу и вдруг слышу, что мужчина, стоящий передо мной, просит «пробить» ему два батона хлеба. Имею ли я в эту минуту право возмутиться и воскликнуть: «Люди добрые, вы только посмотрите на этого идиота! Все порядочные люди покупают два пакета молока, а этот глупец покупает два батона хлеба!»

– Не-е, ты бы так не сделал.

– К сожалению, в школе наоборот. Странно, но нам упорно доказывают, что теория эволюции – это истина, только потому, что так решил Чарльз Дарвин. На самом деле в мире не всё так просто.

На руке мужчины запиликали электронные часы, отбивая очередной час. Отец щёлкнул браслетом и поспешно снял часы.

– Веришь, что эту вещицу никто не сделал?

– Как же так, никто, – недоверчиво улыбнулся Сергей, – на специальном часовом заводе их делали.

– Нет. В определённое время, в определённом месте они появляются сами собой, из ничего, – твердил отец.

– Такого не бывает.

– Почему же ты не веришь?

– Ну, как такой сложный механизм мог возникнуть из воздуха?!

– Погоди, а человек? Человек с его кровеносной, нервной и другими системами, внутренними органами, глазами, ушами и прочим, не говоря уже о ДНК, разве мог он возникнуть из ничего?

– Ну, сначала была клетка…

– Так, хорошо. А клетка откуда взялась? Понимаешь, в клетке содержится огромная информация, в которой заданы форма, цвет, размеры существа. Всё это нужно в неё запрограммировать…

Макака, заинтересовавшись двумя гладкокожими существами, которые увлечённо беседовали возле её опочивальни, просунула свою мордочку между стальными прутьями и жадно втягивала воздух подвижными ноздрями.

– Интересно, папа, а почему она ещё не стала человеком?

Дарвин отдыхает

Домой возвращались молча. По земле побежали тени надвигающихся туч – на улице запахло дождём.

– Папа, смотри, вон тот «макак» из зоопарка! – почти закричал Серёжа.

Возле мусорного контейнера копошился мужчина неопределённого возраста. Он был одним из тех, кого породила эпоха высоких технологий и генной инженерии. Его красное одутловатое лицо, закопчённое зловонными испарениями, было покрыто густой щетиной. В неандертальском черепе глубоко сидели два маленьких глаза-уголька, с головы свалявшимися копнами свисали пучки грязных волос.

– Нет, тот в клетке почище будет. Да-а, Дарвин был бы в шоке, узнав, что высшие формы жизни иногда могут переходить в низшие. Думаю, если этого человека как следует отмыть, одеть-обуть, поселить в квартире, дать нормальную работу, то он снова убежит в свой «лес», как и дикое животное при запахе свободы, потому что ему так проще и вольготней жить. Для учёных мужей здесь есть над чем поломать голову. А может и не стоит ломать? Ведь есть вещи, которые наш ограниченный разум не способен объяснить… Серёжа, прибавь шагу, вон, смотри, мама нам в окне «семафорит»…