Уникальность По Настоящему

Глава 1

Раж По взглянул на вирт-карточку: изящно, что еще скажешь? Белый шёлк, тонкие чёрные витые буквы, алая, кажущаяся неуловимо знакомой, эмблема. Посылать такие вещицы могут позволить себе немногие, далеко немногие. Вот только имя отправителя, мелким шрифтом понизу, решительно ничего не говорило По.

– Говоришь, это принесли лично?

– Да, сэр. Сегодня утром. И просили передать как можно скорее.

– Благодарю, Джеймс.

– Когда подавать чай, сэр?

– Чуть позже, мой друг, чуть позже.

Раж По дождался когда дворецкий-секретарь выйдет из кабинета, а затем активировал виртитку, слегка сдавив едва заметный сенсор.

Миловидная девушка приветливо улыбнулась с небольшой голограммы, затейливо обрамлённой по краю витым узором.

«Добрый день, мистер По. Компания «Наследие» в рамках презентации своей деятельности проводит уникальное мероприятие – выставку камней собранных с трёхсот отрытых планетарных систем. Только у нас Вы можете увидеть уникальные рубины Карантийской группы, или корундовые трубки Лиесса, всего более десяти тысяч экспонатов. И венцом нашей выставки по праву является собрание минералов «Уральские самоцветы» с планеты Земля, прародины человеческой расы. Уникальность коллекции не нуждается в дополнительном представлении: это единственное уцелевшее собрание камней с погибшей планеты.

Компания «Наследие» рада будет видеть вас в числе посетителей нашей выставки и последующего за открытием аукциона».

Девушка улыбнулась и застыла, словно ожидая немедленного подтверждения.

Коллекции, выставки, трубки: чёрные дыры, что за чушь? Все это давным-давно наскучило. Но всё же… у «Наследия» неплохой штатный психолог. Уникальность! Вот чем можно заманить таких как По. Много ли творений в этой Вселенной понимают в уникальности? Нет. Но и немало.

– Джеймс! – негромко позвал Раж По, и когда дворецкий величаво вошел в кабинет, протянул ему карточку. – Будь добр, займись моей поездкой. Я хочу там побывать.

Джеймс вопросительно поднял бровь, дождался кивка и улыбнулся.

– Опять за старое, сэр?

– Почему бы и нет, – в ответ улыбнулся По.

– Но, как же ваш…

– Брось, Джеймс, что нового в этом дне? Лучше посмотрим на мир!

А пока секретарь улаживает организационные вопросы, По не торопясь проверит оборудование, которое тоже можно назвать уникальным. Второго подобного нет, и вряд ли когда-нибудь будет. Тайное собрание Наблюдателей девяноста секторов приняло пакт, что подобные вещи лучше не придумывать вовсе, чем потом пытаться их уничтожить. За изобретателем установили контроль, продолжавшийся до самой смерти. Личные архивы уничтожили, учеников к Абигелю Нойсу не допускали.

Тилуанская атмосфера благоприятно действует на любого. Кроме тех, кому вдыхать или ощущать ее кожей, смертельно опасно. К счастью, таковых ничтожно мало, всего четыре процента от известных обитателей галактики.

Раж По наслаждался тёплым воздухом, неуловимо пахнущим чем-то цветочным и свежим одновременно. Джеймс предлагал взять флаэрокси, но разве возможно сравнить ощущение от пешей прогулки с практически мгновенным перемещением до гостиницы? Нет, нет и нет! Такие вещи нужно ценить. Поэтому два человека неторопливо шагали по улице, наполненной мириадами разноцветных огней: мегаполис жил, ждал гостей и туристов, распахивал тысячи дверей, предлагая сотни развлечений.

Джеймс нес в руках небольшой чемоданчик, остальной багаж вез позади тихо гудящий колесами робот.

Путь до гостиничного комплекса, утопавшего в густых деревьях и изобилующего подсвеченными фонтанами, занял минут двадцать. За всё это время По не проронил ни слова – он впитывал ощущения и впечатления, словно губка воду. И только подойдя к вращающейся двери с надписью «Добро пожаловать», он спросил:

– Джеймс, как ты думаешь, стоит ли жить здесь?

– Мне кажется, – осторожно ответил дворецкий-секретарь, – Тут отличное место для проживания. Атмосфера, климат…

– Увы, мой друг, нет. Постоянно находится тут нельзя, яркость впечатлений уйдет, мы привыкнем и уже не будем так восторгаться всем этим. Нет, Джеймс, сюда нужно именно приезжать. Да и то, нечасто. Только в этом случае можно получить нечто запоминающееся. Ты же понимаешь?

Джеймс согласно наклонил голову.

То, что ни в городе, ни в гостинице, ни в медиа ему не встретилось рекламных блоков выставки нисколько не удивило По. Кто должен узнать о ней, тот узнал. В пользу этого довода говорило множество существ, гуманоидных и не совсем, заполнивших освещенный приятным матовым светом холл. И даже совсем не гуманоидных типов, которых Раж По мельком разглядел в углу, под большим прозрачным куполом-пузырем.

Он взял у проходящего мимо андроида бокал лиорамового сока, глотнул и почувствовал замечательный холодок легкого страха и нетерпения. Так всегда перед Делом. Чёрные дыры! Он почти забыл, как это восхитительно!

Собравшиеся здесь были мегабогачами вселенского масштаба. Зазванными для пускания в глаза пыли восхищения и преклонения. Для последующего выманивания некоторого количества мультивалютных кредитов на… да какая разница на что! Все присутствующие знали, что принимают участие в очередной афере очередного «фонда помощи кораллам планеты Дьюйк».

По усмехнулся – ужасный по простоте случился тогда стинг, вошедший во все учебные курсы полиций всех рас и планет. Вот и теперь: все всё понимали, но отказаться от приглашения на шелковой вертитке – о нет, это выше сил! У-ни-каль-ность! Единственное, что еще оживляет этот мир.

В подобном обществе всегда есть место мошенникам, негодяям и ворам. Сегодня, к примеру, на кону куш, какого больше нет нигде – коллекция земных камней с Урала! Стоит попробовать, не так ли? Шанс есть всегда, пусть и мизерный. Может быть и Ражу По, известному некогда под кличкой «Удалец» сегодня повезёт? Обычно ему везло… не вспоминать же Тот раз? Всего один, когда его чуть не поймали. Поймала, если быть точным. Фантастическая женщина, уникальная, ошеломляющая…

По покачал головой, отпил еще глоток сока и, почти против воли, сунул руку в карман пиджака: всё было на месте. Не поймали и не поймают уже никогда. Просто, больше некому смочь сделать это.

-Дамы, господа и двумиры! – раздался томный бархатный голос.

По поднял глаза и увидел входивших через открытые внутрь выставки двери женщину и двух мужчин. Высокие, молодые, красивые, самоуверенные. Женщина в красном, мужчины в черном-с-белом. Ничего не меняется в мире, никакой оригинальности!

– Корпорация «Наследие» рада приветствовать на открытии нашей выставки. Вы получили приглашения, поэтому немного знаете о предметах, выставляемых сегодня на обозрение. Для тех же кто еще не в курсе, мои помощники коротко расскажут, что мы хотим вам сегодня показать.

Выступивший вперед молодой чернокожий бириггиец, принялся рассказывать о камнях, кристаллах, минералах и тому подобной чепухе. Упоминались планеты, значимые места добычи, редкости и необычности.

Как и большинство присутствующих Раж По убавил громкость переводчика, чтобы не перегружать себе мозги ненужными сведениями. И лишь слова «Уральские самоцветы» заставили вновь прибавить её. Эту часть По слушал с интересом.

Потом опять заговорила женщина. Она предложила пройти в помещение экспозиции, чтобы «…насладится прекрасными и удивительными творениями Матери Вселенной». По дождался покуда пройдёт основной поток желающих «насладится», а затем неспешно отправился следом, остро предвкушая предстоящее дело.

Выставку делали со вкусом, это Раж отметил сразу. Длинные витрины из бронестекла, с выставленными камнями, разложенными по месту добычи, по классам, по цвету. Очень качественная подсветка – даже самый невзрачный камень приобретал аристократичность и притягательность. Против желания По увлекли бесчисленные витрины, он переходил от одного минерала к другому и, практически у каждого, замирал хотя бы на миг.

Если бы не Дело, он, пожалуй, смог бы проторчать тут довольно долго. Выставка и вправду виделась поистине вселенского масштаба.

-Удивительно, – пробормотал Раж По под нос, с трудом оторвавшись от созерцания багровых витых рубинов Флабба.

Заставляя себя более не смотреть на подсвеченные камни, По начал продвигаться, лавируя среди многочисленных ахающих в восхищении людей и нелюдей, стремясь добраться до «венца сегодняшнего вечера». Рука По находилась в кармане пиджака – он уже приступил, и некоторые пометки, при всей их банальности, должны были позже доставить ему радость уникальных ощущений.

Ряды камней закончились, открывая перед По замечательную голографию Уральских гор Земли. В том, что она изображает именно их, сомневаться не приходилось – выше висела подсказка для недоверяющих себе. Вокруг гор стояли те же витрины, но ограда из ленточек и невидимых тревожных лазеров говорила – господа, а вот и «венец»!

Многие, как и Раж спешили именно сюда – всю остальную чепуху можно банально купить при желании, а вот это…

Спустя несколько минут у голографии собрались все, присутствующие ранее в холле. Словно из-под земли появилась и давешние мужчины с женщиной.

– Дамы, господа и двумиры! – бархатный голос снова очаровательно завладел слухом По. – Позвольте представить вам…

«Ну, сейчас начнется!» – холодок предвкушения пролетел по спине.

– …комиссара всегалактического полицейского департамента Джинджера Картуша.

Шагнувший вперёд человек, до сего момента еще не говоривший, чуть наклонил голову и развел руки в стороны:

– Чудесная выставка, не правда ли? Я так рад видеть тут всех вас, а особенно нескольких представителей разумного мира. И хочу честно сказать, предупредить и настоятельно рекомендовать: господа, дамы и двумиры! Здание окружено. Внутри тоже присутствуют силы ВПД, поэтому не нужно предпринимать резких действий. Это бессмысленно и, поверьте, не стоит ваших усилий.

По спине Ража По пробежали вовсе не восторженные холодные мурашки. Сказать, что он был удивлен – значит не сказать ничего. Неужели… это из-за него?

Но каков наглец и позёр, этот Картуш! Чувствует себя полностью хозяином положения!

Пометка.

– Да, это чудесная выставка, – продолжал Картуш, – Тут представлены уникальные вещи, охватывающие нашу галактику. Но, дамы, господа и двумиры, то, что я хочу показать вам, не менее захватывающе и всеобъемлюще. Не буду утомлять вас долгими объяснениями, скажу лишь, что операция разрабатывалась мною в течении пяти лет. Итак… – он выждал драматическую паузу, – позвольте представить вам мою всегалактическую выставку негодяев!

Поднявшийся гам довольно жёстко подавили антишумовой волной. По ощутил её гнетущее действие всего на секунду, но этого оказалось достаточным – выкрики мгновенно прекратились.

– Я предупреждал, – с извиняющимся жестом продолжал Картуш, – Первым, я хочу представить вам Блинда Другга, известного как «Большой Друг», моего личного, простите за каламбур, недруга на протяжении многих лет.

В полукружие света, окаймляющее Уральскую голографию, трое подтянутых андроидов в форме ВПД немедленно вывели импозантного седого террианца, в дорогом костюме из кожи желегзи. Седой пытался возмущаться и вырываться, но полицейские киборги держали крепко, а Джинджер Картуш, немедленно оказавшийся рядом примирительно похлопал его по плечу.

Пометка.

– Что говорите, не вы? Ошибка? Обижаете, Блинд, вы стоили мне парсек нервов и уж в ком в ком, а в вас я уверен. Четыреста пожизненных ждёт вас! Увести!

Седоволосого почти утащили из света, в тишине где-то поодаль хлопнула дверь. Вновь стало тихо.

– Что вы себе позволяете? – раздался голос на неизвестном По языке. Мгновенно переведенные слова, впрочем, он понял.

– Ох, без очереди, ну да ладно. Итак, рад познакомится с вами лично, Ббгод, «Плачущий убийца»!

Следующая троица ВПДшних киборгов, неотличимая от только что удалившейся, вывела к Уральским горам синекожего невысокого еиянца. Тот выглядел абсолютно изумленным и даже не пытался сопротивляться.

Пометка.

– Как вам экземпляр? – в Картуше определенно погиб великолепный шоумен. – Достоин моей всегалактической выставки не меньше остальных. Спланировал десятки операций счет погибших в которых идет на тысячи! Назначенный срок тюремного содержания – семьсот пожизненных! Увести!

Комиссар ВПД перечислял дальше, а его помощники вытаскивали на свет, а потом уводили в неизвестность с хлопком двери, все новых и новых «всегалактических негодяев». С каждым названным По ощущал незримую удавку, всё туже и туже стягивающую шею. Он нервничал, ожидая, что он следующий… нет… вот…

Он понимал, что обнаруженный у него прибор разом прибавит… сколько?… сотню пожизненных?.. но, не вынимая руку из кармана, делал и делал пометки.

Ожидание смерти хуже смерти.

– Вот и всё, дамы, господа и двумиры! – радостно сообщил комиссар Картуш, – Моя выставка, к счастью, подошла к завершению, не смею больше отвлекать ваше внимание от «Уральских самоцветов». Всего вам наилучшего.

Он поклонился, изящно поцеловал руку женщине в красном и удалился в темноту. Хлопнула дверь. Заиграла негромкая музыка, все как-то разом заговорили, обсуждая произошедшее на их глазах действо.

Засновали официанты, разнося напитки. Раздался голос мужчины-организатора.

По стоял ни жив ни мертв. Он ничего не слышал и не видел. Вот это да! Он выскользнул снова. Но как?

– Ты удивлён? – бархатный голос.

По оглянулся и встретился глазами с…

– Ты?

– Лучшие пластические хирурги, я же была под прикрытием, помнишь? Многие хотели меня… но больше, конечно, хотело убить.

– Но…

– Разумеется и это моя инициатива. Ты же не думаешь, что кто-то еще смог бы организовать такое? Или не показалось странным, что на приглашении тебя называют по имени? Ты не узнал мою фамильную эмблему? Я всего лишь перевернула её слева направо, но…Разве ты забыл обо мне, Раж?

Пометка.

По чувствовал себя разбитым и старым. И, вместе с тем, исключительно счастливым. Они с Джеймсом всего несколько дней как вернулись домой, и сейчас стояли в «святая святых» особняка По. Можно сказать на его личной выставке. Не менее всегалактической, чем посещенная. Посещенные.

– Мне даже немного жаль, Джеймс, что никто не может это увидеть и оценить, – грустно заметил По. – Порой мне кажется, что всему этому грош цена.

Джеймс сочувственно вздохнул. По посмотрел на своего секретаря-дворецкого. Может он и понимает, а скорее, конечно, нет. Кто еще может оценить эту коллекцию по достоинству? Нойс бы смог. Великий изобретатель, придумавший мысленный транспереводчик, зашел чуть дальше и сконструировал шедевр из шедевров: прибор, способный фиксировать мысли и чувства. Регистрировать и сохранять уникальное сочетание места-времени-личности-состояния. А потом переносить это мгновение на кого-то ещё, позволяя почувствовать, прожить этот миг. Штука, которая запрещена к изобретению во всех разумных мирах. И которая есть у По.

Он прошел вдоль стены ячеек «от пола до потолка» с хранящимися пометками и остановился у последних, привезенных с Тилуана.

«Тебя не арестовали, потому что… уверена – ты завязал. Иникто кроме меня о тебе здесь не знает. Пусть это будет мой подарок. И прими на память вот это. С днем рождения, Раж!», – бархатный голос еще звучал в ушах По. – «Ты тут просто не в себе. Потом, наверное, забавно будет вновь почувствовать эдакое. Уникальное даже для тебя самого. Ну же, не удивляйся: не только ты знал Абигеля лично».

О, вот это женщина! Появилась и вновь исчезла. Оставив в подарок пометку самого По… и кое что еще…

По посмотрел на особую ячейку. Ее пометку. Сделанную чуть ли не случайно.

Он уже один раз накладывал ее на себя. И миг, который там прожит…

…Почему не было ареста Она, конечно, объяснила, но Она не сказала всего…

– Удивительно и фантастично… – выдохнул По.

– Да сэр, потрясающий прибор, уникальный.

По с улыбкой взглянул на Джейса. Он прав, вот только…

Раж По говорил не о приборе.

Совсем не о нем.