Утерянное звено автор – Геннадий Дмитричев
Глава 1
Для тех, кому утомительно читать буковки, вот ссылка на звуковую версию рассказа: http://theatrologia.su/audio/2132
Его звали Германом. Так называл его только отец. Мать — Герой, но он не обижался на неё… Друзья-ровесники — Геркой, что тоже куда ни шло… А вот бабушка звала Герочкой, и это он уже никак не мог стерпеть.
Герман родился в космосе и страшно этим гордился. Но бабушка не разделяла его восторга. Она говорила: «Дети должны рождаться на Земле, в своих родных домах». Как она не понимала, что на планете живет великое множество людей, родившихся у себя дома, а тех, кто в космосе — единицы. И он среди них! Не раз Герман пытался втолковать ей это. Бесполезно! И вообще, она была странная, непохожа на них и говорила часто непонятное.
Когда он ложился спать, бабушка подсаживалась к его пневмокровати и пыталась рассказывать какие-то глупые истории, которые называла сказками. Сначала Германа это немного развлекало, но скоро её болтовня начинала раздражать, и он обрывал рассказ, говоря, что в жизни так не бывает.
В этих историях всегда кого-то спасали или защищали во имя любви и справедливости. Бабушка пыталась втолковать Герке, что такое любовь, но, то ли плохо формулировала… — он так ничего не понял. Она говорила, что любовь — чувство, и это чувство она испытывает и к нему. Ну, это уже совсем какая-то ахинея, как говаривал его отец. Вот, например: если он ушибёт ногу или порежет руку, то почувствует боль. Но если это случится с кем-то другим: отцом, матерью или с той же бабушкой, разве будет что-нибудь чувствовать?
Все это он объяснял бабушке. А она говорила, что человечество стало жестоким и мы, якобы, что-то потеряли, сами этого не заметили и что ей жаль его. Он спорил, доказывал, что ничего они не теряли, а если ей плохо, то пускай уходит, — никто не держит. В ответ она плакала. Но это уж, ни в какие ворота, как, опять-таки, говорил отец. Ох уж эти слёзы, как они ему надоели!
Недавно, подслушав разговор родителей, Герман узнал, что бабушка вовсе не его бабушка. Оказывается, когда он был маленьким, и за ним некому было ухаживать, то родители, как очень занятые люди, выбрали ему бабушку из далекого прошлого (теперь-то ему становилось понятным, почему она так не похожа на них). Вообще-то, можно было прибегнуть к услугам робота-няни, как делали многие, но родители Герки почему-то отказались от этой идеи. Возможно, из соображений экономии, или по каким-то иным причинам. Ответ на этот вопрос мальчик так и не услышал. Зато понял другое: теперь они сожалеют о случившемся. Считают, что допустили ошибку, и что бабушку надо энтропировать, так как она плохо влияет на малыша, то есть на него. И хотя он не во всем был согласенс родителями, в частности с тем, что касалось «малыша», но в главном был согласен с ними. Да, бабушку надо эпир… эрони… в общем, подвергнуть процедуре, которой все когда-нибудь подвергнутся, но вовсе не оттого, что на кого-то влияет, просто никому она не нужна. Герке уже шел седьмой год (если считать по земному летоисчислению) и он сам мог позаботиться о себе.
Можно было бы бабушку, конечно, оставить, но больно уж она надоела своим постоянным ворчанием, недовольством всеми и всем, а главное вечными слезами. Не раз, вздыхая, говорила: «Лучше бы мне умереть». Ну что ж, скоро мечта её осуществится. Но они поступят гораздо гуманней…
Незадолго до подслушанного разговора, бабушка поругалась с родителями. Правда, ссора была не первой… но именно после неё родители приняли такое радикальное решение — эн-тро-пи-ро-вать бабушку. Она обвиняла их в бездуховности. Упрекала, что неправильно воспитывают детей (каких детей, ведь он был один у родителей). В ответ те обвиняли бабушку в том, что она дурно влияет на ребёнка: учит разным глупостям и прививает вредные привычки. Какие глупости, и какие привычки? Странные все же эти взрослые.
После их спора Герка долго размышлял. Что такое бездуховность? Слово это производное от дух. Но дух у всех есть, они же люди, а не какие-то роботы! Непонятно.
Размолвка, между бабушкой и родителями, была не первой. После неё она окончательно перестала разговаривать с родителями и общалась только с Геркой. В один из вечеров он сказал, что знает, кто она и откуда появилась. Тогда бабушка и поведала о своей прошлой жизни. Оказалось, что в прошлом у неё был муж и сын, но они умерли. И она стала очень несчастна. Когда попала к ним, вначале даже обрадовалась. Но скоро поняла, что и здесь не лучше...
И тут он разозлился: как может человек быть одиноким, что такое счастье и несчастье? А это дурацкое желание умереть! Если у них так уж плохо, то родители все равно собираются ее эропировать, в общем, скоро она превратится в часть Вселенной.
Сначала она обрадовалась: «Наконец-то отмучаюсь». Но потом странно посмотрела на Герку, погладила своей шершавой ладонью по голове, и в глазах её появились слезы.
— Не смей плакать, — крикнул он, — тебе совсем не будет больно!
Но она все-таки расплакалась, и тогда он убежал.
И вот наступил этот день, когда к бабушке должны применить процедуру низкой энтропии. К ней присоединили провода, и отец подошёл к пульту. Через мгновение бабушки не станет. И тут с Геркой что-то случилось: в груди сжалось, стало нестерпимо больно, к горлу подступил жесткий комок. Он бросился к бабушке… Что-то кричали отец и мать, но Герман их уже не слушал, яростно обрывая паутинки проводов, опутывающие его бабушку! А по щекам текли горячие слезы, которые он так ненавидел.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
