Убежище Зрячих

Глава 1

Ветер гнал скомканные останки листьев по серым улицам. Иногда они попадали под ноги Поводыря, неприятно хрустели. Ему казалось, что это сухие скелеты крохотных существ, несомненно враждебных.

Лишь воспоминания о Схроне заставляли его переставлять ноги, продираясь сквозь упругие плети ледяного ноябрьского ветра.

Редкие прохожие норовили обойти Поводыря по широкой дуге. Еще бы! Ведь он относился к отверженной касте Зрячих. Видел мир таким, какой он есть. Неудивительно, что бледные, измученные рабы системы опасались подходить близко и встречаться с ним взглядом.

Еще немного.

Заветный ключ, изрядно тронутый ржавчиной, согревал руку внутренним теплом.

Наконец он добрался. Перед входом уже собирались свои. Еще не Зрячие, но уже потихоньку прозревающие.

«Поводырь, Поводырь!» – зашептались они, потянулись к мужчине руками.

Глухо брякнул амбарный замок и Схрон принял их в свои гостеприимные безопасные недра.

Александра беспокоило новое задание, но делать было нечего. То ли секта, то ли просто регулярная сходка наркоманов удивительно быстро разрасталась. После того как в трущобах бесследно канул десяток человек от восемнадцати до тридцати пяти лет, сверху поступило распоряжение разобраться.

Допустимый минимум маргинальных единиц – это одно. Расползающаяся хворь на теле работоспособного здорового общества – совсем другое.

Агент в последний раз глубоко вдохнул чистый, обжигающе-холодный осенний воздух и постучал в железную дверь обшарпанного ангара.

В полицейских кругах это место уже окрестили Мышеловкой. Только когда дверь глухо лязгнула за спиной, Александр ощутил всю меткость названия.

Воняло немытыми телами. В прокуренной наркотиком полутьме сидели, лежали и бесцельно бродили люди. Много людей. Куда больше, чем можно было представить. А в центре на перекошенном стуле, подсвеченном с боков двумя промышленными прожекторами, сидел Поводырь.

Он помахивал дымящимся кульком и рассказывал историю. Длинную, как Амазонка. Тягучую, как передержанная на огне карамель. Затягивающую, как водоворот. Уловить и запомнить отдельные фразы не удавалось, но в голове возникала зыбкая цепочка невнятных образов, утягивающих сознание в невообразимую даль.

Агент тряхнул головой. Что за ерунда? Принятый заранее антидот не может сбоить!

Оказалось, что он стоит уже совсем рядом с проповедником, покачиваясь в такт его бредовым речам.

Поводырь был вонюч и уродлив. Запутанные длинные волосы свисали на бесформенный плащ, весь настолько заляпанный и протертый, что уже нельзя было угадать первоначальный цвет. Слипшаяся от застарелых остатков пищи и питья борода наверняка служила пристанищем не одной сотне насекомых.

А вот глаза…

Глаза смотрели на удивление остро. Был в них какой-то льдистый свет, совершенно невообразимый в сумрачном зале притона.

– Вот ты! – старик вдруг прервал свой рассказ и наставил грязный палец на Александра. Голос его дребезжал, но был внятен и легко разносился по всему помещению. – Что ты здесь забыл? Такой чистенький и правильный? Жалкая пешка системы!

– Пришел вкусить твоей мудрости, Поводырь! – мужчина смиренно опустил голову, надеясь хотя бы частично укрыться от смрадного дыхания и долетающих до него брызг слюны.

– Му-удрости! – тот закряхтел-засмеялся, уперев руки в колени. Потом резко оборвал веселье: – Так садись и слушай! Была когда-то такая интересная штука: книги. И в них…

Агент сел.

И еще бесчисленное количество раз он приходил в Мышеловку и молча устраивался на бетонном полу, внимая старику. Вряд ли он смог бы воспроизвести хоть что-то из услышанного, но ощущение наполненности происходящего неизменно сидело в душе тугим комком.

Осень сменилась снежной зимой, а потом и звонкими капелями. Борода и волосы Александра отросли, повисли неопрятными прядями. Он начал ходить в обносках, как и остальные, не пропуская ни одной встречи в Мышеловке.

Мужчина продолжал принимать антидот, но истории местечкового пророка все равно выдергивали его из строго упорядоченного мира и уводили в неизведанные фантастические края. Где-то рядом, как за стеклянной стеной, люди по расписанию шли на работу, получали отмеренные порции еды и положенные часы развлечений.

Однажды, подходя к Мышеловке раньше обычного, Александр увидел Поводыря, привалившегося к стене возле неосвещенной подворотни. Момент был идеален. Агент резко свернул, увлекая того в тень.

Несколько ударов, омерзительный хруст позвонков и дело кончено. Из кармана проповедника выпал прямоугольный предмет. Непроизвольно убийца наклонился взглянуть, что это.

Открывая дверь ржавым ключом, усаживаясь на многократно чиненный стул в центре, Александр каждую секунду был уверен – вот сейчас набросятся, разорвут… Но задание было кристально ясно: вернуть рабочие единицы в строй. Плавно, ненасильственно.

Их уже пробовали ловить силком, но результат вышел плачевным.

– Я расскажу вам историю, – агент откашлялся, огляделся.

«Поводырь, Поводырь!» – побежали шепотки. Наркоманы смотрели преданными глазами и ждали истины.

Подобранная книга словно жгла под полой плаща. Кажется, Мышеловка захлопнулась…

Александр начал говорить.