Санников Игорь

Унесенные Абхазией

Глава 1

Мне кажется, я рождён не разочаровываться, но злословить. Лето набрало ход. Почему бы не позлословить с иронией на отдыха.

Где бы я ни был, почти всегда происходят случаи или выясняются детали, обращающие на себя внимание, своей неожиданностью. Вполне ожидаемо, что практически любая неожиданность – неприятна.

Я как-то уже писал, что Швейцария меня немало удивила своими космическими ценами в Макдональдсе. Фирменная кенгуруха Фред Перри мне обошлась дешевле, чем умеренный набор бургеров, поместившийся в небольшой бумажный пакет, с запасом места, чтобы подвернуть верхушку. Так же, после выяснилось, что на знаменитые панорамные поезда по Альпам, нужно бронировать билеты за пару недель. А чтобы прокатиться на новогодних праздниках, то чуть ли не сентября. В привокзальных кассах, губозакаточные машинки расходятся очень быстро, мне выдали карандаш. Но это мелочи, в сущности. Плюсов в той поездке было больше, просто сейчас не о них.

Запомнился тревожный случай в Берлине. Там я попал в полицейскую облаву в игорном заведении. Есть там какие-то ограничения по их работе. То ли связанные с курением, то ли с лицензированием или с чем-то другим, чёрт их знает. Сидим, услаждаем свои азартные инстинкты, как вдруг достаточно кучно вваливаются тамошние полицейские. Начинается проверка документов. В воздухе густо повис томительный нерв. О чём-то спрашивают людей находящихся ближе к выходу. Шайзе, я по-немецки знаю только «их бин цейн яарэ альт», знаю, как будет «мама» и «кошка». Скудноватый набор для такой ситуации. Доходит очередь проверить и мой аусвайс. Полицейский, заглянув в мой паспорт, чуть смутившись, строго спросил

- Кте вы живёте? – лицо полицейского выражало крайнюю степень порицания.

- «Шпривиц отель», Кант штрассе,- неожиданно для себя, я составил для него полностью вменяемый ответ, на чисто немецком языке.

- Пöчему вы не спитте? – будто продолжая убеждать себя в моей порочности, выяснял детали моего досуга страж немецкого порядка.

- Так рано ещё. Пятнадцать минут десятого всего, - ответил я, словно бы немного оправдываясь.

Два полицейских исчезли из зала с моим паспортом. Я начал прикидывать, что будет, если меня арестуют и что будет, если они с моим паспортом исчезнут навсегда ? Какой из вариантов хуже? Оба варианта мне не нравились. Бежать было бессмысленно. Без паспорта. Да и от чего? Что я нарушил? «А вдруг мне чего-нибудь подбросят?» продолжал я себя накручивать. Хрен знает, чего от них ждать.

Пока у меня, от неопределённости, холодели руки, полицейские вернулись и отдали мой паспорт. Меня достаточно вежливо выпроводили. Немецкий Гер Стёпа посмотрел на меня авторитетно напоследок, и попросил так поздно больше не ходить по подозрительным местам. Конечно, я дал ему обещание, которое не собирался выполнять.

Потом, или где-то между, была Прага, где я чуть не помер (как мне показалось) от солнечного удара. Там же, в Праге, была экскурсовод, которая просила, обращаясь к группе туристов «не позориться и не говорить на английском с рязанским акцентом». Обслуга, конечно, но форса, как у комиссарши. Был Зальцбург, где люди работают по три часа в день. И, как виделось тогда, досуг там выстроить, нужно изловчиться. Казино в Голландии, где сотрудник, на волнительное количество времени, исчез с моей купюрой в пятьсот евро. И существенное количество подобных мелочей, в разных местах, но неизменно перекрываемых положительными эмоциями.

И вот однажды мы поехали на отдых в Абхазию.

С тех пор у меня появилось мини хобби: читать отзывы отдохнувших в Абхазии.

Наш поезд в Гагру приезжал около половины девятого утра. Я традиционно проснулся за двадцать минут до прибытия. Взглянув в окно, я отметил, что климат, относительно вечернего, существенно переменился. Засыпал я – в сухую, южную пыль, с отчётливым жёлтым оттенком; проснулся во влажных, сочно-зелёных тропиках. После утренних водных процедур, я уставился в окно. Дорожное полотно шло по достаточно узкой просеке. Места было только для поезда, практически в упор. Я ощутил себя шабашником, следующим в джунгли Боливии на сбор листьев коки. На моей голове появилась воображаемая широкополая панама. Подушечкой большого пальца, с сухим шуршанием, я убедился в остроте клинка воображаемого мачете. Привычного ощущения уюта купе, почему-то не было. Словно предчувствие. Поезд въехал в тоннель, стало абсолютно темно, звук стал плотнее. Минута-другая и мы почти приехали. Показались, хозяйственные постройки, за окном мелькнула какая-то живность. Паровоз начал сбавлять ход – верный признак прибытия к месту назначения. Часы косвенно подтверждали это.

Вот и здание вокзала…Хотя нет, не могут из окон вокзала расти кусты. «Наверное, это здание старого вокзала, сейчас подъедем к действующему»,- рассуждал я про себя, не расставляя никаких акцентов. Поезд остановился напротив «старого вокзала». Мы стали выгружаться, и на перроне я понял, что другого вокзала здесь просто нет. Осмотревшись в лёгком недоумении, я заметил, что нет ларьков с газетами и мороженым и пивом. Ни откуда не играет музыка. «Неужели мы приехали? Мы точно ехали именно сюда?», - червь сомнений стал подтачивать ещё до первой закуренной сигареты. Но делать нечего - идём искать такси.

Абхазы, как представители народности южной группы, люди в известной степени деловые. Такси нашлось без труда. И мы поехали в Гагру. По пути водитель поинтересовался, не слышали ли мы чего-нибудь негативного про Абхазию? Мы совершенно искренне замотали головами. Мы ведь и правда ничего плохого никогда не слышали. «А то,- говорит – люди разные приезжают». (Это мне после поездки стало понятно, что тот таксист имел в виду потенциального меня.)

По моим наблюдениям, исходя из рассказов, отдохнувших в Абхазии, люди туда приезжают на 3\4 одинаковые. Трём четвертям там не хватает примерно одного и того же комплекса услуг, досуга и сервиса. Но это оставим к итогу.

Вежливый таксист доставил нас до гостевого дома, где мы должны были провести две недели летнего отдыха. Гостевой дом на два этажа находился на горе. Он вполне бы мог претендовать на статус гостиницы. Был даже вполне себе бассейн. После формальной части на ресепшене, нас отправили на задний двор, на время, пока нам подготовят номер. Там нас развлекал разговорами хозяин этого уютного пристанища, (кстати, москвич) имени которого я не запомнил. Вид на побережье от туда открывался просто волшебный. Между разговором, у меня в руках появился бинокль. Москвич, сделав выразительный жест вперёд и немного вправо, со значением произнёс: «Сочи. Фишт». Стараясь укрепиться локтями в воздухе, я нашарил стадион, построенный к олимпиаде, в линзах бинокля. Мне кажется, это было самое яркое впечатление от отдыха в Абхазии. Самое яркое впечатление от Абхазии: смотреть в бинокль на Сочи.

Нам приготовили номер. Мы пошли заселяться. Гостеприимного москвича мы больше не встретили. Может быть от того, что нам пришлось покинуть гостевой дом, не дожидаясь конца запланированного срока.

Что делают люди, после заселения, когда приезжают на море? Естественно, идут к морю. Когда мы бронировали номер, к гостевому дому на сайте было беглое описание. Кроме бытовых деталей было указанно «100» (или «150») метров до моря. На месте это выглядело даже правдоподобно. С горы море мы видели буквально вот. И мы пошли. Наверное, именно с этого места и начинаются все неожиданности.

После небольшой парковки начиналась дорога к морю. Точнее сказать, после парковки, была некоторая узкая промежность, ведущая к разбитой дороге к морю. Эта дорога представляла собой мелкий, туго скрученный серпантин, с совершенно ничтожным углом наклона. Вдоль дороги встречались дома заселённые и пустые. Часть - едва начали строить и бросили, часть - давно требовала ремонта. Полтора раза дорога прерывалась импровизированными лесенками из бутового камня, напоминающими наследия цивилизации Майя; обильная зелень вокруг усиливала ассоциацию. «Альпийское нищенство – святое дело», - стараясь сохранять снисходительную тональность, вспомнились мне слова Остапа Бендера. Спустившись ещё на несколько поворотов, дорога стала чуть шире и пошла, будто, быстрее. Совсем близко от нас, из густой чащи, без звука выкатился тепловоз. Не спеша, показавшись на всю длину, так же исчез, проследовав вглубь, казалось бы, непролазных зарослей. «Ну, это уже какой-то неожиданный фэшн», - заволновался я, теряя прежний терпеливый настрой. Мы осторожно переглянулись. Ещё минут семь или десять, и мы выходим к дороге, за которой темнела широкая полоса галечного пляжа, переходящая в море. Таким образом, 100-150 метров до моря, мы преодолели примерно за полчаса.

На пляже никого не было. Мы потрогали воду. Прохладная. Но зато чистая. За спиной находилась исполинского размера гора, на которой,находился наш гостевой дом. Мысль о том, что придётся пешком проделывать путь в обратную сторону, своей неотвратимостью, вселяла в меня категорический пессимизм. Мы послонялись по побережью, с целью построения планов на время отпуска. Планы не строились. Что мы будем тут делать? К этому времени я уже год как не пил. Круг досуга, при таких условиях, грозил сузиться до точки. Ни летних кафе. Ни каких развлекательных заведений. Ни каких «ударь со всего размаха резиновой кувалдой по этой штуке и выиграй фенольного зайца», что в изобилии присутствует в Анапе и Сочи. Откуда-то поблизости зазвучало вкрадчивое «эс си ту экзисте па». «Джо Дассен, мон дьё, нет. Позови хотя бы Веру Брежневу или на худой конец - Юрия Антонова», - начало напряжённо горчить внутри меня. Нужен гудка тревожный бас. Нужно что-то летнее. Где это всё?

Погуляв, повздыхав, мы стали собираться обратно в номер. Благо, решение пришло быстро. Мы взяли такси. Смешливый таксист, запретивший мне пристёгиваться на пассажирском кресле, несколько сбил первое мрачноватое впечатление от Гагры. Мне потом объяснили, что пристёгиваясь в машине, ты показываешь своё недоверие к навыкам водителя, что, в свою очередь, может обидеть его. Я не доверял этому водителю, но и под таким протестным напором, иронически обыгранным, я тоже устоять не смог и отщёлкнул ремень. На машине до гостевого дома мы донеслись молниеносно, хотя для этого пришлось объехать гору с тыльной стороны. Среди нагромождения дежурных шуток и всяких междометий, водитель постулировал: «Вы приехали сюда тратить деньги – так трате их на меня». Обезоруживающая честность. Доктрина, живо иллюстрирующая отдых в этом неоднозначном, курортном уголке. Так прошёл первый день.

Следующие три дня прошли похожим образом. Равнодушие и спокойствие Абхазии, было похоже на геноцид в отношении меня. Я сделал осторожное предложение выдвигаться обратно в Ленинград. К третьему дню мне эта статика порядком надоела. Предложение-предположение близкое к апатичному отчаянию. Но вместо этого мы решили перебраться из нашего уютного гостевого дома на горе, в отель на самом побережье. Может чего и изменится. И переехали. Красивое трёхэтажное здание в стиле сталинского ампира с двумя симметричными пальмами у входа. Внутри всё пронизано влагой, ничего давно не обновлялось, хотя видно, как старательно поддерживается. Есть в этом какая-то непосредственная наивность. Окна номера смотрели на улицу, противоположная сторона смотрела на море. На противоположной стороне находился ресторанчик. Куда мы пошли отобедать, сразу после заселения.

Около полудня, удобно расположившись на террасе ресторана, сделав заказ, мы ощутили на себе всю широту южного гостеприимства. Их гостеприимства к нам – за наш счёт. Нас поразили и наегорили одновременно…

Нам принесли достаточно красивое меню. Особых притязаний не было, всего лишь полдень, просто пообедаем. Заказали: пожарскую котлету с картошкой фри, шашлык, салат и овощную тарелку. Что можно ожидать от самого тривиального заказа? Но когда один за другим стали выносить обед на три персоны, глаза стали округлятся, и мы смекнули хитрую схему. Цена на любую позицию в меню была указанна за 100 грамм. Потому порции были просто карикатурно огромными. Котлета была размером, примерно, с батон. С такой подачей, шашлык бы им предлагать не граммами, а метрами. Овощная тарелка была будто списана с картин Джузеппе Арчимбольдо. Я на глаз попытался прикинуть вес котлеты. По крайней мере, грамм пятьсот. Нам плотно заставляли четырёхместный стол, края тарелок и шашлыка заметно выступали за его границы. Я чувствовал себя как Злой Раджа из «Золотой антилопы», перед самой гибелью, поминутно придавливаемый яствами, которые всё выносили и выносили. Точкой этого гастрономического перфоманса была хлебная тарелка, если я не ошибаюсь – это был комплимент от заведения. И всё же аппетит пропал.

Терраса ресторана была совершенно пуста. Были только мы. И неуместно нарядный, полуденный стол. В целом, я могу понять, чем руководствовались люди, лепящие котлету-мутанта. Я прекрасно понимаю, что нужно продать ведро шашлыка любым способом. Овощная тарелка, ты неотразима. Спасибо за хлебную тарелку. Салат…,ну едали и лучше. Вот наш счёт, по бюджету – среднего вида праздник, человек на шесть-семь. Вот вам деньги. А вот это заверните с собой. Это мы будем доедать до конца отпуска.

Так, разбавляя скуку разочарованием, я отбывал свой отпуск. Я не хочу сказать, что за проведённое там время, только и делал, что изнывал от скуки и безделья. Нет. Были озеро Рица и Гегский водопад. Струящаяся с горы вода «Девичьи слёзы» и красивейший горный поворот «Каменный мешок». Запомнилась дача Сталина – мощь. Была осетровая ферма и обезьяний питомник. Были неспешные коровы, слоняющиеся по автомобильным дорогам, вежливо пропускаемые водителями и потрясающие виды стремительных горных рек. Но самое важное и интересное из этого, можно было бы посмотреть часов за 8-10. Самое важное и интересное не требует ни ремонта, ни реконструкции, никаких вложений сил и денег, оно само по себе есть, и человек не может повлиять на их наличие. Потому всегда найдётся, чем гордится, имея лишь опосредованное к тому отношение. Щедрый подарок природы.

Так прошёл мой отдых в Абхазии в 2015 году. С тех пор я очень люблю читать отзывы людей, со схожими взглядами и разочарованиями. Если быть точнее, то я обожаю беспомощную аргументацию, людей защищающих тамошний скромный сервис. На воспоминания о том лете меня натолкнул пост путешественницы в Дзене. Недовольная женщина описывает проблемы, с которыми столкнулась. Дипломатично, но достаточно жёстко критикуя хозяйку места, где жила. В числе недовольств было: 2000 рублей в сутки за отсутствие всего, кроме кровати и кондиционера. Не менялось никогда постельное бельё. Мусор можно было выкидывать только очень мелкий и на кухне, остальной – уносить с собой и самому придумывать, куда выбросить (по сделанному в том посте акценте на этом, я понял, что там проблематично с баками и прочим) . Отсутствие даже самых примитивных развлечений для ребёнка. И ещё какие-то мелочи – что-то типа, постоянно сидящая на кухне хозяйка не разрешала резать огурцы поперёк и размешивать чай ложкой, против часовой стрелки, почему-то хозяйку это раздражало.

И, как у нас принято, когда «в огороде бузина, а в Киеве дядька», начались прения, с применением аргументов без вменяемой, для нормального человека, логики. Например, другая дама, прочитавшая неприятный опыт про мусор и хозяйку, давит контраргументом: «Да не пугайте вы людей. Вы видели, какие там чебуреки?». Клянусь. При чём тут вообще чебуреки, тётенька? Вот что можно ответить человеку, который весь год ждёт отпуска ради чебуреков вдали от дома? Другой гражданин был готов целовать руки хозяину частного сектора, за наличие водопровода, навязчиво тыча этим фактом всем, даже тем, кто не вступал с ним в диалог на эту тему. Нетребовательный спартанец, что скажешь, хотя и вспыльчивый. Несколько человек, пытались убедить, что имеют колоссальный опыт поездок по России и Миру, видели кучу отелей, и нигде, чаще раза в неделю(!) бельё не меняли. Это глупейшая ложь, даже не хочу этот больной бред комментировать. Там же один мужчина деловито аргументировал, почему понравилось ему: не очень дорого, холодное море, мало людей. Я не сдержал ехидцы, и с фальшивым дружелюбием посоветовал ему Баренцево море, если он ездит на отдых именно за тем, что перечислил. Полагаю, там ещё дешевле, море ещё холодней, людей может вообще не быть – сказка. Ну и конечно тезис, встречающийся чаще других, когда речь заходит про отдых в Абхазии – «смотря, зачем вы туда едете?». После таких защитников, вопросов и сомнений становится больше, чем от объективной критики. Но если вы любите чебуреки и стирать постельное бельё руками в раковине, то теперь знаете куда ехать.

Вывод: при выборе места отдыха не доверяйте чужому мнению, Абхазию нам восторженно советовали. Не доверяйте в этом вопросе никому, даже мне, ведь я не знаю, зачем вы ездите отдыхать. А какие-нибудь неприятные неожиданности могут подстерегать даже в самом благополучном месте планеты. Хотя могут и не подстерегать. Или подстерегать, но приятные.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге