Ужин в горах

Глава 1

— И зачем ты потащил меня сюда? — недовольно спросил Леша, тяжело дыша.

Мы поднимались по тропе в гору с раннего утра. Я уже бывал здесь, и этой прогулкой хотел заинтересовать друга походами.

— Ты задаешь этот вопрос уже третий раз, — усмехнулся я.

— Так потому, что ты не отвечаешь!

— Завтра…

— Да-да, завтра все увижу.

Я хотел показать ему водопад, который когда-то так понравился мне. А еще то, как приятно спать в палатке и готовить еду на костре. Для начала я составил короткий маршрут — всего на пару дней.

Леша снова обернулся минут через пятнадцать:

— Долго ещё?

Я рассмеялся:

— Ты как осел из Шрека: «А мы приехали? А теперь приехали?» — передразнил я его.

— Сам ты осел! — по голосу друга я услышал, что тот ничуть не обижается.

— Скоро уже придем на стоянку. Есть хочу — умираю.

— Ага, видел я, что ты там набрал. Гречка, сухари и черный чай в пакетиках.

— Ой, простите, пожалуйста, что не взял с собой кальмаров и красного вина. Зато разрешил тебе положить пачку чипсов. Как, кстати, идется — не тяжело?

— Нормально... — пробурчал Леша и поправил рюкзак.

Через полчаса мы вышли на плато, покрытое травой и окруженное зелеными склонами. Вокруг возвышались сосны, через кроны которых пробивались солнечные лучи. Впереди продолжалась наша тропа, уходя дальше вверх в гору.

Мы с облегчением скинули рюкзаки и потянулись. После подъема ощущалась приятная усталость. Пока я доставал котелок и гречку, Леша открыл банку тушенки. Соленый мясной аромат долетел до моего носа.

— М-м-м, — протянул я, предвкушая удовольствие от еды. Все-таки в горах даже гречка ощущается по-другому.

— Дим, — вдруг окликнул меня друг каким-то странным голосом.

Я посмотрел на него: его глаза были широко раскрыты, а взгляд замер — на чем-то позади меня. Я резко обернулся, и на мгновение забыл, как дышать. К нам медленно и вальяжно направлялся медведь.

Ему до нас было метров пятьдесят. Для такого животного расстояние ничтожное. Я судорожно начал вспоминать все, что мне рассказывали про подобные ситуации. В голове всплыло одно — медведя нужно напугать! Показать, что мы больше, громче и страшнее, чем он.

— Бери рюкзак и поднимай над собой! — взволнованно выпалил я, хватаясь за свой.

Друг не стал задавать лишних вопросов. Пару секунд мы как два дурака стояли посреди поляны с поднятыми над головой рюкзаками. Медведь же только с любопытством качнул мордой и продолжил идти.

— А теперь надо кричать, — сказал я.

— Что кричать? — как-то глупо переспросил Леша.

— Просто кричать. На счет три. Раз, два…

Мы заорали так, что сидевшие на ближайшем дереве птицы с шумом взлетели. Медведь остановился. Привстал на задние лапы, принюхался, снова опустился на четвереньки.

А потом понесся к нам.

— Бежим! — завопил Леша, бросая рюкзак и хватая меня за локоть.

Я помчался за ним. Давно я не бегал так быстро. Возможно, никогда.

— На сосну! — снова крикнул Леша.

Времени думать не было. Даже обернуться было страшно. Я зацепился руками за нижние ветви ближайшей ко мне сосны, а ногами уперся в ствол. Подтянулся, перехватился руками за ветки выше, закинул одну ногу, вторую. И дальше, как по лестнице, начал карабкаться вверх, боковым зрением следя, что друг делает то же самое на соседнем дереве.

Наконец, забравшись так высоко, что ветки стали совсем тонкими, мы остановились и оглянулись вниз: медведя не было. Кажется, он за нами и не бежал. Он стоял посередине поляны и, чавкая, доедал нашу тушенку. Потом подошел к рюкзакам, засунул голову в один из них, и с сильным шуршанием что-то оттуда вытащил.

— Только не мои чипсы! — раздалось с соседнего дерева.

Минут через пятнадцать зверь, съев все, что смог достать, лег спать прямо там, между развороченных рюкзаков. А я, отдышавшись и немного придя в себя, вспомнил, что у меня с собой телефон, и попробовал дозвониться в 112, но связь не ловила. Оставалось сидеть и ждать. За разговорами о том, как мы до этого дошли, и что делать, прошел первый час. Ноги начали затекать, и мы осмелились спуститься чуть ниже, где ветви были толще, и можно было сесть поудобнее. Ладони горели от царапин и заноз, полученных при нашем скоростном подъеме.

Прошел еще час. И еще. А медведь и не думал уходить.

Вскоре, начало темнеть. Солнце зашло за склон горы. Поляну окутывала ночь, перекрашивая все на ней в единый черный цвет. Рюкзаки и отдыхающего медведя разглядеть становилось все сложнее. Я всматривался в темноту, когда голос Леши отвлек меня:

— Дим.

— Да?

— Звезды видно.

Я задрал голову. Часть неба закрывали кроны сосен, но в просветах и правда светились белые точки звезд.

— Кажется, я вижу Большую Медведицу, — продолжал Леша. — Вот так видно ручку от ковша, а вот так, — он чуть отклонился вправо, — остальной ковш.

Мы нашли Кассиопею и Ориона. А потом стали придумывать свои созвездия. У нас получились «дрель», «утконос» и «автомобиль». Я долго смотрел наверх, облокотив голову на ствол дерева.

— Дим, — снова позвал меня друг через время.

— Мм?

— Я с тобой больше никуда не пойду.

Я нервно хихикнул. Леша усмехнулся в ответ. Через секунду мы уже ржали в полный голос.

— Сейчас на шум медведь придет, — сквозь смех выдавил я.

— Все, молчим, — ответил Леша и правда замолчал.

Повисла тишина.

Первым сдался я, снова рассмеявшись, и друг тут же присоединился ко мне — мы хохотали так, что у меня заболел живот, и потекли слезы. Мы смогли остановиться, кажется, только через несколько минут.

Вдруг Леша сказал «смотри, он уходит». Я вгляделся в темноту поляны. Большая черная тень перемещалась и в итоге скрылась за одним из холмов.

— Ушел? — прошептал Леша, будто боясь спугнуть.

— Наверное, — ответил я, тоже шепотом.

— Но мы ведь пока не будем спускаться?

— Пока нет. Предлагаю дождаться утра, чтобы стало светло.

— Согласен.

Мы сидели дальше. Было холодно, и хотелось есть. Друг затих и, кажется, задремал. А через какое-то время я заметил, что уже могу разглядеть очертания деревьев и рюкзаков внизу. Темно-синее небо с одной стороны по чуть-чуть начало светлеть.

— Леш, — окликнул я друга. — Смотри!

Я протянул руку в сторону горы, над которой начала появляться розовая полоска света. Она становилась все шире и ярче. К ней добавился персиковый оттенок, а потом оранжевый, как мандарин. А затем появился ярко-желтый круг солнца. Золотое свечение разлилось по вершинам противоположных склонов, медленно опускаясь ниже. И вот уже всю поляну залило светом.

— Красиво… — выдохнул Леша.

Слезать оказалось сложнее, чем залезать. Мы даже удивлялись, как и зачем забрались так высоко. Очутившись на земле, мы похватали рюкзаки и разбросанные вещи и, постоянно оглядываясь, побежали вниз. Спустились мы без приключений и, уставшие и голодные, разошлись по домам. Уснул я не сразу — мне было стыдно и обидно, что все так вышло. После такой прогулки вряд ли я уговорю Лешу снова пойти со мной.

А на следующий день я получил от него сообщение: «Рюкзак практически не пострадал, спальник цел. Я тут почитал, как отпугивать медведей. Что, на следующих выходных сходим еще раз? Не знаю, что именно ты хотел показать мне, но было очень красиво». Я улыбнулся и пошел заказывать новую порцию тушенки.